Первопроходцы в россии – Русские первопроходцы — Российская Империя

Русские первопроходцы. Географические открытия

Русские первопроходцы

Русского царя Петра I давно уже мучил вопрос о том, соединяется ли Азиатский материк с Америкой. И однажды он повелел снарядить экспедицию, главой которой назначил иноземного мореплавателя Витуса Беринга. Помощником же руководителя морского похода стал лейтенант Алексей Ильич Чириков.

Корабли «Святой Петр» и «Святой Павел» в открытом море

В назначенный день путешественники отправились в нелегкий путь. Дорога на санях, телегах и лодках проходила через Восточно-Европейскую и Сибирскую равнины. Ровно два года понадобилось первопроходцам для того, чтобы пересечь это пространство. На последнем этапе пути путешественников, казалось, ждал новый удар судьбы. В суровых условиях сибирской зимы им пришлось преодолевать огромные расстояния, часто самим впрягаясь вместо лошадей и собак в сани, нагруженные необходимым оборудованием и провиантом. Как бы то ни было, участники русской экспедиции дошли до берегов Охотского моря. Переправившись на противоположный берег моря, путешественники построили корабль, который помог им достичь устья реки Камчатки. Затем они направили судно на северо-восток и вышли к Анадырскому заливу. За Анадырским заливом путешественники обнаружили еще один залив, который был назван заливом Креста. А близлежащую бухту они назвали бухтой Провидения. Затем бот русских первооткрывателей вышел в пролив, у входа в который раскинулся остров, названный путешественниками островом Святого Лаврентия.

Путешественник Витус Беринг

Затем Беринг отдал приказание направить корабль на север. Вскоре берега Азии скрылись за горизонтом. В течение двух суток Витус Беринг вел экспедицию на север. Однако на пути им не встретилось ни одного островка или архипелага. Тогда Алексей Ильич Чириков предложил капитану поменять курс судна и отправить его на запад. Но Беринг отказался выполнить просьбу лейтенанта и приказал рулевому развернуть корабль на юг. Все поняли, что руководитель экспедиции принял решение вернуться в столицу. По пути домой путешественникам удалось сделать еще одно открытие — они обнаружили остров, который назвали островом Святого Диомида. Спустя год Витус Беринг вновь руководил экспедицией, направленной русским царем на поиски берегов Америки. Однако и второе его путешествие не дало положительных результатов. Несколько позднее исследованием пролива, названного в честь Беринга, занялись подштурман Иван Федоров и геодезист Михаил Гвоздев. Кроме того, они смогли подойти к Американскому побережью и даже составить карту акваторий, находившихся между Аляской и Чукоткой.

Гейзер на Камчатке

А тем временем Витус Беринг снарядил новую экспедицию к берегам Америки. В нелегком пути его вновь сопровождал Алексей Ильич Чириков. К тому же в экспедиции принимали участие и ученые-географы, откомандированные в путешествие Петербургской академией наук. Тогда группа исследователей получила название Академического отряда Великой Северной экспедиции.

Новая экспедиция состояла из двух кораблей. Первым, который носил название «Святой Петр», командовал Беринг, а вторым, называвшимся «Святой Павел», Чириков. На борту каждого из судов находилось по 75 человек команды. Прежде всего решено было взять курс на юго-восток. Однако земли обнаружено не было. После этого корабли взяли разные курсы.

В середине лета судно Беринга достигло берегов Америки. С корабля видны были морякам многочисленные горы. Самую высокую из них назвали горой Святого Ильи. Затем экспедиция отправилась в обратный путь. По дороге домой путешественникам встретилась цепь небольших островов. Самый крупный остров был назван Туманным (позднее переименован в остров Чирикова).

Далее корабль «Святой Петр» шел вдоль побережья Алеутских островов, которые путешественники посчитали американскими берегами. Однако исследователи не стали высаживаться не берег и продолжили плавание. Вскоре им на пути встретилась неизвестная земля, которую Беринг принял за Камчатку. Тогда руководитель экспедиции решил остаться там на зиму.

Моряки сошли с корабля и разбили лагерь. К тому времени многие участники экспедиции, будучи тяжело больными, умерли. 8 декабря 1741 года скончался также организатор и руководитель похода, Витус Беринг.

Ученый Л. С. Берг в свое время выдвинул собственное предположение относительно открытия пролива, названного именем Беринга. Он писал: «Первым… был не Дежнев и не Беринг, а Федоров, который не только видел землю, но первый положил ее на карту…»

Те же, кто смог противостоять тяготам путешествия, остались жить на острове. Основным их занятием на неизведанной земле была охота на морских животных. Натуралист Георг Стеллер обнаружил у берегов острова до той поры неизвестное животное, которое было названо морской коровой. Необходимо заметить, что в настоящее время морская корова считается вымершим видом. Последний раз ее видели в конце XIX века.

С приходом весны оставшиеся в живых русские моряки стали собираться в обратный путь. Их корабль к тому времени почти полностью сгнил. На выручку команде пришел казак Савва Стародубцев. С помощью своих товарищей он построил легкий бот, который спустя почти три недели и доставил путешественников к берегам Камчатки.

Камчатка

Поход «Святого Павла», которым командовал Алексей Ильич Чириков, также оказался трагическим. В один из дней экспедиция высадилась на остров. В глубь острова капитан отправил нескольких человек. После того как те не вернулись на корабль, он отправил на разведку еще четверых. Однако и те затерялись в глубинах неведомой земли. После этого Чириков дал команду направить судно домой. Судя по оставшимся документам, корабль Чирикова достиг побережья Америки значительно раньше судна Беринга. Однако долгое время эти бумаги считались строго секретными. А потому в науке принято считать, что первым берегов Америки со стороны Азии достиг Витус Беринг.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

info.wikireading.ru

Добровольцы-первопроходцы в освоение новых земель России

На протяжении столетий Российское государство формировалось не только посредством отражения внешней военной угрозы и участия в войнах и конфликтах, но и путем освоения новых земель, вовлечения народов проживающих на их территориях в единое общероссийское социально-политическое пространство.

Данные процессы исходной точкой своего развития имеют именно то время, когда на востоке Европейского континента появилось государственное образование – Древняя Русь, заявившее о своих правах на решение важнейших вопросов международной политики, а в основу государственного строительства положившее интеграцию различных этноконфессиональных общностей, населявших территориальное пространство, вошедшее в ее состав.

На протяжении столетий главной доминантой развития российской государственности являлась, таким образом, практика «собирания земель». Это определило специфику формирования российской государственности, заключавшуюся в ее многонациональном характере.

При этом народы и племена, входившие в состав Древней Руси, сохраняли не только свою самобытность, но и автономность в организации своей жизнедеятельности. В этом принципиальное отличие отечественной практики присоединения новых территорий от европейской, осуществлявшейся путем завоевания и насильственного насаждения своих этнокультурных (в первую очередь религиозных) принципов и, таким образом, подчинения завоеванных народов или же их истребления.

Другой важнейшей особенностью отечественной практики освоения новых земель явился преимущественно добровольный характер вхождения в состав Руси – России. За исключением отдельных регионов (государственных образований, сформированных на основе остатков Золотой Орды: Казанского, Астраханского, Ногайского и Крымского ханств), большинство присоединенных к России этнотерриториальных образований входили в состав России добровольно или же по условиям договоров с государствами, с которыми Россия вела войны, в качестве компенсации за военные затраты1.

Это предопределило прочность национально-государственной конструкции России. Тогда как великие колониальные державы – Бельгия, Великобритания, Испания, Нидерланды, Франция – в конечном итоге утратили свой колониальный статус и вернулись к границам метрополий. Россия же неуклонно прирастала территориями.

Наконец, третьей важнейшей особенностью территориальной экспансии России являлось то, что оно изначально осуществлялось не под эгидой государства, а добровольцами, получившим название землепроходцев.

В силу ряда обстоятельств изначально процессы освоения новых земель происходили на севере и северо-востоке Древней Руси. Это было обусловлено тем, что южнорусские княжества в тот период отражали набеги кочевников, и не могли участвовать в территориальной экспансии в полной мере. На севере же страны, в этот период (XI – XII века) ситуация была менее напряженной, поскольку воинственные племена викингов-норманов, проживавшие на сопредельных территориях, активно осваивали побережья Западной Европы (Англии и Франции).

Это предопределило то, что инициатором освоения новых земель в Древней Руси стало Новгородское княжество, элита которой отличалась повышенной предприимчивостью, а население – пассинарностью2.

Непосредственно же само освоение новых территорий началось с Зауралья – Северо-западной Сибири или же, согласно источникам того времени, – Югорской земли. В авангарде освоения новых территорий были отряды новгородских укшуйников, которых эта территория привлекла мехами, и другими богатствами края, первопроходцы охотились здесь, добывали меха, а также обменялись с местным населением: меняли меха на железные изделия. Нередко для походов в Югорскую землю снаряжались и новгородские военные отряды, собиравшие дань (в основном меха) с местных племен, поскольку не всегда этот процесс происходил без сопротивления со стороны ее коренных жителей.

Таким образом, уже в тот период весь русский север, Приполярный Урал и низовья Оби считались новгородской вотчиной, а местные народы формально считались новгородскими вассалами.

Междоусобицы русских княжеств, наиболее остро проявившиеся во второй половине XII века, последовавший затем их разгром и подчинение Золотой Орде, практически на два столетия приостановили процессы территориальной экспансии. Но, как только Русь окончательно освободилась от монголо-татарского ига во второй половине XV столетия, возобновились и процессы освоения новых территорий, и их присоединение к набирающему силу Московскому княжеству.

По всей видимости, именно стремление установить контроль за несметными богатствами северных территорий был экономической подоплекой военного захвата Новгорода Москвой. После его покорения Иваном III в 1477 году к Московскому княжеству отошел не только весь Север, но и, так называемая, Югорская земля. И уже в период правления Ивана III начали организовываться экспедиции на Урал и далее на восток.

Первой такой экспедицией стал поход отряда под руководством князя Федора Курбского, который весной 1483 года (практически за 100 лет до Ермака) перешел Каменный пояс – Уральские горы и завоевал Пелымское княжество, одно из крупнейших ханты-мансийских племенных объединений в бассейне Тавды. Пройдя дальше к Тоболу, Курбский оказался в «Сибирской земле» – так называлась тогда небольшая территория в низовьях Тобола, где издавна обитало угорское племя «сыпыр»3. Отсюда русское войско по Иртышу прошло на среднюю Обь, где успешно «воевало» угорских князей. Собрав большой ясак, московский отряд повернул назад, и 1 октября 1483 года дружина Курбского вернулась на родину, преодолев за время похода около 4,5 тысячи километров.

Результатами похода стало признание в 1484 году князьями Западной Сибири зависимости от Великого княжества Московского и ежегодная уплата дани. Поэтому начиная с Ивана III титулы великих князей Московских (позже перешедшие и в царский титул) включали в себя слова «великий князь Югорский, князь Удорский, Обдорский и Кондинский.

Через 16 лет, зимой 1499-1500 уже четырехтысячный отряд, возглавляемый князьями Семеном Курбским и Петром Ушатым, совершил второй поход в низовья Оби. Этот поход привел к тому, что угорские князья в очередной раз признали себя вассалами русского государя и обязались платить дань Московскому княжеству, которую сами собирали с подвластного им населения.

Таким образом, уже во второй половине XV – начале XVI столетий отмечаются попытки экспансии формирующегося Российского государства на восток – в Сибирь. Однако отсутствие на этой территории русских городов и крепостей, постоянных представителей царской администрации и русского населения делало их зависимость от России слабой.

По настоящему же открытие Сибири и ее присоединение к России началось после сокрушения Казанского ханства. Его присоединение к Руси в середине XVI века открыло более короткий и быстрый путь в Сибирь: через Каму и ее притоки. Теперь уже не только северный путь через Зауралье, но и Поволжье стало основным направлением продвижения России на Урал и далее в Сибирь.

Для решения этой задачи Иван Грозный из-за Ливонской войны, не имея возможности направить в этот регион войска, использовал потенциал, с одной стороны, нарождающегося предпринимательского сословия – купцов-промышленников, а с другой – казачьей вольницы, уже зарекомендовавшей себя к тому времени в охране рубежей государства.

В соответствии с этим в 1558 году земли на Урале в бассейне Камы были отданы на откуп промышленникам Строгановым (предки которых со времен Новгородской республики промышляли в этих краях). Царь надели их самыми широкими полномочиями. Они имели право собирать ясак (дань), добывать полезные ископаемые, строить крепости. Для защиты своих территорий и промыслов Строгановы также имели право создавать вооруженные формирования.

Следует отметить, что к этому времени ситуация в регионе коренным образом изменилась. Это было обусловлено тем, что власть в сибирских княжествах захватил хан Кучум – сын одного из последних ханов Золотой Орды Муртазы. Опираясь на  своего родственника, бухарского хана Абдулла-хана II и используя войско, состоящее из узбекских, ногайских, казахских отрядов, Кучум в 1563 году свергнул и убил сибирского хана Едигера и стал владетельным ханом над всеми землями по Иртышу и Тоболу. Само же население Сибирского ханства, основу которого составляли татары и подчиненные им манси и ханты, воспринимали Кучума как узурпатора.

После захвата власти в Сибирском ханстве, Кучум сначала продолжал платить ясак и даже отправил в 1571 году в Москву своего посла с 1000 соболей. Но когда окончились его войны с местными конкурентами, организовал несколько походов во владения Строгановых.

Наличие источника угрозы заставило промышленников активизировать поиски добровольцев, способных не только противостоять набегам войск Кучума, но и нанести ему поражение на его территории – в Сибирском ханстве. Такие добровольцы нашлись в лице волжско-яицких казаков, скрывавшихся на Урале от царского гнева за систематически грабежи купеческих судов на Волге. Дружину вольных охотников – казаков возглавил наиболее авторитетный среди них участник Ливонской войны донской (по другим данным – яицкий) казак Ермак Тимофеевич Аленин – Ермак4.

В 1582 году Ермаком для похода в Сибирь была сформирована дружина в составе 600 казаков и 300 ратников, выделенных Строгановыми, и уже летом того же года был начат его знаменитый поход, положивший начало присоединению этого богатейшего края к России.

В течение почти 100 дней казаки добирались по рекам Урала и Сибири до владений Кучума. В октябре произошли первые сражения с его войсками. Несмотря на превосходство в численности войска Кучума потерпели поражение, в ноябре того же года Ермаком была взята столица Сибирского ханства Искер. Во многом этому способствовало то, что за плечами у вольных казаков были длительные войны с кочевниками в «диком поле» и они научились одолевать их, невзирая на численный перевес.

Немаловажной причиной успеха экспедиции Ермака явилась также внутренняя непрочность Сибирского ханства. Военные неудачи привели к возобновлению междоусобной борьбы среди татарской знати. Власть Кучума перестали признавать многие местные мансийские и хантские князьки и старейшины. Некоторые из них стали оказывать помощь Ермаку продовольствием.

Ничто не мешало Ермаку учредить в Сибири свой порядок… Вместо этого казаки, став властью, стали управлять именем царя, привели местное население к присяге на государево имя и обложили его государственным налогом – ясаком5. С наступлением весны 1583 года казачий круг направил в Москву гонцов с известием о покорении Сибирского ханства. И, таким образом, оно было фактически подарено Ивану Грозному, по достоинству оценившему этот дар и направившему в помощь Ермаку отряды стрельцов численность до 300 человек под командованием воевод С. Болховского и И. Глухова.

Два года экспедиция Ермака устанавливала юрисдикцию России в обском левобережье Сибири. Первопроходцы, как почти всегда бывает в истории, поплатились своими жизнями. Но притязания русских на Сибирь впервые было обозначено именно воинами атамана Ермака. За ними пришли другие покорители. Достаточно скоро вся Западная Сибирь «почти добровольно» пошла в вассальную, а потом и в административную зависимость от Москвы.

Смерть Ивана Грозного в 1584 году, а затем и гибель Ермака в 1585 году на некоторое время приостановила экспансию на Восток, но уже к концу XVI столетия века бассейны рек Обь и Таз были полностью освоены купцами-промышленниками, построившими здесь ряд укреплений, ставших в последующем промысловыми и торговыми центрами. Так, в 1586 году была заложена Тюмень – первый русский город в Сибири; в 1587 году – Тобольск; в 1594 году – Сургут; в 1595 году – Обдорск (с 1933 года – Салехард). В 1601 году – Мангазея, ставший главным административным центром Урала, долгое время служивший перевалочным пунктом для дальнейшего продвижения на восток.

XVII век, по праву, называют золотым веком русских добровольцев-первопроходцев по освоению Сибири и Дальнего Востока. Начало этому процессу положил первооткрыватель реки Лена, легендарная личность казак Демид Сафонов по прозвищу Пянда. Этот человек совершил небывалый по своей решительности поход за тысячи верст по совершенно диким местам. В 1620 году он с отрядом в 40 человек выступил из Мангазеи, поднялся по Енисею от Туруханска до Нижней Тунгуски. За 3,5 года Пянда проплыл по рекам около 8 тысяч км, нашел волоки с Нижней Тунгуски на Лену и с Лены на Ангару и встретил два новых для русских народа – якутов и бурятов.

Значительный вклад в освоение Восточной Сибири внес основатель ряда сибирских городов (Якутск, Чита, Нерчинск и др.) Петр Бекетов. Приехав в Сибирь добровольно, он попросился в Енисейский острог, где и был в 1627 году назначен стрелецким сотником.

В 1628 – 1629 годах он участвовал в походах вверх по Ангаре. А в 1632 году П. Бекетов заложил Ленский острог, от которого берет начало Якутск и за два года привел к присяге на верность России жителей почти всей центральную Якутии.

Худ. И. Попов. Якутск XVII века

Заложенный П. Бекетовым Якутск в последующем стал одним из основных отправных пунктов для русских землепроходцев. Именно отсюда в частности, начиналась весной 1639 года экспедиция под руководством томского казака Ивана Москвитина, исследовавшая низовья Лены и побережья Северного Ледовитого океана. Состав экспедиции насчитывал всего 39 человек. Сначала они шли вверх по реке Мае и ее притоку Нудым, а затем углубились в горы. Осенью 1639 года казаки достигли берега Охотского моря. На Улье, где жили родственные эвенкам ламуты (эвены), И. Москвитин поставил зимовье, ставшее первым известным русским поселением на побережье Тихого океана. Здесь же, в устье реки Улья И. Москвитин построил два судна, с которых фактически началась история русского тихоокеанского флота.

В целом же результатами похода стало открытие и исследование побережья Охотского моря на протяжении 1300 км, Удской губы, острова Сахалин и Сахалинского залива, а также устья Амура и Амурского лимана.

Экспедиция оказалась настолько удачной, что уже в июле 1643 года, спустя 4 года после похода И. Москвитина, первый якутский воевода П. Головин снарядил для дальнейших исследований Приамурья отряд в количестве 133 казаков под началом землепроходца Василия Даниловича Пояркова. В том же году экспедиция поднялась по Алдану и его притокам, до волока к притокам Зеи. После зимовки на ее берегах в мае 1644 года отряд спустился к Амуру до его устья, а в начале сентября – устья реки Улья.

За 3 года этой экспедиции В. Поярков прошел около 8 тыс. км, собрав ценнейшие сведения о живущих по Амуру народах, а также об острове Сахалин. Только летом 1646 года экспедиция вернулась Якутск, потеряв за время похода две трети своего состава. Такова была цена, которую землепроходцы заплатили за первые подробные сведения о Приамурье.

Вести об открытии Амура чрезвычайно заинтересовали другого известного русского землепроходца Ерофея Павловича Хабарова – человека экстраординарной судьбы, энергии и стремления к исследованиям новых земель.

Родившийся в европейской части страны под Великим Устюгом, Е.П. Хабаров в молодости служил в Хетском зимовье на Таймыре. Перебравшись затем в верховья Лены, с 1632 занимался скупкой пушнины. В 1639 году открыл Усть-Кутское соляное месторождение6, которое в последующем, наряду с Иркутским Усольем, обеспечивало солью всю Восточную Сибирь. Одновременно с этим занимался соболиным и рыбным промыслом, а также землепашеством, став одним из крупнейших хлеботорговцев в Якутском уезде7. Кроме «промысловой жилки» в это время, которое биографы Е.П. Хабарова называют Ленским периодом, по мнению Ф. Сафонова, Ерофей Павлович, «ища прибыли государям» и «прибытку себе», собирал сведения о Ленском бассейне, возможностях и времени хождения по Лене под парусами и греблей до устья, «какие люди по тем рекам живут», старался получить и перепроверить данные о различных народах этого бассейна8.

Доходы, которые получал Е.П. Хабаров от своих промыслов и торговли хлебом не могли оставить равнодушными сибирских чиновников того времени в лице якутских воевод П. Головина и М. Глебова. Сначала у него заняли 3000 пудов хлеба, затем «отписали» в казну без всякого вознаграждения его соляной промысел. В 1643 году за отказ «ссужать деньгами» воеводскую казну у него незаконно отобрали все владения, а самого бросили в якутскую тюрьму, в которой он просидел 2,5 года, по всей видимости, за то, что он интересы государства ставил выше личных, а тем более, потребностей чиновников.

Освободившись в 1645 году из тюрьмы, Е.П. Хабаров на протяжении нескольких лет собирал сведения о результатах экспедиций на Амур. В 1649 году Е.П. Хабаров за свой счет набрал 70 человек добровольцев и, получив разрешение нового воеводы Якутска Д.А. Францбекова (Фаренсбаха), отправился в свой знаменитый поход в Даурию.

В отличие от В. Пояркова, Е. Хабаров избрал другой маршрут. Выйдя из Якутска осенью 1649 года, он поднялся вверх по Лене к устью реки Олекмы, добрался до ее притока реки Тугир. С верховьев Тугира казаки перешли через водораздел и спустились в долину реки Урки. Вскоре, в феврале 1650 года, они были на Амуре.

Будучи пораженным открывшимися перед ним несметными богатствами в одном из донесений якутскому воеводе он писал: «и по тем рекам живет многое множество тунгусов, а вниз по славной великой реке Амур живут даурские люди, пахотные и скотные луга, и в той великой реке Амуре рыба  калужка, осетра, и всякой рыбы много против Волги, а в горах и улусах луга великие и пашни есть, а леса по той великой реке Амур темные, большие, соболя и всякого зверя много… А в земле золото и серебро виднеется»9.

В сентябре 1651 года на левом берегу Амура, в районе озера Болонь, хабаровцы построили небольшую крепость и назвали ее Очанским городком. Для утверждения позиции России в Приамурье Е. Хабарову нужна была помощь. С этой целью из Москвы на Амур был послан дворянин Д. Зиновьев, который не разобравшись в обстановке отстранил Хабарова от должности и повез его под конвоем в столицу. Таким образом, в очередной раз на деятельность отважного землепроходца оказал влияние чиновничий произвол. И хотя в последующем он был оправдан, тем не менее, на Амур его больше не пустили.

Важнейший вклад в освоение дальневосточных территорий внес путешественник, который первым прошёл по морскому побережью современной Магаданской области, Михаил Васильевич Стадухин. Он же является одним из первооткрывателей реки Колымы. Будучи по происхождению купцом, поступил в казачью службу и в течение 10 лет прослужил на берегах Енисея, затем на Лене.

Зимой 1641 года во главе отряда добровольцев совершив переход через северную часть хребта Сунтар-Хаята, попал в бассейн Индигирки. Летом 1643 года первым достиг морем дельты «большой реки Ковыми» (Колымы) и основал в ее устье острожек, названный Нижнеколымским. По Колыме М. Стадухин поднялся на ее среднее течение (открыв восточную окраину Колымской низменности), поставил к осени на берегу первое русское зимовье, а весной 1644 года  второе, в низовьях реки, где жили юкагиры. Основанный землепроходцем Нижнеколымск стал отправным пунктом для дальнейших великих географических открытий на Северо-востоке Азии.

Осенью 1645 года М. Стадухин вернулся на Лену, однако в 1648 году вновь возвратился на Колыму. В 1649 году совершил плавание на восток от Колымы, а в 1650 году с отрядом вышел по суше на реку Анадырь к основанному первооткрывателем Берингова пролива Семеном Дежневым Анадырскому зимовью. Там он перезимовал, а в феврале 1651 года отправился от Анадыря на реку Пенжину и спустился по ней до Охотского побережья. Здесь казаки построили суда и обследовали побережье Охотского моря, и осенью того же года ими было основано зимовье в устье реки Гижиги. Летом 1652 года М. Стадухин со спутниками отправился в путешествие на запад по Охотскому побережью, по ходу ими было построено Ямское зимовье, а позднее – острог на реке Тауй10. Летом 1657 года экспедиция М. Стадухина дошла до устья реки Охота, а в 1659 году через Оймякон и Алдан вернулась в Якутск, замкнув гигантский кольцевой маршрут по Северо-Восточной Азии.

Всего же за 12 лет М. Стадухин прошел свыше 13 тысяч километров  больше, чем какой-либо иной землепроходец XVII века. Общая длина открытых им северных берегов Охотского моря составила не менее 1500 километров.

В экспедиции М. Стадухина был и Семён Иванович Дежнёв – казачий атаман, землепроходец, путешественник, мореход, исследователь Северной и Восточной Сибири. Службу С.И. Дежнев начал в Тобольске рядовым казаком. В 1638 году был направлен в составе отряда П.И. Бекетова в Якутский острог. Был участником первых походов по Крайнему Азиатскому Северу. Позже служил на реке Колыме.

В 1648 году С. Дежнёв предпринял плавание вдоль берегов Чукотки и впервые в мире прошел Студеным и Анадырским морями (Северным Ледовитым океаном и Беринговым морем) от устья Колымы до северной оконечности Камчатского полуострова. Этим походом было доказано существование пролива, отделяющего Азиатский материк от Американского.

В следующем, 1649 году им были исследованы и нанесены на карту берега реки Анадырь, а в период с 1659 по 1669 годы – совершены походы по реке Анюй, низовьям рек Лены и Оленек, по реке Вилюю. Все это свидетельствовало о большом вкладе С. Дежнева в истории освоения Дальнего Востока.

Но в то же время наиболее значимым его открытием стал пролив, отделяющий Евразию от Америки. Парадоксом истории является то, что именно это его наиболее значимое открытие долгое время оставалось малоизвестным.

Вследствие этого этот открытый им пролив Дж. Куком, не знавшем о подвиге С. Дежнёва, получил имя В. Беринга, который побывал в этих местах почти на век позже него и не прошел через пролив из Тихого океана в Северный Ледовитый, а лишь приблизился к нему.

По достоинству географические заслуги С. Дежнёва были оценены только в XIX веке, когда 1898 году в честь 250-летия похода с Колымы на Анадырь по предложению Русского Географического общества крайняя восточная точка Евразии была названа его именем – именем человека, доказавшего, что Дальний Восток является неотъемлемой частью нашей страны.

Одним из последних в XVII веке исследований Сибири и Дальнего Востока стала экспедиция в 1697 году на Камчатку казачьего пятидесятника Владимира Васильевича Атласова. И, хотя он не был первооткрывателем Камчатки, но был первым, который прошел практически весь полуостров с севера на юг и с запада на восток. Экспедиция В. Атласова по исследованию Камчатки фактически завершила, так называемый, добровольческий этап освоения новых земель России.

Значение этого этапа в истории России, пожалуй, наиболее образно выразил один из последних классиков отечественной литературы, В.Г. Распутин, по словам «После свержения татарского ига и до Петра Великого не было в судьбе России ничего более огромного и важного, более счастливого и исторического, чем присоединение Сибири, на просторы которой старую Русь можно было уложить несколько раз».

Примечательно, что примерно в это же время шла активная колонизация Испанией, Португалией и Англией африканских и американских земель. Но она проводилась под эгидой руководства и правительств указанных стран, то есть по сути дела носила административный характер.

В Сибири же и на Дальнем Востоке все было с точностью до наоборот. Сначала эти земли открывали и осваивали добровольцы, устремившиеся сюда в основном за пушниной, ценными металлами и просто за лучшей долей. А уже вслед за ними шла администрация. По сути, Сибирь и Дальний Восток досталась Российскому государству благодаря подвижничеству и энергии добровольцев-первопроходцев.

Еще одним принципиальным отличием освоения Сибири и Дальнего Востока от европейской колонизации было отношение к населению, проживающему на присоединяемых территориях. Конечно же, освоение не всегда носило изыскательский характер. Были и вооруженные столкновения, особенно на юге Сибири11, но в целом освоение территорий не носило истребляющего характера, как это было в процессе колонизации англичанами и французами Северо-американского континента, а затем и самими американцами.

Во многом это было обусловлено тем, что с самого начала русской экспансии в Сибирь царское правительство не только поддерживало первопроходцев, но и тщательно следило, чтобы они не обижали туземное население. Так, например, в одном из Указов Алексея Михайловича дается прямой приказ воеводам: «Воеводам было предписано обходиться с ясачными ласково, а не неволию и не жесточью»12.

Все это позволяет говорить об освоении или присоединении Сибири, а не ее завоевание.

С начала XVIII века началась не только модернизация России, итогом которой стало преобразование ее в ведущее государство мирового сообщества, но и дальнейшее освоение новых земель, раздвинувших просторы России вплоть до Аляски и Калифорнии. Россия прочно утверждалась по обеим сторонам Тихого океана на северо-востоке, что позволило уже во второй половине М.В. Ломоносову произнести историческую фразу, сопровождавшую и по сей день развитие российской государственности о том, что «богатствами Сибири и Северного Ледовитого океана будет прирастать могущество России».

Но это уже был другой этап «собирания земель», уже не казаки-добровольцы, промышленники-купцы и другие «охочие» люди осваивали новые земли, а экспедиции, снаряжаемые под эгидой государства с последующим утверждением на присоединенных территориях российской администрации.

Бочарников Игорь Валентинович

Источник: Добровольческое движение в России: история и современность / Всероссийская общественная организация ветеранов «Боевое братство», Научно-исследовательский центр проблем национальной безопасности И.В. Бочарников, А.И. Гушер, М.Ю. Зеленков, А.В. Манойло, О.А. Овсянникова. –М.: Издательство «Экон-информ», 2015.

  1. Характерный пример этому – присоединение Финляндии по условиям Фридрихсгамского договора (1809 года) со Швецией, под властью которой Финляндия находилась с XIV века. Аналогичным образом к России были присоединены Прибалтика (по итогам Северной войны), Молдавия и Приднестровье, Восточная Польша, Кавказ (по итогам четырех русско-персидских и шести русско-турецких войн), Семиречье, Туркестан и другие. – Прим. автора.
  2. Пассинарность – термин, введенный в оборот Л.Н. Гумилевым, означает способность и стремление к изменению окружения.
  3. По названию этого племени и было названо Сибирское ханство, а затем и вся обширная территория от Урала до Дальнего Востока. – Прим. автора.
  4. Во время Ливонской войны (1558-1583 годы) Ермак командовал казачьей сотней. В 1581 году участвовал в походе на Литву, дошел до Могилева, после чего защищал осажденный Псков. – Прим. автора.
  5. Экспедиция Ермака и присоединение Сибири http://do.gendocs.ru/docs/index-287099.html
  6. Леонтьева Г.А. Землепроходец Ерофей Павлович Хабаров. М.: Просвещение, 1991. С. 33.
  7. Алексеев А. Одиссея Ерофея Хабарова. В кн. Амур – река подвигов. Хабаровск, 1970. С. 204.
  8. Павлик В.И. Долгий путь на Амур: Ерофей Хабаров и его «войско». Хабаровск, Хабаровский краевой благотворительный общественный фонд культуры, 2004.
  9. Встречь солнцу /Сост., предисл., коммент. С. Шульгин. М.: Молодая гвардия, 1987. С. 437.
  10. Бурыкин А.А. Походы Михаила Стадухина и открытие Камчатки http://zaimka.ru/to_sun/burykin1.shtml.
  11. По мнению …. Общие потери коренных народов в военных столкновениях с русскими за весь XVII век составили не более двух тысяч человек: около 0,5 тысячи ненцев, приблизительно 0,3 – 0,4 тысячи тунгусов и якут, несколько сот бурят, примерно тысяча представителей саяно-алтайских народов.
  12. Шерстнова Л.И. «Русские и аборигены Южной Сибири».  В: «Сибирский плавильный котел: социально-демографические процессы в Северной Азии в ХVII –начале ХХ веков». Новосибирск. Сибирский хронограф 2004 год.

nic-pnb.ru

Землепроходцы – это... Русские землепроходцы 17 века

Землепроходцы – это исследователи Сибири и Дальнего Востока XVII века. Благодаря их деятельности были сделаны многие крупные географические открытия. Принадлежали они к разным сословиям. Были среди них казаки, купцы, охотники, занимающиеся пушным промыслом, и мореплаватели.

Значение слова

Согласно энциклопедическим словарям, землепроходцы – это участники походов на Дальний Восток и в Сибирь в XVI-XVII веках. Кроме того, так называют тех, кто осваивает малоизученные районы этих регионов.

Начало освоения Сибири и Дальнего Востока

Поморы, жившие на побережье Белого моря, издавна путешествовали на маленьких суднах к островам Северного Ледовитого океана. Долгое время они были единственными путешественниками на севере России. В XVI веке планомерное освоение огромных земель Сибири началось с разгрома татарских войск хана Кучума Ермаком Тимофеевичем.

После того как были заложены первые сибирские города - Тобольск и Тюмень, процесс освоения новых пространств пошел с ускоренной силой. Богатая сибирская земля и просторы Дальнего Востока манили не только служилых людей, но и купцов. Русские землепроходцы активно изучали новые территории и продвигались вглубь неизученных земель.

Изначально освоение Сибири и Дальнего Востока сводилось к строительству острогов, и только в начале XVII века русское правительство стало переселять в эти регионы крестьян, поскольку гарнизоны, стоящие по крупным сибирским и дальневосточным рекам, остро нуждались в продовольствии.

Знаменитые открытия

Русские землепроходцы открыли бассейны таких рек, как Лена, Амур и Енисей, вышли к побережью Охотского моря. Они прошли всю Сибирь и Дальний Восток и открыли полуострова Таймыр, Ямал, Чукотку и Камчатку. Русские землепроходцы 17 века Дежнев и Попов первыми прошли по Берингову проливу, Москвитин открыл побережье Охотского моря, Поярков и Хабаров исследовали Амурский край.

Способ передвижения

Землепроходцы – это не только исследователи, путешествовавшие по суше. Были среди них и мореплаватели, которые изучали бассейны рек и морское побережье. Для плавания по рекам и морям использовали небольшие судна. Это были кочи, ладьи, струги и дощаники. Последние использовались для сплава по рекам. Штормы нередко приводили к гибели кораблей, как это произошло с экспедицией Дежнева на Северном Ледовитом океане.

С. И. Дежнев

Знаменитый русский землепроходец, за 80 лет до Беринга прошедший полностью по проливу, разделяющему Северную Америку и Азию.

Был сначала служилым казаком в Тобольске и Енисейске. Занимался сбором ясака (дани) с местных племен и одновременно стремился разведать и изучить новые территории. С этой целью с большим отрядом казаков на нескольких кочах (небольших кораблях) он отправился от устья Колымы на восток по Северному Ледовитому океану. Экспедицию ждали суровые испытания. Судна попали в шторм, и часть кораблей затонула. Дежнев продолжил свой поход и доплыл до выступа Азии, мыса, получившего позднее его имя. Дальше путь экспедиции проходил по Берингову проливу. Судно Дежнева не могло пристать к берегу из-за атак местного населения. Его выбросило на пустынный остров, на котором русские землепроходцы Сибири вынуждены были ночевать в вырытых в снегу ямах. Добравшись с трудом до реки Анадырь, они надеялись выйти по ней к людям. В конце экспедиции из большого отряда осталось 12 человек. Они прошли всю Сибирь до побережья Тихого океана, и этот подвиг Семена Ивановича Дежнева и его соратников высоко оценили в мире.

И. Ю. Москвитин

Он открыл побережье Охотского моря и Сахалинский залив. В начале службы значился рядовым пешим казаком. После удачной экспедиции к Охотскому морю получил чин атамана. О последних годах жизни известного русского землепроходца ничего не известно.

Е. П. Хабаров

Он продолжил дело Пояркова по изучению Амурского края. Хабаров был предпринимателем, занимался скупкой пушнины, построил соляную варницу и мельницу. Вместе с отрядом казаков прошел на судах весь Амур и составил первую карту Приамурского края. По пути он завоевывал многочисленные местные племена. Повернуть назад Хабарова заставила собранная против русских путешественников армия маньчжур.

И. И. Камчатый

Ему принадлежит честь открытия Камчатки. Полуостров носит теперь имя первооткрывателя. Камчатый был зачислен в казаки и отправлен для службы на реку Колыму. Занимался пушным промыслом и поиском моржовой кости. Он первым открыл реку Камчатка, узнав о ней у местных жителей. Позже, в составе небольшого отряда под предводительством Чукичева, Камчатый отправился на поиски этой реки. Через два года пришло известие о гибели экспедиции на реке Камчатке.

Заключение

Землепроходцы – это великие русские первооткрыватели сибирских земель и Дальнего Востока, самоотверженно отправляющиеся в дальние походы с целью покорения новых территорий. Их имена навеки сохранились в народной памяти и названиях открытых ими мысов и полуостровов.

fb.ru

Забытые русские первопроходцы XVII века

Их имена помнят в лучшем случае страницы энциклопедий, а между тем они совершили для своего времени поступки важные и даже героические.

Любой школьник знает об Афанасии Никитине и его «Хождении за три моря», слышал о сибирских первопроходцах Ермаке и Семене Дежневе, экспедициях Пржевальского, Семенова-Тян-Шанского и Николая Рериха по Центральной Азии, жизни Миклухо-Маклая среди дикарей Новой Гвинеи, русских мореплавателях Крузенштерне, Лазареве и Беллинсгаузене… Этот материал — о тех, кто совершил немало великих открытий и героических подвигов, эти открытия сопровождавших, но незаслуженно забыт.

В XVII веке Россия устремила свои взоры на восток. Были установлены дипломатические связи с Китаем, а множество первопроходцев направились в Восточную Сибирь, до тех пор неведомую для русичей землю. К сожалению, сведения о большинстве этих землепроходцев отрывочны, иногда даже легендарны. Даты их жизней известны приблизительно, а сделанные ими описания походов утрачены. И все же кое-что мы о них знаем.

Иван Петлин

Сибирский казак из города Томска Иван Петлин (иногда встречается написание Петелин) возглавил первую русскую официальную дипломатическую миссию в Китай. Экспедиция пересекла Западный Саян, Туву и пустыню Гоби и через три месяца достигла Пекина. К китайскому императору казаков, правда, не пустили, но от его лица передали четыре грамоты, адресованные русскому царю. Правда, когда грамоты привезли в Москву, оказалось, что прочитать их никто не может. Считается, что именно тогда возникло выражение «китайская грамота». По итогам своего путешествия в Китай Петлин написал отчет, озаглавленный «Роспись Китайскому государству, и Лобинскому, и иным государствам, жилым и кочевным, и улусам, и великой Оби, и рекам, и дорогам». Документ считался секретным и хранился в Посольском приказе. Но английским шпионам удалось сделать его копию, и уже к середине XVII века «Роспись» была переведена на многие европейские языки, став после записок Марко Поло вторым по значимости документом по истории и географии Китая. В России же рукопись Петлина была опубликована только в 1818 году, и то в виде перевода с французского.

Пантелей Пенда

Во главе отряда из 40 землепроходцев Пенда (или Пянда) первым прошел по территории Восточной Сибири и открыл здесь множество больших и малых рек, главной из которых была Елюенэ (по-эвенкийски «большая река»), то есть Лена. Отряд Пенды первым сплавился по Ангаре с ее знаменитыми порогами, а также доказал, что Верхняя Тунгуска и Ангара — одна и та же река. К сожалению, отчеты Пенды о его путешествиях («скаски») не сохранились. Осталось лишь множество ссылок на них у других первопроходцев Сибири, которые позднее прошли по его стопам.

Иван Москвитин

Имя испанца Нуньеса де Бальбоа известно каждому образованному человеку. Именно он в 1513 году первым из жителей Старого Света вышел к Тихому океану по Панамскому перешейку. А вот казачий атаман Иван Москвитин такой всенародной славы, увы, не удостоился. Хотя и совершил не менее значимый (а для России даже более значимый) подвиг. Во главе отряда из 30 человек он прошел всю Сибирь, поднимаясь по таежным рекам и встречая ожесточенное сопротивление местного населения. К Охотскому морю казаки вышли в районе устья реки Улья, где построили первый на Тихом океане русский острог. Отсюда они совершили несколько походов на юг и на север вдоль побережья Тихого океана, а затем, выстроив два парусных судна, впервые достигли берегов Сахалина. С добытыми географическими сведениями Иван Москвитин благополучно вернулся в Москву, и они были использованы при составлении первой карты Дальнего Востока.

Михаил Стадухин

В отличие от многих других сибирских первопроходцев, Михаил Стадухин был не казаком, а помором. Родился он на реке Пинеге, неподалеку от Архангельска. Но затем судьба занесла его в Восточную Сибирь, где он возглавил несколько пушных экспедиций. Под началом Стадухина некоторое время служил и будущий знаменитый первопроходец Семен Дежнев. Главной целью большинства экспедиций того времени был сбор ясака, пушной дани с местного населения. По всей Сибири рыскали десятки подобных отрядов. К счастью, некоторые атаманы не только занимались грабежом, но и составляли описания посещенных ими земель. Правда, из-за того, что не все хотели делиться своими секретами с конкурентами, описания эти часто носили фрагментарный характер, поэтому пребывание Стадухина на Камчатке и Чукотке носит полулегендарный характер. Однако не исключено, что многие сведения о своих будущих географических открытиях, в частности о проливе между Азией и Америкой, Дежнев получил именно от Стадухина. За десять лет своих путешествий по северо-востоку Сибири Михаил Стадухин прошел около 15 000 км — больше, чем какой-либо другой землепроходец XVII века.

Семен Маленькой

В течение всего XVII века Россия пыталась наладить торговые и дипломатические отношения с Индией, но безуспешно. В 1646 и 1654 годах два русских посольства, направлявшиеся в Индию, были задержаны персидскими властями. В 1675 году московское посольство под предводительством татарина-мусульманина Мухаммеда-Юсуфа Касимова смогло пройти через Персию и даже перешло границу Империи Великих Моголов, но дальше Кабула их опять не пустили. И вот, наконец, в 1698 году очередная попытка увенчалась успехом.

На этот раз во главе дипломатической миссии стоял купец Семен Маленькой. Посольство через Персию вышло к Бендер-Аббасу, стоящему на берегу Индийского океана, а затем морским путем добралось до индийского города Сурат, откуда отправилось в Дели. Падишах Аурангзеб удостоил Семена Маленького аудиенции и даже разрешил ему беспошлинную торговлю по всей Индии. Купец, конечно же, воспользовался этой возможностью и в течение трех лет посетил множество индийских городов: Агру, Бхопал, Бурханпур и др.

В 1701 году посольство благополучно возвратилось в Москву, однако из-за начавшейся английской экспансии в Индию дальнейшие контакты Москвы и Дели надолго прервались.

Понравился наш сайт? Присоединяйтесь или подпишитесь (на почту будут приходить уведомления о новых темах) на наш канал в МирТесен!

historicaldis.ru

Пржевальский, Челюскин, Миклухо-Маклай, Арсеньев, Сенкевич.

Открывать новые земли, исследовать флору и фауну или проводить научные эксперименты — в разные годы самых неутомимых исследователей в путь вели разные цели. «Культура.РФ» вспомнила захватывающие и опасные приключения великих отечественных первопроходцев, которые сохранились в их путевых дневниках.

Николай Пржевальский

Николай Пржевальский. Фотография: peoples.ru

Евгений Бургункер. Николай Пржевальский на пути в Центральную Азию. Гравюра. Фотография: foto-basa.com

Николай Пржевальский. Иллюстрация. Фотография: mountain.ru

Имя Пржевальского до сих пор остается на слуху в первую очередь благодаря открытой им породе лошадей: невысоких, с короткой жесткой гривой, крупной головой и «взрывным темпераментом». Такие скакуны (которые, кстати, являются единственной неодомашненной породой лошадей и сегодня) были священными животными в Монголии и назывались на местном наречии «тахи» или «дух».

Обнаружил их Николай Пржевальский во время Первого тибетского путешествия. Ученый с трудом преодолевал Джунгарскую пустыню: с утра и до вечера экспедиция пробиралась сквозь облако пыли, но об отступлении никто не задумывался. Целью Пржевальского было обнаружить загадочную лошадь, обитавшую в этих краях. Ее не удалось описать еще ни одному биологу: она была столь пуглива, что уносилась прочь, только завидев человека. Ученому оставалось лишь наблюдать за скакунами издали.

«Мне лично удалось встретить только два стада диких лошадей. К одному из них можно было подкрасться на меткий выстрел, но звери почуяли по ветру, по крайней мере за версту, моего товарища и пустились на уход. Жеребец бежал впереди, оттопырив хвост и выгнув шею, вообще с посадкою совершенно лошадиною; за ним следовали семь, вероятно, самок. По временам звери останавливались, толпились, смотрели в мою сторону и иногда лягались друг с другом; затем опять бежали рысью и, наконец, скрылись в пустыне».

Дикие животные не подпустили путешественника «на меткий выстрел», но один из местных жителей подарил ему шкуру лошади, которую Пржевальский привез в Петербург как доказательство достоверности описания новой породы.

Семен Челюскин

Игорь Рубан. Портрет Семена Челюскина. 1965-1971. Фотография: ruban.ru

Экспедиция Адольфа Норденшельда салютует мысу Челюскин. 1878 год. Гравюра. Фотография: rusidea.org

Портрет Семёна Челюскина Фотография: timetoast.com

Семен Челюскин посвятил всю жизнь морским путешествиям. У него не было связей в Адмиралтействе, поэтому на кораблях долго приходилось занимать невысокие должности. В 1732 году Челюскин был включен в состав Великой Северной или Камчатской экспедиции Ивана Беринга, которой предстояло исследовать северный берег России между Леной и Енисеем.

В одном из походов экспедиции корабль и сорок членов экипажа попали в ледяной плен. Дрейфующие льды не давали возможности плыть дальше, и команда решила продвигаться пешком: до берега пришлось пройти 700 верст (почти 750 километров) по льду.

Уже добравшись до суши, исследователи смастерили земляные юрты, в которых и жили, пока не установилась спокойная погода. Местные жители помогли путешественникам запасти продукты, дали собачьи упряжки — и на них в 50-градусный мороз Челюскин с двумя спутниками-казаками снова двинулся в путь, чтобы исследовать западное побережье полуострова Таймыр. Ледяная стужа и нехватка продовольствия не остановили первопроходцев — они добрались до неизвестного мыса. Штурман Челюскин записал в путевом журнале:

«Погода пасмурная, снег и туман. Приехали к мысу. Сей мыс каменной, высоты средней, около оного льды гладкие и торосов нет. Здесь именован мною оный мыс: Восточный Северный. Поставил маяк — одно бревно, которое вез с собою».

Запись стала главным доказательством открытия отважного путешественника. Сам Челюскин и не предполагал, что дошел до «края» Земли: о том, что открытый им мыс был конечной северной точкой Евразии, стало известно лишь в 1919 году.

Николай Миклухо-Маклай

Николай Миклухо-Маклай. Фотография: wikipedia.org

Мужской дом (буамбрамра) и жилая хижина (таль). Рисунок Николая Миклухо-Маклая. 1871 или 1872 год. Фотография: wikipedia.org

Николай Миклухо-Маклай с папуасом Ахматом. Малакка, Малайзия. 1874 или 1875 год. Фотография: wikipedia.org

Рассказы Миклухо-Маклая о странствиях и жизни среди аборигенов Новой Гвинеи с замиранием сердца слушали сам император Александр III и его семья. Изучая зоологию и географию, ученый однажды решил доказать, что на расовые и культурные признаки народов влияют природа и социальная среда. Подтверждение своей теории он искал у представителей «папуасской расы» на островах Тихого океана.

В качестве даров туземцам Миклухо-Маклай привез красивые ярко-красные платки. Когда он добрался до берегов Новой Гвинеи, ему пришлось бросить подарки в воду, чтобы установить первый контакт с аборигенами: сильный прибой мешал путешественнику высадиться на берег, а папуасы опасались подходить к лодкам. Но яркие куски ткани они расхватали моментально и рассматривали их с большим любопытством. Иноземец и его подарки вызывали у местных глубочайший интерес, и они хоть и не сразу, но пошли на контакт с исследователем, поначалу общаясь с ним только жестами.

«Папуасы думают, что я упал с Луны, и очень хотят знать, есть ли на Луне женщина, сколько у меня там жен, спрашивают о звездах и допытываются, на которых именно я был».

Деревня дикарей оказалась очень опрятной, однако хижины с крышами из пальмовой листвы хранили в своем полумраке зловещие находки. Среди глиняных горшков, связок раковин и перьев, украшавших стены, Миклухо-Маклай обнаружил прикрепленный под крышей человеческий череп. Как впоследствии выяснил ученый, папуасы верили в тотемных животных, использовали магию и чтили духов предков, а их черепа были главными предметами местного культа. При этом нрав папуасов был вполне дружелюбным, они не пытались причинить путешественнику вред или запугать его. Миклухо-Маклай несколько лет изучал племена семангов и сакаев и заметил, что они вели себя вполне цивилизованно:

«Можно оставлять все около дома и быть уверенным, что ничто не пропадет, за исключением съестного, так как за собаками усмотреть трудно. Туземцы пока еще ничего не трогали. В цивилизованном крае такое удобство немыслимо: там замки и полиция часто оказываются недостаточными».

Свою удивительную экспедицию путешественник описал в мельчайших подробностях в пяти томах. Северо-восточный берег Новой Гвинеи с тех пор получил название берег Маклая, а 1996 год ЮНЕСКО объявило годом Миклухо-Маклая, признав его гражданином мира.

Владимир Арсеньев

Владимир Арсеньев. Фотография: wikiwand.com

Во время одной из экспедиций Владимира Арсеньева. Фотография: wikipedia.org

Дерсу Узала на фотографии Владимира Арсеньева. Фотография: wikipedia.org

Будущий исследователь Дальнего Востока мечтал о путешествиях еще в Петербургском юнкерском училище, где преподавал географию известный путешественник того времени Михаил Грумм-Гржимайло. Его лекции о покорении Тянь-Шаня вдохновили Арсеньева на выбор жизненного пути: военной карьере он предпочел профессию ученого и вскоре получил распределение во Владивосток.

Каждая лесная прогулка Владимира Арсеньева выливалась в небольшую таежную экспедицию. В 1906 году путешественник познакомился с охотником Дерчу Оджалом (или Дерсу Узала). Нанаец кочевал по долине реки Уссури, промышляя пушниной, а для Арсеньева «лесной человек» стал проводником и опорой в пути, другом и наставником.

«Во время путешествия скучать не приходится. За день так уходишься, что еле-еле дотащишься до бивака. Палатка, костер и теплое одеяло кажутся тогда лучшими благами, какие только даны людям на земле; никакая городская гостиница не может сравниться с ними. Выпьешь поскорее горячего чаю, залезешь в свой спальный мешок и уснешь таким сном, каким спят только усталые».

Свои путешествия Арсеньев описал в 12 книгах. Две из них — «По Уссурийскому краю» и «Дерсу Узала» — легли в основу фильма Акиры Куросавы «Дерсу Узала».

Советско-японская лента о дружбе Арсеньева с таежным охотником в 1976 году получила «Оскар» как лучший иностранный фильм.

«Я взглянул вперед и увидел лося. Он лежал на снегу, подогнув под себя ноги и положив голову на брюхо. Я осторожно поднял ружье и стал целиться, но в это время удэхеец громко крикнул. Испуганный лось вскочил на ноги и бросился бежать. Я выстрелил и промахнулся. Второй мой выстрел был также неудачен. Я рассердился на старика, думая, что он подшутил надо мной, и в этом духе высказал ему свое неудовольствие. Но удэхеец тоже был в претензии и заявил, что если бы он знал, что я промахнусь, то сам стрелял бы в зверя и, наверное, убил бы его на бегу. Я ничего не понимал. Сам он крикнул, сам вспугнул животное с лежки, сам мне помешал и теперь еще в претензии. На это старик мне сказал, что стрелять в спящего зверя нельзя. Его надо сперва разбудить криком и только тогда можно пускать в ход оружие. Такой закон людям дал тигр, который сам, перед тем как напасть на свою добычу, издает оглушительный рев. Человек, нарушивший этот обычай, навсегда лишается успеха на охоте и даже может пострадать».

Юрий Сенкевич

Юрий Сенкевич. Фотография: aif.ru

Парусная лодка «Ра» во время первого круиза Юрия Сенкевича и Тура Хейердала по Атлантическому океану. Фотография: gazeta.ru

Тур Хейердал. Фотография: librarything.com

Одним из самых необычных приключений Юрия Сенкевича, вся жизнь которого была одним бесконечным путешествием, стал совместный с норвежским исследователем Туром Хейердалом круиз по Атлантическому океану на парусной лодке «Ра». Путешественники опытным путем решили проверить гипотезу, что древние мореплаватели могли пересекать океан на тростниковых судах. За два месяца судно преодолело пять тысяч километров, но в июле лодка прохудилась и стала стремительно тонуть.

«9 июля. Справа рвутся веревки, связывающие папирус. Весь правый борт ходит ходуном и грозит оторваться от нас…
14 июля. Потолок хижины еще более прогнулся, ящики плавают и скрипят, плещет вода, постели извиваются, как какие-то доисторические чудовища. Порезал палец, полез за бинтом в свой ящик и увидел, что он еле-еле держится, чемодан с медикаментами весь в воде, — и где-то мне предстоит спать сегодня?..»

Лишь спустя два дня измученных мореплавателей спасла яхта «Шенандоа». Но крушение путешественников не остановило: через год «Ра-2» вышла в плавание и успешно прошла путь из Марокко до Барбадоса.

На успешном эксперименте Юрий Сенкевич не остановился — он продолжил исследовать самые удивительные места всего мира. В 1973 году он стал автором программы «Клуб путешественников», которая была занесена в Книгу рекордов Гиннесса, как самый продолжительный советский телевизионный проект. Наверное, не было такого ребенка, который бы не мечтал отправиться покорять неизведанные земли, вдохновившись передачами Сенкевича.

www.culture.ru

Казаки первопроходцы в Сибири и на Дальнем Востоке

 

6 621

О самых первых землепроходцах XVII столетия сохранилось крайне мало документальных свидетельств. Но уже с середины этого «золотого века» русской колонизации Сибири «руководители экспедиций» составляли подробные «скаски» (то есть описания), своего рода отчеты о проделанных маршрутах, открытых землях и населяющих их народах. Благодаря этим «скаскам» страна знает своих героев и основные географические открытия, которые они совершили.

Хронологический перечень русских землепроходцев и их географических открытий в Сибири и на Дальнем Востоке

1483
Федор Курбский
В нашем историческом сознании первым «покорителем» Сибири является, конечно, Ермак. Он стал символом прорыва русских на восточные просторы. Но, оказывается, Ермак был вовсе не первым. За 100 (!) лет до Ермака в эти же земли с войсками проникли московские воеводы Федор Курбский и Иван Салтыков-Травин. Они прошли путем, который был прекрасно известен Новгородским «гостям» и промышленникам.
Вообще, весь русский север, Приполярный Урал и низовья Оби считались новгородской вотчиной, откуда предприимчивые новгородцы веками «качали» драгоценную рухлядь. А местные народы формально считались новгородскими вассалами. Контроль за несметными богатствами Северных территорий был экономической подоплекой военного захвата Новгорода Москвой. После покорения Новгорода Иваном III в 1477 году к московскому княжеству отошел не только весь Север, но и так называемая Югорская земля.

Точками показан северный путь, по которому русские ходили до Ермака
Весной 1483 году рать князя Федора Курбского поднялась по Вишере, перешла Уральские горы, спустилась вниз по Тавде, где разбила войска Пелымского княжества — одного из крупнейших мансийских племенных объединений в бассейне реки Тавды. Пройдя дальше к Тоболу, Курбский оказался в «Сибирской земле» — так называлась тогда небольшая территория в низовьях Тобола, где издавна обитало угорское племя «сыпыр». Отсюда русское войско по Иртышу прошло на среднюю Обь, где успешно «воевало» угорских князей. Собрав большой ясак, московский отряд повернул назад, и 1 октября 1483 года дружина Курбского вернулась на родину, преодолев за время похода около 4,5 тысячи километров.

 

Результатами похода стало признание в 1484 году «князьями» Западной Сибири зависимости от Великого княжества Московского и ежегодная уплата дани. Поэтому начиная с Ивана III титулы великих князей Московских (позже перешедшие и в царский титул) включали в себя слова «великий князь Югорский, князь Удорский, Обдорский и Кондинский.

1586
Василий Сукин
Основал город Тюмень в 1586. По его инициативе был заложен и город Тобольск (1587). Иван Сукин не был первопроходцем. Он был высокопоставленный московский чин, воевода, посланный с военным отрядом на подмогу Ермакову войску для «добивания» хана Кучума. Положил начало капитальному обустройству русских в Сибири.
1623
Казак Пенда
Первооткрыватель реки Лена. Мангазейский и Туруханский казак, легендарная личность. Выступил с отрядом в 40 человек из Мангазеи (укрепленный острог и важнейшая торговая точка русских в Северо-Западной Сибири (1600-1619) на реке Таз). Этот человек совершил небывалый по своей решительности поход за тысячи верст по совершенно диким местам. Легенды о Пенде передавались из уст в уста у Мангазейских и Туруханских казаков и промысловиков, и дошли до историков в почти первозданном виде.
Пенда с единомышленниками поднялся по Енисею от Туруханска до Нижней Тунгуски, потом три года шел до ее верховьев. Добрался до Чечуйского волока, где Лена почти вплотную подходит к Нижней Тунгуске. А дальше, перешед волок, плыл он рекою Леною вниз до того места, где после построен город Якутск: откуда продолжал он свой путь сею же рекою до устья Куленги, потом Бурятскою степью к Ангаре, где, вступив на суда, чрез Енисейск прибыл паки в Туруханск».

1628-1655

Петр Бекетов
Государев служилый человек, воевода, исследователь Сибири. Основатель ряда сибирских городов, таких как Якутск, Чита, Нерчинск. В Сибирь приехал добровольно, (попросился в Енисейский острог, куда и был назначен стрелецким сотником в 1627). Уже в 1628—1629 участвовал в походах енисейских служилых людей вверх по Ангаре. Много ходил по притокам Лены, собирал ясак, приводил в подчинение Москвы местное население. Основал несколько государевых острогов на Енисее, Лене и в Забайкалье.

1639-1640

Иван Москвитин
Первым из европейцев вышел к Охотскому морю. Первым побывал на Сахалине. Москвитин начал службу в 1626 рядовым казаком Томского острога. Вероятно, участвовал в походах атамана Дмитрия Копылова на юг Сибири. Весной 1639 отправился из Якутска к Охотскому морю с отрядом из 39 служилых людей. Цель была обычной – «прииск новых землиц» и новых неясачных (то есть еще не обложенных данью) людей. Отряд Москвитина спустился по Алдану до реки Маи и по Мае вверх шли семь недель, от Маи до волока малой речкой шли шесть дней, волоком шли один день и вышли на реку Улью, по Улье шли вниз стругом восемь суток, затем сделав ладью до моря плыли пять суток.
Результаты похода: Было открыто и обследовано побережье Охотского моря на протяжении 1300 км, Удская губа, Сахалинский залив, Амурский лиман, устье Амура и остров Сахалин. Кроме того, привезли с собой в Якутск большую добычу в виде пушного ясака.

1641-1657

Иван Стадухин
Первооткрыватель реки Колыма. Основал Нижнеколымский острог. Исследовал Чукотский полуостров и первым заходил на север Камчатки. Прошел на кочах вдоль побережья и описал полторы тысячи километров северной части Охотского моря. Вел записи своего «кругового» путешествия описал и составил чертеж-карту мест Якутии и Чукотки, где побывал.

1648-49

Семён Дежнёв
Казачий атаман, землепроходец, путешественник, мореход, исследователь Северной и Восточной Сибири, а также торговец пушниной. Участвовал в открытии Колымы в составе отряда Ивана Стадухина. Из Колымы на кочах прошел по Ледовитому океану вдоль северного берега Чукотки. За 80 лет до Витуса Беринга первым из европейцев в 1648 прошел (Берингов) пролив, разделяющий Чукотку и Аляску. (Примечательно, что самому В. Берингу не удалось пройти весь пролив целиком, а пришлось ограничиться только южной его частью!

1643-1646

Василий Поярков
русский землепроходец, казак, исследователь Сибири и Дальнего Востока. Первооткрыватель Среднего и Нижнего Амура. В 1643 46 руководил отрядом, который первым из русских проник в бассейн реки Амур, открыл реку Зея, Зейскую равнину. Собрал ценные сведения о природе и населении Приамурья

1649-1653

Ерофей Хабаров
Русский промышленник и предприниматель, торговал пушниной в Мангазее, потом перебрался в верховья Лены, где с 1632 занимался скупкой пушнины. В 1639 открыл на реке Кут соляные источники и построил варницу, а затем способствовал развитию там земледелия.
В 1649-53 с отрядом охочих людей совершил поход по Амуру от впадения в него реки Урки до самых низовий. В результате его экспедиции приамурское коренное население приняло русское подданство. Часто действовал силой, чем оставил по себе худую славу у коренного населения. Хабаров составил «Чертеж по реке Амуру”. Именем Хабарова названы основанные в 1858 военный пост Хабаровка, (с 1893 — город Хабаровск) и железнодорожная станция Ерофей Павлович (1909).

1696-1697

Владимир Атласов
Казачий пятидесятник, приказчик Анадырского острога, «опытный полярник», как сказали бы сейчас. Камчатка была, можно сказать, его целью и мечтой. О существовании этого полуострова русские уже знали, но на территорию Камчатки еще никто из них не проникал.
Атласов, на заемные деньги, на свой риск организовал в начале 1697 года экспедицию по исследованию Камчатки. Взяв в отряд опытного казака Луку Морозко, который уже бывал на севере полуострова, выступил из Анадырского острога на юг. Цель похода была традиционная – пушнина и присоединение новых «неясачных» земель к русскому государству.
Атласов не был первооткрывателем Камчатки, но он был первым русским, который прошел практически весь полуостров с севера на юг и с запада на восток. Он составил подробную «скаску» и карту своего путешествия. В его отчете были подробные сведения о климате, животном и растительном мире, а также удивительных источниках полуострова. Ему удалось уговорить значительную часть местного населения перейти под власть московского царя.
За присоединение Камчатки к России Владимир Атласов, по решению правительства, был назначен туда приказчиком. Походы В. Атласова и Л. Морозко (1696-1699 гг.) имели большое практическое значение. Эти люди открыли и присоединили Камчатку к Русскому государству, положили начало ее освоению. Правительство страны в лице государя Петр Алексеевича уже тогда понимало стратегическую важность Камчатки для страны и принимало меры по ее освоению и закреплению на этих землях.

Это интересно

 

taynikrus.ru

Первопроходцы русского Дальнего востока | Мир Знаний

Необозримы просторы России. Когда ее восточное побережье освещено полдневным солнцем, на западной границе — глубокая ночь.

Если мы посмотрим на карту нашей страны, то увидим, что там обозначены даже самые маленькие города, речки, озера. Но так было не всегда. Раньше о существовании некоторых отдаленных уголков люди и не догадывались. Более четырехсот лет назад никто не знал, что восточный край Азиатского материка омывается океаном, что Америка и Азия разделены проливом. Так кто же поведал об этом миру? Карта нашей Родины может рассказать о смелых и сильных людях — первопроходцах. Именно они сумели первыми достичь неведомых ранее земель. На своем пути они встречали опасности и лишения, рисковали жизнью, страдали от голода, замерзали во льдах, но упрямо шли вперед. В народе сложили о них песни и легенды. Многие горы, реки, моря, города названы их именами.

С давних времен русских людей манили богатые зверьем и рыбой восточные земли, но на пути лежал неприступный Каменный Пояс — так тысячу лет назад называли Уральские горы. Перейти через них отваживались немногие. Единственным средством сообщения служили реки. Сначала плыли на веслах, а когда течение становилось быстрее, брали в руки шесты. Не каждому такое плавание было по плечу — бурлящий поток разбивал лодки о подводные камни или скалистый берег. За Уральским хребтом смельчаков встречали непроходимые дремучие леса — сибирская тайга. Местные жители хорошо знают ее коварный нрав. С тайгой шутить нельзя — заманит, закружит, не выбраться обратно.

Какие же сокровища манили отважных путешественников и заставляли рисковать жизнью? Огромной ценностью в те далекие времена были меха. Дороже всего ценился искрящийся, пушистый мех соболя. Из него шили шубы для царей, бояр, воевод, делали шапки, воротники. Собольи шкурки обменивали за границей на всевозможные диковинки для царских забав. Так, в погоне за соболем первопроходцы уходили все дальше на восток, в глубь Сибири.

Но в конце XVI века сибирский хан Кучум захватил речные пути, и его войска вторглись на территорию русских поселений. В это время в Зауралье появился отряд казачьего атамана Ермака, который в течение семи лет воевал против Сибирского ханства. Несмотря на то, что войско хана было в десятки раз больше казачьих отрядов, татары были наголову разбиты. По образному выражению историка А.П. Щапова, коренного сибиряка, «выходцы Ермака пробили и отворили широкую дверь в Сибирь».

В эту «дверь» через необозримые земли Сибири «навстречу солнцу» по большим и малым рекам, сквозь глухие таежные чащи русские первопроходцы вышли к реке Лене, а затем достигли и берегов Тихого океана.

В 1632 году отряд сотника Петра Бекетова построил на правом берегу реки Ленский острог — небольшое селение, обнесенное деревянной стеной из вплотную вкопанных в землю и заостренных сверху столбов. Он так сообщал об этом в челобитной: «А преж меня на великой Лене острогу никто нигде не стонавливал…»

В 1643 году острог стал называться Якутским (в настоящее время город Якутск). Отсюда русские первопроходцы двинулись к Ледовитому и Тихому океанам, выполняя царский наказ — составить чертежи новых земель, принять местных жителей в русское подданство и описать их быт.