Союзниками в россии в первой мировой войне были: Какие три страны были союзниками России в Первой мировой войне 1)Австро-Венгрия 2) Франция 3)

Содержание

Первая мировая война: Договоры и репарации

После опустошения, которым окончилась Первая мировая война, победившие Западные державы подписали с побежденным странами ряд договоров с довольно жесткими условиями. Эти договоры лишили центральные державы (Германию и Австро-Венгрию, а также Оттоманскую Турцию и Болгарию) значительных территорий и наложили на них существенные репарационные платежи.

Раньше очень редко происходили подобные фундаментальные изменения границ Европы. Прямым результатом войны стало прекращение существования Германской, Австро-Венгерской, Российской и Османской империй. Сен-Жерменский договор, подписанный 10 сентября 1919 года, утвердил образование республики Австрия, состоящей из большинства усеченных немецко-говорящих регионов империи Габсбургов. Австрийская империя уступила государственные земли только что созданным государствам-правопреемникам, таким как Чехословакия, Польша и Королевство Сербов, Хорватов и Словенцев, переименованное в 1929 году в Королевство Югославия. Она также передала Южный Тироль, Триест, Трентино и Истрию Италии, а Буковину – Румынии. В соответствии с одним важным положением договора Австрии запрещалось изменять свой только что полученный статус независимости. Этот запрет фактически препятствовал ее объединению с Германией, чего так долго желали пангерманисты и что было действительной целью уроженца Австрии Адольфа Гитлера и его национал-социалистической (нацистской) партии.

Вторая часть двуединой монархии, Венгрия, также стала независимым государством: в соответствии с условиями Трианонского договора (ноябрь 1920 г.) Венгрия передавала Трансильванию Румынии, Словакию и Карпатскую Русь – новообразованной Чехословакии, а другие венгерские государственные земли – будущей Югославии. 10 августа 1920 года Османской империей был подписан Севрский договор, свидетельствующий об окончании военных действий с Союзными державами. Но вскоре после этого началась война за независимость Турции. Новая Турецкая Республика, созданная по ее окончании, подписала в 1923 году заменяющий Лозаннский договор, фактически предусматривающий разделение старой Османской империи.

В январе 1918 года, примерно за десять месяцев до окончания Первой мировой войны, президент США Вудро Вильсон написал перечень предлагаемых целей войны, которые он назвал «Четырнадцать пунктов». В восьми из этих пунктов рассматривались в частности территориальные и политические урегулирования, связанные с победой держав Антанты, включая идею национального самоопределения этнических групп населения в Европе. Остальная часть принципов была направлена на предотвращение войны в будущем, а в последнем излагалось предложение Лиге Наций о проведении арбитражного разбирательства дальнейших международных споров. Вильсон надеялся, что его предложение поможет добиться справедливого и прочного мира, «мира без победы», чтобы положить конец «войне, которая положит конец всем войнам».

При подписании перемирия многие германские лидеры считали, что «Четырнадцать пунктов» лягут в основу будущего мирного договора, но, когда главы правительств США, Великобритании, Франции и Италии встретились в Париже, чтобы обсудить условия договора, у Европейского контингента «Большой четверки» был совсем другой план. Рассматривая Германию в качестве главного инициатора конфликта Европейские Союзные державы в конечном счете наложили более строгие договорные обязательства на побежденную Германию.

Версальский договор, представленный для подписания германским лидерам 7 мая 1919 года, вынуждал Германию передать территории Бельгии (Эйпен-Мальмеди), Чехословакии (Глучинская область) и Польше (Познань, Западная Пруссия и Верхняя Силезия). Эльзас и Лотарингия, аннексированные в 1871 году после Франко-прусской войны, возвращались Франции. Все зарубежные германские колонии становились мандатной территорией Лиги Наций, а Данциг с большим количеством этнического немецкого населения становился Вольным городом. В соответствии с условиями договора Рейнская область подлежала демилитаризации и оккупации, земле Саар присваивался особый статус и она переходила под управление Франции, будущее областей в северном Шлезвиге, находившемся на датско-германской границе, и частей Верхней Силезии должны были определить плебисциты.

Пожалуй, самой унизительной частью договора для побежденной Германии была Статья 231, известная под названием «War Guilt Clause» (статья о вине за развязывание войны), которая вынуждала Германию принять на себя полную ответственность за инициирование Первой мировой войны. Таким образом, Германия несла ответственность за весь нанесенный материальный ущерб, и премьер-министр Франции Жорж Клемансо особенно настаивал на наложении огромных репарационных платежей. Сознавая, что Германия, вероятно, не будет в состоянии заплатить такие гигантские долги, Клемансо и французы, тем не менее, чрезвычайно боялись быстрого восстановления Германии и начала новой войны против Франции. Поэтому французы стремились в послевоенном договоре ограничить усилия Германии, направленные на восстановление экономического превосходства и на перевооружение.

Германская армия должна была состоять не более чем из 100 000 человек, кроме того запрещался призыв на военную службу. Договор ограничивал флот наличием суден до 10 000 тонн с запретом на приобретение или сохранение подводного флота. Кроме того, Германии было запрещено иметь авиацию. Германия была обязана провести разбирательства против военных преступлений кайзера и других лидеров за ведение агрессивной войны. Лейпцигский процесс, во время которого на скамье подсудимых не было ни кайзера, ни других значимых национальных лидеров, завершился в основном оправдательными приговорами и воспринимался многими как обман, даже в Германии.

Новое сформированное демократическое правительство Германии рассматривало Версальский договор как «продиктованный мир» (Diktat). Хотя Франция, которая материально пострадала больше, чем другие участники «Большой четверки», настаивала на жестких условиях, мирный договор, в конечном счете, не способствовал урегулированию международных конфликтов, инициировавших Первую мировую войну. Напротив, он послужил препятствием налаживания сотрудничества между европейскими странами и усугубил основные проблемы, в первую очередь приведшие к войне. Ужасные жертвы войны и огромные человеческие потери, понесенные всеми сторонами, легли тяжелым бременем не только на потерпевших поражение в конфликте, но и на участников победившей стороны, таких как Италия, чьи послевоенные трофеи, казалось, несоизмеримы со страшной ценой, которую заплатил ее народ кровью и материальными благами.

Для народов побежденных держав – Германии, Австрии, Венгрии и Болгарии – соответствующие мирные договоры казались несправедливым наказанием. Их правительства, будь то демократическое, как в Германии и Австрии, или авторитарное в случае Венгрии и, периодически, Болгарии, быстро прибегли к нарушению военных и финансовых условий соглашений. Попытки пересмотра и отказа выполнять наиболее обременительные условия мира стали ключевым элементом в их внешней политике и оказались дестабилизирующим элементом в международной политике. Например, статья о вине за развязывание войны, возложенные репарационные платежи, а также ограничения по вооружению Германии были особенно угнетающими в сознании большинства немцев. Пересмотр Версальского договора представлял собой одну из политических платформ, обеспечивающих радикальным правым партиям в Германии, в том числе нацистской партии Гитлера, доверие среди основных избирателей в начале 1920-х и начале 1930-х годов.

Обещания о перевооружении, возвращении территорий Германии, особенно на Востоке, ремилитаризации Рейнланда и восстановлении выдающегося положения среди европейских и мировых держав после такого унизительного поражения и мира подогревали ультранационалистические настроения и способствовали недооцениванию средними избирателями более радикальных принципов нацистской идеологии.

Опять предали? Кто виноват, что России так не везет с союзниками | Мнения

Маскировка позиции пулемёта, 1915 год

«В русской стихии поистине есть какое-то национальное бескорыстие, жертвенность, неведомая западным народам», – писал Николай Бердяев. И нигде эта неведомая Западу жертвенность не проявляется так ярко, как во время коалиционных войн. После которых в России слово «союзники» чаще звучит с иронией, а то и через «ч» -«союзнички». А как еще назвать людей, которых ты сегодня выручаешь из беды, а завтра они платят тебе черной неблагодарностью?

Никогда еще, пожалуй, слово «союзнички» не звучало с такой издевкой, как на второй год Первой мировой войны, год «Великого отступления» русской армии. В мае немцы прорвали фронт в Галиции и стали методично продвигаться на восток. Тормозить их приходилось порой чуть ли не голыми руками. «Ни патронов, ни снарядов, – вспоминал генерал Деникин. – Изо дня в день кровавые бои, изо дня в день тяжкие переходы, бесконечная усталость – физическая и моральная; то робкие надежды, то беспросветная жуть…»

Довоенные запасы снарядов были расстреляны еще в 1914-м, заводы запоздали с переходом на мобилизационный режим, и русским батареям нечем было отвечать на лавину огня, который обрушивали немцы на наши окопы. Целые полки гибли на позициях в несколько дней. «Во время жестоких идущих теперь боев мне шлют вопли – “патронов”… там-то должны были отойти за отсутствием патронов, там-то нечем драться <…> Мне было бы легче, если бы я мог плакать, но я не умею теперь сделать и этого, – писал жене 19 июля командующий Северо-Западным фронтом генерал Алексеев. – Горькую чашу пью я и те, которых я шлю не в бой, а на убой, но я не имею права не сделать этого и без борьбы отдать врагу многое».

История осудила Англию и Францию

А что же наши союзники? Газетные сводки с Западного фронта долдонили одно и то же: «Идут бои за избушку лесника в Росильонском лесу», «продолжается сражение за семафор станции Сюкси». И в тех же газетах – очередные новости о падении Варшавы, Львова, Вильно, о сдаче крепости Ковно, капитуляции Новогеоргиевска.

Когда же англичане и французы начнут воевать по-настоящему? Ни на фронте, ни в тылу ни у кого не было ответа. Расхожей стала горькая шутка «союзники решили вести войну до последней капли крови русского солдата». «Негативные чувства против нас и французов распространились столь широко, что мы не можем терять времени, мы должны представить доказательства того, что мы не бездействуем», – писал в Лондон британский посол в России Джордж Бьекенен.

Однако «бои за избушку» были слабым доказательством, и российская пресса, за исключением неизменно лояльных союзникам либеральных газет, начала потихоньку закипать. После ряда сдержанно-критических публикаций в июле «Биржевые ведомости» взорвали публику статьей, инициированной самой русской Ставкой, где без всяких экивоков писалось: «Наши союзники относятся будто бы довольно равнодушно к ходу военных дел на русской границе и не стараются вовсе облегчить наше трудное положение своевременными энергическими наступательными действиями».

Первая мировая война: невыученные уроки

Вадим Массальский: Здравствуйте, вы смотрите программу Поделись. С вами в студии «Голоса Америки» я, Вадим Массальский. В эти августовские дни в Европе и в России проходят памятные мероприятия, посвященные началу Первой мировой войны. Причем, повсеместно отмечается, что сейчас, спустя ровно столетие, по Европе бродит призрак новой войны. Об этом сегодня в ближайшие 10 минут в прямом эфире мы говорим с нашими экспертами. С нами на связи из Бостона историк, писатель Юрий Фельштинский.

Здравствуйте, Юрий. История, как известно, не терпит сослагательного наклонения. И, тем не менее, сегодня много пишут и говорят о том, что той великой войны и великой трагедии можно было бы избежать, прояви в то время европейские лидеры и нации – и Россия в том числе – меньше амбиций и больше желания разрешать кризисы мирным путем. Ваше мнение?

Юрий Фельштинский: Первая мировая – это наиболее яркий пример войны, которая никогда бы не началась, если бы страны знали, чем они закончат к 1918 году. Автро-Венгрия не вступила бы в войну, потому что она бы знала, что распадется. Германская империя тоже не вступила бы в войну по той же причине. Ну, и естественно, Российская империя не вступила бы в войну, если бы знала, что она заплатит революцией. Да и Англия с Францией, которые вышли из этой войны победителями, в общем-то после этой победы прийти в себя не могли долго, потому что и та, и другая страна потеряла в этой войне огромное количество населения. Кстати, в Первой мировой Англия и Франция потеряли больше людей, чем во Второй мировой.

Так что, конечно, вот этот урок оказался очень важным.Единственным победителем в этой войне в конце концов оказалась Америка, которая стала в результате этой войны мировой державой и зарегистрировала свое присутствие в мировых делах. Ненадолго, потому как даже Америка разочаровалась в итогах Первой мировой войны – хотя Америка, формально говоря, выиграла – и ушла из европейских дел, ушла в изоляционизм, потому что поняла, что Европа так и не сделала главного вывода: это война стала результатом национализма. Европа как была националистической, так и осталась.

В.М.:Вы заговорили об Америке, поэтому хотелось бы напомнить, что в Первой мировой войне, как и во Второй, конечно, Америка и Россия были союзниками, хотя и не очень продолжительное время. Какой урок вынесли американцы из той войны? И можно ли говорить, что и россияне, пережив потом целую эпоху революционных потрясений и социальных экспериментов, тоже усвоили уроки 1914 года?

Ю.Ф.: Да, Америка и Россия были союзниками. Причем, Вторая мировая война была для России, тогда Советского Союза, очень тяжелой. И американская момощь была очень существенной. И военная, и экономическая помощь.Но вот если во время мировых войн страны были союзниками, то в послевоенное время (в обоих случаях) советская пропаганда каждый раз «разруливала» это союзничество так, что американцы оказывались главными врагами. Так было и после 18-го года до 41-го года. И затем после 45-го года уже в общем-то буквально и до наших дней.

В.М.: Спасибо, Юрий. А мы продолжим разговор еще с одним бостонцем – писателем и публицистом Михаилом Бергом. Здравствуйте, Михаил. Несколько дней назад британский премьер Дэвид Кэмерон сравнил поведение сегодняшней России с поведением Германии накануне Первой и Второй мировых войн. Насколько, на ваш взгляд, такие аналогии уместны?

Михаил Берг: Если говорить об аналогиях исторических, то не вполне, потому что Германия накануне Первой мировой войны была очень сильной державой. Действительно – мировой (державой). Россия сегодня намного слабее. И она слабее себя самой в начале Первой или Второй мировой войны. Она – не сильная держава. Ей сегодня не с руки воевать со всем миром. Тем более, что у нее и нет союзников. А как мы помним, Первая мировая война – это была война коалиций. Но я бы хотел отметить вот какое обстоятельство. Помимо экономических, исторических, есть еще и психологические обстоятельства. В людях так или иначе накапливается агрессия. В обществе накапливается агрессия. И если эта агрессия овладевает обществом, то она должна как-то разрешиться. Мы сегодня видим, что агрессия, страсть к насилию, ненависть к противнику, оппоненту невероятно сильна. Особенно сильна в России. Ненависть, конечно, мутит голову. И вот в этих обстоятельствах – как поведет себя Россия, сможет ли она сохранить хотя бы тот остаток вменяемости, на который мы рассчитываем? Или невменяемость уже овладела не только лидером страны, но и обществом? Это мы увидим. Но ситуация, конечно, более чем тревожная. Это очевидно.

В.М.: Сегодня газета The New York Times написала, что Россия стянула к границе с Украиной достаточно сил для вторжения. Выходит, что Европа снова балансирует на грани войны и уроки Первой мировой остались невыученными?

М.Б.: Без сомнения. Уроки вообще никто не учит. Если бы человечество и человек могли бы не повторять ошибок, история была бы другой. Мы видим, что ошибки повторяются в общем-то всеми. Амбиции, символические ценности – в России иначе это называют «понты» – часто диктуют решения, которые рационально невыгодны. Конечно, Россия ничему не научилась. И в этой ситуации мы можем рассчитывать исключительно на остатки, как я уже сказал трезвости, лидера Владимира Путина. Если ему будут понятны последствия, а последствия будут сокрушительными для России, он не будет вводить войска в Украину. Хотя ему очень трудно. Он существенно с помощью пропаганды раскрутил общество. Он увеличил запал ненависти. И как ему быть в этих обстоятельствах, я думаю, не знает никто. Может быть, он выкрутится, может быть, он будет тянуть до последнего… Может, он введет войска на Восток Украины, и это будет, конечно, серьезное поражение России.

В.М.: То есть вы считаете, что война между Россией и Украиной – это не неизбежность?

М.Б.: Нет, не неизбежность. Это может быть, а может и не быть. Мы сохраняем надежду на то, что этого не будет.

В.М.: Спасибо, Михаил. На этом наша программа «Поделись!» подошла к концу. Оставайтесь с нами на сайте golos-ameriki.ru. Всего вам доброго и, конечно, мирного неба.

Д. Ю. Козлов. Участие России в Первой мировой войне: актуальные исследовательские проблемы.

УЧАСТИЕ РОССИИ В ПЕРВОЙ МИРОВОЙ ВОЙНЕ: АКТУАЛЬНЫЕ ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКИЕ ПРОБЛЕМЫ

Денис Юрьевич Козлов, доктор исторических наук, руководитель Центра военной истории России Института российской истории РАН, президент Российской ассоциации историков Первой мировой войны

 

Первая мировая война, длившаяся более четырех лет – с 1 августа 1914 г. до 11 ноября 1918 г., по своим масштабам и последствиям не имела себе равных во всей предшествовавшей истории человечества.

Войны, имевшие некоторые признаки глобального военного конфликта, имели место и ранее. У. Черчилль назвал «первой мировой» Семилетнюю войну 1756–1763 гг., в ходе которой военные действия велись как в Европе, так и за океаном: в Северной Америке, в странах Карибского бассейна, Индии, на Филиппинах. Сюда же можно отнести совокупность военных конфликтов, развязанных на фоне войны за независимость в Северной Америке в 1775–1783 гг., и, конечно, наполеоновские войны. Некоторые исследователи не без некоторых на то оснований называют «нулевой мировой войной» Крымскую и даже Русско-японскую войны. Однако именно Первая мировая война по своим масштабам и напряжению превзошла все ранее виданное человечеством.

Начавшись между основными европейскими державами, она постепенно вовлекла в свою орбиту 38 государств, в том числе большинство государств Европы и все крупнейшие державы мира. В воюющих странах проживало 1,5 млрд человек, что составляло трех четвертей населения Земли. Народам мира война принесла поистине неисчислимые бедствия. Около 10 млн. убитых (столько, сколько погибло во всех европейских войнах за предшествующую тысячу лет) и 20 млн. раненых – таков ее кровавый итог. Только прямые военные расходы воюющих государств составили 208 млрд долларов, что на порядок превышает стоимость всех войн XIX и начала ХХ столетий.

Вооруженная борьба развернулась на огромных пространствах (площадь территории, охваченной военными действиями, составляла около 4 млн кв. км, а протяженность фронтов колебалась от 2,5 до 4 тыс. км). Мировая война впервые потребовала предельного напряжения материальных ресурсов воюющих держав, заставила их перевести на военное производство предприятия основных отраслей промышленности, направить на удовлетворение нужд действующих армий и флотов усилия всей экономики.

В ходе гонки вооружений, развернувшейся в преддверии глобального военного конфликта, ведущие европейские державы к 1914 г. почти вдвое по сравнению с 80-годами XIX века увеличили численность своих армий. А в годы мировой войны все ее основные участники многократно нарастили группировки своих вооруженных сил, создав массовые армии. Это сделала – впервые в своей истории – даже Великобритания, где была введена всеобщая воинская повинность. Всего под ружье было поставлено около 50 млн человек[1].

Начало ХХ века характеризовалось и беспрецедентной гонкой морских вооружений, катализированной появлением теории «владения морем» А. Мэхэна и Ф. Коломба. Дополнительный импульс ей придало появление «дредноутов» – нового поколения линейных кораблей, существенно превосходивших своими боевыми возможностями корабли предшествовавших типов. Германия, затратив колоссальные финансовые и экономические ресурсы, создала мощный флот, уступавший только морским силам Великобритании. Немецкий «Флот открытого моря», по замыслу его создателя гросс-адмирала А. фон Тирпица, был призван удержать Англию от вмешательства в европейскую войну на стороне противников Германии. Однако на практике именно англо-германское соперничество в военно-морских вопросах стало одним из наиболее действенных катализаторов Первой мировой войны[2].

Не оставалась в стороне и Россия, где после дальневосточной катастрофы были выработаны и реализованы новые подходы к разработке кораблестроительных программ. Показательно, что с 1907 по 1914 гг. по темпам роста военно-морского бюджета (173,9 %) Россия вышла не первое место в мире, а по абсолютному значению «морских издержек» накануне мировой войны уступала лишь Великобритании и США. Более того, планом сметы морского ведомства на 1915 г. предусматривалось оставить позади и Америку[3]. В этой связи любопытно отметить, что немецкий историк У. Вихман, исследовавший российское военно-морское законодательство кануна Первой мировой войны, сделал весьма нетривиальный вывод о том, что реакция Германии на угрожающий рост морской мощи России, о котором свидетельствовали проект «Закона о флоте» 1911 г. и принятие «большой» кораблестроительной программы в 1912 г., явилась важной, хотя и недооцененной причиной развязывания Первой мировой войны[4].

Учитывая тему наших чтений, представляется уместным сказать несколько слов о личных военно-морских преференциях Николая II. Царь любил флот, лично знал многих морских офицеров, с удовольствием путешествовал на своей яхте «Штандарт». Николай II видел во флоте непременный атрибут великой империи и неизменно поддерживал программы военно-морского строительства, однако, в отличие от «кузена Вилли» – германского кайзера Вильгельма II, не пытался позиционировать себя как специалиста по флотским делам и полагался на мнение своих более сведущих помощников[5]. Среди последних следует отметить прежде всего адмирала И.К. Григоровича, назначение которого морским министром в 1911 г. стало одним из наиболее удачных кадровых решений последнего российского императора.

Перед Первой мировой войной высказывались суждения о том, что будущий конфликт будет иметь характер затяжного состязания военно-экономических потенциалов. Так, в «Памятной записке по поводу закона о флоте и судостроительной программы» (январь 1912 г.) начальник российского Морского генерального штаба контр-адмирал светлейший князь А.А. Ливен указывал, что «предстоящее кровопролитие будет длительным и изматывающим. Победит тот, кто будет иметь глубокий тыл и значительные внутренние ресурсы»[6]. Британский премьер-министр Г. Аксвит полагал, что мировая война станет «затяжной борьбой» («protracted struggle»), подобной «20-летней борьбе с французами» (очевидно, во времена Наполеона)[7].

Однако это и другие подобные высказывания политических и военных авторитетов, судя по содержанию планов применения вооруженных сил, погоды не делали. Планы генеральных штабов строились на гипотезе о маневренном характере и непродолжительности будущей войны. Предполагалось, что победа будет достигнута путем проведения одной быстротечной кампании, одним – двумя «генеральными сражениями» (стратегическими операциями) с использованием лишь отмобилизованных кадровых армий и накопленных в мирное время материально-технических средств. При этом наращение последних в ходе войны за счет мобилизации экономических ресурсов страны, перевода промышленности на военное положение не предусматривались. Считалось, что запасов вооружения и снаряжения, созданных с подготовительный период, хватит на все время военных действий, а неизбежные боевые потери можно будет восполнить путем увеличения объемов производства на специализированных оборонных предприятиях.

Пожалуй, единственным исключением из повсеместного увлечения «стратегией сокрушения» стал план применения великобританского флота. Более того, военно-морской компонент английского стратегического планирования стал одним из немногих в истории примеров эффективного функционирования логической конструкции «военная теория – стратегический план – боевая практика». В 1911 г. вышла в свет работа военно-морского теоретика и историка Дж. Корбетта «Некоторые принципы морской стратегии», где, в частности, был сформулирован тезис о том, что «господство на море… не означает ничего, кроме обладания морскими сообщениями»[8], при том что «непосредственное участие в открытых столкновениях с противником не является первостепенной задачей линейного флота»[9]. Уже в следующем – 1912 году – британское адмиралтейство впервые со времен Дж. Родни, Р. Хоу, Дж. Джервиса, А. Худа и Г. Нельсона отказалось от планов активных наступательных действии (в данном случае – вторжения в Гельголандскую бухту и даже ее ближней блокады) и приняло решение ограничиться дальней блокадой побережья Германии. Этот замысел полностью оправдал себя в годы Первой мировой войны: успешно отражая все попытки немцев переломить ситуацию в Северном море, британский флот медленно, но верно душил Германию в тисках «голодной» блокады и не позволил Второму рейху воспользоваться плодами побед в грандиозных полевых сражениях и оккупации значительной части неприятельской территории[10].

Великая война характеризовалась качественными новациями во всех отраслях военного дела. Они были предопределены, прежде всего, тем, что теперь вооруженная борьба велась не только на суше и поверхности моря, как это было в предшествующие тысячелетия, но и в воздухе и под водой, превратившись, таким образом, в трехмерный, «объемный» процесс. Причем новые рода сил – военная авиация и подводные лодки, едва вступив на арену войны, в ничтожно короткие сроки коренным образом изменили весь облик вооруженной борьбы.

Так, авиация, которая накануне войны расценивалась лишь как средство ведения разведки, быстро расширила спектр решаемых задач (в том числе ударных), а в конце войны союзники ставили на повестку дня вопрос об организации «стратегического воздушного наступления» – систематических бомбардировок экономических объектов Германии. Но наиболее яркий пример такого рода – подводные лодки, которые в 1914 г. вступили в войну как почти не апробированное средство позиционной обороны и тактической разведки, и всего через два с половиной года, с объявлением Германией «неограниченной подводной войны», стали основной ставкой Второго рейха на успешное завершение войны и были призваны самостоятельно решить важнейшую стратегическую задачу – вывести Великобританию из войны[11].

Появились новые рода войск – войска противовоздушной обороны (как войсковой, так и объектовой), бронетанковые, автомобильные, химические войска, принципиально повысились возможности средств связи и, следовательно, качество управления войсками в ходе операций и боевых действий. Появились новые классы боевых кораблей (в том числе авианосцы), разновидности морского оружия, технические средства подводного наблюдения и многое другое. Произошел, таким образом, беспрецедентный по темпам качественный рывок в развитии вооружения и военной техники, не имеющий аналогов ни в предшествовавшей, ни в последующей военной истории.

Первая мировая война была коалиционной, успех ее ведения во многом зависел от согласованности действий союзников. Такой характер будущей войны являлся для военно-политического руководства ее будущих участников очевидным, поскольку оформление военно-политических союзов (коалиций) произошло задолго до ее начала. Однако ни одно из государств не имело сколько-нибудь значимых теоретических разработок даже основ коалиционной стратегии. В силу этого каждый генеральный штаб разрабатывал собственный стратегический план, в котором отражал прежде всего интересы своей страны и соответствующие им соображения относительно характера применения вооруженных сил. Общего же коалиционного плана ведения военных действий не было ни у Антанты, ни у Центральных держав. Имелись (да и то не всегда) лишь взаимные обязательства, касающиеся количества выделяемых войск и сил и их действий на определенных театрах или операционных направлениях. В этих условиях противоречия, еще до войны существовавшие между союзными державами и сохранившиеся (а в некоторых случаях и расширившиеся) в ходе военных действий, не способствовали согласованным действиям вооруженных сил коалиций в интересах решения общих стратегических задач. В частности, отсутствие единства в действиях не позволило странам Антанты, обладавшим в совокупности многократным численным превосходством и более мощным военно-экономическим потенциалом, в полной мере реализовать свои преимущества, что было особенно характерным для кампаний 1914 и 1915 годов.

В последующем военно-политическое руководство стран Антанты, осознав пагубность разобщенных действий, предприняло попытки более тесной координации военных усилий в рамках коалиции. Основными формами таковой координации стали межсоюзнические конференции (с 1915 года), создание Межсоюзнического (исполнительного) военного совета (июль 1915 г.) и, наконец, формирование Объединенного главного командования союзными армиями (май 1918 г.). Таким образом, в годы Первой мировой войны был накоплен определенный опыт не только выработки, но и институализации коалиционной стратегии[12].

Огромный размах вооруженной борьбы выдвинул проблему стратегического руководства вооруженными силами. Основной тенденцией в решении этого вопроса почти во всех воющих державах стала централизация управления. В частности, в России этот принцип был реализован путем учреждения должности верховного главнокомандующего, которому были подчинены все действующие сухопутные и морские силы[13].

В соответствии с «Положением о полевом управлении войск в военное время» (1914 г.), главковерх управлял группировками вооруженных сил через специально сформированный Штаб (с начала 1916 г. и через Морской штаб). Характерно, что первоначально функции Штаба главковерха (Ставки) сводились лишь к стратегическому планированию и оперативному руководству армией и флотом, однако в дальнейшем ей пришлось взять на себя и ряд других задач, в том числе военно-экономического характера; постепенно Ставка сосредоточила в своих руках управление всеми видами обеспечения войск и сил. Тем не менее власть главковерха в течение всей войны ограничивалась театрами военных действий, специального же органа, согласующего усилия фронта и тыла в интересах победы в войне, создано не было. В силу этого достичь единства военного, экономического и политического руководства государством не удалось, что, в конечном счете, стало одной из важных причин поражения России[14].

Сосредоточение на театре военных действий нескольких армий вызвало необходимость объединять их во фронты. С началом войны в России впервые в мире были сформированы два фронта – Северо-Западный (две армии) и Юго-Западный (четыре армии), а в ходе военных действий были развернуты еще три фронта. В сухопутных вооруженных силах западноевропейских государств вскоре появились аналогичные объединения, называвшиеся «группами армий».

Первая мировая война стала уникальным явлением и в развитии военного искусства. Принципиальные изменения были привнесены в его традиционные отрасли – тактику и стратегию, были реализованы новаторские формы и способы применения вооруженных сил. Однако важнейшей новацией, привнесенной Великой войной в военной искусство, явилось то, что опыт событий 1914–1918 гг. стал эмпирической базой, на которой впоследствии сформировалось оперативное искусство как самостоятельная часть теории и практики вождения войск и сил флота[15].

Несмотря на обилие научных исследований, публикаций документов и других работ, посвященных крупнейшему военному конфликту первой трети прошлого столетия, в историографии Первой мировой войны по сей день сохраняется целый ряд актуальных исследовательских проблем. Попытаемся очертить некоторые из них.

Во-первых, следует ли причислять Россию к числу стран-победительниц?

С одной, я бы сказал, формально-юридической стороны, причисление России к сонму победителей выглядит необоснованным. Заключенное в декабре 1917 г. перемирие с Германией и ее союзниками, за которым последовал сепаратный Брестский мирный договор, было нарушением не только духа, но и буквы союзнических соглашений, в том числе взятого на себя в начале войны обязательства ни под каким предлогом не заключать сепаратного мира с противником. Более того, вскоре после прихода к власти большевики опубликовали секретные дипломатические документы, призванные изобличить «хищническую империалистическую сущность» и низвергнутого царизма, и его союзников. В странах Антанты это вызвало ярость, вполне сравнимую с реакцией на Брестский мир. Россия не просто «выходила из Первой мировой войны» (именно так трактовалось это событие в советской историографии), но и демонстративно дистанцировались от бывших товарищей по оружию, ставя под удар их дипломатию. Как известно, после Февральской революции и последовавшего за ней резкого падения боеспособности русской армии и флота союзники и не ждали от бывшей империи наступательного порыва, но все же надеялись, что Россия, как удачно выразился Черчилль, сможет «оставаться на посту; тяжелым грузом давить на широко растянувшиеся германские линии; удерживать, не проявляя особой активности, слабеющие силы противника на своем фронте; иными словами — держаться». Октябрь опроверг эти ожидания самым трагическим образом.

Однако, с другой стороны, Первая мировая все же осталась нашей войной. До того момента, когда Российская империя обрушилась под грузом внутренних политических, экономических и социальных проблем, собственной государственной архаики, страна и ее вооруженные силы честно, мужественно и последовательно выполняли свои союзнические обязательства и, более того, с готовностью шли навстречу пожеланиям партнеров, корректируя в общих интересах свои стратегические планы и приоритеты.

Так, в марте 1916 г., во время «верденской мясорубки», войска русских Западного и Северного фронтов нанесли отвлекающий удар у оз. Нарочь, причем сделали это на три месяца ранее срока, установленного межсоюзническим совещанием в Шантийи. Успех майского наступления австрийцев у Трентино и угроза катастрофы, нависшая над итальянской армией, заставили ранее намеченных сроков перейти в наступление армии русского Юго-Западного фронта («Брусиловский прорыв»). Это вынудило командование Центральных держав перебросить на Восток 30,5 пехотной и 3,5 кавалеристской дивизий с Западного и Итальянского фронтов, что помогло французам выстоять под Верденом, спасло от разгрома Италию и подтолкнуло Румынию к вступлению в войну на стороне Антанты, причем ответственность за развитие событий на фронте нового союзника легла, по существу, на плечи русского командования. Именно усилия России и ее вооруженных сил в значительной мере привели к тому, что в конечном итоге стратегическая инициатива была вырвана из рук германского командования.

Успешные действия русских войск на Кавказском фронте сковывали на этом театре значительные (в отдельные периоды – основные) силы турецкой армии. Здесь османское командование израсходовало половину своих пополнений, значительно облегчив западным союзникам, прежде всего Великобритании, борьбу в Месопотамии и Палестине, и вообще реализацию «периферийной стратегии» Антанты.

Из первого вопроса закономерно следует второй: как следует оценивать вклад России в коалиционные усилия Антанты и победу над Германией и ее союзниками?

Русской армии впервые в мировой практике пришлось в течение 3,5 лет удерживать огромный по протяженности фронт (до 1600 км), не считая более чем 1000-км фронта на Кавказе, и противостоять объединенным силам Германии, Австро-Венгрии, Турции и Болгарии. В то же время на Западном фронте (около 630 км) против германской армии совместно действовали вооруженные силы Англии, Франции и Бельгии, к которым в 1917–1918 гг. присоединилась и армия США.

Восточный (русский) фронт оттянул на себя значительные силы противника – в разные периоды от 49 % (ноябрь 1917 г.) до 78 % (декабрь 1914 г.) австро-венгерских дивизий, от 18 % (август 1914 г.) до 41 % (август 1915 г.) германских, от более чем 28 % (август 1915 г.) до 72 % (август 1916 г.) турецких и от 16,5 % до 33 % болгарских дивизий. Средний удельный вес Восточного фронта составил 42 % всех сил Центрального блока.

Важным элементом вклада России в победу Антанты было нанесение значительных боевых потерь армиям государств Центрального блока. По состоянию на конец 1917 г. противник на Восточном фронте понес свыше 50 % своих общих потерь (германская армия – более 37 %, австро-венгерская – свыше 71 % и турецкая – около 40 %). Русские войска взяли в плен свыше 2 млн пленных (против 1387 тыс., оказавшихся в плену у других союзников), или до 60 % всего количества пленных[16].

Из этих фактов зачастую делается вывод о едва ли не решающем вкладе России в победу Антанты. Однако такая постановка вопроса представляется не вполне корректной, так как приведенные выше показатели характеризуют «удельный вес» усилий нашей страны в воздействие на вооруженные силы противника. Но эти усилия, как известно, к решительному результату не привели.

На момент заключения перемирия в Компьенском лесу 11 ноября 1918 г. Германия располагала мощной многомиллионной группировкой войск, не подвергшейся разгрому и тем более уничтожению. Многолетняя кровопролитная бойня, унесшая жизни миллионов бойцов, не привела к решающему стратегическому успеху Антанты. Как заметил впоследствии британский дипломат и публицист Г. Никольсон, «мы так свыклись с поражениями, что когда пришла победа, она показалась нам неправдоподобной»[17]. Более того, в момент, когда немцы запросили мира, под пятой германской армии находились огромные территории европейской России, часть северной Франции и большая часть территории Бельгии. Случай, имеющий мало прецедентов в истории. «Германию пощипали, но она не разбита… Франция, часть ее занята врагом, Бельгия, в сущности, не освобождена, ничего, в сущности, не достигнуто», – писал в октябре 1918 г. генерал от инфантерии Ф.Ф. Палицын, возглавлявший в 1905–1908 гг. российский Генштаб[18].

Тем не менее, Второй рейх потерпел поражение. Предпосылки этого, разумеется, многообразны, но главная очевидна: революция. В свою очередь среди причин социального взрыва в Германии доминантой являлась крайне тривиальная – голод. Как заметил А.Е. Снесарев, «Германия была добита не на боевых полях, где она оставалась непобедимой, а в больных, растравленных и углубленных ранах своей узкой, бедной и зависимой от внешнего мира экономики…»[19].

В этих условиях для определения вклада в победу каждой из держав Антанты, в том числе России, необходим принципиально иной критериальный аппарат, характеризующий участие каждого из союзников в экономическом «удушении» неприятеля. Однако такой набор критериев до сего времени не разработан, и это, вероятно, одна из важнейших методологических проблем изучения истории Великой войны.

Неразрешенность этой проблемы влечет за собой сохранение еще одного дискуссионного вопроса – где был решен исход Великой войны: на сухопутных фронтах или на морских театрах[20]. Адепты концепции «воинствующего маринизма» апеллируют к тому, что главной причиной экономических, а значит и социально-политических проблем Германии стала морская блокада, которую на протяжении всей войны эффективно обеспечивали флоты Антанты. Именно английский Гранд Флит, успешно отражая все попытки германского флота переломить ситуацию в Северном море, медленно, но верно душил Германию в тисках экономической блокады, которая унесла жизни до 750 тыс. немцев[21]. Как заметит впоследствии германский военно-морской теоретик В. Вегенер, «Германия потерпела поражение потому, что мировая война оказалась морской»[22].

С связи с этой дискуссией представляется уместным сказать несколько слов и о результатах деятельности Российского флота.

Усилия Балтийского и Черноморского флотов, прежде всего, в нарушении морских коммуникаций противника, имели стратегическое значение. Поддержание бесперебойной транспортировки шведской руды на Балтике и гераклийского угля в Черном море являлось жизненно важным условием функционирования экономики и вооруженных сил противников России. Так, Балтийский флот не позволил Германии существенно увеличить ввоз из Швеции и компенсировать тем самым потерю иных источников импорта высококачественной руды – жизненно важного промышленного сырья. Это обстоятельство стало важной причиной снижения объемов выплавки в Германии чугуна (в 1918 г. – в 1,8 раза по сравнению с 1913 г.) и стали (в 1,4 раза).

В годы войны важнейшая в Турции отрасль добывающей промышленности – угольная – более чем в пять раз снизила объемы производства. Причем столь резкое сокращение добычи топлива было вызвано отнюдь не падением потребности в угле, а невозможностью его вывоза из района Зунгулдак – Эрегли в результате уничтожения русским флотом лучшей половины грузового тоннажа. В отношении Турции, кроме того, уместно говорить о постигшем ее «угольном голоде» и дефиците продовольствия, покрываемом поставками морем из Румынии, как об угрозе внутриполитической стабильности). Поэтому действия Российского флота на неприятельских сообщениях в своей совокупности оказали непосредственное влияние на способность Германии и Турции вести войну и, следовательно, имели стратегическое значение.

Кроме того, Российский флот, как и армия, оказывал содействие союзникам, с готовностью откликаясь на обращения командования военно-морских сил стран Антанты. Наиболее яркий пример такого рода – серия бомбардировок укреплений Верхнего Босфора, проведенных Черноморским флотом весной 1915 г. в целях отвлечения внимания и сил турок от района Дарданелл во время подготовки и проведения англо-французами десантной операции[23].

Следующий вопрос: какова роль военно-технической, финансовой, технологической помощи России со стороны союзников по Антанте?

Военно-техническую (а также финансовую, технологическую и др.) помощь союзников недооценивать не следует. Около 41 % винтовок, 60 % пулеметов, 36 % винтовочных патронов, полученных русской армией, были произведены за границей[24]. По целому ряду видов вооружения и военной техники (пороха некоторых марок, тяжелые артиллерийские орудия и боеприпасы к ним, самолеты и особенно авиационные моторы, автомобили, дизельные двигатели для подводных лодок и др.) Россия находилась в значительной, а по некоторым позициям – в полной зависимости от заграничных поставок[25].

При этом подавляющее большинство вооружения и военной техники ввозились в Россию на транспортных судах стран Антанты, а их военные флоты брали на себя основную работу по обеспечению внешних коммуникационных линий России. Так, группировка британского флота в водах Русского Севера даже после создания в 1916 г. российской флотилии Северного Ледовитого океана несла на себе основную нагрузку по организации обороны (главным образом, противоминной и противолодочной) коммуникационной линии, по которой осуществлялись стратегические межсоюзнические перевозки.

Следует признать, что значительная часть импортных грузов не была использована по назначению по причине, главным образом, неудовлетворительного состояния российской транспортной инфраструктуры. Однако верно и то, что Российской империей были приложены колоссальные усилия для совершенствования логистической системы. Очевидно, самым грандиозным проектом такого рода стало строительство в кратчайшие сроки Мурманской железной дороги.

Еще один дискутируемый в историографии вопрос – оценка деятельности Николая II как руководителя государства и армии и, в частности, целесообразность возложения императором на себя должности верховного главнокомандующего в 1915 г.

23 августа (5 сентября) 1915 г. Николай II прибыл в Ставку (она вынуждена была передислоцироваться из Барановичей в Могилев) и приказом армии и флоту объявил о принятии на себя «предводительствования всеми сухопутными и морскими вооруженными силами, находящимися на театре военных действий»[26]. Великий князь Николай Николаевич был назначен главнокомандующим Кавказской армией, фактически верховное командование было сосредоточено в руках начальника Штаба верховного главнокомандующего генерала от инфантерии М.В. Алексеева. По свидетельству А.А. Брусилова, «впечатление в войсках от такой замены было самое тяжелое, можно сказать – удручающее… Было общеизвестно, что Николай II в военном деле решительно ничего не понимал»[27]. Военный министр А. А. Поливанов в своих воспоминаниях заметил, что «слишком уж мало подходил Николай II к роли вождя в этой великой войне и по своим дарованиям, и по характеру, и по своей роковой незадачливости»[28].

Председатель Государственной думы М.В. Родзянко считал, что «император Николай II брал на себя очевидно непосильную задачу и бремя одновременно в небывало тяжелое время управлять уже начавшей волноваться страной и вести совершенно исключительной трудности войну, приняв командование над более чем десятимиллионной армией, не будучи совершенно к этому подготовлен в стратегическом отношении»[29]. Руководитель дипломатической канцелярии при Штабе главковерха князь Н.А. Кудашев в докладе министру иностранных дел С.Д. Сазонову в связи с этими переменами высказал весьма пессимистический прогноз: «Теперь ожидать победы невозможно. Дай бог, чтобы Алексееву удалось дальнейшее спасение армии ценой территории»[30].

Подобная точка зрения доминирует в историографии, однако она представляется несколько однобокой. В частности, в отношении подъема духа войск существуют свидетельства, которые не вполне корреспондируются с процитированной выше оценкой А.А. Брусилова. Представляется, что в крестьянской среде, бывшей основным источником комплектования армии, летом 1915 г. монархия как институт и император как ее воплощение сохраняли определенный авторитет, и принятие Николаем II верховного командования поддержало веру солдатской толщи в победу, что было особенно важно на фоне «великого отступления» лета 1915 г. Это, очевидно, стало одной из предпосылок в целом удачного исхода кампании 1916 г.

Кроме того, Николай II отнюдь не ограничивался номинальной ролью в Ставке и принимал участие, а иногда и инициировал принятие многих решений. Известно, в частности, что именно царю принадлежала идея проведение морской десантной операции в Рижском заливе летом 1916 г.[31], замысел которой, к сожалению, реализован не был.

Нельзя считать полностью решенной проблему определения потерь русской армии. Авторский коллектив статистического исследования «Россия и СССР в войнах ХХ века. Потери вооруженных сил» под редакцией Г.Ф. Кривошеева отмечал: «Сведения о людских потерях российских вооруженных сил в первую мировую войну, встречающиеся в отечественных и зарубежных источниках, страдают в большинстве своем противоречивостью и разнобоем. Объясняется это прежде всего неодинаковой полнотой и достоверностью материалов, использованных исследователями, а также существенными различиями в методике подсчета потерь. В результате разница, например, в количестве погибших и умерших российских солдат и офицеров, колеблется в опубликованных работах от нескольких десятков тысяч до 1–2 млн человек»[32].

Наиболее современными являются сведения о потерях, опубликованные А.И. Степановым в первой книге четырехтомника «Мировые войны ХХ века». Боевые безвозвратные потери русской армии автор определяет в 2 854 600 человек, небоевые – 447 200 человек, возвратные – 12 496 тыс. человек, общее же количество потерь равно числу мобилизованных в вооруженные силы – 15 798 тыс. человек[33]. Окончательное решение этого вопроса, очевидно, может быть достигнуто на основе обобщения данных первичного учета убитых, умерших от ран, раненых, пленных и т.д.

Главной же для отечественной исторической науки проблемой историографии Великой войны является, на наш взгляд, научная интерпретация причин поражения России. С этой точки зрения представляется уместным выделить несколько базовых историографических концепций.

Основным содержанием концепции «упущенных возможностей» является постулат об изначально высоких шансах Российской империи на победу в мировой войне – как с военной, так и экономической и политической точек зрения. Сторонники этого тезиса апеллируют к неуклонному росту военного потенциала и высоким показателям экономического развития России в предвоенные годы, достигнутой к 1914 г. определенной внутриполитической стабильности, превосходству интегральной мощи Антанты над потенциалом Центральных держав. Главная причина поражения заключалась в непоправимых ошибках политического руководства и военного командования. Концепция «упущенных возможностей» нашла отражение в военно-исторических трудах А.М. Зайончковского («…Преобладание осторожности перед разумным риском, характерное для оперативного искусства царской армии, в конечном счете, свело на нет все достигнутые боевые успехи»[34]), Н.А. Таленского («Ставка оказалась неспособной обеспечить взаимодействие и взаимопомощь между фронтами, что в конечном счете не позволило развить многие успехи в стратегическом масштабе»[35]) и других специалистов, в том числе эмигрантов – например, С.К. Добророльского, подвергшего критике содержание русского стратегического планирования: «Этот недостаток (отсутствие внятно определенного направления сосредоточения основных усилий. – Д.К.) тем чувствительнее, что в течение ряда лет были вполне осознаны необходимость и возможность выбора такого направления»[36]. Сторонников этой концепции немало и среди современных историков и публицистов, склонных к некоторой романтизации Российской империи периода правления Николая II и объясняющих крах государства исключительно происками антимонархических политических сил.

Дискуссии о глубоком кризисе самодержавной России, охватившем все сферы жизни государства и слои общества, присущи широкому кругу исследователей, доказывающих неизбежность революционного пути его преодоления. В соответствии с концепцией «необратимого кризиса империи», Россия, пораженная многочисленными социально-политическими и экономическими «недугами», была a priori обречена на военное поражение, и глобальный военный конфликт лишь ускорил неизбежный процесс реорганизации государства. Подобные точки зрения высказывались Н. Наумовым, А.К. Коленковским, И.И. Минцем, Д.В. Вержховским, В.Ф. Ляховым, Д.И. Рыбиным и другими советскими исследователями, а также многими представителями эмигрантской ветви русской военной историографии. Среди последних – Н.Н. Головин, А.В. Геруа, Ю.Н. Данилов, В.М. Драгомиров, А.К. Баиов, В.Н. Доманевский и другие специалисты, доказывавшие тезис о неподготовленности России к современной войне. Квинтэссенцией этой концепции можно считать мысль Н.Н. Головина о том, что «империя, занимавшая 1/6 часть суши земного шара, с населением, достигавшим 167 миллионов, начала разлагаться изнутри (выделено мной. – Д.К.), это разложение передалось Армии; развал Армии в свою очередь привел к развалу всего государства»[37].

В рамках концепции «Россия как жертва системы альянсов» причины краха России усматриваются в ошибочном выборе предвоенного внешнеполитического курса (сближение с Антантой при дистанцировании от традиционно дружественной Германии), а с началом войны – в «эгоизме» союзников, злоупотреблявших бескорыстной поддержкой России, которая действовала не столько в собственных, сколько в общесоюзнических интересах. Эти идеи близки, в частности, А.А. Строкову, И.И. Ростунову, М.В. Оськину, А.В. Олейникову и др. «Англо-французское командование, – писал А.А. Строков, – всю тяжесть борьбы возложило на русские войска. Оно отказывалось от решительных стратегических действий даже в то время, когда русская армия переживала кризис»[38]. И.И. Ростунов, анализируя «межимпериалистические противоречия», не позволившие должным образом координировать стратегические усилия государств Антанты, отмечает, что союзники «стремились добиться себе выгод за счет России»[39]. Последняя же, как указывает А.В. Олейников, «претерпев военные лишения и бросив свой весомый вклад на алтарь общей победы Антанты над германским блоком … по сути оказалась исключенной из числа победителей»[40].

Разумеется, предложенная концептуальная конструкция носит в значительной степени условный характер, границы между исследовательскими парадигмами весьма размыты, так как почти никто из историков не предлагает простых и односложных ответов на сложнейшие вопросы истории Великой войны. Речь идет лишь о расстановке некоторых акцентов и определении приоритетов.

Очевидно, что каждая из предложенных историографических концепций содержит рациональное зерно и имеет право на существование. Поэтому синтез подтвердивших свою научную состоятельность положений каждой их них, объединение и взаимное дополнение их положений и выводов является актуальной задачей современной исторической науки. Такой подход, кстати, находится в тренде современной мировой историографии, в которой заметно сближение «катастрофической» (война как одна из всеобъемлющих катастроф ХХ в.) и «адаптационной» (война как мощный ускоритель ранее появившихся тенденций развития) моделей трактовки событий 1914–1918 гг.

Все это позволяет сделать вывод о том, что Первая мировая война остается в фокусе внимания исторической науки, и многие сюжеты и проблемы сохраняют огромный потенциал для дальнейшего исследования и осмысления.

 

[1] Алексеев Ю.А., Иминов В.Т., Ковалев В.Е. и др. Регулярная армия России. Русская армия и флот в годы Первой мировой войны (1914–1918 гг.). М., 2010. С. 44.

[2] См. подробнее: Романова Е.В. Путь к войне: развитие англо-германского конфликта, 1898–1914 гг. М., 2008; Epkenhans M. Die wilhelminische Flottenrüstung 1908–1914. Weltmachtstreben, industrieller Fortschritt, soziale Integration. München, 1991; Padfield P. The Great Naval Race. Anglo-German Naval Rivalry, 1900–1914. Edinburgh, 2005 и др.

[3] Павлович М. (Вельтман М.) Мировая война 1914–1918 гг. и грядущие войны. Л., 1925. С. 209.

[4] Wichmann U. Unkonventionelle Gedanken über die Ursachen des Ersten Weltkrieges: unter besonderer Berücksichtigung des russischen Flottengesetzes von 1912. Frankfurt/M., 1999.

[5] Грибовский В. Флот в эпоху Николая II // Морской сборник. 1995. № 12. С. 83–89.

[6] Павленко О. «Западная угроза» и прогнозы большой европейской войны в военной и политической элите России (1910–1914) // Россия и Великая война. Опыт и перспективы осмысления роли Первой мировой войны в России и за рубежом. Материалы Международной конференции. Москва, 8 декабря 2010 г. М., 2011. С. 151.

[7] Hallifax S. ‘Over by Christmas’: British Popular Opinion and the Short War in 1914 // First World War Studies. October 2010. Vol. 1. Number 2. P. 108.

[8] Корбетт Ю. Некоторые принципы морской стратегии / пер. с англ. М., 1932. С. 74.

[9] Dirks U. Julian S. Corbett: Strategische Theorie von dem Hintergrund historischer Forschung // Seemacht und Seestrategie im 19. und 20. Jahrhundert / herausgegeben von J. Duppler. Hamburg; Bonn; Berlin, 1999. S. 167.

[10] О влиянии морской блокады на положение Германии см. подробнее: Дикс А. Война и народное хозяйство по опыту Германии в мировую войну 1914–1918 гг. / пер. с нем. М., 1926; Guichard L. The Naval Blockade 1914–1918. London, 1930; Osborne E.W. Britain’s Economic Blockade of Germany, 1914–1919. London; New York, 2004; Parmelee M. Blockade and Sea Power. The Blockade 1914–1919 and its Significance for a World State. London, 1927; Neitzel S. Weltkrieg und Revolution 1914–1918/19. Berlin, 2008 и др.

[11] См. подробнее: Александров А.П., Исаков И.С., Белли В.А. Операции подводных лодок. Т. 1. Л., 1933; Шталь А. Развитие методов операций подводных лодок в войну 1914‑1918 гг. на основных морских театрах. М., 1936; Гайер А. Германские подводные лодки в войне 1914–1918 гг. Л., 1933; Гибсон Р., Прендергаст М. Германская подводная война 1914‑1918 гг. М., 1938; Михельсен А. Подводная война 1914–1918 гг. Л., 1940; Spindler A. Der Handelskrieg mit U-Booten. Bd. 1–5. Berlin, 1932–1966 и др.

[12] См. подробнее: Емец В.А. Очерки внешней политики России периода первой мировой войны 1914–1917 гг. Отношения России с союзниками по вопросам ведения войны. М., 1976; Лютов И.С. Коалиционное взаимодействие союзников по опыту первой и второй мировых войн. М., 1988; Павлов А.Ю. Скованные одной целью. Стратегическое взаимодействие России и ее союзников в годы Первой мировой войны 1914–1917 гг. СПб., 2008; Валентинов Н. Сношения с союзниками по военным вопросам во время войны 1914–1918 гг. Ч. 1. М., 1920 и др.

[13] См. подробнее: Ростунов И.И. Русский фронт первой мировой войны (исследование опыта стратегического руководства вооруженными силами). Дис. … д-ра ист. наук. М., 1974.

[14] См. подробнее: Kozlov D. Strategic Command of Russian Armed Forces in the First World War: Achievements and Problems // World War One 1914–1918. 40th International Congress of Military History. 31 August – 5 September 2014, Varna, Bulgaria. Sofia, 2016. P. 80–90.

[15] См. подробнее: Иминов В.Т. Развитие теории и практики подготовки и ведения армейских наступательных операций до начала Великой Отечественной войны (первая четверть XIX в. – июнь 1941 г.). Дис. … канд. ист. наук. М., 1987; Иссерсон Г. Эволюция оперативного искусства. М., 1932; Капустин Н. Оперативное искусство в позиционной войне. М.; Л., 1927; Строков А.А. История военного искусства. Военное искусство периода империализма (до конца первой мировой воины 1914–1918 гг.). М., 1967; Он же. Вооруженные силы и военное искусство в первой мировой войне. М., 1974 и др.

[16] Олейников А.В. Вклад России в победу над германским блоком в Первую мировую войну (1914–1918 гг.). Автореферат дисс. … д-ра ист. наук. М., 2012. С. 43, 44.

[17] Никольсон Г. Как делался мир в 1919 г. / пер. с англ. М., 1945. С. 56.

[18] Палицын Ф.Ф. Записки. Т. 2. Франция (1916–1921). М., 2014. С. 222, 223.

[19] Снесарев А.Е. Военно-экономические перспективы Германии // Военно-исторический журнал. 2000. № 1. С. 79, 80.

[20] См. подробнее: Козлов Д.Ю. «Континентальное мышление» или «воинствующий маринизм»? К вопросу о влиянии борьбы на море на исход Первой мировой войны // Первая мировая война, Версальская система и современность. Сборник статей. СПб, 2012. С. 12–20.

[21] Гилберт М. Первая мировая война / пер. с англ. М., 2016. С. 11.

[22] Вегенер [В.] Морская стратегия мировой войны // Оперативно-тактические взгляды германского флота / пер. с нем. М.; Л., 1941. С. 83.

[23] Вооруженные силы России в Первой мировой войне (1914–1917). М., 2014. Т. 2. С. 557, 558.

[24] Бескровный Л.Г. Армия и флот России в начале XX в. Очерки военно-экономического потенциала. М., 1986. С. 76, 77, 82, 85, 86; Маниковский А.А. Боевое снабжение русской армии в мировую войну. М., 1937. С. 694–699.

[25] Мировая война в цифрах. М.; Л., 1934. С. 30 (табл. 20, подстрочник).

[26] Цит. по: Вооруженные силы России в Первой мировой войне (1914–1917). Т. 2. С. 58.

[27] Брусилов А.А. Мои воспоминания. М., 2001. С. 155, 156, 231.

[28] Поливанов А.А. Из дневников воспоминаний по должности военного министра и его помощника: 1907–1916. М., 1924. Т. 1. С. 209.

[29] Цит. по: Португальский Р.М., Рунов В.А. Верховные главнокомандующие Отечества. М., 2001. С. 68.

[30] Цит. по: Михалев С.Н. Стратегическое руководство. Россия / СССР в двух мировых войнах ХХ столетия. Красноярск, 2000. С. 272.

[31] Дудоров Б.П. Адмирал Непенин. СПб., 1993. С. 189.

[32] Россия и СССР в войнах ХХ века. Потери вооруженных сил. Статистическое исследование. М., 2001. С. 98, 99.

[33] Степанов А.И. Цена войны: жертвы и потери // Мировые войны ХХ века. В 4 кн. Кн. 1. Первая мировая война. Исторический очерк. М., 2002. С. 627.

[34] Зайончковский А.М. Мировая война. Маневренный период 1914–1915 гг. на русском (европейском) театре. М.; Л., 1929. С. 375.

[35] Таленский Н.А. Первая мировая война (1914–1918 гг.). М., 1944. С. 65.

[36] Добророльский С.К. Стратегические планы сторон к началу мировой войны // Военный сборник Общества ревнителей военных знаний (Белград). Кн. 2 (1922). С. 77.

[37] Головин Н.Н. Военные усилия России в мировой войне. М., 2001. С. 11.

[38] Строков А.А. Вооруженные силы и военное искусство в первой мировой войне. С. 279.

[39] Ростунов И.И. Русский фронт первой мировой войны. М., 1976. С. 384.

[40] Олейников А.В. Вклад России в победу над германским блоком в Первую мировую войну (1914–1918 гг.). С. 4.

Сергей Нарышкин — о патриотическом подвиге народов Российской империи в Первой мировой войне (газета «Известия», 01.08.2016г.)

Газета «Известия» опубликовала статью Председателя Государственной Думы Сергея Нарышкина Нарышкин
Сергей Евгеньевич Депутат Государственной Думы избран в составе федерального списка кандидатов, выдвинутого Всероссийской политической партией «ЕДИНАЯ РОССИЯ» «О героях Великой войны».

Сегодня — День памяти российских воинов, погибших в Первой мировой войне. Для нашей страны она началась именно 1 августа 1914 года, когда Германия объявила войну России. А на текущий год приходятся столетние годовщины таких ключевых событий, как высадка русского экспедиционного корпуса во Франции и на Балканах, Брусиловский прорыв, спасший союзников под Верденом, а также принесший России успех на турецком фронте. Помним мы и о том, что 1916 год оказался последним годом правления русских царей и предтечей революционных событий в феврале и октябре 1917 года. А последовавшая после них Гражданская война втянула в братоубийственный конфликт и тех, кто сражался на фронтах Первой мировой.

Их героизм оказался «вытеснен» из памяти новыми, еще более трагическими событиями. Ведь битва шла уже среди своих, в ней не было ни победителей, ни побежденных, а жертвы среди населения оказались сравнимы с общим уроном стран, принимавших участие в Первой мировой.

Послевоенная Россия находилась в упадке, она еще не узнала счет всем фронтовым потерям, не успела найти могилы родных и близких. И вот на ее плечи свалились новые тяжкие испытания. Без сомнения, поражение России в войне 1914–1918 годов сказалось и на начале, и на ходе, и на итогах Гражданской. Вот почему наша общая задача — подвести объективный итог тому трагическому расколу и найти разрешение столетним спорам о событиях революционного 1917 года.

Фактор войн, развязанных без участия нашей страны и далеко от ее границ, оказался слишком значим, чтобы остаться без внимания членов Российского исторического общества и национального оргкомитета, образованного в связи со 100-летием начала Первой мировой войны. Ведь после сложнейшего периода адаптации к новому политическому порядку (и спустя всего двадцать лет после Гражданской войны) Россия вновь и вынужденно вступила в новую, во Вторую мировую войну, принесшую бедствие уже каждой нашей семье.

Я убежден, что все три войны прямо связаны друг с другом. И не только масштабом бедствий, но и глубинными причинами, главная из которых — это циничное пренебрежение самой человеческой жизнью. Известно, что предтечей Первой мировой был глубокий духовный кризис в Европе, отличительной чертой которого являлся нигилизм. Он, по сути, и ознаменовал приход XX века — самого жестокого в истории. «Вера в абсолютную имморальность природы, в бесцельность и бессмысленность, — писал Ф. Ницше, — психологически необходимый аффект, наступающий, когда утрачивается вера в Бога и нравственные основы миропорядка. Нигилизм возникает не потому, что отвращение к жизни теперь сильнее, чем было раньше, но потому что вообще является сомнение в том, чтобы зло или даже жизнь могли иметь какой‑либо смысл» («Воля к власти», 1901 год).

Крушение нравственных идеалов, ценностей созидания и творчества, отрицание всяких смыслов и ориентиров привели к системному провалу как в духовной, так и материальной культуре тогдашней Европы. А в таких странах, как Италия и Германия, — к последующему становлению нацистских режимов. «Та война, которая началась в конце июля 1914 года, есть лишь материальный знак совершающейся в глубине духовной войны и тяжелого духовного недуга человечества. В этом духовном недуге и духовной войне есть круговая порука всех… Война не создала зла, она лишь выявила зло. Всё современное человечество жило ненавистью и враждой» (Владимир Соловьев, «Судьба России», 1918 год).

Первая мировая — это первая тотальная война в истории человечества. Она потребовала использования всех людских ресурсов и невиданной модернизации военной техники. Первые танки. Первое применение химоружия как средства массового поражения (кстати, можно о многом задуматься, если вспомнить, что во Второй мировой была впервые применена атомная бомба). Новые методы ведения боя. Итог — потеря миллионов человеческих жизней, падение нескольких могущественных империй и появление на их месте новых национальных государств, полный коллапс в международных отношениях и, наконец, коренная смена мирового порядка.

Увы, теории превосходства и исключительности, жажда наживы, аморализм и, конечно, безнаказанность за агрессию стали «движущей силой» и Второй мировой войны…

События последних двух лет показывают, что найти абсолютное противоядие от новых глобальных конфликтов мировому сообществу всё еще не удалось. Неспособность к диалогу, политическая безответственность и опять цинизм, нежелание слышать другого за слепым исполнением своих материальных интересов — продолжают оставаться главными угрозами и европейской, и глобальной безопасности. Уроки истории будто напрочь забыты, а ценности доверия вновь ушли на второй план. Между тем оно завоевывается десятилетиями, а такие понятия, как честь и порядочность, — закладываются с младых ногтей, передаются из поколения в поколение и воспитывают народы веками.

В работе, связанной с переосмыслением событий Первой мировой войны, крайне важно освободиться от целого ряда ложных ассоциаций, внимательно проанализировать те мифы, которые сложились вокруг нее. Возвращение памяти должно состоять не просто в критике существующих интерпретаций, но в их детальном исследовании, в обоснованном разоблачении ложных трактовок исторических фактов. Научному сообществу необходимо выдвинуть честную и объективную картину тех событий, предоставить экспертную оценку, соответствующую уровню современной исторической науки. И разумеется — сохранить память о патриотическом подвиге народов Российской империи и ее героях.

В связи со 100-летием Перовой мировой войны были организованы многочисленные выставочные проекты, включая музей в Царском Селе, конференции, изданы сотни книг, сняты документальные и художественные фильмы, созданы электронные ресурсы, воздвигнуты новые мемориалы. Масштабным и символическим событием стало возвращение на Родину и перезахоронение останков Великого князя Николая Николаевича Романова (младшего), Верховного главнокомандующего всеми сухопутными и морскими силами Российской империи в начале Первой мировой войны, и его супруги великой княгини Анастасии Николаевны. Святейший Патриарх Московский и всея Руси Кирилл сказал у гроба великого князя на Мемориальном кладбище воинов, павших в Первой мировой войне, такие слова: «То, что мы сейчас совершаем, есть символический акт или частица акта преодоления всего того хаоса и разделения, которые принес нашему народу XX век».

Наконец, одно из главных направлений работы — это архивные документы, систематизация и расширение доступа к ним с использованием всех современных технических возможностей. Так, на территории Тюменской области сохранилось более 8 млн карточек, которые составляют картотеку «Бюро учета потерь на фронтах Первой мировой войны 1914–1918 годов» и содержат сведения о погибших, раненых, пропавших без вести, плененных русских солдатах и офицерах.

Российское историческое общество, Минобороны и Росархив вместе возвращают эту картотеку в научный и общественный оборот. Идет работа над созданием базы данных, которая будет включать оцифрованную картотеку и Книгу памяти. В результате каждый гражданин современной России сможет найти информацию о судьбе своих предков-военнослужащих, погибших или пострадавших в ходе Первой мировой войны. Уже оцифровано около 4 млн карточек, создан открытый для широкого доступа интернет-портал, работу над которым планируется завершить к 2018 году.

И это — самое малое, что мы обязаны сделать в память о героях Первой мировой. Великой и некогда забытой у нас войны.

Россия всегда жила нравственными идеалами — и в начале века, и сейчас. Как и в годы Первой, так и на полях Второй мировой наши солдаты сражались и за свою Родину, и за свободу других народов. И делали это исходя из общечеловеческих, гуманистических и братских побуждений. 

Ambassador Peter Tesch Armistice Ceremony in St Petersburg 2018

 

11 ноября 2018г. – в день столетия окончания Первой  мировой войны Посол Австралии в России Петер Теш принял участие в международной акции памяти. Местом проведения акции стала территория перед монументом «Русской гвардии Великой войны», открытого в 2014 году у стен Витебского вокзала. Именно с этого вокзала Петрограда — тогда Царскосельского — отправлялись эшелоны солдат и офицеров на фронты Первой мировой. В мероприятии также приняли участие руководители ряда консульских учреждений, аккредитованных в Санкт-Петербурге — представители дипломатических миссий Бельгии, Кипра, Чехии, Франции, Эстонии, сотрудники Комитета по внешним связям правительства Санкт-Петербурга, священнослужители Русской православной церкви и Англиканской церкви, жители Петербурга и других городов.

 

Посол Петер Теш:

“Ровно сто лет назад было заключено соглашение о прекращении военных действий в Первой мировой войне. Это была «Великая война», определившая конец старого мирового порядка. Она была судьбоносной как для всех стран, чьи представители собрались тут, так и для Австралии и России, которые как в Первой, так и во Второй мировой войне были союзниками.

Эта война для России сопровождалась Февральской революцией  1917г., отречением Императора Николая Второго и приходом к власти большевиков. Изменения, через которые прошла ваша страна определили ход истории всего двадцатого века.

Для Австралии, тогда еще молодого государства, это был период поиска и нахождения национальной идентичности. Самая главная памятная дата Австралии – день АНЗАК, относит нас к событиям 25 апреля 1915 года– когда австралийские части вместе с новозеландцами и другими войсками союзников высадились на берега полуострова Галлиполи у пролива Дарданеллы. По плану британских военных стратегов это должно было позволить не только захватить Дарданеллы и осадить Константинополь, но и оттянуть турецкие войска с Кавказского фронта и таким образом помочь одному из главных союзников — России.

 

  

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

В австралийских рядах воевало около 800 из примерно 5000 живущих в то время в Австралии уроженцев России — представителей многих народов Российской империи: русские, белорусы, украинцы, поляки, евреи, финны, выходцы из Прибалтики, немцы, осетины. В составе Австралийского экспедиционного корпуса в Галлиполи было около 150 таких добровольцев.

Боевым крещением австралийской армии стала именно эта высадка десанта на полуострове. И хотя по существу это было поражение союзников, но в самосознании австралийцев Галлиполи занял особое место. На войну солдаты отправлялись иммигрантами из России, Германии, Англии, Франции и других стран. А возвращались они уже полноценными австралийцами. Но трагично многие не вернулись вообще.

 

                              

 

Сегодня мы вспоминаем тех, кто служил и погиб на войне. Мы не должны прославлять войну или трубить о победе: мы должны размышлять о том, чему нас научила эта война, что дала нам понять о себе и наших ценностях: верности, мужестве, стойкости и упорстве.

Потери Австралии на войне поражают воображение: всего около 400 000 солдат добровольцами вступили в ряды австралийской армии. Из них, 216000 пострадали, 60 000 из которых были убиты. И это при населении в пять миллионов…

В моем родном штате Квинсленд есть маленький городок Мэрун. Сорок процентов добровольцев из этого города не вернулись домой.

Вспоминаются слова Окуджавы: «Ах, война, что ж ты сделала, подлая: стали тихими наши дворы”

Вечная память

Lest we forget”

 

Санкт-Петербург

11 ноября 2018 г.

 

Будущим поколениям — о Первой Мировой | Совет Федерации Федерального Собрания Российской Федерации

В начале октября посетил Киргизию: был наблюдателем на выборах. Также по приглашению Киргизско-Российского Славянского Университета прочитал лекцию «Первая Мировая война: история, факты и парадоксы». 800 студентов, полтора часа живого общения, 18 минут фильма о работе моего Фонда по теме Первой Мировой.


В начале октября посетил Киргизию: был наблюдателем на выборах. Также по приглашению Киргизско-Российского Славянского Университета прочитал лекцию «Первая Мировая война: история, факты и парадоксы». 800 студентов, полтора часа живого общения, 18 минут фильма о работе моего Фонда по теме Первой Мировой.

В очередной раз мне важно было донести до подрастающего поколения, что за время боевых действий было убито, умерло от ран и пропало без вести около десяти миллионов солдат и офицеров, но вместо уважения и памяти эти истинные патриоты получили почти полное забвение на сто лет. Это забытая нам война, но «непосторонняя», именно поэтому мой проект так и называется «Непо100ронняя война». Посторонней её пытались сделать в советской историографической науке, наложив табу на изучение военных событий 1914–1918 годов и уроки Первой Мировой войны.

Каждый раз при общении с аудиторией интересуюсь: что знаете о Первой Мировой войне? В лучшем случае отвечают про Брусиловский прорыв, про Колчака, про «атаку мертвецов» (про последнюю в сети часто мелькала информация), про убийство Фердинанда. Лишний раз убеждаюсь в том, что из учебников истории в свое время Великую войну «вытерли» основательно. Поэтому я лично и мой Фонд видим своей задачей — хранить память о Первой Мировой войне, но что ещё более важно восстановить историческую правду: изучать ход военных действий, исторические факты и источники и интерпретировать не с привычных позиций «западной» историографии, а вырабатывать и популяризировать и своё видение тех событий. В этом деле у нас есть активный союзник — режиссер Эмир Кустурица, который как представитель своего народа также заинтересован в более объективной интерпретации событий Первой Мировой.

В ходе лекции приводил не один интересный исторический факт. Например, рассказал студентам, что Гаврила Принцип и вся организация «Млада Босния» по сути боролись за освобождение своей территории от агрессора – Австро-Венгерской империи. Подростки-романтики пошли защищать Родину, кстати, их не казнили, а посадили в тюрьму, так как они были несовершеннолетними (исторический факт, который обычно умалчивается). Таким образом, выстрелы в Сараево Австро-Венгрия и Германия использовали, чтобы втянуть Россию в большую европейскую войну. То, что в наши дни пытались организовать на Украине: втянуть Россию в войну и заклеймить агрессором.

И таких фактов не один и не два. Потому я ратую за восстановление справедливой исторической памяти и роли России в событиях Первой Мировой войны, а также за сохранение и восстановление захоронений участников тех военных действий: пришло время отдать дань уважения истинным патриотам, и на примерах тех событий учить патриотизму и будущие поколения.

По окончании лекции было огромное количество вопросов, в том числе и по работе Фонда. В результате встречи поступило предложение войти в состав Попечительского совета Университета, что я и сделал. Просветительская и практическая работа моего Фонда по теме Первой Мировой войны продолжается!

Going to War — Origins and Early Phases

Соперничающие союзы, столкновение интересов и секретные договоры разделили довоенную Европу и подготовили почву для войны, которая быстро охватила большую часть континента и большую часть мира.

Тройственная Антанта против Центральных держав

В начале войны державами Антанты было:

  • Великобритания
  • Франция
  • Россия

На другой стороне находились Центральные державы:

Османская империя, часто известная как Турция, не входила в альянс центральных держав в августе 1914 года, но к концу 1914 года она объявила войну большинству держав Антанты.В октябре 1915 г. Болгария вошла в состав Центральных держав.

Италия, довоенный союзник Германии и Австро-Венгрии, вступила в войну в 1915 году на стороне Антанты. К 1918 году к этому подключились многие другие страны, в том числе США и Япония на стороне Антанты.

Причины напряжения

Давние территориальные недовольства, колониальное соперничество и страх внезапного нападения мешали международным отношениям накануне войны. Когда-то война казалась вероятной, ни одно государство не захотело мобилизоваться последним, чтобы враги не использовали возможность свести старые счеты.График мобилизации, воинственная риторика и секретные обязательства направили большую часть Европы на путь войны.

Национальные интересы

У всех великих держав Европы были национальные интересы, которые, как они надеялись, будут реализованы войной.

Тройной Антанты

  • Франция отчаянно пыталась отомстить за поражение от Германии во франко-прусской войне 1870-1871 годов, вернув себе потерянные провинции Эльзас и Лотарингия.
  • Россия обещала поддержать Сербию, братскую славянскую нацию, а также гарантировать, что Австро-Венгрия не расширит свое влияние на Балканах.
  • Великобритания поддержала Бельгию и гарантировала ее суверенитет, но также хотела сохранить баланс сил в Европе, ограничив Германию.
  • Италия, первоначально союзная Центральным державам, отказалась участвовать в том, что она считала их агрессивной войной, но в мае 1915 года присоединилась к Антанте, надеясь получить территорию у Австро-Венгрии и новые колониальные владения, в основном в Африке.

Центральные власти

  • Австро-Венгрия хотела подавить сербский национализм и укрепить единство своей империи, особенно на Балканах.
  • Германия поддержала Австро-Венгрию в войне с Сербией. Он также стремился к большему влиянию в Европе, в первую очередь за счет уменьшения силы Франции и России и увеличения количества колониальных владений.
  • Османская империя (Турция) хотела большего территориального контроля над тюркскими народами, многие из которых жили в России, и защитить свои границы, в основном против России.

Продолжайте изучать эти темы:

Начало Первой мировой войны — Отдел истории и культуры

Первая мировая война
Как, когда и почему она началась?

Начало Первой мировой войны

На заре 20 -го века мало кто ожидал глобальной войны, но то, что стало известно как Великая война, началось 28 июня 1914 года с убийства австрийского эрцгерцога Франца Фердинанда и его жены Софи. они посещали Сараево, Боснию, страну, недавно присоединенную к Австрийской империи.Многие боснийцы и их сербские соседи возмущались этим иностранным правлением, и визит эрцгерцога в Сараево предоставил возможность небольшой группе сербских диссидентов нанести ответный удар. Австрия ответила на убийства, объединившись со своим союзником Германией и объявив войну Сербии. Вскоре в конфликт были вовлечены Россия, Франция и Бельгия. Опасаясь полномасштабной мировой войны, которая поставила бы под угрозу ее морские пути в другие страны, Великобритания присоединилась к борьбе против Германии и Австрии.

Каждая страна считала, что боевые действия продлятся всего несколько месяцев.Нации были разделены на центральные державы или союзники. Страны, присоединившиеся к Центральным державам, такие как Болгария и Османская империя, поддерживали Австро-Венгрию и Германию. Союзниками были Россия, Франция, Бельгия и Великобритания, но позже к ним присоединились Япония, Румыния, Китай и США.

Европа до Первой мировой войны Европа после Первой мировой войны Солдаты лежат на стрельбище . Присев за дымовой завесой в поддержку противотанкового орудия

No Man’s Land: Trench Warfare

Во время Первой мировой войны позиционная война была оборонительной военной тактикой, которая широко использовалась обеими сторонами, давая солдатам некоторую защиту от вражеского огня, но также препятствуя быстрому продвижению войск и, таким образом, продлевая войну.Траншейная война была основной боевой тактикой во Франции и Бельгии. Траншеи часто выкапывали до 12 футов глубиной и тянулись на многие мили. Для устойчивости в некоторых траншеях использовались деревянные балки и / или мешки с песком. Даже во время затишья в боевых действиях почти ежедневно гибли в окопах из-за пули снайпера или антисанитарных условий жизни, которые привели к множеству болезней, таких как дизентерия, тиф и холера. Другими заболеваниями, вызванными плохими условиями, были устья траншеи и основание траншеи * .

* T rench mouth — инфекция полости рта, вызванная чрезмерным ростом некоторых бактерий полости рта. Состояние усугублялось плохой гигиеной полости рта, курением, недоеданием и психологическим стрессом. Чтобы предотвратить возникновение траншейной стопы, грибкового заболевания, вызванного воздействием сырости и холода, солдаты часто добавляли в траншеи деревянные доски, чтобы не стоять в воде.

Колючая проволока и фугасные мины, а также пули и гранаты были основным оружием, используемым для препятствования продвижению пехоты через «Ничейную землю», унылый ландшафт между окопами противоборствующих сторон.

За время войны было внедрено

новых наступательных вооружений, в том числе танка и отравляющие газы *.

* Танки, защищенные от артиллерийского огня, были способны преодолевать колючую проволоку, а также пересекать опасную местность.

Хлор был одним из ядовитых газов, использовавшихся во время Первой мировой войны. Он наносил вред глазам, носу, горлу и легким и вызывал симптомы от раздражения до слепоты и смерти. )

В 1915 году немцы использовали отравляющие газы против союзников, сражавшихся в окопах на Западном фронте.Для защиты солдат от химического оружия были разработаны противогазы. Великобритания создала один из первых типов масок, способных минимизировать смертельное воздействие этих газов на свои войска.

Хотя в начале войны самолеты считались новинкой, они использовались обеими сторонами для разведки, что позволяло личному составу наблюдать за позициями вражеских войск, наводить артиллерийский огонь и фотографировать позиции противника. К концу войны возникли концепции воздушного боя и бомбардировок.

Рекомендуемая литература

Рассел Фридман
Война за окончание всех войн: Первая мировая война
Нью-Йорк: Clarion Books, 2010.

Эвелин М. Монахан и Розмари Нейдел-Гринли
Несколько хороших женщин
Нью-Йорк: Альфред А. Кнопф, 2010.

Роберт Х. Зигер
Великая война Америки: Первая мировая война и американский опыт
Лэнхэм, Мэриленд: Rowman & Littlefield, 2000.


Первая мировая война: вход Америки и выход России — стенограмма видео и урока

Участие Америки в Первой мировой войне

Когда в 1914 году разразилась Первая мировая война, изоляционистские настроения были сильны во всех Соединенных Штатах. Хотя, возможно, существовала некоторая симпатия к тяжелому положению Великобритании и Франции, большинство американцев считали нейтралитет в их интересах. В конце концов, почему Америка должна ввязываться в европейскую войну? Эта война не имела ничего общего с Соединенными Штатами; это был менталитет большинства американцев.Фактически, президент Вудро Вильсон проводил кампанию в 1915 году под лозунгом «Он спас нас от войны».

Однако два важных события начали склонять общественное мнение в сторону американского вмешательства. Первым было потопление RMS Lusitania 7 мая 1915 года немецкой подводной лодкой U-20. Хотя RMS Lusitania был британским лайнером, более 100 американцев погибли. Крушение «Лузитании» наряду с проводившейся Германией политикой неограниченной подводной войны возмутили американцев.Что такое неограниченная подводная война? По сути, это политика нападения на торговые и другие невоенные суда без уведомления.

Вторым критическим событием, побудившим американское общественное мнение к интервенции, стал перехват телеграммы Циммермана. Телеграмма Циммермана , или записка Циммермана, была телеграммой, отправленной в январе 1917 года из Германии в Мексику, с приглашением присоединиться к Центральным державам. В обмен на мексиканское сотрудничество Германия помогла бы им повторно завоевать части юго-запада Америки, такие как Техас и Нью-Мексико.

Телеграмма, названная в честь государственного секретаря иностранных дел Германии Артура Циммерманна, была перехвачена англичанами и передана Соединенным Штатам. В телеграмме также указывалось, что Германия возобновит неограниченную подводную войну, которая была временно приостановлена, чтобы не оскорбить США. Новость о телеграмме Циммермана возмутила американцев и вызвала новые волны антинемецких настроений.

Последней каплей стало продолжающееся потопление американских судов немецкими подводными лодками.На фоне растущей поддержки действий Америки президент Вудро Вильсон 2 апреля 1917 года обратился в Конгресс с петицией об объявлении войны Германии. После принятия закона обеими палатами Конгресса США официально вступили в Первую мировую войну вместе с союзниками 6 апреля 1917 года. В отличие от Второй мировой войны, общественная поддержка войны отнюдь не была универсальной. Многие американцы все еще сомневались в вступлении в Первую мировую войну.

Американских солдат, посланных в Европу, чтобы сражаться вместе с союзниками, называли Союзными экспедиционными войсками или AEF.AEF участвовал в ряде сражений в конце войны, включая Вторую битву на Марне и наступление Маас-Аргонн. Американское вмешательство в Первую мировую войну стало огромным подъёмом морального духа союзных держав.

Выход России из Первой мировой войны

Имперская Россия понесла огромные потери на протяжении Первой мировой войны. Хотя многие в Российской Империи поначалу приветствовали войну с энтузиазмом, через несколько лет она стала крайне непопулярной. Нехватка продовольствия, бунты и всеобщие беспорядки привели к тому, что царь Николай II попал в немилость русского народа.

В начале марта 1917 года (февраль по русскому юлианскому календарю) ситуация достигла апогея в Февральской революции . Крупномасштабные демонстрации охватили тогдашнюю столицу Петроград (ныне Санкт-Петербург), когда крестьяне, рабочие и даже солдаты протестовали против правления царя. Когда город погрузился в анархию, царь Николай II был вынужден отречься от престола. После его отречения было установлено временное правительство.

Многие лидеры временного правительства выступали за выход из войны и установление мира.Все чаще радикальные фракции временного правительства, такие как Петроградский Совет и большевики, призывали к немедленному прекращению войны. Насколько нам известно, Петроградский Совет был в основном свободной коалицией петроградских профсоюзов, которые действовали как своего рода городской совет. большевиков , конечно, были марксистской политической группой, последователями Владимира Ленина; они состояли в основном из промышленных рабочих.

В октябре 1917 года большевики захватили власть в результате так называемой Октябрьской революции , а иногда и большевистской революции.Взявшись за оружие, большевики свергли временное правительство и объявили собственное социалистическое государство. Нюансы и политика могут быть немного сложными, но в основном это государство стало основой Советского Союза. Захватив власть, лидер большевиков Владимир Ленин приказал военным прекратить все боевые действия. Для большевиков и многих других в России война просто не стоила того; русский народ был измучен войной.

К ноябрю 1917 года значительная часть русской армии сложила оружие, хотя некоторые группировки продолжали сражаться.После месяцев переговоров Брест-Литовский договор официально положил конец участию России в Первой мировой войне. Договор между новым большевистским правительством и центральными державами был подписан 3 марта 1918 года.

Краткое содержание урока

Давайте рассмотрим вступление Америки в Первую мировую войну и выход России. Хотя изоляционистские настроения были сильны в Соединенных Штатах, два важных события помогли американскому вмешательству оказать поддержку населению. Первым было потопление U-20 RMS Lusitania .В этой трагедии погибли более 100 американцев. Еще одним критическим событием стал перехват телеграммы Циммерманна . Телеграмма, отправленная правительством Германии правительству Мексики в 1917 году, предлагала Мексике присоединиться к Центральным державам и предлагала Мексике повторно завоевать части американского Юго-Запада. Политика Германии «неограниченной подводной войны» также подтолкнула Соединенные Штаты к интервенции. США официально вступили в Первую мировую войну на стороне союзников 6 апреля 1917 года.

Между тем цена Первой мировой войны сделала ее очень непопулярной среди россиян. В марте 1917 года разразилась Февральская революция (напомним, русские тогда использовали другую календарную систему). В результате царь Николай II был вынужден отречься от престола, что подготовило почву для Октябрьской революции и захвата власти большевиками . Под руководством Владимира Ленина 3 марта 1918 года был подписан Брест-Литовский мирный договор , официально положивший конец участию России в Первой мировой войне.

Результаты обучения

Обзор этого урока может подготовить вас к:

  • Назовите страны, входившие в состав союзников и центральных держав в Первой мировой войне
  • Объясните, как затопление RMS Lusitania и телеграмма Циммермана подтолкнули Америку к вступлению в войну.
  • Оцените события, которые заставили Россию выйти из войны
  • Опознание царя Николая II и Владимира Ленина

США в Первой мировой войне

Соединенные Штаты в Первой мировой войне

28 июня 1914 года сербский националист убил эрцгерцога Франца Фердинанда, наследника престола Австро-Венгрии.Австрия потребовала от Сербии компенсации за убийство. Правительство Сербии отрицало свою причастность к убийству и, когда Австрия выдвинула ультиматум, обратилось за помощью к своему союзнику, России. Когда Россия начала мобилизовать свою армию, система европейских альянсов, по иронии судьбы призванная поддерживать баланс сил на континенте, втягивала одну страну за другой в войну. Союзник Австрии, Германия, объявила войну России 1 августа и Франции (которая была союзником России) двумя днями позже.Великобритания вступила в войну 4 августа после вторжения Германии в нейтральную Бельгию. К концу августа 1914 года большая часть Европы выбрала сторону: Центральные державы — Германия, Австро-Венгрия, Болгария и Османская империя (Турция) — противостояли союзным державам — главным образом Великобритании и Франции. , Россия и Сербия. Япония присоединилась к делу союзников в августе 1914 года в надежде захватить немецкие владения в Тихом океане и расширить японское влияние в Китае.Это действие поставило под угрозу политику открытых дверей и привело к усилению напряженности в отношениях с США. Первоначально союзник Германии и Австро-Венгрии, Италия вступила в войну в 1915 году на стороне Великобритании и Франции, потому что они согласились на территориальные требования Италии в секретном договоре (Лондонский договор).

Американский нейтралитет . Когда началась война, президент Вильсон быстро провозгласил нейтралитет Соединенных Штатов и призвал американский народ быть «беспристрастным в мыслях и действиях».«Абсолютного нейтралитета добиться было трудно. Американцы немецкого происхождения, как правило, поддерживали Центральные державы, в то время как американцы ирландского происхождения испытывали сильную враждебность по отношению к Великобритании, а недавние еврейские иммигранты из Восточной Европы хотели поражения России. С другой стороны, союзники, по крайней мере, Англия и Франция, представляли демократию для многих американцев; Союзники пользовались сильной эмоциональной поддержкой в ​​высших правительственных кругах, особенно в Госдепартаменте и Белом доме. Более того, инвесторы в Соединенных Штатах предоставили союзникам ссуды на миллиарды долларов, и сальдо американской торговли с воюющими странами было в подавляющем большинстве в пользу Великобритании и Франции.

Хотя Соединенные Штаты возражали против британской блокады в Северном море, гораздо большей угрозой американскому нейтралитету было использование Германией неограниченной подводной войны против судов в Северной Атлантике. В мае 1915 года Германия потопила британский лайнер Lusitania , в результате чего погибло почти 1200 человек, в том числе 128 американцев. Хотя Соединенные Штаты решительно протестовали против инцидента (даже несмотря на то, что судно перевозило контрабанду в Великобританию), было еще несколько потоплений, прежде чем Германия, через обещание Sussex (май 1916 г.), согласилась не атаковать пассажирские суда без предупреждения и принять меры. положения о безопасности мирных жителей.Однако затопление «Лузитании» вызвало вопросы о готовности Америки, и были предприняты шаги, чтобы подготовить страну к войне. Закон о национальной обороне предусматривал немедленное расширение регулярной армии до 175 000 человек и максимум почти 250 000 военнослужащих, в то время как Закон о военно-морском строительстве устанавливал трехлетнюю программу строительства военно-морского флота. Совет национальной обороны был создан для координации и мобилизации промышленности, имеющихся природных ресурсов и рабочей силы в случае военных действий с Германией.

На президентских выборах 1916 года Вильсон столкнулся с кандидатом от республиканцев Чарльзом Эвансом Хьюзом, судьей Верховного суда. Прогрессивная партия снова выдвинула Теодора Рузвельта, но он отказался баллотироваться и поддержал Хьюза. Уилсон выступал в качестве мирного кандидата. Хотя лозунг «Он не позволил нам участвовать в войне» оказался эффективным, выборы были очень близки, и голосование в Калифорнии за Уилсона определило результат. Демократы также сохранили контроль над Палатой представителей и Сенатом.Перед своей инаугурацией Вильсон потребовал от союзников и центральных держав четко заявить о своих военных целях и изложил свои собственные идеи о «мире без победы» и о международной организации, гарантирующей этот мир.

Эти предложения стали предметом обсуждения, когда Германия объявила о возобновлении неограниченной подводной войны для всех нейтральных или союзных судов с 1 февраля 1917 года. Соединенные Штаты быстро разорвали дипломатические отношения с Германией. В марте Госдепартамент выпустил телеграмму Zimmerman Telegram — сообщение, перехваченное министром иностранных дел Германии послу Германии в Мексике, в котором предлагалось заключить союз с Мексикой в ​​случае войны с США.Мексика отвоевала Техас, Нью-Мексико и Аризону, и ожидалось, что она убедит Японию присоединиться к Центральным державам. Публикация сообщения мало что сделала для улучшения Германии в глазах американцев. В марте в России произошла революция, которая свергнула царя Николая II и привела к власти временное демократическое правительство. События в России были знаменательными. Когда Вильсон попросил Конгресс объявить войну Германии в апреле, в основном на основании ее политики в отношении подводных лодок, он мог сделать это с большим оправданием, чем до революции в России, утверждая, что цель войны заключалась в том, чтобы сделать мир «безопасным». для демократии.”

Соединенные Штаты вступают в войну . Ослабленное состояние союзных войск весной 1917 года ясно показало, что Соединенным Штатам придется предоставить больше войск, чем, возможно, первоначально предполагалось. В мае был принят Закон № об избирательной службе № , согласно которому все мужчины в возрасте от 21 до 30 лет имеют право на призывную службу; возрастной диапазон вскоре был расширен до 18-45 лет. Из почти 5 миллионов человек, служивших в армии во время Первой мировой войны, 2,8 миллиона были призваны в армию.Всего в боях участвовало 1,4 миллиона американцев.

Закон об избирательной службе не дискриминировал афроамериканцев, и многие из них были призваны или вызваны добровольцами. В черном сообществе было широко распространено убеждение, что военная служба поможет разрушить предрассудки и приведет к политическим и экономическим выгодам. Однако афроамериканцы служили в отдельных подразделениях под командованием белых офицеров, и подавляющее большинство из них были переведены на черную работу далеко за линией фронта.

Несмотря на возражения командиров союзников, которые хотели использовать американские войска для заполнения своих позиций, Американский экспедиционный корпус под командованием генерала Джона Дж.Першинг сражался как отдельный компонент на своем участке фронта в восточной Франции. Первые подразделения армии США высадились в июне 1917 года, но американцы не видели значительных действий до наступления Германии весной 1918 года. После первоначальных успехов немцы были отброшены в нескольких крупных сражениях, в которых американские войска сыграли решающую роль. Сражения при Шато-Тьерри и Белло Вуд (июнь 1918 г.) затормозили немецкое наступление на запад, а Вторая битва на Марне (июль — август 1918 г.) фактически положила конец немецкой угрозе Парижу.Первым крупным американским наступлением войны было нападение на немецкие части на St. Mihiel (сентябрь 1918 г.), за которым последовало наступление Meuse-Argonne — (сентябрь — ноябрь 1918 г.). Более миллиона американских солдат сражались в Маас-Аргонне и потеряли примерно 10 процентов, но это сражение было последним противостоянием войны. В условиях стремительного ухудшения военного положения Германия потребовала мира на основе «Четырнадцати пунктов » Вильсона, заявления американских военных целей, которое президент представил Конгрессу в январе 1918 года.Великобритания и Франция неохотно согласились на эти условия с условием, что Германия выплатит репарации за ущерб, причиненный войной. Перемирие о прекращении боевых действий было подписано 11 ноября 1918 года.

К концу войны в вооруженных силах США погибло более 53000 человек в результате боевых действий и более 200000 человек были ранены. Общее число погибших среди военных было значительно выше из-за всемирной пандемии гриппа, поразившей Соединенные Штаты в 1918 году. Но окончание боевых действий на Западном фронте не означало быстрой репатриации американских солдат из Европы.В ноябре 1917 года к власти в России пришли большевики (коммунисты). В обмен на дипломатическую и финансовую поддержку своей администрации они подписали сепаратный мирный договор с Германией (Брест-Литовский договор , ) в марте 1918 года и вывели Россию из войны. Якобы для защиты поставок союзников, но, что более важно, для поддержки белых антикоммунистических сил, сражающихся с Красной армией большевиков, Соединенные Штаты и четырнадцать других стран отправили войска на север России в августе 1918 года, а меньшие американские силы были отправлены на Дальний Восток России. вскоре после.Интервенция союзников в России продолжалась только в апреле 1920 года.

Тыл в годы войны . Чтобы обеспечить поддержку военных действий, Комитет общественной информации (иногда известный как Комитет Криля по имени его главного администратора, журналиста Джорджа Крила) организовал пропагандистскую кампанию, в которой немцев изображали как варварских гуннов, подчеркивая при этом, что американцы борются за демократию и Свобода. Антигерманские настроения достигли смехотворных высот — во многих школьных округах по всей стране прекратили преподавание немецкого языка, квашеная капуста была переименована в «капусту свободы», а немецкая корь стала «корью свободы».«Свобода выражать несогласие также стала жертвой войны. Закон о шпионаже от 1917 года предусматривал тюремное заключение и штрафы для лиц, которые помогали врагу или вызывали неподчинение или нелояльность в вооруженных силах. Не разрешалось пересылать газеты, журналы и другие печатные материалы, пропагандирующие измену. Согласно Закону о подстрекательстве к подстрекательству (1918 г.), уничижительные или оскорбительные комментарии в адрес правительства, флага или униформы Соединенных Штатов считались преступлением.Несколько тысяч человек были арестованы в соответствии с этими законами, конституционность которых была подтверждена Верховным судом в деле Schenk v. United States (1919). Суд установил, что ограничения свободы слова в военное время были законными, если речь представляла «явную и реальную опасность» для общества.

Помимо Совета национальной обороны, для управления экономикой был создан ряд федеральных агентств. Управление по топливу распределяло запасы нефти и угля между промышленным и внутренним потреблением и контролировало цены на эти товары, в то время как Управление железных дорог координировало железнодорожные перевозки.Совет по военной промышленности под руководством финансиста Бернарда Баруха преобразовал американские фабрики для производства военного времени, распорядился распределением сырья и, при необходимости, установил фиксированные цены. Пропагандируя «Сады Победы» и «Вторники без мяса», Управление по продовольствию, возглавляемое будущим президентом Гербертом Гувером, пыталось увеличить сельскохозяйственное производство и ограничить гражданское потребление. После беспрецедентного количества забастовок в 1917 году было создано Национальное военное управление труда для разрешения споров между руководством и рабочими, а также для повышения заработной платы и сокращения рабочего времени.Профсоюзам разрешалось объединяться и вступать в коллективные переговоры для своих членов, если они брали на себя обязательство не проводить забастовку. Фактически, членство в профсоюзах, особенно в Американской федерации труда, значительно выросло во время войны.

Изменился и характер рабочей силы. Острая нехватка рабочей силы, вызванная призывом и сокращением иммиграции, ускорила миграцию афроамериканцев в северные отрасли с юга. Многие молодые и одинокие женщины также устроились на новую работу на оборонных предприятиях, хотя большинство из них потеряли эту работу, когда ветераны вернулись с войны.Чувство патриотизма, которое, по крайней мере частично, было причиной того, что чернокожие и женщины в большом количестве приходили на фабрики, также использовалось для продажи государственных облигаций с низким процентом, известных как облигации свободы, чтобы помочь финансировать войну. Резкое повышение налогов на прибыль, имущество и личные доходы также увеличило доходы.

Россия в Первой мировой войне

Царь на коне, благословляющий русские войска во время Первой мировой войны

Судьба России и ее царского правительства была связана с трагедией Первой мировой войны.Более двух лет тотальной войны оказали огромное давление на слаборазвитую инфраструктуру России и непосредственно способствовали краху царского режима.

Участие России

Как и другие великие европейские державы, Россия была вовлечена в Первую мировую войну из-за ряда неверных суждений и безрассудств. Среди них было имперское соперничество, ядовитый национализм, самоуверенность в вооруженных силах, слишком большое доверие к союзу и недостаточное доверие к дипломатии.

Россия могла вступить в войну по схожим причинам, но не на равных.Экономика России все еще развивалась и зависела от иностранных инвестиций; ее промышленный сектор был неспособен конкурировать с локомотивом немецкой экономики.

Три года тотальной войны истощат российскую экономику и оставят ее народ голодным, замерзшим и несчастным. На этой почве прорастет и вырастет Февральская революция.

Рост напряженности в 1914 году

В начале 1914 года царь Николай II был достаточно занят решением насущных бытовых проблем. Антиправительственные настроения и волнения нарастали с 1912 года, когда царские войска расстреляли сотни забастовавших шахтеров на реке Лена.

К середине 1914 года количество и интенсивность промышленных забастовок приближались к уровню 1905 года. В июне, устав от низкой заработной платы и опасных условий труда, рабочие на удаленном бакинском нефтяном месторождении ушли. Когда новости об этом достигли Санкт-Петербурга, это вызвало там волнения рабочих; Только в июне в столице было 118 забастовок.

В начале июля 1914 года около 12 000 рабочих Путиловского металлургического завода — того же завода, который участвовал в протестах «Кровавого воскресенья» — прошли маршем по столице, где их обстреляли царские солдаты.Двое погибли, несколько десятков получили ранения. В ответ правительство отрицало, что инцидент произошел.

Кульминацией этого стала большая всеобщая забастовка в июле 1914 года, в результате которой было парализовано более четырех пятых промышленных, производственных и торговых предприятий Санкт-Петербурга. Одна правая газета назвала ситуацию революционной, заявив: «Мы живем на вулкане».

«Ники» и «Вилли»

Хотя напряженность между Россией и Германией была давней, Николай II считал, что семейные узы исключают любую возможность войны между двумя империями.Николай и немецкий кайзер Вильгельм II были двоюродными братьями, а Вильгельм и жена Николая Александра были внуками королевы Англии Виктории.

Отношения между царем и кайзером сначала были натянутыми, но со временем они стали друзьями, обращаясь друг к другу в сообщениях «Ники» и «Вилли». Николай считал маловероятным, что кайзер объявит войну королевству своего родственника. На что царь не рассчитывал, так это на двуличие самого Вильгельма и на то, что он не понимал сил войны, которые накапливались в Европе более десяти лет.

Система альянсов Бисмарка требовала, чтобы страны поддержали своих союзников, если кто-то подвергнется нападению. Это поставило Россию в опасное положение между Сербией — ее балканским союзником с тесными этническими и религиозными связями — и враждебными империями Австро-Венгрии и Германии.

Когда эрцгерцог Австрии Франц Фердинанд был застрелен в Сараево в июне 1914 года, это вызвало волну угроз, ультиматумов и мобилизации войск. К августу Сербия была захвачена Австро-Венгрией, и Россия объявила войну в ответ, побудив немецкого кайзера объявить войну своему русскому кузену.

Возрождение патриотизма

Открытка с изображением толпы, приветствующей царя у Зимнего дворца, август 1914 года.

Начало Первой мировой войны в начале августа 1914 года возродило состояние Николая, по крайней мере временно. В течение нескольких недель недовольство рабочих приглушала волна патриотизма. Царь, над которым неделями ранее насмехались и презирали, стал объектом националистической привязанности. Как сказал один обозреватель, ненавидеть немцев было легко, но ненавидеть царя стало актом национального предательства.

Через несколько дней после объявления войны Россией Николай II и Александра — по иронии судьбы немецкого происхождения — появились на балконе Зимнего дворца и были встречены тысячами людей на коленях. Когда в столице раздавали приказы о призыве, более 95 процентов призывников добровольно явились на службу.

Царь тоже был изменен событиями августа 1914 года. В предыдущие месяцы он мало интересовался государственными делами, но начало войны и возрождение общественной симпатии воодушевили Николая, который с головой погрузился в свои обязанности.

Недоукомплектованная армия России

Обновленные состояния царя длились недолго. Военные действия России начались плохо и вскоре выявили серьезные проблемы в армии. Империя мобилизовала миллионы солдат быстро, даже быстрее, чем ожидали их немецкие враги, но многие из них не были должным образом подготовлены или снабжены. Тысячи русских пехотинцев ушли на фронт без критического снаряжения, включая оружие, боеприпасы, обувь и постельные принадлежности.

Некоторые исторические источники предполагают, что около трети российских солдат не имели винтовки; их постоянный приказ заключался в том, чтобы забрать один у мертвого коллеги, когда представится возможность.В конце 1914 года главный штаб России сообщил, что каждый месяц требовалось 100 000 новых винтовок, но российские заводы были способны производить менее половины этого количества (42 000 в месяц).

Солдаты были лучше вооружены молитвами и покаянием, русские православные епископы и священники усердно трудились, чтобы благословить собирающихся в бой, но от этого было меньше практической пользы.

Плохое руководство

Эта нехватка оборудования усугублялась плохим руководством и отсутствием осведомленности и стратегии боя.Это относилось к царю и его генеральному штабу вплоть до их ротных офицеров.

В начале войны у российских военных, похоже, не было большого видения или всеобъемлющей стратегии для победы над Германией и Австро-Венгрией. Это заметил командующий 8-й армией генерал Алексей Брусилов:

«С самого начала боевых действий мне никогда не удавалось узнать что-либо о нашем общем плане кампании. [За много лет до этого] я был ознакомлен с генеральным планом на случай войны с Германией и Австро-Венгрией.Это было строго оборонительное действие и, на мой взгляд, непродуманное с многих точек зрения, но оно не было приведено в исполнение, потому что обстоятельства вынудили нас начать наступательную кампанию, к которой у нас не было подготовки. Что это был за новый план? Для меня это был мертвый секрет. Вполне возможно, что никакого нового плана вообще не было, и что мы следовали политике, определяемой нашими потребностями в каждый конкретный момент ».

Катастрофа в Танненберге

Русские военнопленные после битвы при Танненберге, 1914 год.

Армия начала вторжение в немецкую Восточную Пруссию в первый месяц войны. Он был быстро разбит в битве при Танненберге (август 1914 г.).

Кампания Танненберга была пронизана тактическими ошибками. Русские офицеры рассылали по радио незашифрованные планы сражений, полагая, что немцы их не услышат, в то время как русские генералы, возглавляющие наступление (Самсонов и фон Реннекампф), презирали друг друга и отказывались общаться. Российская армия понесла 30 000 потерь в Танненберге, а еще 100 000 солдат были взяты в плен.

Через неделю русские понесли еще большие потери (170 000 человек) в битве на Мазурских озерах, вынудив их отступить с немецкой территории. Наступления русских против более слабых австро-венгров были более успешными, что позволило им продвинуться через Карпаты в Галицию, однако прибытие немецких подкреплений в мае 1915 года снова вынудило русских отступить.

К осени 1915 года примерно 800 000 русских солдат погибли, однако русская армия не смогла завоевать какой-либо значительной территории.Общественный дух и поддержка войны пошли на убыль. Русские стали более восприимчивыми к антивоенной риторике и пропаганде, большая часть которых распространялась растущим большевистским движением.

Царь принимает командование

В сентябре 1915 года русские были вынуждены отдать приказ о массированном отступлении из Галиции и Польши. Возмущенный царь допустил серьезную ошибку, сняв с должности главнокомандующего Николая Николаевича и приняв командование армией.

Царские генералы и несколько его гражданских советников выступили против этого шага.Они напомнили Николаю, что его военный опыт ограничивался кавалерийской подготовкой. Он не принимал практического участия в стратегической войне и не командовал вооруженными силами в бою. Николай, воодушевленный поддержкой жены, проигнорировал этот совет и отправился на фронт.

Решение царя взять на себя командование армией мало повлияло на стратегию: он редко вмешивался или отменял решения своих боевых генералов. Он связывает царя с его генералами, лично связывает его с каждой военной неудачей.Он также покинул Россию во время внутреннего кризиса, бразды правления остались за министрами Николая, а хлыст остался в руках его жены.

Экономические последствия войны

Два года войны также оказали значительное влияние на внутреннюю экономику России. Призыв миллионов мужчин вызвал нехватку рабочей силы в крестьянских землевладениях и, как следствие, сокращение производства продуктов питания. Большое количество крестьян было также переведено в промышленный сектор, что привело к небольшому росту производства, но не настолько, чтобы удовлетворить военные нужды России.

Первая мировая война поставила и без того неадекватную транспортную систему России в еще большую нагрузку, поскольку двигатели, экипажи и персонал были переброшены для перевозки солдат и оборудования на театры военных действий и обратно. Такое интенсивное использование плохо обслуживаемой железнодорожной инфраструктуры в России привело к ее разрушению и выходу из строя. К середине 1916 года примерно 30 процентов железнодорожного парка России было непригодным для использования.

Распад транспортной и грузовой сети России в сочетании со спадом сельскохозяйственного производства существенно повлиял на поставки продовольствия по стране.Особенно остро это ощущалось в городах, которые полагались на эти поступающие грузы. Петрограду, например, ежемесячно требовалось более 12 000 железнодорожных вагонов с продуктами питания. В январе 1917 года он получил всего 6556 вагонов.

Не имея резервов для финансирования военных действий, правительство прибегло к печати излишков бумажной валюты, что, в свою очередь, привело к инфляции. К концу 1916 года печатание валюты и рост цен на продукты питания довели инфляцию почти до 400 процентов.

Взгляд историка:
«Когда обычные люди в других странах, кроме России, протестовали [во время Первой мировой войны], у них обычно не хватало зрения, что можно было объяснить войной.Лишь изредка они подвергали сомнению все общественное и политическое здание, и эти голоса были поспешно подавлены или заглушены реформистскими мерами. В 1917 году русские рабочие и крестьяне возражали против войны, но в их сознании она стала средством оспаривания привилегий, собственности и государственной законности … В России единственным делом было возвращение к проблемам, оставшимся незавершенными в 1905 году, но на гораздо более амбициозный и устрашающий масштаб ».
Питер Гатрелл

1.Россия вступила в Первую мировую войну в августе 1914 года, вовлеченная в конфликт системой альянсов и обещаниями поддержки Сербии, своему балканскому союзнику.

2. Военный патриотизм помог подавить антиправительственные настроения, которые неуклонно росли за несколько месяцев до этого, достигнув пика во всеобщей забастовке в июле 1914 года.

3. Первые военные вылазки России были катастрофическими. Его солдаты были плохо экипированы, у многих не было винтовок, а его генералы и офицеры были плохо подготовлены.

4.В сентябре 1915 года царь принял командование армией, несмотря на отсутствие боевого опыта. Этот ход связывал его с будущими поражениями и потерями.

5. К середине 1916 года двухлетняя война подорвала российскую экономику. Это вызвало спад в аграрном производстве, вызвало проблемы в транспортной сети, спровоцировало валютную инфляцию и создало острую нехватку продовольствия и топлива в городах.

Цитата
Название: «Россия в Первой мировой войне»
Авторы: Дженнифер Ллевеллин, Майкл МакКоннелл, Стив Томпсон
Издатель: Alpha History
URL: https: // alphahistory.com / russianrevolution / world-war-i /
Дата публикации: 11 июня 2019 г.
Дата обращения: 13 августа 2021 г.
Авторские права: Запрещается переиздание содержимого этой страницы без нашего явного разрешения. Для получения дополнительной информации об использовании, пожалуйста, обратитесь к нашим Условиям использования.

Почему Россия объединилась с Францией и Великобританией в Первой мировой войне?

Ключевой момент : Для России Тройственная Антанта предоставила возможность противостоять Тройственному союзу и защитить ее интересы на Балканах.

К тому времени, когда 31 августа 1907 года Имперская Россия и Великобритания заключили англо-русскую конвенцию, фактически установив союз, известный как Тройственное Соглашение, Российская империя переживала десятилетия потрясений. С царем Николаем II на троне правила семья Романовых; однако его прочный контроль над властью в огромной стране начал ослабевать.

Еще в середине XIX века Россия была участником союза с объединенным немецким национальным государством и Австро-Венгрией, который назывался Лигой трех императоров.К 1890 году из-за растущих связей России с Францией и расхождения политических интересов на Балканах, в Турции и других странах Ближнего Востока эта коалиция распалась.

Создание франко-российского альянса

Четыре года спустя Россия и Франция заключили франко-российский союз, чтобы предоставить обеим странам дополнительную меру безопасности от растущего влияния Германии и ее союзников Австро-Венгрии и Италии, подписавших протоколы, которые ранее установили Тройственный союз. в Центральной Европе.В то время как Франция воевала с Россией в Крымской войне 1853-56 годов, страна позже понесла серьезные потери как территории, так и престижа во франко-прусской войне 1870-71 годов. Французские и российские дипломаты инициировали дискуссии, поскольку оба искали заверений против возможной германской экспансии. При этом были устранены опасения России по поводу влияния Германии на Востоке, и империя стала играть более активную роль в европейской политике и дипломатии.

Россия также нашла общий язык с другим давним противником, Великобританией.Хотя эти два народа воевали с наполеоновской Францией, они сражались друг с другом в Крымской войне. Однако германская угроза сблизила народы за стол переговоров. Великобритания стремилась защитить свою обширную империю, особенно в свете утверждений Германии о том, что она намерена построить великий флот, который будет соперничать с превосходством британского королевского флота в глобальном масштабе.

Повсеместная атмосфера беспорядков сохранялась на рубеже веков

Тем временем Российская империя боролась с внутренними беспорядками и последствиями своего унизительного поражения от Японии в русско-японской войне 1904-05 годов.Хотя Россия обладала крупнейшим в Европе ресурсом рабочей силы наряду с огромными природными ресурсами, она во многих отношениях была самой отсталой из европейских держав. Гнетущая экономическая система вызвала недовольство среди бедняков и крестьян, в то время как очевидно мощные российские вооруженные силы были грубо обработаны японцами в первом в мире военном поражении традиционной европейской державы азиатской нацией.

В 1905 году военное поражение, растущее классовое сознание и недовольство, а также трудности, присущие сохранению стабильности внутри многокультурной империи, вылились в гражданские беспорядки, военные мятежи и трудовые конфликты.Революция 1905 года привела к учреждению Думы или законодательного собрания в Санкт-Петербурге, введению политических партий и Конституции 1906 года, в которой царь отказался от прямого контроля над российским правительством и согласился разделить аспекты. власти с Думой.

Тем не менее, царила атмосфера беспокойства. Для России Тройственная Антанта предоставила возможность укрепить дипломатические и экономические связи с Францией и Великобританией, одновременно противодействуя Тройственному союзу и защищая свои интересы на Балканах, где традиционный соперник Австро-Венгрия стремился к укреплению связей.Одновременно с образованием Тройственной Антанты Россия гарантировала суверенитет крошечной балканской нации Сербии. Этот союз, нацеленный непосредственно на Австро-Венгрию, стал путеводной нитью в начале Первой мировой войны.

Эта статья впервые появилась в сети Warfare History Network.

Изображение: Wikimedia Commons

Альянс Оси во Второй мировой войне

Основные союзы во время Второй мировой войны

Во время Второй мировой войны было два основных союза: страны оси и союзники.

Тремя основными партнерами в альянсе Оси были Германия, Италия и Япония . Эти три страны признали немецкое господство над большей частью континентальной Европы; Итальянское господство над Средиземным морем; и японское господство над Восточной Азией и Тихим океаном.

Союзные державы возглавляли Великобритания, США и Советский Союз.

Формирование Альянса Оси

Хотя партнеры Оси никогда не создавали институтов для координации внешней или военной политики, как это сделали союзники, у партнеров Оси было два общих интереса:

  • Территориальное расширение и основание империй, основанных на военном завоевании и ниспровержении международного порядка после Первой мировой войны; и
  • Разрушение или нейтрализация советского коммунизма.

1 ноября 1936 года Германия и Италия, отражая их общую заинтересованность в дестабилизации европейского порядка, объявили о создании оси Рим-Берлин через неделю после подписания договора о дружбе. Почти месяц спустя, 25 ноября 1936 года, нацистская Германия и Императорская Япония подписали так называемый Антикоминтерновский пакт, направленный против Советского Союза. Италия присоединилась к Антикоминтерновскому пакту 6 ноября 1937 года. 22 мая 1939 года Германия и Италия подписали так называемый Стальной пакт, официально закрепивший военными положениями альянс стран Оси.Наконец, 27 сентября 1940 года Германия, Италия и Япония подписали Тройственный пакт, который стал известен как альянс стран Оси.

Предыдущие конфликты

Еще до Тройственного пакта две из трех держав Оси инициировали конфликты, которые стали театрами военных действий во Второй мировой войне. 7 июля 1937 года Япония вторглась в Китай, чтобы развязать войну на Тихом океане. Немецкое вторжение в Польшу 1 сентября 1939 года развязало европейскую войну. Италия вступила во Вторую мировую войну на стороне Оси 10 июня 1940 года, когда стало очевидным поражение Франции.

Германия заставляет другие государства присоединиться к оси

В июле 1940 года, всего через несколько недель после поражения Франции, Гитлер решил, что следующей весной нацистская Германия нападет на Советский Союз. Чтобы обеспечить сырье, транзитные права для немецких войск и предоставление войск для вторжения со стороны симпатизирующих им держав, Германия начала уговаривать и оказывать давление на государства Юго-Восточной Европы, чтобы те присоединились к Оси. Нацистская Германия предложила экономическую помощь Словакии и военную защиту и советскую территорию Румынии, одновременно предупредив Венгрию, что недавняя поддержка Германией венгерских аннексий чехословацких и румынских территорий может измениться в пользу Словакии и Румынии.

Неудачная попытка Италии завоевать Грецию поздней осенью и зимой 1940-1941 годов усилила опасения Германии по поводу обеспечения своего юго-восточного фланга на Балканах. Вступление Греции в войну и победы в северной Греции и Албании позволили британцам открыть балканский фронт против Оси в Греции, который мог угрожать нефтяным месторождениям Румынии, которые были жизненно важны для планов вторжения нацистской Германии. Чтобы покорить Грецию и отвести британцев от материковой части Европы, нацистской Германии потребовались переброски войск через Югославию и Болгарию.

Венгрия
После открытия итало-греческого фронта 28 октября 1940 года немецкое давление на Венгрию и Балканские государства усилилось. Надеясь на преференциальный экономический режим, помня о недавней поддержке Германией аннексии северной Трансильвании и стремясь в будущем получить поддержку Оси в приобретении оставшейся части Трансильвании, Венгрия присоединилась к Оси 20 ноября 1940 года.

Румыния
Румыния уже запросила и получила германскую военную миссию в октябре 1940 года, а 23 ноября 1940 года присоединилась к ней.Румыны надеялись, что лояльная поддержка немецкого вторжения в Советский Союз и верные поставки нефти устранят советскую угрозу, вернут провинции, аннексированные Советским Союзом в июне 1940 года, и заручатся поддержкой Германии для возвращения северной Трансильвании.

Словакия
Как политически, так и экономически зависимая от Германии из-за ее существования в качестве «независимого» государства, Словакия последовала их примеру 24 ноября.

Болгария
Болгария, лидеры которой не хотели участвовать в войне с Советским Союзом, и Югославия, которая номинально была союзником Греции, остановились, сопротивляясь давлению Германии.После того, как немцы предложили греческую территорию во Фракии и освободили ее от участия во вторжении в Советский Союз, Болгария присоединилась к Оси 1 марта 1941 года.

Югославия
Когда немцы согласились согласиться на югославский нейтралитет в войне против Греции, не требуя права транзита для войск Оси, Югославия неохотно присоединилась к Оси 25 марта 1941 года. Два дня спустя сербские военные офицеры свергли правительство, которое подписал Тройственный пакт.

Независимое Государство Хорватия
После последующего вторжения и расчленения Югославии Германией, Италией, Венгрией и Болгарией в апреле, недавно созданное так называемое Независимое Государство Хорватия присоединилось к Оси 15 июня 1941 года.

Финляндия
26 июня 1941 года, через четыре дня после вторжения Оси в Советский Союз, Финляндия, стремясь вернуть себе территорию, потерянную во время Зимней войны 1939-1940 годов, вступила в войну против СССР как «союзник.«Финляндия никогда не подписывала Тройственный пакт.

После внезапного нападения Японии на флот Соединенных Штатов, стоящего на якоре в Перл-Харборе на Гавайях 7 декабря 1941 года, и объявления войны США Германией и европейскими державами оси в течение недели, войны в Атлантике и Тихом океане превратились в настоящую войну. мировая война.

Победа союзников

Союзные державы, возглавляемые Великобританией, Соединенными Штатами и Советским Союзом, нанесли поражение странам Оси во Второй мировой войне.

Италия
Италия была первым партнером Оси, сдавшимся: она сдалась союзникам 8 сентября 1943 года, через шесть недель после того, как лидеры итальянской фашистской партии свергли фашистского лидера и итальянского диктатора Бенито Муссолини.

Румыния
23 августа 1944 года, после свержения диктатора маршала Иона Антонеску, Румыния перешла на другую сторону: румынские войска сражались бок о бок с советскими войсками до конца войны.

Болгария
После того, как Советы отклонили предложение о перемирии, Болгария капитулировала 8 сентября 1944 года, когда Фронт Отечества под руководством коммунистов захватил власть у правительства Оси в результате переворота, а затем объявил войну нацистской Германии.

Финляндия
19 сентября 1944 года Финляндия подписала перемирие с Советским Союзом.

Венгрия
Немецкая оккупация Венгрии в марте 1944 г. преуспела в своей основной цели: помешать венгерским лидерам покинуть страны Оси, как это сделают позже румыны. Венгрия никогда не сдалась; война закончилась для Венгрии только тогда, когда советские войска в начале апреля 1945 года перебросили последние про-осевские венгерские войска и полицейские подразделения, а также членов правительства Стрелкового креста через западную границу Венгрии в Австрию.

Словакия
Словакия, которую немецкие войска оккупировали летом 1944 года для подавления словацкого восстания, оставалась в составе Оси как марионеточное государство до тех пор, пока Советы не захватили столицу Братиславу в начале апреля 1945 года.

Хорватия
Фанатичные остатки хорватской усташи оставались в Хорватии до тех пор, пока партизаны Тито не захватили или не вытеснили их через границу в оккупированную Германией Словению и саму Австрию в последние дни апреля 1945 года.

Япония
7 мая 1945 года, через семь дней после самоубийства Гитлера, нацистская Германия безоговорочно капитулировала перед союзниками. Япония сражалась в одиночку, формально капитулировав 2 сентября 1945 года.

Авторы): Мемориальный музей Холокоста США, Вашингтон, округ Колумбия

.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.