Походы александр македонский: Все полководцы мира — Все битвы мира

Содержание

Сказания о Русской земле. «Походы Александра Македонского и Митридата Великого на скифов»

Поделиться

Александр Македонский, величайший из завоевателей всех времен, который за свою недолгую жизнь (умер в 31 год) покорил всю Грецию, Малую Азию, Египет, Персию, Вавилон и часть Индии, причем особенно прославился своими знаменитыми битвами с могущественным Персидским Царем Дарием Третьим, дважды ходил … против скифов. Первый раз, около 335 года до Рождества Христова, против племен, обитавших к северу от Дуная, главный город которых он сжег, а второй раз, в 328 году до Рождества Христова, против скифов, живших к северу от АмУдарьи.

Последний поход окончился неожиданно: Александр, до сей поры совершенно равнодушный к девичьей красоте, был сразу покорен дочерью одного из скифских царей, Роксаной, и тотчас женился на ней, а с отцом её заключил союз. По поручению Александра Македонского один из его морских военачальников обследовал в те времена Каспийское море и первый представил сведения о том, что, поднявшись по Волге, можно по её притокам перевалить к рекам, впадающим в Балтийское море.

После Александра скифы воевали не раз с македонскими царями. В 293 году до Рождества Христова живьем захватили в степях близ Днестра одного их царя, ЛизимАха, со всем его воинством.

Незадолго до тех времен, когда надлежало родиться на свет Господу нашему Иисусу Христу, владычество почти над всем древним миром перешло … в руки знаменитых римлян.

Одним из сильнейших их врагов был Малоазийский царь МитридАт Великий, живший от 121 до 64 года до Рождества Христова. Он владел, между прочим, и Греческим ВоспОрским царством, лежавшим на берегах Азовского моря и Керченского пролива. Этот царь МитридАт долго воевал с соседними скифскими племенами, которым нанес, наконец, жесточайшее поражение, после чего заключил с ними мир и союз с целью двинуть объединенные силы против ненавистного ему Рима. Кроме значительного количества сухопутных войск всех союзных ему славянских племен, МитридАт поднял на Рим и всех жителей Черноморского побережья на их ладьях. Затем он содержал на жалованье морских пиратов и образовал из них такую разбойничью силу, с которыми римляне едва сладили.

МитридАт очень гордился своей победой над скифами. «Из смертных я один покорил Скифию, — говорил он, — ту Скифию, мимо которой прежде никто не мог ни безопасно пройти, ни приблизиться к ней…».

После победы МитридАта над скифами слава непобедимых воинов перешла к соседнему племени, жившему по левому берегу Дона, к савромАтам, как называл их Геродот, или сармАтам, как их называли римляне, а также и к другому славянскому племени, жившему севернее их, к роксалАнам. Мало-помалу, имя «сармАты», благодаря ряду их доблестных подвигов, сделалось общем именем для всех славянских племен, населявших Русскую землю, и сама она некоторое время называлась СармАтией.

СармАты особенно отличались быстротой и внезапностью своих набегов; их женщины имели такое же участие в государственных и военных делах, как и мужчины. «АмАга, — рассказывал один рреческий писатель, — жена сармАтского царя, жившего на берегу Черного моря, видя невоздержанность своего мужа в еде и питье, сама творила суд, сама и расставляла сторожевые отряды, и отражала набеги врагов, и сражалась в союзе с соседними племенами, и слава ее была громка у всех скифов. Однажды она поссорилась с одним скифским царем за то, что он обижал херсонесцев, которых она взяла под свою защиту. Царица сначала послала приказ не трогать херсонесцев, но когда скифский царь презрел ее волю, то, собрав сто двадцать человек, крепчайших душой и телом, и дав каждому по три лошади, дабы иметь всегда две в заводу, она проскакала в одни сутки ровно двести вёрст. Внезапно напав на царский дворец, перебила всех привратников. Скифы, пораженные внезапным набегом и думая, что воинов пришло гораздо больше, чем они видят, растерялись. Царица ворвалась со своим отрядом во дворец, где был царь, и убила его и всех приближенных, а владения его отдала херсонесцам».

Страна наша не оставалась без евангельской проповеди в первые же годы после Воскресения Христова.

Во время своего третьего путешествия апостол Андрей Первозванный, следуя по восточному берегу Черного моря после проповеди Кавказским горцам, посетил города — Керчь, Феодосию и КОрсунь, откуда отплыл вверх по Днепру. Прибыв в ненаселенные тогда горы у Киева, водрузил крест, сказав своим ученикам: «Видите ли горы сии; на горах этих воссияет благодать Божия, и будет большой город, и много церквей будет воздвигнуто здесь по изволению Божьему».

Основанная апостолом Андреем церковь в городе КОрсуни вскоре подверглась сильным гонениям, и римляне сделали этот город местом ссылки христиан. Так, сюда была сослана, в первом веке после Рождества Христова, племянница римских императоров ТИта и ДомициАна, ФлАвия ДомитИлла, и долго содержалась в заключении. А при императоре ТраЯне эта же участь постигла и римского епископа святого Климента, который должен был исполнять тяжелые работы в каменоломнях. Святой Климент усердно насаждал христианство в КОрсуни и основал до 75 церквей, за что, по повелению из Рима, был схвачен, отвезен за две версты от города и брошен в море с железным якорем на шее, чтобы христиане не могли достать его мощей. Но мощи эти были обретены и перевезены в Рим в девятом веке после Рождества Христова святым Кириллом Философом.

Часть же этих мощей осталась в КОрсуни и была взята в Киев Святым Владимиром после своего крещения.

За пределами КОрсуни в нашей стране, проповедь святого Апостола Андрея не принесла заметных плодов: слишком грубы еще были наши нравы, и только отдельные личности могли воспринять Божественные истины учения Христа.

Индийский поход Александра Македонского

1. «Индийский поход Александра Македонского»
АЛЕКСАНДР ВЕЛИКИЙ (МАКЕДОНСКИЙ) (356–323 до н.э.), царь Македонии, основатель мировой эллинистической державы; самый прославленный полководец античности. Родился в конце июля 356 до н.э. в Пелле, столице Македонии. Сын македонского царя Филиппа II (359–336 до н.э.) и Олимпиады, дочери царя Неоптолема. Получил аристократическое воспитание при македонском дворе; обучался письму, математике, музыке и игре на лире; приобрел широкие знания в области греческой литературы; особенно любил Гомера и трагиков. В 343–340 до н.э. в Миезе (македонский город на р. Стримон) слушал лекции специально приглашенного к нему философа Аристотеля по этике, политике, естествознанию. С юных лет проявлял волевой характер и рассудительность; обладал большой физической силой; укротил норовистого коня Буцефала, которого никому не удавалось обуздать, – этот конь стал его неизменным спутником во всех военных походах. Александр уже с юных лет показал себя человеком большого государственного ума и недюжинных способностей полководца. В шестнадцать лет он в отсутствии отца управлял Македонией и подавил восстание фракийцев. В восемнадцать лет он командовал левым флангом македонцев в битве при Херонее.

Вступил в конфликт с Филиппом II после его развода с Олимпиадой и бежал в Иллирию. При посредничестве коринфянина Демарата примирился с отцом и вернулся в Пеллу. Однако их отношения вновь ухудшились, когда Филипп II воспротивился браку Александра с Адой, дочерью влиятельного и богатого карийского царя Пиксодара, и выслал из Македонии его ближайших друзей.
После подчинения Греции Филипп Македонский обратил взоры на восток, где господству Македонии на Эгейском море угрожали персы.
В 336 г. до н. э. он послал в Малую Азию опытного полководца Пармениона. По-видимому, ему была дана задача захватить предмостный плацдарм у переправы через Дарданеллы, чтобы обеспечить позже переброску в Малую Азию основных сил греков и македонцев. Но в том же 336 г. до н. э. Филипп был убит заговорщиками. На македонский престол взошёл двадцатилетний сын Филиппа—Александр.

 

2. Основные события восточного похода Александра Македонского
Первые годы правления. После убийства отца весной 336 до н. э. стал при поддержке войска македонским царем; уничтожил потенциальных претендентов на престол – своего единокровного брата Карана и двоюродного брата Аминту. Узнав, что многие греческие полисы отказались признать его гегемоном Эллады, в начале лета 336 до н.э. двинулся в Грецию, добился своего избрания главой Фессалийского союза и Дельфийской амфиктионии (религиозного объединения государств Средней Греции) и покорности со стороны Афин и Фив.

После смерти Филиппа сколоченный им Коринфский союз грозил распасться. Александру пришлось привести в подчинение полисы Греции и отразить нападение племён, надвигавшихся на Македонию с севера (335 г. до н. э.). Только обеспечив себе европейский тыл, он стал готовиться к восточной кампании. Для этого он отозвал Пармениона из Малой Азии, что было воспринято персидским командованием как отказ македонцев от агрессивных планов. Персы не приняли мер для обороны малоазиатского побережья. Весной 334 г. до н. э. армия Александра под командованием Пармениона пересекла Дарданеллы, и персы не смогли организовать ей отпор. Александр, высадившийся в Илионе (древней Трое), даровал городу демократические свободы, освободил его от уплаты дани персам и затем двинулся на соединение со своей основной армией.
Армия его была невелика по размерам. Считается, что она состояла примерно из 30 тыс. пехоты и 5 тыс. конницы. Тяжёлая и полутяжёлая македонская пехота насчитывала 12 тыс. человек, включая личную царскую гвардию. Греческая армия также располагала примерно 12 тыс. гоплитов (союзников и наёмников).
Остальные части представляли собой легковооружённых пехотинцев и лучников. Конницу составляли восемь отрядов тяжеловооружённых гетайров («товарищей» царя из македонской знати) и других, боле мелких отрядов. Кроме того, у Александра было 160 военных кораблей. За войском следовали обозы и осадные отряды со своими таранами. Во главе армии стояла группа ближайших соратников царя, среди которых были отличные военачальники. Хорошо была поставлена штабная работа. В походе велись подневные записи.
Однако на первом этапе своей деятельности молодой македонский царь вряд ли помышлял о полном уничтожении Персидской державы, а тем более о мировом господстве. Отправляясь в азиатский поход, он ставил перед собой более достижимые задачи: очистить Эгейское море от персидского флота, лишить его малоазиатских баз и вовлечь греческие города Малой Азии в сферу своего влияния. Но уже первое серьёзное сражение показало слабость Ахеменидского государства и открыло перед Александром возможность дальнейших завоеваний.

Многочисленное войско Дария III состояло из весьма разнородных элементов, неравноценных в военном отношении. Дисциплина в войсках была слабая. Дарий III, не особенно полагаясь на покоренные народы и пытаясь приноровиться к греческой тактике, стремился создать регулярную пехоту, однако ему в основном приходилось полагаться на греческих наёмников.
Малоазиатские сатрапы Дария, узнав о приближении Александра, стали делать запоздалые приготовления к сражению. Начальник греческих наёмников Мемнон советовал персам отступить, уничтожая всё на своём пути и заманивая противника в глубь страны, навстречу главным силам Дария. Однако сатрапы решили дать Александру генеральное сражение на берегах речки Граник, впадающей в Мраморное море. Битва была выиграна Александром сравнительно легко. Он оставил небольшой гарнизон из греков-союзников прикрывать дарданелльские переправы, а сам с основным войском направился на юг, к греческим городам малоазиатского побережья. В Малой Азии, где олигархию поддерживал персидский царь, Александр в отличие от своего отца выступил на стороне демократии. Этим он привлёк на свою сторону широкие слои населения греческих городов и создал трудности для персидского флота. Он захватил Милеет и после тяжёлой осады взял Галикарнасс; Мемнон бежал.
Александр мог теперь продолжать поход в глубь Малой Азии. Зимой 334- 333 г. до н. н. э. он провёл кампанию против горных племён. Весной он достиг Гордиона— древнейшей столицы Фригии, где его ожидал Парменион с частью войска и обозом.
Летом 333 г. до н. э. Александр прошёл в Киликию на юго-востоке Малой Азии. Закрепив за собой приморские города и оставив больных и раненых в г. Иссе, он устремился через южные, прибрежные перевалы в Сирию— к главным силам персов. Тем временем Дарий продвигался навстречу ему через более северные перевалы. Разминувшись с Александром, Дарий прибыл в Исс.
Македонский царь оказался в тяжёлом положении: противник зашёл ему в тыл, притом во враждебной стране. Александр вернулся в Иссу и дал бой персам. Атака смяла центр персидской пехоты. Дарий, решив, что всё потеряно, пустился в бегство. В результате битвы при Иссе Малая Азия оказалась полностью потерянной для персов. После этой битвы Александр решил продолжать поход в глубь Азии до полного разгрома Ахеменидского царства.
Однако македонский царь не стал сразу же преследовать Дария, а направился на юг, в Сирию и Финикию, поставив перед собой задачу— уничтожить базы персидского флота. Города Арвад и Марат достались ему без боя, так же легко Парменион захватил Дамаск.
Дальнейшее продвижение Александра на юг также было удачно. Однако жители Тира, отвергли условия, предложенные им Александром. Начались военные действия. Осада длилась 7 месяцев, но Тир был взят (июль 332 г. до н. э.). население Тира было обращено в рабство и продано.
После падения Тира Александр двинулся на Египет. Серьёзное сопротивление он встретил только в Газе, на юге Палестины, и вступил в Нильскую долину в ноябре 332 г. Ненависть египтян к персидским поработителям была велика. Александра ждали как избавителя. Персидский наместник немедленно сдался. Александр наладил управление страной, основал на побережье город Александрию, который был задуман как противовес Финикии.
Уже весной 331 г. до н. э. он снова появляется в Тире. Отсюда Александр выступил навстречу Дарию III. Персы понимали неизбежность этой схватки и лихорадочно к ней готовились. Однако боеспособность персидского войска оставалась низкой.
Сражение произошло 1 октября 331 г до н. э. у селении Гаугамелы. Перед боем Александр дал своим воинам необходимый отдых. Дарий же, неуверенный в своих силах, продержал своё войско всю ночь без сна.
Александр, видя численное превосходство врага и наличие у него новых мощных родов войск— колесниц и слонов, был озабочен тем, чтобы предотвратить охват своих флангов, т.к. линия фронта у персов была значительно длиннее. Дарий бросал в атаку сначала сакскую, потом бактрийскую конницу, затем колесницы, но сколько-нибудь заметного успеха добиться не смог. Тогда Александр сам предпринял атаку во главе гетайров, которых он до тех пор держал в резерве. Несмотря на то, что Мазей на левом фланге македонцев наносил серьёзные удары Пармениону, а бактрийская конница сатрапа Бесса полностью сохраняла боеспособность, Дарий опять бежал. Войска Дария дрогнули, и гетайры довершили разгром. Отступление превратилось в бегство. Македонцы преследовали противника до Арбелы. Дарию и некоторым сатрапам удалось с небольшой группой войск отойти в столицу Мидии Экбатаны.
Мазей же отступил в Вавилон, и Александр счёл более важным преследовать его. Вавилоняне вышли приветствовать нового царя как освободителя. Сатрапом Вавилонии Александр назначил Мазея. Из Вавилона Александр прошёл в Сузы, а оттуда в парс— ядро царства. Сначала он предпринял зимний поход против местных горцев, затем захватил обе столицы— Пасаргады и Персеполь. В Персеполе ему достались несметные богатства царской сокровищницы.
Александр выступил в Мидию; Дарий со своей свитой покинул Эктабаны и бросился в глубь Ирана. Македонский царь догнал беглецов по дороге из Мидии в Парфирию. Сатрапы закололи Дария, чтобы он живым не достался врагу, а сами бежали дальше.
3. Двойственность политики Александра в Азии
После смерти Дария Александр стал читать себя законным наследником Ахеменидов и царём Азии. Но чтобы утвердить свою власть на всём пространстве Ахеменидской державы, Александру ещё предстояло замирить Восток. При этом он встретился с непредвиденными трудностями и с резкой оппозицией в среде сподвижников.
Сначала Александр стремился привлечь на свою сторону видных ахеменидских вельмож, раздавая им сатрапии на востоке, но после нескольких измен и восстаний перешёл к карательным мерам. Между тем ему стало известно о заговоре, к которому оказался причастен один из главных полководцев. Представители оппозиции были недовольны превращением македонского царя в восточного деспота. При ликвидации заговора Александр впервые прибег к крутым репрессиям по отношению к своим ближайшим сподвижникам, которым в прежнее время он легко прощал многое. Такие действия царя объясняются, как видно, чрезвычайной обстановкой, в которую он попал на востоке державы.
Сначала во главе антимакедонского движения здесь встал сатрап Бактрии Бесс, объявивший себя царём под именем Артаксеркса IY. К нему стекались все, решившие сопротивляться. Ранней весной 329 г. после серьёзной подготовки своего тыла Александр с основными силами вторгся в Бактрию. Бесс отступил в Согдиану. Александр последовал за ним. Здесь антимакедонское движение вступило в новую фазу. Руководителем движения становится согдийский предводитель Спитамен. Бесс отходит на задний план, а вскоре попадает в руки одного из македонских военачальников Птомелея Лага. Бесса распяли, предварительно отрезав ему нос и уши.
Александр метался по Согдиане. Он захватил столицу страны Мараканду и, оставив там гарнизон, двинулся к р. Яксару с целью разобщить Спитамена и заяксартских кочевников-саков. Он расставил гарнизоны вдоль реки, основал г. Александрию Крайнюю и с большой жестокостью подавил сопротивление местного населения.
Кампания 328 г. до н. э. полностью была посвящена борьбе со Спитаменом. Александру удалось внести раскол в среду бактрийцев и согдийцев, так что в этом году в составе его армии действовали отряды бактрийской и согдийской конницы. Спитамен ушёл за Окс к кочевым массагетам (в совр. Туркмению). С их конными отрядами он совершал набеги на Согдиану, однако в конце концов был разбит, снова бежал к массагетам, но был убит ими.
Война в Средней Азии заняла три года. Эти три года были для Александра тяжёлыми не только из-за трудной войны в Согдиане, но и из-за грозных событий, разыгравшихся в его собственном окружении. В такой сложной обстановке Александр предпринял свой последний— индийский поход. Не вызванный необходимостью, он может быть объяснён отчасти желанием завладеть царством Дария I во всём его объёме, отчасти же прямым авантюризмом и желанием дойти до «конца земли».
Поход начался в 327 г. до н. э.; Александр встретился со многими трудностями, но нанёс жестокое поражение индийскому царю Пору и продолжал продвижение за Индом на восток. У р. Биас в 326 г. до н. э. произошло наконец то, чего можно было давно ожидать: воины отказались идти дальше. Александру пришлось начать обратный путь. По дороге не раз происходили стычки с местным населением. Во время штурма одной из крепостей Александр был тяжело ранен. Весну и лето он провёл Сузах. Отсутствие царя в центральных областях только ещё сколачиваемого государства в течении пяти с лишним лет не могло не сказаться. Назначенные Александром сатрапы вели себя независимо, беззастенчиво грабя население. Теперь завоевательные походы были закончены, и Александру предстояло управлять этим огромным и неустроенным государством. Стремясь привлечь на свою сторону определённые круги иранского общества и поощряя македонцев и иранцев, Александр в то же время сурово расправлялся с сатрапами-персами, проявившими в его отсутствие чрезмерную самостоятельность. Теперь почти во все области были назначены македоняне. Это как нельзя лучше характеризует двойственность политики Александра в Азии.
Зимой 324—323 г. до н. э. царь предпринял кампанию против горного племени касситов для обеспечения безопасности пути из Вавилонии в Иран. Затем он занялся планированием морской экспедиции вокруг Аравии в Египет и проектами колонизации побережья Персидского залива. Однако этим планам не суждено было осуществиться. В начале 323 г. до н. э. Александр заболел и вскоре умер.
4. Итоги восточного похода
Мировая держава Александра Македонского распалась после его смерти, но распалась на довольно большие части, каждая из которых представляла собой полис и не союз полисов, а обширное монархическое объединение, включавшее многие полисы как органическую составную часть. Эти дочерние государства в своей основе могли просуществовать довольно продолжительное время. Победное шествие Александра на Восток, а также возникновение новых, «эллинистических» государств были подготовлены всем ходом предшествующего развития как самой Греции, так и стран ближнего Востока. Необходимо было создать общественно-экономическую структуру, где были бы обеспечены частная собственность и частное производство без произвольного вмешательства со стороны царской власти, с определёнными, более или менее единообразными гарантированными правами политической автономии, но в то же время где был бы обеспечен свободный доступ к источникам сырья и к межобластному товарному рынку. Такой структурой и была эллинистическая монархия, опирающаяся на сеть автономных полисов. Автономия города или храма— создание некого государства в государстве— всегда имела идеологическое обоснование и облекалась в совершенно определённые идеологические формы. Естественно, что греческий полис должен был нести с собой и греческие формы идеологии и культуры, как обоснование своего существования. Вместе с полисом должна была прийти и эллинизация культурной жизни. И если она на Востоке не пустила по-настоящему глубоких корней, то только потому, что была ограничена миром привилегированных городов. Западная Азия перед завоеванием Александра достигла такой ступени развития, когда ей нужен был новый тип политической организации; конкретно-исторические условия были таковы, что носителями этого типа были завоеватели— греко-македонцы. Процесс был двусторонним: восточный мир, не выработав нужных ему форм рабовладельческого строя, уже создал военно-административное объединение в виде «мировых держав»; греческий мир создал высокоразвитое товарное рабовладение и полис, но в своём прежнем виде система полисов испытывала кризис— нужно было военное объединение. Результатом были завоевания Александра македонского и возникновение того конкретно-исторического явления, каким в области культуры явился эллинизм,— взаимопроникновения греческих и ближневосточных элементов культуры.
5. Наследие Александра Македонского
Александр не смог обеспечить создание единого народа «персоэллинов», о котором мечтал, ни даже обеспечить целостности созданного им государства. Но он содействовал созданию новых, более гибких политических форм на Ближнем Востоке. Первым важным шагом Александра, способствовавшим упрочению центрального правительства, было разделение власти в сатрапиях.
У сатрапов было отнято право чеканить монету, которым они пользовались при Ахеменидах. Царь не только взял в свои руки чеканку монеты, но и произвёл существенную денежную реформу. Введённая Александром серебряная драхма привилась на Востоке и с некоторыми видоизменениями просуществовала много столетий. Эти финансовые меры способствовали объединению государства и упрочению экономических, политических и культурных связей между отдельными частями обширного государства.
Важной стороной деятельности Александра в покорённых областях было градостроительство. Традиция приписывает ему основание 70 городов, но эта цифра, вероятно, преувеличена. Новые города основывались на важных стратегических и торговых путях и служили связующими звеньями между сатрапиями. Градостроительная политика Александра преследовала главным образом военные цели, но значение её вышло далеко за пределы замыслов завоевателя; эта политика в ещё более внушительном масштабе и планомерно проводилась его непосредственными преемниками, так называемыми диадохами, и позднейшими эллинистическими царями, являясь важнейшей опорой их государственной системы.
За армией Александра последовали тысячи греческих торговцев и ремесленников в надежде на выгодные предприятия в новых странах. Большинство их осело в создававшихся городах, передавая свой богатый опыт и основывая здесь ранее неизвестные отрасли торгово-промышленной деятельности, а их старые связи с греческими торговыми центрами способствовали расширению товарного обмена между Ближним Востоком и Грецией. Расширению экономических и торговых связей содействовали также географические открытия, сделанные во время походов, и налаживание новых торговых путей. Проникновение греческого языка, образованности, искусства на Восток создало в дальнейшем основу для возникновения синкретической по форме культуры эллинизма.
Обширные восточные области государства, столь разнородные по населению, уровню общественного развития, экономическим связям, было трудно удержать в составе одного государства. Тем более безнадёжна была лелеемая Александром идея создания единого народа смешением этих разнообразных племён и этнических групп с количественно ничтожным греко-македонским элементом.

 

6. Литература
1. История древнего мира.: под ред. И. М. Дьяконова, В. Д. Нероновой, И. С. Свенцицкой.— изд. 2-е, исправл.— М.: Наука, 1983.— Кн. 2: Расцвет древних обществ/ И. С. Свенцицкая [и др.].— 574 с.
2. Кривушин, И. Александр Македонский/ И. Кривушин// История [Электронный ресурс].— 2009.— Режим доступа: http://www. krugosvet.ru/enc/istoria/ALEKSANDR_VELIKI_MAKEDONSKI.html.

 

Походы Александра Македонского. Александр Македонский биография и жизнь Александра Македонского. История Узбекистана и держава Александра Македонского

Весной 329 до н.э. тяжело вооруженная греко-македонская армия во главе с Александром совершила за пятнадцать дней самый трудный переход из Северной Индии через вечно охваченный снегом Гиндукуш и вторглась на территорию Средней Азии, где Александр Македонский получил прозвище Искандер Двурогий.

Овладев Амударьей, греки двигались к Мараканду и после жестокой борьбы захватили город. Оставив там гарнизон, Александр Великий начал другую кампанию на Восток, к Ферганской долине. Но путешествие греческих завоевателей оказалось нелегким. Свободолюбивые жители Согдианы оказали сильное сопротивление. Защищая свою независимость, люди вышли все до одного. Ожесточенная борьба продолжалась в Согдиане в течение трех лет. Центром оппозиции был Мараканда.

Восстание было вдохновлено прославленным героем Центрально-азиатских народов Спитаменом. Весной 327 г. до н.э. Александр осадил крепость «Скала Согдиан», которая была расположена на южных склонах горной цепи Хиссар. Мятежники оказали сильное сопротивление. «Скала» была неприступна и ее защитники решили бороться на смерть. В ответ на предложение сдаться они гордо сказали: «Позвольте Александру обеспечить себя крылатыми воинами, которые смогли бы взлететь на нашу скалу».

Горцы бросили вызов, задев гордость Александра. Он объявил, что те из его бойцов, которые сумеют вскарабкаться на скалу, получат высокое вознаграждение. Осада началась. Группа воинов с огромной трудностью смогла подняться вверх по отвесной скале и напала на сторону защиты с тыла. Крепость сдалась.

Много женщин и детей были взяты в плен. Среди пленников была дочь соучастника Спитамена Аксиарта, девушка поразительной красоты, по имени Роксана. «Александр заметил ее и влюбился. Он не желал оскорбить ее, расценить ее как пленницу, и считал ее достойной титула жены». Женившись на ней Александр, предрасположил местную аристократию к себе, таким образом укрепив свое господство в Согдиане.

Героическое восстание Спитамена было жестоко подавлено. Историк Квинт Куртиус описывает смерть Спитамена следующим образом:
«Спитамен любил свою жену неистово и брал ее всюду с собой, и она была озлоблена длительными побегами и новыми изгнаниями. Утомленная бедствиями, она пыталась переубедить его. Но он отвечал, что он предпочел бы смерть захвату…

На пиру, когда её муж был опьянен и погружен в сон, она вынула свой меч, который скрывала под своей одеждой, и отрубила ему голову. Обрызганная кровью, она вручила голову своему рабу, сообщнику преступления.

Сопровождаемая им, не сменив свою окровавленную одежду, она появилась в македонском лагере … и вручила голову Спитамена Александру».

Благородный образ великого лидера Согдиан, который смело боролся за счастье своего народа, исчез в истории, скрытой славой. Ранняя смерть Александра Великого (323 г. до н.э.) вызвала кровавые междоусобные войны, которые привели к распаду империи и к формированию множества отдельных государств. Приблизительно в 306 г. н.э. территория Бактрии, Согдианы и Маргилана стали частью государства Селевкидов.

Мегаломаньяк, не знавший границ. Какую славу заслужил Александр Македонский на самом деле

Правители, политики, завоеватели — чем больше людей они убивали, захватывали и подчиняли своей воле, тем с большей вероятностью им воздвигали памятники. Великие герои своего отечества в соседних государствах обычно считались злодеями и преступниками. Александр Македонский, Владимир Ленин, Васко да Гама, Иван Грозный, Мартин Лютер и другие деятели здесь— не герои, а «плохие парни», которых объединяет одна черта: спорить с ними было чертовски опасно.  Книга Ари Турунена «Памятники не тем: Правители, не заслужившие славы стала бестселлером» в Финляндии, как и предыдущие книги автора — «Всемирная истории высокомерия, спеси и снобизма» и «Только после Вас».

Обложка книги·DR

Царь Македонии Александр— один из самых романтических героев западной истории, и легенды о нем за прошедшие столетия оторвались от реальности самым причудливым образом. В западной популярной культуре этот прекрасный юноша с развевающимися кудрями скачет на неутомимом коне Буцефале от одного сражения к другому, к новым и новым приключениям, и относится к побежденным с честью и снисхождением. В исторических фильмах предусмотрительно не упоминается о том, как Александр продает в рабство население завоеванных городов. Для тех, кто рассказывает о нем, Александр — слишком романтическая персона, чтобы представлять его как деспота, жаждущего владычества над всем миром.

Об Александре ходит множество легенд. Одна из наиболее известных — легенда о том, как он справился с Гордиевым узлом. Чрезвычайно сложно завязанный узел хранился в храме Зевса в столице Фригии, носившей имя ее правителя Гордия. По преданию, тот, кто распутает узел, должен был стать правителем всей Азии. Александр же не стал его развязывать, а разрубил своим мечом. Подобным образом он решал и остальные трудности, которые вставали на его пути.

Реклама на Forbes

Отец Александра, царь Македонии Филипп II, был великолепным главнокомандующим, который растил сына воином с самого детства. Филипп завоевал практически всю Грецию и объединил ее разрозненные города под своим правлением. Тринадцатилетний Александр стал учеником Аристотеля и учился у него в течение трех лет. Судя по всему, лекции учителя о сомнении, которое всегда кроется в мудрости, не заставили Александра углубиться в самопознание.

С ранних лет мальчик знал, что он особенный. При дворе ему говорили, что его предками были великие герои как с материнской, так и с отцовской стороны. Отец Александра был прямым потомком Геракла, а мать — Ахилла. Даже наличие не настолько героических предков может ударить в голову.

Обучение у Аристотеля закончилось, когда настало время воевать. Филипп II отправился на войну, оставив наместником шестнадцатилетнего Александра. В это время произошло восстание фракийского племени медов. Александр быстро собрал войско, подавил восстание и назвал крепость медов своим именем. С тех пор оно носило название Александрополь. За свою жизнь Александр назвал в честь себя в общей сложности 19 городов, самым известным из которых является Александрия — второй по величине город в Египте.

Александр стал царем Македонии в 336 году до н. э., когда Филипп II был убит. Александру было тогда всего 20 лет, однако у него уже имелась четкая цель — завоевать Персию. Убийство Филиппа было хорошим предлогом для того, чтобы избавиться от всех, кто так или иначе был причастен к заговору или просто стоял на пути у Александра. Он казнил своего двоюродного брата Аминту и двух македонских принцев, а также зятя Филиппа II Аттала и его дочь. После уничтожения политических соперников Александр остался единственным наследником правящей династии Аргеадов.

Тем не менее требовались немалые усилия для того, чтобы удержаться на троне. Когда крупный греческий город Фивы восстал против Македонии, Александр жестоко подавил восстание, буквально сровняв Фивы с землей. Шесть тысяч жителей города были убиты, а оставшиеся 30 000 — проданы в рабство. Другие греческие полисы сдались и перешли под власть Македонии, сделав Александра гегемоном Коринфского союза в борьбе против Персии.

Александр воспользовался своим положением и начал военную кампанию, направленную на завоевание Персии. Греки присоединились к походу, поскольку Персия была их давним врагом. Жалованье солдатам пообещали выплатить из награбленной добычи — Персия славилась своим богатством.

В 334 году до н. э. Александр и 35 000 его солдат переправились через Геллеспонт — нынешние Дарданеллы в Турции. Сперва Александр направил войско в Трою, чтобы побывать на могиле своего предка Ахилла. Подплывая к берегам, Александр метнул в землю копье и таким образом засвидетельствовал, что с этого момента он является законным правителем Азии. Война Персии была объявлена. Александр впервые сразился с персидским войском на реке Граник, где разбил противника. Тех, кто тогда остался в живых, продали в рабство.

Города Ионии Александр завоевывал по одному. Несмотря на то что изначальная цель войны — освобождение греческих городов в Малой Азии — была выполнена, Александр решил продолжить вести сражения в других землях. Ненасытность царя постепенно стали замечать его воины, моральный дух которых начал падать.

Александр сошелся с  персидским царем Дарием III в битве под Иссом в Анатолии в 333 году до н. э. По разным подсчетам, персы в этой битве потеряли от 5000 до 10 000 воинов. Дарий бежал, а его семья оказалась в руках Александра. Согласно историкам, тот обошелся с ними вполне великодушно. Он пленил жену Дария Статиру и ее тринадцатилетнюю дочь, носившую то же имя. Позже девочка стала женой Александра. Он также забрал себе гарем Дария.

В следующем году Александр продолжил завоевывать средиземноморские города, расположенные на побережье, и уничтожал всех, кто осмелился сопротивляться. Тир отказался сдаваться. Александр начал осаду города, которая продлилась семь месяцев. Согласно римскому историку Квинту Курцию Руфу, 2000 жителей Тира были распяты. В осаде погибли еще 6000 человек. Оставшихся после этого в живых мужчин убили, а женщин и детей продали в рабство.

Следующей была окружена Газа, которая также отказалась сдаваться. Все мужское население города было убито. Персидского наместника, управлявшего городом, протащили по улицам за колесницей, и в конце концов он скончался.

После завоевания Египта Александр утвердился в мысли о своем божественном происхождении. В египетском храме Амона оракул сказал царю, что его настоящим отцом был не Филипп, а сам Зевс! Это укрепило убеждение Александра

в том, что воинскими успехами он обязан своей божественной силе. Он начал требовать от воинов, чтобы те называли его Зевсом или Амоном. Македоняне не приняли такого поведения правителя. Их преданность ему основывалась на боевом братстве, а не на якобы небесном происхождении предводителя.

Александр вернулся в Палестину и разрушил Самарию, жители которой взбунтовались против новой власти. Он казнил правителей Самарии и всех, кто пытался бежать. В сражении при Гавгамелах в 331 году до н. э. он повторно разбил войска царя Дария. Тогда погибли несколько десятков тысяч персов.

После Гавгамел пришел черед Вавилона, где солдаты Александра провели целый месяц за пьянством и насилием. Согласно историку Курцию Руфу, родители и мужья позволяли чужакам пользоваться их женами и детьми до тех пор, пока солдаты щедро платили за бесчестье.

Реклама на Forbes

Столицу Персии Персеполис Александр завоевал в 330 году до н. э. Царь позволил своему войску разграбить город. Со- гласно историку Плутарху, армия попировала на славу, но веселью пришел конец, когда Александр спьяну сжег город дотла.

Персидский царь Дарий был убит, и Александр пленил главного виновника убийства, заговорщика Бесса, провоз- гласившего себя правителем. Александр распял Бесса на кресте, воспользовавшись убийством Дария как предлогом для того, чтобы казнить сатрапа. Перед казнью Бессу отрезали нос и уши.

Когда захваченные Персией греческие территории были отвоеваны обратно, воины Александра решили, что их дело окончено и пора готовиться к возвращению на родину.

Но честолюбие царя не знало границ, и он сумел убедить свое войско продолжить поход. В этот раз идти предстояло на север: впереди простирались территории нынешних Таджикистана, Узбекистана и Афганистана.

Когда в Согдиане начались восстания, царь Александр не стал изменять себе. Мужское население бунтующих го- родов уничтожили, а женщин и детей продали в рабство. В 328 году до н. э. Александр одержал победу над местным правителем Оксиартом на территории нынешнего Таджикистана. Среди пленных была дочь Оксиарта Роксана. Во время мирных переговоров было условлено, что Александр возьмет Роксану в жены.

Реклама на Forbes

На практике все свободное время Александра уходило на подавление очагов восстания не только на захваченных территориях, но и внутри собственной армии. Когда в 330 году до н. э. Александр занял Дрангиану, что на территории нынешнего Афганистана, внутри войска был раскрыт заговор, целью которого было положить конец бесконечной войне. Заговорщиков подвергли пыткам и убили. Александр становился все более недоверчивым. Особенно подозрительными ему казались прежние союзники его отца.

В Самарканде в 328 году до н. э. произошел инцидент, который еще больше увеличил пропасть между царем и его воинами. Македонцы подавили восстание в Согдиане и бурно праздновали победу. И тогда в пьяной ссоре Александр убил своего близкого друга и соратника Клита. Во время пиршества Клит осмелился защитить память царя Филиппа — отца Александра. Согласно Плутарху, в убийстве друга Александр обвинил бога виноделия Диониса. В то же время постфактум он заклеймил Клита как предателя.

В Египте Александр провозгласил себя сыном бога солнца Амона, да и в Персии он начал вести себя как полноправный царь и властелин. Он носил пышные персидские одежды и царскую перевязь на голове. Чествовал себя как сына Зевса и вернувшегося к жизни Ахилла — то есть считал себя сверхчеловеком, которому уготована судьба покорить весь мир.

В Бактрии Александр захотел, чтобы, согласно персидским придворным традициям, перед ним все падали ниц. Македонские воины посчитали, что это чересчур, — и царя осмеяли. Подобные церемонии показались излишними даже племяннику Аристотеля Каллисфену, который до этого превозносил Александра. Царь отказался вводить новые церемонии, но неприязнь к Каллисфену осталась. Когда был раскрыт так называемый заговор пажей, подозрительный Александр приказал казнить многих из тех, кто не имел к тайному сговору никакого отношения. Под горячую руку попал и Каллисфен.

В 326 году до н. э. Александр пошел на Индию, разрушая встречающиеся ему на пути города и уничтожая их жителей. Царь пообещал 7000 наемников из Массаги, что пощадит их, если они сдадутся. Те отказались примкнуть к войску Македонского, и все воины, а также их семьи, включая жен и детей, были убиты. Александр перешел Инд и направился к югу, попутно распиная наместников всех городов, которые отказывались сдаваться. В Мултане царя ранили, и из-за этого было убито все население города.

Реклама на Forbes

Александр разгромил индийского царя Пора и начал готовиться к новому походу. Но чаша терпения его солдат переполнилась — и тот вынужден был повернуть назад.

Александр вернулся в Персию. Он отправил в греческие полисы послания, согласно которым намеревался провоз- гласить себя богом. В период с 326 по 324 год до н. э. треть наместников — сатрапов Александра — были смещены, шестерых казнили.

В Сузах Александр воссел на трон персидских царей и устроил грандиозный пир в честь завоевания этих земель. Во время этого пира сам Македонский, 80 его полководцев и 10 000 воинов взяли в жены азиаток — целью было укрепить новую державу и слить воедино победителей и побежденных. Мегаломания Александра не знала границ. Александр женился на дочери Дария Статире, а его друг полководец Гефестион взял в жены сестру Статиры Дрипетиду. Второй женой Александра стала Парисатида, дочь Артаксеркса III. Воины, взявшие в жены персиянок, получили щедрые награды.

Александр всегда отличался горячей головой, а военные победы окончательно затмили его разум и лишили чувства меры. Когда лучший друг Александра Гефестион неожиданно скончался от болезни, сломленный горем царь приказал казнить лекаря, который врачевал его наперсника. Спустя восемь месяцев, в 323 году до н. э., умер и сам Александр Македонский, не дожив до 33 лет. Согласно некоторым источникам, смерть настигла Александра после обильных возлияний, длившихся десять дней. Существовали и подозрения, что царя отравили. Как пишет британский исследователь Найджел Которн, завоевательные войны Александра так выкосили мужское население Македонии, что после смерти царя стране не удалось сохранить свою мощь и остаться великой державой.

Александр так же не мог насытиться властью, как Наполеон I или Чингисхан. Его целью было ни много ни мало мировое господство. Известно, что незадолго до смерти Александр намеревался покорить Аравию. У упомянутых властителей были схожи не только цели, но и методы их достижения. Если города покорялись без сражения, жителей могли помиловать. Если же на пути вставало сопротивление, то наказание было суровым.

Реклама на Forbes

О героизме Александра Македонского можно много спорить. Он всегда сражался в первых рядах и был честолюбив. В то же время не терпел, если с ним не соглашались. Он убивал близких людей, не пощадив даже друга детства, сына своей кормилицы Клита. А древнюю столицу Персии сжег, будучи во хмелю.

Впрочем, Александру не чужды были и иные чувства. Убив друга в пьяной ссоре, на следующий день он впал в отчаяние и раскаялся в том, что совершил.

Две тысячи лет спустя благородный облик Александра и его завоевательные походы были сочтены достаточной причиной для возведения памятника. Бывший министр иностранных дел Македонии Антонио Милошоский в интервью газете The Guardian в октябре 2010 года заявил, что скульптура призвана укрепить национальную идентичность Македонии по отношению к Греции.

Книга «Походы Александра Македонского» Елисеев М Б

Походы Александра Македонского

Александр Македонский, грозный завоеватель, стирающий с лица земли города, и великий строитель, который на захваченных землях возводил их десятками. Жестокий тиран, убивающий своих друзей и заливший реками крови половину Востока, и мудрый правитель, уравнявший побеждённых в правах с победителями. Царь, которого новые подданные считали богом, а соратники — отступником. Так кто же он был, человек, который подобно яркой комете промчался по небосводу истории, — Александр Великий, как называют его на Западе, или Искандер Проклятый, каким помнят его на Востоке?

Поделись с друзьями:
Издательство:
Вече
Год издания:
2017
Место издания:
Москва
Язык текста:
русский
Тип обложки:
Твердый переплет
Формат:
84х108 1/32
Размеры в мм (ДхШхВ):
200×130
Вес:
510 гр.
Страниц:
480
Тираж:
1500 экз.
Код товара:
887862
Артикул:
70354
ISBN:
978-5-4444-5935-5
В продаже с:
22. 05.2017
Аннотация к книге «Походы Александра Македонского» Елисеев М. Б.:
Александр Македонский, грозный завоеватель, стирающий с лица земли города, и великий строитель, который на захваченных землях возводил их десятками. Жестокий тиран, убивающий своих друзей и заливший реками крови половину Востока, и мудрый правитель, уравнявший побеждённых в правах с победителями. Царь, которого новые подданные считали богом, а соратники — отступником. Так кто же он был, человек, который подобно яркой комете промчался по небосводу истории, — Александр Великий, как называют его на Западе, или Искандер Проклятый, каким помнят его на Востоке? Читать дальше…

Завоевания Александра Македонского.

Поход в Месопотамию

Был, вероятно, конец мая 331 г. до н. э., когда Александр выступил для последнего, решающего сражения с Дарием. Путь его лежал через Месопотамию, из Тира мимо Ливана в долину Бикаа, а затем на север, вдоль величественных гор Ливана и Антиливана. Хотя войско еще находилось в пределах подвластной Александру провинции Сирии, тем не менее в походе возникли некоторые трудности, так как наместник Александра плохо заботился о поставках продовольствия. Этим он навлек на себя высочайший гнев и в наказание первым из всех сатрапов Дария был освобожден от должности. В июле войско наконец достигло Евфрата, территории, до сих пор находившейся под контролем Македонии. Противоположный берег реки оборонял перс Мазей, но, узнав о приближении македонских войск и о том, что Александр намеревается начать переправу, он тотчас же покинул свои позиции. Благодаря этому переправа у Тапсака прошла без всяких затруднений, по заранее наведенному мосту. И дальнейший марш по вражеской территории проходил без боев.

Целью похода Александра были в первую очередь Сузы и Вавилон — крупнейшие центры Персидской державы. Идти туда нельзя было ни вдоль Евфрата, ни вдоль Тигра: обе реки в среднем течении протекают по иссушенной, неплодородной степи. Главный же путь шел через Месопотамию с запада на восток, а затем вдоль Курдских гор (Загра) к Вавилонии и Эламу. Эта местность была густо населена, а следовательно, здесь не составляло трудности добыть продовольствие и фураж. Никакого сомнения не было в том, что войско Дария встретит его где-то на этой важнейшей дороге, чтобы прикрыть царские резиденции.

Следовало пройти между двумя реками 500 километров, двигаясь все время на восток по необъятным просторам. Зимой эта местность представляла собой голое глиняное плато, весной — ковер из цветов, а сейчас, летом,— степь с выжженной солнцем травой, покрытой толстым слоем раскаленной пыли. Переходы совершали лишь по утрам и вечерам. В полуденную пору все цепенело под палящим зноем. В миражах представали многочисленные холмы: они плыли над раскаленным горизонтом, словно отделившись от горячей земли. Смерчи поднимали над дорогой столбы пыли. Казалось, целыми неделями не меняется ландшафт, и только горы, их появление и исчезновение, указывали на перемену мест: вершины и хребты гор, словно острова в море, иногда возвышались над горизонтом. Сначала по правую руку появился пологий хребет — нынешний Абд-эль-Асиз, затем его сменил более длинный и высокий хребет — одинокий Синджар. По левую руку сначала были видны горы где-то вдали, затем показались вершины на границе Армении (теперешний Тур Абдин). Их желтые склоны ярко горели на солнце. Вдруг впереди, на горизонте, появилась отдаленная вершина, за ней — еще несколько, целая цепь, которая день ото дня росла. Это были Курдские горы на другом берегу Тигра. А за ними виднелась — в это с трудом верилось — родина персов и мидян.

В начале сентября войско стояло на берегу ровного, как стрела, быстрого Тигра. И на этот раз переправа не охранялась. Однако при переходе вброд пришлось преодолевать течение. Дальше путь шел на юго-восток, вдоль. Курдских гор. Здесь конная разведка донесла о появлении врага, ли вскоре от захваченных пленников узнали, что Дарий со своим войском, готовым к сражению, стоит на Гавгамельской равнине.

Описание четырехмесячного похода от Тира к Гавгамелам развенчивает общепризнанное мнение, что Александр завоевал свое царство в постоянных битвах с врагом. Он добыл его в основном на марше, а не в сражениях. Благодаря его замечательной стратегии вся армия редко вступала в бой. Чаще в сражении участвовали только всадники, легковооруженные воины и гипасписты, фаланга же до сих пор провела лишь один серьезный бой — под Иссом, и то длившийся всего около двух часов. При взятии ионийских и фракийских городов она больше окапывалась, чем сражалась, а при Гранике вообще не принимала участия в битве. Главной задачей фаланги были марши и марши. Для Александра большее значение имела прочность обуви воинов, чем острота их копий и мечей. Однако в сражении при Гавгамелах фаланге предстояло подтвердить свою военную славу.

Мобилизация в крупных государствах требует значительного времени, но Александр предоставил его Великому царю. Македонское войско выступило из Тира на восток больше чем через год после отклонения второго мирного предложения Дария. Между сражением при Иссе и битвой при Гавгамелах прошло около двух лет.

Дарий постарался использовать передышку и, как обычно, предпринял все необходимое для подготовки к войне. Доступ к Средиземному морю для него по-прежнему был закрыт: ему не удалось навербовать греческих наемников. И Дарий стал пополнять свое войско на Востоке. Была мобилизована иранская знать с сопровождавшей ее свитой, в первую очередь знаменитые своей храбростью конники из Ареи, далекой Бактрии и Согдианы. На помощь верховному властителю выступили гордые сатрапы этих провинций, испытанные в боях, уверенные в победе полководцы, не имевшие, однако, никакого опыта в войнах с Западом. Прислали свои отряды и союзники — свободные скифы из Центральной Азии.

Так как преимущество македонского вооружения уже сыграло роковую роль в двух сражениях, войско Дария теперь стали вооружать новыми типами копий и мечей, а всадников — щитами, однако в первую очередь обратились к почтенному реквизиту прошлого — боевым колесницам. В то время колесницами пользовались еще разве только индийцы. Персы решили модернизировать колесницы и снабдили их множеством двигающихся серпов. С их помощью Дарий рассчитывал разметать вражеские ряды. Индийцы из восточных областей привели с собой слонов, которых также собирались использовать в сражении. Все это придавало войску Дария своеобразный восточный колорит. Для Востока это было, конечно, превосходное войско, но в отношении вооружения и техники оно, разумеется, отстало: ни командование, ни сами воины не имели понятия о возможностях и требованиях современного ведения боя. Это огромное войско было совершенно не способно ни к какому маневру.

В армии Дария насчитывалось примерно 45 000 всадников и 200 000 пеших воинов. По крайней мере такие данные приводит Курций, а взял он их, по всей вероятности, из сообщений Каллисфена о захваченных в персидском лагере военных приказах. Официальные македонские источники приводили завышенные цифры. Арриан называет наряду с 40000 всадников около миллиона прочих воинов. Противник численно превосходил македонское войско, видимо, не менее чем в пять раз; соотношение это, если принять во внимание его отсталое вооружение, плохую выучку и менее опытных военачальников, не кажется невероятным, однако македонцам оно, разумеется, не могло не внушать опасения.

Промедлив два года, Александр сам дал врагу возможность собрать такое огромное войско. Теперь ему предстояло решить, как с ним справиться. Нет сомнений, что на этот раз он считал положение весьма серьезным. В 26 километрах от врага он построил укрепленный лагерь для своего обоза. Кроме того, из объятых пожарами окрестных сел Александр велел собрать продовольствия на четыре дня. Только после этих мер глубокой ночью он начал наступление. Сначала войско шло вдоль дороги. С наступлением утра боевой строй был развернут. Холмистая местность не давала хорошего обзора, но, когда войско широким фронтом поднялось на возвышенность, перед воинами открылся прекрасный вид на Гавгамелы. Справа возвышались Курдские горы, слева — Джебель-Маклуб, а между ними находилось широкое плато, как бы специально расчищенное для конницы. На этом плато располагался почти необозримый фронт вражеских боевых порядков.

Но Александр был уже не тот, что у Граника — безрассудный и отважный. Он охотно последовал совету Пармениона отложить битву на следующий день, решив разведать вражеские позиции и пространство между войсками, где он подозревал скрытые рвы и западни. Вырвать победу в сражении с помощью внезапного нападения ночью Александр считал для себя унизительным. Таким образом, войско получило еще ночь для отдыха перед битвой. Сам Александр, измученный заботами и напряжением предшествующего дня, спал на следующее утро так крепко, что его едва смогли разбудить (это было, вероятно, 1 октября). Персы, напротив, всю ночь не расставались с оружием и чувствовали себя усталыми. Они стояли, развернувшись фронтом на запад. Великий царь расположился в центре, прикрытый телохранителями, греческими наемниками и слонами, а на флангах находились многочисленные всадники: на северном, правом фланге — под командованием Мазея, на южном, левом — под командованием Бесса. Оба полководца надеялись обойти нападающего по центру Александра с обеих сторон и окружить его.

Когда приготовления были закончены, Александр еще раз объехал ряды воинов вместе с прорицателем Аристандром. Царь был в сверкающем панцире, жрец — в белых одеждах. Когда они приблизились к фессалийским всадникам, царь воздел руки к небу и вознес богам молитву о том, чтобы они придали сил грекам и не забыли, что сам он — сын Зевса-Аммона.

Так же как при Иссе, Александр разделил свои боевые порядки на две неравные части. Большую, правую часть (она стояла на юге) он оставил под своим командованием: здесь находилась вся конница гетайров, к которой примыкали гипасписты и пять полков пеших воинов. Левая, более слабая (северная) часть войска состояла из пешего полка Кратера и всех греческих всадников. Ею, как и прежде, командовал Парменион. Александр не стал растягивать свои ряды, чтобы они пришлись вровень с персидским фронтом, поэтому они занимали примерно половину его, а сам он, находясь на краю правого фланга, оказался против центра вражеского войска. Для того чтобы избежать обхода с фланга и окружения, он приказал греческим гоплитам (из союзного контингента) вместе с наемниками образовать за его всадниками вторую линию, которая при необходимости должна была сражаться перевернутым фронтом. Кроме того, царь расположил на обоих флангах ударные группы легковооруженных всадников и пеших воинов, чтобы отражать удары противника с боков.

Персы намеревались вынудить Александра напасть в центре, чтобы окружить его фланги конницей. Однако случилось непредвиденное. Македоняне не стали нападать вовсе. Войско их, правда, пришло в движение, но не продвигалось вперед: Александр развернул его направо, в южном направлении. Это было нелегко, однако войска Александра прекрасно подготовились к такого рода маневру. Для фланга Пармениона это, естественно, усиливало опасность окружения. Дарий решил, что Александр во избежание всякого риска быть окруженным с юга собирается сам атаковать отсюда персидское войско. Поэтому он вначале перестроил край левого фланга своих конников дугой, чтобы воспрепятствовать наступлению македонян с фланга. Это ничего не дало, так как Александр все еще не нападал, а по-прежнему продвигался на юг. Тогда Дарий приказал всем боевым колесницам идти в атаку и двинул вперед боевые порядки. Прежде всего он бросил свой левый фланг на южный фланг Александра, чтобы таким образом приостановить его движение вправо. При совершении этого маневра образовался разрыв фронта — центра и левого фланга, разрыв, который, по всей вероятности, быстро был бы заполнен, если бы персы имели дело с врагом, неспособным к быстрым действиям.

До сих пор Александр воздерживался от всякого нападения и только послал свои ударные фланговые группы направо, чтобы помешать вражескому плану окружения. Теперь же, увидев прорыв, он счел момент благоприятным. Гетайры мгновенно построились в клин, гипасписты и фаланга приготовились к бою и под звуки труб, с боевым кличем двинулись в прорыв. Он превратился как бы в зияющую рану, в которую с ужасающей быстротой вгрызалось яростное оружие македонцев, проникая в самый центр — к Дарию.

Однако с другой стороны надвигалась опасность. Персидские боевые колесницы сами по себе не могли принести большого вреда, но за ними в центре и с северного фланга следовала конница, пытавшаяся прорвать строй македонцев и окружить их. Когда Александр с такой внезапностью кинул свою половину войска вперед, самый северный из его полков не смог поспеть за ним. Таким образом, он оторвался и от Александра и от группировки Пармениона, и в образовавшийся коридор тотчас же вторглись вражеские всадники. Одновременно эскадроны Мазея окружили Пармениона с севера, в то время как с юга эскадроны Бесса пытались напасть на ударный клин Александра сзади. За ними, правда, находилось македонское фланговое охранение, которое, в свою очередь, напало сзади на воинов Бесса. Теперь македонские боевые порядки превратились в не связанные друг с другом отряды; персидские всадники между тем овладели инициативой.

Если бы Дарий находился в это время при своих оттесненных от центра эскадронах, если бы он, подобно Александру, встал во главе атаки, а не наблюдал бы с высокой колесницы за битвой, он, несомненно, выиграл бы сражение. Теперь же разорванный строй персидских всадников остался в нужный момент без руководства. Вместо того чтобы уничтожить македонское войско, прикрываемое сзади остатками отчаянно защищавшегося второго эшелона, они бросились к обозу Александра, который находился невдалеке и манил их возможной богатой добычей. Тут-то они, как и при Иссе, потеряли драгоценные минуты, столь необходимые для закрепления успеха. Парменион, увидев, что окружен, понял всю опасность своего положения. Он знал, что Александр на другом фланге готовится к решающей атаке, но боялся, что на этот раз царь не успеет прийти к нему на выручку. Поэтому он запросил у него помощи.

Его повелителю, однако, к этому времени удалось больше чем просто вгрызться в ряды врага. По всей вероятности, так же как некогда при Иссе, он приблизился к самому Великому царю. И снова, как некогда, Дария охватил страх. Первый рыцарь забыл все правила рыцарства, и, сочтя все потерянным, в то время как его воины повсюду, где не было Александра, продолжали еще одерживать победы, он совершенно не по-царски обратился в бегство. Окруженный непроницаемым облаком пыли, он вскоре скрылся из виду, и только по щелканью бичей, которыми подгоняли быстро удалявшихся коней, можно было узнать, куда движется кавалькада.

Александр решил, что после бегства Великого царя персидские атаки прекратятся сами собой. Поэтому он вначале вовсе не думал о возвращении, рассчитывая догнать Дария. В это время ему передали просьбу Пармениона о помощи. Повелитель, правда, просьбу выполнил, но никогда не мог простить своему сподвижнику послания, которое объяснял трусостью. Ведь эта просьба, по его мнению, лишила его триумфа, взятия в плен самого Дария.

Когда царь вернулся на поле боя, он увидел, что опасность частично уже ликвидирована отрядами второго эшелона. Персидские всадники центра спешно покидали разграбленный македонский лагерь, узнав, вероятно, о бегстве Дария. Столкновение было кровопролитным: Александр пытался преградить им путь, но этого ему не удалось. С отчаянной смелостью персы прорвались, одержав победу даже в своем поспешном бегстве. Тогда Александр направился к группе Пармениона, который тем временем успел уже выйти из трудного положения. И здесь вражеские всадники отступали, исчезая в облаках пыли. Таким образом, Парменион и фессалийские всадники имели право к концу боя считать себя победителями.

Парменион овладел теперь персидским лагерем, тогда как Александр возобновил преследование врага, продолжив его и на следующий день, до самых Арбел: он все еще не расставался с надеждой захватить самого Дария. Последний, по всей вероятности, уже покинул ведущую к Арбелам дорогу и повернул влево, в горы, сопровождаемый гвардией, греческими наемниками и всадниками Бесса.

По проходам в Курдских горах он бежал в Мидию. Мазей же просто отступал под прикрытием облаков пыли на запад, пересек путь, по которому наступали войска Александра, и без всяких препятствий добрался до Тигра, через который он, по всей вероятности, переправился у развалин Ниневии. Отсюда Мазей двинулся вниз по течению реки к Вавилону.

И на этот раз в македонском отчете приводятся астрономические цифры потерь персов. Число погибших с македонской стороны было сравнительно с одержанной победой не слишком высоким, однако сообщалось о сотне гетайров, которые пали преимущественно в последнем бою. Велико было число раненых.

Таковы сообщения о последней битве Александра с персидским царем. Более современное вооружение и тактика македонян в соединении с выдающимся воинским дарованием Александра всегда приводили к победе даже над противником с численно превосходящим войском. Подтвердилось правило, что теоретически разработанный и механически выполняемый план сражения уступает оперативному руководству битвой, которое спонтанно черпает силы в мгновенном вдохновении и использует все возможности, предоставляемые обстановкой. Одно остается для нас в этой битве неясно: какую цель преследовал Александр, сдвигая свои боевые порядки вправо. Если полагать, что он хотел добиться таким способом временного разрыва вражеского фронта, то мы сталкиваемся здесь с таким поразительным умением предвидеть действия противника, подобного которому не найти во всей мировой военной истории.

За победой, как обычно, последовали торжественные погребения и жертвоприношения, раздача наград и отличий. Добыча, захваченная в Арбелах, была богатой. Александр, который немало был обязан твердости греческих воинов, еще раз настойчиво подчеркнул свою победу в этой панэллинской «войне отмщения». Как гегемон и стратег-автократор, он упразднил в Элладе все тирании, дотоле поддерживавшиеся Антипатром. Жителям Платей он пообещал вновь отстроить их город, который так храбро боролся когда-то против заклятого врага. Даже Кротон получил некоторую часть добычи за то, что один из граждан этого города на собственные средства прислал некогда триеру для войны против персов. Различным греческим святилищам, как, например, храму Афины в Линде, были принесены дары.

Особенный интерес вызывает сообщение о том, что Александра после битвы при Гавгамелах провозгласили «царем Азии». Это могло быть сделано только македонским войсковым собранием, что придавало ему значение государственно-правового акта.

Термин «царство Азии» входил сначала в титулатуру великих царей Ахеменидов. Первоначально персы не были знакомы с географическим понятием «Азия», поскольку оно греческого происхождения. Царская титулатура обычно включала слова «Великий царь», «царь царей», «царь земель», а также в различных вариациях «царь обширной земли» (или «царь этой земли», «царь этой обширной земли», «царь этой большой и обширной земли»). Однако в своих дипломатических сношениях с эллинами Ахемениды не только познакомились со словом «Азия», но и сами стали употреблять его. Так, в 386 г. до н. э. они потребовали от греков весь Малоазийский полуостров, по всей видимости основываясь на том, что он относится к Азии, к их «Азиатскому царству». Поэтому, вероятно, они называли себя «царями Азии», чем хотели сказать, что во всем мире, за исключением Европы, они были «Великими царями», «царями всех земель» и т. д. В глазах эллинов границы «Азии» все еще оставались нечеткими, так как, по старой географической терминологии, она охватывала и Ливию (т. е. Африку), а по еще более поздней, этот континент в ее состав не входил. Этим объясняется и то обстоятельство, что персы господствовали в части Африки, но отнюдь не на всем Африканском континенте.

Александр уже в первом своем письме к Дарию, в 333 г. до н. э., требовал признания себя «владыкой всей Азии». При этом слово «владыка» звучит здесь еще категоричнее и безусловнее, чем «царь». Кроме того, он уже тогда делал сильный акцент на словах «всей Азии». Таким образом, Александр требовал, по всей видимости, господства над всем Персидским царством, а сверх того — и над всей Азией, а может быть, и Африканским континентом. Он обосновывал свои притязания победами в сражениях, которые расценивал как божественный помысел и соизволение богов. К этому впоследствии присоединилось обещанное его «отцом Аммоном» мировое господство. И, наконец, притязания его были обоснованы еще третьим обстоятельством — провозглашением македонским войсковым собранием Александра «царем Азии».

Его прерогативой всегда было торжественное провозглашение каждого нового македонского царя. Таким же образом пятью годами раньше был провозглашен и сам Александр. Теперь же войсковое собрание, вероятно опьяненное своей властью и только что одержанной победой, присоединило к его титулу новый — «царь Азии»,— дарованный ему победоносной и уже оторвавшейся от своей родины македонской армией. Что это могло означать?

Мы уже говорили выше, что старомакедонские военачальники Филиппа отрицательно относились к безграничной жажде завоеваний и неудержимому стремлению Александра к титулу Великого царя. Уже тогда мы намекали, что его стремление стать «отцом воинов» диктовалось не только велением сердца, но и намерением завоевать расположение войскового собрания, состоявшего преимущественно из крестьян и пастухов, всегда более тесно связанных с царем, чем со знатью. При необходимости эти пастухи и крестьяне могли составить противовес неблагожелательно настроенным к Александру военачальникам и знати.

После битвы при Гавгамелах войсковое собрание поддержало Александра, не считаясь с оппозиционными настроениями знати. Царю не составило особого труда внушить своим товарищам по походу желательные для него мысли. В действительности же воины бездумно отступили от своего основного правила: они отказались от включения азиатских завоеваний в состав македонской территории и признали «Азиатское государство» и «Азиатское царство» Александра не зависящими от Македонии. Кроме того, они объявили себя готовыми ко всем войнам, которые еще предстояло вести для завоевания этого «Азиатского царства». Если бы Александр захотел, он мог бы с этой минуты включить в свои завоевательные планы Индию или даже всю Африку. От него зависело, насколько он захочет расширить щедро дарованный ему воинами титул.

Итак, войсковое собрание, провозгласив Александра «царем Азии», так же слепо подчинилось желаниям Александра, как вскоре и его действиям, направленным против Филоты и убитого Александром Клита. С помощью войскового собрания Александр в последующие четыре года полностью подавил сопротивление командных лиц. Только в Индии и на обратном пути из Индии воинам стало по-настоящему ясно, что за решение они приняли в своем упоении победой. Тогда в Описе они взбунтовались. В дальнейшем мы покажем, как «царь Азии», перестав нуждаться в своих македонских отрядах, отослал на родину из Описа тех самых людей, которые в Гавгамелах были так покорны его воле. В этом смысле государственная акция, совершенная в Гавгамелах, свела на нет независимость македонской армии, верной и преданной Александру.

Источники:

1. Шахермайр Ф. Александр Македонский; Москва, «Наука», 1986

См. также:

Magisteria

MagisteriaАCreated using FigmaVectorCreated using FigmaПеремоткаCreated using FigmaКнигиCreated using FigmaСCreated using FigmaComponent 3Created using FigmaOkCreated using FigmaOkCreated using FigmaOkЗакрытьCreated using FigmaЗакрытьCreated using FigmaGroupCreated using FigmaVectorCreated using FigmaVectorCreated using Figma��� �������Created using FigmaEye 2Created using FigmafacebookCreated using FigmaVectorCreated using FigmaRectangleCreated using FigmafacebookCreated using FigmaGroupCreated using FigmaRectangleCreated using FigmaRectangleCreated using FigmaНа полный экранCreated using FigmagoogleCreated using FigmaИCreated using FigmaИдеяCreated using FigmaVectorCreated using FigmaСтрелкаCreated using FigmaGroupCreated using FigmaLoginCreated using Figmalogo_blackCreated using FigmaLogoutCreated using FigmaMail. ruCreated using FigmaМаркер юнитаCreated using FigmaVectorCreated using FigmaVectorCreated using FigmaVectorCreated using FigmaVectorCreated using FigmaVectorCreated using FigmaVectorCreated using FigmaVectorCreated using FigmaVectorCreated using FigmaVectorCreated using FigmaVectorCreated using FigmaVectorCreated using FigmaVectorCreated using FigmaРазвернуть лекциюCreated using FigmaГромкость (выкл)Created using FigmaСтрелкаCreated using FigmaodnoklassnikiCreated using FigmaÐCreated using FigmaПаузаCreated using FigmaПаузаCreated using FigmaRectangleCreated using FigmaRectangleCreated using FigmaПлейCreated using FigmaДоп эпизодыCreated using FigmaVectorCreated using FigmaVectorCreated using FigmaСвернуть экранCreated using FigmaComponentCreated using FigmaСтрелкаCreated using FigmaШэрингCreated using FigmaГромкостьCreated using FigmaСкорость проигрыванияCreated using FigmatelegramCreated using FigmatwitterCreated using FigmaCreated using FigmaИCreated using FigmavkCreated using FigmavkCreated using FigmaЯCreated using FigmaЯндексCreated using FigmayoutubeCreated using FigmaXCreated using Figma

«Походы Александра» Арриана

«Походы Александра » пробили брешь в моем проекте по аскетизму, а, я читал новости о раскопках в Амфиполе (смотреть спойлер)[ которые я нахожу довольно захватывающими (скрыть спойлер) ] и поскольку македонцы все больше занимали мои мысли, я сдался этой копии перевода Обри де Селинкура.

Я смутно осознавал, что Арриан писал спустя некоторое время после смерти Александра, но мысленно не относил это к периоду правления императора Адриана — более четырехсот лет спустя.Арриан построил свою историю завоевания Александром Персидской империи и продвижения в северо-западную Индию через долину Сват и некоторые части Центральной Азии, которые в последние десятилетия редко оставались в новостях на основе более ранних отчетов. Некоторые фрагменты из них сохранились. Интересно, что все другие сохранившиеся полные отчеты о правлении Александра довольно поздние.

Арриан начинает с обсуждения двух своих основных источников: Везде, где Птолемей и Аристобул в своих историях об Александре, сыне Филиппа, давали один и тот же рассказ, я следовал ему, исходя из предположения о его точности; там, где факты расходятся, я выбрал то, что мне кажется более вероятным и интересным….мне кажется… что Птолемей и Аристобул — самые заслуживающие доверия писатели на эту тему, потому что последний разделял походы Александра, а первый — Птолемей — помимо этого преимущества, сам был царем, а это более позорнее для короля лгать, чем для кого-либо другого (стр. 41). Это тот самый Птолемей, который после смерти Александра захватил власть над Египтом (и украл труп Александра, возможно, в знак законной власти) и основал династию Птолемеев, которая должна была править до смерти Клеопатры VII.Учитывая это, я не уверен, что был бы столь же оптимистичен, как Арриан, в отношении надежности Птолемея в отношении его собственной роли и роли других ведущих фигур, которые должны были стать его соперниками в годы после смерти Александра.

Во всяком случае. Арриан был говорящим на греческом языке в Римской империи. При императоре Адриане он был сначала консулом, а затем губернатором Каппадокии. У нас есть высокий летчик, говоря языком нашего времени, римской имперской службы, который пишет не историю своей жизни или своего времени, а оглядывается на гораздо более раннюю эпоху и ту, которая в свое время хорошо служила. по доступным историям (даже если многие из них сейчас для нас потеряны).Арриан говорит нам, что прежде всего единственная неудача Александра заключается в том, что у него нет достойной истории, чтобы прославить свою жизнь (стр. 67). Те работы, которые существуют (редактор), от Птолемея до Плутарха, недостаточно хороши для Арриана. И все же Александр, по мнению Арриана, был непревзойденным как историческое явление , во всем мире никогда не было другого человека…, который собственноручно преуспел в столь многих блестящих предприятиях (стр. 68). Арриан продолжает объяснять свою заинтересованность в написании книги об Александре, говоря, что эта моя книга с юности была для меня более ценной, чем страна, родственники и общественное благополучие — на самом деле для меня это именно то, что нужно.И именно поэтому я осмеливаюсь претендовать на первое место в греческой литературе, так как Александр, о котором я пишу, занимал первое место в профессии оружия (стр. 68). Книгу можно рассматривать как своего рода литературную версию триумфальной арки, прославляющую победу греческой культуры над варварами — явно персами, но косвенно римлянами.

Второе, что меня поразило в Александре Арриана (спойлер просмотра) [первое, как он начинает с обсуждения своих источников и насколько он доверяет Птолемею, как я упоминал выше (скрыть спойлер)], это то, как он прыгает прямо в историю с воцарение Александра и немедленная необходимость сражаться с некоторыми фракийцами. Мы не начинаем с рассказа о рождении и детстве Александра, не говоря уже о его предках или описании его царства или политической ситуации. После Фрейда, если не после Вордсворта (см. спойлер) [» Ребенок — отец мужчины » (скрыть спойлер)] мы стремимся обратиться к детству, чтобы понять взрослую жизнь — я полагаю, Александр раскрывает себя вместо этого мы видим его попытку заново изобрести свою родословную, утверждая, что он сын Бога, а не просто Филиппа Македонского.

Возможно, Арриан чувствовал, что все эти вещи будут настолько хорошо известны его читателям, что ему не нужно было упоминать о них, или что они не имеют отношения к иллюстрации того, как Александр занял первое место в профессии оружия. Я задавался вопросом, пока Александр продвигался в Персидскую империю, одерживая победы, как его армия вообще достигла такого пика мастерства. Я также задавался вопросом, поскольку Арриан хвалил боевые качества некоторых персидских отрядов и поскольку Александр позже интегрировал персидские войска в свою собственную армию, почему армии Дария выступили так плохо (см. спойлер) [так как Дарий получил трон после резкой и резкой семьи борьба Интересно, нежелание бороться за него было фактором (скрыть спойлер)].Но Арриан преднамеренно выделяет Александра рельефно, частично сглаживая фон. Александр — герой. Остальные буквально копьеносцы.

В то же время Арриан тоже может неоднозначно относиться к своему герою. Арриан скрывает рассказ о том, что Александр приказал сжечь дворец в Персеполе, э-э, ну, потому что он был пьян (стр. 179). У него есть длинный список поступков Александра, которые ему не нравятся — чрезмерные увечья, ношение персидской одежды (см. спойлер). как способность объединять народы в гармоничную Империю, используя навыки и таланты всех народов на благо всех, я думаю, что Овидий или Вергилий говорят что-то в этом духе, сам Арриан выиграл от этой политики — он был греком, но занимал высокие офис, однако он критически относится к попыткам Александра смешать персидский и македонский стили одежды и лидерства.Его Александр, кажется, должен быть истинным греческим героем и тут он разочаровывает Арриана (скрыть спойлер)], требуя от людей пасть перед ним ниц, пьянство, убийство своего друга Клита (с. 213-226) на что случае Александр показал себя рабом гнева и пьянства, двух пороков, ни одному из которых уважающий себя человек не должен уступать (стр. 216). Поэтому, несмотря на его завоевания и победоносные походы , ничто из того, что я говорю, не может сделать человека счастливым, если только он не сможет одержать еще одну победу вдобавок к тем, которые мир считает такими великими, — победу над самим собой (стр.213).

Это позже развивается в серии анекдотов о встречах Александра с философами в Индии (спойлер) [Арриан очень интересуется Индией, что согласуется с растущим археологическим свидетельством торговых связей между индийским и римским мирами благодаря, очевидно, масштаб строительных работ в Керале в последние годы. Индия очень сильно присутствовала в сознании римлян. (скрыть спойлер)]Александр соглашается с отказом индийских философов от мирских интересов, но продолжает все же свою программу завоеваний.В конечном счете, Александр есть Александр, а философы — это философы, каждый из которых верен своей природе. Многие из этих историй, например история о Диогене Цинике, возможно, являются апокрифами (спойлер)[ Мне всегда нравились истории об индийских мудрецах, некоторых из которых Александр случайно встретил на улице на лугу, где они встретиться, чтобы обсудить философию. При появлении Александра и его армии они топали ногами и не выказывали никакого другого интереса. Александр спросил их через переводчиков, что они имели в виду под этим странным поведением, и они ответили: «Царь Александр, каждый человек может владеть только такой частью земной поверхности, на которой мы стоим.Вы такой же человек, как и все мы, за исключением того, что вы всегда заняты и ничего хорошего не делаете, путешествуя так много миль от своего дома, доставляя неудобство себе и другим. Ах хорошо! Ты скоро умрешь, и тогда ты будешь владеть ровно столько земли, сколько хватит, чтобы тебя похоронить. Александр выразил свое одобрение этим мудрым словам; но на самом деле его поведение всегда было полной противоположностью тому, чем он тогда восхищался. (стр. 349) (скрыть спойлер)]. Александр Арриана — легендарная фигура, действующая в мире чудес (спойлер просмотра) [несмотря на печальное отсутствие муравьев-собирателей золота и грифонов, охраняющих золото (скрыть спойлер)].Он соперничает с Дионисом (первым завоевателем Индии по версии греков) и Гераклом, которого Александр превосходит в своей способности захватывать индийские твердыни. Против него сражаются огромные армии. Слоны не могут его замедлить, а пустыни не победить его.

Делают ли недостатки, которые представляет Арриан, Александра более великим героем, более похожим на Геракла или Ахилла, чем он мог бы казаться в противном случае — эпические недостатки для эпического героя? Является ли жизнь образцовой в каком-то смысле, возможно, показывающей борьбу человека за жизнь или за реализацию своего потенциала? В любом случае это Александр Арриана, по-видимому, не так убежденный в том, что он сын Бога, как в других рассказах, и не так обычно пьян.Но он не философ и, может быть, поэтому не джентльмен, в этом я представляю центральную точку Арриана — можно ли быть великим королем и философом, на заднем плане чувствуется бородатая фигура его покровителя, императора Адриана.

Рассказ Арриана представляет собой гладкое прочтение великих побед, легкой полигамии (спойлер просмотра) [у Александра к моменту его смерти было по крайней мере три жены (спойлер просмотра) [довольно скромное число по македонским меркам, у его отца Филиппа была хорошая семь жен (скрыть спойлер)] (скрыть спойлер)] и основание городов.Я не чувствовал, что кто-либо еще проявлял себя так же сильно, как персонаж в повествовании Арриана. Есть только ужасная фигура Александра, чьи амбиции были ограничены отказом его армии продвигаться дальше в Индию, чем река Инд. На совещании Александр сообщает своей армии, что площадь страны, которая еще впереди нас, отсюда до Ганга и восточного океана, сравнительно невелика (стр. 293), на что ответ будет Сэр, если таковой имеется. главное, что должен знать успешный человек, это когда остановиться (стр.297).

В наше время подкаст об Александре Македонском
В наше время подкаст об Александре Македонском, то же самое, но на You Tube и поэтому доступен даже за пределами Великобритании

Кампания Александра | Александрская кампания Alexander

Александрская кампания> Индийская кампания Александра

фон

Индийская кампания

Часть кампании Александра Великого

Ptolemy Tabula Asiae X (1467)

Даты: 327-325 BC

Местоположение : Долина Инда

Координаты: 38,0955830, 67,1841870

Последствия: Македония завоевывает долину Инда, но не может продвинуться на равнину Ганга.

Следующая битва: Кампания Кофена

Предыдущая битва: Осада Согдийской скалы

Индийский поход Александра Македонского начался в 326 г. до н.э. После завоевания Персидской империи Ахеменидов македонский царь (а теперь и великий царь Персидской империи) Александр начал поход на Индийский субконтинент. Обоснованием этой кампании обычно называют желание Александра завоевать весь известный мир, которое, по мнению греков, закончилось в Индии. Получив контроль над бывшей сатрапией Ахеменидов в Гандхаре, включая город Таксила, Александр продвинулся в Пенджаб.Многие историки, включая Питера Коннолли, считают битву на реке Джелум против регионального индийского короля Поруса самой дорогостоящей битвой, в которой участвовала армия Александра. Впоследствии его армия отказалась перейти реку Беас, опасаясь могущественной империи Нанда, которая располагалась на востоке вдоль берегов Ганга. Поэтому Александр повернул на юг, продвигаясь через южный Пенджаб и Синд, по пути завоевывая новые племена в нижнем течении реки Инд, прежде чем вернуться на запад. Рассматривая завоевания Карфагена и Рима, Александр умер в Вавилоне 10 или 11 июня 323 г. до н.э. В 321 г. до н.э., через два года после смерти Александра, Чандрагупта Маурья из Магадхи основал империю Маурьев в Индии. После смерти Спитамена и его женитьбы на Роксане (Раоксшна на староиранском языке) в 326 г. до н.э., чтобы укрепить свои отношения со своими новыми среднеазиатскими сатрапиями. , Александр наконец получил возможность обратить свое внимание на Индию. Александр пригласил всех вождей бывшей сатрапии Гандхары прийти к нему и подчиниться его власти.Амби (греч. Омфис), правитель Таксилы, чье царство простиралось от Инда до Джелума (греч. Гидасп), подчинился. В конце весны 327 г. до н.э. Александр отправился в свою Индийскую экспедицию, оставив Аминту с 3500 всадниками и 10 000 пехотинцев, чтобы удерживать земли бактрийцев.

См. Кампанию Кофена

Камбоджи Основные статьи: Александр Македонский и кампания Камбоджа и Кофена «Монета победы» Александра Македонского, отчеканенная в Вавилоне ок. 322 г. до н.э., после его походов на Индийский субконтинент.Аверс: Александра венчает Ника. Реверс: Александр нападает на короля Поруса на своем слоне. Серебряный. Британский музей. Александр лично принял командование щитоносцами, пехотинцами, лучниками, агрианами и конными дротиками и повел их против кланов – аспасиоев долины Кунар, гуреев долины Гуреус (Панджкора). , и Ассакенои долин Сват и Бунер. [Править] Александр столкнулся с сопротивлением со стороны Хастина (или Астеса), вождя племени Иластинаяна (называемого Астакеной или Астаненой), столицей которого был Пушкалавати или Пеукелаотис.[2] Позже он победил Асваянаса и Асвакаянаса и захватил их 40 000 человек и 230 000 волов. Асвакаянас из Массаги сразился с ним под командованием своей королевы Клеофис с армией из 30 000 всадников, 38 000 пехотинцев, 30 слонов и 7 000 наемников. Другими регионами, которые сражались с Александром, были Абхисара, Аорнос, Базира и Ора или Дырта.[3][4][5]После борьбы с этими племенами Александр пересек реку Инд и вел войну против царя Пауравы (или Поруса). Арриан оценивает армию Поруса в «30 000 пеших, 4 000 лошадей, 300 колесниц и 200 слонов».В битве на реке Гидасп Александр победил Пора и сделал его сатрапом последнего царства.[3] Завязалась ожесточенная борьба с Аспасиями, в ходе которой сам Александр был ранен дротиком в плечо, но в конце концов Аспасиои проиграли битву; 40 000 из них были порабощены. Ассакены столкнулись с Александром с армией из 30 000 кавалеристов, 38 000 пехотинцев и 30 слонов. Они храбро сражались и оказывали упорное сопротивление захватчикам во многих своих крепостях, таких как города Ора, Базира и Массага.Форт Массага удалось взять только после нескольких дней кровопролитных боев, в которых сам Александр был серьезно ранен в лодыжку. Когда вождь Массаги пал в битве, верховное командование армией перешло к его старой матери Клеофис, которая также была полна решимости защищать свою родину до последней крайности. Пример Клеофиса, взявшего на себя верховное командование вооруженными силами, также вовлек в бой все местное женское население. Александр смог сломить Массагу, только прибегнув к политической хитрости и предательским действиям.По словам Курция: «Александр не только истребил все население Массаги, но и превратил его здания в руины». Затем аналогичная резня последовала в Оре, еще одном оплоте ассакеноев.

Уведомление : Неопределенная переменная: aspis в /home/humanityhistory/public_html/addons/domains/alexander-the-great.org/alexanders-campaign/alexanders-indian-campaign.php на линии 61 7


Уведомление : Неопределенная переменная: aspis в /home/humanityhistory/public_html/addons/domains/alexander-the-great.org/alexanders-campaign/alexanders-indian-campaign.php на линии 63

Аорнос расположен к северу от Таксилы, Пакистан. После всеобщей резни и поджогов, совершенных Александром в Массаге и Оре, многочисленные ассакенецы бежали в высокую крепость под названием Аорнос (точно не идентифицированная, но где-то между Шанглой, в Свате, и регионом Кохистан, оба на севере Пакистана). Александр последовал за ними по пятам и осадил стратегическое городище.Осада Аорноса была последней осадой Александра, «кульминацией карьеры Александра как величайшего осаждающего в истории», по словам Робина Лейна Фокса. Осада произошла в апреле 326 г. до н.э.[11]. Это представляло последнюю угрозу линии снабжения Александра, которая тянулась в опасной уязвимости через Гиндукуш обратно в Балх, хотя Арриан признает героическое желание Александра превзойти своего родственника Геракла, который якобы оказался не в состоянии занять место Пир-Сар, которое греки называли Аорнисом. Это место находится к северу от Аттока на территории современного Пенджаба, Пакистан, на сильно укрепленном горном отроге над узкими ущельями в излучине верхнего Инда.Соседние соплеменники, сдавшиеся Александру, предложили провести его к лучшему подъезду. На уязвимой северной стороне, ведущей к форту, Александр и его катапульты были остановлены глубоким оврагом. Чтобы осадные машины были в пределах досягаемости, через ущелье был сооружен земляной вал. Невысокий холм, ведущий к ближайшей оконечности Пир-Сара, вскоре оказался в пределах досягаемости и взят. Войска Александра сначала были отбиты скатывающимися сверху валунами. Три дня барабанного боя ознаменовали празднование защитниками первоначального отпора, за которым последовало неожиданное отступление.Поднявшись на веревке на последнюю скалу, Александр очистил вершину, убив несколько беглецов, которых Арриан раздул до бойни[12], и воздвиг алтари Афине Нике, Афине Победы, следы которых были идентифицированы Штейном. Сисикоттос, или Сашигупта, помогавший Александру в этой кампании, был назначен губернатором Аорноса.

Пенджаб

После завоевания Аорноса Александр пересек Инд, чтобы начать кампанию в районе Пенджаба. Битва на реке Гидасп произошла Александром в июле 326 г. до н.э. против царя Раджи Пурушоттамы (Пороса) на реке Гидаспес (река Джелум) в Пенджаб, недалеко от Бхеры.Гидасп был последней крупной битвой Александра. Основной поезд шел на территорию современного Пакистана через Хайберский перевал, но меньшие силы под личным командованием Александра шли по северному маршруту, что привело к осаде Аорноса по пути. Ранней весной следующего года он объединил свои силы и объединился с Таксилесом (также Амбхи), царем Таксилы, против своего соседа, царя Гидаспа. Порус был региональным царем в Индии. Арриан пишет о Порусе своими словами: «Один из индийских царей назвал Пора человеком, замечательным в равной степени своей личной силой и благородным мужеством, услышав известие об Александре, стал готовиться к неизбежному.Соответственно, когда вспыхнули военные действия, он приказал своей армии атаковать македонцев, от которых требовал их царя, как если бы он был его личным врагом. Александр, не теряя времени, вступил в бой, но его лошадь, раненная в первой атаке, упала головой на землю и была спасена своими спутниками, которые поспешили к нему на помощь. Порус остановился на южном берегу реки Джелум, и был настроен отражать любые переходы. Река Джелум была достаточно глубокой и быстрой, так что любой встречный переход, вероятно, погубил бы все атакующие силы.Александр знал, что прямой переход не удастся, поэтому он нашел подходящий переход примерно в 27 км (17 миль) вверх по течению от своего лагеря. Название места «Кади». Александр оставил своего генерала Кратера с большей частью армии, а сам переправился через реку вверх по течению с сильным отрядом. Порус отправил к переправе небольшую кавалерию и колесницы под командованием своего сына. Согласно источникам [нужна цитата], Александр уже встречался с сыном Поруса, поэтому эти двое мужчин не были незнакомцами. Сын Пора одним ударом убил коня Александра, и Александр упал на землю.Арриан также пишет об этом столкновении: «Другие писатели утверждают, что во время фактической высадки произошла битва между кавалерией Александра и отрядом индейцев под командованием сына Пора, который был готов противостоять им с превосходящими силами, и что в ходе Во время боя он (сын Поруса) ранил Александра собственной рукой и нанес удар, убивший любимого коня его (Александра) Буккафала. Войска были легко разбиты, и, по словам Арриана, сын Поруса был убит. Теперь Порус увидел, что силы переправы оказались больше, чем он ожидал, и решил противостоять им с большей частью своей армии. Армия Поруса была наготове с кавалерией на обоих флангах, боевыми слонами впереди и пехотой позади слонов. Эти боевые слоны представляли особенно сложную ситуацию для Александра, так как они напугали македонских лошадей. Александр начал битву, отправив конных лучников, чтобы засыпать левое кавалерийское крыло Поруса, а затем использовал свою кавалерию, чтобы уничтожить кавалерию Поруса. Тем временем македонские фаланги пересекли реку, чтобы атаковать боевых слонов. В конце концов македонцы окружили силы Поруса.Диодор писал о боевой тактике боевых слонов: «После этого слоны, применив с пользой свои невероятные размеры и силу, убили одних врагов, затоптав их ногами и сокрушив их доспехи и кости, в то время как другим они нанесли страшная смерть, потому что они сначала поднимали их вверх своими хоботами, которые они обвивали вокруг своих тел, а затем с большой силой швыряли их на землю. Многих других они в мгновение ока лишили жизни, проткнув потом насквозь своими бивнями.Боевой стиль воинов Поруса подробно описал Арриан: «Пехотинцы несут лук такой же длины, как и человек, который его носит. Они упираются в землю и, нажимая на нее левой ногой, выпускают таким образом стрелу, натянув тетиву далеко назад, потому что древко, которое они используют, короткое, на три ярда в длину, и ничто не может устоять перед выстрелом индийского лучника. ни щита, ни нагрудника, ни какой-либо более прочной защиты, если таковая имеется. Согласно Курцию Квинту, Александр к концу дня отправил к Порусу нескольких послов: Александр, стремясь спасти жизнь этого великого и доблестного воина. , послал к нему (к Порусу) индейца Тексиле.Тексиль подъехал так близко, как только осмелился, и попросил его остановить своего слона и услышать, какое сообщение послал ему Александр, побег больше невозможен. Но Тексилес был давним врагом индийского царя, и Порус повернул своего слона и бросился на него, чтобы убить его своим копьем; и он мог бы действительно убить его, если бы он не пришпорил свою лошадь в самый последний момент. Александр, однако, вовсе не возмущался таким обращением со своим гонцом и послал еще несколько человек, последним из которых был индеец по имени Мероэс, человек, который, как ему сказали, долгое время был другом Поруса. [12] Согласно Плутарху, это было одно из самых тяжелых сражений Александра: Битва тогда была более смешанной; но поддерживался с таким упорством, что решение не было принято до восьмого часа дня. Плутарх также писал, что ожесточенные бои при Гидаспе заставили людей Александра колебаться в продолжении завоевания Индии, учитывая, что они потенциально столкнутся с гораздо большими армии, чем у Поруса, если они переправятся через реку Ганг.[14] Порус был одним из многих местных царей, которые произвели впечатление на Александра.Раненный в плечо, ростом более 2 м (6 футов 7 дюймов), но все еще на ногах, Александр спросил его, как бы он хотел, чтобы с ним обращались. «Относись ко мне, Александр, как король относится к другому королю», — ответил Порус. Другие историки сомневаются в точности всего этого события, отмечая, что Порус никогда бы не сказал этих слов. Позже он основал Александрию Никею (Победа), расположенную на месте битвы, в ознаменование своего триумфа.Он также основал Александрию Буцефала на противоположном берегу реки в память о своем любимом коне Буцефале, который пронес Александра через Индийский субконтинент и героически погиб во время битвы при Гидаспе.

Восстание Македонии

Азия в 323 г. до н.э., Империя Нанда в Древней Индии по отношению к Империи Александра и соседям К востоку от царства Поруса, недалеко от реки Ганг (эллинская версия индийского названия Ганга), была могущественная Империя Нанда в Магадхе и Бенгальская империя Гангаридай.Опасаясь встречи с другими мощными индийскими армиями и измученная годами кампании, его армия подняла мятеж у реки Гифасис (современная река Беас), отказавшись идти дальше на восток. Антонио Темпеста из Флоренции, 1608 г. Что же касается македонцев, то их борьба с Порусом притупила их мужество и остановила их дальнейшее продвижение в Индию. Имея все, что они могли сделать, чтобы дать отпор врагу, насчитывавшему всего двадцать тысяч пехотинцев и две тысячи всадников, они яростно выступили против Александра, когда он настоял также на переправе через реку Ганг, ширина которой, как они узнали, составляла тридцать два стадиля. , его глубина сто саженей, в то время как его берега на дальней стороне были покрыты множеством воинов, всадников и слонов. Ибо им было сказано, что их ждут цари гандеритов и презиев с восемьюдесятью тысячами всадников, двумястами тысячами пеших, восемью тысячами колесниц и шестью тысячами боевых слонов. из самых крупных слонов. Благодаря этому их страна никогда не была завоевана каким-либо чужеземным королем: ибо все другие народы боятся подавляющего числа и силы этих животных. Таким образом, Александр Македонянин, завоевав всю Азию, не воевал с гангаридами, как со всеми другими; ибо, когда он прибыл со всем своим войском к реке Ганг, он отказался от вторжения гангаридов как безнадежного, когда узнал, что у них есть четыре тысячи слонов, хорошо обученных и снаряженных для войны.— Мегасфен, Индика[18] Александр, используя неверные карты греков, думал, что мир заканчивается всего в 1000 километрах (620 миль) от него, на краю Индии. Поэтому он поговорил со своей армией и попытался убедить их идти дальше в Индию, но Коэн умолял его передумать и вернуться, говоря, что мужчины «стремились снова увидеть своих родителей, своих жен и детей, свою родину». Александр, видя нежелание своих людей, согласился и повернул назад.

См. Кампания Маллианов

По пути его армия завоевала кланы Малли (в современном Мултане).Во время осады Александр прыгнул в укрепленный город только с двумя своими телохранителями и был серьезно ранен стрелой Маллиана. Его войска, полагая, что их король мертв, захватили цитадель и обрушили свою ярость на малли, укрывшихся в ней, устроив бойню, не щадя ни мужчин, ни женщин, ни детей. Однако благодаря усилиям своего хирурга Критодема с Коса Александр пережил травму. После этого выжившие Малли сдались силам Александра, и его осажденная армия двинулась дальше, по пути завоевывая новые индейские племена.

Последствия

Александр отправил большую часть своей армии в Карманию (современный южный Иран) со своим генералом Кратером и поручил флоту исследовать побережье Персидского залива под командованием своего адмирала Неарха, в то время как он повел остальные свои силы обратно в Персию южным путем. через пустыню Гедросиан (ныне часть южного Ирана) и Макран (ныне часть Пакистана). При переходе через пустыню армия Александра понесла огромные потери от голода и жажды, но не сражалась с человеческим врагом. Они столкнулись с «пожирателями рыбы», или ихтиофагами, первобытными людьми, жившими на Макранском побережье Аравийского моря, у которых были спутанные волосы, не было ни огня, ни металла, ни одежды, они жили в хижинах из китовых костей и питались сырыми морепродуктами. полученный при расчесывании пляжей.[нужна цитата] Во время переправы Александр отказался от как можно большего количества воды, чтобы разделить страдания своих людей.

Война Селевкидов-Маурьев

См. Война Селевкидов-Маурьев

На территории Инда Александр назначил своего офицера Пейфона сатрапом, должность, которую он будет занимать в течение следующих десяти лет до 316 г. до н.э., а в Пенджабе он оставил Евдема командовал армией на стороне сатрапа Пора и Таксилия. Евдем стал правителем части Пенджаба после их смерти.Оба правителя вернулись на Запад в 316 г. до н.э. со своими армиями. В 321 г. до н.э. Чандрагупта Маурья из Магадхи основал империю Маурьев в Индии и завоевал македонские сатрапии во время войны Селевкидов и Маурьев (305–303 до н.э.).

Балканская кампания

+ Балканские битвы

Персидская кампания

+ персидские битвы

Индийская кампания

+ индийская кампания

+ индийская кампания

Источники

Первичные источники

Средние источники

Arrian Campaigns of Alexander (Anabasis) Summary

Походы Александра (Анабасиса) Краткое содержание

Арриан: Походы Александра (Анабасис)
Резюме Майкла МакГудвина, подготовлено в 2002 г.


Благодарность: Эта работа была обобщена с использованием Penguin 1971 издание, перевод Обри де Селинкура, 1958 г.Цитаты большей частью взяты из этой работы, т.к. являются пересказом его комментария. Некоторые примечания взяты из различных веб-источников

Общее впечатление: Это подробная фактическая история походов Александра Македонского (356 г. до н.э. и умершего 323), написанный довольно скучным писателем.

Избранные заметки и впечатления (извлечено из комментариев к книге и из лекций и заметок Алана Роуна): 

Имя автора в транслитерации на греческом: Лукиос Флауиос Аррианос, титул на греческом языке Анабасис Александру

Арриан был из Никомедии в Вифинии (северо-запад Малой Азии, недалеко от Византии).Он был римским гражданином в силу гражданства своего отца и учеником стоического философа Эпиктета — человека, отстаивавшего высокие нравственные принципы. стандарты. В «Походах Александра» рассказывается о походах Александра сначала во Фракию и Грецию, а затем в Северную Африку и Азию. Он был написан во время возрождения греческой литературы, которое началось в эпоху воцарения в 117 г. н.э. филэллинского императора Адриана — в эту эпоху также входили писатели Аппиан, Павсаний, Гален и Лукиан.Будучи римским подданным, автор, вероятно, чувствовал, что у него нет свободы. обуздать то, что он написал. Арриан был назначен наместником Каппадокии и командовал двумя римскими легионов во время правления римского императора Адриана. Другие его работы включают «Беседы» и «Энхейридион» («Справочник»), обе об учении Эпиктета, «Построение против аланов», «Кругосветное плавание Черного моря», «Тактическое руководство», «На погоне». («Cygneticus»), «Indica», «События после Александра», «Парфянская история» и «История Вифинии».

Арриан не пытается анализировать, почему Александр сделал то, что он сделал, и не уделяет много внимания изучению характера или предшественников войны. Его моделью был Анабасис Ксенофонта. Он намеревался сделать эту работу своим шедевром, считая Александра великолепным героем. которые до этого не были должным образом представлены. Он хотел написать фактологический отчет, свободный от мифологии и романтики. Его основными источниками были Птолемей I, сын Лага (будущий царь Египта, писания не сохранились) и Аристобул (греческий инженер, не сохранившийся), оба были командирами, сопровождавшими Александра. Однако он также сказал, что нарисовал на Эфемеридах (дневники походов, в основном Эвмена — не сохранились), или, как считается, на их основе, собственная переписка, Каллисфен (не дошел, основан на гомеровском мифе), Трог, Неарх (командовал флотом Александра из от реки Инд до Персидского залива, опубликовано 310 г., не сохранилось), Клитарх (не сохранилось, проявляет склонность к сенсационным, сказочным и романтическим), Харес (не дошедший до нас, камергер, писавший о придворной жизни), Ефипп (писавший о пьянстве Александра), Диодор (дошедшая до нас история, написанная в I в. до н. э.), Юстин (написал в III в. н.э.), Квинт Курций Руф (написал 1-й век н.э., сенсационный и эмоциональный стиль), Плутарх (Жизнь Александра 2-й век н.э., интересовался характером, таким образом, хороший компаньон Арриана, хороший мицелланист), Диодор и другие.Он был также под влиянием «Анабасиса» и «Феопомпа» Ксенофонта (376–320 гг., пишет Филиппика). Существует также греческий романс об Александре фр. 3С CE, который в основном является вымышленным.


Книга первая

Его источники… Филипп II Македонский, отец Александра, умирает в 336 г. до н. э., ему наследует Александр. («АГ», 356 г. до н.э.) в возрасте ок. 20 лет. Кампания во Фракии против трибаллов и иллирийцев. АГ переправляется через Дунай, нападает на гетов (римляне позже называли их даками). АГ рулит «потос», греческое слово, обозначающее непреодолимое желание, томление или принуждение.Кельты, агрианы, тавланты, пеоны…

Восстание в Фивах — АГ идет туда быстро, медлит с нападением, большая резня из-за гнева Божия. Другие греческие государства подтверждают свою верность.

Переход через Геллеспонт в Азию 334 г. до н.э., жертвоприношения в Трое. Битва на реке Граник против Дария III и персов 334 г. до н.э. Берет Сарды (в Лидии), осаду и взятие Милета, осаду Галикарнаса, Карии, Ликии, Фригии, прибывает в Гордиум в Геллеспонтинской Фригии.

Книга вторая

Персы завоевывают греческие острова Хиос под Мемноном, Лесбос кроме Митилены. Фарнабаз вступает во власть в Ионии после смерти Мемнона.

Легенда о Гордиевом узле. Александр испытывает непреодолимое влечение (pothos) посетить Гордиум, исполняет оракул. Анкира в Галатии, Каппадокия, Киликия. А.Г. болеет в Тарсе (Киликия). Первый из многих раз он отвергает совет Парменио. Посещает гробницу Сарданапала (Сеннахирима) в Анхиале в Ассирии.

Битва при Иссе 333 г. до н.э. (недалеко от слияния Малой Азии и Сирии) между АГ, Дарием и персами, которой предшествовала выдуманная вдохновенная речь данный А.Г. своим людям (в этом приеме автор подражает Фукидиду).Автор считает, что судьба и некая сверхъестественная сила (даймон) распорядились так, Македонии следует вырвать суверенитет у Персии. Дарий III в страхе отступает и убегает, его жена (которая также его сестра), мать и сын схвачены, но с ними обращаются с сочувствием. АГ был ранен меч, воткнутый в бедро.

Спартанцы восстают против Македонии… АГ идет в Финикию. Дарий III просит вернуть его семью. АГ отвечает (подделка?) с презрением, напоминает Дариус III о вторжении персов в Македонию и Грецию в прошлой истории, говорит, что теперь он царь всей Азии.

Вражеские греческие посланники захвачены. Походы АГ в Финикию. Богослужения в храме Геракла. Тир отказывается от него, подвергается нападению, осаждению и блокаде. AG участвует в реальных боевых действиях. Тир победил 332 г. до н.э. Дарий III делает предложение откупиться от АГ, но АГ отвергает его вопреки совету Парменио.

Нападение на Газу, AG ранен снарядом в плечо. Газа падает 332. 

Книга третья

Беспрепятственно входит в Египет. Основывает Александрию (первый из многих городов так основано и названо).Тенедос восстал против персов и присоединился к АГ вместе с Хиосом, Митиленой и другими.

У АГ есть потос, чтобы посетить святилище Аммона (Зевса для греков) в Ливийской пустыне в оазисе Сива в 400 милях к западу от Фив. Автор скептически относится к божественной миссии А.Г. Божественное руководство змеями, ведущими армию.

Продолжает путь в Мемфис. Возвращается в Тир. Марш возобновляется, теперь к Евфрату 331. Автор упоминает об изгнании и ссылается на то время, когда Филипп женился на знатной македонянке. женщина Эвридика в 337 г., что угрожало положению А.Г. и его матери Олимпии.АГ достигает Тапсака на Евфрате август 331 г. Наведены мосты. Доходит до Тигра Р., пересекает его. Рядом Дарий с армией, усиленной согдийцами, бактрийцами и индийцами.

Крупное сражение при Гавгамелах Октябрь 331 г. до н. э. у реки Бумод в 75 милях к западу от Арбелы (современный Арбиль). Дарий снова бежит в Мидию, но АГ захватывает его сокровища и колесницу, щит и лук. АГ идет в Вавилон, восстанавливает храм Мардука (Бела), идет дальше в Сузы (в Персии — Сузы библейская Шушан, близ современного Дезфула в ЮЗ Иране), захватывает много сокровищ.Побеждает уксианцев. Марширует на Персеполь, сжигает дворец (делал ли он это в пьяной ярости или в преднамеренном возмездии?). Походы на Экбатану (современный Хамадан) в Мидии (современный Северо-Западный Иран) продолжаются через Каспийские Ворота (40 миль к востоку от современного Тегерана) в Парфию (современный Северо-Восточный Иран, Хорасан).

Дария арестовывают Набарзен, Бесс и Барсентес. Бесс утверждает, что он новый персидский царь. Дарий убит в июле 330 г. и некомпетентен в военном деле. Его похоронили по-царски, и к его семье относились хорошо — позже А. Г. женился на его дочери Барсин = Статерия.

AG продолжается в Гирканию (современный Северный Иран). Набарзанес сдается А.Г. АГ продолжает Мардию, Арию. Бесс теперь называет себя Артаксерксом и бежал в Бактрию (между Гиндукушем и рекой Оксус). Побеждает ариан…

Заговор Филотаса против жизни АГ. Филота казнен вместе со своим прославленным отцом Парменио.

АГ делит своих сподвижников на два отряда во главе с Гефестионом, сыном Аминтора, и Клитом, сыном Дропида, а также продвигает Птолемея, сына Лага.

АГ достигает Индийского Кавказа (Паропамисус, или Гиндукуш, близ Кабула), где находит другая Александрия (недалеко от Кабула). Бесс опустошает землю, но А.Г. не останавливает даже снег. Бесс пересекает реку Окс (Амударью) и отступает в Согдиану. Автор ошибочно полагает, что Оксус впадает в Каспийское (или Гирканское) море. впадает в Аральское море, что было неизвестно автору и А.Г. Бесс схвачен и казнен.

АГ заменяет своих истощенных лошадей в Мараканде (столица Согдианы, современный Самарканд, ныне в Туркестане).Он продолжается до реки Танаис. Эта река Танаис не та река Танаис, которая впадает в Азовское море. (или Меотида, на севере Черного моря), который некоторые древние считают границей между Азией и Европой и который Геродот называл Донским. Река. Вместо этого это река Орексартес или Яксартес (современная Сырдарья, которая, как теперь известно, впадает в Аральское море). АГ ранен стрелой в ногу местными аборигенами. Это самая северо-восточная точка достигнуто в Азии.

Книга четвертая

г.г. посещают абианские [sic] скифы, а также европейские скифы. [Скифы были древним кочевым народом, который жил в степях Азии к северу и северо-востоку от Черного моря и к востоку от Аральского моря, согласно одному источнику — карта текущего текста также показывает их к востоку от Арала. ] АГ планирует вторжение в Скифию, основывает Александрию-Эсхат (современный Хойенд). Племена из Танаиса/Яксерта и согдийцы нападают, а АГ контратакует в Газе и т.д… Женщин и детей берут в рабство, а всех взрослых мужчин убивают.АГ получил сильный удар камнем по голове и шее. Много боев и кровопролития. Спитамен возглавляет атаку на армию АГ в крепости Мараканда… Азиатские скифы присоединяются и насмехаются над АГ. АГ пересекает Река Танаис/Яксарт. Скифы побеждены. У АГ дизентерия. Скиф посылает посольство… 

Бесса схватили и изувечили по приказу АГ, а затем отправили в Экбатану на казнь. Автор делает отступление, чтобы привести нравственную точку зрения, осуждающую чрезмерную суровость этого наказания, и критикует А.Г. за принятие восточной расточительности в одежде и т.д.Он заключает: «Ничто из этого, говорю я, не может сделать человека счастливым, если он не сможет одержать еще одну победу… победу над самим собой».

Автор рассказывает историю убийства Клита 328 г. до н.э. А.Г. в Мараканде. Клит в пьяном виде принижал и критиковал А.Г., а в ответ А.Г. забил его, вероятно, в пьяном виде (что автор осуждает). АГ сильно раскаялся в этом. Автор также осуждает попытку А.Г. ввести мидийский и персидский обычай земного поклона (проскинезис) своим македонцам, что вызвало сильное негодование у Каллисфена.Каллисфен произносит речь, контрастирующую с почитанием богов. (в котором уместен проскинезис) против простых смертных и т. д. Эта речь раздражает А.Г., который отказался от плана, но лишает Каллисфена привычного одобрительного поцелуя. Последующий «Заговор страниц», в котором страница Гермолай замышляет убийство А.Г. после того, как он был унижен. Но сирийка предсказывает заговор, и ему мешают. Пажи забиты камнями, и вскоре Каллисфен умирает в цепях.

Снова прибывают послы европейских скифов и предлагают А.Г. жену, дочь царя (от чего он отказывается).

АГ хочет завоевать Индию, чтобы быть правителем всей Азии (видимо он не знает Китая и т. д.) Он возвращается к р. Окс. Спитамен объединился с массагетами (победившими и убившими Кира Великого). Кратер побеждает этих противников. АГ делает набег на Согдиану… Массагеты убивают Спитамена и отправляют его голову в Аг. Нападение на Скалу Согдианы… Дочь Оксиарта, Роксана, взята в плен, АГ влюбляется в нее и женится на ней. (возможно, намереваясь закрепить отношения с бактрийскими баронами).Он оставляет жену Дария Статиру в покое. [Или он? Она умирает при родах после 12 месяцев в неволе]. Дариус III якобы вверяет свой престол А.Г.

AG проявляет безрассудное мужество… Зима приносит снег и холод, запасов не хватает. AG берет курс на Bactra (Зариаспа), столица Бактрии.

В 327 году АГ начинает поход в Индию, пересекая Индийский Кавказ (Гиндукуш). А.Г. попал ракетой в плечо. Еще бойня… Бои с индейцами в Масаге… Достигнута и захвачена скала Аорнос (тем самым якобы поправив Геракла)… AG приказывает построить мосты для пересечения реки Инд. Больше боевых действий . .. Автор комментирует, что Дионис, как говорят, основал город Ниса, но выражает свой скептицизм. Вакхическое празднество… Гефестион пересек Инд на лодках, а АГ переправляется в Индию.

Отступление по географии и рекам в этом районе: Гидаспы [Джелум], Акесины [Ченаб], Hydraotes [Ravi] и Hyphasis [Beas] и т. д. Автор планирует написать историю конкретно Индии. [это будет «Индика»]… 

АГ марширует на Таксилу [20 миль к северо-западу от Равалпинди], переходит к Гидаспам. Порус ведет борьбу с ним… Слоны. Переправа через Гидасп. АГ любимый 30-летний конь Буцефал убит или умирает от истощения 326—AG называет в его честь город Буцефала. Порус терпит поражение, но АГ восстанавливает его суверенитет и примиряет его с Таксилесом. Пересечение Река Ацесин. Планы пересечь реку Гифазис.

Войска начинают бунтовать, ненавидят дождь, сопротивляются продвижению дальше в Индию.АГ произносит речь вдохновлять их, обещая завоевать всю Азию. Но речь Коэна просит ограничить дальнейшие завоевания, настаивает на необходимости знать меру. Мужчины решают, что пора возвращаться. Это единственное поражение, которое когда-либо терпел АГ. Они начинают свой отход к гидраотам, а затем к ацезинам и гидаспам.

Книга шестая

Лодки построены для спуска по Гидаспе в Индийский океан. А.Г. ошибочно думает, что нашел исток Нила, так как видел крокодилов на Инде… Коэн умирает. С 80 30-весельными галерами и множеством других лодок они отправляются вниз по Гидаспе в ноябре 326 года. насильственно подавлять местное население по пути. Доходит до слияния с рекой Ацесин. Проблемы на порогах. АГ марширует по территории и сражается с маллийцами, проходя через пустыню (пустыня Сандар-Бар). АГ достигает реки Гидраотес. 

АГ возглавляет атаку на маллийцев (независимое индейское племя), опережает своих людей, в одиночку удерживает брешь, является заманчивой целью, прыгает в в крепости, ранен стрелой, вошедшей ему в грудь, и почти теряет сознание от потери крови, когда Пеукеста и, возможно, Леоннат или Абреас защищают его от нападения. Маллианцев вырезают, не щадя даже женщин и детей. То Македонцы отчаялись, как вернуться домой с таким тяжелораненым А.Г., окруженным враждебными племенами.

Но А. Г. сам сбил гидраотов, чтобы его люди могли видеть, что он все еще жив. Вскоре он слезает с носилок и садится на лошадь… Его люди обвиняют его в том, что он идет на ненужный риск, но автор предполагает, что, когда он сошёл с ума от борьбы, он не переставал думать о собственной безопасности. Остальные Маллианцы сдаются, как и Оксидраки.

Его путешествие вниз по Гидраоту возобновляется, и он достигает слияния с Акесинами. Они спускаются по Акесинам до слияния с Река Инд . Его посещает Оксиарт Бактриец, отец его жены Роксаны. Достигает Музыкана, который покорен, но вскоре восстает. Он также нападает на Самбуса (Sambos) и продолжает грабить земли. АГ достигает дельта Инда в Паттале [Хайдарабад или Бахманабад]. Кратер начинает вести контингент войск сухопутным путем в Карманию… Больше атак. Муссон разносит несколько кораблей на части. Разведывательные походы по рукавам дельты Инда. AG достигает Индийского океана и отмечает это событие жертвоприношением быков. АГ также плывет по другому рукаву Инда, снова достигая Индийского океана. Неподходящее время года для Неарха, чтобы отправиться в океанское путешествие. на запад до Персидского залива.

АГ начинает сухопутное путешествие на запад, приказывает своим людям рыть колодцы, чтобы обеспечить Неарха достаточным количеством воды.Он вступает на территорию орейтов (сдавшихся), а затем гедросианцев (современный Макран). Гедросия (современные Юго-Восточный Иран и Пакистан) в основном пустынна и необитаема — А.Г. хочет превзойти Семирамиду и Кира, которые пытались пересечь этот регион с армиями. Собирая нард, смирну. Тяжелые лишения, жажда. Находит провизию в части Гедрозии — ее отправляют на побережье. Голодные мужчины при их транспортировке нарушаются положения. Тоас столкнулся с рыбаками (ихтиофагами), которые влачат проживающих вдоль побережья.Марш из Ории в Пуру занимает 60 дней, и многие из его людей и животных умирают по пути. Внезапное наводнение. АГ один предложил воду в какой-то момент, которую он величественно выливает, чтобы показать свою солидарность со своими людьми. Отдых в столице Гедросии. Кратер присоединяется к АГ со своими войсками в Кармании. Неарх завершает свое прибрежное плавание и воссоединяется с АГ, отправляется обратно, чтобы продолжить плавание к Тигру.

АГ прибывает в Персию, наказывает Бариакса за провозглашение себя царем и т.д… АГ встревожен, обнаружив в Пасаргадах гробницу Кира, сына Камбиса, разграбленной, и приказывает привести ее в порядок.Пеукеста назначают губернатором Персии, и он проявляет растущий ориентализм.

Книга седьмая

В Персеполе у ​​АГ возникает побуждение (pothos) плыть по Евфрату и Тигру в Персидский залив. Различные авторы предполагают, что у него был грандиозный замысел обогнуть Аравию, Эфиопию, Ливию и выйти в Средиземное море. и далее на скифскую территорию или на Сицилию и Италию и/или, может быть, в Черное море. Автор полагает, что он никогда бы не удовлетворился пребыванием на одном месте даже в если бы он завоевал Британию. Он пересказывает мудрые советы некоторых индийских мудрецов, который сказал, что «каждый человек может владеть только такой частью земной поверхности, на которой мы стоим», а также рассказ о Диогене Цинике который, как говорят, просил, «не могли бы вы и ваши друзья отойти в сторону и не отгораживать меня от солнца». Автор считает, что он был «рабом амбиций». Он рассказывает о встрече А.Г. с обнаженными мудрецами (гимнософистами или гимнософами) в Таксиле, Индия, особенно с Дандамисом и Каланом. Калан сжег себя на погребальном костре, когда стал слишком слаб. и мог продолжать только как инвалид.Автор описывает эту историю как «свидетельство непобедимой решимости человеческого духа в доведении избранного образа действий до конца».

В Сузах А.Г. арестовал и казнил абулитов за злоупотребление служебным положением — он якобы был коррумпирован, как и многие другие назначенцы А.Г. во время его долгого отсутствия на востоке. AG сейчас похоже, гораздо более вероятно, что обвинения в коррупции против своих даже мелкие правонарушения. Он проводит массовую свадьбу. женил многих своих сподвижников на местных персидских и мидянских женщинах. Он сам женится на Барсине (Статире, старшей дочери Дария III), несмотря на Роксана уже. Он также выплачивает долги своих людей и выплачивает щедрые денежные вознаграждения. У него есть местные юношей, одетых в македонскую боевую одежду, и включает иностранные конные войска в полки своих сподвижников, даже ставит иностранцев во главе некоторых из своих людей. Он также влияет на мидийскую одежду. Весь этот растущий «ориентализм», демонстрируемый им и Пеуцестой, вызывает глубокое возмущение его македонцев.

Он приказывает Гефестиону двигаться вниз с войсками к Персидскому заливу. А.Г. отправляется в плавание по р. Евлею к морю, где он плывет к устью Тигра и вверх по нему, пока не соединяется с Гефестионом. По пути он разрушает персидские укрепления. Он вызывает больше негодования у своих людей в Описе, когда он организует увольнение непригодных и заставляет их чувствовать себя недооцененными. Его сподвижники в гневе призывают к увольнению всей армии. АГ обижается, больше не желает показывать своим людям чистосердечие и произносит оскорбительную речь после казни главарей восстания.Он говорит, что его отец нашел их бродягами и т. д. но также комментирует свой героизм: «Нет части моего тела, кроме моей спины, на которой нет шрама …» Он ругает его за намерение бросить своего лидера на вражеской территории и делит командование частями армии между несколькими персидскими офицерами. Его люди смягчаются и раскаиваются, снова жалуясь, что А.Г. сделал персов своими сородичами. Они целуют АГ и примиряются, и проводится банкет примирения. А.Г. приказывает, чтобы мужчины с детьми-полукровками оставили их, чтобы избежать неприятностей дома — он обещает вернуть их домой позже.Кратер уходит домой с непригодными македонцами, которые уходят в отставку — у него есть приказ взять на себя управление Македонией в отсутствие А.Г. АГ, возможно, выступил против Антипатра под влиянием его матери Олимпии. .. 

История повествует о том, как 100 амазонок были отправлены в АГ Атропатом, правителем Мидии. Их правая грудь была меньше [или отрезаны, по-видимому, для облегчения стрельбы из лука] и обнажены в бою. Автор сомневается, что амазонки все еще существовали к этому времени, поскольку Ксенофонт никогда о них не упоминает, но он действительно чувствует, что они когда-то существовали.

В Экбатане умирает Гефестион, и А.Г. проявляет безутешное горе. Автор ссылается на истории о неподобающем поведении А.Г. и Гефестиона и о том, что некоторые считали его поведение неподходящим для короля. Автор сравнивает с Ахиллес (с которым отождествлял А.Г.) и Патрокл. В одной истории А. Г. приказывает снести святилище Асклепия в Экбатане — безрассудное и богохульное поведение. в котором он осуждает бога за то, что он не исцелил своего друга. Он сутками обходится без еды.

В конце концов он оправился от своего горя и начал атаку на коссеев.Около Вавилона его встречает посланники: ливийцы, этруски, карфагеняне, кельты, скифы и т. д., которые все признают его владычество над всей Азией. Он считает себя хозяином мира. Возможно, даже Рим прислал делегация — это спорно.

AG приказывает строить корабли в Гиркании для исследования Каспийского (Гирканского) моря — это пусть увидят, соединяется ли оно с Черным морем или является заливом Индийского Океан [на самом деле ни то, ни другое].

АГ продолжает свой поход на Вавилон.Он встречает халдейских мудрецов, жрецов Бела (Мардука), которые предупреждают его не продолжать в Вавилон. Сначала он подчиняется, но позже меняет свое мнение. Он взывает к провидцу Пифагору, который гадает по внутренностям, и предупреждает А.Г. о надвигающейся опасности из-за чрезвычайно серьезного предзнаменования в печени. В другой истории рассказывается о пророчестве Калана о том, что он будет приветствовать АГ, когда они встретятся. когда-нибудь в Вавилоне (хотя он, конечно, уже умер на погребальном костре).

Это 323 г. до н.э.АГ в Вавилоне встречают греческие посланники, которые получают от него греческие изображения и статуи и т. д., снятые из их земли Ксерксом давным-давно.

AG приступила к усовершенствованию гавани в Вавилоне и планирует заселить побережье Персидского залива. Он начинает морские действия против арабов вдоль побережья. Он слышал и имеет планы на богатства Аравии, кассию, ладан, мирру, корицу, нард и т. д.

АГ интересует острова у устья Евфрата: Икар и Тил.Он отправляет корабли для разведки аравийского побережья, один из которых огибает часть Аравийского полуострова, а другой открывает великий мыс Рас-Муссандам (Макета, современные ОАЭ и Оман, через Ормузский пролив, соединяющий Персидский залив и залив Омана).

АГ плывет по Евфрату к каналу, называемому рекой Паллакопас… Он основывает еще один город Александрию. Его шляпа слетает, предзнаменование. АГ возвращается в Вавилон. Священная делегация из Греции признает его божеством.Учения флота.

Посланники заявляют, что Аммон согласился на жертвоприношения в честь Гефестиона как героя или полубога. АГ пишет Клеомен в Египте с просьбой воздвигнуть святилище Гефестиону в египетской Александрии и еще одно на острове Фарос — оба за большие деньги. Он обещает Клеомену прощение за его прежние преступления, если он выполняет эту обязанность должным образом. Более зловещие предзнаменования — заключенный садится на трон А.Г.

AG предается пьяной пьянке с Медиусом.У него поднимается температура, и вскоре он тяжело болен. Через несколько дней он не может говорить. Его солдаты хотят видеть его и проходят мимо, пока он безмолвен. 10 июня 323 года он умирает в возрасте 32 лет, процарствовав 12 лет 8 месяцев. Он сказал только то, что его преемник должен быть «шафером». Есть истории, что он был отравлен, возможно, Антипатром.

Автор перечисляет лучшие черты А.Г.: личная красота, выносливость, ум, отвага, строгое соблюдение религиозных обязанностей, жажда славы, умеренность [кроме алкоголя?], мастерский военный нрав, смелость в риске, великодушие, его раскаяние в своих ошибках.Автор также находит множество оправданий своим недостаткам — его высокомерие, например, оправдывается его молодостью, он был окружен придворными и т. д. Его заявление о божественности, возможно, было просто уловкой, чтобы возвеличить свой образ перед подданными. Принятие им персидской одежды было попыткой привлечь восточные народы чувствовать, что у них есть король, который не был совсем иностранцем… Он пил только потому, что наслаждался обществом своих друзей и т. д.

Автор заключает с откровенной лестью: А.Г. бесспорный монарх двух континентов…» «Никогда во всем мире не было другого подобного ему, и поэтому я не могу не чувствовать, что к его рождению причастна какая-то сила более человеческая…» «Мне не стыдно выразить беззаветное восхищение.»


Страница mcgoodwin.net/pages/otherbooks/lfa_anabasis.html
Создано Michael C. McGoodwin
Последнее обновление: 16 февраля 2019 г.


Рецензия на книгу Стивена Инглиша «Полевые походы Александра Македонского»

Рецензия на книгу Бриаксиса Гекати

Когда я получил книгу, я открыл ее со смешанными чувствами. Две предыдущие книги Pen & Sword, которые я рецензировал для UNRV ( Great Battles of the Hellenistic World Джозефа Петриковского и Hellenistic and Roman Naval Warfare 336BC — 31BC Дж. Д. Грейнджера), были не такими, как я ожидал.

Так открывая Полевые походы Александра Македонского Я был полон сомнений, но вскоре начал переубеждаться: книга, третья в серии, которую я ранее не читал, является публикацией диссертации Стивена Инглиша, которая был написан под руководством известного ученого, что гарантировало определенную степень качества работы.

В своих предыдущих двух книгах Инглиш сначала изучил состав армии Александра и то, как она проводила осады, прежде чем перейти к тому, как македонский вождь вел свои операции и сражения. Название на самом деле немного вводит в заблуждение, потому что, хотя общий контекст каждой из основных кампаний действительно представлен, книга в основном посвящена тактике, используемой в великих битвах.

Таким образом, вместо того, чтобы смотреть именно на причины перемещений (например, объясняя, почему Александр решил сначала пойти к побережью, а затем вглубь страны), англичане обращают внимание на то, как они были совершены, какие географические ограничения применялись к маршу и выбор пути. места сражений, и как Александр планировал эти сражения и выиграл их.

Книги открываются введением в источники, доступные для реконструкции операций Александра, и их основные ограничения, включая элементы quellenforschung , или искусство определения источников наших источников. Они сводят жребий к двум основным историческим традициям: одна основана на Птолемее, другая на Каллистене, а третья, менее важная, делала все возможное, чтобы дискредитировать старого полководца Пармениона.

Моя цель здесь не в том, чтобы предоставить вам подробное представление остального содержания, потому что, в конце концов, его можно было бы легко изложить в гораздо меньшем количестве строк, чем было написано на английском языке, поскольку книга в значительной степени представляет собой защиту авторской позиции. считают, что все основные сражения Александра на самом деле представляют собой применение единого плана битвы, слегка обновленного с учетом меняющихся обстоятельств.

Эта основная тема повторяется в каждой из глав, когда автор делает свои выводы по только что проанализированному событию, а также показывается на больших картах различных фаз сражений (обычно три-четыре карты на одно сражение), чтобы еще больше убедить читатели.

Тем не менее, если древние источники подробно анализируются и критические места переводятся автором, то современные дискуссии на эту тему упоминаются редко (за исключением идентификации мест сражений).Тем не менее, количество современных ссылок в примечаниях намного выше, чем то, что я видел в ранее рецензируемых книгах, а итоговая библиография богаче.

Один вопрос, который я задал себе в конце чтения, заключался в том, не помешал ли тому факту, что я не читал предыдущие книги автора, моему суждению об этой книге. В конце концов, я думаю, что, хотя некоторые моменты действительно были отмечены в предыдущих книгах (и иногда ссылки на них делаются на английском языке), большая часть анализа была самостоятельной, и хотя после их прочтения можно было прийти к большему пониманию, это не было обязательным требованием. оценить Полевые походы Александра Македонского .

Так какое, в конце концов, мое мнение? Я бы сказал, что, хотя я и отличаюсь от других книг Pen & Sword, которые я читал, я все же недоволен тем, что она не убедила меня в своем главном тезисе, потому что, вероятно, она не была аргументирована достаточно научным образом, как это, вероятно (и, надеюсь, …) был в оригинальной академической работе. У меня сложилось впечатление, что Инглиш проделал довольно хорошую работу по переписыванию своей прозы, чтобы лучше соответствовать сборнику P&S, но, возможно, слишком много потерял в процессе, отсюда и это чувство незавершенности, от которого я, кажется, не могу избавиться.

Для читателя, который хочет узнать о великих битвах Александра, эта книга, вероятно, будет слишком большой книгой, в которой нужно сделать акцент, чтобы быть хорошим введением, но для тех, кто уже имеет некоторые знания по теме, она может быть интересна для чтения. другим, чтобы составить собственное мнение о ценности взглядов мистера Инглиша.


Империя Александра Македонского

Введение

Александр III Македонский (356 г. до н.э. — 323 г. до н.э.), широко известный как Александр Великий, сменил своего отца Филиппа II на македонском престоле в возрасте 20 лет и правил Македонией до своей смерти в возрасте 32 лет.

г. Александр III провел большую часть своего царствования в военной кампании через Азию и северо-восточную Африку, создав одну из крупнейших империй древнего мира. Когда ему было 30 лет, его земли простирались от Греции на западе до северо-западной Индии на востоке.

Завоевания Александра породили большое культурное распространение и синкретизм, способствуя развитию таких вещей, как греко-буддизм. Кроме того, его привычка создавать греческие колонии способствовала распространению греческой культуры на востоке, что иногда имело долгосрочные последствия.Еще в 1920-х годах на Дальнем Востоке Анатолии существовали общины говорящих на греческом языке.

В годы после его смерти империя Александра была разрушена серией гражданских войн.

Детство и юность

Александр был сыном царя Филиппа II Македонского и его жены, принцессы Империи по имени Олимпиада.

В детстве Александр учился у известного философа Аристотеля в качестве учителя науки и политических искусств, а великие македонские полководцы Антипатр и Перменион обучали его военной тактике и стратегии.

Еще юношей он принял послов Персии в отсутствие отца.

В возрасте 18 лет он возглавил македонскую кавалерию в атаке, выигравшей битву при Херонии.

Когда Александру было всего 20 лет, его отец был убит, и Александр стал королем Македонии Александром III.

Александр становится королем и восстает в Фивах

Когда король Филипп II был убит, он как раз собирался повести армию македонцев и греков через Геллеспонт, чтобы сражаться с персами, покорившими греческие государства в Малой Азии.Греки были союзниками Македонии, но теперь, когда король Филипп II был мертв, многие греческие лидеры надеялись, что они смогут пересмотреть переговоры с новым молодым королем и получить более выгодные условия. В 335 г. до н.э. в Фивах вспыхнуло восстание против Македонии.

Вскоре стало ясно, что новый молодой король не заинтересован в пересмотре переговоров и что он не терпит мятежников. Вместо того, чтобы использовать мягкую дипломатию, он быстро двинул свою армию в Фивы, где македонцы прорвали стены и одолели население.Чтобы воспрепятствовать восстанию других греческих государств, Александр позволил своей армии разрушить Фивы, хотя и пощадил храмы.

Когда другие греческие государства увидели это, они решили поддержать нового царя, а не идти против него, и когда Александр объявил, что он планирует напасть на персов в Малой Азии, греки собрали корабли и людей, готовых следовать за ним.

Нападение на персов в Малой Азии

Весной 334 г. до н.э. Александр пересек Геллеспонт.У реки Граник македонско-греческая армия, также известная как Греческий союз, нанесла поражение сильным персидским силам, что позволило двинуться на юг вдоль побережья, освободив Эолиду и Ионию — два крупных греческих города — от персов.

В 335 г. до н.э. Александр переместил Греческий союз на восток через Фригию к Гордиусу. Согласно легенде, именно здесь он «развязал» гордиев узел, разрушив его своим мечом. Оракул предсказал, что тот, кто развяжет узел, станет правителем Азии.

Персам не удалось помешать армии Александра пройти через Киликийские ворота, проход через Таврские горы, соединяющий низменные равнины Киликии с Анатолийским плоскогорьем, через узкое ущелье реки Геколук. Со своей армией Александр пересек Таврские горы и достиг северной Сирии, где их ждали большие персидские силы во главе с царем Дарием III из империи Ахеменидов. 5 ноября 333 г. до н.э. у устья реки Пинарус произошла крупная битва при Иссе.Греческий союз одержал победу, а сам Дарий бежал до того, как битва закончилась.

Основание города Александрия в Египте

В 332-331 гг. до н.э. Александр основал город на берегу Нила в Египте и назвал его своим именем.

Продолжающееся завоевание

Царь Дарий хотел помириться с Александром, предложив ему оставить за собой завоеванные земли, получить 10 000 талантов наличными и жениться на дочери Дария. Александр отказался и вместо этого продолжил свое продвижение в Азию.

Эллинистический союз двинулся через Сирию, достиг района Евфрата и Тигра и вошел в Ассирию, где Дарий снова попытался противостоять им. Как и прежде, Эллинистический союз победил, и Дарий бежал.

г. Александр не встретил большого сопротивления, когда вошел в Вавилонию и в 330 г. до н.э. завоевал столицу Персии Персеполь. Весной того же года Эллинистическая лига двинулась на север, чтобы снова сразиться с Дарием — на этот раз в Экбатане. Когда Дарий бежал в Бактрию, персидскую провинцию, расположенную к северу от гор Гиндукуша, он был убит собственными офицерами.

Александр стал царем Персии.

Прибытие в Индию

Александру было недостаточно стать царем Персии. Первоначально он сосредоточился на закреплении своего положения путем завоевания оставшихся персидских провинций, расположенных к востоку от реки Инд, но вскоре он поставил перед собой новые цели. С большим успехом он провел кампанию на территории, которую мы сегодня знаем как Афганистан и Туркестан, и, в конце концов, Эллинистическая лига вошла в Индию. Оттуда армия отказалась двигаться на восток, поэтому Александр и его люди вернулись в Вавилон в 325 г. до н.э.

Поддержание империи

Завоевать земли — это одно; управлять ими — другое. Александр Македонский теперь был императором пустыни, населенной людьми разных национальностей, религий, языков и образов жизни. Кроме того, то, как люди видели Александра и относились к нему, сильно различалось в разных местах. Для Эллинистической лиги он был главнокомандующим. В Египте ему поклонялись как некоему божеству. В бывшей Персии он был абсолютным монархом, и его подданные кланялись до земли, чтобы выказать ему свое величайшее уважение.Тот факт, что Александр терпел и даже, казалось, одобрял такое поведение, приводил в ярость греков и македонян, испытывавших отвращение ко всякому, кто пытался «сделать себя богом». Тем не менее Александру, усвоившему многие персидские обычаи и привычки, казалось, нравился персидский образ жизни, и он хотел построить все свое правительство по образцу системы персидского абсолютного монарха.

Болезнь и смерть

10 или 11 июня 323 г. до н.э. Александр умер во дворце Навуходоносора II в Вавилоне.

Согласно Плутарху, примерно за две недели до своей смерти Александр довольно сильно развлекался; сначала развлекая адмирала Неарха, а затем проведя ночь и на следующий день напившись с Медием из Ларисы. У Александра поднялась температура, и вместо того, чтобы выздороветь, ему становилось все хуже, пока он даже не мог говорить. Вскоре после этого он умер.

Диодор оставил отчет, в котором он утверждает, что Александр почувствовал боль после того, как выпил большую чашу несмешанного вина в честь Геракла.Согласно этой версии, лихорадки у Александра не было, но, тем не менее, он проболел одиннадцать дней, прежде чем умер.

Естественно, смерть Александра, не дожив до 33 лет, вызвала подозрения в нечестной игре и множество слухов о том, что его отравили. На протяжении тысячелетий в качестве возможной причины предлагались различные яды медленного действия, а также довольно большой ряд болезней, которые могли убить его.

На момент его смерти его империя простиралась от Гибралтарского пролива до реки Инд и включала части трех континентов: Европы, Африки и Азии.

Александр Македонский (ок. 331-327 до н.э.)

Арриан: Александр Македонский (ок. 331–327 до н. э.)

Арриан: Александр Македонский (ок. 331–327 до н. э.)

Теперь Александр послал за командирами своей пехоты и кавалерии, а также со всеми офицерами, командующими союзными войсками, и призвал их к доверию и мужеству. в предстоящем бою. «Помните, — сказал он, — что уже не раз угрожала вам опасность и вы торжествующе смотрели ей в лицо; на этот раз борьба будет между победившей армией и врагом, уже однажды побежденным.Более того, сам Бог, предложив Дарию покинуть открытую местность и втиснуть свою огромную армию в ограниченное пространство, взял на себя руководство операциями от нашего имени. У нас самих будет достаточно места, чтобы развернуть нашу пехоту, в то время как они, не сравнимые с нами ни по физической силе, ни по решительности, найдут свое численное превосходство бесполезным. Наши враги — мидяне и персы, люди, веками жившие мягкой и роскошной жизнью; мы, македонцы, на протяжении поколений прошли суровую школу опасностей и войны.Прежде всего, мы свободные люди, а они рабы. Конечно, греческие войска находятся на службе у персов, но как же отличается их дело от нашего! Они будут драться за плату, и не так уж много; мы, наоборот, будем сражаться за Грецию, и наши сердца будут в ней. Что касается наших иноземных войск — фракийцев, пеонийцев, иллирийцев, агрианцев, — то они являются лучшими и самыми крепкими воинами в Европе, и они найдут в качестве своих противников самых слабых и самых мягких из азиатских племен. И что, наконец, с двумя верховными главнокомандующими? У вас Александр, у них — Дарий!

Перечислив таким образом преимущества, с которыми они вступят в грядущую борьбу, Александр далее показал, что и награда за победу будет велика.На этот раз победа будет не над простыми приспешниками персидского царя, не над персидской конницей на берегах Граника и не над 20 000 иностранных наемников; это будет над прекрасным цветком мидян, персов и всех азиатских народов, которыми они правили. Великий царь лично был там со своей армией, и когда битва закончилась, ничего не оставалось, как увенчать их многочисленные труды владычеством над Азией. Он напомнил им, далее, о том, что они уже так блестяще совершили вместе, и упомянул всякий акт выдающейся индивидуальной храбрости, называя в каждом случае человека и уточняя, что он сделал, а также намекая таким образом, чтобы вызвать наименьшую обиду. , к рискам, которым он лично подвергал себя на поле.Он также, как нам говорят, напоминал им Ксенофонта и его десять тысяч, войско, которое, хотя и не могло сравниться с их собственными ни по силе, ни по репутации, войско без поддержки кавалерии, как у них самих, из Фессалии, Беотия, Пелопоннес, Македония, Фракия и другие места, без лучников и пращников, за исключением небольшого отряда с Крита и Родоса, поспешно импровизированного Ксенофонтом под давлением неотложной необходимости, тем не менее победили царя Персии и его армию у ворот Вавилона и успешно отразил все местные войска, пытавшиеся преградить им путь на пути к Черному морю.Не упустил Александр и других слов ободрения, таких как храбрые люди, готовые рискнуть своей жизнью, которых можно ожидать от храброго полководца; и в ответ на его обращение его офицеры подались вперед, чтобы пожать ему руку, и со многими выражениями благодарности призвали его без промедления вести их в бой.

Первым приказом Александра было, чтобы его люди поели, в то же время он послал небольшой отряд всадников и лучников к узкому проходу на берегу, чтобы разведать дорогу, по которой ему предстояло вернуться; затем, как только стемнело, он сам отправился со всем войском, чтобы снова овладеть этими узкими воротами.Около полуночи переход. был обеспечен; в оставшуюся часть ночи он позволил своим людям отдохнуть там, где они были, на каменистой земле, с заставами для точного и тщательного наблюдения, и: незадолго до рассвета на следующее утро двинулся вперед от перевала по прибрежной дороге. Наступление шло колонной до тех пор, пока это было необходимо из-за нехватки места, но как только местность начала открываться, он постепенно расширил свой фронт, подтягивая свою тяжелую пехоту по батальону за раз, пока не двинулся в линию со своим войском. прямо у подножия холмов, а слева у моря.. . .

После погребения мертвых со всеми обычными ритуалами Александр послал своего секретаря Эвмена с 300 всадниками в два города, которые присоединились к Сангале, отказавшись подчиниться. Его инструкции заключались в том, чтобы сообщить о взятии Сангалы и дать людям уверенность в том, что, если они останутся там, где они были, и допустят Александра как друга в свои ворота; им не на что будет жаловаться в отношении к себе — не больше, чем любому другому независимому племени, добровольно подчинившемуся ему.Оба города, однако, уже получили известие о том, что Сангала взята штурмом, и это вызвало такой ужас, что люди бежали. Александр горячо преследовал их, как только узнал, что они двинулись, но, поскольку до него дошло известие, большинство из них успело убраться прочь. Некоторое количество больных, около 500 человек, были брошены товарищами в погоне за безопасностью, их поймали и убили. Вскоре Александр прекратил погоню, вернулся в Сангалу и сровнял ее с землей.Принадлежащие ему земли он передал индейским племенам, которые отказались от своей прежней независимости и добровольно присоединились к его делу. Затем Пор был отправлен со своими войсками в сдавшиеся города с приказом разместить в них гарнизон, а сам Александр двинулся к реке Гифазис; стремился к дальнейшим завоеваниям. Он чувствовал, что пока остается хотя бы один враждебный элемент, войне не будет конца.

Пришли сообщения о том, что страна за Гифасом богата и плодородна; люди были хорошими фермерами и прекрасными солдатами и жили в условиях упорядоченной и эффективной социальной системы.Правления в этом регионе были в основном аристократическими, но ни в коем случае не деспотичными. Слонов там было больше, чем где-либо в Индии, и они выделялись как своими размерами, так и отвагой. Такие истории не могли не возбудить аппетит Александра к очередному приключению; но его люди думали иначе. Вид их короля, предпринимающего бесконечную череду опасных и изнурительных предприятий, начинал их угнетать. Их энтузиазм угасает; они устраивали собрания в лагере, на которых даже лучшие из них роптали на свою судьбу, а другие клялись, что не пойдут дальше, даже если бы ими руководил сам Александр.Это положение дел было доведено до сведения Александра, и, прежде чем тревога и уныние среди людей могли распространиться еще дальше, он созвал собрание своих офицеров и обратился к ним со следующими словами:

.

«Я замечаю, господа, что, когда я хотел повести вас на новое предприятие, вы уже не идете за мной со своим старым духом. Я просил вас встретиться со мной, чтобы мы могли вместе решить: идти ли нам, по моему совету, вперед или, по вашему, повернуть назад?

‘Если у вас есть какие-либо жалобы на результаты ваших усилий до сих пор или на меня как на вашего командира, мне больше нечего сказать.Но напомню: мужеством своим и выносливостью ты овладел Ионией, Геллеспонтом, обеими Фригиями, Каппадокией, Пафлагонией, Лидией, Карией, Ликией, Памфилией, Финикией и Египтом; греческая часть Ливии теперь ваша, вместе с большей частью Аравии, низменной Сирии, Месопотамии, Вавилона и Сузии; Персия и Мидия со всеми территориями, ранее ими подконтрольными или неподконтрольными, находятся в ваших руках; вы сделали себя хозяевами земель за Каспийскими воротами, за Кавказом, за Танаисом, Бактрией, Гирканией и Гирканским морем; мы оттеснили скифов обратно в пустыню; а Инд и Гидасп, Акесин и Гидраот теперь текут по нашей стране.После всего этого, почему ты не решаешься распространить власть Македонии — свою власть — на Гифасис и племена по ту сторону? Вы боитесь, что несколько туземцев, которые еще могут остаться, окажут сопротивление? Давай, давай! Эти туземцы либо сдаются без боя, либо попадаются в бегах, либо оставляют свою страну незащищенной для вашего захвата, а когда мы ее берем, мы дарим ее тем, кто добровольно присоединился к нам и сражается на нашей стороне. .

«Для человека, который является мужчиной, работа, по моему убеждению, если она направлена ​​на благородные цели, не имеет цели, кроме самой себя; тем не менее, если кто-нибудь из вас желает знать, какой предел может быть установлен для этой конкретной кампании, позвольте мне сказать вам, что территория страны, которая еще впереди нас, отсюда до Ганга и Восточного океана, сравнительно невелика.Вы, несомненно, обнаружите, что этот океан связан с Гирканским морем, ибо великий Поток Океана окружает землю. Более того, я докажу вам, друзья мои, что Индийский и Персидский заливы и Гирканское море все три соединены и непрерывны. Наши корабли поплывут из Персидского залива в Ливию до Геркулесовых столбов, откуда вскоре вся Ливия на восток будет нашей, и вся Азия тоже, и для этой империи не будет границ, кроме тех, которые создал Сам Бог. для всего мира.

‘Но если ты повернешься теперь назад, то останется непокоренным много воинственных народов между Гифасисом и Восточным океаном и еще много к северу и Гирканским морем, со скифами тоже недалеко; так что, если мы отступим сейчас, существует опасность, что территория, которую мы еще не удерживаем надежно, может быть поднята к восстанию какой-либо нацией, которую мы еще не принудили к подчинению. Если это произойдет, то все, что мы сделали и претерпели, окажутся бесплодными, иначе нам придется переделать все сначала, господа македонцы, и вы, мои друзья и союзники, этого не должно быть. .Твердо стоять; ибо хорошо вы знаете, что трудности и опасности — цена славы, и что сладость — это благоухание мужественной жизни и бессмертной славы за гробом.

«Разве ты не знаешь, что если бы Геракл, мой предок, не пошел дальше Тиринфа или Аргоса — или даже Пелопоннеса или Фив, — он никогда не смог бы завоевать той славы, которая превратила его из человека в бога, действительного или мнимого. ? Даже Дионис, который действительно является богом в смысле, выходящем за пределы того, что применимо к Гераклу, столкнулся с немалыми трудными задачами; но мы сделали больше: мы прошли за Нису и взяли скалу Аорноса, которую не мог взять сам Геракл.Приходите же; добавьте остальную Азию к тому, что у вас уже есть — небольшое дополнение к большой сумме ваших завоеваний. Каких великих и благородных дел могли бы мы сами совершить, если бы считали, что этого достаточно, живя в Македонии в покое, просто охраняя свои дома, не беря на себя никакого бремени, кроме сдерживания вторжений фракийцев на наши границы, или иллирийцев и трибаллов, или, возможно, таких греков, которые могли бы оказаться угрозой для нашего комфорта?

«Я не мог бы упрекнуть вас в том, что вы первый упали духом, если бы я, ваш командир, не разделял ваших изнурительных переходов и ваших опасных походов; было бы вполне естественно, если бы вы проделали всю работу только для того, чтобы другие пожинали плоды.Но это не так. Мы с вами, господа, делили труд и делили опасности, и награда всем нам. Завоеванная территория принадлежит вам; из ваших рядов выбираются правители его; уже большая часть ее сокровищ переходит в ваши руки, и когда вся Азия будет захвачена, тогда я действительно пойду дальше простого удовлетворения ваших амбиций: самые большие надежды на богатство или власть, которые каждый из вас лелеет, будут далеко превзойдены. , и тому, кто захочет вернуться домой, будет позволено идти со мной или без меня.Я заставлю тех, кто останется, предметом зависти тех, кто вернется».

Когда Александр закончил, наступило долгое молчание. Присутствовавшие офицеры не желали принимать то, что он сказал, но никто не хотел рисковать неподготовленным ответом. Несколько раз Александр приглашал прокомментировать, если кто-то хотел это сделать и искренне придерживался взглядов, отличных от тех, которые он выразил; но, несмотря на его приглашение, ничего не было сказано, пока, наконец, Коэн, сын Полемократа, не набрался смелости, чтобы заговорить.

— Сударь, — сказал он, — мы ценим то, что вы не требуете от нас бездумного подчинения.Вы ясно дали нам понять, что поведете нас только после получения нашего согласия, а в противном случае вы не будете применять принуждение. Раз это так, я не собираюсь говорить от имени собравшихся здесь офицеров, так как мы, в силу нашего чина и авторитета, уже получили вознаграждение за наши услуги и, естественно, больше, чем солдаты, заинтересованы в продвижении ваших интересов. . Поэтому я буду говорить от имени простых солдат, ни в коем случае не для того, чтобы повторить их чувства, а для того, чтобы сказать, что то, что я считаю, будет способствовать вашему нынешнему преимуществу и нашей будущей безопасности.Мой возраст, репутация, которой я пользуюсь благодаря вашей милости среди своих товарищей, и непоколебимое мужество, проявляемое до сих пор во всех опасностях и трудностях, дают мне право провозглашать то, что я считаю самой разумной политикой. Хорошо, тогда: именно в соответствии с количеством и величиной достижений, сделанных вами, нашим предводителем, и людьми, которые маршировали с рога под вашим командованием, я считаю лучшим установить некоторые ограничения для дальнейших предприятий. Вы знаете количество греков и македонян, отправившихся в эту кампанию, и вы можете видеть, сколько нас осталось сегодня: фессалийцев, которых вы отправили домой из Бактры, потому что знали, что их сердце больше не занято работой, и это было сделано мудро. ; другие греки поселились в новых городах, которые вы основали, где они остаются не всегда охотно, другие снова вместе с нашими собственными македонянами продолжают делить с вами опасности и тяготы войны, и из них некоторые были убиты, некоторые из них, изуродованные ранами, остались в различных частях Азии, и еще больше умерло от болезней, так что от этой великой армии остались лишь немногие, малочисленный остаток, ослабленный здоровьем, утративший прежнюю силу и решимость.Каждый мужчина из них жаждет снова увидеть своих родителей, если они еще живы, или свою жену, или своих детей; все тоскуют по знакомой родной земле, надеясь, что вполне простительно, жить, снова посетить ее, уже не в нищете и безвестности, а прославившись и обогатившись сокровищем, которое вы позволили им завоевать. Не пытайтесь вести за собой людей, которые не желают следовать за вами; если их сердце не к этому, вы никогда не найдете прежнего духа или прежнего мужества. Согласись лучше вернуться к своей матери и в свой дом.Оказавшись там, вы можете принести в Грецию хорошее правление и войти в свой родовой дом со всей славой многих великих побед, одержанных в этой кампании, а затем, если вы того пожелаете, вы можете начать все заново и предпринять новый поход против этих Индейцы Востока — или, если угодно, до Черного моря или до Карфагена и ливийских территорий за его пределами. Вам решать. Другие войска, греческие и македонские, последуют за вами — молодые, свежие войска, чтобы занять место ваших уставших от войны ветеранов.Все еще не зная об ужасах войны и полные надежды на то, что может принести будущее, эти люди будут следовать за вами с тем большим рвением, что они видели, как ваши старые участники кампании снова благополучно вернулись домой, уже не бедные и безымянные, а нагруженные деньгами и слава. Сэр, если и есть одна вещь, которую должен знать прежде всего успешный человек, так это то, когда нужно остановиться. Несомненно, такому полководцу, как ты, с такой армией, как наша, нечего бояться ни одного врага; но удача, помните, вещь непредсказуемая, и против того, что она может принести, ни у кого нет защиты.

Слова Коэнуса были встречены аплодисментами. Некоторые даже плакали, что было достаточным доказательством их нежелания продолжать кампанию и того, как они были бы счастливы, если бы был отдан приказ повернуть назад. Александр возмутился свободой, с которой говорил Коэн, и плохим настроением, проявленным другими офицерами, и распустил конференцию. . . .

Здесь, в Сузах, Александр принимал различных чиновников, ведавших делами в вновь построенных городах, и правителей территорий, которые он ранее захватил.Они привели с собой около 30 000 юношей, все мальчики одного возраста, одетые в македонское боевое обмундирование и обученные македонскому строю. Александр называл их своими эпигонами — «наследниками» — и говорят, что их приезд вызвал много недовольства среди македонцев, которые сочли это признаком его многочисленных усилий, направленных на то, чтобы уменьшить свою зависимость в будущем от своих соотечественников. Уже вид Александра в мидийской одежде причинил им немало огорчения, и большинству из них персидские брачные церемонии никоим образом не пришлись по вкусу — даже некоторые из фактических участников возражали против иностранной формы церемонии, несмотря на того факта, что они были удостоены большой чести быть по этому случаю равными с королем.Они также возмущались растущим ориентализмом Пеукеста, наместника Персии, который, к явному удовлетворению Александра, перенял персидский язык и одежду, точно так же, как они возмущались включением иностранных конных войск в полки сподвижников. бактрийцы, согдийцы, арахотцы; Заранги, ариане, парфяне и так называемые эвкаи из Персии были введены в лучшие македонские кавалерийские полки при условии, что они имели какие-либо выдающиеся личные рекомендации, такие как приятная внешность или что-то еще.Кроме того, был сформирован пятый конный полк; она не состояла целиком из восточных войск, но общая численность кавалерии была увеличена и к ней было выставлено некоторое количество иностранных войск. В особый отряд были поставлены и иноземные офицеры — Кофен, сын Артабаза, Гидарн и Артибол, сыновья Мазея, Сисин и Фрадасмен, сыновья Фратаферна, сатрап Парфии и Гиркании, Гистан, сын Оксиарта и брат жены Александра Роксаны, Автобар и его брат Митрофей.Командовать ими был Гистасп, бактрианец, и все жители Востока были вооружены македонским копьем вместо родного дротика. Все это было причиной глубокого негодования македонцев, которые не могли не чувствовать, что все мировоззрение Александра загрязняется ориентализмом и что он больше не заботится о своем народе или о своих родных обычаях. . . .

В Описе он созвал собрание своих македонских войск и объявил об увольнении из армии всех мужчин, негодных по возрасту или инвалидности для дальнейшей службы; их он предложил отправить домой и пообещал дать им при отъезде достаточно, чтобы их друзья и родственники завидовали им и воспламенили их соотечественников с желанием сыграть роль в подобных опасных приключениях в будущем.Несомненно, он хотел доставить им удовольствие своими словами. Однако, к сожалению, люди уже чувствовали, что он стал недооценивать их услуги и считать их совершенно бесполезными в качестве боевой силы; поэтому, вполне естественно, они возмутились его замечаниями как просто еще одним примером многих вещей, которые он сделал на протяжении всей кампании, чтобы задеть их чувства, таких как его ношение персидской одежды, выдача македонского снаряжения восточным «эпигонам». , и включение в состав иностранных войск частей сподвижников.В результате они не приняли речи в почтительном молчании, но, не удержавшись, призвали к увольнению всех мужчин в армии, прибавив в горькой шутке, что в свой следующий поход он может взять с собой отца… имеется в виду, предположительно, бог Аммон.

Александр был в ярости. К тому времени он стал быстрее обижаться, а восточное раболепие, к которому он привык, сильно изменило его прежнюю беззаботность по отношению к своим соотечественникам.Он вскочил с трибуны вместе с сопровождавшими его офицерами и, указывая пальцем на зачинщиков мятежа, приказал страже арестовать их. Их было тринадцать, и всех повели на казнь. Наступило ужасающее молчание, и Александр снова вышел на трибуну и обратился к своим войскам с такими словами: «Соотечественники, вы боитесь домой — да будет так! Я не буду пытаться остановить ваше желание вернуться. Иди куда хочешь; Я не буду вам мешать.Но если вы должны уйти, я хочу, чтобы вы поняли одно: что я сделал для вас и какой монетой вы отплатите мне.

‘Сначала я скажу о моем отце Филиппе, так как это мой долг. Филипп нашел вам племя обедневших бродяг, большинство из вас одеты в шкуры, которые пасли нескольких овец в горах и сражались достаточно слабо, чтобы удержать их от ваших соседей — фракийцев, трибаллов и иллирийцев. Он дал вам плащи вместо шкур, спустил вас с холмов на равнины; он научил вас сражаться на равных с врагом на ваших границах, пока вы не узнали, что ваша безопасность не в ваших горных твердынях, а в вашей собственной доблести.Он сделал вас горожанами; он принес вам закон; он цивилизовал вас. Он избавил вас от подчинения и рабства и сделал вас повелителями диких племен, которые преследовали и грабили вас, он присоединил к себе большую часть Фракии и, захватив лучшие места на побережье, открыл вашу страну для торговли и дал вам возможность работать мины, не опасаясь нападения. Фессалию, до тех пор, твой пугал и твой страх, он подчинил твоему правлению и, смирив фокейцев, сделал узкий и трудный путь в Грецию широкой и легкой дорогой.Жителей Афин и Фив, которые годами выжидали момента, чтобы поразить нас, он так низко унизил, а к тому времени я сам работал на стороне моего отца, что те, кто когда-то требовал от нас либо наши деньги, либо наши послушание теперь, в свою очередь, смотрело на нас как на средство своего спасения. Перейдя на Пелопоннес, он устроил там все к своему удовлетворению, и когда он был назначен верховным главнокомандующим всей остальной Греции для войны против Персии, он прославил ее не только для себя, но и для македонского народа.

Эти услуги, которые мой отец оказал вам, действительно велики по своей сути; но они маленькие по сравнению с моими. Я унаследовал от него горсть золотых и серебряных кубков, монеты в казне стоимостью менее шестидесяти талантов и более чем в восемь раз больше суммы долгов, которые он взял на себя, но, чтобы добавить к этому бремени, я занял еще восемьсот талантов, и , выступая из страны, слишком бедной, чтобы содержать вас прилично, открыл для вас одним ударом, и, несмотря на морское превосходство Персии, ворота Геллеспонта.Моя конница сокрушила сатрапов Дария, и я присоединил к твоей империи всю Ионию и Эолию, две Фригии и Лидию. Милет I взят осадой; все остальные города сдались добровольно — я взял их и отдал тебе для твоего удовольствия и удовольствия. Богатство Египта и Кирены, за которое я не пролил крови, теперь перетекает в ваши руки; Палестина, равнины Сирии и земля между реками теперь ваша собственность; Вавилон, Бактрия и Сузы — ваши; вы владеете золотом Лидии, сокровищами Персии, богатствами Индии — да, и морем за Индией тоже.Вы мои капитаны, мои генералы, мои губернаторы провинций.

‘Из всего того, что я с трудом добыл для тебя, что мне осталось, кроме порфиры и этой короны? Я ничего не держу для себя; никто не может указать на мои сокровища, кроме всего того, что вы сами либо имеете, либо храните в надежном месте для вашего будущего использования. В самом деле, зачем мне что-то хранить, если я ем ту же пищу и сплю так же, как и вы? Ах, но среди вас есть эпикурейцы, которые, мне кажется, едят более роскошно, чем я; и это я знаю, что я просыпаюсь раньше, чем вы, и следите, чтобы вы могли спать.

‘Возможно, вы скажете, что в моем положении вашего командира я не имел ни одного из тех трудов и страданий, которые вам пришлось вынести, чтобы добиться для меня того, что я завоевал. Но разве кто-нибудь из вас искренне считает, что он страдал из-за меня больше, чем я страдал из-за него? Ну же, если ты ранен, разденься и покажи свои раны, а я покажу свои. На моем теле нет ни одной части тела, кроме спины, на которой нет шрама; это не оружие, которое человек может схватить или метнуть, отпечаток которого я не ношу на себе. У меня есть порезы мечом в ближнем бою; стрелы пронзили меня, снаряды катапульт поразили мою плоть; снова и снова меня били камнями или дубинками — и все ради тебя: ради твоей славы и твоей выгоды.Через каждую землю и море, через реку, гору и равнину я вел вас на край света, победоносное войско. Я женился так же, как и вы, и у многих из вас будут кровные дети с моими. Некоторые из вас задолжали деньги — я заплатил ваши долги, даже не удосужившись узнать, как они образовались, и несмотря на то, что вы хорошо зарабатываете и обогащаетесь за счет разграбления городов. Большинству из вас я подарил золотой венец в память о вашем мужестве и моем уважении. А что с теми, кто погиб в бою? Их смерть была благородной, их погребение блестящим; почти все увековечены дома бронзовыми статуями; их родители находятся в почете, со всеми денежными взносами или услугами, поскольку под моим руководством ни один мужчина из вас никогда не падал спиной к врагу.

– И нет, я имел в виду уволить любого человека, который уже не годен к действительной службе, – все такие должны вернуться домой, чтобы им завидовали и восхищались. Но вы все хотите оставить меня. Иди тогда! И когда вы вернетесь домой, скажите им, что Александр, ваш царь, победил персов, мидян, бактрийцев и саков, сокрушил уксов, арахотов и дрангов и присоединил к своей империи Патию, пустыню Хорезма и Гирканию к Каспийское море; который пересек Кавказ за Каспийскими воротами, и Окс, и Танаис, и Инд, которые до него не пересек никто, кроме Диониса, и Гидасп, и Акесин, и Гидраот, да и Гифазис тоже, если бы ты не боялся следовать за ним; которые через оба устья Инда вторглись в Великое Море и пересекли пустыню Гедросию, не ступая прежде ни одной армией; который сделал Карманию своей собственностью, когда его войска пронеслись мимо, и страну орейтанов; которого вы вернули в Сузы, когда его корабли плыли по океану из Индии в Персию, — скажите им, говорю я, что вы покинули его и оставили на милость варваров, которых вы сами победили.Такие новости действительно обеспечат вам похвалу на земле и награду на небесах. С глаз моих!

Закончив, Александр вскочил с трибуны и поспешил во дворец. Весь этот день он не ел, не мылся и не позволял никому из друзей видеться с ним. На следующий день он тоже оставался взаперти. На третий день он послал за персидскими офицерами, которые были в высшей степени благосклонны, и разделил их между командованием различных частей армии. Только те, кого он называл своими родственниками, теперь имели право целовать его по обычаю.

Непосредственное воздействие речи Александра на македонцев было сильным. Они молча стояли перед трибуной. Никто не сделал попытки следовать за королем, кроме его ближайших приближенных и членов его личной охраны; остальные, не в силах ни говорить, ни действовать, но не желая уходить, стояли как вкопанные. Но когда им рассказали о персах и мидянах — как командование было отдано персидским офицерам, иностранным войскам, призванным в македонские части, персидскому гвардейскому корпусу, названному македонским именем, персидским пехотным частям присвоено заветное звание сподвижников, персидским Серебряные щиты и персидские конные спутники, включая даже новую Королевскую эскадрилью, находились в процессе формирования — они больше не могли сдерживать себя.Каждый из них поспешил во дворец; в знак мольбы они опускали руки на землю перед дверями и стояли там, зовя и умоляя о входе. Они предложили выдать зачинщиков мятежа и тех, кто возглавил крик против короля, и поклялись, что не сдвинутся с места ни днем, ни ночью. Александр сжалился над ними.

Александр, как только он услышал об этой перемене сердца, поспешил им навстречу, и он был так тронут их униженным [sic] раскаянием и их горькими жалобами, что слезы выступили у него на глазах.Пока они продолжали умолять его о сочувствии, он шагнул вперед, как будто хотел заговорить, но его опередил некий Каллин, офицер Соратников, отличавшийся как возрастом, так и званием. «Мой господин, — воскликнул он, — нас огорчает то, что вы сделали персов своими родственниками — персы называются «родственниками Александра» — персы целуют вас. Но ни один македонец еще не вкусил этой чести».

— Каждого из вас, — ответил Александр, — я считаю своим родственником, и отныне так буду называть вас.

После этого Каллин подошел к нему и поцеловал его, и все остальные, кто хотел, тоже поцеловали его. Затем они взяли свое оружие и вернулись в свои покои, во весь голос распевая победную песню.

В ознаменование восстановления гармонии Александр принес жертву богам, которых он привык чтить, и устроил публичный пир, на котором сам присутствовал, сидя среди македонян, которые все присутствовали. Рядом с ними были свои места персы, а рядом с персами выделялись иноплеменники других народов; Александр и его друзья макали вино из одной чаши и совершали одни и те же возлияния, следуя примеру греческих провидцев и волхвов.Главной целью его молитв было то, чтобы персы и македонцы могли править вместе в гармонии как имперская держава. Говорят, что на банкете присутствовало 9000 человек; они единодушно выпили один и тот же тост, а затем прославили победу.

После этого все македонцы — всего около 10 000 человек — которые были слишком стары для службы или чем-либо непригодны, были уволены по собственному желанию. Им платили не только за текущий день, но и за время, которое они потратили на дорогу домой.Вдобавок к жалованью каждый из них получил по одному таланту. У некоторых мужчин были дети от азиатских женщин, и Александр приказал оставить их, чтобы избежать неприятностей в их семьях дома, которые могли быть вызваны появлением детей-полукровок; он пообещал воспитать их по-македонски, уделяя особое внимание их военной подготовке, и добавил, что, когда они вырастут, он сам вернет их в Македонию и передаст их отцам.Это было несколько расплывчатое и неудовлетворительное обещание; тем не менее он дал самое ясное доказательство того, как тепло он относился к ним и как сильно он будет скучать по ним, когда они уйдут, своим решением доверить их в их путешествии руководству и защите Кратера, самого верного своих офицеров и человека, которого он любил так же дорого, как свою жизнь. . . .

г. Александр умер в 114-ю Олимпиаду, в архонтство Гегесия в Афинах. Он прожил, как сообщает нам Аристобул, тридцать два года и восемь месяцев, а царствовал двенадцать лет и восемь месяцев.Он обладал большой личной красотой, непобедимой силой выносливости и острым умом; он был смелым и предприимчивым, строгим в соблюдении своих религиозных обязанностей и жаждущим славы. Самый умеренный в телесных удовольствиях, его страсть была только к славе, и в этом он был ненасытен. У него было сверхъестественное чутье на правильный путь в трудной и сложной ситуации, и он был очень счастлив в своих выводах из наблюдаемых фактов. В вооружении и снаряжении войск, в воинском расположении он всегда был мастером.Воистину благородной была его способность воодушевлять своих людей, вселять в них уверенность и в момент опасности сметать их страх зрелищем собственного бесстрашия. Когда приходилось идти на риск, он шел на него с величайшей смелостью, а его умение уловить момент для быстрого удара, прежде чем его враг заподозрил, что его ждет, было выше всяких похвал. Ни один мошенник или лжец никогда не заставал его врасплох, и его слово, и его обязательство были нерушимы. Мало тратя на собственные удовольствия, он без остатка тратил свои деньги на благо своих друзей.

Несомненно, в страсти момента Александр иногда ошибался; правда, он сделал несколько шагов к помпезности и высокомерию азиатских царей, но я, по крайней мере, не считаю такие ошибки очень гнусными, если принять во внимание обстоятельства. Ибо, в конце концов, он был молод; Цепь его успехов была неразрывной, и, как и все короли прошлого, настоящего и будущего, он был окружен придворными, которые говорили, чтобы понравиться, независимо от того, какое зло могли причинить их слова.С другой стороны, я действительно знаю, что Александр из всех монархов древности был единственным, у кого хватило благородства сердца сожалеть о своих ошибках. Большинство людей, если они знают, что поступили неправильно, глупо полагают, что могут скрыть свою ошибку, защищая ее и находя для нее оправдание; но, по моему мнению, есть только одно лекарство от дурного поступка: виновный должен признать свою вину и показать, что он сожалеет о ней. Такое признание облегчит перенос последствий для потерпевшего, а сам виновный, явно показывая свое огорчение от прежних проступков, найдет хорошие основания надеяться избежать подобных проступков в будущем.

Я также не думаю, что заявление Александра о божественном происхождении было серьезной ошибкой — во всяком случае, оно вполне могло быть просто уловкой, чтобы возвеличить его значение в глазах его подданных. На самом деле я считаю его таким же великим царем, как Минос, Эак или Радамант, чьи заявления о том, что они сыновья Зевса, не считались древними людьми опасно высокомерными; и то же самое можно сказать о заявлении Тесея о том, что он сын Посейдона, а Иона — о том, что он сын Аполлона. Несомненно также, что его принятие персидской одежды было, как и его заявление о божественном рождении, вопросом политики: этим он надеялся заставить восточные народы почувствовать, что у них есть царь, который не был полностью иностранцем, и указать на то, что его собственные соотечественники его желание отойти от жесткой традиционной высокомерия Македонии.Это также, без сомнения, было причиной того, что он включил часть персидских войск (например, так называемые «Золотые яблоки») в македонские части и сделал персидских дворян офицерами в своих лучших туземных полках. Что же касается его известного пьянства, то Аристобул заявляет, что его запои продолжались не ради них самих — ибо он никогда не был пьяницей, — а просто потому, что ему нравилось общество его друзей.

Тот, кто умаляет Александра, не имеет права делать это на основании только того, что в нем заслуживает порицания; он должен основывать свою критику на всестороннем взгляде на всю свою жизнь и карьеру.Но пусть такой человек, если он должен очернить Александра, сперва сравнит себя с объектом его поругания: самого себя, столь подлого и темного, и, противостоя ему, великого короля с его беспримерным мирским успехом, бесспорного монарха двух континентов, который распространил силу своего имени по всей земле. Смеет ли он ругать его тогда, когда он знает свою ничтожность и ничтожность своих собственных занятий, которые, тем не менее, оказываются слишком большими для его способностей?

(Арриан «Походы Александра», перевод Обри де Селинкура и редакция Дж.Р. Гамильтон; (Хаммондсворт, Англия: Penguin 1981): стр. 112-114; 290-297; 356-357; 359-367; 395-398.)

Походы Александра Македонского повлияли на египетскую, мировую кухню

Карта девятнадцатого века по сведениям Эратосфена о завоеваниях Александра и последующих военных кампаниях. Из «Истории древней географии греков и римлян с древнейших времен до падения Римской империи», стр. 667. Лондон: Джон Мюррей, 1883 г. Предоставлено: Public Domain

. Александр Македонский оказал огромное влияние на древнюю мира, как мы все знаем, в результате военных походов греческого завоевателя на Ближний Восток, включая Египет, и достигнув Востока даже Индии.

Джорджио Пинтцас Монцани

Эволюция обычаев, вкусов и ритуалов, связывающих пищу со священным и божественным, претерпела огромные потрясения во время и после завоеваний Александра Македонского.

В этой второй статье из серии из трех мы продолжаем прослеживать марш и путешествие, которые заложили основы новой общей культурной идентичности и, действительно, привнесли новые вкусы и гастрономические влияния на Ближний Восток и с него.

Вторая остановка этого культурного путешествия приводит нас к древнейшей цивилизации, с которой столкнулся Александр, — египетской, которая, несмотря на то, что десятилетиями была присоединена к Персидской империи, так и не впитала полностью ахеменидскую культуру, сохранив нетронутой свою древнюю идентичность.

В 332 г. до н.э. Александр, которому было всего двадцать четыре года, и его армия решили замедлить свою экспансию в Азию и двинуться на Мемфис, тогдашнюю столицу Египта.

Александр Македонский приветствуется в Египте как Спаситель и Освободитель

Без всяких сражений и переговоров молодой македонский царь был немедленно встречен как спаситель, освободитель от многолетнего персидского гнета.

Египетская культура и духовность оказали сильное влияние на Александра, который пытался интегрироваться в обычаи и традиции Египта, а не подчинить себе народ, новым царем и фараоном которого он стал.

В этот период мы имеем реальную трансформацию его характера; фактически, во время своего визита к оракулу бога Амона Александр раскрыл свою истинную личность: он был уже не Александром, сыном Филиппа, а Александром, сыном Аммона (Зевса).

Этот факт коренным образом изменил молодого короля-воина и его будущие амбиции.

Хотя он оставался там всего один год, влияние, которое он оказал на будущую историю Египта, было очень сильным, до такой степени, что даже сегодня его помнят как одного из самых важных фараонов.

Однако аспект, который мы собираемся проанализировать и обсудить, — это аспект гастрономической культуры и всего, что крутится вокруг стола.

Египетская кулинарная культура уже вступила в контакт с эллинским миром посредством морских обменов; однако с приходом Македонской империи столкновение между двумя мирами привело к революции, заложившей основы некоторых пищевых привычек и обычаев, которые сохранились до сих пор.

В отличие от персидского мира, с точки зрения пиршества и приема пищи, земля фараонов во многом походила на Грецию: пища должна была быть средством к существованию и являлась просто основой питания.

Даже королевские пиры, несмотря на роскошь и превосходное качество ингредиентов, носили умеренный характер как по количеству, так и по положению людей за столом.

Так какие же новшества привнесли две страны, которые уже были в этом так похожи?

Египетское пиво стало неотъемлемой частью столов

Скорее всего, именно мир и процветание, которые характеризовали две нации в то время, позволяли обмениваться идеями и гораздо быстрее сравнивать, поскольку у нас есть много примеров того, как союз между двумя культурами повлиял на современный стол.

Культура изготовления и питья пива, как на территории Египта, так и в остальной части Персидской империи, всем хорошо известна; однако в греческом мире, несмотря на то, что его употребляли, он никогда не играл ведущую роль на столах, поскольку всегда считался «варварским» напитком или напитком низшего класса.

Драматург Эсхил даже произнес следующую фразу, говоря о египтянах: «они не настоящие люди, а люди, которые пьют ячменное вино».

Однако с приходом Александра в Египет потребление пива греками сильно возросло; но еще важнее была экономическая экспансия Греции, создавшая глобальный рынок, которого раньше никогда не существовало.

Более того, были изобретены новые способы ароматизации пива: зачем? Потому что скудные греческие знания о производстве знаменитого светлого напитка донесли до ушей египтян новые идеи и новые ароматы, которые нужно было открыть.

Скромный салат, который египтяне считают афродизиаком

Например, добавление сыра во время брожения, которое не было необходимым и никогда не использовалось египтянами до того времени.

Другим очень важным продуктом питания, который мы потребляем сегодня, но происхождение которого мы, скорее всего, не знаем, является ботарго: пища, полученная путем засолки и сушки икры кефали, разновидности рыбы, которой было много в Ниле.

Армия Александра была поражена знанием египтян о сохранении этих яиц и, прежде всего, их вкусом, настолько, что они сделали хороший запас, являясь прекрасной пищей для долгого путешествия в Азию.

Салат, который для греков и римлян был маловажной пищей, в египетском мире считался афродизиаком. В основном его ели сырым и слегка приправленным.

Таким образом, привычка греков есть сырые и вареные овощи с добавлением специй и сыра, вместе с широкомасштабным употреблением салата в Египте, могла привести к появлению предка той пищи, которую мы все потребляем сегодня — салаты.

Цацики может быть египетского происхождения

Что касается появления новых овощей после завоевания Египта македонцами, мы, вероятно, должны отдать должное рождению цацики, знаменитого эллинского соуса, этому культурному столкновению между Грецией и Египтом.

Собственно говоря, соус с йогуртом и чесноком употребляли греки еще до Александра, но, учитывая огромное потребление и значение огурца в рационе египтян, соус, ныне известный во всем мире, мог родиться тут же.

Самым необычным продуктом, найденным Александром в Египте, было то, что мы сегодня знаем как фуа-гра, то есть жирную печень племенных уток.

Основной продукт традиционной французской кухни берет свое начало на берегах Нила, где разведение птиц было основой рациона египтян и особенно грандиозных банкетов фараонов.

Так как же еда, столь укоренившаяся в египетской культуре, попала в Европу, особенно без военного завоевания египетской армией?

Это произошло благодаря ввозу этих рецептов македонцами, которые позже были приняты римлянами: фактически, обычай кормить уток и гусей сушеным инжиром для увеличения их печени позже был приписан римскому гастроному Марко Гавио Апичио.

Наконец, что не менее важно, мы должны воздать должное величайшей культурной революции встречи двух миров: Александр, захваченный этими землями, до того считавшимися варварскими, хотел во что бы то ни стало построить на египетском берегу город, который более всего представляет македонское великолепие: Александрия.

Он был основан самим Александром в 331 г. до н.э. с помощью архитектора Динократа Родосского. Это был современный и невероятно передовой для своего времени город.

Это был первый город, основанный с целью объединения всех культур, известных и завоеванных греками; хотя столицей империи был Вавилон, Александр увидел в Александрии истинную точку опоры духа единения и славы, которую он хотел передать.

Именно там зародилось величайшее хранилище знаний в древнем мире, знаменитая Александрийская библиотека, место, в котором не только размещалась самая большая коллекция рукописей всех категорий, но и зародился центр научных исследований и также включает в себя первый в мире музей истории человечества.

Древние рецепты сохранились — возможно, благодаря Александрийской библиотеке

Но какое отношение это имеет к сфере гастрономии?

Хотя материалы древней библиотеки были сожжены и утеряны, именно там родилась концепция кулинарного архива.Хотя все свитки, которые когда-то хранились в этой сокровищнице, были утеряны, некоторые из них были скопированы, и информация, содержащаяся в них, живет в другом месте.

Несомненно, что еще до рождения Александрии были записаны книги о гастрономии; такая коллекция и собрание рукописей из разных культур является основой кулинарных знаний, передаваемых систематически и тщательно.

Историками давно замечено, что Александр после встречи с египетским миром уже никогда не будет прежним, повышая свою духовность и достигая личностного роста на гораздо более эзотерическом уровне.

Но, вероятно, также благодаря своему новому сознанию и убеждениям он встретил совершенно легендарную, но неизбежно разрушительную судьбу, когда он отправился покорять остальной известный мир.

Объединение этих двух великих цивилизаций в рамках одной империи изменило историю и культуру мира во всех аспектах, заложив прочную основу для общей средиземноморской идентичности.

Джорджио Пинтцас Монзани — греко-итальянский шеф-повар, писатель и консультант, проживающий в Милане.Его страницу в Instagram можно найти здесь.

.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.