Душа аристотель – Учение Аристотеля «О душе». Понятие «душа». Метафизика Аристотеля

Учение Аристотеля о душе

Душу
Аристотель определяет в соответствии
с его понятиями, изложенными в «Метафизике»,
и дает несколько ее определений.

«Душа
— энтелехия (целеустремленность,
целенаправленность как движущая сила;
активное начало, превращающее возможность
в действительность. — В.Л.) естественного
тела, обладающего возможностью жизни».
Или: «душа — суть бытия и форма такого
естественного тела, которое в самом
себе имеет начало движения и покоя, но
не такого тела, как топор».

Следствие.
Во-первых, душа не есть материя, а форма,
завершенная форма (энтелехия), форма
уже совершившаяся. Яйцо есть курица по
форме, но еще не энтелехиально, т.е. форма
еще не реализовалась. С другой стороны,
не каждое тело обладает душой. Для этого
оно должно в возможности иметь способность
к жизни. Душа может быть у естественного
тела, не у искусственного (например, у
топора), не у тела, созданного человеком.

Душа
есть форма тела. Это определение позволило
возражать некоторым философам против
Аристотеля. Если душа есть форма тела,
то если человек стал инвалидом в
результате несчастного случая, так у
него и душа изменилась? Значит, определение
Аристотеля неверно, как и понимание
души.

Но
форма у Аристотеля понимается не как
материальная форма, некое пространство,
ограничившее фигуру, а как сущность
вещи — то, благодаря чему мы познаем
вещь. В одном случае это может совпадать
с материальной формой, а в другом не
иметь с ней ничего общего. Например,
душа человека, животных и других существ.
Наличие души — свойство завершенности
тела, т.к. душа — энтелехия. Душа —
завершенность возможности жизни.

Аристотель
считает, что в своем развитии душа может
проходить несколько этапов. Поэтому
существует несколько видов души:

1
вид — растительная душа;

2
вид — животная душа;

3
вид — ум, т.е. разумная душа.

Во
всех случаях общим является то, что душа
имеет причину движения в себе самой.
Отличие растения и животного от камня
состоит в том, что камень не может
двигаться сам по себе, а душа движется
(из определения души).

Функции
растительной души немногочисленны.
Растительная душа позволяет питаться,
расти, размножаться, умирать, т.е. быть
растением. Растение не может ощущать,
не имеет возможности воспринимать
окружающий мир.

Способность
ощущать появляется у животной души.
Функцией животной души является ощущение,
и таким образом появляется страсти,
аффекты, т.к. то или иное ощущение может
нравиться или не нравиться, поэтому
существо, обладающее животной душой,
может радоваться или гневаться,
раздражаться и т.п.

Разумная
душа имеется только у человека из всех
живых существ, живущих на земле.
Растительную душу имеют все — и растения,
и животные, и человек; человек имеет и
животную и разумную душу. Так как душа
— энтелехия тела, то без тела она не
существует. Это касается растительной
и животной души. Со смертью тела
растительная и животная душа исчезают
с телом, остается лишь разумная душа.
Поэтому души не переселяются. (Платон
разделял веру в переселение душ, в
отличие от Аристотеля). Так как душа
связана с телом, то объясняется, почему
при воздействии на тело душа может
испытывать ощущения.

Говоря
о душе, Аристотель выделяет разумную
душу. Он говорит, что такая душа — не
энтелехия тела. Разумная душа вообще
не связана с телом. Она существует
отдельно от тела, так же, как вечное
существует отдельно от преходящего.

Ум
не имеет какого-либо органа в теле, в
отличие от животных и растительных
частей души, которые имеют орган — или
орган познания, или орган питания, или
орган размножения. Ум не имеет органа
в теле. Наоборот, тело — орган разумной
души. Душа повелевает телом, как рука
орудием.

Аристотель
различает два вида ума: ум пассивный и
ум активный. Активный ум существует
только в Боге. Он мыслит всегда и имеет
знание в самом себе без какого-либо
внешнего источника. Человек имеет
пассивный ум. Поэтому он иногда мыслит,
иногда нет. Для того чтобы познавать,
человек должен получать источник знания
из органов чувств и направлять пассивный
ум в состояние деятельности, т.е.
приближать свой ум к активному уму,
познавать те формы, которые существуют
в Боге.

Пассивный
ум имеет знание чисто потенциально, а
активный ум имеет знание актуальное.
Со смертью тела, с исчезновением
растительной и животной души ум живет
вечно, т.к. он — форма форм. Он отделяется
от тела и сливается с бесконечным умом
в Боге. Ум — это не личность, а частица
всеобщего закона мышления, разума,
который есть Бог.

studfiles.net

Что говорил Аристотель о душе?

Будучи учеником Платона, Аристотель провел двадцать лет в его Академии. Однако привычка мыслить самостоятельно привела к тому, что в конце концов философ стал приходить к собственным выводам. Они заметно отличались от теорий учителя, однако истина была дороже личных привязанностей, что и породило знаменитую поговорку. Фактически создав основы современной европейской науки и логического мышления, философ отличился и в области психологии. То, что написал Аристотель о душе, до сих пор изучают теперь в высшей школе.

Прежде всего, мыслитель полагает, что этот элемент человеческой психики имеет двойную природу. С одной стороны он материален, а с другой – божественен. Написав специальный трактат «О душе», Аристотель уделяет внимание этому вопросу и в других своих произведениях. Поэтому можно сказать, что данная проблема является одной из центральных в его философской системе. Известно, что он разделил все существующее на две части. Первая – это физика, то есть материальный мир. Вторая же – царство богов. Он назвал ее метафизикой. Но когда мы пытаемся понять, что же думал Аристотель о душе, то видим, что с его точки зрения оба эти мира имеют влияние на психику.

Книгу, посвященную этому вопросу, философ разделил на три части. В первой он проанализировал, что же думали о душе его предшественники. А вот во второй части он рассматривает проблему в подробностях, исходя из своего логического и системного подхода. Здесь он приходит к выводу о том, что душа – это практическая реализация возможности природного тела жить («энтелехия»). Поэтому ею обладают все существа – и растения, и животные, и люди. Кроме того – размышлял Аристотель о душе – поскольку сущностью любой вещи является ее форма, способность жить можно охарактеризовать таким же образом.

Но между различными видами «энтелехии тела» есть разница. Растительная и животная душа не могут существовать ни без материи, ни вне ее. Психика есть везде, где можно констатировать наличие жизни. Вегетативная душа отличается способностью к питанию. Поэтому растение может развиваться. Животная душа имеет эту способность и возможность ощущать и осязать. Это чувственность, присущая более высокому уровню развития. Но есть и третий вид жизненной формы, как говорил Аристотель о душе. Она присуща только разумным существам. Они должны уметь рассуждать и размышлять.

Фактически философ полагал, что у человека есть три души. Он обладает и вегетативной, и растительной формой. В отличие от Платона, Аристотель доказывает, что наличие этих душ в человеке связано с материей, а их состояние напрямую зависит от тела. Однако у этих форм есть своя иерархия. Над всеми ними доминирует разумная душа. Она тоже является «энтелехией», но не тела, поскольку принадлежит вечности. Философ высказывает предположение, что такая душа не умирает, поскольку есть ведь иной род «высшей формы», который может существовать отдельно от материи и вообще никак с ней не соприкасаться. И это – Бог. Поэтому разумная душа принадлежит метафизике. Способность к размышлению может и должна существовать отдельно от тела. Такой вывод делает Аристотель о душе. Краткое содержание одноименного трактата вы прочли в этой статье.

fb.ru

7. Учение Аристотеля о душе

Трудности
и противоречия в понимании природы
психического, кото­рые вытекали, с
одной стороны, из представлений о душе
Демокрита, с другой — из учения о душе
Платона тре­бовали своего разрешения.
Попытку снять
противополож­ность двух полярных
точек

зрения осуществляет ближай­ший ученик
Платона Аристотель
(384-324 гг. до н.э.),

один из самых крупнейших философов
древности.

Известный
греческий ученый Аристотель был одним
из са­мых выдающихся ученых Греции.
Он заложил основы многих наук, оставив
заметный след и в развитии возрастной
психоло­гии. Аристотель родился в
Македонии, на севере Греции, в семье
известного врача при дворе правителя
Македонии Филиппа. Его семья была семьей
потомственных медиков, а потому и
Аристо­тель с детства предназначался
для этой профессии. Однако, полу­чив
медицинское образование, он отправился
в Афины изучать философию, поступив для
этого в школу Платона. Вернувшись в
Македонию, он стал наставником сына
Филиппа, Александра, будущего известного
полководца Александра Македонского.

Подоб­но
Демокриту, Аристотель был ученым
энциклопедистом, внесшим вклад по
существу во все области современного
ему знания. Его
взгляды представляют собой обобщение,
итог и вершину всей древнегреческой
науки.

Литературно-философское
наследие Аристотеля велико. Большая
честь его сочинений сведена в отдель­ные
сборники под названиями: “Органон”,
“Метафизи­ка” и “Физика”. Произведением,
в котором Аристотель непосредственно
касается вопросов психологии, является
трактат “О душе” (в разделе “Физика”).

Вопрос
о душе рассматривался Аристотелем как
одна из централь­ных проблем философии,
поскольку, по его мнению, “по­знание
души может дать много нового для всякой
исти­ны, главным же образом для познания
природы». Было бы уместно заметить,
что эта точка зрения Арис­тотеля
весьма созвучна современным представлениям
о месте психологии в системе наук.

Аристотель
был пер­вым, кто написал специальный
трактат “О душе”.

По­скольку в этом произведении
собственные взгляды Арис­тотеля
предваряются обзором представлений о
душе его предшественников, то упомянутое
сочинение философа можно рассматривать
также и как первое историогра­фическое
исследование в области философии и
психо­логии.

Психологическая
концепция Аристотеля была тес­но
связана и вытекала из его общефилософского
учения о материи и форме.

Мир и его развитие понимались Ари­стотелем
как результат постоянного взаимопроникнове­ния
двух
начал

— пассивного (материи) и активного
нача­ла, названного Аристотелем
формой.

Материя
– это все то, что окружает человека и
сам человек
.
Все конкретные материальные вещи
возникают благодаря форме,
придающей им вследствие своей организующей
функции каче­ственную определенность.
Материя и форма представля­ют собой
начала взаимно предполагаемые и
неотделимые друг от друга. Материя не
может существовать не офор­мляясь.
Точно также форма не может существовать
без материальной основы. Материя
пассивна, форма актив­на. Являясь
организующей и качество образующей
силой, форма составляет сущность вещей.
Формой
живой материи является душа
.
Душа как форма есть сущность всего
живого, будут ли им расте­ния, животные
или человек.

Учение
Аристотеля о мате­рии и форме и о душе
как форме живого имело ряд важ­нейших
следствий.

До
Аристотеля филосо­фам-материалистам
душа представлялась как особое состояние
первоосновы (у Фалеса вода, Анаксимандра
— апейрон, Анакси­мена — воздух,
Гераклита — огонь, Демокрита — ато­мы).
У идеалиста Платона душа выступала как
особая бестелесная сущность. Обе точки
зрения вызы­вали возражение у
Аристотеля. Душа, по его мнению, не может
рассматриваться ни как одно из состояний
пер­воматерии, ни как оторванная от
тела самостоятельная сущность. Душа
есть активное, деятельное начало в
ма­териальном теле, его форма, но не
само вещество или тело. Душа и тело
неразрывно связаны и не могут существовать
друг без друга. Таким образом, Аристотель
в ре­шении вопроса о природе души
одновременно преодо­левает и
ограниченность взглядов античных
материалис­тов и крайний идеализм
Платона. Однако эту точку зрения
Аристотеля нельзя считать последовательно
материали­стической, она дуалистична,
поскольку, устанавливая единство души
и тела, философ в самом исходном пункте
принимает их (душу и тело, форму и материю)
как два самостоятельных начала.

Наряду
с обоснованием единства души и тела
Арис­тотель вслед за материалистами
доказывал, что объектив­ным содержанием
и источником
психического является внешний мир
.
Особенно наглядно это видно из его
объяснений процесса познания. Напомним,
что сходство и подобие образов души с
реальными объектами Эмпедоклом,
Демокритом и впос­ледствии Эпикуром
и Лукрецием объяснялись проникно­вением
в поры органов чувств тонких оболочек
(идолов, призраков, специй), копирующих
свойства или форму тех объектов, из
которых эти оболочки истекают. По мне­нию
же Аристотеля, чувственный образ — это
не тот са­мый воспринимаемый объект
в миниатюре, а только его форма, копия,
слепок с вещи без ее материи, подобно
от­тиску печати на воске или бумаге
без самой печати.

Для
возникновения восприятия как деятельности,
связанной с принятием воспринимающим
органом фор­мы внешнего предмета без
его материи, необходимо, с точки зрения
Аристотеля, наличие трех главных условий:

  1. воздействующего
    объекта;

  2. промежуточной
    среды и

  3. ощущающей
    способности.

Ощущения
и восприятия выступают как исходные
формы познавательной деятельности, на
основе которых вырастают более сложные
формы психического. Чув­ственные
образы — это самые первые свидетели
внешнего мира. Аристотель
указывает пять основных видов
чув­ствительности
:
зрение, слух, вкус, обоняние и осязание.

Сопоставление
различных видов ощущений между собой
предполагает нечто единое, к чему разные
чувствен­ные впечатления могли бы
относиться. Этот единый орган, в котором
должно происходить соотнесение од­них
впечатлений с другими, был назван
Аристотелем “общим чувствилищем”.
Общее чувствилище — это централь­ный
орган, куда направляются все ощущения,
возникшие при непосредственном
взаимодействии органов чувств с внешними
предметами. Основными функциями общего
чувствилища являются упорядочение,
сопоставление, разъединение, перестройка
чувственных образов, соотнесение прошлых
впечатлений со вновь пос­тупающими.

В
качестве основного механиз­ма
взаимодействия ощущений Аристотель
указывал ас­социации.
Последние различались на ассоциации
по сходству, противоположности и
временной смежности. Посредством
ассоциаций могут возникать и такие
впе­чатления, которые прямым воздействием
внешнего предмета и не вызываются. Таким
образом, общее чувствилище выступает
не только как орган, где осуществляется
синтез ощущений, но и как орган, в котором
вырабатываются память, представления
и воображение. Все эти чувствен­ные
формы являются ни чем иным как
промежуточными звеньями или этапами
постепенного преобразования и
трансформации чувственности в мысль.
Трудно переоце­нить значение учения
Аристотеля об общем чувстве, ибо оно
прокладывало мост между ощущением и
мышлением, мост, которого не смогли
возвести Демокрит и тем более Платон.

Мышление,
по Аристотелю, невозможно без чув­ственного
опыта. В то же самое время мышление
проникает в недоступную органам чувств
сущ­ность вещей. Эта сущность вещей
дана в чувствах лишь в виде возможностей.
Мысль представлялась великому фи­лософу
как высшая форма психического, объединяющая
собой массу чувственных форм. Другими
словами, мыш­ление — это форма
чувственных форм или просто форма
форм
,
в которой исчезает все чувственное и
наглядное и остается обобщенное и
общезначимое.

Однако
в вопросе о природе мышления полностью
преодолеть идеализм Аристотель не смог.
Он выдвигает положение о существовании
родового
разума
,
который в противоположность индивидуальному
мышлению, зави­симому от тела и
исчезающему со смертью человека, с телом
органически не связан, не разрушим,
вечен и пре­делами жизни человека не
ограничен.

Что
же заставило Аристотеля признать
существование этого высшего разума,
под которым имелись в виду чистые, без
телесной примеси все­общие формы?

В
чувственных впечатлениях обобщен­ные
и общезначимые формы (идеи) даны в виде
возможности и потенции. Но каким образом
эти формы актуализируются и выделяются
из чувственных форм? В случае ощущений
и вос­приятий ощущающая способность
как возможность по­явления чувственных
форм актуализируется благодаря
воздействию на органы чувств внешнего
предмета. А причиной актуализирующей
заключенные в чувственных об­разах
в виде потенции обобщенные формы
(понятия, идеи) Аристотель и считает
надиндивидуаль­ное, родовое мышление
или верховный разум, который надстраивается
у человека над уже известными нам
познавательными формами души и завершает
их иерархию. Именно под влиянием
верховного разума происхо­дит
образование или реализация идеальных
обобщенных форм, заданных в чувственных
формах в виде возмож­ностей.

Аристотель
разрабатывает и другие специфические
свойства души — стрем­ления и
аффективные переживания. Возникновение
эмоций и стремлений (воли) также вызываются
естественными причинами. Ими являются
потребности организма и вне­шние
предметы, которые ведут к их удовлетворению.
Подобно познавательным процессам,
аффек­тивные состояния всегда
сопровождаются внутрителес­ными
изменениями, а стремления завершаются
внешни­ми двигательными актами,
образующими в конечном ито­ге целостное
поведение.

Общую
двигательную активность человека
Аристо­тель связывал с кровью, в
которой он видел основной ис­точник
жизнедеятельности организма. В
аристотелевской гумораль­ной теории
темперамента основой различий в уровне
об­щей подвижности являются разные
состояния одной и той же жидкости
(крови), а не четырех, как это было в
учении о типах темперамента Гиппократа.
Растекаясь по всему телу, кровь дает
жизнь его органам чувств и мыш­цам.
Через нее они связываются с сердцем,
которое и вы­ступало в качестве
центрального органа души. Что каса­ется
головного мозга, то он рассматривался
Аристотелем как резервуар для охлаждения
крови. Таким образом, в вопросе о субстрате
психики Аристо­тель примыкает к
Эмпедоклу, выражая сердце-центричес­кую
точку зрения.

Важнейший
раздел в общей системе представлений
Аристотеля о душе составляет его учение
о трех способностях души. Растительные
способности

души обеспечивают питание и рост
организмов, их размножение. Растительные
функции являются основой, на кото­рой
возникают и развиваются чувствующие
способности

души. Первичной ощущающей способностью
выступает осязание, к которому впоследствии
присоединяются ос­тальные виды
чувствительности. Все виды ощущений,
вступая во взаимодействие, образуют
сенсорные синте­зы, с которыми
органически связываются аффективные
переживания и стремления. Итак, в сферу
чувствующих способностей входят ощущения
и побудительные силы. Из них вырастают
разумные
способности
,
служащие ос­новой формирования понятий
и ума. Соотношение между названными
тремя видами способностей таково, что
низшие способности входят обязательно
в высшие, т.е. высшие способности
необхо­димо включают в себя низшие,
как бы развиваются из них.

Новизна
во взглядах Аристотеля на строение души
заключается в двух существенных моментах.
Во-первых, в них нашел выражение целостный
подход, при котором душа мыслилась как
нечто единое и неделимое на части;
во-вторых, аристотелевская схема строения
души проник­нута идеей развития. Это
видно из того, что, с одной стороны,
от­дельные способности души выступают
как последователь­ные этапы ее
эволюции, а с другой — развитие
индивиду­альной человеческой души
представлялось Аристотелю как повторение
этих стадий эволюции. Развитие души в
онтогенезе представляет собой постепенный
переход и преобразование низших
способностей в высшие.

studfiles.net

Учение Аристотеля о душе

Душу
Аристотель определяет в соответствии
с его понятиями, изложенными в «Метафизике»,
и дает несколько ее определений.

«Душа
— энтелехия (целеустремленность,
целенаправленность как движущая сила;
активное начало, превращающее возможность
в действительность. — В.Л.) естественного
тела, обладающего возможностью жизни».
Или: «душа — суть бытия и форма такого
естественного тела, которое в самом
себе имеет начало движения и покоя, но
не такого тела, как топор».

Следствие.
Во-первых, душа не есть материя, а форма,
завершенная форма (энтелехия), форма
уже совершившаяся. Яйцо есть курица по
форме, но еще не энтелехиально, т.е. форма
еще не реализовалась. С другой стороны,
не каждое тело обладает душой. Для этого
оно должно в возможности иметь способность
к жизни. Душа может быть у естественного
тела, не у искусственного (например, у
топора), не у тела, созданного человеком.

Душа
есть форма тела. Это определение позволило
возражать некоторым философам против
Аристотеля. Если душа есть форма тела,
то если человек стал инвалидом в
результате несчастного случая, так у
него и душа изменилась? Значит, определение
Аристотеля неверно, как и понимание
души.

Но
форма у Аристотеля понимается не как
материальная форма, некое пространство,
ограничившее фигуру, а как сущность
вещи — то, благодаря чему мы познаем
вещь. В одном случае это может совпадать
с материальной формой, а в другом не
иметь с ней ничего общего. Например,
душа человека, животных и других существ.
Наличие души — свойство завершенности
тела, т.к. душа — энтелехия. Душа —
завершенность возможности жизни.

Аристотель
считает, что в своем развитии душа может
проходить несколько этапов. Поэтому
существует несколько видов души:

1
вид — растительная душа;

2
вид — животная душа;

3
вид — ум, т.е. разумная душа.

Во
всех случаях общим является то, что душа
имеет причину движения в себе самой.
Отличие растения и животного от камня
состоит в том, что камень не может
двигаться сам по себе, а душа движется
(из определения души).

Функции
растительной души немногочисленны.
Растительная душа позволяет питаться,
расти, размножаться, умирать, т.е. быть
растением. Растение не может ощущать,
не имеет возможности воспринимать
окружающий мир.

Способность
ощущать появляется у животной души.
Функцией животной души является ощущение,
и таким образом появляется страсти,
аффекты, т.к. то или иное ощущение может
нравиться или не нравиться, поэтому
существо, обладающее животной душой,
может радоваться или гневаться,
раздражаться и т.п.

Разумная
душа имеется только у человека из всех
живых существ, живущих на земле.
Растительную душу имеют все — и растения,
и животные, и человек; человек имеет и
животную и разумную душу. Так как душа
— энтелехия тела, то без тела она не
существует. Это касается растительной
и животной души. Со смертью тела
растительная и животная душа исчезают
с телом, остается лишь разумная душа.
Поэтому души не переселяются. (Платон
разделял веру в переселение душ, в
отличие от Аристотеля). Так как душа
связана с телом, то объясняется, почему
при воздействии на тело душа может
испытывать ощущения.

Говоря
о душе, Аристотель выделяет разумную
душу. Он говорит, что такая душа — не
энтелехия тела. Разумная душа вообще
не связана с телом. Она существует
отдельно от тела, так же, как вечное
существует отдельно от преходящего.

Ум
не имеет какого-либо органа в теле, в
отличие от животных и растительных
частей души, которые имеют орган — или
орган познания, или орган питания, или
орган размножения. Ум не имеет органа
в теле. Наоборот, тело — орган разумной
души. Душа повелевает телом, как рука
орудием.

Аристотель
различает два вида ума: ум пассивный и
ум активный. Активный ум существует
только в Боге. Он мыслит всегда и имеет
знание в самом себе без какого-либо
внешнего источника. Человек имеет
пассивный ум. Поэтому он иногда мыслит,
иногда нет. Для того чтобы познавать,
человек должен получать источник знания
из органов чувств и направлять пассивный
ум в состояние деятельности, т.е.
приближать свой ум к активному уму,
познавать те формы, которые существуют
в Боге.

Пассивный
ум имеет знание чисто потенциально, а
активный ум имеет знание актуальное.
Со смертью тела, с исчезновением
растительной и животной души ум живет
вечно, т.к. он — форма форм. Он отделяется
от тела и сливается с бесконечным умом
в Боге. Ум — это не личность, а частица
всеобщего закона мышления, разума,
который есть Бог.

studfiles.net

Аристотель о душе, о процессах познания, о чувствах и характере

Автор: Анна Скляр

Аристотель (384-322 гг. до н.э.).

Аристотель — автор трактата «О душе», первого в мировой литературе систематического исследования по проблеме души. В трактате впервые дан исторический обзор мнений о душе предшественников, произведен их критический анализ.

Учение Аристотеля о душе

Аристотель пересмотрел подход Платона к душе. С его точки зрения, разделение души и тела — невозможный и бессмысленный акт, так как «идея», «понятие» не может быть реальным физическим предметом, каковым является человек. Исходя из неотделимости души от тела, Аристотель и дал свою трактовку души — душа есть форма реализации способного к жизни тела, не может существовать без тела и не является телом. Разъясняя этот подход, Аристотель говорит о том, что если бы мы хотели найти душу глаза, то ею стало бы зрение, т. е. душа представляет собой суть данного предмета, выражая цель его существования. Душа не может существовать без тела, так как форма — это всегда форма чего-то. Душа является той целью, к которой стремится вещь. Поэтому, исходя из души, можно понять, к какому классу относится данный предмет, зачем он нужен.

Душа — форма живого органического тела. Это положение разъясняется следующими метафорами:

«Подобно тому, как если бы естественным телом было какое-нибудь орудие, например, топор, а именно сущностью его было бы бытие топором, и оно было бы его душой. И если ее отделить, то топор уже перестал бы быть топором… Сказанное нужно рассмотреть и в отношении частей тела. Если бы глаз был живым существом, то душой его было бы зрение. Ведь зрение и есть сущность глаза как его форма; с утратой зрения глаз уже не глаз, разве только по имени, так же как глаз из камня или нарисованный. Сказанное же о части тела нужно приложить ко всему живому телу… но живое в возможности — это не то, что лишено души, а то, что ею обладает».

По Аристотелю, каждая вещь есть единство материи и формы. Вся природа —- это совокупность форм, связанных с материей. Например, применительно к дому материей являются кирпичи, бревна, из которых он сделан, а формой — назначение дома — быть укрытием от дождя и жары. Впрочем, Аристотель допускает существование форм без материи — это нематериальный энергийный ум, верховный разум. Он — форма форм.

Душа делает тело живым. Без души оно было бы трупом. В душе причина — основа — всех проявлений живого тела; рост, дыхание, а также чувствование, мышление обусловлены ею. В душе заложена цель активности живого тела, всех его согласно работающих жизненных сил. Душа под воздействием внешней причины властно заставляет тело осуществлять деятельность определенного типа, заложенную в организме как цель его развития: растение стремится быть растением, животное — быть животным. Тело и все его органы и части являются инструментом на службе у души.

Душа как форма тела означает, что она есть суть тела, причина и цель всех его действий. Все эти характеристики души Аристотель объединяет и обобщает в специальном понятии энтелехия, которым обозначает полную действительность тела, то, что делает его живым, постоянную возможность его жизненных функций, т. е. существующую и тогда, когда душа не проявляет себя активно (например, во время сна). Душа неразрывно связана с телом: ведь она есть состояние активности тела.

Все душевные состояния сопровождаются телесными проявлениями. Поэтому изучение души есть дело двух исследователей — естествоиспытателя и диалектика. Например, «диалектик определил бы гнев как стремление отомстить за оскорбление или что-нибудь в этом роде; рассуждающий же о природе — как кипение крови или жара около сердца».

Хотя душа бестелесна, ее носителем является особое органическое вещество — пневма, которая у животных вырабатывается в крови. Орган души — сердце. Мозг выполняет вспомогательную функцию, в нем кровь охлаждается до нужной нормы. Аристотель критиковал Платона за деление души на части, раздельные по их локализации в теле, и, доказывая единство души, говорил не о частях, а об отдельных способностях, силах души, которые только в переносном смысле называл частями. В то же время Аристотель признавал самостоятельность и раздельность по крайней мере двух начал — души как энтелехии тела, уничтожающейся при его разрушении, и души как проявления божественной сущности, приходящей в тело и выходящей из него в момент смерти:

Аристотель писал о том, что существует три вида души — растительная, животная и разумная. Каждая из них обладает определенными функциями.

Так, растительная душа способна к размножению и питанию.
Животная душа обладает кроме них еще четырьмя функциями — стремлением (чувствами), движением, ощущением и памятью.

Растительная и животная душа понимались материалистически, они смертны, т. е. появляются и исчезают одновременно с телом.

А разумная душа, которая есть только у человека, обладает еще и способностью к мышлению. Разумная душа идеальна, отделима от тела, ее сущность божественна. После смерти тела она не уничтожается, а возвращается в бестелесный эфир воздушного пространства. Аристотель, верно чувствуя качественное отличие человека от животных и тем более от растений, идеалистически объясняет его источник.

Каждая более высокая форма души надстраивается над предыдущей, приобретая те функции, которые ей были присущи. Поэтому если у растительной души всего две функции, то у животной — шесть, а у разумной — семь.

Учение Аристотеля о процессах познания

Исследования Аристотеля привели его к созданию первой в психологии развернутой теории познания, в которой не только раскрывается специфика каждого этапа, но и анализируется процесс перехода от единичного знания, знания даже не о предмете, но о каком-то одном его свойстве, к обобщенному суждению и понятию. Для объяснения этого перехода Аристотель ввел понятия общего чувствилища и ассоциаций, которые, по его мнению, представляют собой важный механизм переработки знаний.

Первым этапом познания становится ощущение, которое Аристотель понимал как активный процесс взаимодействия органов чувств с внешним миром. При этом душа уподобляется форме того тела, которое воспринимает, хотя и не является пассивным слепком с этого тела.

На следующем этапе — памяти — психика сохраняет те первичные знания, которые она получила при восприятии внешнего мира. Сохранение и воспроизведение ощущений является результатом работы памяти. При этом Аристотель, выделив несколько видов памяти, подчеркивал, что первичная переработка опыта начинается уже на данной ступени. Эта переработка возможна потому, что следы впечатлений хранятся в общем чувствилище. В общем чувствилище происходит и первое сравнение и соотнесение между собой полученных в чувственном опыте знаний. Он писал, что для того, чтобы отличить горькое от синего, необходимо иметь эталоны того и другого, а кроме того, эталоны цвета и вкуса как таковых. То есть на этапе переработки знаний в общем чувствилище происходит выделение модальностей ощущений (цвета, вкуса, запаха и др.), а затем их хранение и объединение в образы предметов и в их первичные схемы.

Различается три вида памяти:
низшая — заключается в сохранении полученных ощущений в виде представлений как копий предметов, ею обладают все животные;
память в собственном смысле — отличается тем, что к образу присоединяется временная характеристика, т. е. отношение к нему как к чему-то бывшему в прошлом, она есть не у всех, а только у животных, обладающих способностью восприятия времени;
высшая память как процесс воспоминания, в котором участвует суждение. Последняя есть только у человека.

Воспоминание есть некоторый силлогизм: если кто-либо вспоминает что-нибудь или виденное, или слышанное, или испытанное прежде, тот умозаключает — и это есть некоторого рода познание. Эта способность есть только у тех, кому присуща способность произвольного хотения, ибо хотение (свободный выбор) есть некоторого рода умозаключение. Воспоминание есть активный поиск прошлого и происходит путем установления каких-либо отношений (по сходству, по контрасту, и др.) настоящего с искомым прошлым. По существу, речь идет о механизме ассоциаций, хотя Аристотель не дает этого термина.

Из воспоминаний складывается опыт, из опытности же берут начало искусства и наука.

Сличение и переработка осуществляются в чувствилище при помощи ассоциаций. Так впервые в психологии появляется понятие об ассоциациях как механизмах психической жизни, механизмах познания.

Аристотель выделял несколько видов ассоциаций — по сходству, контрасту и смежности в пространстве и времени. Благодаря ассоциациям в общем чувствилище появляются первые обобщенные образы окружающего — представления и схемы. Эти образы человек может подвергнуть дальнейшей обработке, используя, например, воображение и фантазию. Аристотель разделял эти два процесса, указывая, что при воображении используются в качестве исходного материала реальные представления. В результате возникают воображаемые образы, в которых соединяются несоединимые в жизни вещи. Фантазия же не имеет прямого отношения к действительности, в ней не только результаты, но и исходные продукты являются воображаемыми.

Если ассоциации представляют собой механизмы переработки знаний на низших уровнях познания, то логика — на высших. Логические операции — это операции мышления, они и помогают образованию понятий, заканчивая процесс восхождения от частного к общему.

Выделяя два вида мышления (в современной классификации — логическое и интуитивное), Аристотель фактически раскрывал два способа получения знания. Логическое мышление завершает сенсуалистический путь познания, в то время как интуитивное помогает актуализации знаний из врожденной, разумной части души.
Интуитивное мышление Аристотель сводит в основном к репродукции, актуализации тех знаний, которые
уже имеются у человечества. А творческое мышление, получение принципиально нового знания, основывается на собственном опыте, переработанном человеком

Анализ внешних впечатлений, данных в ощущениях, может привести к открытию, к появлению абсолютно нового знания, аналогов которого не имеется ни в душах людей, ни во всеобщем разуме — нусе. Попадая после смерти во всеобщий разум, это новое знание соединяется с ним, пополняя его содержание и становясь достоянием новых поколений.

Аристотель подчеркивал также новаторский и авторский характер научного и художественного творчества. Доказывая, что отпечаток личности творца лежит на его произведениях, Аристотель приводил примеры того, как разные художники по-разному трактуют одни и те же сюжеты. Поскольку появление нового знания основано на собственном опыте и активности человека, важно уже с раннего возраста обучать детей творчеству, умению наблюдать и понимать окружающих людей, их переживания. Он писал и о необходимости развития самостоятельности, активности и индивидуальности в людях, так как эти качества обязательно присутствуют в личности выдающегося ученого и художника. Аристотель говорил также о необходимости развивать знания о ремесле, навыки к определенной творческой деятельности с детства (например, учить рисовать, лепить), так как дети наиболее восприимчивы к обучению, и чем раньше начинается их обучение, тем искусней они становятся.

Мышление характеризуется составлением суждений. Протекает в понятиях, постигает общее.

Органом мышления является нус (всеобщий разум)— часть души, свойственная только человеку и не прикрепленная ни к какому телесному органу.

Нус служит хранилищем разумной части души человека после его смерти. При рождении ребенка часть этого разума, образуя новую разумную часть души, вселяется в тело новорожденного, соединяясь с растительной и животными частями. Таким образом и происходит передача опыта, так как разумная часть души хранит все знания, существующие в нусе, т. е. всю культуру, накопленную человечеством к моменту рождения данного ребенка. Эти знания не осознаются человеком, но актуализируются в процессе обучения или рассуждения.

Нус — это не постоянная идея, а вечно изменяющаяся культура, в которую каждое новое поколение людей добавляет что-то свое, т.е. нус вечно изменяется, его содержание непостоянно. Каждый человек, узнавший что-то новое, сделавший какое-то открытие, носит его в своей душе. После его смерти разумная часть души, вместе с теми знаниями, которые были накоплены данным человеком, сливается с мировым разумом, изменяя и обогащая его. Поэтому следующему поколению передается разумная душа уже с другим содержанием. Аристотель подчеркивал изменчивость и развитие всеобщего разума.

Аристотель различает низшее и высшее мышление.

Низшее мышление — это мнение или предположение; не содержит категорического утверждения о чем-то, ничего не исследует; в нем нет внутренней необходимости, не отвечает на вопрос «почему? ». Однако в определенных ситуациях оно необходимо.
В отличие от низшего, высшее мышление всегда содержит в себе необходимость, т. е. открытие последнего основания истины. Его объектом являются основы вещей, высшие принципы науки.
Существуют три вида высшего мышления: рассуждающее, логическое, дискурсивное мышление, т. е. умение делать заключение из имеющихся посылок; интуитивное — умение находить основания (посылки) и мудрость, наивысший тип наивысшего мышления.

В зависимости от того, на что направляется мышление, различаются два вида ума: теоретический и практический. Теоретический разум познает сущее как оно есть. Это наука. Ее предмет — необходимое и всеобщее. Здесь не ставятся практические вопросы — для чего, с какой целью. Его задача — создание истины о вещах.
Практический ум направлен на деятельность. С его помощью познаются нормы и принципы действия, а также средства их осуществления. Практический ум обусловливает принятие решения в конкретных условиях, на основе которого совершаются поступки. Он всегда касается частного. В разграничении двух типов мышления — теоретического и практического — проявляется противопоставление теоретического знания — практической активности.

Познавательные способности не существуют отдельно друг от друга и не обусловлены какими-либо высшими способностями: свое начало они ведут от ощущения: «…существо, не имеющее ощущений, ничему не научается и ничего не поймет». Душа новорожденного представляет как бы чистую дощечку для письма, на которой еще ничего не написано. Все учение Аристотеля о познании пронизано верой в возможности познания человеком природы.

К важным частям психологической системы Аристотеля относится проведенное им разграничение теоретического и практического разума. Принципом такого разграничения послужило различие между функциями мышления. Если результатом теоретического мышления является накопление знаний, то практическое мышление направлено на руководство поведением. Изучая развитие теоретического мышления, Аристотель исследовал генезис образования понятий у детей, утверждая, что у них сначала формируются общие понятия, а только затем единичные. Например, дети сначала говорят «отец» или «мать», подразумевая всех мужчин или женщин, и только затем дифференцируют эти понятия.

При этом он подчеркивал, что знание как таковое само по себе не делает человека нравственным. С его точки зрения, добродетели не зависят ни от теоретического знания, ни от природы, которая только потенциально наделяет индивида задатками, а из них в дальнейшем могут развиваться его качества. Нравственное поведение формируется в реальных поступках, придающих человеку определенную чеканку. Поэтому так важно с раннего детства направлять поведение ребенка, формируя не только его действия, но и отношение к ним. Не менее важны индивидуальный, а не усредненный подход к обучению и воспитанию, учет всего комплекса индивидуальных особенностей человека, а не только его предназначения для той или иной общественной роли, как считал Платон.

Говоря о необходимости учета индивидуальных особенностей, Аристотель писал о том, что ни одно качество, данное нам природой, не может измениться под влиянием привычки, подобно тому как камень, «имеющий от природы движение вниз», вряд ли может «привыкнуть» двигаться вверх, даже если кто-то захочет его приучить этому. Следовательно, добродетели не даются нам от природы и не возникают помимо природы, но мы от природы имеем возможность приобрести их, путем же привычек приобретаем их в совершенстве. Вообще все, что мы имеем от природы, мы первоначально получаем лишь в виде возможностей и впоследствии преобразуем их в дей- ствительность. Аристотель считал привычное поведение таким же волевым, как и сознательно регулируемое, мотивируя свой подход тем, что привычки, так же как и образцы для подражания, человек сознательно выбирает и потому может отвечать за собственные поступки.

Учение Аристотеля о чувствах

Исследуя проблему регуляции поведения, Аристотель пришел к выводу о том, что возможна двойная регуляция — как эмоциями, так и разумом. Он, так же как Платон, был убежден, что истинную свободу и ответственность может дать только разумная регуляция, но его опыт (как теоретический, так и медицинский и педагогический) показывал, что бороться с эмоциями бесполезно. Аристотель впервые выделил несколько видов эмоций, разделив чувства и аффекты по степени их влияния на поведение.

Чувства, с его точки зрения, могут быть осознаны разумом и потому не обязательно сказываются на поведении, придавая нашим разумным поступкам лишь некоторый эмоциональный контекст. В то же время положительные чувства помогают совершать определенные действия, в то время как отрицательные, наоборот, мешают. Тот факт, что ассоциации связаны с чувствами удовольствия и неудовольствия, позволяет использовать их при формировании социально одобряемых форм поведения.

Чувства и произведения искусства, которые их вызывают, по мнению Аристотеля, являются как бы ступеньками в процессе познания, они дают возможность перейти от частного к общему, формируя основу чистого разума. Именно благодаря познавательной составляющей, имеющейся в каждой эмоции, человек и получает удовольствие от произведений искусства, от созерцания картин и скульптур, от спектаклей или стихов. При этом не надо бояться показывать и дурные образцы, считал ученый, так как человек должен знать и о них, и лучше пережить их в воображении, чем стремиться к ним в реальной жизни, как часто бывает при сокрытии дурного от детей. Поэтому, в отличие от Платона, который считал необходимым жестко регламентировать чтение и прослушивание музыки, Аристотель был убежден в необходимости разнообразных жанров, а не только маршей или гимнов, воодушевляющих людей на работу.

Он также говорил о необходимости совершенствования технической стороны искусства, важности обучения с ранних лет живописи и музыке, так как считал, что в произведениях важна не только содержательная сторона, но и качество их выполнения. Именно техническая сторона связана с эмоциями, подчеркивал он, а потому совершенное произведение легче воспринимается и глубже проникает в душу человека.

Поэтому, особенно если мы хотим, чтобы человек лучше понял определенное понятие, надо его подавать в совершенном виде, в виде, например, хорошо написанной и сыгранной пьесы, после которой возникает желание быть такими же нравственными и добрыми, как ее положительные герои, либо рождается негодование и стремление не быть похожими на отрицательных героев. Особенно важно искусство для воспитания нравственности, так как понятия о добре и зле, будучи абстрактными и чисто разумными, могут не вызвать в ребенке желания следовать нравственным нормам, но, получив положительную или отрицательную окраску, вызовут желание вести себя соответствующим образом.

В отличие от чувств аффекты как наиболее сильные и ярко выраженные виды эмоций мало поддаются рациональному осмыслению, и потому с ними очень сложно бороться. Аффект, по мнению Аристотеля, всегда приводит к спонтанному поведению либо к изменению ранее планировавшегося действия, поэтому последствия аффекта могут быть самыми разрушительными для человека. Таким образом, развивая положения Сократа и Платона, Аристотель также говорил о том, что истинной свободы не может быть у человека, поддающегося эмоциям. Свобода возможна только при разумной регуляции поведения.

Аристотель называет аффектами влечения, гнев, страх, отвагу, злобу, радость, любовь, ненависть, тоску, зависть, жалость — вообще все, чему сопутствует удовольствие или страдание. Аффект — это страдательное состояние, вызванное в человеке каким-то воздействием, возникает без намерения и обдумывания, под его влиянием меняются прежние решения. Аффект сопровождается телесными изменениями. Психологическая характеристика выявляет, в каком состоянии возникает данный аффект, на кого он направляется, за что.

Аристотель составил проницательные описания отдельных аффектов. Например, страх описывается так.

«Страх (fobos) — некоторого рода неприятное ощущение или смущение, возникающее из представления о предстоящем зле, которое может погубить нас или причинить нам неприятность: люди ведь не боятся всех зол; например, не боятся быть несправедливыми или ленивыми, но лишь тех, которые могут причинить страдание, сильно огорчить или погубить, и притом в тех случаях, когда эти бедствия не угрожают издали, а находятся так близко, что кажутся неизбежными».

В описании составляющих психологических аспектов аффектов выступает рационализм Аристотеля: его решающим компонентом является представление.

Аффекты, по Аристотелю, сами по себе не есть ни добродетели, ни пороки. О человеке судят по его делам, а в аффекте оценивают манеру поведения:

«…и ведь нас не хвалят и не порицают за наши аффекты; ведь не хвалят же человека, испытывающего страх, и не безусловно порицают гневающегося, а лишь известным образом гневающегося, а за добродетели нас хвалят или порицают».

Аристотель не считал ни возможным, ни нормальным, ни желательным с точки зрения нравственности подавление аффектов. Без них невозможны героические поступки, наслаждение искусством. В низших телесных удовольствиях нужно соблюдать умеренность, середину. Во всех остальных случаях должна быть соразмерность аффекта своей причине.

Исследуя проблему борьбы с аффектом (что необходимо для обретения свободы и разумности поведения), Аристотель пришел к очень важному для психологии выводу о роли катарсиса (очищения). Он писал, что аффект нельзя победить в том случае, если он уже наступил, но можно предупредить его, очиститься от аффекта, т. е. от накопившегося эмоционального напряжения. Это очищение, разрядку можно вызвать специально, и роль искусства как раз и заключается в подобном катарсисе. При чтении книги или особенно при восприятии пьесы зрители идентифицируют себя с ее героями, переживая вместе с ними их проблемы, страдая и радуясь вместе с ними. Это и является катарсисом, так как собственные переживания сливаются с переживаниями героев и переносятся на них.

Так, эмоциональное напряжение человека снижается при слезах радости или печали, вызываемых пьесой. Роль драматического искусства при этом, по мнению Аристотеля, особенно высока, так как актеры, играющие на сцене, вызывают дополнительные (к самой фабуле пьесы и словам) переживания, помогая появлению эмоционального контакта. Фактически в этих исследованиях Аристотеля впервые прозвучали мысли о психотерапевтической роли искусства, а также об особой роли театра как наиболее синтетического искусства, влияющего на эмоциональное состояние зрителей.

Это понятие катарсиса заимствовано Аристотелем из медицины. Его ввел Гиппократ: болезнь понималась как накопление вредных соков, а лечение — как доведение их до умеренного количества, допустимого для здоровья — очищение, катарсис — путем их выпускания.

Применительно к аффектам катарсис означает сущность эмоционально окрашенного эстетического переживания под влиянием искусства.

«Трагедия при помощи сострадания и страха достигает очищение (Katharsis) аффектов».

Вызываемые у зрителей при восприятии трагедии аффекты страха и сострадания, в отличие от таковых в обычной жизни, освобождаются — очищаются — от всего тяжелого, давящего, смутного, человеку раскрывается логика событий и действий в определенных обстоятельствах, какая-то мудрость жизни. Аристотель подходит к проблеме общественной роли искусства, его нравственного воздействия на человека. Современные авторы называют это воздействие театра на зрителя социальной терапией.

В работах Аристотеля эмоции, переживания, связанные с конкретной ситуацией, впервые соотносились с мотивацией поведения человека. Он считал, что поступок всегда сопряжен с аффектом, причем каждой ситуации соответствует оптимальная аффективная реакция на нее. Когда она избыточна либо недостаточна, люди поступают дурно. Соотнося мотивацию с нравственной оценкой поступка, Аристотель писал, что всякий может гневаться или тратить деньги, но не всегда это соответствует ситуации. Например, если аффект (эмоциональное состояние) и действие адекватны ситуации, то расходование денег принято называть щедростью, если не адекватны (дурные, порочные), то либо расточительством, либо скупостью. Правильный способ реагирования необходимо вырабатывать опытом, изучением других и самого себя, упорным трудом. При этом ученый опять возвращается к идее о том, что разумная регуляция, практическое мышление дают возможность, поняв собственные чувства, выработать в себе определенные правила поведения, воспитать себя собственными поступками.

Аристотель описывает чувства удовольствия и неудовольствия как показатели процветания или задержки в функциях душевных или телесных: удовольствие означает беспрепятственное их протекание, неудовольствие — их нарушение.

Чувства рассматриваются в тесной связи с деятельностью: они сопровождают деятельность и являются источником деятельности. Несмотря на сдержанную оценку телесных удовольствий, Аристотель не призывал ограничиваться удовольствиями только высшего порядка и в целом высоко оценивал роль чувства в жизни человека.

«Удовольствие придает совершенство и полноту деятельности, а значит — и самой жизни».

Проблема воли у Аристотеля

Учение о воле развивается Аристотелем в связи с характеристикой действия.

«Все люди делают одно непроизвольно, другое произвольно. А из того, что они делают непроизвольно, одно они делают случайно, другое — по необходимости; из того же, что они делают по необходимости, одно они делают по принуждению, другое — согласно требованиям природы. Таким образом, все, что совершается ими непроизвольно, совершается или случайно, или в силу требований природы, или по принуждению. А то, что делается людьми произвольно и причина чего лежит в них самих, делается ими одно по привычке, другое под влиянием стремления, и при этом одно под влиянием стремления разумного, другое — неразумного».

Все действия человека делятся на непроизвольные и произвольные в зависимости от того, где находится основание действия: вне субъекта или в нем самом. Действия произвольные и действия волевые — понятия не тождественные. Волевыми являются только действия по разумному стремлению. Оно называется намерением и является результатом тщательного взвешивания мотивов — делиберации. Волевые действия направлены на будущее. В них есть разумный расчет. Поэтому Аристотель говорит:

«Движут по крайней мере две способности — стремление и ум».

Ум размышляет о цели — достижима она для человека или нет, и о последствиях в случае осуществления действия. Поэтому, где нет разума, там нет воли (у животных, малых детей, умалишенных). Волевое действие, столь тщательно рассчитанное, является свободным и ответственным. Поэтому в нашей власти как прекрасные действия, так и постыдные: порок и добродетель одинаково свободны, их психологический механизм одинаков.

По существу, воля характеризуется Аристотелем как процесс, имеющий общественную природу: принятие решения связано с пониманием человеком своих общественных обязанностей.

Аристотель о характере

Страстям (аффектам) как сильным движениям души Аристотель противопоставляет устойчивость характера. Характер выражает сущность человека. Аристотель дал описание душевных качеств — нравов — людей в соответствии с их возрастом, социальным положением, профессией. Характер не является природным свойством, его черты складываются как результат опытности. Описываются с присущей Аристотелю конкретностью характерные черты, свойственные людям благородного происхождения, а также юности, старости, зрелому возрасту. Это учение было развито учеником Аристотеля Теофрастом (370 — 288 гг. до н. э.).

В своем трактате «Характеристики» он выделил 30 характеров: лицемер, льстец, болтун, деревенщина, низкопоклонный, нравственный урод, говорун, разносчик новостей, нахал, скупой, наглец, святая простота, навязчивый, нелюдим, суеверный, брюзга, недоверчивый, неряха, надоедала, тщеславный, сутяга, хвастун, гордец, трус, аристократ, молодой старик, злоречивый, алтынник — и дал их описание, основанное на наблюдении за поступками людей.

Аристотель придавал важное значение воспитанию. Воспитание не должно быть частным делом, но заботой государства. Оно должно оказывать влияние на нравственный склад человека, развивая в нем то, чего недостает от природы. Аристотель изложил свои представления по конкретным вопросам обучения и воспитания (о предметах обучения, о соотношении физического и умственного воспитания, о роли музыки в воспитании и др.).

Учение Аристотеля о душе, основанное на анализе огромного эмпирического материала, характеристика ощущения, мышления, чувств, аффектов, воли указывали на качественное отличие человека от животных — человека Аристотель определял как «существо общественное». Это учение преодолевало ограниченность демокритовской трактовки души как пространственной величины, которая движет телом, и выдвинуло новое понимание, согласно которому «…душа …движет живое существо не так, а некоторым решением и мыслью».

С некоторыми изменениями учение Аристотеля о душе господствовало до XVII в.

Аристотель соотносил развитие отдельного организма с развитием всего живого мира. При этом в отдельном человеке повторяются при его превращении из младенца в зрелое существо те ступени, которые прошел за свою историю весь органический мир.

Источник:
А.Н. Ждан История психологии
Т.Д. Марцинковская История психологии

anchiktigra.livejournal.com

Тема 69. Учение аристотеля о душе

Предмет психологии.
Учение о душе, по существу, занимает
центральное место в мировоззрении
Аристотеля, поскольку душа, по представлению
Стагирита, связана, с одной стороны, с
материей, а с другой — богом. Поэтому
психология — и часть физики, и часть
теологии (первой философии, метафизики).
К физике относится, однако, не вся душа,
а та ее часть, которая не может существовать,
как и физические сущности вообще,
отдельно от материи. Но «физическая»
часть души и физические сущности не
тождественны, поэтому не все в природе
одушевлено — Аристотель не анимист, так
же как он и не гилозоист. Одушевлено
лишь живое, между одушевленностью и
жизнью ставится знак равенства.

Поэтому психология
в своей низшей, физической части совпадает
по своему предмету с биологией. Обе
науки изучают живое, но по-разному:
психология изучает живое в аспекте
целевой и движущей причин, а это и есть
душа, биология же — в аспекте причины
формальной и материальной. Аристотель
отдает предпочтение психологии перед
биологией, говоря, что «занимающемуся
теоретическим рассмотрением природы
следует говорить о душе больше, чем о
материи, поскольку материя скорее
является природой через душу, чем
наоборот» (О частях животных I, 1, с.
39).

Определение души.
В своем трактате: «О душе» Аристотель
определяет душу в системе понятий своей
метафизики — сущности, формы, возможности,
сути бытия, энтелехни. Душой может
обладать только естественное, а не
искусственное тело (топор души не имеет).
Это естественное тело должно обладать
возможностью жизни. Осуществление
(энтелехия) этой возможности и будет
душой. Аристотель говорит здесь, что
«душа необходимо есть сущность в
смысле формы естественного тела,
обладающего в возможности жизнью.
Сущность же есть энтелехия: стало быть,
душа есть энтелехия такого тела» (II,
1, с. 394) 1 /Аристотель. О душе, кн. II, гл.
1./, или: «Душа есть первая энтелехия
естественного тела, обладающего в
возможности жизнью» (там же, с. 395),
или: «Душа есть суть бытия и форма
(логос) не такого тела, как топор, а такого
стественного тела, которое в самом себе
имеет начало движения и покоя» (там
же). Эти, на первый взгляд, трудные
формулировки не должны нас пугать.
Аристотель желает сказать, что душа
включается лишь при завершенности
способного к жизни естественного тела.
Душа — спутница жизни. Ее наличие —
свидетельство завершенности тела,
осуществленности возможности жизни.
Но это значит, что Аристотель понимает
жизнь очень широко.

Виды души. Аристотель
различает три вида души. Два из них
принадлежат к физической психологии,
поскольку они не могут существовать
без материи. Третья метафизична. В своем
минимуме душа есть везде, где есть жизнь.
«Отправляясь в своем рассмотрении
от исходной точки, мы утверждаем, что
одушевленное отличается от неодушевленного
наличием жизни» (II, 2, с. 396). А чтобы
быть живым, достаточно обладать
способностью к питанию, к росту и к
закату (естественный цикл живого), т. е.
быть растением. Способность к питанию
— критерий растительной души. В своем
же максимуме душа есть там, где есть ум,
при этом даже только ум. Таков бог, о
котором, как мы видели, Аристотель
говорил, что «жизнь без сомнения
присуща ему, ибо деятельность разума
есть жизнь» (Метафизика, XII, 7, с. 221).

Вообще говоря,
чтобы быть живым, достаточно обладать
хотя бы одним из таких признаков, как
ум, ощущение, движение и покой в
пространстве, а также движение в смысле
питания, упадка и роста. Так, чтобы быть
животным, достаточно чувства осязания:
«животное впервые появляется благодаря
ощущению» (О душе, II, 2, с. 397). Способность
к осязанию — критерий наличия животной
души, так же как способность к питанию
— растительной. В свою очередь, способность
к ощущению (а осязание — его минимум)
влечет за собой удовольствие и
неудовольствие, приятное и неприятное,
а тсм самым желание приятного. Кроме
того, некоторым живым существам присуща
способность к движению в пространстве.
Так как способности к ощущеншо не может
быть без растительной способности, то
животные обладают не только животной,
но и растительной душой. Таковы две
низшие, «физические» души. Вторая
выше первой и включает ее в себя. Где
есть животная душа, там есть и растительная,
но не наоборот. Поэтому животных меньше,
чем растений.

«Наконец, совсем
немного существ обладает способностью
рассуждения и размышления». Эти
существа распадаются на две группы:
люди и бог. Люди, обладая способностью
к рассуждению и размышлению, обладают
как животной, так и растительной душой.
Бог, как было уже сказано, обладает лишь
разумной душой. Человек — и растение, и
животное. Бог — только бог. Так образуется
лестница живых существ в психологическом
аспекте. В принципе эта лестница
непрерывна, но все же она распадается
на три пролета: 1) растительная душа —
первая и самая общая способность души,
чье дело — воспроизведение и питание, а
воспроизведение — минимальная причастность
к божественному 1 /Здесь слышится мотив
платоновского «Пира:»: «Рождение
— это та доля бессмертия и вечности,
которая отпущена смертному существу»
(Платон. Соч. в 3-x т., т. 2, с. 137 — 138)./. Растения
не ощущают, потому что они воспринимают
воздействие среды вместе с материей.
Растения не способны отделить от материи
форму; 2) животные отличаются от растений
тем, что обладают способностью воспринимать
формы ощущаемого без его материи. Здесь
слово «формы» употреблено не в
метафизическом смысле. Это не сущности,
не даваемые в ощущениях и совсем не
воспринимаемые животными, а внешние
формы, образы отдельных предметов и
явлений, данных в ощущениях и в их синтезе
в представлениях. Такова животная душа;
3) человеческая душа кроме растительного
и животного компонентов обладает также
и разумом. В слклу этого она наиболее
сложная, иерархичная, разумная душа (О
ней ниже.)

Душа и тело. «Будучи
формой, сутью бытия, энтелехпей живого
тела, душа есть «составная сущность».
Такая душа от тела неотделима (II, 1, с.
396). Хотя она сама не тело, но она прпнадлежит
телу, которое не безразлично душе. Душе
отнюдь не безразлично, в каком теле она
пребывает. Поэтому Аристотель отвергает
орфико-пифагорейско-платоновское учение
о переселениях душ. Со своей стороны,
все живые естественные тела — орудия
душн и существуют ради душн как «причины
и начало живого тела» в трех смыслах:
«Душа есть причина как то, откуда
движение, как цель и как сущность
одушевленных тел» (там же, с. 402). Но
все это относится лишь к растительной
и животной душам.

Человеческая,
разумная душа. Растительная и животная
компоненты человеческой души неотделимы
от тела так же, как луши растений и
животных. Ведь «в большинстве случаев,
очевидно, душа ничего не испытывает без
тела и не действует без него, например,
при гневе, отваге, желании, вообще при
ощущениях. По-видимому, все состояния
душн связаны с телом: негодование,
кротость, страх, сострадание, отвага, а
также радость, любовь и отвращение;
вместе с этими состояниями души испытывает
нечто и тело» (там же, с. 373).

Аристотель приводит
примеры, доказывающие, что эмоции —
функции не только душн, но и тела. Если
тело не придет в возбуждение, то большое
несчастье не вызовет должной эмоции,
поэтому люди часто «каменеют», дабы
защититься от страдания. Итак, делает
вывод Аристотель, «состояния души
имеют свою основу в материи» (там же,
с. 373 — 374). Так же и вообще «способность
ощущения невозможна без тела» (там
же, с. 434), без которого совершенно
невозможна деятельность и растительной
души.

Однако разумная
душа — не энтелехия тела. Ведь «ничто
не мешает, чтобы некоторые части душн
были отделимы от тела, так как они не
энтелехия какого-либо тела» (там же,
с. 396). Таков ум: если способность ощущения
невозможна без тела, то «ум … существует
отдельно от него» (там же, с. 434). Хотя
Аристотель и замечает, что относительно
ума и способности к умозрению еще не
очевидно, существуют ли они отдельно и
независимо от тела или же нет, но ему
все же «кажется, что они — иной род
души и что только эти способности могут
существовать отдельно, как вечное —
отдельно от преходящего» (там же, с.
398). Аристотель не находит убедительного
основания для утверждения того, что ум
соединен с телом. Аристотель утверждает,
что ум не имеет своего органа. Здесь он
не на высоте для своего времени: ведь
пифагореец Алкмеон задолго до Аристотеля
нашел орган мышления в мозге.

studfiles.net

4. Учение Аристотеля о душе.

Душа, по Аристотелю,
есть форма живого органического тела.
Это положение разъясняется следующими
метафорами. «Подобно тому, как если бы

естественным телом
было какое-нибудь орудие, например,
топор, а именно сущностью его было бы
бытие топором, и оно было бы его душой.
И если ее отделить, то топор уже перестал
бы быть топором..’. Сказанное нужно
рассмотреть и в отношении частей тела.
Если бы глаз был живым существом, то
душой его было бы эре-дне. Ведь зрение
и есть сущность глаза как его форма; с
утратой зрения глаз уже не глаз, разве
только по имени, так же как глаз из камня
или нарисованный. Сказанное же о части
тела нужно приложить ко всему живому
телу… но живое в возможности — это не
то,, что лишено души, а то, что ею
обладает»51.
Душа делает тело живым. Без души оно
было бы трупом. В душе причина— основа
— всех проявлений живого тела; рост,
дыхание, а также чувствование, мышление
обусловлены •ею. В душе заложена цель
активности живого тела, •всех его
согласно работающих жизненных сил. Душа
под воздействием внешней причины властно
заставляет тело осуществлять деятельность
определенного типа, заложенную в
организме как цель его развития: растение
♦стремится быть растением, животное —
быть животным. Тело и все его органы и
части являются инструментом на службе
у души. «Ведь все естественные тела суть
-орудия души — как у животных, так и у
растений, и существуют они ради души».

Учение Аристотеля
о душе как цели проникнуто те- | леологизмам,
следовательно, идеализмом. Его
гносеологическими корнями является
перенесение специфических особенностей
человеческой деятельности и сознания,
которые носят целенаправленный характер,
на низшие уровни психической организации
и вообще на природу. «Как ум действует
ради чего-нибудь, так и природа, а то,
ради чего она действует, есть ее цель»53.

Таким образом,
душа как форма тела означает, что юна
есть суть тела, причина и цель всех его
действий. Все эти характеристики души
Аристотель объединяет и обобщает в
специальном понятии «энтелехия», которым
обозначает п-одную действительность
тела, то, что дела-«ет его живым, постоянную
возможность его жизненных ^функций, т.
е. существующую и тогда, когда душа не
«проявляет себя активно (например, во
время сна). Ду-ала неразрывно связана с
телом: ведь она есть состояние активности
тела. Действует не душа, а соответствующее
тело, но тело одушевленное. По Аристотелю,
не душа, а «человек благодаря душе
сочувствует, учится или размышляет»54.
Все душевные состояния сопровождаются
телесными проявлениями. Поэтому изучение
души есть дело двух исследователей —
естествоиспытателя и диалектика.
Например, «диалектик определил

бы гнев как
стремление отомстить за оскорбление
или-что-нибудь в этом роде, рассуждающий
же о природе — как кипение крови или
жара около сердца»55.
Хотя душа бестелесна, ее носителем
является особое органическое вещество
— пневма, которое у животных вырабатывается
в крови. Орган души — сердце. Мозг
выполняет вспомогательную функцию, в
нем кровь охлаждается до нужной нормы.
Аристотель критиковал Платона за деление
души на части, раздельные по их локализации
в теле, и, доказывая единство души,
говорил не о частях,. а об отдельных
способностях, силах (дюкамис) душиг
которые
только в переносном смысле называл
частями. В то же время Аристотель
признавал самостоятельность и раздельность
по крайней мере двух начал — души как
энтелехии тела, уничтожающейся при его
разрушении*,. и души как проявления
божественной сущности, прихо^ дящей в
тело и выходящей из него в момент смерти:
«…каждая из частей обладает ощущением
и способностью двигаться в пространстве,
а если есть ощущение,. то имеется и
стремление. Ведь где есть ощущение, там
есть печаль и радость, а где они, там
необходимо есть я
желание.
Относительно же ума и способности к
умозрению еще нет очевидности, но
кажется, что они — иной род души и что
только эти способности могут существовать
отдельно, как вечное отдельно от
преходящего.. А относительно прочих
частей души из сказанного очевидно, что
их нельзя отделить друг от друга вопреки
утверждению некоторых».
У Аристотеля встречаются разноречивые
указания относительно частей души. В
основе его классификации лежит выделение
трех ступеней жизни: растительной,
животной, человеческой, при этом
способности высшей ступени включают
способности предыдущих и не могут
существовать без них. «И у фигур и у
одушевленных существ в последующем
всегда содержится в возможности
предшествующее, например,. в четырехугольнике
— треугольник, в способности ощущения
— растительная способность»57.
Растительная и животная душа понимались
материалистически. «Ясно, ‘что наиболее
важные психические способности,
психические факты, -будут ли они
принадлежать всем животным или будут
представлять собою специальное достояние
только некоторых, принадлежат у этих
животных как душе, так и телу — таковы,
HanpHMepj
способность чувственного познания,
память, стремления, влечение и вообще
воля, желание, сюда же можно отнести еще
удовольствие и страдание, почти всем
животным присущи эти способности»58.
Разумная душа, по Аристотелю, идеальна,
отделима от тела, ее сущность божественна.
После смерти тела она не уничтожается,
а возвращается © бестелесный эфир
воздушного пространства. Аристотель,
верно чувствуя качественное отличие
человека от животных и тем более от
растений, идеалистически объясняет его
источник.

studfiles.net

Отправить ответ

avatar
  Подписаться  
Уведомление о