Северное общество кто возглавлял: Южное и северное общество декабристов – образование, программа деятельности тайных, участники кратко

Содержание

Государственное устройство южное общество 1822 1825. Северное и южное общества декабристов. Новые тайные общества

Декабри́сты — участники российского оппозиционного движения, члены различных тайных обществ второй половины 1810-х — первой половины 1820-х, организовавшие антиправительственное восстание 14 декабря 1825 и получившие название по месяцу восстания.

Начиная со второй половины 1810-х часть представителей русской интеллигенции, военных и дворян считали самодержавие и крепостное правогубительными для дальнейшего развития страны. В их среде существовала система взглядов, реализация которых должна была изменить устоироссийской жизни. Формированию идеологии будущих декабристов способствовали:

· знакомство многих офицеров, участвовавших в Заграничном походе русской армии для разгрома Наполеона, с политической и общественной жизнью в государствах западной Европы;

· влияние работ западных писателей эпохи Просвещения: Вольтера, Руссо, Монтескье, Ф.

Р. Вейсса;

· несогласие с политикой правительства императора Александра I.

Идеология декабристов не была единой, но в основном была направлена против самодержавия и крепостного права. При этом Декабрьское движение было тесно связано с польскими тайными обществами, с которыми с 1824 года имело соглашение о совместном восстании.

Южное общество (1821-1825)

На основе «Союза благоденствия» 1821 года возникли сразу 2 крупные революционные организации: Южное общество в Киеве и Северное общество вПетербурге. Более революционное и решительное Южное общество возглавил П. И. Пестель, Северное, чьи установки считались более умеренными -Никита Муравьев.

В марте 1821 года по инициативе П. И. Пестеля Тульчинская управа «Союз благоденствия» восстановила тайное общество под названием «Южное общество». Структура общества повторяла структуру «Союза спасения». В общество привлекались исключительно офицеры, и в нём соблюдалась строгая дисциплина. Предполагалось установить республиканский строй путём цареубийства и «военной революции», то есть военного переворота.

Политической программой Южного общества стала «Русская правда» Пестеля, принятая на съезде в Киеве в 1823 году.

Южное общество признало опорой движения армию, считая её решающей силой революционного переворота. Члены общества намеревались взять власть в столице, вынудив императора отречься. Новая тактика Общества потребовала организационных преобразований: в него принимались только военные, связанные преимущественно с регулярными частями армии; ужесточалась дисциплина внутри Общества; от всех членов требовалось безоговорочное подчинение руководящему центру — Директории.

Возглавлялось общество Коренной думой (председатель П. И. Пестель, блюститель А. П. Юшневский). К 1823 году в составе общества находилось три управы — Тульчинская (под руководством П. И. Пестеля и А. П. Юшневского), Васильковская (под руководством С. И. Муравьёва-Апостола иМ. П. Бестужева-Рюмина) и Каменская (под руководством В. Л. Давыдова и С. Г. Волконского).

Во 2-й армии независимо от деятельности Васильковской управы возникло ещё одно общество — Славянский союз, более известное как Общество соединённых славян. Оно возникло в 1823 году в среде армейских офицеров и насчитывало 52 члена, выступало за демократическую федерацию всех славянских народов. Оформившееся окончательно в начале 1825 года, оно уже летом 1825 года примкнуло к Южному обществу в качестве Славянской управы (в основном, стараниями М. Бестужева-Рюмина). Между членами этого общества было много предприимчивых людей и противников правила не спешить. Сергей Муравьев-Апостол называл их «цепными бешеными собаками».

Оставалось до начала решительных действий войти в сношение с польскими тайными обществами. Переговоры с представителем польскогоПатриотического общества (иначе Патриотического союза) князем Яблоновским вёл лично Пестель. Целью переговоров ставилось признать независимость Польши и передать ей от России провинции Литву, Подолию и Волынь., а также присоединение к Польше Малороссии..

Велись также переговоры с Северным обществом декабристов о совместных действиях. Соглашению об объединении препятствовали радикализм и диктаторские амбиции лидера «южан» Пестеля, которых опасались «северяне».

В то время, как Южное общество готовилось к решительным действиям в 1826 году, замыслы его были открыты правительству. Ещё до выезда императораАлександра I в Таганрог, летом 1825 года, графом Аракчеевым были получены сведения о заговоре, посланные унтер-офицером 3-го Бугского уланского полка Шервудом (которому впоследствии император Николай даровал фамилию Шервуд-Верный). Он был вызван в Грузино и лично доложил Александру Iвсе подробности заговора. Выслушав его, государь сказал Аракчееву: «Отпусти его к месту и дай ему все средства к открытию злоумышленников». 25 ноября 1825 года А. И. Майборода, капитан Вятского пехотного полка, которым командовал полковник Пестель, сообщил в письме разоблачительные сведения о тайных обществах. В разоблачении планов общества также участвовал А. К. Бошняк, служивший чиновником при начальнике Южных военных поселений графе И. О. Випе.

Ещё ранее, в 1822 г., в Кишинёве был арестован член «Союза благоденствия» офицер В. Ф. Раевский.

Северное общество (1822-1825)

Северное общество образовалось в Петербурге в 1822 из двух декабристских групп во главе с Н. М. Муравьёвым и Н. И. Тургеневым. Его составили несколько управ в Петербурге (в гвардейских полках) и одна в Москве. Руководящим органом являлась Верховная дума из трёх человек (первоначально Н. М. Муравьёв, Н. И. Тургенев и Е. П. Оболенский, позже — С. П. Трубецкой, К. Ф. Рылеев и А. А. Бестужев-Марлинский).

Программным документом «северян» была Конституция Н. М. Муравьёва. Северное общество по целям было умереннее Южного, однако влиятельное радикальное крыло (К. Ф. Рылеев, А. А. Бестужев, Е. П. Оболенский, И. И. Пущин) разделяло положения «Русской правды» П. И. Пестеля.

Краевед Якутии Н.С. Щукин в очерке «Александр Бестужев в Якутске» приводит высказывание последнего: «…целью нашего заговора было изменение правительства, одни желали республику по образу США; другие конституционного царя, как в Англии; третьи желали, сами не зная чего, но пропагандировали чужие мысли. Этих людей мы называли руками, солдатами и принимали их в общество только для числа. Главою петербургского заговора был Рылеев».

Академик Н.М. Дружинин в книге “Декабрист Никита Муравьёв” указывает на существующие в Северном обществе разногласия между Н. Муравьёвым и К. Рылеевым и говорит о возникновении в Северном обществе боевого течения, группировавшегося вокруг Рылеева. О политических взглядах участников этого течения Н. М. Дружинин пишет, что оно “стоит на иных социально-политических позициях, чем Никита Муравьёв. Это, прежде всего – убеждённые республиканцы”.

Академик М.В. Нечкина говорит о наличии «рылеевской группы» и делает следующий вывод: “Группа Рылеева-Бестужева – Оболенского и вынесла на себе восстание 14 декабря: она явилась тем коллективом людей, без деятельности которого выступления на Сенатской площади просто не произошло бы…”

В 1823-1825 гг. К. Рылеевым и А. Бестужевым были изданы три выпуска литературного альманаха «Полярная звезда», в которых содержались некоторые революционные призывы и идеи (к примеру в «Исповеди Наливайки» авторства Рылеева), из-за чего возникали проблемы с цензурой.

В альманахе публиковались небольшие произведения А. Пушкина, Е. Баратынского, Ф. Глинки, И. Крылова, А. Грибоедова, А. Хомякова, П. Плетнёва, Сенковского, В. Жуковского и других. Многие из авторов так или иначе были связаны с декабристами. Вопрос о роли в деятельности Северного обществаА. С. Грибоедова и А. С. Пушкина, тесно общавшихся с его руководителями и пользовавшихся большим авторитетом среди вольнодумцев, до сих пор вызывает дискуссии в научных кругах.

Восстание на Сенатской площади.

Среди этих тревожных обстоятельств стали обнаруживаться всё яснее нити заговора, покрывшего, как сетью, почти всю Российскую империю. Генерал-адъютант барон Дибич, как начальник Главного штаба, принял на себя исполнение необходимых распоряжений; он отправил в Тульчин генерал-адъютанта Чернышева для ареста главнейших деятелей Южного общества. Между тем в Петербурге члены Северного общества решились воспользоваться междуцарствием для достижения своей цели водворения республики при помощи военного мятежа.

Отречение от престола цесаревича Константина и новая присяга при восшествии на престол императора Николая признаны были заговорщиками удобным случаем для открытого восстания. Чтобы избежать разномыслия, постоянно замедлявшего действия общества, Рылеев, князь Оболенский, Александр Бестужев и другие назначили князя Трубецкого диктатором. План Трубецкого, составленный им совместно с Батенковым, состоял в том, чтобы внушить гвардии сомнение в отречении цесаревича и вести первый отказавшийся от присяги полк к другому полку, увлекая постепенно за собой войска, а потом, собрав их вместе, объявить солдатам, будто бы есть завещание почившего императора — убавить срок службы нижним чинам и что надобно требовать, чтобы завещание это было исполнено, но на одни слова не полагаться, а утвердиться крепко и не расходиться. Таким образом, мятежники были убеждены, что если солдатам честно рассказать о целях восстания, то их никто не поддержит. Трубецкой был уверен, что полки на полки не пойдут, что в России не может возгореться междоусобие и что сам государь не захочет кровопролития и согласится отказаться от самодержавной власти.

Настал день 14 (26) декабря 1825; началось восстание, которое было в тот же день подавлено (расстреляно картечью). По данным чиновника С. Н. Корсакова, в этот день погибло 1 271 человек.

Восстание Черниговского полка

На юге дело также не обошлось без вооружённого восстания. Шесть рот Черниговского полка освободили арестованного Сергея Муравьёва-Апостола, который выступил с ними в Белую Церковь; но 3 января 1826 года были настигнуты отрядом гусар с конной артиллерией. Муравьёв приказал идти на них без выстрела, надеясь на переход правительственных войск на сторону восставших, но этого не случилось. Артиллерия дала залп картечью, в рядах Черниговского полка возникло замешательство, и солдаты сложили оружие. Раненый Муравьёв был арестован.

Южное общество декабристов, крупнейшая организация декабристов на Украине. Создано в марте 1821 года на базе Тульчинской управы «Союза благоденствия». Возглавлялось «Директорией» в составе П. И. Пестеля, А. П. Юшневского и Н. М. Муравьёва. В соответствии с «уставными правилами» (1821) члены об-ва делились на 3 разряда, различавшихся степенью осведомлённости в делах Ю. о. д. На съезде руководителей об-ва в Киеве (1823) было оформлено деление об-ва на управы: Тульчинскую (рук. Пестель), Каменскую (рук. С. Г. Волконский и В. Л. Давыдов) и Васильковскую (руководитель С. И. Муравьёв-Апостол и М. П. Бестужев-Рюмин), и принят программный документ, назв. позднее «Русской Правдой» . Южане являлись сторонниками республики в форме единого централизов. гос-ва, ликвидации крепостного права и безвозмездного отчуждения значит, части помещичьей земли в пользу крестьян, упразднения сословных порядков, введения гражд. свобод и избират. права для мужчин. Гл. цель Ю. о. д.- создание сильной законспирированной орг-ции, к-рая путём воен. революции на Юге и в Петербурге должна свергнуть самодержавие, истребить царскую фамилию и передать власть «Врем, верховному правлению» из «директоров» об-ва, к-рое как орган рево-люц. диктатуры введёт в течение ряда лет новое гос. устройство. В 1823-24 в Петербурге был создан филиал Ю. о. д., объединявший офицеров-кавалергардов во гл. с Ф. Ф. Вадковским. Через М. И. Муравьёва-Апостола Ю. о. д. поддерживало связи с Северным обществом декабристов. Весной 1824 в Петербурге состоялось совещание руководителей Сев. об-ва с Пестелем, в ходе к-рого был достигнут компромисс: сев. декабристы склонялись к признанию респ. принципа, а Пестель был готов принять идею Учредит, собрания вместо диктатуры «Врем, верховного правления». Было решено не позднее 1826 созвать объединит, съезд. В 1823-25 Ю. о. д. вело переговоры с представителями польск. Патриотического общества о совместном выступлении. В сент. 1825 в состав Ю. о. д. вошло на правах Славянской управы Общество соединённых славян. Летом 1825 было принято решение (согласованное с Сев. об-вом) о выступлении в мае 1826. Слухи о раскрытии пр-вом тайной орг-ции, смерть имп. Александра I и обстановка междуцарствия заставили перенести сроки выступления, к-рое должно было начаться с захвата штаба 2-й армии, на 1 янв. 1826. После ареста 13 дек. Пестеля и Юшневского, разгрома восстания 14 дек. 1825 в Петербурге и подавления Черниговского полка восстания Ю. о. д. прекратило существование.

А. Г. Тартаковский.

Использована Большая Советская энциклопедия.

Литература:

Восстание декабристов. Материалы, т. 4, 7, 9 -13,-М.-Л., 1927-75;

Нечкина М. В., Движение декабристов, т. 1 — 2, М., 1955;

Очерки из истории движения декабристов. Сб. ст., М., 1954;

Порох И. В., О так называемом «кризисе» Южного общества декабристов, «Уч. зап. Саратовского гос. . ун-та», 1956, т. 47, в. исторический;

Ольшанский П. Н., Декабристы и польское национально-освободительное движение, М., 1959;

Ченцов Н. М., Восстание декабристов. Библиография, М.-Л., 1929;

Движение декабристов. Указатель литературы, 1928-1959, сост. Р. Г. Эймонтова, М., 1959.

Далее читайте:

Союз благоденствия — тайная революционная организация декабристов.

Декабристы (биографический справочник).

На основе Союза благоденствия весной 1821 года возникли сразу 2 крупные революционные организации: Южное общество на Украине и Северное общество в Петербурге. Более революционное и решительное Южное общество возглавил П. И. Пестель, Северное, чьи установки считались более умеренными — Никита Муравьев.

Политической программой Южного общества стала «Русская правда» Пестеля, принятая на съезде в Киеве в 1823 году.

Южное общество признало опорой движения армию, считая её решающей силой революционного переворота. Члены общества намеревались взять власть в столице, вынудив царя отречься. Новая тактика Общества потребовала организационных преобразований: в него принимались только военные, связанные преимущественно с регулярными частями армии; ужесточалась дисциплина внутри Общества; от всех членов требовалось безоговорочное подчинение руководящему центру — Директории.

В марте 1821 года по инициативе П. И. Пестеля Тульчинская управа «Союз благоденствия» восстановила тайное общество под названием «Южное общество». Структура общества повторяла структуру «Союза спасения». В общество привлекались исключительно офицеры и в нём соблюдалась строгая дисциплина. Предполагалось установить республиканский строй путём цареубийства и «военной революции», т. е. военного переворота.

Южное общество возглавлялось Коренной думой (председатель П. И. Пестель, блюститель А. П. Юшневский). К 1823 году в составе общества находилось три управы — Тульчинская (под руководством П. И. Пестеля и А. П. Юшневского), Васильковская (под руководством С. И. Муравьёва-Апостола и М. П. Бестужева-Рюмина) и Каменская (под руководством В. Л. Давыдова и С. Г. Волконского).

Во 2-й армии независимо от деятельности Васильковской управы возникло ещё одно общество — Славянский союз, более известное как Общество соединённых славян. Оно возникло в 1823 году в среде армейских офицеров и насчитывало 52 члена, выступало за демократическую федерацию всех славянских народов. Оформившееся окончательно в начале 1825 года, оно уже летом 1825 года примкнуло к Южному обществу в качестве Славянской управы (в основном, стараниями М. Бестужева-Рюмина). Между членами этого общества было много предприимчивых людей и противников правила не спешить. Сергей Муравьев-Апостол называл их «цепными бешеными собаками».

Оставалось до начала решительных действий войти в сношение с польскими тайными обществами. Подробности этих сношений и последовавшее соглашение не выяснены с должной ясностью. Переговоры с представителем польского Патриотического общества (иначе Патриотического союза) князем Яблоновским вёл лично Пестель. Велись переговоры с Северным обществом декабристов о совместных действиях. Соглашению об объединении препятствовали радикализм и диктаторские амбиции лидера «южан» Пестеля, которых опасались «северяне»).

В то время, как Южное общество готовилось к решительным действиям в 1826 года, замыслы его были открыты правительству. Ещё до выезда Александра I в Таганрог, летом 1825 года, Аракчеевым были получены сведения о заговоре, посланные унтер-офицером 3-го Бугского уланского полка Шервудом (которому впоследствии император Николай даровал фамилию Шервуд-Верный). Он был вызван в Грузино и лично доложил Александру I все подробности заговора. Выслушав его, государь сказал графу Аракчееву: «отпусти его к месту и дай ему все средства к открытию злоумышленников». 25 ноября 1825 года Майборода, капитан Вятского пехотного полка, которым командовал полковник Пестель, сообщил во всеподданнейшем письме различные разоблачения относительно тайных обществ.

[править]

Северное общество (1822-1825)

Основная статья: Северное тайное общество

Северное общество образовалось в Петербурге в 1822 из двух декабристских групп во главе с Н. М. Муравьёвым и Н. И. Тургеневым. Его составили несколько управ в Петербурге (в гвардейских полках) и одна в Москве. Руководящим органом являлась Верховная дума из трёх человек (первоначально Н. М. Муравьёв, Н. И. Тургенев и Е. П. Оболенский, позже — С. П. Трубецкой, К. Ф. Рылеев и А. А. Бестужев [Марлинский]).

Северное общество по целям было умереннее Южного, однако влиятельное радикальное крыло (К. Ф. Рылеев, А. А. Бестужев, Е. П. Оболенский, И. И. Пущин) разделяло положения «Русской правды» П. И. Пестеля.

Программным документом «северян» была Конституция Н. М. Муравьёва.

В 1821 г. движение декабристов вступило в новую фазу: на севере и юге страны параллельно создаются вполне зрелые революционные организации, которые разрабатывают программы всеобъемлющего преобразования России и конкретные планы их осуществления.

Южное общество

Раньше, уже в феврале 1821 г. на юге, в Тульчине, сложилось Южное общество. Оно включало в себя три управы в небольших украинских городках. Центральной была Тульчинская управа, поскольку в Тульчине размещался штаб 2-й армии, дислоцированной на Украине. Возглавлял управу П. И. Пестель Во главе Васильковской управы стояли С. И. Муравьев-Апостол и М. П. Бестужев-Рюмин, а Каменскую управу возглавляли В. Л. Давыдов и генерал князь С. Г. Волконский.

Фактическим вождем Южного общества стал Павел Иванович Пестель

Пестель составил программу Южного общества — знаменитую «Русскую Правду», самый выдающийся памятник идеологии декабризма.

«Русская Правда» ставила перед декабристами две главные цели: во-первых, свергнуть самодержавие и установить республику в России, а во-вторых, отменить крепостное право. Для того чтобы сразу после революции не допустить восстановления старого режима, Пестель предлагал на время, пока не окрепнет новый порядок, вручить власть Временному верховному правлению с диктаторскими полномочиями, а затем Временное правление должно было передать всю полноту власти выборным органам. Высшим законодательным органом предполагалось однопалатное Народное вече, исполнительным — Державная дума, блюстительным — Верховный собор. Столицей Российской республики должен был стать Нижний Новгород — с учетом его географических выгод и в знак уважения к «древности нижегородской».

Сословные привилегии по «Русской Правде» уничтожались и все сословия сливались «в единое сословие — гражданское». Избирательными правами наделялись все россияне мужского пола с 20 лет без имущественного и образовательного ценза. Им гарантировалась свобода слова, занятий, вероисповедания. Вместо сословных судов (отдельно для дворян, горожан, крестьян, духовенства) вводился общий и равный для всех граждан суд присяжных. Крепостное право отменялось безусловно. «Дворянство должно непременно навеки отречься от гнусного преимущества обладать другими людьми», — гласила «Русская Правда». Крестьяне освобождались с землей без выкупа и получали по 10-12 десятин на семью, для чего Пестель наполовину урезал (хотя и не уничтожал) помещичье землевладение.

Автор «Русской Правды» считал, что «земля есть собственность всего рода человеческого», а не частных лиц, но, с другой стороны, «труды и работы суть источники собственности» и, стало быть» тот, кто обрабатывает землю, вправе владеть ею». Здесь налицо Два взаимоисключающих принципа. Пестель, однако, не стал исключать из «Русской Правды» один из них, а соединил оба. Вот как он это сделал. Вся земля в каждой волости делилась на два фонда — общественный и частный. Земли общественного фонда предназначались для производства «необходимого продукта» и не могли ни продаваться, ни закладываться. Из них каждый гражданин будущей республики получал бы надел. Этот фонд создавался за счет отчуждения половины всех помещичьих земель в стране. В крупных помещичьих имениях (больше 10 тыс. десятин) половина земли конфисковывалась безвозмездно, а в имениях до 10 тыс. десятин отбиралась за компенсацию деньгами или земельными участками в других местах. Что касается земель частного фонда (казенных и оставшихся частновладельческих), то они предназначались для производства «изобилия» и подлежали свободной купле-продаже.

Проект Пестеля был более радикален , чем реформа 1861 г., осуществленная почти полвека спустя на более высокой ступени экономического и политического развития России, в обстановке революционной ситуации. Вот конкретный пример. К 1861 г. крестьяне владели 1/3 частью всех обрабатываемых земель, причем в результате реформы 1/5 часть крестьянских наделов помещики отрезали себе. Пестель же предполагал отдать крестьянам 1/2 часть пригодной для обработки земли.

Прогрессивным для своего времени было и решение в «Русской Правде» национального вопроса. Хотя Пестель не признавал за народами России права на отделение, он уравнивал их в правах с русским народом как граждан единой (кстати, не федеративной, а унитарной) республики.

В целом «Русская Правда» Пестеля открывала перед Россией широкие возможности для перехода к началам демократии и правового государства. Но, даже оставшись нереализованной, она сохраняет историческое значение как первый в России проект республиканской конституции.

В качестве программы Южного общества «Русская Правда» была принята в январе 1823 г. После этого Пестель и его соратники занялись разработкой тактических планов, в первую очередь координацией действий Южного и Северного обществ с целью их объединения. Для этого в течение 1823 г. Юг послал на Север пять уполномоченных, которые, однако, не добились успеха. Тогда в марте 1824 т. в Петербург отправился сам Пестель.

Гостиница «Националь» | izi.TRAVEL

Другая сторона Тверской улицы открывается оригинальным угловым домом с большим панно и с обилием лепнины. Это знаменитая гостиница «Националь».

Гостиница «Националь» открылась перед Первой мировой. В архитектуре нет почти ничего русского. Такой отель легко представить себе стоящим где-нибудь в Париже или, скорее, Лионе. Однако со строительством «Националя» связана любопытная история соперничества двух крупнейших дореволюционных девелоперских организаций. Северного домостроительного общества (его возглавлял Савва Мамонтов) и Варваринского акционерного общества домостроителей, во главе которого стоял текстильный магнат Лепешкин.

На рубеже XIX–XX веков Северное домостроительное общество построило на Театральном проезде Гранд-отель «Метрополь» для самой богатой клиентуры. «Метрополь» отсюда не виден, мешает гостиница «Москва». Вон она, серая, ближе к Кремлю, недавно заново отлитая из бетона. Та самая, что с водочной этикетки. Но варваринцам и смотреть на него не хотелось. Нужно было построить отель покомфортнее, побольше и понаряднее. Проект они заказали архитектору Александру Иванову и стали ждать результатов.

Когда строительство «Националя» подошло к концу, купцы-домостроители испытали чувство глубокого удовлетворения. Отель получился красивый, как торт, и комфортный, как само начало XX в. Гостиница стала воплощением роскоши, совмещенной с новейшими достижениями цивилизации. Это был первый в Москве отель, оборудованный электрическими лифтами с зеркалами и диванами. Правда, «Националь» выглядел скромнее, чем «Метрополь», но по уюту и даже по площади конкурента превосходил.

После революции некоторое время здание гостиницы использовали как обычный жилой дом. В нем жили Владимир Ленин и работники Моссовета. Позднее гостиницу отреставрировали, вернули зданию первоначальное предназначение. В разное время в ней останавливались многие известные личности: балерина Анна Павлова, поэт Сергей Есенин, писатели Герберт Уэллс и Анри Барбюс. Ну и как и положено историческому отелю, «Националь» по праву считается одной из самых престижных московских гостиниц. Однако внутри все почти как в начале 20-го. Длиннющие коридоры и характерный запах деревянных перекрытий.

Чем еще интересен «Националь»? Вот эти вот большие витрины на первом этаже когда-то были входами в отдельные магазины. Ведь Тверская 100 лет назад была торговой улицей. А на самом верху под крышей есть мозаичное панно на тему индустриализации. Только осматривать его лучше с противоположной стороны.

«Союз спасения». История благородного заговора, обреченного на провал | История | Общество

В 1801 году в России начинался не только новый век, но и, казалось, новая эпоха. Император Александр I, сменивший своего отца, убитого в ходе дворцового переворота, планировал грандиозные реформы, которые должны были полностью изменить лицо России.

Путь Александра: о реформатора до реакционера

Молодой император размышлял о ликвидации крепостного права, разделении властей, введении Конституции и избирательной системы. «Негласный комитет» и проекты Михаила Сперанского — вот что осталось от «дней Александровых прекрасного начала». 

Но дальше планов дело не пошло. Александр I столкнулся с жестким сопротивлением консервативных кругов русской знати, и, не находя ощутимой поддержки собственных начинаний, стал к ним охладевать. Существенным фактором стало и противостояние с наполеоновской Францией, порожденной Великой Французской революцией. Русский император, борясь с Наполеоном, постепенно становился даже не консерватором, а реакционером. Восстановление династии Бурбонов на французском престоле было попыткой развернуть ход истории в обратную сторону, и в этой попытке Александру I принадлежит ведущая роль.

Основатель «Ордена Русских рыцарей» стал жертвой карательной психиатрии

Парадокс, но как раз тогда, когда Наполеон был сокрушен, в России появились люди, горячо поддерживавшие идеи первых лет правления Александра I. Русские офицеры, герои Отечественной войны и Заграничного похода, сравнив условия жизни простого народа в России и в Европе, пришли в ужас. Они считали необходимым проведение реформ, которые облегчили бы участь русского крестьянства.

Портрет Михаила Фёдоровича Орлова кисти Анри-Франсуа Ризенера. Public Domain

В 1814 году генерал-майор Михаил Орлов, герой обороны Смоленска и Бородинского сражения, человек, составлявший условия капитуляции Парижа, поделился своими планами о необходимости изменений в России с Матвеем Дмитриевым-Мамоновым. Генерал-майор Дмитриев-Мамонов не только поддержал Орлова, но и составил документ, ставший своеобразной программой тайного «Ордена Русских рыцарей». «Рыцари» ставили своей целью ограничение самодержавия и учреждение парламента, то есть переход к конституционной монархии.

Ни Орлов, ни Дмитриев-Мамонов до Сенатской площади не дойдут. Генерал Орлов, командуя дивизией, выступит против несправедливого наказания солдата и будет лишен должности. После событий декабря 1825 года его окончательно уволят из армии и отправят в ссылку в собственную деревню. Ограничения будут сохранены вплоть до смерти генерала в 1842 году. Матвея Александровича Дмитриева-Мамонова, отказавшегося присягать императору Николаю I, и вовсе объявили сумасшедшим. Изолировав его от общества, «смутьяна» все оставшуюся жизнь подвергали «лечению», которое, в конце концов, действительно превратило Дмитриева-Мамонова в душевнобольного. Он умер в 1863 году.

Общество по борьбе с жуликами и ворами

К 1816 году в России существовало уже четыре тайных общества, ставивших своею целью изменение государственного строя: «Орден Русских рыцарей», кружок Владимира Раевского, «Священная артель» и «Семеновская артель». Последняя, созданная Сергеем Трубецким, Иваном Якушкиным и Сергеем Муравьевым-Апостолом, стала первой подобной организацией, деятельность которой была официально запрещена указом Александра I.

В феврале 1816 года члены «Священной» и «Семёновской артелей» объединились в организацию, получившую название «Союз спасения». В 1817 году организацию переименовали в «Общество истинных и верных сынов Отечества». Устав организации провозглашал главной ее целью уничтожение крепостного права и замену самодержавия на конституционную монархию.

Каждый член общества брал обязательство вести себя и поступать во всех отношениях так, чтобы не заслужить ни малейшей укоризны. Члены общества стремились к обличению социального зла и пороков, в частности, невежества народа, казнокрадства, взяточничества чиновников, жестокого обращения с солдатами, неуважения к человеческому достоинству, несоблюдения прав личности.

«Общество истинных и верных сынов Отечества» жило по правилам глубокой конспирации и имело выстроенную иерархию. Во главе «Союза» стоял Верховный собор из «бояр», которым подчинялись «мужи» и «братья».

«Союз благоденствия»: как обустроить Россию

У тайного общества были обширные и амбициозные планы, которые, однако, реализовать не представлялось возможным ввиду малочисленности организации. Количество членов «Общества» было менее 40 человек.

Несмотря на столь мало число, участники «Общества истинных и верных сынов Отечества» умудрились вдрызг разругаться. Если большинство членов организации выступали за эволюционный путь, «за перевоспитание нравов», то меньшинство высказывалось за заговор, главным моментом которого должно было стать цареубийство. Расправу над императором большинством голосов запретили, но «Союз спасения» в итоге распался, продержавшись чуть более года.

В 1818 году был создан «Союз благоденствия», в который выступили и многие члены предыдущих объединений. Официально целью организации объявлялись распространение «истинных правил нравственности и просвещения» помощь правительству в благих начинаниях и смягчение участи крепостных. Руководящим органом «Союза» была Коренная управа, и члены ее были посвящены в настоящую цель организации — установление конституционного правления и ликвидация крепостничества. Программным документом «Союза благоденствия» стала так называемая «Зеленая книга». Это устав был разделен на две части — открытую, в которой говорилось о «помощи правительству», и закрытую, в которой раскрывались намерения ограничить самодержавие.

Идеи участников «Союза благоденствия» постепенно смещались к радикализму. Число сторонников замены монархии республикой постоянно росло. В то же время планы цареубийства вновь были отвергнуты.

«Не мне подобает быть строгим»

Существование «Союза благоденствия» не было секретом для властей. Сам Александр I, получая доклад о тайном обществе от генерал-адъютанта Иллариона Васильчикова, сказал: «Любезный Васильчиков! Вы, который служите мне с самого начала моего царствования, вы знаете, что я разделял и поощрял все эти мечты и эти заблуждения… не мне подобает быть строгим».

Несмотря на относительный либерализм императора, помнящего о своей молодости, надзор за выявленными членами «Союза благоденствия» усиливался. А в 1822 году был выпущен указ о запрете в России мансонских лож и всех тайных обществ. Но еще раньше, в 1821 году, решение о роспуске организации приняли сами ее члены. Правда, это был лишь маневр с целью очистить ряды от ненадежных элементов и усыпить бдительность властей.

Распад «Союза благоденствия» привел к созданию сразу двух декабристских тайных обществ — «Северного» в Петербурге и «Южного» в Киеве.

«Северное общество»: те, кто вышел на Сенатскую площадь

«Северное общество» в Петербурге, считавшееся более умеренным, возглавил Никита Муравьев. Лидер общества создал так называемую «Конституцию Никиты Муравьева». Согласно ей, Россия должна была стать федерацией из 13 держав и двух областей. Новой столицей был назван Нижний Новгород, в качестве законодательного органа должно было действовать двухпалатное «Народное вече». Государственным строем России предполагалась конституционная монархия, главой исполнительной власти объявлялся император, полномочия которого были существенно урезаны. «Конституция Никиты Муравьева» предполагала ликвидацию крепостного права, объявляла свободу слова, собраний, вероисповеданий, а также утверждала принцип равенства всех граждан перед законом.

О. Кипренский. Портрет Никиты Михайловича Муравьёва, 1813 г.  Public Domain

Именно «Северное общество» организовало и осуществило вооруженное выступление в Петербурге 14 декабря 1825 года. После разгрома восстания и расстрела восставших полков из орудий, 61 человек из «Северного общества» был предан суду. Два члена «Северного общества» — Кондратий Рылеев и Петр Каховский — были повешены. Лидер «Северного общества» Никита Муравьев был осужден на 20 лет каторги.

«Южное общество»: восстание обреченных

Лидером более революционного «Южного общества» стал Павел Пестель, составивший свой проект Конституции, получивший название «Русская правда». Пестель видел Россию единой и неделимой республикой, состоящей из 10 областей. Столицей Пестель также предлагал сделать Нижний Новгород. Высшая законодательная власть принадлежала однопалатному Народному вече, которое утверждало исполнительную власть — Державную думу в составе пяти человек. «Русская правда» предполагала ликвидацию крепостного права, частичный передел пахотных земель в пользу крестьян, равенство всех граждан перед законом, свободу слова, печати, вероисповеданий, ликвидацию сословной системы. 

Предполагаемый портрет Павла Пестеля 1824 года. Public Domain

В качестве способа достижения цели руководители «Южного общества» рассматривали военный переворот. Предполагалось захватить власть в столице, заставив императора отречься от престола. «Южное общество» готовило вооруженное выступление в середине 1826 года, однако уже осенью 1825 года замыслы заговорщиков стали известны правительству. Неудачное выступление «Северного общества» в декабре 1825 года заставило «южан» действовать немедленно.

29 декабря 1825 года члены общества подняли восстание в Черниговском полку. В отличие от Петербурга, оно растянулось на несколько дней, но завершилось аналогичным образом — 3 января 1826 года повстанцы были разгромлены верными правительству войсками. К суду были привлечены 37 членов «Южного общества», из которых трое — Павел Пестель, Сергей Муравьев-Апостол и Михаил Бестужев-Рюмин — были повешены. Из 4000 солдат, являвшихся рядовыми участниками вооруженных выступлений декабристов, был создан сводный полк, отправленный воевать на Кавказ.

Николай I видел проблемы, но заметал их «под ковер»

Восстание декабристов на Сенатской площади произошло в тот момент, когда ушел из жизни человек, «породивший» декабристов — император Александр I.

Его преемник и брат Николай I, подавив восстание и покарав участников, тем не менее, тщательно изучил документы о положении в стране, подготовленные мятежниками.

При всем своем консерватизме, новый император видел — страна действительно нуждается в изменениях. В качестве альтернативы политическим реформам Николай попробует использовать усиление системы государственного администрирования. Подобный курс в итоге заведет страну в тупик, и заставит сына Николая, императора Александра II, вновь приступить к реформированию страны.

Вот только и Александр Николаевич, отменивший крепостное право, так и не даст России ни Конституции, ни парламента. Неразрешенные противоречия продолжат вести страну к новой революции.

Заговорщики, обреченные на неудачу

Но могли ли преуспеть декабристы? В статье 1912 года «Памяти Герцена» лидер большевиков Владимир Ленин писал: «Чествуя Герцена, мы видим ясно три поколения, три класса, действовавшие в русской революции. Сначала — дворяне и помещики, декабристы и Герцен. Узок круг этих революционеров. Страшно далеки они от народа. Но их дело не пропало. Декабристы разбудили Герцена. Герцен развернул революционную агитацию».

В советские времена в школьной программе фразу про «узкий круг этих революционеров» повторяли до бесконечности. Но от этого она не становится менее верной. Русские тайные общества первой четверти XIX века шли против взглядов большинства представителей собственного сословия. Но при этом заговорщики не опирались на поддержку тех, чью жизнь хотели улучшить — на народные массы. Для русского крестьянства разговоры о Конституции и парламенте выглядели чем-то еще более страшным, чем регулярное битье кнутом на конюшне по велению барина.  

Не на революцию рассчитывали те, кто выходил на Сенатскую площадь, а только на заговор узкого круга лиц. Успех такого заговора в условиях России 1825 года мог быть только временным, и за ним, вернее всего, последовало бы ожесточенное кровавое противостояние — причем не «низов» с «верхами», а элит, одинаково чуждых народу.

Трагическая неудача декабристов в итоге оставила о них добрую память. Романтические герои, жертвовавшие собой во имя забитого народа, — не худшее амплуа.

Восстание декабристов — Парламентская газета

Восстание декабристов. В. Перов. Фото: public domain

193 года назад, 26 декабря 1825 года, в Санкт-Петербурге произошло восстание декабристов. Они хотели упразднить самодержавие и отменить крепостное право в России. План декабристов сорвался, но восстание имело широкий резонанс и значительно повлияло на общественно-политическую жизнь.

В феврале 1816 года в Петербурге было организовано первое тайное политическое общество «Союз спасения». Возглавили его Александр Муравьев, Сергей Муравьев-Апостол, Сергей Трубецкой, Иван Якушкин, Павел Пестель. В 1818 году они привлекли в свои ряды ещё 200 сторонников и основали «Союз благоденствия», у которого уже был устав и программа действий. Заговорщики пропагандировали свои взгляды и должны были готовить общество к революционному перевороту. Но из-за разногласий руководителей организация была распущена.

В марте 1821 года возникли новые тайные организации — «Южное общество» на Украине,  во главе которого стал Павел Пестель, и «Северное общество» в Петербурге, созданное по инициативе Никиты Муравьева. Они взаимодействовали друг с другом и рассматривали себя как части одной организации. В 1823 году началась подготовка восстания, которое было назначено на лето 1826 года. Однако из-за смерти Александра I в декабре 1825 года заговорщики были вынуждены приступить к активным действиям. Члены Северного общества решили выступить со своими требованиями в день принесения присяги новому императору Николаю I.

Руководители восстания хотели потребовать от Сената опубликовать всенародный Манифест, который содержал в себе несколько важных пунктов: учреждение временного революционного правительства, отмену крепостного права, равенство всех перед законом, демократические свободы — печати, исповеди, труда, введение суда присяжных, введение обязательной военной службы для всех сословий, выборность чиновников, отмена подушной подати.

26 декабря 1825 года заговорщики собрали 3 тысяч восставших на Сенатской площади Санкт-Петербурга.  Но Николай I узнал о заговоре и заранее принял присягу Сената.

План восстания был нарушен. Назначенный «диктатором» Трубецкой не появился и пока восставшие выбирали нового руководителя, правительственные войска Николая I окружили декабристов превосходящими силами и к ночи подавили восстание.

Арестованных привели в Зимний дворец, а в качестве следователя выступил сам Николай I. По делу декабристов было привлечено 579 человек, виновными признано 289. Пятеро — Павел Пестель, Кондратий Рылеев, Сергей Муравьев-Апостол, Михаил Бестужев-Рюмин и Пётр Каховский — были повешены. Более 120 человек были сосланы на разные сроки в Сибирь на каторгу или поселение.

Как и почему восстали декабристы?

Как формировалось движение декабристов

У декабристов не было единой идеологии,
их объединяло желание освободить крестьян
и ограничить власть царя. В самодержавие
они видели гибель России. Площадками
для дискуссий и привлечения сторонников
стали тайные общества.

Союз спасения. Александр Муравьёв — участник Отечественной войны, потомственный военный.
В 1816 году он с офицерством Петербурга
создал первое тайное общество декабристов — «Союз спасения». Союз хотел отменить крепостное право и ввести конституцию. В 1817 году распался
из-за разногласий насчет убийства царя.

Союз благоденствия. На смену ему в 1818 году
в Москве появляется «Союз благоденствия».
Его основатели хотели сформировать в России либеральное движение. Для этого союз проводил литературные кружки в Москве и Санкт-Петербурге, а его члены продвигались по государственной
и армейской службе.

Правительство узнало о существовании «Союза благоденствия», и общество было вынуждено самораспуститься в 1821 году. Участники союза организовали Северное общество в Петербурге
и Южное — в Киеве.

Основатели «Союза спасения»:
Никита Муравьёв, Пестель, Александр Муравьёв, Трубецкой

Общества декабристов:
1816–1817
— первое
1818–1821 — второе

Убийство царя

Государственное устройство

Отъем земли у помещиков

Многонациональное государство

Конституционная монархия

Да, главное — гражданство

Нет, все народы — часть русского

Южное общество. Появилось в 1821 году, возглавлял полковник Павел Пестель.
Он вёл переговоры об объединение с Северным обществом, но смог договориться только
о совместном съезде в 1826 году.
Смерть Александра I в 1825 изменила эти планы.

Северное общество. Появилось из групп декабристов в 1822 году. Общество возглавляла Верховная дума из трёх человек. Единая цель
у обществ — отмена крепостного права и разделение власти на три ветви.

190 лет назад на Сенатской площади произошло восстание декабристов

26 декабря 1825 года, 190 лет назад, на Сенатской площади произошло восстание декабристов. О том, как проходил мятеж и когда бунтарей стали называть атеистами, рассказывает отдел науки «Газеты.Ru».

Походы с Суворовым и тайный манифест

После смерти бездетного Александра I на престол должен был взойти Константин Павлович — следующий по старшинству брат. Однако Константин Павлович, боясь, что его «задушат, как задушили отца», решил отказаться от права возглавить державу, и поэтому наследником престола объявлялся Николай, третий сын императора Павла I и императрицы Марии Федоровны. Об этом Александр I указал в тайном манифесте 16 августа 1823 года.

Учитывая, что о точном содержании манифеста до последнего не знал даже Николай Павлович, после смерти императора присяга была принесена Константину.

Сразу же начали чеканиться монеты с изображением нового правителя.

«Как верный подданный, должен я, конечно, печалиться о смерти государя; но, как поэт, радуюсь восшествию на престол Константина I, — восторженно писал Александр Пушкин. — В нем очень много романтизма; бурная его молодость, походы с Суворовым, вражда с немцем Барклаем напоминают Генриха V. К тому ж он умен, а с умными людьми все как-то лучше; словом, я надеюсь от него много хорошего».

Планы рушатся

Однако Константин Павлович объявил, что не намерен править империей. Спустя несколько дней Михаил Сперанский подготовил манифест, согласно которому главой государства становился Николай. Будущий император объявил о своем вступлении на престол, а присяга была назначена на 26 декабря.

В этот же день под предлогом защиты законных прав Константина в Петербурге состоялось восстание декабристов — попытка государственного переворота. Мятежники хотели помешать войскам и Сенату принести присягу Николаю Павловичу. В планы декабристов входило установление конституционной монархии или республики и уничтожение крепостного права. Некоторые радикально настроенные декабристы выступали

за убийство Николая и даже цесаревича Александра — будущего императора, отменившего крепостное право.

К 11 утра мятежники вывели на Сенатскую площадь войска, но Николай Павлович, знавший о готовящемся восстании, уже успел принять присягу и стать законным правителем государства. Планы заговорщиков, хотевших потребовать введения конституции до присяги, рухнули. Декабристы не знали, что делать дальше, а войска просто оставались на площади.

Как не убили Николая

Убийцей Николая Павловича декабристы назначили Петра Каховского — участника Северного тайного общества, обладающего, по воспоминаниям современников, пылким характером и свободолюбием. На Сенатской площади Каховский убил генерал-губернатора Милорадовича, вышедшего к восставшим с просьбой прекратить бунт, и полковника Стюрлера, но не отважился расправиться с новоиспеченным императором.

Вскоре мятежников окружили правительственные войска, и началась перестрелка. Декабрист Михаил Бестужев попытался на льду Невы построить солдат и повести их к Петропавловской крепости, но правительственная армия обстреляла мятежников из пушек. Пушечные ядра пробивали лед, и многие участники восстания утонули в Неве.

Мятежники обратились в бегство. По разным оценкам историков, во время бунта погибли от 1,3 тыс. до 1,5 тыс. человек. Впрочем, существует мнение, что, поскольку правительственные войска получили приказ не расстрелять бунтовщиков, а просто прогнать их с Сенатской площади, число жертв не превышает ста человек.

Цивилизованная Европа и менее культурная Россия

Спустя несколько дней после мятежа была учреждена Комиссия для изысканий о злоумышленных обществах — орган для расследования восстания декабристов. Комиссия, которую участник Северного тайного общества Александр Муравьев назвал «инквизиторским трибуналом без тени правосудия или беспристрастия и при глубоком неведении законов», привлекала к следствию 579 человек.

На суде, состоявшемся в Зимнем дворце, следователем выступал сам Николай I.

Император постановил, что пятерым декабристам должен быть вынесен смертный приговор, а 120 организаторов восстания следует сослать на каторгу в Сибирь или на поселение. Интересно, что на суде не присутствовали сами обвиняемые, их пригласили лишь для оглашения приговора.

«Для меня Россия теперь опоганена, окровавлена, — писал после суда над декабристами поэт Петр Вяземский. — Сколько жертв и какая железная рука пала на них».

Резкая критика процесса над мятежниками началась и в зарубежном обществе. «Императорское правительство, однако, жестоко ошибается, если думает, что чисто формальное следствие, произведенное комиссией из восьми членов — придворных и адъютантов императора, — может пробудить к себе доверие в цивилизованных странах Европы или даже в менее культурной России», — писало британское издание The Times.

Чем заняться в ссылке

По мнению Николая I, в ссылке декабристы будут обречены на духовную смерть. Однако осужденные мятежники создали в неволе свою «академию», включающую в себя лекции и изучение языков, чтение и обсуждение книг. Так, Кюхельбекер вел семинары по русским морским экспедициям, Бестужев — по истории военного флота, Вольф — по физике, химии, анатомии и физиологии.

Вскоре декабристам было разрешено читать российские и зарубежные печатные издания, рисовать, заниматься музыкой. В условиях каторги и последующей ссылки Бестужев предложил идею водометного двигателя, Торсон спроектировал молотильную машину и машину для резки соломы, а Бестужев изготовил оригинальную конструкцию малогабаритного, но точного морского хронометра. Кроме того, осужденные декабристы вели климатологические наблюдения,

собирали сибирские образцы флоры и фауны, занимались химическим анализом вод минеральных источников, проводили сейсмологические измерения.

«Окидывая взором все их труды, мы видим, что они исследовали Сибирь в антропологическом, естественном, экономическом, социальном и этнографическом положении, — словом, сделали несравненно больше, чем все, сделанное за это время для любой из других русских областей», — писал публицист Иван Прыжов.

«Это последний роман, который я запретил»

Образ декабриста, взлелеянный поэтами и писателями XIX века, быстро приобрел черты романтичного бунтаря, павшего жертвой клеветы. О мятежниках написал Александр Дюма в романе «Учитель фехтования» — и, конечно же, Николай I запретил к публикации в России произведение французского автора.

«Николай вошел в комнату, когда я читала императрице книгу, — вспоминает княгиня Трубецкая, подруга императрицы. — Я быстро спрятала книгу. Император приблизился и спросил императрицу:

— Вы читали?
— Да, государь.
— Хотите, я вам скажу, что вы читали?

Императрица молчала.

— Вы читали роман Дюма «Учитель фехтования».
— Каким образом вы знаете это, государь?
— Ну вот! Об этом нетрудно догадаться. Это последний роман, который я запретил».

Декабристы становятся атеистами

Об участниках оппозиционного движения несколько раз хотел написать Лев Толстой. «Декабрист мой должен быть энтузиаст, мистик, христианин, возвращающийся в 56-м году в Россию с женой, сыном и дочерью и примеряющий свой строгий и несколько идеальный взгляд к новой России», — рассказывал писатель в письме Александру Герцену. Однако дальше четвертой главы Толстой не дошел — по словам современников, он разочаровался в восстании и утверждал, что

«декабрьский бунт есть результат влияния французской аристократии, большая часть которой эмигрировала в Россию после французской революции».

Интересно, как трансформировался образ декабриста в XX веке. Несмотря на то что Ленин считал бунтарей прошлого оторванными от народа, участники Февральской революции рассматривали их как своих предшественников. Декабристы оставались включенными в пантеон героев и в сталинские времена, при этом об их религиозных взглядах (подавляющее большинство мятежников были православными) старались не упоминать.

Впрочем, порой участников событий 26 декабря 1825 года описывали как яростных атеистов.

Новый всплеск любви к бунтарям XIX века пришелся на 1970-е годы. В это время выходит на экраны фильм Владимира Мотыля «Звезда пленительного счастья», повествующий о судьбе декабристов и их жен, последовавших в ссылку за мужьями. Мятежники прошлого века становятся вдохновителями диссидентов, героями краеведческих книг и даже низкосортных любовных романов.

Движение декабристов: кратко о самом главном

Движение декабристов, кратко о котором речь пойдет в статье, являлось первым дворянским выступлением в истории нашей страны. Оно положило начало веку восстаний и народного террора.

Движение декабристов: кратко об истории организаций

Почему же декабристы объединились в тайные сообщества? Во-первых, на появление организаций декабристов повлияли идеи просветителей революционной Франции. Взгляды на устройство государства отразились в уставах сообществ. Во-вторых, побывав в Заграничных походах после победы над Наполеоном, декабристы узнали европейское устройство жизни. Эти походы убедили их в том, что можно жить намного лучше. В-третьих, во время той же Отечественной войны декабристы ближе познакомились с основным населением нашей страны – крестьянами. Они узнали лучше уклад их жизни и быта, что привело заговорщиков к осознанию необходимости перемен. И, в-четвертых, на движение декабристов, кратко о котором говориться в статье, оказала большое влияние нерешительность Александра Первого в проведении реформ.

Организации декабристов начинают создаваться уже спустя два года после великих Заграничных походов. Так, уже в 1816 году создается тайное общество — Союз спасения. В него входят офицеры гвардии, которые разрабатывают идеи нового устройства государства. Это общество не имеет своего устава и программы и поэтому быстро распадается. Вслед за ним создается Союз благоденствия. Эта организация имеет больший успех: определяется четкий состав участников, появляется своя программа. Сообщество существует два года, после чего распадается. Теперь приходит время легендарных Южного и Северного сообществ. Южное общество декабристов возглавлял Пестель. Их программа называлась «Русская правда» и состояла из следующих условий: свержение самодержавия, естественно, отмена крепостной зависимости, создание законодательного народного органа управления. Что же касается Северного общества декабристов, то оно было менее радикальным по своим требованиям. Программа называлась «Конституция» и автором ее был Никита Муравьев. Северные декабристы остановились на следующих требованиях: ограничение самодержавной власти и введение Конституции, также они выступали за отмену крепостного права и за создании парламента, но за сохранение исполнительной власти за императором.

Организации тщательно готовились к главному выступлению. В день переприсяги новому императору они вышли на Сенатскую площадь. Однако восстание обернулось неудачей: все началось с того, что руководитель декабристов не пришел на площадь, а переприсяга прошла до того, как восставшие вышли на Сенатскую площадь. Николай Первый подавил восстание и казнил самых главных его участников – это послужило началом ужесточения внутреннего курса политики царя.

Движение декабристов, кратко о котором было рассказано в статье, является ярким явлением в нашей истории. Именно с него началась борьба за освобождение России от самодержавия.

Север | Определение, штаты и история

Север , регион на севере Соединенных Штатов, исторически определяемый как свободные штаты, выступавшие против рабства и Конфедерации во время Гражданской войны в США. Эта борьба против рабства и отделения затмила тот факт, что Север на самом деле состоял из четырех отдельных и не очень похожих областей: Новой Англии, Среднеатлантических штатов, Старого Северо-Запада (Восточно-Северо-Центральные штаты в федеральном смысле) и Великих равнин (Запад-Север). Центральные штаты).Признанный этими четырьмя областями, Север включает Коннектикут, Иллинойс, Индиану, Айову, Канзас, Мэн, Массачусетс, Мичиган, Миннесоту, Миссури, Небраску, Нью-Гэмпшир, Нью-Джерси, Нью-Йорк, Северную Дакоту, Огайо, Пенсильванию, Род-Айленд, Южная Дакота, Вермонт и Висконсин. Из них Небраска, Северная Дакота и Южная Дакота не были штатами во время Гражданской войны, а Миссури, хотя и входил в состав Союза, был рабовладельческим штатом; таким образом, региональные границы были и остаются неясными. Однако региональные различия существовали.Еще в 1796 г. прес. Джордж Вашингтон использовал термины «Север» и «Юг», предупреждая об опасности основывать политические разногласия на географических границах. Однако наиболее важное различие между отдельными частями было признано уже в 1787 году, когда рабство было запрещено на Северо-Западной территории (район, известный сегодня как Средний Запад Америки). Вскоре после американской революции рабство исчезло во всех штатах к северу от линии Мейсона и Диксона, границы между Пенсильванией и Мэрилендом.

Развитие Севера характеризовалось общей системой свободного труда, коммерческой силой и сельскохозяйственным разнообразием.В 19 веке транспорт заметно развивался по линии восток-запад; например, канал Эри открыл Великие озера в 1825 году, а Нью-Йорк был соединен железной дорогой с Чикаго в 1852 году. связи и экономические модели.

Канал Эри

Баржа у западной оконечности канала Эри, Нью-Йорк, середина 1800-х гг.

Библиотека Конгресса, Вашингтон, округ Колумбия.С.

Подробнее по этой теме

Гражданская война в США: сравнение Севера и Юга

На первый взгляд казалось, что 23 штата, оставшиеся в составе Союза после отделения, более чем достойны 11 южных штатов…

К 1850-м годам вопрос о распространении рабства на западные территории стал центральным вопросом, объединяющим Север и приводящим его к конфликту с Югом.Накануне Гражданской войны в США (1861 г.) насчитывалось 19 свободных и 15 рабовладельческих штатов, граница между которыми проходила по линии Мейсона и Диксона, по реке Огайо и по 36°30′ широты (кроме Миссури). Наивысшего самосознания как региона Север достиг во время войны, когда его название стало синонимом Союза. Включая четыре приграничных штата, которые воевали с Союзом, Север в то время имел население в 22 миллиона человек, производил 75 процентов национального богатства и владел 81 процентом его заводов.

Линия Мейсон-Диксон

Карта, показывающая линию Мейсон-Диксон, которая первоначально была границей между Мэрилендом и Пенсильванией. Фрагмент карты вставлен слева в центре изображения.

Отдел географии и карт, Библиотека Конгресса, Вашингтон, округ Колумбия (цифровой номер g3841f ct002075)

Север пытался, в основном безуспешно, обеспечить политические права и социально-экономическое равенство афроамериканцев на Юге в период Реконструкции (1865 г.). –77).Тем временем сам Север переживал беспрецедентный период экономического роста по мере индустриализации. По мере развития 19 века Север, особенно штаты Средней Атлантики и район Великих озер на Среднем Западе, становились все более и более характерными для больших городов, крупного бизнеса и крупных промышленных комплексов. Его богатые природные ресурсы, превосходная система внутренних водных путей и разросшиеся железные дороги сделали Север экономическим центром страны, в то время как огромные просторы прерий и равнин по обеим сторонам Миссисипи дали западным районам Севера сельскохозяйственное господство, которое сделать его житницей Америки.

Однако это господство не обошлось без потерь. Иммиграция привела миллионы южных и восточных европейцев в северные города, увеличив их население и предоставив дешевый источник промышленной рабочей силы, но также создав проблемы с жильем, здравоохранением и образованием. Когда эта волна иммиграции резко замедлилась после 1920 года, во второй половине 20 века ее сменила другая волна, состоящая из чернокожих с юга, латиноамериканцев и выходцев из Восточной Азии. В конце 1950-х годов Юг был первоначальным очагом движения за гражданские права, но к концу 1960-х и 70-м годам включение меньшинств в политическую и экономическую жизнь страны стало такой же проблемой как на Севере, так и на Юге.

Продолжающаяся тяжелая индустриализация повлияла на окружающую среду, вызвав проблемы с загрязнением воды и воздуха, в то время как концентрация афроамериканцев в северных городских гетто породила напряженность и насилие и серьезно повлияла на жилищные условия, образование, занятость и общественное здравоохранение. Эти трудности в сочетании с упадком промышленной базы Севера из-за иностранной конкуренции и других факторов способствовали дальнейшим демографическим сдвигам, в частности значительной миграции людей с Севера в южные и западные штаты.В 1939 в пределах Севера находилось 70% промышленных предприятий страны. К концу 1970-х эта цифра упала чуть более чем вдвое. Точно так же на Север приходилось 58 процентов всего населения Соединенных Штатов в 1940 году, но только около 40 процентов на рубеже 21 века. Усилия по обновлению и возрождению были предприняты многими северными городами с разным эффектом.

11. Хлопковая революция | АМЕРИКАНСКИЙ YAWP

Эйр Кроу, Рабы, ожидающие продажи, Ричмонд, Вирджиния, 1861 год.Университет Вирджинии, Атлантическая работорговля и рабская жизнь в Америке.

*The American Yawp — это развивающийся, совместный текст. Нажмите здесь, чтобы улучшить эту главу.*

За десятилетия, предшествовавшие Гражданской войне, в южных штатах произошли необычайные изменения, которые определили регион и его роль в американской истории на десятилетия и даже столетия вперед. Между 1830-ми годами и началом Гражданской войны в 1861 году американский Юг увеличил свое богатство и население и стал неотъемлемой частью все более глобальной экономики.Она не отступила от своих культурных и социальных традиций и не изолировала себя от расширяющейся системы коммуникаций, торговли и производства, которая соединяла Европу и Азию с Америкой, как об этом говорили истории предыдущих поколений. Наоборот; Юг активно использовал новые технологии и торговые пути, а также стремился ассимилировать и модернизировать свои наиболее «традиционные» и укоренившиеся в культуре обычаи, такие как рабство и сельскохозяйственное производство, в модернизирующемся мире.

Начиная с 1830-х годов купцы с Северо-Востока, Европы, Канады, Мексики и Карибского бассейна стекались в южные города, открывая торговые фирмы, склады, порты и рынки.В результате эти города — Ричмонд, Чарльстон, Сент-Луис, Мобил, Саванна и Новый Орлеан и многие другие — удвоились и даже утроились в размерах и глобальном значении. Население стало более космополитичным, образованным и богатым. Системы классов — сообщества низшего, среднего и высшего классов — развились там, где они явно никогда не существовали. Порты, которые когда-то были полностью сосредоточены на ввозе порабощенных рабочих и отправлялись только в регионы, стали базой для ежедневных и еженедельных судоходных линий в Нью-Йорк, Ливерпуль, Манчестер, Гавр и Лиссабон.Мир медленно, но верно сближался, а рабство было прямо посередине.

 

В ноябре 1785 года ливерпульская фирма Peel, Yates & Co. ввезла в Европу первые семь тюков американского хлопка. До этой незапланированной и откровенно нежелательной поставки европейские торговцы считали хлопок продуктом колониальных карибских островов Барбадос, Сен-Доминго (ныне Гаити), Мартиники, Кубы и Ямайки. Юг Америки, хотя и относительно широкий и обширный, был основным источником риса и, что наиболее важно, табака.

Мало кто знал, что семь тюков, хранившихся в Ливерпуле той зимой 1785 года, изменят мир. Но они сделали. К началу 1800-х годов американский Юг занял на европейском рынке нишу «роскошного» длинноволокнистого хлопка, выращиваемого исключительно на Морских островах у берегов Южной Каролины, Джорджии и Флориды. Но это было только началом грядущего масштабного наводнения и основой астрономического возвышения Юга до всемирной известности. Вскоре ботаники, торговцы и плантаторы приступили к выведению штаммов семян хлопчатника, которые могли бы расти дальше на запад на южном материке, особенно на новых землях, открытых в результате покупки Луизианы в 1803 году — области, которая простиралась от Нового Орлеана до юг до того, что сегодня является Миннесотой, частями Дакоты и Монтаны.

Американский и глобальный рынки хлопка изменились навсегда после того, как Раш Натт из Родни, штат Миссисипи, в 1833 году вывел гибридный сорт хлопка, который он назвал Petit Gulf. Говорили, что Petit Gulf проходил через хлопкоочистительную машину — машину, разработанную Эли Уитни в 1794 году для удаления семян хлопка, — легче, чем любой другой сорт. Он также сильно рос, производя больше пригодного для использования хлопка, чем кто-либо мог себе представить на тот момент. Однако, возможно, самое главное, это произошло в то время, когда коренные народы были изгнаны с юго-запада — южной Джорджии, Алабамы, Миссисипи и северной Луизианы.После переселения индейцев земля стала легко доступна для белых мужчин с несколькими долларами и большими мечтами. На протяжении 1820-х и 1830-х годов федеральное правительство осуществило несколько принудительных миграций коренных американцев, создав систему резерваций к западу от реки Миссисипи, в которой все восточные народы должны были переселиться и поселиться. Эта система, введенная в действие Законом о переселении индейцев 1830 года, позволяла федеральному правительству обследовать, делить и продавать с аукциона миллионы акров земли по любой цене, которую участники торгов были готовы заплатить.Внезапно фермеры, мечтавшие о больших плантациях, могли покупать десятки, даже сотни акров земли в плодородной дельте реки Миссисипи за цент за доллар. Участки земли, которые в других местах стоили бы тысячи долларов, продавались в 1830-х годах за несколько сотен по цене всего 40 центов за акр.

Механическая хлопкоочистительная машина Эли Уитни произвела революцию в производстве хлопка, расширила и укрепила рабство на Юге. Патент Эли Уитни на хлопкоочистительную машину, 14 марта 1794 г .; Записи Ведомства по патентам и товарным знакам; Группа записи 241.Викимедиа.

Хлопкоочиститель XIX века на выставке в музее Эли Уитни. Викимедиа.

Тысячи людей устремились в Хлопковый пояс. Джозеф Холт Ингрэм, писатель и путешественник из штата Мэн, назвал это «манией». Уильям Генри Спаркс, юрист, живущий в Натчезе, штат Миссисипи, вспоминал его как «новое Эльдорадо», в котором «состояния делались за один день, без всякого труда и предприимчивости». Изменение было поразительным. «Там, где вчера темнела над землей глушь с ее дикими лесами, — вспоминал он, — сегодня хлопковые плантации белили землю. Деньги текли рекой из банков, многие из которых были вновь учреждены, под обещания «неземных» прибылей и мгновенного дохода. Банки в Нью-Йорке, Балтиморе, Филадельфии и даже Лондоне предлагали кредитные линии всем, кто хотел купить землю на юго-западе. Некоторые даже посылали своих агентов для покупки дешевой земли на аукционе с целью продать ее, иногда прямо на следующий день, по двойной или тройной первоначальной цене, процесс, известный как спекуляция.

Взрыв свободных земель в плодородном Хлопковом поясе вдохнул новую жизнь в Юг.К концу 1830-х годов хлопок Petit Gulf был усовершенствован, распространен и посажен по всему региону. Достижения в области паровой энергии и водного транспорта произвели революцию в способности южных фермеров и плантаторов удалять семена, упаковывать свою продукцию и доставлять ее в порты, появляющиеся вдоль атлантического побережья. Действительно, к концу 1830-х годов хлопок стал основной культурой не только юго-западных штатов, но и всей страны.

Цифры были ошеломляющими. В 1793 году, всего через несколько лет после первой, хотя и непреднамеренной, поставки американского хлопка в Европу, на Юге было произведено около пяти миллионов фунтов хлопка, опять же почти исключительно с островов Моря Южной Каролины. Семь лет спустя, в 1800 году, Южная Каролина оставалась основным производителем хлопка на юге, отправив 6,5 миллионов фунтов роскошной длинноволокнистой смеси на рынки Чарльстона, Ливерпуля, Лондона и Нью-Йорка. Но по мере того, как более плотный, многочисленный и яркий сорт Petit Gulf двинулся на запад вместе с мечтателями, интриганами и спекулянтами, Юг Америки быстро стал ведущим мировым производителем хлопка. К 1835 году пять основных хлопкосеющих штатов — Южная Каролина, Джорджия, Алабама, Миссисипи и Луизиана — произвели более пятисот миллионов фунтов хлопкового хлопка для мирового рынка, простирающегося от Нового Орлеана до Нью-Йорка и Лондона, Ливерпуля, Париж и не только.Эти пятьсот миллионов фунтов хлопка составляли почти 55 процентов всего экспортного рынка Соединенных Штатов, и эта тенденция сохранялась почти каждый год до начала Гражданской войны. Действительно, два миллиарда фунтов хлопка, произведенных только в 1860 году, составили более 60 процентов всего экспорта Соединенных Штатов за этот год.

Астрономический рост производства хлопка в Америке произошел за счет потери первой основной культуры Юга — табака. Совершенный в Вирджинии, но выращиваемый и продаваемый почти во всех южных территориях и штатах, табак служил основным экономическим товаром Юга более века.Но табак был грубым урожаем. Он плохо обращался с землей, истощая почву питательными веществами. Табачные поля не вечны. На самом деле поля редко выдерживали более четырех или пяти циклов роста, в результате чего они оставались сухими и бесплодными, не способными расти больше, чем участки травы. Конечно, табак вызывает и вызывал привыкание, но из-за снижения урожайности фермерам приходилось переезжать, покупать новые земли, разрабатывать новые методы производства и даже создавать новые поля за счет вырубки лесов и экспансии на запад.Следовательно, производство табака было дорогим, и не только из-за повсеместного использования рабского труда. Требовались огромные временные поля, большое количество рабочих и постоянное движение.

Хлопок был другим, и он появился в то время, которое лучше всего подходило для его успеха. Хлопок Petit Gulf, в частности, относительно быстро рос на дешевой и широко доступной земле. С изобретением хлопкоочистительной машины в 1794 году и появлением пара три десятилетия спустя хлопок стал товаром для простых людей, продуктом, с помощью которого Соединенные Штаты могли расширяться на запад, производя и воспроизводя видение Томаса Джефферсона об идиллической республике малых фермеры — нация, контролирующая свою землю, пожинающая плоды честного, бесплатного и самостоятельного труда, нация семей и фермеров, расширения и заселения.Но все это дорого обошлось. С демократизацией собственности на землю посредством переселения индейцев, федеральных аукционов, легкодоступного кредита и, казалось бы, всеобщей мечты о немедленной прибыли от хлопка, одна из устойчивых традиций Юга нормализовалась и укоренилась. И к 1860-м годам именно эта традиция, считавшаяся основой южного общества и культуры, разделила нацию на две части. Наступил расцвет американского рабства.

На этой карте, опубликованной Береговой охраной США, показан процент порабощенных людей в населении каждого графства рабовладельческих штатов в 1860 году.Самые высокие проценты находятся вдоль реки Миссисипи, в «черном поясе» Алабамы и прибрежной части Южной Каролины, все из которых были центрами сельскохозяйственного производства (хлопок и рис) в Соединенных Штатах. Э. Хергесхаймер (картограф), Th. Леонхардт (гравер), Карта, показывающая распределение рабского населения в южных штатах США, составленная на основе переписи 1860 г., c. 1861 г. Викимедиа.

 

Рост производства хлопка и, как следствие, рост глобального положения Соединенных Штатов женили Юг в рабстве.Без рабства не могло бы быть хлопкового королевства, массового производства сырья на тысячах акров и стоимостью в миллионы долларов. Действительно, хлопок рос вместе с рабством. Двое двигались рука об руку. Существование рабства и его значение для южной экономики стало определяющим фактором того, что впоследствии стало известно как рабский Юг. Хотя рабство пришло в Америку задолго до того, как хлопок стал прибыльным товаром, использование и покупка порабощенных рабочих, моралистические и экономические оправдания сохранения рабства и даже настоятельная необходимость защитить эту практику от исчезновения до Гражданской войны получили новое выражение. жизнь благодаря росту производства хлопка и экономическому, социальному и культурному рывку, сопровождавшему его успех.

Рабство существовало на Юге по крайней мере с 1619 года, когда в Джеймстаун прибыла группа голландских торговцев с двадцатью африканцами. Хотя эти африканцы оставались под двусмысленным юридическим статусом «несвободных», а не были фактически порабощены, их прибытие положило начало практике, которая распространилась на весь континент в течение следующих двух столетий. К тому времени, когда Американская революция создала Соединенные Штаты, рабство было повсюду, хотя вскоре после этого в северных штатах начался процесс постепенной отмены этой практики.На более сельском, аграрном Юге рабство стало образом жизни, особенно когда фермеры расширили свои земли, посадили больше урожая и вышли на рынок международной торговли. К 1790 году, через два года после ратификации Конституции, на Юге проживал 654 121 порабощенный человек, а затем только Мэриленд, Вирджиния, Северная Каролина, Южная Каролина, Джорджия и Юго-Западная территория (ныне Теннесси). Всего двадцать лет спустя, в 1810 году, это число увеличилось до более чем 1,1 миллиона человек в рабстве.

Стереограммы, сделанные уже после окончания рабства, показывают различные этапы производства хлопка. Из коробочки (колючей, острой защитной капсулы) сначала извлекают пушистое белое штапельное волокно, после чего семена отделяют в джиннинге и отправляют на склад. Неизвестно, Сбор хлопка на большой плантации в Северной Каролине, США, ок. 1865-1903 гг. Викимедиа.

Массовое изменение порабощенного населения Юга между 1790 и 1810 годами имеет исторический смысл.За это время Юг продвинулся из области четырех штатов и одной довольно небольшой территории в область шести штатов (Вирджиния, Северная и Южная Каролина, Джорджия, Кентукки и Теннесси) и трех довольно крупных территорий (Миссисипи, Луизиана и Орлеан). Свободное население Юга также почти удвоилось за этот период — с примерно 1,3 миллиона в 1790 году до более чем 2,3 миллиона в 1810 году. Порабощенное население Юга не росло какими-либо быстрыми темпами в течение следующих двух десятилетий, пока не начался хлопковый бум. возникло в середине 1830-х гг.Действительно, после конституционного запрета на международную работорговлю в 1808 году число порабощенных людей на Юге увеличилось всего на 750 000 человек за двадцать лет.

Но вот пришел хлопок, вырос и все изменил. В течение 1830-х, 1840-х и 1850-х годов рабство стало настолько эндемичным для Хлопкового пояса, что путешественники, писатели и статистики стали называть этот район Черным поясом не только для описания цвета богатой земли, но и для опишите цвет кожи тех, кто вынужден работать на его полях, укладывать его доки и перевозить его продукты.

Возможно, самым важным аспектом рабства на юге во время так называемой Хлопковой революции была ценность, придаваемая как работе, так и телам самих порабощенных. Как только лихорадка первоначальной земельной лихорадки утихла, стоимость земли стала более статичной, а кредит менее текучим. За землю в Миссисипи, которая в 1835 году стоила не более 600 долларов, фермеру или инвестору пришлось бы выложить более 3000 долларов в 1850 году. К 1860 году та же самая земля, в зависимости от ее производства и местоположения, могла стоить до 100 000 долларов. Во многих случаях производители хлопка, особенно плантаторы с большими участками и порабощенной рабочей силой, выставляли порабощенных рабочих в качестве залога для фондов, предназначенных для покупки большего количества земли. Если эта земля по той или иной причине, будь то долгоносики, поздние заморозки или просто недостаток питательных веществ, не дала жизнеспособного урожая в течение года, плантатор потерял бы не только новую землю, но и порабощенных рабочих, которых он либо она выставлена ​​в качестве гарантии платежа.

Невольничьи рынки Юга различались по размеру и стилю, но рынок св. Биржа Людовика в Новом Орлеане так часто описывалась, что стала своего рода представителем всех южных невольничьих рынков. Действительно, ротонда отеля «Сент-Луис» прочно закрепилась в литературном воображении американцев девятнадцатого века после того, как Гарриет Бичер-Стоу выбрала ее местом продажи дяди Тома в своем романе 1852 года «Хижина дяди Тома». После разорения плантации Сент-Клэр Том и его товарищи по рабству внезапно стали собственностью, которую пришлось ликвидировать. Привезенный в Новый Орлеан для продажи тому, кто больше заплатит, Том оказался «под великолепным куполом», где суетились «люди всех народов».Дж. М. Старлинг (гравер), Продажа поместий, картин и рабов в ротонде, Новый Орлеан, , 1842. Викимедиа.

На производство хлопка, расширение земель и содержание порабощенной рабочей силы уходило столько средств, что к 1850-м годам почти каждая унция кредита, предлагаемого южными и даже северными банками, касалась непосредственно того или иного аспекта хлопкового рынка. Миллионы долларов перешли из рук в руки. Порабощенные люди, в прямом и переносном смысле, основа южной хлопковой экономики, служили самой большой и самой важной статьей расходов для любого успешного производителя хлопка.Цены на порабощенных рабочих сильно различались в зависимости от цвета кожи, пола, возраста и местоположения, как при покупке, так и при рождении. Например, в Вирджинии в 1820-х годах одна порабощенная женщина детородного возраста продавалась в среднем за 300 долларов; неквалифицированный мужчина старше восемнадцати лет продавался примерно за 450 долларов; а мальчики и девочки младше тринадцати лет продаются по цене от 100 до 150 долларов.

К 1840-м и началу 1850-х годов цены выросли почти вдвое — в результате как стандартной инфляции, так и растущего значения порабощенных рабочих на хлопковом рынке.В 1845 году «мальчики-пахари» в возрасте до восемнадцати лет продавались в некоторых районах по цене более 600 долларов, что измерялось «пятью или шестью долларами за фунт». «Лучшие полевые рабочие», как их называли купцы и торговцы, к 1850 г. стоили на рынке в среднем 1600 долларов, что соответствовало росту цен на хлопок, который они собирали. Например, когда в 1838 году хлопок стоил 7 центов за фунт, средний «полевой рабочий» стоил около 700 долларов. По мере того, как цена хлопка увеличивалась до 9 центов, 10 центов, а затем 11 центов за фунт в течение следующих десяти лет, средняя стоимость порабощенного рабочего-мужчины также выросла до 775 долларов, 900 долларов, а затем и более 1600 долларов.

Суть в том, что хлопок и порабощенный труд определяли друг друга, по крайней мере, на хлопковом Юге. К 1850-м годам рабство и хлопок настолько переплелись, что сама идея перемен — будь то разнообразие сельскохозяйственных культур, идеология борьбы с рабством, экономическая диверсификация или все более ошеломляющая стоимость покупки и содержания порабощенных рабочих — стала анафемой для южной экономической и культурной самобытности. . Хлопок стал основой южной экономики. Действительно, это был единственный крупный продукт, помимо, пожалуй, сахарного тростника в Луизиане, который Юг мог эффективно продавать на международном уровне.В результате южные плантаторы, политики, купцы и торговцы все больше и больше становились преданными — некоторые сказали бы «одержимыми» — средствами его производства: рабством. В 1834 г. Джозеф Ингрэм писал, что «продать хлопок, чтобы купить негров — производить больше хлопка, чтобы купить больше негров, «до бесконечности» — вот цель и непосредственная тенденция всех операций дотошного плантатора хлопка; вся его душа поглощена погоней». Двадцать три года спустя такое преследование приняло явно религиозный характер, как заметил Джеймс Стерлинг, англичанин, путешествующий по Югу, «[рабы] и хлопок — хлопок и [рабы]; это закон и пророки для людей юга.

Хлопковая революция была временем капитализма, паники, стресса и конкуренции. Плантаторы расширили свои земли, купили порабощенных рабочих, расширили кредитные линии и влезли в огромные долги, потому что они постоянно работали против следующего парня, новичка, социального деятеля, спекулянта, торговца. Один неурожай мог стоить даже самому богатому плантатору всей жизни, а также жизни его или ее порабощенных рабочих и их семей. Хотя рынок хлопка был большим и прибыльным, он также был непостоянным, рискованным и дорогостоящим.Чем больше богатства вы приобретали, тем больше земли нужно было добывать, что приводило к увеличению числа порабощенных рабочих, большему кредиту и большему количеству ртов, которых нужно было кормить. Таким образом, десятилетия перед Гражданской войной на Юге не были временем медленной и простой традиции. Это были времена высокой конкуренции, высокого риска и высокой награды, независимо от того, какое место в социальной иерархии занимал человек. Но риск не всегда был экономическим.

В южных городах, таких как Норфолк, Вирджиния, на рынках продавались не только овощи, фрукты, мясо и всякая всячина, но и порабощенные люди.Порабощенные мужчины и женщины, как и двое, идущие в прямом центре, жили и трудились рядом со свободными людьми, Черными и белыми. С. Уикс, Маркет-сквер, Норфолк , из Исторических коллекций Вирджинии Генри Хоу, 1845 год. Викимедиа.

Самым трагическим и даже ужасающим аспектом рабства была его бесчеловечность. У всех порабощенных людей были воспоминания, эмоции, переживания и мысли. Они увидели свой опыт во всей красе, почувствовали боль удара плетью, жар солнца и горе потери, будь то смерть, предательство или продажа.Сообщества развивались на основе общего чувства страдания, общей работы и даже семейных уз. Порабощенные люди общались на невольничьих рынках городского Юга и работали вместе, чтобы помочь своим семьям, облегчить их бремя или просто разочаровать своих поработителей. Простые действия сопротивления, такие как поломка мотыги, съезд повозки с дороги, задержка производства из-за травмы, побег или даже беременность, обеспечили язык, общий для почти всех порабощенных рабочих, чувство единства, которое осталось невысказанным. но разыгрывался ежедневно.

Помимо основного и сбивающего с толку ужаса всего этого, проблема рабства на хлопковом Юге была двоякой. Первым и самым непосредственным был страх и риск восстания. Учитывая, что в 1860 году на Юге проживало почти четыре миллиона отдельных порабощенных людей, а только в Хлопковом поясе проживало почти 2,5 миллиона человек, система общения, сопротивления и потенциального насилия среди порабощенных людей не ускользнула от внимания поработителей по всему региону и всему региону. нация в целом. Еще в 1785 году Томас Джефферсон писал в своих «Записках о штате Вирджиния », что порабощенные должны быть освобождены, но затем их следует колонизировать в другую страну, где они могли бы стать «независимым народом».Предубеждения белых и «воспоминания» черных… . . травм, которые они получили» в рабстве, помешает двум расам успешно жить вместе в Америке. Если бы освобожденные люди не были колонизированы, в конце концов произошли бы «конвульсии, которые, вероятно, никогда не закончатся, кроме истребления той или иной расы».

Южные писатели, плантаторы, фермеры, торговцы и политики выражали те же опасения более полувека спустя. «Юг не может отступить», — заявил анонимный автор в номере De Bow’s Review , издававшемся в Новом Орлеане за 1852 год. «Она должна сражаться с за своих рабов или с против их. Даже трусость не спасла бы ее. Для многих поработителей Юга рабство было спасительной благодатью не только их собственной экономической стабильности, но и поддержания мира и безопасности в повседневной жизни. Большая часть идеологии рабства основывалась на представлении о том, что рабство обеспечивает чувство порядка, долга и законности в жизни отдельных порабощенных людей, чувства, которые, как говорили, африканцы и афроамериканцы иначе не могли бы испытать.Многие думали, что без рабства «черные» (слово, которое чаще всего используется для обозначения «рабов» в обычном разговоре) стали бы жестокими, бесцельными и неуправляемыми.

В 1850-х годах некоторые комментаторы признали проблему внутренней работорговли, законной торговли порабощенными рабочими между штатами, вдоль рек и вдоль атлантического побережья. Внутренняя торговля оживилась за десятилетие до Гражданской войны. Проблема была довольно простой. Чем больше у одного было порабощенных рабочих, тем больше денег стоило их содержание и получение продукта от их труда.По мере того как плантаторы и производители хлопка расширяли свои земли и покупали больше порабощенных рабочих, их ожидания росли.

И производительность в значительной степени увеличилась. Но это произошло на спине порабощенных рабочих с более тяжелыми нагрузками, более продолжительным рабочим днем ​​и более суровыми наказаниями. «Большое ограничение для производства — это труд », — писал один комментатор в журнале American Cotton Planter в 1853 году. И многие плантаторы осознавали это ограничение и работали день и ночь, иногда буквально, чтобы найти предел этого ограничения. Согласно некоторым современным отчетам, к середине 1850-х годов ожидаемое производство отдельного порабощенного человека в Хлопковом поясе Миссисипи увеличилось с четырех-пяти тюков (весом около 500 фунтов каждый) в день до восьми-десяти тюков в день. , в среднем. В других, возможно, более надежных источниках, таких как бухгалтерская книга плантации Буэна-Виста в округе Тензас, штат Луизиана, среднесуточная производительность составляет от 300 до 500 фунтов «на человека», а среднее значение в неделю — от 1700 до 2100 фунтов «на человека». .Производство хлопка «в расчете на одного человека» увеличилось на 600 процентов в Миссисипи между 1820 и 1860 годами. Таким образом, каждый раб работал дольше и усерднее, чтобы не отставать от ожидаемого урожая его или ее поработителей.

Здесь был капитализм с его самым колониальным, жестоким и эксплуататорским лицом. Человечество стало товаром, используемым и работающим для получения прибыли для избранной группы инвесторов, независимо от недостатков, опасностей и безнравственности. Но рабство, прибыль и хлопок существовали не только в сельской местности Юга.Хлопковая революция вызвала рост городского Юга, городов, которые служили южными центрами глобального рынка, каналами, через которые труд порабощенных людей и прибыль плантаторов встречались и финансировали более широкий мир.

Работорговля продавала рабов — мужчин, женщин и детей — как простые предметы собственности, как видно из рекламных объявлений того времени. Плакат 1840 года, рекламирующий продажу порабощенных рабочих в Новом Орлеане. Викимедиа.

 

Большая часть истории рабства и хлопка связана с сельскими районами, где хлопок фактически выращивался.Порабощенные рабочие работали на полях, а плантаторы и фермеры правили своими плантациями и фермами. Но в 1830-х, 1840-х и 1850-х годах на Юге наблюдался необычайный всплеск роста городов. В течение почти полувека после революции Юг существовал как ряд плантаций, округов и небольших городов, некоторые из которых были связаны дорогами, а другие — только реками, ручьями и озерами. Города, безусловно, существовали, но они служили скорее местными портами, чем региональными или национальными торговыми центрами.Например, в Новом Орлеане, тогдашней столице Луизианы, вступившей в союз в 1812 г., в 1820 г. проживало чуть более 27 000 человек; и даже с таким, казалось бы, небольшим населением, это был второй по величине город на Юге — в 1820 году в Балтиморе проживало более 62 000 человек. всего десять в том году, в одном из которых — Мобиле, Алабама — проживало всего 2672 человека, почти половина из которых были порабощены.

Еще в 1820-х годах южная жизнь основывалась на сельском образе жизни — земледелии, труде, приобретении земли и порабощенных рабочих и производстве всего, что могла произвести эта земля и эти порабощенные рабочие. Рынок, часто располагавшийся в ближайшем городке или городе, редко выходил за пределы штата. Даже в таких местах, как Новый Орлеан, Чарльстон и Норфолк, штат Вирджиния, где были действующие порты еще в 1790-х годах, грузы редко, за некоторыми заметными исключениями, покидали американские воды или путешествовали дальше ближайшего порта на побережье.В первые десятилетия девятнадцатого века американское участие в международной торговле в основном ограничивалось портами Нью-Йорка, Бостона, Филадельфии и иногда Балтимора, которые в общих чертах подпадают под демографическую категорию Юга. Импорт превзошел экспорт. В 1807 году импорт США превысил экспорт почти на 100 миллионов долларов, и даже когда в Европе разразились наполеоновские войны, вызвавшие резкое сокращение европейского производства и торговли, Соединенные Штаты по-прежнему получали почти на 50 миллионов долларов больше, чем отправляли.

Хлопок многое изменил, по крайней мере, в отношении Юга. До появления хлопка на Юге было несколько крупных портов, почти ни один из которых не поддерживал международные торговые пути или даже маршруты внутренних поставок. Внутренние путешествия и снабжение были затруднены, особенно в водах реки Миссисипи, главной артерии североамериканского континента и, в конечном итоге, золотого рудника Юга. С сильным течением Миссисипи, смертоносным отливом и постоянными крутыми поворотами, песчаными отмелями и подсистемами навигация была трудной и опасной.Река обещала революцию в торговле, транспорте и коммерции только в году, если бы существовала технология, позволяющая справляться с ее невероятными изгибами и бороться с теченьем, идущим на юг. К 1820-м и 1830-м годам небольшие корабли могли успешно прокладывать себе путь в Новый Орлеан из Мемфиса и даже Сент-Луиса, если бы они на это осмелились. Но проблема была в том, чтобы вернуться. Чаще всего торговцы и моряки топили свои лодки при высадке в Новом Орлеане, продавая древесину ради быстрой наживы или отправляясь домой в фургоне или караване.

Подъему производства хлопка способствовали изменения в транспортных технологиях, которые способствовали и направляли рост южного хлопка в один из ведущих мировых товаров. В январе 1812 года 371-тонный корабль под названием «Новый Орлеан » прибыл в одноименный город из далекого внутреннего порта Питтсбурга, штат Пенсильвания. Это был первый пароход, который прошел по внутренним водным путям североамериканского континента от одного конца до другого и смог вернуться домой.Технология была далека от совершенства — New Orleans затонул два года спустя, наткнувшись на затопленную песчаную отмель, покрытую корягами, — но ее успешные испытания сулили блестящее новое будущее речным путешествиям.

И это будущее было действительно светлым. Всего через пять лет после того, как New Orleans прибыл в его город, 17 пароходов регулярно курсировали вверх по реке. К середине 1840-х годов то же самое сделали более 700 пароходов. В 1860 году порт Нового Орлеана принял и разгрузил 3500 пароходов, полностью ориентированных на внутреннюю торговлю. Эти лодки перевозили около 160 000 тонн сырого продукта, который купцы, торговцы и агенты превратили в торговлю почти на 220 миллионов долларов за один год. Более 80 процентов урожая приходилось на один только хлопок, продукт одних и тех же полей, возделываемых, расширяемых и проданных в течение предшествующих трех десятилетий. Только теперь, в 1840-х и 1850-х годах, эти поля, плантации и фермы могли просто погрузить свою продукцию на лодку и ждать, пока прибыль, кредит или припасы вернутся вниз по реке.

Гордон, изображенный здесь, пережил ужасную жестокость со стороны своего поработителя, прежде чем сбежать на позиции армии Союза в 1863 году. Он станет солдатом и поможет бороться, чтобы положить конец жестокой системе, которая оставила ужасные шрамы на его спине. Мэтью Брэди, Гордон , 1863. Викимедиа.

Взрыв паровой энергии изменил лицо Юга, да и нации в целом. Все, что могло приводиться в движение паром, приводилось в движение паром, иногда со смешанными результатами. Хлопкоочистительные машины, фургоны, мельницы, ткацкие станки и бани, среди бесчисленного множества других, попали в сеть этой новой технологии.Что наиболее важно, реки, озера и заливы Юга больше не были барьерами и помехами для торговли. Наоборот; они стали средством, по которому текла торговля, дорогами модернизирующегося общества и региона. И самое главное, возможность использовать внутренние водные пути соединяла сельские районы со все более городскими портами, а источники сырья — хлопок, табак, пшеницу и т. д. — с оживленным мировым рынком.

Прибрежные порты, такие как Новый Орлеан, Чарльстон, Норфолк и даже Ричмонд, стали мишенью для пароходов и прибрежных перевозчиков.Купцы, торговцы, квалифицированные рабочие, а также иностранные спекулянты и агенты наводнили города. Фактически, Юг испытал более высокие темпы урбанизации между 1820 и 1860 годами, чем, казалось бы, более промышленный, городской Север. Урбанизация Юга просто выглядела иначе, чем на Севере и в Европе. В то время как большинство северных и некоторые европейские города (прежде всего Лондон, Ливерпуль, Манчестер и Париж) развивались по линии промышленности, создавая общественные пространства для повышения морального духа наемных рабочих на фабриках, в доках и на складах, южные города развивались. в рамках циклической логики поддержания торговли хлопком, которая оправдывала и оплачивала содержание порабощенной рабочей силы.Таким образом, рост южных городов позволил процветать рабству и привел Юг в более современный мир.

В период с 1820 по 1860 год во многих южных городах наблюдался резкий рост населения, который происходил параллельно с увеличением производства хлопка и международной торговли с югом и с юга. 27 176 человек, которых Новый Орлеан утверждал в 1820 году, увеличились до более чем 168 000 к 1860 году. Фактически, в Новом Орлеане население увеличилось почти в четыре раза с 1830 по 1840 год, когда Хлопковая революция достигла полного размаха.В то же время население Чарльстона почти удвоилось, с 24 780 до 40 522 человек; Ричмонд расширился в три раза, превратившись из города с населением 12 067 человек в столицу с населением 37 910 человек; а в Сент-Луисе наблюдался самый большой рост среди всех городов страны: из приграничного города с населением 10 049 человек он превратился в быстро развивающийся мегаполис на реке Миссисипи с населением 160 773 человека.

Город и поле, городской центр и сельское пространство были неразрывно связаны между собой в предвоенные десятилетия. И эти отношения связали регион с глобальным рынком и сообществом.По мере роста южных городов они становились все более космополитичными, привлекая людей, которые либо не подходили, либо не интересовались сельской жизнью. Эти люди — купцы, квалифицированные рабочие, торговцы, продавцы всех видов и мастей — привозили сельские товары на рынок, отчаянно нуждавшийся в сырье. Каждому, казалось, было место в торговле хлопком. Агенты, многие из которых были приезжими с Севера, а в некоторых случаях из Европы, представляли интересы плантаторов и фермеров, выращивающих хлопок в городах, устанавливая связи с торговцами, которые, в свою очередь, заключали сделки с мануфактурами на Северо-Востоке, в Ливерпуле и Париже.

Среди наиболее важных аспектов южной урбанизации было развитие среднего класса в городских центрах, что никогда полностью не развивалось в более сельских районах. В самом общем смысле сельский Юг подпадал под двухклассовую систему, в которой землевладельческая элита контролировала политику и большую часть капитала, а работающая беднота выживала за счет натурального хозяйства или основного неквалифицированного труда, финансируемого элитой. Развитие крупных городских центров, основанных на торговле и заполненных временным населением моряков, торговцев и путешественников, привело к появлению на Юге многочисленного высокоразвитого среднего класса.Основываясь на идее отделения от тех, кто выше и ниже их, мужчины и женщины среднего класса на Юге процветали в активной, лихорадочной суете жизни портового города.

Квалифицированные ремесленники, купцы, торговцы, спекулянты и владельцы магазинов составляли южный средний класс. Модные тенденции, которые больше не служили своей первоначальной цели, такие как широкополая шляпа для защиты от солнца, сапоги до колен для верховой езды и льняные рубашки и брюки для защиты от палящего солнца, потеряли популярность в удивительная скорость. Шелк, хлопок и яркие цвета вошли в моду, особенно в прибрежных городах, таких как Новый Орлеан и Чарльстон; галстуки, золотые броши, бриллианты и «лучшие модели Европы» стали стандартами городской жизни среднего класса на Юге. Соседи, друзья и деловые партнеры образовали и присоединились к одним и тем же благотворительным обществам. Эти общества работали, чтобы помочь менее удачливым в обществе, сиротам, бедным, обездоленным. Но во многих случаях эти доброжелательные общества просто служили способом оградить других людей от кругов среднего класса, поддерживая как богатство, так и социальный престиж в замкнутом, хорошо регулируемом сообществе.Члены и партнеры женились на сестрах друг друга, выступали в качестве крестных родителей для детей друг друга и служили, когда пришло время, душеприказчиками завещаний других членов.

Город, расплодившийся в эксклюзивности. Это было частью спешки, частью лихорадки того времени. Построенные на торговле хлопком, финансируемой европейскими и северо-восточными торговцами, рынками и мануфактурами, южные города стали штаб-квартирами крупнейших и наиболее прибыльных товаров страны — хлопка и порабощенных людей. И они приветствовали мир с открытыми чековыми книжками и распростертыми объятиями.

 

Чтобы понять глобальные и экономические функции Юга, мы также должны понять людей, благодаря которым все это работает. Юг, пожалуй, больше, чем любой другой регион Соединенных Штатов, отличался большим разнообразием культур и ситуаций. Юг по-прежнему полагался на существование рабства; и в результате к 1860 году здесь проживало почти 4 миллиона порабощенных людей, что составляло более 45 процентов всего населения Юга. Естественно, эти люди, хотя и несвободные в своих движениях, создали собственную культуру.Они создали родственные и семейные сети, системы (часто незаконной) торговли, лингвистические коды, религиозные общины и даже благотворительные организации и организации социальной помощи — все это находилось в тисках рабства, системы, ориентированной на добычу, а не на развитие, работу и производство, а не сообщество и эмоции.

Понятие семьи больше, чем что-либо другое, играло решающую роль в повседневной жизни порабощенных людей. Семейные и родственные сети и выгоды, которые они несли, представляли собой институт, с помощью которого порабощенные люди могли собрать воедино чувство общности, чувства и преданности, отделенные от принудительной системы производства, которая определяла их повседневную жизнь.Создание семейных единиц, далеких родственников и общинных традиций позволяло порабощенным людям сохранять религиозные верования, древние традиции предков и даже имена, передаваемые из поколения в поколение, что бросало вызов порабощению. Идеи, передаваемые между родственниками на разных плантациях, имена, данные детям в честь умерших, и основные формы любви и преданности создавали ощущение индивидуальности, идентичности, которая смягчала одиночество и отчаяние порабощенной жизни.Семья определяла, как каждая плантация, каждое сообщество функционировали, росли и работали.

Ничто в рабстве не длилось долго, по крайней мере, в прежней форме. Порабощенные семьи и сети не были исключением из этого правила. Порабощенные африканцы в семнадцатом и восемнадцатом веках вступали в браки — иногда полигамные — с представителями тех же этнических групп, когда это было возможно. Это, что наиболее важно, позволяло поддерживать культурные традиции, такие как язык, религия, обычаи имен и даже редкая практика физического запугивания.В некоторых частях Юга, таких как Луизиана и прибрежная Южная Каролина, процветала этническая однородность, и в результате традиции и сети оставались относительно неизменными на протяжении десятилетий. По мере того, как число порабощенных людей, прибывающих в Соединенные Штаты, увеличивалось, и поколения порабощенных рабочих американского происхождения обогнали коренное население африканского происхождения, практика браков, особенно между членами одной и той же этнической группы или даже просто одной и той же плантации, стало жизненно важным для продолжения устаревающих традиций.Брак служил единственным наиболее важным аспектом формирования культуры и идентичности, поскольку он связывал порабощенных людей с их собственным прошлым и давал чувство защиты на будущее. К началу Гражданской войны примерно две трети порабощенных людей были членами нуклеарных домохозяйств, каждое из которых состояло в среднем из шести человек — матери, отца, детей и часто дедушки и бабушки, пожилых тети или дяди и даже «родных родственников». ». Те, у кого не было брачных уз или даже нуклеарной семьи, по-прежнему поддерживали семейные связи, чаще всего живя с одним родителем, братом, сестрой или бабушкой и дедушкой.

Свободные цветные люди жили на юге Америки, особенно в городских районах, таких как Чарльстон и Новый Орлеан. Некоторые были относительно обеспечены, как эта женщина de couleur libre, которая позировала со своим ребенком смешанной расы перед своим домом в Новом Орлеане, занимая промежуточное положение между свободными белыми людьми и порабощенными черными людьми. Свободная цветная женщина с дочерью-квадруном; Коллаж конца 18 века, Новый Орлеан. Викимедиа

Многие браки между порабощенными людьми длились много лет.Но всегда маячила угроза разрушения, часто через продажу. По мере роста внутренней работорговли после конституционного запрета на ввоз рабов в 1808 году и роста производства хлопка в 1830-х и 1840-х годах порабощенные семьи, особенно те, которые были созданы до прибытия в Соединенные Штаты, оказались под растущей угрозой. Сотни тысяч браков, многие из которых имели детей, пали жертвой продажи «вниз по течению» — эвфемизм для почти постоянного потока порабощенных рабочих вниз по реке Миссисипи в развивающийся хлопковый пояс на юго-западе. Фактически, только во время Хлопковой революции от одной пятой до одной трети всех браков между порабощенными людьми были расторгнуты в результате продажи или вынужденного переселения. Но это была не единственная угроза. Плантаторы и поработители всех форм и размеров признавали, что брак был в самом простом и трагическом смысле привилегией, предоставленной и определенной ими для их порабощенных рабочих. И в результате многие поработители использовали браки или угрозы им, чтобы выжимать больше продукции, противодействовать неповиновению или просто делать жест власти и превосходства.

Угрозы семейным связям, бракам и стабильности семьи не прекратились со смертью поработителя. Порабощенная пара могла прожить вместе всю жизнь, даже родившись, вырастив и поженившись на плантации рабов, а после смерти своего поработителя оказаться на противоположных сторонах известного мира. Достаточно одного родственника, душеприказчика, кредитора или друга умершего, чтобы предъявить иск против поместья, чтобы вызвать продажу и расселение всей порабощенной общины.

Порабощенные женщины были особенно уязвимы перед поворотами судьбы, связанными с рабством. Во многих случаях порабощенные женщины выполняли ту же работу, что и мужчины, проводя день — от восхода до заката — в полях, собирая и связывая хлопок. В некоторых редких случаях, особенно на больших плантациях, плантаторы, как правило, использовали женщин в качестве домашней прислуги больше, чем мужчин, но это не было универсальным. Однако в обоих случаях опыт порабощенных женщин отличался от опыта их коллег-мужчин, мужей и соседей.Сексуальное насилие, нежелательная беременность и постоянное воспитание детей при продолжении работы в поле — все это сделало жизнь порабощенной женщины более склонной к разрушениям и неопределенности. Гарриет Джейкобс, порабощенная женщина из Северной Каролины, описала попытки своего поработителя изнасиловать ее в своем повествовании « Инциденты из жизни рабыни ». Джейкобс предположил, что ее успешные попытки сопротивляться сексуальному насилию и ее решимость любить того, кого она хотела, были «чем-то вроде свободы. Но эта «свобода», какой бы сильной и контекстуальной она ни была, не забрасывала широкую сеть. У многих порабощенных женщин не было выбора в отношении любви, секса и материнства. На плантациях, небольших фермах и даже в городах изнасилование было обычным явлением. Подобно разделению семей, поработители использовали сексуальное насилие как форму терроризма, способ способствовать увеличению производства, повиновению и властным отношениям. И это касалось не только незамужних женщин. В многочисленных современных отчетах особенно жестокие поработители заставляли мужчин быть свидетелями изнасилования их жен, дочерей и родственников, часто в качестве наказания, но иногда как садистское выражение власти и господства.

Как собственность, порабощенные женщины не имели права регресса, и общество, по большому счету, не видело преступления в этом виде насилия. Расистские псевдоученые утверждали, что белые не могут физически изнасиловать африканцев или афроамериканцев, поскольку половые органы каждого из них в этом отношении несовместимы. Закон штата в некоторых случаях поддерживал эту точку зрения, утверждая, что изнасилование может произойти только между двумя белыми людьми или между черным мужчиной и белой женщиной. Все остальные случаи подпадали под молчаливое принятие. Последствия изнасилования тоже ложились на порабощенных жертв.Беременность, наступившая в результате изнасилования, не всегда облегчала работу матери. И если порабощенная женщина выступала против насильника, будь то ее поработитель или любой другой белый нападавший, ее действия рассматривались как преступления, а не отчаянные попытки выживания. Например, 19-летняя порабощенная женщина по имени Селия стала жертвой неоднократного изнасилования со стороны своего поработителя в округе Каллауэй, штат Миссури. Между 1850 и 1855 годами Роберт Ньюсом изнасиловал Селию сотни раз, в результате чего у нее родилось двое детей и несколько выкидышей. Осенью 1855 года Селия, больная и отчаявшаяся, взяла дубину и ударила своего поработителя по голове, убив его. Но вместо сочувствия и помощи или хотя бы честной попытки понять и сопереживать общество призвало казнить Селию. 16 ноября 1855 года, после десятидневного судебного разбирательства, Селия, 19-летняя жертва изнасилования и рабыня, была повешена за преступления против своего поработителя.

На этой фотографии изображены Селина Грей и две ее дочери. Грей был порабощенной экономкой Роберта Э.Ли. Служба национальных парков.

Гендерное неравенство не всегда соответствовало расовому неравенству. Южное общество, особенно в эпоху хлопка, подчинялось белым людям, при которых писались, диктовались и поддерживались законы, социальные нормы и культурные обычаи. Белые и свободные цветные женщины жили в обществе, где почти во всех аспектах доминировали мужчины. Лишенные избирательных прав женщины всех статусов и цветов кожи не имели прямого представительства в создании и обсуждении законов. Говорили, что мужья представляли своих жен, поскольку публичная сфера была слишком жестокой, горячей и высокомерной для женщин. Общество ожидало, что женщины будут представлять основы республики, приобретая респектабельность благодаря своей работе по дому, поддержке своих мужей и детей, вдали от грубого и шумного царства мужественности. Кроме того, во многих случаях закон не защищал женщин так же, как мужчин. В большинстве штатов брак, действие, ожидаемое от любой уважающей себя, разумной женщины любого класса, фактически навсегда передавал все имущество женщины ее мужу, независимо от притязаний или распоряжения.Разводы существовали, но вряд ли работали в пользу женщины, а часто в случае успеха разрушали положение жены в обществе и даже приводили к известным случаям самоубийства.

Жизнь на земле хлопкового Юга, как и города, системы и сети, в которых она покоилась, бросала вызов стандартному повествованию Старого Юга. Рабство существовало, чтобы доминировать, но порабощенные люди формировали узы, поддерживали традиции и создавали новую культуру. Они влюблялись, заводили детей и защищали друг друга, используя привилегии, предоставленные им их похитителями, а базовый интеллект позволял всем людям.Они были находчивы, гениальны и полны энергии, и они создали свободу там, где свободы, казалось бы, быть не могло. И в этих сообществах стойкость и самоотверженность часто приводили к культурной поддержке. Среди порабощенных, женщин и обедневших, но свободных, культура процветала так, что ее трудно увидеть сквозь тюки хлопка и стопки денег, лежащие на доках и в конторах городских центров Юга. Но религия, честь и гордость превыше материальных благ, особенно у тех, кто не мог так выражаться.

Проблема эмиграции вызвала разную реакцию афроамериканцев. Десятки тысяч людей уехали из Соединенных Штатов в Либерию, карта которой показана здесь, в поисках большей свободы и процветания. Большинство эмигрантов не добились такого успеха, но Либерия десятилетиями продолжала привлекать чернокожих поселенцев. Дж. Ашмун, Карта западного побережья Африки от Сьерра-Леоне до мыса Пальмас, включая колонию Либерия…, 1830 г. Библиотека Конгресса.

 

Экономический рост, насилие и эксплуатация сосуществовали и взаимно укрепляли евангельское христианство на Юге.Возрождения Второго Великого пробуждения установили преобладающую религиозную культуру региона. Во главе с методистами, баптистами и, в меньшей степени, пресвитерианами этот интенсивный период религиозного возрождения охватил всю южную глубинку. К началу гражданской войны подавляющее большинство южан, принадлежавших к какой-либо религиозной конфессии, принадлежало либо к баптистской, либо к методистской вере. Обе церкви на Юге ненадолго выступили против рабства, прежде чем превратились в одних из самых ярых защитников рабства и южного общественного строя.

Служители Юга утверждали, что сам Бог избрал африканцев для рабства, но также считали евангелизацию порабощенных людей одним из своих величайших призваний. Миссионерские усилия среди порабощенных южан в значительной степени увенчались успехом, и протестантизм быстро распространился среди афроамериканцев, что привело к увеличению количества двухрасовых общин и известных независимых черных церквей. Некоторые чернокожие и белые южане установили положительные и полезные межрасовые связи; однако чаще чернокожие и белые южане описывали натянутые или поверхностные религиозные отношения.

Поскольку институт рабства ужесточил расизм на Юге, отношения между миссионерами и коренными американцами также изменились. Миссионеры всех вероисповеданий одними из первых объявили себя «столпами власти белых». После покупки Луизианы в 1803 году культура плантаций распространилась на Глубокий Юг, и миссионерская работа стала важнейшим элементом христианской экспансии. Пограничные миссионерские школы несли непрерывный поток христианского влияния в общины коренных американцев.Некоторые миссионеры изучали языки коренных народов, но многие другие работали над тем, чтобы дети коренных народов не говорили на своих родных языках, настаивая на английском для христианского понимания. Во время переселения индейцев в 1835 году и «Дороги слез» в 1838 году миссионеры на Юге проповедовали теологию, выступающую за рабство, в которой подчеркивалось послушание поработителям, библейская основа расового рабства через проклятие Хама и «цивилизационный» патернализм поработителей. .

Порабощенные люди чаще всего получали христианские наставления от белых проповедников или поработителей, чьи религиозные послания обычно подчеркивали подчинение порабощенных людей.Законы против грамотности гарантировали, что большинство порабощенных людей не смогут прочитать Библию полностью и, следовательно, не смогут ознакомиться с такими вдохновляющими историями, как Моисей, освобождающий израильтян из рабства. Противоречия между Словом Божьим и жестокостью поработителей не остались незамеченными многими порабощенными афроамериканцами. Как заявил бывший раб Уильям Уэллс Браун, «рабовладельцы прячутся за церковью», добавляя, что «невозможно найти более молящегося, проповедующего, поющего псалмы народа, чем рабовладельцы Юга.

Многие порабощенные люди решили создать и практиковать свои собственные версии христианства, которые обычно включали аспекты традиционных африканских религий с ограниченным участием белого сообщества. Нат Тернер, лидер великого восстания рабов, рано нашел вдохновение в религии. Приняв строгий христианский образ жизни в подростковом возрасте, Тернер утверждал, что в двадцатые годы его посещали «духи», и считал себя чем-то вроде пророка.Он утверждал, что у него были видения, в которых он был призван выполнять работу Бога, что заставило некоторых современников (а также историков) усомниться в его здравомыслии.

Вдохновленный своей верой, Тернер возглавил самое кровопролитное восстание рабов на довоенном Юге. Утром 22 августа 1831 года в округе Саутгемптон, штат Вирджиния, Нат Тернер и шесть сотрудников попытались освободить порабощенное население региона. Тернер инициировал насилие, убив своего поработителя ударом топора по голове.К концу дня Тернер и его банда, численность которой превысила пятьдесят человек, убили пятьдесят семь белых мужчин, женщин и детей на одиннадцати фермах. На следующий день местная милиция и белые жители схватили или убили всех участников, кроме Тернера, который несколько недель прятался в близлежащих лесах, прежде чем был схвачен и казнен. Белый террор, последовавший за восстанием Ната Тернера, преобразовал южную религию, поскольку законы о борьбе с грамотностью усилились, а церкви, возглавляемые черными, были распущены и переданы под надзор белых служителей.

На этой гравюре на дереве запечатлен ужас, который испытали белые южане после восстания Ната Тернера. После восстания напуганные белые реакционеры убили сотни порабощенных людей, большинство из которых не были связаны с восстанием, а государство ввело более строгие и ограничивающие законы, касающиеся рабства. Афроамериканское общество интеллектуальной истории.

Евангелическая религия также сформировала понимание того, что значит быть южным мужчиной или южной женщиной. Южная мужественность в значительной степени формировалась одержимостью мужской честью, тогда как южная женственность была сосредоточена на ожиданиях сексуальной добродетели или чистоты.Честь уделяла приоритетное внимание общественному признанию претензий белых мужчин на репутацию и авторитет. Южные мужчины разработали кодекс, чтобы ритуализировать свои взаимодействия друг с другом и выполнять свои ожидания чести. Этот код структурировал язык и поведение и был разработан для минимизации конфликтов. Но когда конфликт действительно возникал, кодекс также предусматривал ритуалы, которые уменьшали возникающее в результате насилие.

Формальная дуэль продемонстрировала действие кодекса. Если двое мужчин не могли урегулировать спор через арбитраж своих друзей, они обменивались выстрелами из пистолета, чтобы доказать свой равный статус чести.Дуэлянты устраивали уединенные встречи, выбирали из набора смертоносное оружие и, рискуя жизнью, сталкивались на шпагах или стреляли друг в друга из пистолетов. Некоторые из самых выдающихся людей в американской истории участвовали в дуэли в какой-то момент своей жизни, в том числе президент Эндрю Джексон, вице-президент Аарон Берр и сенаторы США Генри Клэй и Томас Харт Бентон. Во всех случаях, кроме случая Берра, дуэли помогли этим людям стать известными.

Насилие среди низших классов, особенно в отдаленных районах, включало кулачные бои и перестрелки.Тактика включала в себя заточку ногтей и заточку зубов в острые как бритва точки, которыми можно было выколоть глаза и откусить уши и носы. В дуэли джентльмен добивался признания, рискуя своей жизнью, а не убивая своего противника, тогда как те, кто участвовал в драках, добивались победы, калеча своего противника.

Правовая система частично виновата в распространении насилия на Старом Юге. Хотя в штатах и ​​территориях были законы против убийств, изнасилований и различных других форм насилия, в том числе специальные законы против дуэлей, южане из высшего сословия редко подвергались судебному преследованию, и присяжные часто оправдывали обвиняемых.Несмотря на то, что сотни дуэлянтов дрались и убивали друг друга, мало свидетельств того, что многие дуэлянты столкнулись с судебным преследованием, и только один, Тимоти Беннетт (из Бельвилля, Иллинойс), когда-либо был казнен. Напротив, прокуратура обычно возбуждала дела против южан из низшего сословия, которые были признаны виновными в большем количестве, чем их более богатые коллеги.

Акцент Юга на чести затронул и женщин. В то время как южные мужчины работали над сохранением чувства мужественности; так и южные женщины культивировали чувство женственности.Женственность на Юге была тесно связана с домашней сферой, даже в большей степени, чем у женщин на Севере. Культ домашнего хозяйства строго ограничивал возможности состоятельных южных женщин участвовать в общественной жизни. В то время как северные женщины начали организовывать реформаторские общества, южные женщины оставались привязанными к дому, где им предписывалось развивать религиозную чувствительность своих семей и вести домашнее хозяйство. Однако вести домашнее хозяйство было непросто. Для женщин на больших плантациях ведение домашнего хозяйства включало бы в себя руководство большим бюрократическим аппаратом потенциально мятежных порабощенных людей.Для большинства южных женщин, которые не жили на плантациях, ведение домашнего хозяйства включало почти постоянную работу по поддержанию семьи в чистоте, питании и хорошем поведении. Помимо этих обязанностей, многие южные женщины должны были помогать в сельскохозяйственных работах.

Женский труд был важным аспектом южной экономики, но социальное положение женщин в южной культуре понималось не через экономический труд, а скорее через моральную добродетель. В то время как мужчины боролись за то, чтобы продвинуться вперед в бурном мире хлопкового бума, женщинам было поручено оказывать успокаивающее и нравоучительное влияние на мужей и детей.Дом должен был стать местом тихой передышки и духовного утешения. Под руководством добродетельной женщины южный дом будет воспитывать ценности, необходимые для экономического успеха и культурного совершенства. Женская добродетель стала пониматься в основном как эвфемизм сексуальной чистоты, а южная культура, южный закон и южное насилие в значительной степени были сосредоточены на защите этой добродетели сексуальной чистоты от любой возможной воображаемой угрозы. В мире, насыщенном сексуальной эксплуатацией чернокожих женщин, южане развили параноидальную одержимость защитой сексуальной чистоты белых женщин. Черные мужчины были представлены как ненасытная сексуальная угроза. Расовые системы насилия и господства применялись с сокрушительной силой на протяжении поколений, и все во имя сохранения белой женственности такой же чистой, как хлопок, на котором держалось южное общество.

 

Хлопок создал довоенный Юг. Чрезвычайно прибыльный товар открыл прежде закрытому обществу величие, прибыль, эксплуатацию и социальные аспекты более крупного, более связанного глобального сообщества.Таким образом, Юг и весь мир выиграли от Хлопковой революции и вызванного ею роста городов. Но не все то золото, что блестит. Рабство осталось, а внутренняя работорговля выросла до неисчислимых высот по мере приближения 1860-х годов. Политика, межрасовые отношения и бремя рабства продолжались под рев пароходов, контор и товарообмена. Под всем этим оставалось много вопросов — главный из них, что делать, если рабство каким-то образом окажется под угрозой.

 

1.Нат Тернер объясняет восстание в Саутгемптоне, 1831 г.

В августе 1831 года Нэт Тернер возглавил восстание порабощенных и свободных чернокожих, в результате которого погибло более пятидесяти белых мужчин, женщин и детей. Нэт Тернер воспринял свой бунт как стихийное бедствие. Пока он ждал суда, Тернер поговорил с белым адвокатом Томасом Раффином Греем, который записал их разговоры в следующий документ.

2. Гарриет Джейкобс об изнасиловании и рабстве, 1860 г.

Гарриет Джейкобс родилась в рабстве в Северной Каролине.После побега в Нью-Йорк Джейкобс в конце концов написала рассказ о своем порабощении под псевдонимом Линда Брент. В этом отрывке Джейкобс рассказывает о своем опыте борьбы с сексуальным насилием со стороны своего поработителя.

3. Соломон Нортап описывает невольничий рынок, 1841 г.

Соломон Нортап был свободным чернокожим в Нью-Йорке, который был схвачен и продан в рабство. Через двенадцать лет его спасли и вернули семье. Вскоре после этого он опубликовал рассказ о своем опыте рабства. Этот отрывок описывает ужасы, которые он видел на невольничьем рынке.

4. Джордж Фицхью утверждает, что рабство лучше свободы и равенства, 1854 г.

В течение девятнадцатого века некоторые американцы изменили свое понимание рабства с необходимого зла на положительное благо. Джордж Фитцхью предложил одну из самых последовательных и изощренных мер защиты рабства. В его исследовании «Социология для Юга » северное общество подвергалось критике как коррумпированное, а рабство — как мягкая система, предназначенная для «защиты» низшей черной расы и содействия социальной гармонии.

5. Проповедь об обязанностях христианки, 1851 г.

Рыночная революция привела к ужесточению гендерных ролей как на Севере, так и на Юге, но Юг, как правило, более твердо придерживался ожидания «отдельных сфер». В этой проповеди преподобный Олдерт Смидс из Роли, Северная Каролина, восхваляет достоинства женщин и объясняет обязанности женщины-христианки.

6. Мэри Полк Бранч вспоминает жизнь на плантациях, 1912 год

Сосуществование жестокого угнетения и искренней привязанности было лишь одним из многих противоречий довоенной рабовладельческой системы.В этом послевоенном размышлении Мэри Полк Бранч вспоминает свою жизнь поработительницы. Мы видим здесь, как многие белые южане оправдывали владение людьми, а также указание на приоритеты и перспективы порабощения женщин.

7. Уильям Уэллс Браун, « Clotel; или «Дочь президента: рассказ о рабской жизни в Соединенных Штатах », 1853

Впервые опубликовано в Лондоне, Clotel; или «Дочь президента» (1853) Уильяма Уэллса Брауна считается первым романом афроамериканца.Браун родился в рабстве в Кентукки и сбежал на свободу в возрасте 20 лет. Открытие аукциона Каррер, предполагаемой любовницы Томаса Джефферсона, и их двух дочерей, Клотель и Альтезы. У Джефферсона действительно были сексуальные отношения с порабощенной женщиной по имени Салли Хеммингс, но эта история больше раскрывает ужасающие реалии жизни в рабстве, чем объясняет конкретные переживания Салли Хеммингс и ее детей.

8. Картина с изображением рабов на продажу, 1861 г.

Английский художник Эйр Кроу путешествовал по югу Америки в начале 1850-х годов.Он был особенно потрясен, увидев ужасы невольничьего рынка, где семьи были разлучены в результате продажи. На этой картине Кроу изображает порабощенного мужчину, нескольких женщин и детей, ожидающих продажи на аукционе.

9. Мультфильм о рабстве, 1850 г.

Европейские альянсы помогли американскому движению против рабства. Но сторонники прорабства также проводили трансатлантические сравнения. Этот образ прорабства невежественно изображает порабощенных людей, которые, по мнению белых наблюдателей , были веселы и довольны своим рабством.Сторонники прорабства пытались заявить, что английские фабричные рабочие пострадали от «рабства» хуже, чем порабощенные африканцы и афроамериканцы на юге Америки.

 

Эту главу отредактировал Эндрю Вегманн, а материалы внесли Ян Бимиш, Аманда Беллоуз, Марджори Браун, Мэтью Байрон, Штеффи Серато, Кристин Кондотта, Мари Крэбтри, Джефф Фортни, Джон Харрис, Роберт Гудместад, Джон Маркс, Мария Монтальво, Джеймс Энтони Оуэн, Кэтрин Рорер, Мари Станго, Джеймс Веллборн, Бен Райт и Эшли Янг.

Рекомендуемая ссылка: Ян Бимиш и др., «Хлопковая революция», Эндрю Вегманн, изд., в The American Yawp , ред. Джозеф Локк и Бен Райт (Стэнфорд, Калифорния: Stanford University Press, 2018).

 

Рекомендуемое чтение

  • Баптист, Эдвард Э. Половина никогда не была сказана: рабство и создание американского капитализма. Нью-Йорк: Basic Books, 2014.
  • Бекерт, Свен. Хлопковая империя: глобальная история. Нью-Йорк: Кнопф, 2014.
  • Блассингейм, Джон В. Сообщество рабов: плантационная жизнь на довоенном юге. Нью-Йорк: Издательство Оксфордского университета, 1979.
  • Лагерь, Стефани М. Х. Ближе к свободе: порабощенные женщины и повседневное сопротивление на юге плантации. Чапел-Хилл: University of North Carolina Press, 2004.
  • Данауэй, Вильма А. Афро-американская семья в рабстве и эмансипации. Кембридж, Великобритания: Издательство Кембриджского университета, 2003.
  • Эйнхорн, Робин. Американское налогообложение, американское рабство. Чикаго: University of Chicago Press, 2006.
  • Английский, Бет. Общая нить: рабочая сила, политика и мобильность капитала в текстильной промышленности. Афины: University of Georgia Press, 2006.
  • Форд, Лейси К. Избавь нас от лукавого: вопрос о рабстве на Старом Юге. Нью-Йорк: Издательство Оксфордского университета, 1999.
  • Дженовезе, Юджин Д. Ролл, Джордан, Ролл: Мир, созданный рабами. Нью-Йорк: Винтажные книги, 1974.
  • Хан, Барбара. Создание яркого табака: создание американского товара, 1617–1937 гг. Балтимор: Издательство Университета Джона Хопкинса, 2011.
  • Холл, Гвендолин Мидло. Рабство и африканские этнические группы в Америке: восстановление связей. Чапел-Хилл: University of North Carolina Press, 2005.
  • Джонсон, Уолтер. Река темных снов: Рабство и империя в Хлопковом королевстве. Кембридж, Массачусетс: Belknap Press, 2013.
  • Джонс, Жаклин. Труд любви, труд печали: черные женщины, работа и семья, от рабства до наших дней. Нью-Йорк: Basic Books, 2010.
  • Колчин Петр. Американское рабство: 1619–1877 гг. Нью-Йорк: Хилл и Ван, 1993.
  • Лаквете, Анджела. Изобретение хлопкоочистительной машины: машина и миф в довоенной Америке. Балтимор: Издательство Университета Джона Хопкинса, 2003.
  • Марлер, Скотт П. Торговый капитал: Новый Орлеан и политическая экономия Юга девятнадцатого века. Нью-Йорк: Издательство Кембриджского университета, 2013.
  • Макдональд, Робин и Валери Поуп Бернс. Видения черного пояса: культурный обзор сердца Алабамы. Таскалуса: Издательство Алабамского университета, 2015 г.
  • Макиннис, Мори Д. Рабы, ожидающие продажи: аболиционистское искусство и американская работорговля. Чикаго: University of Chicago Press, 2011.
  • Пеннингрот, Дилан С. Требования родственников: афроамериканская собственность и сообщество на юге девятнадцатого века. Чапел-Хилл: University of North Carolina Press, 2003.
  • Ротман, Джошуа Д. Времена прилива и лихорадочные мечты: история капитализма и рабства в эпоху Джексона. Афины: Издательство Университета Джорджии, 2012.
  • Соммервиль, Дайан Миллер. Изнасилование и раса на юге девятнадцатого века. Чапел-Хилл: University of North Carolina Press, 2004.
  • Тайз, Ларри Э. Прорабство: история защиты рабства в Америке, 1701–1840 гг. Афины: Издательство Университета Джорджии, 1987.
  • Тайлер-Макгроу, Мари. У водопада: Ричмонд, Вирджиния, и его жители. Чапел-Хилл: Университет Северной Каролины, 1994.
  • Вест, Эмили. Цепи любви: пары рабов в довоенной Южной Каролине. Урбана: University of Illinois Press, 2004.
  • Уайт, Дебора Грей. Разве я не женщина?: Рабыни на юге плантации. Нортон, 1999.
  • Вуд, Бетти. Истоки американского рабства: свобода и рабство в английских колониях. Нью-Йорк: Хилл и Ван, 1997.

Примечания

Использование рабства в колониях Новой Англии


Разговоры о рабстве в Соединенных Штатах часто сосредотачиваются на Юге и Гражданской войне. Тем не менее, корни рабства в Новом Свете уходят гораздо глубже — к первоначальным британским колониям, включая самые северные в Новой Англии. Хотя Новая Англия позже стала известна своими лидерами-аболиционистами и ее ролью в помощи ранее порабощенным чернокожим южанам и тем, кто бежал из рабства, колонии имели историю использования порабощенного и наемного труда для создания и построения своей экономики.


Происхождение американского рабства

Концепция рабства вряд ли была новой, когда английские колонисты достигли берегов Северной Америки, как это практиковалось в Европе более чем за столетие до колоний. Таким образом, прибытие африканцев в Вирджинию в 1619 году было не началом нового явления, а началом торговли людьми между Африкой и Северной Америкой на основе социальных норм Европы.

В то время как рабство росло экспоненциально на Юге с крупномасштабными плантациями и сельскохозяйственными операциями, рабство в Новой Англии было другим.Большинство порабощенных на Севере не жили большими общинами, как в среднеатлантических колониях и на Юге. Экономика этих южных штатов зависела от людей, порабощенных на плантациях , которые обеспечивали рабочую силу и поддерживали работу огромных табачных и рисовых ферм. Но без такого роста плантаций в Новой Англии было более типично иметь одного или двух порабощенных людей, прикрепленных к домашнему хозяйству, бизнесу или небольшой ферме.

В Новой Англии отдельные порабощенные люди обычно обучались специальным навыкам и ремеслам из-за более разнообразной экономики области.Министры, врачи, торговцы и купцы также использовали порабощенный труд, чтобы работать вместе с ними и вести домашнее хозяйство. Как и на Юге, порабощенных мужчин часто заставляли выполнять тяжелые или сельскохозяйственные работы. Порабощенных женщин часто заставляли работать домашней прислугой, тогда как на Юге женщины часто выполняли сельскохозяйственные работы.

Подневольные рабочие Новой Англии: порабощенные, наемные слуги и коренные американцы

Одной из причин, по которой рабство развивалось в Новой Англии иначе, чем в средних и южных колониях, была культура наемного рабства.Как пережиток английской практики, наемные слуги были первоначальным стандартом принудительного труда в Новой Англии и средних колониях, таких как Пенсильвания и Делавэр. Эти наемные слуги были людьми, добровольно отрабатывающими долги, обычно подписывая контракт на выполнение рабского труда на срок от четырех до семи лет. По оценкам историков, более половины первоначального населения американских колоний было перевезено в качестве наемных слуг.

Колонии Новой Англии также медленнее начинали принимать африканское рабство в целом — возможно, потому, что существовали местные альтернативы порабощенным африканцам. В начале истории Новой Англии появился другой вид торговли людьми: порабощение и отправка местных коренных американцев в Вест-Индию. Этот вид рабства был ограничен по сравнению с количеством порабощенных африканцев и наемных слуг, которые в конечном итоге прибыли в Новую Англию, но вывоз и порабощение этих коренных жителей был неоспоримой частью ранней торговли людьми в Новой Англии.

Порабощенные африканцы быстро заменили наемных слуг на плантациях в Вирджинии, Мэриленде и других южных колониях, но в Новой Англии импортированные порабощенные люди изначально получили тот же статус, что и наемные слуги.Ситуация изменилась в 1641 году, когда колония Массачусетского залива приняла законы для порабощенных людей, отличающие порабощенный труд от контрактного труда наемных слуг, что лишило порабощенных прав.

Тем не менее, подходы колоний Новой Англии к рабству стали различаться, даже когда рабство стало более распространенным в Массачусетсе, Коннектикуте и Род-Айленде в 18 веке. Колониальное правительство в Род-Айленде, где к 1700-м годам было самое большое порабощенное население, пыталось, хотя в конечном итоге и потерпело неудачу, обеспечить соблюдение законов, которые давали порабощенным те же права, что и наемным слугам, и освобождали порабощенных людей после 10 лет службы.Хотя торговля людьми продолжала процветать на протяжении 1700-х годов, эти первые шаги по борьбе с торговлей людьми предвещали то, что должно было произойти в колониях Новой Англии.

Становление «Свободного Севера»

Использование рабства в колониях (особенно южных) продолжало расти на протяжении 18 го века, но по мере того, как колонии приближались к революции против Англии, происходило растущая тенденция подвергать сомнению рабство и его практику в Новой Англии.Количество людей, освобожденных от рабства в Новой Англии, росло, поскольку порабощенным, сражавшимся в Войне за независимость (с обеих сторон), была предложена свобода.

Религиозные общества, такие как квакеры (которые считали рабство греховным и аморальным), положили начало движениям против рабства в Новой Англии. Эти ранние движения позже сформируют костяк аболиционистских движений 19 -го -го века, которые распространились по Соединенным Штатам.

Правительство Новой Англии также начало вмешиваться, запретив активную торговлю людьми в колониях Коннектикут и Род-Айленд.Однако в то время немногие колониальные лидеры хотели полной отмены рабства. Только в последние десятилетия 18-го века бывшие колонии Новой Англии начали долгий процесс объявления рабства вне закона с помощью законов об освобождении. Однако это были законы о «постепенной эмансипации», призванные постепенно отказаться от этого института в течение многих лет. Хотя после принятия этих законов порабощенное население со временем сократилось, в некоторых северных штатах порабощенные люди все еще находились в заключении на законных основаниях в течение десятилетий. Несмотря на принятие этих законов о постепенной эмансипации в 1784 году, Род-Айленд и Коннектикут освободили своих последних порабощенных людей только в 1840-х годах.

Отношение к рабству — Север и Юг — Рабство и гражданская война — Национальный 5 пересмотр истории

Рабство существовало в США с 17 века.

9 Работа на плантации, выполненные рабами
юг
юг север
01
Смешанная экономика с фабриками и фермами
Вообще, работа была сделана оплаченным
Многие южане считали рабство неотъемлемой частью своего образа жизни Многие жители Севера хотели, чтобы рабство было отменено рабские государства.Это не должно было длиться долго. По мере того как все больше людей как с Севера, так и с Юга двигались на запад, проблема рабства начала создавать проблемы.

  • Поселенцы с Юга хотели перебраться на Запад и взять с собой своих рабов
  • По мере создания новых государств проблема рабства грозила разлучить страну.

    В 1820 году для решения этой проблемы был принят Компромисс Миссури .

    Компромисс Миссури

    К 1819 году США состояли из 22 штатов, поровну разделенных между рабовладельческими и свободными штатами.

    В ноябре 1819 года Миссури потребовал, чтобы он стал новым штатом, в котором разрешено рабство. Север хотел заблокировать распространение рабства. Они также были обеспокоены тем, что дополнительное рабовладельческое государство даст Югу политическое преимущество. Юг считал, что новые штаты должны иметь право разрешать рабство, если захотят. в ярости они не хотели, чтобы рабство распространялось и Север имел преимущество в сенате США.Компромисс был достигнут только в марте 1820 года.

    • Миссури был рабовладельческим штатом, но другой новый штат (Мэн) был признан свободным штатом.
    • на новых западных территориях рабство не разрешалось выше 36°30′ северной широты.

    Правило «кляпа»

    » Ам У меня кляп или нет?»

    Представитель Джон Куинси Адамс в ответ на правило кляпа в Палате представителей, 25 мая 1836 г.

    Конституция гарантирует гражданам право «обращаться к правительству с возмещение обид. «Американцы девятнадцатого века упражнялись это право энергично. Каждую сессию Конгресс получал петиции «уважительно», но «усердно молясь» за действие. В 1834 году Американское общество борьбы с рабством начало борьбу с рабством. диск с петициями. В течение следующих нескольких лет количество петиций отправленных в Конгресс, резко увеличилось. Например, в 1837—1838 гг. Аболиционисты направили в Конгресс более 130 000 петиций с просьбой за отмену рабства в Вашингтоне, округ Колумбия.Как противники рабства стали более настойчивыми, южные члены Конгресса все чаще непреклонны в своей защите рабства.

    В мае 1836 г. Палата представителей приняла резолюцию, которая автоматически «внесена на рассмотрение», или отложить рассмотрение всех петиций, касающихся рабства, без слушая их. В последующие годы были приняты более строгие версии этого правила кляпа. Конгрессы.Сначала лишь небольшая группа конгрессменов во главе с Представитель Джон Куинси Адамс из Массачусетса выступил против этого правила. Адамс использовал различные парламентские тактики, чтобы попытаться понять рабство. петиции на этаже Палаты, но каждый раз он становился жертвой к правилу. Постепенно, по мере роста антирабовладельческих настроений на Севере, больше северных конгрессменов поддержали аргумент Адамса о том, что каково бы ни было мнение о рабстве, подавляющее право на петицию был неправ.В 1844 году Палата представителей отменила правило кляпа по ходатайству. сделано Джоном Куинси Адамсом.

    Хлопкоочиститель: революционное социальное и экономическое изобретение

    В этот день в 1794 году молодой изобретатель Эли Уитни получил одобренный в США патент на хлопкоочистительную машину, изобретение, которое оказало большое влияние на социальные и экономические условия, приведшие к Гражданской войне.

    До сих пор ведутся споры о том, какое влияние механический джин (сокращение от «двигатель») оказал на сохранение рабства на Юге.Безусловно, стоимость хлопка как товарной культуры выросла астрономически за десятилетия после вступления в силу патента Уитни. По некоторым оценкам, к началу Гражданской войны Соединенные Штаты поставляли три четверти мировых поставок хлопка.

    Ссылка : см. утвержденный патент

    Большая часть этого хлопка попала к северным производителям для изготовления одежды и других изделий. Но рабство, помимо хлопкоочистительной машины, было ключевым компонентом хлопкового бизнеса.Идея создания джина пришла в голову Уитни, когда она работала репетитором недалеко от поместья Кэтрин Грин в Саванне. По словам одного автора девятнадцатого века, Грин, вдова генерала Натанаэля Грина, также могла предложить Уитни некоторые концепции джина.

    Джин отделял липкие семена от волокон коротковолокнистого хлопка, который легко выращивать на юге, но трудно обрабатывать. Джин улучшил разделение семян и волокон, но хлопок по-прежнему нужно было собирать вручную.После изобретения Уитни спрос на хлопок примерно удваивался каждое десятилетие. Таким образом, хлопок стал очень прибыльной культурой, для сбора которой также требовалась растущая сила рабского труда.

    Во время конституционных дебатов 1787 года прекращение ввоза рабов к 1808 году было одним из компромиссов, согласованных в Филадельфии. Некоторые основатели, возможно, полагали, что рабство в Соединенных Штатах исчезнет из-за социальных причин или из-за нерентабельности выращиваемых рабами культур до изобретения джина.

    В 1807 году Конгресс принял закон об официальном запрете на ввоз рабов. Во время первого хлопкового бума рабское население на Юге увеличилось до 4 миллионов человек, в результате чего у рабовладельцев было достаточно населения для содержания рабочей силы, поскольку дети порабощенных людей продолжали рождаться в рабстве. К 1820 году нация была разделена на Северный и Южный регионы на основании законности рабства в штатах и ​​​​территориях.

    Уитни так и не получила реальной выгоды от изобретения, которое сыграло непосредственную роль в поддержании рабства как института.Хотя статья 1, раздел 8, давала Конгрессу право создавать законы о патентах, правила было трудно обеспечить соблюдением из-за лазеек, и другие плантаторы начали строить свои собственные хлопкоочистительные заводы. Его патент был окончательно подтвержден в 1807 году, после того как Уитни много лет пытался взыскать убытки в судебных процессах. (Позже Уитни изобрел процесс производства взаимозаменяемых частей для оружия, который был очень прибыльным.)

    Одним из спорных вопросов была судьба рабства, не зависящая от изобретения Уитни, и, в частности, идея о том, что хлопкоочистительная машина внезапно сделала рабство прибыльным.Альфред Х. Конрад и Джон Р. Мейер в своем классическом исследовании 1958 года по этому вопросу утверждали, что рабство зависело от его экономического выживания для распространения этого института на юго-запад в 1860-х годах.

    Кроме того, историк реконструкции и профессор права Пол Финклеман утверждал в Йельском журнале права и гуманитарных наук, что распространенное представление о рабстве как о умирающем институте до изобретения хлопкоочистительной машины ошибочно. «Рабы были выгодным вложением до появления хлопкоочистительной машины и еще более выгодным вложением после ее изобретения», — писал он в 2013 году.

    Тем не менее, хлопкоочистительная машина была одним из значительных изобретений, изменивших американскую историю в широком смысле, на протяжении поколений.

    Скотт Бомбой — главный редактор Национального конституционного центра.

     

    Северная Ирландия: глубоко разделенное общество, оценка конфликтов и рекомендации по урегулированию и трансформации конфликтов

    Автор:
    Lauren Stackpoole

    8 марта 2010 г.

    Северная Ирландия представляет собой глубоко разделенное общество, которое до недавнего времени было вовлечено в жестокий этнополитический конфликт. Затянувшийся конфликт в Северной Ирландии, уходящий своими корнями в 17 век (некоторые источники уходят еще в 12 век), казалось, вряд ли приведет к мирному урегулированию. Подписание Белфастского соглашения в апреле 1998 г. официально положило конец конфликту и учредило делегированное власть в регионе. Даже при подписании формального мирного соглашения конфликт не разрешается; глубоко укоренившаяся этнополитическая напряженность сохраняется и по сей день. В этом документе оценивается конфликт в Северной Ирландии, исследуется действующая система разделения власти и даются рекомендации для сохранения стабильного мира с конечной целью примирения.

    История конфликтов

    Конфликт в Северной Ирландии восходит к XII веку, когда Англия вторглась в Ирландию и заявила права на весь остров. С 1600-х годов Англия ввела «Плантации» — план, который предлагал самые плодородные земли в качестве стимула для английских и шотландских поселенцев-протестантов переехать в Ирландию. Это была «ранняя, но очевидная форма колониализма». [1] «Плантация» вытеснила ирландских католиков с их традиционной земли в менее привлекательные районы страны.Таким образом, плантация вызывала недовольство вновь прибывшими поселенцами, а также британским правлением. Ирландские католики регулярно пытались свергнуть своих имперских правителей, но безуспешно. Вскоре после того, как Англия завоевала остров и началась Плантация, английский политический и военный лидер Оливер Кромвель провел политику «этнической чистки». При этом он «зарезал ирландских католиков тысячами». [2] Политика, подобная той, что была введена Кромвелем и проводилась в жизнь британскими правителями, вызвала гнев у ирландцев и привела в движение ирландское республиканское движение.

    По данным Дэвида Блумфилда, эксперта по конфликту в Северной Ирландии:

    Плантация лучше всего процветала на северо-востоке [так в оригинале] Ирландии. В течение следующих 250 лет история Ирландии развивалась по двум основным направлениям. С одной стороны, были регулярные, но безуспешные попытки восстания обездоленных ирландцев-католиков, в ходе которых развилось совокупное чувство ирландского национализма. С другой стороны, индустриализация и экономическое развитие северо-востока, спонсируемые британцами, продвигались вперед.[3]

    Быстрое и успешное развитие Северо-Востока, особенно Белфаста, создало экономическое неравенство между Северным и Южным регионами. Экономическое развитие региона подпитывалось и спонсировалось британским правительством. Расположение Белфаста делало его идеальным портом в непосредственной близости от Ливерпуля, британского промышленного центра. Те, кто жил на Севере, получали экономическую выгоду от британского правления и поэтому не видели причин отделяться от Великобритании. Большинство людей, живших на северо-востоке, были потомками поселенцев с плантаций; у них было общее наследие и религия с материковой Британией; эти граждане стали известны как юнионисты.И наоборот, остальная часть Ирландии, в первую очередь ирландские католики, страдала от экономических трудностей, голода и дискриминации. Неравенство между этими двумя группами, как экономическое, так и социальное, продолжало расти, что, в свою очередь, вызвало чувство национализма и рост ирландского республиканизма. Ирландский националист мобилизовал и возглавил небольшие восстания в 20 веке, когда в 1916 году ирландский национализм достиг критического момента.

    Пасхальное восстание 1916 года — семидневное восстание (24-30 апреля) в Ирландии, организованное и возглавляемое ирландским республиканским движением.Британцы жестко отреагировали на восстание и жестоко подавили протестующих. Республиканское движение было на подъеме за много лет до этого события, но восстание в Дублине выдвинуло ирландское республиканство на передний план и еще больше обнародовало их требования. В 1921 году Великобритания предоставила «ограниченную независимость» двадцати шести из тридцати двух графств и разделила остров, создав Ирландское свободное государство. Это разделило остров и навязало северу отдельную британскую протестантскую идентичность.[4] Ирландские графства не получали тех же экономических и социальных льгот, которые Корона предоставляла северным графствам. Ни одна из сторон не предприняла шагов для разрешения предыдущего конфликта и разногласий, вместо этого они проигнорировали разногласия и позволили конфликту усугубиться. По словам Мари Фитцдафф, «стороны на севере или юге мало что сделали для обеспечения необходимого контракта и работы по примирению, которые могли бы уменьшить старые подозрения и гнев в двух частях острова». [5] Раздел еще больше обострил разделение и усугубил лежащую в основе напряженность.Ирландская Республика провозгласила полную независимость от Великобритании в 1937 году. При этом ирландские националисты добились довольно крупной победы, но их стремление к независимой и суверенной Ирландской Республике оставалось нереализованным до тех пор, пока Северная Ирландия не объединилась с югом.

    На протяжении всего этого периода продолжалась дискриминация меньшинства католиков, проживающего в Северной Ирландии. По словам Дэвида Блумфилда,

    В штате Северная Ирландия десятилетиями [так в оригинале] практиковалась дискриминация католиков в сфере занятости, голосования, образования, жилья и так далее.Возникло крайне сегрегированное общество, управляемое постоянно юнионистским правительством, которое контролировало хорошо вооруженную и на 90 процентов протестантскую полицию. В течение 40 лет общество оставалось застойным, с двумя почти полностью отдельными сообществами, живущими параллельной жизнью в лоскутном одеяле из небольших изолированных районов, каждое со своим жильем, школами, магазинами, церквями, фабриками, клубами, спортом и т. д.

    Как указывает Блумфилд, жизнь в Северной Ирландии была разделена по католическому и протестантскому признаку.Образование, общественные центры, жилье, пабы, спортивные сооружения и т. д. были разделены по этим линиям. [6] Протестантские юнионисты имели почти полный контроль над полицией, из-за этого «полиция обычно рассматривалась как не только консолидирующая подразделения, но и в значительной степени представляющая и поддерживающая юнионистскую, протестантскую гегемонию». [7] Протестантский контроль над подавляющим большинством государственных учреждений и полицией сделал католиков подозрительными и недоверчивыми к властным структурам в Северной Ирландии.[8] Католическое недоверие к формальным властным структурам и институтам продолжает играть важную роль и по сей день. При таком неравном обращении с католическим меньшинством в сочетании с глубоко укоренившимся негодованием по поводу колониального правления и этнических разногласий насильственный конфликт был практически неизбежен на этом этапе.

    Период, известный как «Неприятности», начался в конце 1960-х годов, когда юнионистское правительство Северной Ирландии жестоко отреагировало на мирные протесты за гражданские права, возглавляемые студентами католических университетов.Ситуация превратилась из мирных протестов в кровавое насилие, поскольку юнионистское правительство и полиция жестко отреагировали на протесты. Для дополнительной поддержки была вызвана британская армия, и, поскольку кризис сохранялся, британское правительство взяло на себя полный контроль над правительством. Эти события вызвали гнев со стороны националистов: «Оба сообщества стали более поляризованными, чем когда-либо, преобладало чувство застоя, и более 3000 человек погибли насильственной смертью, поскольку каждое сообщество мифологизировало своих современных мучеников и героев. [9]

    «Неприятности» были периодом жестокого конфликта между юнионистами и националистами. Кровавое воскресенье, 30 января 1972 года, было инцидентом, когда двадцать семь протестующих за гражданские права были застрелены британскими военными в Дерри, Северная Ирландия. Этот трагический случай только усилил решимость республиканцев продолжать борьбу против англичан за освобождение Северной Ирландии и объединение острова под единым суверенным правительством. Многие рассматривали Кровавое воскресенье как явное свидетельство британского имперского контроля и были в ярости от того, что Великобритания взяла на себя такую ​​заметную и подавляющую роль в Северной Ирландии.

    1981 год стал свидетелем серии голодовок, в результате которых погибли десять заключенных-националистов в Северной Ирландии. Заключенные протестовали против своего права на то, чтобы их считали политическими заключенными, а не преступниками, как с ними обращались в то время. Премьер-министр Великобритании Маргарет Тэтчер отказалась удовлетворить их просьбу. Один из погибших заключенных, Бобби Сэндс, был избран в парламент (представлявший Шинн Фейн) во время забастовки. Это событие радикализовало националистическую политику и привлекло внимание к Шинн Фейн и ирландскому национализму.[10]

    Различные подходы к миру были предприняты во время «Смуты», но, поскольку британское правительство отказалось удовлетворить требования националистов, соглашения так и не были достигнуты. Большая часть насилия прекратилась, когда противоборствующие стороны подписали соглашение об урегулировании путем переговоров (после многих лет переговоров, встреч и переговоров), известное как Белфастское (или Страстная пятница) соглашение 10 апреля 1998 года. Соглашение имело трехсторонний подход. Первым направлением «было бы удаление из ирландской конституции территориальных претензий к Северу параллельно с отменой Великобританией действующего законодательства, претендующего на юрисдикцию над Ирландией в целом.[11] Вторая ветвь призвала к созданию «совета министров Север-Юг… в состав которого вошли министры как ирландского парламента, так и ассамблеи Северной Ирландии… для совместной работы как минимум в 12 конкретных областях, представляющих общий интерес». [12] Третье направление описывает «новый ирландско-британский договор, [который] заменит и возьмет на себя действие англо-ирландского соглашения 1985 года и позволит межправительственное сотрудничество по северным вопросам».[13] Хотя мирное соглашение было подписано , Северная Ирландия находится только в начале пути к устойчивому миру.

    Конфликтующие стороны

    Первичные стороны, по определению Пауля Вера, — это «стороны, чьи цели несовместимы или воспринимаются ими как несовместимые, и которые непосредственно взаимодействуют для достижения этих соответствующих целей. Если конфликтующими сторонами являются организации или группы, каждая из них может состоять из более мелких единиц, отличающихся своим участием и вкладом в конфликт». [14] Основными сторонами конфликта в Северной Ирландии являются юнионисты (преимущественно протестанты) и националисты (преимущественно католики).

    юнионистов, как следует из их названия, поддерживали сохранение союза с Великобританией. Они считают, что поддержание прочных связей с Великобританией отвечает их интересам как в экономическом, так и в социальном плане. В основном они протестанты и являются потомками поселенцев, переселившихся в Ирландию во времена Плантации. Они имеют прочные культурные связи с Англией и Шотландией и идентифицируют себя как британцы. Юнионисты через политическую партию юнионистов также контролировали правительственные учреждения Северной Ирландии, а также составляли большую часть национальной полиции.[15]

    Националисты, также известные как республиканцы, поддерживали ирландский национализм и политическую независимость от британского правления. После раздела они хотят объединить Ирландскую Республику с Северной Ирландией и объединить остров под знаменем демократии и равноправия. В основном это католики, хотя есть и много протестантских националистов. Они поддерживают уникальную ирландскую идентичность, отдельную от британской идентичности, навязанной им через самоуправление. После мирного соглашения в 1998 году они продолжают поддерживать идею объединенной Ирландии, но мирными средствами.[16]

    Шинн Фейн — основная политическая партия оппозиции Республики. Партия была основана в 1905 году на платформе «стремления к созданию новой Ирландии на основе устойчивого социального и экономического развития, подлинной демократии, участия, равенства и справедливости на всех уровнях экономики и общества, а также прочного и значимый мир с единством цели и действия». [17] Шинн Фейн в настоящее время является второй по величине партией, занимающей двадцать восемь из ста восьми мест в Ассамблее Северной Ирландии.Демократическая юнионистская партия имеет тридцать пять, а Ольстерские юнионисты — восемнадцать, за ними следуют пять более мелких партий. [18]

    Ирландская республиканская армия (ИРА) — военизированная фракция националистического движения. Основанная в 1969 году, ИРА «посвящена как выводу британских войск из Северной Ирландии, так и объединению Ирландии». [19] По словам Мари Фитцдафф, члены ИРА «были потомками самой мощной военной группировки, которая боролась за независимость в 1921 году». [20] ИРА часто классифицируется как террористическая организация, и ее традиционная деятельность включала «взрывы, убийства, похищения людей, избиения в наказание, вымогательство, контрабанду и грабежи.[21] Ходят слухи о связях между Шинн Фейн и ИРА, но Шинн Фейн опровергает их и публично не признает и не поддерживает какую-либо связь с Ирландской республиканской армией.

    Второстепенными сторонами конфликта являются правительства Великобритании и Ирландской Республики. Второстепенные стороны определяются как «стороны, косвенно заинтересованные в результате». [22] Эти стороны заинтересованы в исходе конфликта, но не «чувствуют себя непосредственно вовлеченными.[23] Кроме того, их роли в конфликте не статичны — эти стороны могут стать первичными сторонами.

    Например, Великобритания иногда выступала в качестве основной стороны в конфликте, но здесь она включена в качестве второй стороны, поскольку в настоящее время занимает позицию второстепенной стороны. Великобритания является союзником Северной Ирландии и поддерживает позицию юнионистов. В 1960-х годах, когда Великобритания использовала военную силу для подавления мирных протестов за гражданские права, она действовала как основная сторона конфликта.Временный захват британцами правительства Северной Ирландии в то же время также является примером того, что Великобритания выступает в качестве основной партии. В настоящее время правительство Северной Ирландии передано и, следовательно, пользуется ограниченным самоуправлением со стороны Великобритании (аналогично договоренности в Шотландии). Северная Ирландия имеет свое собственное собрание и обладает относительной автономией в разработке и обеспечении соблюдения законов, но в конечном итоге подчиняется британской власти. Как одна из четырех стран, входящих в состав Соединенного Королевства, Великобритания по-прежнему заинтересована в исходе конфликта.

    Ирландская Республика заинтересована в исходе по нескольким причинам. Во-первых, перспектива объединенной Ирландии, какой бы вероятной она ни была, резко изменит политический и культурный облик страны. Даже если остров останется разделенным, общая среда представляет интерес для Ирландии с экономической, политической, социальной и экологической точек зрения. Во-вторых, поскольку многие члены ИРА и Ирландского республиканского движения являются гражданами Ирландии, проживающими в приграничных округах, правительство несет ответственность за обеспечение соблюдения законов и наказание за незаконную деятельность, в противном случае оно будет подвергнуто критике со стороны международного сообщества.

    Третьи стороны — это «субъекты, такие как миротворческие силы или посредники, которые заинтересованы в разрешении конфликта». [24] Основной третьей стороной, заинтересованной в конфликте, являются Соединенные Штаты Америки. США публично не проявляли интереса к конфликту до избрания президента Клинтона. Джордж Митчелл был назначен специальным посланником США в Северной Ирландии в 1995 году. В 1990-х годах Соединенные Штаты взяли на себя важную роль стороннего посредника, а Митчелл выступил в качестве основного посредника в переговорах, которые привели к Белфастскому соглашению. .[25]

    По сей день Соединенные Штаты продолжают играть эту роль; Госсекретарь США Хиллари Родэм Клинтон должна «председательствовать на инвестиционной конференции, которая состоится в конце этого года». [26] Ходят слухи, что Клинтон также сыграла важную роль в недавнем соглашении между правительством о разделении власти, более подробно обсуждаемом ниже. Несмотря на подписание мирного соглашения в 1998 году, должность специального посланника США в Северной Ирландии все еще существует. На протяжении всей истории конфликта другие правительства и организации проявляли интерес к конфликту, но Соединенные Штаты публично заявляли о своей заинтересованности в прекращении насилия и продолжают свое участие в регионе.

    Причины и последствия

    Территориальные претензии широко распространены на протяжении всего конфликта. Многие националисты считают, что земля Северной Ирландии является законной собственностью ирландского народа, это требование восходит к 12 веку и английскому вторжению в Ирландию. С другой стороны, протестантские юнионисты, жившие в Северной Ирландии на протяжении нескольких поколений, считают, что они также имеют законные права на землю. По словам Мари Фитцдафф, «для многих юнионистов проблема заключалась в продолжающемся желании Ирландской Республики вернуть Северную Ирландию как часть своей территории, и они считали, что республиканские военизированные формирования [ИРА] яростно преследуют эту цель.[27] Права на землю и собственность глубоко укоренились в этой борьбе.

    Противоборствующие субъекты также имеют разные взгляды на свои отношения с Великобританией. Юнионисты остаются верными британскому правительству; они считают, что связь Северной Ирландии с Великобританией положительна. Многие юнионисты извлекли экономическую выгоду из британских инвестиций в промышленность Северной Ирландии, а также в торговлю. И наоборот, многие ирландские республиканцы считали причиной конфликта продолжающееся присутствие британского правительства в регионе.[28] Британское вмешательство на острове вызвало сильное недовольство ирландцев, которые считали британское присутствие нежелательным навязыванием.

    Как и во многих конфликтах в глубоко разделенных обществах, в основе проблемы лежит идентичность. Дэвид Блумфилд описывает это как «самый давний конфликт в Европе, связанный с идентичностью». [29] Как упоминалось выше, раздел создал на острове две отдельные идентичности — британскую и ирландскую. Эти идентичности изначально конструировались на основе различных черт и переживаний, как закрепленных, так и приобретенных.Укоренение этих коллективных идентичностей в течение длительного периода времени привело к глубоким разногласиям между противоборствующими группами. Разделение между этими идентичностями со временем усугублялось серией противоположных убеждений.

    Противоречащие убеждения

    Конфликт часто представлялся как конфликт между католиками и протестантами, потому что большинство юнионистов — протестанты, а большинство республиканцев — католики. Эти противоположные религиозные убеждения усугублялись на протяжении всего конфликта из-за политической тактики обеих сторон, направленной на очернение другой группы.Есть много обществ, где католики и протестанты живут бок о бок в мире, но это не так в Северной Ирландии. Юнионисты в основном протестанты, а националисты, как правило, католики; хотя это не является незыблемым правилом, эти группы использовали религию для дальнейшей поляризации конфликта. Это религиозное разделение представляет собой проблему, основанную на ценностях, как это определено в Руководстве по оценке конфликтов Хокера-Уилмота. [30]

    Гражданские права — еще одна область споров между первичными сторонами.Католическое меньшинство считало, что с ним не обращаются наравне с протестантским большинством. Эта дискриминация была как политической, так и экономической. В Северной Ирландии существовала неформальная дискриминационная экономическая система, отдававшая предпочтение протестантам. Из-за этого католики чувствовали, что не получают равных возможностей трудоустройства.

    Группы также не пришли к единому мнению относительно присутствия британских военных и их роли. Юнионисты по большей части были довольны присутствием британских военных из-за вполне обоснованного страха перед республиканскими военизированными формированиями.И наоборот, республиканцы считали, что британские вооруженные силы находятся вне их юрисдикции и не имеют законных оснований для их присутствия. Военное присутствие подпитывало поддержку Ирландской республиканской армии. Дебаты по этому вопросу усилились во время «Смуты», когда британские военные жестоко подавили протестующих за гражданские права и убили мирных жителей в Кровавое воскресенье.

    Цели и интересы

    Основной целью и интересом юнионистов является сохранение лояльности и союза с Великобританией. Как обсуждалось выше, юнионисты также стремились «заставить Ирландскую Республику отозвать статьи своей конституции, которые претендовали на Северную Ирландию.[31] Юнионисты относятся с недоверием к ирландским республиканцам, поскольку считают, что республиканцы заинтересованы только в возвращении территорий, которые, по мнению юнионистов, принадлежат им по праву.

    В ходе конфликта некоторые интересы и цели республиканцев были достигнуты, но многие остаются нереализованными. Основная цель националистов, независимость Ирландии, была достигнута в 1937 году, когда Ирландская Республика провозгласила независимость от Великобритании. Следствием этой цели является объединение Северной Ирландии с Ирландской Республикой и создание суверенного демократического государства.По словам Фитцдуфа, этого хотят почти все католики. [32] Республиканцы также заинтересованы в удалении британского военного присутствия в Северной Ирландии.

    Во многих случаях основные стороны конфликта имеют конфликтующие интересы. Хотя эти стороны считают свои конкурирующие интересы трудноразрешимыми, мир не невозможен. Основные партии в Северной Ирландии пошли на компромисс в отношении этих целей и интересов, что сделало возможным мирное соглашение. Их готовность работать для достижения своих целей ненасильственным путем значительно повысила вероятность устойчивого мира в Северной Ирландии.

    Противоборствующие стороны достигли урегулирования путем переговоров, известного как Белфастское соглашение или Соглашение Страстной пятницы, 10 апреля 1998 г. Белфастское соглашение касается вопросов идентичности, одной из основных причин конфликта, поскольку «граждане Северной Ирландии … иметь право на британскую, ирландскую или и ту, и другую личность, включая паспорта, связанные с такими идентичностями». [33] Хотя это не решает глубоко укоренившихся проблем идентичности, оно снижает напряженность, позволяя гражданам Северной Ирландии, которые ощущают более тесные связи с Ирландией, чем с Великобританией, получить некоторое юридическое положение в этой стране.

    Мирное соглашение также включает «разработку политики социальной, экономической и культурной интеграции, необходимость признания потребностей жертв, ускорение освобождения военизированных заключенных, нормализацию мер безопасности по мере уменьшения угрозы насилия и создание независимых комиссий по системе уголовного правосудия и полиции». [34]

    Белфастское соглашение поставило под угрозу конституционный статус Северной Ирландии. Ирландская Республика изменила свою конституцию, чтобы официально отказаться от претензий на регион.Соглашение также учредило правительство с разделением власти в Северной Ирландии, обеспечив представительство конкурирующих этнических групп в официальных правительственных структурах. Согласно соглашению, объединение Ирландии возможно, если за это проголосует большинство как в Северной Ирландии, так и в Ирландской Республике. [35] Способность этих конфликтующих групп собраться вместе и прийти к компромиссу по вопросам, которые когда-то разделяли их, является первым шагом на пути к устойчивому миру.

    Урегулирование конфликтов и трансформация

    Разделение мощности по сравнению с разделением мощности

    Одним из основных положений Белфастского соглашения является создание исполнительной власти Северной Ирландии с разделением власти, учреждение Ассамблеи Северной Ирландии с делегированными законодательными полномочиями (переданными от правительства Великобритании), демилитаризация и создание комиссия по правам, среди прочего.[36] Белфастское соглашение 1998 г. предусматривало создание:

    Собрание с разделением полномочий, в рамках которого стороны будут распределять председателей и заместителей председателей на согласованной основе, а для достижения согласия по вопросам, имеющим большое значение для обоих сообществ, необходим межобщинный консенсус. Будет создан министерский орган Север-Юг для решения вопросов, представляющих общий интерес, а также будет создан британо-ирландский совет. [37]

    Эта система разделения власти существует с момента реализации соглашения, но недавно ее эффективность и устойчивость были поставлены под сомнение.В книге « Устойчивый мир: власть и демократия после гражданских войн» Филип Г. Редер заявляет, что «данные указывают на то, что механизмы разделения власти с большей вероятностью сдержат эскалацию этнических конфликтных ситуаций». [38] Это особенно интересное заявление, потому что в настоящее время в Северной Ирландии действует правительство с разделением власти. Если то, что предлагает Редер, верно, устойчивость правительства Северной Ирландии, а также его способность сдерживать этнические конфликты сомнительны.

    5 февраля 2010 г. премьер-министры Великобритании и Ирландии достигли договоренности о передаче контроля над полицией и системой правосудия в Северной Ирландии от британцев под местный контроль.Смена власти намечена на 12 апреля 2010 г. [39] Многие опасались, что соглашение не будет достигнуто, что, в свою очередь, может привести к краху существующего в настоящее время правительства, разделяющего власть. Если неспособность прийти к соглашению способна разрушить всю систему управления, возможно, эту систему управления следует изменить. Редер и Ротшильд согласились бы и сказали, что это свидетельствует о слабости и возможности провала, присущих системе разделения власти, и что Северной Ирландии следует перейти к системе разделения власти, чтобы сохранить мир.

    Редер и Ротшильд выделяют семь условий, которые, по их мнению, необходимы для успешной системы разделения власти: доминирование элиты, культура компромисса, искренние обязательства, сила государства, экономическое процветание, стабильная демография и конструктивные отношения с международным сообществом. [40] Родер и Ротшильд совершенно ясно верят, что эти условия маловероятны и что системы разделения власти всегда будут разваливаться. Соглашение о разделении власти, установленное Соглашением Страстной пятницы, похоже, способствовало нескольким условиям Родера и Ротшильда, включая искренние обязательства, экономическое процветание и конструктивные отношения с международным сообществом.Хотя Северная Ирландия в настоящее время не отвечает всем требованиям Родера и Ротшильда, правительство, разделяющее власть, молодо, и работа над достижением всех необходимых условий кажется правдоподобной. После подписания Белфастского соглашения правительство Северной Ирландии, разделяющее власть, выглядит многообещающе.

    Теоретически, система разделения власти — отличная идея. Он предусматривает совместное осуществление власти конфликтующими группами, позволяя конкурирующим группам работать вместе, а не способствовать доминированию одной правящей группы.Эту модель управления трудно реализовать, если стороны не желают работать вместе и предлагать этнически нейтральные решения. Нынешнее правительство Северной Ирландии, созданное в 1998 году в соответствии с Белфастским соглашением и Законом о Северной Ирландии, несколько раз давало сбои, но в настоящее время, похоже, идет по правильному пути. Таким образом, может быть преждевременно предлагать переход на систему подводного плавания, но этот вариант следует иметь в виду. Вместо этого есть несколько способов усовершенствовать систему разделения власти и повысить ее эффективность.Например, Северной Ирландии следует сосредоточиться на примирении, о чем подробно говорится ниже.

    Цели и рекомендации

    Переосмысление временных рамок

    В своей книге «Построение мира: устойчивое примирение в разделенных обществах» Джон Пол Ледерах обсуждает переосмысление временных рамок. Эта концепция очень важна в случае Северной Ирландии. Конфликт продолжается, в зависимости от источника, с 12 века. Между группами существует глубокая враждебность, и потребуется значительное время, чтобы нарастить потенциал, необходимый для устойчивого мира в регионе.В то время как лидеры среднего звена могут лучше понимать соответствующие временные рамки, политики высшего уровня не всегда это понимают. Политики, как правило, стремятся достичь определенных целей в установленные сроки; если они этого не сделают, их карьера может оказаться под угрозой. Политики высшего уровня могут подорвать общий процесс миростроительства, сосредоточив внимание на слишком коротких временных рамках (время их пребывания в должности) вместо времени, необходимого для установления прочного мира. Можно надеяться, что политики и общественные деятели высшего уровня смогут забыть о своей политической карьере и работать над построением прочного мира в Северной Ирландии.

    Белфастское соглашение было подписано почти двенадцать лет назад. Хотя это значительный срок и он демонстрирует большой потенциал для сохранения мира, лица на всех уровнях руководства не должны ослабевать в отношении миростроительства. Ледерах фокусируется на работе на среднем уровне, эти лидеры имеют связи как на высшем уровне, так и на низовом уровне. Они часто выступают в роли посредников и посредников между двумя другими уровнями глубоко разделенного общества. Средний уровень может играть ключевую роль в построении и поддержании устойчивого мира, потому что у них нет таких же временных ограничений, как у политиков высокого уровня, но у них больше голоса и связей, чем на низовом уровне.Лидеры всех уровней в Северной Ирландии должны внимательно следить за построением мира и примирения, о которых говорится ниже, для достижения прочного мира.

    Продолжающееся присутствие Соединенных Штатов в Северной Ирландии является положительным признаком того, что Америка по-прежнему привержена установлению прочного мира в Северной Ирландии. Должность специального посланника США в Северной Ирландии была создана в начале 1990-х годов для облегчения участия США в переговорах о посредничестве и примирении.Кроме того, госсекретарь Клинтон, как обсуждалось выше, является постоянной и символической фигурой этой приверженности. Почти двадцать лет спустя и двенадцать лет после подписания Белфастского соглашения США не намерены отказываться от своей роли. Это постоянное присутствие должно положительно сказаться на местных миротворцах, особенно на высшем уровне. Клинтон и специальный посланник США могут мотивировать лидеров на этом уровне продолжать работу по достижению мира. Когда к власти приходят новые чиновники и лидеры, эти У.С. посредники могут сгладить переход, что касается работы по миростроительству. Американские посредники могут помочь в создании «структуры процесса изменений, которая порождает надежду, несмотря на ее медленный прогресс». [41] В идеале их работа и постоянное присутствие помогут конфликтующим сторонам переосмыслить временные рамки. Они также способны взаимодействовать с несколькими уровнями руководства и устанавливать отношения на всех уровнях и между противоборствующими группами.

    Миростроительство — это процесс, он не происходит в одночасье, и изменения происходят постепенно.Терпение необходимо для достижения прочного мира. Работа, проделанная сегодняшними миротворцами, может не увенчаться успехом через годы, если не через поколения. Если конфликтующие стороны успешно пересмотрят временные рамки, они смогут правильно оценить свою работу в качестве миротворцев.

    Создание инфраструктуры для мира

    Конфликт в Северной Ирландии больше не является насильственным, но это не означает, что основные причины устранены. Важно, чтобы эти причины были признаны и рассмотрены широкой общественностью.Прошлое имеет тенденцию повторяться; если люди начинают двигаться дальше, не помня прошлого, возрастает вероятность возникновения конфликта. Спустя почти двенадцать лет потенциал устойчивого мира в Северной Ирландии многообещающий, но это то, что требует постоянной работы. Ниже изложены несколько целей и рекомендаций о том, как все конфликтующие стороны могут работать над достижением устойчивого мира.

    Одной из целей достижения устойчивого мира в Северной Ирландии является создание «способов поддержки, реализации и поддержания построения инфраструктуры мира в долгосрочной перспективе.[42] Лидеры должны сосредоточиться на наращивании потенциала в Северной Ирландии. Если все сделано правильно, Северная Ирландия будет лучше подготовлена ​​к урегулированию конфликтных ситуаций и посредничеству в их разрешении внутри страны или, по крайней мере, начнет это делать. Ледерах рекомендует подходить к «ресурсам для мира в рамках двух широких рубрики: социально-экономические и социокультурные». [43] Северная Ирландия может опираться на существующие ресурсы для создания инфраструктуры мира.

    Международное сообщество может сыграть важную роль в создании инфраструктуры мира в Северной Ирландии.Ледерах рекомендует, «чтобы мы в международном сообществе приняли новый образ мышления, чтобы мы вышли за рамки простого рецепта ответов и способов разрешения конфликтов, возникающих извне, и сосредоточили, по крайней мере, столько же внимания на обнаружении и расширении возможностей ресурсов, модальности и механизмы построения мира, которые существуют в данном контексте». [44] Соединенные Штаты, кажется, делают это довольно хорошо, но более международная поддержка мира и примирения поможет процессу в Северной Ирландии.

    Северная Ирландия еще не полностью разработала такую ​​инфраструктуру, хотя есть много признаков того, что основа для такой инфраструктуры существует. По словам Ледераха, «самый большой ресурс для поддержания мира в долгосрочной перспективе всегда коренится в местных людях и их культуре». [45] Если лидеры игнорируют людей, наиболее затронутых конфликтом, шансы на возобновление насильственного конфликта возрастают. Создание инфраструктуры мира должно происходить на всех уровнях, но, что наиболее важно, на низовом уровне.Как только конфликт «разрешен», кажется, что большая часть поддержки и импульса, стоящих за первоначальными мирными переговорами, исчезают — вот тогда все действительно может развалиться. Важно, если не необходимо, сохранить положительную энергию, которая положила начало мирным переговорам и привела к мирному соглашению. Подписанное соглашение так же хорошо, как и обязательства, стоящие за ним. Если политики и лидеры не воспринимают принципы соглашения всерьез и обязуются выполнять его условия, соглашение носит чисто символический характер.

    Примирение как конечная цель

    Примирение должно быть конечной целью Северной Ирландии. Джон Пол Ледерах определяет примирение как «создание социального пространства, в котором и истина, и прощение признаются и соединяются вместе, а не принуждаются к столкновению, в котором одно должно победить другого или мыслится как разрозненные и разделенные части». [46] Примирение выходит далеко за рамки подписания мирного соглашения. Это не умаляет важности мирных соглашений, а скорее признает миростроительство как непрерывный процесс.Примирение — это конечная цель, путь к тому, чтобы придать более глубокий смысл подписанному листку бумаги.

    Примирение решает три парадокса. Первая заключается в том, что «примирение способствует встрече между открытым выражением болезненного прошлого, с одной стороны, и поиском артикуляции долгосрочного, взаимозависимого будущего, с другой стороны» [47]. конфликта должны признать правонарушения, совершенные ими и против них, и в то же время протянуть руку помощи для восстановления фрагментированной инфраструктуры.Второй парадокс заключается в том, что примирение также «обеспечивает место встречи правды и милосердия, где подтверждается и принимается забота о разоблачении того, что произошло, и [ sic ] о том, чтобы отпустить в пользу возобновления отношений». [48] ​​Примирения достичь нелегко, стороны должны быть готовы простить, но не забыть, чтобы двигаться вперед к лучшему и светлому (надеюсь) будущему. Третий парадокс заключается в том, что «примирение признает необходимость уделить время и место как справедливости, так и миру, когда исправление несправедливости сочетается с видением общего, взаимосвязанного будущего.[49] Важно, чтобы стороны конфликта могли смотреть за пределы прошлых и настоящих трудностей и предвидеть общее будущее, построенное вместе.

    Хорошо иметь возможность дать определение примирению и определить парадоксы, к которым оно обращается, но как на самом деле его достичь? Джон Пол Ледерах сказал бы, что примирение возможно через построение отношений. Построение отношений должно стать основным направлением, чтобы заложить прочную основу для достижения примирения в Северной Ирландии.

    Примирение через построение отношений

    Один из способов добиться прочного мира и примирения — это построение отношений — «развитие и построение отношений как внутри, так и за пределами разделения в контексте затяжного конфликта» (Lederach 1997, 109). Благодаря созданию отношений разделенные стороны вкладывают друг в друга. Доказано, что построение отношений снижает вероятность возникновения конфликта. Примером этого являются отношения между Францией и Германией после Второй мировой войны.Эти две страны пережили века вражды и жестоких конфликтов, но после Второй мировой войны они и четыре другие европейские страны объединились, чтобы сформировать Европейское экономическое сообщество. Создав отношения, основанные на экономической взаимозависимости, эти страны уменьшили стимулы к войне и уже более полувека живут в мире. Экономическое неравенство является одной из основных причин конфликта; если противоборствующие стороны в Северной Ирландии связаны экономически, они будут вынуждены работать вместе, чтобы максимизировать свои экономические выгоды.Это один из способов поощрения сотрудничества и налаживания отношений внутри и между конфликтующими сторонами.

    Экономические отношения — это только один из вариантов. Программы культурной и социальной интеграции могут способствовать построению межличностных отношений. В своей книге «По ту сторону насилия: процесс разрешения конфликтов в Северной Ирландии» Мари Фтиздафф описывает многочисленные сценарии и способы построения и укрепления отношений на всех уровнях, как внутри, так и между конфликтующими группами. Ирландия имеет сильные музыкальные традиции.Включение и смешение протестантских / британских музыкальных традиций с более известными католическими / ирландскими традициями выйдет за рамки этнических границ и создаст новое уникальное звучание, которое можно отнести к Северной Ирландии. [50] Создание чувства мультикультурализма имеет важное значение. Вместо противопоставления двух разных культур друг другу построение отношений помогает людям принять и понять различные культурные традиции.

    Если возможно, построение отношений не должно ограничиваться одним сектором (экономическим, социальным или культурным), вместо этого обе стороны должны предпринимать попытки пересекать секторы и строить глубокие и содержательные отношения.Одним из позитивных шагов на пути к примирению и построению отношений является интеграция системы образования. Чтобы создать устойчивый мир, последующие поколения следует учить терпимости и непредубежденности. Интегрированная образовательная система будет способствовать установлению межэтнических отношений в юном возрасте, идеально внедрив терпимость и понимание в их повседневную жизнь.

    Мари Фитцдафф обсуждает важность достижения качественного контакта, «что означает, что, где это возможно, контакт должен осуществляться в контексте, где признается групповая идентичность, а не только индивидуальная идентичность, где различия артикулируются, а не избегаются, и где высшие цели… договариваются о совместной работе группами.[51] Без качественного контакта между конфликтующими группами будет достигнут очень незначительный прогресс. Это трудный процесс решения вопросов идентичности и признания различий, но он необходим для достижения устойчивого мира. Существуют многочисленные организации (в Северной Ирландии и в других местах), которые работают над увеличением личного времени и качественных контактов между конфликтующими паритетами.

    Как обсуждалось выше, построение отношений должно происходить на всех уровнях, но особенно на среднем и низовом уровнях.Хотя лидеры высокого уровня, такие как политики, играют важную роль в процессе миростроительства, их должности носят временный характер, и у них может не хватить стойкости, необходимой для построения прочного мира в Северной Ирландии. Джон Пол Ледерах подчеркивает важность укрепления мира на средних территориях. Хотя средний диапазон чрезвычайно важен, не следует пренебрегать и другими уровнями; отношения следует строить на всех уровнях, поскольку все они способны внести важный вклад в процесс миростроительства.Построение отношений — лучший способ поощрения примирения между спорщиками.

    Построение отношений – это форма наращивания потенциала, необходимая для мирного процесса. В Северной Ирландии одной из основных причин конфликта является идентичность. Непонимание и недоверие между группами часто подпитывают конфликты идентичности; в конце концов эти группы даже не пытаются понять друг друга. Построение отношений, поощряемое обеими сторонами конфликта, поможет конфликтующим группам примирить свои разногласия.Для облегчения примирения необходимо постоянное развитие диалога как внутри, так и за пределами конфликта. В этом процессе потребуются поколения, чтобы добиться заметных изменений, но если обе стороны останутся преданными делу, построение отношений поможет установить и поддерживать устойчивый мир в Северной Ирландии.

    Заключение: на пути к миру

    Конфликт будет существовать всегда, но есть способы урегулировать конфликт и предотвратить его перерастание в насилие. Северная Ирландия является примером глубоко разделенного общества, которое пережило насильственный конфликт, но в настоящее время находится в состоянии мира.Если Северная Ирландия сможет установить и поддерживать устойчивый мир, это продемонстрирует успешные (и не очень) методы миростроительства. Возможно, уроки, извлеченные из мирного процесса в Северной Ирландии, будут опираться на существующие знания и способствовать миростроительству и разрешению конфликтов в других глубоко разделенных обществах.

    Предлагаемые цели и стратегии сосредоточены на создании институтов, потенциала и инфраструктуры, которые будут способствовать урегулированию этнических конфликтов и предотвращать их перерастание в насилие.Переосмысление временных рамок и постановка краткосрочных и долгосрочных целей необходимы для достижения прочного мира. Крайне важно, чтобы политические лидеры не позволяли своим личным устремлениям мешать миростроительству. Примирение — это непрерывный процесс, и доступный подход к достижению примирения — построение отношений.

    Северная Ирландия, похоже, находится на пути к установлению прочного мира, но ее будущее остается неопределенным. Никто не может быть уверен в том, что ждет в будущем это глубоко разделенное общество, но если народ и лидеры Северной Ирландии сохранят приверженность построению мира и активны в мирном процессе, они, скорее всего, добьются этого.Процессы мира и примирения должны оставаться на переднем крае для достижения целей, изложенных в этом эссе.


    [1] Питер Харрис и Бенджамин Рейли, Демократия и глубоко укоренившийся конфликт: варианты для переговорщиков, (Любляна: Korotan Ljubljana d.o.o, 1998), 123.

    [2] Там же.

    [3] Там же.

    [4] Там же, 124.

    [5] Мари Фитцдафф, Помимо насилия: процесс разрешения конфликтов в Северной Ирландии (Токио: издательство Университета Организации Объединенных Наций, 2002), 10–11.

    [6] Там же, 5-6.

    [7] Там же, 7.

    [8] Там же.

    [9] Харрис и Рейли, 125.

    [10] Харрис и Рейли, 126.

    [11] Блумфилд, Дэвид, Стратегии миротворчества в Северной Ирландии: построение взаимодополняемости в теории управления конфликтами, (Нью-Йорк: St. Martin’s Press Inc., 1997), 46-47.

    [12] Там же.

    [13] Там же.

    [14] Хокер, Джойс Л. и Уильям В. Уилмот, «Оценка конфликтов», Консорциум информации о конфликтах, (15 января 2010 г.).

    [15] Харрис и Рейли, 123–126.

    [16] Там же.

    [17] Шинн Фейн, Sinn Fein Online, (10 февраля 2010 г.).

    [18] Ассамблея Северной Ирландии, Ассамблея Северной Ирландии (5 февраля 2010 г.).

    [19] Джон Пайк, «Ирландская республиканская армия (ИРА)», Федерация американских ученых, (12 февраля 2010 г.).

    [20] Фицдафф, 8.

    [21] Пайк, .

    [22] Пол Вер, «Отображение конфликтов», Beyond Intractability, сентябрь 2006 г. (15 января 2010 г.).

    [23] Хокер и Уилмот.

    [24] Хокер и Уилмот.

    [25] Фицдафф, 15.

    [26] Бернс, Джон Ф., «Сделка спасает правительство Северной Ирландии», New York Times, 5 февраля 2010 г.

    [27] Фицдафф, 171.

    [28] Фтиздафф, 171.

    [29] Харрис и Рейли, 123.

    [30] Хокер Уилмот.

    [31] Фицдафф, 172.

    [32] Фицдафф, 9.

    [33] Фицдафф, 15.

    [34] Фицдафф, 15-16.

    [35] Офис в Северной Ирландии, домашняя страница офиса в Северной Ирландии, (30 января 2010 г.).

    [36] Офис в Северной Ирландии.

    [37] Фицдафф, 15.

    [38] Родер и Ротшильд, 51.

    [39] Бернс.

    [40] Родер и Ротшильд, 41-49.

    [41] Джон Пол Ледерах, Строительство мира: устойчивое примирение в разделенных обществах, (Вашингтон, округ Колумбия: United States Institute of Peace Press, 1997), 118.

    [42] Ледерах, 87.

    [43] Там же.

    [44] Там же, 95.

    [45] Там же, 94.

    [46] Там же, 29.

    [47] Там же, 31.

    [48] Там же.

    [49] Там же.

    [50] Фицдафф, 64.

    [51] Фицдафф, 33.

    .

    Добавить комментарий

    Ваш адрес email не будет опубликован.