Слушать стих кубок: Спящая царевна (слушать аудиокнигу бесплатно)

Содержание

D0 bc d0 bb d0 b5 d1 87 d0 bd d1 8b d0 b9 20 d0 ba d1 83 d0 b1 d0 be d0 ba 20 d0 bc d1 86 слушать онлайн в Mp3

  • Андрей Сорокин Я писал о ней стихи…

  • Ирина Круг Фамилия

  • Юля Беломлинская Алеша

  • Юля Беломлинская Шар голубой

  • Федосей Я снова дома

  • Михаил Гулько Тишина

  • Влад Порфиров Планета мечты

  • Андрей Сорокин Есть девы…

  • Андрей Сорокин Влюбиться

  • КУБОК МЦ (KBK MC) – ШУММ VS ISLA DE MUERTA Lyrics

    ШУММ VS ISLA DE MUERTA Lyrics

    [Текст баттла «ШУММ VS ISLA DE MUERTA»]

    Шумм:

    [Куплет 1]
    Который месяц я уже на карантине, апрель. ..
    Давно не видел людей, и вряд ли выйду теперь
    Прокрастинирую, эй
    Слушая песни Маши Химы мастурбирую в день
    Где-то стабильно раз семь…
    Всё хорошо, казалось бы, но в квартире моей
    Такая вонь, будто кого-то, блять, убили тут в ней
    Ищу причину, поверь
    *Sniff! Sniff!*
    Такая вонь, будто фанаты Лучника мне навалили под дверь!
    От этой вони так сложно укрыться
    Будто кто-то долго не мылся
    Проверю холодильник, может что-то прокисло… *Да, нет*
    А может в мусорном ведре?
    О, Боже, похоже там Исла! БУМ!
    Салам, Казахстан!
    Исла — чемпион, он так классно читал!
    На втором сезоне 140, а я был на финале судья
    Но нам с тобой вот в этом разобраться пора. *Слушай!*
    За тебя всегда я отдавал голоса
    Но ты недочемпион, смотри правде в глаза
    Там, где я был чемпионом, тебя даже не взяли
    А ты стал чемпионом, потому что я так сказал!
    Факты, братан! Нахуй тебя!
    Но…
    У тебя на самом деле есть шанс!
    Я буду просто издеваться
    Для чего мне глубоко в тебе копаться?
    Ведь, я не хочу косплеить бомжа
    Я смотрю, ты поверил в себя? И не зря!
    Ты круче Gokill’ы, ты лучше, чем все в СНГ!
    Ты лучший рэпер в совке!
    Вот в этом совке
    Бадибэг, эй!

    [Припев]
    Ты громче всех пиздишь, но ты на деле безобиден
    Я смахнул тебя вместе с мусором в пакет и не заметил
    Trash Talk!
    Что ты сказал, извини?
    Тебя не слышно, прости?
    Trash Talk!
    Выношу сор из избы!
    Я выношу сор из избы! *Нахуй!*

    [Бридж]
    Нахуй твой trash, конечно
    Ведь тебе, чтоб меня убрать
    Нужно что-то больше, чем фрешмен- . .
    ..-флоу!
    То есть, нет надежды
    Ведь я вижу в голове, что там у тебя
    И мне смеш-..
    ..-но!
    Ведёшь себя, как будто съешь меня
    Будто пистолет у головы моей он держит…
    Стоп!
    Я переверну твой потешный полк
    И получится потешный…
    Клоп!

    [Куплет 2]
    Которого захавал Лучник
    Потом он доебался до меня, ведь был голоден снова
    Но ты пытался напевать изящно, будто Tory Lanez
    А я просто поднял камень и ёбнул об Жору!
    Это было не честно! Всё отсужено не так!
    Они расисты, не русский им там не нужен — это факт!
    Jah Khalib тебя позвал на трек «Дети степей»
    Не потому что ты крутой, а потому что ты казах! Очевидно!
    Убивать МЦ мой инстинкт!
    Кто-то пиздит об этом
    Но я не из них!
    Это блицкриг!
    Завоевал тебя
    Стиль в миг!
    У тебя будто Паркинсон
    Даже после того
    Как бит стих!
    Сортирую мусор
    Ну, куда мне теперь класть тебя?
    Куришь много дури?
    Ну, тогда в отдел пластика!
    Ты. ..
    Переработан вторично второй сезон
    Нахуй никому не нужный чемпион!

    [Припев]
    Ты громче всех пиздишь, но ты на деле безобиден
    Я смахнул тебя вместе с мусором в пакет и не заметил
    Trash Talk!
    Что ты сказал, извини?
    Тебя не слышно, прости?
    Trash Talk!
    Выношу сор из избы!
    Я выношу сор из избы! *Нахуй!*

    Ты громче всех пиздишь, но ты на деле безобиден
    Я смахнул тебя вместе с мусором в пакет и не заметил
    Trash Talk!
    Что ты сказал, извини?
    Тебя не слышно, прости?
    Trash Talk!
    Выношу сор из избы!
    Я выношу сор из избы! *Нахуй!*

    Isla:
    [Припев]
    Дима, привет! Дима, как сам? Дима, как рэп?
    Дима 140 забрал, и все это в его 20 с хуем-то лет
    Дима, привет! Дима, как сам? Дима, как рэп?
    Дима 140 забрал, больше чем выебнуться здесь в принципе нет!

    [Куплет 1]
    Лови по ебалу мой «шапал»
    Ты реально думал будет баттл?
    Нахуй мне баттл то с сурикатом?
    Переворот в этой игре на твой жирной бороде
    Нахуй мне баттл с Эминема суррогатом?
    Нахуй пиздеть? чертов инет, вызываю таксу
    Косарь километров еду прямо в ЕКБ
    Дима, скажи мне кто твой друг
    А я сделаю вывод: ты — шлюшка Забэ!
    Дима, ты так уникален, а нам таланта не дали
    Зато мне дали размер генеталий
    И я так буду ебать твою глотку
    Ебать тебя в попку за кубки медали
    Спросишь: где умные панчи на инструментале?
    Умные панчи? иди-ка ты нахуй
    Ёбаный гуманитарий!
    Как же мне похуй
    Зажимаю тебя в угол летит локотуха сбоку
    Это HEADSHOT ноу скопом
    Моя тактика не перечитывать, а пиздить лоха
    И работает не плохо!
    Сука, не напрягайся
    Это боинг 707
    Вылетает в Питер, чтобы дать в рот
    Звал меня жирным и не скинул тайм код!

    [Бридж]
    Скажи в открытую, гнида
    Твое очко говорит, что ты пидор
    Скоро 140 читай больше книг
    А я снова приду и скажу что ты пидор!
    Скажи в открытую, гнида
    Твое очко говорит, что ты пидор
    Скоро 140 читай больше книг
    А я снова приду и скажу что ты пидор!

    [Припев]
    Дима, привет! Дима, как сам? Дима, как рэп?
    Дима 140 забрал, и все это в его 20 с хуем-то лет
    Дима, привет! Дима, как сам? Дима, как рэп?
    Дима 140 забрал, больше чем выебнуться здесь в принципе нет!

    2 часть

    [Припев]
    Я кладу Диму на стол, и мы проводим анализ
    Вижу, что баттл рэп в нем, нам нужен гемодиализ
    Сбреем бородку — минус брутальность
    Скальпель в руках нарушает сокральность!
    Сбреем бородку — минус брутальность
    Скальпель в руках нарушает сокральность!

    [Куплет 1]
    Сука завали ебало сразу
    Я не буду слушать твой ебаный рэп про житуху
    Екб-шника среднего класса
    Не надо пытаться , мне суждено было с тобою встретиться
    Когда базаришь со мной вытри с подгородка пивас и
    Можешь отсасывать сразу, кепаса
    Это Isla de Muerta
    7 оппонентов, как ебаный тир
    Кидаю дротики, поджигаю их жопы, как чертов факир!
    Я себе говорил батл рэп — ебучий прицеп
    Но наполню твоей кровью этот кубок МЦ
    И ты утонешь в своем дерьме будто Муха цеце!
    Я себе говорил батл рэп — ебучий прицеп
    Но наполню твоей кровью этот кубок МЦ
    И ты утонешь в своем дерьме будто Муха цеце!

    [Припев]
    Я кладу Диму на стол, и мы проводим анализ
    Вижу, что баттл рэп в нем, нам нужен гемодиализ
    Сбреем бородку — минус брутальность
    Скальпель в руках нарушает сокральность!
    Сбреем бородку — минус брутальность
    Скальпель в руках нарушает сокральность!

    [Куплет 2]
    Тебе не стоит выражать свои мысли
    Это как то убого и ебанно!
    Нам видеть, как чел без харизмы
    Машет руками, туалетной бумагой
    Ведь ты — просто баттл рэпер
    Что свои скиллзы годами тренил
    Но не шаришь в треках
    В своем паблике вконтакте «музыкант», отрепье
    Но из музыки ты — рэп и ито про бэттлы
    Это жестко, мэн, глотай мой толстый член
    Твой прикид это просто смех
    Вызывает даже больше твоих плоских схем
    Это просто смех
    Упитанный малый, но никто это не предал огласке
    Посмотрев твои баттлы, в уме лишь одно: хуевый английский хуевый казахский!

    [Бридж]
    Куча дерьма на твоей голове
    Дима очнись это все баттл рэп
    Куча дерьма на твоей голове
    Дима очнись это все баттл рэп

    [Припев]
    Я кладу Диму на стол, и мы проводим анализ
    Вижу, что баттл рэп в нем, нам нужен гемодиализ
    Сбреем бородку — минус брутальность
    Скальпель в руках нарушает сокральность!
    Сбреем бородку — минус брутальность
    Скальпель в руках нарушает сокральность!

    Баллада водолаз фридрих шиллер.

    Ныряльщик. Из шиллера. Баллада. Мотивы и основы баллады «Кубок»

    «Все баллады, — читаем мы в книге „Цветы мечты уединенной», — строятся на каком-нибудь легендарном предании, непременно чудесном. Это либо действие сверхъестественной силы, либо ужасный случай, либо непредвиденное событие или происшествие, которое неожиданно поворачивает судьбы героев». А вот что говорится о балладе «Кубок»: «Из XII века до нас дошла немецкая легенда о пловце, который бросился в море за сокровищами. Эту легенду литературно обработал великий немецкий поэт Фридрих Шиллер, написав балладу „Водолаз».

    Баллада стала широко известной, и наш великий поэт В. А. Жуковский перевёл её и переложил на русский лад. Средневековая легенда XII века сообщала обычную ситуацию, как жадность погубила пловца. Немецкий поэт придал балладе возвышенность, торжественность.

    Жуковский построил свою балладу на чувствах смелости, произвола, каприза и жалости. У него большую роль играет возраст героя и действующих лиц.

    Царь, играя жизнями своих подданных, предлагает им совершить подвиг, проявить смелость. Он хочет столкнуть человека с буйной, неукротимой стихией, превышающей силы человека. Зрелые и умудрённые мужи — рыцари и латники — не трусы, но они понимают, что желание царя — каприз, ничего общего не имеющий с настоящим испытанием храбрости. Но находится юный паж, который жаждет отличиться. Он бросается навстречу опасности и оказывается победителем. Однако подвигом и жизнью он обязан не столько своим слабым силам, сколько Богу…

    Без Божьей помощи паж не вернулся бы из бездны назад. Бог простил ему и вернул его на берег. Рассказ пажа взволновал царя, он пообещал новые сокровища пажу, если тот бросится в роковую пучину ещё раз. Теперь царь не взывает к подвигу и смелости. Все понимают, что им движет нехорошее личное чувство. И тогда за пажа заступается царевна.

    Однако царь неумолим. Второе испытание окончилось для пажа гибелью. Паж, вторично нарушив Божественную заповедь, не получил помощи Бога. Идея баллады Жуковского состояла в том, чтобы люди соединяли свои желания и помыслы с пониманием своего несовершенства. Только смиряя свою гордыню и полагаясь на волю Бога, прибегая к Его помощи и милости, они смогут полно и всесторонне проявить свои лучшие человеческие свойства».

    Размышляем о прочитанном

    Особенности баллад В. А. Жуковского

    • Баллада (фр. ballade — танцевальная песня) — стихотворение, в основе которого чаще всего лежит историческое событие, предание с острым, напряженным сюжетом.
    1. Кто главные герои баллады?
    2. Как проявляются благородство, рыцарство и жестокость героев баллады?
    3. Какие поступки героев вы приветствуете, какие только оправдываете, какие осуждаете?
    4. Как автор относится к героям — кого осуждает, кого жалеет? Как вы это определили?

    Учимся читать выразительно

    1. Подготовьте выразительное чтение по ролям одного из произведений В. А. Жуковского.
    2. Как вы прочитаете балладу «Кубок» вслух? Какие интонации будут повторяться особенно часто (грустные, тревожные, торжественные, печальные)?

    Творческое задание

    Попробуйте сочинить собственную балладу в духе произведений В. А. Жуковского.

    Баллад Жуковского Кубок была впервые опубликована «Балладах и повестях В. А. Жуковского», в двух частях, изданной в 1831. Основу произведения составил перевод баллады Шиллера «Der Taucher» («Водолаз»). Сюжет Шиллера строится из средневековых немецких легенд XII века (отсутствуют романтические мотивы: причиной гибели пловца была его жадность). Жуковский существенно преобразил сюжет баллады, заменив ряд мифических персонажей реальными существами. Кроме того, у Жуковского центральной идеей стало то, что человеку недоступно познание всего, что должно лежать, согласно божественной воле, за пределами человеческого разума.

    «Кто, рыцарь ли знатный иль латник простой,
    В ту бездну прыгнет с вышины?
    Бросаю мой кубок туда золотой:
    Кто сыщет во тьме глубины
    Мой кубок и с ним возвратится безвредно,
    Тому он и будет наградой победной».

    Так царь возгласил, и с высокой скалы,
    Висевшей над бездной морской,
    В пучину бездонной, зияющей мглы
    Он бросил свой кубок златой.
    «Кто, смелый, на подвиг опасный решится?
    Кто сыщет мой кубок и с ним возвратится?»

    Но рыцарь и латник недвижно стоят;
    Молчанье — на вызов ответ;
    В молчанье на грозное море глядят;
    За кубком отважного нет.
    И в третий раз царь возгласил громогласно:
    «Отыщется ль смелый на подвиг опасный?»

    И все безответны… вдруг паж молодой
    Смиренно и дерзко вперед;
    Он снял епанчу, и снял пояс он свой;
    Их молча на землю кладет…
    И дамы и рыцари мыслят, безгласны:
    «Ах! юноша, кто ты? Куда ты, прекрасный?»

    И он подступает к наклону скалы
    И взор устремил в глубину…
    Из чрева пучины бежали валы,
    Шумя и гремя, в вышину;
    И волны спирались и пена кипела:
    Как будто гроза, наступая, ревела.


    Как влага, мешаясь с огнем,

    Дымящимся пена столбом;
    Пучина бунтует, пучина клокочет…
    Не море ль из моря извергнуться хочет?

    И вдруг, успокоясь, волненье легло;
    И грозно из пены седой
    Разинулось черною щелью жерло;
    И воды обратно толпой
    Помчались во глубь истощенного чрева;
    И глубь застонала от грома и рева.

    И он, упредя разъяренный прилив,
    Спасителя-бога призвал,

    И дрогнули зрители, все возопив, —
    Уж юноша в бездне пропал.
    И бездна таинственно зев свой закрыла:
    Его не спасет никакая уж сила.

    Над бездной утихло… в ней глухо шумит…
    И каждый, очей отвести
    Не смея от бездны, печально твердит:
    «Красавец отважный, прости!»
    Все тише и тише на дне ее воет…
    И сердце у всех ожиданием ноет.

    «Хоть брось ты туда свой венец золотой,
    Сказав: кто венец возвратит,
    Тот с ним и престол мой разделит со мной! —
    Меня твой престол не прельстит.
    Того, что скрывает та бездна немая,
    Ничья здесь душа не расскажет живая.

    Немало судов, закруженных волной,
    Глотала ее глубина:
    Все мелкой назад вылетали щепой
    С ее неприступного дна…»
    Но слышится снова в пучине глубокой
    Как будто роптанье грозы недалекой.

    И воет, и свищет, и бьет, и шипит,
    Как влага, мешаясь с огнем,
    Волна за волною; и к небу летит
    Дымящимся пена столбом.

    ..
    И брызнул поток с оглушительным ревом,
    Извергнутый бездны зияющим зевом.

    Вдруг… что-то сквозь пену седой глубины
    Мелькнуло живой белизной…
    Мелькнула рука и плечо из волны…
    И борется, спорит с волной…
    И видят — весь берег потрясся от клича —
    Он левою правит, а в правой добыча.

    И долго дышал он, и тяжко дышал,
    И божий приветствовал свет…
    И ᴋаждый с весельем: «Он жив! — повторял. —
    Чудеснее подвига нет!
    Из томного гроба, из пропасти влажной
    Спас душу живую ᴋрасавец отважный».

    Он на берег вышел; он встречен толпой;
    К царевым ногам он упал;
    И ᴋубоᴋ у ног положил золотой;
    И дочери царь приᴋазал:
    Дать юноше кубоᴋ с струей винограда;
    И в сладость была для него та награда.

    «Да здравствует царь! Кто живет на земле,
    Тот жизнью земной веселись!
    Но страшно в подземной таинственной мгле..
    И смертный пред богом смирись:

    И мыслью своей не желай дерзновенно
    Знать тайны, им мудро от нас сокровенной.

    Стрелою стремглав полетел я туда…
    И вдруг мне навстречу поток;
    Из трещины камня лилася вода;
    И вихорь ужасный повлек
    Меня в глубину с непонятною силой…
    И страшно меня там кружило и било.

    Но богу молитву тогда я принес,
    И он мне спасителем был:
    Торчащий из мглы я увидел утес
    И крепко его обхватил;
    Висел там и кубок на ветви коралла:
    В бездонное влага его не умчала.

    И смутно все было внизу подо мной
    В пурпуровом сумраке там;
    Все спало для слуха в той бездне глухой;
    Но виделось страшно очам,
    Как двигались в ней безобразные груды,
    Морской глубины несказанные чуды.

    Я видел, как в черной пучине кипят,
    В громадный свиваяся клуб,
    И млат водяной, и уродливый скат,
    И ужас морей однозуб;

    И смертью грозил мне, зубами сверкая,
    Мокой ненасытный, гиена морская.

    И был я один с неизбежной судьбой,
    От взора людей далеко;
    Одни меж чудовищ с любящей душой;
    Во чреве земли, глубоко
    Под звуком живым человечьего слова,
    Меж страшных жильцов подземелья немова.

    И я содрогался… вдруг слышу: ползет
    Стоногое грозно из мглы,
    И хочет схватить, и разинулся рот…
    Я в ужасе прочь от скалы!..
    То было спасеньем: я схвачен приливом
    И выброшен вверх водомета порывом».

    Чудесен рассказ показался царю:
    «Мой кубок возьми золотой;
    Но с ним я и перстень тебе подарю,
    В ᴋотором алмаз дорогой,
    Когда ты на подвиг отважишься снова
    И тайны все дна перескажешь морскова».

    То слыша, царевна с волненьем в груди,
    Краснея, царю говорит:
    «Довольно, родитель, его пощади!
    Подобное кто совершит?
    И если уж до́лжно быть опыту снова,
    То рыцаря вышли, не пажа младова».

    Но царь, не внимая, свой кубок златой
    В пучину швырнул с высоты:
    «И будешь здесь рыцарь любимейший мой,
    Когда с ним воротишься, ты;
    И дочь моя, ныне твоя предо мною
    Заступница, будет твоею женою».

    В нем жизнью небесной душа зажжена;
    Отважность сверкнула в очах;
    Он видит: краснеет, бледнеет она;
    Он видит: в ней жалость и страх. ..
    Тогда, неописанной радостью полный,
    На жизнь и погибель он кинулся в волны…

    Утихнула бездна… и снова шумит…
    И пеною снова полна…
    И с трепетом в бездну царевна глядит…
    И бьет за волною волна…
    Приходит, уходит волна быстротечно:
    А юноши нет и не будет уж вечно.

    Баллада В. Жуковского «Кубок».

    Баллады Шиллера

    В 1797—1798 годах Шиллер в творческом соревновании с Гёте создает свои знаменитые баллады, большинство которых переведено на русский язык В. А. Жуковским. Главное в них — прославление человека, его благородства, мужества, его готовности пойти на подвиг во имя чести, любви и дружбы, патриотического долга.

    В балладе «Кубок» (у Шиллера — «Водолаз») геройский поступок совершает молодой пая;. Он дважды бросается в морскую пучину со скалы, чтобы доказать свое превосходство перед робкими рыцарями и получить за храбрость руку царской дочери. Баллада согрета чувством любви и грусти к отважному юноше, не побоявшемуся вступить в бой со страшной стихией.

    Утихнула бездпа… и снова шумит…

    И пеною снова полна…

    И с трепетом в бездну царевна глядит…

    И бьет за волною волна…

    Приходит, уходит волна быстротечно:

    А юноши нет и не будет уж вечно.

    Баллада «Порука» представляет собой настоящий гимн человеческой дружбе. Мерос, приговоренный к смерти за покушение на тирана Дионисия, просит дать ему отпуск на три дня для того, чтобы выдать замуж сестру. Вместо него остается заложником его друг. Дионисий не верит в возвращение Мероса, но тот, преодолевая на своем пути все препятствия, приходит в срок. Дионисий, покоренный примером необыкновенной дружбы, морально перерождается.

    И он их велит привести перед трон,

    Он влажными смотрит очами:

    «Ваш царь побежденный пред вами;

    Он понял, что дружба —не призрак, не сон,

    И с просьбою к вам обращается он:

    На диво грядущим столетьям В союз ваш принять его третьим».

    В балладе «Бой с драконом» прославляется смелый рыцарь, избавивший свою страну от чудовища, пожиравшего людей. «Хождение на железный завод» посвящено теме возмездия за клевету. Роберт, стремянный графа, оклеветавший перед своим господином пажа Фридолина, сам стал жертвой своего злоязычия: вместо Фри-долина угодил в плавильную печь. В балладе «Геро и Леандр» опоэтизирована юношеская любовь, преодолевающая любые преграды. Каждую ночь Леандр, чтобы попасть на свидание, переплывает Дарданеллы. Однажды во время бури он гибнет, а Геро бросается в море со скалы.

    Баллады принесли Шиллеру наиболее широкую известность в немецком народе. Их популярность определяется не только их содержанием, но и формой. Все они богаты драматическим элементом, захватывают читателя напряженным развитием событий, которые изложены прекрасным поэтическим языком.

    Валленштейн

    С 1791 по 1799 год Шиллер работает над трилогией «Валленштейн». Это наиболее крупное его произведение, написанное в новой, объективной манере. Его созданию предшествовало глубокое изучение исторических источников. Преодолевая субъективизм в изображении жизни, имевший место в «Дон Карлосе», Шиллер поставил перед собой задачу «вывести действие и характеры» трагедии «из их времени, их обстановки и всей совокупности событий».

    Трилогии предшествует пролог, в котором Шиллер формулирует цели современной драматургии. Он выступает борцом за драматическое искусство больших проблем, имеющих общенациональное значение, хочет вывести его «из повседневности мещанских дел на более высокую арену, достойную великого столетия».

    Общественное призвание поэта Шиллер видит в служении современности: «лишь тот для будущего жил, кто много свершил для современников своих». Он хочет идти в ногу со своим веком, потрясенным революциями и войнами.

    Когда мы ясно видим пред собой Гигантских сил могучее боренье Во имя высшей цели и борьба Везде идет за власть и за свободу,—■

    Обязано искусство сцены также Стремиться ввысь.

    В «Валленштейне» изображен один из наиболее трагических периодов в истории Германии — Тридцатилетняя война, принесшая немецкому народу неисчислимые бедствия и страдания. Страну терзали не только иноземные войска, ее раздирали внутренние распри. Поэтому проблема национального единства была тогда, как и в XVIII веке, основной проблемой развития немецкого общества.

    Главным героем трагедии является главнокомандующий имперской армии герцог Альбрехт Валленштейн. Он стремится привести Германию к миру, но в осуществлении планов ему мешает императорский двор в Вене. Валленштейн, в отличие от Позы и Дон Карлоса, не одинок. В своей борьбе он опирается на войска. В изображении реально-исторических сил эпохи, а не одних только выдающихся личностей есть то новое, что отличает «Валленштейна» от штюрмерских драм Шиллера и от «Дон Карлоса».

    В первой части трилогии — «Лагерь Валлен-

    Валленштейна» штейна» — изображена армия. Это разноплеменная масса, состоящая из наемников, лишенных какого бы то ни было патриотического чувства. Для них военные походы лишь средство легкой наживы.

    Солдаты в подавляющем большинстве не хотят окончания войны. Они привыкли к вольному житью, к грабежам и насилиям.

    Солдатская масса спаяна не идеей. Ее объединил Валленштейн, в котором она видит удачливого полководца.

    Сплоченность армии Валленштейна возникла на грабительской основе и дает трещину при первом же испытании.

    Во второй части трилогии — «Пикколоми-

    «Пикколомини» ни» — действие переносится в офицерскую среду. Тут изображаются сподвижники Валленштейна — генерал-лейтенант Октавио Пикколомини, его сын Макс, граф Терцки, фельдмаршал Илло, командир драгунского полка Бутлер, генерал хорватских частей Изолани и другие военачальники. Обстановка сложная. Из Вены прибыл посол Квестен-берг с тайным приказом о низложении Валленштейна. Император недоволен его медлительными действиями против врагов.

    Офицерство в целом предано герцогу, но офицеры, как и солдаты, не воодушевлены патриотическим чувством. Ими движут личные корыстные интересы. Бутлер гак характеризует своих товарищей по оружию: Им все равно: что лилии Бурбонов,

    Что шведский лев иль ваш орел двуглавый.

    Но сдерживает всех стальной уздой Единственный, любимый, грозный вождь,

    В один народ сплотив могучей волей.

    Валленштейн сам создавал свою армию, подбирая командиров по принципу личной преданности. Он требует от них безусловного исполнения своей воли в любых обстоятельствах. Но такой порядок оказывается непрочным. Он сразу же рушится, как только возникает опасность поражения полководца.

    Валленштейн хочет мира для истерзанной Германии, он считает себя борцом за общенациональные интересы.

    Валленштейн долго колеблется перед тем как стать на путь измены. Он ненавидит шведов, на союз с которыми его толкает Терцки и другие корыстолюбивые помощники.

    Пусть прочь уйдут! Никто сказать не смеет.

    Что предал я Германию пришельцам,

    Что раздробил ее, врагам в угоду,

    Себе кусок изрядный оторвав.

    Валленштейн верит в преданность своего войска. Но в действительности она оказывается очень зыбкой, ибо основана на корысти, а не на единстве идейных убеждений. Поэтому Октавио Пикколо-мини, доверенному лицу императора, легко удается отторгнуть от Валленштейна многих его друзей.

    Среди сподвижников герцога есть только один, который служит ему честно и бескорыстно,— это Макс Пикколомини. Макс боготворит Валленштейна, защищает его от нападок Квестенберга и своего отца, не допускает мысли о его предательстве. Макс любит дочь Валленштейна Теклу и любим ею. Их чистая любовь и дружба — единственное светлое явление в жестоком и порочном мире, где царят корысть и обман. Макс и Текла — образы возвышенные, романтические. Это идеальные характеры, в которые Шиллер вложил свои лучшие представления о человеке.

    В третьей части трилогии — «Смерть Валлен-«Смерть штейна» — события неумолимо приходят к

    Валленштейна» трагической развязке. Переговоры Валленштейна со шведами становятся известными в Вене. Пути примирения с императором отрезаны. Герцог решается на открытую измену, осознавая, что совершает преступление: «…Свершаю для своего спасенья тяжкий шаг, который сознаю неправильным».

    Армия бурлит. Под влиянием агитации Пикколомини Валленштейна покидают когда-то верные генералы, ему изменяет преданный Бутлер. Убедившись в измене герцога, от него отходит и Макс. Идеалы его рухнули. В отчаянии он нападает со своим полком на шведский укрепленный лагерь и гибнет. «Таков удел прекрасного на свете»,— говорит Шиллер о его гибели устами Теклы.

    Валленштейн готовится отворить шведам ворота крепости Эгер, но заговорщики не дремлют. Бутлер врывается ночью в покои герцога и убивает его.

    Смерть Валленштейна — логическое следствие его честолюбивых стремлений. Выставляя себя борцом за мир и национальное единство, он хотел использовать историческую ситуацию в своих личных целях. Его затаенная мечта — стать королем Богемии, играть первую скрипку в империи. Скрывая свои истинные планы, Валленштейн воспитывал армию в духе личной преданности, создав тем самым почву для ее разложения. Характеризуя Валленштейна, Шиллер подчеркнул, что он «пал жертвой честолюбья своего» (пролог).

    Трагедия Валленштейна подводила к выводу, что для успешного решения задач национального значения необходимо участие масс, воодушевленных патриотическим чувством, руководство вождя, свободного от всего личного, живущего одними интересами со всем народом. Такого рода героя Шиллер изобразит в «Орлеанской деве».

    «Песнь о колоколе»

    В 1799 году Шиллер завершил поэму «Песнь о колоколе», в которой выразил свои раздумья о жизни, о путях преодоления общественных противоречий. В поэме прослежен процесс отливки колокола, который приобретает символическое значение. Он ассоциируется у Шиллера с созданием человеческого общества. И в том и в другом случае, по его мысли, необходимо руководство мудрого мастера, соблюдение меры. Как хорошо звучащий колокол есть результат искусного, гармоничного сплава металлов, так и идеальный общественный строй покоится на гармонии всех его членов, на общности интересов отдельного человека и всего коллектива.

    Характерно, что Шиллер основой общественного порядка и благоденствия считает труд.

    ТРУД — народов украшенье И ограда от нужды. Королю за трон почтенье, Нам почтенье — за труды.

    Шиллер прославляет мирную трудовую жизнь с ее скромными радостями, тихие долины, синие небеса.

    Пусть же города и веси Кровью не зальет война.

    Колокол, отлитый мудрым литейщиком, назван «Конкордия» (согласие). Он предназначен к тому, чтобы напоминать народам «о светлом и вечном».

    К единству, дружбе, благостыне Пусть он людей зовет отныне.

    Пусть раздается громче, шире Первый звон его о Мире. Но призывая к общественной гармонии, Шиллер в качестве идеала избирает бюргерскую жизнь, высказывается против революционного изменения современности, объявляя его неразумным. Революция им воспринимается как нарушение общественной «меры», как взрыв необузданных инстинктов народа.

    И горе, если накопится Огонь восстанья в городах,

    И сам народ крушит темницы И цепи разбивает в прах.

    Здесь все забыто: благочестье,

    Добро и дружба; вместо них—

    Разгул вражды и черной мести И пиршество пороков злых.

    Путь в будущее, по Шиллеру, лежит через эстетическое воспитание человека.

    Пушкин в стихах его так и называл — «балладник мой» :

    Прости, балладник мой,

    Белёва мирный житель!

    Да будет Феб с тобой,

    Наш давний покровитель!

    Ты счастлив средь полей

    И в хижине укромной.

    Как юный соловей

    В прохладе рощи тёмной…

    А.С. Пушкин (рис. 2)

    Рис. 2. А.С. Пушкин ()

    Жуковский стал балладником, потому что был романтиком.

    Жанр баллады вошёл в обиход в конце XVIII — нач. XIX веков у романтических поэтов, в первую очередь у немцев и англичан. Жуковский прекрасно знал эти языки и охотно с них переводил. Таким образом, он перевёл большое количество баллад.

    Василий Жуковский был тесно связан с Германией в течение своей жизни, хотя за границей первый раз он оказался довольно поздно, ему было лет 40. Но немецкий язык он знал хорошо с детства. Он много переводил и хорошо знал немецкую культуру. Этот его интерес постепенно стал частью его судьбы.

    У Жуковского был друг — художник Евграф Рейтерн (рис. 3).

    Рис. 3. Евграф Рейтерн ()

    Это был русско-немецкий художник, немец по происхождению, который жил и в России, и в Германии. Он потерял правую руку в войне с Наполеоном в Лейпцигском сражении, будучи в составе русской армии. После этого он стал одноруким художником, левой рукой он создавал картины.

    Рейтерн — довольно крупная фигура в художественной жизни Германии того времени. Он был одновременно другом русских художников и поэтов и очень близким другом Жуковского.

    Жуковский женился на старшей дочери Рейтерна Елизавете Рейтерн и после этого переехал в Германию. Слабое здоровье его жены требовало спокойной, размеренной жизни.

    В Германии Жуковский совершает свой самый грандиозный и самый важные труд. Он переводит на русский язык «Одиссею» — знаменитую эпическую поэму Гомера (рис. 4).

    Рис. 4. Жан-Батист-Огюст Лелуар «Апофеоз Гомера»

    Очень интересно, как был сделан этот перевод. Дело в том, что Жуковский не знал древнегреческого языка, поэтому «Одиссею» он переводил с немецкого. Сделал он это с помощью подстрочника.

    Подстрочник подстрочный, буквальный перевод какого-нибудь текста.

    Человек, знающий язык, берёт какое-то произведение на этом языке и не делает художественный перевод, но даёт значение каждого слова на другом языке.

    То есть немецкий профессор, знаток греческой античности, сделал подстрочник для Жуковского. Для каждого слова «Одиссеи» нашёл немецкий эквивалент. И с этим подстрочником Жуковский имел дело. То есть он перевёл «Одиссею» с древнегреческого языка на русский через немецкий язык. Эта история кажется очень интересной и занимательной. Перевод прекрасен, хоть и несёт черты условности того времени, драматических штампов и т. д.

    В Германии Жуковский провёл последние 10 лет своей жизни, переводя главным образом «Одиссею». Скончался он в Германии, но был погребён в столице России, в Санкт-Петербурге.

    «Одиссея» — это наследство Жуковского, которым не стоит пренебрегать. Не стоит пугаться её больших размеров или размера стиха, которым это произведение написано. Всё это не так сложно, как может показаться. Если вы откроете эту книгу, полюбите этот певучий стих, то будете награждены за труд чтения, за терпение, ведь там поистине много прекрасного.

    Баллада «Кубок» — это вольный перевод баллады Шиллера (рис. 5) (немецкого поэта). В оригинале эта баллада называется «Der Taucher» (в пер. — водолаз, ныряльщик ).

    Рис. 5. Фридрих Шиллер ()

    Вольный перевод перевод ключевой информации без учёта формальных компонентов исходного текста.

    Во времена Жуковского не было современного понятия о переводе. Сейчас мы ждём от перевода точности, соблюдения переводчиком «буквы текста», который он переводит. Тогда всё было иначе: было важно передать не «букву текста», а его дух.

    Зачастую переводчики того времени что-то добавляли от себя, что-то сокращали, меняли имена, названия мест, чувствовали себя очень вольно, очень свободно. Поэтому зачастую поэтические переводы того времени — это практически оригинальные произведения переводчика. Тут нет твёрдой грани, тяжело понять, где заканчивается Шиллер или Вальтер Скотт и начинается, в данном случае, Жуковский.

    Зачастую баллады под именем Жуковского, особенно в детских изданиях (рис. 6), публикуют, не указывая источники.

    Рис. 6. А. Кошкин. Иллюстрация к сборнику баллад В. А. Жуковского ()

    В этом есть какая-то своеобразная справедливость, хотя это не очень корректно с научной точки зрения. Если вы положите перед собой какую-нибудь книжку с балладами, а на обложке будет крупными буквами написано «Жуковский», прочитав ее, вы не увидите различия между текстами, которые там есть. Хотя одни — оригинальные баллады, которые Жуковский сделал из ничего, полностью сочинил, а другие — переводы, в той или иной степени вольные. Мы можем сказать, что любой текст, который Жуковский переводил, он делал своим, придавал ему какую-то свою особенную стилистику.

    Стилистика совокупность признаков, характеризующих искусство определённого времени, направления или индивидуальную манеру автора.

    Именно в переводах Жуковского ветки и цветы западной романтической поэзии отлично привились к древу русской поэзии.

    Пушкин считал Жуковского отцом современной русской поэзии романтической, демократической. За Жуковским пошли многие по пути создания баллад и других произведений романтических жанров.

    Немецкий поэт и драматург Фридрих Шиллер, которого очень любили переводить Жуковский и другие русские романтики, считается одним из величайших авторов и в Германии, и вообще в Европе. Например, его «Ода к радости», положенная на музыку Бетховена (рис. 7), в изменённом виде — гимн Европейского Союза.

    Рис. 7. Людвиг Бетховен ()

    Одна из главных, интересных, крупных, особенностей жизни Шиллера — его дружба с немецким гением Иоганном Гёте (рис. 8). Их зачастую представляют как неразрывную пару. Гёте и Шиллер — веймарские авторы, веймарские романтики, они же классики, потому что они несколько раз в течение своей жизни меняли свои художественные вкусы.

    Рис. 8. Иоганн Гёте ()

    Может быть, Шиллеру даже немного повредила дружба с Гёте, потому что Гёте — это немецкий Пушкин, Шекспир, то есть немецкий автор «номер один». Шиллер тоже любимый, тоже почитаемый, но находился немного в тени Гёте. Он и жил недолго, в отличие от долгожителя Гёте.

    Писал Шиллер не только стихи, баллады и лирические стихотворения, но и прозу, и философские сочинения, и драмы.

    В Германии особенно любили его драму «Разбойники». Главный герой этой пьесы, Карл Моор, — благородный разбойник. Он становится на путь партизанской войны с мещанством, с тиранами, с владыками мира сего. Он выступает как один из первых благородных разбойников, и Шиллер вводит эту тему в мировую литературу, в том числе в русскую (вспомните «Дубровского»). С Шиллера и пошла мода на благородных разбойников, поэтизацию мятежа, восстания. Это его вклад в мировую культуру.

    Баллада «Кубок» (рис. 9), как многие другие авторские литературные баллады, имеет легендарную основу о том, как правитель даёт некому человеку опасное задание или иногда сам храбрец пытается совершить подвиг, спускается в водные глубины и погибает.

    Рис. 9. Обложка книги 1913 года издания ()

    Проанализируем балладу «Кубок», прочитаем её, посмотрим, что в ней есть занимательного, кроме красоты стиха и яркой декоративности, которой она отличается.

    Начало баллады:

    «Кто, рыцарь ли знатный иль латник простой,
    В ту бездну прыгнет с вышины?
    Бросаю мой кубок туда золотой:
    Кто сыщет во тьме глубины
    Мой кубок и с ним возвратится безвредно,
    Тому он и будет наградой победной».

    Рис. 10. Иллюстрация Л. Зусмана в книге 1936 г. издания ()

    Так царь возгласил, и с высокой скалы,
    Висевшей над бездной морской,
    В пучину бездонной, зияющей мглы
    Он бросил свой кубок златой.
    «Кто, смелый, на подвиг опасный решится?
    Кто сыщет мой кубок и с ним возвратится?»

    Но рыцарь и латник недвижно стоят;
    Молчанье — на вызов ответ;
    В молчанье на грозное море глядят;
    За кубком отважного нет.
    И в третий раз царь возгласил громогласно:
    «Отыщется ль смелый на подвиг опасный?»

    Это зачин. Причём, как водится в фольклорных народных текстах, всё повторяется три раза, то есть царь трижды бросает свой вызов. Это мог бы быть вызов на бой, если бы выкликал его не царь, а какой-нибудь грозный рыцарь.

    Становится видна конструкция произведения. Читателю понятно, что предстоит нечто опасное, грозное. Никто не решается. Только после третьего вызова выходит герой (рис. 11):

    «И все безответны… вдруг паж молодой
    Смиренно и дерзко вперед;
    Он снял епанчу, и снял пояс он свой;
    Их молча на землю кладет…
    И дамы и рыцари мыслят, безгласны:
    «Ах! юноша, кто ты? Куда ты, прекрасный?»

    Рис. 11. Паж принимает вызов царя ()

    Не случайно вызов принимает не рыцарь, а паж.

    Паж в средневековой западной Европе мальчик из дворянской семьи, состоявший на службе (в качестве личного слуги) у знатной особы; первая ступень к посвящению в рыцари.

    Для того чтобы этот паж стал рыцарем, ему нужно пройти некоторые испытания, а потом будет торжественное посвящение. Поэтому вызов царя для пажа — шанс быстро проскочить через все эти испытания. Понятно, что если он совершит подвиг, то он сразу станет рыцарем с прекрасной репутацией, он будет не просто одним из многих рыцарей, а человеком, который отличился перед всеми: перед царём, его свитой и остальными рыцарями.

    «И он подступает к наклону скалы
    И взор устремил в глубину…
    Из чрева пучины бежали валы,
    Шумя и гремя, в вышину;
    И волны спирались и пена кипела:
    Как будто гроза, наступая, ревела.
    (Рис. 12)

    Рис. 12. Иллюстрация Л. Зусмана в книге 1936 г. издания ()

    И воет, и свищет, и бьет, и шипит,
    Как влага, мешаясь с огнем,
    Дымящимся пена столбом;
    Пучина бунтует, пучина клокочет…
    Не море ль из моря извергнуться хочет?

    И вдруг, успокоясь, волненье легло;
    И грозно из пены седой
    Разинулось черною щелью жерло;
    И воды обратно толпой
    Помчались во глубь истощенного чрева;
    И глубь застонала от грома и рева».

    Описание морской стихии, которое мы видим в этих строфах, характерно для поэзии романтизма.

    Романтизм явление европейской культуры XVIII XIX веков. Характеризуется утверждением самоценности духовно-творческой жизни личности, изображением сильных характеров, одухотворённой и целительной природы.

    Морская стихия, морская глубина издавна привлекала людей как образ враждебной стихии, которую надо побороть. В морской глубине происходят всякие ужасы, живут монстры. Поэтому спуститься на морское дно — это подвиг подвигов. В мифологии это всё равно что спуститься в мир мёртвых, в подземное царство. Тот, кто туда спустится, совершит величайший подвиг, и, если он поднимется наверх из подземного царства или с морского дна, это всё равно что новое рождение героя, а рождается он в новом, более прекрасном качестве и облике, чем был прежде.

    «И он, упредя разъяренный прилив,
    Спасителя-бога призвал,
    И дрогнули зрители, все возопив, —
    Уж юноша в бездне пропал.
    И бездна таинственно зев свой закрыла:
    Его не спасет никакая уж сила».

    Вот наступает ужасный момент — юноша бросается в эту самую силу, которая сейчас его затянет, как все думают, безвозвратно. Обратите внимание на очень существенный момент — он прыгает, помолившись перед этим. То есть он вручает себя заступничеству небесных сил. Это важный момент для понимания смысла произведения.

    «Над бездной утихло… в ней глухо шумит…
    И каждый, очей отвести
    Не смея от бездны, печально твердит:
    «Красавец отважный, прости!»
    Все тише и тише на дне ее воет…
    И сердце у всех ожиданием ноет.

    «Хоть брось ты туда свой венец золотой,
    Сказав: кто венец возвратит,
    Тот с ним и престол мой разделит со мной! —
    Меня твой престол не прельстит.
    Того, что скрывает та бездна немая,
    Ничья здесь душа не расскажет живая.

    Немало судов, закруженных волной,
    Глотала ее глубина:
    Все мелкой назад вылетали щепой
    С ее неприступного дна…»
    Но слышится снова в пучине глубокой
    Как будто роптанье грозы недалекой».

    Этот момент ожидания показывает читателям разницу между пажом и всеми остальными. Все люди разумные (все эти латники, рыцари), привыкшие к опасности, в эту бездну ни за что полезут, потому что знают, что это номер смертельный. Очень важны строчки, которые описывают мысли и думы рыцарей и латников, их прямая речь:

    «Того, что скрывает та бездна немая,
    Ничья здесь душа не расскажет живая».

    Это предостережение: не стоит лезть туда, куда не следует, у мира есть некоторые тайны.

    «И воет, и свищет, и бьет, и шипит,
    Как влага, мешаясь с огнем,
    Волна за волною; и к небу летит
    Дымящимся пена столбом…
    И брызнул поток с оглушительным ревом,
    Извергнутый бездны зияющим зевом.

    Вдруг… что-то сквозь пену седой глубины
    Мелькнуло живой белизной…
    Мелькнула рука и плечо из волны…
    И борется, спорит с волной…
    И видят — весь берег потрясся от клича —
    Он левою правит, а в правой добыча
    (рис. 13).

    Рис. 13. Иллюстрация Д. Митрохина в книге 1913 года издания ()

    И долго дышал он, и тяжко дышал,
    И божий приветствовал свет…
    И каждый с весельем: «Он жив! — повторял. —
    Чудеснее подвига нет!
    Из томного гроба, из пропасти влажной
    Спас душу живую красавец отважный».

    Слова «из мёртвого гроба» подтверждают суждение о том, что спуститься под воду равносильно тому, что спуститься в мир мёртвых.

    Мы видим прекрасную сцену ликования. Всё хорошо. Тут бы Жуковскому и Шиллеру закончить повествование, поставить точку. Но тогда это не будет ничем особенным — обычный рассказ о храбром человеке. Интересно, ярко, но просто. И вот здесь начинается самое интересное. Что он там видел? Как отнестись к увиденному? Как дальше себя поведут царь, рыцари и латники, пловец и ещё один персонаж, который вскоре появится?

    «Он на берег вышел; он встречен толпой;
    К царевым ногам он упал;
    И кубок у ног положил золотой;
    И дочери царь приказал:
    Дать юноше кубок с струей винограда;
    И в сладость была для него та награда
    (рис. 14).

    Рис. 14. Иллюстрация Д. Митрохина в книге 1913 года издания ()

    «Да здравствует царь! Кто живет на земле,
    Тот жизнью земной веселись!
    Но страшно в подземной таинственной мгле. .
    И смертный пред богом смирись:
    И мыслью своей не желай дерзновенно
    Знать тайны, им мудро от нас сокровенной».

    Последние строки — это доклад юноши-пловца о своём подвиге. Он его совершил, но признаёт, что было страшно, что было плохо, что на весёлой спокойной земле жить лучше, чем нырять в бездну. Он говорит то же самое, что говорили рыцари, стоявшие на берегу: и смертный пред богом смирись . Не стоит лезть в неизведанное. Он это совершил, но хорошо ли это? Сделал бы он это по собственной воле, без воли царя?

    «Стрелою стремглав полетел я туда…
    И вдруг мне навстречу поток;
    Из трещины камня лилася вода;
    И вихорь ужасный повлек
    Меня в глубину с непонятною силой…
    И страшно меня там кружило и било.

    Но богу молитву тогда я принес,
    И он мне спасителем был:
    Торчащий из мглы я увидел утес
    И крепко его обхватил;
    Висел там и кубок на ветви коралла:
    В бездонное влага его не умчала.

    И смутно все было внизу подо мной
    В пурпуровом сумраке там;
    Все спало для слуха в той бездне глухой;
    Но виделось страшно очам,
    Как двигались в ней безобразные груды,
    Морской глубины несказанные чуды
    (рис. 15).

    Рис. 15. Иллюстрация Д. Митрохина в книге 1913 года издания ()

    Я видел, как в черной пучине кипят,
    В громадный свиваяся клуб,
    И млат водяной, и уродливый скат,
    И ужас морей однозуб;
    И смертью грозил мне, зубами сверкая,
    Мокой ненасытный, гиена морская.

    И был я один с неизбежной судьбой,
    От взора людей далеко;
    Одни меж чудовищ с любящей душой;
    Во чреве земли, глубоко
    Под звуком живым человечьего слова,
    Меж страшных жильцов подземелья немова.

    И я содрогался… вдруг слышу: ползет
    Стоногое грозно из мглы,
    И хочет схватить, и разинулся рот…
    Я в ужасе прочь от скалы!..
    То было спасеньем: я схвачен приливом
    И выброшен вверх водомета порывом».

    Появляется невероятно выразительная картинка, и всё это очень зримо и представимо. Вся эта водяная система действительно работает, как жерло вулкана или какой-то гигантский гейзер: втягивает воду на дно и выбрасывает её наверх. Всё это легко представить, как и героя, который в этом жерле туда-сюда передвигается, а под ним — чудище. Это внешний план — герой и морские бездны. С другой стороны, непрерывно продолжается рассуждение о смысле происходящего. Юноша снова говорит, что он спасся молитвой. Он подчёркивает одиночество человеческой души среди холодных бездн, он там как будто бы погребён заживо.

    Чудесен рассказ показался царю:
    «Мой кубок возьми золотой;
    Но с ним я и перстень тебе подарю,
    В котором алмаз дорогой,
    Когда ты на подвиг отважишься снова
    И тайны все дна перескажешь морскова».

    То слыша, царевна с волненьем в груди,
    Краснея, царю говорит:
    «Довольно, родитель, его пощади!
    Подобное кто совершит?
    И если уж до́лжно быть опыту снова,
    То рыцаря вышли, не пажа младова».

    Царь хочет продолжения, он хочет, чтобы паж повторил свой подвиг, но теперь мотивы у царя другие. До этого он хотел просто позабавиться чужим приключением, чтобы его подданные показали, на что они способны, проявили свою удаль. Теперь у него какая-то новая жажда познания. Он хочет знать, что на дне морском, он хочет, чтоб ему рассказали ещё. Это очень важный момент. Он хочет выведать тайны мира, тайны морской глубины.

    И тут вступает его дочь, которая выступает в роли заступницы, и это решает дело. Она только обостряет конфликт и даёт пажу новую причину прыгать вновь:

    «Но царь, не внимая, свой кубок златой
    В пучину швырнул с высоты:
    «И будешь здесь рыцарь любимейший мой,
    Когда с ним воротишься, ты;
    И дочь моя, ныне твоя предо мною
    Заступница, будет твоею женою».

    В нем жизнью небесной душа зажжена;
    Отважность сверкнула в очах;
    Он видит: краснеет, бледнеет она;
    Он видит: в ней жалость и страх…
    Тогда, неописанной радостью полный,
    На жизнь и погибель он кинулся в волны…»

    Паж принимает вызов с радостью, с удовольствием, потому что ставки поднимаются таким образом, что отступать уже невозможно: он станет первейшим рыцарем, он станет мужем прекрасной девушки, дочери царя. То есть из пажей он становится победителем, первейшим рыцарем, почти королевичем. Это свойственно сказке: герой претерпевает испытания и получает в конце награду — царскую дочь. И в этом произведении может произойти нечто подобное.

    «Утихнула бездна… и снова шумит…
    И пеною снова полна…
    И с трепетом в бездну царевна глядит…
    И бьет за волною волна…
    Приходит, уходит волна быстротечно:
    А юноши нет и не будет уж вечно»
    (рис. 16)

    Рис. 16. Иллюстрация Л. Зусмана в книге 1936 г. издания ()

    Мы видим трагедию, что очень характерно для баллады. Никакого счастливого конца, на который настроились читатели. Это делается для того, чтобы преподнести нам в художественной форме мораль. Это мораль о том, что надо быть осторожнее с миром и его тайнами, не бросаться туда безоглядно. Возможно, у мира, у матери-природы, у бога есть некоторые тайны, секреты, в которые лучше не вторгаться. Понятно, что для нас, детей научно-технического прогресса, это звучит реакционно. Дескать, Жуковский пытается ограничить нашу любознательность и интерес к миру. Об этом судить можно по-разному. Припомним миф о ящике Пандоры — ящике, в который были спрятаны несчастья, страхи, болезни (рис. 17).

    Рис. 17. Ящик Пандоры ()

    И одна любопытная женщина по имени Пандора открыла его, и все эти страхи наводнили мир. Шиллер и Жуковский нас предостерегают от гордыни, всевластия и всезнайства, призывают к смирению и разумной осторожности.

    Жуковский — романтик, который на самом деле опасался разрушительных страстей и слишком дерзких, самонадеянных предприятий. Он был религиозным человеком. Эта религиозность во многом воспитана несчастиями его жизни, потому что он пережил несчастную любовь. Он больше и больше приближался к идеалам спокойного созерцания течения своей жизни, к тому, чтобы спокойно, терпеливо, мудро вглядываться в мир, а не подходить к нему с отмычкой.

    Список литературы

    1. Учеб-ник-хре-сто-ма-тия для 5 клас-са под ре-дак-ци-ей Ко-ро-ви-ной В. Я. — М. «Про-све-ще-ние», 2013.
    2. Ахметзянов М.Г. Учебник-хрестоматия «Литература в 5 классе в 2-х частях» — Магариф, 2005.
    3. Е.А. Самойлова, Ж.И. Критарова. Литература. 5 класс. Учебник в 2-х частях. — М. Ассоциация XXI век, 2013.
    1. Zhukovskiy.ouc.ru ().
    2. Metod-kopilka.ru ().
    3. Nsportal.ru ().

    Домашнее задание

    1. Дайте определение понятию баллада .
    2. Назовите главных героев баллады «Кубок». Какими основными чертами характера они обладают?
    3. Какова основная мораль баллады В.А. Жуковского «Кубок»?

    Баллада начинается со слов коварного царя: » Бездной Жуковский называет море, которое таковым и является: оно глубокое и полно разных неожиданностей. «Бросаю свой кубок туда золотой»-, говорит царь и вместе с этим кубком бросает туда свою совесть. «Кто сыщет во тьме глубины мой кубок и с ним возвратится безвредно тому и будет наградой победной», — продолжает король, уверенный, что на престоле, как и раньше, останется он один. «Но рыцарь и латник недвижимо стоят; молчание – на вызов ответ; за кубком отважного нет», — под этими автор подразумевает, что в царстве такого бездумного короля живет разумный народ, который понимает, что в любом случае их владыка не будет делиться с ними своим троном. Но тут появляется человек, который готов на отважный поступок. Молодой паж или не понимает, что не разделит престол с королем, или жалеет короля, не хочет подводить его, позорить пред всем народом.
    Далее описывается весь ужас, который творится в море: «Из чрева пучины бежали валы, шумя и гремя в вышину; и волны стирались, и пена кипела: как будто гроза наступая ревела». « как влага, мешаясь с огнем…», — так Жуковский сравнивает огонь с королем, а влагу с молодым пажем. Прыгнув в глубину, юноша как бы успокоил на время море: «Над бездной утихло, в ней глухо шумит», — говорит автор. Но на этом баллада не заканчивается и события продолжают двигаться дальше: вновь все завыло, забилось, зашипело. ИП тут – молодой паж показывается на поверхности: «И борется, спорит с волной…И видит – весь берег потрясся от клича – он левою правит, а в правой добыча». «И каждый с весельем6 «Он жив!», — повторял – Чудеснее подвига нет! Из темного гроба, из пропасти влажной спас душу живую красавец отважный», — что значит: паж спас совесть и душу короля, достав кубок из бездны. Он счастлив и падает к царевым ногам, рассказывая о своем нелегком путешествии с «несказанными чудами». Но царь беспощаден к нему и вновь бросает свой кубок в морскую пучину. Он охвачен своим желанием выиграть эту схватку у пажа. Даже, его дочь – не помеха ему. И молодой юноша вновь отправляется в бездну.
    Заканчивается баллада просто, но трагически, свидетельствуя ио смерти молодого пажа: «И пеною снова полна… и бьет за волною волна… Приходит, уходит волна быстротечно, а юноши нет и не будет уж вечно».

    Василий Андреевич Жуковский – один из лучших литературных личностей России. Получив хорошее образование, отлично владея иностранными языками, он рано начал писать стихи и переводить иностранных поэтов. Одним из его известных произведений является баллада «Кубок».

    Баллада начинается со слов коварного царя: «Кто, рыцарь ли знатный иль латник простой, в ту бездну прыгнет с вышины?» Бездной Жуковский называет море, которое таковым и является: оно глубокое и полно разных неожиданностей. «Бросаю свой кубок туда золотой», говорит царь и вместе с этим кубком бросает туда свою совесть. «Кто сыщет во тьме глубины мой кубок и с ним возвратится безвредно тому и будет наградой победной», — продолжает король, уверенный, что на престоле, как и раньше, останется он один. «Но рыцарь и латник недвижимо стоят; молчание – на вызов ответ; в молчанье на грозное море глядят; за кубком отважного нет», — под этими автор подразумевает, что в царстве такого бездумного короля живет разумный народ, который понимает, что в любом случае их владыка не будет делиться с ними своим троном. Но тут появляется человек, который готов на отважный поступок. Молодой паж или не понимает, что не разделит престол с королем, или жалеет короля, не хочет подводить его, позорить пред всем народом.

    Далее описывается весь ужас, который творится в море: «Из чрева пучины бежали валы, шумя и гремя в вышину; и волны стирались, и пена кипела: как будто гроза наступая ревела». « как влага, мешаясь с огнем», — так Жуковский сравнивает огонь с королем, а влагу с молодым пажем. Прыгнув в глубину, юноша как бы успокоил на время море: «Над бездной утихло, в ней глухо шумит», — говорит автор. Но на этом баллада не заканчивается и события продолжают двигаться дальше: вновь все завыло, забилось, зашипело. ИП тут – молодой паж показывается на поверхности: «Мелькнула рука и плечо из волны. И борется, спорит с волной… И видит – весь берег потрясся от клича – он левою правит, а в правой добыча». «И каждый с весельем6 «Он жив!», — повторял – Чудеснее подвига нет! Из темного гроба, из пропасти влажной спас душу живую красавец отважный», — что значит: паж спас совесть и душу короля, достав кубок из бездны. Он счастлив и падает к царевым ногам, рассказывая о своем нелегком путешествии с «несказанными чудами». Но царь беспощаден к нему и вновь бросает свой кубок в морскую пучину. Он охвачен своим желанием выиграть эту схватку у пажа. Даже, его дочь – не помеха ему. И молодой юноша вновь отправляется в бездну.

    Заканчивается баллада просто, но трагически, свидетельствуя ио смерти молодого пажа: «Утихнула бездна… и снова шумит… И пеною снова полна… и с трепетом в бездну царевна глядит… и бьет за волною волна… Приходит, уходит волна быстротечно, а юноши нет и не будет уж вечно».

    Романтический герой совершает поступки не ради денег или славы, не ради любви, а ради самоутверждения, ради возможности вырваться из обыденности. Зная, что обречен герой баллады Жуковского бросается в пучину вновь, потому что велико его желание сразиться с судьбо2й и вырваться из оков мира.

    Анализ баллады Жуковского «Кубок»

    Рассуждая о творчестве Жуковского, многие вспомнят его баллады «Светлана» и «Людмила», его лирические стихотворения, но несправедливо не упомянут весьма интересную, отличающуюся от других, балладу «Кубок».

    Эта баллада является вольным переводом произведения «Водолаз» Шиллера. Главным его героем является молодой паж, которого автор не одаряет именем. Когда царь бросает вызов выдавшим виды ратникам и войнам броситься в пучину вод, чтобы достать оттуда золотой кубок, никто из них не отвечает на призыв: все дорожат своим здоровьем и жизнью. Лишь молодой паж, только по ему самому ведомым причинам, бросается в воду, до последнего сражается с сильными волнами, но в итоге исчезает.

    Становится ясно, что молодой человек погиб. Но спустя какое-то время фигура пажа появляется среди вод с зажатым в руке кубком царя. Толпа ликует. Но царь провоцирует пажа на новую попытку погружения в воды обещанием подарить перстень с алмазом с собственной руки и отдать в жены собственную дочь в случае счастливого возвращения пажа.

    Паж вновь бросается в воду. Но на этот раз судьба не пожалела пажа: он утонул.

    Баллада полна иносказаний. Царь, бросая в бездну свой кубок, бросает туда свою совесть. Сцена молчания ратников говорит о том, что в царстве, которым управляет неразумный царь, живет разумный народ. Люди понимают, что такой правитель, жадный и самолюбивый, не заботящийся о своих подданных, не может проститься с частью того, чем владеет.

    Появление пажа — как гром среди ясного неба. Он другой, он абсолютная противоположность царя. Недаром автор сравнивает его с огнем, а правителя с влагой: огонь горяч и манит к себе, он ярок и красив, но влага одним лишь приближением своим может затушить, «убить» этот огонь.

    Именно поэтому царь и бросает кубок в море во второй раз. Его самолюбие не может позволить, чтобы в данной ситуации победителем был не он, чтобы кто-то был лучше его, больше привлекал внимание.

    Читателю не понятно, что именно побудило его кинуться в воду: тайная страсть к дочери царя, желание быть богатым и знаменитым или же попытка доказать самому себе, на что он способен, так называемый юношеский максимализм.

    Смысл баллады заключается в том, что не стоит испытывать свою судьбу, на сколько бы благосклонной она не была раньше. В любых поступках должен присутствовать здравый смысл.

    вся

    КУБОК — стихотворение Жуковский В. А.

    «Кто, рыцарь ли знатный иль латник простой,
    В ту бездну прыгнет с вышины?

    Кто сыщет во тьме глубины

    Он бросил свой кубок златой.

    Молчанье — на вызов ответ;
    В молчанье на грозное море глядят;
    За кубком отважного нет.

    Смиренно и дерзко вперед;

    Их молча на землю кладет…

    И взор устремил в глубину…
    Из чрева пучины бежали валы,
    Шумя и гремя, в вышину;

    И воет, и свищет, и бьет, и шипит,
    Как влага, мешаясь с огнем,

    Дымящимся пена столбом;

    И грозно из пены седой

    И воды обратно толпой

    Спасителя-бога призвал,

    Уж юноша в бездне пропал.

    И каждый, очей отвести

    «Красавец отважный, прости!»

    Сказав: кто венец возвратит,

    Глотала ее глубина:

    С ее неприступного дна…»

    И воет, и свищет, и бьет, и шипит,
    Как влага, мешаясь с огнем,

    Дымящимся пена столбом…

    Мелькнуло живой белизной…
    Мелькнула рука и плечо из волны…
    И борется, спорит с волной…

    И божий приветствовал свет…

    Чудеснее подвига нет!

    К царевым ногам он упал;

    И дочери царь приказал:

    Тот жизнью земной веселись!
    Но страшно в подземной таинственной мгле…

    И вдруг мне навстречу поток;
    Из трещины камня лилася вода;
    И вихорь ужасный повлек

    И он мне спасителем был:

    И крепко его обхватил;

    В пурпуровом сумраке там;

    Но виделось страшно очам,

    В громадный свиваяся клуб,

    И ужас морей однозуб;

    От взора людей далеко;

    Во чреве земли, глубоко

    Стоногое грозно из мглы,

    Я в ужасе прочь от скалы.

    «Мой кубок возьми золотой;

    В котором алмаз дорогой,

    Краснея, царю говорит:

    Подобное кто совершит?

    В пучину швырнул с высоты:

    Когда с ним воротишься, ты;

    Отважность сверкнула в очах;

    Он видит: в ней жалость и страх…

    Утихнула бездна… и снова шумит…
    И пеною снова полна…
    И с трепетом в бездну царевна глядит…
    И бьет за волною волна…

    1

    1 Начато в 1825 (?) г. закончено в марте (?) 1831 г. Напечатано впервые в «Балладах и повестях В. А. Жуковского», в двух частях. СПб. 1831; одновременно — в «Балладах и повестях В. А. Жуковского», СПб. 1831 (в одном томе). Перевод баллады Шиллера «Der Taucher» («Водолаз»). Шиллер построил сюжет на основе средневековых немецких легенд. Легенда XII века, на которую, вероятнее всего, опирался Шиллер, лишена романтических мотивов: причиной гибели пловца была якобы его жадность.
    Жуковский вносит в балладу существенные изменения, У Шиллера проводится мысль о том, что боги, милостивые к людям, таят от них именно те ужасные тайны природы, знание которых невыносимо для смертного (см. «Кассандру»). Жуковский, в соответствии со своей концепцией «невыразимого» в природе (см. стихотворение «Невыразимое»), перестраивает идею баллады: человеку в принципе недоступно знание всего, что должно лежать, согласно божественной воле, за пределами человеческого разумения. Изменена Жуковским 20-я строфа: у Шиллера в рассказе юноши фигурируют сказочные «чуда» — драконы и саламандры; Жуковский заменяет их действительно существующими морскими чудовищами (скат, млат, однозуб и т. д.), и это усиливает впечатление. По-иному изображена в переводе гибель судов в 11-й строфе. У Шиллера — «раздробленные киль и мачта только и спасались из всепоглощающей могилы». У Жуковского — не киль и мачта, а сами суда «мелкой назад вылетали щепой С ее неприступного дна». Стиховая структура баллады также несколько изменена — у Шиллера в каждой строфе трехстопным является только 2-й стих; у Жуковского — 2-й и 4-й.

    слушать, скачать аудио стихотворение
    КУБОК Жуковский В. А.
    1 4 |

    анализ, сочинение или реферат о стихотворении


    КУБОК:

    Но. Если вы не нашли нужного сочинения или анализа и Вам пришлось таки написать его самому, так не будьте жмотами! Опубликуйте его здесь, а если лень регистрироваться, так пришлите Ваш анализ или сочинение на и это облегчит жизнь будущим поколениям, к тому же Вы реально ощутите себя выполнившим долг перед школой. Мы опубликуем его с указанием Ваших ФИО и школы, где Вы учитесь. Поделись знанием с миром!

    Жуковский «Кубок» как баллада (опыт анализа)

    Предварительный просмотр:

    В.А Жуковский – известный писатель-романтик 19 века. Его произведения захватывают читателя в плен с первых строк своим ритмом, яркой эмоциональностью, важностью проблем, над которыми писатель приглашает задуматься. Таково и его произведение «Кубок». По жанру это баллада, а их мы знаем В.А. Жуковский писал мастерски. Какие же особенности произведения позволяют мне утверждать, что «Кубок» является балладой? Прежде всего, конечно, то, что это сюжетное стихотворение. Действительно, рассказано о «забавах» царя-тирана, о смелом поступке молодого пажа, который дважды прыгнул в пучину морскую. И во второй раз не вернулся… Осуждаем царя, восхищаемся пажом и оплакиваем его, но… чувствуем, что совсем не о каком-то конкретном царе, не о конкретном паже рассказывает Жуковский. У сюжета есть свой подтекст. О чем-то важном говорит писатель своим читателям, рассказывая эту историю. Возможно, он поднимает социальную проблему (угнетение сильными мира сего слабых), возможно, Жуковский – философ и размышляет о судьбе. Ведь он говорит о чудесном спасении пажа единожды и его гибели во время второго погружения. Может, он хочет сказать, что человек не должен идти наперекор судьбе и пытаться узнать больше, чем суждено. А может, подтекст психологический? Что же всё-таки заставило молодого пажа выступить вперед после третьего обращения царя к подданным? Испугался гнева грозного царя, который тот был готов уже обрушить на своих подданных? Ведь последний раз царь о своем желании «возгласил громогласно»! И паж прикрыл собой и рыцарей знатных, и латников простых? А, может, наоборот, паж хотел поддержать царя, которому не подчинились его подданные. Чем больше читаешь балладу, тем больше «подтекстов» выявляешь и поражаешься глубине и современности этого произведения. Кроме того, как и в любой балладе, в «Кубке» есть диалог. Это диалог царя и пажа. Но его нельзя назвать обычным, ведь паж не столько отвечает на вопросы царя, сколько, впечатленный, просто рассказывает всем о бездне, о подводном мире, о своем чудесном спасении… Мы, увлекаемые этим вдохновенным рассказом, словно воедино с пажом и перед царем, и среди чудищ морских, и перед прекрасной царевной. Даже читая о чудесном спасении пажа, мы не верим в счастливый конец: 66 раз повторенный в балладе соединительный союз И, вызывает ощущения плача. Баллада, хоть и рассказ, все-таки поэтическое произведение, поэтому автор в полной мере использует арсенал изобразительно-выразительных средств для создания такого настроения: эпитеты (море грозное, мгла таинственная), олицетворения (пена ревела, глубь застонала), градацию (воет, свищет, бьёт, шипит)…

    «Приходит, уходит волна быстротечно, а юноши нет и не будет уж вечно», — так заканчивает Жуковский свою балладу. А вопросы, которые стали мучить нас после ее прочтения, заставляя вновь и вновь читать произведение, остались. Ищем их решения мы, находим и вновь, взрослея, ищем, и вновь находим… Только уже совсем другие ответы на эти же вопросы! Может, об этом писатель и мечтал?

    Послушайте стихотворение Жуковского Кубок

    Темы соседних сочинений

    Картинка к сочинению анализ стихотворения Кубок

    «Все баллады, — читаем мы в книге „Цветы мечты уединенной», — строятся на каком-нибудь легендарном предании, непременно чудесном. Это либо действие сверхъестественной силы, либо ужасный случай, либо непредвиденное событие или происшествие, которое неожиданно поворачивает судьбы героев». А вот что говорится о балладе «Кубок»: «Из XII века до нас дошла немецкая легенда о пловце, который бросился в море за сокровищами. Эту легенду литературно обработал великий немецкий поэт Фридрих Шиллер, написав балладу „Водолаз». Баллада стала широко известной, и наш великий поэт В. А. Жуковский перевёл её и переложил на русский лад. Средневековая легенда XII века сообщала обычную ситуацию, как жадность погубила пловца. Немецкий поэт придал балладе возвышенность, торжественность.

    Жуковский построил свою балладу на чувствах смелости, произвола, каприза и жалости. У него большую роль играет возраст героя и действующих лиц. Царь, играя жизнями своих подданных, предлагает им совершить подвиг, проявить смелость. Он хочет столкнуть человека с буйной, неукротимой стихией, превышающей силы человека. Зрелые и умудрённые мужи — рыцари и латники — не трусы, но они понимают, что желание царя — каприз, ничего общего не имеющий с настоящим испытанием храбрости. Но находится юный паж, который жаждет отличиться. Он бросается навстречу опасности и оказывается победителем. Однако подвигом и жизнью он обязан не столько своим слабым силам, сколько Богу…

    Без Божьей помощи паж не вернулся бы из бездны назад. Бог простил ему и вернул его на берег. Рассказ пажа взволновал царя, он пообещал новые сокровища пажу, если тот бросится в роковую пучину ещё раз. Теперь царь не взывает к подвигу и смелости. Все понимают, что им движет нехорошее личное чувство. И тогда за пажа заступается царевна.

    Однако царь неумолим. Второе испытание окончилось для пажа гибелью. Паж, вторично нарушив Божественную заповедь, не получил помощи Бога. Идея баллады Жуковского состояла в том, чтобы люди соединяли свои желания и помыслы с пониманием своего несовершенства. Только смиряя свою гордыню и полагаясь на волю Бога, прибегая к Его помощи и милости, они смогут полно и всесторонне проявить свои лучшие человеческие свойства».

    Размышляем о прочитанном

    Особенности баллад В. А. Жуковского

    • Баллада (фр. ballade — танцевальная песня) — стихотворение, в основе которого чаще всего лежит историческое событие, предание с острым, напряженным сюжетом.
    1. Кто главные герои баллады?
    2. Как проявляются благородство, рыцарство и жестокость героев баллады?
    3. Какие поступки героев вы приветствуете, какие только оправдываете, какие осуждаете?
    4. Как автор относится к героям — кого осуждает, кого жалеет? Как вы это определили?

    Учимся читать выразительно

    1. Подготовьте выразительное чтение по ролям одного из произведений В. А. Жуковского.
    2. Как вы прочитаете балладу «Кубок» вслух? Какие интонации будут повторяться особенно часто (грустные, тревожные, торжественные, печальные)?

    Творческое задание

    Попробуйте сочинить собственную балладу в духе произведений В. А. Жуковского.

    Ли знатный иль латник простой,
    В ту бездну прыгнет с вышины?
    Бросаю мой кубок туда золотой:
    Кто сыщет во тьме глубины
    Мой кубок и с ним возвратится безвредно,
    Тому он и будет наградой победной».

    Так царь возгласил, и с высокой скалы,
    Висевшей над бездной морской,
    В пучину бездонной, зияющей мглы
    Он бросил свой кубок златой.
    «Кто, смелый, на подвиг опасный решится?
    Кто сыщет мой кубок и с ним возвратится?»

    Но рыцарь и латник недвижно стоят;
    Молчанье – на вызов ответ;
    В молчанье на грозное море глядят;
    За кубком отважного нет.
    И в третий раз царь возгласил громогласно:
    «Отыщется ль смелый на подвиг опасный?»

    И все безответны. .. вдруг паж молодой
    Смиренно и дерзко вперед;
    Он снял епанчу, и снял пояс он свой;
    Их молча на землю кладет…
    И дамы и рыцари мыслят, безгласны:
    «Ах! юноша, кто ты? Куда ты, прекрасный?»

    И он подступает к наклону скалы
    И взор устремил в глубину…
    Из чрева пучины бежали валы,
    Шумя и гремя, в вышину;
    И волны спирались, и пена кипела:
    Как будто гроза, наступая, ревела.

    Как влага, мешаясь с огнем,
    Дымящимся пена столбом;
    Пучина бунтует, пучина клокочет…
    Не море ль из моря извергнуться хочет?

    И вдруг, успокоясь, волненье легло;
    И грозно из пены седой
    Разинулось черною щелью жерло;
    И воды обратно толпой
    Помчались во глубь истощенного чрева;
    И глубь застонала от грома и рева.

    И он, упредя разъяренный прилив,
    Спасителя-бога призвал,
    И дрогнули зрители, все возопив, –
    Уж юноша в бездне пропал.
    И бездна таинственно зев свой закрыла:
    Его не спасет никакая уж сила.

    Над бездной утихло… в ней глухо шумит…
    И каждый, очей отвести
    Не смея от бездны, печально твердит:
    «Красавец отважный, прости!»
    Все тише и тише на дне ее воет…
    И сердце у всех ожиданием ноет.

    «Хоть брось ты туда свой венец золотой,
    Сказав: кто венец возвратит,
    Тот с ним и престол мой разделит со мной! –
    Меня твой престол не прельстит.
    Того, что скрывает та бездна немая,
    Ничья здесь душа не расскажет живая.

    Немало судов, закруженных волной,
    Глотала ее глубина:
    Все мелкой назад вылетали щепой
    С ее неприступного дна…»
    Но слышится снова в пучине глубокой
    Как будто роптанье грозы недалекой.

    И воет, и свищет, и бьет, и шипит,
    Как влага, мешаясь с огнем,
    Волна за волною; и к небу летит
    Дымящимся пена столбом…
    И брызнул поток с оглушительным ревом,
    Извергнутый бездны зияющим зевом.

    Вдруг… что-то сквозь пену седой глубины
    Мелькнуло живой белизной…
    Мелькнула рука и плечо из волны…
    И борется, спорит с волной…
    И видят – весь берег потрясся от клича –
    Он левою правит, а в правой добыча.

    И долго дышал он, и тяжко дышал,
    И божий приветствовал свет…
    И каждый с весельем: «Он жив! – повторял. –
    Чудеснее подвига нет!
    Из томного гроба, из пропасти влажной
    Спас душу живую красавец отважный».

    Он на берег вышел; он встречен толпой;
    К царевым ногам он упал;
    И кубок у ног положил золотой;
    И дочери царь приказал:
    Дать юноше кубок с струей винограда;
    И в сладость была для него та награда.

    «Да здравствует царь! Кто живет на земле,
    Тот жизнью земной веселись!
    Но страшно в подземной таинственной мгле…
    И смертный пред богом смирись:
    И мыслью своей не желай дерзновенно
    Знать тайны, им мудро от нас сокровенной.

    Стрелою стремглав полетел я туда…
    И вдруг мне навстречу поток;
    Из трещины камня лилася вода;
    И вихорь ужасный повлек
    Меня в глубину с непонятною силой. ..
    И страшно меня там кружило и било.

    Но богу молитву тогда я принес,
    И он мне спасителем был:
    Торчащий из мглы я увидел утес
    И крепко его обхватил;
    Висел там и кубок на ветви коралла:
    В бездонное влага его не умчала.

    И смутно все было внизу подо мной
    В пурпуровом сумраке там;
    Все спало для слуха в той бездне глухой;
    Но виделось страшно очам,
    Как двигались в ней безобразные груды,
    Морской глубины несказанные чуды.

    Я видел, как в черной пучине кипят,
    В громадный свиваяся клуб,
    И млат водяной, и уродливый скат,
    И ужас морей однозуб;
    И смертью грозил мне, зубами сверкая,
    Мокой ненасытный, гиена морская.

    И был я один с неизбежной судьбой,
    От взора людей далеко;
    Одни меж чудовищ с любящей душой,
    Во чреве земли, глубоко
    Под звуком живым человечьего слова,
    Меж страшных жильцов подземелья немова.

    И я содрогался… вдруг слышу: ползет
    Стоногое грозно из мглы,
    И хочет схватить, и разинулся рот. ..
    Я в ужасе прочь от скалы!..
    То было спасеньем: я схвачен приливом
    И выброшен вверх водомета порывом».

    Чудесен рассказ показался царю:
    «Мой кубок возьми золотой;
    Но с ним я и перстень тебе подарю,
    В котором алмаз дорогой,
    Когда ты на подвиг отважишься снова
    И тайны все дна перескажешь морскова».

    То слыша, царевна с волненьем в груди,
    Краснея, царю говорит:
    «Довольно, родитель, его пощади!
    Подобное кто совершит?
    И если уж до́лжно быть опыту снова,
    То рыцаря вышли, не пажа младова».

    Но царь, не внимая, свой кубок златой
    В пучину швырнул с высоты:
    «И будешь здесь рыцарь любимейший мой,
    Когда с ним воротишься, ты;
    И дочь моя, ныне твоя предо мною
    Заступница, будет твоею женою».

    В нем жизнью небесной душа зажжена;
    Отважность сверкнула в очах;
    Он видит: краснеет, бледнеет она;
    Он видит: в ней жалость и страх…
    Тогда, неописанной радостью полный,
    На жизнь и погибель он кинулся в волны. ..

    Утихнула бездна… и снова шумит…
    И пеною снова полна…
    И с трепетом в бездну царевна глядит…
    И бьет за волною волна…
    Приходит, уходит волна быстротечно:
    А юноши нет и не будет уж вечно.

    Стихотворение «Кубок» было начато В. А. Жуковским, скорее всего в 1825 г., а закончено, видимо, в марте 1831 г. Это – перевод баллады Шиллера «Водолаз», основанной на сюжете средневековых немецких легенд. Однако легенда XII века, на которую, вероятнее всего, опирался Шиллер, лишена романтических мотивов: причиной гибели пловца была якобы его жадность.

    Жуковский внёс в балладу существенные изменения, У Шиллера проводится мысль о том, что боги, милостивые к людям, таят от них именно те ужасные тайны природы, знание которых невыносимо для смертного. Жуковский, в соответствии со своей концепцией «невыразимого» в природе (см. его стихотворение «Невыразимое») настаивает: человеку вообще недоступно знание всего, что должно лежать, согласно божественной воле, за пределами человеческого разумения. Изменена Жуковским 20-я строфа: у Шиллера в рассказе юноши фигурируют сказочные «чуда» – драконы и саламандры; Жуковский заменяет их действительно существующими морскими чудовищами: скат, млат, однозуб, мокой (акула) и т. д. По-иному изображена в переводе гибель судов в 11-й строфе. У Шиллера – «раздробленные киль и мачта только и спасались из всепоглощающей могилы». У Жуковского – не киль и мачта, а сами суда «мелкой назад вылетали щепой // С ее неприступного дна». Стиховая структура баллады также несколько изменена – у Шиллера в каждой строфе трехстопным является только 2-й стих; у Жуковского – 2-й и 4-й.

    Название оригинала говорит о том, что для немецкого поэта важен был образ главного героя, совершающего конкретное действие — нырять. Русский же переводчик с определённой целью акцентирует внимание на предмете — кубке. Буквальное значение в переводе с немецкого -«преходящий». Дети предполагают, что речь пойдёт о награде, призе, переходящем от одного человека к другому, и делают вывод: В. А.жуковский, наверное, что-то изменил в содержании произведения, привнёс своё. В нём он делится мыслями, чувствами, которых нет в подлиннике. Жуковский построил свою балладу на чувствах смелости, произвола, каприза и жалости — до конца.

    Ocновные положения статьи:
    1. Царь хочет столкнуть человека со стихией, превышающей его силы.
    2. Находится юный паж, который жаждет отличиться.
    3. Он оказывается победителем стихии благодаря помощи Бога.
    4. Неумолимый царь, движимый нехорошим чувством, устраивает второе испытание.
    5. Без Божьей помощи паж погибает.

    При этом паж поступил не совсем безрассудно: упредил (опередил) разъярённый прилив.
    Другим больше по душе царевна своею добротой, скромностью, переживаниями за другого человека.

    — Кто из героев не понравился?
    (Не понравился царь: он мог не испьпывать юношу вторично, но ему ещё раз захотелось услышать рассказ о тайнах морского дна. В статье царь характеризуется как капризный, способный на произвол. )

    — Есть ли среди толпы безучастные, равнодушные к происходящему?
    (Таких в балладе нет: «И дрогнули зрители, все возопив … », «И каждый, очей отвести / Не смея от бездны, печально твердит … » Их отношение к юноше выражено с помощью слов: прекрасный, красавец отважный.)

    — Почему не поддался искушению рыцарь — нам понятно: он знатный, состоятельный человек. Однако не захотел «награды победной» и латнк простой» Отчего?
    Рыцарь и латник «зрелые и умудрённые мужи». Они понимают: стихия превышает их силы.[Не захотели рисковать, поэтому на вызов отвечают молчанием.Можно ли назвать поступок пажа героическим? Юноша всё же прельстился сокровищами: царь пообещал ему кубок из золота, перстень с алмазом, а потом ещё и дочь в награду. Другие отмечают, что паж лишь с третьего раза отважился подступить к скале. Поступок не осуждается, но дети очень сожалеют о том, что ныряльщик погиб, не смог выбраться на берег. Третьи высказывают предположение: героическим бывает поступок только во имя спасения другого человека и защиты Родины. Четвёртые, оспаривая подобное утверждение, считают: жизнь у еловека одна; да, ею можно пожертвовать, защищая кого-то или что-то, но это уже не просто героический поступок — подвиг. Для большинства однозначного ответа не оказалось.

    Второе испытание окончилось для пажа гибелью. Паж, вторично нарушив Божественную заповедь, не получил помощи Бога. Идея баллады Жуковского состояла в том, чтобы люди соединяли свои желания и помыслы с пониманием своего несовершенства. Только смиряя свою гордыню и полагаясь на Божью волю, Его помощь и милость, они смогут прояrить свои лучшие человеческие свойства.

    «В нём жизнью небесной душа зажжена;
    Отважность сверкнула в очах;
    Он видит: краснеет, бледнеет о н а;
    Он видит: в н е й жалость и страх …
    Тогда, неописанной радостью полный,
    На жизнь и погибель он кинулся в волны … »
    В чем смыл фразы: «В нём
    жизнью небесной душа зажжена … ?
    Она выражает радость пажа, отклик на слова царя
    « … заступница будет твоею женою»;

    Уже мечтает о будущей счастливой семейной жизни, когда кажется, что в юноше проснулась от-
    вага и он сам бросает на чаши весов жизнь — смерть, готов испытать судьбу, «неописанной радостью полный» в предчувствии любви. Кубок в средневековой культуре символизирует сердце, по этой причине он связывается с любовью. «Юноши нет и не будет уж вечно», но его сердце, его душа способны вместить, как кубок божественный напиток, прекрасное чувство. Теперь нетрудно догадаться, почему В.А.Жуковский назвал балладу не так, как Ф.Шиллер. Жуковский, будучи молодым поэтом, интересовался как историей, так и теорией баллады: ему были известны сочинения Эшенбурга, Эйхгорна. В этот же период самообразования он увлекается басенным творчеством, занимается переводами из Лафонтена, Флориана, экспериментирует над малыми поэтическими формами. В 20-е годы, осваивая новые жанры, поэт обращается к трагедии Шиллера «Орлеанская дева». Позднее он переводит на русский язык поэму Байрона «Шипьонский узник».

    В это же время Жуковский последовательно, тщательно вырабатывает собственные сти-
    хотворные формы’. В 30-е годы возрастает его интерес к прозаическим сказкам братьев Гримм, Ш’nерро. Всё это не могло не отразиться на поэтике баллады «Кубок». На одном уровне в ней просматриваются лирическое и эпическое начала, на другом — драматическое. В целом же баллады в творчестве Жуковского стали этапом на пути к стихотворной повести.

    Почему же Жуковский назвал «Кубок» не басней, не сказкой, а балладой?

    1. царь, стоя на скале, предлагает любому из своего окружения прыгнуть в бездну и по-
    лучить за это подарок.
    2. Вызов принимает только молодой паж: он достаёт из морской пучины золотой кубок.
    3. Вернувшись живым и невредимым, юноша рассказывает об увиденном на дне моря.
    4. Заинтригованный услышанным, царь вторично швыряет золотой кубок в волны, обещая в награду дочь.
    5. Глядя на переживающую царевну-заступницу, паж вновь бросается в море и погибает.
    Чем баллада отличается от басни? (рочитав балладу, мы можем извлечь для
    себя урок, в то же время в произведении нет в открытой форме нравоучения, хотя есть идея.
    Нет аллегории и иносказания.

    Что общего у баллады с песней?

    Песни бывают весёлые и грустные, в балладе грустный конец. Она может быть положена на музыку, так как изначально была песней, сопровождаемой танцем.
    Что общего у баллады и сказки?
    1. Присутствуют элементы фантастики (в глубине моря).
    2. Персонажи без имён.
    3. Прыжок на морское дно — это путешествие в иной мир, где главный герой сталкивается с противником.
    4. Есть чудесное возвращение из враждебного мира. Помощник — сам Бог.
    5. Герой возвращается со дна моря другим — познавшим страх.
    6. Есть добрая царевна-защитница и царь- злодей.
    7. Волшебная сказка читается с волнением, то же при чтении баллады: читатель переживает за судьбу героя.

    «Кто, рыцарь ли знатный иль латник простой,

    ‎В ту бездну прыгнет с вышины?

    Бросаю мой кубок туда золотой:

    ‎Кто сыщет во тьме глубины

    Мой кубок и с ним возвратится безвредно,

    Тому он и будет наградой победной».

    Так царь возгласил, и с высокой скалы,

    ‎Висевшей над бездной морской,

    В пучину бездонной, зияющей мглы

    ‎Он бросил свой кубок златой.

    «Кто, смелый, на подвиг опасный решится?

    Кто сыщет мой кубок и с ним возвратится?»

    Но рыцарь и латник недвижно стоят;

    ‎Молчанье — на вызов ответ;

    В молчанье на грозное море глядят;

    ‎За кубком отважного нет.

    И в третий раз царь возгласил громогласно:

    «Отыщется ль смелый на подвиг опасный?»

    И все безответны… вдруг паж молодой

    ‎Смиренно и дерзко вперед;

    Он снял епанчу, и снял пояс он свой;

    ‎Их молча на землю кладет…

    И дамы и рыцари мыслят, безгласны:

    «Ах! юноша, кто ты? Куда ты, прекрасный?»

    И он подступает к наклону скалы

    ‎И взор устремил в глубину…

    Из чрева пучины бежали валы,

    ‎Шумя и гремя, в вышину;

    И волны спирались и пена кипела:

    Как будто гроза, наступая, ревела.

    ‎Как влага, мешаясь с огнем,

    ‎Дымящимся пена столбом;

    Пучина бунтует, пучина клокочет…

    Не море ль из моря извергнуться хочет?

    И вдруг, успокоясь, волненье легло;

    ‎И грозно из пены седой

    Разинулось черною щелью жерло;

    ‎И воды обратно толпой

    Помчались во глубь истощенного чрева;

    И глубь застонала от грома и рева.

    И он, упредя разъяренный прилив,

    ‎Спасителя-бога призвал,

    И дрогнули зрители, все возопив, —

    ‎Уж юноша в бездне пропал.

    И бездна таинственно зев свой закрыла:

    Его не спасет никакая уж сила.

    Над бездной утихло… в ней глухо шумит…

    ‎И каждый, очей отвести

    Не смея от бездны, печально твердит:

    ‎«Красавец отважный, прости!»

    Все тише и тише на дне ее воет…

    И сердце у всех ожиданием ноет.

    «Хоть брось ты туда свой венец золотой,

    ‎Сказав: кто венец возвратит,

    Тот с ним и престол мой разделит со мной! —

    ‎Меня твой престол не прельстит.

    Того, что скрывает та бездна немая,

    Ничья здесь душа не расскажет живая.

    Немало судов, закруженных волной,

    ‎Глотала ее глубина:

    Все мелкой назад вылетали щепой

    ‎С ее неприступного дна…»

    Но слышится снова в пучине глубокой

    Как будто роптанье грозы недалекой.

    И воет, и свищет, и бьет, и шипит,

    ‎Как влага, мешаясь с огнем,

    Волна за волною; и к небу летит

    ‎Дымящимся пена столбом…

    И брызнул поток с оглушительным ревом,

    Извергнутый бездны зияющим зевом.

    Вдруг… что-то сквозь пену седой глубины

    ‎Мелькнуло живой белизной…

    Мелькнула рука и плечо из волны…

    ‎И борется, спорит с волной…

    И видят — весь берег потрясся от клича —

    Он левою правит, а в правой добыча.

    И долго дышал он, и тяжко дышал,

    ‎И божий приветствовал свет…

    И каждый с весельем: «Он жив! — повторял. —

    ‎Чудеснее подвига нет!

    Из темного гроба, из пропасти влажной

    Спас душу живую красавец отважный».

    Он на берег вышел; он встречен толпой;

    ‎К царевым ногам он упал;

    И кубок у ног положил золотой;

    ‎И дочери царь приказал:

    Дать юноше кубок с струей винограда;

    И в сладость была для него та награда.

    «Да здравствует царь! Кто живет на земле,

    ‎Тот жизнью земной веселись!

    Но страшно в подземной таинственной мгле.

    ‎И смертный пред богом смирись:

    И мыслью своей не желай дерзновенно

    Знать тайны, им мудро от нас сокровенной.

    Стрелою стремглав полетел я туда…

    ‎И вдруг мне навстречу поток;

    Из трещины камня лилася вода;

    ‎И вихорь ужасный повлек

    Меня в глубину с непонятною силой…

    И страшно меня там кружило и било.

    Но богу молитву тогда я принес,

    ‎И он мне спасителем был:

    Торчащий из мглы я увидел утес

    ‎И крепко его обхватил;

    Висел там и кубок на ветви коралла:

    В бездонное влага его не умчала.

    И смутно все было внизу подо мной

    ‎В пурпуровом сумраке там;

    Все спало для слуха в той бездне глухой;

    ‎Но виделось страшно очам,

    Как двигались в ней безобразные груды,

    Морской глубины несказанные чуды.

    Я видел, как в черной пучине кипят,

    ‎В громадный свиваяся клуб,

    И млат водяной, и уродливый скат,

    ‎И ужас морей однозуб;

    И смертью грозил мне, зубами сверкая,

    Мокой ненасытный, гиена морская.

    И был я один с неизбежной судьбой,

    ‎От взора людей далеко;

    Один меж чудовищ с любящей душой,

    ‎Во чреве земли, глубоко

    Под звуком живым человечьего слова,

    Меж страшных жильцов подземелья немова.

    И я содрогался… вдруг слышу: ползет

    ‎Стоногое грозно из мглы,

    И хочет схватить, и разинулся рот…

    ‎Я в ужасе прочь от скалы!. .

    То было спасеньем: я схвачен приливом

    И выброшен вверх водомета порывом».

    Чудесен рассказ показался царю:

    ‎«Мой кубок возьми золотой;

    Но с ним я и перстень тебе подарю,

    ‎В котором алмаз дорогой,

    Когда ты на подвиг отважишься снова

    И тайны все дна перескажешь морскова».

    То слыша, царевна с волненьем в груди,

    ‎Краснея, царю говорит:

    «Довольно, родитель; его пощади!

    ‎Подобное кто совершит?

    И если уж должно быть опыту снова,

    То рыцаря вышли, не пажа младова».

    Но царь, не внимая, свой кубок златой

    ‎В пучину швырнул с высоты:

    «И будешь здесь рыцарь любимейший мой,

    ‎Когда с ним воротишься, ты;

    И дочь моя, ныне твоя предо мною

    Заступница, будет твоею женою».

    В нем жизнью небесной душа зажжена;

    ‎Отважность сверкнула в очах;

    Он видит: краснеет, бледнеет она;

    ‎Он видит: в ней жалость и страх…

    Тогда, неописанной радостью полный,

    На жизнь и погибель он кинулся в волны…

    Утихнула бездна… и снова шумит…

    ‎И пеною снова полна…

    И с трепетом в бездну царевна глядит…

    ‎И бьет за волною волна…

    Приходит, уходит волна быстротечно:

    А юноши нет и не будет уж вечно.

    «Кубок Мира — 2019». Обзоры от Доктора. Финальная часть

    «К сожалению, в этом году Доктор, в ущерб совести, так увлекся сиюминутной синицей в руке, что чуть не проглядел журавля в небе Балтии. Если он там существует, конечно же. Если прорвался через шустрые отсеивающие руки отборочного и большого жюрей…».

    Сразу признаюсь, пусть никто и не поверит, что даже не смотрел список стихотворений, вышедших во второй тур (позор на мою брутально кудрявую голову), следовательно, все ниженаписанное следует воспринимать как заметки «с колес», то есть верить этому не больше, чем лайкам и сердечкам в соцсетях.

    По сложившейся традиции — буду рассматривать пары и выбирать себе фаворита.

    Поехали.

    1 пара

    Конкурсное произведение 326. «Премедикация»

    Не заинтересовало Доктора и на долю секунды, во время его прочтения. Типичное «гладкое письмо», в котором не за что зацепиться ни взглядом, ни вкусом, ни мыслю о том, что, мол, стареешь ты, брат Доктор и многое в стихах уже не понять.
    Очередные «подкожно введенные» и «внутривенно влитые» сны и закаты, словно приправленные рассуждениями автора «Гаврилиады», да простит меня литературный язык, за столь банальное сравнение. «Служил Гаврила раз поэтом, стихи он про стихи писал…»
    Рифмы — особенно порадовали своей доступностью для любого из сорокнадцати тысяч друзей на фейсбуке.
    «Нет, этот журавль не взлетит, — подумал Доктор, — хоть крыльями и машет преизрядно». Нет в этом журавле изюминки, даже если запечь его в собственном соку, вложив кучу всевозможных приправ из интерпретаций.
    Бесспорно, этот текст не стыдно нести на конкурсы, особливо на местечковые, и там он займет достойные места среди соответствующих конкурентов. Но быть в топ-16 на Балтии? Всплеск энтропии, иначе не объяснить.
    Что в нем увидело жюри? Неужели все остальные сотни, с хвостиком, произведений и вовсе «не вывозят» конкуренции? Надо будет прочитать те, что не успел. Сравнить.

    Конкурсное произведение 355. «Ветреное»

    Как и предупреждал — читаю и сразу комментирую. В первой строфе фирменные женские проблемы с логикой.
    «пока ты усмиряешь сквозняки,
    ловлю тебя заботами простыми.
    окно починишь? на, пальто на-кинь,
    простынешь.»
    С девичковой непосредственностью, героиня заявляет, что мужчина «усмиряет сквозняки» — то есть в «настоящем продолженном времени» чинит окно, но героиня у него тут же интересуется «Окно починишь?» Нет, не починю, Сократ, блин, комнатный. А чем я по-твоему занимаюсь? Доламываю, что-ли?
    Ладно, делаю скидку на блондинисть и буду ловить эмоцию в стихотворении.
    Следом еще бяка вылезла: «ни одна», но скидка уже сделана, потому попеняю жюри, за попустительство и подстрекательство, так сказать… В следующем сезоне ждите «развителей» и подражателей.
    В целом, со скидкой, весьма привлекательное произведение. Интересная игра с дефисами — несомненно наращивает смыслы, теряя, правда, при этом в эмоциях. Стихотворение кажется старательно сконструированным, оставаясь, однако, по факту сырым, как мы видим по примерам, мной приведенным.
    Еще, мне не очень понравилась очевидная аллюзия на Цветаеву. Причем явная и прямая: «и не играть словами» у Цветаевой, у автора же — открытая антитеза, в виде игры с дефисами. Не говоря уже об общем смысловом заигрывании.
    Резюмируя, попытка засчитана, но не впечатлила.

    Из двух стихотворений первенство не отдам никому: 50\50 ниже ватерлинии. Но если с 355 еще можно поработать, например изгнав бесов банальности , под именами «сумрак в городе» и «ветер в кронах\вязах», то у первого — и изгонять некого: себя из себя не изгонишь.

    2 пара

    Конкурсное произведение 153. «Кукурузник. Этюды»

    Авторам уже скидку делал. Но, судя по этому творчеству, прошедшему в топ — скидку надо делать жюри.
    Лично у Доктора — начало стойко ассоциируется с со стихотворением из лонг-листа Кубка 2016 «Псков»
    Все интонации один-в-один. Очень Доктора это озаботило, если не сказать огорчило. А жестче сформулировать — напрягло.
    И не зря напрягло, прямо признаемся. Ведь далее по тексту — присутствуют все составляющие негодной работы неплохого поэта: «яблоки-в-подоле», «фашисты-в-детстве», любовь-морковь и «первым делом самолеты, ну а девушки беременны».
    Несколько логико-технических моментов стоят дискуссии, но на нее нет ни желания, ни сил. Хочется пожелать автору — поменьше слушать «Потапа и Настю», с их «чумаченной весной», чтобы не вылезало «очумительное лето» в стихах, и писать не под конкурсы, а от души. В принципе-то, все не так плохо с возможностями, если, к тому же, перестать рифмовать «цвета-лета» и отказаться от тавтологии «койка-кровать», ну и так, еще с десяток нюансов. Удачи, короче.

    Конкурсное произведение 287. «Мама велит надевать потеплее шапку»

    Странным делом, Доктор это стихотворение читал и отметил для себя. По чистой случайности прочитал: забежал как-то на портал, а там: в правой колонке почти все комментарии — к этому стихотворению. Пришлось, так сказать.
    Первым делом, надо отметить доверительность интонации и объемность, практически осязаемость, предложенной атмосферы провинциального декаданса.
    Цепкие щупальца местечковой ойкумены мамочек и вездесущих голубей присасываются, впиваются, пропитывают твою душу запахом дыма и нафталина. И лишь еле уловимые молекулы, призывно пахнущих, пропитанных креозотом(?), шпал — манят возможностью вырваться, сорваться с крючка, сеть в вагон поезда дальнего следования и сбежать туда, где сверстники безмятежно курят «Кэмэл», с азартом спорят на философские темы, целуются в призрачном неоновом свете, заменяющем свет луны, и не задумываются о будущем. Потому что оно — безусловно, прекрасно.
    Ты же — словно прибит стальным гвоздем к этому городишке, к этой жизни, к этой облезлой лавочке, словно Прометей прикован к скале богами, а неутомимые голуби выклевывают твой мозг. И пусть это сделано в силе «софт»: вместо гвоздя — мамина шапка, а вместо прометеева орла — сама мама, от этого вряд ли становиться легче.
    Ух… Мне бы часов пять свободного времени, да пару десятков листов бумаги — поверьте, Доктор мог бы писать об это произведении бесконечно. Оно кинематографично. Короткометражка в чистом виде.
    Блестящая работа! Спасибо, автор!

    3 пара

    Конкурсное произведение 171. «И всё»

    В комментариях под стихотворением мне послышались «фуки» и «нуки», но это не точно. Всем, у кого стихотворение вызвало раздражение, я бы посоветовал, перед тем, прочитать отрывок:

    «Не убивай, а если все-таки убил
    Тогда давай построим храм среди могил
    Почем слова и ритуал для мертвых тел
    Не воровал, я просто брал чего хотел!

    Светлую весть разнесите пошире
    С вырванным сердцем, холодный, как лёд
    В золоте по обречённому миру
    Русский христос идёт! Русский христос идёт!»

    Затем — послушать целиком всю песню группы «Порнофильмы», а потом — вдуматься в слова автора текста. Привожу их близко к оригиналу: Искать смыслы не имеет смыла, потому что — я пытался выразить чувства, возникшие у меня от существования сейчас в собственной стране.
    Возвращаясь к стихотворению, — можно искать смыслы и подтексты — и они, скорее всего, найдутся — но, кмк, проще будет всю эту вакханалию понять, если принять за факт, что автором выражены чувства.
    И знаете — Доктору зашло. То есть понравилось.

    Конкурсное произведение 183. «Река»

    Текст показал Доктору фигу с самого начала, выкатив безответственную инверсию, сломавшую мозг. Следом — продавщица с прутиком. Приснится же такое… Брр…
    В отличие от конкурента — образный ряд так себе скачет, словно на веселом конкурсе «бег в мешке». Исключительно мои домыслы: напихали в этот мешок рыб, жемчужин, трамваи и «Хранителя» до кучи. Прыгай дорогой читатель.
    Прыгай, кому говорю! Выше! Еще выше!
    Нет, Доктор понимает, что рыбы — «наше все» на Балтии. И давно уже. Но, извините, кушайте сами. Так сказать — какая радость, эта ваша заливная рыба, но не для меня. Во всяком случае — не сейчас, не сегодня. Но если жюри кушает — пишите еще и шлите апельсины бочками.

    4 пара

    Конкурсное произведение 73. «Мёртвые и живые»

    Скрывать не стану — текст вызвал серьезный негатив. Завязав глаза, заткнув уши, повредив мозг… в любом невменяемом состоянии, даже органолептически: на консистенцию, на вкус, на запах, по содержанию — Доктор опознаёт писанное на заказ, писанное по дружбе, писанное за деньги и писанное под конкурс. Это неприемлемо. И точка.
    Только мне одному становится стыдно, когда эксплуатируют вдоль и поперек распаханные темы? Серьезно? Только одному Доктору стыдно, когда шаблон сидит на шаблоне и шаблоном погоняет? В странном мире мы живем: авторам не стыдно, жюри не стыдно, а доктора краснеют.

    Конкурсное произведение 83. «Чинари»

    По сравнению с конкурентом — лучше на порядок. Не то, что бы образец и идеал, но по сравнению.
    Если подходить с позиций критического объективизма — становятся видны скучные рифмы, отсутствие образности, прозаичная прямолинейность. Понятно, что автор старался… Но, к сожалению, плакатность и бронелобность подачи вызывают защитную реакцию. Но и при таком-то напоре — середина явно провисает и страдает тавтологичностью смысла. Нет пожалуй, это не стихи. Это агитка в определенного сорта журнал. Осталось угадать в какой и все будет в порядке, но это не точно.

    5 пара

    Конкурсное произведение 381. «Водяница»

    Критиковать не буду — многие нашли в этом глубокие смыслы, видимо. Не зря предки завещали, что вечно смотреть можно на три вещи, одна из которых текущая вода. Ну да, есть тут смыслы. Для особо одаренных автор даже тонкий намек на больницу вставил. Ну как тонкий.. автор прямо пишет: больничная, мол, водица-то. Не посочувствовать — грех. Посочувствовать такой нарочитости — пойти против совести. Дилемма, хосподи прости.
    Да еще и без рифмы, а ведь недоброжелатели скажут, что, мол, гнобишь ты, Доктор, верлибры не по делу..
    Потому — ничего о сём и не скажу. Почти так же тонко, как автор не сказал.

    Конкурсное произведение 63. «Соловки»

    Еще один «фаворит» в списках Доктора, наравне с «Мертвые и живые». Надо признать, что в отличие от «Мертвых» — «Соловки» явно из верхнего эшелона поэтического Олимпа. Легкость пера необыкновенная, читабельность поражает. Словно семечки щелкаешь — невозможно остановиться. Только как-то все, включая жюри, забыли одно маленькое «но».
    Такая легкость необыкновенная — превращает текст в ширпотреб: слишком много тяжелого скрыто за названием «Соловки».
    Полное впечатление, что герой инстаграммит для подписчиков лакшери тур — зацените.
    И вы знаете, манера подачи до боли знакома. В недавнем прошлом Балтии, сейчас не вспомнить навскидку, уже случалось подобное стихотворение, которое поразило Доктора своей легкостью. Легкостью того, как оно обошлось с серьезной темой и легкостью, с которой влетело в лонг-лист.
    Если немного помечтать, то сократив две трети текста — на выходе получим шедевр. Но, естественно, этого никогда не случится. Не таково сегодняшнее поколение поэтов, чтобы резать по живому. Воспитано на бродских и пастернаках. Пушкины им не указ. Тонким слоем по бесконечной поверхности вам, да пожиже, пожиже.

    6 пара

    Конкурсное произведение 100. «Время собирать камни»

    О! Произведение достойное стать Победителем.
    Мягко и плавно, но величаво как море, нас посвящают в тайны поморской души. Очевидно, такой же необъятной, глубокой и парадоксально текуче-неизменчивой. Вся прелесть обобщения и сравнения души с морем, заложенная в этих строках, может быть доступна только тем, кто не понаслышке знает, как тяжел и горек рыбацкий хлеб. Как трудно от него отказаться и как невыносимо трудно продолжать.
    Вслушайтесь в эти ювелирно найденные слова:
    «Кто не успел уплыть — остается кормом..
    Ребра разбитого карбаса уйдут в песок..»
    И это сказано не только про поморов, но и про нас. Ad finem — все станем кормом.
    Очень импонирует то, как тонко автору удалось переплести природное, личностное и социальное. Провести параллели,связать воедино и воспеть. Не впадая в крайности и не вызывая, в общем-то, смертельного уныния от текущей современности и грядущей неизбежности. Какой-то внятно ощутимый внутренний оптимизм в стихотворении есть.
    Лично для меня — этот оптимизм еще и вполне конкретен: пока пишутся такие тексты — поэзия не умерла. Она жива, черт побирай! Вопреки всему и наперекор всем!
    Ради таких редких жемчужин — Доктор и читает «сорокнадцать тысяч трескучей графомани».

    Конкурсное произведение 277. «Про рыбалку»

    А что? Вполне, вполне. Особенно понравились «мальки»))
    Спишем на «трум-труляляки» неполадки с препинаками. На недостаток времени спишем некоторые языковые оборотики, над которыми стоило подумать — и весьма вменяемо и позитивно. Вот «прям щаз» хочется отредактировать на «пыльцой мошки пестрит июнь», например, это если «на глаз». Да и вообще — не ленитесь, автор, поработайте над текстом после конкурса.
    Но, к сожалению, так уж сложилось, что сотому — ваш не конкурент, объективно.

    7 пара

    Конкурсное произведение 102. «Выше неба»

    Доктор глубоко озадачен. Если не сказать рассмешен. Хочется, грешным делом, спросить: у кого списали? Но не спрошу, естественно. Ибо эти глубокие рыбы и лежание на дне, и непременно на спине, — прописаны верстальщиками скриптов сайта стихи.лв. Очевидно — исключительно ради хайпа.
    А не постесняюсь я спросить у целых двух жюри: Дорогие мои, вы что, первый год на Балтии? Давешних лауреатов и лонг-листеров не читали? На БЛК не присутствуете? Вы вообще из нашей вселенной?

    Конкурсное произведение 308. «Рашид»

    Утопия, как форма выражения желаний, то бишь мечт, и внутренних общечеловеческих потребностей. Имеет место быть. Почему бы и нет? Тот же кот Шредингера, к примеру, — он и «быть», и «не быть», куда до него Гамлету с его однополярностью.
    В целом — приемлемо. Позитивчик, опять же. Но с привкусом, так скажем, неслабо вяжущей хурмы. Вроде и сладко до приторности, но постощущения специфические.
    И в топ-16 могло бы и не… однако, вот, есть. Устал жюрейский народ от негатива, видимо. Боюсь, правда, что лично Доктор — через год воспримет текст как незнакомый.

    8 пара

    Конкурсное произведение 98. «Полунощница»

    Процитирую из своего обзора :
    «… из вики, что показалось Доктору глубоко осмысленным в отношении данного стихотворения: «От песнопения «Kyrie eleison» происходит русское слово «куроле́сить» (простые прихожане не понимали греческих песнопений, произносимых наспех — «куролес» стало синонимом бессмыслицы).»
    Теперь расшифрую.
    Герой не осознает то, о чем он рассказывает, смешивая в бессмысленно красивую, но несъедобную кашу все, до чего ручками дотянулся. В представлении этой поэзии — и куколки, и бабочки существуют одновременно к моменту заморозков. Шелкопряды, опять же, «задумчивые». Уж не потому ли они задумчивые, что теплолюбивые и при морозах и снеге жить не привыкли?
    Тот же снег в тексте? Что это за субстанция такая «будущий снег»? Он, вроде, сверху падает? Все остальное — иней или лед.
    Ну, и «королевское» предложение в тексте, это предложение «откусить от привкуса»:
    «И привкус яблочный не радует,
    Но откуси – и алым брызнет»
    Представляете? Брызнет, да еще и алым. Яблочный привкус.
    В общем, я уже не знаю, в какую сторону бинокля смотрело жюри из отличнейших поэтов, отбирая такую отсебятину в лонг. В своих-то произведениях — такие несуразицы они вряд ли допускают в тираж? Еще и мной горячо любимая Калугина в комментариях восхищается, что недвусмысленно говорит о том, что хорошие поэты — не всегда хорошие жюристы.
    В силу поэтической ажитации и стихотворной эйфории, я думаю.

    Конкурсное произведение 230. «От Марка»

    В лучших рок-панк традициях — все при всем. Напор, мощь, презрение к одним канонам и следование другим.
    Очень целостное и взрослое стихотворение. На мой взгляд — может служить любой точкой в творческом сборнике. Хоть отправной, хоть конечной. И тут дело не в подражаниях, конечно же, как многие упрекают в комментариях.
    Во-первых, энергетика. Словно радиостанция морзянку отбивает, уверенно и точно. Кто-то слушает, кто-то нет — радисту безразлично, он «хлещет по ключу от души».
    Во-вторых, звуковая гармония впечатляет. От рифм, до сочетаний гласных и согласных.
    В-третьих — это убийственная простота честности. Сочетание честности и поэзии. Да, есть нарочитая рисовка, но и она входит в понятие честности, присущее представителям декларируемой субкультуры. Мы — такие, а на ваше мнение — плевать.
    Хотите робко негодовать в комментах — негодуйте. А я писал, пишу и буду писать, даже если вас ханжески коробит от слов «триппер» и «совокупляться» в стихах.

    И на сегодня у Доктора всё, дорогие поэты.

    Я рад, что на Кубке случились три стихотворения: «От Марка», «Время собирать камни» и «Мама велит надевать шапку…»
    И поскольку, Доктор внятно прочел лишь первую сотню стихов, он надеется в ближайшее время наверстать упущенное, а там — чем черт не шутит, возможно найдет для себя еще парочку шедевров. А пять шедевров на Кубоке — это уже много, поверьте старому зануде.

    Спасибо за внимание.

    С уважением, Доктор.

    Auld Lang Syne

    Прослушать песню: Auld Lang Syne

    With New Year’s Day approaching fast, it is time again to sing the song “Auld Lang Syne”. An old Scotch tune, “Auld Lang Syne” is sung at the stroke of midnight in almost every English-speaking country in the world to bring in the new year. Written partially by Robert Burns in the 1700’s, it was first published in 1796 after his death. An old Scottish tune, “Auld Lang Syne” literally means “old long ago,” or simply, “the good old days.”

    Auld Lang Syne

    Should auld acquaintance be forgot, And never brought to mind? Should auld acquaintance be forgot, And auld lang syne.

    CHORUS:
    For auld lang syne, my dear, For auld lang syne, We’ll tak a cup of kindness yet, For auld lang syne!

    And surely ye’ll be your pint-stowp, And surely I’ll be mine, And we’ll tak a cup o kindness yet, For auld lang syne!

    We twa hae run about the braes, And pou’d the gowans fine, But we’ve wander’d monie a weary fit, Sin auld lang syne.

    We twa hae paidl’d in the burn, Frae morning sun till dine, But seas between us braid hae roar’d Sin auld lang syne.

    And there’s a hand my trusty fiere, And gie’s a hand o thine, And we’ll tak a right guid-willie waught, For auld lang syne.

    Auld Lang Syne

    Когда Новый год на пороге, снова наступает время петь песню “Auld Lang Syne”. Эту старую шотландскую песню поют, когда часы бьют двенадцать, почти во всех англоязычных странах, отмечая наступление Нового года. Часть этой песни была написана Робертом Бернсом в 1700 годах, и была впервые напечатана в 1796 году после его смерти. Название песни, “Auld Lang Syne”, буквально означает «давным-давно» или «старые добрые времена».

    Перевод Auld Lang Syne

    Старая дружба (перевод С. Маршака)

    Прослушать песню: Забыть ли старую любовь И не грустить о ней? Забыть ли старую любовь И дружбу прежних дней?

    Припев
    За дружбу старую — До дна! За счастье прежних дней! С тобой мы выпьем, старина, За счастье прежних дней.

    Побольше кружки приготовь И доверху налей. Мы пьем за старую любовь, За дружбу прежних дней.

    Припев
    За дружбу старую — До дна! За счастье юных дней! По кружке старого вина — За счастье юных дней.

    С тобой топтали мы вдвоем Траву родных полей, Но не один крутой подъем Мы взяли с юных дней.

    Переплывали мы не раз С тобой через ручей. Но море разделило нас, Товарищ юных дней…

    И вот с тобой сошлись мы вновь. Твоя рука — в моей. Я пью за старую любовь, За дружбу прежних дней!

    За дружбу старую — До дна! За счастье прежних дней! С тобой мы выпьем, старина, За счастье прежних дней.

    Приговский «крик Кикиморы» снова зазвучал

    Текст: Александр Соловьев

    Фото: из фб-группы Московского поэтического слэма

    На выставке non/fictio№21 впервые прошел конкурс «Кубок Кикиморы». Участники должны были читать стихотворения Дмитрия Александровича Пригова — кто громче. Недосягаемым идеалом же для всех участников — среди которых были Аркадий Штыпель, Александр Курбатов, Анна Герасимова, Антон Трубайчук — оставался, собственно, Крик Кикиморы, который Дмитрий Александрович неоднократно исполнял, к вящему удовольствию друзей и знакомых. Проводил встречу Андрей Родионов, ветеран российского слэма, в жюри же сидели Екатерина Троепольская, Алексей Цветков (младший) и Герман Виноградов, нацепивший на себя огромные желтые очки.

    Происходящее заставляло вспомнить о лучших днях группы «Война» и их несостоявшейся совместной с Приговым акции. Удивительным образом, Дмитрию Александровичу в современном мире наследует не только толстожурнальная поэзия, но и радикальные неформалы самых разных мастей (вот недавно рэпер Замай выложил в сеть фотографию, где он нежно прижимает к щечке пятитомное собрание Пригова, изданное «Новым литературным обозрением»). Панковской угар его поэтике вполне органичен — группа «Среднерусская возвышенность» в действии. 

    Участники орали, визжали и хрипели так, что слышно их было на другом конце Гостиного Двора. Родионов же невозмутимо держал у рта каждого микрофон с измерителем децибелов. Кто-то из участников старался просто выжать из собственной глотки все, на что она способна, кто-то, как Ростислав Ярцев, постепенно разворачивая рулон туалетной бумаги, которую он прихватил с собой на сцену, оперным голосом пропел:

    Я понял как рожают. Боже

    Когда огромным камнем кал

    Зачавшись по кишкам мне шёл

    Всё разрывая там, что можно

    Я выл, рыдал, стенал, я пел

    Когда же он на свет явился

    Над ним слезою я залился

    Прозрачной, но он мёртвым был

    Анна Герасимова, встав в  позу горниста, комсомольским голосом отрапортовала:

    Урожай повысился 

    Больше будет хлеба 

    Больше будет времени 

    Рассуждать про небо 

    Больше будет времени 

    Рассуждать про небо 

    Урожай понизится 

    Меньше станет хлеба

    Кто-то скажет, что все это пустая ерунда и развлечение, а может быть, и вовсе оскорбление памяти великого поэта. И я скажу — все так! Потому что мало было в Русской литературе такого специалиста по ерунде, развлечению, ерничеству, юродству, шутовству и оскорблению памяти великих поэтов, как Дмитрий Александрович Пригов, и за всем этим, как экзистенциальная бездна, разверзается душераздирающий крик кикиморы.

    Текст песни Sharlene Boodram — Sweeta Sweeta слова и перевод, клип слушать, смотреть онлайн

    Припев:
    Дай мне, что sweeta, sweeta
    Как и путь ваш чаша более
    Конечно, наверняка не хотите воды,
    Принесите вашу любовь любовника, принести свою любовь любовника
    Дай мне, что sweeta, sweeta
    Как и путь ваш чаша более
    Конечно, наверняка не хотите воды,
    Принесите вашу любовь любовника, принести свою любовь любовника
    Стих 1-й:
    Позвольте мне увлечь вас, послушайте мою мелодию
    Мощность ритм отравляют вам
    Чувствуя вибрации, не более ограничением
    Baby Love Вы знаете, я даю вам направление
    Дайте в момент, попробуйте новый ассортимент
    Даже если вы чувствуете себя немного искаженной
    Покажите мне ваши движения, вызвать переполох
    Детские позвольте мне быть вашим окончательным решением
    Припев:
    Дай мне, что sweeta, sweeta
    Как и путь ваш чаша более
    Конечно, для уверены, что хотите воды,
    Принесите вашу любовь любовника, принести свою любовь любовника
    Дай мне, что sweeta, sweeta
    Как и путь ваш чаша более
    Конечно, для уверены, что хотите воды,
    Принесите вашу любовь любовника, принести свою любовь любовника
    Стих 2:
    Да ты любишь меня любишь, все обо мне
    Не держите его обратно, теперь время действовать
    Сгорая от желания, тепло тела в огне
    Не достаточно горячие, хотят его горячее
    Так же, как вулкан, энергия переполнение
    Я не могу объяснить, я не знаю, что вы называете
    Просто идеальный незнакомец положил мне под давлением
    Огонь горит, сжигая все равно

    Мост:
    Темный шоколад, гиперактивный состоянии
    Я дам вам больше, чем вы могли бы взять
    Жирный вкус подавляющее вы
    Тщательное я натуральный сахар
    Темный шоколад, гиперактивный состоянии
    Я дам вам больше, чем вы могли бы взять
    Жирный вкус подавляющее вы
    Тщательное я натуральный сахар
    Припев:
    Дай мне, что sweeta, sweeta
    Вроде как ваша чаша более
    Конечно, для уверены, что хотите воды,
    Принесите вашу любовь любовника, принести свою любовь любовника
    Дай мне, что sweeta, sweeta
    Как и путь ваш чаша более
    Конечно, для уверены, что хотите воды,
    Принесите вашу любовь любовника, принести свою любовь любовника
    Outro:
    Сладкий, как сахар, такие как специи
    Тебе нравится, вам нравится
    Приходите попробовать, не прощаюсь
    Не бороться, не бороться с ним
    Сладкий, как сахар, такие как специи
    Тебе нравится, вам нравится
    Приходите попробовать, не прощаюсь
    Не бороться, не бороться с ним
    Припев:
    Дай мне, что sweeta, sweeta
    Как и путь ваш чаша более
    Конечно, для уверены, что хотите воды,
    Принесите вашу любовь любовника, принести свою любовь любовника
    Дай мне, что sweeta, sweeta
    Как и путь ваш чаша более
    Конечно, для уверены, что хотите воды,
    Принесите вашу любовь любовника, принести свою любовь любовника

    Взято с https://alllyr. ru/lyrics/song/159337-sharlene-boodram-sweeta-sweeta/

    Песня Соломона 7:2 — Значение и комментарий к библейскому стиху

    Песня Соломона 7:2

    Пуп твой [подобен] круглому кубку
    По мнению некоторых, имеется в виду не сам пупок; но покрытие из него драгоценный камень или золотая пластина в форме его; и потому что слово «круглый» на халдейском языке означает «луна», и так интерпретирует это Бен Мелех, некоторые думали о «круглая шина, подобная луне» (Исаия 3:18); хотя это было скорее украшение на шее.епископ Патрик из мнение, что оно относится к «одежде из кованого золота» ( Псалмы 45:13 ) ; который имел на той части, которая покрывала живот, приподнятая рельефная работа, напоминающая ворох или снопы пшеницы; на котором была вышивка любопытных цветов, особенно лилии; а посреди всего фонтан или водопровод, бегом с несколькими видами спиртных напитков в большую чашу или таз: а Fortunatus Scacchus F14 интерпретирует его как одежду, прикрывая эту часть, вышитой лилиями. Все, что может представляют красивую одежду Христовой праведности церковь украшен. Но скорее имеется в виду сама деталь, а конструкции служители Евангелия; кто в администрации г. Слово и таинства для церкви то же, что пупок для тело человека; что находится в выдающейся его части, это сила кишечнике, во многом способствует здоровью организма, а который ребенок в утробе матери должен получить питание: министры поставлены на самое высокое место в церковь; сильны сами по себе, благодаря благодати и силе Христос и средства укрепления других; и сохранения церкви хорошее состояние и здоровое состояние, добрыми словами и здравые учения они проповедуют; а также о питании душ в зародыш, а когда родится, с искренним молоком слова: и поскольку пупок подобен «круглому кубку», кубку, миске или бассейн, это точно описывает эту часть; и может выражать совершенство служителей Евангелия, их дары и благодать, а не в абсолютном, но сравнительном смысле, круглая или круглая форма считается самым совершенным; а также мастерство, дарованное их, дары и благодать Духа, круглый кубок существа выточенный и оформленный каким-то любопытным художником; а так же их способность удерживать и сохранять евангельские истины. И их сравнивают, не к пустому, а к одному [который] не хочет ликер ;
    означает большие и никогда не иссякающие запасы даров и благодати. от Христа; так что они никогда не хотят спиртного, масла и вина евангельских истин, сообщать другим (Захария 4:12). Используемое слово означает «смесь» или «смешанный ликер» {o}, как вино и молоко, (Песнь о Соломон 5:1); или, вернее, вина и воды, широко используемых в восточные страны; так вино Шарона смешивали, два частей воды и одной части вина F16 : и это конструкции, а не смесь божественные истины и человеческие доктрины, которых не следует делать; но разнообразие евангельских истин, которые служители проповедуют другим, и таким образом, каким они наиболее способны их получить.Немного F17 передать слова как желание, «пусть нет нужды», и поэтому они заявляют о нежной заботе Христа, чтобы его церковь могла иметь постоянный запас в служении слово; чрево твое [похоже] на кучу пшеницы ;
    , что означает плодотворность церкви в привлечении душ к Христос, сравнимый с беременной женщиной; и чей плод, молодой новообращенных, рожденных в ней, сравнивают с «кучей пшеницы» за их количество, выбор и основательность, способность выдерживать веер преследования: у иудеев было обыкновение разбрасывать пшеницу по главы женатых на их свадьбах трижды говорили: «увеличить и умножить» F18 ; см. ( Исаия 66:8 ) ( Мэтью 3:12).Эта куча пшеницы называется «приготовленной», или «живая изгородь с лилиями» F19 ; что свидетельствует о том, что это не было куча пшеницы на кукурузном поле, что имеется в виду, но поле стоящая пшеница, огороженная и огороженная не шипами, а лилиями; и эти лилии могут означать взрослых святых, которых часто сравнивают к лилиям в этой книге, которыми окружены новообращенные и защитил; или красоты святости, в которых они появляются как только родится свыше ( Псалтирь 110:3 ).


    чрево твое [как] ворох пшеницы…»

    Науэлл твой подобен круглой чаше, в которой нет ликера; чрево твое — как ворох пшеницы, обложенный лилиями.
    — Версия короля Иакова (1611) — Просмотр 1611 Сканы Библии

    «Пуп твой подобен круглому кубку, в котором никогда не бывает недостатка в разбавленном вине; живот твой подобен вороху пшеницы, окруженному лилиями.
    — Новый Американская стандартная версия (1995)

    Твое тело «похоже» на круглый кубок, «в котором нет недостатка в разбавленном вине: Твоя талия «подобна» вороху пшеницы, украшенному лилиями.
    — американская стандартная версия (1901 г.)

    Ваш желудок — это хранилище зерна, окруженное лилиями, а посередине — круглая чаша, полная вина.
    — Базовая английская Библия

    Пупок твой — круглый кубок, [в котором] не нуждается смешанное вино; чрево твое — ворох пшеницы, обсаженный лилиями;
    — Дарби Библия

    Пуп твой подобен круглому кубку, который не нуждается в питье: чрево твое — как ворох пшеницы, окруженный лилиями.
    — Библия Уэбстера

    Ваше тело подобно круглому кубку, в котором нет недостатка в кипяченном вине.Талия твоя подобна вороху пшеницы, обсаженному лилиями. (7:3) Пуп твой подобен круглой чаше, в которой нет недостатка в разбавленном вине; чрево твое — как ворох пшеницы, обсаженный лилиями.
    — Еврейское издательское общество Библии

    Примечания Уэсли к Песни Песней Соломона 7:2

    7:1 Обувь. Издревле свидетельствовала о свободном и комфортном состоянии, тогда как рабы и плакальщики ходили босиком.

    7:4 Как пруды — Полные, и чистые, и тихие, и приятные. Есевон — приятный и хорошо орошаемый город за Иорданом. Башня — Которая, по всей вероятности, была построена Соломоном на горе Ливан, на северной границе земли Израиля по направлению к Дамаску; и поэтому очень подходящее место для сторожевой башни. Который смотрит — В Иерусалиме или вблизи него была другая башня или здание, которое называлось домом из леса Ливанского, #3Цар.7:2|.

    Enduring Word Библейский комментарий Песнь Соломона Глава 7

    А.Дева описана в третий раз.

    1. (1-3) Описание девичьего тела.

    Как прекрасны твои ноги в сандалиях,
    О княжеская дочь!
    Изгибы твоих бедер подобны драгоценностям,
    Работа рук искусного мастера.
    Ваш пупок круглый кубок;
    В нем нет смешанных напитков.
    Твоя талия это ворох пшеницы
    Заняться лилиями.
    Две твои груди как два олененка,
    Двойняшки газели.

    а. Как прекрасны твои ноги в сандалиях, о княжеская дочь : Так начинается еще одно подробное описание девичьей красоты. Песнь Соломона 6:13 закончилась как просьбой к девушке вернуться, чтобы можно было дольше наслаждаться ее красотой, так и мягким протестом со стороны девушки, недоумевающей, почему она должна быть предметом такого внимания.

    я. Упоминание танца двух станов в Песне Соломона 6:13 предполагает, что дева танцевала. На это также указывает описание этих стихов, которые начинаются у ее ног и продолжаются вверх по ее телу до головы. Это было бы гораздо более естественно для описания кого-то, кто стоял и танцевал. Но танцевала ли она перед группой зрителей или наедине для своего любимого?

    ii. Есть некоторые основания полагать, что это был танец перед группой зрителей, таких как Дочери Иерусалима или в их числе.

    · Контекст, унаследованный от Песней Песней Соломона 6:13, с призывом Дочерей Иерусалимских.

    · Описание девушки как дочери принца кажется более подходящим для тех, кто не возлюбленная.

    · Описание царя в Песне Песней 7:5 может быть более подходящим для голоса кого-то другого, а не возлюбленного.

    III. Есть также некоторые основания полагать, что это был приватный танец возлюбленной; в основном, описание предполагает, что девичьи бедра , пупок , талия и грудь все можно было увидеть (по крайней мере, частично).Ни в библейской, ни в древнееврейской культуре, ни в самой Песне Соломона нет ничего, что указывало бы на то, что девушка вызывающе танцевала перед публичной группой. Учитывая это, вполне вероятно, что это просто поэтический образ, а не новостной репортаж, или частная демонстрация для благословения и пользы возлюбленного.

    ив. Также важно отметить, что это третье расширенное описание красоты девы (ранее также в Песне Песней 4:1-5 и 6:4-9). Эти три описания можно сравнить с одним описанием внешности возлюбленного (находится в Песне Песней 5:10-16), которое было сказано даже не самому возлюбленному, а другим о возлюбленном. Это сравнение усиливает впечатление, что для женщины гораздо важнее быть уверенной в своей красоте, чем для мужчины.

    · Первое описание красоты (Песнь Песней 4:1-5) относится к брачной ночи; возлюбленный восхвалял красоту девушки, прежде чем она уступила ему свою девственность.

    · Второе описание красоты (Песнь Песней 6:4-9) – это контекст восстановления отношений после конфликта; возлюбленный уверял девушку, что она была для него так же прекрасна, как и в брачную ночь.

    · Это третье описание красоты (Песнь Песней 7:1-5), возможно, является более публичным описанием, еще больше уверяющим девушку в ее красоте.

    v. «Следует отметить, что, хотя Песня на самом деле является песней невесты, есть три случая, когда жених подробно описывает ее красоту, и только один раз, когда она отвечает взаимностью. Если Песня имеет какое-то аллегорическое значение, она должна указывать на то, что Бог находит нас гораздо более восхитительными, чем мы находим его». (Кинлоу)

    в.и. Дочь принца : «Как и в 6:12, смысл не обязательно в том, что девушка царского происхождения, а скорее в том, что у нее добрый и благородный характер и личность». (Карр)

    б. Как прекрасны твои ноги в сандалиях : Когда дева танцевала, зрители, естественно, сначала заметили ее ноги в сандалиях .Они восхищались красотой ее ног и ее сандалий .

    с. Изгибы твоих бедер… твой пупок… твоя талия : Описание визуально поднимается от ног девушки, описывая красоту ее тела.

    я. Если предположить, что это комментарии возлюбленной, сделанные в приватной обстановке, то комментарий Гликмана имеет смысл: «Одна из вещей, которую мы замечаем, это то, что похвала королю гораздо более чувственна и интимна. Это отражает большее знание ими физической красоты своей жены. Например, здесь он восхваляет изгибы ее бедра и мягкое тепло ее живота». (Гликман)

    ii. «Вино и пшеница были основными продуктами любой трапезы. То, что он соединяет эти два образа в похвале ее желудку, должно означать, что ее желудок для него как чудесный пир». (Гликман)

    III. «Ссылка на лилии, окружающие живот, напоминает нам, что мы имеем дело с фигурами, чья двусмысленность обогащает эротизм отрывка». (Кинлоу)

    ив. Комментарии старого пуританского комментатора Джона Траппа показывают, как трудно подходить к тексту прежде всего как к духовной аллегории.«Пуп есть крещение, которое питает новорожденных младенцев во чреве Церкви… Некоторые понимают под этим другое таинство Вечери Господней, называемое «ворохом пшеницы» из-за его запаса превосходной пищи». (Трапп)

    v. Украшение лилиями : Некоторые считают, что это поэтическая отсылка к лобковой области, описывающая обнаженное тело девушки. Это маловероятно, особенно учитывая использование лилий в Песне Соломона 4:5 и 5:13.

    д. Две груди твои подобны двум олененкам : Это образ, повторяющийся из первого описания девушки в Песне Песней Соломона 4:1-5.Там, как и здесь, акцент, кажется, делается на мысли о том, что девичья грудь выглядит такой же невинной и привлекательной, как молодой олень, а также под стать своей форме и красоте ( близнецы газели ).

    я. Трапп не может избавиться от инстинкта сделать эти две груди чем-то иным, чем две женские груди. «Свежий и похотливый, ровный и ровный. Поймите два Завета; они походили на это своим совершенным согласием, любезными пропорциями и быстрым бегом по всему миру в короткое время.(Трапп)

    ii. «Это стихотворение указывает на вечное очарование женской формы для мужчины». (Кинлоу)

    2. (4-5) Описание девичьей головы, лица и волос.

    Ваша шея
    Как башня из слоновой кости,


    , как
    5 Как
    Бассейны в Хэшбоне
    по воротам бани
    Твой нос подобен ливанской башне
    Которая смотрит в сторону Дамаска.
    Ваша голова вам нравится 5 Mount Carmel,
    и волосы головы , как фиолетовый;
    Король пленен вашими косами.

    а. Ваша шея похожа на башню из слоновой кости : Идея этого изображения заключается не столько в чрезвычайно длинной шее, сколько в том, что она передает благородство и силу характера.

    я. «Вероятно, он делает комплимент не только благородному достоинству, воплощенному в ее позе, но и артистической гладкости ее шеи. Когда он нежно скользнул пальцами вниз по ее шее, она стала для него гладкой, как слоновая кость». (Гликман)

    б. Твои глаза подобны озерам в Хешбоне : Здесь описана глубокая красота девичьих глаз. Возможно, в этих конкретных бассейнах воды было что-то особенно красивое.

    я. «Возможно, здесь были два пруда с рыбками, которые, удобно расположенные на большом поле, могли иметь некоторое сходство с глазами, расположенными на голове. (Пул)

    с. Ваш нос подобен ливанской башне, обращенной к Дамаску : Кажется, что ливанская башня была не буквальной башней, а холмом или горой, чьи белые утесы смотрели в сторону Дамаска . Это сделало бы это отсылкой скорее к цвету девичьего носа, чем к его размеру или форме.

    я. « Ливан — одно из нескольких слов, происходящих от еврейского корня laben , «быть белым». Вероятно, именно белизна известняковых скал дала горе такое название.Это говорит о том, что образы здесь связаны с цветом ее носа, а не с его формой или размером. Лицо у нее бледное, как цвет слоновой кости на шее, а не загорелое». (Карр)

    д. Твоя голова венчает тебя… король пленен твоими волосами : Красота ее волос настолько поразительна, что может быть связана только с королевской властью ( похожа на пурпур ) и очаровывает королевских особ ( король удерживается пленник ).

    я. Косы : «Корневое значение — бежать или течь, так что здесь изображены ее волосы, похожие на бегущую, журчащую воду. (Карр)

    ii. «В первую брачную ночь он мог восхвалять семикратно, а в эту более позднюю ночь — десятикратно. Их любовь действительно стала глубже». (Гликман)

    3. (6-9а) Описание желания возлюбленного.

    Как ты прекрасна и приятна,
    О любовь, с твоими прелестями!
    Этот твой рост подобен пальме,
    И твоя грудь подобна ее гроздьям.
    Я сказал: «Я поднимусь на пальму,
    Я возьмусь за ее ветви».
    Пусть теперь груди твои будут подобны виноградным лозам,
    Аромат твоего дыхания, как яблоки,
    И нёбо твое, как лучшее вино.

    а. Как ты прекрасна и как приятна, о любовь : Здесь кажется ясным, что говорит возлюбленная, а не такая группа, как Дочери Иерусалима.Если правда, что такая группа говорила словами Песни Соломона 7:1-5, то теперь ясно, что возлюбленный более прямо говорит своей девице о своем влечении к ней и желании ее.

    я. С твоими прелестями указывает на то, насколько основным и чудесным было его влечение к ней. Она восхищала его; очевидно, с ее красотой и индивидуальностью, но также с ее характером и силой.

    ii. По аналогии и приложению великая радость возлюбленного над своей девицей помогает нам понять, что это показывает нам, как сильно любит нас Бог. Как жених радуется о невесте, так будет радоваться о тебе Бог твой. (Исайя 62:5)

    III. «Дорогая душа, осознаешь ли ты желание своего Возлюбленного по отношению к тебе? Ты любишь его; но Он любит вас еще больше. Вы желаете Его; но Его желание по отношению к вам настолько больше, чем ваше к Нему, как солнечный свет ярче лунного света». (Мейер)

    б. Этот твой рост подобен пальме : Здесь он говорит о девушке, как о высокой и благородной, как большая пальма .Это еще одна отсылка не только к ее красоте, но и к ее характеру и осанке.

    с. И груди твои, как его грозди… Пусть теперь груди твои будут подобны гроздьям виноградной лозы : Увидев великий характер и красоту своей девы, любимый захотел ее . Он любил ее больше, чем ее тело, но он также – по праву – хотел насладиться удовольствиями ее грудей и тела в супружеских занятиях любовью.

    я. Соломон советовал в том же духе в Притчах: Да благословится источник твой и веселись с женою юности твоей.Как любящая лань и грациозная лань, пусть ее груди насыщают тебя во всякое время; и всегда быть в восторге от ее любви. Ибо зачем тебе, сын мой, восхищаться безнравственной женщиной и быть в объятиях соблазнительницы? (Притчи 5:19-20)

    ii. Ощущение, которое мы получаем из всего этого, заключается в том, что эта пара выросла и повзрослела в своем разделении любви, сексуальной и иной. «Это настроение отличается от деликатной формальности их первой брачной ночи». (Гликман)

    д. Аромат твоего дыхания, как яблоки, и нёба твоих, как лучшего вина : Возлюбленный сказал своей девушке, как ему приятны и удовлетворяют их занятия любовью.

    я. «Он создает яркую картину того, как он целует ее груди, как если бы кто-то подносил гроздья виноградной лозы к своим губам. И ее поцелуи приносили бы аромат ее дыхания, подобный сладкому аромату яблок, а ее рот был бы «как лучшее вино», которым нужно медленно и изысканно наслаждаться с каждым глотком». (Гликман)

    B. Девушка жаждет близости с возлюбленным.

    1. (9b-10) Стремление к близости.

    Вино идет вниз плавно для моей возлюбленной,
    Губами спящих нежно шевеля.
    Я утра любимого моего,
    И его желание
    9 ко мне 90.

    а. Вино пьется гладко для моего любимого : Это ответ девушки на предыдущее заявление и призыв возлюбленного. Он сказал, как сильно ему нравились их занятия любовью; теперь она отвечает признанием его доброты.

    б. Мягко шевелит губами спящих : Идея в том, что они спят вместе, возможно, обнимая друг друга и освежаясь в любви.

    я. «В то время как брачная ночь была сосредоточена на цели секса как завершении брака, эта ночь фокусируется на цели секса как подпитке брака… Когда они засыпали, последний поцелуй оставался в памяти друг друга, как послевкусие хорошего вина. Какая очаровательная картина спящей пары!» (Гликман)

    с. Я принадлежу моему возлюбленному, и его желание ко мне : Девушка полностью уверена в его любви. Она понимает его желание не как требование или бремя, а как прекрасное и уместное.

    я. «Она не только относит его обладание к своему первичному, но и усиливает его, добавляя, что его желание обращено к ней, и она настолько сосредоточена на нем, что упускает из виду свое обладание им. Она действительно потеряла себя в нем и тем самым нашла себя». (Гликман)

    ii. «Это полное, окончательное, окончательное слово любви. Он выражает полное удовлетворение, абсолютный покой и крайнюю удовлетворенность и покой. В нем два элемента. Первый — это полное забвение; «Я принадлежу своему возлюбленному.Второй — осознание того, что возлюбленный удовлетворен; «Его желание ко мне». (Морган)

    2. (11-13) Приглашение к близости.

    Приходи, мой возлюбленный,
    Выйдем в поле;
    Поселимся в деревнях.
    Встанем пораньше на виноградники;
    Давайте посмотрим, если виноградная лоза Budde,


    Там я подарю тебе свою любовь.
    Мандраки отдают аромат,

    и в наших воротах приятные
    фрукты,

    все манеры, новые и старые,
    Которые я приготовил для тебя, моя возлюбленная.

    а. Пойдем, мой возлюбленный, выйдем в поле; поселимся в деревнях : В ответ на желание своего возлюбленного, дева предложила ему отправиться в путешествие в деревню, где они могли бы насладиться своей близостью.Это было похоже на выходные для глубоко влюбленной пары.

    я. Ранее возлюбленный сделал подобное приглашение девушке: Встань, любовь моя, прекрасная моя, и иди прочь (Песнь Песней 2:10). Теперь девушка ответила таким же приглашением. Кажется, она созрела в своей уверенности в себе с первых дней их ухаживания (Песнь Песней 1:5-6). Она также понимала, что не только мужчина обязан сигнализировать о желании близости.

    ii.«Если мы должны во всякое время слушать похвалы своим добродетелям, если мы служили Богу так, что Церковь признает и вознаграждает нашу полезность, то хорошо нам слушать ровно столько, сколько мы обязаны делать, но не более ; а затем сразу же обратимся к чему-нибудь более практичному и более полезному для нашего духа. Супруга как бы резко прерывает слушание песни дев и обращается к своему мужу-Господину, общение с Которым всегда благословенно и всегда полезно, и говорит ему: «Приди, мой возлюбленный, пойдем». вперед в поле.’» (Сперджен)

    б. Встанем пораньше на виноградники; посмотрим, расцвела ли виноградная лоза : С весны была особая эмблема их любви (Песнь Песней 2:10-13 и 6:11-12). Она использовала этот образ, чтобы передать свое желание насладиться свежестью и силой их любви и близости.

    я. «Поэт таким образом показывает, что их отношения перешли от весны к весне, что теперь они пережили полный цикл роста». (Гликман)

    с. Там я подарю тебе свою любовь : Девушка была освежающе честна и открыта со своим возлюбленным.Она сказала ему: «Давай уедем в деревню и займемся любовью». Это приглашение может понравиться мужу.

    я. Во всем этом мы видим замечательную свободу и радость их любви. Сексуальная близость не рассматривалась как удовольствие мужа и обязанность жены; в Песне Соломона присутствует дух, показывающий, насколько хорошей может быть супружеская любовь для обоих партнеров.

    ii. «Песнь Песней Соломона учит, что истинная свобода не приходит через чье-то освобождение от брака.Истина в том, что подлинное освобождение приходит в браке. Брак — это надежная изгородь, которая защищает любовь по мере ее роста. Когда любовь взращивается, она производит свободу и удовлетворение». (Эстес)

    д. Мандрагоры источают аромат : В древнем мире это растение считалось афродизиаком, особенно в смысле повышения плодородия (Бытие 30:14-17).

    я. « мандрагора или «любовное яблоко» — растение с острым ароматом, которое долгое время считалось афродизиаком — не то чтобы эти любовники нуждались в дополнительной стимуляции, но использование таких предметов уже давно стало частью занятий любовью.(Карр)

    ii. Поэтому ссылка на мандрагоры показывает желание иметь детей. «Суламифь хотела детей как наглядную демонстрацию единства ее любви и любви Соломона». (Эстес)

    эл. Все способы, новые и старые, которые я приготовил для тебя, моя возлюбленная : Эта трудная для перевода фраза может иметь смысл, что она приглашает его насладиться близостью способами, которые одновременно знакомы и новы для пары. Идея заключалась в том, что они будут наслаждаться своими занятиями любовью творчески, заранее спланированные девушкой ( , которую я приготовил для вас ).

    © 2018 David Guzik – Запрещается распространение без разрешения, кроме личного использования

    Песнь Песней, глава 7 – Исследуйте веру

    Соломон созерцает ее красоту. Женщина инициирует сексуальный контакт.

     


     

    Как и в этой главе Библии, наши комментарии носят откровенно сексуальный характер.

     


     

    СОЛОМОН ВИДИТ ЕЕ КРАСОТУ

     

    (Соломон)

     

    СТИХ 1.Как прекрасны твои ноги в лаптях, княгиня! Твои округлые бедра подобны драгоценностям, дело рук искусного мастера.

     

    СТИХ 2. Твоё тело подобно круглой чаше, вины смешанной нет недостатка. чресла твои, как ворох пшеницы, увитый лилиями.

    NLT перевод . Ваш пупок совершенной формы подобен кубку, наполненному смешанным вином. Между твоими бедрами лежит кучка пшеницы, окаймленная лилиями.

    Между бедрами .Многие христиане говорят , что Песнь Песней не об эротических отношениях между любовниками. Скорее они утверждают, что речь идет о любви Христа к Своей Церкви.

    Однако можете ли вы представить, чтобы Господь Иисус Христос говорил с церковью о ее половых органах между ног.

    насыпь пшеницы . Вероятно, это отсылка к ее лобку .

    окаймленный лилиями . В Песне Песней слово «лилии» — это прозвище ее половых губ.

     

    СТИХ 3. Две груди твои подобны двум олененкам, что близнецы серуны.

    Две твои груди . В «Песне Песней» сексуальные контакты приводят к куннилингусу и фелляции. Почитаются сексуальные фантазии и мастурбация, а также эротические сны и грудь. Вагинальный половой акт даже не упоминается. Подробнее »

     

    СТИХ 4. Твоя шея подобна башне из слоновой кости. Твои глаза подобны прудам в Есевоне, что у ворот Батраббима. Нос твой подобен ливанской башне, обращенной к Дамаску.

     

    СТИХ 5. Голова твоя на тебе, как Кармил. Волосы на голове твоей как пурпур. Король находится в плену в его косах.

     

    СТИХ 6. Как прекрасна и как приятна ты, любовь, для наслаждений!

     

    СТИХ 7. Рост твой подобен пальме, грудь твоя подобна плодам ее.

    фрукты . Это слово предполагает женскую грудь. Подробнее »

    Песня Песней несколько осмотрительна в том, как она описывает сексуальность.Часто используются аллюзии. Их значение можно понять из контекста. Подробнее »

    твоя грудь . В «Песне Песней» сексуальные контакты приводят к куннилингусу и фелляции. Почитаются сексуальные фантазии и мастурбация, а также эротические сны и грудь. Вагинальный половой акт даже не упоминается. Подробнее »

     

    СТИХ 8. Я сказал: «Влезу на пальму. Я возьму его плоды». Пусть груди твои будут подобны виноградным лозам, запах дыхания твоего — яблокам,

    фрукты .Это слово предполагает женскую грудь. Подробнее »

    Песня Песней несколько осмотрительна в том, как она описывает сексуальность. Часто используются аллюзии. Их значение можно понять из контекста. Подробнее »

    твоя грудь . В «Песне Песней» сексуальные контакты приводят к куннилингусу и фелляции. Почитаются сексуальные фантазии и мастурбация, а также эротические сны и грудь. Вагинальный половой акт даже не упоминается. Подробнее »

     

    ЖЕНЩИНА ИНИЦИАТИРУЕТ СЕКСУАЛЬНУЮ СВЯЗЬ

     

    (Женщина)

     

    СТИХ 9.Твои уста, как лучшее вино, плавно льются за возлюбленных моих, скользят сквозь уста спящих.

     

    СТИХ 10. Я принадлежу моему возлюбленному. Его желание направлено ко мне.

     

    СТИХ 11. Приди, мой возлюбленный! Выйдем в поле. Поселимся в деревнях.

     

    СТИХ 12. Пойдем пораньше в виноградники. Посмотрим, распустилась ли виноградная лоза, раскрылись ли ее цветы и цветут ли гранаты. Там я подарю тебе свою любовь.

    Перевод BBE . Выйдем пораньше в виноградники; посмотрим, в почках ли виноградная лоза, пустила ли она молодые плоды и цветет ли гранат. Там я подарю тебе свою любовь.

    виноградники . Это слово предполагает сексуальный голод. Подробнее »

    виноградники . Ранее в Песне Песней мы видели, что слово «сад» — это эвфемизм для обозначения женских половых органов.

    Женщина инициирует сексуальный контакт с Соломоном.

    Для этой пары сексуальные контакты «взаимны».

    Когда оба их сексуальные аппетиты находятся на нужном уровне, тогда это и происходит. Их сексуальные отношения не односторонние.

    Там я подарю тебе свою любовь . Это не обязательно означает, что она инициирует половой акт.

    Песня Песней несколько осмотрительна в том, как она описывает сексуальность. Часто используются аллюзии. Их значение можно понять из контекста.Подробнее »

    В «Песне Песней» сексуальные контакты приводят к куннилингусу и фелляции. Почитаются сексуальные фантазии и мастурбация, а также эротические сны и грудь. Вагинальный половой акт даже не упоминается. Подробнее »

     

    СТИХ 13. Мандрагоры производят аромат. У наших дверей всевозможные драгоценные плоды, новые и старые, которые я приготовил для тебя, мой возлюбленный.

    мандрагоры . Это слово предполагает женские половые губы. Подробнее »

    драгоценные плоды .Это слово предполагает женские половые выделения. Подробнее »

    Песня Песней несколько осмотрительна в том, как она описывает сексуальность. Часто используются аллюзии. Их значение можно понять из контекста. Подробнее »

    новый и старый . Для этой пары их сексуальные отношения не просто «все те же старые».

    Несмотря на то, что они уже являются ветеранами бесчисленных сексуальных контактов, вместе они могут открыть для себя новые удовольствия.

    Они продолжают исследовать вместе.

    Вместе они не только празднуют то, что уже работает для них («старые удовольствия»), но и исследуют «новые удовольствия».

    Решение исследовать «новые удовольствия» должно быть взаимным. Это не может быть односторонним, иначе это приведет к катастрофе или травме.

    Если они исследуют какое-то «новое наслаждение», и одному из них оно не нравится, это «новое наслаждение» нужно вычеркнуть из списка.

    Термин «новое наслаждение» может также означать новые высоты . Вполне вероятно, что их сексуальная радость может меняться и даже увеличиваться с течением времени.

    В «Песне Песней» сексуальные контакты приводят к куннилингусу и фелляции. Почитаются сексуальные фантазии и мастурбация, а также эротические сны и грудь. Вагинальный половой акт даже не упоминается. Подробнее »

     


    следующая глава »

    « предыдущая глава


    ГЛАВЫ: 01, 02, 03, 04, 05, 06, 07, 08

    РЕСУРСЫ: Резюме, План, Запоминание, Терминология, Сексуальность, Черное и красивое

    Если не указано иное, все цитаты из Библии на этой странице взяты из Всемирной английской Библии и Всемирного мессианского издания.Эти переводы не имеют ограничений авторского права. Они находятся в общественном достоянии.


     

    Автор: Тодд

    В разделе «Исследуй веру» я делюсь своими мыслями о Библии и богословских трудах. Если вам нравится то, что я пишу, станьте моим партнером, сделав пожертвование. Помоги мне достичь мира для Господа Иисуса Христа. Просмотреть все сообщения Тодда

    стихов «Кубок» — Привет Поэзия

    Как сладко светит сквозь небеса лазурные
    Небесный светильник на берегу Лорином;
    Где возвышаются седые башни Альвы,
      И не слышно больше грохота оружия!

    Но часто катящаяся луна,
      На серебряных касках Альвы играла;
    И смотрели в полуночный безмолвный полдень,
    Ее вожди в блестящих кольчугах выстроились:

    И на багряных скалах внизу,
      Который хмурится над угрюмым потоком океана,
    Бледный в рассеянном ряды смерти,
      Она увидела задыхающегося воина низко;

    В то время как многие глаза, которые никогда больше
      Могли бы отметить восходящий шар дня,
    Слабо отвернулись от кровавой равнины,
      Увидели в смерти ее угасающий луч.

    Когда-то в тех глазах светильник Любви,
      Они благословили ее милым благоприятным светом;
    Но ныне она блеснула сверху,
      Печальный, траурный факел ночи.

    Увядает благородный род Альвы,
      И серые ее башни виднеются вдали;
    Ее герои больше не призывают к погоне,
      И не катят багровую волну войны.

    Но кто был последним из клана Альвы?
      Почему на камне Альвы растет мох?
    В ее башнях не звучат шаги человека,
      Одному ветру они отдаются эхом.

    И, когда этот шторм свиреп и высок,
      Слышен звук в том зале;
    Он хрипло поднимается по небу,
      И вибрирует над гниющей стеной.

    Да, когда буря вздыхает,
      Сотрясает щит храброго Оскара;
    Но нет больше его знамён,
    Нет больше его соболиных плюмажей.

    Ярмарка сияла солнцем при рождении Оскара,
      Когда Ангус приветствовал своего старшего сына;
    Вассалы вокруг очага своего вождя
      Толпа аплодирует счастливому утру.

    Они лакомятся горными оленями,
      Пиброх поднял свою пронзительную ноту,
    Чтобы еще больше порадовать их горцев,
      Напряжения в боевых числах плывут.

    И те, кто слышал дикие военные ноты,
      Надеялись, что однажды
    штамм Пиброха Сыграет перед сыном Героя,
      В то время как он будет вести шотландский поезд.

    Еще один год быстро прошел,
      И Ангус рождает еще одного сына;
    День его рождения подобен последнему,
      Не скоро веселый пир закончился.

    Их отец научил их натягивать лук,
      На сумрачных холмах ветра Альвы,
    Мальчишки в детстве гнались за косулями,
      И оставляли своих гончих позади.

    Но прежде чем их годы юности окончатся,
      Они смешаются в рядах войны;
    Они легко вращают яркий клеймор,
      И далеко пускают свистящую стрелу.

    Темный был поток волос Оскара,
      Дикий он струился по ветру;
    Но локоны Аллана были светлые и светлые,
      И задумчивым казался его щека, и бледный.

    Но у Оскара была душа героя,
      Его темный глаз сиял сквозь лучи истины;
    Аллан рано научился контролировать,
      И гладкие слова его были с юности.

    Оба, оба были храбры; саксонское копье
    Часто дрожало под их сталью;
    И ***** Оскара презирал страх,
      Но Оскаров ***** умел чувствовать;

    В то время как душа Аллана противоречила его форме,
      Недостойна жить с такими чарами:
    Острая, как молния бури,
      На врагов пало его смертоносное возмездие.

    Из далекой башни высокого Саутэннона
      Прибыла молодая и благородная дама;
    С землями Кеннета, чтобы сформировать ее приданое,
       Гленальвона голубоглазая дочь пришла;

    И Оскар претендовал на прекрасную невесту,
      И Ангус на своем Оскаре улыбался:
    Это успокоило феодальную гордость отца
      Таким образом получить ребенка Гленальвона.

    Слушай! на приятную записку Пиброха,
      Внимайте! к нарастающей брачной песне,
    В радостных напевах плывут голоса,
      И, все же, хоровой звон продлевается.

    Смотри, как кроваво-красные плюмажи Героев
      Собранная волна в зале Альвы;
    Каждый юноша носит свой пестрый плед,
      Присутствуя на зове своего вождя.

    Это не война, их помощь требует,
      Пиброх играет песню мира;
    К свадьбе Оскара толпятся оркестры
      И все же звуки удовольствия не стихают.

    Но где же Оскар? конечно поздно:
      Это пылкий пламень жениха?
    Пока толпятся гости и дамы ждут,
      Ни Оскар, ни его брат не пришли.

    Наконец молодой Аллан присоединился к невесте;
      «Почему Оскар не приходит?» Ангус сказал:
    «Его здесь нет?» Юноша ответил;
      «Со мной он не бродил по поляне:

    «Может быть, забыв день,
      Надо гнать прыгающую косулю;
    Или волны Океана продлевают его пребывание:
      И все же кора Оскара редко бывает медленной.

    «О нет!» страдальческий сир ответил,
      «Не гонись и не маши, мой мальчик, медли;
    Не покажется ли он Море недобрым?
      Не помешает ли ей что-нибудь на его пути?

    «О, ищите, вожди! о, поищи вокруг!
      Аллан, с этими, через Альву летите;
    До Оскара, пока мой сын не найден,
      Спешите, спешите, не смейте пытаться ответить.

    Все смятение — через долину,
      Имя Оскара хрипло звучит,
    Подымается на журчащем ветру,
      Пока ночь не расправит свои сумрачные крылья.

    Нарушает тишину ночи,
      Но напрасно эхом отзывается сквозь ее тени;
    Звучит в утреннем туманном свете,
      Но Оскар идет не над равниной.

    Три дня, три бессонные ночи Вождь
      Обыскал Оскара в каждой горной пещере;
    Тогда надежда потеряна; в бескрайней печали,
    Его локоны в седых локонах качаются.

    «Оскар! сын мой! Ты, Бог Неба,
    . Восстанови опору уходящего века!
    Или, если эта надежда больше не дается,
      Отдайте его убийцу моему гневу.

    «Да, на каком-нибудь пустынном каменистом берегу
      Должно лежать кости моего Оскара побелевшие;
    Тогда даруй, о Боже! Я больше ничего не прошу,
      С ним может умереть его обезумевший Сир!

    «И все же он может жить, — прочь, отчаяние!
      Успокойся, душа моя! он еще может жить;
    Приговори судьбе моей, голос мой воздержись!
      О Боже! мою нечестивую молитву прости.

    «Что, если он больше не будет жить для меня,
      Я погружаюсь в прах забытый,
    Надежда века Альвы скончалась:
      Увы! могут ли такие приступы быть справедливыми?»

    Так оплакивал несчастный Родитель,
      Время, успокаивающее тяжелейшее горе,
    Пожелал вернуть покой,
      И заставил слезу перестать течь.

    Ибо еще сохранилась какая-то скрытая надежда
      Что Оскар может еще раз явиться;
    Его надежда то угасала, то возрождалась,
      Время предсказывало утомительный год.

    Дни катились, сфера света
      Вновь бежал свой сужденный забег;
    Не Оскар благословил зрение отца,
      И грусть оставила слабый след.

    Для юного Аллана все еще оставался,
      И, теперь, его единственная радость его отца:
    И сердце Моры было быстро завоевано,
      За красоту увенчал белокурый мальчик.

    Она думала, что Оскар был повержен,
      И лицо Аллана было чудесно прекрасным;
    Если бы Оскар был жив, какая-то другая служанка
      Взяла бы на себя заботу о его неверной *****.

    И Ангус сказал, что если еще один год
      В бесплодных надеждах пройдет,
    Его самые сокровенные сомнения должны быть отброшены,
      И он назовет день их свадьбы.

    Медленно катились луны, но, наконец, блаженно
      Пришло утро любезной судьбы:
    Год тревожного трепета прошел,
      Какие улыбки украшают щеки влюбленных!

    Прислушайтесь к приятной ноте Пиброха!
      Внимайте взбудораженной брачной песне!
    В радостных напевах плывут голоса,
      И, все же, продлевается хоровой звон.

    Снова клан, в праздничной толпе,
      Толпа через ворота чертога Альвы;
    Звуки веселья отдаются громким эхом,
      И всю прежнюю радость вспоминают.

    Но кто он, чье потемневшее чело
    Мрачно средь всеобщего веселья?
    Перед его глазами гораздо более яростное сияние
      Синее пламя сворачивается над очагом.

    Темна мантия, обволакивающая его тело,
      И высокое его кроваво-красное перо;
    Его голос подобен бушующей буре,
      Но легок и непроходим его шаг.

    ‘Полдень ночи, клятва идет кругом,
      Здоровье жениха глубоко выпито;
    Криком звенят своды,
      И все дружно приветствуют сквозняк.

    Вдруг вождь незнакомец встал,
      И вся шумная толпа умолкла;
    И щека Ангуса от удивления запылала,
      И краснела нежная ***** Моры.

    «Старик!» — воскликнул он. — Это обещание выполнено.
    Ты видел, что я действительно напился;
    Свадьба твоего сына:
      Теперь я потребую от тебя залог.

    «Пока кругом веселье и радость,
      Чтобы благословить счастливую судьбу твоего Аллана,
    Скажи, у тебя никогда не было другого мальчика?
      Скажите, почему Оскар должен быть забыт?

    «Увы!» несчастный Сир ответил,
      Большая слеза, начавшаяся, когда он говорил,
    «Когда Оскар покинул мой зал или умер,
      Это старое сердце было почти разбито.

    «Земля трижды повернулась своим курсом
      С тех пор, как образ Оскара благословил мое зрение;
    И Аллан — мой последний ресурс,
      После военной смерти Оскара или его бегства.

    «Хорошо», — ответил незнакомец сурово,
      И свирепо блеснул закатившимся глазом;
    «Желаю узнать судьбу твоего Оскара;
      Возможно, Герой не умер.

    «Возможно, если бы те, кого он больше всего любил,
      Позвонили бы, ваш Оскар мог бы вернуться;
    Быть может, вождь только бродил;
      Для него может сгореть твой Белтейн.

    «Наполните чашу вокруг стола,
      Мы не будем требовать залога тайком;
    Вино пусть увенчает каждую чашу;
      Пообещайте мне, что Оскар ушел из жизни.

    «Всей душой», сказал старый Ангус,
      И наполнил свой кубок до краев:
    «Вот мой мальчик! живым или мертвым,
      Я никогда не найду такого сына, как он.

    «Мужественно, старик, это здоровье унесло;
      Но почему Аллан дрожит?
    Приди, испей поминовение усопших,
      И крепче подними чашу твою».

    Багровое сияние лица Аллана
      Мгновенно превратилось в жуткий оттенок;
    Капли смерти друг друга гоняют,
      Утопают в мучительной росе.

    Трижды высоко поднимал он кубок,
      И трижды его губы отказывались вкушать;
    Трижды он ловил взгляд незнакомца
      На своем со смертельной яростью.

    «И это так брат приветствует
      Здесь теплое воспоминание брата?
    Если так преобладает сила привязанности,
      Чего мы не можем ожидать от страха?”

    Разбуженный насмешкой, он поднял чашу,
      «Если бы Оскар разделил наше веселье!»
    Внутренний страх ужаснул его душу;
      Сказал он и швырнул чашу на землю.

    «Это он! Я слышу голос своего убийцы!»
      Громко вопит мрачно мерцающая Форма.
    «Голос убийцы!» отвечает крыша,
      И глубоко вздымается бушующая буря.

    Свечи подмигивают, вожди сжимаются,
      Незнакомец ушел, — среди экипажа,
    Видна была Форма, в зеленом тартане,
      И ввысь выросла ужасная тень.

    Его талия была перевязана широким круглым поясом,
      Его перо из соболя струилось высоко;
    Но грудь его была обнажена, с красными ранами там,
      И прикован был блеск его остекленевшего глаза.

    И трижды он улыбнулся своим диким взглядом
      На Ангуса, преклонившего колени;
    И трижды хмуро взглянул он на вождя, лежавшего на земле,
      Которого зрят дрожащие от ужаса толпы.

    Молнии громко перекатываются от полюса к полюсу,
      И гремит сквозь кольцо ветров,
    И мерцающая форма, сквозь туман бури,
      Несется ввысь крылом вихря.

    Холодно было пиршество, пир кончился.
      Кто лежит на каменном полу?
    Забвение сжало грудь старого Ангуса,
      В конце концов его жизненный пульс снова пульсирует.

    «Прочь, прочь! пусть пиявка попробует
      Пролить свет на глаза Аллана:»
    Его песок готов, его гонка пройдена;
      О! никогда больше не восстанет Аллан!

    Но грудь Оскара холодна, как глина,
      Его кудри вздымается ветром;
    И зазубренная стрела Аллана лежала
      С ним в темной долине Глентанар.

    И откуда явился ужасный незнакомец,
      Или кто, ни один смертный не может сказать;
    Но никто не сомневается в форме пламени,
      Ибо сыновья Альвы хорошо знали Оскара.

    Честолюбие нервировало руку юного Аллана,
    Ликующие демоны взмахивали его дротиком;
    В то время как Зависть махала своей горящей головней,
      И изливала свой яд вокруг его сердца.

    Стриж — древко от лука Аллана;
      Чья струящаяся жизненная кровь окрасила его бок?
    Низкий соболиный гребень Темного Оскара,
      Дротик выпил его жизненный прилив.

    И глаз Моры мог Аллан двигаться,
      Она велела его уязвленной гордости восстать:
    Увы! что глаза, сияющие любовью,
      Должны побуждать душу к деяниям Ада.

    Вот! Разве ты не видишь могилу одинокую,
      Которая возвышается над мертвым воином?
    Он мерцает сквозь сумеречный мрак;
      О! это брачное ложе Аллана.

    Далеко-далеко стояла благородная могила
      В которой хранился великий прах его клана;
    И над его трупом не развеваются знамена,
      Ибо обагрены кровью родственной.

    Что за менестрель серый, что за седой бард,
      Поднимут дела Аллана на струнах арфы?
    Песня — главная награда славы,
      Но кто может похвалить убийцу?

    Ненатянутая, нетронутая, арфа должна стоять,
      Ни один менестрель не посмеет пробудить тему;
    Чувство вины онемит его парализованную руку,
      Арфа его в дрожащих аккордах сломается.

    Ни лиры славы, ни священных стихов,
      Зазвучит его слава высоко в воздухе:
    Горькое проклятье умирающего отца,
      Смертный стон брата отдается там.

    th2rt3en – The Exorcist Lyrics

    The Exorcist Lyrics

    [Куплет 1: Pharoahe Monch]
    Я выжил и забыл воплощение зла, в которое вы вряд ли поверите
    Потягивая виски из кубка рукой, полной змей
    Проникает в медузу, как собака, по очевидным причинам
    Она кричит всю дорогу до морга, выпуская гоблинов и демонов, тринадцать
    Я имею в виду, это очевидно, что я благочестиво выжимаю мощное семя
    Замыслы на башне из слоновой кости, когда они трусливые язычники
    Пока я сижу на троне, пусть скелеты вырвут от веры
    Кошельки проклянут вас за измену
    Я легко самое свободное божество, это часто вводит в заблуждение
    Болезненного поколения, которое участвует в их недовольстве
    И это эпидемия эпических масштабов
    Искажение вооруженных механизмов заключается в искажении
    Я пожертвовал свиным сердцем и обернул его лягушачьей шкурой (За что?)
    За кумовство, восстание четырех хоров semen
    Я придумаю экзорцизм и буду проводить его с осторожностью

    [Припев]
    Ах! Какой прекрасный день для изгнания нечистой силы
    Увидеть свет там, где ты бросил всех своих демонов
    Ах! Поймай их
    Он поджарит твои батончики и накормит твои легкие
    Ты не сможешь скрыть то, во что веришь

    [Куплет 2: Pharoahe Monch]
    Слушай, слушай, типичные библейские писания, перевернутые задом наперед
    Безупречный, мистический загадочный, погруженный в кислота
    Католик — 666, бросьте его
    [?]
    Где я сплю, это похоже на полную катастрофу
    Где несколько рэперов в комнате на стене, наклеенной пластиком
    С их оторванными глазными яблоками от их изображений, «Fuck you» — подпись
    Из моего происхождения когда-либо видел безграничные шкатулки
    Высокий процент созданных старинных изображений
    Разве это еще не окончательно, что я зловещий ублюдок?
    Когда весь город увидит мой серп в глотке врага
    Он умоляет меня закончить его и нанести удар ногой по заднице
    Дерьмо, крутящее лицо его сироте
    Откалибровал арбалет, затем рассчитал боковой ветер (Для чего?)
    Для кумовства, восстания четырех всадников
    Я придумаю экзорцизм и буду проводить его с осторожностью

    [Припев: Pharoahe Monch]
    Ах! Какой прекрасный день для изгнания нечистой силы
    Увидеть свет там, где ты бросил всех своих демонов
    Ах! Поймай их
    Он поджарит твои батончики и накормит твои легкие
    Ты не сможешь скрыть то, во что веришь

    Распределяющая шляпа Песни — MuggleNet

    В былые времена, когда я был новеньким
    И Хогвартс только начинался
    Основатели нашей благородной школы
    Мыслили никогда не разлучаться:
    Объединены общей целью,
    У них было одно и то же стремление,
    Сотворить лучшее в мире волшебство школа
    И передать свое обучение.
    «Вместе построим и научим!»
    Четверо хороших друзей решили
    И они никогда не мечтали, что они
    Могут быть когда-нибудь разделены,
    Ибо были ли где-нибудь такие друзья
    Как Слизерин и Гриффиндор?
    Разве это не вторая пара
    Хаффлпаффа и Равенкло?
    Так как же все могло пойти не так?
    Как такая дружба могла потерпеть неудачу?
    Да ведь я там был и так могу рассказать
    Вся грустная, жалкая история.
    Слизерин сказал: «Мы будем учить только тех
    , Чья родословная чистейшая.
    Сказал Рейвенкло: «Мы научим тех, чей
    Интеллект самый надежный».
    И относиться к ним одинаково.»
    Эти различия вызвали небольшие раздоры
    Когда они впервые появились,
    Для каждого из четырех основателей был
    Дом, в котором они могли
    Брать только тех, кого они хотели, так что,
    Например , Слизерин
    Брали только чистокровных волшебников
    Великих хитростей, таких же, как он,
    И только острого ума
    Учили Когтеврана
    А самые смелые и смелые
    Пошли на дерзкий Гриффиндор.
    Добрый Хаффлпафф, она взяла остальное,
    И научила их всему, что знала,
    Таким образом, Дома и их основатели
    Сохранили крепкую и верную дружбу.
    Так Хогвартс работал в гармонии
    Несколько счастливых лет,
    Но потом среди нас закрался разлад
    Питаясь нашими ошибками и страхами.
    Дома, которые, как четыре колонны,
    Когда-то поддерживали нашу школу,
    Теперь обратились друг против друга и,
    Разделившись, стремились править.
    И какое-то время казалось, что школа
    Должна встретить скорый конец,
    Что с дуэлями и с драками
    И столкновение друга с другом
    И наконец наступило утро
    Когда старый Слизерин ушел
    И хотя драка тогда умер
    Он оставил нас очень подавленными.
    И никогда с тех пор, как четыре основателя
    Не были сокращены до трех
    Были ли Дома объединены
    Так, как они когда-то должны были быть.
    А теперь Распределяющая шляпа здесь
    И вы все знаете счет:
    Я распределяю вас по домам
    Потому что я за это,
    Но в этом году я пойду дальше,
    Слушайте внимательно мою песню:
    Хоть я и осужден, но я должен разделить вас
    Тем не менее я беспокоюсь, что это неправильно,
    Хотя я должен выполнять свой долг
    И должен четвертовать каждый год
    Тем не менее мне интересно, не приведет ли Сортировка
    к концу, которого я боюсь.

    Добавить комментарий

    Ваш адрес email не будет опубликован.