Солженицын как обустроить россию: Книга: «Как нам обустроить Россию?» — Александр Солженицын. Купить книгу, читать рецензии | ISBN 978-5-389-09817-6

Содержание

Как нам обустроить Россию? / Идеи и люди / Независимая газета

Семьдесят лет влачась за марксо-ленинской утопией, мы положили на плахи – треть своего населения. Фото © РИА Новости

В сентябре 1990 года одновременно в «Литературной газете» и «Комсомольской правде» была опубликована большая статья АЛЕКСАНДРА СОЛЖЕНИЦЫНА «Как нам обустроить Россию?». Вскоре она вышла отдельным изданием невероятным для сегодняшнего дня тиражом – 27 миллионов экземпляров. Работа имела широчайший резонанс, вызвала ожесточенные споры, стала важной вехой в обсуждении будущего раздираемой противоречиями страны.

Отмечая 100-летие со дня рождения писателя и мыслителя, мы хотим напомнить читателю ключевые моменты этапного для России произведения.

Мы – на последнем докате

Кто из нас теперь не знает наших бед, хотя и покрытых лживой статистикой? Семьдесят лет влачась за слепородной и злокачественной марксо-ленинской утопией, мы положили на плахи или спустили под откос бездарно проведенной, даже самоистребительной, «Отечественной» войны – треть своего населения.

Мы лишились своего былого изобилия, уничтожили класс крестьянства и его селения, мы отшибли самый смысл выращивать хлеб, а землю отучили давать урожаи, да еще заливали ее морями-болотами. Отходами первобытной промышленности мы испакостили окружности городов, отравили реки, озера, рыбу, сегодня уже доконечно губим последнюю воду, воздух и землю, еще и с добавкой атомной смерти, еще и прикупая на хранение радиоактивные отходы с Запада.

Но так устроен человек, что всю эту бессмыслицу и губление нам посильно сносить хоть и всю нашу жизнь насквозь – а только бы кто не посягнул обидеть, затронуть нашу нацию! Тут – уже нас ничто не удержит в извечном смирении, тут мы с гневной смелостью хватаем камни, палки, пики, ружья и кидаемся на соседей поджигать их дома и убивать. 

А что есть Россия?

А что же именно есть Россия? Сегодня. И – завтра (еще важней). Кто сегодня относит себя к будущей России? И где видят границы России сами русские?

Увы, многие мы знаем, что в коммунальной квартире порой и жить не хочется. Вот так сейчас у нас накалено и с нациями.

И так я вижу: надо безотложно, громко, четко объявить: три прибалтийских республики, три закавказских республики, четыре среднеазиатских, да и Молдавия, если ее к Румынии больше тянет, эти одиннадцать – да! – непременно и бесповоротно будут отделены.

И сегодня во всем раздутом Казахстане казахов – заметно меньше половины. Их сплотка, их устойчивая отечественная часть – это большая южная дуга областей, охватывающая с крайнего востока на запад почти до Каспия, действительно населенная преимущественно казахами. И коли в этом охвате они захотят отделиться – то и с Богом.

И вот за вычетом этих двенадцати – только и останется то, что можно назвать Русь, как называли издавна (слово «русский» веками обнимало малороссов, великороссов и белорусов), или – Россия (название с XVIII века), или, по верному смыслу теперь: Российский Союз.

Слово к великороссам

Надо теперь жестко выбрать: между Империей, губящей прежде всего нас самих, – и духовным и телесным спасением нашего же народа. Все знают: растет наша смертность, и превышает рождения, – мы так исчезнем с Земли! Держать великую Империю – значит вымертвлять свой собственный народ. Зачем этот разнопестрый сплав? Чтобы русским потерять свое неповторимое лицо? Не к широте Державы мы должны стремиться, а к ясности нашего духа в остатке ее. Отделением двенадцати республик, этой кажущейся жертвой – Россия, напротив, освободит сама себя для драгоценного внутреннего развития, наконец обратит внимание и прилежание на саму себя. Да в нынешнем смешении – какая надежда и на сохранение, развитие русской культуры? Все меньшая, все идет – в перемес и в перемол.

Слово к украинцам и белорусам

Да народ наш и разделялся на три ветви лишь по грозной беде монгольского нашествия да польской колонизации. Это все – придуманная невдавне фальшь, что чуть не с IX века существовал особый украинский народ с особым не-русским языком. Мы все вместе истекли из драгоценного Киева, «откуду русская земля стала есть», по летописи Нестора, откуда и засветило нам христианство. Одни и те же князья правили нами: Ярослав Мудрый разделял между сыновьями Киев, Новгород и все протяжение от Чернигова до Рязани, Мурома и Белоозера; Владимир Мономах был одновременно и киевский князь, и ростово-суздальский; и такое же единство в служении митрополитов. Народ Киевской Руси и создал Московское государство. В Литве и Польше белорусы и малороссы сознавали себя русскими и боролись против ополяченья и окатоличенья. Возврат этих земель в Россию был всеми тогда осознаваем как воссоединение.

Сегодня отделять Украину – значит резать через миллионы семей и людей: какая перемесь населения; целые области с русским перевесом; сколько людей, затрудняющихся выбрать себе национальность из двух; сколькие – смешанного происхождения; сколько смешанных браков – да их никто «смешанными» до сих пор не считал. В толще основного населения нет в тени нетерпимости между украинцами и русскими.

Все сказанное полностью относится и к Белоруссии, кроме того, что там не распаляли безоглядного сепаратизма.

Слово к малым народам и народностям

Для некоторых, даже и крупных, наций, как татары, башкиры, удмурты, коми, чуваши, мордва, марийцы, якуты, – почти что и выбора нет: непрактично существовать государству, вкруговую охваченному другим. У иных национальных областей – будет внешняя граница, и если они захотят отделяться – запрета не может быть и здесь. (Да еще и не во всех автономных республиках коренная народность составляет большинство.) Но при сохранении всей их национальной самобытности в культуре, религии, экономике – есть им смысл и остаться в Союзе.

Процесс разделения

Итак, объявить о несомненном праве на полное отделение тех двенадцати республик – надо безотлагательно и твердо. А если какие-то из них заколеблются, отделяться ли им? С той же несомненностью вынуждены объявить о нашем отделении от них – мы, оставшиеся. Это – уже слишком назрело, это необратимо, будет взрываться то там, то сям; все уже видят, что вместе нам не жить. Так не тянуть взаимное обременение.

Но самого реального отделения нельзя произвести никакой одноминутной декларацией. Всякое одностороннее резкое действие – это повреждение множества человеческих судеб и взаимный развал хозяйства. Не забудем и как безответственно-небрежна была советская прометка границ. В каких-то местах может понадобиться уточненная, по истинному расселению, в каких-то – и местные плебисциты под беспристрастным контролем.

Конечно, вся эта разборка может занять несколько лет.

Неотложные меры Российского Союза

За три четверти века так выбедняли мы, засквернели, так устали, так отчаялись, что у многих опускаются руки, и уже кажется: только вмешательство Неба может нас спасти.

Нет, не откроется народного пути даже к самому неотложному, и ничего дельного мы не достигнем, пока коммунистическая ленинская партия не просто уступит пункт Конституции – но полностью устранится от всякого влияния на экономическую и государственную жизнь, полностью уйдет от управления нами, даже какой-то отраслью нашей жизни или местностью.

А еще высится над нами гранитная громада КГБ и тоже не пускает нас в будущее. Прозрачны их уловки, что именно сейчас они особенно нужны – для международной разведки. Все видят, что как раз наоборот. Вся цель их – существовать для себя и подавлять всякое движение в народе. Этому ЧКГБ с его кровавой 70-летней злодейской историей – нет уже ни оправдания, ни права на существование.

Земля

Для чего-то же дано земле – чудесное, благословенное свойство плодоносить. И – потеряны те скопления людей, кто не способен взять от нее это свойство.

Однако при нынешней нашей отвычке от земли (и оправданном недоверии к властям, уже столько раз обманывавшим) – арендой, может быть, уже людей и не привлечь. К тому ж земельная аренда и не выдерживает экономической конкуренции с частной собственностью на землю, при которой и гарантировано длительное улучшение земли, а не истощение, и только при ней мы можем рассчитывать, что наше сельское хозяйство не будет уступать западному. И предвидя и требуя самодеятельности во всех областях жизни – как же не допустить ее с землей? Отказать деревне в частной собственности – значит закрыть ее уже навсегда.

Хозяйство

Столыпин говорил: нельзя создать правового государства, не имея прежде независимого гражданина: социальный порядок первичней и раньше всяких политических программ.

А – независимого гражданина не может быть без частной собственности.

Обладание умеренной собственностью, не подавляющей других, входит в понятие личности, дает ей устояние. А добросовестно выполненный и справедливо оплаченный наемный труд – есть форма взаимопомощи людей и ведет к доброжелательности между ними.

Провинция

Станет или не станет когда-нибудь наша страна цветущей – решительно зависит не от Москвы, Петрограда, Киева, Минска, а от провинции. Ключ к жизнеспособности страны и к живости ее культуры – в том, чтоб освободить провинцию от давления столиц, и сами столицы, эти болезненные гиганты, освободились бы от искусственного переотягощения своим объемом и необозримостью своих функций, что лишает и их нормальной жизни. Да они не сохранили и нравственных оснований подменять собой возрожденье страны, после того как провинция на 60 лет была отдана голоду, унижениям и ничтожности.

Семья и школа

Нормальная семья у нас почти перестает существовать. А болезнь семьи – это становая болезнь и для государства. Сегодня семья – основное звено спасения нашего будущего. Женщина должна иметь возможность вернуться в семью для воспитания детей, таков должен быть мужской заработок. (Хотя при ожидаемой безработице первого времени это не удастся так прямо: иная семья и рада будет, что хоть женщина сохранила пока работу.)

И такая ж неотсрочная наша забота – школа. Сколько мы выдуривались над ней за 70 лет! Но редко в какие годы она выпускала у нас знающих, и то лишь по доле предметов, да и таких-то – только в отобранных школах крупных городов, а Ломоносову провинциальному, а тем более деревенскому – сегодня никак бы не появиться, не пробиться, такому – нет путей (да прежде всего – «прописка»). 

Всё ли дело в государственном строе

Приходится признать: весь XX век жестоко проигран нашей страной; достижения, о которых трубили, все – мнимые. Из цветущего состояния мы отброшены в полудикарство. Мы сидим на разорище.

Но сегодня воспрять – это не просто найти удобнейшую форму государственного строя и скороспешно сочинить к нему замечательную Конституцию, параграф 1-й, параграф 45-й. Надо оказаться предусмотрительней наших незадачливых дедов-отцов Семнадцатого года, не повторить хаос исторического Февраля, не оказаться снова игрушкой заманных лозунгов и захлебчивых ораторов, не отдаться еще раз добровольно на посрамление.

А сами-то мы – каковы?

Источник силы или бессилия общества – духовный уровень жизни, а уже потом – уровень промышленности. Одна рыночная экономика и даже всеобщее изобилие не могут быть венцом человечества. Чистота общественных отношений – основней, чем уровень изобилия. Если в нации иссякли духовные силы – никакое наилучшее государственное устройство и никакое промышленное развитие не спасет ее от смерти – с гнилым дуплом дерево не стоит. Среди всех возможных свобод – на первое место все равно выйдет свобода бессовестности: ее-то не запретишь, не предусмотришь никакими законами. Чистая атмосфера общества, увы, не может быть создана юридическими законами.

Самоограничение

«Права человека» – это очень хорошо, но как бы нам самим следить, чтобы наши права не поширялись за счет прав других? Общество необузданных прав не может устоять в испытаниях. Если мы не хотим над собой насильственной власти – каждый должен обуздывать и сам себя. 

В 1754 году, при Елизавете, Петр Иванович Шувалов предложил такой удивительный – Проект сбережения народа.

А ведь вот где государственная мудрость.

Подальше вперед

До революции народ наш в массе не имел политических представлений – а то, что за тем пропагандно вбивали в нас 70 лет, вело лишь к одурению. Сейчас, когда мы двинулись к развитию у нас политической жизни, уже обсуждаются и формы будущей власти, – полезно, чтоб избежать возможных ошибок, уточнить содержание некоторых терминов.

О государственной форме

О будущем сегодня можно высказываться лишь предположительно, оставляя простор для нашего предстоящего опыта и новых размышлений. Окончательная государственная форма (если она вообще может быть окончательной) – дело последовательных приближений и проб.

Что есть демократия и что не есть

У нас сегодня слово «демократия» – самое модное. Как его ни склоняют, как им ни звенят, гремят (и спекулируют).

Но неощутимо, чтобы мы хорошо задумались над точным смыслом его.

После горького опыта Семнадцатого года, когда мы с размаху хлюпнулись в то, что считали демократией, – наш видный кадетский лидер В.А. Маклаков признал и всем нам напомнил: «Для демократии нужна известная политическая дисциплина народа».

А у нас ее и в Семнадцатом не было – и нынче как бы того не меньше.

Всеобщее-равное-прямое-тайное

Когда в 1937-м Сталин вводил наши мартышечьи «выборы», вынужден был и он придать им вид всеобщего-равного-прямого-тайного голосования («четыреххвостки») – порядок, который в сегодняшнем мире кажется несомненным, как всеобщий закон природы. 

Достоевский считал всеобщее-равное голосование «самым нелепым изобретением XIX века». Во всяком случае, оно – не закон Ньютона, и в свойствах его разрешительно и усумниться. «Всеобщее и равное» – при крайнем неравенстве личностей, их способностей, их вклада в общественную жизнь, разном возрасте, разном жизненном опыте, разной степени укорененности в этой местности и в этой стране? То есть – торжество бессодержательного количества над содержательным качеством. 

Способы голосования

Цель всеобщего голосования – выявить Волю Народа – ту истинную Волю, которая будет все направлять лучшим образом для народа. Существует ли такая единая Воля и какова она? Никто не знает. Но замечательно, что при разной системе подсчета голосов мы узнаем эту волю по-разному и даже противоположно.

Но и всякое голосование, при любом способе подсчета, не есть поиск истины. Здесь все сводится к численности, к упрощенной арифметической идее, к поглощению меньшинства большинством, а это опасный инструмент: меньшинство никак не менее важно для общества, чем большинство, а большинство может впасть и в обман. «Не следуй за большинством на зло и не решай тяжбы, отступая по большинству от правды» (Исход, 23, 2).

Народное представительство

Наши четыре последовательных Государственных Думы мало выражали собой глубины и пространства России, только узкие слои нескольких городов, большинство населения на самом деле не вникло в смысл тех выборов и тех партий. И наш блистательный думец В. Маклаков признал, что «воля народа» и при демократии фикция: за нее всего лишь принимается решение большинства парламента.

И чем может обернуться

Конечно, демократическая система дает возможность острого наблюдения за действиями чиновников. Хотя, как ни удивительно, и современные демократии обросли грузной бюрократией.

В самом деле, гибкая, хорошо приработанная демократия умеет лишить силы протесты простых людей, не дать им звучного выхода. Несправедливости творятся и при демократии, и мошенники умеют ускользать от ответственности. 

Мы входим в демократию не в самую ее здоровую пору.

Партии

Ныне пришло к тому, что мы так же не мыслим себе политическую жизнь без партии, как личную без семьи.

Никакое коренное решение государственных судеб не лежит на партийных путях и не может быть отдано партиям. При буйстве партий – кончена будет наша провинция и вконец заморочена наша деревня. Не дать возможности «профессиональным политикам» подменять собою голоса страны. Для всех профессиональных знаний есть аппарат государственных служащих.

Демократия малых пространств

Из высказанных выше критических замечаний о современной демократии вовсе не следует, что будущему Российскому Союзу демократия не нужна. Очень нужна. Но при полной неготовности нашего народа к сложной демократической жизни – она должна постепенно, терпеливо и прочно строиться снизу, а не просто возглашаться громковещательно и стремительно сверху, сразу во всем объеме и шири.

Земство

Будем различать четыре ступени его:

– местное земство (некрупный город, район крупного, поселок, волость)

– уездное земство (нынешний район, крупный город)

– областное земство (область, автономная республика)

– всероссийское (всесоюзное) земство.

Нам, совершенно отученным от действительного самоуправления, надо постепенно осваивать этот ход, с низших ступеней его. От залетных политиканов храни нас Бог – но иметь политические навыки полезно многим и многим в населении.

Ступени передачи власти

При географической обширности и бытовых условиях нашей страны прямые всегосударственные выборы законодателей в центральный парламент не могут быть плодотворны. Только выборы трех-, четырехстепенные могут провести кандидатов и уже оправдавших себя и укорененных в своих местностях. Это будут выборы не отдаленных малознакомых людей, только и пофигурявших в избирательной кампании, но выборы по взаимному многолетнему узнаванию и доверию.

Не берясь тут предугадывать роль и место нынешних Верховных Советов Российской Федерации, Украины и Белоруссии – естественно предложить, чтобы в конце следующего срока областные земские собрания выделили бы из себя делегатов в Палату Союза (заменяющую Совет Союза) Всеземского Собрания (заменяющего Верховный Совет депутатов), а сами были бы по тому же принципу переизбраны уездными собраниями.

Сочетанная система управления

Имеется в виду разумное сочетание деятельности централизованной бюрократии и общественных сил.

Централизованная бюрократия инерционно старается ограничить области общественного самоуправления. Но это нужно лишь самой бюрократии, а никак не народу, да и не правительству. В здоровое время у местных сил – большая жажда деятельности, и ей должен быть открыт самый широкий простор.

Предположения о центральных властях

Сегодня президентская власть – никак не лишняя при обширности нашей страны и обилии ее проблем. Но и все права Главы Государства, и все возможные конфликтные ситуации должны быть строго предусмотрены законом, а тем более – порядок выбора президента. Подлинный авторитет он будет иметь только после всенародного избрания (на 5 лет? 7 лет?). Однако для этого избрания не следует растрачивать народные силы жгучей и пристрастной избирательной кампанией в несколько недель или даже месяцев, когда главная цель – опорочить конкурента. Достаточно, если Всеземское Собрание выдвигает и тщательно обсуждает несколько кандидатур из числа урожденных граждан государства и постоянно живших в нем последние 7–10 лет. В результате обсуждений Всеземское Собрание дает по поводу всех кандидатов единожды и в равных объемах публичное обоснование и сводку выдвинутых возражений. Затем всенародное голосование (в один-два тура, по способу абсолютного большинства) могло бы производиться без напряженной изнурительной избирательной кампании. 

Совещательная структура

Высокий уровень деятельности всех государственных властей недостижим без установления над ними этического контроля. Его могла бы осуществлять верховная моральная инстанция с совещательным голосом – такая структура, в которой голосование почти вообще не производится, но все мнения и контрмнения солидно аргументируются, и это – наиболее авторитетные голоса, какие могут прозвучать в государственной работе.

Давайте искать

Разумное и справедливое построение государственной жизни – задача высокой трудности и может быть достигнуто только очень постепенно, рядом последовательных приближений и нащупываний. Эта задача не угасла и перед сегодняшними благополучными западными странами, надо и на них смотреть глазами не восторженными, а ясно открытыми, – но насколько ж она больней и острей у нас, когда мы начинаем с катастрофического провала страны и разученности людей.

Читать "Как нам обустроить Россию" - Солженицын Александр Исаевич - Страница 1

А. И. Солженицын

КАК НАМ ОБУСТРОИТЬ РОССИЮ

Посильные соображения

Ω

БЛИЖАЙШЕЕ

Часы коммунизма — свое отбили.

Но бетонная постройка его еще не рухнула.

И как бы нам, вместо освобождения, не расплющиться под его развалинами.

Мы — на последнем докате

Кто из нас теперь не знает наших бед, хотя и покрытых лживой статистикой? Семьдесят лет влачась за слепородной и злокачественной марксо-ленинской утопией, мы положили на плахи или спустили под откос бездарно проведенной, даже самоистребительной, «Отечественной» войны — треть своего населения. Мы лишились своего былого изобилия, уничтожили класс крестьянства и его селения, мы отшибли самый смысл выращивать хлеб, а землю отучили давать урожаи, да еще заливали ее морями болотами. Отходами первобытной промышленности мы испакостили окружности городов, отравили реки, озера, рыбу, сегодня уже доконечно губим последнюю воду, воздух и землю, еще и с добавкой атомной смерти, еще и прикупая на хранение радиоактивные отходы с Запада. Разоряя себя для будущих великих захватов под обезумелым руководством, мы вырубили свои богатые леса, выграбили свои несравненные недра, невосполнимое достояние наших правнуков, безжалостно распродали их за границу. Изнурили наших женщин на ломовых неподымных работах, оторвали их от детей, самих детей пустили в болезни, в дикость и в подделку образования. В полной запущи у нас здоровье, и нет лекарств, да даже еду здоровую мы уже забыли, и миллионы без жилья, и беспомощное личное бесправие разлито по всем глубинам страны, — а мы за одно только держимся: чтоб не лишили нас безуемного пьянства.

Но так устроен человек, что всю эту бессмыслицу и губление нам посильно сносить хоть и всю нашу жизнь насквозь — а только бы кто не посягнул обидеть, затронуть нашу нацию! Тут — уже нас ничто не удержит в извечном смирении, тут мы с гневной смелостью хватаем камни, палки, пики, ружья и кидаемся на соседей поджигать их дома и убивать. Таков человек: ничто нас не убедит, что наш голод, нищета, ранние смерти, вырождение детей — что какая-то из этих бед первей нашей национальной гордости!

И вот почему, берясь предположить какие-то шаги по нашему выздоровлению и устройству, мы вынуждены начинать не со сверлящих язв, не с изводящих страданий — но с ответа: а как будет с нациями? в каких географических границах мы будем лечиться или умирать? А уже потом — о лечении.

А что есть Россия?

Эту «Россию» уже затрепали-затрепали, всякий ее прикликает ни к ляду, ни к месту. И когда чудовище СССР лез захватывать куски Азии или Африки — тоже во всем мире твердили: «Россия, русские»…

А что же именно есть Россия? Сегодня. И — завтра (еще важней). Кто сегодня относит себя к будущей России? И где видят границы России сами русские?

За три четверти века — при вдолбляемой нам и прогрохоченной «социалистической дружбе народов» — коммунистическая власть столько запустила, запутала и намерзила в отношениях между этими народами, что уже и путей не видно, как нам бы вернуться к тому, с прискорбным исключением, спокойному сожитию наций, тому даже дремотному неразличению наций, какое было почти достигнуто в последние десятилетия предреволюционной России. Еще б, может, и не упущено разобраться и уладить — да не в той лихой беде, как буре, завертевшей нас теперь. Сегодня видится так, что мирней и открытей для будущего: кому надо бы разойтись на отдельную жизнь, так и разойтись. И именно при этом всеместном национальном изводе, заслоняющем нам остальную жизнь, хоть пропади она, при этой страсти, от которой сегодня мало кто в нашей стране свободен.

Увы, многие мы знаем, что в коммунальной квартире порой и жить не хочется. Вот — так сейчас у нас накалено и с нациями.

Да уже во многих окраинных республиках центробежные силы так разогнаны, что не остановить их без насилия и крови — да и не надо удерживать такой ценой! Как у нас все теперь поколесилось — так все равно «Советский Социалистический» развалится, все равно! — и выбора настоящего у нас нет, и размышлять-то не над чем, а только — поворачиваться проворней, чтоб упредить беды, чтобы раскол прошел без лишних страданий людских, и только тот, который уже действительно неизбежен.

И так я вижу: надо безотложно, громко, четко объявить: три прибалтийских республики, три закавказских республики, четыре среднеазиатских, да и Молдавия, если ее к Румынии больше тянет, эти одиннадцать — да! — непременно и бесповоротно будут отделены. (А о процессе отделения — страницами ниже.)

О Казахстане. Сегодняшняя огромная его территория нарезана была коммунистами без разума, как попадя: если где кочевые стада раз в год проходят — то и Казахстан. Да ведь в те годы считалось: это совсем неважно, где границы проводить, — еще немножко, вот-вот, и все нации сольются в одну. Проницательный Ильич-первый называл вопрос границ «даже десятистепенным». (Так — и Карабах отрезали к Азербайджану, какая разница — куда, в тот момент надо было угодить сердечному другу Советов — Турции.) Да до 1936 года Казахстан еще считался автономной республикой в РСФСР, потом возвели его в союзную. А составлен-то он — из южной Сибири, южного Приуралья, да пустынных центральных просторов, с тех пор преображенных и восстроенных — русскими, зэками да ссыльными народами. И сегодня во всем раздутом Казахстане казахов — заметно меньше половины. Их сплотка, их устойчивая отечественная часть — это большая южная дуга областей, охватывающая с крайнего востока на запад почти до Каспия, действительно населенная преимущественно казахами. И коли в этом охвате они захотят отделиться — то и с Богом.

И вот за вычетом этих двенадцати — только и останется то, что можно назвать Русь, как называли издавна (слово «русский» веками обнимало малороссов, великороссов и белорусов), или — Россия (название с XVIII века) или, по верному смыслу теперь: Российский Союз.

И все равно — еще останется в нем сто народов и народностей, от вовсе немалых до вовсе малых. И вот тут-то, с этого порога — можно и надо проявить нам всем великую мудрость и доброту, только от этого момента можно и надо приложить все силы разумности и сердечности, чтоб утвердить плодотворную содружность наций, и цельность каждой в ней культуры, и сохранность каждого в ней языка.

Слово к великороссам

Еще в начале века наш крупный государственный ум С. Е. Крыжановский предвидел: «Коренная Россия не располагает запасом культурных и нравственных сил для ассимиляции всех окраин. Это истощает русское национальное ядро».

А ведь то сказано было — в богатой, цветущей стране, и прежде всех миллионных истреблений вашего народа, да не слепо подряд, а уцеленно выбивавших самый русский отбор.

А уж сегодня это звучит с тысячекратным смыслом: нет у нас сил на окраины, ни хозяйственных сил, ни духовных. Нет у нас сил на Империю! — и не надо, и свались она с наших плеч: она размозжает нас, и высасывает, и ускоряет нашу гибель.

Я с тревогой вижу, что пробуждающееся русское национальное самосознание во многой доле своей никак не может освободиться от пространнодержавного мышления, от имперского дурмана, переняло от коммунистов никогда не существовавший дутый «советский патриотизм» и гордится той «великой советской державой», которая в эпоху чушки Ильича-второго только изглодала последнюю производительность наших десятилетий на бескрайние и никому не нужные (и теперь вхолостую уничтожаемые) вооружения, опозорила нас, представила всей планете как лютого жадного безмерного захватчика — когда наши колени уже дрожат, вот-вот мы свалимся от бессилия. Это вреднейшее искривление нашего сознания: «зато большая страна, с нами везде считаются», — это и есть, уже при нашем умирании, беззаветная поддержка коммунизма. Могла же Япония примириться, отказаться и от международной миссии и от заманчивых политических авантюр — и сразу расцвела.

Как Солженицыну обустроили Россию - РИА Новости, 26.05.2021

Со свойственным ему размахом, назидательностью и элементами мессианства Солженицын в своем эссе-манифесте нарисовал проект политической системы, государственного строя, который он считал наиболее приемлемым для родной страны. Причем не для Советского Союза, который писатель и публицист уже не принимал во внимание, а именно для России, освободившейся от «окраин». То есть, от большей части союзных республик, за исключением Украины и Белоруссии, которые автор проекта мечтал сохранить в «целокупности» с Россией.

Как говорится, мечтать не вредно. Однако реальность – например, желание республиканских элит править самостоятельно – мыслитель не учел. В его картине было слишком много фантастических подробностей.

А вот с неизбежным распадом СССР писатель угадал. Только не надо приписывать ему мистические свойства и пророческий дар. После парада деклараций о суверенитетах, во главе которого двигалась РСФСР, многим вдумчивым и внимательным наблюдателям стало ясно, что центробежный процесс «пошел», и его не остановить.

Интереснее другое. Солженицын подробно и откровенно высказался о том, как он считал нужным «обустроить» государство – с сильной президентской властью, сложной многоступенчатой системой выборов, земствами и соборностью. Но потом долгие годы не высказывал своего отношения к тому, как постсоветскую Россию «обустроили» в действительности. Точнее, не высказывался развернуто, ни в статьях, ни в речах.

Только однажды, в 1998 году, обозначил свое негативное отношение к сложившимся политическим реалиям, когда решительно отказался от награждения  орденом Святого Андрея Первозванного. И кратко пояснил причины отказа: «От верховной власти, доведшей Россию до нынешнего гибельного состояния, я принять награду не могу». Но не пожелал растолковывать, что он имеет в виду под «гибельным состоянием».

Верховной властью в ту пору был Борис Ельцин. Они встречались всего один раз. Борис Николаевич заезжал к писателю в гости, в усадьбу в столичном районе Троице-Лыково. Долго общались и отобедали вместе по русскому обычаю – под водочку.

Однако, сколько ни допытывались настырные журналисты, содержания своей беседы с первым президентом России Солженицын не раскрыл. Будто воды в рот набрал.

После возвращения на родину весной 1994 года писатель занял позицию Льва Толстого начала ХХ века, только не отлученного от Церкви, а чуть ли не причисленного к лику святых (между прочим, от литературной Премии имени Льва Толстого он тоже успел отказаться). Его слова ждали, ему внимали с трепетом.

Солженицын в принципе не воздерживался от публичных выступлений. При этом не просто говорил, а вещал, как своего рода самопровозглашенная совесть нации. Рассуждал на самые разные темы. Только от политики демонстративно отмежевывался и отстранялся. И категорически не желал давать оценки действиям руководителей нашей страны.

Классик-патриарх разомкнул уста только при Путине. Тот навещал писателя дважды.

И после первого визита, в 2000 году, Солженицын вдруг оказался весьма словоохотливым. Не стал скрывать своего отношения к высокому гостю. Признался, что в Путине ему понравились «чрезвычайная осмотрительность и взвешенность его решений и суждений».

Но и этим не ограничился. Дал целую характеристику: «У него живой ум и быстрая сообразительность, у него - никакой личной жажды власти, упоения властью. Он действительно занят интересами дела». «Президент отлично понимает все неимоверные трудности, и внутренние, и внешние, которые достались ему в наследство и которые сегодня надо разгребать», - подвел Солженицын итог своим впечатлениям от нового главы государства.

Неудивительно, что спустя семь лет после этого писатель принял с благодарностью Государственную премию РФ, непосредственно из рук Путина, который лично заехал в Троице-Лыково, чтобы ее вручить.

После чего, наконец, высказал свои суждения о путинских предшественниках. Правда, душу раскрыл не перед отечественными, а зарубежными журналистами – тремя корреспондентами немецкого журнала «Шпигель». К первому и последнему президенту СССР патриарх был относительно благожелателен. Хотя отметил, что «в стиле руководства Горбачева поражают политическая наивность, недостаточный опыт и безответственность в отношении к своей стране», но счел нужным отдать должное: «Горбачев, а не Ельцин, как повсюду утверждается, был первым, кто дал свободу слова и свободу передвижения нашим гражданам».

Зато первого президента России Солженицын не пощадил. Чего стоит хотя бы такой пассаж: «Безответственность Ельцина по отношению к нашему народу была немногим лучше, только она распространялась на другие области. Он стремился как можно быстрее отдать государственную собственность в частные руки, он позволил беспрепятственно грабить богатства России, причем, речь шла о миллиардных суммах».

Писатель имеет право на свое мнение, уж во всяком случае, этого писателя в конъюнктурности не упрекнуть.

Эта позиция была выстрадана Солженицыным, он произносил свои жесткие и горькие слова незадолго до смерти, будучи тяжело больным. Их можно расценить как своего рода «политическое завещание» писателя. В чем же его суть, основное содержание?

Получается, что писатель был, в конечном счете, удовлетворен тем, как «обустроили» Россию в период правления Владимира Путина.

Характерная эволюция. Становление Солженицына как мыслителя и публициста начиналось с острого конфликта с политической системой и руководством его родной страны. Оказавшись в вынужденной эмиграции, он и там не принимал окружающей действительности, гневно клеймил «их нравы». А в итоге диссидент и бунтарь, вечно несогласный оппозиционер пришел к приятию правящего режима и полной поддержке власти.

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции

Россия и Украина: Владимир Путин - ученик Солженицына?

  • <a href=http://www.bbc.co.uk/russian/topics/blog_krechetnikov><b>Артем Кречетников</b></a>
  • Би-би-си, Москва

Автор фото, AP

27 мая исполняется 20 лет возвращения в Россию Александра Солженицына.

В солженицынской картине мира Украина занимала важное место.

В июле 1990 года "вермонтский отшельник" создал знаменитое эссе "Как нам обустроить Россию", начинавшееся словами: "Часы коммунизма - свое отбили. Но бетонная постройка его еще не рухнула. И как бы нам, вместо освобождения, не расплющиться под его развалинами".

18 сентября оно было напечатано одновременно в "Литературной газете" и "Комсомольской правде" общим тиражом 28 млн экземпляров - первое публицистическое произведение автора, изданное у него на родине.

Публика оценила это "нам". От страны и ее проблем Солженицын себя не отделял, хотя та его дважды, по выражению Евгения Евтушенко, "пнула сапожищем".

Гонорар за статью Солженицын перечислил в пользу жертв аварии на Чернобыльской АЭС. Название ее сделалось нарицательным и часто использовалось впоследствии как афоризм.

Значительная часть текста была посвящена Украине и правильным, в понимании Солженицына, отношениям между нею и Великороссией.

Трибуна вышла высокая. Практически каждый гражданин СССР, хоть сколько-нибудь интересовавшийся политикой, прочитал эссе и хоть что-нибудь из него да вынес.

Однако история стала развиваться не по Солженицыну.

"Услышан я, к сожалению, не был. Не был понят", - констатировал он впоследствии.

Насколько мысли Солженицына коррелируют с событиями дня сегодняшнего?

По мнению наблюдателей, внимательным и согласным читателем знаменитой статьи был Владимир Путин. Политика Кремля почти целиком совпадает с высказанными в ней идеями.

От империи к национальному государству

Главная мысль Солженицына - России надо сбросить ставшее непосильным бремя и превратиться из империи в "нормальную" страну.

Государствообразующим цементом он полагал не идеологические ценности, какими бы те ни были, а национально-этническое начало, культуру, религию и менталитет.

Соответственно, Солженицын предлагал без лишних разговоров и сопротивления отпустить на все четыре стороны 11 республик СССР из 15 и решительно отказаться от претензий на роль глобальной сверхдержавы.

"Я с тревогой вижу, что пробуждающееся русское национальное самосознание во многой доле своей никак не может освободиться от пространнодержавного мышления, от имперского дурмана. Нет у нас сил на окраины, ни хозяйственных сил, ни духовных. Это вреднейшее искривление нашего сознания: зато большая страна, с нами везде считаются!", – доказывал Солженицын.

Судя по заявлениям некоторых российских политиков второго ряда, и, в особенности, по высказываниям в интернете рядовых граждан, этот тезис они сегодня находят устаревшим. По их мнению, у "поднявшейся с колен" России уже появились силы для "пространнодержавного мышления".

Пустые магазинные полки и прочие тяготы конца 1980-х, начала 1990-х годов остались в прошлом. Выбор между амбициями и человеческой жизнью для себя частично потерял остроту. Сытое существование, вопреки учебникам социальной психологии, привело не к распространению буржуазного индивидуализма, а к возрождению великодержавных настроений, по крайней мере, у части общества.

По словам политического комментатора Константина Эггерта, настроения многих россиян сегодня можно охарактеризовать так: "Машину я купил. А где моя империя?!"

"Многонациональная империя прекращает свое существование даже в фантомной форме, на смену ей идет политика собирания русских земель, которая ставится выше попыток любой ценой сохранить особые отношения с постсоветскими государствами. Россия превращается в обычное национальное государство, и в принципе это хорошо", - заявил Русской службе Би-би-си политолог Станислав Белковский, комментируя присоединение Крыма.

Два народа или один?

Для Украины, Белоруссии и Казахстана, в котором большинство населения на тот момент составляли этнические русские, Солженицын мыслил иную судьбу. Они, по его мнению, должны были образовать новую федерацию: Российский Союз.

Захотят ли украинцы жить в государстве, в названии которого присутствует слово "российский"? Считают ли себя одним народом с великороссами? В 1990 году, а сейчас, после четверти века независимого существования - и подавно?

"Братья! Не надо этого жестокого раздела! - это помрачение коммунистических лет. Мы вместе перестрадали советское время, вместе попали в этот котлован - вместе и выберемся", - убеждал Солженицын, вспоминая и общее происхождение от Киевской Руси, и смешанные браки, и регионы, "где сроду старой Украины не было, как "Дикое Поле" кочевников - Новороссия, или Крым, Донбасс".

"Еще бы нам не разделить боль за смертные муки Украины в советское время. Но откуда этот замах: по живому отрубить Украину?" - писал он.

Однако важно отметить: Солженицын недвусмысленно полагал, что украинцы и русские - два разных народа. Близкие, но два, а не один. В этом смысле его взгляды совпадали с официальной советской позицией.

Правда, автор статьи не преминул подчеркнуть, что разделение некогда единой великорусской народности произошло по причине "монгольского нашествия да польской колонизации". Но признавал его свершившимся фактом. Что случилось, то случилось.

Открыто российские официальные лица такого, разумеется, не говорят. Но в обществе бытует мнение, что никакой украинской нации и языка не существует в принципе, а есть отбившиеся от рук русские, подстрекаемые Западом и "галичанами", и южный крестьянский диалект. Научились бы правильно говорить по-русски, и проблем бы не было!

В целом либеральная газета "Московский комсомолец" в 1990-х годах чуть ли не в каждом материале об Украине транскрибировала русскими буквами слова "самостийна" и "нэзалэжна". Написать "индепендентные Соединенные Штаты" никому не пришло бы в голову, а вот мысль о том, что Украина может быть независимой, вызывала приливы сарказма. Как у Маяковского: "Откуда, мол, и что это за географические новости?".

С одной стороны, Солженицын тоже отдал дань измышлениям о "ненародном языке", якобы искусственно созданном во второй половине XIX века "при австрийской подтравке". Хотя Иван Котляревский и Тарас Шевченко, жившие значительно раньше, и в Российской империи, а не в Австрии, писали на литературном украинском.

Екатерининский канцлер Александр Безбородко, бравировавший тем, что, по выражению Пушкина, "в князья прыгнул из хохлов", любил уснащать свою речь малороссийскими словами. "Трошки померекаем", - говаривал он, когда требовалось обдумать что-нибудь. То есть разница между языками уже в XVIII веке была очевидна и для Безбородко, и для его петербургского окружения.

С другой стороны, Солженицын не позволял себе шуточек над "мовой" в духе булгаковских "котов" и "китов", а призывал уважать национальные чувства и культуру украинцев, цитируя историка позапрошлого века Михаила Драгоманова: "Неразделимо, но и не смесимо".

"С дружелюбием и радостью должен быть распахнут путь украинской и белорусской культуре не только на территории Украины и Белоруссии, но и Великороссии. Никакой насильственной русификации, ничем не стесненное развитие параллельных культур", - писал он.

Но против государственной независимости Украины возражал категорически.

Правда, делал оговорку: "Конечно, если б украинский народ ДЕЙСТВИТЕЛЬНО пожелал отделиться - никто не посмеет удерживать его силой". Но тут же добавлял: "Только МЕСТНОЕ население может решать судьбу своей местности, своей области".

Взгляды Солженицына называли и политикой "нашим и вашим", и "приглаженным шовинизмом", и единственно правильным подходом. Он вообще был личностью неординарной.

Замысел и реальность

По мнению историков, план Солженицына вполне мог материализоваться, если бы переход к демократии и рынку совершился путем эволюции.

После августовского путча рядовые киевляне заговорили о том, что "они там, в Москве, все сумасшедшие, одно беспокойство добрым людям: то водку пить надумали запрещать, то затеяли перестройку, то решили, что перестройка - это плохо и начали на танках по улицам ездить!"

Республиканской номенклатуре, естественно, хотелось стать суверенной: совсем иной статус и возможности.

Настроения верхов и низов совпали. Референдум, на необходимости которого настаивал Солженицын, прошел в декабре 1991 года и принес 90,3% голосов за независимость.

В российском руководстве тогда возобладало мнение, что рыночные реформы лучше проводить без республик: и так пришлось непросто, а если бы каждый шаг пришлось согласовывать с Киевом, Минском, тем более, Алма-Атой - вообще с места бы не сдвинулись.

В результате случилось то, что случилось.

В ходе нынешнего кризиса Владимир Путин высказывался в том духе, что украинцы и русские, по сути, один народ. В Киеве усмотрели в этом не распахнутые объятия, а скрытую угрозу.

По словам хорошо осведомленного главного редактора "Эха Москвы" Алексея Венедиктова, Путин в душе считает Украину "канонической территорией Государства Российского". Всю, а не только Крым!

В принципе, Александр Солженицын мыслил аналогично.

При этом российский лидер проявляет себя как реалист и прагматик, умеющий различать желаемое и разумное: присоединил то, что можно взять и удерживать сравнительно легко, и дальше не идет.

Тоже вполне по Солженицыну.

Как нам обустроить Россию - это... Что такое Как нам обустроить Россию?

«Как нам обустро́ить Росси́ю» (подзаголовок: посильные соображения) — публицистическое эссе Александра Солженицына, написанное в июле 1990 года, содержащее размышления автора о путях возрождения страны и разумных основах построения жизни народа и государства после конца «коммунистического периода»:

Часы коммунизма — своё отбили.

Но бетонная постройка его ещё не рухнула.

И как бы нам, вместо освобождения, не расплющиться под его развалинами. [1]

В первых публикациях название эссе не содержит вопросительного знака (в отличие от авторской рукописи), в полном собрании сочинений он добавлен[1]. Статья опубликована 18 сентября 1990 года одновременно в «Литературной газете» и «Комсомольской правде» — это первое публицистическое произведение Солженицына, опубликованное в СССР массовым тиражом[2]. Статья развивала давние мысли Солженицына, высказанные им ранее в «Письме вождям Советского Союза» и публицистических работах, в частности, в статьях, изданных в сборнике «Из-под глыб» (1974). Авторский гонорар за эту статью Солженицын перечислил в пользу жертв аварии на Чернобыльской АЭС[3]. Статья вызвала огромное количество откликов — как положительных, так и отрицательных, а её название часто использовалось впоследствии, став «крылатым выражением».

Главная мысль манифеста — упредить беды, последующие за неминуемым, с точки зрения автора, развалом СССР, подумать, как помочь соотечественникам в зарубежье и сохранить Союз из трёх славянских республик и Казахстана. «Услышан я, к сожалению, не был. Не был понят», — отмечал впоследствии Солженицын[4].

Примечания

  1. 1 2 «Как нам обустроить Россию?»
  2. Тираж «Литературной газеты» в то время составлял 4 млн 450 тыс. экземпляров. Статья была свёрстана на четырёх страницах газеты в виде 16-страничной брошюры. Общий тираж (с «Комсомольской правдой») составил 28 млн экземпляров.
  3. Тёмин Д. Солженицын в «ЛГ» // Литературная газета. — 2008. — № 32. — С. 3.
  4. Кондрашов А. Александр Солженицын: обустроить Россию ещё не поздно // Вести недели. Выпуск от 25.9.2005. — Государственный интернет-канал «Россия», ВГТРК.

Ссылки

[Первая публикация] Солженицын, А. Как нам обустроить Россию? Посильные ... | Аукционы

Редкие книги, рукописи, автографы, фотографии, плакаты и открытки

Среди редких книг XVIII века можно выделить богато иллюстрированное издание «Искусство военных флотов, или Сочинение о морских еволюциях...» (1764), содержащее более 130 роскошных полностраничных гравюр. 1767 годом датирован уникальный документ, связанный с именем книгоиздателя Новикова, — «Ведомость Канторы Санктпетербургского Государственного банка для Дворянства...» в которой неожиданно читаем, что знаменитый борец с крепостничеством Н. Новиков закладывал своих крестьян в банке, чтобы получать кредиты.

Редкостью поистине музейного уровня можно назвать и Панораму Невского проспекта, огромное полотно длиной в 14 метров, созданное по рисункам Василия Садовникова в 1830-х годах. Непрерывная панорама позволяет «пройти» от Публичной библиотеки к Дворцовой площади и вернуться обратно по противоположной стороне улицы до Аничкова моста. Доподлинно известно, что многие из современников Пушкина покупали панораму для украшения своих жилищ или в подарок друзьям и родным. Так, например, в 1836 году Николай Гоголь послал свиток с панорамой из Петербурга своей матери Марии Ивановне Гоголь-Яновской.

Уникальным лотом Серебряного века является автограф одного из красивейших стихотворений Осипа Мандельштама «Невыразимая печаль»:

Немного красного вина...
Немного солнечного мая
И потянулась оживая
Тончайших пальцев белизна

Интересно отметить, что в настоящее время стихотворение публикуется в несколько ином виде: третья строка звучит «И, тоненький бисквит ломая».

Среди редчайших изданий футуристов важно отметить сборник «Каблук футуриста. Stihi» (1914), первый и единственный сборник литературной группы «Молодая Центрифуга» (Содружество «Флейты Ваграма», 1921), а также красноярское издание Газеты футуристов от Группы ЖИВАРОС (1918).

1922 годом датируется редчайшая азбука «Из деревни», изданная в ГИЗе и оформленная коллективом художников «Эос». К лучшим и наиболее редким образцам детской книги можно отнести также издание О. Мандельштама «Два трамвая» с рисунками известного художника русского авангарда Б. Эндера. Не уступит в редкости и ксилографическая сюита «Вино, карты и женщины» Василия Масютина, отпечатанная в 1920 году тиражом 25 экземпляров.

«На десерт» любители редкостей получат возможность подержать в руках оригинальный рисунок Пабло Пикассо, датированный 1961 годом.

Среди редких и уникальных плакатов из коллекции аукциона следует отметить агитационные издания первых лет Советской власти, напечатанные в Москве, Одессе, Киеве, Ярославле, Минске, Царицыне, Пензе и других провинциальных городах бывшей Российской империи.

Каталог также включает в себя инскрипты, рукописи и письма таких известных деятелей политики, искусства и литературы, как представители династии Романовых императрица Елизавета, Екатерина Великая, Павел I, Александра Федоровна; художники И. Репин, Б. Кустодиев, М. Добужинский; писатели и поэты К. Бальмонт, А. Ахматова, В. Маяковский, М. Зощенко и др.

Со всеми лотами можно ознакомиться на предаукционой выставке в офисе Аукционного дома «Литфонд» (Нижний Кисловский пер., д. 6, стр. 2) c 02 по 14 марта 2018 года (кроме воскресенья и понедельника). Аукцион состоится 15 марта в 19:00 там же (в офисе Аукционного дома «Литфонд» по адресу Нижний Кисловский пер., д. 6, стр. 2).

По всем вопросам просьба обращаться по тел. +7 495.792.48.92; + 7 985.969.77.45; e-mail: [email protected]; каталог в Интернете: www.litfund.ru/auction/97; каталог и участие в онлайн-аукционе через систему Bidspirit: https://litfund.bidspirit.com/

От редакции: Как Путину обустроить Россию

Выступая в пятницу на Селигере, Владимир Путин сделал противоречивый комплимент Нурсултану Назарбаеву, назвав его одним из самых сильных политиков на постсоветском пространстве, и не просто политиком, а создателем казахской государственности: «Он ведь сделал уникальную вещь. Он же создал государство на территории, на которой никогда государства не было». Эти слова не могли не вызвать беспокойства в Казахстане: все хорошо помнят, что происходящему на Украине предшествовали многочисленные высказывания, в том числе и на самом высоком уровне, о том, что с ее государственностью не все в порядке.

Нурсултан Назарбаев ранее отмечал, что Казахстан оставляет за собой право выйти из «Евразэс», если его права будут нарушаться: «Казахстан не будет частью организации, которая представляет угрозу для нашей независимости. Наша независимость является высшей ценностью, за которую сражались наши предки. Прежде всего, мы никогда никому не сдадимся и сделаем все, чтобы защитить себя».

Уже не раз замечалось, что интеграционный проект России (Таможенный союз (ТС), «Евразэс») и проект конфронтационный, с которым связаны рассуждения о спасении «русского мира», представимы и логичны по отдельности, но невозможны вместе.

Принципы единой торговой политики и единого таможенного пространства в одночасье поставлены под сомнение односторонним российским эмбарго на импорт продовольствия из стран Запада. Да, Белоруссия может извлечь из этого большую выгоду - примерно такого же рода, как извлекала раньше на реэкспорте российской нефти без всякого ТС.

То и дело звучащие замечания о том, что Россия не входит ни в какие альянсы, поскольку это грозит ей потерей суверенитета, также не могут не настораживать партнеров. Ведь это означает, что Россия оставляет за собой право в любой момент вспомнить о проекте собирания самого большого разделенного народа. Заявление Назарбаева свидетельствует о том, что в случае ущемления Москвой интересов партнеров под вопросом окажется сам вопрос о партнерстве.

В статье Александра Солженицына «Как нам обустроить Россию» говорилось о необходимости сохранить от гибели под руинами СССР единство трех славянских народов и Казахстана. Именно там появляется забытое в позднесоветское время слово «Новороссия». По мнению Солженицына, исконно казахским можно считать только юг страны, тогда как большая часть территории, населенная преимущественно русскими, по праву принадлежит «Российскому союзу».

Владимир Путин любит в своих речах ссылаться на слова писателей и философов, как бы опираясь на пророчества. Солженицын входит в список цитируемых. Проблема в том, что разные пророчества противоречат друг другу. Солженицынская статья вышла в 1990 г., с тех пор многое изменилось, и «Российский союз» сейчас выглядит мертворожденным кентавром, составленным из «русского мира» и Евразийского союза.

Исправленная версия. Первоначальный опубликованный вариант можно посмотреть в архиве "Ведомостей" (смарт-версия)

Солженицын и борьба за душу России

Джордж Фридман Историю пишут многие. Очень немногие вошли в историю своими произведениями. Александр Солженицын, скончавшийся на этой неделе в возрасте 89 лет, был одним из них. Во многих отношениях Солженицын заложил интеллектуальную основу падения советского коммунизма. Это хорошо известно. Но Солженицын также заложил интеллектуальную основу формирующейся России. Это менее известно и в некоторых отношениях более важно.Роль Солженицына в Советском Союзе была простой. Его произведения, и в частности его книга «Один день из жизни Ивана Денисовича», обнажили природу советской власти. В книге описан день из жизни узника советского концлагеря, куда и виновных, и невиновных отправляли, чтобы выжить из них в бесконечном и безнадежном труде. Это была тема, которую Солженицын хорошо знал, будучи узником такого лагеря после службы во Второй мировой войне. Книга была издана в Советском Союзе во времена правления Никиты Хрущева.Хрущев повернулся против своего покровителя, Иосифа Сталина, после того, как после смерти Сталина взял под контроль аппарат Коммунистической партии. В знаменитой секретной речи, произнесенной перед руководством Коммунистической партии Советского Союза, Хрущев осудил Сталина за его кровавые поступки. Разрешение на издание книги Солженицына устраивало Хрущева. Хрущев хотел подробно описать преступления Сталина наглядно, и изображение жизни в трудовом лагере Солженицыным служило его целям. Он также послужил драматической цели на Западе, когда был переведен и распространен там.С момента основания Советский Союз был мифологизирован. Это было особенно верно среди западных интеллектуалов, которых захватила не только романтика социализма, но и образ интеллектуалов, устраивающих революцию. Ведь Владимир Ленин был автором таких произведений, как «Материализм и эмпириокритицизм». Представление об интеллектуалах как революционерах охватило многих европейских и американских интеллектуалов. Эти интеллектуалы упустили не только то, что Советский Союз был социальной катастрофой, но и то, что им правили не только интеллектуалы, но и головорезы.В течение необычайно долгого времени, несмотря на многочисленные свидетельства эмигрантов из советского режима, западные интеллектуалы просто отрицали эту реальность. Когда западные интеллектуалы писали, что они «видели будущее, и оно сработало», они писали в то время, когда советский террор уже шел полным ходом. Они просто не могли этого видеть. Одна из самых важных вещей в «One Day» в "Житии Ивана Денисовича" не только в том, что он был настолько мощным, но и в том, что он был выпущен под эгидой Советского государства, то есть его нельзя было просто игнорировать.Солженицын сыграл решающую роль в преодолении интеллектуального и морального тупика среди интеллектуалов на Западе. Чтобы продолжать отрицать очевидное, а именно то, что государство, созданное Лениным и Сталиным, было моральным чудовищем, нужно было быть необычайно тупым или нечестным. Намерения Хрущева не были намерениями Солженицына. Хрущев хотел продемонстрировать зло сталинизма, одновременно продемонстрировав, что режим может реформироваться и, что более важно, что коммунизм не был аннулирован преступлениями Сталина.Солженицын, с другой стороны, придерживался точки зрения, что трудовые лагеря были не побочным продуктом коммунизма, а его сердцевиной. В своем «Архипелаге ГУЛАГ» он утверждал, что системная эксплуатация рабочей силы была необходима режиму не только потому, что она обеспечивала резерв бесплатной рабочей силы, но и потому, что она навязывала систематический террор тем, кто не входил в ГУЛАГ, который стабилизировал режим. Самым ярким его замечанием было то, что, хотя Хрущев осудил Сталина, он не демонтировал ГУЛАГ; ГУЛАГ действовал до конца.Хотя Солженицын служил целям режима в 1960-х, его полезность уменьшилась к 1970-м. К тому времени Солженицын уже правильно воспринимался советским режимом как угроза. На Западе все стороны считали его героем. Консерваторы видели в нем врага коммунизма. Либералы видели в нем борца за права человека. Каждый придумал Солженицына по своему образу. Ему была присуждена Нобелевская премия по литературе, которая обеспечила ему иммунитет от ареста и признала его великим писателем. Вместо того, чтобы арестовать его, Советы изгнали его, отправив в ссылку в Соединенные Штаты.Когда он добрался до Вермонта, реальность того, кем был Солженицын, медленно погрузилась в реальность. Консерваторы осознали, что, хотя он определенно был врагом коммунизма и презирал западных либералов, приносивших извинения Советам, он также презирал западный капитализм. Либералы осознали, что Солженицын ненавидел советское угнетение, но также презирал их одержимость личными правами, такими как право на неограниченное свободное выражение. Солженицын был совсем не похож на всех, и он мгновенно превратился из героического интеллектуала в утомительного чудака.Солженицын критиковал идею о том, что альтернативой коммунизму должен быть светский индивидуалистический гуманизм. У него на уме была совсем другая альтернатива. Солженицын видел, что основная проблема, с которой столкнулось человечество, коренится во французском Просвещении и современной науке. Оба отождествляют мир с природой, а природу - с материей. Если люди являются частью природы, они сами материальны. Если люди материальны, тогда что такое царство Бога и духа? А если нет места Богу и духовности, что же удерживает людей от скотства? Для Солженицына Сталин был невозможен без ленинской похвалы материализму, а Ленин невозможен без Просвещения.С точки зрения Солженицына, западный капитализм и либерализм по-своему так же ужасны, как и сталинизм. Адам Смит видел, что человек преследует в первую очередь экономические цели. Экономический человек стремится максимизировать свое богатство. Солженицын пытался доказать, что это самая бессмысленная жизнь, какую только можно представить. Он возражал не против собственности или богатства, а против идеи, что погоня за богатством является основной целью человека, и что цель общества - освободить людей для этой цели.Солженицын привел доводы - вряд ли уникальные для него - что погоня за богатством как самоцель оставляет человечество пустыми раковинами. Однажды он обратил внимание на афоризм Блеза Паскаля о том, что люди так бесконечно заняты, что могут забыть, что они умрут, - дело в том, что все мы умираем, и то, как мы умираем, определяется тем, как мы живем. Для Солженицына стремление американцев к экономическому благополучию было болезнью, разрушающей душу Запада. Точно так же он относился к свободе слова. Для американцев право на самовыражение выходит за рамки содержания выражения.То, что вы говорите, имеет большее значение, чем то, что вы говорите. По мнению Солженицына, тот же принцип, который превратил людей в навязчивых преследователей богатства, превратил их в бессодержательных распространителей поверхностных идей. Материализм привел к индивидуализму, а индивидуализм привел к культуре, лишенной духа. Свобода Запада, по словам Солженицына, породила ужасающую культуру интеллектуального баловства, распущенности и духовной нищеты. В современном контексте хедж-фонд вместе с The Daily Show означал банкротство Запада.Присутствовать, когда он однажды обратился к выпускникам Гарварда! С одной стороны, выпускники Гарвардской школы права и бизнеса - воплощение экономического человека. С другой стороны, Школа искусств и наук, воплощение свободы слова. Оба приветствовали своего героического сопротивления, но он показал себя религиозным, патриотом и полностью презирал Ватикан и Гарвард. У Солженицына не было настоящего дома в Соединенных Штатах, и с падением Советов он мог вернуться в Россию - где он стал свидетелем того, что, несомненно, было для него самым страшным кошмаром: головорезы не только правят страной, но и управляют ею, как если бы они были Американцы.Теперь россияне стремились к богатству как к самоцели и к удовольствиям как к естественному праву. Во всем этом Солженицын нисколько не изменился. Солженицын верил, что из этой катастрофы выйдет настоящая Россия. Это была бы Россия, которая в первую очередь прославляла Родину, Россия, которая приняла и наслаждалась ее уникальностью. Эта Россия не будет ориентироваться ни на кого другого. В основе этой России будет Русская Православная Церковь, не только с ее духовностью, но и с ее традициями, ритуалами и искусством.Миссия государства - защитить Родину, создать условия для культурного возрождения и, что немаловажно, обеспечить достойную экономическую жизнь своим гражданам. Россия будет построена на двух столпах: государстве и церкви. Именно в этом контексте россияне могли зарабатывать на жизнь. Целью не было бы ни создания самого богатого государства в мире, ни радикального равенства. Кроме того, это не было бы местом, где кто-либо мог бы говорить все, что хотел, не потому, что они были бы обязательно арестованы, а потому, что они были бы подвергнуты социальному остракизму за то, что они сказали определенные вещи.Самое главное, это будет государство, которым управляет не рынок, а рынок, которым управляет государство. Для Солженицына экономическая мощь не была тривиальной задачей ни для отдельных людей, ни для общества, но она никогда не должна была быть самоцелью и всегда должна сдерживаться другими соображениями. Что касается иностранцев, Россия всегда должна охранять себя, как и любой другой народ, от иностранцев, стремящихся к ее богатству или желающих вторгнуться. Солженицын написал книгу под названием «Август 1914 года», в которой утверждает, что царский режим подвел нацию, не будучи готовым к войне.Теперь подумайте о России, которую формируют премьер-министр Владимир Путин и президент Дмитрий Медведев. Русская православная церковь переживает период массового возрождения, рынок подчиняется государству, свобода слова сдерживается и так далее. Мы сомневаемся, что Путин читал Солженицына, меняя Россию. Но мы уверены, что у Солженицына понимание России превосходило большинство его современников. И мы считаем, что традиционная Россия, которую прославлял Солженицын, возникает скорее благодаря собственной силе, чем политическим решениям.Солженицын служил целям Запада, когда подрывал советское государство. Но это не было его целью. Его целью было разрушить советское государство, чтобы его видение России могло возродиться. Когда его интересы совпали с интересами Запада, он получил Нобелевскую премию. Когда они разошлись, он стал шуткой. Но Солженицына никогда не волновало, что думают о нем и его идеях американцы или французы. Он не разговаривал с ними и не имел никакого интереса или надежды переделать их. Солженицын был совершенно чужд американской культуре.Он говорил с Россией, и его видение было воскресением Матери России, если не с царем, то, конечно, с церковью и государством. Это не означало либерализма; Россия-матушка была очень деспотичной. Но это не было ни страной массовых убийств, ни вульгарного материализма. Следует также помнить, что, когда Солженицын говорил о России, он имел в виду имперскую Россию на пике своего развития, а границы имперской России на пике своего развития больше походили на Советский Союз, чем на Россию сегодня.«Август 1914 года» - книга, посвященная геополитике. Величие России не обязательно должно было выражаться через империю, но, по логике, оно должно было выражаться - то, против чего Солженицын не возражал бы. Солженицын не мог учить американцев, чьи интеллектуальные гены были несовместимы с его. Но трудно представить кого-либо, кто говорил бы с русской душой так глубоко, как он. Он первым своим обвинительным заключением разорвал Россию на части. Позже его проигнорировала вышедшая из-под контроля Россия при бывшем президенте Борисе Ельцине.Но сегодняшняя Россия очень медленно движется в том направлении, которого хотел Солженицын. И это может сделать Россию необычайно могущественной. Представьте себе Советский Союз, которым не правят головорезы и бездельники. Представьте себе, что Россией правят люди, похожие на видение Солженицына порядочного человека. Солженицын предсказывал будущее Советского Союза гораздо более пророческим, чем почти все доктора наук по России. Допускать возможность того, что остальная часть видения Солженицына сбудется. Эта идея должна заставить мир задуматься.

Александр Солженицын на Новороссии

Мир отдает дань уважения Александру Солженицыну, россиянину, разоблачившему ужас советских тюремных лагерей и придавшему новое значение слову «ГУЛАГ».

Солженицын, скончавшийся 3 августа от сердечной недостаточности в возрасте 89 лет в Москве, провел в этих лагерях восемь лет. Этот опыт лег в основу его романа « Один день Ивана Денисовича, », опубликованного в 1962 году во время непродолжительной постсталинской оттепели.

Солженицын получил Нобелевскую премию по литературе в 1970 году, а три года спустя опубликовал свой исторический шедевр « Архипелаг ГУЛАГ», , который привел к его изгнанию и 20 годам ссылки. В любимую Россию он вернулся только в 1994 году, после распада Советского Союза.

Журнал Forbes поговорил с затворником Солженицыным в его доме в Вермонте незадолго до возвращения. Мы переиздаем интервью, проведенное покойным Павлом Хлебниковым, и оценку Хлебниковым творчества Солженицына в память об одном из выдающихся литературных деятелей ХХ века, которого многие россияне считают совестью своей страны.

Дом Александра Солженицына в Кавендише, штат Вирджиния, завален чемоданами. Спустя 20 лет русский мудрец-затворник готовится вернуться домой, тем самым положив конец вынужденному изгнанию, наложенному на него ныне исчезнувшим коммунистическим правительством. Но прежде чем вернуться на родину, автор Один день Ивана Денисовича согласился дать этому журналу одно из своих редких интервью.

Для американцев, многие из которых все еще склонны смотреть на Россию через призму, искажающую «холодную войну», страстная защита России Солженицыным вызывает умиление.

Он заканчивает интервью на несколько загадочной ноте, говоря, что однажды США будут серьезно нуждаться в России как союзнике против угрозы, которую он отказался назвать. Какая угроза? В других случаях Солженицын предупреждал об экспансионистском Китае, о возрождении ислама и других опасностях со стороны так называемого третьего мира.

Forbes: Напряжение между Россией и теперь независимой Украиной нарастает, а Запад решительно поддерживает территориальную целостность Украины. Генри Киссинджер утверждает, что Россия всегда будет угрожать интересам Запада, независимо от того, какое у нее правительство.

Солженицын:

Ну а как насчет Украины? Разве Россия не угрожала некоторым из бывших стран-членов СССР?

Какова была бы реакция США? Не сомневаюсь, что это будет немедленное военное вмешательство.

Между тем, в Средней Азии желающим уехать не разрешают забирать даже свое личное имущество. Власти им говорят: «Не существует такого понятия, как« личная собственность »!»

И в этой ситуации «империалистическая Россия» не сделала ни одного силового шага, чтобы исправить эту чудовищную неразбериху.Без единого слова она отдала 25 миллионов своих соотечественников - самую большую диаспору в мире!

Вы видите Россию как жертву агрессии, а не как агрессора.

Кто найдет в мировой истории другой пример мирного поведения? И если Россия сохраняет мир в самом важном вопросе, который ее волнует, почему можно ожидать от нее агрессивности во второстепенных вопросах?

Когда в России царит хаос, кажется несколько неправдоподобным видеть в ней агрессора.

Россия сегодня ужасно больна. Ее люди больны до полного истощения. Но даже в этом случае имейте совесть и не требуйте, чтобы - просто чтобы угодить Америке - Россия выбросила последние остатки своей заботы о своей безопасности и ее беспрецедентном крахе. Ведь Соединенным Штатам это беспокойство никоим образом не угрожает.

Бывший советник США по национальной безопасности Збигнев Бжезинский не согласен. Он утверждает, что США должны защищать независимость Украины.

В 1919 году, когда он навязал Украине свой режим, Ленин дал ей несколько российских провинций, чтобы успокоить ее чувства.Эти провинции никогда исторически не принадлежали Украине. Я говорю о восточных и южных территориях сегодняшней Украины.

Тогда, в 1954 году, Хрущев с произволом сатрапа «подарил» Крым Украине. Но даже ему не удалось сделать Украине «подарок» Севастополя, который остался отдельным городом, находящимся под юрисдикцией центрального правительства СССР. Это было сделано американским госдепартаментом, сначала устно через посла Попадюка в Киеве, а затем в более официальной форме.

Почему Госдеп решает, кому отдать Севастополь? Если вспомнить бестактное заявление президента Буша о поддержке суверенитета Украины еще до референдума по этому вопросу, то следует сделать вывод, что все это проистекает из общей цели: использовать все возможные средства, независимо от последствий, для ослабления России.

Почему независимость Украины ослабляет Россию?

В результате внезапной и грубой раздробленности смешанных славянских народов границы разорвали миллионы семейных и дружеских связей.Это приемлемо? Например, недавние выборы на Украине ясно показывают симпатии [российских] жителей Крыма и Донецка. И демократия должна уважать это.

Сам я почти наполовину украинец. Я вырос на звуках украинской речи. Я люблю ее культуру и искренне желаю Украине всяческих успехов - но только в рамках ее настоящих этнических границ, без захвата российских провинций. И не в форме «великой державы», на которую сделали ставку украинские националисты.Они разыгрывают и провозглашают культ силы, упорно раздувая Россию до образа «врага». Провозглашаются воинственные лозунги. А украинскую армию внушают пропагандой, что война с Россией неизбежна.

В любой стране статус великой державы деформирует и вредит национальному характеру. Я никогда не желал России статуса великой державы и не желаю этого Соединенным Штатам. Я этого не желаю Украине. Она не сможет выполнить даже культурную задачу, необходимую для достижения статуса великой державы: в ее нынешних границах 63% населения считают русский своим родным языком, что в три раза превышает количество этнических русских.И всех этих людей нужно будет переучивать на украинский язык, а сам язык нужно будет довести до международных стандартов и использования. Это задача, на которую потребуется более 100 лет.

В основе всего этого лежит центральный вопрос: а как насчет России и США? Мы исторические соперники?

До [русской] революции они были естественными союзниками. Вы знаете, что во время Гражданской войны в США Россия поддерживала Линкольна и Север [в отличие от Великобритании и Франции, которые поддерживали Конфедерацию].Тогда мы были эффективными союзниками в Первой мировой войне. Но начиная с коммунизма Россия перестала существовать. О чем тут говорить? Конфронтация была вовсе не с Россией, а с коммунистическим СССР.

Многие люди на Западе думают, что не коммунизм, а традиционный русский империализм заставили Сталина захватить Восточную Европу.

Абсолютно нет! Это не был российский империализм, который в прошлом лишь несколько расширил свои границы. Это был коммунистический империализм, который стремился захватить весь мир.

Тем не менее, официальный документ США от 1959 года, Закон 86-90, не включает Россию в список наций, угнетенных коммунизмом. Напротив, «русский империализм», а не коммунизм, считается ответственным за завоевание примерно 20 стран - даже Китая, Тибета и некоторого выдуманного места под названием «Казакия». Удивительно, что этот глупый закон все еще действует даже сегодня.

Это полный бред! Когда Россия была в Африке? Когда Россия когда-нибудь хотела отобрать Анголу или Кубу? Когда она была в Латинской Америке? Историческая Россия никогда не пыталась захватить мир, тогда как коммунисты преследовали именно эту цель.

Тем не менее, даже сегодня Россия при Ельцине пытается играть роль в бывшей Югославии, за много миль от границ России.

Я вообще противник панславизма. Я не думаю, что мы должны что-то делать ни на Балканах, ни со славянами. Но сейчас Запад очень сильно склонил чашу весов против Сербии, как будто она во всем виновата. Но виноваты не сербы, хорваты или боснийцы.

В Югославии проблемы начались по той же причине, что и в США.S.S.R. Коммунисты - у них был Тито, у нас был Ленин и Сталин - установили произвольные, этнически бессмысленные и исторически неоправданные внутренние административные границы и в течение многих лет перемещали жителей из одного региона в другой. И когда - тоже в течение нескольких дней - Югославия начала распадаться, ведущие державы Запада с необъяснимой поспешностью и безответственностью поспешили признать эти государства в пределах их искусственных границ. Следовательно, за изнурительную кровопролитную войну, сотрясающую сегодня несчастные народы бывшей Югославии, лидеры западных держав должны разделить вину с Тито.

Теперь, пытаясь как-то исправить ту самую проблему, которую они помогли создать, они, по сути, повторяют хорошо известную максиму Меттерниха [дальновидного габсбургского дипломата, который доминировал на постнаполеоновском Венском конгрессе в начале 19 века] для Священный союз: «Вмешательство ради здоровья других». Сегодня лозунг - «Вмешательство во имя гуманизма». Какое ироничное сходство!

Но вмешательство - вещь очень опасная. Великим державам не так-то просто управлять миром.

Тогда обратно в Россию. Есть ли на территории бывшего Советского Союза такие же русские, как восток и юг Украины?

Да. Весь северный и северо-восточный Казахстан фактически является частью южной Сибири. Его заселяют в основном русские, которые, как и другие не казахи, составляющие вместе 60% населения Казахстана, подвергаются репрессиям в своей национальной, культурной, деловой и повседневной жизни. Как меньшинство может управлять большинством? Только через двуличие и силу.Именно это и произошло на недавних «выборах» в Казахстане. Президент Казахстана Нарсултан Назарбаев сегодня считается на Западе великим демократом. Но он уже стал эффективным диктатором.

Назарбаеву не повредило то, что он предоставил Chevron права на разработку богатых месторождений нефти. Но поговорим об остальной Средней Азии. Почему за пределами северных регионов, где проживает много русских, России интересны исламские районы Центральной Азии?

За тот век, что они жили вместе, Центральная Азия и Россия объединились многими экономическими узами.Но по духу эти страны нам чужды. Вы можете видеть это сегодня в их растущих националистических порывах. Была даже проведена международная конференция о необходимости создания единого великого исламского государства, простирающегося от Алма-Аты до турецких берегов Средиземного моря. И этот план отнюдь не фантастика!

Я считаю завоевание Россией Средней Азии в XIX веке ошибкой. Сегодня я не вижу будущего для проживающих там русских и считаю главным приоритетом правительства помощь беженцам в переселении в Россию.

Россия совершила аналогичную ошибку еще во времена Бориса Годунова, когда она взяла на себя ответственность за помощь Грузии и Армении в Закавказье и, таким образом, оказалась втянутой в нескончаемую Кавказскую войну 19 века. Нам нечего делать в Закавказье, и мы должны вывозить оттуда русских беженцев.

Где же вы видите границы России? Какие области должны с ней объединиться?

Еще в 1990 году я писал, что Россия может желать союза только трех славянских республик [Россия, Украина, Беларусь] и Казахстана, а все остальные республики следует отпустить.Было бы желательно, чтобы [образовавшийся в результате Российский Союз] мог быть преобразован в унитарное государство, а не в хрупкую искусственную конфедерацию с огромной наднациональной бюрократией, как недавно предложил Назарбаев. Это просто дым и зеркала.

Вы за частную собственность на землю в России?

В моей брошюре «Восстановление России», написанной в 1990 году, когда еще существовал Советский Союз, я написал, что частная собственность на землю имеет важное значение. Понятно почему. Личный интерес.Человек интересуется своим делом, когда у него есть своя доля.

Сейчас ситуация с частной собственностью на землю настолько сложна, что мой ответ занял бы несколько страниц. Вы не представляете, что там сейчас происходит! Готовится просто распродажа. От России ничего не останется. Даже на землю. Ничего такого! Фермеров не будет - только наемные рабочие. И мошенники, которые будут владеть землей.

Довольно мрачная картина.

Вот уже несколько лет мы пытаемся выбраться из-под обломков коммунизма.Но из-за ошибок наших правительств и самих людей мы выползаем по самому обременительному, извилистому и неэффективному пути и с самыми возможными жертвами. Таковы и избранные нами методы экономических реформ.

И такова мерзость нашей духовной атмосферы! Ведь ни один из бывших угнетателей и даже палачей не привлечен к ответственности. Они даже не раскаялись. Вся коммунистическая элита успела просто сменить маску - кто-то стал «демократами», кто-то стал бизнесменом, но они успешно удержали все командные позиции, как в Москве, так и в провинции.

Сегодняшняя государственная структура является псевдодемократией, поскольку люди не контролируют действия властей, не решают свою судьбу и уже потеряли надежду, решая ее. Главная проблема современной России - это отсутствие инициативы и упорная самообеспеченность на низовом уровне. Только отсюда, а не сверху может быть установлена ​​реальная власть народа.

Многие россияне сегодня находятся под влиянием западной культуры. Это хорошо?

Россия сейчас перенимает многое у Запада.К сожалению, он также перенимает многие из худших вещей. Вся мразь! Порнография, наркомания, организованная преступность, новые виды мошенничества.

Вы верите, что русский персонаж враждебен настоящей рыночной системе?

Заблуждение, что Россия никогда не была рыночной. До революции в России была полностью рыночная экономика. Вообще, что касается заимствования зарубежных моделей, в каждой стране есть свои традиции, которые нельзя игнорировать.

Тем не менее, вы резко критикуете реформу свободного рынка, начатую при бывшем премьере Егоре Гайдаре и президенте Ельцине.

В феврале [США Министр обороны] Уильям Перри обмолвился, что, если эта реформа провалится в России, Запад должен быть готов укрепить свою коллективную безопасность. Какая связь? С каких это пор министр обороны США может определять, какая экономическая реформа нужна России? И почему нам грозит внешнее давление, если Россия изменит направление и темп реформ?

Возможно, потому, что многие думают, что Россия ждет человека верхом на лошади.Владимир Жириновский пугает людей на Западе. Не перейдет ли Россия от одного деспотизма, коммунизма, к другому, фашизму?

Сегодня люди обычно используют слово «фашизм» вместо «национал-социализм». По-видимому, это то, о чем вы спрашиваете. Нет. Существенной догматической основой гитлеризма был расизм. Но в многонациональной стране у такой идеологии нет шансов на успех. А в России такого движения никогда не было.

Но если говорить о разгуле воинствующего шовинизма, то он существует - причем в кровавой форме - в нескольких республиках бывшего У.С.С.Р., но точно не в России. И если сосчитать все случаи насилия на националистической почве и в локальных войнах, то все они имели место за пределами России, а не со стороны россиян.

Владимир Жириновский?

Жириновский - злая карикатура на русского патриота. Как будто кто-то хотел использовать эту цифру, чтобы показать миру русский патриотизм как отталкивающее чудовище. Помимо полученной финансовой поддержки, причина того, что Жириновский добился такого успеха на выборах, заключается в том, что к тому времени все демократические партии, группы и лидеры полностью отказались от национальных интересов России.Они остались равнодушными к жестокой нищете и безнадежности, охватившей большинство населения в результате технократической реформы Егора Гайдара - после стольких лет коммунизма, очередного бессердечного эксперимента, проведенного над несчастными людьми России.

Бредовые, провокационные и безумные заявления Жириновского не имеют под собой основы психологии нашего убогого народа, измученного 70-летним коммунизмом.

Кстати, а что такое Россия? Этническая, религиозная, лингвистическая или культурная концепция?

Россия - это сочетание многих народов - больших, средних и малых, - которые разделяют русский язык и традиции религиозной терпимости.Образованные слои этих народов также разделяют русскую культуру, которая достигла высокого уровня изощренности и имеет большое международное значение. Уже до 1917 года в руководящий аппарат России входили представители многих национальностей и социальных слоев.

Ни один из них не представляет угрозы для США?

Если заглянуть далеко в будущее, то можно предвидеть в 21 веке такое время, когда США вместе с Европой будут остро нуждаться в России как союзнике.

Это загадочное утверждение.

Это вызывает недоумение только у тех, кто не смотрит в будущее и не видит, какие новые силы возникают в мире.

Это интервью было впервые опубликовано Полом Хлебниковым под заголовком «Жириновский - злая карикатура на российского патриота. Интервью с Александром Солженицыным» в номере журнала Forbes от 9 мая 1994 года.

Мудрец из Вермонта: жизнь и сочинения Солженицына

Что любимый гуру Путина говорит нам о его следующей цели

Петр Ельцов - старший научный сотрудник, доцент Колледжа международной безопасности Университета национальной обороны.Мнения, выраженные в этой статье, принадлежат автору и не отражают официальную политику или позицию Национального университета обороны, Министерства обороны или правительства США.

На церемонии в Кремле в июне 2007 года Владимир Путин вручил Государственную премию Российской Федерации - высшую награду в России - Александру Солженицыну, лауреату Нобелевской премии, чье смелое разоблачение советского угнетения во время холодной войны заставило его уважаемая фигура на Западе.И Михаил Горбачев, и Борис Ельцин пытались вручить Солженицыну такую ​​же премию за Архипелаг ГУЛАГ и другие знаменитые произведения, но писателю они не особо нужны - два лидера, которые пытались порвать с коммунистической и империалистической идентичностью. Россия. Путин был другим. Путин, как сказал Солженицын в интервью незадолго до своей смерти в 2007 году в возрасте 88 лет, принес России «медленное и постепенное восстановление».

Восхищение было обоюдным. Похвалив Солженицына на кремлевской церемонии за то, что он «практически всю жизнь посвятил Отечеству», Путин посетил писателя дома и рассказал ему, какая часть его программы для России «в значительной степени созвучна тому, что написал Солженицын.Недавние политические события показывают, что Путин действительно следовал многим идеям Солженицына, особенно в области, известной как «ближнее зарубежье» или бывший СССР.

Действительно, один из парадоксов истории заключается в том, что внутренний враг Советского Союза № 1 теперь стал духовным наставником бывшего офицера КГБ, который неоднократно выражал ностальгию по советским временам. За годы до своей смерти яростный националист Солженицын предположил, что постсоветская Россия должна включать Украину.Солженицын не рассматривал украинцев как отдельную нацию: «Все разговоры об отдельном украинском народе, существующем примерно с IX века и обладающем собственным нерусским языком, - это недавно выдуманная ложь», - писал он в эссе 1990 года «Восстановление. Россия: размышления и предварительные предложения ».

Путин также считает Украину искусственным государством: на саммите НАТО в Бухаресте в 2008 году он сказал тогдашнему президенту Джорджу Бушу, что «Украина - это даже не государство. Часть его территории находится в Восточной Европе, а большая часть - это подарок от нас.«

Сегодня, когда внимание мира сосредоточено на вторжении России на Украину, мы могли бы взглянуть на сочинения Солженицына, чтобы понять, где может быть следующий агрессивный шаг Путина: Казахстан. Солженицын рассматривал Казахстан в том же свете, что и Украина, предполагая, что на самом деле это не было отдельным государством и что большая часть его территории исторически является российской. «Его нынешняя огромная территория была скомпонована коммунистами совершенно случайно: место, где мигрирующие стада делали ежегодный переход, называлось Казахстаном», - написал он в своем эссе.«Сегодня казахи составляют заметно меньше половины населения всей раздутой территории Казахстана».

Путин публично высказался в отношении Казахстана. Ему удалось оскорбить казахов в разгар украинского кризиса, заявив, что их президент Нурсултан Назарбаев «создал государство на территории, где никогда не существовало государства».

В Казахстане, как и на Украине, проживает много русских, и, как и на Украине, русские националисты считают часть Казахстана русской землей.Казахстан, писал Солженицын: «были собраны из южной Сибири и южного Уральского региона, а также из малонаселенных центральных районов, которые с тех пор были преобразованы и застроены русскими, узниками исправительно-трудовых лагерей и ссыльными народами. ”

Страстный патриот и поборник свободы слова, Солженицын оставил богатое, разнообразное и противоречивое наследие. Путин предпочитает следовать только тем идеям, которые соответствуют его неоимпериалистической и реакционной повестке дня, и, естественно, они обычно не включают в себя часть свободы слова.Но националист Солженитызн любит. В декабре 2014 года, говоря в Кремле о западных санкциях, Путин процитировал слова Солженицына: «Пора защищать Россию, иначе они нас полностью запугают».

В своем эссе 1990 года, написанном накануне распада Советского Союза, Солженицын предложил России отказаться от своей глобальной повестки дня и вместо этого сосредоточиться на своих внутренних проблемах. Он призвал к немедленному отделению России от Советского Союза - призыв, который был услышан первым президентом России Борисом Ельциным, который в декабре 1991 года подписал Беловежские соглашения с президентом Украины Леонидом Кравчуком и главой белорусского парламента Станиславом. Шушкевича, тем самым забив последний гвоздь в гроб СССР и оставив Михаила Горбачева без работы.

Тем не менее, в том же эссе Солженицын писал, что «слово« русский »на протяжении веков относилось к малороссам [украинцам], великороссам и белорусам». Он признал потенциальную будущую независимость Украины, но добавил: «Территория очень неоднородна. действительно, и только местное население может определять судьбу конкретного населенного пункта »- совет, который Путин, похоже, принял близко к сердцу во время аннексии Крыма и который в настоящее время реализует на востоке Украины.

Расположенный в центре Евразии, Казахстан занимает территорию, превышающую Западную Европу.Он богат природными и человеческими ресурсами и, в отличие от некоторых других постсоветских государств, поддерживает относительный мир и стабильность. Это во многом связано с политическими усилиями Назарбаева, автократического правителя страны, который продемонстрировал макиавеллистские навыки в подавлении оппозиции и умиротворении внешних врагов. Назарбаев был очень осторожен с Путиным, но семена для будущего спора - политического или военного - уже посеяны. Обеспокоенные неоимпериалистической политикой России, проводимой под предлогом защиты Русский мир (Русский мир), казахи могут со временем отвернуться от России, особенно когда закончится эпоха Назарбаева.

Несомненно, это будет иметь политические последствия, возможно, вплоть до военного конфликта, подобного тому, что происходит на Украине, где после аннексии Крыма Путин снабжал и финансировал пророссийских сепаратистов на востоке.

Путин, похоже, также разделяет его неприязнь к Западу и его нравам Солженицына. В 1978 году в своей знаменитой речи в Гарварде Солженицын критиковал западную цивилизацию за недостаток мужества, безграничную свободу средств массовой информации и ее приверженность закону и правам личности.Вывод вооруженных сил США из Вьетнама, по словам лауреата Нобелевской премии, был признаком слабости: «Чтобы защитить себя, нужно быть готовым к смерти; такой готовности мало в обществе, воспитанном в культе материального благополучия ». Солженицын даже жестко осудил западную концепцию верховенства закона, что, несомненно, понравилось будущему лидеру России: «Правовые рамки, особенно в Соединенных Штатах, достаточно широки, чтобы поощрять не только индивидуальную свободу, но и определенные индивидуальные преступления ... закон слишком холоден и формален, чтобы оказывать благотворное влияние на общество.”

Несмотря на свое отвращение к советской системе, Солженицын также рекомендовал России не идти по западному пути: «Если кто-нибудь спросит меня, указал бы я на Запад, такой, каким он является сегодня, как образец для моей страны, честно говоря, я должен был бы ответить. отрицательно… Следующая война (которая не обязательно должна быть атомной, и я не верю, что так будет) вполне может навсегда похоронить западную цивилизацию ».

Владимир Путин неукоснительно придерживается этой реакционной программы.

Эта статья помечена под:

«ГУЛАГ» Солженицына обязателен в российских школах

МОСКВА (Рейтер) - Премьер-министр России Владимир Путин приветствовал во вторник публикацию школьной версии книги диссидента Александра Солженицына «Архипелаг ГУЛАГ», назвав ее обязательной к прочтению.

Монументальная хроника Солженицына о страданиях в трудовых лагерях ГУЛАГа при советском диктаторе Иосифе Сталине была запрещена в Советском Союзе после ее публикации на Западе в 1973 году.

«Эта книга очень нужна», - по государственному телевидению Путин сказал вдове Солженицына Наталье в необычных замечаниях для бывшего офицера КГБ, который приписал Сталину превращение Советского Союза в промышленный центр.

Наталья, овдовевшая два года назад, создала для российских школьников сокращенный вариант, который составляет четверть длины многотомного оригинала.Государственные СМИ заявили, что обучение этому будет обязательным для подростков 16-17 лет.

«Не зная, что здесь изложено, у нас не будет полного понимания нашей страны, и нам будет трудно думать о будущем», - сказал Путин Наталье.

Наталья с седыми волосами и в черной одежде сказала, что первые 10 000 копий были выпущены для школ и библиотек.

Российские правозащитники встревожены тем, что они рассматривают как попытку некоторых официальных лиц - особенно в годы президентства Путина с 2000-2008 годов - преуменьшить сталинские зверства, сосредоточив внимание на его достижениях.

В прошлом году активисты и западные дипломаты осудили новый школьный учебник, составленный с помощью историка из правящей партии Путина «Единая Россия», в котором упоминаются репрессии при Сталине, но он также изображается как хороший менеджер.

Как и многие россияне, Путин сказал, что Сталин заслуживает похвалы за победу во Второй мировой войне, но подверг критике его обширные чистки противников. Президент России Дмитрий Медведев осудил правление Сталина.

Более 20 лет Солженицын, бородатый ветеран Второй мировой войны, который провел восемь лет в трудовых лагерях за критику советского правительства, стал символом интеллектуального сопротивления коммунистическому правлению.

Он привлек международное внимание после публикации в 1962 году «Один день из жизни Ивана Денисовича», в котором рассказывалось о жизни заключенного трудового лагеря, а в 1970 году получил Нобелевскую премию по литературе.

Советский Союз лишил его гражданства в 1974 году, и он переехал в Европу, а затем в Соединенные Штаты.

Солженицын удивил западных интеллектуалов, когда он вернулся в посткоммунистическую Россию в 1994 году и стал патриотом.

Отчетность Эми Феррис-Ротман; редактирование Ноа Баркина

В изгнании, куда бы он ни пошел

1 марта 1998 г.
В изгнании, куда бы он ни пошел
Солженицын пережил ГУЛАГ, пережил рак, пережил Америку.Но новая Россия еще может его одолеть.


Подробнее об Александре Солженицыне
Прочитать Первую Главу

Автор GEORGE STEINER

АЛЕКСАНДР СОЛЖЕНИЦЫН:
Век его жизни.
Автор Д. М. Томас.
Иллюстрировано. 583 стр. Нью-Йорк:
St.Мартинс Пресс. 29,95 долларов США.

o использовать шекспировский образ: в конце 60-х и на протяжении 70-х годов Александр Солженицын шагал по миру как колосс. Победа Нобелевская премия по литературе в октябре 1970 г., его высылка из России в феврале 1974 г., публикация на Западе «Архипелага ГУЛАГ». в том же году сделал его не только самым известным писателем в мире, но и духовным наставником, пророком, образцом, не имеющим себе равных со времен Вольтера или Толстого.Каждое его движение, его самые случайные высказывания были объектом неистовых внимание в СМИ. Толпы заблокировали аэропорты, в которые прилетел Солженицын. В «свободном мире», «онкологическом отделении». и «В круге первом», разошедшимся миллионами; в России и в Восточной Европе подпольные копии переходили из рук в руки, яростно храня живая "надежда против надежды".

Сегодня Александр Солженицын живет практически в изоляции в новой России, где молодые люди высмеивают само его имя или заявляют, что не знают его.За границей упоминания его личности и работ носят либо отдаленно почтительный, либо враждебный характер. Его обширный опус о Мире Первая война и предыстория русской революции, для которой «Август 1914 года» является лишь прологом, продолжают идти вперед. движется по литературно-историческому горизонту, как какой-то невероятный мастодонт. Тем временем Солженицын учредил книжную премию от своего имени, чтобы наградить те виды повествования и идеологии, которых он придерживается. Хотя сравнение есть, на любой существенный уровень, абсурдный, о престарелом и жестоком титане больше, чем прикосновение более поздних лет Айн Рэнд.

Как произошло это снижение статуса и репутации? Это оправдано? Это честно? Или этот непримиримый свидетель стал жертвой ошибочной интерпретации, произвольного лишения, столь же незаконного, как тот, который привел к его заключению в ад советских лагерей? и его долгие годы остракизма с родины, страстно, почти литургически любимой? Эти вопросы делают настоящий момент одновременно подходящим и преждевременным для переоценки.Может быть уже слишком поздно вносить определенные проблемы в необходимая перспектива. Возможно, еще слишком рано судить об огромном тексте, который все еще находится в стадии разработки, и о том, что жизнь еще не угасла. В попытках Д. М. Томаса создать более глубокую хронику есть больше, чем намек на смелость.

Как поясняет Томас, его образ в «Александр Солженицын: век его жизни» основан на произведении Майкла Скаммелла. монументальная биография 1984 года.К нему он добавляет документальные подробности, которые стали известны после распада Советского Союза, и краткий отчет о творчестве Солженицына и днях после его возвращения на родину в 1994 году. Запись Скаммелла решительно ясен и прямолинеен. Томас - писатель, стилист энергичной, драматизирующей прозы и крайний фрейдист. Он останавливается на интимных отношениях, которым не может быть прямых доказательств. 'Тайная дрожь в затылке возбуждение сексуального созерцания », - например, побуждает Солженицына« заткнуть дыру »его скрытые рукописи.Часто бывает трудно различить разговоры, для которых есть правдоподобные показания. и те, которые просто интуитивно связаны с занятыми воображениями Томаса. В качестве компенсации - многочисленные блестящие повествования и страстное знание автором русской литературы. Он особенно поучительно, например, о связи Солженицына как с Пушкиным, так и с современной русской поэзией.

Александр Солженицын достиг совершеннолетия на советской родине, которая была почти на грани исчезновения революционным насилием, гражданскими войнами неисчислимого варварства, вынужденным переселением миллионов и черными ужасами ленинизма-сталинизма.Во время его В первые четыре года жизни от 10 до 25 миллионов россиян умерли от голода или насилия. Юг России, место детства Солженицына «тонул в ужасе». Воспитанный женщинами. (его отец умер до его рождения), молодой Солженицын посещал школу в Ростове с 1926 по 1937 год. Среди хаоса и репрессий он получил хорошее образование, особенно в области естественных наук и математики. Он соткал сеть интимной дружбы.Он мечтал написать «большой роман», беллетристику толстовского масштаба. В 1936 году он познакомился и полюбил однокурсницу Наташу Решетовскую. Томас делает незабываемым личную эпопею их брака, от удовлетворения потребностей на всю жизнь до, наконец, его запустения. (Он также ссылается на совершенно иную, но в ключевых моментах аналогичную супружескую карьеру Пастернака.)

Коммунизм молодого Солженицына имел решающее значение. К тому времени, когда он окончил физико-математический факультет Ростовского университета, он был убежденным ленинцем, приверженным делу улучшения жизни в России посредством абсолютного руководства централизованной системой управления. штат.Зачисление в Красную Армию в 1941 году было важным, действительно освободительным шагом.

Обученный в артиллерийском училище, лейтенант Солженицын был награжден орденом Отечественной войны после ожесточенной контратаки, освободившей Орел в начале августа 1943 года. В январе 1945 года он продвигался к Берлину. В мрачной каденции битвы, Моральное воображение Солженицына ожило. Он начал набрасывать длинное стихотворение «Прусские ночи», в котором сожалел о лицензированная жестокость грабежей, изнасилований и убийств, нанесенная советскими войсками побежденному немецкому населению и военнопленным.Победа стала терять ауру. Совершенно неосторожно он писал Наташе письма с критикой, в более или менее прозрачных терминах, преступное бесхозяйственное ведение войны Сталиным и принесение в жертву миллионов невинных жизней. Он был арестован по приказу своей батареи в Восточной Пруссии 9 февраля 1945 года. Началось паломничество в ад.

Собственные сочинения Солженицына рассказали эту историю несравненно. В свою очередь, его смелость и гениальность точной памяти позволили получить массу подтверждающего материала, сделав слово «ГУЛАГ» одним из определяющих маркеров нашего столетия.Но даже когда пересказывается еще раз, зверство сталинской машины убийств не теряет своего воздействия.

Хотя само понятие гротескно, срок Солженицына в аду был относительно мягким. В КГБ его не забивали до смерти. допрос мельницы ни отработали до вымирания на рудниках Колымы. Он не был приговорен к бессрочному приговору. После Работая в глиняных карьерах и на кирпичных заводах, ему были поручены различные формы научных исследований.Были возобновлены эпизоды ручного рабского труда, но в целом выживание стало возможным в том, что Солженицын назвал "первой". круг '' ада. Иногда был даже доступ к книгам и техническим журналам. Некоторые сокамерники Солженицына были людьми интеллектуального роста. И для них, и для скромных - исключительная способность Солженицына. моральный авторитет и стойкость стали яркими. Случайные встречи с Наташей были разрешены с 1947 года.Но напряжение в браке стало невыносимым. (Отчет Томаса обо всей безрадостной истории проницателен; он первый показал, как отчаянно муж и жена пытались держаться вместе в невозможных обстоятельствах.) Сталинская покаянная вселенная - рассматривала ее как огромную черную дыру в ткани истории со своими собственными ритуалами, безумной логикой и административной необъятностью.

Освобожденный в 1953 году, Солженицын был сослан в пустоши Южного Казахстана. Там он победил в ужасных условиях приступ рака. Школьное обучение помогло ему пережить повторяющуюся боль и одиночество. В 1957 году он воссоединился с Наташей и начал учить ближе к Москве. Двумя годами позже появился annus mirabilis: набирали обороты исследования для «Архипелага ГУЛАГ», был составлен проект «В круге первом», а также был написан небольшой роман о повседневной жизни в трудовых коллективах. лагерь разгромлен.Остальное действительно история и даже больше. Представлено под псевдонимом великому редактору журнала «Новый мир» Александру Твардовскому в 1961 году и несколько загадочно санкционировано Хрущевым в октябре 1962 года ''. Один день из жизни Ивана Денисовича '', опубликованный 17 ноября, прокатился по России и миру. Те, кто компетентен судить, говорят нам, что он остается шедевром Солженицына в том, что касается непосредственности языка и управляемости. рассказ идти. Это почти невыносимо ясное свидетельство отметило русское сознание так же резко, как поэзия Пушкина или откровения Достоевского.

Слава, казалось, влекла Солженицына внутрь себя. Призыв к свидетелям, к апокалиптическому раскрытию становился все более навязчивым. Следующие 10 лет были отмечены все более и более отчаянной игрой в кошки-мышки, в которой Солженицын стремился перехитрить все более и более бдительные, часто истерическая цензура. Почти все были осведомлены о его работе. С огромным личным риском группа женщин, художница и журналист Ольга Карлайл, великолепно скопировала, спрятала и, наконец, контрабандой вывезла Солженицына. огромные рукописи за рубежом.Снова и снова K.G.B. был на грани конфискации имеющихся копий или отправки писателя и его верных сообщников обратно в ГУЛАГ. Но Солженицын оказался слишком хитрым, слишком непреклонным. для его охотников. Он стал тем особым явлением в русской духовной истории: «другим государством». Подойдет только изгнание.

Боясь быть выданным КГБ. Руки, которых тошнило от лжи европейских попутчиков, особенно Сартра, великого выжившего, в сопровождении своей новой семьи и около 1400 фунтов багажа приехали в Соединенные Штаты.(В 1973 г. Солженицын имел развелся с Наташей и женился на математике Наталье Светловой, от которой уже имел двух сыновей; третий родился позже.) состав его эпоса о Первой мировой войне. Печально известная церемония вручения дипломов в Гарварде 8 июня 1978 года и спровоцированные ею скандалы превратили Солженицына в уединение. К тому времени, когда он уехал в освобожденную Россию в 1994 году, у него уже было приблизиться к достижению невидимости.Чего он не мог предвидеть, так это того, что бестселлерами в Москве, в которую он вернулся, были не «Архипелаг ГУЛАГ», а «Как стать счастливым котом» и "Пятьдесят способов похудеть".

Во всяком случае, Д. М. Томас лишь осторожно относится к теократико-аграрной идеологии Александра Солженицына и его жажде общинной, в некотором смысле средневековой Руси под немигающим взором мстительного Бога. Солженицыну, западные пути Потребительства и технократии массового рынка с их легкомысленным секуляризмом и неглубокой терпимостью являются «жидким навозом».'' Даже в адских дырах ГУЛАГа процветали душевные благородства, жертвенные идеалы, близость ко Христу и святым, грубо отрицаемая в грязи и истерической алчности «американского века». В этом мировоззрении неявно скрывается болезненная проблема антисемитизма Солженицына. Он видит вирус коммунизма-большевизма, хотя в конечном итоге порожденный Просвещением и тем, что он считает атеизмом Французской революции, заразил Святую Русь через Маркса и его приспешников, многие из которых евреи - городские, дома с деньгами, ироническим рационалистам чужды атавистической священности почвы.Иногда охрана Солженицына ужасно падает: он предполагает, что гестаповцы пытали только для получения информации, тогда как КГБ. пытали от радости. Томас предпочитает легко пройти через некое сердце тьмы.

Важно то, в какой степени мы по-прежнему в долгу перед «Иваном Денисовичем», картографированием ГУЛАГа. В стольких случаях то, что было в нашем грязном возрасте совести, заключалось в гневном хранении этого одного человека.


Мемуары Джорджа Штайнера «Опечатки» будут опубликованы в конце этого месяца.

Вернуться на главную страницу книг

ученых обсуждают наследие русского диссидента Солженицына

ФАЙЛ - На этой фотографии из архива 25 мая 1994 года Русский писатель Александр Солженицын садится в семейную машину, когда он уезжает из своего Кавендиша, штат Вирджиния., сложный. Десятки международных экспертов по творчеству покойного русского писателя, лауреата Нобелевской премии, собираются в Вермонте на запланированную двухдневную конференцию, которая начнется 7 сентября 2018 года в ознаменование 100-летия со дня его рождения. Солженицын, который провел почти два десятилетия в изгнании в Вермонте, умер в России в 2008 году. (AP Photo / Toby Talbot, File)

ФАЙЛ - На этом фото из архива 25 мая 1994 года Русский писатель Александр Солженицын садится в семейную машину. он уезжает из своего Кавендиша, Вт., сложный. Десятки международных экспертов по творчеству покойного русского писателя, лауреата Нобелевской премии, собираются в Вермонте на запланированную двухдневную конференцию, которая начнется 7 сентября 2018 года в ознаменование 100-летия со дня его рождения. Солженицын, который провел почти два десятилетия в изгнании в Вермонте, умер в России в 2008 году. (AP Photo / Toby Talbot, File)

МОНТПЕЛЬЕ, Вермонт (AP) - Ученые со всего мира собираются в Вермонте, чтобы обсудить сочинения. и наследие покойного писателя-диссидента Александра Солженицына, который вел хронику жизни в лагерях для военнопленных советских времен и провел 18 лет в ссылке в государстве, прежде чем прожить свои дни в своей родной России.

Кульминацией двухдневной конференции, которая начнется в пятницу в кампусе Линдон Университета Северного Вермонта, станет посещение Кавендиша - городка на юге Вермонта, где известный писатель жил почти в уединении.

Солженицын, по словам сына, старался изо всех сил писать, в то время как его личная жизнь охранялась горожанами, которые отказывались давать любопытные указания, как добраться до его дома.

На протяжении десятилетий Солженицын, который провел 11 лет в заточении на своей родине, писал о жизни в советских трудовых лагерях в таких книгах, как «Один день из жизни Ивана Денисовича» и «Архипелаг ГУЛАГ.«Он также писал истории России и Советского Союза перед своей смертью в 2008 году.

Его работы до сих пор находят отклик в напряженных отношениях между США и Россией, - сказал организатор конференции Александр Строканов.

«Если вы хотите понять, куда идет Россия и во что превратилась Россия, по крайней мере частично, мы должны прочитать его работы», - сказал Строканов. «Он отвечает на все эти вопросы в своих книгах».

Конференция в Вермонте - одно из ряда мероприятий, проводимых в Вермонте по случаю столетия со дня рождения Солженицына.У Исторического общества Вермонта есть выставка в музее Монпелье. Историческое общество Кавендиша также имеет выставку Солженицына и ремонтирует старую церковь, чтобы она могла стать постоянным домом для артефактов Солженицына.

В следующем месяце выходит первый английский перевод книги Солженицына о его жизни в изгнании «Между двумя жерновами. Книга 1, Очерки изгнания, 1974–1978 годы».

Солженицын сделал одни из своих лучших работ в Кавендише, сказал 44-летний сын Стефан, который сейчас живет в Москве, но провел детство в Вермонте.

«Это то, чего он никогда бы не сделал, если бы у него не было возможности работать тихо и спокойно», - сказал он.

Марго Колфилд из Исторического общества Кавендиша сказала, что люди до сих пор регулярно посещают город, чтобы узнать о пребывании там Солженицына. Некоторые фанаты его сочинений; другие - люди, жившие при советской системе.

«У каждого свои планы», - сказала она.

Томас Бейер, профессор русских и восточноевропейских исследований в колледже Мидлбери в Вермонте, сказал, что начал читать Солженицына в 1960-х годах, прежде чем автор стал известен.Бейер говорит, что его поразило «моральное мужество, которое он проявлял в своих романах, а также способность переносить ... худшие из возможных лишений».

Но наследие Солженицына после того, как он писал о лагерях, неоднозначно. По словам Бейера, он был одним из первых сторонников президента России Владимира Путина и никогда не подходил, пока жил в Вермонте.

«Было бы трудно считать его настоящим вермонтером в любом смысле этого слова, если бы не его жесткая независимость мысли и действий», - сказал он.

Александр Солженицын | The Economist

ЛЮДИ знали, что это было там: огромная удивительная страна ГУЛАГ , которая, «хотя географически разбросана по архипелагу, но в психологическом смысле слилась с континентом - почти невидимой, почти незаметной страной». Поезда ходили, и людей отправляли для управления из МВД. Но пока Александр Солженицын не провел там восемь лет, кладя кирпичи и плавя металл в условиях сильнейшей жары и холода, слыша сокамерников, как крысы, крадущих его еду в темноте, надев наручники, сокрушающие запястья, для малейшего проступка, эта земля была не полностью раскрывается внешнему миру.«Архипелаг ГУЛАГ» - это книга, вынесенная из лагерей «на коже моей спины», чтобы свидетельствовать от имени всех, кто еще находится внутри.

Его появление в 1973 году сразу привело к его изгнанию из Советского Союза. Но его работа была сделана. Он вскрыл трещины в системе, правдивость, начавшаяся 11 лет назад, во время хрущевской оттепели, с публикации в Новом мире книги «Один день из жизни Ивана Денисовича». Эта история началась с какофонии бодрствования для заключенных, «прозвучавшей ударами молотка по перилам» через окна, покрытые инеем толщиной в два пальца.Этим ударом, даже несмотря на свою непроницаемость, русский народ начал подвигаться ко злу культа личности, под которым они слишком долго жили; после этого, хотя и с отчаянной медлительностью, распад Советского государства был лишь вопросом времени.

Он не был очередным Толстым или Достоевским. Часто персонажи в книгах г-на Солженицына были одномерными, тон сардоническим, детали надутыми. Но его неуязвимость с годами дала ему голос пророка.Он пережил войну, лагеря и неаккуратное лечение рака брюшной полости. Ему сказали, что у него никогда не будет детей, но у него было трое сыновей. Он считал, что никогда не вернется в Россию после изгнания, но в 1994 году его приветствовали обратно в постсоветское государство. Каждое чудо усиливало его чувство миссии. Он был не просто писателем, но и провидцем, который исправит Россию; и поэтому он считал, что находится на равных с советскими лидерами. В 1973 году в письме к ним он изложил свои предложения. В советской империи не было ничего плохого; но им пришлось сбросить «эту грязную, потную рубашку» марксистской идеологии, все эти «арсеналы лжи».Социализм, писал он, «мешает живому телу нации дышать».

За его бесстрастным кулацким лицом скрывались напряженная самооценка, непреклонное моральное и физическое мужество и иногда тревожное пренебрежение к меньшим и более мягким вещам в жизни. Но он не обязательно считал себя лучше или мудрее других людей. По его словам, только по счастливой случайности он не попал в НКВД, сталинскую тайную полицию, когда они пришли на вербовку в его университет. Что касается войны, хотя нацисты развязали зверства против России, «Я вспоминаю себя в погонах моего капитана и передовой марш моей батареи через Восточную Пруссию, охваченный огнем, и я говорю:« Так было ли нам лучше? В одном стихотворении «Прусские ночи» он написал:

Маленькая дочка на матрасе, Мертвая.Сколько было в нем? Взвод, а может, и рота? Девушка превратилась в женщину, Женщина превратилась в труп

Залп за залпом от пишущей машинки Солженицына, всегда чередующийся с копиями из опасения, что тайная полиция захватит рукопись. Некоторые были глухи - умышленно глухи, как в случае с левыми европейцами. Представление о том, что Сталин был великим лидером военного времени, например, никогда не должно было пережить разрушительный портрет болезненной паранойи в «Круге первом» (1969).Тем не менее, он сохраняется по сей день.

Хотя сторонники на Западе причисляли г-на Солженицына к остальной интеллигенции, он стоял монументально одиноким. Дружба с узником-эстонцем Арнольдом Суси разрушила его давнюю веру в марксизм; но он ненавидел эгоистичных и высокомерных русских интеллектуалов, «начитанных», как он их называл. В отличие от Андрея Сахарова, он не верил ни в либерализм, ни в правозащитные кампании. Тот факт, что ученых могут лишить визы, оставил его равнодушным.Он заботился о судьбе крестьян и простых граждан, русских в массе. Иван Денисович не был интеллектуалом: он был крестьянином, который с ужасом обнаружил в письме жены, что крестьяне в его деревне теперь работают на фабриках, а не на сенокосе. Создание советского человека было ужасом, который г-н Солженицын хотел обратить вспять.

Ни Востока, ни Запада

Но и на Запад у него было мало времени. Связанный с самолетом, летящим в Западную Германию в 1974 году, он направил свой огонь на другие цели, выступая против материализма, поверхностности и глупости популярной западной культуры.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *