Фото смерть сталина – Смерть Сталина. Как всё было на самом деле

Смерть Сталина. Как всё было на самом деле

По свидетельству сразу нескольких человек, в последний вечер Сталин был бодр и находился в прекрасном расположении духа. Ближе к 5 часам утра 1 марта гости стали расходиться. Начальник охраны Хрусталёв проводил гостей, а затем проводил в комнату самого Сталина. По воспоминаниям помощника коменданта кунцевской дачи Лозгачёва, Хрусталёв поведал ему в ту ночь о странном поведении вождя. Сталин был настолько благостно настроен, что даже разрешил Хрусталёву и всей охране лечь спать, хотя ни разу за все годы он не отдавал такого распоряжения.

Утром охрана сменилась. Около 11 часов прислуга и некоторые охранники начали слегка волноваться. Обычно в это время Сталин всегда просыпался и вызывал кого-то из прислуги или охраны для выдачи распоряжений. Кроме того, после пробуждения ему обычно приносили чай. В каждой комнате дачи были телефонные аппараты для связи с обслуживающим персоналом, но телефоны безмолвствовали.

Однако никто не решился потревожить вождя, объяснив подозрительное молчание тем, что сегодня воскресенье, а накануне хозяин дачи с гостями засиделся допоздна. До самого вечера обслуга не предпринимала никаких шагов, чтобы выяснить ситуацию, что весьма странно. Позднее отдельные исследователи пытались объяснить это либо боязнью охраны потревожить вождя, либо будто бы существовавшими инструкциями Берии, который строжайше запретил беспокоить вождя. Однако необходимо отметить, что Берия к тому моменту давно уже не отвечал за охрану вождя.

Более того, в 1952 году многолетний шеф сталинской охраны Власик впал в немилость и был отправлен в заключение. С тех пор общее руководство охраной осуществлял шеф МГБ Игнатьев.

Около 18–19 часов в столовой в той части здания, где спал Сталин, загорелся свет. Охрана и обслуга приготовилась получать распоряжения вождя. Однако шло время, а телефоны по-прежнему молчали.

Наконец к 21 часу вечера старший сотрудник для поручений Старостин и Лозгачёв стали решать, кто из них войдёт в комнату Сталина, чтобы проверить, что стряслось. В это время на дачу привезли почту и Лозгачев воспользовался этим предлогом, чтобы войти в комнату вождя и потревожить его покой.

В одиннадцатом часу вечера Лозгачёв вошёл в комнату и не сразу заметил распростёршегося на полу вождя. Сталин лежал на правой руке, в мокрых брюках от пижамы. Рядом на полу валялись его часы. На столе стояла бутылка минеральной воды. Вождь провёл на полу по меньшей мере несколько часов и сильно замёрз, его колотил озноб. По свидетельству Лозгачёва, глаза Сталина были открыты, однако на все его расспросы он смог ответить лишь нечленораздельным звуки.

Прибежавшая охрана уложила Сталина на диван, но он оказался слишком мал. Тогда его перенесли в большой зал, где переодели, уложили и укрыли одеялом. Проблемы генерального секретаря со здоровьем — дело государственной важности. Поэтому Старостин первым делом извещает не врачей, а министра государственной безопасности Игнатьева.

Семён Игнатьев, менее года курировавший сталинскую охрану и госбезопасность, отказался брать на себя ответственность и посоветовал позвонить Берии. Однако Старостин не сумел до него дозвониться. Тогда он звонит Маленкову, который на тот момент достиг наивысшего положения в сталинском окружении и де-факто был вторым человеком в стране. Маленков, по воспоминаниям Старостина, "промычал что-то в трубку" и положил её. Через несколько минут он перезвонил и сообщил, что тоже не может найти Берию.

Но вскоре Берия звонит сам. Он категорически запрещает Старостину звонить кому-либо ещё и что-то сообщать о состоянии здоровья Сталина. Тем временем Маленков звонит Хрущёву и Булганину и сообщает о проблемах со здоровьем у генсека. Хрущёв и Булганин приезжают на Ближнюю дачу, однако не проходят дальше дежурного поста у ворот. Охранники кратко описали им ситуацию, и они уехали, решив, что ничего серьёзного не произошло. Позднее Хрущёв в своих мемуарах объяснял это тем, что со слов охраны вышло так, будто Сталин просто упал и обмочился, но потом он уснул и вроде бы всё было нормально, а им было неловко нарушать покой вождя в такой ситуации.

fishki.net

кинохроника и редкие фотографии: _o_tets_

Я давно хотел представить себе, что происходило в мартовские дни 1953 года, когда хоронили Сталина. Как выглядели люди, во что они были одеты, как выглядела Москва, как двигались эти человеческие реки. Интересно посмотреть на страну в момент перелома эпох. Кроме всего прочего, это событие можно назвать величайшим несанкционированным митингом: выплеснувшаяся воля сотен тысяч людей, объединенных одной целью, с которой столкнулись опешившие, непривычные к такому власти. Здесь есть и мой интерес к истории семьи - много раз отец, которому тогда было пять лет, упоминал, каким радостным событием было, когда, спустя сутки, вернулся домой старший брат - родители боялись, что он погиб в давке. Дядю своего, долгих ему лет, я расспросил - и его мемуар лежит среди прочих на замечательном тематическом сайте. А вот с визуальной стороной дела было хуже - почти все, что вылетает в картинках поисковиков "похороны Сталина" - две или три фотографии из "Огонька", по которым мало что понятно.

Недавно, я наткнулся на интереснейшую кинохронику - всего две с половиной минуты, - нарезка съемки разных улиц Москвы. Я разобрал ее по кадрам и мы с женой восстановили примерные точки, откуда снимала камера. Кроме этого, на сайте с фотографиями старой Москвы нашлось несколько других снимков тех дней или тех мест. Очень интересно посмотреть на людей и на то, как изменилась Москва. Надеюсь, интересно не только мне.


Начать стоит с конца. На этом кадре люди заходят в Колонный зал, где выставлено тело Сталина. Дело происходит ночью – люди пытались пробиться «к Сталину» круглосуточно в течение четырех дней –  с 6 по 9 марта.

Все цветные кадры взяты из пропагандистского документального фильма «Великое прощание»  (посмотреть можно здесь), снятого по следам похорон. Конечно, монтажер старался оставлять в кадре плачущих женщин и относительно хорошо одетых фотогеничных людей.

Женщины в очереди, в основном, в белых и серых платках. Этот кадр мне показался интересным из-за современно выглядящей на общем фоне девушки в шапке с помпоном.

Люди с детьми на руках. Предполагаю, что, в основном, они принадлежат к делегациям, попадавшим в Колонный зал в обход чудовищной очереди.


 

Несмотря на то, что полуторачасовая картина целиком состоит из документальной хроники тех дней, она почти совсем не освещает события на улицах Москвы. С этой точки зрения представляет интерес буквально несколько крошечных эпизодов – в основном, с людьми, проходящими мимо гроба.  В основном, все интересное содержится в этой черно-белой кинохронике, которую я разместил в конце поста и ее, несомненно, стоит посмотреть.

Начинается она со съемки, на которой видна формирующаяся очередь на Садовом кольце, у метро "Красные ворота". На этих кадрах хорошо заметна растерянность, владеющая людьми. Лишь немногие идут навстречу, против движения еще не такой внушительной толпы, которую еще никто не пытается зажимать и контролировать. Дорога не перекрыта, свободно ездят машины. Между двух полос движения проходит плотная колонна солдат.

Съемка немного с другой точки.

Сегодня это место выглядит так.

Оператор двигается вместе с очередью и заворачивает около высотки. Это Садовое кольцо около пересечения с улицей Кирова (Мясницкой).

Нет, это не сегодня - это снова похороны Сталина, 1953 год. Просто цветная пленка.

А вот это - сегодняшний день.

Садовая-Самотечная улица, Самотечная площадь примерно в районе пересечения с Цветным бульваром.

Фотография Самотечной площади (1960 год):

Сегодня с этой точки толком не посмотришь - обзор загораживает Самотечная эстакада. Поэтому вот так:

Там же, но камера наводится на лица.

Дальше по Садовому кольцу. Это Садовая-Каретная улица - между улицами Каретный ряд и улицей Чехова (Малая Дмитровка).

Менее четко, зато в цвете.

Это же место сегодня. Хорошо узнаваем дом со скульптурами по адресу Садовая-Каретная №4-6 (архитекторы И.Маркузе и Я.Корнфельд).

Кинокамера поворачивается и мы видим, что дальше этой огромной колонне приходится протискиваться между стенами домов и стоящими в ряд грузовиками. Иначе не получится свернуть на улицу Чехова (Малая Дмитровка) и оттуда попробовать попасть в центр - к Колонному залу.

Практически все, вспоминающие события тех дней, говорят о грузовиках. Грузовики, не дававшие людям вырваться из давки, зачастую были орудием смерти, но от солдат, стоявших на грузовиках, часто приходило спасение.

Вспоминает Леонид Симановский:

Вдоль тротуара стояли грузовики, чтобы никто не мог выйти на проезжую часть дороги. В грузовиках были солдаты.
Таким образом, огромная масса народа оказалась зажатой между стенами домов и грузовиками. <…>  Кругом кричали от боли и страха люди, особенно женщины. Солдаты на грузовиках, имея соответствующий приказ, пресекали попытки людей пролезть под грузовиками на свободную проезжую часть дороги. Вместе с тем я видел, как солдаты спасли женщину, оказавшуюся прижатой к грузовику — они втащили ее в кузов.

Вспоминает Игорь Каспэ:

У площади Пушкина улица была перегорожена грузовиками. В кузовах на мешках с песком стояли солдаты и сапогами отбивались от пытавшихся взобраться на борта.

Вспоминает Велена Розкина:

Толпа была страшная, посередине улицы стояли грузовики с солдатами <…> Началась жуткая давка, крики, что-то невозможное. Солдаты, кого могли, выхватывали к себе на грузовики. Нас с подругой тоже втащили на грузовик, порвали пальто, но это неважно…

Вспоминает Роксана Стриковская:

Люди, которые находились в этих грузовиках <…> выхватывали кого могли, кто был ближе, втаскивали и перекидывали на другую сторону, на бульвар. Меня спасло только то, что я была ближе к грузовикам, и меня тоже выхватили.

Вспоминает Муза Ефремова:

В день похорон Сталина я попала в такую давку на Трубной, что если бы не солдаты, которые подхватили меня на перегораживающий улицу грузовик и перенесли через оцепление, я бы просто погибла.

Грузовики на улице Чехова (Малая Дмитровка). Слева виден дом 8 с 1(с колоннами), а вот второй дом до наших дней не дожил.

О следующих двух фотографиях стоит сказать особо (благодарю за их предоставление vchaplina_arhiv) . Они сделаны из окна третьего этажа дома 16 по Пушкинской улице (сейчас – Большая Дмитровка) – коммунальной квартиры известного писателя-анималиста Веры Чаплиной. До Колонного зала тут уже недалеко. Опять грузовики и просто солдаты в оцеплении.

На первом снимке видно как притиснуты люди цепью солдат к стене дома.

Второй снимок сделан чуть позже - что-то случилось и хвост очереди распался в неорганизованную толпу.

Вспоминает Мариэтта Чудакова:

Мы сумели пробраться во двор дома, выходящего на Пушкинскую (нынешнюю Б. Дмитровку) примерно метрах в пятидесяти от Колонного зала, забрались через окно проходного подъезда на козырек подъезда, выходящего на Пушкинскую, — и спрыгнули с него прямо в очередь — в сугроб…

Дома меня уже похоронили: два старших брата ходили (после нас!), но не сумев пройти, вернулись, сообщив родителям, что там — Ходынка. Вскоре мы узнали, что погибли два мальчика из соседних дворов.

А это уж совсем близко к цели. Справа – Большой театр и ЦУМ, слева (со скульптурой) – станция метро «Площадь Свердлова» (сегодня – «Театральная»)

Так это место выглядит сегодня:

Возвратимся к кинохронике. Улица Чехова (Малая Дмитровка), дом16 с 5.

Там же сегодня.

Лица в очереди.


 

Это район метро «Маяковская», вид на площадь Маяковского (Триумфальная площадь). Большое здание справа – гостиница Пекин. На заднем плане видна высотка на Кудринской площади.

Толпа прибывает, слева и справа стоят все те же грузовики.

Фотография с той же точки и того же времени (1953-1954 г):

И сегодня (вид с Триумфальной площади).

Возвращаемся на площадь Маяковского. Опасно выглядят фонарь и афишная тумба, но толпа еще не очень плотная и не способна раздавить.

А вот здесь уже очень тесно. Это улица Горького (Тверская). Хорошо виден дом 19а.

Главная давка с человеческими жертвами, как известно, случилась на Рождественском бульваре и Трубной площади. Но в других местах тоже был ад. В частности, на улице Горького.

Вспоминает Григорий Шубин:

Мы слышали тех, кто находился на улице Горького, там кричали. Я думаю, сестра сообразила, что туда лезть не надо.

Вспоминает историк Юрий Афанасьев:

Себя я запомнил уже на улице Горького. Влился в общий поток. Было очень много людей, и поток все ускорялся. А я уже знал, что улица Горького перегорожена самосвалами с песком, причем в нескольких местах. Видимо, инстинкт мною руководил, потому что я всячески сопротивлялся этому потоку. А поток нес уже. Я пытался продвигаться спиной вперед, так мне казалось безопаснее. И все мне хотелось держаться поближе к домам. Думаю, это меня и спасло — в отличие от многих, кого толпа, набирая скорость, несла прямо на грузовики.

В левом нижнем углу следующего кадра видно, как здоровенный мужик, спасаясь от давки, залезает на фонарный столб.

Слева на переднем плане - милиционер на лошади. Конной милиции в тот день тоже было много.

Это же место сегодня.

С этих же точек сняты и другие, самые тиражированные фотографии. Люди поворачивали на Пушкинской площади, чтобы потом попасть на Большую Дмитровку и оттуда пробиться к Колонному залу.

Напротив здания музея Революции (фото из журнала "Огонек"):

На панораме улицы Горького хроника заканчивается. Но ее стоит посмотреть целиком – в движении. На последних секундах отчетливо видны волны, которые прокатывались по толпе и приводили к давке.

Вспоминает правозащитник Юрий Гримм:

Толпа вела себя наподобие океанских приливов и отливов. Сначала она потащила нас к противоположной стене улицы: потом — несколько шагов назад, от цели нашего похода. Назад — особенно опасно, так как люди спотыкаются, теряют обувь, а подобрать ее невозможно.

Вопросы о количестве погибших в те дни на улицах Москвы до сих пор ждут своего запоздалого расследования. Самую маленькую цифру называл Хрущев – 109 человек. Слухи ходили о нескольких тысячах.

Вспоминает академик Андрей Зализняк:

Стало известно, что некоторые дальние знакомые погибли, в основном — мальчишки-девчонки. Во многих местах погибли люди, на Трубной было самое ужасное, и на Дмитровке тоже — там довольно много людей было просто раздавлено о стены. Какого-нибудь выступа стены было достаточно… практически на всем протяжении лежали трупы.

Вспоминает священник Глеб Якунин:

Вниз к Трубной площади, а потом налево, там была одна из «ветвей». Я туда немножко прошел и увидел, как эта огромная толпа шла вниз, а внизу стояли машины грузовые, перекрывали движение. При мне страшные толпы давили людей, и их, затоптанных, в эти машины просто бросали.

Вспоминает Игорь Каспэ:

В МИИТ <…> позвонили из Склифа с просьбой прислать кого-нибудь для опознания ребят с миитовскими значками.

Вспоминает Александр Дорошевич:

24 марта у меня умер дедушка, когда его забирали из морга, там все еще людям выдавали трупы погибших на Трубной.

Довольно много людей, попавших в давку на Трубной и своими глазами видевших гибель людей, оставили свои воспоминания. О том, что там творилось можно прочитать у Эллы Певзнер, Павла Меня (его брат, священник Александр Мень тоже был там), Евгении Замштейн, Татьяны Большаковой и других. Замечательный волонтерский проект 050353.ru продолжает собирать свидетельства участников тех событий. Еще кое-что можно найти здесь.

Редкие имена и/или фамилии погибших известны. Ольга Грановская, Рома Новоселов, Анатолий Р., ?. Куценко, Арон Шут (прощаться с "вождем" не ходил. Просто хотел перейти дорогу, возвращаясь домой).

Хранит одно из таких имен и наша семья. По свидетельству моего дяди, Леонида Симановского, в давке погиб его школьный товарищ.
Его звали Миша Архипов, он был учеником школы №657, что на улице Чаплыгина.

users.livejournal.com

Как умирал Сталин - Медиапроект s-t-o-l.com

Скандал вокруг кинокомедии шотландского режиссера Армандо Иануччи «Смерть Сталина», запрещённый к показу по решению Министерства культуры, породил в стране целую бурю эмоций

Так, одни считают, что это просто комедия, которую стоит воспринимать соответствующим образом, другие же, напротив, уверены, что этот фильм является оружием «гибридной войны» и призван очернить советскую историю. Поэтому «Стол» решил вспомнить, каким же на самом деле очевидцы запомнили день 5 марта 1953 года.

Лазарь Каганович: «Умер Сталин неожиданно…»

Умер Сталин неожиданно. Хотя некоторые из нас в последний период его жизни реже бывали у него в домашних условиях, но на совещаниях, официальных заседаниях мы с удовлетворением видели, что, несмотря на усталость от войны, Сталин выглядел хорошо. Он был активен, бодр и по-прежнему вёл обсуждение вопросов живо и содержательно. Когда ночью меня вызвали на «Ближнюю дачу», я застал там Берию, Хрущёва и Маленкова. Они сказали мне, что со Сталиным случился удар, он парализован и лишён дара речи, что вызваны врачи. Я был потрясён и заплакал.

Слева направо: Каганович, Сталин, Постышев, Ворошилов

Вскоре приехали остальные члены Политбюро: Ворошилов, Молотов, Микоян и другие. Приехали врачи во главе с Министром здравоохранения.

Когда мы зашли в комнату, где лежал Сталин с закрытыми глазами, он открыл глаза и обвёл нас всех глазами, всматриваясь в каждого из нас. По этому взгляду видно было, что он сохранил сознание, силился что-то сказать, но не смог и вновь закрыл глаза. Мы все с глубокой скорбью и печалью смотрели на Сталина, находившегося в тяжёлом состоянии. Несколько дней шла борьба за сохранение жизни Сталина, врачи делали всё возможное. Мы, члены Политбюро, всё время находились здесь, отлучаясь лишь на короткое время.

Когда наступила смерть, мы 5 марта собрались для составления обращения ко всем членам партии и всем трудящимся Советского Союза. В этом обращении мы выразили глубокие чувства горечи, скорби и переживаний всей партии и народа.

Как, Лазарь, будем жить-то и работать без Сталина? Тяжело будет нам

Особенно важным для правильного понимания нынешнего момента является то, что это обращение ЦК и Правительства в связи со смертью Сталина было разработано и принято единодушно всеми членами ЦК, Правительства, громадным большинством партии и советского народа.

Вспоминаю такой эпизод: вместе с Хрущёвым я был включен в Комиссию по похоронам Сталина, и вот когда мы ехали в авто с телом Сталина, Хрущёв тронул меня за руку и сказал:

– Как, Лазарь, будем жить-то и работать без Сталина? Тяжело будет нам.

Помню мой ответ:

– В 1924 г., когда умер Ленин, положение в стране и в партии было потруднее: был НЭП, нэпманы, восстановление разрушенного хозяйства не было ещё завершено, в партии орудовали троцкистская и другие оппозиции, – а выжили мы, да ещё как пошли вперёд, потому что верные ленинизму кадры сплотились вокруг ЦК, который повёл партию по ленинскому пути. Если будем твёрдо держаться этого ленинского пути, по которому нас вёл Сталин, мы выживем и будем успешно двигаться вперёд.

(Л. М. Каганович «Так говорил Каганович»)

Гроб с телом Сталина

Вячеслав Молотов: «Поднять-то поднял, но…»

Мгеладзе рассказывал, как Маленков и Берия формировали новое правительство. Вдруг Маленков делает заявление: «Товарищ Сталин находится в очень тяжелом состоянии. Вряд ли он из него выйдет. А если выйдет, то ему надо будет не менее шести месяцев, чтобы вернуться на работу. Поэтому страна не может быть без руководства».

После этого Берия зачитал список правительства. Веселый, как будто хочет показать, что ничего страшного для страны не произошло.

– Возможно. Я не помню эти детали… Перед смертью Сталин поднял руку. Поднять-то поднял, но…

(Феликс Чуев «Сто сорок бесед с Молотовым»)

Вынос наград Сталина

Светлана Аллилуева: «Отец умирал страшно и трудно»

«Это были тогда страшные дни. Ощущение, что что-то привычное, устойчивое и прочное сдвинулось, пошатнулось, началось для меня с того момента, когда 2-го марта меня разыскали на уроке французского языка в Академии общественных наук и передали, что «Маленков просит приехать на Ближнюю». (Ближней называлась дача отца в Кунцеве.) Это было уже невероятно – чтобы кто-то иной, а не отец, приглашал приехать к нему на дачу…

Я ехала туда со странным чувством смятения. Когда мы въехали в ворота и на дорожке возле дома машину остановили Н. С. Хрущев и Н. А. Булганин, я решила, что все кончено…

Я вышла, они взяли меня под руки. Лица обоих были заплаканы. «Идем в дом, – сказали они, – там Берия и Маленков тебе все расскажут».

Все суетились, спасая жизнь, которую нельзя было уже спасти

В доме, – уже в передней, – было все не как обычно; вместо привычной тишины, глубокой тишины, кто-то бегал и суетился. Когда мне сказали, наконец, что у отца был ночью удар и что он без сознания – я почувствовала даже облегчение, потому что мне казалось, что его уже нет. Мне рассказали, что, по-видимому, удар случился ночью, его нашли часа в три ночи лежащим вот в этой комнате, вот здесь, на ковре, возле дивана, и решили перенести в другую комнату на диван, где он обычно спал. Там он сейчас, там врачи, – ты можешь идти туда.

Похороны Сталина. Народ на Красной площади

В большом зале, где лежал отец, толпилась масса народу. Незнакомые врачи, впервые увидевшие больного (академик В. Н. Виноградов, много лет наблюдавший отца, сидел в тюрьме), ужасно суетились вокруг. Ставили пиявки на затылок и шею, снимали кардиограммы, делали рентген легких, медсестра беспрестанно делала какие-то уколы, один из врачей беспрерывно записывал в журнал ход болезни. Все делалось, как надо. Все суетились, спасая жизнь, которую нельзя было уже спасти. Где-то заседала специальная сессия Академии медицинских наук, решая, что бы еще предпринять.

Он был возбужден до крайности, лицо его, и без того отвратительное, то и дело искажалось от распиравших его страстей

В соседнем небольшом зале беспрерывно совещался какой-то еще медицинский совет, тоже решавший как быть.

Привезли установку для искусственного дыхания из какого-то НИИ, и с ней молодых специалистов, – кроме них, должно быть, никто бы не сумел ею воспользоваться. Громоздкий агрегат так и простоял без дела, а молодые врачи ошалело озирались вокруг, совершенно подавленные происходящим.

Я вдруг сообразила, что вот эту молодую женщину-врача я знаю, – где я ее видела?… Мы кивнули друг другу, но не разговаривали. Все старались молчать, как в храме, никто не говорил о посторонних вещах. Здесь, в зале, совершалось что-то значительное, почти великое, – это чувствовали все – и вели себя подобающим образом.

Это был великолепный современный тип лукавого царедворца, воплощение восточного коварства, лести, лицемерия

Только один человек вел себя почти неприлично – это был Берия. Он был возбужден до крайности, лицо его, и без того отвратительное, то и дело искажалось от распиравших его страстей. А страсти его были – честолюбие, жестокость, хитрость, власть, власть…

Он так старался, в этот ответственный момент, как бы не перехитрить, и как бы не недохитрить! И это было написано на его лбу.

В последние минуты, когда все уже кончалось, Берия вдруг заметил меня и распорядился:

– Уведите Светлану!

На него посмотрели те, кто стоял вокруг, но никто и не подумал пошевелиться. А когда все было кончено, он первым выскочил в коридор и в тишине зала, где стояли все молча вокруг одра, был слышен его громкий голос, не скрывавший торжества:

– Хрусталев! Машину!

Это был великолепный современный тип лукавого царедворца, воплощение восточного коварства, лести, лицемерия, опутавшего даже отца – которого вообще-то трудно было обмануть.

Похороны Сталина. На трибуне — Лаврентий Берия

Отец был без сознания, как констатировали врачи. Инсульт был очень сильный; речь была потеряна, правая половина тела парализована. Несколько раз он открывал глаза – взгляд был затуманен, кто знает, узнавал ли он кого-нибудь. Тогда все кидались к нему, стараясь уловить слово или хотя бы желание в глазах.

Я сидела возле, держала его за руку, он смотрел на меня, – вряд ли он видел. Я поцеловала его и поцеловала руку, – больше мне уже ничего не оставалось.

Как странно, в эти дни болезни, в те часы, когда передо мною лежало уже лишь тело, а душа отлетела от него, в последние дни прощания в Колонном зале, – я любила отца сильнее и нежнее, чем за всю свою жизнь.

я понимала, что это – освобождение для всех и для меня тоже, от какого-то гнета, давившего все души, сердца и умы единой, общей глыбой

Он был очень далек от меня, от нас, детей, от всех своих ближних. На стенах комнат у него на даче в последние годы появились огромные, увеличенные фото детей, – мальчик на лыжах, мальчик у цветущей вишни, – а пятерых из своих восьми внуков он так и не удосужился ни разу повидать. И все-таки его любили, – и любят сейчас, эти внуки, не видавшие его никогда. А в те дни, когда он успокоился, наконец, на своем одре, и лицо стало красивым и спокойным, я чувствовала, как сердце мое разрывается от печали и от любви. Такого сильного наплыва чувств, столь противоречивых и столь сильных я не испытывала ни раньше, ни после. Когда в Колонном зале я стояла почти все дни (я буквально стояла, потому что сколько меня ни заставляли сесть и ни подсовывали мне стул, я не могла сидеть, я могла только стоять при том, что происходило), окаменевшая, без слов, я понимала, что наступило некое освобождение. Я еще не знала и не осознавала – какое, в чем оно выразится, но я понимала, что это – освобождение для всех и для меня тоже, от какого-то гнета, давившего все души, сердца и умы единой, общей глыбой.

Сталин в мавзолее

И вместе с тем, я смотрела в красивое лицо, спокойное и даже печальное, слушала траурную музыку (старинную грузинскую колыбельную, народную песню с выразительной, грустной мелодией), и меня всю раздирало от печали. Я чувствовала, что я – никуда не годная дочь, что я никогда не была хорошей дочерью, что я жила в доме как чужой человек, что я ничем не помогала этой одинокой душе, этому старому, больному, всеми отринутому и одинокому на своем Олимпе человеку, который все-таки мой отец, который любил меня, – как умел и как мог, – и которому я обязана не одним лишь злом, но и добром…

Я ничего не ела все те дни, я не могла плакать, меня сдавило каменное спокойствие и каменная печаль. Отец умирал страшно и трудно. И это была первая – и единственная пока что – смерть, которую я видела. Бог дает легкую смерть праведникам…

Это был ужасный взгляд, то ли безумный, то ли гневный и полный ужаса перед смертью

Кровоизлияние в мозг распространяется постепенно на все центры, и при здоровом и сильном сердце оно медленно захватывает центры дыхания и человек умирает от удушья. Дыхание все учащалось и учащалось. Последние двенадцать часов уже было ясно, что кислородное голодание увеличивалось.

Лицо потемнело и изменилось, постепенно его черты становились неузнаваемыми, губы почернели. Последние час или два человек просто медленно задыхался.

Агония была страшной. Она душила его у всех на глазах. В какой-то момент – не знаю, так ли на самом деле, но так казалось – очевидно в последнюю уже минуту, он вдруг открыл глаза и обвел ими всех, кто стоял вокруг. Это был ужасный взгляд, то ли безумный, то ли гневный и полный ужаса перед смертью и перед незнакомыми лицами врачей, склонившихся над ним. Взгляд этот обошел всех в какую-то долю минуты. И тут, – это было непонятно и страшно, я до сих пор не понимаю, но не могу забыть – тут он поднял вдруг кверху левую руку (которая двигалась) и не то указал ею куда-то наверх, не то погрозил всем нам. Жест был непонятен, но угрожающ, и неизвестно к кому и к чему он относился…

В следующий момент душа, сделав последнее усилие, вырвалась из тела.

Я думала, что сама задохнусь, я впилась руками в стоявшую возле молодую знакомую докторшу, – она застонала от боли, мы держались с ней друг за друга.

Душа отлетела. Тело успокоилось, лицо побледнело и приняло свой знакомый облик; через несколько мгновений оно стало невозмутимым, спокойным и красивым. Все стояли вокруг, окаменев, в молчании, несколько минут, – не знаю сколько, – кажется, что долго.

(Светлана Аллилуева «Двадцать писем к другу»)

Газета «Правда»

Евгений Евтушенко: «Сталина я так и не увидел»

«Живым Сталина практически никто не видел. Или только издалека, на демонстрации. Телевидения тоже, практически, не было. Видели только в хронике: перед каждым сеансом в кинотеатре шла хроника. Так мы видели Сталина живым. Поэтому когда объявили, что доступ к телу Сталина открыт, то все сразу туда побежали. Все понимали, что будет давка. Но не догадывались какая…

Вот я побежал от 4-й Мещанской (это напротив кинотеатра «Форум»), едва услышав по радио это известие… Ну и люди вокруг бежали. Забыв про работу, бежали…

Меня всегда спрашивают, особенно за границей: «А при чем тут Чарли Чаплин?» Там, в фильме, показан человек в котелке и гриме Чарли Чаплина. А я видел его. Это был, видимо, клоун из цирка на Цветном бульваре, и он бежал, даже не отклеив чаплинские усики.

Почему я бежал? Я понял, что произошло какое-то уникальное событие

Там были лилипуты – и я их тоже в фильм поместил. Почему я бежал? Я понял, что произошло какое-то уникальное событие. Вот: было чувство уникальности. Не могу сказать, что мною вела любовь к Сталину. Но это не было и обычное любопытство. Я хотел видеть, что происходит.

И когда мы все туда попали, на Трубную площадь, с бульваров, с двух сторон, начала надвигаться огромная толпа. А там Трубную от продолжения Неглинки отделяли грузовики. И толпам, подошедшим со всех трех сторон, надо было просачиваться в узкие проходы с двух сторон площади между домами и этими грузовиками. Толпа прижимала к светофору и только косточки хрустели…

Помню дом, где теперь театр-школа современной пьесы, – там на углу был светофор, на котором было насмерть распято несколько человек на моих глазах. Насмерть!

Перекрытые грузовиками улицы в день похорон Сталина

В каких-то местах приходилось просто поджимать ноги, потому что шли по мясу. Помню грузовик и офицера, которому передавали детей. Потому что и с детьми бежали… Детей там передавали по рукам, над толпой. Еще помню картину, которую мне не забыть никогда: трясущееся лицо офицера, которому погибающие люди кричали: «уберите грузовики!», «уберите грузовики!». То, что поставили грузовики, это было преступление. Ну, люди и трещали на этих углах грузовиков. И этот офицер чуть не плакал… И только отвечал: «указания нет»… Вот это я запомнил. Указание было – поставить, а не убрать. И вот тогда я понял, что это значит – «указания нету». Несчастный человек!

Я там был инициатором одного дела, которое спасло очень многих людей. Не знаю почему, я крикнул людям, чтоб брались за руки, собирались в цепочки. В таких экстремальных ситуациях включается какой-то вид энергии, и мне пришла в голову мысль, чтоб люди, взявшись за руки, рассекали бы этот хаос на сегменты. Ибо водоворот толпы был неуправляем. Не потому, что люди нарочно топтали друг друга: они просто ничего не могли поделать. А цепочки немного успокоили это море…»

Павел Мень (брат священника Александра Меня): «Балабус отбросил копыта!»

Хорошо помню «дело врачей» – это было напряженное время. Каждый раз, когда отец по утрам вынимал газету из почтового ящика и открывал ее, лицо его бледнело, и он становился невероятно мрачен. Отец, конечно, прекрасно понимал ситуацию. Он был главным инженером на фабрике и понимал, что угрожает еврейскому населению.

В марте 1953 года мне было 14 лет, я учился в 7-м классе 554-й школы в Стремянном переулке (теперь это Вальдорфская школа № 1060). Директора нашего звали Тимофей Алексеевич, он всегда ходил в военной форме, в кителе. Был он очень толстый. Мы часто встречали его у пивных, где они со своим собутыльником, школьным сторожем, маленечко опохмелялись. Отношение к нему у нас было ироничное: мы его называли Бегемотом, потому что у него был такой подбородок необыкновенный, и не один, а несколько.

И вот в тот день мы пришли в школу, нас всех выстраивают в коридоре, и Бегемот объявляет, что умер Иосиф Виссарионович Сталин. Это было ужасно. Почему? Потому что Бегемот заплакал, и все его подбородки разом затряслись, и это было жутко смешное зрелище.

когда я пришел домой, папа радостно сказал: «Балабус отбросил копыта!»

Кое-кто из ребят, даже многие, всхлипывали, а я был очень далек от подобных чувств и, наоборот, воспринял новость с радостью. И вот мы стоим, а в том коридоре висели портреты членов политбюро, и для того чтобы не засмеяться вслух, я стал смотреть на Берию, который был такой серьезный и в очках, и он меня как-то привел в чувство. Я так и не засмеялся, слава Богу, потому, что на самом деле многие ребята это воспринимали серьезно. В общем, директор порыдал, и нас отпустили из школы на три дня.

Напротив здания Музея революции. Фото: журнал «Огонёк»

Помню хорошо как, когда я пришел домой, папа радостно сказал: «Балабус отбросил копыта!» Балабус – это на идиш «хозяин»: «Хозяин отбросил копыта!» Он был страшно рад. А мы с моим приятелем Мишей Куниным (он был из такой семьи, где прекрасно понимали, кто такой Сталин) тоже были страшно довольны: три дня свободных! Мы гуляли по улицам, а единственно, из-за чего нам было грустно, что из-за траура все кинотеатры закрылись. И катки. Мы чувствовали себя этим ущемленными в какой-то степени. А вообще обстановка в городе была траурной.

Смотреть на Сталина я не пошел – зачем? Толпы я не люблю: у меня с детства остались довольно мрачные воспоминания и впечатления от первомайских демонстраций, на которые заставляли ходить мою тетушку – она работала в Институте дефектологии. В качестве поддержки иногда я ходил с ней, чтобы как-то ей было веселее. И вся эта толпа, и эти хождения, и когда начинали кричать – все это не казалось мне искренним или содержательным. Тетушка, которую вместе с сотрудниками гоняли на демонстрации, сама относилась к этому соответственно и это, естественно, отражалось и на моем отношении. Потому я и решил – похороны и похороны. Вместо этого лучше погулять.

Толкучка была такая, что они почувствовали, что это уже угрожает жизни. Они бросились к пожарным лестницам, залезли на крышу

А вот Алик, брат мой (в будущем священник Александр Мень), – с ребятами все-таки пошли посмотреть на Балабуса, как тот лежит в гробу. Просто из любопытства.

И дойдя до Трубной площади – их было четверо ребят – они поняли, что началась мясорубка. Там же творилось что-то страшное! Толкучка была такая, что они почувствовали, что это уже угрожает жизни. Они бросились к пожарным лестницам, залезли на крышу, и по крышам им удалось уйти с площади. Только так было возможно спастись. Причем эта пожарная лестница начиналась высоко, и они как-то один другому залезали на плечи, чтобы выбраться и все-таки уйти из этой толпы.

Похороны Сталина

Дмитрий Чуковский: «У Корнея Ивановича никаких рыданий не было»

Мне было девять лет, когда весь мир узнал о кончине Сталина. Скажу несколько слов об обстановке в нашем доме, чтоб было понятно, что я мог ощущать и что влияло на меня. Как известно, в те дни все время печатали бюллетени о болезни Сталина, люди их разгадывали, стараясь понять, что на самом деле происходит. У нас в семье об этом говорилось информационно, никто никому не звонил, не спрашивал, что такое на самом деле «дыхание Чейн-Стокса», это мало всех интересовало, все просто наблюдали…

Дома не было никаких разговоров по этому поводу, только обмен мнениями о том, что туда-то собирались идти, например папа должен был идти по делам в издательство или в Союз писателей, но теперь все непонятно. Были какие-то звонки, узнавали, какая обстановка, идти или не идти ему для продолжения своего дела.

кто-то кому-то доказывал, что он живет там или учится, были большие споры, но милиция была непреклонна

Через несколько дней, когда объявили о том, что будут похороны, уже я настоял, попросил маму – давай пойдем посмотрим. Я не представлял себе, что это, она под моим напором согласилась, и мы пошли. Поскольку мы жили на Старом Арбате, то вышли и пошли по Арбату по направлению к центру, дошли до Арбатской площади, где в то время еще не было туннеля и ходили трамваи, перешли трамвайные пути и вышли к кинотеатру «Художественный», но столкнулись с тем, что улица была перегорожена грузовиками. Грузовики и автобусы стояли поперек, и нельзя было попасть внутрь Бульварного кольца. Мы так постояли, посмотрели, как это все происходит. Ходили люди, которые тоже выискивали щели, лазейки, искали возможности, как пройти, кто-то кому-то доказывал, что он живет там или учится, были большие споры, но милиция была непреклонна. Милиции было достаточно; я не помню, чтобы там были военные. Мы постояли, повернули и пошли обратно.

Потом мы несколько дней не учились, и меня отправили в Переделкино к Корнею Ивановичу и Марии Борисовне, и я там пробыл несколько дней.

Разговоров по поводу Сталина не было. Все понимали, что будут изменения, но я не слышал, чтоб кто-то сказал грубость по этому поводу, как где-то, я читал, кто-то произнес: «А, наконец-то подох»… Нет, такого не было. Корней Иванович к этому как-то отнесся, конечно, но он должен был эту новость переосмыслить, понимая, что начинается новая эра. Видимо, так. Он не говорил по поводу Сталина, какой Сталин был, какой не был, никаких рыданий не было, но не было и того, чтоб как-то злопамятно вслед тирану что-либо говорить – он себе этого не позволял.

(Источник: сайт 050353.ru)

Зюганов возлагает цветы к бюсту Сталина у стен Кремля. Фото с сайта kprf.ru

Мариэтта Чудакова: «Сталин был старый и рыжевато-седой»

Я была в 9-м классе. Пол-девятого утра ко мне прибежали рыдающие подруги – «Что делать?..» Я приняла решение – прорываемся в Колонный зал. Очередь вилась уже по всему центру. Мы решили пробираться по дворам ближе к Дому Союзов (тогда все дворы были открыты со всех сторон). Мы сумели пробраться во двор дома, выходящего на Пушкинскую (нынешнюю Б. Дмитровку) примерно метрах в пятидесяти от Колонного зала, забрались через окно проходного подъезда на козырек подъезда, выходящего на Пушкинскую, – и спрыгнули с него прямо в очередь – в сугроб…

Мы вошли, прошли мимо гроба. Сталин был старый и рыжевато-седой

Очередь медленно двигалась в полном молчании – никто не мог и подумать сделать нам замечание. Мы влились в очередь. Но трудно было выдержать долгое молчание, и я обратилась к одному мужчине с замечательным вопросом: «Скажите, пожалуйста, а кто, как Вы думаете, будет теперь вместо товарища Сталина – Молотов?..»

…Выражение лица мужчины я смогла оценить только несколько лет спустя.

Мы вошли, прошли мимо гроба. Сталин был старый и рыжевато-седой.

Когда мы возвращались, в большой толкучке входя в метро «Кировская» (ныне – «Чистые пруды»), – в дверях раздавались первые (как выяснилось позже) истошные крики.

Дома меня уже похоронили: два старших брата ходили (после нас!), но не сумев пройти, вернулись, сообщив родителям, что там – Ходынка. Вскоре мы узнали, что погибли два мальчика из соседних дворов.

(Источник: сайт 050353.ru)

s-t-o-l.com

Похороны Сталина – Варламов.ру

Ровно 63 года назад, 9 марта 1953 года, вся Москва хоронила председателя Совета министров СССР, генерального секретаря ЦК ВКП(б), генералиссимуса Советского Союза, великого вождя и учителя и просто отца народов Иосифа Виссарионовича Сталина. Он умер несколькими днями ранее, вечером 5 марта. Утром 6-го сообщение о смерти вождя передали по радио, и страна негромко обсуждала загадочное дыхание Чейна – Стокса, о котором ей рассказал Левитан.

Помните, в годовщину смерти Сталина я опубликовал пост о крепнущей любви россиян к вождю? На самом деле, нет, наверное, политика, который вызывал бы у российского общества столь широкий диапазон чувств, сколько бы лет ни прошло.

Тогда, в 53-м, весть о смерти вождя советские люди тоже восприняли неоднозначно. Чаще всего при попытках описать охватившие их эмоции современники упоминали такие слова, как "растерянность" и "подавленность", многие не скрывали слёз, но в семьях репрессированных царила сдержанная радость и ощущение восторжествовавшей справедливости. В студенческой среде возникло немало конфликтов из-за разницы в отношении к уже мёртвому советскому лидеру. Некоторые студенты устраивали своеобразные демарши и игнорировали похороны Сталина, предпочитая им прощание с композитором Сергеем Прокофьевым, который тоже скончался 5 марта.

Только в лагерях в открытую ликовали по поводу того, что "Усатый/Гуталин сдох". Зеки не просто радовались смерти личного врага, отправившего их в ГУЛАГ: некоторые подозревали, что кончина Сталина означает для многих заключённых скорую амнистию. Время показало, что они были правы.

Днём 6 марта тело Сталина было выставлено для прощания в Колонном зале Дома Союзов на Охотном ряду. Здесь же, кстати, в январе 1924-го проходило прощание с Лениным, а потом "гостями" зала стали другие советские руководители. Вождя положили в открытый гроб, который стоял на высоком постаменте, в окружении яркой зелени и цветов.

Патриарх Алексий I:Мы веруем, что и наша молитва о почившем будем услышана Господом. И нашему возлюбленному и незабвенному Иосифу Виссарионовичу мы молитвенно, с глубокой, горячей любовью возглашаем вечную память.

Одет был Сталин в свой обычный мундир, но к нему пришили погоны генералиссимуса и золотые пуговицы. В почётном карауле у гроба дежурили Маленков, Берия, Молотов, Ворошилов, Хрущёв, Булганин, Каганович и Микоян.

Прощание со Сталиным в Доме Союзов

Сергей Агаджанян, студент: Подошли к гробу. У меня появилась дикая мысль: я Сталина никогда не видел, а сейчас увижу. В нескольких шагах. Там в этот момент не было членов Политбюро, только простые люди. Но и в Колонном зале я не заметил плачущих людей. Люди были испуганы — смертью, толпой, — может быть, они от испуга и не плакали? Страх, смешанный с любопытством, потерянность, но не тоска, не траур.

Прощание в Колонном зале длилось три дня и три ночи. Сами похороны Сталина начались 9 марта в 10:15, когда Маленков, Берия, Молотов, Ворошилов, Хрущёв, Булганин, Каганович и Микоян с гробом вождя вышли из Дома Союзов. Гроб был установлен на орудийный лафет, и процессия двинулась к Мавзолею. На Красной площади уже ждали построенные красноармейцы (4400 человек) и трудящиеся (12 000 человек). Кстати, организатором похорон Сталина был не кто иной, как Никита Хрущёв.

Вынос тела. Партийцы делают вид, что несут гроб. На самом деле гроб несли офицеры Советской армии, а соратники вождя просто держались за носилки.

Манежная площадь, фото из журнала "Огонёк". Процессия двигалась к Красной площади под звуки Траурного марша Шопена. Путь к Мавзолею занял 22 минуты.

Уже в 10:45 на Красной площади начался траурный митинг.

С трибуны вещает Лаврентий Берия.

На обновлённом Мавзолее стоят не только советские партийные деятели, но и иностранные гости – Пальмиро Тольятти, Чжоу Эньлай, Отто Гротеволь, Вылко Червенков и прочие. Очевидцы говорят, что в день похорон Сталина было влажно и пасмурно. Из-за такой погоды присутствовавший на похоронах президент Чехословакии Клемент Готвальд сильно простудился и вскоре по возвращении в Прагу умер от разрыва аорты. В Чехословакии какое-то время ходили слухи о том, что он был отравлен во время визита в Москву.

Митинг длился чуть более часа. Незадолго до полудня советские партийцы занесли гроб в Мавзолей, а в 12:00 в честь Сталина грянул артиллерийский салют. В этот же момент московские заводы дали прощальные гудки. После 5 минут молчания заиграл гимн Советского Союза, а в 12:10 над Красной площадью прошло авиазвено.

Татьяна Большакова, пятиклассница: День похорон был ясным, солнечным и довольно теплым. Моя семья и соседи вышли на улицу. В момент похорон, кажется, в 12 часов, все машины, заводские гудки и все, что могло издавать звук, гудели. У меня потекли слезы. Остальные люди стояли подавленные, но плачущих я не видела.

Лафет разворачивают ко входу в Мавзолей. Перед гробом стоят полководцы с орденами Сталина: 1-й ряд – Малиновский, Конев, Соколовский, Буденный; 2-й ряд – Тимошенко, Говоров.

Горы венков на Красной площади. По одной из версий, фотография сделана на следующий день после похорон Сталина.

Соня Ивич-Бернштейн, студентка: В семье царило сдержанное ликование: радоваться чьей бы то ни было смерти казалось неприличным, при этом не торжествовать было невозможно. В университет я примчалась с ощущением великого положительного события и у входа в Аудиторный корпус нашего МГУ столкнулась со старшекурсником, Э.И., который в то время мне ужасно нравился. На мою улыбку он ответил ледяным взглядом: «Как ты можешь в такой день улыбаться?» и скорбно от меня отвернулся.
Юрий Афанасьев, студент: Вдруг я услышал мат. Точно адресованный мат — не вообще, а именно по поводу Сталина. И «усатый» там было, и «сволочь», и много других слов. Вот это меня ошарашило. Люди говорили не потихоньку, не так, чтоб никто не услышал. Они говорили это громко, чтобы всем было слышно. Не было милиции, никто их не останавливал.

Софийская набережная 9 марта 1953 года

Из-за топорной организации прощания с вождём в центре Москвы возникла гигантская давка. Красноармейцы не смогли грамотно разделить потоки людей или не ожидали такого наплыва желающих проститься со Сталиным и обычных зевак. Своего апогея давка достигла в районе Трубной площади. В ней погибли, по приблизительным оценкам, от 100 до нескольких тысяч человек, многие были контужены. Люди спасались от гибели во дворах, подворотнях, под грузовиками. Очевидцы говорят, что после того, как толпа рассеялась, на площади остались целые горы калош и одежды.

Лариса Беспалова, студентка: Больше всего мне запомнилось, что на бульваре собралось много людей, в основном это были люди молодые. Они играли в игру... не знаю, как она называется, словом, несколько человек садятся на колени друг другу, потом один из последних хлопает первого рукой по уху, и надо догадаться, кто тебя хлопнул. Они очень весело играли в эту игру.

В это же время на какую-то бочку или что-то в этом роде вскарабкался милиционер и стал кричать: куда вы идете, там людей вынимают из толпы без позвоночников! И вскоре мы повернули обратно.

Потоки толпы в день похорон Сталина пытались регулировать с помощью грузовиков ЗиС-150 и ЗиС-151. Судя по свидетельствам очевидцев, расположение этой техники поперёк улиц стало одной из причин давки в день похорон Сталина.

Из воспоминаний: Спустя некоторое время после похорон мой сосед с третьего этажа, дядя Костя, прошедший всю войну, вернулся из больницы с отнятой левой ногой по колено. Оказалось, что во время похорон образовалась давка, и его нога застряла в провалившемся колодце. Был открытый перелом у самой коленной чашечки, и ему ампутировали ногу. Он имел ордена и медали за ВОВ, но мне спустя некоторое время сказал: наивысшую награду за Победу от Вождя он получил посмертно!

Толпа на Тверской

Леонид Симановский, семиклассник: Мы пересекли улицу Кирова (ныне Мясницкая) и вместе с массой народа пошли по Сретенскому бульвару в сторону Трубной. Но люди шли не по бульвару (вход на него был перекрыт), а по тротуару с левой стороны. Вдоль тротуара стояли грузовики, чтобы никто не мог выйти на проезжую часть дороги. В грузовиках были солдаты.

Таким образом, огромная масса народа оказалась зажатой между стенами домов и грузовиками. Движение застопорилось. Возникла страшная давка, поскольку сзади напирали все новые и новые люди, а продвижения вперед почти не было. Я потерял всех своих товарищей и оказался зажат в людской массе настолько, что было больно, трудно дышать, и я не мог пошевелиться. Стало очень страшно, поскольку угроза быть раздавленным или затоптанным толпой насмерть была вполне реальной. Изо всех сил я старался не оказаться рядом с грузовиками — существовала очень большая опасность быть раздавленным о грузовик. Кругом кричали от боли и страха люди, особенно женщины.

Солдаты на грузовиках, имея соответствующий приказ, пресекали попытки людей пролезть под грузовиками на свободную проезжую часть дороги. Вместе с тем я видел, как солдаты спасли женщину, оказавшуюся прижатой к грузовику — они втащили ее в кузов.

Так продолжалось долго. Сколько — не знаю. В давке я не разобрался, пересек ли Сретенку и попал ли на Рождественский бульвар. Но уверен, что до Трубной площади не дошел, иначе бы вряд ли остался живым. В какой-то момент я оказался вынесенным толпой к входу во двор. Мне удалось оторваться от толпы и оказаться во дворе небольшого дома. Это было спасением.

Вечерело, холодало. Удалось войти в подъезд и найти местечко на лестнице. Там я и провел всю ночь. Ужасно замерз.

К утру толпа рассеялась, и я пешком пришел домой. Родители были счастливы, что я вернулся живым и здоровым, и не слишком меня ругали.

Потом я узнал, что именно там, в конце Рождественского бульвара перед Трубной площадью, куда я не дошел совсем немного, была ужасная мясорубка. Известно, что Рождественский бульвар круто спускается вниз к Трубной площади. Но выход на площадь был перекрыт. Люди, оказавшиеся перед Трубной площадью, были просто раздавлены сзади идущей вниз по уклону толпой. Погибла масса народа.

В тот же день или на следующий, точно не помню, прошел слух, что один из наших товарищей Миша Архипов, не вернулся домой и, возможно, погиб. Очень скоро слух подтвердился — Мишу нашли в морге.

ЗАГСы в тот день выдавали свидетельства о смерти с ложным указанием её причин.

Пушкинская улица (Большая Дмитровка). Вид из окна дома № 16. Грузовики стоят на перекрестке со Столешниковым переулком.

Павел Мень, семиклассник: А вот Алик, брат мой [в будущем священник Александр Мень] — с ребятами все-таки пошли посмотреть на Балабуса, как тот лежит в гробу. Просто из любопытства. И дойдя до Трубной площади — их было четверо ребят — они поняли, что началась мясорубка. Там же творилось что-то страшное! Толкучка была такая, что они почувствовали, что это уже угрожает жизни. Они бросились к пожарным лестницам, залезли на крышу, и по крышам им удалось уйти с площади. Только так было возможно спастись. Причем эта пожарная лестница начиналась высоко, и они как-то один другому залезали на плечи, чтобы выбраться и все-таки уйти из этой толпы

Тверская

Инна Лазарева, четвероклассница: В школе тоже был траур, как и везде. Но дети оставались детьми. Так, в дневнике моей подруги появилась запись: «Смеялась на траурном звонке».

Отца моего не было в те дни в Москве, но он позвонил маме по междугородней линии и просил ее обязательно пойти с детьми (мне было 10 лет, брату — 12) проститься со Сталиным. Напрасно мама пыталась объяснить ему, насколько это рискованно и опасно. И бессмысленно. Никуда она с нами не пошла, но брат мой отправился. Не думаю, что из-за любви к Сталину, скорее — из чувства противоречия (мама не разрешила, а ему уже хотелось доказать свою взрослость). Конечно же, он попал в жуткую давку, до цели не дошел, но уцелел, спасшись под студебеккером.

В районе пересечения с нынешним Дегтярным переулком

Елена Делоне, пятиклассница: Вечером следующего дня мама пришла с работы расстроенная и рассказала, что накануне, в день похорон Сталина, в толпе погибло много народу, все больницы забиты искалеченными. Потом я слышала, что как будто рано утром следующего дня после похорон чистили улицы и бульвары, по которым шла толпа. И оттуда грузовиками вывозили башмаки, галоши и всякую потерянную одежду. Передавали эти рассказы шепотом и только близким знакомым.
Татьяна Большакова, пятиклассница: Родители отпустили нас спокойно — Колонный зал был совсем рядом. Но все вышло не так. Улицы были перегорожены грузовиками, стояло военное оцепление и всех направляли в одну сторону. Мы попали на улицу Жданова, затем на Сретенский бульвар и оттуда на Трубную площадь, где все было перекрыто грузовиками. А со стороны Рождественки (бывшей Жданова) и Рожденственского бульвара шли и шли люди. Толпа напирала, слышались крики и вой. Я случайно оказалась прижата к витрине булочной. Кто-то разбил витрину, и толпа ринулась в булочную. Вскоре отверстие было завалено прилавками. Народ внутри сидел молча, никто не плакал. Снаружи раздавались ужасные крики. Сотрудники булочной начали нас выпускать через окошко для приемки хлеба во внутренний двор. У меня в тот момент не было ни страха, ни других эмоций. Я хорошо знала этот район, так как часто гуляла там с подругами. Я шла через дворы, все ворота были открыты. Но выйти на улицы не было возможности — все было перекрыто в несколько рядов грузовиками. Я перелезала через грузовики и под ними. Кругом было битое стекло; откуда оно взялось, не знаю. Я шла в резиновых ботиках — сейчас таких нет. Они были полностью порезаны, а на рейтузах оказались огромные дыры. Когда я пришла домой, меня ждали слезы родных, которые очень за меня испугались. Но на следующее утро меня отправили в школу. Завуч опять собрала всех учеников и стала рассказывать, как теперь нам трудно будет жить и какие несчастья ждут нас без Сталина. Она и некоторые ученики плакали. У меня не было ни слезинки. Завуч поставила меня перед учениками и сделала выговор, сказав, что я очень черствая.

Садовая-Каретная улица

Владимир Сперантов, студент: Обратно заслонов не было, и как-то мы вылезли в районе Покровки и потом вышли на Садовое кольцо опять же, там была тьма народу, но, конечно, самый страх, как мы поняли, — Сретенский бульвар, Рождественский бульвар и крутой спуск к Трубной. И вот там-то… ну, толпа несет, туда-сюда, лошади — некоторые погибли просто от копыт, случайно. Лошадь испугалась, дернулась, и кого-то просто долбануло по голове копытом... подковой...

Это стало известно потом. В тот день некоторые пошли — и не вернулись. У нас был такой профессор Вениамин Львович Грановский, читал физику. Дочка его, Ольга Грановская, пошла и не пришла. Попала на Трубную и там погибла. Мы узнали об этом

varlamov.ru

Гибель эпохи: тайны и слухи о смерти Сталина

Полумертвого генералиссимуса обнаружили в луже мочи и заменили двойником?

Вождь Красной империи Иосиф СТАЛИН умер в своей официальной резиденции на Ближней даче в Кунцево. Кончина всемогущего советского правителя до сих пор окружена ореолом тайны и множеством слухов.

Кому была выгодна его смерть? Почему врача вызвали только на следующий день? Зачем патологоанатомы подделывали результаты вскрытия?

Многое становится понятно, если проследить ход трагических событий.

Читайте также: Версии и факты: что сделала тайная жена Сталина с его главным охранником >>

28 февраля, Москва, Кремль

За день до смерти Сталин собрал в Кремле свое окружение: Маленкова, Берию, Хрущева и Булганина. Все вместе смотрели кино — трофейную голливудскую ленту «Возмездие». По сюжету фильма капитан корабля мудро управляет своими подчиненными и жестоко наказывает предателей. Потом к ним присоединился Клим Ворошилов, позже отмечавший, что Виссарионыч выглядел здоровым, даже радостным.

1 марта, Ближняя дача

Уже за полночь вождь пригласил всех в свою резиденцию в кунцевскую дачу на поздний ужин. Иосиф Виссарионович тогда с аппетитом поел и выпил молодого грузинского вина «Маджари». Он был в прекрасном расположении духа и отлично себя чувствовал. Ничего не предвещало беды. Все разъехались под утро. Сталин пошел к себе в спальню. Охранникам было строго запрещено будить хозяина. Ведь обычно он сам выходил к полудню и давал указания своей прислуге. Все долго боялись постучаться к нему в комнату, и до самого вечера этого так никто и не сделал.

Ближняя дача, 19.00

В комнате, где спал «великий кормчий», загорелся свет. Все облегченно выдохнули и стали ждать распоряжений. «Мы подумали, что все в порядке», — заявил в официальных показаниях один из охранников. Старший сотрудник для поручений Старостин и охранник Петр Лозгачев долго решали между собой, кто первый войдет в комнату Сталина и спросит о дальнейших указаниях.

Фильм «Освобождение» был снят после свержения ХРУЩЁВА. В нём после долгого перерыва впервые показали СТАЛИНА. Когда вождь появлялся на экране, зал взрывался аплодисментами. Фото: © РИА «Новости»

Ближняя дача, 23.00

На дачу привезли почту. Лозгачев с охапкой конвертов решился открыть дверь. Он увидел Сталина, лежащего в одной нижней рубашке на полу в луже мочи. Рядом с ним валялась газета «Правда». На столе стояла бутылка «Боржоми». Хозяин дрожал, но глаза у него были открыты. Его быстро переложили на диван, где он заснул.

2 марта, Ближняя дача

Ночью врачей никто не вызвал. Первым делом оповестили Министерство госбезопасности. На дачу быстро приезжает весь ближний круг Сталина. Но, осмотрев хозяина, Берия, Хрущев и Маленков дают всем понять, что ничего страшного не произошло. Зодчий коммунизма просто дрыхнет пьяным сном. Все разъезжаются.

Ближняя дача, 09.00

После звонков слуг, которые стали уверять высшее руководство, что вождь помирает, вызвали бригаду врачей. У них так сильно тряслись руки, что они даже не могли снять с вождя народов пиджак и рубашку. Доктор Лукомский сразу поставил диагноз — инсульт.

Говорят, что Сталин умер сразу, то есть 1 марта. На роль страдающего при смерти вождя привезли двойника, которому вкололи дозу препарата, нарушающего работу сердца, а потом убили. Высшему руководству СССР нужно было время, чтобы поделить между собой власть. К тому же не хотели резко шокировать население, так как не знали, как люди воспримут это известие. Для этого разыграли болезнь — медленную кончину вождя.

Первый официальный осмотр больного был произведен в присутствии начальника Лечсанупра Кремля Куперина. Все врачи утверждают, что «больной лежал на диване в бессознательном состоянии в костюме». Но Лозгачев нигде не говорит, что Сталина к приезду врачей одели. Почему? Не потому ли, что его сразу нашли мертвым, а потом полураздетого покойного вождя заменили «срочно заболевшим» одетым в костюм двойником?

Куда дели мертвого Сталина — неизвестно. Не исключено, что вначале спрятали на даче в огромную имеющуюся там холодильную камеру. Потом тайно захоронили. Или замуровали в подвале.

3 марта, Ближняя дача

Маленков, Берия, Хрущев, Каганович, Ворошилов, Микоян и Молотов стали поочередно по двое дежурить возле кровати умирающего тирана. Начались кулуарные сражения за власть. На больного уже мало кто обращал внимание. Тогда к отцу приехал сын Сталина Василий, который встретил руководство страны с криком: «Загубили отца, сволочи!»

План-схема резиденции Сталина в Кунцево (НАЖМИТЕ ДЛЯ УВЕЛИЧЕНИЯ)

4 марта, Ближняя дача

Советскому народу объявили, что Сталин при смерти. Каждый час сообщали по радио о состоянии его здоровья. Упоминались такие признаки, как инсульт, потеря сознания, паралич тела, агональное дыхание Чейна — Стокса.

Смерти диктатора ждали многие политические заключенные, которые томились тогда в тюрьмах по выдуманным обвинениям. Так вспоминает это время русский писатель Лев Разгон: «После того как было сказано: «дыхание Чейн — Стокса» — мы кинулись в санчасть. Мы потребовали от нашего главврача, чтобы он собрал консилиум и — на основании переданных сведений — сообщил нам, выживет или нет. Мы сидели в коридоре и молчали. Потом дверь раскрылась, оттуда вышел Борис Петрович. Он весь сиял, и нам стало все понятно еще до того, как он сказал: «Ребята! Никакой надежды!» И на шею мне бросился Потапов — сдержанный и молчаливый Потапов, кадровый офицер, разведчик, бывший капитан».

Ближнюю дачу построили в 1934 году и до самой смерти «хозяина» в 1953 году постоянно реконструировали. Площадь особняка с пристройками составляет около 1000 квадратных метров. Сейчас это режимный объект ФСО. Экскурсии туда не водят

5 марта, Москва, Кремль, 20.00

Собирается Пленум ЦК КПСС. На нем министр здравоохранения Третьяков объявил, что шансов на выздоровление «отца народов» нет. Его смерть — это вопрос лишь нескольких дней.

5 марта, Москва, Кремль, 21.50

Самые влиятельные люди страны зашли в комнату к умирающему тирану. Сталин попытался поднять левую руку, обвел всех собравшихся пристальным взглядом, после чего отошел в мир иной. Все наигранно зарыдали. Кроме Берии, который быстро встал, вызвал машину и уехал.

«Это был ужасный взгляд, то ли безумный, то ли гневный и полный ужаса перед смертью», — описывает Светлана Аллилуева последние минуты жизни своего отца.

Также она вспоминала, что после инсульта папино лицо изменилось до неузнаваемости.

С англо-французской кинокомедией «Смерть Сталина» в России произошла настоящая комедия. Сначала Министерство культуры выдало фильму прокатное удостоверение, а потом отозвало. Чиновники не поняли юмора и сочли картину очерняющей историю страны. Скандальную ленту проверила Генпрокуратура, но нарушений, естественно, не нашла. Теперь Минкульт снова разрешит фильм к прокату

Вскрытие ничего не показало

Версию с двойником косвенно подтверждает акт патологоанатомического обследования трупа, который не совпадал с прижизненными описаниями подробностей тела Иосифа Виссарионовича. Врачи, 19 светил советской науки, не нашли сросшихся пальцев на левой ступне человека, похожего на мертвого Сталина. Точно так они не нашли повреждения локтевого сустава на левой руке. Упоминания этих дефектов присутствуют во всех прежних прижизненных медосмотрах генералиссимуса. Все это может означать только одно: вскрываемое тело Сталину не принадлежало.

Это очень хорошо объясняет факт, почему сталинское окружение не спешило вызывать скорую, а всех свидетелей подмены из числа прислуги быстро нейтрализовали.

Именно смертью, а не болезнью может объясняться версия о том, что к якобы заболевшему Сталину долго не вызывались врачи. Трудно представить, что «соратники» рискнули бы так поступить, если бы Сталин был жив, но в тяжелом состоянии. Каждый осознавал: если вождь вылечится, за подобное промедление никому пощады не будет.


Похоронили, заметая следы

Во время похорон Сталина возникла ужасная давка. В ней погибло от трехсот человек до трех тысяч. Точные цифры до сих пор засекречены.

Сталина мумифицировали и положили в Мавзолей рядом с Лениным.

Через восемь лет на съезде партии в 1961 году было принято решение о выносе тела вождя из Мавзолея и захоронении его у Кремлевской стены. Узница ГУЛАГа и член партии большевиков с 1902 года Дора Лазуркина тогда заявила под бурные аплодисменты: «Вчера я советовалась с Лениным, будто бы он передо мной как живой стоял и сказал: мне неприятно быть рядом со Сталиным, который столько бед принес партии».

31 октября в обстановке строгой секретности состоялось перезахоронение тела Иосифа Виссарионовича у Кремлевской стены. Памятника не было долго, лишь тяжелая горизонтальная плита с выбитыми буквами и цифрами, означавшими имя, партийный псевдоним и даты жизни. Надгробие в виде скульптурного бюста появилось только через десять лет.

Исследователи истории КПСС считают, что если бы в 1961 году норвежские биохимики по анализу волос Наполеона по заказу правительства Франции не выяснили, что он был отравлен мышьяком, то никто бы экстренно не собирал внеочередной съезд партии. И не ставил нежданный вопрос о выносе тела Сталина из Мавзолея и его забетонировании. Это была операция по заметанию следов, кто бы ни лежал в Мавзолее.


Убийство готовил Хрущев

Недавно открытые архивные материалы позволили историку Александру ДУГИНУ вплотную подойти к разгадке смерти «отца народов».

— В том, что Сталина убили, большинство ученых уже не сомневаются, — говорит Дугин. — По моему убеждению, в этом убийстве более всех были заинтересованы два человека. Первый — министр госбезопасности в 1951 — 1953 годах Семен Игнатьев, к которому у Сталина появились серьезные вопросы в связи с рядом инициированных этим человеком скандальных судебных процессов. В том числе по «делу врачей» и убийству Кирова. 2 марта 1953 года Президиум ЦК должен был рассмотреть вопрос о снятии Игнатьева с должности. Второе заинтересованное лицо — Хрущев, куратор Игнатьева, занимавшего с 1946 года важнейший пост замначальника Управления ЦК ВКП(б) по проверке парторганов и осуществлявшего все репрессии против руководства партии и государства. В случае провала своего подопечного Хрущев тоже бы загремел под фанфары.


Кстати

  • В Израиле в день смерти Сталина был объявлен национальный траур.

Только факт

  • По результатам голосования в ходе проекта «Имя Россия», всегда лидировал Сталин. Но в итоге он неожиданно оказался третьим, «уступив» Александру Невскому и Петру I.

www.eg.ru

Похороны Сталина. Фото и некоторые воспоминания / К 65-летию памяти

Ещё о смерти Сталина

Прощание с вождем
Похороны Председателя Совета Министров СССР и Секретаря ЦК КПСС Иосифа Виссарионовича Сталина, скончавшегося 5 марта 1953 года, состоялись через четыре дня, 9 марта

5 марта 1953 года умер Иосиф Сталин. Попрощаться с вождем, чье тело находилось сначала в Доме Союзов, а затем в Мавзолее, за несколько дней пришли тысячи человек. О чем писали газеты и как вспоминают дни прощания свидетели событий — в фотогалерее «Ъ».©


По теме: Похороны Сталина. Архив Манхоффа
___
Иосиф Сталин, вождь советского народа, умер вечером 5 марта 1953 года. Гроб с его останками три дня находился в Доме Союзов, а 9 марта был перенесен в Мавзолей. Между двумя этими датами у тела Сталина прошли сотни тысяч людей. Сталин правил так долго, что страна скорее почувствовала себя не освобожденной, а осиротевшей. Поэт Твардовский назвал эти дни «часом величайшей печали». Скорбь и ажиотаж на похоронах Сталина привели к сотням [точные данные засекречены] погибших в давке на пути к Колонному залу.
Газета «Правда» 6 марта 1953 года: «Дорогие товарищи и друзья! Центральный Комитет Коммунистической партии Советского Союза, Совет Министров СССР и Президиум Верховного Совета СССР с чувством великой скорби извещают партию и всех трудящихся Советского Союза, что 5 марта в 9 час. 50 минут вечера перестало биться сердце соратника и гениального продолжателя дела Ленина, мудрого вождя и учителя Коммунистической партии и советского народа — Иосифа Виссарионовича Сталина. Бессмертное имя Сталина всегда будет жить в сердцах советского народа и всего прогрессивного человечества».
2.
Постановление ЦК КПСС и Совета Министров СССР от 6 марта 1953 года: «В целях увековечения памяти великих вождей Владимира Ильича Ленина и Иосифа Виссарионовича Сталина, а также выдающихся деятелей Коммунистической партии и Советского государства, захороненных на Красной площади у Кремлевской стены, соорудить в Москве монументальное здание — Пантеон — памятник вечной славы великих людей Советской страны. По окончании сооружения Пантеона перенести в него саркофаг с телом В. И. Ленина и саркофаг с телом И. В. Сталина, а также останки выдающихся деятелей Коммунистической партии и Советского государства, захороненных у Кремлевской стены, и открыть доступ в Пантеон для широких масс трудящихся». Пантеон планировали построить то на месте исторического ГУМа, то на широкой магистрали от Московского университета до Дворца Советов, но так и не осуществили задуманное. Останки Сталина захоронили у Кремлевской стены.
3. Фото: Олег Кнорринг
Смерть Сталина ознаменовалась сотнями, если не тысячами смертей в давке на пути к Колонному залу. Поэт Евгений Евтушенко, вспоминал, как юношей оказался в этой страшной толпе: «В каких-то местах на Трубной площади нужно было высоко поднимать ноги — шли по мясу».
4.
Юрий Борко, 1929 г. р., студент истфака МГУ: «Я воздержусь от рассказа о том, как восприняли смерть Сталина разные люди, все это всплыло позже. А 6 марта главным и сохранившимся навсегда впечатлением от увиденного было умопомешательство тысяч и тысяч москвичей, ринувшихся на улицы, чтобы влиться в очередь и увидеть мертвого человека, который с большим основанием, чем сам Людовик XIV, мог сказать о себе: "Государство — это я". "Я" обратилось в прах, и это воспринято было миллионами советских граждан почти как крушение мироздания. Я тоже был потрясен. Все мои критические размышления, которые накапливались в течение нескольких лет, словно стерло».
5.
Газета «Комсомольская правда» 7 марта 1953 года: «Тяжелейшее несчастье постигло нашу страну, наш народ. В траур оделись города и села любимой Родины. Едва только было передано по радио сообщение о том, что гроб с телом Иосифа Виссарионовича Сталина установлен в Колонном зале Дома Союзов, как со всех концов столицы, с ее окраин, с ее застав устремился к центру неудержимый людской поток. Люди шли группами в одиночку, шли семьями, взявшись за руки, или с большими гирляндами цветов и совсем маленькими скромными венками. Шли молча, сурово сдвинув брови, взглядывая на приспущенные флаги с черной каймой, вывешенные на фронтонах зданий. Тысячи людей двигались к Дому Союзов, но тишина царила такая, словно и не было этого огромного людского потока, слившегося в безмерной и глубочайшей скорби. Каждый в эти минуты понимал: вместе — легче».
6.
Речь патриарха Алексия I в день похорон: «Мы же, собравшись для молитвы о нем, не можем пройти молчанием его всегда благожелательного, участливого отношения к нашим церковным нуждам. Память о нем для нас незабвенна, и наша Русская православная церковь, оплакивая его уход от нас, провожает его в последний путь, "в путь всея земли", горячей молитвой. Мы молились о нем, когда пришла весть о его тяжкой болезни. И теперь мы молимся о мире его бессмертной души. Мы веруем, что и наша молитва о почившем будет услышана Господом. И нашему возлюбленному и незабвенному Иосифу Виссарионовичу мы молитвенно, с глубокой, горячей любовью возглашаем вечную память».
7.
Майя Нусинова, 1927 г. р., школьная учительница: «Многие потом рассказывали, и воспоминаний сейчас таких много, как были счастливы, когда узнали о смерти Сталина, как повторяли: подох, подох. Не знаю, я помню только ужас. Шло же дело врачей, говорили, что процесс закончится публичной казнью, а остальных евреев погрузят в вагоны, как кулаков когда-то, и вывезут, что и бараки уже где-то в Сибири готовы. В моей школе была учительница, муж у ней где-то в ЦК работал, так она после статьи Тимашук кричала в учительской: подумайте, ведь дети этих нелюдей учились вместе с нашими! Да, я думала, что без Сталина эта ненависть выплеснется, что только он мог ей управлять, а теперь нас начнут убивать. Это наивно было, конечно, но так мне тогда казалось».
8.
Сергей Агаджанян, 1929 г. р., студент Станкина: «Подошли к гробу. У меня появилась дикая мысль: я Сталина никогда не видел, а сейчас увижу. В нескольких шагах. Там в этот момент не было членов Политбюро, только простые люди. Но и в Колонном зале я не заметил плачущих людей. Люди были испуганы — смертью, толпой,— может быть, они от испуга и не плакали? Страх, смешанный с любопытством, потерянность, но не тоска, не траур».
9.
Олег Басилашвили, 1934 г. р., студент студии МХАТ: «Я жил на Покровке и ходил на учебу пешком — по Покровке, по Маросейке, потом по Театральному проезду, потом по Пушкинской улице (Б. Дмитровка.— прим. ред.), вверх по Камергерскому — и приходил в студию МХАТ. Для того чтобы попасть в студию, в те дни мне нужно было пересечь две очереди, которые сутками шли к Сталину. Там стоял какой-то майор, и я показал ему студенческое удостоверение, сказал, что меня надо пропустить, что я должен дойти до студии. Но в результате я влился в очередь и уже совсем скоро оказался в Колонном зале Дома Союзов. Почетного караула у гроба не было, во всяком случае, я не обратил внимания. Меня поразило, что в зале не было особой траурной атмосферы. Было очень светло, очень пыльно, а вдоль стен стояло громадное количество венков. Сталин лежал в мундире с блестящими пуговицами. Его лицо, которое на фотографиях всегда было таким добрым, показалось мне смертельно злым».
10.
Газета The New York Times: «Москва зашевелилась. Автобусы сновали туда-сюда. На улицах все чаще можно было увидеть горчичного цвета грузовики с конвоем. Я был озадачен. Мне казалось, что готовится переворот».
11.
Елена Орловская, 1940 г. р., школьница: «На перемене тоже все ходили тихо, а в начале второго урока вошла учительница, ткнула пальцем в одну девочку и в меня: а вы идите со мной. Мы пришли в актовый зал. Справа два окна, между ними проем, в проеме генералиссимус всегда висел, метров пять высотой, при параде, в полный рост, в кителе. Там такая ступенечка красненькая и цветы — обязательно живые. Учительница говорит: становитесь в почетный караул. Вокруг ходят, бегают, уроков нет ни у кого, потом постепенно все ушли, тишина наступила, а мы стоим по струночке с руками по швам. Стоим час — часы напротив висят, стоим два... Меня обуревают мысли: что я дома скажу? Как признаюсь папе, что я стояла в почетном карауле? Это было мучение».
12.
Людмила Дашевская, 1930 г. р., старший инженер лаборатории на заводе «Красная звезда»: «И вот как я была вся мятая и вся побитая, я и вышла — как раз к Столешникову переулку. И там была чистота, пустота и стояли урны. И я такая была изможденная, что села на одну из этих урн и отдыхала. И я шла сначала по Столешникову, потом по Петровке, потом вышла по Лихову переулку на Садовое. Тишина, свет горел всюду, как в помещении, все было освещено. И что меня поразило: все афиши (они раньше наклеивались на деревянные щиты) — все афиши были заклеены белой бумагой. Поэтому время от времени на пустой улице высвечивались эти белые пятна. И никого народу не было».
13.
Газета «Московский комсомолец» 8 марта 1953 года: «Имя великого Сталина более четверти века носит московское депо Октябрьской железной дороги. 26 лет назад на собрании рабочих здесь выступал с речью Иосиф Виссарионович Сталин. Начинается траурный митинг. С глубоким волнением слушают рабочие Обращение Центрального Комитета Коммунистической партии Советского Союза, Совета Министров Союза ССР и Президиума Верховного Совета СССР ко всем членам партии, ко всем трудящимся Советского Союза. Слово предоставляется машинисту Герою Социалистического Труда В. И. Вышеградцеву. Он говорит:

— Ушел от нас тот, кто был нашим отцом, учителем и другом, кто вместе с великим Лениным создал нашу могучую партию, наше социалистическое государство, кто указал нам путь к коммунизму. Умер великий Сталин, творец нашего счастья!»


14.
Андрей Зализняк, 1935 г. р., студент филфака МГУ: «Стало известно, что некоторые дальние знакомые погибли, в основном мальчишки-девчонки. Во многих местах погибли люди, на Трубной было самое ужасное и на Дмитровке тоже — там довольно много людей были просто раздавлены о стены. Какого-нибудь выступа стены было достаточно... практически на всем протяжении лежали трупы. Мой тогдашний приятель оказался необычайно ловок, героического склада был человек, и он считал своим долгом побывать там непременно. Он говорил, что ему удалось пройти мимо гроба Сталина трижды — может, и преувеличил немного свои подвиги. Потом уже стало ясно, что это был смертельный номер».
15.


16.


Формально Сталина хоронили дважды. Второй раз в ночь с 31 октября на 1 ноября 1961 года у Кремлевской стены, заслонив место захоронения щитами из фанеры. Красная площадь всю ночь была оцеплена военными. Сталин уже был разоблачен съездом, а в стране не оставалось людей, не понимавших, что происходило.
17.
Бывший директор лаборатории Мавзолея профессор Сергей Дебов о вскрытии Сталина особым щадящим способом, чтобы легче потом было сохранять забальзамированное тело: «В ночь с 5 на 6 марта 1953 года прежде всего сделали слепок рук и лица. Потом приступили к вскрытию и временному бальзамированию. Там была неожиданность. При жизни мы Сталина никогда не видели. На портретах он был всегда красивый, моложавый. А оказалось, что лицо с сильными оспинами и старческими пигментными пятнами. Они особо проявляются после смерти. Невозможно такое лицо выставить для прощания в Колонном зале. Мы большую работу проделали, убирая пятна. Но потом все равно после установки гроба пришлось маскировать все светом. А в остальном было все как обычно. Мы всегда боимся контакта тела с металлом, особенно с медью. Поэтому все для Сталина было сделано из золота — пуговицы, погоны. Орденскую колодку сделали из платины».

© «Коммерсантъ», 5 марта 2018


yarodom.livejournal.com

Тайна смерти Иосифа Сталина

Шестьдесят пять лет тому назад, 5 марта 1953 года, на советский народ обрушилась страшная весть: умер Сталин. Похороны вождя превратились в гигантское столпотворение рыдающих и искренне переживающих людей.

Официальной причиной смерти был объявлен инсульт, тем более что к тому времени у Сталина их было уже три, однако очень быстро по коридорам власти, а затем и за их пределами стала ходить и другая версия: Сталин был отравлен.

Однако, несмотря на некоторые свидетельства, подтверждающие сценарий отравления, он так и не стал общепризнанным.

Что же произошло в начале марта 1953 года на сталинской даче? И что именно стало причиной смерти вождя?

Смерть пришла внезапно. Субботним вечером, 28 февраля 1953 года, Маленков, Берия, Булганин и Хрущев ужинали на ближней даче в Кунцево. Сталин был в хорошем настроении, и вечер прошел прекрасно.

На следующий день он никому не позвонил, что весьма удивило всех, но беспокоить генералиссимуса никто не решался. Повод зайти к нему появился лишь поздно вечером: привезли почту.

Кто-то из охранников не решался зайти, но потом один из них зашел и увидел, что Сталин лежит на полу, на ковре, возле письменного стола. Все поняли, что происходит что-то серьезное.

Позвонили министру госбезопасности Игнатьеву. Тот побоялся ехать, позвонил Маленкову; поехали Маленков, Берия. Приехали, лежит. Они на всякий случай сказали охране: «Наверное, все в порядке», но тут же позвонили врачам.

Редкое фото. Сталин на крейсере «Молотов»

Умирал Сталин 5 дней. Могли ли врачи помочь ему? Почему они настаивали на диагнозе инсульт, не принимая во внимание другие симптомы? Зачем патологоанатомы подделали результаты вскрытия? Эти вопросы до сих пор будоражат умы историков.

Врачи не обратили внимания, что с другими частями организма, другими органами (кроме мозга) происходят совершенно непонятные вещи. Рвотные позывы возникали постоянно, не один раз. Конечно, к инсульту это имеет не близкое, прямо скажем, отношение.

Затем у Сталина за эти дни произошло вздутие печени на 2-3 сантиметра – это означало, что печень подвержена каким-то процессам. Но этому не было придано должного внимания; по-прежнему «педалировалась» версия инсульта.

Кроме того, уже после смерти, при вскрытии, в желудке обнаружили  неизвестную темную жидкость. Консилиум патологоанатомов зафиксировал это в протоколе. Но из официального заключения фразу о жидкости вычеркнули. Вряд ли врачи решились бы на такое. Более вероятно, что это мог сделать кто-то из Политбюро, кто-то, кому фраза эта мешала. Кстати, жидкость на анализ почему-то так и не отправили.

Все эти странности породили версию об убийстве, а, точнее, отравлении вождя народов.

Редкое фото. ЗИС Сталина

Один из врачей, который производил вскрытие, написал начальнику Лечебно-санитарного управления Кремля записку о том, что вскрытие показало, что Сталин был отравлен, причем отравлен ядом из группы цианидов; и возможно, что есть элементы синильной кислоты.

Когда его вскрыли, то весь желудочно-кишечный тракт у него был избит красно-черными точками – это удары яда. И в желудке – смесь такая черная, ядовитая.

Заинтересованными в устранении Сталина могли быть самые близкие соратники. Обычно говорят о Берии, но не он один. Много лет спустя Вячеслав Молотов, занимавший в 1953 – 1956 гг. пост министра иностранных дел СССР, признавал: «Поживи Сталин годик-другой – и я бы не уцелел».

«Старая гвардия» и ее союзники на похоронах. 1. Вячеслав Молотов. 2. Николай Булганин. 3. Лазарь Каганович. 4. Климент Ворошилов. 5. Георгий Маленков. 6. Чжоу Эньлай (министр иностранных дел КНР). 7. Лаврентий Берия.

Берия, конечно, был уязвимой фигурой в окружении Сталина. В исторической литературе не один раз воспроизводилась сцена, когда 1 мая 1953 года на трибуне мавзолея Берия неоднократно всем членам президиума буквально тыкал в лицо: да я вас всех спас! И отсюда делаются выводы…

Берия считался другом Сталина. На фото –Лаврентий Павлович с дочерью вождя Светланой

Версия, казалось бы, логичная, однако у целого ряда исследователей причастность Берии к убийству Сталина вызывает серьезные сомнения. Они полагают, что руководитель советских спецслужб, напротив, пытался найти истинных виновников этого преступления.

И именно поэтому буквально через три месяца после смерти Сталина Берия был арестован по ложному обвинению и, впоследствии, расстрелян.

Итак, вопрос о том, кто же убил Иосифа Виссарионовича, остаётся открытым. Очень многие факты говорят в пользу лучших традиций монархии: «Убийцей является тот, кто унаследовал престол».

Если убийцей, действительно, был Хрущев, то мотивы, которыми он руководствовался, идя на подобное преступление, доподлинно мы никогда не узнаем.

Можно предположить, что он руководствовался одной лишь личной ненавистью к Сталину, однако публицист Николай Стариков считает, что корни этого преступления лежат гораздо глубже. По его версии мы имеем дело со спецоперацией западных спецслужб, в интересах которых вольно или невольно действовал Никита Хрущёв.

Редкое фото. Клуб знаменитых курильщиков

Первым звоночком стал отказ Сталина подписать и ратифицировать Брандербургское Соглашение в декабре 1945 года. Смысл всех этих соглашений – это создание доллара в виде резервной мировой валюты после войны и создание всех тех глобалистких структур, которые мы сейчас прекрасно знаем: Международный Валютный Фонд, прообраз будущего ВТО и т.д.

Сегодня весь мир использует американскую валюту, и все остальные валюты, за редким исключением, являются всего лишь производными от доллара. Точно такая же система должна была быть введена в Советском Союзе, если бы Сталин ратифицировал Брандербургское Соглашение в 1945 году.

По факту, мы вошли в эту систему в 1991 году. Печальные её итоги мы видим. Сталин отказался сдать суверенитет, и в ответ англо-саксонский мир немедленно начал действовать.

Незадолго до своей смерти, в начале 50-х годов Сталин, по сути, создал альтернативу золотому доллару, который в тот момент насаждался Западом как единая резервная валюта. Был создан золотой рубль.

Геополитический смысл убийства Сталина для наших геополитических соседей очевиден: Советский Союз при Сталине набрал такую энергию, такую скорость своего развития, что это была альтернативная система, которая могла в итоге победить ту систему, которую западные банкиры начали строить на другой части нашей планеты.

Именно поэтому нужно было убить человека, придавшего новый смысл идеям социализма, а также соединившего присущее русскому народу стремление к справедливости и те хорошие идеи, которые были заложены в идее социалистического развития государства.

Понятно, что Запад ненавидел Сталина, как олицетворение чуждой ему модели развития. Он был опасен для англо-саксонского мира тем, что отказался играть по его правилам.

После Второй мировой войны Иосиф Виссарионович начал активно укреплять суверенитет нашей страны, предприняв ряд шагов, которые ограничивали влияние Запада на страны Советского блока.

Очевидно, что Хрущёв в одиночку не смог бы совершить подобное преступление. Так что речь идет здесь о так называемом заговоре молчания, как минимум.

Смерть Сталина – это та точка, где сомкнулись интересы Запада и советской партийной элиты, которую по определённым причинам Сталин перестал устраивать как руководитель.

Итак, исключать того, что ему помогли уйти на тот свет, нельзя. Слишком многие были заинтересованы в его уходе потому, что он жестко заставлял работать на государство.

А уже появились люди, которые разочаровались и в социализме, и во всем, им хотелось работать на себя, им хотелось стать, как говорил Сталин, новым дворянством, да еще получить вольности дворянства, чтобы жить в свое удовольствие. Могли помочь.

Однако ряд историков в убийство генералиссимуса не верит. На момент смерти Иосиф Виссарионович был глубоко больным человеком: он перенес три инсульта и чувствовал себя неважно. А тут еще постоянные ангины и проблемы с сердцем.

Последнее публичное выступление советского лидера состоялось в октябре 1952 года на XIX съезде КПСС. После этого Сталин много времени проводил на даче, отдыхал, делал домашнее вино из грузинского винограда.

Сталина якобы выключили из игры после третьего инсульта, когда члены Политбюро обнаружили, что он уже ничего не помнит и мало что соображает.

В феврале 1951 года Политбюро якобы приняло решение: все важнейшие вопросы отныне решают только в составе Булганин, Берия, Маленков, но подписывает свои решения И. Сталин.

Сталина больше не трогали ни с какими проблемами и вопросами. Все они решали сами. И тихо дрались между собой за право стать преемником; и только. А в такой ситуации, когда не обнаружился победитель, убивать Сталина было преждевременно, – считают некоторые исследователи.

О болезни генсека стране сообщили 4 марта. С этого момента советских граждан начали готовить к смерти бессмертного отца народов. Бюллетень о его здоровье передавали по радио каждые несколько часов: не скрывали крайне тяжелое и практически безнадежное состояние.

В газете «Правда» 4 марта 1953 года писали:

«В ночь на 2-ое марта у товарища Сталина, когда он находился в Москве в своей квартире, произошло кровоизлияние в мозг, захватившее важные для жизни области мозга. Товарищ Сталин потерял сознание.  Развился паралич правой руки и ноги. Наступила потеря речи…».

Сообщение в газете «Правда» от 4 марта 1953 года

Вечером 5 марта Иосиф Сталин скончался. Четыре дня страна была погружена в траур. Толпы людей устремились на Красную площадь. Многие плакали. Гроб с телом Иосифа Виссарионовича установили в Колонном зале Дома Союзов. Похороны прошли 9 марта.

Похороны Сталина

Траур после смерти Сталина

Проститься со Сталиным пришли около полутора миллионов человек.

Виктор КОЛМОГОРОВ

Похороны Сталина

park72.ru

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *