Википедия бердяев – Бердяев, Николай Александрович — Википедия

Содержание

Бердяев, Александр Николаевич — Википедия

Александр Николаевич Бердяев

Портрет А.Н.Бердяева
мастерской[1]Джорджа Доу. Военная галерея Зимнего Дворца, Государственный Эрмитаж (Санкт-Петербург)
Дата рождения 1778(1778)
Место рождения
  • Российская Империя
Дата смерти 1824(1824)
Место смерти Летичев, Подольской губернии
Принадлежность Российская империя Российская империя
Род войск драгуны
Годы службы 1794–1815
Звание генерал-майор
Сражения/войны
  • Наполеоновские войны
Награды и премии

ru.wikipedia.org

Бердяев, Николай Александрович — WiKi

Принадлежал к дворянской семье Бердяевых, известной своими традициями офицерской службы. Его отец, офицер-кавалергард Александр Михайлович Бердяев (1837—1916), сын генерал-лейтенанта М. Н. Бердяева, был киевским уездным предводителем дворянства, позже председателем правления Киевского земельного банка. Мать Алина Сергеевна, урождённая княжна Кудашева, была дочерью французской графини Шуазёль-Гуфье. Супруга — поэтесса Лидия Рапп (урождённая Трушева; 1871—1945).

Образование

Бердяев воспитывался дома, затем в Киевском кадетском корпусе. В шестом классе оставил корпус и начал готовиться к экзаменам на аттестат зрелости для поступления в университет. «Тогда же у меня явилось желание сделаться профессором философии»[10]. Поступил на естественный факультет Киевского университета, через год на юридический. В 1897 году за участие в студенческих беспорядках был арестован, отчислен из университета и сослан в Вологду. В 1899 году в марксистском журнале «Die Neue Zeit» напечатана его первая статья «Ф. А. Ланге и критическая философия в их отношении к социализму».

Общественная деятельность

В 1901 году вышла его статья «Борьба за идеализм», закрепившая переход от позитивизма к метафизическому идеализму. Наряду с С. Н. Булгаковым, П. Б. Струве, С. Л. Франком Бердяев стал одной из ведущих фигур движения, выступившего с критикой мировоззрения революционной интеллигенции. Это направление впервые заявило о себе сборником статей «Проблемы идеализма» (1902), затем сборниками «Вехи» (1909) и «Из глубины» (1918), в которых резко отрицательно характеризовалась роль радикалов в революции 1905 и 1917 годов.

  Группа основателей «Союза освобождения» в 1902 г. в Германии (слева направо): Пётр Струве, Нина Струве, Василий Богучарский, Николай Бердяев и Семён Франк (внизу)

В 1903—1904 годах принимал участие в организации Союза освобождения и его борьбе.

Желая принять какое-либо участие в освободительном движении, я примкнул к Союзу освобождения. С инициаторами Союза освобождения у меня были идейные и личные связи. Я принял участие в двух съездах за границей в 1903 и 1904 годах, на которых был конструирован Союз освобождения. Съезды происходили в Шварцвальде и в Шафгаузене, около Рейнского водопада. Красивая природа меня более привлекала, чем содержание съездов. Там я впервые встретился с либеральными земскими кругами. Многие из этих людей впоследствии играли роль в качестве оппозиции в Государственной думе и вошли в состав Временного правительства 1917 года. Среди них были очень достойные люди, но среда эта была мне чужда. В мою задачу совсем не входит писать воспоминания о Союзе освобождения, который играл активную роль перед первой русской революцией. Из деятелей Союза освобождения вышли элементы, составившие потом главную основу кадетской партии. В кадетскую партию я не вошёл, считая её партией «буржуазной». Я продолжал считать себя социалистом. Я принимал участие в комитете Союза освобождения сначала в Киеве, потом в Петербурге, но особенно активной роли по своему настроению не играл и чувствовал страшную отчуждённость от либерально-радикальной среды, большую отчуждённость, чем от среды революционно-социалистической. Иногда я вел переговоры от Союза освобождения с социал-демократами, например, с X., тогда меньшевиком, а впоследствии советским сановником, народным комиссаром и послом, с Мартовым, а также с представителями еврейского Бунда. На «освобожденческих» банкетах, которыми в то время полна была Россия, я себя чувствовал плохо, не на своем месте и, несмотря на свой активный темперамент, был сравнительно пассивен. Я себя чувствовал относительно лучше среди социал-демократов, но они не могли мне простить моей «реакционной», по их мнению, устремленности к духу и к трансцендентному.

— Самопознание[11].

В 1913 году написал антиклерикальную статью «Гасители духа», в защиту афонских монахов.

  Николай Александрович Бердяев. 1912 г.

За это он был приговорен к ссылке в Сибирь, но Первая мировая война и революция помешали приведению приговора в исполнение, в результате чего, три года он провёл в ссылке в Вологодской губернии. За последующие годы до своей высылки из СССР в 1922 году Бердяев написал множество статей и несколько книг, из которых впоследствии, по его словам, по-настоящему ценил лишь две — «Смысл творчества» и «Смысл истории».

Участвовал во многих начинаниях культурной жизни Серебряного века, вначале вращаясь в литературных кругах Петербурга, потом принимая участие в деятельности Религиозно-философского общества в Москве. После революции 1917 года Бердяев основал «Вольную академию духовной культуры», просуществовавшую три года (1919—1922):

Я был её председателем, и с моим отъездом она закрылась. Это своеобразное начинание возникло из собеседований в нашем доме. Значение Вольной академии духовной культуры было в том, что в эти тяжёлые годы она была, кажется, единственным местом, в котором мысль протекала свободно и ставились проблемы, стоявшие на высоте качественной культуры. Мы устраивали курсы лекций, семинары, публичные собрания с прениями.

— Самопознание[12].

В 1920 году Историко-филологический факультет Московского университета избрал Бердяева профессором.

Высылка из советской России

Дважды при советской власти Бердяев попадал в тюрьму. «Первый раз я был арестован в 1920 году в связи с делом так называемого Тактического центра, к которому никакого прямого отношения не имел. Но было арестовано много моих хороших знакомых. В результате был большой процесс, но я к нему привлечён не был». Во время этого ареста, как рассказывает Бердяев в мемуарах, его допрашивали лично Феликс Дзержинский и Вацлав Менжинский.

Во второй раз Бердяева арестовали в 1922 году. «Я просидел около недели. Меня пригласили к следователю и заявили, что я высылаюсь из советской России за границу. С меня взяли подписку, что в случае моего появления на границе СССР я буду расстрелян. После этого я был освобождён. Но прошло около двух месяцев, прежде чем удалось выехать за границу»

[13].

Жизнь в эмиграции

После отъезда 29 сентября 1922 года — на так называемом «философском пароходе» — Бердяев жил сначала в Берлине, где познакомился с несколькими немецкими философами: Максом Шелером (1874—1928), Кайзерлингом (1880—1946) и Шпенглером (1880—1936). Сочинения немецкого философа Франца фон Баадера (1765—1841) — по словам Бердяева «величайшего и замечательнейшего из бёмеанцев»[14] — привели русского эмигранта к трудам религиозного мистика, так называемого «тевтонского философа», Якоба Бёме (1575—1624)[15].

В 1924 году он переехал в Париж. Там, а в последние годы в Кламаре под Парижем, Бердяев и жил до самой смерти. Принимал самое активное участие в работе Русского студенческого христианского движения (РСХД), являлся одним из его главных идеологов. Он много писал и печатался, с 1925 по 1940 годы был редактором журнала русской религиозной мысли «Путь», активно участвовал в европейском философском процессе, поддерживая отношения с такими философами, как Э. Мунье, Г. Марсель, К. Барт и др.

«В последние годы произошло небольшое изменение в нашем материальном положении, я получил наследство, хотя и скромное, и стал владельцем павильона с садом в Кламаре. В первый раз в жизни, уже в изгнании, я имел собственность и жил в собственном доме, хотя и продолжал нуждаться, всегда не хватало». В Кламаре раз в неделю устраивались «воскресенья» с чаепитиями, на которые собирались друзья и почитатели Бердяева, происходили беседы и обсуждения разнообразных вопросов и где «можно было говорить обо всём, высказывать мнения самые противоположные»[16].

Среди опубликованных в эмиграции книг Н. А. Бердяева следует назвать «Новое средневековье» (1924), «О назначении человека. Опыт парадоксальной этики» (1931), «О рабстве и свободе человека. Опыт персоналистической философии» (1939), «Русская идея» (1946), «Опыт эсхатологической метафизики. Творчество и объективация» (1947). Посмертно были опубликованы книги «Самопознание. Опыт философской автобиографии» (1949), «Царство Духа и царство Кесаря» (1951) и др.

В 1942—1948 годах был 7 раз номинирован на Нобелевскую премию по литературе[17].

«Мне пришлось жить в эпоху катастрофическую и для моей Родины, и для всего мира. На моих глазах рушились целые миры и возникали новые. Я мог наблюдать необычайную превратность человеческих судеб. Я видел трансформации, приспособления и измены людей, и это, может быть, было самое тяжелое в жизни. Из испытаний, которые мне пришлось пережить, я вынес веру, что меня хранила Высшая Сила и не допускала погибнуть. Эпохи, столь наполненные событиями и изменениями, принято считать интересными и значительными, но это же эпохи несчастные и страдальческие для отдельных людей, для целых поколений. История не щадит человеческой личности и даже не замечает её. Я пережил три войны, из которых две могут быть названы мировыми, две революции в России, малую и большую, пережил духовный ренессанс начала XX века, потом русский коммунизм, кризис мировой культуры, переворот в Германии, крах Франции и оккупацию её победителями, я пережил изгнание, и изгнанничество мое не кончено. Я мучительно переживал страшную войну против России. И я ещё не знаю, чем окончатся мировые потрясения. Для философа было слишком много событий: я сидел четыре раза в тюрьме, два раза в старом режиме и два раза в новом, был на три года сослан на север, имел процесс, грозивший мне вечным поселением в Сибири, был выслан из своей Родины и, вероятно, закончу свою жизнь в изгнании»

[18].

В 1946 году получил советское гражданство[19]. Умер Бердяев в 1948 году за письменным столом в своем рабочем кабинете в доме в Кламаре от разрыва сердца. За две недели до смерти он завершил книгу «Царство Духа и Царство Кесаря», и у него уже созрел план новой книги, написать которую он не успел[20].

Похоронен в Кламаре, на городском кладбище Буа-Тардьё[21].

Могила Николая Бердяева на кладбище Кламара (Франция; 2013).

Наиболее выражает мою метафизику книга «Опыт эсхатологической метафизики». Моя философия есть философия духа. Дух же для меня есть свобода, творческий акт, личность, общение любви. Я утверждаю примат свободы над бытием. Бытие вторично, есть уже детерминация, необходимость, есть уже объект. Может быть, некоторые мысли Дунса Скота, более всего Я. Беме и Канта, отчасти Мен де Бирана и, конечно, Достоевского как метафизика я считаю предшествующими своей мысли, своей философии свободы.

 — Самопознание, гл. 11.

Во время ссылки за революционную деятельность Бердяев перешёл от марксизма («Маркса я считал гениальным человеком и считаю сейчас», — писал он позднее в «Самопознании») к философии личности и свободы в духе религиозного экзистенциализма и персонализма.

В своих работах Бердяев охватывает и сопоставляет мировые философские и религиозные учения и направления: греческую, буддийскую и индийскую философию, каббалу, неоплатонизм, гностицизм, мистицизм, космизм, антропософию, теософию и др.

У Бердяева ключевая роль принадлежала свободе и творчеству («Философия свободы» и «Смысл творчества»): единственный источник творчества — свобода. В дальнейшем Бердяев ввел и развил важные для него понятия:

  • царство духа,
  • царство природы,
  • объективация — невозможность преодолеть рабские оковы царства природы,
  • трансцендирование — творческий прорыв, преодоление рабских оков природно-исторического бытия.

Но в любом случае внутренней основой бердяевской философии являются свобода и творчество. Свобода определяет царство духа. Дуализм в его метафизике — это Бог и свобода. Свобода угодна Богу, но в то же время она — не от Бога. Существует «первичная», «несотворённая» свобода, над которой Бог не властен. Эта же свобода, нарушая «Божественную иерархию бытия», порождает зло. Тема свободы, по Бердяеву, важнейшая в христианстве — «религии свободы». Иррациональная, «темная» свобода преображается Божественной любовью, жертвой Христа «изнутри», «без насилия над ней», «не отвергая мира свободы». Богочеловеческие отношения неразрывно связаны с проблемой свободы: человеческая свобода имеет абсолютное значение, судьбы свободы в истории — это не только человеческая, но и Божественная трагедия. Судьба «свободного человека» во времени и истории трагична.

Наличие содержащейся параллели с упадком античного мира в «Новом средневековье» Бердяева отмечает Сергей Крих: у Бердяева конец «современной античности» (мира XIX века, викторианской эпохи, русского классицизма и так далее) виделся как трагический путь к очистившемуся обществу[22].

ru-wiki.org

биография и история жизни философа

Когда мы слышим слово "философ", чаще всего представляем себе некоего античного, древнегреческого или же римского старца, обмотанного в простыни. А со многими ли мыслителями - нашими соотечественниками мы знакомы? На самом деле в России философов не меньше, чем когда-то было в Древней Греции, и сегодня мы обсудим творчество и жизненный путь одного из них - Бердяева. Биография этого человека и даже его происхождение сильно отразилось на его мысли, мировоззрении и мироощущении.

Общие данные

Рассказать кратко биографию Бердяева Николая Александровича сложно, так как о его жизни и творчестве говорить можно часами. Но начнем сначала. Родился будущий мыслитель в Киевской губернии Российской Империи 6 (18) марта 1874 года. Его отцом был офицер-кавалерград Александр Михайлович, который впоследствии стал предводителем уездного дворянства. Мать Николая - Алина Сергеевна, имела французские корни (по своей матери), а по отцу была княжной Кудашевой. Это одна из причин, по которой биография философа Бердяева столь нестандартна и уникальна - он воспитывался ни как всякий русский мальчик, а как человек из интернациональной семьи. Родители прививали ему любовь ко всему миру, а не только к своей Родине.

Некоторые люди могут быть знакомы с биографией Бердяева и его личностью по сочинениям, таким как "Русская идея" (1948 год), "Миросозерцание Достоевского" (1923 год), "Философия свободного духа" (1927-28 гг.).

Ранее время

Так как Николай Бердяев своими корнями обязан знатному дворянскому роду, ему выпала честь обучаться в Киевском кадетском корпусе, а впоследствии в Киевском университете на юридическом и естественном факультетах. В 1989 году он примкнул к движению марксистов, за что был исключен из учебного заведения и даже сослан в Вологду на три года. В 1901 году, после возврата из ссылки, в биографии Николая Бердяева произошла идейная эволюция - движение от марксизма к идеализму. Его проводниками в этом стали Михаил Булгаков, Петр Струве и Семен Франк, которые мыслили в аналогичном ключе. Кстати, именно эти люди стали основателями нового философского движения, которое в 1902 году получило название "Проблемы идеализма". Благодаря Бердяеву и его единомышленникам в России поднялась извечная проблема религиозно-философского возрождения.

Первые работы и творческая деятельность

В 1904 году в биографии Бердяева наступили существенные перемены: он перебрался в Петербург и стал главным редактором сразу двух журналов: "Вопросы жизни" и "Новый путь". Параллельно, сближаясь с такими философами, как Гиппиус, Мережковский, Розанов и др. он основал еще одно течение под названием "Новое религиозное состояние". На протяжении нескольких лет Бердяев пишет многочисленные статьи, в которых раскрывает суть религиозного и духовного состояния России и высказывает на счет всего этого свое личное мнение. Все свои работы за этот период он объединяет в несколько книг: "Sub specie aeternitatis: Опыты философские, социальные и литературные 1900-1906".

Москва и новые путешествия

Биография Н. А. Бердяева с 1908 года уже разворачивается в Москве. Сюда он перебирается для того, чтобы продолжить свое творческое развитие и стать одним из участников движения по продолжению и развитию мысли Соловьева. Также Николай становится одним из деятелей в книжном издательстве "Путь". Там же он стал одним из авторов-философов, которые внесли свою лепту в создание легендарного сборника "Вехи" в 1909 году. После этого мыслителю выпал шанс отправиться в путешествие в Италию. Там он проникся не только мыслью и духом местных людей, но и красотой и величием архитектуры и прочих культурных и религиозных памятников. Это дало толчок развитию новой философии в голове Бердяева, которая стала уже автономной, уникальной и принадлежащей не какой-то группе, а лишь ему одному. Его размышления о свободе личности и мысли дополнились идеей творчества и вечной трагедией, которая неразрывно связана с ним ("Смысл творчества", 1916 г.).

Революция и зарождение Советской России

Подготовка к революции и ее начало открыли новые двери в биографии Бердяева. На фоне разразившейся политической обстановки он стал работать еще более активно, излагая свои мысли и соображения на счет всего происходящего в многочисленных статьях и книгах. Стоит отметить, что прихода революции Николай ожидал, так как четко знал, что период императоров и Царей в России полностью изжил себя и стал, можно сказать, рудиментом. Однако власть, которая пришла на смену былому режиму, ему не понравилась еще в большей степени. Коммунизм и тоталитаризм он отвергал, утверждая, что это принудительное "равенство" и "братство" - лишь личина, под которой скрывается зло. Заметим также, что в 1919 году он написал книгу (которая была издана в 1923 году) под названием "Философия неравенства". В ней он отвергал былую демократию и социализм, но это было еще до того, как к власти пришли большевики. После становления Советов Бердяев пришел к выводу, что царский режим был не так уж плох, а демократия, идущая рука об руку с социализмом, давали народу куда больше свободы, нежели тоталитаризм.

Также, рассказывая биографию Н. А. Бердяева, кратко можно отметить, что после революции он начал проводить у себя дома еженедельные собрания, которые даже получили название - "Вольная академия духовной культуры". Благодаря этой деятельности он стал признанным лидером небольшевистской общественности.

Аресты и ссылка в Германию

В период с 1918 года по 1922 год Бердяева трижды арестовывают от имени советской власти за его культурную и философскую деятельность. В 1922 году его ссылают в Германию, опасаясь того, что из-за его соображений и трактатов пошатнется фундамент только что построенной "Красной России". Следует заметить, что в Берлин мыслитель отправился не один, а с дюжиной своих единомышленников, многие из которых были членами его "Вольной академии". Находясь вдали от Родины, Николай, опять таки, организовал Религиозно-философскую академию. Также он принял участие в создании и становлении Русского научного института, который позволил всем наши соотечественникам, которые находились в Берлине, получить образование в соответствии с российскими стандартами. Бердяев еще и принял участие в создании Русского студенческого христианского движения. Как он сам утверждал, ссылка в Берлин позволила ему сделать это в той мере, в которой он сам того желал, так как на Родине, увы, ему бы ни удалось сделать и доли из того, что он смог осуществить в Германии.

Период эмиграции во Францию

Франция - следующая страна, в которую от Советского коммунизма в 1924 году сбежал Николай Александрович Бердяев. Биография мыслителя на родине его матери сложилась не менее интересно и захватывающе, нежели в России или в Германии. Во-первых, он стал главным редактором журнала "Путь", который выпускался в период с 1925 по 1940 годы. Это издание было единственной нитью, связывающей всех мигрантов во Франции, которые покинули Россию, но скучали по ней. Также Николай написал книгу "Новое средневековье". Она оказалась небольшой, но именно с момента ее релиза началась широкая слава Бердява на всю Европу. На протяжение долгих лет философ проводит собрания, в которых участвую представители различных течений христианства - православные, католики и даже протестанты. Он часто беседует с представителями католического духовенства и сравнивает их культуру с российской. Важно отметить, что идеология левых католиков, которая сформировалась во Франции в середине 30-х годов, была предложена Николаем Бердяевым.

Российский философ в мировом контексте

В нашей краткой биографии Бердяева невозможно также упустить тот факт, что он стал проводником истинной российской истории в западный мир. В своих книгах "Русская идея" и "Истоки и смысл русского коммунизма" он описал основные события и тенденции, а также социальный настрой России и, так сказать, из первых рук передал людям запада всю идеологию нашей страны. Ни до него, ни после еще не было такого человека, который смог бы иным этносам и цивилизациям, которые привыкли жить и думать совсем иначе, передать в полных красках всю прелесть отечественного народа, земли, обычаев и, что важнее всего, событий, которые стали причиной формирования тех или иных идеологических течений в России.

Вторая мировая война

Страшная и ужасная война, которая шла в России в период с 1941 года по 1945-й, как ни странно, подарила надежду Бердяеву на то, что советская власть станет более гуманной по отношению к народу и смягчит свою тоталитарную политику. С представителями правящей верхушки он даже вступил в контакт под конец войны (с 1944 по 1946 годы). Однако вскорости до него дошла информация о многочисленных репрессиях со стороны Сталина и Берии, а также о новых идеологических трактатах, которые еще больше сковали простой народ. На этом моменте его надежды на просветленное будущее России обрываются, и он перестает контактировать с родной страной. В 1947 году выходит книга Бердяева под названием "Опыт Эсхатологической Метафизики". В этом же году его признают как почетного доктора богословия Кембриджского университета. Два года спустя Николай выпускает автобиографию с явным духовным и философским подтекстом под названием "Самопознание". На данный момент за спиной мыслителя свыше сорока книг, и он уже считается автором мирового уровня.

Особенности философии

Впервые догадаться о том, какую именно философию пропагандирует Бердяев и каково его мировоззрение, можно было из его книги "Смысл творчества". В ней с точностью до мелочей описаны идеи объективации, творчества, личности и, конечно же, метаисторического или же эсхатологического смысла истории. Николай создал некую дуалистическую теорию реальности, ее нередко сравнивают с философской моделью Платона. Однако у древнегреческого мыслителя два мира - духовный и физический, существуют оторвано друг от друга, как бы параллельно. А вот по Бердяеву наша духовность, наши мысли и идеология, что не имеет телесной или иной ощутимой оболочки, врывается в материальную плоскость. И именно благодаря взаимодействию этих двух "вселенных" функционирует весь мир, в котором мы живем, мыслим, развиваемся и проходим свой предначертанный путь.

Заключение

Узнав краткую биографию Николая Бердяева, появляется желание поглубже изучить не только его жизненный путь, но и творческие, духовные взгляды и интересы. Его личность, мысль, идея были настолько уникальными и нетипичными, что до сих пор остаются актуальными. Перечитывая любое сочинение данного автора в наши дни, удивляешься тому, насколько оно соответствует времени, даже несмотря на тот факт, что было оно написано чуть ли не сто лет тому назад.

fb.ru

Бердяев, Николай Александрович — Википедия РУ

Принадлежал к дворянской семье Бердяевых, известной своими традициями офицерской службы. Его отец, офицер-кавалергард Александр Михайлович Бердяев (1837—1916), сын генерал-лейтенанта М. Н. Бердяева, был киевским уездным предводителем дворянства, позже председателем правления Киевского земельного банка. Мать Алина Сергеевна, урождённая княжна Кудашева, была дочерью французской графини Шуазёль-Гуфье. Супруга — поэтесса Лидия Рапп (урождённая Трушева; 1871—1945).

Образование

Бердяев воспитывался дома, затем в Киевском кадетском корпусе. В шестом классе оставил корпус и начал готовиться к экзаменам на аттестат зрелости для поступления в университет. «Тогда же у меня явилось желание сделаться профессором философии»[10]. Поступил на естественный факультет Киевского университета, через год на юридический. В 1897 году за участие в студенческих беспорядках был арестован, отчислен из университета и сослан в Вологду. В 1899 году в марксистском журнале «Die Neue Zeit» напечатана его первая статья «Ф. А. Ланге и критическая философия в их отношении к социализму».

Общественная деятельность

В 1901 году вышла его статья «Борьба за идеализм», закрепившая переход от позитивизма к метафизическому идеализму. Наряду с С. Н. Булгаковым, П. Б. Струве, С. Л. Франком Бердяев стал одной из ведущих фигур движения, выступившего с критикой мировоззрения революционной интеллигенции. Это направление впервые заявило о себе сборником статей «Проблемы идеализма» (1902), затем сборниками «Вехи» (1909) и «Из глубины» (1918), в которых резко отрицательно характеризовалась роль радикалов в революции 1905 и 1917 годов.

  Группа основателей «Союза освобождения» в 1902 г. в Германии (слева направо): Пётр Струве, Нина Струве, Василий Богучарский, Николай Бердяев и Семён Франк (внизу)

В 1903—1904 годах принимал участие в организации Союза освобождения и его борьбе.

Желая принять какое-либо участие в освободительном движении, я примкнул к Союзу освобождения. С инициаторами Союза освобождения у меня были идейные и личные связи. Я принял участие в двух съездах за границей в 1903 и 1904 годах, на которых был конструирован Союз освобождения. Съезды происходили в Шварцвальде и в Шафгаузене, около Рейнского водопада. Красивая природа меня более привлекала, чем содержание съездов. Там я впервые встретился с либеральными земскими кругами. Многие из этих людей впоследствии играли роль в качестве оппозиции в Государственной думе и вошли в состав Временного правительства 1917 года. Среди них были очень достойные люди, но среда эта была мне чужда. В мою задачу совсем не входит писать воспоминания о Союзе освобождения, который играл активную роль перед первой русской революцией. Из деятелей Союза освобождения вышли элементы, составившие потом главную основу кадетской партии. В кадетскую партию я не вошёл, считая её партией «буржуазной». Я продолжал считать себя социалистом. Я принимал участие в комитете Союза освобождения сначала в Киеве, потом в Петербурге, но особенно активной роли по своему настроению не играл и чувствовал страшную отчуждённость от либерально-радикальной среды, большую отчуждённость, чем от среды революционно-социалистической. Иногда я вел переговоры от Союза освобождения с социал-демократами, например, с X., тогда меньшевиком, а впоследствии советским сановником, народным комиссаром и послом, с Мартовым, а также с представителями еврейского Бунда. На «освобожденческих» банкетах, которыми в то время полна была Россия, я себя чувствовал плохо, не на своем месте и, несмотря на свой активный темперамент, был сравнительно пассивен. Я себя чувствовал относительно лучше среди социал-демократов, но они не могли мне простить моей «реакционной», по их мнению, устремленности к духу и к трансцендентному.

— Самопознание[11].

В 1913 году написал антиклерикальную статью «Гасители духа», в защиту афонских монахов.

  Николай Александрович Бердяев. 1912 г.

За это он был приговорен к ссылке в Сибирь, но Первая мировая война и революция помешали приведению приговора в исполнение, в результате чего, три года он провёл в ссылке в Вологодской губернии. За последующие годы до своей высылки из СССР в 1922 году Бердяев написал множество статей и несколько книг, из которых впоследствии, по его словам, по-настоящему ценил лишь две — «Смысл творчества» и «Смысл истории».

Участвовал во многих начинаниях культурной жизни Серебряного века, вначале вращаясь в литературных кругах Петербурга, потом принимая участие в деятельности Религиозно-философского общества в Москве. После революции 1917 года Бердяев основал «Вольную академию духовной культуры», просуществовавшую три года (1919—1922):

Я был её председателем, и с моим отъездом она закрылась. Это своеобразное начинание возникло из собеседований в нашем доме. Значение Вольной академии духовной культуры было в том, что в эти тяжёлые годы она была, кажется, единственным местом, в котором мысль протекала свободно и ставились проблемы, стоявшие на высоте качественной культуры. Мы устраивали курсы лекций, семинары, публичные собрания с прениями.

— Самопознание[12].

В 1920 году Историко-филологический факультет Московского университета избрал Бердяева профессором.

Высылка из советской России

Дважды при советской власти Бердяев попадал в тюрьму. «Первый раз я был арестован в 1920 году в связи с делом так называемого Тактического центра, к которому никакого прямого отношения не имел. Но было арестовано много моих хороших знакомых. В результате был большой процесс, но я к нему привлечён не был». Во время этого ареста, как рассказывает Бердяев в мемуарах, его допрашивали лично Феликс Дзержинский и Вацлав Менжинский.

Во второй раз Бердяева арестовали в 1922 году. «Я просидел около недели. Меня пригласили к следователю и заявили, что я высылаюсь из советской России за границу. С меня взяли подписку, что в случае моего появления на границе СССР я буду расстрелян. После этого я был освобождён. Но прошло около двух месяцев, прежде чем удалось выехать за границу»[13].

Жизнь в эмиграции

После отъезда 29 сентября 1922 года — на так называемом «философском пароходе» — Бердяев жил сначала в Берлине, где познакомился с несколькими немецкими философами: Максом Шелером (1874—1928), Кайзерлингом (1880—1946) и Шпенглером (1880—1936). Сочинения немецкого философа Франца фон Баадера (1765—1841) — по словам Бердяева «величайшего и замечательнейшего из бёмеанцев»[14] — привели русского эмигранта к трудам религиозного мистика, так называемого «тевтонского философа», Якоба Бёме (1575—1624)[15].

В 1924 году он переехал в Париж. Там, а в последние годы в Кламаре под Парижем, Бердяев и жил до самой смерти. Принимал самое активное участие в работе Русского студенческого христианского движения (РСХД), являлся одним из его главных идеологов. Он много писал и печатался, с 1925 по 1940 годы был редактором журнала русской религиозной мысли «Путь», активно участвовал в европейском философском процессе, поддерживая отношения с такими философами, как Э. Мунье, Г. Марсель, К. Барт и др.

«В последние годы произошло небольшое изменение в нашем материальном положении, я получил наследство, хотя и скромное, и стал владельцем павильона с садом в Кламаре. В первый раз в жизни, уже в изгнании, я имел собственность и жил в собственном доме, хотя и продолжал нуждаться, всегда не хватало». В Кламаре раз в неделю устраивались «воскресенья» с чаепитиями, на которые собирались друзья и почитатели Бердяева, происходили беседы и обсуждения разнообразных вопросов и где «можно было говорить обо всём, высказывать мнения самые противоположные»[16].

Среди опубликованных в эмиграции книг Н. А. Бердяева следует назвать «Новое средневековье» (1924), «О назначении человека. Опыт парадоксальной этики» (1931), «О рабстве и свободе человека. Опыт персоналистической философии» (1939), «Русская идея» (1946), «Опыт эсхатологической метафизики. Творчество и объективация» (1947). Посмертно были опубликованы книги «Самопознание. Опыт философской автобиографии» (1949), «Царство Духа и царство Кесаря» (1951) и др.

В 1942—1948 годах был 7 раз номинирован на Нобелевскую премию по литературе[17].

«Мне пришлось жить в эпоху катастрофическую и для моей Родины, и для всего мира. На моих глазах рушились целые миры и возникали новые. Я мог наблюдать необычайную превратность человеческих судеб. Я видел трансформации, приспособления и измены людей, и это, может быть, было самое тяжелое в жизни. Из испытаний, которые мне пришлось пережить, я вынес веру, что меня хранила Высшая Сила и не допускала погибнуть. Эпохи, столь наполненные событиями и изменениями, принято считать интересными и значительными, но это же эпохи несчастные и страдальческие для отдельных людей, для целых поколений. История не щадит человеческой личности и даже не замечает её. Я пережил три войны, из которых две могут быть названы мировыми, две революции в России, малую и большую, пережил духовный ренессанс начала XX века, потом русский коммунизм, кризис мировой культуры, переворот в Германии, крах Франции и оккупацию её победителями, я пережил изгнание, и изгнанничество мое не кончено. Я мучительно переживал страшную войну против России. И я ещё не знаю, чем окончатся мировые потрясения. Для философа было слишком много событий: я сидел четыре раза в тюрьме, два раза в старом режиме и два раза в новом, был на три года сослан на север, имел процесс, грозивший мне вечным поселением в Сибири, был выслан из своей Родины и, вероятно, закончу свою жизнь в изгнании»[18].

В 1946 году получил советское гражданство[19]. Умер Бердяев в 1948 году за письменным столом в своем рабочем кабинете в доме в Кламаре от разрыва сердца. За две недели до смерти он завершил книгу «Царство Духа и Царство Кесаря», и у него уже созрел план новой книги, написать которую он не успел[20].

Похоронен в Кламаре, на городском кладбище Буа-Тардьё[21].

Могила Николая Бердяева на кладбище Кламара (Франция; 2013).

Наиболее выражает мою метафизику книга «Опыт эсхатологической метафизики». Моя философия есть философия духа. Дух же для меня есть свобода, творческий акт, личность, общение любви. Я утверждаю примат свободы над бытием. Бытие вторично, есть уже детерминация, необходимость, есть уже объект. Может быть, некоторые мысли Дунса Скота, более всего Я. Беме и Канта, отчасти Мен де Бирана и, конечно, Достоевского как метафизика я считаю предшествующими своей мысли, своей философии свободы. — Самопознание, гл. 11.

Во время ссылки за революционную деятельность Бердяев перешёл от марксизма («Маркса я считал гениальным человеком и считаю сейчас», — писал он позднее в «Самопознании») к философии личности и свободы в духе религиозного экзистенциализма и персонализма.

В своих работах Бердяев охватывает и сопоставляет мировые философские и религиозные учения и направления: греческую, буддийскую и индийскую философию, каббалу, неоплатонизм, гностицизм, мистицизм, космизм, антропософию, теософию и др.

У Бердяева ключевая роль принадлежала свободе и творчеству («Философия свободы» и «Смысл творчества»): единственный источник творчества — свобода. В дальнейшем Бердяев ввел и развил важные для него понятия:

  • царство духа,
  • царство природы,
  • объективация — невозможность преодолеть рабские оковы царства природы,
  • трансцендирование — творческий прорыв, преодоление рабских оков природно-исторического бытия.

Но в любом случае внутренней основой бердяевской философии являются свобода и творчество. Свобода определяет царство духа. Дуализм в его метафизике — это Бог и свобода. Свобода угодна Богу, но в то же время она — не от Бога. Существует «первичная», «несотворённая» свобода, над которой Бог не властен. Эта же свобода, нарушая «Божественную иерархию бытия», порождает зло. Тема свободы, по Бердяеву, важнейшая в христианстве — «религии свободы». Иррациональная, «темная» свобода преображается Божественной любовью, жертвой Христа «изнутри», «без насилия над ней», «не отвергая мира свободы». Богочеловеческие отношения неразрывно связаны с проблемой свободы: человеческая свобода имеет абсолютное значение, судьбы свободы в истории — это не только человеческая, но и Божественная трагедия. Судьба «свободного человека» во времени и истории трагична.

Наличие содержащейся параллели с упадком античного мира в «Новом средневековье» Бердяева отмечает Сергей Крих: у Бердяева конец «современной античности» (мира XIX века, викторианской эпохи, русского классицизма и так далее) виделся как трагический путь к очистившемуся обществу[22].

http-wikipediya.ru

Бердяев, Николай Александрович - это... Что такое Бердяев, Николай Александрович?

Николай Бердяев

Н. Бердяев и Мать Мария (Скобцова),1938
Дата рождения:

6 (18) марта 1874(1874-03-18)

Место рождения:

Киев, Российская империя

Дата смерти:

23 марта 1948(1948-03-23) (74 года)

Место смерти:

Кламар, Четвёртая французская республика

Направление:

русская религиозная философия, религиозный экзистенциализм, персонализм, профетическая философия.

Основные интересы:

философская антропология, онтология, христианская мистика

Оказавшие влияние:

К.Н. Леонтьев, В.С. Соловьёв, Я.Бёме

Испытавшие влияние:

Э.Мунье

В Википедии есть статьи о других людях с такой фамилией, см. Бердяев.

Никола́й Алекса́ндрович Бердя́ев ( [18] марта 1874, Киев — 23 марта[1][2]1948, Кламар под Парижем) — русский религиозный и политический философ, представитель экзистенциализмa.

Биография

Семья

Н. А. Бердяев родился в дворянской семье. Его отец, Александр Михайлович Бердяев, был офицером-кавалергардом, потом киевским уездным предводителем дворянства, позже председателем правления киевского земельного банка; мать, Алина Сергеевна, урождённая княжна Кудашева, по матери была француженкой.

Образование

Бердяев воспитывался дома, затем в Киевском кадетском корпусе. В шестом классе оставил корпус и начал готовиться к экзаменам на аттестат зрелости для поступления в университет. «Тогда же у меня явилось желание сделаться профессором философии»[3]. Поступил на естественный факультет Киевского университета, через год на юридический. В 1897 г. за участие в студенческих беспорядках был арестован, отчислен из университета и сослан в Вологду. В 1899 г. в марксистском журнале «Neue Zeit», напечатана его первая статья «Ф. А. Ланге и критическая философия в их отношении к социализму».

В 1901 г. вышла его статья «Борьба за идеализм», закрепившая переход от позитивизма к метафизическому идеализму. Наряду с С. Н. Булгаковым, П. Б. Струве, С. Л. Франком Бердяев стал одной из ведущих фигур движения (веховство), которое впервые заявило о себе сборником статей «Проблемы идеализма» (1902), затем сборниками «Вехи» (1909) и «Из глубины» (1918), в которых резко отрицательно характеризовались революции 1905 и 1917 годов.

В 1913 году написал антиклерикальную статью, в защиту афонских монахов. За это он был приговорен к депортации в Сибирь, но Первая мировая война и революция помешали приведению приговора в исполнение. За последующие годы до своей высылки из СССР в 1922 г. Бердяев написал множество статей и несколько книг, из которых впоследствии, по его словам, по-настоящему ценил лишь две — «Смысл творчества» и «Смысл истории».

Участвовал во многих начинаниях культурной жизни Серебряного века, вначале вращаясь в литературных кругах Петербурга, потом принимая участие в деятельности Религиозно-философского общества в Москве. После революции 1917 года Бердяев основал «Вольную академию духовной культуры», просуществовавшую три года (1919—1922)[4].

Жизнь в эмиграции

Дважды при советской власти Бердяев попадал в тюрьму. «Первый раз я был арестован в 1920 году в связи с делом так называемого Тактического центра, к которому никакого прямого отношения не имел. Но было арестовано много моих хороших знакомых. В результате был большой процесс, но я к нему привлечен не был». Во время этого ареста, как рассказывает Бердяев в мемуарах, его допрашивали лично Феликс Дзержинский и Вацлав Менжинский. Во второй раз Бердяева арестовали в 1922 году. «Я просидел около недели. Меня пригласили к следователю и заявили, что я высылаюсь из советской России за границу. С меня взяли подписку, что в случае моего появления на границе СССР я буду расстрелян. После этого я был освобожден. Но прошло около двух месяцев, прежде чем удалось выехать за границу»[5]. После отъезда (на так называемом «философском пароходе») Бердяев жил сначала в Берлине, где познакомился с несколькими немецкими философами: Максом Шелером, Кайзерлингом, Шпенглером. В 1924 он переехал в Париж. Там, а в последние годы в Кламаре под Парижем, Бердяев и жил до самой смерти. Принимал самое активное участие в работе Русского студенческого христианского движения (РСХД), являлся одним из его главных идеологов. Он много писал и печатался, с 1925 по 1940 гг. был редактором журнала «Путь», активно участвовал в европейском философском процессе, поддерживая отношения с такими философами, как Э. Мунье, Г. Марсель, К. Барт и др.

«В последние годы произошло небольшое изменение в нашем материальном положении, я получил наследство, хотя и скромное, и стал владельцем павильона с садом в Кламаре. В первый раз в жизни, уже в изгнании, я имел собственность и жил в собственном доме, хотя и продолжал нуждаться, всегда не хватало». В Кламаре раз в неделю устраивались «воскресенья» с чаепитиями, на которые собирались друзья и почитатели Бердяева, происходили беседы и обсуждения разнообразных вопросов и где «можно было говорить обо всём, высказывать мнения самые противоположные»[6].

Среди опубликованных в эмиграции книг Н. А. Бердяева следует назвать «Новое средневековье» (1924), «О назначении человека. Опыт парадоксальной этики» (1931), «О рабстве и свободе человека. Опыт персоналистической философии» (1939), «Русская идея» (1946), «Опыт эсхатологической метафизики. Творчество и объективация» (1947). Посмертно были опубликованы книги «Самопознание. Опыт философской автобиографии» (1949), «Царство Духа и царство Кесаря» (1951) и др.

«Мне пришлось жить в эпоху катастрофическую и для моей Родины, и для всего мира. На моих глазах рушились целые миры и возникали новые. Я мог наблюдать необычайную превратность человеческих судеб. Я видел трансформации, приспособления и измены людей, и это, может быть, было самое тяжелое в жизни. Из испытаний, которые мне пришлось пережить, я вынес веру, что меня хранила Высшая Сила и не допускала погибнуть. Эпохи, столь наполненные событиями и изменениями, принято считать интересными и значительными, но это же эпохи несчастные и страдальческие для отдельных людей, для целых поколений. История не щадит человеческой личности и даже не замечает её. Я пережил три войны, из которых две могут быть названы мировыми, две революции в России, малую и большую, пережил духовный ренессанс начала XX века, потом русский коммунизм, кризис мировой культуры, переворот в Германии, крах Франции и оккупацию её победителями, я пережил изгнание, и изгнанничество мое не кончено. Я мучительно переживал страшную войну против России. И я ещё не знаю, чем окончатся мировые потрясения. Для философа было слишком много событий: я сидел четыре раза в тюрьме, два раза в старом режиме и два раза в новом, был на три года сослан на север, имел процесс, грозивший мне вечным поселением в Сибири, был выслан из своей Родины и, вероятно, закончу свою жизнь в изгнании».[7]

Умер Бердяев в 1948 г. в своём доме в Кламаре от разрыва сердца. За две недели до смерти он завершил книгу «Царство Духа и Царство Кесаря», и у него уже созрел план новой книги, написать которую он не успел[8].

Похоронен на кладбище Буа-Тардьё коммуны Кламар департамента О-де-Сен.

Основные положения философии

Наиболее выражает мою метафизику книга «Опыт эсхатологической метафизики». Моя философия есть философия духа. Дух же для меня есть свобода, творческий акт, личность, общение любви. Я утверждаю примат свободы над бытием. Бытие вторично, есть уже детерминация, необходимость, есть уже объект. Может быть, некоторые мысли Дунса Скота, более всего Я. Беме и Канта, отчасти Мен де Бирана и, конечно, Достоевского как метафизика я считаю предшествующими своей мысли, своей философии свободы. — Самопознание, гл. 11.

Во время ссылки за революционную деятельность Бердяев перешёл от марксизма («Маркса я считал гениальным человеком и считаю сейчас», — писал он позднее в «Самопознании») к философии личности и свободы в духе религиозного экзистенциализма и персонализма.

В своих работах Бердяев охватывает и сопоставляет мировые философские и религиозные учения и направления: греческую, буддийскую и индийскую философию, неоплатонизм, гностицизм, мистицизм, масонство, космизм, антропософию, теософию, Каббалу и др.

У Бердяева ключевая роль принадлежала свободе и творчеству («Философия свободы» и «Смысл творчества»): единственный механизм творчества — свобода. В дальнейшем Бердяев ввел и развил важные для него понятия:

  • царство духа,
  • царство природы,
  • объективация — невозможность преодолеть рабские оковы царства природы,
  • трансцендирование — творческий прорыв, преодоление рабских оков природно-исторического бытия.

Но в любом случае внутренней основой бердяевской философии являются свобода и творчество. Свобода определяет царство духа. Дуализм в его метафизике — это Бог и свобода. Свобода угодна Богу, но в то же время она — не от Бога. Существует «первичная», «несотворённая» свобода, над которой Бог не властен. Эта же свобода, нарушая «божественную иерархию бытия», порождает зло. Тема свободы, по Бердяеву, важнейшая в христианстве — «религии свободы». Иррациональная, «темная» свобода преображается Божественной любовью, жертвой Христа «изнутри», «без насилия над ней», «не отвергая мира свободы». Богочеловеческие отношения неразрывно связаны с проблемой свободы: человеческая свобода имеет абсолютное значение, судьбы свободы в истории — это не только человеческая, но и божественная трагедия. Судьба «свободного человека» во времени и истории трагична.

См. также

Книги

«Философия свободного духа» «О назначении человека»
  • «Философия свободного духа (Проблематика и апология христианства)» (1927)
  • «О назначении человека (Опыт парадоксальной этики)» Париж: Cовременные записки, 1931. — 318 с.
  • «Русская религиозная психология и коммунистический атеизм» Париж: Ymca-press, 1931. — 48 c.
  • «Христианство и классовая борьба» Париж: Ymca-press, 1931. — 139 с.
  • «Судьба человека в современном мире (К пониманию нашей эпохи)» (1934)
  • «Я и мир объектов (Опыт философии одиночества и общения)» Париж: Ymca-press, 1934. — 187 с.
  • «Дух и реальность (Основы богочеловеческой духовности)» (1935)
  • «Истоки и смысл русского коммунизма» (на нем. 1938; на рус. 1955)
  • «О рабстве и свободе человека (Опыт персоналистической философии)» Париж: Ymca-press, 1939. — 222 с.
  • «Самопознание (Опыт философской автобиографии)» (1940, изд. 1949)
  • «Творчество и объективация (Опыт эсхатологической метафизики)» (1941, изд. 1947)
  • «Экзистенциальная диалектика божественного и человеческого» Париж: Ymca-press, 1952. — 246 с. (1944—1945; на фр. 1947, на рус. 1952)
  • «Русская идея (Основные проблемы русской мысли XIX века и начала XX века)» (1946)
  • «Царство Духа и царство Кесаря» Париж: Ymca-press, 1951. — 165 c.
  • «Смысл истории (Опыт философии человеческой судьбы)» Париж: Ymca-press, 1969. — 269 c.
  • «Истина и откровение. Пролегомены к критике Откровения» (1946—1947; на рус. 1996)

Статьи

  • Berl. Mort de la morale bourgeoise// Путь. — 1931. — № 28. — С. 104—106
  • Come Hermann de Keyserling. Meditations sud-americains// Путь. — 1932. — № 36. — С. 89-93
  • E. Brunner. Gott und Mensch// Путь. — 1930. — № 24. — С. 122—124
  • Garrigou-Lagrange. La Providence// Путь. — 1932. — № 35. — С. 97-99
  • Heering Dieu et César// Путь. — 1933. — № 40. — С. 70-72
  • I. N. Danzas: L’itinéraire religieux de la conscience russe// Путь. — 1937. — № 51. — С. 74-76
  • J. Grenier. Essai sur l’espirit d’orthodoxie// Путь. — 1938. — № 57. — С. 84-86
  • Kirche, Volk und Staat. Stimmen aus der Deutschen Evangelichen Kirche zur Oxforder Weltkirchenkoferenz// Путь. — 1937. — № 54. — С. 74-76
  • Martin Buber// Путь. — 1933. — № 38. — С. 87-91
  • Pages choisies du P. Laberthonniere// Путь. — 1932. — № 32. — С. 103—105
  • Schmidhauser. Der Kampf um das geistige Reich// Путь. — 1933. — № 40. — С. 66-70
  • Антихристианская мысль (Цельс)// Путь. — 1926. — № 5. — С. 131—132
  • Асмус. Очерки истории диалектики в новой философии// Путь. — 1931. — № 27. — С. 108—112
  • Аура коммунизма// Новый Град. — 1936. — № 11. — С. 40-46
  • А. С. Хомяков и свящ. П. А. Флоренский// Символ. — Paris, 1986. — С. 227—236
  • Больная Россия// Духовный кризис интеллигенции. — СПб., 1910. — С. 84-94
  • Бунт и покорность в психологии масс// Духовный кризис интеллигенции. — СПб., 1910. — С. 73-83
  • В защиту А. Блока// Путь. — 1931. — № 26. — С. 109—113
  • Война и эсхатология// Путь. — 1939—1940. — № 61. — С. 3-14
  • Восток и Запад// Путь. — 1930. — № 23. — С. 97-109
  • Вселенскость и конфессионализм// Христианское воссоединение. — Paris, 1933. — С. 63-81
  • Два понимания христианства (к спорам о старом и новом в христианстве)// Путь. — 1932. — № 36. — С. 17-43
  • Два типа миросозерцания// Вопросы философии и психологии. — М., 1916. — 302—315
  • Декадентство и мистический реализм// Духовный кризис интеллигенции. — СПб., 1910. — С. 15-27
  • Дневник философа (Спор о монархии, о буржуазности и о свободе мысли)// Путь. — 1926. — № 4. — С. 176—182
  • Дневник философа (О духе времени и монархии)// Путь. — 1927. — № 6. — С. 110—114
  • Дневник философа (О средствах и целях, о политике и морали, о политике христианской и политике гуманистической, о двух пониманиях задач эмиграции).// Путь. — 1929. — № 16. — С. 82-94
  • Древо жизни и древо познания(Л. Шестов. «На весах Иова. Странствование по душам»)// Путь. — 1929. — № 18. — С. 88-106
  • Дух Великого Инквизитора (по поводу указа митрополита Сергия, осуждающего богословские взгляды о. С. Булгакова)// Путь. — 1935. — № 49. — С. 72-81
  • Духовное состояние современного мира// Путь. — 1932. — № 35. — С. 56-68
  • Евразийцы// Путь. — 1925. — № 1. — С. 134—139
  • Еще о христианском пессимизме и оптимизме (Ответ протоиерею С. Четверикову)// Путь. — 1935. — № 48. — С. 69-72
  • Жозеф же Местр и масонство// Путь. — 1926. — № 4. — С. 183—187
  • Журнал «Esprit» и духовно-социальные искания французской молодежи// Путь. — 1933. — № 39. — С. 78-82
  • Из психологии русской интеллигенции// Духовный кризис интеллигенции. — СПб., 1910. — С. 61-72
  • Из размышлений о теодицее// Путь. — 1927. — № 7. — С. 50-62
  • Из этюдов о Я. Беме. Этюд I. Учение об Ungrund// Путь. — 1930. — № 20. — С. 47-79
  • Из этюдов о Я. Беме. Этюд II. Учение о Софии и андрогине Я. Беме и русские софиологические течения.// Путь. — 1930. — № 21. — С. 34-62
  • Иллюзии и реальность в психологии эмигрантской молодежи// Путь. — 1928. — № 14. — С. 3-30
  • Искания социальной правды молодой Франции// Новый Град. — 1934. — № 9. — С. 56-64
  • Испанская трагедия перед судом христианской cовести// Новый Град. — 1939. — № 14. — С. 15-26
  • К вопросу об интеллигенции и нации// Духовный кризис интеллигенции. — СПб., 1910. — С. 129—137
  • К вопросу об отношении христианства к общественности// Духовный кризис интеллигенции. — СПб., 1910. — С. 209—220
  • К психологии революции// Духовный кризис интеллигенции. — СПб., 1910. — С. 40-60
  • Католичество и Action Francaise// Путь. — 1928. — № 10. — С. 115—123
  • Комедия первородного греха// Путь. — 1934. — № 44. — С. 68-72
  • Кошмар злого добра// Путь. — 1926. — № 4. — С. 103—116
  • Кризис интеллекта и миссия интеллигенции// Новый Град. — 1938. — № 13. — С. 5-11
  • Л. Троцкий. Моя жизнь// Новый Град. — 1931. — № 1. — С. 91-94
  • Лев Шестов и Киркегор// Современные записки. — 1936. — № LXII. — С. 375—382
  • Лев Шестов// Путь. — 1936. — № 50. — С. 50-52
  • Литературное направление и «социальный заказ»// Путь. — 1931. — № 29. — С. 80-92
  • Мережковский о революции// Духовный кризис интеллигенции. — СПб., 1910. — С. 102—119
  • Метафизическая проблема свободы// Путь. — 1928. — № 9. — С. 41-53
  • Многобожие и национализм// Путь. — 1934. — № 43. — С. 3-16
  • Н. Лосский «Свобода воли»// Путь. — 1927. — № 6. — С. 130—131
  • Н. А. Сетницкий. О конечном идеале// Путь. — 1932. — № 36. — С. 93-95
  • Наука о религии и христианская апологетика// Путь. — 1927. — № 6. — С. 50-68
  • Неотомизм// Путь. — 1925. — № 1. — С. 169—171
  • Нигилизм на религиозной почве// Духовный кризис интеллигенции. — СПб., 1910. — С. 201—208
  • Новая книга о Якове Беме// Путь. — 1926. — № 1. — С. 119—122
  • О гордости смиренных (ответ иеромонаху Иоанну)// Путь. — 1931. — № 31. — С. 70-75
  • О достоинстве христианства и недостоинстве христиан Париж, 1931 г.
  • О духовной буржуазности// Путь. — 1926. — № 3. — С. 3-13
  • О земном и небесном утопизме// Русская мысль. — М., 1913. — Год тридцать четвёртый, кн. IX. — С. 46-54
  • О литературном распаде// Духовный кризис интеллигенции. — СПб., 1910. — С. 138—152
  • О назначении человека. Опыт парадоксальной этики// Путь. — 1931. — № 29. — С. 94-95
  • О новейших течениях в немецкой философии. Гейдеггер// Путь. — 1930. — № 29. — С. 115—121
  • О профетической миссии слова и мысли. (К пониманию свободы)// Новый Град. — 1935. — № 10. — С. 56-65
  • О религиозном социализме (Книги Ragaz’а и Mounier)// Путь. — 1935. — № 49. — С. 86-91
  • О смене поколений и о вечном возвращении// Новый Град. — 1932. — № 5. — С. 36-42
  • О современном национализме// Русские записки. — 1938. — № 3. — С. 232—238
  • О социальном персонализме// Новый Град. — 1933. — № 49. — С. 44-60
  • О фанатизме, ортодоксии и истине// Русские записки. — 1937. — С. 180—191
  • О характере русской религиозной мысли XIX века// Современные записки. — 1936. — № LXII. — С. 309—343
  • О христианском пессимизме и оптимизме (По поводу письма протоиерея Сергия Четверикова)// Путь. — 1935. — № 46. — С. 31-36
  • О. Д Эрбиньи о религиозном образе Москвы в октябре 1925 г// Путь. — 1926. — № 3. — С. 145—147
  • Об авторитете, свободе и человечности (ответ В. Лосскому и о. С. Четверикову)// Путь. — 1936. — № 50. — С. 37-49
  • Обвинение Запада (О книге Масиса: «Defence de l’occident.»)// Путь. — 1927. — № 8. — С. 145—148
  • Обскурантизм// Путь. — 1928. — № 13. — С. 19-36
  • Опыт философского оправдания христианства// Русская мысль. — М., 1909. — Год тринадцатый, кн. IX. — С. 54-72
  • Ортодоксия и человечность. (Прот. Г. Флоровский. Пути русского богословия)// Путь. — 1937. — № 53. — С. 53-65
  • Основная идея философии Л. Шестова// Путь. — 1939. — № 58. — С. 44-48
  • Открытое письмо архиепископу Антонию// Духовный кризис интеллигенции. — СПб., 1910. — С. 299—304
  • Памяти Андрея Федоровича Карпова// Путь. — 1937. — № 54. — С. 72-73
  • Памяти Георгия Ивановича Черепанова// Путь. — 1936. — № 50. — С. 56-57
  • Памяти кн. Г. Н. Трубецкого// Путь. — 1930. — № 21. — С. 94-96
  • Памяти папы Пия XI// Путь. — 1939. — № 59. — С. 55-56
  • Парадоксы свободы в социальной жизни// Новый Град. — 1931. — № 1. — С. 59-66
  • Персонализм и марксизм// Путь. — 1935. — № 48. — С. 3-19
  • Письмо монархиста в редакцию журнала «Путь» и ответ Н. Бердяева// Путь. — 1926. — № 3. — С. 134—144
  • По поводу одной замечательной книги// Духовный кризис интеллигенции. — СПб., 1910. — С. 165—170
  • Познание и общение (ответ Н. Алексееву)// Путь. — 1934. — № 44. — С. 44-49
  • Правда и ложь коммунизма// Путь. — 1930. — № 31. — С. 3-34
  • Предсмертные мысли Фауста// Освальд Шпенглер и закат Европы. — М.: «Берег», 1922. — С. 55-72
  • Преодоление декадентства// Духовный кризис интеллигенции. — СПб., 1910. — С. 153—163
  • Проблема человека// Путь. — 1936. — № 50. — С. 3-26
  • Происхождение зла и смысл истории// Вопросы философии и психологии. — М., 1908., кн. V (95). — С. 441—479
  • Против максимализма// Духовный кризис интеллигенции. — СПб., 1910. — С. 95-101
  • Распря Церкви и государства в России// Духовный кризис интеллигенции. — СПб., 1910. — С. 221—233
  • Россия и Запад// Духовный кризис интеллигенции. — СПб., 1910. — С. 120—128
  • Русские богоискатели// Духовный кризис интеллигенции. — СПб., 1910. — С. 28-39
  • Русский духовный ренессанс начала XX в. и журнал «Путь» (к десятилетию «Пути»)// Путь. — 1935. — № 49. — С. 3-22
  • С. Франк. Непостижимое// Путь. — 1939. — № 60. — С. 65-67
  • Смертобожество// Путь. — 1927. — № 7. — С. 122—124
  • Социализм как религия// Вопросы философии и психологии. — М., 1906. — Год XVII, кн. V (85). — С. 508—545.
  • Социальный кризис культуры// Новый Град. — 1932. — № 3. — С. 46-53
  • Спасение и творчество (два понимания христианства)// Путь. — 1926. — № 2. — С. 26-46
  • Спор об антропософии// Путь. — 1930. — № 25. — С. 105—114
  • Ставрогин//Русская мысль. — Москва, 1914. — Год тридцать пятый, кн. V. — С. 80-89
  • Существует ли в православии свобода мысли и совести? (В защиту Георгия Федотова)// Путь. — 1939. — № 59. — С. 46-54
  • Съезд в Австрии// Путь. — 1927. — № 8. — С. 131—133
  • Три юбилея (Л. Толстой, Ген. Ибсен, Н. Федоров)// Путь. — 1928. — № 11. — С. 76-94
  • Утопический этатизм евразийцев// Путь. — 1927. — № 8. — С. 141—144
  • Философская истина и интеллигентская правда// Духовный кризис интеллигенции. — СПб., 1910. — С. 171—192
  • Христианство и антисемитизм// Путь. — 1938. — № 56. — С. 3-18
  • Христианство и революция// Новый Град. — 1937. — № 12. — С. 48-62
  • Христианство и социальный строй (Ответ С. Франку)// Путь. — 1939. — № 60. — С. 33-36
  • Царство Божие и царство кесаря// Путь. — 1925. — № 1. — С. 31-52
  • Церковная смута и свобода совести// Путь. — 1926. — № 5. — С. 42-54
  • Человек и машина (проблема социологии и метафизики техники)// Путь. — 1933. — № 38. — С. 3-37
  • Черная анархия// Духовный кризис интеллигенции. — СПб., 1910. — С. 193—198
  • Что такое человек? (Theodor Haecker. Was ist der Mensch?)// Путь. — 1935. — № 47. — С. 86-89

Литература

  • Л. И. Шестов, «Николай Бердяев (гнозис и экзистенциальная философия)»
  • В. В. Розанов, «На чтениях г. Бердяева»
  • Ал. Мень, Николай Александрович Бердяев, фонограмма
  • Свящ. Г. Кочетков, «Гений Бердяева и Церковь»
  • Шенталинский В. «Философский пароход»
  • Вениамин (Новик) Иг. «Мужество человека, публициста, философа» (К 50-летию земной кончины Николая Бердяева)
  • «Я понять тебя хочу, смысла я в тебе ищу…» (Н. А. Бердяев и оккультизм)
  • Райхельт, Штефан. Николай Бердяев в Германии 1920—1950. Исследование по истории влияния. (Отрывки из книги)// Coincidentia oppositorum. От Николая Кузанского к Николаю Бердяеву. — СПб.: Алетейя, 2010. — с.397—426.
  • Юрий Семёнов. О русской религиозной философии конца XIX — начала XX века
  • Шулятиков В. М. Критические этюды (о Бердяеве) // Курьер. — 1901. — № 201.
  • Свенцицкий В. П.Ответ Бердяеву (1907).

Примечания

  1. Даты жизни и творчества Николая Бердяева
  2. Н. А. Бердяев — интеллектуальная биография
  3. Бердяев Н. А. Автобиография // Бердяев Н. А. Самопознание. — М., 1991. — С. 351.
  4. «Я был её председателем, и с моим отъездом она закрылась. Это своеобразное начинание возникло из собеседований в нашем доме. Значение Вольной академии духовной культуры было в том, что в эти тяжелые годы она была, кажется, единственным местом, в котором мысль протекала свободно и ставились проблемы, стоявшие на высоте качественной культуры. Мы устраивали курсы лекций, семинары, публичные собрания с прениями».
  5. Бердяев Н. А. «Самопознание»
  6. Ставров П. Воскресенья в Кламаре // Бердяев Н. А. Самопознание. — М., 1991.
  7. Бердяев Н. А. Самопознание: (Опыт философской автобиографии). — М., 1991. — С. 9.
  8. Рапп Е. Ю. Запись о смерти Н. А. Бердяева / (Вступ. ст. и примеч. С. Г. Блинова, С. Д. Воронина, В. М. Мельникова, А. Л. Налепина, М. Д. Филина) // Российский Архив: История Отечества в свидетельствах и документах XVIII—XX вв.: Альманах. — М.: Студия ТРИТЭ: Рос. Архив, 1994. — С. 242—243. — [Т.] I.

Ссылки

dic.academic.ru

Николай Бердяев - это... Что такое Николай Бердяев?

Никола́й Алекса́ндрович Бердя́ев (6 (18) марта 1874, Киев — 23 марта или 24 марта 1948, Кламар под Парижем) — религиозный русский философ XX века. В 1922 году был выслан из Советской России, с 1925 года проживал во Франции.

Биография

Семья

Н. А. Бердяев родился в дворянской семье. Его отец, Александр Михайлович Бердяев, был офицером-кавалергардом, потом киевским уездным предводителем дворянства, позже председателем правления киевского земельного банка; мать, Алина Сергеевна, урожденная княжна Кудашева, по матери была француженкой.

Образование

Бердяев сперва воспитывался дома, потом поступил во 2-й класс киевского кадетского корпуса. В 6-м классе оставил корпус «и начал готовиться на аттестат зрелости для поступления в университет. Тогда же у меня явилось желание сделаться профессором философии»[1]. В 1894 г. Бердяев поступил в Киевский университет — сначала на естественный факультет, но через год перешел на юридический.

Жизнь в России

Бердяев, как и многие другие русские философы рубежа XIX-XX веков, прошел путь от марксизма к идеализму. В 1898 г. за свои социал-демократические взгляды он был арестован (вместе с 150 другими социал-демократами) и исключён из университета (до этого он однажды уже подвергался аресту на несколько дней как участник студенческой демонстрации). Месяц Бердяев провел в тюрьме, после чего был освобождён; его дело тянулось два года и кончилось высылкой в Вологодскую губернию на три года, два из которых он провёл в Вологде, а один — в Житомире.

В 1898 г. Бердяев начал печататься. Постепенно он стал отходить от марксизма, в 1901 г. вышла его статья «Борьба за идеализм», закрепившая переход от позитивизма к метафизическому идеализму. Наряду с С. Н. Булгаковым, П. Б. Струве, С. Л. Франком Бердяев стал одной из ведущих фигур движения, которое впервые заявило о себе сборником «Проблемы идеализма» (1902), затем сборником «Вехи», в котором резко отрицательно характеризовалась русская революция 1905 года.

За последующие годы до своей высылки из СССР в 1922 г. Бердяев написал множество статей и несколько книг, из которых впоследствии, по его словам, по-настоящему ценил лишь две — «Смысл творчества» и «Смысл истории»; он участвовал во многих начинаниях культурной жизни Серебряного века, вначале вращаясь в литературных кругах Петербурга, потом принимая участие в деятельности Религиозно-философского общества в Москве. После революции 1917 года Бердяев основал «Вольную академию духовной культуры», просуществовавшую три года (1919–1922).[2]

Жизнь в эмиграции

Дважды при советской власти Бердяев попадал в тюрьму. «Первый раз я был арестован в 20 году в связи с делом так называемого Тактического центра, к которому никакого прямого отношения не имел. Но было арестовано много моих хороших знакомых. В результате был большой процесс, но я к нему привлечен не был». Во второй раз Бердяева арестовали в 1922 году. «Я просидел около недели. Меня пригласили к следователю и заявили, что я высылаюсь из советской России за границу. С меня взяли подписку, что в случае моего появления на границе СССР я буду расстрелян. После этого я был освобожден. Но прошло около двух месяцев, прежде чем удалось выехать за границу».

После отъезда (на так называемом «философском пароходе») Бердяев жил сначала в Берлине, где участвовал в создании и работе «Русского научного института». В Берлине Бердяев познакомился с несколькими немецкими философами — с Максом Шелером, Кайзерлингом, Шпенглером. В 1924 г. он переехал в Париж. Там, а в последние годы в Кламаре под Парижем, Бердяев и жил до самой смерти. Он много писал и печатался, с 1925 по 1940 гг. был редактором журнала «Путь», активно участвовал в европейском философском процессе, поддерживая отношения с такими философами, как Э. Мунье, Г. Марсель, К. Барт и др.

«В последние годы произошло небольшое изменение в нашем материальном положении, я получил наследство, хотя и скромное, и стал владельцем павильона с садом в Кламаре. В первый раз в жизни, уже в изгнании, я имел собственность и жил в собственном доме, хотя и продолжал нуждаться, всегда не хватало». В Кламаре раз в неделю устраивались «воскресенья» с чаепитиями, на которые собирались друзья и почитатели Бердяева, происходили беседы и обсуждения разнообразных вопросов и где «можно было говорить обо всём, высказывать мнения самые противоположные»[3].

Среди опубликованных в эмиграции книг Н. А. Бердяева следует назвать «Новое средневековье» (1924), «О назначении человека. Опыт парадоксальной этики» (1931), «О рабстве и свободе человека. Опыт персоналистической философии» (1939), «Русская идея» (1946), «Опыт эсхатологической метафизики. Творчество и объективация» (1947). Посмертно были опубликованы книги «Самопознание. Опыт философской автобиографии» (1949), «Царство Духа и царство Кесаря» (1951) и др.

«Мне пришлось жить в эпоху катастрофическую и для моей родины, и для всего мира. На моих глазах рушились целые миры и возникали новые. Я мог наблюдать необычайную превратность человеческих судеб. Я видел трансформации, приспособления и измены людей, и это, может быть, было самое тяжелое в жизни. Из испытаний, которые мне пришлось пережить, я вынес веру, что меня хранила Высшая Сила и не допускала погибнуть. Эпохи, столь наполненные событиями и изменениями, принято считать интересными и значительными, но это же эпохи несчастные и страдальческие для отдельных людей, для целых поколений. История не щадит человеческой личности и даже не замечает ее. Я пережил три войны, из которых две могут быть названы мировыми, две революции в России, малую и большую, пережил духовный ренессанс начала XX века, потом русский коммунизм, кризис мировой культуры, переворот в Германии, крах Франции и оккупацию ее победителями, я пережил изгнание, и изгнанничество мое не кончено. Я мучительно переживал страшную войну против России. И я еще не знаю, чем окончатся мировые потрясения. Для философа было слишком много событий: я сидел четыре раза в тюрьме, два раза в старом режиме и два раза в новом, был на три года сослан на север, имел процесс, грозивший мне вечным поселением в Сибири, был выслан из своей родины и, вероятно, закончу свою жизнь в изгнании».[4]

Умер Бердяев в 1948 г. в своём доме в Кламаре от разрыва сердца. За две недели до смерти он завершил книгу «Царство Духа и Царство Кесаря», и у него уже созрел план новой книги, написать которую он не успел.

Основные положения философии

Наиболее выражает мою метафизику книга «Опыт эсхатологической метафизики». Моя философия есть философия духа. Дух же для меня есть свобода, творческий акт, личность, общение любви. Я утверждаю примат свободы над бытием. Бытие вторично, есть уже детерминация, необходимость, есть уже объект. Может быть, некоторые мысли Дунса Скота, более всего Я. Беме и Канта, отчасти Мен де Бирана и, конечно, Достоевского как метафизика я считаю предшествующими своей мысли, своей философии свободы.Самопознание, гл. 11.

Во время ссылки за революционную деятельность Бердяев перешёл от марксизма к философии личности и свободы в духе религиозного экзистенциализма и персонализма.

В своих работах Бердяев охватывает и сопоставляет мировые философские и религиозные учения и направления: греческую, буддийскую и индийскую философию, неоплатонизм, гностицизм, мистицизм, масонство, космизм, антропософию, теософию, Каббалу и др.

У Бердяева ключевая роль принадлежала свободе и творчеству («Философия свободы» и «Смысл творчества»): единственный механизм творчества — свобода. В дальнейшем Бердяев ввел и развил важные для него понятия:

  • царство духа,
  • царство природы,
  • объективация — невозможность преодолеть рабские оковы царства природы,
  • трансцендирование — творческий прорыв, преодоление рабских оков природно-исторического бытия.

Но в любом случае внутренней основой бердяевской философии являются свобода и творчество. Свобода определяет царство духа. Дуализм в его метафизике — это Бог и свобода. Свобода угодна Богу, но в то же время она — не от Бога. Существует «первичная», «несотворённая» свобода, над которой Бог не властен. Эта же свобода, нарушая «божественную иерархию бытия», порождает зло. Тема свободы, по Бердяеву, важнейшая в христианстве — «религии свободы». Иррациональная, «темная» свобода преображается Божественной любовью, жертвой Христа «изнутри», «без насилия над ней», «не отвергая мира свободы». Богочеловеческие отношения неразрывно связаны с проблемой свободы: человеческая свобода имеет абсолютное значение, судьбы свободы в истории — это не только человеческая, но и божественная трагедия. Судьба «свободного человека» во времени и истории трагична.

Книги

Литература

Примечания

  1. Бердяев Н. А. Автобиография // Бердяев Н. А. Самопознание. М., 1991. С. 351.
  2. «Я был ее председателем, и с моим отъездом она закрылась. Это своеобразное начинание возникло из собеседований в нашем доме. Значение Вольной академии духовной культуры было в том, что в эти тяжелые годы она была, кажется, единственным местом, в котором мысль протекала свободно и ставились проблемы, стоявшие на высоте качественной культуры. Мы устраивали курсы лекций, семинары, публичные собрания с прениями».
  3. Ставров П. Воскресенья в Кламаре // Бердяев Н. А. Самопознание. М., 1991.
  4. Бердяев Н. А. Самопознание: (Опыт философской автобиографии). М., 1991. С. 9.

Ссылки

Wikimedia Foundation. 2010.

dic.academic.ru

БЕРДЯЕВ, НИКОЛАЙ АЛЕКСАНДРОВИЧ | Энциклопедия Кругосвет

БЕРДЯЕВ, НИКОЛАЙ АЛЕКСАНДРОВИЧ (1874–1948), русский философ и публицист. Родился 6 (18) марта 1874 в Киеве. Учился в Киевском кадетском корпусе. В 1894 поступил на естественный факультет университета Святого Владимира (Киев), через год перевелся на юридический факультет. Увлечение марксизмом, участие в социал-демократическом движении стали причиной ареста Бердяева и исключения из университета (1898). Марксистский период в его биографии оказался сравнительно коротким. Уже в работе Субъективизм и индивидуализм в общественной философии. Критический этюд о Н.К.Михайловском (1901) признание марксистского историзма соседствует с критической оценкой «материализма». Участие Бердяева в сборнике Проблемы идеализма (1902) ознаменовало окончательный переход мыслителя на позиции метафизики и религиозной философии. В 1904–1905 он редактирует религиозно-философские журналы «Новый путь» и «Вопросы жизни». Происходит его сближение с Д.С.Мережковским, впрочем, оказавшееся непродолжительным. В идеях последнего он в конечном счете увидит проявление «декадентства» и «религиозного сектантства». В автобиографии Самопознание, написанной в конце жизни, он скажет о духовной атмосфере, царившей в кругу идеологов «серебряного века», что это было «возбуждение», лишенное «настоящей радости». Вполне последовательная религиозно-метафизическая ориентация Бердяева нашла отражение в его работах Sub specie aeternitatis. Опыты философские, социальные, литературные и Новое религиозное сознание и общественность (обе – 1907), а также в известной статье в сборнике «Вехи».

В годы после первой русской революции Бердяев постоянно критикует различные варианты российского радикализма, как «левого», так и «правого» толка (сборник Духовный кризис интеллигенции, статьи Черная анархия, Казнь и убийство и др.). Эпохальными, с точки зрения определения собственной философской позиции, стали для Бердяева его книги: Философия свободы (1911) и Смысл творчества (1916). Во время Первой мировой войны Бердяев, не разделяя взглядов, которые ему представлялись «крайностями» патриотизма (он спорил по этому поводу, в частности, с В.В.Розановым, С.Н.Булгаковым, В.Ф.Эрном), был далек и от настроений антигосударственных и тем более антироссийских. Итогом его размышлений этих лет стала книга Судьба России (1918, переиздана – М., 1990). Отношение к Февральской революции у него с самого начала было двойственным: падение монархии он считал неизбежным и необходимым, но и «вступление в великую неизвестность» послереволюционного будущего воспринималось как чреватое хаосом, падением в «пучину насилия». Последние настроения вскоре возобладали: на первый план в размышлениях Бердяева выходит тема роковой опасности революции, приводящей к разрушению органической иерархии общественной жизни, «низвержению расы лучших», уничтожению культурной традиции (статья Демократия и иерархия, книга Философия неравенства и др.). Последовательное неприятие большевизма не помешало Бердяеву проявлять исключительную активность в послереволюционные годы: он выступал с публичными лекциями, преподавал в университете, был одним из руководителей Всероссийского союза писателей, организовал Вольную академию духовной культуры, вел семинар о творчестве Достоевского. Вся эта деятельность оборвалась в 1922, когда Бердяев был выслан за границу.

Европейскую известность принесла философу его книга Новое средневековье. Размышление о судьбе России и Европы (Берлин, 1924). Осмысляя трагический опыт русских революций и тенденции европейского развития, Бердяев провозглашает в этой работе завершение «безрелигиозной», «гуманистической эпохи» и вступление человечества в «сакральную» эпоху «нового средневековья», характеризующуюся религиозным возрождением и религиозными конфликтами, столкновением христианских и антихристианских идей. В идейной борьбе 20 в., по Бердяеву, позиции безрелигиозные уже не играют существенной роли. Любая значимая идея неизбежно принимает религиозный смысл. Это касается и коммунистической идеологии: «коммунистический интернационал есть уже явление нового средневековья». С 1925 по 1940 Бердяев был редактором журнала «Путь» – ведущего издания религиозно-философской мысли русского зарубежья. В «Пути» публиковали свои сочинения и видные представители европейской религиозной философии (Ж.Маритен, П.Тиллих и др.). В эмиграции Бердяев был активным участником европейского философского процесса, постоянно поддерживая отношения со многими западными мыслителями: Э.Мунье, Г.Марселем, К.Бартом и др. Среди наиболее значительных трудов Бердяева эмигрантского периода – О назначении человека. Опыт парадоксальной этики (1931), О рабстве и свободе человека. Опыт персоналистической философии (1939), Опыт эсхатологической метафизики. Творчество и объективация (1947). Уже после смерти философа увидели свет его книги: Самопознание. Опыт философской автобиографии, Царство Духа и царство Кесаря, Экзистенциальная диалектика божественного и человеческого и др. В 1947 Бердяеву была присуждена степень доктора теологии в Кембриджском университете. Умер Бердяев в Кламаре близ Парижа 23 марта 1948.

Своеобразие философии, по Бердяеву, состоит в том, что она не сводится к системе понятий, представляет собой не столько «знание-дискурс», сколько «знание-созерцание», говорящее на языке символов и мифов. В мире символов его собственной философии ключевая роль принадлежала свободе и творчеству, с которыми в конечном счете связаны все прочие идеи-символы: дух, чье «царство» радикально, онтологически противостоит «царству природы»; объективация – бердяевская интуиция драматизма судьбы человека, не способного (культура – «великая неудача») выйти из пределов «царства природы»; трансцендирование – творческий прорыв, преодоление, хотя бы на миг, «рабских» оков природно-исторического бытия; экзистенциальное время – духовно-творческий опыт личной и исторической жизни, имеющий метаисторический, абсолютный смысл и сохраняющий его даже в эсхатологической перспективе. При этом именно свобода определяет содержание «царства духа», смысл его противостояния «царству природы». Творчество же, которое всегда имеет своей основой и целью свободу, фактически исчерпывает позитивный аспект человеческого бытия в бердяевской метафизике и в этом отношении не знает границ: оно возможно не только в опыте художественном и философском, но также и в опыте религиозном и моральном («парадоксальная этика»), в духовном опыте личности, в ее исторической и общественной активности.

Бердяев придал свободе онтологический статус, признав ее первичность в отношении природного и человеческого бытия и независимость от бытия божественного. Свобода угодна Богу, но в то же время она – не от Бога. Существует «первичная», «несотворенная» свобода, над которой Бог не властен, которая «коренится в Ничто извечно». Эта же свобода, нарушая «божественную иерархию бытия», порождает зло. Тема свободы, по Бердяеву, важнейшая в христианстве – «религии свободы». Иррациональная, «темная» свобода преображается Божественной любовью, жертвой Христа «изнутри», «без насилия над ней», «не отвергая мира свободы». Богочеловеческие отношения неразрывно связаны с проблемой свободы: человеческая свобода имеет абсолютное значение, судьбы свободы в истории – это не только человеческая, но и божественная трагедия.

В неспособности воспринять глубочайший и универсальный трагизм христианства Бердяев был склонен усматривать коренной недостаток традиционных теологических систем, постоянно указывая на их чрезмерный рационализм и оптимизм. Наиболее близкими себе религиозными мыслителями прошлого он считал Экхарта, Баадера, позднего Шеллинга и в особенности Беме. Основное же направление европейской метафизики, восходящей к Платону, находится, по Бердяеву, в русле онтологического монизма, утверждает фундаментальную первичность бытия (в его различных формах) и уже потому враждебно идее человеческой свободы и соответственно персонализму. «Нужно выбирать между двумя философиями – философией, признающей примат бытия над свободой, и философией, признающей примат свободы над бытием... Персонализм должен признать примат свободы над бытием. Философия примата бытия есть философия безличности» (О рабстве и свободе человека, 1939). С этой позицией было связано критическое отношение Бердяева к современному философскому «онтологизму» и, в частности, к фундаментальной онтологии М.Хайдеггера.

Сочинения Н.А.Бердяева, не указанные в статье: Сочинения, тт. 1–4. Париж, 1983–1991; Философия свободного духа. М., 1994; Истина и откровение. СПб, 1996.

www.krugosvet.ru

Отправить ответ

avatar
  Подписаться  
Уведомление о