Торговое товарищество новгородских купцов: VI. Новгородское купечество. — Товарищества. — Опасности, их вызывавшие

Содержание

VI. Новгородское купечество. — Товарищества. — Опасности, их вызывавшие

VI. Новгородское купечество. — Товарищества. — Опасности, их вызывавшие

Купцы новгородские, в торговом отношении, составляли компании или артели, сообразно или направлению своей торговли, напр.; купцы заморские, купцы низовские, или же по предметам торговли, например, купцы-прасолы, то есть торгующие съестным товаром, купцы-суконники, торгующие сукнами, рыбные, хлебные и пр. Соединяясь между собой в торговое товарищество, они принимали покровительство какой-нибудь церкви и святого патрона. Это видно из Всеволодовой Грамоты, где указывается до некоторой степени состав такого товарищества, называвшегося Ивановским, под покровительством св. Иоанна-на-Опоках. Каждый член компании, вступая в нее, обязан был давать вклад в пользу всего товарищества (пятьдесят гривен серебра) и сверх того жертвовать на церковь св. Иоанна 29 V2 гривен серебра. Это делалось один раз и называлось «вложенье» в купечество. Купец, сделавшись таким образом членом товарищества, назывался, по отношению к этому товариществу, «пошлый купец» и оставался им до смерти; — дети его уже сами собой, без собственного личного вклада, были, как родители, членами товарищества. Они выбирали из среды себя двух старост для управления делами торговыми и для торгового суда. Сверх того, выбирались трое старост от житых людей и тысячекий от черных (неизвестно, был ли он общий тысячскнй или особый для товарищества). Эта компания имела особое значение торговли воском и освобождалась от власти посадника. Впоследствии торговое значение ее расширилось. При церкви св. Ивана-на-Опоках производился вес, и не только воск, мед, но и другие товары входили в круг торговли ивановского купечества: олово, свинец,_железо, ладан, квасцы и даже скот, который для продажи в городе пригоняли к Ивану-на-Опоках и там брали за него пошлины. Так было еще в XII-м веке. Во всей Европе в средние века были такие товарищества, и самый немецкий двор представлял такую компанию под покровительством святого Петра. Из актов, относящихся до сношений Новгорода и Пскова с немцами, видно, что новгородские купцы торговали компаниями с Ганзой и ли-вонцами, которые также составляли компании. В делах, возникавших между ними, сношения делались от целой компании, и все члены, называвшиеся складчики, считались ответственными по делам своего товарищества; напр., в акте, относящемся до первых годов XV-ro века, жалуются сыновья нескольких отцов, предъявляя требование на внуков колыванского посадника в 400 рублях[141].

Не может быть, чтоб ивановское купечество составляло единственный, Исключительный факт в новгородской торговле; есть больше вероятия думать, что, кроме ивановской, существовали и другие артели. Всеобщность этого способа торговли была слишком развита в те времена и истекала не из прихоти какого-нибудь князя, а из духа времени. Под церковью св. Ивана-на-Опоках хранились товары ивановской компании; но известно, что и под многими другими церквами хранились товары, например, в Успенской, Пятницкой, Дмитревской; те купцы, которые таким образом поверяли свои товары одному месту, непременно должны были иметь между собой общую связь и признавать покровительство той церкви, где сохранялось их достояние. Притом же есть указание, что одну церковь, именно Пятницкую, строили купцы заморские, следовательно, и эта церковь имела одно значение для кружка купцов, посвятивших себя одной ветви торговли. От этого-то иноземные торговцы и обязаны были давать дар этой церкви: она была покровительной церковью той компании, которая вела с ними преимущественно торговлю, покупала у них товары. Так же точно в Русе построили церковь Бориса и Глеба купцы-прасолы. Так как эта церковь имела значение для прасолов, то, без сомнения, и прасолы имели между собой связь, составляли товарищество. Церкви в новгородском мире вообще имели торговое значение: в церковных подвалах хранились товары; в самых церквах держались лари, где лежали книги, куда записывались торговые сделки, так что как скоро делалось что-нибудь письменное, то один экземпляр оставался в церкви и в случае спора служил доказательством справедливости. Эти товарищества и были причиной того, что в Новгороде почти все старые церкви делались с подвалами, приспособленными к хранению товаров.

Артельное устройство, соединявшее купцов, было также у промышленников и ремесленников. По известию новгородской скры, лоцманы, проводившие иноземные суда, составляли артели и имели старосту, которого немцы называют альдерманом. Одна такая артель занималась проводом судов по Неве, другая по Ладожскому озеру, третья по Волхову. Рыболовы составляли также товарищества, и это древнее обыкновение до сих пор соблюдается у ильменьских рыболовов. Без сомнения, поводом к образованию товариществ более всего располагали опасности, которым подвергалась торговля повсюду. Выше было сказано, как часто нарушались дружелюные отношения с иноземными торговцами. Как только вспышка с Орденом, — Ганза становится в неприязненное отношение к Новгороду: немцы задерживают новгородских купцов, новгородцы то же делают у себя с немцами. Самая форма товариществ в торговле, предохраняя от опасностей, служила им и поводом; напр., новгородцы по делу частному за оскорбление купцов своих взыскивали на всех вообще немецких гостях. Дожидаясь, напр., послов с Готланда, которые должны были уладить возникшие споры, новгородцы задерживали купцов на немецком дворе. Так же точно по какому-нибудь недоразумению со стороны новгородцев или псковичей немцы арестовали и конфисковали товары русских людей, неприглашенных вовсе к делу и непричастных вовсе к недоразумениям.

Плавание по Балтийскому морю не было безопасно от разбойников. Иногда шайки их, под предводительством знатных дворян, были до того сильны, что государства обращались с ними, как бы с законной силой; так, в 1382 году Ганза заключила перемирие на положенный срок с морскими разбойниками. В 1386 году королева датская Маргарита заключила с ними четырехлетний мир; для поддержки на море безопасности кораблей от разбойников приморские города собирали налоги и содержали на море оборонительную стражу из судов: в 1393 году употребили для этого сбор с новгородских пошлин. Потеря от разбоев на Неве, понесенная новгородскими торговцами и убийства их разбойниками, были поводом притязаний к немецким торговцам, и города старались оградить своих купцов от таких притязаний. В 1395 году ограблены были, какими-то братьями Виталиями, новгородские купцы (Ермил Карпин, Василий Юрьев, Павел Тимофеев, Иван Константинов, Трифон Нестеров, Кузьма какой-то, называемый в немецких актах Marckemin?). Некто Якоб Абрагамсон отнял у разбойников ограбленное, и их самих предал суду на смертную казнь, а русских, взятых разбойниками, привел в Ревель.

Во Пскове торговля подвергалась еще чаще таким внезапным разорениям [142].

Северные государства давали привилегии на неприкосновенность торговцев во время войн только ганзейцам: это не простиралось на новгородцев, когда Швеция находилась во вражде с Новгородом. Даже ганзейцам давались привилегии с ограничениями: так, например, из уважения к торговле, шведский король обещал не трогать немецких купцов, отправляющихся из Германии в Новгород и обратно, и даже распространил это право на проводников из русских, сопровождавших немецких купцов; но это право предохраняло их только от умышленных нападений, а не от войска, если оно в своем движении их встречало. Новгородские купцы не были ограждены ни в каком случае, и действительно, по поводу несогласий Новгорода со шведами подвергались разграблению и убийству. В 1317 году обонежские купцы побиты немецкими и шведскими разными людьми, вошедши в Ладожское озеро. В 1338 году в Ладоге погибли новгородские купцы от немцев. В самое мирное время купцы могли подавать повод к взаимным ссорам и убийствам. Случаи, предупреждаемые в договорных грамотах с иноземцами, уже через то самое показывают, что они были явлениями не исключительными; например, предупреждается, сколько брать вознаграждения, если купец оскорбит чужую жену или дочь, или собьет с головы у женщины убор; из этого видно, как дерзки могли быть торговцы в чужой стране. Разумеется, договор о том, сколько следует платить в таком случае, не исполнялся, потому что нельзя было обязать законом мужа или отца довольствоваться пеней, и, конечно, были такие, что вместо того, чтоб взять по суду сорок гривен кунами, да другие сорок в пользу оскорбленного лица женского пола, предпочитали лучше самому убить оскорбителя и заплатить десять гривен серебра, как в том же договоре показано. Как всегда бывает в обществе, где прочное сознание обоюдных выгод не заставляет одного человека уважать другого, торговец смотрел на чужого торговца как на своего врага, которого надобно обмануть. В том же договоре с Ганзой говорится о том, как поступать тогда, когда варяг должен русскому или русский варягу и станут запираться. Конечно, были случаи, что по поводу взаимных несправедливостей по торговле купцы разведывались сами собой, вместо того, чтоб судиться. Мы уже из предыдущего обзора видели, что вся история торговых отношений Новгорода и Пскова к немцам есть ряд беспрерывных взаимных недоразумений, в силу которых опасность, постигшая одного купца, переходила на всех.

Кроме всех этих опасностей, сопровождавших новгородца в торговле иноземной, его встречали еще опасности от природы; плавание было мало ограждено от воздушных перемен; искусство было мало развито, и если торговый плаватель избегал опасностей от людей, то мог погибнуть от бурь.

В русских странах новгородский торговец не был изъят от повсеместных опасностей. При распрях, возникавших у Новгорода с русскими князьями, за изгнание их родственников из Новгорода часто терпели купцы, захваченные врасплох в земле, недовольной на новгородского князя. Так в 1215 году князь Ярослав Всеволодович задержал гостей новгородских и ограбил их. В 1273 году новгородскую волость воевал Святослав с тве-ричами и тогда у «гостинников по Низовской Земле товары отымаша». В 1323 году, во время несогласия Новгорода с Устюгом, устюжане ограбили новгородцев, ходивших в Югру, конечно, с промышленной целью. В 1372 году во время войны Новгорода с Михаилом тверским с обеих сторон пострадали торговцы. Новгородцы поймали, ограбили и некоторых перебили из тверских торговцев, захваченных в Торжке; а Михаил, взяв Торжок, ограбил всех купцов новгородских и новоторж-ских. Независимо от того, что торговцы попадали в ратное время к неприятелю, они делались жертвой и разбойников; в особенности в XIV веке заметен в Русской Земле вкус к разбоям. Так, в договоре второй половины XIV века новгородцы жалуются, что их купцы ограблены перед Невой немецкими разбойниками; из новгородцев самих были такие же молодцы: охота ушкуйничать тогда была обычна. Когда одни ездили торговать, другие гнались за торговцами и грабили их. Все это заставляло купцов держать оружие и отправляться в торговый путь, как в военный поход. Купец новгородский был вместе и воин, и мы видим купцов вместе с боярами на сражении.

Опасности не миновали купца и в городе. Новгород и другие торговые города севера часто опустошались пожарами. Предохранением служили каменные церкви, но и туда достигал огонь, особенно к тем товарам, которые лежали в самой церкви, а не в подвале. Так, в 1299 году сгорела церковь Иакова в Неревском конце и тогда погорело много товаров и в других церквах. Часто во время всеобщей суматохи, произведенной пожаром, в церкви врывались молодцы и расхищали достояние торговцев. Иногда же и без огня молодцы в Новгороде составляли шайки и нападали на торговцев.

Среди такого государственного склада, где личная свобода мало обуздывалась установившимся сознанием святости определенных форм, богатый и знатный человек, возвысившись над другими, легко мог подвергнуться внезапной опасности и потерять все зараз: так и купцы новгородские терпели во время народных бедствий, когда масса злобствовала вообще на всех, кто не разделял с ней ее страданий; так, например, во время голода бедные грабили зажиточных; тогда-то доставалось богатым торговцам.

Новгородская контора Ганзы: Торговле — время, потехе — час | Советы туристам в Германии | DW

История немецкой Ганзы. Часть IV

Контора (Kontor) Ганзейского союза в Великом Новгороде в эпоху Средневековья на протяжении нескольких столетий была главным посредником в торговле между русскими землями и Западной Европой. Ее история тесно связана с судьбой Новгородской республики (1136-1478).

Купеческий дом в Штральзунде

Главными покупателями западных мануфактурных товаров, сукна и предметов роскоши, которыми торговали ганзейские купцы, были русские бояре, хотя одними этими товарами и покупателями дело, конечно, не ограничивалось. Так, в хрониках за 1230 год содержатся записи о большом количестве доставленного немцами зерна, муки и других продуктов, что помогло смягчить последствия неурожая и голода в новгородских землях. Ну, а из России в Западную Европу вывозили пушнину, пчелиный воск, пеньку…

Путь в Россию лежал через Готланд

В самом начале XII века скандинавские купцы с балтийского острова Готланд основали в этом древнерусском городе первую иноземную факторию — Готское подворье с церковью Святого Олафа. Во второй половине этого же столетия на Готланде в Висбю (этот город позже войдет в Ганзейский союз) стали селиться немцы, преимущественно из Любека. Постепенно они получили контроль над всей балтийской торговлей, одним из главных направлений которой стали русские земли.

По следам готских купцов и вместе с ними немцы пришли в Великий Новгород, где основали собственный Немецкий двор. В период наибольшего расцвета население города достигало 30 тысяч человек. В Новгородской конторе Ганзы проживало до 200 купцов. В целом же немецкая община насчитывала до 800 человек.

Ганзейский парусник в Любеке

Купцы, приезжавшие на лето (Sommerfahrer), жили в Новгороде с апреля по октябрь. Прибывавшие им на смену «зимовщики» (Winterfahrer) оставались до весны. Зимняя «смена» считалась более выгодной, так как совпадала с сезоном заготовки пушнины.

Конфликты и зависимость

Если в конторе не хватало места, немцы селились у русских, а ученики купцов некоторое время специально гостили в боярских семьях, осваивали язык. В свою очередь, сама контора оставалась территорией закрытой и хорошо охраняемой. Немецкие купцы имели право приводить русских партнеров или гостей только днем. Конфликты были нередки, но взаимная зависимость, как правило, приводила к обоюдовыгодным компромиссам, хотя за всю свою историю новгородская контора несколько раз закрывалась и годами потом пустовала.

Поездки в Новгород считались самыми выгодными, приносили больше всего прибыли ганзейским купцам. Натуральный воск, так сказать, источник света Средних веков, был более надежным товаром, чем пушнина, и стабильно давал 10-15 процентов прибыли. На мехах теоретически можно было заработать куда больше, но спрос на них был менее стабильным.

Штральзунд

Торговля осуществлялась бартерно, или товары оплачивалась серебром. Каждый из немецких купцов мог посещать Новгородскую контору только один раз в году, имея при себе товаров не более чем на тысячу марок. За соблюдением этого правила строго следили, чтобы не вызывать зависти у тех или иных конкурентов. Ее и так хватало. Друг другу доверяли, но и проверяли. Так, на ночные дежурства в церкви Святого Петра, в которой хранились наиболее ценные товары, не могли одновременно выходить помощники одного и того же купца или родственники…

Особенности четырех контор

При всем интересе к Новгороду следует упомянуть и особенности других контор. Если новгородский филиал считался самым прибыльным, то контора Ганзы в Лондоне — знаменитый Stahlhof — имела больше всего торговых привилегий от местных властей. В Брюгге возникало больше всего конфликтов по поводу тамошних привилегий, а в далеком норвежском Бергене, где зимы были особо длинными и скучными, купцы придумывали больше всего разных развлечений. Эту контору называли самой веселой — разумеется, в средневековом понимании этого слова…

Портрет ганзейского купца

Вновь прибывших в Берген учеников перед приемом в купеческое товарищество сначала секли розгами, затем несколько раз окунали с головой в ледяную морскую воду. Далее они, в чем мать родила, пели песни перед всей гильдией. Затем кандидата подвешивали в дымоходе над огнем, задавая всякие каверзные вопросы. Заканчивалось испытание лишь тогда, когда будущий купец почти терял сознание.

Среди ганзейской элиты в Любеке бергенская купеческая компания пользовалась наименьшим уважением, относились к ней свысока, но среди ее членов было больше всего богатых купцов, сделавших свое состояние буквально с нуля, а не унаследовавших стартовый капитал от родителя.

Роспись в церкви Св. Николая в Штральзунде — храме купцов, ходивших в Великий Новгород

… и другие развлечения

Играть в шахматы, карты, другие настольные игры на деньги или товар было, как правило, запрещено. Еще одним распространенным развлечением не только в Бергене, но и в Лондоне, вдали от родного дома и очага, были услуги проституток. Древнейшая профессия в местах с большим количеством иноземных купцов процветала.

Жриц любви было запрещено приводить на территорию контор, но это правило часто игнорировалось. Из-за проституток между купцами нередко разгорались споры, доходившие до рукоприкладства. Своим внебрачным детям бергенские купцы нередко оставляли часть имущества, о чем свидетельствуют дошедшие до наших дней завещания.

Ну, а в Новгороде, помимо настольных игр, любимым занятием немцев в свободное от торговли время была охота, что нашло отражение в оформлении скамеек их гильдии в церкви Святого Николая в Штральзунде. Развлекались и по-другому. В одном из случайно обнаруженных письменных свидетельств, датированных 1416 годом, говорится о бане, в которой новгородские немцы забавлялись с русскими подружками… Официально Ганза не приветствовала такого рода «контакты», не говоря уже о русской стороне.

В церкви Св. Николая

Возникновение конторы в Новгороде

Датой устройства Новгородской конторы принято считать 1189 год. 1192 годом датирована запись о строительстве немецкой ропаты (то есть иноверческого молитвенного дома) — храма Святого Петра, большого, каменного, с тремя нефами.

В эти же годы были заложены юридические основы для ведения торговли и решения конфликтов. Договор между немецкими купцами и Новгородом содержал взаимные обязательства по обеспечению безопасного пути, а также предусматривал наказания и штрафы за нападения на торговые караваны. По новгородским землям немцев сопровождали специальные русские посланники. В противном случае новгородцы снимали с себя ответственность за возможные происшествия.

Ганзейская география

Новгород был в это время далеко не единственным русским городом, развивавшим торговлю с немцами. Так, в 1229 году был заключен договор со смоленским князем. От ганзейского купеческого товарищества свои подписи под ним поставили четыре представителя Риги, один — Бремена, три — Готланда, по два — из Дортмунда, Зоста, Мюнстера, Любека и Гронингена. Это наглядно демонстрирует географию Ганзы в начале ее существования, то есть до перехода из купеческой стадии в городской союз.

Кирпичная готика

Купцы-заложники

Вопреки практике, широко распространенной в Средние века по всей Европе, первое и последующие ганзейско-новгородские соглашения (а одна из грамот была скреплена печатью Александра Невского) запрещали привлекать купцов к коллективной ответственности по национальному признаку. Это стало одним из важных условий для успешного развития торговли. Говоря другими словами, стороны обещали друг другу не заключать под стражу всех немецких или всех новгородских торговцев на своих территориях и не налагать арест на их товары в случае возникновения претензий к одному из них.

Правда, порядок этот неоднократно нарушался, что приводило к конфликтам. Своего пика они достигли в последние десятилетия XIV века. В результате в 1388 году Ганза запретила своим купцам ездить в Новгород. Убытки от бойкота терпели обе стороны.

Переговоры c участием «длиннобородых гордых мужей» из ганзейских городов продолжались несколько лет и закончились в 1392 году заключением Нибурова мира, названного в честь немецкого посла — бургомистра Любека Иоганна Нибура (Johann Nibur). Завершили его по русской традиции целованием креста. Нибуров мир (Kreuzküssung Nieburs) считается одним из мастерских достижений ганзейской дипломатии. Однако он не помог Ганзе, когда московский князь Иван Великий решил разогнать торговую контору после разгрома Новгородской республики.

Заклятые друзья по Средневековью | Портал 53

В августе нынешнего года в Риге должны состояться очередные, 41-е Международные Ганзейские дни. Если, конечно, пандемия не помешает очной  встрече европейских городов, подружившихся на почве исторической памяти.

Если строго, то точную дату появления на свет Ганзейского союза учёные не согласовали по сей день. Часть из них считает, что эпохальное событие произошло в 1158 году, когда купцы из Любека, активно торговавшие  в Балтийском море, основали на острове Готланд свою торговую компанию «Товарищество посещающих Готланд купцов Римской империи». И был создан совет товарищества из 36 заседателей с двумя сопредседателями.

В принципе, от этой даты и можно исчислять возраст Ганзейского союза. Ведь  Hanse в переводе с готского (древнего восточно-германского) языка означает «союз, товарищество». А термин «Ганзейский союз» – банальная тавтология, существующая лишь в русском языке.

Drang nach Osten

Однако оставим этот спор без надежды на согласие. Вернёмся в 1158 год. Купцы Любека, Брауншвейга и Гамбурга, составлявшие костяк товарищества, быстро поняли выгоду торговли на восточных территориях и добились от правителя Саксонии герцога Генриха III Льва, чтобы им предоставили самостоятельность на их деле. Герцог пошёл им навстречу и даже освободил от торговых пошлин, чтобы немцы стали конкурентами остальным купеческим группировкам. Кроме того, в Любеке по приказу Генриха III вскоре построили корабельную верфь. На ней строили когги, корабли длиной 25 м, способные перевести 200 т груза, сколько брали четыре новгородских ладьи.

Разумеется, это ещё не была та Ганза, которая многие годы торговала с Новгородом. Это был союз купцов, а не городов. Но Готланд находился приблизительно на середине пути из Любека в Прибалтику, и довольно скоро интересы немцев из Любека и новгородцев пересеклись. Причём немецкое товарищество на Готланде хотело не просто торговать, но заключить отдельное соглашение с Новгородом. В 1191 году им это удалось. «Ходити новгородцю послу и всякому новгородцю в мире в Немеческу землю и на Гъцкий (Готский) берег; такоже ходити немчем и готяном в Новгород без пакости, не обидимъ никымже», – так начинался текст этого документа.

Иногда этот договор датируют 1188 годом. Сие сомнительно, потому что импульсом к заключению такого соглашения стал конфликт, имевший место именно в 1188 году, когда «рубоша (посадили в поруб, тюрьму) Новгородце Варязи на Готех, а Немеце в Хоружьку и в Новотържце, а на весну непустиша из Новагорода ни одиного мужь за море, а посла вдаша (вернули) Варягом, но пустиша его без мира». Из этой записи в Новгородской 1-й летописи даже Карамзину было непонятно: «Кто и кого рубоша? Новогородцы ли Варягов, или Варяги Новогородцев? Что такое Хоружька? Новоторжцами назывались жители Торжка…».

Кстати, современный российский историк Елена Рыбина в своей книге «Новгород и Ганза» отмечает: «Со времён Карамзина, первым обратившим внимание на это сообщение, появилось немало работ, посвящённых анализу и интерпретации данного летописного текста, дискуссионный характер которого вызван неоднозначностью перевода слов «рубоша», «Хоружек» и «Новоторжец» и общего понимания происшедшего конфликта».

Вполне допустимо, что «на Готех», на Готланде, потерпевшей стороной были новгородцы, а «в Хоружьку и в Новотържце» – немцы. Но нас в данном случае интересуют не топонимы, а то, что столкновение имело место. И вскоре начались переговоры, так как рвать связи никто не хотел. Не удержусь от пометки: конфликт произошёл в тот (1188) год, когда император Священной Римской империи Фридрих I Барбаросса дал «русским, готам, норманам и другим народам Востока» право беспошлинной торговли в Любеке. Возможно, это совпадение, стечение обстоятельств. А может быть, льготы, предоставленные иноземцам, разбудили нездоровые настроения у ганзейцев. Хотя последнее маловероятно.

Во глубине веков

Готланд и Новгород знали друг о друге давно. Например, Елена Рыбина в вышеназванной книге пишет: «Об устойчивых связях Новгорода с южно-балтийским побережьем в раннее время свидетельствует состав сплавов изделий из цветных металлов. При их металлографическом анализе обнаружилось, что сплавы новгородских изделий X–XI вв. тождественны сплавам подобных изделий, происходящих с южно-балтийского побережья».

«Начало торговых сношений Новгорода с Западом относится ко временам отдалённой древности, когда ни Новгород не был «великим», ни ганзейские города нижней Германии с Любеком во главе ещё не существовали, – читаем в книге Михаила Бережкова «О торговле Руси с Ганзой до конца XV века» (1879). – Только в XII веке Новгород вступил в непосредственныя сношения с заморскими Немцами; ранее он находился в торговле с Варягами острова Готланда… В самом Новгороде колония готландских купцов существовала по крайней мере с половины XII века; церковь, ею построенная, горела уже в 1152 году*… Вскоре за Готами в Новгород стали ездить и немецкие купцы, т.е. члены общаго купечества, имевшаго свой центр в Готланде». 

* «Церквий сгоре 8-мь, а 9-я Варязьская», уточняем через Новгородскую 1-ю летопись.

В своей фундаментальной (по сей день цитируемой) работе «История экономического быта Великого Новгорода» российский исследователь Александр Никитский писал, что «на присутствие готландцев в Новгороде указывает уже то обстоятельство, что во время голода 1128 года новгородцы отдавали своих детей гостям [купцам], которые развозили их по чужим землям… Но ещё более о пребывании готландцев в Новгороде, и при том в значительном количестве, свидетельствует  присутствие в Новгороде варяжских попов, к которым новгородцы носили детей на молитву».

Из этого вывод: Новгород ценил торговые связи с Готландом, который становился центром «Товарищества посещающих Готланд купцов Римской империи», зарождающейся Ганзы (как союза городов, а не купцов). Тем более, что неурожаи в XII веке в Новгородской земле были не редкость. Из-за них в 1128 году «кадь ржи стоила 8 гривен (в 6,5 раза выше обычного), люди ели кору, трупы», в 1169-1170 годах и в 1188-м та же кадь продавалась по 6 гривен.

В объятиях голода

«Рост цен был вызван ростом населения Новгорода; в середине XII — начале XIII века город увеличивается в размерах, рядом со старыми кварталами появляется «окольный город», который опоясывают новые городские стены. Площадь внутри этих стен составляет 200 гектаров, и специалисты оценивают население Новгорода в 30-35 тысяч человек, – читаем у Сергея Нефёдова в работе «О демографических циклах в истории средневековой Руси» (2002). – В то же время на селе сложилась иная ситуация: по имеющимся данным население долины Ловати не только не возросло, но даже уменьшилось… Урожаи падали, и постепенно нарастала нехватка продовольствия; купцы привозили зерно в Новгород из Смоленска, Полоцка, Суздаля и даже «из-за моря».

Существенно, что Анна Хорошкевич в работе «Торговля Великого Новгорода с Прибалтикой и Западной Европой в XIV–XV вв.» (1963) обращает внимание: «Отсутствие упоминаний вплоть до конца XVI века ремесленников-текстильщиков вызывает сомнение в существовании [в Новгороде] городского ткачества. Даже простое сукноваление было развито плохо. К концу XVI века в Новгороде было всего 6 сукновалов». А по мнению Валентина Янина («Происхождение Новгорода», 1971), «Новгород, как показывают раскопки, был городом не ремесленников и торговцев, а богатых бояр-землевладельцев, имевших обширные владения во всей земле, но живших в Новгороде».

Если воспользоваться современной терминологией, Готланд, а позднее – Ганза, поставляли нам продукты «высоких технологий»: металлы, оружие, шерсть, зерно, соль, вино. А мы – сырьё: меха, воск, мёд. Причём, например, постановлением совета  Ганзы от 1346 года была запрещена покупка у новгородцев обработанных мехов (Schluter Wolfgang. Die Nowgoroder Schra in sieben Fas-sungen vom XIII bis XVII Jahrhundert – «Новгородская скра (книга законов) в семи вариантах с XIII до XVII веков», 1911 г.). А  за два года (1399 и 1402) купцы Тевтонского ордена вывезли из Новгорода 300 тыс. шкур белки (Михаил Лесников,  «Торговые отношения Великого Новгорода с Тевтонским орденом в конце XIV — начале XV в.»)**.

** «Исторические записки», Вып. 39. 1952 г.

Давайте жить дружно

При всём при том, первый из дошедших до нас (записан на листе соглашения между Новгородом и Ганзой от 1263 года) договор 1191 года не стал документом одностороннего порядка. Да, договор гарантирует безопасность иноземным купцам на нашей территории, если их будут сопровождать новгородские купцы и послы: «А если убьют купчину новгородского или немецкого купчину в Новгороде, так за ту голову – 10 гривен серебра». Кроме того, оговаривалось, чтобы «немчина не сажати в погреб в Новегороде, ни новгородца в немцах, но емати (взимать) своё у виновата». Далее договор обеспечивает свободу торговли и запрещает конфискацию товара, если возникает спор с иноземным или новгородским купцом, «Оже родится тяжа в (тяжба у) Немцехъ (к) новгородцю, любо немчину Новегороде, то рубежа не творити, на другое лето жаловати, оже не правять, то князю явя и людемъ, взяти своё у гости, оже тяжа родится в Новегороде».

Тот факт, что характерной чертой документа является его противодействие насилию в общечеловеческом порядке (а не защита именно купечества), объяснить можно лишь следствием серьёзности конфликта, который и подвиг к заключению договора. Например: «А оже мужа свяжют без вины, то 12 гривн за сором (позор, оскорбление)… Оже ударят мужа оружеем, либо колом, то 6 гривн за рану… Оже убьють таль или попъ новгороцкое или немецкъе Новегороде, то 20 гривнъ серебра за голову… Оже кто робу повержет (рабу обидит) насильемъ, то не соромить, а за обиду гривна… Оже пошибает мужеску жену любо дочерь, то князу 40 гривен ветхыми кунами, a жене или мужеское дчери 40 гривен кунами» и т.д.

И всё-таки наше сотрудничество на начальном этапе носило несколько дискриминационный характер. Например, Немецкий двор, возведённый в Новгороде в 1192 году (вскоре после подписания договора), был более чем автономен в своих законах. Купцов судили руководители двора. Новгородский суд подключался лишь в случае конфликта с новгородцами. Штрафы на иностранцев шли в кассу храма св. Петра, что стоял во дворе.

Вокруг ограды двора должно было быть чистое место (без построек) на восемь шагов, играть у ограды было нельзя даже детям. Купцы были освобождены от всех пошлин, кроме проездной, и символическую плату с них брали за взвешивание товара. «При покупке у новгородцев мехов и воска — главных предметов ганзейского экспорта из Новгорода — ганзейцы имели право меха осматривать, а воск «колупать» (bekloppen), то есть откалывать куски воска для проверки его качества, – читаем в забытой работе историка Натальи Казаковой «Из истории сношений Новгорода с Ганзой»***. – К покупаемому меху ганзейцы могли требовать наддачи (upgift), которая являлась своего рода компенсацией за возможную недоброкачественность товара… Новгородцы при покупке ганзейских товаров подобных прав не имели. Сукна, пользовавшиеся в Новгороде большим спросом, ганзейцы продавали поставами — лакенами (laken). Лакен сукна должен был иметь в длину 44 локтя. Но покупатель мог проверить его длину только дома, ибо при покупке осматривать и промерять сукно не разрешалось. Соль продавалась мешками, мёд и вино — бочками. Мешки соли, так же, как и бочки мёда и вина, должны были содержать определённый вес — 20 ливонских фунтов, но ни взвешиванью, ни измеренью они не подлежали».

*** «Исторические записки». Вып. 28, 1949 г.

Логично, что такой порядок рано или поздно Новгород захотел бы изменить. В XIV веке вольница ганзейских купцов была ограничена: торговать только в Новгороде! Ганзейцам запретили заключать сделки с купцами из других русских земель. А с иноземными купцами это дозволялось в присутствии новгородских купцов. «Мы не знаем обстоятельств, при которых были введены эти ограничения, – писала Наталья Казакова. –  Источники не дают никаких материалов для суждения о том, вызвало ли введение их энергичное противодействие ганзейцев, или же ганзейцы сравнительно скоро с ними примирились. Скорее можно предположить последнее…».

Отнюдь! В 1371 году ганзейцы составили и передали новгородцам для подписи проект нового договора о торговле. Причём, Казакова противоречит сама себе: «В скандинавских государствах, Англии, Фландрии и других европейских странах развитие промышленности и торговли привело к тому, что уже с конца XIV в. в одних странах в более яркой форме, в других — в менее яркой началась борьба против ганзейцев, целью которой являлось ограничение ганзейских привилегий и покровительство национальному купечеству». Фактически она встаёт на сторону немецкого историка Ерика Даэнеля, который в своей книге «Расцвет немецкой Ганзы» (1905) напоминает, что с 1371 года в европейских государствах нарастала борьба против ганзейцев, монополизировавших международную торговлю. Однако новгородско-ганзейские отношения в трактовке Даэнеля составляли исключение: о требованиях, предъявлявшихся новгородцами ганзейцам в связи с ограблениями новгородских купцов пиратами и недоброкачественностью немецких товаров, Даэнель пишет, как о чём-то случайном, отнюдь не являющемся выражением определённой  политики Новгорода по отношению к Ганзейскому союзу.

В целом же можно сказать, что в отличие от Ганзы нового времени отношения с Ганзейским союзом в средние века никогда у Новгорода дружескими не были. Были они деловыми, да к тому же с густой примесью взаимного недоверия. Это не мы были такими, это время такое было…

Геннадий РЯВКИН

В заголовке: Любек — столица Ганзы

Фото: Сергей БРУТМАН

Видеолеокция по теме Господин Великий Новгород | РВИО

Русский Север существенно отличался от всех остальных древнерусских земель. Основная масса особенностей была вызвана географическим положением региона и его природно-климатическими факторами. Это повлияло и на хозяйство, и на тип людей древнерусского Севера.

В XII–XIII веках в Низовой, по отношению к Новгороду, Руси господствовало земледельческое хозяйство. На Севере же Руси процветала международная торговля, причем основную массу русских товаров поставляли промыслы. Земледелие из-за скудности почв и холодного климата не могло прокормить северных жителей. Зато успешно развивалось ремесло.

Новгородское население отличал независимый нрав, предприимчивость и практичность. Некоторые историки даже считают, что в Новгородской земле сформировался самостоятельный субэтнос — особый культурно-психологический тип населения, существенно отличавшийся от остальных жителей Руси.

Древнейшим населением Приильменья, земель около Ладоги и Чудского озера являлись угро-финские племена. С VII века сюда начали проникать восточнославянские поселенцы — словене и часть северных кривичей. По современным научным представлениям, славянское население пришло сюда из западных, а возможно и юго-западных регионов Европы.

Долгое время единственным настоящим городом Восточной Балтики была Старая Ладога. Ее основали выходцы из Скандинавии, но потом город был взят местным населением. Через некоторое время Ладога опять была завоевана варягами. Через Старую Ладогу шла бойкая торговля северного края Восточной Европы с Прибалтикой и Северной Европой в VIII-IX веках. В середине IX века, по археологическим данным, Старую Ладогу поглотил страшный пожар — следствие войны. После город уже не восстановил былой славы, зато начали подниматься новые города, прежде бывшие городищами — племенными центрами восточнославянских и угро-финских племен: Изборск у кривичей, Белоозеро у чуди. К Х веку появился Новгород, расположенный в земле ильменских словен на Волхове немного ниже истока этой реки из Ильмень-озера. Именно Новгороду суждена была великая судьба.

Быстро росла и новгородская территория. Однако новгородская колонизация не являлась интенсивным освоением новых земель. Она сводилась к принуждению коренных племен платить Новгороду дань промысловыми товарами и к эксплуатации природных богатств колонизируемых просторов. Степень заселения обширных владений Новгорода была низка. Немалую роль в этом играли отряды ушкуйников. На легких лодках, ушкуях, ватаги вооруженных молодцов шли за рубежи Новгорода в поисках добычи. Ушкуйники везли с собой ремесленные товары, например, железные топоры, ножи, чтобы обменять их на пушнину. На востоке ушкуйники добрались даже до Приуралья, богатого мехами и серебром. В XIII-XIV веках эти полуразбойники-полуторговцы принялись нападать на земли по Верхней Волге.

Новгород возник не так, как большинство русских городов. Обычно город рос вокруг крепости. На месте же Новгорода в древности (в начале Х века) располагалось два не соприкасавшихся друг с другом поселка. Они лежали на землях будущих Неревского и Людина концов Новгорода. Судя по названию этих концов, на месте Неревского конца жили угро-финские поселенцы из племени Меря, а рядом свободные общинники из ильменских словен. Позже рядом с ними была возведена крепость (детинец). Именно детинец в ранних летописях и назывался Новгородом. По отношению к старым поселкам он был «новым городом». Крепость сплотила в единый город Неревское (Меревское) и Людина поселения, а также возникший на противоположном берегу Волхова Славенский конец. Каменный детинец в Новгороде возвели около 1044 года.

Новым городом детинец стал и по отношению к Старой Ладоге, и по отношению к Рюрикову городищу, где некогда сидел приглашенный на княжение словенями, кривичами, мерей и чудью Рюрик.

Волхов делил Новгород на две части Софийскую и Торговую. Торговую сторону прозвали так по расположенному там рынку. На Софийской стороне стоял детинец и Софийский Собор, построенный в середине XI века при Ярославе Мудром. Софийский собор стал символом Новгорода. Когда новгородец шел в бой, он клялся «умереть за Святую Софию».

Со временем Новгород рос. Появились новые концы: Загородний и Плотницкий. Концы разделялись улицами, вдоль которых располагались усадьбы горожан. Дома, хлева, подсобные постройки, колодцы, огороды были обнесены глухими заборами в рост человека, а то и выше. На улицу смотрели ворота да задние стены без окон. Городские дворы были деревянные, лишь у некоторых бояр в XIV-XV веках появились каменные терема.

Владения Новгорода делились на 5 пятин. В каждой имелся староста. Он часто происходил из местных жителей, но обязательно из крещеных. За данью для Новгорода приезжали люди из столицы, причем определенная часть налогов из пятин поступала в кончатские «бюджеты». Каждый новгородский конец «курировал» свою пятину. Неславянское население пятин платило дань ценной пушниной, продуктами морского и речного промысла, мелким речным жемчугом, охотничьими соколами, гагачим и лебяжим пухом, драгоценными камнями и металлами (районы Приуралья).

В новгородских «пригородах» — Пскове, Ладоге, Изборске, Торжке, установились порядки, похожие на новгородские. Эти города, являясь частью новгородских владений, имели значительную автономию. Впоследствии — в XIV веке — Псковская земля выделилась из Новгородской. Возникла самостоятельная Псковская республика, с вечевым строем, при котором верховенство имели местные боярско-купеческие кланы. Представители пригородов иногда участвовали в новгородском вече.

Гордостью жителей являлись каменные церкви, построенные часто в складчину обитателями той или иной улицы. Толстостенные, небольшие, со строгими формами, почти лишенными украшений, эти храмы напоминали самих новгородцев — решительных и надежных. Самыми известными храмами Новгородской земли считаются Софийский собор, храмы Антониева и Юрьева монастыря, церковь Спаса на реке Нередице, церковь Федоро Стратилата.

Новгородцы гордились своим городом. В одной новгородской былине рассказывалось, как местный боярин Ставр, не стесняясь, заявил великому киевскому князю Владимиру Красное Солнышко, что крепостные стены Киева не идут ни в какое сравнение с оградой его новгородской усадьбы, а великокняжеская казна беднее казны Ставра.

Новгородские жители были весьма зажиточны. Горожане могли приобретать серьезное военное вооружение и доспехи. Их городское ополчение в XII-XIV веках прославилось своей тяжеловооруженной пехотой. В бою новгородцы были смышлены и дерзки. В знаменитой Липицкой битве (1216 г.) новгородцы во многом решили исход битвы в пользу князя Мстислава Удалого и его союзников. «Как хотите сражаться — пешими или на конях?» — спросил новгородцев Мстислав. «Не хотим умирать на конях, но хотим биться пешими, как делали наши отцы», — ответили новгородцы и, невзирая на огромное численное превосходство суздальцев, сбросили сапоги и бегом устремились на врагов. Неожиданный и отчаянный их удар поверг в замешательство владимиро-суздальские полки и вдохновил княжеские дружины Мстислава и его союзников — смоленского и ростовского князей. Ратный подвиг босых новгородцев был увековечен в древнерусской «Повести о битве на Липице».

В Новгороде необычайно широко была распространена грамота. Археологи нашли более 1000 берестяных грамот X-XIV веков. Интересно, что писали их представители всех социальных слоев Новгорода — от холопов до господ.

Ни один русский город не вел такой обширной торговли, как Новгород. Новгородские гости-купцы постоянно ездили вниз по Днепру, и из Киева сами или через южнорусских посредников налаживали торговые связи с Византией. Торговали новгородцы также на побережьях Балтийского моря, ездили в Скандинавию. На острове Готланд они имели свой торговый двор, а готские гости завели такой же двор в Новгороде. Купцы Готланда в XI-XII веках были основными партнерами новгородцев на Балтике, потом эта роль перешла к северо-германскому союзу городов (Ганзе), возглавляемому городом Любеком.

Новгородская экономика прошла в своем развитии два периода. На протяжении X-XII веков — так называемого «денежного периода» — происходило накопление ресурсов в руках местной элиты: «нарочитой чади», младших дружинников, княжеских мужей, купцов, состоятельных ремесленников. Деньги во всех их видах и формах (гривны серебра, восточные монеты, ценные меха, вещи и т.д.) присутствуют во многих берестяных грамотах новгородцев той поры. Однако и торговля, и ремесло являлись лишь вершиной айсберга новгородского хозяйства. Основу хозяйственной жизни Новгорода, его богатства составляли боярские вотчины, в которых накапливались добытые промыслами товары.

В XII-XIV веках начался вотчинный период. Самым ценным и часто упоминаемым стала земля, на которой можно было вести промысловое хозяйство, попутно занимаясь подсобным земледелием и скотоводством. Владели вотчинами в Новгородской земле не отдельные люди, а целые боярские роды — патронимии. Вотчины были разбросаны по лесной округе. Каждое поколение боярского рода приращивало к патронимии новые земельные владения. В итоге патронимии не дробились, а только росли. Ценилась в них не пахотная малоплодородная земля, а промысловые угодья: чащи, где водился пушной зверь; деревья, на которых жили дикие пчелы, и можно было культивировать бортничество; речные и озерные ловли рыбы. Зависимые крестьяне, в Новгороде называемые сиротами, платили большую часть оброка промысловыми товарами: мехом, кожей, воском, медом, рыбой и другим.

Новгородские свободные простолюдины, по-здешнему, — смерды, арендовали у бояр промысловые участки, отдавая в счет арендной платы часть своей промысловой добычи. В итоге основная масса товаров, которыми торговал Новгород с зарубежьем и русскими княжествами, производилась в вотчинах-патронимиях и концентрировалась у бояр. Бояре оптом продавали промысловые товары купцам, а те уже вели розничный торг, являясь лишь посредниками между вотчиной и покупателями. У бояр приобретали или получали в долг под будущую продукцию сырье ремесленники. Бояре часто выступали организаторами экспедиций ушкуйников и купцов, снабжали их продовольствием, оружием, деньгами. Некоторые бояре не ограничивались оптовой торговлей, а вели через своих людей и розничную.

Надо сказать, что иногда купцы, разбогатев, покупали землю, заводили вотчины и превращались в бояр. Богатые люди Новгорода, купцы и бояре могли заниматься ростовщичеством. Это было выгодное занятие, так как в те времена устанавливали очень высокие проценты (резы). Если человек взял в долг одну новгородскую гривну (196 г серебра), то от него могли потребовать от полутора до двух с половиной гривен при возвращении долга.

Почти вся городская земля Новгорода принадлежала боярам. Они строили на ней городские усадьбы. В одних усадьбах жили сами бояре, другие сдавались купцам, ремесленникам, духовенству, черному люду. Естественно, что арендаторы усадеб сильно зависели от хозяев, особенно после того, как в голод или после пожара брали у бояр в долг.

Таким образом, в боярскую вотчину (патронимию) упиралась вся новгородская экономика. Стоило разрушить в Новгороде патронимии, сразу пришли бы в упадок и торговля, и ремесло.

В Западную Европу новгородцы поставляли меха, мед, воск, моржовую кость, ценные сорта засоленной рыбы, жемчуг северных рек, лен, коноплю, ремесленные изделия (в частности русские булатные мечи). В западноевропейские страны через Новгород также шли транзитные византийские и восточные товары — шелковые ткани, паволоки — шелковые ткани, вышитые серебряной и золотой нитью, парча, ювелирные украшения, предметы роскоши, оружие. Покупали новгородцы у европейцев вино, пиво, серебряную и оловянную посуду, замки, различную металлическую утварь и другую ремесленную продукцию — кожу, пергамент, стекло, сукна разных сортов (особенной популярностью у русских пользовались ткани красного цвета).

Европейские гости в Новгороде имели некоторые ограничения в пользу местного купечества: они могли продавать свои товары только оптом и только новгородским купцам. Заниматься выгодной розничной торговлей и заключать торговые сделки с купцами из других русских земель иноземцам не разрешалось.

Западные товары новгородцы везли в низовые княжества: Полоцкое, Смоленское, Владимиро-Суздальское, Киевское, Черниговское, чтобы взамен получить хлеб. Кроме продовольствия, в низовых землях новгородцы закупали кожи и меха, главным образом, для перепродажи.

Новгородские купцы были объединены в торговые товарищества (братчины): купцов-суконников, купцов, торгующих воском, купцов-рыбников, «заморских купцов» и т.д. Каждая такая гильдия имела казну и устав, находилась под покровительством святого какой-нибудь церкви. Например, известна влиятельная гильдия торговцев воском при церкви Святого Иоанна на Опоках. Чтобы стать настоящим — «пошлым» — новгородским купцом, надо было внести вклад на церковь и в казну братчины. В церковных подвалах от пожара и разграбления купцы совместно хранили товары и записи сделок. В путь гости уходили не в одиночку, а торговыми караванами с вооруженной охраной.

Новгородцы изготавливали несколько типов кораблей. Это упоминавшиеся уже ушкуи, а также морские и речные торговые ладьи, управляемые небольшой командой (5-6 человек). Ладьи способны были брать много груза, ходить под прямым парусом и на веслах. Эти суда имели малую осадку и могли двигаться по мелководью. К XIV веку новгородцы уже почти перестали сами отправляться в морские путешествия. Однако воспоминания об их прежних вояжах сохранились в фольклоре. Былинный Садко ходил с дружиной и с товаром в Корсунь на 30 ладьях.

Новгород являлся не только торговым, но и крупным ремесленным центром. Здесь располагались мастерские гончаров, оружейников, ювелиров (златокузнецов и серебряных дел мастеров), кожевенников, кузнецов, ткачей, столяров. По всей Руси было известно искусство северных плотников и каменщиков. Новгород долгое время был единственным городом, имевшим каменную крепость — детинец.

Новгородские кузнецы умели делать «самозатачивающиеся» ножи. Мастер брал тонкую пластику из прочного железа, сверху оковывал ее мягким железом, затачивал острие. По мере резки таким ножом мягкое железо с краев острия стиралось, а прочное оставалось, нож всегда был наточен. Оружейники Новгорода ковали булатные мечи, которые отличала необычайная прочность. Сломать или согнуть булатные мечи было практически невозможно. К сожалению, позже (после Батыева нашествия) секрет изготовления булата был утрачен.

Ремесленники Новгорода в XII-XV веках работали на заказ и на рынок. Объединений мастеров, подобных западноевропейским ремесленным цехам, в Новгороде не существовало.

Очень рано Новгород стал проявлять стремление к самостоятельности. Со времен Ярослава Мудрого Новгород имел вольности: князья должны были здесь править по обычаям и вольностям новгородским. Показателен один случай. В 1093-1113 годах в Киеве правил великий князь Святополк. Он решил направить в Новгород своего старшего сына. Так поступал Владимир Красное Солнышко, Ярослав Мудрый и другие великие князья. В Новгороде в то время князем сидел сын Владимира Мономаха — Мстислав. Получив приказ принять великокняжеского сына, новгородцы ответили Святополку: «Если у твоего сына две головы, то присылай его нам». Пришлось великому князю киевскому Святополку уступить.

А в 1136 году новгородцы решили отослать из города князя Всеволода, сына их любимого Мстислава. Он искал себе в Южной Руси Переяславского удела, втянул новгородцев в войну, первый бежал с поля битвы, не берег смердов — такие обвинения предъявили Всеволоду на вече. Ни бояре, ни черные люди, ни архиепископ Новгородский не поддержали князя. Ему «был указан путь из Новгорода», т.е. князя попросту выгнали.

Так в Новгороде вместо княжеского правления установился вечевой строй. Стал Новгород Господином Великим Новгородом. Все важнейшие вопросы — войны и мира, выбора властей — решались теперь на народном собрании (вече), куда допускались свободные и женатые мужчины, самостоятельные хозяева. Удары особого вечевого колокола собирали новгородцев на вече.

Проходило оно бурно. Говорящие поднимались на ступенчатую трибуну и обращались к людям. Голосовали в прямом смысле «голосом» — народ криками выражал одобрение или неудовольствие. Решение проблемы при таком способе голосования не всегда можно было определить правильно. Это приводило к спорам. Иногда дело доходило до кулаков. Победившая в драке сторона кидалась на дворы своих противников, особенно их вождей, которые всегда были боярами. Те бежали из города, опасаясь за жизнь, ибо доходило и до убийств. Имущество бояр растаскивалось и делилось «на зуб». Вече собиралось обычно на Торговой площади. Иногда случалось, что районы Новгорода, объединялись по 2-3 конца, устраивая союзы. Чаще всего Софийская сторона выступала против Торговой. К XII веку на Торговой стороне города находилось два конца — Славенский и Плотницкий, а на Софийской три — Неревский, Людин и Загородский.

Бояре, купцы, ремесленники и черный люд каждого конца в ХII — первой половине ХIV веков выступали совместно. Целью разных социальных слоев каждого конца было добиться выбора в посадники ставленника — боярина их конца. Он перераспределял блага в пользу людей своего конца, назначал выходцев из своего конца на выгодные должности. Конечно, через определенное время это вызывало недовольство в иных концах. Недовольные требовали созыва нового вече и добивались перевыборов посадника. Иногда собиралось два, а то и три вече в разных концах. Противники сходились на мосту через Волхов и бились так, что и мост порой разметывали. Власть постоянно переходила от бояр одного конца к боярам другого. Так своеобразно поддерживался социально-политический компромисс между разными общественными слоями Новгорода.

Конечно, не все вече протекали бурно. Некоторые историки считают, что в XIII-XIV веках в вече участвовали только именитые горожане. Не случайно в немецких документах вече именуется «Совет 500 золотых поясов». Кстати, вечевая площадь на Торговой стороне Новгорода имеет размер около 1500 кв. м и не может вместить более 500 человек.

Кроме городского вече в Новгороде собирались кончатские народные собрания. Там выбирали местное самоуправление — кончатских старост и их помощников сотских. На кончатских собраниях, как и на городском вече, ведущую роль играли бояре. Только они становились новгородскими начальниками.

Главной фигурой новгородского государства был посадник. Атрибуты власти посадника — вечевая трибуна (степень) и посох служили гербом Новгорода XII-XV веков, стояли на его печатях. Посадник управлял Новгородом, вел внешнюю политику, мог созывать вече по важнейшим делам, распоряжался казной.

Помощником посадника являлся тысяцкий. Когда-то тысяцкие возглавляли ополчение. Теперь тысяцкий тоже командовал новгородскими отрядами, но, кроме того, он вел повседневный суд, смотрел за сбором налогов и помогал посаднику в прочих делах. Нелегко приходилось в Новгороде и посадникам с тысяцкими. Неугодных правителей решительные новгородцы свергали. В городе часто случались восстания. Например, в 1207 году вспыхнул мятеж против посадника Дмитра Мирошкинича. Вече обвинило его во введении новых налогов и отягощении народа повинностями. Мирошкин и Дмитров двор зажгли, а имущество их разобрали. Села Дмитра и челядь распродали, а остаток разделили среди всех горожан — «на зуб» по 3 гривны. Еще одно восстание произошло в 1229 году. Опять взметнулся весь Новгород.

Большую роль в Новгороде играл епископ (потом архиепископ). Он хранил новгородскую казну. Под его опекой находилось новгородское летописание, которое велось при Софийском соборе. Архиепископ творил церковный суд. Часто архиепископ брал на себя функции новгородского посла. Новгородский архиепископ управлял вотчинами Святой Софии. На средства епархии снаряжался особый полк, подчинявшийся архиепископу. Только новгородского владыку (архиепископа) киевский митрополит назначал с учетом мнения жителей. Посылать новгородцам неугодного кандидата было бесполезно и небезопасно. В Новгороде изредка бывали случаи смещения владык. Например, в 1228 году новгородцы архиепископа Арсения «аки злодея пхающе за ворот, выгнаша».

С рубежа XII-XIII веков у архиепископа появился своеобразный «противовес» — новгородский архимандрит. Он возглавлял черное новгородское духовенство — монахов. Резиденцией архимандрита служил Юрьев монастырь, расположенный недалеко от Новгорода.

Был в Новгороде и князь. Его приглашали вместе с дружиной и содержали за новгородский счет. Князь играл роль главного воеводы. В случае большой войны он выводил на бой свою дружину и новгородское ополчение. В малых войнах новгородцы, занятые хозяйством, не участвовали, полагаясь на княжескую дружину. Князь не имел права вмешиваться во внутреннюю жизнь Новгорода. Он и его мужи не могли приобретать вотчины в Новгородской земле. Князь не мог даже постоянно жить в городе и обитал в специальной резиденции под Новгородом. Строптивых князей горожане выгоняли или, как писали летописцы, «указывали им путь из Новгорода».

Бурная политическая жизнь, распри концов воспринимались современниками, скорее, как несчастье, а не благо Новгорода. В 1354 году один из благородных и справедливых новгородских посадников Онцифор Лукич решил так реформировать вечевой строй, чтобы в будущем избежать столкновений между городскими концами.

Он предложил выбирать не одного посадника, а сразу пять — по числу районов-концов. Править посадники будут пожизненно и сообща, выбирая каждый год из своей среды старшего — степенного посадника. Одновременно Онцифор Лукич сам отказался от посадничества, чтобы избежать обвинений в корысти. И вечу он советовал выбирать в посадники новых молодых бояр — и жизнь у них впереди, и не связаны они старой враждой. Предложение Онцифора всем пришлось по сердцу. Так и поступили.

Рассматривая социально-политические последствия данного шага, невольно согласишься с поговоркой — «благими намерениями вымощена дорога в ад». Онцифор Лукич не мог представить даже в страшном сне, какую «яму» выкопал он под вечевой строй Новгорода. Сложный, противоречивый, стихийно действовавший механизм налаживания социального компромисса между элитой и низами (лучшими людьми — боярами, купцами, зажиточными горожанами и черными людьми — рядовыми ремесленниками, городской беднотой и холопами) был разрушен.

До реформы 1354 года черные люди одного конца, поддерживая «своего боярина», получали в случае его посадничества на короткий срок льготы и выгоды. Недовольство черных людей срывалось на «чужом посаднике» и лучших людях «чужого конца». Когда в 1354 году бояре объединились, у них исчез резон искать помощи у «своих черных людей» и тем более учитывать какие-либо их интересы. Чернь увидела в знати своего истинного врага, а особо ненавистны стали пятеро посадников из Совета господ, заседавшего в Грановитой палате новгородского детинца. Теперь их нельзя было переизбрать на вече, посадники избирались пожизненно.

Раньше соперники-бояре замечали все промахи и грехи посадника, поднимали народ, обещая исправить (и часто исправляли) несправедливости, допущенные их политическим конкурентом. Раньше черный человек чувствовал свою значимость в Новгороде, готов был умереть за «вольности и Святую Софию». Теперь гордый новгородец чувствовал себя поденщиком. «Нет у нас в Новгороде правды и правого суда, — жаловался летописец, — встали ябедники (судебные приставы) с сообщниками, поклялись в верности друг другу и пошли на неверные дела. Стали грабить, поборы и мзду брать по селам, и по волостям, и по городу… И были крик, и рыдания, и вопли на старейшин наших и на град наш, потому что не было милости и суда праведного».

Восстания в Новгороде после 1354 года не прекратились. Однако теперь они приняли ярко выраженный социальный характер. В конце XIV-XV веков непобедимый прежде во внешних войнах Новгород начал терпеть поражения от поднимающихся московский князей. Простолюдины отказывались «умирать за Святую Софию». Все большие права в первой половине XV века отвоевывали наместники московского правителя, часто считавшегося князем в Новгороде. Новгородские черные люди связывали надежды на избавление от притеснений с именем, как тогда говорили, правители от Бога — с великим князем Московским, а не своим Советом господ, выбранных боярами. В 1477-1478 годах москвичи осадили Новгород, и большинство новгородцев решило сдаться и отказаться от вечевого строя.

Внешне Москва победила Новгород. Но на самом деле это было не так. Новгород был разрушен изнутри. Роковое предложение посадника Онцифора Лукича послужило только поводом к негативному развитию новгородской модели социально-политического устройства. Глубинная причина таилась в том, что новгородское боярство, задававшее тон в Новгороде во все предшествующие века, не захотело, а точнее, оказалось не способным найти меру в своем отношении к черни. Со своей стороны, небоярские слои новгородского населения, разделенные прежде границами концов и видевшие в «своих кончатских боярах» лидеров, не сумели создать собственные корпоративные организации, которые отстаивали бы социальные и политические права. Вместо этого в 1354-1478 годах в Новгородской республике сформировалось отсутствие общественного согласия. Потеряв социальный компромисс, налаженный бурной историей XII — середины XIV веков, новгородская модель социально-политического развития зашла в тупик. И в 1478 году Новгородская вечевая боярская республика умерла.

Боярские патронимии были конфискованы Московским великим князем Иваном III. Новгородские бояре оказались выселены за новгородские пределы. Земли патронимий были розданы в мелкие поместья московским служилым людям. На не розданных землях бывшие сироты начали вести патриархальное натуральное хозяйство. Весь механизм торгово-промысловой экономики Новгорода оказался разлажен. Вслед за этим исчез самобытный торгово-промысловый тип новгородского хозяйства. Новгород обеднел, превратившись в большую северную окраину Московского государства.


Литература

Фроянов И.Я. Древняя Русь. Опыт исследования социальной и политической борьбы. СПб., 1995.

Фроянов И.Я. Двориченко А.Ю. Города-государства Древней Руси. М., 1988.

Янин В.Л. Новгородская феодальная вотчина (историко-генеалогическое исследование). М., 1981.

Янин В.Л. «Я послал тебе бересту…» М., 1980.

Древнерусские княжества Х-XIII вв. М., 1975.

Рыбаков Б.А. Киевская Русь и русские княжества в XII- XIII вв. М., 1993.

Правовые основы организации торговых корпораций Германии и их отражение в корпусе международных актов Новгорода и Ганзы (XII-XV вв. ) Текст научной статьи по специальности «История и археология»

ПРАВОВЫЕ ОСНОВЫ ОРГАНИЗАЦИИ ТОРГОВЫХ КОРПОРАЦИЙ ГЕРМАНИИ И ИХ ОТРАЖЕНИЕ В КОРПУСЕ МЕЖДУНАРОДНЫХ АКТОВ НОВГОРОДА И ГАНЗЫ (XII—XV ВВ.)

НАЗАРЕНКО Наталья Ивановна, доцент кафедры государственно-правовых дисциплин Московского финансового университета, доцент по внешнему совместительству Департамента правового регулирования экономической деятельности Финансового университета при Правительстве Российской Федерации, кандидат юридических наук

115191, Россия, г. Москва, Серпуховской Вал, 17

E-mail: [email protected]

В статье рассматриваются основные тенденции становления и развития правовых основ организации различного рода корпоративных объединений средневековой Германии: городских купеческих гильдий и ганз, Немецкого торгового двора в Новгороде. В отсутствие специальных работ по проблематике корпоративных отношений иноземных купцов в Новгороде автор обращается к практике использования норм внутриорганизационного права иностранных корпораций и отмечает их отражение в корпусе международных и частных актов Новгорода, дипломатике и документации Ганзейского союза. В результате проведенного исследования автор выделяет отличия новгородской скры от уставов других торговых дворов, определяет условия корпоративной организации, позволившие Немецкому торговому двору интегрироваться в экономическую жизнь Новгорода и стать образцом для других факторий Ганзы.

Цель исследования — анализ корпуса международных актов Новгорода и Ганзы, позволяющих раскрыть природу корпоративных отношений, выявить важнейшие юридические формулы, связанные с оформлением договоров, управления и суда.

Применены сравнительно-правовой, историко-системный и системно-структурные методы, а также общенаучные методы индукции и дедукции.

Сформулирован вывод, что структура корпораций, а впоследствии их объединение определили характер организации Ганзы, ее органов управления и представительств. Посредством международных договоров и уставов немецкие купцы смогли обеспечить юридическую защиту своей деятельности, закрепить права и привилегии.

Ключевые слова: Ганза, Великий Новгород, торговые корпорации и гильдии Германии, новгородские скры, правовая интеграция.

THE LEGAL BASIS FOR THE ORGANIZATION OF GERMAN TRADE CORPORATIONS AND THEIR REFLECTION IN THE CORPUS OF INTERNATIONAL ACTS OF NOVGOROD AND HANSE (XII—XV CENTURIES)

N. I. NAZARENKO, associate professor at the Department of state and legal disciplines of the Moscow Financial University, associate professor at the Department of legal regulation of economic activity of the Financial University under the Government of the Russian Federation, candidate of legal sciences

17, Serpukhovskoy Val, Moscow, Russia, 115191

E-mail: [email protected]

The article discusses the main trends in the formation and development of the legal foundations of the organization of various types of corporate associations of medieval Germany: city merchant guilds, Hanse, the German commercial yard in Novgorod. Due to the lack of special works on the problems of corporate relations of foreign merchants in Novgorod, the author refers to the practice of using the norms of internal law of foreign corporations and notes their reflection in the corpus of international and private acts of Novgorod, diplomacy and documentation of the Hanseatic League. As a result of the study the author distinguishes the Novgorod schra from the statutes of other trading yards, determines the conditions of the corporate organization, which allowed the German commercial yard to integrate into the economic life of Novgorod and become a model for other trading posts of the Hanse.

The purpose of this study is to analyze the corpus of international acts of Novgorod and Hanse, allowing to reveal the nature of corporate relations, to identify the most important legal formulas related to the registration of contracts, management and court.

To achieve the goals and objectives of the study comparative legal, historical and systemic, systemic and structural methods were applied and also general scientific methods pf deduction and induction.

The article concludes that the structure of corporations, and subsequently their association determined the nature of the organization of the Hansa, its governing bodies and representative offices. Through international treaties and statutes, German merchants were able to provide legal protection for their activities, consolidate rights and privileges.

Keywords: Hanse, Novgorod the Great, trade corporations and guilds of Germany, Novgorod schra, legal integration.

DOI: 10.12737/art.2018.4.2

Изучение торговых отношений Новгорода с Ганзейским союзом является одним из традиционных направлений историко-правовой и экономической науки. Ряд научных исследований XIX—XX вв. был посвящен социально-экономическому, политическому строю Новгорода, его торговой и внешней политике по отношению к западным и северо-западным соседям1. Несмотря на изученность темы русско-немецкой торговли, содержание института корпоративных отношений иноземных купцов в Новгороде не выступало предметом специального исследования. Почти не рассмотренными остаются вопросы о пределах применения опыта иностранного представительства, юрисдикции, солидарной ответственности членов Немецкого торгового двора. В связи с отсутствием специальных исследований по данной проблематике автор статьи обращается к практике использования норм внутриорганизацион-ного права иностранных корпораций, их отражения в корпусе международных и частных актов Новгорода, дипломатике и документации Ганзейского союза.

Для лучшего понимания организации купеческих объединений и уставов корпораций следует рассмотреть историю торговых союзов средневековой Европы. Развитие многих средневековых городов основывалось на внутренней и внешней торговле2. Рынки и торговые поселения купцов (от лат. colonia, vicus) возникли в Германии и иных государствах Западной Европы во второй половине IX в.3 Купеческие колонии и торговая часть города были отделены от других кварталов городского поселения рекой или крепостными сооружениями. В подобных поселениях наряду с городским правом действовали обычное купеческое (рыночное) право и пошлины, установленные императорскими распоряжениями4. Первые упоминания о торговых союзах (объединениях) содержатся в договорах и таможенных уставах X—XI вв. Важными источниками, позволяющими составить представление об устройстве купеческих корпораций, являются не только грамоты императоров, положения го-

1 См., например: Андреевский И. Е. О договоре Новгорода с немецкими городами и Готландом, заключенном в 1270 г. СПб., 1855; КазаковаН. А. Русско-ливонские и русско-ганзейские отношения. Конец XIV—начало XVI в. Л., 1975; Подви-гинаН. Л. Очерки социально-экономической и политической истории Новгорода Великого в XII—XIII вв. М., 1976; Рыбина Е. А. Новгород и Ганза. М., 2009; Хорошкевич А. Л. Торгов -ля Новгорода Великого с Прибалтикой и Западной Европой в XIV—XV вв. М., 1963.

2 См.: Хаммель-Кизов Р. Новгород и Любек. Структура по -селений двух торговых городов в сравнительном анализе // Новгород и Новгородская земля. История и Археология: матер. науч. конф. Вып. 8. Новгород, 1994. С. 236.

3 См.: ШеррИ. Германия. История цивилизации за 2000 лет: в 2 т. Т. 2: Приложения. Документы. Минск, 2005. №№ 48. С. 335.

4 Там же. № 50—52. С. 336—337.

родского права (Weichbild), но и трактаты современников. Например, в трактате 1024 г. монах Альперт фон Метц указал на привилегии купцов, а «обычное» купеческое право противопоставляет закону — lex5.

Некоторые российские и зарубежные авторы отмечают сходство купеческих объединений — гильдий с ранними религиозными городскими общинами, братствами и цехами6. Для обозначения подобных союзов в средневековых источниках употребляются, как правило, латинские термины, а позже термины — эквиваленты родного языка. Так, в городском праве Фрейбурга, древнейшей его части (1120 г.), сказано, что Конрад I в данном месте (Фрейбурге) осно -вал торг и «оный рынок положил использовать купцам, которых отовсюду созвало некое сообщество (conjuration)»7.

В правовых документах Германии XII в. для обозначения купеческих и ремесленных объединений или объединений смешанного типа введены термины Gilde, Zunft и Hanse. Немецкий исследователь Р. Шмидт-Вигант указывает, что различие в употреб -лении терминов носило скорее региональный, чем территориальный характер8. В некоторых источниках данные термины употребляются в составе парных формул, например hansa et gilda mercatoria или gilda mercatoria et hansa in Anglia et Normandia9. Согласно другим документам этого же периода содержание термина hansa не вполне понятно. Грамота гер -манского императора Фридриха I Барбароссы городу Любеку (1188 г.) предоставляет право свободной торговли иноземным купцам, в том числе и «и без ганзы (absgue hansa)»10. Исходя из содержания текста, можно предположить, что данное право распространялось на тех купцов, которые не входили в какое-либо объединение или не были связаны соглашением.

5 См: Ennen E. Frühgeschichte der Europaischen Stadt. Bonn, 1981. S. 166.

6 См., например: Сванидзе А. А. Средневековый город и рынок в Швеции XIII—XV вв. М., 1980; Андрианов В. А. Тор -говые товарищества: возникновение и развитие // Журнал российского права. 2001. № 10. С. 132—143; Кашанина Т. В. Корпоративное право (право хозяйственных товариществ и обществ). М., 1999; Кириллова Е. Н. Ремесленные и торговые корпорации в раннее Новое время (по материалам Реймса): автореф. дис. … д-ра истор. наук. М., 2009; Dilcher G. Personale und locale Strukuren kaufmannischen Rechts // Gilde und Korporation in den nordeuropaischen Stadten des spaten Mittelalters. Hrsg. K. Friedland. Bonn, 1984.

7 См.: Право г. Фрейбурга (в Бреслау). Древнейшая часть 1120 г. / пер. Т. М. Негуляевой и Л. И. Солодковой // Средневековое городское право XII—XIII веков. Саратов, 1980.

8 См: Schmidt-WiegandR.а» определенно связана с торгом и рыночным правом. Чиновник, наблюдавший за порядком на рынке, именовался hansgravшm или графом по рыночным делам. Важно отметить, что ганзой обозначался не только союз купцов, но и сам правовой документ — соглашение (договор) городов, пользующихся Любекским правом. Постановления Ганзы XIII—XIV вв. указывают: «С отдаленной древности… иного порядка никто не помнит, вошло в обычай и поддерживалось соглашение, которое называют Ганзой»11. Средневековое право Германии отличалось партикуляризмом и не было терминологически выдержано. Документы допускали широкое использование одного и того же термина в различных правовых институтах, что относится к определению не только Ганзы, но и корпорации. Вместе с тем уже в XII—XIII вв. формируется понимание корпорации как субъекта имущественных отношений.

Сословная организация общества эпохи Средневековья способствовала формированию объединений корпоративной формы хозяйствования, в том числе купеческих гильдий. В гильдию входили лица со сходными профессиональными интересами, торгующие определенными видами товаров. К городским купеческим объединениям относились не только гильдии, но и паевые товарищества (склад-ничества, коменды)12.

Сохранились уставы купеческих гильдий средневековых городов Западной Европы13. Многие уставные документы XI—XIV вв. аналогичны по структуре и содержанию, что позволяет проследить причинно-следственные связи в организации купеческих объединений и выделить их влияние на развитие городских структур. Тексты уставов открываются перечислением привилегий, данных королем, сеньором или городскими властями. Уставные статьи содержат положения о структурной организации и правлении гильдии, порядке вступления новых членов, уплате пошлин и обязанностях купцов по отношению к компаньонам и городу. Большая часть статей уставов посвящена описанию процедур рассмотрения судебных споров между членами гильдии, иными купцами или городскими властями, мерам наказания и взыскания штрафов в случае нарушения устава или исключения из корпорации. Определенное значение уставы придают совместной трапезе купцов, прово-

11 Первое постановление «Ганза» принято в Висмаре (1260—1264 гг.), затем в 1265 г. (см.: ШеррИ. Указ. соч. № 93. С. 383).

12 См.: Красильникова Т. К. Становление правовых основ организации и деятельности корпораций в Средние века // Вестник Волгоградской академии МВД России. 2012. № 4(23). С. 167.

13 Например, Устав купеческой гильдии (Текст) (см.: Шерр И. Указ. соч. № 90. С. 379—391).

димой под руководством выборного главы объединения — декана или ольдермена.

Торговая гильдия как корпоративная форма хозяйствования (в целях расширения торговли и снижения рисков) выступала основой для объединения денежных средств. Уставы торговых гильдий предусматривали оказание материальной помощи в случае выкупа из плена члена корпорации, похорон, сбо -ра пожертвований на строительство храмов, больниц или городских ворот и зданий. Ранние уставные документы характеризуют имущество или казну корпорации, формирующиеся за счет различных взносов, пошлин и штрафов с ее членов. В XIII—XIV вв. торговые корпорации приобрели статус обособленного субъекта, обладающего правом собственности на выделенное имущество. Члены гильдии или торгового двора должны были подчиняться правилам сложившегося торгового оборота и совместной деятельности.

Почему в Германии получили развитие такие корпоративные формы хозяйствования, как гильдии? По мнению автора, это объясняется спецификой данного вида отношений. Членство в гильдии предполагало определенное участие, основанное на равенстве или статусе членов, автономии их воли и имущественной самостоятельности. В XII—XIII вв. члены городских гильдий принимали участие в выборах должностных лиц объединений и городских советов (ратов). Решения органов управления были обязательны для всех членов и характеризовались состоянием подчиненности и субординации.

Анализ корпуса международных актов Новгорода и Ганзы позволяет раскрыть природу корпоративных отношений и выделить важнейшие юридические формулы, связанные с оформлением договоров, управлением, ведением торговли и суда. Актовый материал по вопросу исследования представлен договорными грамотами Новгорода с Ганзой XII— XVII вв., скрами Немецкого торгового двора, рецес-сами ганзейских съездов, перепиской ганзейских городов, властей торгового двора и иными делопроизводственными источниками.

Различные формы объединений немецких купцов нашли отражение в международных договорах Новгорода с Ганзейским союзом. В связи с этим можно выделить акты XI—XIII вв., содержавшие нормы организации международной торговли и факторий, а также акты XIV—XVII вв. — периода возникновения «Ганзы городов», ее расцвета и упадка. Автор данной статьи не ставит перед собой задачи всеобъемлющих рассмотрения и характеристики международных актов Новгорода и Ганзы. Предметом анализа являются только те документы и нормы международных соглашений, которые непосредственно относятся к объекту исследования.

Начало процесса немецкого градообразования и развития торговли на Балтике связано с городом Любеком, получившим в 1188 г. городское право и ряд при-

вилегий14. В первой половине XII в. купцы из Любека обосновались на острове Готланд, который благодаря своему расположению являлся центром балтийской торговли. Для обеспечения своих торговых интересов немецкие купцы объединились в Товарищество посещающих Готланд купцов Римской империи. Объединение имело персональный характер и представляло интересы купцов Любека, торговцев приморских и иных городов Германии. Центром объединения являлась церковь Св. Марии, в которой впоследствии хранились товары и купеческая документация. Опыт организации Товарищества был использован немецкими купцами при устройстве Немецкого торгового двора в Новгороде в конце XII в. (1192). Большинство купцов Любека, прибывших на Готланд, являлись членами городских гильдий или товариществ.

Одним из ранних международных документов, характеризующих отношения Новгорода с Готским островом и немецкими купцами, является Договорная грамота Новгорода с Готским берегом и немецкими городами о мире, о посольских и торговых отношениях и о суде 1189—1199 гг.15 В преамбуле грамоты подчеркиваются важность и необходимость развития отношений между Новгородом и Готландом: «Ходите новгородцю послу… в миръ в Нъмечьску землю и на Гъцкъ берег; такоже ходите нъмьчьмъ… в Новгород безъ пакости…».

В. С. Покровский местом заключения договора называет Новгород. Он отмечает, что в грамоте «немецкие города указаны… первыми перед Готским берегом, что свидетельствует не только о большем значении торговли с немцами, но и о более давних отношениях Новгорода с немецкими городами»16. По -следующие статьи посвящены сохранению статуса иностранных купцов в случае смены властей, что не характерно для документов эпохи Средневековья. Некоторые положения договора касаются вопросов уголовного права, видов наказания, а также ответственности должников в случае неисполнения обязательства. Известный историк XX в. Б. Д. Греков указывает, что в грамоте можно проследить влияние норм «Русской правды» и «порядков Запада»17. Например, грамота содержит идентичные нормы древнерусского права и права Готланда о судебном порядке взыскания долга18. Е. А. Рыбина, специалист по истории

14 См.: Hansisches Urkundenbuch / bearb K. Höhlbaum. Bd. I. Nr. 17. S. 10.

15 См.: Грамоты Великого Новгорода и Пскова / под ред. С. Н. Валка. М.; Л., 1949. № 28. С. 55—56; Памятники русского права. Вып. II / сост. А. А. Зимин. М., 1953. С. 124—131.

16 Покровский В. С. Договор Великого Новгорода с Готландом и немецкими городами 1189—1195 гг. как памятник международного права // Изв. вузов. Правоведение. 1959. № 1. С. 95.

17 См.: Греков Б. Д. Крестьяне на Руси. Ч. I. Изд. АН СССР, 1952. С. 397.

18 См.: Хрестоматия по истории государства и права СССР.

Дооктябрьский период / под ред. Ю. П. Титова, О. И. Чистя-

и археологии Великого Новгорода, считает, что заключение договора послужило основанием для организации в Новгороде Немецкого торгового двора с церковью Св. Петра19.

Особый интерес для освещения темы исследования представляет Проект торгового соглашения Новгорода с Любеком и Готландом 1268/1269 гг. (латинская грамота)20. Документ вводит понятие двора гильдии (ст. 26), указывая тем самым, что новгородские власти воспринимали немецких купцов не толь -ко как жителей Любека, но и как участников корпоративных объединений. Различные варианты текста договора на латинском, немецком и русском языках обусловили интерес к нему исследователей, вызвали множество споров и предложений. Е. Р. Сквайрс и С. Н. Фердинанд убедительно доказывают, что впо -следствии договор был ратифицирован Новгородом, Любеком и Готландом21. Данный договор фактически определил дальнейшую программу международных торговых отношений Новгорода и Ганзы. Статьи договора (9, 11, 14) закрепляют порядок деятельности Немецких и Готских дворов, взаимодействие между иноземными купцами и властями Новгорода, а также характеризуют демократические начала управления Новгородской республики. Так, Новгородскому князю запрещалось посылать («приставливати») приставов в иностранные дворы. В случае конфликтов между иностранными купцами и новгородцами стороны вызывались в суд приставом тысяцкого, ко -торый вместе с посадником, старостами и купцами на дворе Святого Ивана рассматривал дело22. Положения проекта и ст. 29 договора 1269 г. идентичны в подтверждении экстерриториальности Немецкого торгового двора, неподсудности новгородскому князю и запрещении торговать «гостю с гостем».

Анализ русского текста Проекта договора 1269 г. позволяет выявить множество совпадений со статьями новгородской скры. Новгородские скры в отличие от уставов городских корпораций разрешали основные вопросы корпоративного управления, правового положения купцов, торговли, взаимоотношений между должностными лицами двора и властями

кова. М., 1990; Русская Правда. Пространная редакция. Текст по Троицкому списку. Ст. 51. С. 16.

19 См.: Рыбина Е. А. Указ. соч. С. 46.

20 См.: Проект договора Новгорода с немецкими городами 1269 г. Hansisches Urkundenbuch (далее сокращенно — HUB). B. I. Halle, 1876. № 665; Проект торгового соглашения Новгорода с Любеком и Готландом. 1268—1299 гг. (Латинская грамота) // Новгородский исторический сборник. Вып. 12(22). СПб., 2011; Проект договорной грамоты Новгорода с Любеком и Готским берегом о торговле и суде 1269 г. (см.: Грамоты Великого Новгорода и Пскова… № 31. С. 58—61).

21 См.: Сквайрс Е. Р., Фердинанд С. Н. Ганза и Новгород: языковые аспекты исторических контактов. М., 2002. С. 268.

22 См.: ГВНП. № 31. С. 60.

Новгорода. Источниками скры послужили обычаи, нормы городского, международного права, судебные решения23. Новгородские скры имели определенную структуру. В их преамбулах содержались указания на обычаи и традиции, что позволяло судьям эффективно решать споры между купцами.

Текст документов, содержавших правовые нормы Немецкого двора, представлен в семи редакциях24, из которых пять относятся к периоду независимого Новгорода (X—XV вв.). Последние две версии сборников скры определяют положение немецких купцов в Новгороде в XVI—XVII вв.25

Условно редакции сборников скры можно разделить на две группы. В первую входят I—III скры, со -держащие древнейшее право двора. Первые три редакции были переведены на русский язык в середине XIX в. И. Е. Андреевским26. Ко второй группе можно отнести IV—VII скры, отличные от первых трех и определяющие главным образом организацию двора и правила торговли.

В XII—XIII вв. торговые связи Новгорода с Западом осуществлялись посредством немецких купцов, которые смогли использовать свое положение посредников и обеспечить выгодные условия торговли, закрепив эти условия в статьях международных договоров. Вторая редакция скры (конец XIII в.) содержит нормы, запрещающие ганзейцам вступать в торговые объединения с русскими купцами и принимать их товары для продажи на комиссионных усло -виях в других городах Европы27.

Ослабление позиций Ганзы, потерявшей значение центра торговли с русскими городами, существенно повлияло на пятую — седьмую редакции сборников скры. При огромном сходстве с предыдущими сборниками законов скры торговое право новго -родских факторий более позднего периода отличалось целым рядом важных особенностей. Например, IV скра включала изменения, касающиеся русской и немецкой торговли. Причем несомненно влияние скры на русские источники, определяющие правовое положение иностранных купцов и деятельность Немецкого торгового двора. Взаимосвязь уставов дво -ра с документами городского управления Новгорода придает этим кодексам, с одной стороны, международно-договорной характер, с другой стороны,

23 См.: Назаренко Н. И. Влияние городского права Германии на регулирование торговых отношений в Великом Новгороде в XII—XVII вв. // Журнал зарубежного законодательства и сравнительного правоведения. 2017. № 4. С. 55.

24 См.: Schluter W. Die Novgoroder Schra in sieben Fassungen vom 13. Bis 17. Jahrhundert (Новгородская скра в семи редакциях от XIII до XVII века). Im Auftrage der baltischen geschichtsforschenden Gesellschaften. Dorpat, 1911.

25 См.: Рыбина Е. А. Указ. соч. С. 15.

26 См.: Андреевский И. Е. Указ. соч.

27 См.: Schluter W. Op. cit. S. 18.

форму корпоративного сборника законов, содержащего главные черты юридического быта факторий. Кодификация новгородских сборников скры представляла собственную систему, создавшую особую, отличную от римской и русской, классификационную традицию.

Следует отметить, что сборники законов скры чет -вертой — седьмой редакций строго регламентировали порядок внутреннего дворового управления и взаимоотношений с новгородскими властями. Обособление двора было нераздельно связано с дворовым самоуправлением. Уже I скра содержит правила выборов старосты двора и старосты церкви Св. Петра. Правила эти затем без изменений были перенесены во вторую и третью редакции сборника. Скры очерчивали круг полномочий старосты. Староста двора выполнял функции судьи, его правовая автономия включала собственную уголовную и гражданскую юрисдикцию. Он обязывался строго следить за исполнением постановлений скры, разрешать споры между купцами и их помощниками. На основании законов скры староста мог назначить наказание в виде штрафа, телесных наказаний и даже смертной казни. В обязанности старост входило ведение торговой книги двора. Он должен был вносить записи о поступлении доходов и расходах конторы, отчитываться за свою деятельность (в том числе финансовую) перед собранием купцов.

Новый этап в развитии торговли и истории двора связан с серединой XIV в. — временем оформления Ганзейского союза. В этот период изменился порядок выбора старост, двора и церкви. Новые правила лишали немецких купцов самостоятельности в выборе старост, теперь управляющих двора избирали специально присланные для этих целей представители Ганзы28.

Субъектами скры выступали все свободные люди, проживавшие, торговавшие, служившие или посещавшие Ганзейский двор в Новгороде. В уставе выделяются «самостоятельные купцы» — mesterman29, подручные30, складники31, священнослужители и новгородские жители. Новгородская скра устанавливала особые отношения между городом и членами Ганзейского двора. Торговый двор являлся юридическим лицом и политическим представителем Ганзы, а члены двора отличались от остальных жителей правами и обязанностями. Свободное положение иноземных купцов не подразумевало неограниченную правовую свободу. Ганзейский двор контролировал своих

28 См.: Рыбина Е. А. Указ. соч. С. 145.

29 Ме81егшаи — купец, имеющий в своем распоряжении денежную сумму для ведения торгового оборота.

30 Подручный—слуга, не имеющий собственных товаров и выполнявший различные поручения купца.

31 Складники—купцы-компаньоны, ведущие общую торговлю.

членов и пользовался в их отношении принудительными правами.

Каковы отличия Новгородских скры от уставов других торговых дворов? Какие условия корпоративной организации позволили Немецкому торговому двору интегрироваться в жизнь Новгорода и стать образцом для других факторий Ганзы? Необходимо подчеркнуть, что в отличие от устава Сталь -ного двора в Лондоне новгородская скра подвергалась редакциям в зависимости от изменений политического, экономического, военного курса Ганзы и взаимоотношений с Новгородом. Для немецкого купечества был установлен оптимальный таможенный режим. Жесткая регламентация правового положения немецких купцов, организация двора, а также внимание и заинтересованность новгородских властей позволили Немецкому двору просуществовать в Новгороде на протяжении пяти столетий (1192— 1696 гг.). Новые редакции скры (ШЬ, IV, V, VI) создавались в Новгороде, но обязательно подтверждались городским советом Любека и обсуждались на ганзейских съездах — высших органах управления Ганзы. Такая сложная процедура рассмотрения проекта обеспечивала согласование интересов купцов городов и государств, входящих в состав Ганзейского союза. Однако решения съездов имели обязательную силу только для тех городов, которые име -ли представительство на съезде.

Конец XIII — первая половина XIV в. — переломная эпоха в истории торговых объединений немецких купцов. Борьба вендских городов во главе с Любеком за влияние на Балтике завершилась подписанием Ростокского земского мира, закрепившего политическую и экономическую самостоятельность немецких городов32. Любек был признан главой союза вендских городов Германии. В 1293 г. он стал высшей апелляционной инстанцией для немецкого торгового двора в Новгороде, что подтверждает вторая редакция скры. Возвышение Любека предопределило дальнейшую судьбу союза торговых городов Германии. На съезде в Любеке города приняли решение скреплять документы своей печатью, что явилось юридическим подтверждением их автономии и возможности вступления в новый союз — союз «Городов немецкой Ганзы». Введение общих правил торговли и дальнейшее упорядочение организационной структуры способствовали укреплению союза. С 1356 г. собирались общеганзейские съезды — ганзетаги, которые определяли направления торговой, дипломатической, а иногда военной политики Ганзы.

Изменения в структуре и политике Ганзейского союза нашли отражение в статьях международных

32 См.: ПодолякН. Г. Ганза // Город в средневековой цивилизации Западной Европы. Т. 4. Extra muros: город, общество, государство. М., 2000. С. 134.

договоров Новгорода с Ганзой. Большой интерес в данном отношении представляют договоры XIV в., устанавливавшие порядок торговли предметами русского экспорта, функционирования двора, взаимодействия между новгородскими властями и ганзейскими городами33. Большинство статей договоров описывают «обиды» новгородцев и ганзейцев, возникающие вследствие ограбления купцов, задержания или ухудшения качества товара. Грамоты содержали предложения урегулирования конфликтов или, наоборот, разрыва отношений. Так, например, в 1388 г. ганзейские города предприняли попытку прекратить товарообмен с Новгородом и блокировать его торговлю. Однако это мероприятие не имело успеха и привело к заключению в 1392 г. Нибурова мира34. Договор, заключенный при участии любекского ратмана Йохан -неса Нибура («се приъха Иван Нибуръ из Люпка по-сольствомъ»), уравнял в правах русское и ганзейское купечество и действовал до закрытия Иваном III Не -мецкого торгового двора в Новгороде (1494 г.).

С конца XIV в. в новгородской политике наблюдается тенденция к ограничению привилегий Ган-зы и ее позиций посредника в международной торговле. Ганзейцы согласно статьям международных договоров могли заключать сделки с иностранными купцами только при участии (посредничестве) новгородцев35. В случае нарушения установлений вече купцы Ганзы подвергались суровым наказаниям со стороны властей Новгорода, вплоть до наложения оков36. Новгородские и псковские послы были участниками ганзейских съездов. На ганзетагах представители Новгорода предъявляли иски своего правительства, связанные с нарушениями ганзейца-ми правил торговли, качеством и ценами на товары. В 1406 г. на съезде городов Ганзы было принято отрицательное решение относительно заявления новгородских послов, что впоследствии закрепили статьи договора 1407 г., запретившего торговлю Новгорода с ганзейцами37.

Международные акты первой половины XV в. свидетельствуют об углублении конфликта между Нов-

33 См.: Грамоты Великого Новгорода и Пскова… Договорная грамота Новгорода с Ригой, Готским берегом и немецкими городами 1342 г. № 41. С. 73—74; Проект договора Новгорода с Любеком и заморским купечеством 1371 г. № 42. С. 74— 76; Договорная грамота Новгорода с немецким купечеством о перемирии на два года 1372 г. № 43. С. 76—79.

34 См.: Грамоты Великого Новгорода и Пскова… Договор Великого Новгорода с ганзейскими городами (Нибуров мир) 1392 г. № 46. С. 80—86.

35 См.: Договор Полоцка с ливонским магистром и Ригою 1405 г. LUB, VI, 2963.

36 См.: Письмо Немецкого двора Ревелю. Liv-, Est-, und Curländisсhes Urkundenbuch (далее — LUB), Bd. VII (1423— 1429). Riga, Moskau, 1881. № 80).

37 См.: Рецессы съезда. LUB. Bd. IV. 1602. § 1—6.

городом и Ганзой38. Так, нарушение немецкими купцами правил торговли в 1416 г. зафиксировано документами Новгорода. Постановление новгородского вече (в том числе решение лодочников об увеличении оплаты за разгрузку и перевозку немецких товаров) обсуждалось на общеганзейском съезде 1417 г. Представители городов Ганзы постановили прекратить торговлю с Новгородом39. Ганзейский союз прибегнул к крайней мере борьбы — экономической блокаде Новгорода. Однако разрыв торговых отношений не был выгоден как для Новгорода, так и для Ганзы. 14 ноября 1417 г. был заключен договор о восстановлении старого «крестоцелования»40. Заключение договора 1417 г. отмечает и Новгородская летопись: «А в то время взяша Новгородци миръ с Немци»41.

Вследствие монополистической торговой политики Ганзы в XIV в. поездки новгородских купцов «за море» стали редкими, а к концу века купцы из Новго -рода прекратили посещение даже острова Готланд42. Однако источники XIV—XV вв. свидетельствуют о торговле новгородцев с городами Ливонии, Пруссии, Швеции43. Основной целью торговой политики Новго -рода в 1420—1430-е гг. стало получение гарантии безопасного пути и принятие ганзейцами, контролирую -щими Балтику, ответственности за ограбление новгородских купцов во время их поездок по морю. Эти требования нашли отражение в решениях ганзетага 1421 г. и договорах 1423, 1436, 1439, 1450 гг. Как отмечает Н. А. Казакова, десятилетие с 1426 по 1436 г. — время неустойчивых отношений между Новгородом

38 См.: Грамоты Великого Новгорода и Пскова… Грамота Великого Новгорода Юрьеву о согласии продолжить мир 1393 г. № 48. С. 85—86; Договор Великого Новгорода с ганзейскими городами о разрешении спорных дел 1423 г. № 62. С. 102—104; Договорная грамота Великого Новгорода с ганзейскими городами 1436 г. № 67. С. 110—112; Договорная грамота Великого Новгорода с ганзейскими городами о перемирии на семь лет 1450 г. № 74. С. 124—126.

39 См.: HUB. VI. 134.

40 Грамота Великого Новгорода Риге, Юрьеву и Колыва-ни с предложением прислать послов 1417 г. См.: Грамоты Великого Новгорода и Пскова… № 55. С. 93—94.

41 Новгородская летопись по Синодальному списку. С. 404.

42 См.: Никитский А. И. История экономического быта Великого Новгорода. М., 1893. С. 141.

43 См.: Грамота Новгорода Ревелю. LUB, IX, 793.

БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЙ СПИСОК

и Ганзой44. Посольства от Ганзейского союза, неодно -кратно пребывавшие в Новгород, не смогли добиться подписания мирного договора из-за позиции новгородских властей о возмещении ущерба имуществу, причиняемого действиями морских разбойников на Балтике. Важно отметить, что договоры 1423, 1436, 1439, 1450 гг. не только устанавливали новые (более выгодные для Новгорода) условия торговли, но и отражали организационную структуру Ганзы: «Сюда приехали послы из Риги, Юрьева, Любека и 73 ганзейских городов на сем поморье и заморских»45. Ливонская война между Новгородом и Ливонским орденом прервала торговые отношения новгородцев с Ганзейским союзом. Торговые отношения были восстановлены после заключения новгородско-ганзей-ского договора 1450 г. — последнего договора независимой Новгородской республики с Ганзой46.

Стремясь сохранить свое влияние на Балтике и монопольные условия торговли, купцы немецких городов умело меняли политику и формы организации союзов. Расширение торговли и появление новых рынков сбыта способствовало образованию новых корпоративных объединений — различных союзов, так называемых ганз, а также паевых купеческих компаний. В конце XIV в. паевые компании создавались по принципу исчисления доли прибыли или убытков, в зависимости от вложенного капитала и являлись ведущей формой корпоративных объединений. В купе -ческие компании входили лица, обладающие определенным размером капитала, представители одной или нескольких семей, связанных родственными узами и деловыми контактами. Структура корпораций, а впо -следствии их объединение определили характер организации Ганзы, ее органов управления и представительств. Применение ганзейцами новых методов управления и торговли повлекло увеличение обменных и кредитных операций. Посредством международных договоров и уставов немецкие купцы смогли обеспечить юридическую защиту своей деятельности, закрепили права и привилегии.

44 См.: Казакова Н. А. Из истории сношений Новгорода с Ганзой в XV веке // Исторические записки. Вып. 28. М., 1949. С. 125.

45 См.: Грамоты Великого Новгорода и Пскова… № 55, 62, 67, 74.

46 Там же. № 74.

Dilcher G. Personale und locale Strukuren kaufmannischen Rechts // Gilde und Korporation in den nordeuropaischen Stadten des spaten Mittelalters. Hrsg. K. Friedland. Bonn, 1984.

Ennen E. Fruhgeschichte der Europaischen Stadt. Bonn, 1981. S. 166. Hansisches Urkundenbuch / bearb K. Höhlbaum. Bd. I. Nr. 17.

Schluter W. Die Novgoroder Schra in sieben Fassungen vom 13. Bis 17. Jahrhundert (Новгородская скра в семи редакциях от XIII до XVII века). Im Auftrage der baltischen geschichtsforschenden Gesellschaften. Dorpat, 1911.

Schmidt-Wiegand R. Hanse, Gilde, Morgensprake // Gilde und Korporation in den nordeuropaischen Stadten des spaten Mittelalters. Hrsg. K. Friedland. Bonn, 1984.

Андреевский И. Е. О договоре Новгорода с немецкими городами и Готландом, заключенном в 1270 г. СПб., 1855.

Андрианов В. А. Торговые товарищества: возникновение и развитие // Журнал российского права. 2001. № 10.

Грамоты Великого Новгорода и Пскова / под ред. С. Н. Валка. М.; Л., 1949. № 28.

Греков Б. Д. Крестьяне на Руси. Ч. I. Изд. АН СССР, 1952.

Казакова Н. А. Из истории сношений Новгорода с Ганзой в XV веке // Исторические записки. Вып. 28. М., 1949.

Казакова Н. А. Русско-ливонские и русско-ганзейские отношения. Конец XIV — начало XVI в. Л., 1975.

Кашанина Т. В. Корпоративное право (право хозяйственных товариществ и обществ). М., 1999.

Кириллова Е. Н. Ремесленные и торговые корпорации в раннее Новое время (по материалам Реймса): автореф. дис. … д-ра истор. наук. М., 2009.

Красильникова Т. К. Становление правовых основ организации и деятельности корпораций в Средние века // Вестник Волгоградской академии МВД России. 2012. № 4(23).

Назаренко Н. И. Влияние городского права Германии на регулирование торговых отношений в Великом Новгороде в XII— XVII вв. // Журнал зарубежного законодательства и сравнительного правоведения. 2017. № 4.

Никитский А. И. История экономического быта Великого Новгорода. М., 1893.

Памятники русского права. Вып. II / сост. А. А. Зимин. М., 1953.

Письмо Немецкого двора Ревелю. Liv-, Est-, und Curländisches Urkundenbuch (далее — LUB), Bd. VII (1423—1429). Riga, Moskau, 1881. № 80).

Подвигина Н. Л. Очерки социально-экономической и политической истории Новгорода Великого в XII—XIII вв. М., 1976.

Подоляк Н. Г. Ганза // Город в средневековой цивилизации Западной Европы. Т. 4. Extra muros: город, общество, государство. М., 2000.

Покровский В. С. Договор Великого Новгорода с Готландом и немецкими городами 1189—1195 гг. как памятник международного права // Изв. вузов. Правоведение. 1959. № 1.

Право г. Фрейбурга (в Бреслау). Древнейшая часть 1120 г. / пер. Т. М. Негуляевой и Л. И. Солодковой // Средневековое городское право XII—XIII веков. Саратов, 1980.

Рыбина Е. А. Новгород и Ганза. М., 2009.

Сванидзе А. А. Средневековый город и рынок в Швеции XIII—XV вв. М., 1980.

Сквайрс Е. Р., Фердинанд С. Н. Ганза и Новгород: языковые аспекты исторических контактов. М., 2002.

Хаммель-Кизов Р. Новгород и Любек. Структура поселений двух торговых городов в сравнительном анализе // Новгород и Новгородская земля. История и Археология: матер. науч. конф. Вып. 8. Новгород, 1994.

Хорошкевич А. Л. Торговля Новгорода Великого с Прибалтикой и Западной Европой в XIV—XV вв. М., 1963.

Хрестоматия по истории государства и права СССР. Дооктябрьский период / под ред. Ю. П. Титова, О. И. Чистякова. М., 1990.

Шерр И. Германия. История цивилизации за 2000 лет: в 2 т. Т. 2: Приложения. Документы. Минск, 2005. № 48.

Управление по охране объектов культурного наследия администрации Губернатора Ульяновской области

      Дом расположен в исторической части города, главным южным фасадом вытянут вдоль красной линии бывшей Мало-Казанской улицы. Связан с семьей купцов Кузнецовых, имевших в городе собственное торговое товарищество. Купцы Африкан Александрович и Александр Александрович Кузнецовы переехали в Симбирск из Нижнего Новгорода в начале 1900-х годов. В семье Африкана Александровича Кузнецова было семеро сыновей — Александр, Иван, Дмитрий, Африкан, Василий, Петр, Валентин, и две дочери — Анна и Елизавета.

 

 

       Наибольший интерес представляет личность Александра Африкановича Кузнецова. Он родился в Нижнем Новгороде в 1874 году. Обучался в Нижегородском Владимирском реальном училище, по окончании которого поступил в Харьковский ветеринарный институт, слушал лекции в Швейцарии. Из Цюриха возвратился в 1893 году. Был связан с рабочим революционным движением. В 1894 году Симбирское губернское жандармское управление устанавливает за ним негласный надзор. В августе 1894 года Кузнецов вновь уезжает за границу для поступления в университет. В 1896 году привлекается к дознанию за организацию в Нижнем Новгороде рабочего революционного кружка и связь с революционерами за границей. Был арестован и выслан на 4 года под гласный надзор полиции в Уфимскую губернию, позднее переведен на жительство в Вятскую губернию. В январе 1902 года  А.А.Кузнецов из Нижнего Новгорода перебрался в Симбирск и вместе с отцом занялся торговлей железом. Вел активную политическую деятельность — выступал на митингах и собраниях революционного характера. Вместе с И.М.Сахаровым и А.П.Балакирщиковым издавал газету «Симбирские вести», в которой печатал наряду с другими и свои статьи. За издательскую деятельность вновь привлекался к суду Казанской судебной палаты. Был избран членом II Государственной Думы. На одном из собраний социал-демократов он выступил с докладом о деятельности социал-демократов в Государственной Думе. Брат А.А.Кузнецова В.А.Кузнецов по документам губернского жандармского управления проходил по социал-демократической организации и так же находился под наблюдением полиции. История дома прослеживается с 1874 года. В то время на усадьбе, принадлежащей жене титулярного советника Н.М.Быстрицкой, находился каменный одноэтажный дом, а также два деревянных флигеля, строения и огород. В 1884 году домовладение переходит к купцу В.П.Нагашеву, с апреля 1886 года — к его жене А.Г.Нагашевой. В результате пожара 1888 года на усадьбе остался лишь обгоревший каменный дом. В 1890–91 годах новый владелец усадьбы коллежский асессор М.И.Зыков возобновляет его практически в прежнем виде. С 1902 года домовладение переходит в собственность купцов Кузнецовых. В 1908 году они возводят к дому  каменный пристрой. В 1912–1916 годах  домовладение значится за «Торговым товариществом Кузнецовых в городе Симбирске». В 1914 году  производится ряд новых изменений объема жилого дома — на каменном пристрое появляется деревянная надстройка с открытой террасой, строится «казенный» этаж. В 1918 году дом перешел в собственность государства. В настоящее время частный жилой дом. «Дом купцов Кузнецовых, сер. 1860-х гг. – 1910-е гг.» включен в список объектов культурного наследия местного (муниципального) значения Постановлением Правительства Ульяновской области от 25.06.2014 №253П.   

 

Библиография: 1. Деятели революционного движения в России. Библиографический словарь. Т. 5. Вып. 1. М., 1929. С. 271–272;   2.Историческая застройка Симбирска — Ульяновска (обзор) Сост. О. А. Свеш­никова. Ульяновск, 2001.  С. 29;   3. Историко-архитектурные памятники Симбирска-Ульяновска .Каталог. Ульяновск, 2006.   

 

The house is located in the historical part of the city, the main southern facade is stretched along the red line of the former Malo-Kazan street. Connected with the family of merchants Kuznetsovs, who had their own trade association in the city. The most interesting is the personality of Alexander Afanasyevich Kuznetsov. He led an active political activity — spoke at rallies and meetings of a revolutionary nature. Together with I.M. Sakharov and A.P. Balakirschikov, he published the newspaper «Simbirskie Vesti», in which he published his articles along with others. He was elected a member of the Second State Duma. In 1918, the house became state property. Currently a private residential house. «The House of merchants Kuznetsovs, mid-1860-ies — 1910-ies» is included in the list of objects of cultural heritage of local (municipal) meaning by the Decree of the Government of the Ulyanovsk region dated 25.06.2014 No. 253-P. 

Читать книгу «Новгород и Ганза» онлайн полностью📖 — Елены Александровны Рыбиной — MyBook.

ПРЕДИСЛОВИЕ

Из двух названий, вынесенных в заголовок книги, слово «Ганза» вряд ли понятно современному читателю. До сих пор о феномене Ганзы и ее значении в жизни средневековой Европы, в том числе и истории Руси, российский читатель, за исключением узкого круга специалистов, ничего не знал.

Что же такое Ганза? Термин «Ганза», по мнению исследователей, восходит к слову «Schar» и по смыслу аналогичен слову «гильдия», что означает не что иное, как союз, сообщество, товарищество.

Средневековая торговля имела ярко выраженный корпоративный характер, которым были проникнуты все виды экономических связей, как внутренних, так и внешних. Купец средневековья не был индивидуалистом, он был, как все его современники, по существу коллективистом. Торговые поездки, особенно морские, в чужие земли были трудны и опасны, путешественникам предстояло бороться и со стихией, и с разбойными нападениями. Поэтому уже в раннем средневековье складывались своеобразные объединения купцов, занимавшихся иноземной торговлей. Самой простой формой таких объединений было совместное пользование одним кораблем. Со временем на основе этих простых товариществ стали образовываться союзы купцов, называющиеся гильдиями. Об их существовании известно из двух рунических камней XI в. из Сигтуны, установленных купеческими гильдиями в память об умерших членах.

Как свидетельствуют источники, такие купеческие гильдии занимались не только обеспечением торговых поездок, но гарантировали своим членам определенные привилегии в торгующей стране, строили собственные церкви, служившие одновременно надежным хранилищем товаров. Заботились гильдии также и об устройстве жилых и складских помещений в тех местах, где купцы вели торговлю. Существование подобных корпораций в виде купеческих объединений характерно для всего XII в. Купеческие гильдии являлись по существу частными организациями без поддержки и покровительства властей. Их действия были ограничены собственной инициативой, что отнюдь не способствовало развитию торговых связей. Большинство историков видят в этих гильдиях предшественников будущей городской Ганзы.

Со временем на основе этих гильдий стали складываться городские купеческие объединения, включавшие в себя купцов одного города или одной национальности. Эти объединения получали льготные грамоты для ведения торговли от своих правителей, а также определенные привилегии в тех странах, где они торговали. В XIII в. в Германии периодически стали образовываться региональные городские союзы для обеспечения безопасности купцов, в чьей деятельности города были весьма заинтересованы. В конце концов для успешного ведения торговли назрела необходимость в организации общегородского союза, объединявшего все группы немецких городов (вендских, нижнесаксонских, вестфальских, ливонских). Таким объединением и стал торговый союз немецких городов, получивший название Ганза (или Ганзейский союз) и окончательно оформившийся к середине XIV в.

На протяжении XIV–XV вв. Ганза монополизировала западноевропейскую торговлю и была главным посредником в торговых связях между Центральной, Восточной и Северной Европой. Ганза с трудом поддается определению, поскольку вмещает в себя множество аспектов. Это не только торговое объединение, в XIV–XVI веках Европа была пронизана духом Ганзы. В разных странах находились ганзейские поселения, существовало ганзейское право, моря бороздили ганзейские корабли, ганзейские купцы влияли на социально-политическое и культурное развитие городов. Регулярно проходили ганзейские съезды, которые решали не только торговые дела, но и занимались сугубо городскими проблемами.

Торговые контакты Новгорода в балтийском регионе начались задолго до создания Ганзейского союза. Новгородско-ганзейским отношениям предшествовал долгий период становления и развития торговых, культурно-исторических и политических связей Новгорода с европейским Севером и Западом. В X–XI вв. несомненны тесные культурно-исторические и торговые контакты Новгорода с областью южной Балтики, уходящие корнями в далекое прошлое этих регионов, а также торговые и политические связи со Скандинавией. В X в. устанавливаются тесные контакты Новгорода с островом Готланд, который на протяжении веков был центром балтийской торговли. К моменту появления на Балтике немецких купцов были выработаны правила ведения торговли. Поэтому в этой книге рассказу о новгородско-ганзейских отношениях, о пребывании ганзейских купцов в Новгороде предшествует изложение ранней истории новгородско-балтийских контактов.

Новгород был одним из главных партнеров Ганзы. Здесь ганзейские купцы покупали меха, известные во всей средневековой Европе, отсюда вывозили воск, мед и другие товары. С конца XII в. в Новгороде находился Немецкий двор с церковью св. Петра, ставший впоследствии основой ганзейской конторы, одной из важнейших контор Ганзейского союза.

Различные аспекты взаимоотношений Новгорода и Ганзы не раз становились темой исследования отечественных и зарубежных историков. В предлагаемой читателю научно-популярной книге излагается история зарождения, становления и развития новгородско-ганзейских контактов. Отдельные разделы посвящены истории Готского двора, ганзейской конторы, правовым нормам, характеру и правилам ведения торговли. Одна из глав знакомит с археологическим материалом, который дает наглядное представление о быте ганзейских купцов, о товарах, которые они поставляли в Новгород, а также содержит свидетельства о непосредственных контактах ганзейцев с новгородцами.

В книгу включена глава о языковом аспекте новгородско-ганзейских отношений, автором которой является доктор филологических наук Екатерина Ричардовна Сквайре, которой я сердечно благодарна за помощь и участие в этой работе.

В Приложениях к основному тексту книги публикуются список новгородско-немецких и новгородско-ганзейских торговых договоров и грамот, а также два источника, которые помогут современному читателю проникнуться духом средневековья. Это – легенда о посаднике Добрыне, благодаря которой уточнена дата возникновения Готского и Немецкого дворов в Новгороде, и четвертая редакция скры (устава ганзейской конторы в Новгороде), из которой можно почерпнуть много интересных и конкретных сведений об организации и правилах ведения торговли, а также о быте ганзейских купцов.

В конце помещено обширное резюме на немецком языке. В книге отсутствует научный аппарат, но она снабжена практически полным списком публикаций письменных источников и достаточно подробной библиографией отечественных и зарубежных авторов, где заинтересованный читатель найдет все необходимые сведения.

Москва, декабрь 2008 г.

Глава I


ИСТОЧНИКИ И ЛИТЕРАТУРА

Об источниках

История торговых и культурно-исторических связей Новгорода с Северной и Западной Европой находит отражение в разного вида источниках: это и письменные документы, и археологические материалы, и данные нумизматики и сфрагистики. Для раннего периода (X–XIII вв.) письменных свидетельств сохранилось очень мало, и поэтому для него так важны археологические и нумизматические свидетельства. Напротив, период XIV–XV вв., когда особенно интенсивными были Новгородско-ганзейские отношения, освещен в письменных источниках достаточно подробно, и археология лишь дополняет их.

Письменные источники. Письменные источники по своему характеру можно разделить на две группы. К первой из них принадлежат собственно документы: торговые договоры XII–XV вв. с Готландом, немецкими городами, Ливонским Орденом; торговые грамоты того же периода; княжеские уставы; договоры Новгорода с князьями; лавочные и писцовые книги по Новгороду Великому; устав Немецкого двора (скра), постановления ганзейских съездов, переписка ганзейской конторы, таможенные и торговые книги ганзейских купцов.

Другую группу письменных памятников составляют нарративные, т. е. повествовательные источники, в составе которых русские летописи, скандинавские саги, отдельные свидетельства западных хроник, легенда о посаднике Добрыне, сочинение XII в. «Вопрошание Кириково».

Торговые договоры и торговые грамоты Новгорода. Прямым свидетельством существования торговых связей, несомненно, являются торговые договоры, заключенные между партнерами, и различные грамоты, обеспечивающие купцам «чистые пути», регулирующие различные частные конфликты и взаимоотношения между торговыми партнерами. Всего до нас дошло около пятидесяти подобных документов, которые характеризуют только западноевропейское (в основном ганзейское) направление новгородской торговли. Другие направления торговых связей Новгорода подобными источниками не обеспечены.

Древнейший торговый договор был заключен Новгородом с Готским берегом (о. Готландом) и немецкими городами в 1191–1192 гг. Торговые договоры, как правило, являлись результатом урегулирования различных конфликтов, нередко возникавших в торговых отношениях. Формуляр таких документов был стандартным и отработанным в течение долгого времени. В преамбуле договора назывались имена должностных лиц обеих сторон, которые его заключали. Далее излагалось существо дела или пересказывался конфликт, который должен быть улажен, после чего указывались виновные и определялось наказание; после этого купцам обеих сторон гарантировались «чистые пути», свободная торговля и устанавливался ее порядок. Кроме того, в торговых договорах, заключенных между Новгородом и ганзейскими городами, содержатся некоторые сведения, касающиеся устройства иноземных гостиных дворов в Новгороде, обязанностей купцов, их взаимоотношений с новгородцами.

Торговые договоры заключались от имени высших должностных лиц Новгорода: князя, посадника, тысяцкого и архиепископа. Заметно отличается от остальных формуляр двух первых договоров, написанных на одном пергаменном листе. В них отсутствует владыка, а кроме князя, посадника и тысяцкого названы «все новгородци», в то время как во всех последующих договорах и большинстве торговых грамот первым среди должностных лиц обязательно упоминается владыка. Кроме князя или его наместника, посадника и тысяцкого непременными участниками заключения торговых договоров были старосты купеческие (впервые в договоре 1270 г.), купцы, дети купеческие.

С развитием административной системы Новгорода, с происходящими в ней реформами заметно изменялся состав лиц, заключавших договоры или регулировавших торговые конфликты. Особенно расширился состав лиц, упоминаемых в преамбуле документов, в XV в., когда изменяется не только структура власти, но и сама фразеология. В это время наряду с действующими посадником и тысяцким называются все (или, позднее, старые) посадники и все (или старые) тысяцкие, кроме них упоминаются еще бояре, а кроме старост купеческих еще и дети купеческие или просто купцы.

Также меняется состав лиц, подписывавших документ со стороны новгородских контрагентов, что хорошо прослеживается по начальным формулярам торговых договоров на протяжении XII–XV вв. Вплоть до 1392 г. (Нибурова мира) все переговоры и заключение договоров с Новгородом вели послы Любека и Готланда от имени всего заморского купечества. В 1392 г. впервые наряду с ними названы послы трех ливонских городов: Риги, Ревеля (Таллинна), Дерпта (Тарту). В дальнейшем только ливонские послы вели все торговые переговоры с Новгородом, что, несомненно, отражало их увеличивавшуюся роль в новгородско-ганзейской торговле.

Кроме непосредственно торговых договоров, фиксирующих заключение торгового мира после очередного конфликта, существовали и другие торговые акты разнообразного характера. Чаще всего они были посвящены гарантии «чистых путей», возврату награбленного товара, взысканию долгов. Эти документы также относились к числу государственных актов, т. е. регулирование любых торговых отношений было в ведении новгородских властей.

Всего к настоящему времени сохранилось 19 торговых договоров и 33 грамоты разнообразного торгового характера. Любопытна их статистика: из 52 торгово-правовых документов только один датируется концом XII в. и 5 – XIII в.; к XIV в. относятся 4 договора и 10 торговых грамот, к XV в. – 11 договоров и 21 грамота. Таким образом, подавляющее число документов (46 экз.) происходит из XIV–XV вв., т. е. относятся к ганзейскому периоду. Несомненно, до нас дошла только часть существовавших в свое время актов, однако прослеживается определенная закономерность в хронологии сохранившихся торговых договоров и грамот. Если для XII–XIII вв. известно всего 6 торговых документов, то уже для XIV в. – 14, а для XV в. – 32 акта. Даже с учетом того, что часть документов как раннего периода, так и более позднего не сохранилась, нельзя не заметить относительное обилие договорных и прочих грамот в XV в., от которого дошло более половины всех имеющихся документов. Отмеченная тенденция свидетельствует, с одной стороны, о динамике торговых связей, об увеличении с течением времени товарооборота, торговой активности как новгородских, так и иноземных купцов. С другой стороны, обилие регулирующих торговые конфликты документов, несомненно, указывает на обострение торговых отношений между Новгородом и Ганзой в XV столетии, когда конфликты между торговыми партнерами следовали один за другим и каждый из них завершался заключением торгового мира. Последний договор времен новгородской независимости был заключен между Новгородом, Псковом и Дерптом в 1474 г. Еще три договора были заключены до конца XV в. уже после потери

Новгородом независимости, но сохранявшим временно прежнюю административную структуру и значение торгового центра.

В торговых договорах и грамотах содержится немало имен новгородских купцов, которые в будущем, возможно, удастся обнаружить в текстах берестяных грамот соответствующего времени.

Княжеские уставы. Из трех княжеских уставов XIII в., содержащих важные свидетельства об организации новгородской торговли и новгородского купечества, для рассматриваемой темы имеет значение «Устав князя Ярослава о мостех», который датируется 60-ми гг. XIII столетия. Как отмечают исследователи, этот документ главным образом непосредственно связан с торговыми делами, хотя речь в нем идет о мощении улиц. В части «Устава», посвященной Торговой стороне, перечисляются участки улиц и дорог, ведущих к Торгу и к пристаням, которые были обязаны мостить городские власти всех уровней, включая князя и посадника. Следовательно, забота об этих магистралях была общегосударственным делом в Новгороде. Кроме того, мощение улиц вменялось в обязанность иноземным гостям (немцам и готам) и жителям соответствующих улиц.

Договоры Новгорода с князьями. Сохранилось около 20 таких договоров XIII–XV вв., заключенных между Новгородом и приглашаемыми князьями. В них наряду со многими статьями, где обусловлены права и обязанности сторон по отношению друг к другу, есть и статьи, регулирующие торговую деятельность. В частности, начиная с 1268 г. из договора в договор повторяется статья о том, что князь не имеет права распоряжаться Немецким двором, т. е. объявлять о его закрытии, а также торговать с немецкими купцами: «А в Немецком дворе тобе торговати нашею братиею, а двора ти не затваряти, а приставов не приставливати».

Для рассматриваемой темы интересны составленные в конце XVI в. лавочные и писцовые книги по Новгороду, в которых содержатся сведения о местоположении Немецкого двора и дается его описание.

Что касается берестяных грамот, то сведений о внешней торговле Новгорода в них, к сожалению, совсем немного. Покупку немецкой соли фиксируют грамоты 32 и 282 (обе XIV в.).

Летописи. В нескольких летописных статьях XII–XIII вв. сообщается о пожарах варяжской и немецкой церквей в Новгороде. Ценность этих показаний заключается в том, что они дают исходное основание для локализации иноземных дворов на территории Новгорода.

Среди повествовательных источников большой интерес для истории возникновения иноземных дворов в Новгороде представляет легенда о посаднике Добрыне, сохранившаяся в трех списках XVI–XVII вв. Источниковедческий анализ этих списков позволил уточнить дату возникновения в Новгороде Готского и Немецкого дворов.

Косвенные сведения о существовании варяжской божницы в Новгороде имеются также в «Вопрошании Кирикоеом» (1130–1150 гг.). Оно представляет собой сочинение, составленное в форме вопросов новгородского священника и математика XII в. Кирика (отсюда и название памятника) и ответов епископа Нифонта. В них регламентировались правила поведения, нормы морали в средневековом обществе, давались рекомендации священникам в решении самых разнообразных жизненных вопросов. Один из ответов определял меру наказания тем людям, которые обращаются за церковными требами к варяжским священникам: «А оже се носили к варяжскому попу дети на молитву. Ответ: 6 недель епитемье, рече, занеже акы двоеверци суть». Для нас здесь важно упоминание варяжского попа в Новгороде во второй четверти XII в., что, несомненно, свидетельствует о существовании католической церкви в это время.

* * *

Количество письменных документов иноземного происхождения, хранящихся в архивах Любека, Гданьска, Риги, Таллинна, Тарту и других городов, значительно превышает отечественный материал такого рода. Датируются они преимущественно XIV–XV вв., характеризуя главным образом новгородско-ганзейскую торговлю. В составе этих источников имеются: материалы ганзейских съездов, переписка ганзейской конторы в Новгороде, скра – устав Немецкого двора в Новгороде; всевозможные торговые и таможенные книги немецких городов, Тевтонского ордена, купеческих фамилий.

Постановления ганзейских съездов. В 70-е годы XIX столетия сначала Исторической комиссией при Мюнхенской Академии наук, затем созданным в 1870 г. Ганзейским историческим обществом было предпринято многотомное издание постановлений ганзейских съездов и всей переписки, связанной с их подготовкой и проведением. Издание состоит из четырех частей, каждая из них включает 7–8 томов, в которых соблюдался строгий хронологический порядок публикации источников: часть I – Die Recesse und andere Akten; части II–IV – Hanserecesse, сокращенно HR. Тогда же Ганзейское историческое общество начало публикацию различных ганзейских грамот и иных документов (в том числе деловых купеческих писем), вышедших в одиннадцати томах под названием «Hansische Urkundenbuch», сокращенно HUB.

Эти издания – наиболее полная публикация ганзейских документов, которые освещают в основном вопросы запретов по тем или иным причинам торговли с Новгородом, ведения с ним переговоров и заключения торговых договоров, рассмотрения различных конфликтных ситуаций, т. е. всего того, что входит в сферу торговой политики. Вместе с тем среди материалов съездов нередко встречаются документы, непосредственно касающиеся судеб ганзейской конторы в Новгороде, дела которой постоянно обсуждались на съездах.

Значительную часть ганзейских документов составляет разнообразная переписка между немецкими купцами, торговавшими в Новгороде, и городскими советами Любека, Висбю, Риги, Ревеля, Дерпта, руководившими ганзейской конторой. Публикация этих материалов началась в середине XIX века в многотомном издании прибалтийских документов Liv-Est– und Curländisches Urkundenbuch (сокращенно LUB). Это 15-томное издание содержит массу документов, главным образом XIV–XV вв. и отчасти XVI в., относящихся к переписке немецких купцов из Новгорода с ливонскими городами. В них находятся самые разнообразные сведения из жизни купцов в чужом городе, об устройстве их быта, о взаимоотношениях с новгородскими властями и жителями города, о положении и состоянии иноземных дворов в периоды ухудшения или полного разрыва торговых отношений. Письма купцов, как любая, в том числе и деловая, переписка, сохранили живые подробности эпохи и интересные факты из жизни ганзейской конторы в Новгороде.

Скра. Важнейшим источником по истории новгородско-ганзейских торговых отношений в целом и ганзейской конторы в Новгороде в частности стала скра – устав Немецкого двора, – известная в семи редакциях.

Великий Новгород | Encyclopedia.com

Великий Новгород был городом-государством, расположенным на северо-западе России, существовавшим с середины X века до его аннексии Московией в 1478 году.

Хотя Новгород был назван в Лаврентьевской редакции Первой летописи как политический престол, занимаемый Рюриком в 862 году, археологические данные указывают на то, что город был основан в середине десятого века. Расположенный на реке Волхов, недалеко от истока озера Ильмень, город быстро превратился в ведущий торговый центр.Вскоре после того, как князь Владимир принял христианство для Киевской Руси, Новгород стал резиденцией епископства и стал крупным духовным и культурным центром. Его политические институты представляли собой альтернативу сильному княжескому режиму, сложившемуся на северо-востоке России. На пике своего могущества Новгород контролировал земли, простирающиеся от Балтийского моря до Белого моря и северного Урала, но он был покорен Московией в 1478 году.

Политическая организация и история

С образованием Киевской Руси Новгород возник как второй по значимости город в этом штате.Киевские князья назначили своих сыновей или других ближайших соратников управлять Новгородом. Таким образом, когда Святослав умер в 972 году, его сын Владимир служил князем в Новгороде. Точно так же, когда Владимир умер в 1015 году, его сын Ярослав правил Новгородом. И Святослав, и Владимир могли использовать войска из Новгорода и Скандинавии для обеспечения своих позиций в качестве киевских князей. Хотя утверждалось, что киевский князь Ярослав намеревался сделать Новгород наследственной резиденцией своего сына Владимира, большинство ученых сходятся во мнении, что Новгородом по-прежнему правили ставленники киевских князей.Такое расположение отличало Новгород от других крупных городов Киевской Руси, городов, которые в XI веке стали вотчиной различных ветвей династии Рюриковичей.

В 1136 году новгородцы заявили о своем праве называть своего князя. На следующее столетие они выбрали князей из династических линий Рюриковичей, которые правили в Чернигове, Смоленске и Владимире-Суздале и которые боролись за власть в Киевской Руси. Принадлежность Новгорода к определенной династической ветви часто давала его князьям преимущества перед конкурентами.Новгород, следовательно, также стал объектом раздора между соперничающими династическими ветвями, которые стремились повлиять на выбор Новгородского князя посредством политического, экономического и военного давления. В 1148–1149 гг. И снова в 1169 г. Новгород яростно вступил в схватку с Суздалью, которая могла блокировать снабжение города, в том числе продовольствием. Ко второй четверти XIII века владимиро-суздальские князья получили господство в Новгороде.

Ввиду отсутствия единой ветви династии, постоянно управляющей городом и связанными с ним землями, Новгород развил политическую систему, уникальную для земель Руси.Князья обладали значительной властью и отвечали за защиту города. Но они были обязаны проживать за городом и управлять вместе с городской администрацией, его мэром ( посадник, ) и начальником ополчения ( тысячский, ), которые были избраны из богатой землевладельческой элиты Новгорода, известной как новгородские бояре. . Кроме того, в городе нерегулярно созывались городские собрания, или вече. Новгородские епископы, возведенные в сан архиепископов в 1165 году и считавшиеся значительными объединяющими факторами в городе, также участвовали в управлении городом, его дипломатических делах, экономической деятельности и судебной системе.Функции этих офисов и институтов, а также разделение властей между ними до сих пор не совсем понятны; Поэтому ученые по-разному охарактеризовали Новгород как республику с ее народным городским собранием и как олигархию, в которой политически доминировали несколько боярских семей.

Монгольское нашествие на Киевскую Русь в период с 1238 по 1240 год не дошло до Новгорода. Но в 1259 году монголы в сопровождении князя Александра Невского (годы правления 1252–1263), возглавлявшего оборону Новгорода от шведов на Неве в 1240 году и от тевтонских рыцарей на Чудском озере в 1242 году, вынудили Новгород подчиниться. к переписи и отдать дань.Новгород продолжал признавать великих князей Владимира, которые после середины XIV века также были московскими князьями, как свои собственные.

В четырнадцатом веке местные власти играли большую роль в управлении и администрации города. Напряженность между ними и их князьями возникла по мере того, как возникли споры по поводу требований князей уплаты дани и контроля над территориями в северной империи Новгорода, включая земли Северной Двины, которые великий князь Василий I (г.1389–1425) безуспешно пытались захватить в 1397 году. Конфликты между Новгородом и Москвой достигли критических размеров в пятнадцатом веке. Новгород иногда, в конце XIV и XV веках, обращался к Литве за князем и сопротивлялся уплате дани Москве. В 1456 году Великий князь Василий II (годы правления 1425–1462) нанес Новгородское военное поражение. Последовавший за этим Яжельбицкий мирный договор ограничил автономию Новгорода, особенно в международных делах. Когда в 1470–1471 годах Новгород все же стремился к сближению с Литвой, великий князь Иван III победил Новгород в битве при Шелоне (1471 год).В 1478 году он снял символический вечевой колокол, заменил новгородских местных чиновников своими губернаторами и фактически присоединил Новгород к Московии.

торговля

Политическое значение Новгорода определялось его коммерческой мощью. Его расположение на реке Волхов, которая впадала на север в Ладожское озеро, дало ему доступ через Балтийское море в Скандинавию и северную Европу. Таким образом, он стал конечной точкой северной Руси на пути «от варягов к грекам», который шел по Днепру в Киев и далее в Черное море и Византию.Новгород также был связан водными путями и портами с Волгой, путем в Булгар на Волге, Хазарии, Каспийское море и мусульманский Восток.

Торговля Новгорода была основным источником серебра для русских земель. В X веке серебряные дирхамы были завезены с мусульманского Востока. Некоторые были реэкспортированы в Балтийский регион; другие циркулировали в землях Руси. С XI века, когда исламские серебряные монеты перестали быть доступны, Новгород импортировал серебро от своих европейских торговых партнеров.Кроме того, Новгород импортировал европейские шерстяные ткани, оружие, металлы, керамику, алкогольные напитки и соль. С востока и из Византии сюда привозили шелк и специи, драгоценные камни и украшения, а также изделия из стекла и керамическую посуду.

Новгород функционировал не только как транзитный центр, реэкспорт импортных товаров; он также торговал своими товарами, главным образом воском, медом и мехом. К концу XII века Новгород расширил свою власть над обширной северной империей, простирающейся до Белого моря и Уральских гор.Он собирал дань мехом с финно-угорского населения региона; с ними торговали и его купцы. Таким образом были обеспечены поставки роскошных меховых шкур на экспорт. В четырнадцатом и пятнадцатом веках он также экспортировал большое количество беличьих шкурок.

В X и XI веках основными торговыми партнерами Новгорода в Европе были скандинавы. К XII веку они основали собственный торговый комплекс вокруг церкви Святого Олафа на рыночной стороне города.С XII века немецкие купцы, открывшие свою торговую базу в Петергофе, успешно конкурировали со скандинавами за новгородскую торговлю. В 1130-х годах князь Всеволод передал контроль над мерами и весами — сборами, взимаемыми за взвешивание и измерение товаров, продаваемых на рынке, — и судебную власть над торговыми спорами новгородскому епископу, товариществу торговцев воском, которое было связано с церковью Св. Иоанна, тысяцкий.

Торговля Новгорода пережила нашествие монголов, которые поощряли перевозку импортных и отечественных товаров в качестве дани и торговых товаров по Волге в свою столицу Сарай. Хотя споры приводили к случайным перерывам в торговле Новгорода с Ганзой, как в 1388–1392 годах и с 1443 по 1448 год, она продолжалась до 1494 года, когда великий князь Иван III закрыл Петергоф.

общество и культура

Новгород был одним из крупнейших городов Руси.В двенадцатом веке он занимал площадь более тысячи акров. За исключением области, где находится собор Святой Софии, который с середины XI века находился внутри цитадели, Новгород был открытым городом до конца XIV или начала XV века, когда была построена городская стена. Река Волхов делила город на две половины: Софиевскую сторону на западном берегу и рыночную сторону на востоке. Далее он был разделен на пять микрорайонов (, ) и улиц.

Население Новгорода в начале XI века, по оценкам, составляло от десяти до пятнадцати тысяч человек, а к началу XIII века увеличилось вдвое. Оценки для пятнадцатого века колеблются от двадцати пяти до пятидесяти тысяч. Самыми богатыми, политически активными и влиятельными слоями новгородского общества были бояре и крупные купцы. К низшим слоям относились торговцы с более умеренным достатком, самые разные ремесленники и ремесленники, неквалифицированные рабочие и рабы.Духовенство также проживало в городе и его окрестностях. Крестьяне занимали сельские села в подмосковной Новгородской деревне.

В черте города неоднократно возникали междоусобицы. В крайнем случае вспыхнули беспорядки, и жертвы были сброшены с моста в реку Волхов. Но чаще порядок поддерживался объединенной княжеско-местной администрацией, которая регулировала бизнес и разрешала юридические споры. Население полагалось на официальную документацию, выдаваемую городскими властями для деловых операций, продажи и дарения собственности, завещаний и других юридических действий.Берестяные грамоты, обнаруженные при археологических раскопках, свидетельствуют о том, что новгородцы обычно писали о повседневных личных, домашних и деловых делах. Епископский двор также был центром летописи.

Городское население проживало в деревянном городе. Дороги и пешеходные дорожки были построены из колотого бревна. Вдоль дорог тянулись городские имения бояр и богатых купцов. В то время как они жили в центральных жилых домах на поместьях, владельцы магазинов, ремесленники и другие иждивенцы жили и работали в меньших домах во дворах, которые также включали нежилые постройки и были окружены деревянными заборами.Хотя в городе имелась дренажная система, скопление мусора потребовало многократного ремонта дорог; частые пожары также требовали реконструкции зданий. Соответственно, многие из городских мастеров занимались лесозаготовками, плотницкими работами и другими видами деятельности, связанными с деревом.

Некоторые здания, особенно церкви, были каменными. Собор Святой Софии, построенный в 1045–1050 годах из необработанного камня, установленного в розовом растворе и украшенный пятью куполами, был первым подобным сооружением, построенным в Новгороде.При поддержке князя Владимира Ярославича он стал епископским собором, центральным элементом Софийской части города. С начала XII века князья, епископы, богатые бояре и купцы были покровителями десятков каменных церквей. Как правило, меньше, чем собор Святой Софии, они располагались по обе стороны реки, а также в монастырях за пределами города. Новгородские и приезжие художники и ремесленники спроектировали и построили эти церкви, а также написали иконы и фрески, которые украшали их интерьеры.К XIV и XV векам у них сложились отличительные новгородские школы архитектуры и иконописи.

Бояре и зажиточные городские купцы владели помещичьими помещениями за городом. Хотя женщины, как правило, не участвовали в общественной и политической жизни, они владели и управляли собственностью, в том числе недвижимостью. Среди самых известных из них была Марфа Борецкая, которая была одним из самых богатых людей в Новгороде накануне потери независимости.В этих провинциальных имениях крестьяне и несельскохозяйственные рабочие занимались земледелием, животноводством, рыболовством, охотой, производством железа и соли, пчеловодством и другими видами деятельности. Хотя неблагоприятные сельскохозяйственные условия в регионе нередко приводили к плохим урожаям, что иногда приводило к голоду, продукции из этих поместий обычно хватало не только для того, чтобы прокормить и снабжать население города и его внутренних районов, но и перебрасывать его в сельский район. торговая сеть города.После того, как Иван III подчинил себе Новгород, он конфисковал помещичьи владения и арестовал или сослал владевших ими бояр и купцов. Он захватил принадлежащие архиепископу земельные владения и монастыри.

См. Также: берестяные грамоты; киевская русь; новгород, архибишиоп; новгородский судебный устав; посадник; маршрут в греки; династия Рюриковичей; vikings

библиография

Бирнбаум, Хенрик. (1981). Владыка Новгород Великий: Очерки истории и культуры средневекового города-государства, Часть I: Историческая справка. Колумбус, Огайо: Славица.

Дежевский, Н. Дж. (1977). «Новгород: истоки русского города». В европейских городах: их археология и ранняя история, изд. М. В. Барли. Лондон: Совет британской археологии от Academic Press.

Каргер, Михаил К. (1975). Новгород: памятники архитектуры XI – XVII вв. Ленинград: Художественное издательство «Аврора».

Лангер, Лоуренс Н. (1976). «Средневековый русский город». В Город в истории России, изд.Майкл Хэмм. Лексингтон: Университет Кентукки Пресс.

Мичелл, Роберт и Форбс, Невилл, тр. (1914). Новгородская летопись 1016–1471. Лондон: Королевское историческое общество.

Раба, Иоиль. (1967). «Новгород в XV веке: Пересмотр». Канадские славистики 1: 348–364.

Томпсон, Майкл В. (1967). Великий Новгород. Нью-Йорк: Praeger.

Джанет Мартин

Сети Ганзейского союза — EGO

Ганзейский союз был позднесредневековой сетью экономически в значительной степени независимых торговцев на дальние расстояния, основанной на доверии, репутации и взаимных отношениях.Неформальное сотрудничество между его членами позволяло снизить операционные, информационные и организационные издержки, что позволило ганзейским купцам получать хорошую прибыль от торговли на дальние расстояния между Балтийским и Северным морями. Благодаря личным и институциональным связям с конфедерациями городов ганзейские купцы изначально смогли укрепить свою международную власть. Однако с конца 15 века транзакционные издержки междугородной торговли увеличились в результате растущей эксклюзивности и формализации в Ганзейском союзе.Более того, изменения в европейской экономической структуре, вызванные открытием Америки, и внутренние конфликты в конечном итоге привели к распаду ганзейских сетей.

Введение

До сих пор среди историков нет единого мнения относительно определения феномена «Германский Ганзейский союз». Французский историк Филипп Доллингер (1904–1999), например, описывает его как «unorganisches Gebilde mit einer fast nicht greifbaren Struktur» («неорганическое существо с почти неосязаемой структурой»), которое, по его словам, также имеет слабые стороны. 1 В более ранней литературе Германский Ганзейский союз часто рассматривается как мощное объединение городов, в то время как другие авторы рассматривают его как торговую компанию или просто как товарищество по расчету. Отсутствие иерархической структуры, особенно очевидное по сравнению с крупными торговыми домами на юге Германии, привело к мнению, что Ганзейский союз пострадал от «Innovatorischen Rückstand» («инновационный разрыв»). 2 Хотя это наблюдение встретило много возражений, оно, тем не менее, было совершенно законным в контексте преобладающего взгляда экономистов и экономических историков того периода, которые считали бюрократически-иерархические формы организации современными и перспективными бизнес-моделями.В исследованиях немецкой экономической истории и социальных наук последних десятилетий произошел фундаментальный сдвиг парадигмы от структурно-исторического подхода к подходу, ориентированному на акторов. Это изменение не только обещает дать ответ на вопрос, чем на самом деле был Ганзейский союз, но также откроет обширную, до сих пор малоизвестную область исследований. Более того, обширная предварительная просопографическая работа в 1990-х годах позволила применить теорию сетей к исследованиям Ганзы. 3

Ганзейская лига как сетевая модель

При ответе на вопрос о структуре Ганзейского союза важны две концепции сети. С одной стороны, широко распространенное в экономике понятие сетей как организационного типа. Другая концепция, используемая в социальных науках, рассматривает сети как сложные сети социальных отношений. 4 С точки зрения экономистов, сеть часто рассматривается как тип организации, отличный от иерархии или рынка.Однако некоторые критики новой институциональной экономики рассматривают сети как гибриды, сочетающие иерархические и рыночные структуры. 5 По сравнению с иерархическими формами предприятия, сеть имеет горизонтальную, мало формализованную и постоянно меняющуюся структуру. Часто это самоорганизующаяся форма сотрудничества, которая развивается вокруг одного или нескольких концентраторов или узлов, будь то сеть эго или гетерархическая сеть. В первом случае актер находится в центре анализа, тогда как второй случай напоминает нейронную сеть с несколькими узлами различной плотности.В отличие от рынка, отношения между участниками регулируются не только в соответствии с конкуренцией, ценой или спросом и предложением. Вместо этого взаимные транзакции определяются сетью социальных факторов, таких как обязательства, доверие, солидарность и взаимность. 6 Сплоченность сети, таким образом, достигается не столько формальными правилами и контрактами, сколько наличием общей культуры и общих целей. Хотя сетевая теория является моделью, ориентированной на акторов, ее главный интерес, тем не менее, заключается в кооперативном и реляционном характере и практиках тех связей между акторами, которые игнорировались традиционной биографической и экономической историей.Преимущество сетевой концепции по сравнению с подходами, ориентированными на рынки или иерархии, заключается в том, что она позволяет лучше понять динамику и интерактивные компоненты. 7

В этой статье особое внимание будет уделено торговым сетям Ганзейского союза ( Kaufmannshanse ) и его экономическим субъектам, а также традиционно приоритетной теме политической функции Ганзейского союза как мощной лиги городов ( Städtehanse ). будет затронуто лишь вкратце.Решение сосредоточиться на структуре и масштабах ганзейской торговой организации и экономической деятельности ее купцов проливает свет на забытые области исследований. Однако смена ориентации также приводит к новым проблемам, касающимся как отношений между экономической организацией и лигой городов, так и датировки взлета и падения Ганзейского союза.

Начало Ганзейского союза

Согласно Доллингеру, история Ганзейского союза простирается между двумя четко идентифицируемыми моментами: основанием Любека в 1158/1159 году, с одной стороны, и последней Ганзейской диетой ( Hansetag ) в 1669 году, с другой. . 8 Однако представление о том, что Любек представляет собой начало Ганзейского союза и, кроме того, был «Schüssel zur Hanseatisierung des Ostseeraums» («ключом к расширению Ганзейского союза в регионе Балтийского моря»). . 9 Официальной даты основания Ганзейского союза не существует. Фактически, его истоки уходят корнями в далекое прошлое, чем возникновение Любека, которое, в свою очередь, было результатом экспансионистских амбиций внутренних районов. Возникновение Ганзейского союза лучше понять как результат процесса интеграции ранее независимых торговых потоков.

Отправной точкой была густонаселенная и более развитая Вестфалия с ее ключевым городом Зуст, который уже на рубеже тысячелетий превратился в важный национальный торговый пост для соли, металлических изделий из восточного Зауэрланда и серебра из региона Гарц. . К концу 11 века купцов из этого региона все больше привлекало побережье Северного и Балтийского морей, чтобы удовлетворить растущие потребности городского населения, которое продолжало расти до конца 13 века.Они продавали такие продукты, как сельдь и зерно, а также коммерческие продукты, такие как древесина, лен, смола или воск, на соль, которая была необходима на побережье для сохранения рыбы. 10 Начиная с конца 11 века, между Новгородом и Вестфалией развивалась оживленная торговля с востока на запад. Эта торговля первоначально проходила через ключевой торговый пост Шлезвиг, который также поддерживал торговые связи с Англией. 11 Впоследствии, однако, вестфальские купцы решили отказаться от Шлезвига в качестве рынка в пользу Любека, удобно расположенного на перешейке между Северным и Балтийским морями, о котором можно было договориться с относительно коротким наземным транспортом.Дальнейшее изменение было вызвано принятием сравнительно неограниченного городского устава Соеста (который был принят многими другими городами Ганзейского региона в результате принятия Любеком) и, наконец, что не менее важно, гораздо более коротким маршрутом. . 12

Однако начало Ганзейского союза нельзя объяснить просто торговой сетью, которая развивалась между Вестфалией и Балтийским морем. Не менее важный торговый путь, соединяющий Кельн с Англией и Данией, начал расти.Уже в 1157 году кельнские купцы получили первую торговую привилегию в Лондоне. Напротив, первые торговцы из Любека не попадали в Англию до начала 13 века. Сначала они установили торговые контакты с Кингс Линн, Халлом, Ярмутом и Бостоном. Торговля с Лондоном началась позже. Там они встретили своих конкурентов из Кельна. Успешное разрешение споров между двумя сторонами при посредничестве дортмундских купцов завершилось созданием совместного торгового офиса ( kontor ) в Лондоне в 1281 году. 13

Возвышение ганзейского города на реке Траве сопровождалось объединением торговых сетей Кельна и Вестфалии. Создание Любека как центра вскоре привело к сильной экспансии на север и восток, вплоть до России. После мирного соглашения 1161 года между готландцами и немцами при посредничестве Генриха Льва (1129–1195) было основано Готландское объединение. В результате Висбю на Готланде стал важным перевалочным центром для товаров из Скандинавии и восточных стран. 14 Поскольку членами этой ассоциации были, помимо купцов из Любека, также торговцы из Вестфалии и Саксонии, ее основание считается фактическим рождением Ганзейского союза. 15

Расширение Ганзейских торговых сетей

Восточная Европа

Еще до основания Любека купцы из Вестфалии и других регионов поддерживали торговые отношения с Россией. Однако их экспансия поначалу не привлекала особого внимания и проходила под эгидой скандинавов, которых привлекал растущий рынок и торговый центр Новгорода.Здесь немецкие купцы жили сначала в Санкт-Олавсхоф (двор Святого Олафа), основанном готландцами. Только после того, как их число значительно увеличилось, они открыли свой собственный контор между 1205 и 1207. Контор был назван Санкт-Петергоф и был удостоен привилегий русским князем Константином Всеволодовичем (1185–1218). Благодаря военным завоеваниям, христианизации и колонизации, которые были запланированы и организованы Любеком, в течение 13 века вдоль южной части Балтийского моря возникли новые торговые посты.Были основаны города Росток, Висмар, Штральзунд и Грайфсвальд, как и Рига в 1201 году при поддержке Висбю.

Северная Европа

После того, как шведский король Кнут I (1167–1196) и Генрих Лев в 1173 году заключили договор об установлении торговых отношений между Швецией и Любеком, последовала большая волна немецкой иммиграции в южную Швецию. Немецкие купцы и ремесленники, кажется, уже сыграли значительную роль в основании Стокгольма ок. 1251. Несмотря на их влияние на шведскую экономику, никаких привилегированных торговых поселений основано не было.В 1251 году шведский правитель Биргер Ярл (1200–1266) заставил немецких иммигрантов подчиняться законам своей страны и сделал их шведскими подданными. 16

В Бергене германские ганзейские купцы изначально не получали особых прав. Скорее, Wintersitzer — то есть те иностранные купцы, которые тоже зимовали в норвежском городе — имели те же права и обязанности, что и местные жители. Только купцы, которые были в Бергене исключительно в летний сезон, были освобождены от определенных налогов и сборов.Лишь в 1294 году норвежский король Эрик II (1268–1299) даровал им важные привилегии. 17 Bergen kontor был основан почти через 100 лет после первого поселения немецких купцов. Хотя точная дата его происхождения остается неизвестной, первые свидетельства датируются 1365 годом. Предположительно, однако, Bergen kontor уже был установлен несколькими годами ранее. 18

Западная Европа

Только в 13 веке ганзейские купцы распространились во Фландрию.Здесь они столкнулись с совершенно иной ситуацией, чем в Прибалтике. Когда они поселились в Брюгге, получив свои первые привилегии в 1252 и 1253 годах, город — ведущий центр торговли шерстью и тканями — был «мировым рынком Запада». Купцы с Пиренейского полуострова и Средиземноморья привозили свои товары в Брюгге. Вино и соль привозили из Франции, специи — из южных земель. 19 Итальянские купцы в Брюгге также сделали город крупным центром валютных и кредитных операций; Свидетельства о первых зачатках современной банковской системы можно найти уже в 14 веке. 20 Для ганзейских купцов город имел большое экономическое значение. В частности, они закупили дешевую французскую и португальскую морскую соль, которая пользовалась большим спросом в регионе Балтийского моря. Однако немецкие купцы в Брюгге с самого начала должны были конкурировать с другими странами, имеющими там консульства, и, как и ганзейский kontore , имели свои собственные юрисдикции. Часто возникали конфликты из-за нарушения ганзейских привилегий, в результате чего Ганзейский союз неоднократно перемещал свой торговый пост в Брюгге.Он переехал в Аарденбург в 1280 году, например, в знак протеста против привилегий, которые граф Гвидо I Фландрии (1226 / 1227–1305) предоставил другим иностранцам. 21

Возведением контора в Новгороде, Бергене, Лондоне и Брюгге и утверждением Любека в качестве ведущего города Ганзейского союза процесс расширения был завершен. Хотя Любек в определенной степени выполнял руководящую роль, Ганзейский союз не следует понимать как сеть радиальной формы с Любеком в центре.Немецкая сеть Hanse с ее торговыми постами и небольшими поселениями больше напоминала гетерархическую сеть или «взаимосвязанную сеть» с узлами разной плотности. Вокруг них, в свою очередь, были сгруппированы различные местные и региональные торговые сети разного масштаба. Местоположение иностранного контора не обозначало физических торговых ограничений, а скорее внешние географические точки морской торговли. Оттуда были установлены связи с региональными производителями и розничными торговцами: в Бергене, например, с производителями сушеной трески в северной Норвегии; или, например, в Англии поставщикам шерсти из северо-восточных и юго-восточных графств.Брюгге был центром торговой сети, которая соединялась с центрами добычи соли Франции и Португалии и вплоть до Средиземного моря.

Структура ганзейских торговых сетей

Учитывая географический охват торговых отношений купцов, возникает вопрос, как Ганзейскому союзу удалось сохранить единство и доминировать в этом торговом пространстве. Одним из факторов было внутреннее уплотнение торговой сети за счет создания небольших торговых станций.Ганзейский союз основал новые города вдоль Балтийского моря; на западе конторов были созданы в существующих городах, таких как Амстердам и Дордрехт, а более мелкие поселения были основаны во французских и португальских местах, таких как Нант, Ла-Рошель или Сетубал. 22 Между 13 и 15 веками все больше и больше внутренних городов, торговые связи которых иногда доходили до Венеции, присоединялись к торговой сети Ганзейского союза. 23

Уплотнение торговли в Ганзейском регионе сопровождалось специализацией ганзейских купцов.Они все больше сосредотачивались на определенных типах товаров или регионах, будь то торговля тканью, солью или зерном или торговля с Англией или Бергеном. Кельнские купцы, например, торговали в основном с Лондоном и пограничными таможенными округами Ипсвич и Сэндвич. С другой стороны, купцы из Гамбурга вели торговлю почти исключительно с Ярмутом, в то время как прусские купцы предпочитали вести дела с Кингз Линн и Халл. Любекские купцы отдавали предпочтение Бостону. Помимо этого, каждая группа торговала только определенными, характерными товарами.Любекские купцы в Бергене торговали в основном рыбой и рыбьим жиром, а кельнские купцы в Англии — сталью, оружием, тканью и кельнской пряжей. 24

Рост и расширение торговых отношений повлекли за собой реорганизацию деловой активности. Если купец в XI и XII веках был в первую очередь разносчиком, который путешествовал со своими товарами и продавал их сам, то позже он оставался бы в основном у своего kontor (или scrivekamere ), ведя свой бизнес оттуда.Эта тенденция к оседлому образу жизни началась в 13 веке. За транспортировку товаров отвечал капитан торгового судна или торговый клерк, который передавал груз представителю или фактору в пункте назначения, который, в свою очередь, осуществлял фактические продажи. Купец в своем офисе в основном посвящал свое время переписке, часто с помощью помощников и учеников. 25 Несмотря на такое развитие событий, торговый рейс также оставался важным для оседлого торговца-дальнобойщика.В XVII и XVIII веках купцы по-прежнему проводили большую часть своей жизни в путешествиях, чтобы узнать об условиях местного рынка или лично узнать о надежности своих деловых партнеров и завязать новые контакты.

На протяжении веков возникло пять различных типов предприятий:

  1. Vera societas ( wedderlegginge ) представляла собой конкретное коммерческое предприятие, в котором финансист ( Kapitalgeber ) и лицо, ответственное за коммерческую сделку ( Kapitalführer ), разделяли прибыль.
  2. В случае «комиссионного бизнеса» ( sendeve ) продавец перевозил товары для другого продавца. Обычно два купца также вступали бы в «vera societas» друг с другом.
  3. «Торговая компания» состояла из двух или более лиц, которые участвовали в капитале компании, но сами также были вовлечены в активную торговлю. Этот вид бизнеса развился в начале 15 века.
  4. «Взаимная торговля» была важнейшей формой партнерства между ганзейскими купцами.В этом случае торговцы в разных местах будут продавать соответствующие товары, присланные им другими торговцами, от своего имени. Однако для этой практики не было письменных соглашений, и продавцы не принимали непосредственного участия в прибыли от конкретной коммерческой сделки. 26
  5. Для организации дальних путешествий купцы образовали «кооперативы», например, те, которые действуют в Скании, Бергене или Фландрии.

Хотя торговцы сосредоточились на определенных областях торговли, они не были строго ограничены двусторонней торговлей.Например, многие любекские купцы, торгующие в Бергене, использовали норвежский город в качестве остановки для процветающей торговли с Англией. 27 В случае некоторых крупных торговцев можно доказать наличие очень обширной торговой деятельности. Торговые пути любекского купца Иоганна Виттенборга (ок. 1321–1363), например, охватывали Фландрию, Англию, Сканию, Ливонию и даже Россию. Он торговал в основном фламандскими тканями, которые он обменивал в Ливонии и России на меховые шкуры и воск.Затем он продал эти товары в Брюгге. 28 Торговля братьев Хильдебранда (ок. 1370–1426) и Зиверта Векинхузена (ок. 1370–1433) вышла за пределы ганзейских сетей в южную Германию, южную Францию ​​и Венецию. 29

«Сети доверия»

Региональное уплотнение торговой сети за счет создания городов и поселков было одной из мер по обеспечению безопасности междугородной торговли. Кроме того, Ганзейскому союзу Германии удалось создать конкурентоспособную организацию междугородной торговли, члены которой могли рассчитывать на надежность своих далеких торговых партнеров.Ганзейские купцы на протяжении веков разрабатывали стратегии для сохранения этой географически разветвленной сети контактов. В теории сетей и новой институциональной экономике (NIE) доверие рассматривается как ключевая переменная экономической деятельности. Это функция, которая снижает социальную сложность за счет обобщения поведенческих ожиданий, тем самым создавая условия для сотрудничества. 30

В частности, в доиндустриальную эпоху, когда часто проходили недели и месяцы, прежде чем торговый партнер получал известие о прибытии или продаже его товаров, между деловыми партнерами были необходимы особые доверительные отношения. 31 Более высокая степень доверия была оказана ближайшим родственникам и родственникам, поскольку эти отношения носили не только экономический характер, но и были связаны кровью и браком и были связаны паутиной моральных обязательств. Транснациональная торговая организация Ганзейского союза была создана в результате поселения членов семьи в важных торговых центрах. Таким образом, семьи Таррас и Ленсендик из Зоста, среди прочих, смогли закрепиться в Пруссии, Брюгге и Антверпене. 32 Однако мнение о том, что члены семьи являются самыми надежными торговыми партнерами, не бесспорно. Племянники, дальние родственники или даже незнакомцы предпочитались собственным детям, если первые оказывались более подходящими и заслуживающими доверия. Как показывает пример братьев Хильдебранд и Зиверт Векинхузен, члены семьи не всегда были надежными. Из-за безрассудных домыслов Хильдебранд столкнул семейный бизнес с трудностями и попал в долговую тюрьму. 33 Следовательно, уже в позднем средневековье ганзейская торговая сеть перестала состоять исключительно из семейных отношений.У купца Иоганна Писа (1421–1454) из Данцига, например, было всего 40 торговых партнеров, 34 в начале 15 века, Хильдебранд Векинхузен — более 1100. 35 Таким образом, вопреки широко распространенному мнению, что деловые контакты с незнакомцами не имели значения во времена Ганзейского союза, 36 можно продемонстрировать, что эти далеко идущие торговые отношения основывались не только на семейных узах.

Семейные узы заменили другие факторы, такие как репутация, надежность, взаимность и интеграция в сеть взаимозависимостей и обязательств.Ганзейские традиции ученичества способствовали созданию пула надежных партнеров, в то же время способствуя транснациональной экспансии. Обычно ученик проводил период обучения с торговцем, который был либо родственником, либо другом семьи. В последние годы своего ученичества или сразу после него он был отправлен за границу в качестве ученика купца, чтобы познакомиться с местными торговыми условиями и особенностями. Многие ученики, например, провели последние годы обучения в лондонском kontor . 37 За периодом обучения или стажировки в другой стране последовало первоначальное трудоустройство в качестве младшего партнера, прежде чем молодой бизнесмен стал владельцем компании. Будучи учеником и младшим партнером, начинающий торговец смог заработать себе репутацию. Если бы он остался за границей, он стал бы важным партнером для семьи или своего бывшего наставника дома, зная условия местного рынка, быстро и гибко реагируя на рыночные изменения, а также выступая в качестве важного информационного ресурса и контрольно-пропускного пункта.

Такое проживание в чужой стране не обязательно было постоянным. Хильдебранд Векинхузен, например, провел несколько лет в Любеке, прежде чем обосноваться в Брюгге. Во время своего пребывания за границей он не только установил надежные контакты, которые послужили основой для расширения его коммерческой деятельности, но и узнал местные условия торговли. Его брат Зиверт прожил в Кельне почти десять лет, прежде чем навсегда пустить корни в Любеке. Мобильность, женитьба и получение важных политических постов позволили братьям создать обширную сеть торговых партнеров, которые были им лично известны и надежность которых они могли достоверно оценить. 38

Эта обширная иммиграционная политика и политика расселения наряду со стратегиями укрепления доверия были решающими факторами устойчивого успеха Ганзейского союза. Кроме того, однако, также требовалась разработка системы норм и правил, которая обеспечивала бы эти долгосрочные сети доверия и вытекающие из этого финансовые преимущества. Расширение доверия к другим торговцам было в первую очередь стратегическим решением, которое требовало постоянного контроля и заверений со стороны торговых партнеров. 39

Операционные издержки

В последние годы успех Германского Ганзейского союза неоднократно приписывался способности ганзейских купцов поддерживать низкие операционные издержки. Под «транзакционными издержками» понимаются все расходы, понесенные при обмене товаров. 40 Ганзейская сеть позволила торговцам снизить коммерческие риски и, таким образом, снизить затраты на ведение бизнеса. Основание Ганзейского союза произошло в то время, когда европейская купеческая культура, основанная на доверии и переговорах, еще не развивалась.До X века торговцы-дальнобойщики действовали индивидуально и становились объектами грабежей, нападений с применением насилия и покушений на убийство, когда находились в отъезде по делам. Развитие формальных ассоциаций было ответом на растущую неопределенность и опасность. 41 Таким образом, создание институтов и единой системы правил для снижения операционных издержек было одним из важнейших компонентов разнообразных задач ганзейского сообщества.

Со своими правилами конторе были центральными учреждениями, которые обеспечивали жизнь сообщества как внутренней, так и внешней стабильности и безопасности.Путем институционализации правил поведения они способствовали сотрудничеству, продвижению и обеспечению мирной культуры переговоров и обмена, основанной на честности и надежности членов. Ведь кровные или этнические связи сами по себе не были гарантией надежного и миролюбивого поведения, особенно с учетом того, что рост междугородной торговли также означал увеличение числа иностранных партнеров, которых необходимо было интегрировать в сеть. С этой целью в Hanseatic kontore 42 были установлены нормы и контролировались, чтобы дать ганзейским торговцам надежную основу для сотрудничества.Несотрудничество или мошенничество каралось конторе , который имел свою собственную юрисдикцию. Санкции варьировались от потери репутации и высылки до потери бизнеса и уголовного наказания. За счет сокращения затрат на поиск, измерение, согласование и правоприменение — то есть за счет введения стандартов качества и измерения, проверки продукции, облегчения требований по выплате долгов, введения личной ответственности и т. Д. — торговцы Hanse смогли получить решающее преимущество перед своими конкурентами. 43

Наряду с правилами поведения, нормы контор также включали ряд торговых и морских правил, направленных на снижение транспортных рисков. С этой целью с середины XIV века использовались конвои, а вскоре после этого коммерческие рейсы между Балтикой и соляными регионами на французском и португальском атлантическом побережье сопровождались военными кораблями. Чтобы снизить риск аварии, зимние путешествия по Балтийскому морю были запрещены. Однако, поскольку вынужденная зимняя резиденция привела к увеличению расходов в иностранных портах, эта политика была невыгодной для ганзейских купцов в долгосрочной перспективе.Более того, неганзейские купцы продолжали морскую торговлю зимой. 44

В эпоху парусных судов был высокий риск потерять судно и его груз на дальних маршрутах из-за несчастных случаев или повсеместного пиратства. Вместо того, чтобы приобретать собственные корабли, торговцы и судовладельцы все чаще приобретали только доли судов. 45 Между концом 13 и началом 14 веков среднее количество судовладельцев выросло с двух до четырех, а к 17 веку у крупных судов было около 64 владельцев.В свою очередь, купцы и судовладельцы, особенно в более поздний ганзейский период, приобрели долю в нескольких судах. 46 Чтобы минимизировать риск, они больше доверяли свой груз не одному, а нескольким различным судам. Например, груз некоторых судов, зарегистрированных в Кингс-Линн с 1286–1440 годов, принадлежал девяти, а иногда и большему количеству купцов, и среди владельцев были как ганзейские, так и неганзейские члены. 47

конторе были не только регулирующими, контролирующими и правоприменительными учреждениями.Помимо поддержки формальной системы правил, они в равной степени служили неформальными коммуникационными и информационными центрами, где сходились новости о рыночных условиях, кораблекрушениях, войнах и т. Д. Здесь координировалась торговая деятельность, формировались механизмы репутации и доверия. Однако kontore были не единственными информационными центрами. Подобно кофейням, возникшим в 17 веке, гостиницы, таверны и другие места встреч выполняли не только социальные или культурные функции. Они также были местом получения экономических новостей. 48 В результате ганзейские купцы были оснащены сложными сетями наблюдения и информации.

Контор представлял интересы членов перед сувереном, обеспечивая их привилегии перед другими конкурентами. Они также следили за таможенными и налоговыми льготами, рыночными преимуществами и имущественными и процессуальными правовыми гарантиями. 49 Чтобы отстоять свои местные торговые интересы, Ганзейский союз объявил торговый бойкот в случае конфликта, нанеся значительный экономический ущерб пострадавшему торговому центру и соответствующему князю.Они проводили эту акцию, например, для защиты своих интересов в Брюгге и Лондоне.

Ганзейский союз городов (

Städtehanse )

Социальные и экономические сети взаимодействуют с внешними условиями и находятся под их влиянием. 50 В отличие от старых структурных концепций, в которых актор рассматривается как пассивный объект, сетевая теория рассматривает его как способного активно участвовать в формировании своего окружения. С этой точки зрения институционализация kontore , получение привилегий и формирование Städtehanse были одновременно следствием и выражением способности торговцев влиять и формировать политические обстоятельства в свою пользу.

В прошлом Ганзейский союз Германии понимался прежде всего как мощное политическое сообщество городов. Однако самые последние исторические исследования, вдохновленные теорией сетей, в значительной степени рассматривают ее как транснациональную сеть предприятий. Соответственно, способность Ганзейского союза столь эффективно организовывать крупномасштабные товарные операции была основана на «den Bedürfnissen des Handelsverkehrs [einer] im Hanseraum angepassten Netzwerkorganisation» 51 («[]] организация торговой сети, которая была адаптирована к потребностям Ганзейский ареал »).Политические привилегии ганзейских купцов считаются менее важными, поскольку эффективность Ганзейского союза основывалась на гибкости слабо формализованной структуры организации. 52 Тем не менее, кажется целесообразным пересмотреть отношения между ганзейскими купцами и ганзейскими городами, используя теорию сетей.

Как отмечалось выше, действующие лица перемещаются не только в одной, а, скорее, в нескольких сетях самого разного социального, культурного или политического характера.Торговцы сидели в политических или административных органах городов или ассоциаций и функционировали как мосты или связующие звенья между различными сетями. Эти интегрированные и перекрывающиеся мосты между отдельными или дополнительными сетями называются small world . 53 Торговцы никогда не полагались просто на одно учреждение. Для решения фундаментальных проблем товарного обмена они всегда будут зависеть от нескольких: «Торговцы обычно использовали комбинации институтов для решения одной проблемы , но каждое из этих институтов, в свою очередь, способствовало решению множественных проблем . 54 Оседлые торговцы междугородней торговлей использовали дополнительное время, чтобы участвовать в политике на местном уровне. Поэтому было естественно, что, заботясь о своих конкретных экономических проблемах, они не только пытались повлиять на экономической политики города, но также используют свое влияние, чтобы заставить города поддерживать свои личные интересы.

Столкнувшись со все более могущественными территориальными государствами и все более серьезными спорами, которые были результатом трансформации торговой блокады XIV века в прямую экономическую войну, торговые сети Ганзейского союза нуждались в поддержке политических правителей, а также в финансовой мощи городов, чтобы защищать свои интересы — при необходимости военной силой.Развитие Ганзейского союза «von einer losen Koalition von Kaufleuten zu einem vergleichsweise straff organisierten Städtebund» («от рыхлой коалиции бизнесменов к относительно плотно организованной лиге городов») было — согласно этой теории — результатом этой трансформации . 55 Следует, однако, отметить, что интересы купцов и городов Ганзейского союза не обязательно совпадали. Более того, возникновение городского союза не следует строго рассматривать как логическое следствие расширения ганзейского экономического сообщества.Действительно, это сообщество сформировалось раньше из-за слабости имперской власти. Доллингер справедливо не считает, что союзы когда-либо были специфически ганзейскими, поскольку они были в первую очередь связаны с защитой политических интересов в борьбе против посягательств региональных религиозных и светских князей. Первые региональные городские лиги образовались в 13 веке в густонаселенной Вестфалии. Вскоре последовали и другие региональные лиги городов среди городов Нижней Саксонии и Саксонии, а также среди «сербских городов» около 1280 года.Последнее объединение имеет особое значение для истории Ганзейского союза. Членами были в основном недавно основанные города на Балтийском море (Любек, Киль, Висмар, Росток и Штральзунд), а также Гамбург и Люнебург. Цели городских союзов включали взаимопомощь в случае войны, защиту от вмешательства суверенов в свободы городов, обеспечение доступа к рынкам и защиту от пиратства.

Здесь пересеклись интересы сетей купцов и сетей ганзейских городов.В течение 14 века их интересы в значительной степени слились, потому что расширение торговых сетей сделало ганзейских купцов все более зависимыми от финансовой и политической поддержки городских союзов. Эти общие интересы дали Ганзейскому союзу силу, необходимую для достижения своих целей в спорах о привилегиях, например, с Эдуардом III (1312–1377) и Ричардом II Английским (1367–1400) или графами Фландрии. На пике своего могущества Städtehanse насчитывала около 200 городов, среди которых Любек был бесспорным лидером.В 1356 г. конфликты с Брюгге привели к тому, что Любек пригласил представителей ганзейских городов на первый общий ганзейский сейм ( Hansetag ), который закончился подчинением Брюгге контора . В течение 20 лет после первого Hansetag , другие иностранные конторе также подчинялись руководству городов. 56

Закат Ганзейского союза

Внутренние факторы

Применение теории сетей к исследованиям Ганзы проливает новый свет на конец господства Ганзейского союза. 57 Пик Ганзейского союза может быть определен в период сразу после создания союза городов ( Städtehanse ) и успешного Штральзундского договора в 1370 году, который был ратифицирован после того, как сорбские и голландские корабли разрушили Копенгаген и Сканию. был завоеван шведами. Конец географической экспансии относится к этому периоду, и за ним следует эпоха усиления регулирования и сегрегации от внешнего мира. 58 Если рассматривать ганзейских торговцев ( Kaufmannshanse ) и Städtehanse около 1370 года как две в значительной степени конгруэнтные сети, то наибольшая степень пересечения была достигнута в это время.Это плодотворное совпадение интересов Städtehanse и Kaufmannshanse , однако, не могло сохраняться в долгосрочной перспективе. Цели этих двух сетей начали расходиться примерно в конце 14 века, в некоторой степени из-за внешних влияний.

Ганзейский союз не считал себя ни политическим сообществом, ни территориальной державой с собственной армией или флотом и регулярным потоком доходов. Он также не мог действовать как юридическое лицо.Единственное общепринятое учреждение, Hansetag , проводилось очень редко, и в нем участвовали не все города-члены. 59 Ганзейский союз рассматривался в первую очередь как союз городов с «dem Zwecke, dass die Handelsunternehmungen zu Wasser und zu Land den erwünschten und günstigen Erfolg haben und dass ein wirksamer Schutz gegenurch Seeräuber und Wegelageren deleis geleis. die Kaufleute ihrer Güter und ihrer Werte beraubt würden «. 60 Хотя Städtehanse рассматривал себя как простое удобное партнерство для обеспечения безопасности и облегчения торговли, оно выходило за рамки, отделяющие экономическую организацию от государственной власти.Тем не менее, он так и не сделал последнего шага к тому, чтобы стать полноценным государством. Соответственно, город Любек был своего рода «столицей без государства». 61

Хотя превращения Ганзейского союза в последовательную политическую единицу так и не произошло, Любек, тем не менее, предпринял меры, направленные на гомогенизацию внутри страны и сокращение рядов против посторонних. Например, были введены все более строгие стандарты приема, так что, наконец, только торговцы, которые действительно родились в ганзейском городе, могли стать членами.Еще одно ограничение было введено на рубеже XVI века. Учитывая растущую зависимость небольших ганзейских городов от своих правителей, купцы из этих городов были лишены права пользоваться привилегиями за границей или участвовать в Ганзейском диете. Это создало как бы двухуровневое общество. 62 Растущее число нормативных актов для стандартизации и безопасности торговли, а также задача финансирования военных кораблей и войн, упавшая до Städtehanse , поскольку ганзейские города не имели поддержки сильной территориальной державы, оказались бумерангом. в конечном итоге снова повысили ранее сниженные транзакционные издержки. 63

Разногласия между городами, сопротивление общей регулирующей системе и нарастающие военные конфликты с Фландрией, Англией и Россией выявили слабость городской лиги. Конфликты, такие как англо-ганзейская война, разразившаяся в 1469 году, кроме того, продемонстрировали, что Städtehanse нуждался в защите дружественных держав, таких как Дания и Польша. Спор закончился в 1472 году победой Ганзейского союза над Англией, который, хотя финансовые издержки конфликта были высоки, имел решающее значение для выживания городского союза.Но эта победа лишь временно могла замаскировать внутренние конфликты политической организации Ганзейского союза, которые долго создавались. 64 Высказывались даже предположения, что в конечном итоге победа над англичанами помешала модернизации. Этому, однако, противоречит тот факт, что торговые сети не испытали упадка вместе с лигой городов. 65 London kontor , например, Steelyard, процветал в период с 1468 по 1554 год. 66

Из-за накопившихся признаков ухудшения состояния в 16 веке были предприняты попытки реорганизовать Ганзейский диет. Они завершились в 1556 году обязательным соглашением о конфедерации, которое было подписано 63 городами. Впервые в ганзейских городах назначен постоянный управляющий: синдик Генрих Судерманн (1520–1591). 67 Реструктуризация Ганзейского союза уже произошла во время Ганзейского сейма в 1554 году: были созданы четыре региона, а главные города Любек, Кельн, Брауншвейг и Данциг превратились в региональные столицы.Эти усилия по реформированию можно рассматривать как шаг «in Richtung auf eine städtische Landfriedens- und Rechtskorporation» («к созданию корпорации общественного спокойствия и справедливости на муниципальном уровне»), который, однако, был сделан слишком поздно. 68

Внешние факторы

Упадок Ганзейского союза был вызван как внутренними, так и внешними факторами. Помимо закрытия рядов против аутсайдеров, общие экономические изменения в Европе также способствовали расхождению интересов между Kaufmanns и Städtehanse .Ужесточение правил поведения и торговли не только увеличивало транзакционные издержки, но и зачастую было трудно обеспечить соблюдение интересов отдельных торговцев. 69 В Нидерландах, например, первоначальная относительная открытость ганзейской торговой сети была решающим фактором для расширения вдоль Атлантического побережья в Португалию и Средиземное море. 70

В России Иван III (1450–1505) закрыл Новгород контор после завоевания города в 1494 году.Он также приказал арестовать немецких купцов в Ганзейском kontor и конфисковать их имущество. На Западе подъем голландцев и англичан ослабил Ганзейский союз. Открытие Нового Света также привело к общему сдвигу крупных морских торговых путей и морских торговых центров. Лиссабон и Кадис превратились в важнейшие торговые центры с Новым Светом. Брюгге, напротив, был вытеснен как международный торговый центр на Западе Антверпеном, а после 1585 года — Амстердамом.Любек также потерял значение для общеевропейской торговли из-за подъема экономических центров в северо-западной Европе. Он спустился до уровня регионального портового города и оказался в условиях растущей конкуренции в балтийской торговле со стороны голландцев, а затем и англичан. В отличие от Гамбурга и Бремена, Любеку не удалось интегрироваться в новую атлантическую систему.

Ксенофобские настроения Любека и Данцига были еще одной важной причиной их упадка. Амстердам, а затем и Лондон, обязаны своим впечатляющим экономическим подъемом религиозным беженцам 16 века. 71 Сефардские евреи и фламандские протестанты, бежавшие после падения Антверпена в 1585 году в Амстердам и Лондон, принесли с собой капитал и наладили международные торговые отношения, достигшие Нового Света. Город Гамбург также обязан своим экономическим развитием этим беженцам. 72

Недавнее исследование объясняет упадок Ганзейского союза также отсутствием банковской системы, которая существовала в Антверпене, Амстердаме и Лондоне, 73 , что, как полагают, снизило конкурентоспособность ганзейских купцов по сравнению с торговцами из Атлантики.Однако биографические исследования ганзейских купцов показали, что как финансисты князей и королевских домов они обладали очень значительными финансовыми ресурсами. 74 Точно так же следует отметить, что финансово сильные купеческие дома Верхней Германии также находились в упадке в конце 16 века, хотя первый банк на немецкой земле был фактически основан в Аугсбурге, а не в Гамбурге, в 1556 году. Следовательно, аргумент об отсутствии устоявшейся банковской системы кажется неубедительным.Другие исследования указали на широкую волну немецких иммигрантов, которые поселились в Нидерландах во время «золотого века» (1585–1670), главным образом в Амстердаме. 75 С конца 16 века такие города, как Бремен, Кельн и сельские текстильные районы Вестфалии, Бергишес Ланд или Мюнстерланд, поддерживали интенсивные торговые отношения с Нидерландами, особенно с Амстердамом. Они основывались главным образом на семейных связях между местными и эмигрантскими членами семьи, которые основали торговые дома в Амстердаме или Роттердаме.Было бы целесообразно изучить, в какой степени купцы 16-го века удовлетворяли свои растущие финансовые потребности в ведущих финансовых центрах Антверпена, а затем и Амстердама, чтобы им не было необходимости создавать свои собственные финансовые учреждения в старых торговых центрах Италии. Ганзейский союз, который все равно потерял международное значение. Наличие филиалов в ведущих торговых центрах имело двойное преимущество: помимо доступа к финансовому рынку, оно также открывало новые трансатлантические рынки для старых семей купцов.

История Städtehanse не должна интерпретироваться как непрерывный процесс упадка. Как и в случае с Kaufmannshanse , состав членов сети городов со временем подвергался значительным изменениям из-за включения, исключения или добровольного отказа города от членства. 76 Расхождения между решениями Hansetage и международного kontore , а также между интересами отдельных торговцев и городов долгое время приводили к проблемам с координацией и стресс-тестам для организации ганзейской сети.В конечном итоге именно несоответствие взаимных интересов привело к гибели Ганзейского союза. Система торговли, основанная на привилегиях и монополиях, также имела свои времена. Ганзейскому союзу не удалось адаптироваться в целом к ​​меняющейся европейской экономической и политической структуре власти. Однако союз городов не распался полностью после закрытия лондонского контора в 1598 году или последнего Ганзейского сейма в 1669 году. 77

Отдельные торговые сети ганзейских купцов и их семей смогли с большой гибкостью отреагировать на эти изменения.Они переместили свою торговлю на Запад, сначала в Нидерланды, а затем, после упадка Голландской империи в конце 17 века, все больше и больше в Лондон. Купцы из Эльберфельда и Бремена, которые поддерживали тесные торговые связи с Амстердамом в 16 веке, во второй половине 17 века отправляли своих сыновей и племянников в основном в Лондон, где они, в свою очередь, строили торговые отношения с Новым Светом, Россией. и Индия. 78 И снова успех Ганзейского союза был основан, с одной стороны, на изначально низких информационных и транзакционных издержках, связанных со слабо формализованной организационной структурой, а с другой стороны, на созданных транснациональных сетях торговли и доверия. миграцией родственников.Эти неформальные сети купеческих семей пережили Ганзейский союз. В конце концов, успех Ротшильдов или купцов-банкиров гамбургской семьи Шредеров был обусловлен этими транснациональными семейными бизнес-сетями. Это не было исключительно ганзейским или немецким явлением, но было очевидным во многих крупных европейских торговых и банковских семьях, таких как Barclays, Thorntons или Neufvilles.

Определив Германский Ганзейский союз как сеть или сеть сетей, он больше не выглядит как отсталая организация, а скорее как успешная модель, повлиявшая на более чем пятивековую историю региона Балтийского и Северного морей.Поэтому вопрос о том, можно ли его рассматривать как «Organisationsform mit Zukunft» (организационную форму будущего), как «модель современного межрегионального сотрудничества» для современной Европы или даже как «секретную сверхдержаву», остается открытым. 79 Подход сетевого анализа, который фокусируется на действующих лицах и их взаимоотношениях, однако, позволяет нам по-новому взглянуть на формирование и упадок Ганзейского союза, рассматривая отношения между ганзейскими купцами и городами как перекрывающуюся гетерархическую сеть. различные подмножества, которые были тесно переплетены на местном и транснациональном уровне.Эта сплоченность была основана только на слабых связях, но именно они дали Ганзейскому союзу долголетие, 80 до того, как внутренние конфликты, внешние изменения и приход первых современных территориальных правителей привели к его окончательному распаду. Тем не менее, экономические и политические сети Ганзейского союза просуществовали гораздо дольше в определенных областях, например, в триаде Гамбург-Бремен-Любек, 81 , но также и в консульских учреждениях, межнациональных семейных торговых сетях, ганзейской системе обучения или ганзейской системе. Торговая культура: европейская коммерческая культура, основанная на респектабельности, репутации и доверии, которая формировала торговое поведение вплоть до современной эпохи.

Маргрит Шульте Бербюль

Приложение

Библиография

Асмуссен, Георг: Die Lübecker Flandernfahrer in der zweiten Hälfte des 14. Jahrhunderts (1358–1408), в: Вернер Паравичини (ред.): Hansekaufleute in Brügge, Франкфурт-на-Майне, 1999, т. 2.

Berghoff, Hartmut et al. (ред.): Unternehmerische Netzwerke: Eine Historische Organisationsform mit Zukunft?, Штутгарт 2007.

Berghoff, Hartmut: Vertrauen als ökonomische Schlüsselvariable: Zur Theorie des Vertrauens und der Geschichte seiner privatwirtschaftlichen Produktion, в: Karl-Peter Ellerbrock et al.(ред.): Die Wirtschaftsgeschichte vor der Herausforderung durch die New Institutional Economics, Dortmund 2004, pp. 58–71.

Бур, Дик Э. де: В поисках безопасности: торговые сети и стратегии снижения рисков, в: Hanno Brand (ред.): Немецкая Ганза в Европе прошлого и настоящего: Средневековая лига как модель современного международного сотрудничества?, Гронинген, 2008 г. С. 49–68.

Bourdieu, Pierre: Das ökonomische Feld, в: Pierre Bourdieu et al. (ред.): Der Einzige und sein Eigentum, Hamburg 1998 (Schriften zur Politik und Kultur 3), стр.162–204.

Бранд, Ганнон: слабые и сильные стороны Ганзейского союза в современной перспективе, в: Ханно Бренд: Немецкая Ганза в Европе прошлого и настоящего: Средневековая лига как модель современного международного сотрудничества?, Гронинген 2008, стр. 249 –260.

Brandt, Ahasver von: Die Hanse und die nordischen Mächte im Mittelalter, in: Klaus Friedland et al. (ред.): Lübeck, Hanse, Nordeuropa, Cologne 1979.

Brandt, Ahasver von: Die Veckinchusen-Handlungsbücher: Vorgeschichte, Problematik und Verwirklichung einer Quellenedition, in: Hansische Geschichtsblätter 93 (1975), стр.100–112. URL: https://www.hansischergeschichtsverein.de/file/hgbll1975_volltext.pdf [2021-08-11]

Буркхардт, Майк: Немецкий Ганс и Берген — новые взгляды на старый предмет, в: Scandinavian Economic History Review 58 (2010), pp. 60–79.

Буркхардт, Майк: Die Ordnungen der vier Hansekontore, в: Antjekathrin Graßmann (ed.): Das hansische Kontor zu Bergen und die Lübecker Bergenfahrer — International Workshop Lübeck 2003, Lübeck 2005, pp. 58–77.

Карневали, Франческа: «Жулики, воры и получатели»: транзакционные издержки в промышленном Бирмингеме девятнадцатого века, в: The Economic History Review 57 (2004), стр.533–550.
Cordes, Albrecht: Spätmittelalterlicher Gesellschaftshandel im Hanseraum, Кельн, 1998.

Dollinger, Philippe: Die Hanse, Штутгарт 1998.

Dösseler, Emil: Soests auswärtige Beziehungen, besonders im Hansischen Raum: Einführung und Überblick, Soest 1988, vol. 1.

Dösseler, Emil: Toversichtsbriefe für Soest: Schreiben in Nachlassangelegenheiten an die Stadt Soest von 1325 bis 1639, Münster 1969.

Duchhardt, Heinz: Die Hanse und das europäische Mächtesystem, в: Antjekathrin Graßmann (изд.): Niedergang oder Übergang? Zur Spätzeit der Hanse im 16. und 17. Jahrhundert, Cologne 1998, стр. 11–24.

Эрстланд, Гейр Атле: Был ли Контор в Бергене топографически закрытым объектом? // Antjekathrin Graßmann (ed.): Das hansische Kontor zu Bergen und die Lübecker Bergenfahrer — International Workshop Lübeck 2003, Lübeck 2005, pp. 41–57.

Эссер, Райнгард: Немцы в Британии раннего Нового времени, в: Паникос Панайи (ред.): Немцы в Британии с 1500 г., Лондон, 1996 г., стр. 17–28.

Ewert, Ulf Christian / Selzer, Stephan: Wirtschaftliche Stärke durch Vernetzung, в: Mark Häberlein (под ред.): Praktiken des Handels: Geschäfte und soziale Beziehungen europäischer Kaufleute in Mittelalter und früher Neuzeit, Констанц 2010, стр. 39–69.

Fangerau, Heiner et al. (ред.): Netzwerke: Allgemeine Theorie oder Universalmetapher in den Wissenschaften, Bielefeld 2009.

Гелдерблом, Оскар К .: От Антверпена до Амстердама: Вклад торговцев из Южных Нидерландов в коммерческое расширение Амстердама (ок. 1540–1609), в: Review 26 (2003), стр. 247–282.

Граф, Регина / Гелдерблом, Оскар: Взлет и падение торговых гильдий: переосмысление сравнительного исследования коммерческих институтов в досовременной Европе, в: Журнал междисциплинарной истории XI (2010), стр.477–511.

Graichen, Gisela et al. (ред.): Die deutsche Hanse: Eine heimliche Supermacht, Reinbeck 2011.

Грановеттер, Марк: Экономическое действие и социальная структура: проблема укорененности, в: Американский журнал социологии 91 (1985), стр. 481–510.

Грассманн, Антьекатрин; Einleitung, в: Philippe Dollinger, Die Hanse, Stuttgart 1998, p. 14.

Häberlein, Mark / Jeggle, Christof: Einleitung, в: Mark Häberlein / Christof Jeggle (ред.): Praktiken des Handels: Geschäfte und soziale Beziehungen europäischer Kaufleute im Mittelalter und früher Neuzeit, 2010, стр.15–34.

Hammel-Kiesow, Rolf: Die Hanse, 4-е обновленное издание, Мюнхен, 2008 г.

Hammel-Kiesow, Rolf: Der hansische Kaufmann, in: Rolf Hammel-Kiesow / Matthias Puhle / Siegfried Wittenburg: Die Hanse, Дармштадт, 2009, стр. 92–110.

Hammel-Kiesow, Rolf / Puhle, Matthias / Wittenburg, Siegfried: Die Hanse, Дармштадт 2009.

Хелле, Кнут: Берген историей, Берген 1979 и 1982, т. 1–2.

Helle, Knut: Die hanseatischen Kaufleute в Bergen während des Mittelalters, in: Ingrid Øye (ed.): Bergen und die deutschen Hanse, Bergen 1996, pp. 11–29.

Hollstein, Bettina et al. (ред.): Качественный Netzwerkanalyse: Konzepte, Methoden Anwendungen, Wiesbaden 2006.

Houtte, Ян ван: Взлет и падение рынка Брюгге, в: Обзор экономической истории 19 (1966), стр. 29–47.

Ирсиглер, Франц: Der Alltag einer hansischen Kaufmannsfamilie im Spiegel der Veckinchusen-Briefe, in: Hansische Geschichtsblätter 103 (1985), стр. 75–99. URL: https: //www.hansischergeschichtsverein.de / file / hgbll1985-103_volltext.pdf [2021-08-11]

Jahnke, Carsten: Handelsstrukturen im Ostseeraum im 12. und beginnenden 13. Jahrhundert, in: Hansische Geschichtsblätter 126 (2008), стр. 145–185. URL: https://doi.org/10.21248/hgbll.2008.118 [2021-08-11]

Дженкс, Стюарт: Столица без государства: Lübeck caput tocius hanze (до 1474 г.), в: Историческое исследование 65 (1992), стр. 134–149.

Дженкс, Стюарт: Англия, die Hanse und Preußen, Кельн 1992, т. 1–3.

Дженкс, Стюарт: Die Hansen в Англии: Wirtschaftliche und politische Bedeutung ihres Handels (1380–1474), в: Volker Henn et al.(ред.): Norwegen und die Hanse: Wirtschaftliche und kulturelle Aspekte im europäischen Vergleich, Франкфурт-на-Майне, 1994, стр. 109–160.

Дженкс, Стюарт: Transaktionskostentheorie und die mittelalterliche Hanse, in: Hansische Geschichtsblätter 123 (2005), стр. 31–42. URL: https://doi.org/10.21248/hgbll.2005.158 [2021-08-11]

Йорн, Нильс: «С деньгами и кровью»: Der Londoner Stalhof im Spannungsfeld der englisch-hansischen Beziehungen im 15. und 16. Jahrhundert, Кельн, 2000.

Куске, Бруно: Die Handelsgeschäfte der Brüder Veckinchusen, в: Hansische Geschichtsblätter 47 (1922), стр. 187–195.

Линдберг, Эрик: Клубные товары и неэффективные институты: почему Данциг и Любек потерпели неудачу в период раннего Нового времени, в: Обзор экономической истории 62 (2009), стр. 604–628.

Лукассен, Ян / Пенникс, Ринус: Новоприбывшие: иммигранты и их потомки в Нидерландах 1550–1995, Амстердам 1997.

Lucassen, Jan / Lucassen, Leo: Art. «Niederlande», in: Klaus J.Bade et al. (ред.): Enzyklopädie Migration in Europa: Vom 17. Jahrhundert bis zur Gegenwart, Munich et al. 2007, с. 95–109.

Luhmann, Niklas: Vertrauen: Ein Mechanismus der Reduktion sozialer Komplexität, 4-е изд., Штутгарт, 2000 г.

Luntowski, Gustav: Dortmund und die Hanse, в: Gustav Luntowski et al. (ред.): Dortmund: 1100 Jahre Stadtgeschichte: Festschrift, Dortmund 1982, pp. 129–149.

Mollwo, Carl: Das Handlungsbuch von Hermann und Johann Wittenborg, Лейпциг 1901.

Манро, Джон Х .: Новая институциональная экономика и меняющиеся возможности ярмарок в Европе средневековья и раннего Нового времени: торговля текстилем, война и транзакционные издержки, в: Vierteljahrschrift für Sozial und Wirtschaftsgeschichte 88 (2001), стр. 1– 47.

Паравичини, Вернер: Hansische Personenforschung: Ziele, Wege, Beispiele, in: Rolf Hammel-Kiesow (ed.): Vergleichende Ansätze in der hansischen Geschichtsforschung, Trier 2002 (Hansische Studien 13), стр. 247–272.

Паравичини, Вернер: Любек и Брюгге: Bedeutung und erste Ergebnisse eines Kieler Forschungsprojektes, в: Hubertus Menke (ed.): Die Niederlande und der europäische Nordosten, Ноймюнстер, 1992, стр. 91–166.

Паравичини, Вернер и др. (ред.): Hansekaufleute в Брюгге, Франкфурт-на-Майне, 1999 (Kieler Werkstücke, Reihe D, vol. 13).

Пауэлл, Уолтер В .: Ни рынок, ни иерархия: сетевые формы организации, в: Грэхем Томпсон и др. (ред.): Рынок, иерархия и сети: координация социальной жизни, Лондон, 1991, стр. 265–276.

Пауэлл, Уолтер В.: Ни рынок, ни иерархия: сетевые формы организации, в: Ларри Л.Каммингс и др. (ред.): Исследования в области организационного поведения, Гринвич 1990, т. 12. С. 295–336.

Schmidt, Georg: Städtehanse und Reich im 16. и 17. Jahrhundert, in: Antjekathrin Graßmann (ed.): Niedergang oder Übergang? Zur Spätzeit der Hanse im 16. und 17. Jahrhundert, Cologne 1998, pp. 25–46.

Schnurmann, Claudia: Kommerz und Klüngel: Der Englandhandel der Kölner Kaufleute im 16. Jahrhundert, Göttingen 1991.

Schulte Beerbühl, Margrit: Deutsche Kaufleute в Лондоне: Welthandel und Einbürgerung (1660–1818), Мюнхен 2007.

Зельцер, Стефан / Эверт, Ульф Кристиан: Die Neue Institutionenökonomik als Herausforderung an die Hanseforschung, в: Hansische Geschichtsblätter 123 (2005), стр. 7–30. URL: https://doi.org/10.21248/hgbll.2005.154 [2021-08-11]

Selzer, Stephan / Ewert, Ulf Christian: Verhandeln und Verkaufen, Vernetzen und Vertrauen: Über die Netzwerkstruktur des Hansischen Handels, in: Hansische Geschichtsblätter 119 (2001), стр. 135–161. URL: https://www.hansischergeschichtsverein.de/file/hgbll2001-119_volltext.pdf [2021-08-11]

Зельцер, Стефан: Trinkstuben als Orte der Kommunikation: Das Beispiel der Artushöfe im Preußenland (ок. 1350–1550), в: Gerhard Fouquet et al. (ред.): Geschlechtergesellschaften: Zunft-Trinkstuben und Bruderschaften in spätmittelalterlichen und frühneuzeitlichen Städten, Штутгарт 2003, стр. 73–98.

Stark, Walter: Der Utrechter Frieden von 1474 zwischen der Hanse und England, in: Zeitschrift für Geschichtswissenschaft 19 (1971), стр. 891–903.

Stark, Walter: Techniken und Organisationsformen des hansischen Handels im Spätmittelalter, в: Stuart Jenks et al.(ред.): Der hansische Sonderweg? Beiträge zur Sozial- und Wirtschaftsgeschichte der Hanse, Кельн, 1993, стр. 191–201.

Stoob, Heinz: Die Hanse, Wiesbaden 2003.

Streb, Jochen: Die politische Glaubwürdigkeit von Regierungen im Institutionellen Wandel: Warum ausländische Fürsten das Eigentum der Fernhandelskaufleute der Hanse schützten, in: Jahrbuch für Wirtschaftsgeschichte, стр. 141–156, 1.

Штромер, Вольфганг фон: Der Innovatorische Rückstand der hansischen Wirtschaft, in: Knut Schulz (ed.): Beiträge zur Wirtschafts- und Sozialgeschichte des Mittelalters: Festschrift für Herbert Helbig zum 65. Geburtstag, Cologne 1976, pp. 204–217.

Томпсон, Грэм Ф .: Между иерархиями и рынками: логика и пределы сетевых форм организации, Оксфорд, 2003.

Урри, Джон: Социальные сети: путешествия и разговоры, в: Социологический журнал 54 (2003), стр. 155–175.

Vogel, Walther: Zur Größe der europäischen Handelsflotten im 15., 16. и 17. Jahrhundert: Ein Historisch-statistischer Versuch, в: [A.Хофмайстер (ред.)]: Forschungen und Versuche zur Geschichte des Mittelalters und der Neuzeit: Festschrift Dietrich Schäfer zum siebzigsten Geburtstag dargebracht von seinen Schülern, Jena 1915, pp. 268–333.

Вассерман, Стэнли / Фауст, Кэтрин: Анализ социальных сетей: методы и приложения, Кембридж, 1994.

Уоттс, Дункан: Сети, динамика и феномен маленького мира, в: Американский журнал социологии 109 (1999), стр. 493–527.

Уильямсон, Оливер Э .: Рынки и иерархии: анализ и последствия антимонопольного законодательства, Нью-Йорк, 1975.

Уильямсон, Оливер Э .: Экономика транзакционных издержек: Управление договорными отношениями, в: Journal of Law and Economics 22 (1979), стр. 233–261.

Винтерфельд, Луиза фон: Хильдебранд Векинхузен: Ein hansischer Kaufmann vor 500 Jahren, Бремен 1929 (Hansische Volkshefte 18). Dollinger, Hanse 1998, стр. Ганзейский контор в Бергене фактически не закрывался до 1754 г., но с потерей монополии на треску он также потерял свое значение с конца 15 века. В 1998 году Хайнц Духхардт уже предлагал рассматривать упадок Ганзейского союза в первую очередь с политической точки зрения. (Duchhardt, Die Hanse 1998, стр. 23). Стилярд в Лондоне был возвращен Ганзейскому союзу в начале 17-го века, а ганзейские города назначили Мастеров Стилярда до 19-го века. Во время Тридцатилетней войны три города образовали оборонительный союз (1630 г.). Этот альянс, из которого впоследствии разовьется ганзейская политика трех городов, не был формально распущен до 1920 года.

Великий Новгород

В 862 году новгородцы призвали на княжение варяжского князя Рюрика. Эта дата считается основанием государства Российского, о чем напоминает памятник Тысячелетию России, расположенный в Новгородском Кремле.

Древнейший город России, колыбель русской демократии, средневековый центр торговли и ремесел, крупнейший партнер Ганзейского союза XII-XV веков — все это Великий Новгород.

Город с многовековой историей, позиционирующий себя как родина России, является туристическим центром, удобным, привлекательным и безопасным не только для жителей, но и для многочисленных туристов.

Великий Новгород — город Ганзы

На протяжении веков Новгород был ведущим партнером Ганзейского союза.Офис Hansa, один из крупнейших в Европе, располагался на Ярославовском дворе (средневековый рынок). Он состоял из готического и немецкого дворов. Эти дворы имели всю необходимую инфраструктуру для длительного пребывания ганзейских купцов в Великом Новгороде.

В 1993 году Новгород стал первым российским членом Ганзейской лиги нового времени. А в 2009 году в Великом Новгороде впервые в России прошел 29-й Ганзейский съезд во время празднования своего 1150-летия. 29-й Ганзейский съезд собрал около 500 тысяч гостей и участников, в том числе официальных делегатов из разных городов Ганзы.С 2010 года Великий Новгород является членом Президиума Ганзы.

Великий Новгород — глава Русской Ганзейской лиги

Чтобы использовать уникальный исторический опыт регионального и международного сотрудничества и современное движение Ганзы, в 2010 году Новгород стал инициатором создания Русской Ганзейской лиги. который объединил 11 городов России — официальных членов Международной Ганзы. Члены Русской Ганзейской лиги — Великий Устюг, Вологда, Ивангород, Тотьма, Кингисепп, Тихвин, Торжок, Белозерск, Тверь, Псков, Великий Новгород.

Создание формальной коалиции между городами России позволит реализовать совместные проекты в различных сферах, в основном в сфере туризма, будет способствовать развитию и укреплению культурных, научных, социальных и экономических связей. Кроме того, было решено проводить в городах-основателях ежегодный съезд «Русская Ганза», в рамках которого устраивать гулянья в средневековом стиле, ярмарки ремесленников, концерты и выставки.

Первый Съезд Русской Ганзы, который прошел в Великом Новгороде в июне 2011 года, имел настоящий успех.В 2012 г. пройдет «Русская Ганза» в Белозерске, в 2013 г. — Псков, в 2015 г. — Тверь, в 2017 г. — Ивангород.

Ганзейский фонтан в Великом Новгороде

Ганзейский фонтанный комплекс, имеющий форму круга или «стол для переговоров» с изображениями гербов стран — членов Ганзейской лиги Нового времени, открыт на территории Ярославский двор в 2009 году как символ единства Старой и Новой Ганзы.

Во время Ганзейского съезда появилась традиция бросать монету в фонтан на память и прикладывать руку к гербу своей страны на удачу.Ориентируясь на опыт европейских городов, администрация города решила периодически убирать монеты из фонтана, которые будут использоваться для развития туризма и благоустройства города. Был разработан торжественный ритуал раскопок монет, в основу сценария легли новгородские легенды и предания. Главными героями действа стали боярин, казначей и стража, изредка разыгрывающие театрализованное представление у фонтана.

Свято-Николаевский собор в Великом Новгороде — символ ганзейских связей

ул.Николаевский собор был построен в 1113–1136 годах и освящен в честь особо почитаемого в России святителя Николая Чудотворца. В 1992 году собор был внесен в список Всемирного наследия ЮНЕСКО.

Почти такой же старый, как Великий Новгород, более девяти веков стоявший в его сердце, на Ярославовском дворе, к концу ХХ века Свято-Николаевский собор нуждался в срочной и дорогостоящей реставрации. Экономическое положение России 90-х годов не позволяло найти средства на эти цели. Ганзейские города-партнеры положили руку на плечо, как это уже не раз случалось в истории ганзейских отношений.

В 1993 году на заседании Ганзейского комитета в Штаде (Германия) было принято решение о сборе пожертвований людей на восстановление уникального Свято-Николаевского собора XII века в Новгороде в знак солидарности ганзейских городов. В спасении исторических памятников приняли участие жители 100 ганзейских городов из Германии, Латвии, Литвы, Нидерландов, Норвегии, Польши, России, Финляндии, Швеции, Эстонии и Бельгии.

Новгород с благодарностью хранит названия ганзейских городов, жители которых вложили средства в проект спасения знаменитого памятника мирового значения.У главного входа в храм можно прочитать названия этих городов. В 2013 году исполнилось 900 лет со дня закладки первого камня при строительстве Свято-Николаевского собора.


Картины Великого Новгорода Ганзейского города

Справочники по истории Интернета

Интернет-средневековый справочник

Избранные источники: Economic Life


Содержание

  • По вопросам недвижимого имущества и наследования см. Документы о «феодализме». в коллапсе 10 века? раздел.

Экономическая жизнь до 11 век
  • Поздняя античная Италия
  • Эра Меровингов
  • Экономика Каролингов
    • Продажа и передача недвижимости, 704
    • Капитуляр Лестинн: Присвоение церкви Имущество военного назначения, 743
    • Денежные правила Каролингов, 750-817
    • Франкфуртский капитуляр: цена на скрепки, 794
    • Карл Великий: Пределы прохода торговцев, c.805-809
    • Карл Великий: Запреты на сделки, 803-806
    • Роджер Вендоверский: Договор между Карлом Великим И Оффа, 790
    • Карл Великий: Ограничение платы за проезд, 805
    • Карл Великий: Капитуляр для евреев, 814
    • Каролингские капитулярии на крепостных и колониях, 803-821
    • Людовик Благочестивый: Обязанности Колони, 817
    • Капитуляр Ахена: Платежи по притоку и Налоговая земля, 817
    • Capitulary De Villis, 9 век.
    • Asnapium : Опись одного из Карла Великого Усадьбы, гр. 800
  • Англосаксонская Англия
  • Скандинавия
  • Кельтский мир

Корни рекламы Революция
  • Рост населения
  • Отношение к работе
  • Контроль и предоставление прав
    • Инэ, король западных саксов: предоставление земель Церковь св.Мэри в Гластонбери, 725
    • Людовик Благочестивый: Право на рыбную ловлю, 832
    • Людовик Благочестивый: два дара извлечения соли, 821-833
    • Людовик Благочестивый: дар чеканки монет Аббатство Корви, 833
    • Отто Великий: Предоставление рынка, чеканки и Налоговые льготы для епископства Оснабрюк, 952
    • Отто I, Император: Грант рынка в Бремене, 965
    • Плата за проезд на Эльбе, 983
    • Епископ Шпейерский: предоставление земель и привилегий евреи, 1084
    • Генрих I, король Англии: предоставление налоговых свобод Лондон, 1133
    • Император Конрад III: предоставление права на добычу полезных ископаемых Аббатство Корви, 1150
    • Jocelin de Brakelond: предоставление прав Преимущественное право покупки, 1124
    • Жоселин де Бракелонд: спор по поводу Взыскание налогов на Бери-стрит.Эдмундс, 1198
    • Генрих II: Расследование шерифов относительно Леса, 1170
    • Казначейский диалог: о лесах, 1177
    • Энглеберт, лорд Энгиена: предоставление свободных дорог, 1210

Торговля и коммерция
  • Деньги и чеканка
    • Из Законов Вестготов: О чеканке монет, c.681
    • Денежные правила Каролингов, 750-817
    • Людовик Благочестивый: дар чеканки монет Аббатство Корви, 833
    • Карл Лысый: Траурный указ, 864
      Один из наиболее полных каролингских документов по регулированию чеканки монет и монетных дворов.
    • Отто Великий: Предоставление рынка, чеканки и Налоговые льготы для епископства Оснабрюк, 952
    • Английский Регламент обмена, 871-1087
    • Этельред Унрэди: Законы Лондона, 978
      О деньгах.
    • Эдвард Старший: Правила чеканки, c. 902-925
    • Эдгар Миролюбивый: Регулирование чеканки монет, Меры и цена шерсти, c. 959-975
    • Генрих I Английский: Денежно-кредитное регулирование, 1108
    • Уильям Мальмсберийский: Поддельные деньги в Время короля Стефана, 1140
    • Использование валют Лукки и Павии, 1182
    • Матфей Парижский: король Генрих III Реформация чеканки, 1248
    • Соглашение о чеканке монет между Гамбургом и Любек, 1255
    • Соглашение о чеканке монет между Гамбургом и Любеком, 1255
    • Стоимость иностранной монеты в Англии, 1266
  • Кредит
  • Ярмарки и рынки
    • Дагоберт, король франков: Грант ярмарки в Св.Дениса, 629
    • из Heimskringla: Northern Fairs, c. 998-1026
    • Отто Великий: Предоставление рынка, чеканки и Налоговые льготы для епископства Оснабрюк, 952
    • Отто Великий, король Германии: предоставление рынка Монастырь Лорш, 956
    • Эдгар, король Англии: предоставление рыночных прав Medhamstead Minster, 963
    • Император Конрад: Грант рынка и ярмарки в Донаувёрт, 1030
    • Генрих I, король Англии: Грант Рэмси на ярмарку Аббатство, 1110
    • Фридрих I Барбаросса: Грант двух ярмарок в Ахен, 1166
    • Фридрих I Барбаросса: Грант двух ярмарок в Дуйсбург, 1173
    • Счета средневековых ярмарок и рынков, c.998-1250
    • Мэтью Пэрис: Грант новой ярмарки в Вестминстере, 1248
    • Великая ярмарка в Салониках (середина XII века).
    • Humbert de Romans: На рынках и ярмарках , c. 1270
  • Государственное вмешательство в торговлю
  • Морская торговля
  • Торговля на большие расстояния
  • Торговля на средних дистанциях
  • Работорговля
  • Ганза
    • Предоставление Ганзе привилегий в Лондоне Кельн, 1157-1194
    • Генрих II Английский: Дарование свободы от крушения Любекам Любека, 1176
    • Зигфрид, архиепископ Бремена: перевод «Ганза», 1181
    • Фредерик I из Германии: чартер в Любек, 1188
    • Теодор, граф Голландии: дар Ганзы Граждан Дортрехта, 1200
    • Вальдемар Победоносец Дании: Грант Привилегии рынка для мужчин Любека, 1203
    • Фридрих II из Германии: Грант Любека Свобода от дорожных сборов в Кельне и Тиле, 1226
    • Дарение дома в Риге жителям Любека, 1231
    • Соглашение между Гамбургом и Любеком о Охрана, 1241
    • Любекско-Гамбургский договор, 1241 год.
      Начало Ганзейского союза.
    • Утрехтская Ганза, 1251
    • Соглашение о чеканке монет между Гамбургом и Любеком, 1255
  • Плата за проезд
    • Дорожные сборы на Роне, ок. 630
    • Карл Великий: Ограничение платы за проезд, 805
    • Король Германии Людовик Младенец: расследование Плата за Раффельштеттин, гр.905
    • Список дорожных сборов, взимаемых в Биллингсгейте, c. 978-1016
    • Император Отто II: Передача владений и Права в Бингене, 983
    • Теодерик, король франков: Плата за проезд в Аррас, 1036
      Подробный и засекреченный список платных дорог для использования монастыря Св. Вааст, недалеко от Аррас.
    • Император Генрих IV: Плата за ремесленников в Кобленце, 1104
    • Раймонд, граф Барселоны: освобождение судов от Платная, 1118
    • Правила сборщиков пошлины во Фрайбурге, 1178
    • Император Генрих IV: Пересмотр пошлин Утрехта, 1122
    • Жанна, графиня Фландрии: Грант ткачей Освобождение от Taille, 1224
    • Генрих III, лорд Ирландии: Дорожные сборы в Дублине, 1233
    • Генрих III, лорд Ирландии: Дорожные сборы в Дублине, 1250
    • Список сборов в порту Колибр, 1252
    • Пепин, король франков: освобождение от Платная, 754
    • Император Отто II: Свобода от речных сборов, 976
    • Марсель: предоставление лицензии на уклонение от дорожных сборов, 1248
  • Деловые контракты
    • The Leges Henrici Primi : Закон о партнерстве, c.1109-1118
    • Меморандум об арбитраже в отношении фрахта Заряд, 1230
      В Марселе
    • Заказ на закупку, 1235
    • Соглашения о партнерстве: ростовщик и купер, 1240
    • Соглашения о партнерстве: покупка акций корабля, 1248
    • Соглашения о партнерстве: для внешней торговли, 1248
    • Соглашения о партнерстве: для обмена денег, 1248
    • Соглашения об ученичестве: менял, 1248
    • Соглашения об ученичестве: парикмахеру, 1248
    • Два договора об обучении ткачей [Аррас и Марсель], гр.1250
    • Получение депозита от менял, 1248
    • Bill of Sale, 1248
      Пример купли-продажи, в которой бондарь продает определенным партнерам ряд пустые бочки, предположительно для торговли вином.
    • Коносамент, 1248
      Коносаменты использовались в 13 веке, возможно, они сопровождали переводные векселя. которые использовались в качестве кредитных инструментов, чтобы сэкономить на поставках звонкой монеты.
    • Подтверждение агентом заказа на товары, которые должны быть Продается в Монпелье, 1248
    • Аренда мастерской в ​​Марселе, 1248
    • Приказ о продаже английской жести, 1248
    • Аренда и гарантия на арендуемое имущество, 1254
      В Марселе.
    • Деловое партнерство между евреем и Христианин в Барселоне, 1235-1242 гг.,
      г. н.э. Документы об эксплуатации евреями и христианами королевских мельниц в Барселоне.
  • Бухгалтерский учет
    • Джованни Скриба: Нотариальная книга, 1250-е годы, защищено авторским правом
  • Цены
Расцвет городов
  • WEB Средневековая английская городская история [веб-сайт]
  • Средневековые районы Англии: Привилегированные городские сообщества, под ред.Дэвид Постлз [в Интернет-архиве, из Лестера]
  • Коммунальное движение
    • Заявление о полномочиях графа Тула над Город Тул, 1069
    • Gesta Arnaldi : Дело Епископ Ле-Ман и коммуны Ле-Ман Арнальд, 1065-1081, пер. Ричард Бартон
      Из сборника, известного как Деяния епископов, живущих в городе Ле-Ман.В текст также предоставляет наиболее подробные свидетельства об одной из самых ранних французских коммун. — Ле-Ман в 1070 году.
    • Guibert of Nogent (1053-1124): Коммунальный Восстание в Лаоне, 1115, из Автобиография [версия отличается от версии Тирни].
    • Leges Edwardis Confessoris: Свобода Лондон , г. 1120
    • Уильям Клито, граф Фландрии: Устав для города Санкт-ПетербургОмер, 1127
    • Генрих I, король Англии: предоставление налоговых свобод Лондон, 1133
    • Теодор, граф Фландрии: Грант земли для Зал Святого Омера, 1151
    • Генрих II, король Англии: хартия, выданная жителям Руан , 1153
    • Хартия Лорриса.
    • Капитул Шартрского собора: Бунт 1210 г., пер.Ричард Бартон
      Обстоятельства Шартрского бунта 1210 г., описанные с точки зрения Глава собора. Это дает четкое представление о социальной напряженности в городах, а также о сараях. осветить элементы литургической процедуры (в частности, литургию отлучения), о культе Богородицы и о повышении авторитета французской короны в судебные вопросы.
    • Три спора с участием кафедрального капитула г. Нотр-Дам Шартр, 1215-1224
    • Генрих III: Документы церкви Солсбери в начало 13 века, пер. Ричард Бартон
    • Филипп II Август: подавление коммуны Этамп, 1199-1200, пер. Ричард Бартон
      Коммуны могли подавляться, а также поддерживаться монархией.
    • Джон, король Англии: Хартия предоставленных привилегий Людям Данвича, 1200
    • Иоанн I, король Англии: хартия передана Граждане Кембриджа, 1201
    • Король Иоанн: Хартия Ипсвича около 1200 г., защищено авторским правом, но см. Следующие пункты.
    • Ипсвич: счет Создание самоуправления, 1200 [в средневековых английских городах]
    • Ипсвич: Календарь использования и обычаи [в средневековых английских городах]
    • Ипсвич: Клятвы офицеров и Burgesses [в средневековых английских городах]
    • Ипсвич: счет Доходы и расходы, 1446/47 [в средневековых английских городах]
    • Арте делла Лана и Правительство Флоренция, 1224
    • Древние обычаи и обычаи района Малдон [Средневековые английские города]
    • Архиепископ Турстан: Хартия, выданная жителям Беверли, 1130
    • Отто Фрайзингский: Хроники — об итальянских коммунах 1154, защищены авторским правом
    • Филипп, граф Фландрии: хартия для мужчин Брюгге, 1190
    • Средневековый Турне: An Центр академических ресурсов [в Канзасе]
    • Коммуна Бюгель (Бьелла): документы и Устав Часть I, (или в формате PDF здесь) и Часть II, (или в формате PDF здесь) 13-15 числа Century, полные тексты на латинском и английском языках [В Канзасе]
  • Буржуазные институты: Gilds
    • Документы о происхождении гильдий, 884-930
    • Ремесленные гильды
      • Адальберт, Епископ Вормса: Грант Ремесла Рыбакам, 1106-1107
      • Генрих II Английский: Грант Кожевники Руана, 1170
      • Генрих II Английский: Грант Оксфорд Кордвейнерс, 1175
      • Коммуна Ричирцегхайде: Грант Плотников, 1180
      • Хартия привилегий мясников Парижа, 1182
      • Джон, король Англии: Грант Лондону, отменяющий Ткачиха Гильд, 1202
      • Закон Фуллеров и Ткачей Винчестера, 1209
      • Граждане Брауншвейга: Грант Goldsmiths’Gild, 1231
      • Закройщики одежды Стендаля: Закон гильдии Ревизия, 1231 г.
      • Положения о золоте закройщиков одежды Стендаль, 1231
      • Положение о ткацкой золоте Стендаля, 1233
      • Аррас: Устав стригателей, 1236 Постановление Главных мясников Тулна, 1237
    • Gilds Merchant
  • Юридический контроль
  • Городские культуры

Отрасли промышленности
  • Общие
  • Горное дело
  • Дубление
  • Производство ткани
  • Кладка

Государство и экономика
  • Налогообложение
    • Налогообложение в Норвегии, из The Heimskringla
    • Налоги Иерусалимского Королевства.
    • Григорий Турский: Противодействие королевскому налогообложению, ок. 575-580
    • Григорий I Великий (годы правления 590-604): О налогообложении на Сардинии, Корсике и Сицилии, ок. 600
    • Капитуляр Лестинн: Присвоение церкви Имущество военного назначения, 743
    • Капитуляр Ахена: Платежи по притоку и Налоговая земля, 817
    • Император Генрих IV: Обмен поместья на лес, 1059
    • Король Англии Иоанн: Сборы за использование Великой печати, 1199
    • Король Англии Иоанн: Королевские лицензии на экспорт и Импорт, 1205-1206
    • Король Иоанн Английский: Признание вина, 1205
    • Генрих III Английский: Жалобы на высокие налоги, 1230
    • Император Фридрих II: Имперская Прекария, 1241
Церковь и экономика
  • Общие
  • десятины
    • Четвертый совет Толедо: раздел десятины в Испания, 633
    • Ирландские каноны: сбор десятины, ок.750 [ранняя Ирландия]
    • Карл Великий: Демаркация Престола Бремена и Десятина, 788
    • Император Людовик Благочестивый: О десятине, 817
    • Император Отто Великий: дар монастырю подать, 958
    • Вильгельм Завоеватель: Пища для Пенс Петра, гр. 1066-1087
    • Leges Edwardis Confessoris: Tithable Продукты земли, (Письменное сообщение 1115)
    • г.Омер: Сбор лепровой десятины, 1106
    • Раймонд, граф Барселоны: получение десятины Плата за проезд в Барселоне, 1132
    • Генрих II, король Англии: десятина саладина, 1188
    • Маргаретта, графиня Фландрии и Эно: A Покупка десятины и уплата налога, 1246
  • Налоговые льготы
  • Монастырская собственность
    • Дагоберт, король франков: дарение поместья Монахи св.Дениса, 635
    • Cartulary of Folquin: Продажа земель и привилегий Монастырь, 708
    • Опись церкви Штаффельзее, 812
    • Опись аббатства Сен-Бертен, 867
    • Правила собственности Клюни, 1150
    • Картуларий Святого Тронда
      • Cartulary of Saint Trond: Richelinde: дар крепостных в аббатство Св.Тронд, 938
      • Картуларий Святого Тронда: выплата помощи Монастырь, гр. 1055-1056
      • Аббатство Святого Тронда: спор из-за десятины, 1131
      • Cartulary of Saint Trond: Folcard of St.Trond: Pledge налога на пиво, 1139
      • Картуларий Святого Тронда: обновление писем Свободы, 1172
      • Картуларий Святого Тронда: Жерар, граф Лоос: Взятие Главного налога в Brusthem, 1175
      • Картуларий Святого Тронда: законы наследования Льеж и Брустхем, 1175
      • Картуларий Святого Тронда: дар товаров и Доходы больницы для бедных, 1200
      • Картуларий Святого Тронда: защита доходов от Имущество, 1221
      • Картуларий Святого Тронда: Жалоба на десятину Рыкеля, 1232
      • Картуларий Святого Тронда: уступка луговых земель Арендаторов, 1243
      • Картуларий Святого Тронда: Роберт, епископ Льежского: Защита Права рыболовства, 1246
  • Рабство и крепостное право
    • Агдийский совет: о рабах Церковь, 506
    • Григорий Турский: порабощение благородных семей, 511
    • Пятый Орлеанский совет: о вольноотпущенниках, 549
    • Григорий Турский: Жестокое обращение с крепостными и рабами, c.575
    • Григорий I Великий (годы правления 590-604): О вольности и Искупление, c. 600
    • Святой Элигий: Искупление рабов, ок. 630
    • Четвертый Совет Толедо: О содержании рабов, 633 [евреи]
    • Папа Григорий III: Запрет на продажу христиан Язычники для жертвенных обрядов, 731
    • Лулло, архиепископ Майнца: О церковном движении Крепостные, c.755
    • Совет Червей: Об убийстве рабов, 876
    • Петр Достопочтенный против св. Бернара Клервоского: О Содержание крепостных, c. 1120
    • Иннокентий III (годы правления 1198-1216): Хранение рабов евреи, 1204
Экономическая мысль Сельская жизнь
  • Крестьянство
    • Сельское хозяйство
    • Правовая позиция
      • Кодекс Юстиниана: Защита свободных женщин, состоящих в браке рабским мужьям, c.530 [Vll.24.i.]
      • Кодекс Юстиниана: Возвращение беглых рабов и Колони, гр. 530 [Xl.48.xii.]
      • Кодекс Юстиниана: Применение Patria Potestas в Колони, гр. 530 [Xl.48.xiii]
      • Кодекс Юстиниана: Дети несвободных, ок. 530 [Xl.48.xxi.]
      • Кодекс Юстиниана: Защита свободных людей и Колони, гр.530 [Xl.48.xxii.]
      • Кодекс Юстиниана: Дети от смешанных браков, c. 530 [Xl.48.xxiv.]
      • Кодекс Юстиниана: Колони, привязанные к земле, ок. 530 [Xl.51.i]
      • Каролингские капитулярии на крепостных и колониях, 803-821
      • Людовик Благочестивый: Обязанности Колони, 817
      • Генрих, король римлян: о крепостных, которые Бегите в города Эльзаса, 1224
      • Закон Брустема, 1175 г., о смешанном браке между рабыней и вольной женщиной.
      • [Tierney 76] Отпуск виллёна 1278
    • Крестьянские обычные обязанности
    • Крестьянские восстания
  • Манориализм
    • По вопросам недвижимого имущества и наследования см. Документы о «феодализме». в коллапсе 10 века? раздел.
    • Описание особняка в Чингфорде, Эссекс, 1265.
    • Книга судного дня : Описание Хечама Поместье, Эссекс 1086.
    • Книга судного дня: Поместья аббатства Св. Питер, Винчестер, 1086
    • Книга судного дня : Описание Хантингдоншира, 1086, , авторское право
    • Manorial Management & Organization, c.1275
    • Сотня рулонов: описание Элвальтона Поместье, Хантингдоншир, 1279.
    • Свиток епископства Винчестер, 1208-1209
      Записи свитков трубок являются одними из самых подробных из всех средневековых источников и показывают как развитие английской административной системы, а также виды и масштабы экономических деятельность.
    • Manorial Surveys, под ред. Дэйвид Постлс [в Лестере]
      Включает в себя Обзор Somersham, 1222 г., на латинском и английском языках. (или безрамная версия)
    • Manorial Accounts, под ред.Дэйвид Постлс [в Лестере]
      Включает образец счета Де Общий, на латыни и английском.
    • Manorial Court Pleas 1246-1249.
    • Поместья и франчайзинговые суды, изд. Дэвид Постлз [в Лестере]
      Включает в себя Рулон из глинобитной глины Латинский и английский, а также выдержки из Brigstock Судебный рулон
    • Судебные списки поместья Уэйкфилд, 1274-1297, полный текст
    • Rutland Lay Subsidy 1296, изд.Дэвид Постлз [в Лестере]
    • Обзор Бридитфилда в Поместье Брэндон, Саффолк [на латыни] [В Интернет-архиве, из Канзаса]
      Транскрипция отрывка из Исследовательской библиотеки Кеннета Спенсера MS E112, a Осмотр десяти полей усадьбы в XVI веке.
  • Археология средневековых деревень
    • Средневековая английская деревня: Варрам Перси, археологический отчет , , , авторское право , но см. следующий пункт.
    • Уэррам Перси Пейдж. [В Стоктон]
      Варрам Перси — заброшенная английская средневековая деревня.
    • Обзор деревни Лакстон. [В Univ. Ноттингем]
      Веб-страница об английской деревне, где до 1930-х годов сохранялось земледелие в открытом грунте.

The Internet Medieval Sourcebook является частью проекта Internet History Sourcebooks Project .Проект Internet History Sourcebooks находится на историческом факультете Фордхэмского университета в Нью-Йорке. Интернет Средневековый справочник и другие средневековые компоненты проекта расположены по адресу: Центр Фордхэмского университета IHSP признает вклад Университета Фордхэм, Факультет истории Университета Фордхэма и Центр средневековых исследований Фордхэма в предоставление веб-пространства и серверной поддержки проекта.IHSP — это проект, независимый от Фордхэмского университета. Хотя IHSP стремится соблюдать все применимые законы об авторском праве, Фордхэмский университет не институциональный владелец, и не несет ответственности в результате каких-либо юридических действий.

© Концепция и дизайн сайта: Пол Халсолл создан 26 января 1996 г .: последняя редакция 20 января 2021 г.

Торговля и коммерция | Западная цивилизация

Цель обучения

  • Перечислите факторы, которые привели к изменениям в коммерции и торговле в позднем средневековье

Ключевые моменты

  • Исследователи открыли новые торговые пути на юг Африки, в Индию и Америку из-за доминирующего положения Османской империи, затрудняющего торговые пути на запад.
  • Коммерческая революция началась в конце 13-го и начале 14-го веков с ростом выпуска страховых полисов, форм кредита и новых форм бухгалтерского учета, позволяющих улучшить финансовый надзор и точность.
  • В Англии кризисы, вызванные Великим голодом и черной смертью 1290–1348 годов, а также последующие эпидемии создали множество проблем для экономики, кульминацией которых стало Крестьянское восстание.
  • Английская сельскохозяйственная экономика оставалась в депрессивном состоянии на протяжении 15 века, рост происходил за счет значительного роста английской торговли тканями и производства.
  • Ярмарки стали популярнее, достигнув своего расцвета в 13 веке, когда увеличилась международная торговля шерстью. Несмотря на общий упадок после 14 века, крупные ярмарки продолжали играть важную роль в обмене денег и региональной торговле.
  • В городах, связанных с Северным и Балтийским морями, Ганзейский союз развивался как торговая монополия.

Условия

гильдия

Ассоциация ремесленников или торговцев, контролировавших практику своего ремесла в определенном городе.Они были организованы как нечто среднее между профессиональным объединением и профсоюзом.

Османская империя

Империя, основанная турками-огузами при Осман-беке на северо-западе Анатолии в 1299 году, распалась в 1923 году после Первой мировой войны, образуя новое государство Турция.

ростовщичество

Практика предоставления неэтичных или аморальных денежных займов с целью несправедливого обогащения кредитора.

слитков

Золотые слитки, серебряные слитки и слитки или слитки других драгоценных металлов.

В период позднего средневековья все более доминирующее положение Османской империи в восточном Средиземноморье создавало препятствия для торговли для христианских народов Запада, которые начали искать альтернативы. Португальские и испанские исследователи нашли новые торговые пути к югу от Африки в Индию и через Атлантический океан в Америку.

В конце XIII — начале XIV веков произошел процесс — в основном в Италии, но частично и в Священной Римской империи, — который историки назвали «коммерческой революцией».«Среди нововведений того периода были новые формы партнерства и страхование, которые способствовали снижению риска коммерческих предприятий; переводной вексель и другие формы кредита, которые обходили канонические законы для неевреев против ростовщичества и устраняли опасность ношения слитков; и новые формы бухгалтерского учета, в частности бухгалтерский учет с двойной записью, который позволил улучшить надзор и точность.

В условиях финансовой экспансии торговые права стали более ревностно охраняться коммерческой элитой.Города увидели растущую мощь гильдий, которые возникли в 14 веке как ремесленники, объединяющиеся для защиты своих общих интересов. Появление европейских гильдий было связано с зарождающейся денежной экономикой и урбанизацией. Раньше было невозможно управлять денежной организацией, поскольку товарные деньги были нормальным способом ведения бизнеса.

В средневековых городах ремесленники начали создавать ассоциации по своим ремеслам. Братства текстильщиков, каменщиков, плотников, резчиков и стеклодувов — все это контролируемые секреты традиционно передаваемых технологий — «искусства» или «тайны» их ремесел.Обычно основателями были свободные независимые мастера, нанимавшие учеников. Эти гильдии были организованы как нечто среднее между профессиональной ассоциацией, профсоюзом, картелем и тайным обществом. Они часто зависели от выдачи писем, запатентованных монархом или другим органом власти, чтобы обеспечить поток торговли для своих самозанятых членов и сохранить право собственности на инструменты и поставки материалов. Долговечное наследие традиционных гильдий — это здания, построенные и используемые в качестве мест для встреч.

Там, где господствовали гильдии, они формировали рабочую силу, производство и торговлю; у них был сильный контроль над учебным капиталом, и начали появляться современные концепции развития на протяжении всей жизни ученика до мастера, а затем от подмастерья до широко признанного мастера и гроссмейстера. Европейские гильдии навязывали длительные стандартизированные периоды обучения и мешали тем, у кого не хватало капитала, чтобы создать для себя или без одобрения своих коллег, получить доступ к материалам или знаниям или продать их на определенных рынках, в области, которая в равной степени доминировала в мире. заботы гильдий.Это определяющие характеристики меркантилизма в экономике, который доминировал в большинстве европейских представлений о политической экономии до возникновения классической экономики.

В городах, связанных с Северным и Балтийским морями, Ганзейский союз развивался как торговая монополия. Это способствовало росту торговли между городами в непосредственной близости от этих двух морей. Торговля на дальние расстояния в Балтии активизировалась, поскольку основные торговые города объединились в Ганзейский союз под руководством Любека.

Ганзейский союз был бизнес-союзом торговых городов и их гильдий, который доминировал в торговле на побережье Северной Европы и процветал с 1200–1500 годов, а после этого продолжал иметь меньшее значение. Главными городами были Кельн на реке Рейн, Гамбург и Бремен на Северном море и Любек на Балтийском море. Каждый ганзейский город имел свою правовую систему и определенную степень политической автономии.

Лига была основана с целью объединения сил для продвижения меркантильных интересов, защиты и политического влияния.К 14 веку Ганзейский союз обладал почти монополией на торговлю на Балтике, особенно с Новгородом и Скандинавией.

Кризисы, вызванные Великим голодом и черной смертью между 1290 и 1348 годами, а также последующие эпидемии создали множество проблем для английской экономики. Крестьянское восстание 1381 года имело различные причины, включая социально-экономическую и политическую напряженность, вызванную Черной смертью 1340-х годов, высокие налоги, возникшие в результате конфликта с Францией во время Столетней войны, и нестабильность в местном руководстве Лондона. .

Хотя восстание было подавлено, оно подорвало многие пережитки феодального экономического порядка, и в сельской местности преобладали поместья, организованные как фермы, часто принадлежавшие новому экономическому классу дворянства или арендованные им. Английская сельскохозяйственная экономика оставалась депрессивной на протяжении 15 века, рост происходил за счет значительного роста английской торговли тканями и производства.

Начиная с XII века, многие английские города приобрели у короны хартию, позволяющую им проводить ежегодные ярмарки, обычно обслуживающие региональных или местных клиентов и продолжающиеся два или три дня.Популярность ярмарок росла, достигнув своего расцвета в 13 веке по мере роста международной торговли шерстью. Ярмарки позволили английским производителям шерсти и портам на восточном побережье взаимодействовать с приезжими иностранными купцами, обходя этих английских купцов в Лондоне, стремящихся получить прибыль в качестве посредников. В то же время богатые потребители-магнаты в Англии начали использовать новые ярмарки как способ покупать товары, такие как специи, воск, консервы и ткани, оптом у международных торговцев на ярмарках, опять же в обход обычных лондонских торговцев.

Рынок Бриджнорта. Рыночная площадь в Бриджнорте, одном из многих средневековых английских городов, которому было предоставлено право проводить ярмарки, в данном случае ежегодно в праздник Перевода Святого Леонарда. Фотография сделана Пэм Брофи.

К концу 14 века положение ярмарок стало снижаться. Крупные купцы, особенно в Лондоне, начали устанавливать прямые связи с более крупными землевладельцами, такими как дворянство и церковь; вместо того, чтобы землевладелец покупал на чартерной ярмарке, они покупали бы напрямую у торговца.Тем не менее, крупные ярмарки оставались важными и в 15 веке, о чем свидетельствует их роль в обмене денег, региональной торговле и предоставлении выбора отдельным потребителям.

Источники

История Великого Новгорода

Здесь люди носили кожаные сапоги вместо лаптей, улицы были вымощены с древних времен, простолюдины переписывались друг с другом, и всех правителей приветствовали и изгоняли всякий раз, когда новгородцы хотели.Здесь вы можете оказаться на том самом месте, откуда, как гласит легенда, в воду реки Волхов бросили идола кровавого языческого божества Перуна, чтобы он утонул, в озере на берегу реки можно искупаться. которые купец Садко исполнял свои завораживающие песни, участвуют в боевых действиях новгородских витязей наших дней. Именно здесь, в этом месте, можно в полной мере ощутить неповторимую атмосферу земли Русской.

Старейший город России, колыбель русской демократии, средневековый центр торговли и ремесел, ведущий партнер Ганзейского союза XII — XVII веков., связь между средневековой Европой и Россией и граница между двумя цивилизациями. Все это описания Великого Новгорода.

Впервые слово «новгородцы» встречается в документах 859 года. До сих пор ведутся споры ученых о фиксированной дате основания Новгорода («нов» — «новый», «город» — «город»). ») И местонахождение« старого »города. Сейчас ведущая версия называет «старым» городом так называемое Городище , которое находилось на правом берегу реки Волхов в 2 км от сегодняшнего города.Вероятно, это бывшая резиденция князя Рюрика, приглашенного на княжение в Новгород в IX в. а затем началась династия Рюриковичей («Рюриковичи» для «сына Рюрика»). В 10 в. город был перенесен вниз по реке на новое место и назван Новгородом.

Родина русской демократии

Как только Киев был завоеван князем Олегом в сопровождении новгородских войск и образовалось единое государство Киевская Русь, Новгород превратился во второй крупный центр нового государства.Когда-то здесь царствовали Владимир Красное Солнце и его сын Ярослав Мудрый. Но в 1136 году в Новгороде появляется принцип свободы: таким образом, именно новгородцы с тех пор решали, какой князь будет править в городе. Продолжительность правления также зависела от их решения. С конца 13 в. князя больше не приглашали. К тому времени Великий Новгород превратился в столицу вечевой республики («вече» — «народное сборище») Новгородской земли. Вече решало вопросы войны и мира, принимало законы и заключало договоры и договоры с другими землями, а также избирало церковного архиепископа Новгородского архиепископа, который фактически был главой Новгородской вечевой республики с 15 века.Новгородская республика закончилась в 1478 году, когда московское войско победило новгородское в битве при Шелоне. Новгород и его земли вошли в централизованное государство Московской Руси, то есть в пять раз больше! Тем не менее до начала 18 в. Новгород сохранил свое значение как центр международной торговли и ремесел благодаря выгодному географическому положению — он был перекрестком торгового пути из варяг в греки, соединяющего Балтику и Средиземное море, и пути на восток через Поволжье. .Новгород имел торговые связи с рядом земель: от Фландрии и ганзейских городов до угорских земель, от Скандинавии до Астрахани и Константинополя.

История Новгорода насыщена событиями. Вот основные из них в хронологическом порядке:

  • 859 — Новгород впервые упоминается в летописях в связи со знаменитым торговым путем «из варяг в греки».
  • 862 — Варяжский князь Рюрик приглашен на княжение в Новгород.
  • 1019 — князь Ярослав Мудрый дает Новгороду независимость от Киева и права «вольного города».
  • 1044 — Князь Владимир приступил к возведению каменных стен Кремля.
  • 1045 — заложен первый каменный собор Святой Софии.
  • 1136 — Новгород становится «вольным в князьях» и теперь республика, управляемая вечевой.
  • 1242 — Новгородцы под предводительством князя Александра Невского одерживают победу в Ледовой битве на Чудском озере над ливонскими рыцарями.
  • 1471 — новгородцы уступают москвичам битву на реке Шелонь; начинается присоединение Новгорода к Московскому царству.
  • 1478 — конец Новгородской республики.
  • 1570 — Новгород разбит и разграблен Иваном Грозным.
  • 1611-1617 — Новгород оккупирован шведами.
  • 1706 — братья Лихуд основали в Новгороде первую греко-латинскую школу.
  • 1727 — Новгород становится областным центром.
  • 1862 г. — открыт Памятник Тысячелетию России.
  • 1865 г. — в Новгороде открыт музей Общества любителей старины как первый губернский музей в Российской Империи.
  • 1941-1945 — Новгород оккупирован фашистами.
  • 1951 г. — при археологических раскопках обнаружен первый берестяной свиток.
  • 1993 — Новгород стал первым городом, вошедшим в Ганзейский союз Нового времени.
  • 1997 г. — Новгород награжден Почетным знаменем Совета Европы за достижения в экономическом и социальном развитии.
  • 1999 г. — городу возвращено историческое название Великий Новгород (Великий Новгород).
  • 2001 г. — Великий Новгород становится первым городом, в котором открыты Информационно-туристический центр «Красная изба» и Городское управление по туризму.
  • 2009 г. — Великий Новгород отмечает 1150-летний юбилей.
  • 2009 г. — Великий Новгород — первый российский город, в котором пройдет международный форум «Ганзейские дни нового времени».
  • 2012 г. — Великий Новгород стал главным центром празднования 1150-летия Государства Российского.
  • 2014 — Великому Новгороду исполняется 1155 лет.

Начиная с середины ХХ века систематические археологические раскопки ведутся в больших масштабах в черте города и на Рюриковичи Городище.В раскопках принимают участие местные и приезжие исследователи, студенты и школьники. За это время было найдено более 2 тысяч свинцовых печатей, большое количество оружия, украшений, домашней утвари, различных музыкальных инструментов. Предмет большой гордости историков — более тысячи берестяных свитков различного содержания и в идеальном состоянии. Среди свитков — деловые контракты, любовные письма, кулинарные рецепты, комментарии к Библии, коммерческие оценки и даже каракули учеников.Эти находки демонстрируют полную грамотность жителей средневекового Новгорода, в том числе женщин и простолюдинов, и помогают понять подробности жизни и образа жизни наших предков. Нельзя не восхищаться тонкой обработкой изделий из дерева, металла, кожи и стекла, множеством и богатством находок и количеством берестяных свитков. Все это говорит нам о былом величии, мощи и значении Великого Новгорода как политического, религиозного, торгового и культурного центра древней Руси.

Центр международной торговли

Благодаря Новгороду процветала торговля между старой Россией и Ганзой. Таким образом, ведущие статьи средневекового русского экспорта включали меха и воск, которые высоко ценились по всей Европе. Многие западноевропейские монархи и знатные люди носили дорогие шубы и шляпы из богатых новгородских мехов горностая, соболя, куницы; Русские восковые свечи зажигались на величественных алтарях готических соборов. Иногда, похоже, вывозились и охотничьи птицы — соколы, а также кожа и некоторые кожаные изделия.Кстати, новгородская обувь тоже очень ценилась.

Из Востока в Новгород поступали товары, которые позже появились на рынках всех других городов России. И именно русские купцы получали прибыль от их доставки по всей России, поскольку немецкие торговцы продавали свои товары только в Новгороде. Импортные товары включали дорогие ткани, сукно и цветные металлы, используемые в ремеслах, которыми славились новгородские мастера.

Ганзейские купцы привозили греческое, французское, испанское и, конечно же, рейнское вино, а также балтийскую сельдь, соль и даже хлеб в годы неурожая.

Партнеры Hansa не раз выручали Новгород из трудностей. Так, согласно одному летописцу, в 1231 году именно семя из Ганзы спасло Новгород от серьезных последствий распространения голода.

Ганза и старая Россия занимались как здоровой, так и бартерной торговлей. Деньги использовались только для измерения стоимости товаров. Кстати, сама торговля происходила не на Торговой площади, а в Гансахофе и во дворах новгородцев, где русские и немецкие купцы осматривали нужные им товары, выбирали лучшие и заключали сделки.

Торговые отношения между Ганзой и Новгородом регулировались некоторыми специальными соглашениями и постановлениями Ганзахофа под названием «Skra». Эти соглашения гарантировали безопасную торговлю. Таким образом, существенными были статьи об обеспечении «безопасного торгового пути» в Новгородскую землю для ганзейских купцов и на Балтику для новгородцев.

Одно из ведущих ганзейских депо Европы было основано в Великом Новгороде.

Санкт-Олавхоф («хоф» для «двора», нем.) И Санкт-Петербург.Петергоф образовал Новгородское ганзейское депо, которое располагалось в Ярославовском дворе , средневековой рыночной площади. Окруженные бревенчатым частоколом дворы напоминали крепости.

Внутри дворов находились церкви, у стен которых устраивались стивены («сходки») и решались все животрепещущие вопросы тех дней; двухэтажные дома, называемые дорисами, в которых жили купцы со своими управляющими и учениками; клетка — корпус для торговли и хранения товаров; большая палата, комната управляющих, мельница, пивоварня, баня (сауна) и больница.Интересно, что Новгородское ганзейское депо было самой изолированной частью города, в которой оно располагалось. Даже новгородские чиновники не могли вмешиваться во внутренние дела Гансахофа.


Участник Ганзейских дней Нового времени

Ганзейский союз Нового времени, основанный в 1980 году на традициях средневековой Ганзы, по праву можно назвать прообразом Европейского Союза. В 1993 году Новгород стал первым российским членом Ганзейского союза Нового времени и с тех пор ежегодно представляет свои средневековые традиции на Международных Ганзейских днях.

В честь своего 1150-летия (2009 г.) в Новгороде прошел 29-й Международный форум «Ганзейские дни современности» , который прошел под девизом «Расширяя границы».

[PDF] Коммерческий супертрест или виртуальная организация?

Скачать Коммерческий супертраст или виртуальная организация? …

Коммерческий супертрест или виртуальная организация? Институциональная экономическая интерпретация позднесредневековой Ганзы * Ульфом Кристианом Эвертом ** и Стефаном Зельцером ++ Аннотация: В этой статье ганзейская торговая система анализируется с использованием концепций науки управления и институциональной экономики.Ганза не была ни государством городов, ни коммерческим супертрестом. Концепция сети или виртуальной организации является более реалистичным подходом и объясняет, почему ганзейские купцы, приверженные взаимной торговле, сотрудничали в основном без официальных контрактов. В этой конкретной ситуации транзакционные, информационные и организационные затраты были низкими. Честное поведение подкреплялось доверием и репутацией, и продавцы могли минимизировать агентские риски. Торговая сеть была встроена в более широкую институциональную структуру и, таким образом, была идеально адаптирована к коммерческой среде в Балтийском море.Более поздняя неспособность Hanse к расширению и снижение ее конкурентоспособности зависели от пути, потому что они также были вызваны определенными недостатками этой сетевой организации.

В фокусе статьи Ганза, вероятно, является одним из самых ярких явлений в экономической истории средневековья. Простые экономические факты впечатляют. С тринадцатого до начала шестнадцатого веков ганзейцы, которые в основном были самозанятыми торговцами, могли доставлять всевозможные товары потребителям в постоянно растущих городах по всему Балтийскому морю.Купцы вместе и с большим успехом защищали ганзейские торговые привилегии, полученные ими в Лондоне, Брюгге, Бергене и Новгороде, местах, где они основали Ганзейский Контор. И несмотря на то, что они не создавали крупных фирм и не применяли современные методы торговли, купцы могли сохранять свою монополию на торговлю на балтийских рынках до начала пятнадцатого века. Тем не менее, до сегодняшнего дня внешний вид Ганзы определялся Ганзейским союзом, союзом городов, возникшим к середине XIV века.Ганзейский союз предстает как некая всемогущая политическая надстройка Ганзы, которой на самом деле никогда не было. Тем не менее, учитывая эту предвзятую интерпретацию1, Ганза, кажется, была одновременно государством городов и огромной торговой империей, своего рода позднесредневековым североевропейским супертрестом. *

Рабочий документ, подготовленный для восьмой конференции Европейского исторического экономического общества, которая состоится в Высшем институте Женевы, Швейцария, 4–5 сентября 2009 г. ** Philosophische Fakultät I, Institut für Geschichte, Мартин-Лютер-Университет Галле- Wittenberg, Hoher Weg 4, D-06099 Halle (Saale), Германия, электронная почта: [электронная почта защищена] ++ Fakultät für Geistes- und Sozialwissenschaften, Professur für Mittelalterliche Geschichte, Helmut-Schmidt-Universität.Universität der Bundeswehr, Holstenhofweg 85, D-22043 Hamburg, Германия, электронная почта: [электронная почта защищена] 1 Cf. для описания меняющихся интерпретаций Ганзы в историографии девятнадцатого и двадцатого веков. ЗЕЛЦЕР / ЭВЕРТ 2005, стр. 8–18. Посмотреть на Ганзе в целом ДОЛЛИНГЕР 1989; HAMMEL-KIESOW 2000.

1

К сожалению, не все из этой увлекательной истории — правда. И это особенно экономическая глава истории, которая ставит вопросы вместо того, чтобы давать ответы.Историческое исследование Ганзы в некотором смысле подчиняется тройному парадоксу: с одной стороны, большинство новых публикаций посвящено социальной истории и культурно-историческому подходу, хотя Ганза, в первую очередь, безусловно, является экономической исторической проблемой. С другой стороны, если экономический характер Ганзы является предметом анализа, редко это делается с точки зрения экономиста и с использованием экономической теории. Весьма уникальная модель взаимной торговли ганзейских купцов очень часто изучается как единичные случаи.Вряд ли предпринимается попытка собрать все эти разные части воедино. GREIF, MILGROM и WEINGAST3, например, дали, конечно же, удобное и теоретически обоснованное объяснение формирования ганзейской гильдии в Конторе, но Hanse нельзя сводить только к этим коммерческим торговым точкам. Таким образом, здесь предпринимается попытка экономического анализа ганзейской торговой системы, анализа, который основан на достаточно надежных основаниях экономической теории и, в частности, должен выявить взаимодействие различных ганзейских институтов.В разделах статьи будут обсуждаться следующие вопросы: Какая теоретическая концепция могла бы подходить для описания организации Ганзы? Какие стимулы предоставляла эта организация торговцам? Как эта структура могла успешно работать? Какие конкретные структурные недостатки могли вызвать более поздний упадок Ганзы? Теоретическая концепция: сетевой подход и виртуальная организация. Прежде всего, представлена ​​теоретическая концепция, способная описать ганзейскую торговую систему и объяснить ее структуру с экономической точки зрения.Сети и виртуальные организации. Подобно терминам «система» и «социальный капитал», термин «сеть» действительно очень популярен и, кажется, хорошо известен. Как и в случае с двумя другими терминами, «сеть» широко используется в социальных науках и истории, и теоретической концепции, лежащей в основе этого термина, также приписывается широкий диапазон значений. Для модели 2

, конечно, есть исключения из этого правила, а именно SCHONEWILLE 1997; 1998; СТРЕБ 2004; JENKS 2005; ССЫЛКА / КАПФЕНБУРГЕР 2005.3 Ср. GREIF / MILGROM / WEINGAST 1994.

2

цель быть как можно более точной, слово «сеть» здесь используется по отношению к его значению в науке управления, описывая конкретную форму организации4. Таким образом, определяется сетевая организация. как свободное сотрудничество юридически и экономически независимых субъектов. Благодаря «сетевому взаимодействию» развивается «новая» структура, которая составляет основу для потенциального сотрудничества между членами такой межорганизационной сети.Теоретически эта «новая» структура — межорганизационная сеть — не имеет иерархических уровней и не контролируется из штаб-квартиры, поскольку сотрудничество между членами сети считается добровольным и гибким взаимодействием5. Таким образом, сетевые организации характеризуются низкой степенью формализма. и боковой поток информации. Поскольку координация в рамках такой организационной структуры в принципе не может быть достигнута ни с помощью иерархических средств координации, ни с помощью сторонних механизмов, сотрудничество должно быть гарантировано взаимным доверием и репутацией.6 Помимо слабых связей, члены сети могут одновременно участвовать как в сотрудничестве, так и в конкуренции. Считается, что эта так называемая особенность «кооптиции», подчеркивающая гибкость существующих связей, увеличивает общую производительность сети за счет внутренней конкуренции.7 Если сетевая организация, кроме того, имеет характеристику только виртуального существования, она называется виртуальным организация. С помощью этой специфической модели отсутствие формально четко определенной иерархически-бюрократической структуры может быть скрыто от окружающей среды.Со стороны такая виртуальная организация только кажется структурированной как очень сложный и огромный траст. Фактически, такая структура только имитирует такие функции, как формализм и сложность. Тем не менее, производительность виртуальной организации и услуги, которые она может предоставлять, эквивалентны тем, которые предоставляет высоко формализованная иерархически-бюрократическая организация. Обработка информации и структура информационного потока играют ключевую роль для виртуальных организаций в том, что они могут действовать подобным образом.Для бокового потока информации требуются устройства, способные очень быстро обрабатывать огромные объемы информации, чтобы заменить отсутствующую иерархию. Таким образом, модель виртуальной организации является частным случаем сетевой организации.8 4

Cf. POWELL 1990; NOHRIA 1992; GALASKIEWICZ 1996; THOMPSON 2003. Cf. POWELL 1990; ILLINITCH et al. 1996; OSBORN / HAGEDOORN 1997; WINDELER 2001. 6 Ср. POWELL 1990, GALASKIEWICZ 1996 и OSBORN / HAGEDOORN 1997. 7 «Cooptition» — это чеканка «сотрудничества» и «конкуренции», которая вошла в употребление в литературе по сетевым организациям.Ср. BECK 1998. 8 См. Введение в эту концепцию SCHOLZ 1996 и KRAUT et al. 1999. 5

3

Сетевая торговля Ганзы и ее виртуальный характер Теоретическая концепция сетевого бизнеса и виртуальной организации теперь может быть применена к коммерческим отношениям, которые существовали между ганзейскими купцами в позднем средневековье. Иерархически-бюрократическая корпоративная организация, которая уже была обычной схемой, используемой итальянскими торговыми банкирами и торговыми предприятиями из Верхней Германии9, редко встречается на побережье Балтийского моря.В отличие от управления своими торговыми операциями с помощью агентов, которых нужно было проинструктировать на регулярной основе, организационная форма ганзейского бизнеса обычно состояла из взаимных транзакций между двумя партнерами, проживающими в отдаленных местах, причем каждый партнер продавал товары другого партнера. Такое сотрудничество не требовало формального заключения контрактов и не носило эксклюзивный характер, и продавцу обычно не платили за принятие на себя коммерческого риска, связанного с продажей. Организационная модель, сложившаяся в результате торговой деятельности ганзейских купцов, типична для сетевой организации.10 Каждый из малых предприятий самозанятых торговцев с небольшими финансовыми возможностями сформировал торговые сети путем взаимного сотрудничества посредством взаимной торговли. Мало того, что двусторонний обмен между членами этих сетей основывался на неформальном консенсусе, также практически не существовало штаб-квартиры, способной координировать и контролировать деятельность многочисленных участников сети. Более того, поскольку членам сети было разрешено торговать со многими партнерами по всей Балтии, структура сети в принципе характеризовалась как сотрудничеством ее участников, так и конкуренцией между ними по времени и по конкретным случаям.Таким образом, ганзейские торговые сети представляли собой среднесрочное или долгосрочное сотрудничество на основе неформальных и только неявно определенных контрактов между юридически независимыми торговцами. Очень часто коммерческие партнеры были связаны друг с другом или были связаны друг с другом дружескими отношениями11. Похоже, они были так называемым «маленьким миром», поскольку они, несмотря на слабую общую плотность, позволяли каждому члену войти в него. контакт с любым другим участником через нескольких посредников.12 Более того, особая структура торговли внутри Ганзы, которая в значительной степени проистекает из многочисленных торговых отношений отдельных купцов 9 10 11 12

Ср. BAUER 1923; VON STROMER 1968; RIEBARTSCH 1987; HILDEBRANDT 1996; 1997 Ср. SELZER / EWERT 2001; 2005; 2009; EWERT / SELZER 2007; EWERT / SELZER 2009c. Ср. SPRANDEL 1984; СТАРК 1993. Ср. WATTS 1999.

4

показывает характеристики виртуальной организации. Эта «виртуализация» структуры очевидна по крайней мере в двух отношениях: во-первых, несмотря на то, что все виды товаров по цепочкам коммерческих сделок с участием многих торговцев доставлялись на все рынки в зоне охвата Ганзейского бассейна13, и хотя высокое и однородное качество продукции было гарантированные стандартизацией весов и мер14, как для отдельных продавцов, так и для клиентов, эти усилия, конечно, не выглядели так, как если бы они могли быть реализованы без внедрения сложных формальных структур.Во-вторых, Ганзейский союз15 как союз городов, возникший в середине четырнадцатого века, по-прежнему определяет современный внешний вид Ганзы. Хотя у Ганзейского союза никогда не было функции штаб-квартиры для ганзейской торговли, современные иностранные купцы признавали своих ганзейских конкурентов принадлежащими к группе, разделяющей привилегии, которыми они сами хотели бы поделиться. А также для многих поколений историков Ганза представляла собой огромный торговый трест или торговую империю, ложную интерпретацию, которой до сих пор придерживаются наблюдатели.16 Тем не менее, вера в это, даже если это неадекватно, в значительной степени указывает на особенность виртуальности, и совершенно очевидным будет вывод, что Ганза очень успешно вводила в заблуждение неганзейских купцов, а также историков, притворяясь формально четко определенное доверие, чем на самом деле.

Структура стимулов: неиерархическая координация, рентабельность и покрытие агентских рисков После того, как ганзейскую торговую систему можно будет описать в терминах последовательной концепции, на втором этапе мы рассмотрим структуру институтов в этой системе и стимулы, которые эти учреждения создавали для торговцев к сотрудничеству.Следующие СЕВЕРНЫЕ «институты» здесь понимаются как сформированные человеком правила, регулирующие и социальный обмен между ганзейцами.17 Проблема безбилетника и потенциальных агентских рисков. торговцы, каждый из которых работает удаленно

13

Ср. HAMMEL-KIESOW 2000. Ср. JENKS 2005. 15 Ср. WERNICKE 1983; HENN 1984; PITZ 2001. 16 См. Например еще недавно PICHIERRI 2000.SCHELLERS 2003, напротив, анализирует Ганзейский союз с точки зрения его характеристик как союза городов, преследующих в первую очередь политические цели. 17 Ср. СЕВЕР 1991, стр. 97. 14

5

пунктов продажи товаров и продуктов других партнеров. В этих неформальных партнерствах, которые обычно заключались без письменных контрактов и которые могли длиться годами или даже десятилетиями, прибыль от сделки оставалась только отправителем, тогда как риск оставался только на стороне партнера, который осуществлял продажу.18 В сетях, состоящих из множества таких двусторонних деловых партнерств, обычно возникают проблемы безбилетника и мошенничества19, особенно если задействовано значительно большое количество участников.20 Без письменных контрактов на первый взгляд кажется, что это должно было быть очень легко участвовать в торговой сети ганзейских торговцев, получать от нее личную выгоду, например, продавая товары другого торговца и получая прибыль, но не вносить существенный вклад в сетевой обмен, отказываясь отправлять свои товары этому торговцу, чтобы чтобы вознаградить его.Таким образом, торговую деятельность нужно было как-то координировать, а членам сети требовалось какое-то улучшение, чтобы вести себя справедливо. Это было обеспечено репутацией, доверием и культурой, и все это были средствами координации, которые могли компенсировать недостающую иерархию.21 Однако, благодаря своей приверженности этому виду взаимной торговли, торговцы также могли поддерживать низкие транзакционные, информационные и организационные издержки. Более того, у них был мощный инструмент под рукой, чтобы обезопасить себя от классических проблем, которые обычно возникают во взаимоотношениях между принципалом и агентством.Эти проблемы известны в литературе как договорные риски неблагоприятного отбора, морального риска и ограбления22. Координация на основе репутации, доверия и культуры Репутация играет фундаментальную роль в обеспечении справедливого поведения членов ганзейских торговых сетей. Это легко показать с помощью теоретико-игрового подхода. Следуя идее GREIF, торговые отношения моделируются как односторонняя последовательная дилемма заключенного23. В этих рамках форма получателя

18

Cf.MICKWITZ 1937; 1938; SPRANDEL 1984; СТАРК 1993; CORDES 1998; 2000. Помимо этого, ганзейские купцы использовали для определенных торговых операций также своего рода комиссионный бизнес, так называемый сендеве. В этой четко определенной договорной схеме комиссионный агент продал товары, которые он получил от другого продавца, по заказу и за счет партнера, который официально проинструктировал продажу и отправил товар комиссионному агенту, с прибылью и рисками, оставшимися на отправителе. . Ср. CORDES 1998; 1999 г.19 Ср. TESFATSION 1997. 20 Cf. DIEKMANN 1992. 21 См. В целом POWELL 1990; GALASKIEWICZ 1996; STABER 2000. 22 Ср. RIPPERGER 1998, стр. 63–67; WOLF / GRAßMANN 2004. 23 Ср. GREIF 2000, стр. 254–256. Здесь каждый из двух партнеров, участвующих во взаимном обмене, будет одновременно «принципалом», который отправляет товары партнеру, а также «агентом», который принимает товары и продает их отправителю. Играя эти роли, торговцы занимаются торговлей, которая преобладала среди ганзейских купцов, не создает для участников никаких стимулов к честным действиям.В одноразовой ситуации для партнера, который продавал товары другого, прибыль p от мошенничества в любом случае была бы больше, чем нулевой доход от честного поведения (см. Рисунок 1a). Рисунок 1: Теоретический анализ ганзейской взаимной торговли (a)

ts no

en

gg din

d oo

oB st

AB [0, 0] od go ng ill se

без компенсации A

отправка товаров B

продавец A («принципал»)

o sf

rA

AB [p, 0]

AB [-cA, p]

продавец B («агент»)

(b)

ts no

en

g din

oB st od go

AB [0, 0] lin sel

отправка товаров в B

продавец A («принципал»)

o gg

s od

fo

rA

без компенсации A

AB [p, r]

AB [-cA, pr]

продавец B («агент»)

Теоретико-игровая модель взаимной торговли: p = прибыль от продажи; cA = затраты на отправку товаров в B; r = репутация (r

В принципе, этот дефект можно устранить, если предположить, что продавец (B) получит репутацию r для каждой транзакции, когда он действует в надлежащих интересах своего партнера (A), владельца товаров .Точно так же B потеряет репутацию, если обманывает. Однако, поскольку вполне правдоподобное предположение допускает, чтобы r было ниже, чем p, предполагаемый стимул для продавца B действовать справедливо и бережно обращаться с товарами A будет действовать только в более реалистичном сценарии, когда торговые операции могут повторяться бесконечно ( см. рисунок 1b) .24 Поскольку продавец B будет снова выбран в качестве коммерческого партнера только продавцом B или любым другим продавцом в сети, если у него есть выбор: в качестве «принципала» они могут принять решение об отправке своих товаров; как «агент» они могут решать, сотрудничать или нет.См. Подробнее об этой модели EWERT / SELZER 2009C. О теоретических подходах к истории торговли см. Также GREIF 2004. 24 Предположение о бесконечности повторений правдоподобно, поскольку оба партнера в действительности не знали, когда именно их отношения обмена подойдут к концу.

7

заслуживает доверия, бесконечная сумма значений репутации (r) превысит единовременный выигрыш Σ

(pr) .25 Таким образом, в долгосрочной перспективе репутация торговцев была сильным средством обеспечения взаимной справедливости компортмент.Всем членам сети было важно быть надежным и высокопоставленным трейдером. Чтобы не потерять эту репутацию, было сильным стимулом придерживаться сетевых правил. Подобно выводам GREIF для торговцев Магриби26, ганзейский репутационный механизм был многосторонним. Потеря репутации из-за обмана или предательства, таким образом, не только подрывала конкретные двусторонние отношения, но и автоматически означала потерю доступа ко всей сети и, таким образом, потерю возможных будущих партнерских отношений.Благодаря такому многостороннему репутационному механизму27 ганзейская сетевая торговля была в некотором смысле самодостаточным институтом. Ганзейские общества и институты, способствующие развитию общества, Zirkel-Gesellschaft 28 Любека или суды Artus 29 в значительной степени способствовали этому репутационному механизму, поскольку это было в функциях обществ и неформальных встречах, на которых участникам сети регулярно предоставлялась информация о репутации. других участников сети. Начиная с этого момента информация о репутации других участников сети может распространяться по всей сети.30 В отличие от информации, связанной с обменом, которую необходимо было быстро передавать для контроля определенных торговых операций, информацию о репутации нужно было только объявить в любом случае для предотвращения мошенничества среди торговцев. Например, имеется множество свидетельств того, что имена тех торговцев, которые больше не допускались к участию в привилегиях Ганзейского союза в Брюгге, были опубликованы в судах Артуса31. Совместное членство купцов и советников в обществах или братствах. а также близость к городу, очевидно, помогли купцам превратить членов городского совета в инструмент защиты коммерческих интересов.Таким образом, дизайн и функционализм торговых сетей достаточно хорошо доказывают, что коммерческие цели и социальные практики ганзейских купцов довольно сильно совпадали.32

25

См. Применение повторяющейся последовательной игры к конфликту между советами. Нюрнберга и гильдий городов в позднем средневековье и начале нового времени LEHMANN 2004. 26 Ср. Greif 1992; 1993. 27 См. О влиянии институтов, основанных на репутации, в средневековой торговле GREIF 1992, p130; 1993, стр.531–535; GREIF 2000, стр. 260–272; GREIF / MILGROM / WEINGAST 1994, STREB 2004; EWERT / SELZER 2007; и совсем недавно GONZÁLES DE LARA 2008. 28 Ср. DÜNNEBEIL 1996. 29 Ср. SELZER 1996. 30 Ср. SELZER 2003, стр. 84 и 96f. 31 Ср. ЗЕЛЬЦЕР 1996, стр. 105. 32 Ср. EWERT / SELZER 2009b.

8

В данном конкретном случае доверие имело огромное значение для помощи в координации сетевой деятельности.33 Организационную модель сетей обычно называют организацией «полного доверия», что подчеркивает огромный контраст с моделью «нулевого доверия». доверие «бюрократически-иерархической организации, где управление осуществляется через иерархии и инструкции.34 Доверие обычно возрастает с устойчивостью взаимоотношений. Путем взаимности действий — отправка товаров партнеру, если товары были получены от него, продажа полученных товаров, если он также продает отправленные ему товары — проблема безбилетника в ситуации почти без иерархических средств координации может быть решена. . Поскольку доверие должно было формироваться в течение достаточно длительного периода времени, продавцы должны были применять поэтапный подход, чтобы заменить доверие на этапе, когда взаимные отношения только начинались, а также в случае, если они торговали с случайные партнеры.В теории игр этот феномен обычно описывается как стратегия «око за око »35. Растущий объем транзакций между Хильдебрандтом Векинчузеном и Гервином Маршеде можно привести в качестве примера присутствия этого механизма в ганзейских коммерческих сетях36. также пытались укрепить личные связи путем взаимных подарков37. Наконец, общие ценности также действительно способствовали взаимному сотрудничеству. Культурная координация38 была необходима для беспрепятственной организации ганзейских деловых сетей.Это означает, что в принципе все участники торговой сети согласовали общие ценности и нормы и действовали в соответствии с этими ценностями и нормами. Этот механизм координации был особенно важен в рамках основных партнерств отдельных торговцев, которые в значительной степени были торговыми партнерствами с членами семьи и близкими друзьями. Следует отметить, что возникла и некая скрытая гармонизация, которая была более или менее побочным продуктом коммерческой деятельности ганзейских купцов по всей Балтике.Тем не менее, это оказалось очень ценным для их экономических операций. С общими ценностями и общими нормами действительно можно было создать более однородную торговую среду. Однако гомогенизация культурных верований, конечно, не была четкой стратегией, которая была сознательно реализована, но поскольку ганзейские купцы присутствовали, все 33

Cf. KRAUT et al. 1999, стр. 726; РЕБЕНОК 2001; СЕРЫЙ / САД 2001; ТОМКИНС 2001. Ср. REED 2001. 35 Ср. AXELROD 1984; HÖFFE 1988; РАПОПОРТ 1992; ХОКАНССОН / ШАРМА 1996, стр.116–117. 36 Ср. STARK 1985. 37 См. Некоторые примеры из Риги, Кенигсберга, Осло и Ростока STEIN 1898, стр. 89–91, Nr. 10, pp. 93–97, Nr. 13, и стр. 114, № 21; СТАРК 1984 г., стр. 141; ТИЕРФЕЛЬДЕР 1958, стр. 209. 38 Ср. например, JONES 1983. 34

9

в странах Балтии, это был довольно непреднамеренный, но тем не менее естественный процесс, который со временем стал все более и более равноправным. Общие общие ценности были, вероятно, очень очевидны в семьях купцов и поэтому были распространены в районах ганзейской торговли, когда члены семей селились на рыночных площадях, удаленных от родного города их семьи.Рентабельность и покрытие агентских рисков. Сетевая стратегия принесла ганзейским купцам наиболее ценную экономическую выгоду с точки зрения высокой степени гибкости, которую они могли получить от нее, и в то же время выбор организационной модели, которая вызвала лишь умеренные затраты. Выгоды от создания сетей на индивидуальном уровне вытекают из подхода, основанного на трансакционных издержках39. действительно взаимное сотрудничество.Таким образом, транзакционные издержки оставались низкими. Путем взаимного обмена товарами взаимное доверие между партнерами может быть построено с течением времени, позволяя продавцам передать сбор и обработку информации, относящейся к операциям продаж на зарубежных рынках, их соответствующим партнерам. Таким образом, информационные затраты были незначительными. Справедливое обращение со всеми членами сети было обеспечено в случае Ганзейского союза с помощью многостороннего репутационного механизма. Опираясь на такой механизм принуждения, проблемы безбилетников и контролирующих агентов были решены таким образом, что взаимная торговля без заключения официальных контрактов и без предположения о наличии скоростных коммуникационных линий была жизнеспособным и самодостаточным способом коммерческого обмена внутри Ганзы.Это, в свою очередь, позволило также сохранить на довольно низком уровне организационные расходы в сетях.41 Поскольку репутация торговых партнеров была хорошо известна всем в сети, в этой структуре существует риск неблагоприятного выбора, то есть выбора неправильный торговый партнер, было очень маловероятно. Из-за угрозы потери репутации партнеров, участвующих в торговых отношениях обмена, поощряли действовать в первую очередь в интересах другого партнера, что также сводило к минимуму риск морального риска.Та же угроза потери репутации не позволяла торговцам также воспользоваться возможной «задержкой», которую они в принципе могли бы получить за счет 39 40 41

Ср. COASE 1937; 1984; WILLIAMSON, 1979. Ср. DE BOER et al. 2001. Cf. SELZER / EWERT 2001; 2005; EWERT / SELZER 2009c.

10

на инвестиции, сделанные их торговыми партнерами, отправив им товары. Из-за взаимного дизайна коммерческих обменов каждая сторона держала товары друг друга и могла использовать эти предметы в любой момент в качестве актива безопасности, чтобы противостоять возможному задержанию со стороны партнера.42

Детерминанты успеха: адаптация к коммерческой среде и сбалансированный дизайн институциональных механизмов Как могла ганзейская система торговли так успешно работать в течение такого длительного периода времени? Неужели только сеть, движимая репутацией, доверием и культурной корреспонденцией членов сети, позволила ганзейским купцам монополизировать торговлю на Балтике в период позднего средневековья? По-видимому, нет, хотя сетевая структура торговли, безусловно, была очень важна для коммерческого успеха Ганзы.Таким образом, причиной того, что ганзейская сетевая организация работала эффективно, была не только ее организационная структура, но и встраивание этой структуры в более широкую институциональную структуру, благоприятствующую этому дизайну43. Поэтому мы исследуем на третьем этапе стратегии, которые смогли еще больше усовершенствоваться. коммерческий обмен ганзейцами в торговых сетях. Можно увидеть довольно четкую картину реакций, поскольку коммерческие риски пытались минимизировать как отдельными неформальными правилами, так и корпоративными формальными институтами.Справляясь с коммерческой неоднородностью, ганзейские купцы действительно столкнулись с большим разнообразием своей торговли в течение тринадцатого-пятнадцатого веков, в частности потому, что эта торговля охватывала весь диапазон — от высоко интегрированных и очень эффективных рынков до хорошо развитых юридических и финансовых институтов в странах. С запада на плохо развитые и очень неэффективные рынки на Северо-Востоке. Таким образом, неоднородность, по-видимому, была важным фактором, определяющим ганзейскую торговлю.Интересно, что именно это экономическое и культурное расхождение внутри Северной Европы было одним из ключевых факторов, которые первоначально позволили ганзейским купцам получить значительные коммерческие преимущества перед своими бывшими конкурентами. Поскольку они могли коммерчески связать эти отдельные регионы, ганзейские купцы могли почти монополизировать торговлю в этом районе. Таким образом, сетевая структура идеально вписывалась в этот коммерческий контекст, который, помимо разнообразия, характеризовался огромной пространственной протяженностью 42

Cf.SELZER / EWERT 2001; 2005; EWERT / SELZER 2009c.

11

довольно медленная передача информации и отсутствие мощных финансовых и юридических институтов. Поддержание довольно простой формы взаимной торговли и неформального сотрудничества между партнерами в удаленных местах было действенным и действенным решением проблемы столкновения с разнообразием и риском. Это позволяло торговцам, участвующим во внутренней ганзейской торговле, действовать довольно безопасно и экономично.В то же время этот деловой стиль был достаточно гибким, чтобы подходить либо для очень сложного уровня развития рынка, как в случае рынка Брюгге с его практикой сложных безналичных операций, либо для довольно слабо развитого рынка, как в случай Новгорода, где бартерная торговля по-прежнему преобладала. Весьма поучительным примером сосуществования разных стилей бизнеса является деятельность Хильдебранда Векинхузена, который в начале пятнадцатого века жил в Брюгге и торговал оттуда на основе взаимных отношений со своими братьями, кузенами, отцом … зять, его племянники и некоторые из его друзей в Любеке, Данциге, Риге, Ревеле и Дерпте.44 Помимо этого, он также был частью довольно формального общества, посредством которого он вел свою торговлю с Кельном.45 Учитывая тот факт, что стратегия создания торговых сетей и, следовательно, сохранения гибкости была огромной выгодой для торговцев, это довольно простое и удобное решение. На первый взгляд старомодный деловой стиль можно рассматривать как ключевой элемент, позволяющий им сбалансировать влияние коммерческого разнообразия. Этим ганзейские купцы могли очень хорошо преодолеть, а в определенной степени даже сократить разрыв между различными торговыми средами, существовавшими внутри Ганзы.46 Хеджирование транспортных рисков Морская торговля была фактически единственным жизнеспособным способом преодолеть огромные расстояния в Балтийском и Северном море, и поэтому торговцам приходилось искать решения проблемы, связанной с конкретным риском, связанным с этой торговлей. Хотя в средние века морская торговля была не намного быстрее, чем наземная транспортировка, обычно она была довольно непредсказуемой из-за меняющихся погодных условий и угрозы пиратства, и, следовательно, она была сопряжена с большим риском.

43 44 45 46

См. Понятие сетевой и институциональной принадлежности ROOKS et al. 2000. Ср. IRSIGLER 1985; СТАРК 1993; CORDES 1998; GREVE 2002. Cf. SCHWEICHEL 2001. Cf. EWERT / SELZER 2009a.

12

Для своей торговли в Средиземноморье венецианские и генуэзские купцы относительно рано разработали договорные формы, такие как commenda или collegantia, которые четко регулировали ответственность для такого предприятия и стоимость риска, а также делали это для торговцев более вероятным. найти рисковый капитал для потенциальных коммерческих предприятий.47 Довольно похожая проблема была решена ганзейскими купцами в более неформальной и неконтрактной манере. В старых караванах или конвоях товары были защищены от рискованных событий до некоторой степени благодаря организационной структуре самого каравана. Поиск такой защиты, по-видимому, был основной причиной, по которой в прошлом во всем мире и во всех цивилизациях купцы в ранней торговле выбирали такую ​​организацию торговли караваном. После того как торговля караванами и конвоями во многих ганзейских регионах была заменена конторской формой торговли, ганзейские купцы, в отличие от своих итальянских современников, по-видимому, не разработали формальное морское страхование и не приняли широкого использования официальных контрактов, регулирующих распределение. ответственности и риска между торговыми партнерами.48 Вместо этого они попытались застраховаться от риска транспортировки, используя более простую форму диверсификации рисков. Обычно ганзейские купцы пытались переправить товары в товарном образце на нескольких кораблях, и если они также были судовладельцами, они обычно не концентрировали свои инвестиции только на одном корабле49. чувство, что отдельный коммерсант не смог добиться принятия своего требования о правах собственности собственными мерами, если эти права были нарушены, эти индивидуальные стратегии хеджирования рисков должны были поддерживаться общими ганзейскими формальными положениями, касающимися ответственности за убытки и ущерб. товаров при отгрузке.50 Стандартизация и гармонизация коммерческих институтов Разумеется, ганзейские купцы также пытались стандартизировать и согласовать различные торговые среды, в которых они работали. Как стандартизация весов и мер, так и гармонизация правовых норм и культурных верований могут помочь снизить операционные издержки. в ганзейской торговле. 47

Ср. ЛОПЕС 1976. Конечно, ганзейские купцы также использовали договорный тип, который назывался wedderleginge или kumpanie и очень напоминал средиземноморский commenda, с помощью которого можно было накапливать капитал для определенных целей.Оба партнера по такому контракту добавили свои финансовые ресурсы, но только один из них управлял сделкой, тогда как прибыль распределялась между ними двумя. Тем не менее, такого рода договор не имел большого значения для ганзейской торговли. Ср. EBEL 1957; CORDES 1998; HAMMEL-KIESOW 2000. 49 Ср. WOLF 1986. 48

13

Ганзы и их торговцы в значительной степени осознавали, что различия в инфраструктуре, экономических и финансовых институтах рынков были неэффективными и дорогостоящими особенностями их торговой системы.Посредством создания сети транзакционные издержки коммерческого обмена для торговцев могут быть сохранены на уровне, достаточно низком, чтобы сделать торговлю весьма привлекательной для них, но уменьшение неоднородности, проистекающей из различных торговых условий, безусловно, помогло бы снизить транзакционные издержки еще больше. Помимо закрытия этой системы для неганзейских конкурентов с целью сохранения монопольной ренты, это, таким образом, было довольно рациональной стратегией стандартизации и гармонизации различных торговых условий с целью снижения степени неоднородности внутри Ганзейской империи и количества транзакционных издержек. для трейдеров.Были предприняты разные попытки создать более однородную торговую среду для купцов51. Во-первых, городские законы Магдебурга и Любека стали доминирующим городским правом на Балтике. Большинство ганзейских купцов происходили из множества разных ганзейских городов, но действовали на основании общеизвестного и практичного закона52. Тогда Ганза также стандартизировала веса и меры для многих товаров, с которыми имели дело торговцы. 53 В Ганзейских привилегиях как для Фландрии, так и для Новгорода также были приняты меры по осуществлению контроля качества товаров.Например, воск, купленный у русских производителей в Новгороде, должен был быть запечатан либо в Новгороде, прежде чем он был куплен ганзейским купцом, либо в конкретном ганзейском городе или городе, где он был продан другому купцу, соответственно. Любое нарушение этого правила каралось штрафом54. Интересно, что аналогичный регламент для новгородских мехов не установлен. Тем не менее, в Ганзе уже существовали достаточно систематические и широко применяемые правила мер и весов, а также система контроля качества, с помощью которой были сокращены транзакционные издержки с точки зрения облегчения поиска конкретных продуктов и их продвижения в рамках цепной торговли между ганзейскими странами. торговцы.55 Еще одним шагом вперед на пути, ведущем к более равноправным коммерческим условиям, было регулирование также юридической практики, касающейся зарубежных перевозок и других вопросов торговли. В первую очередь это было сделано для снижения транспортных рисков, обеспечения справедливого обмена и обеспечения коммерческого согласия50 51 52 53 54 55

Cf. JAHNKE / GRAßMANN 2003. Cf. ДЖЕНКС 2005. Ср. EBEL 1957. Cf. WITTHÖFT 1976. Cf. ДЖЕНКС 2005, стр. 38. Ср. ДЖЕНКС 2005, стр. 39; ССЫЛКА / КАПФЕНБЕРГЕР 2005.

14

тракта. Можно найти очень подробные правила для тех ганзейских купцов, которые работали во Фландрии. Эти законодательные акты охватывают различные правила, касающиеся ответственности продавцов и их клиентов, а также положения, касающиеся компетенции в случае судебного иска, а также процедурные вопросы. Очень похожие правила можно найти в ганзейских привилегиях для Новгорода56. Также было разработано сложное морское право, которым регулировались обязанности и ответственность за ущерб и убытки из-за средних значений.57 Предоставление довольно стандартизированных юридических процедур для судоходства и коммерческого обмена между ганзейскими купцами и иностранными производителями, брокерами и торговцами снизило транзакционные издержки обмена в основном за счет сокращения затрат на заключение контрактов и обеспечение исполнения контрактов. В отличие от сетевой стратегии институциональные механизмы, возникшие в результате стандартизации и гомогенизации, не были самодостаточными. Городские власти, Конторе, а затем и диета Ганзейского союза были необходимы как «сторонние агенты» для обеспечения соблюдения этих правил.Создание официальных институтов Несомненно, ганзейские купцы были предпринимателями, которые в поисках прибыли от своей торговли определенно руководствовались экономическими соображениями. Будучи также гражданами своих родных городов, они должны были уважать, продолжая свою торговлю, экономические интересы своего родного города, торговые правила и юридические практики, по крайней мере, до определенной степени58. Что еще более важно, современные иностранные купцы признавали своих ганзейских конкурентов как принадлежащие группе, разделяющей привилегии, которыми они сами хотели бы поделиться.Эти экономические привилегии вместе с поддержкой ганзейских городов стали основой, на которой ганзейские купцы могли построить свою систему междугородной торговли в Балтийском море.59 Тем не менее им нужен был набор формальных институтов для этого, и они создали такие институты, как Конторе. а позже — Ганзейский союз, который стал необходимым механизмом для обеспечения соблюдения определенных правил и координации экономической деятельности купцов и городов. Ганзейский Контор был основан в городах Брюгге, Лондоне, Бергене и Новгороде, где ганзейские купцы делили экономические привилегии и определенные свободы в своих интересах.Будучи форпостами Ганзы,

56 57 58 59

Cf. ДЖЕНКС 2005, стр. 39f. Ср. JAHNKE / GRAßMANN 2003. Cf. AFFLERBACH 1993. Cf. VON BRANDT 1963.

15

вполне формально определенное учреждение Конторе регулировало местную торговую деятельность купцов, чтобы координировать деятельность торговцев и обеспечивать соблюдение привилегий против местных правителей60. Эти рынки были жизненно важны для Ганзейской системы торговли. в целом, поскольку они функционировали как своего рода ворота для коммерческих товаров, ввозимых на внутренний рынок Ганзы и с него, и поскольку ганзейская торговля основывалась на привилегиях, которые когда-то получали там купцы из Нижней Германии.Защита этих привилегий от потенциальных конкурентов была главной целью Конторе. Ганзейские купеческие семьи поэтому были заинтересованы в поддержании личных контактов с соотечественниками, работавшими там, и почти каждый ганзейский купец, который торговал внутри Ганзы, имел коммерческие отношения хотя бы с одним из Конторе, обычно с живущими там друзьями или родственниками61. в первую очередь в интересах купцов, чтобы соблюдались жизненно важные привилегии. К середине четырнадцатого века возник второй ганзейский формальный институт с конституцией Ганзейского союза как союза многих ганзейских городов.У Ганзейского союза никогда не было функции штаб-квартиры для ганзейской торговли, но его можно рассматривать как попытку создать своего рода политическую надстройку над Ганзей, и это было, по крайней мере теоретически, необходимым механизмом для координации экономической деятельности. и политические интересы ганзейских городов. Города, и в особенности их советы, были необходимы для обеспечения соблюдения определенных юридических правил, способствующих неформальному сотрудничеству торговцев, таких как, например, постоянная поддержка ответственного отношения к товарам торгового партнера.Города также обеспечили стандартизацию весов и мер, чтобы снизить транзакционные издержки торговли. Итак, опять же, в первую очередь в интересах сообщества купцов, чтобы ганзейские города образовали ассоциации и взяли на себя эти обязанности. Для ганзейских купцов и Конторе, и Ганзейский союз работали не как самодостаточные учреждения, поскольку они основывались на формальных правилах и участие в этих учреждениях регулировалось именно этими формальными правилами.Напротив, эти два института, основанные в значительной степени на формальных определениях, были в некотором смысле необходимы для обеспечения соблюдения других правил внутри Ганзейской системы торговли, например, об ответственности за убытки и ущерб при морских перевозках или о контроле качества продукты. Интересно, что именно эта формальная часть Ганзы оказала наибольшее и наиболее продолжительное влияние на историографию, 60 61

Cf. GREIF / MILGROM / WEINGAST 1994; СТРЕБ 2004. Ср. СПРАНДЕЛЬ 1984, стр.29.

16

заставляя поколения историков ошибочно полагать, что Ганза была огромным торговым трестом или торговой империей. Более правдоподобной интерпретацией Ганзы была бы группа давления или распределительная коалиция, продвигающая торговлю на дальние расстояния и перераспределение богатства в собственных интересах.62 Некоторые структурные дефициты: возможные причины неудач Ганзы в раннее Новое время. Однако на рубеже пятнадцатого века коммерческие преимущества ганзейских купцов на Балтике, тем не менее, почти быстро исчезли.Этот провал системы в целом зависел от пути63, поскольку именно те стратегии, которые успешно применялись на более ранних этапах истории Ганзы, затем превратились в серьезное препятствие для дальнейшего устойчивого роста их торговой системы64. Последним вопросом, на который следует обратить внимание в этом анализе, будет краткое обсуждение возможных причин окончательного краха ганзейской торговой системы. Размер сети, культурные границы и сетевой парадокс Это общепризнанный факт социологических исследований и сетевых исследований, что сети, основанные на культурных связях, едва ли способны включать участников, которым не хватает этих общепринятых ценностей, и что они не могут быть расширены. за пределами определенного размера группы без привлечения большого количества безбилетников из-за неправильного функционирования основного механизма репутации.Это, конечно, справедливо и для Ганзы. Это был своего рода «маленький мир», но только для ганзейцев. Однако для посторонних Ганза должна была казаться закрытым обществом, до которого почти невозможно добраться, и на самом деле так оно и было. Негативный эффект самодостаточности типичен для сетей, основанных на культурной идентичности. Флорентийский банкир Герардо Буэри — одно из редких исключений из этого правила, потому что ему удалось наладить свой бизнес в Любеке. Только после того, как он женился на богатой местной семье, он также смог присоединиться к ганзейской сети.65 Поскольку ганзейские купцы очень строго придерживаются привилегий Ганзы в Лондоне, Брюгге, Бергене и Новгороде, и поскольку многосторонний репутационный механизм работал до совершенства только в небольших или средних сетях, им было довольно сложно выйти за пределы границы 62

Ср. ИРСИГЛЕР 1989, стр. 518; SCHONEWILLE 1998. См. Теоретическую концепцию зависимости от пути, парадигму, которая уже некоторое время обсуждается в экономической теории, например, ARTHUR 1989; ДЭВИД 1994; SYDOW / SCHREYÖGG / KOCH 2005; ПУФЕРТ 2006.64 Ср. ЗЕЛЦЕР / ЭВЕРТ 2005; EWERT / SELZER 2007, 2009a, 2009c. 63

17

устоявшейся сетевой торговой системы, которая работала на протяжении многих поколений с таким большим успехом. Более того, есть свидетельства того, что так называемый сетевой парадокс проявляется на примере сетевой организации ганзейских купцов. Сетевой парадокс описывает расхождение между

Рисунок 2: Сетевой парадокс

организационная структура на одной стороне СЕТЕВАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ

и фактическая модель, в которой участники orGANIZATION DESIGN

ОРГАНИЗАЦИЯ

ОРГАНИЗАЦИЯ

формальная иерархия

организации взаимодействуют друг с другом с другой стороны.Бюрократические организации — это

сетевая структура

эры, но на самом деле социальная РЕАЛЬНОСТЬ

СТРУКТУРА СОТРУДНИЧЕСТВА

, основанная на формальном дизайне

неформальная сеть

кластеров и иерархий

сетей действительно очень важны, поскольку они часто позволяют гораздо быстрее и эффективнее решать задачи. Like-

Перекрестная классификация типов организации и предполагаемая и фактическая структура сотрудничества внутри организации.График разработан после ADERHOLD / MEYER 2003.

С точки зрения организационной структуры и фактической схемы сотрудничества

могут сильно отличаться в сетевой организации. Несмотря на то, что сетевая организация реализована с намерением обеспечить свободное и гибкое сотрудничество в интересах всех участников, сетевая организация может легко превратиться в фрагментарную группу кластеров с квази-окаменевшей формальной и иерархической структурой (см. Рисунок 2) .66 Следующие три Пункты подчеркивают актуальность сетевого парадокса в случае Ганзы67: во-первых, ганзейская привычка преимущественно сотрудничать с членами семьи и друзьями поставила под угрозу гибкий и изменчивый характер коммерческой сети в целом.Хотя в большинстве случаев купцы одной семьи в принципе действовали независимо в удаленных местах по всему водосбору Ганзы, семейные узы вполне могли создать зоны с асимметричным распределением власти внутри сети. Во-вторых, возникает вопрос репутации и доверия как механизмов усиления сотрудничества, поскольку обычно действия членов сети только с помощью этих средств можно координировать как с доверием, так и с репутацией65 66

Cf. FOUQUET 1998. Cf.ADERHOLD / MEYER 2003.

18

ция уже существует. Процесс строительства, конечно, требовал времени, и после того, как доверие и репутация были построены, в большинстве случаев для торговцев было бы неэффективным решением не использовать эти средства. Тем не менее, использование репутации в коммерческих целях и использование надежных партнеров только определенно повысило вероятность сохранения практически одного и того же набора торговых отношений, что, в свою очередь, означало, что вся коммерческая сеть стала фрагментарной.И действительно, несмотря на торговлю товарами с большим количеством коммерческих партнеров, ганзейские торговцы тем не менее обычно держались за эти уже установленные основные партнерские отношения в течение довольно долгого времени. Наконец, по той же самой причине к концепции так называемой «кооптиции» следует относиться с осторожностью, хотя ганзейские торговцы, в отличие от своих конкурентов из Верхней Германии, никогда не запрещали перекрестную конкуренцию внутри своих сетей.68 Отсюда следует, что » Кооптиция «может быть блестящей идеей в теории, но для позднесредневековых ганзейских купцов — довольно плохая идея для воплощения в жизнь.Множественность структуры Помимо того факта, что ганзейские предприятия были довольно небольшими по размеру и, следовательно, сами должны были адаптироваться к заданному гетерогенному контексту, коммерческий обмен Ганзы был встроен в несколько пересекающихся организационных уровней — сети торговцев, Конторе, ганзейские города и Ганзейский союз. Вероятность потенциальных конфликтов между индивидуальными интересами торговцев и коллективными интересами городских общин и Конторе, по-видимому, еще больше возросла после образования Ганзейского союза.Конторе как институт, обеспечивающий соблюдение привилегий, не контролировался центральной инстанцией. Напротив, часто они разрабатывали собственную торговую политику, которая затем противоречила целям купцов, а также политике ганзейских городов. Сам Ганзейский союз полностью имел собственные экономические и политические рамки и очень строго пытался добиться того, чтобы эти интересы принимались не только иностранными торговцами, но и самими ганзейскими купцами.69 Первоначально он был разработан для координации интересов купцов, надзора за торговлей и обеспечения соблюдения законов. привилегии и правила торговли, именно эта множественность самой структуры наложила дополнительные ограничения на деятельность Hanseatic mer-

67 68 69

. Об этом см. также SELZER / EWERT 2001; ЭВЕРТ / ЗЕЛЦЕР 2006.Ср. SPRANDEL 1984. Ср. СПРАНДЕЛЬ 1984, стр. 31f.

19

песнопений.70 Появление Ганзейского союза также указывает на проблемы коллективных действий и нестабильность картелей. Можно было предвидеть, что могущественный член этого картеля, а именно Любек, вступил во владение, чтобы предотвратить его роспуск.71 Как экономические и политические масштабы Конторе в Брюгге, Лондоне, Бергене и Новгороде, а также в отдельных ганзейских городах и Ганзейском регионе. Иногда лиги противоречили друг другу, торговцы все больше и больше попадали в ловушку негативного воздействия этой множественности структуры.Это, конечно, могло создать ситуации, в которых отдельные торговцы вступали в конфликт с экономическими интересами более высокого порядка, например, столкнувшись с типичным для Ганзы запретом на установление деловых партнерских отношений с неганзейскими торговцами72. случай во время эмбарго. Например, во время ганзейской блокады Фландрии с 1358 по 1360 год, пренебрегая запретом на торговлю, торговцы города Кампен пытались извлечь выгоду из обстоятельств.73 Изменение экономических условий Экзогенные и эндогенные изменения в коммерческой среде, к которой изначально была так хорошо адаптирована сетевая организация Ганзы, очевидно, серьезно подорвали эту торговую систему на рубеже XV века. Во-первых, способность торговцев оставаться гибкими за счет недостаточного развития структуры рынка капитала в пределах внутренней досягаемости ганзейской торговой системы означала, что ганзейские купцы, за исключением их неганзейских конкурентов, почти не имели доступа к рисковый капитал, который, тем не менее, был бы срочно необходим для гораздо более крупных коммерческих начинаний, чем те, которые обычно предпринимались во внутренней ганзейской торговле.74 Во-вторых, политика Ганзы по блокированию противников на основании привилегий и свобод, которыми пользовались ее торговцы в Брюгге, помешала им обоим достаточно рано осознать, что экономическое значение рынка Брюгге быстро снижалось с подъемом рынка Антверпена в вторая половина пятнадцатого века. И, наконец, гармонизация, конечно, снизила транзакционные издержки ганзейских купцов внутри Балтии, что значительно облегчило их торговые операции. Так много правды.Тем не менее, внешним эффектом этого явилось снижение транзакционных издержек и для неганзейских торговцев. Как следствие, коммерческие конкуренты 70 71 72 73

Cf. VON BRANDT 1963. См. Описание этого экономического явления в средневековой обстановке VOLCKART 2004. Cf. СПРАНДЕЛЬ 1984, стр. 32f .. Ср. ФРИКЦИУС 1932/33.

20

Ганзы смогли вторгнуться в ганзейскую систему торговли к концу пятнадцатого века и серьезно угрожали привилегированному торговому положению ганзейских купцов на Балтике.

Заключение Применив концепцию сети и виртуальной организации к позднесредневековой Ганзе, становится ясно, что «сеть» — это не только модный термин, но и действительно очень мощная теоретическая концепция. В отличие от недостатков в литературе по Ганзе, с этой концепцией торговая модель, которая возникла из обменных отношений между ганзейскими купцами, объясняется чисто экономическими мотивами агентов, вовлеченных в эту торговую систему. Более того, модель виртуальной организации позволяет более адекватно, чем раньше, описать парадокс, что Ганза могла обеспечить потребителей повсюду в Балтии, с одной стороны, с широким ассортиментом товаров, а с другой стороны, не полагалась на любая сложная формальная иерархическая или корпоративная структура при этом.Объясняющая сила сетевой концепции становится очевидной, поскольку некоторые сильные и слабые стороны сетевой структуры, которые обсуждаются в литературе по бизнес-сетям, могут быть проиллюстрированы на примере Хансе. Ганзейским купцам приходилось иметь дело с тем фактом, что длительная приверженность взаимному сотрудничеству в принципе несовместима с гибкостью их связей. Как и в случае с современными сетевыми организациями, они отреагировали на это установлением долгосрочного сотрудничества, основанного на репутации и доверии, которые в случае коммерческих транзакций внутри семей вполне могут превратиться в асимметричные отношения, а затем способствовать частичной сегрегации сети в отдельные кластеры.Тем не менее, пример Ганзы нельзя использовать только для подтверждения теории или для иллюстрации ее слабостей. Модель взаимного сотрудничества показывает, что виртуальная организация была возможным и, кроме того, эффективным решением проблем доступности и передачи информации, типичных для позднего средневековья. С этими проблемами информации и координации можно было справиться только потому, что сетевой шаблон был встроен в институциональную среду, которая обеспечивала торговцев стандартизацией и способствовала их неформальному сотрудничеству.В целом кажется очевидным, что позднесредневековая Ганза не была ни городским государством, ни коммерческим супертрестом. Модель сетевой или виртуальной организации — 74

Cf. SCHONEWILLE 1998.

21

более реалистичный подход к Ганзе и ее торговле. Вопросы институциональной экономики, такие как транзакционные издержки, отношения принципала-агента, роль доверия и репутации или стабильность картелей, важны для экономической интерпретации позднесредневековой Ганзы.Наконец, неспособность Ганзы к расширению и снижение ее конкурентоспособности на рубеже XV века в некотором смысле зависели от пути, потому что они были вызваны торговой системой, которая в основном полагалась на сетевую организацию. Именно потому, что структура и институциональный контекст были очень хорошо согласованы и прекрасно работали вместе, потенциал для развития и расширения системы не мог быть реализован. Несомненно, именно эта стоимость, связанная с внедрением сетевой структуры, привела к упадку Ганзы в ранний современный период.

Ссылки Йенс АДЕРХОЛЬД, Матиас МЕЙЕР, Netzwerke richtig verstehen — zur Relevanz von Potentialität (Netzwerk) und Aktualität (Kooperation), в: Egon MÜLLER (ed.), Vernetzt planen und produzieren — VPP 2003. Tag: , SFB 457, Chemnitz 2003, стр. 153–157. Торстен АФФЛЕРБАХ, Der berufliche Alltag eines spätmittelalterlichen Hansekaufmanns (Kieler Werkstücke A7), Франкфурт-на-Майне, 1993. В. Брайан АРТУР, Конкурирующие технологии, увеличение прибыли и привязка к историческим событиям, в: The Economic Journal 99 (1989), стр. .116-131. Роберт АКСЕЛЬРОД, Эволюция сотрудничества, Нью-Йорк 1984. Клеменс БАУЕР, Unternehmung und Unternehmungsformen im Spätmittelalter und in der beginnenden Neuzeit (Münchner Volkswirtschaftliche Studien NF 23), Jena 1923. Thilo C. BECKis Организация 67 (1998), стр. 271–276. Дик Э. Х. ДЕ БОР и др. (ред.), «… in guete freuntlichen nachbarlichen verwantnus und hantierung …». Wanderung von Personen, Verbreitung von Ideen, Austausch von Waren in den niederländischen und deutschen Küstenregionen vom 13.bis 18. Ярхундерт (Oldenburger Schriften zur Geschichtswissenschaft 6), Ольденбург 2001. Ахасвер ФОН БРАНДТ, Die Hanse als mittelalterliche Wirtschaftsorganisation. Entstehen, Daseinsformen, Aufgaben, в: ID. и другие. (ред.), Die Deutsche Hanse als Mittler zwischen Ost und West, Cologne, Opladen 1963, стр. 9–38. Джон Чайлд, Доверие — фундаментальная связь в глобальном сотрудничестве, в: Организационная динамика 29 (2001), стр. 274–288. Рональд Х. КОУЗ, Природа фирмы, в: Economica NS 4 (1937), стр.386–405. Рональд Х. КОУЗ, Новая институциональная экономика, в: Журнал институциональной и теоретической экономики 140 (1984), стр. 229–231. Альбрехт КОРДЕС, Spätmittelalterlicher Gesellschaftshandel im Hanseraum (Quellen und Darstellungen zur hansischen Geschichte N.F. 45), Кельн, 1998. Albrecht CORDES, Einheimische und gemeinrechtliche Elemente im hansischen Gesells 15. Jahrhunderts. Eine Projektskizze, в: Niels JÖRN, Detlef KATTINGER и Horst WERNICKE (ред.), »Kopet uns werk by tyden«.Beiträge zur hansischen und preußischen Geschichte. Festschrift für Walter Stark zum 75. Geburtstag, Schwerin 1999, стр. 67–71. Альбрехт КОРДЕС, Wie verdiente der Kaufmann sein Geld? Hansische Handelsgesellschaften im Spätmittelalter (Handel, Geld und Politik 2), Lübeck 2000.

22

Пол А. ДЭВИД, Почему институты являются «носителями истории»? Зависимость от пути и эволюция соглашений, организаций и институтов, в: Structural Change and Economic Dynamics 5 (1994), pp.205–220. Андреас ДИЕКМАНН, Soziale Dilemmata. Modelle, Typisierungen und empirische Resultate, в: HansJürgen ANDREß et al. (ред.), Theorie, Daten, Methoden. Neue Modelle und Verfahrensweisen in den Sozialwissenschaften. Теодор Хардер zum sechzigsten Geburtstag, Мюнхен, 1992, стр. 177–203. Филипп ДОЛЛИНГЕР, Die Hanse, 4-е издание, Штутгарт, 1989. Соня ДЮННЕБЕЙЛЬ, Die Lübecker Zirkel-Gesellschaft. Formen der Selbstdarstellung einer städtischen Oberschicht (Veröffentlichungen zur Geschichte der Hansestadt Lübeck, B27), Любек, 1996.Wilhelm EBEL, Lübisches Kaufmannsrecht vornehmlich nach Lübecker Ratsurteilen des 15./16. Jahrhunderts, Göttingen 1957. Ульф Кристиан ЭВЕРТ, Стефан ЗЕЛЬЦЕР, Ганза как виртуальная организация: некоторые исторические замечания о сетевой парадигме, рабочий документ, Европейская конференция истории социальных наук 2006, Амстердам. Ульф Кристиан ЭВЕРТ, Стефан ЗЕЛЦЕР, Netzwerkorganisation im Fernhandel des Mittelalters: Wettbewerbsvorteil oder Wachstumshemmnis ?, in: Hartmut BERGHOFF, Jörg SYDOW (ред.), Unternehmerische Netzwerke.Eine Historische Organisationsform mit Zukunft?, Штутгарт, 2007 г., стр. 45–70. Ульф Кристиан ЭВЕРТ, Стефан ЗЕЛЦЕР, Наведение мостов, Устранение разрывов: различные стратегии ганзейских торговцев в гетерогенных торговых средах, в: Джеймс М. МЮРРЕЙ, Питер СТАБЕЛ (ред.), Преодоление разрыва: проблемы координации и международной организации Торговля в позднесредневековых европейских городах (городская история), Turnhout 2009. [готовится к печати] [= EWERT / SELZER 2009a] Ульф Кристиан ЭВЕРТ, Стефан ЗЕЛЦЕР, ст.»Социальные сети«, в: Дон ХАРРЕЛЬД (ред.), Спутник Ганзейского союза, Лейден, 2009. [готовится к печати] [= EWERT / SELZER 2009b] Ульф Кристиан ЭВЕРТ, Стефан ЗЕЛЬЦЕР, Wirtschaftliche Stärke durch Vernetzung. Zu den Erfolgsfaktoren des hansischen Handels, в: Mark HÄBERLEIN, Christof JEGGLE (ред.), Praktiken des Handels. Geschäfte und Beziehungen europäischer Kaufleute в Mittelalter und früher Neuzeit (Irseer Schriften N.F. 6), Констанц 2009. [скоро появится] [= EWERT / SELZER 2009c] Герхард ФУКЕТ, Ein Italiener в Любеке.Der Florentiner Gherardo Bueri (жест. 1449), в: Zeitschrift des Vereins für Lübeckische Geschichte und Altertumskunde 78 (1998), стр. 187–220. W. FRICCIUS, Der Wirtschaftskrieg als Mittel hansischer Politik imh 14. undt 15. Jah. : Hansische Geschichtblätter 57 (1932), стр. 38-77; 58 (1933), стр. 52-121. Джозеф ГАЛАСКЕВИЧ, «Новый сетевой анализ» и его применение в организационной теории и поведении, в: Dawn IACOBUCCI (ред.), Сети в маркетинге, Thousand Oakes, London, New Delhi 1996, pp.19–31. Ядира ГОНСАЛЕС ДЕ ЛАРА, Секрет венецианского успеха: общественный порядок, институт, основанный на репутации, в: Европейский обзор экономической истории 12 (2008), стр. 247–285. Авнер ГРЕЙФ, Институты и международная торговля: уроки коммерческой революции, в: American Economic Review, Papers and Proceedings 82 (1992), стр. 128–133. Авнер ГРЕЙФ, Обеспечение исполнения контрактов и экономические институты в ранней торговле: Коалиция трейдеров Magribi, в: American Economic Review 83 (1993), стр. 525-548.Авнер ГРЕЙФ, Фундаментальные проблемы обмена. Программа исследований в области исторического институционального анализа, в: Европейский обзор экономической истории 4 (2000), стр. 251–284. Авнер ГРЕЙФ, Институты и торговля во время позднесредневековой коммерческой революции: теоретический подход к играм, Нью-Йорк, 2004 г. Авнер ГРЕЙФ, Пол МИЛГРОМ, Барри Р. ВЕЙНГАСТ, Координация, приверженность и обеспечение соблюдения: пример Гильдии торговцев, в: Журнал политической экономии 41, 1994, стр. 745–776.

23

Anke GREVE, Fremde unter Freunden — Freunde unter Fremden? Hansische Kaufleute im spätmittelalterlichen Brügger Handelsalltag, in: Stephan SELZER, Ulf Christian EWERT (ред.), Menschenbilder — Меншенбильднер. Individual und Gruppe im Blick des Historikers (Hallische Beiträge zur Geschichte des Mittelalters und der Frühen Neuzeit 2), Берлин, 2002, стр. 177188. Крис ГРЕЙ, Кристина ГАРСТЕН, Доверие, контроль и постбюрократия, в: Organization Studies 22 (2001) С. 229–250. Хокан ХАКАНССОН, Д. Део ШАРМА, Стратегические альянсы в сетевой перспективе, в: Доун Якобуччи (редактор), Сети в маркетинге, Таузенд Оукс, Лондон, Нью-Дели, 1996, стр. 108–124. Рольф ХАММЕЛЬ-КИЗОВ, Die Hanse , Мюнхен 2000.Райнхард ХИЛЬДЕБРАНДТ, Diener und Herren. Zur Anatomie großer Unternehmen im Zeitalter der Fugger, в: Johannes BURKHARDT (ed.), Augsburger Handelshäuser im Wandel des Historischen Urteils (Colloquia Augustana 3), Берлин 1996, стр. 149–174. Райнхард ХИЛЬДЕБРАНДТ, Unternehmensstrukturen im Wandel. Personal- und Kapitalgesellschaften vom 15. – 17. Ярхундерт, в: Ханс Юрген ГЕРХАРД (редактор), Struktur und Dimension. Festschrift für Karl-Heinrich Kaufhold zum 65. Geburtstag, vol. 1: Mittelalter und Frühe Neuzeit (Vierteljahrschrift für Sozial- und Wirtschaftsgeschichte.Beihefte 132), Штутгарт 1997, стр. 93–110. Volker HENN, Die Hanse: Interessengemeinschaft oder Städtebund? Anmerkungen zu einem neuen Buch, in: Hansische Geschichtsblätter 102 (1984), стр. 119-126. Отфрид Хёффе, Spieltheorie und Herrschaftsfreiheit, в: Soziologische Revue 11 (1988), стр. 384–392. Энн Иллинич и др., Новые организационные формы и стратегии управления в гиперконкурентной среде, в: Organization Science 7 (1996), стр. 211–220. Франц ИРЗИГЛЕР, Der Alltag einer hansischen Kaufmannsfamilie im Spiegel der Veckinchusen-Briefe, в: Hansische Geschichtsblätter 103 (1985), стр.75-99. Франц ИРЗИГЛЕР, Der hansische Handel im Spätmittelalter, в: Jörgen BRACKER (ed.), Die Hanse. Lebenswirklichkeit und Mythos. Katalog der Ausstellung im Museum für Hamburgische Geschichte 1989, Любек 1989, стр. 518-532. Карстен ЯНКЕ, Antjekathrin GRAßMANN, Seerecht im Hanseraum des 15. Jahrhunderts. Edition und Kommentar zum Flandrischen Copiar Nr. 9 (Veröffentlichungen zur Geschichte der Hansestadt Lübeck B36), Lübeck 2003. Стюарт ЙЕНКС, Transaktionskostentheorie und die mittelalterliche Hanse, in: Hansische Geschichtsblätter 123, стр.31-42. Гарет Р. ДЖОНС, Транзакционные издержки, права собственности и организационная культура: перспектива обмена, в: Administrative Science Quarterly 28 (1983), стр. 454–467. Роберт КРАУТ и др., Координация и виртуализация: роль электронных сетей и личных отношений, в: Organization Science 10, 1999, pp. 722–740. Сибилла ЛЕМАНН, Рай для соискателей ренты, или Почему не было революции в Нюрнберге XV — XVIII веков, в: Оливер ВОЛКАРТ (редактор), Институциональный анализ истории (Homo Oeconomicus XXI / 1 — Sonderheft), Мюнхен, 2004 г. , стр.41–57. Шарлотта ЛИНК, Даниэла КАПФЕНБУРГЕР, (2005), Transaktionskostentheorie und hansische Geschichte. Danzigs Seehandel im 15. Jahrhundert im Licht einer volkswirtschaftlichen Theorie, in: Hansische Geschichtsblätter 123 (2005), стр. 153-169. Роберт С. ЛОПЕС, Торговая революция средневековья, 950–1350, Кембридж, 1976. Гуннар МИКВИТЦ, Neues zur Funktion hansischer Handelsgesellschaften, в: Hansische Geschichtsblätter 62 (1937), стр. 191-201. Гуннар МИКВИТЦ, Aus Revaler Handelsbüchern.Zur Technik des Ostseehandels in der ersten Hälfte des 16. Jahrhunderts (Societas Scientiarum Fennica. Commentationes Humanarum Litterarum IX / 5), Helsingfors 1938. Nitin NOHRIA, Введение: Является ли сетевая перспектива полезным способом изучения организаций в: Nitin NOHRIA и Robert NOHRIA ECCLES (ред.), Сети и организации. Структура, форма и действие, Бостон, 1992, стр. 1–22.

24

Дуглас К. СЕВЕР, Институты, в: Журнал экономических перспектив 5 (1991), стр. 97–112.Ричард Н. ОСБОРН и Джон ХАГЕДОРН, Институционализация и эволюционная динамика межорганизационных альянсов и сетей, в: Academy of Management Journal 40 (1997), стр. 261–278. Анджело ПИКЬЕРРИ, Die Hanse — Staat der Städte, Opladen 2000. Ernst PITZ, Bürgereinung und Städteeinung. Studien zur Verfassungsgeschichte der Hansestädte und der deutschen Hanse (Quellen und Darstellungen zur hansischen Geschichte 52), Cologne et al. 2001. Уолтер У. ПАУЭЛЛ, Ни рынок, ни иерархия: сетевые формы организации, в: Исследования в области организационного поведения 10 (ред.L. L. CUMMINGS и B. M. STAW), Greenwich 1990, pp. 295–336. Дуглас ПАФФЕРТ, «Пути сквозь историю: непредвиденные обстоятельства в экономических результатах», рабочий документ, Европейская конференция по истории социальных наук, 2006 г., Амстердам. Анатол РАПОПОРТ, Вклад экспериментальных игр в математическую социологию, Ханс-Юрген АНДРЕС и др. (ред.), Theorie, Daten, Methoden. Neue Modelle und Verfahrensweisen in den Sozialwissenschaften. Теодор Хардер zum sechzigsten Geburtstag, Мюнхен, 1992, стр. 165–176. Майкл И. Рид, Организация, доверие и контроль: реалистичный анализ, в: Исследования организации 22 (2001), стр.201–228. Joachim RIEBARTSCH, Augsburger Handelsgesellschaften des 15. und 16. Jahrhunderts. Eine vergleichende Darstellung ihres Eigenkapitals und ihrer Verfassung, Bergisch Gladbach 1987. Tanja RIPPERGER, T .: Ökonomie des Vertrauens. Анализируйте eines Organisationsprinzip, Tübingen 1998. Геррит РУКС и др., Как межфирменное сотрудничество зависит от социальной интеграции: исследование виньеток, в: Acta Sociologica 43 (2000), стр. 123–137. Джеффри М. ШЕЛЛЕРС, Транснациональные городские ассоциации и государство в современной Европе: возрождение Ганзейского союза, в: Jahrbuch für Europäische Verwaltungsgeschichte 15 (2003), стр.289–308. Кристиан ШОЛЬЦ, Virtuelle Organization: Konzeption und Realization, в: Zeitschrift für Organization 65 (1996), стр. 204–210. Марк ШОНВИЛЛ, Hanse Theutonicorum, Гронинген, 1997. Марк ШОНВИЛЛ, Риск, институты и торговля. Новые подходы к истории Ганзы, рабочий документ, Nijmwegen 1998. Росвита ШВЕЙХЕЛЬ, Kaufmännische Kontakte und Warenaustausch zwischen Köln und Brügge. Die Handelsgesellschaft von Hildebrand Veckinchusen, Werner Scherer und Reinhard Noiltgin, в: DE BOER et al.2000, стр. 341-358. Стефан ЗЕЛЬЦЕР, Artushöfe im Ostseeraum. Ritterlich-höfische Kultur in den Städten des Preußenlandes im 14. Jahrhundert (Kieler Werkstücke, D8), Франкфурт-на-Майне и др. 1996. Стефан ЗЕЛЬЦЕР, Trinkstuben als Orte der Kommunikation. Das Beispiel der Artushöfe im Preußenland (ок. 1350–1550), в: Gerhard FOUQUET, Matthias STEINBRINK и Gabriel ZEILINGER (ред.), Geschlechtergesellschaften, Zunft-Trinkstubenh und Bruders undchaften in spähenterchaften in spähenterzeften. Штутгарт 2003, стр.73–98. Стефан ЗЕЛЬЦЕР, Ульф Кристиан ЭВЕРТ, Верхандельн и Веркауфен, Вернетцен и Вертрауэн. Über die Netzwerkstruktur des hansischen Handels, in: Hansische Geschichtsblätter 119 (2001), стр. 135–161. Стефан ЗЕЛЬЦЕР, Ульф Кристиан ЭВЕРТ, Die Neue Institutionenökonomik als Herausforderung an die Hanseforschung, в: Hansische Geschichtsblätter 123 (2005), стр. 7–29. Стефан ЗЕЛЬЦЕР, Ульф Кристиан ЭВЕРТ, Netzwerke im europäischen Handel des Mittelalters: Konzepte — Anwendungen — Fragestellungen, in: Gerhard FOUQUET, Hans-Jörg GILOMEN (ред.), Netzwerke im europäischen Handel des Mittelalters (Vorträge und Forschungen), Ostfildern 2009. [в ожидании] Rolf SPRANDEL, Die Konkurrenzfähigkeit der Hanse im Spätmittelalter, in: Hansische Geschichtsblätter, 21–38, стр. 102 (1984).

25

Удо СТАБЕР, Steuerung von Unternehmensnetzwerken: Organisationsche Perspektiven und Soziale Mechanismen, в: Jörg SYDOW, Arnold WINDELER (ред.), Steuerung von Netzwerken. Konzepte und Praktiken, Wiesbaden 2000, стр. 58-87. Вальтер СТАРК, Über Platz- und Kommissionshändlergewinne im Handel des 15.Ярхундертс, в: Конрад ФРИЦЕ, Экхард МЮЛЛЕР-МЕРТЕНС, Вальтер СТАРК (ред.), Автономия, Wirtschaft und Kultur der Hansestädte (Hansische Studien 6), Веймар 1984, стр. 130–146. Вальтер СТАРК, Untersuchungen zum Profit beim hansischen Handelskapital in der ersten Hälfte des 15. Jahrhunderts (Abhandlungen zur Handels- und Sozialgeschichte 24), Веймар, 1985. Вальтер СТАРК, Über Techniken und Organisations Hanfordels hansischen (ред.), Der hansische Sonderweg? Beiträge zur Sozial- und Wirtschaftsgeschichte der Hanse, Кельн, Веймар, Вена, 1993, стр.191–201. Вильгельм ШТЕЙН, Handelsbriefe aus Riga und Königsberg von 1458 и 1461, в: Hansische Geschichtsblätter 9.2 (1898), стр. 59–125. Йохен СТРЕБ, Die politische Glaubwürdigkeit von Regierungen im Institutionellen Wandel. Warum ausländische Fürsten das Eigentum der Fernhandelskaufleute der Hanse schützten, in: Jahrbuch für Wirtschaftsgeschichte 2004/1, стр. 141–156. Вольфганг ФОН СТРОМЕР, Organization und Struktur deutscher Unternehmen in der Zeit bis zum Dreißigjährigen Krieg, в: Традиция 13 (1968), стр.29–37. Йорг СИДОВ, Георг ШРЕЙЁГГ, Й. КОХ, Организационные пути: зависимость пути и за ее пределами, Рабочий документ 2005. Ли ТЕСФАТСИОН, Торговая сетевая игра с эндогенным выбором партнеров, в: Ханс АММАН, Берк РУСТЕМ и Эндрю УИНСТОН (ред.), Computational Подходы к экономическим проблемам (достижения в области вычислительной экономики 6), Дордрехт, Бостон, Лондон, 1997, стр. 249–269. Хильдегард ТИЕРФЕЛЬДЕР, Росток-Ослоер Handelsbeziehungen im 16. Jahrhundert. Die Geschäftspapiere der Kaufleute Kron в Ростоке и Бене в Осло (Abhandlungen zur Handels- und Sozialgeschichte 1), Веймар 1958.Грэм Ф. ТОМПСОН, Между иерархиями и рынками: логика и пределы сетевых форм организации, Оксфорд, 2003 г. Сирил ТОМКИНС, Взаимозависимости, доверие и информация во взаимоотношениях, альянсах и сетях, в: Бухгалтерский учет, организации и общество 26 (2001), С. 161–191. Оливер ВОЛКАРТ, Die Dorfgemeinde als Kartell: Kooperationsprobleme und ihre Lösungen im Mittelalter und in der frühen Neuzeit, in: Jahrbuch für Wirtschaftsgeschichte 2004/2, стр. 189–203 Duncan WATTS, Networks the Small, Dynamics, Американский журнал социологии 105 (1999), стр.493–527. Оливер Э. УИЛЬЯМСОН, Экономика транзакционных издержек: Управление договорными отношениями, в: Journal of Law and Economics 22 (1979), стр. 233–261. Хорст ВЕРНИКЕ, Die Städtehanse, 1280–1418. Genesis — Strukturen — Funktionen (Abhandlungen zur Handels- und Sozialgeschichte 22), Веймар, 1983. Арнольд ВИНДЕЛЕР, Unternehmensnetzwerke. Konstitution und Strukturation. Wiesbaden 2001. Harald WITTHÖFT, Waren, Waagen und Normgewichte auf den hansischen Routen bis zum 16. Jahrhundert, in: Blätter für deutsche Landesgeschichte 112 (1976), стр.184-202. Биргитта ВОЛЬФ, Томас ГРАСМАНН, Art. »Vertragstheorie«, в: Георг ШРЕЙЁГГ, Аксель фон ВЕБЕР (ред.), Handwörterbuch Unternehmensführung und Organization, 4-е издание, Штутгарт, 2004 г., col. 1587–1595. T. WOLF, Tragfähigkeiten, Ladungen und Maße im Schiffsverkehr der Hanse (Quellen und Darstellungen zur hansischen Geschichte N.F. 31), Cologne 1986.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.