Поэты александр блок: Поэты — Блок. Полный текст стихотворения — Поэты

Содержание

Какие дни мы звали? Александр Блок. 28 ноября

Текст: Дмитрий Шеваров

Коллаж: ГодЛитературы.РФ

Пушкинскому Дому

Имя Пушкинского Дома

В Академии наук!

Звук понятный и знакомый,

Не пустой для сердца звук!

Это — звоны ледохода

На торжественной реке,

Перекличка парохода

С пароходом вдалеке,

Это — древний Сфинкс, глядящий

Вслед медлительной волне,

Всадник бронзовый, летящий

На недвижном скакуне.

Наши страстные печали

Над таинственной Невой,

Как мы черный день встречали

Белой ночью огневой.

Что за пламенные дали

Открывала нам река!

Но не эти дни мы звали,

А грядущие века.

Пропуская дней гнетущих

Кратковременный обман,

Прозревали дней грядущих

Сине-розовый туман.

Пушкин! Тайную свободу

Пели мы вослед тебе!

Дай нам руку в непогоду,

Помоги в немой борьбе!

Не твоих ли звуков сладость

Вдохновляла в те года?

Не твоя ли, Пушкин, радость

Окрыляла нас тогда?

Вот зачем такой знакомый

И родной для сердца звук —

Имя Пушкинского Дома

В Академии наук.

Вот зачем, в часы заката

Уходя в ночную тьму,

С белой площади Сената

Тихо кланяюсь ему.

Александр Блок, 11 февраля 1921 года

Когда я учил это стихотворение в школе, оно мне казалось таким ликующим, весенним. .. О том, что оно написано в самую гибельную пору и для России, и для поэта — об этом не думалось.

Только оказавшись много лет спустя в Петербурге, я вдруг услышал эти стихи совсем по-иному.

До той поры я никогда не был в Пушкинском Доме, и мне представлялась парадная лестница, бесконечная анфилада комнат с книгами в старинных шкафах, шелест рукописей, благоговейная тишина, негасимый свет желтых окон… Как это ни странно, но эти полудетские представления сбылись. В феврале 1996 года я застал именно такой Пушкинский Дом: там даже в гардеробе говорили тихо, почти шепотом. Свет от ламп был не просто желтым, а пергаментным.

В маленьком читальном зале рукописного отдела пахло ячменным кофе. Батареи еле теплились. Сотрудницы сидели закутанные в платки. Копеечные зарплаты не выплачивались по полгода. В воздухе витали тревожные слова «сырость», «холод», «температурный режим»…

Одна мысль, что в этих продрогших стенах хранятся рукописи Пушкина, Баратынского, Тургенева, — заставляла сжиматься сердце. Из блоковского послания Пушкинскому Дому чаще всего вспоминалась одна строка: «Но не эти дни мы звали…»

Сам Блок спасался Пушкиным. Из дневника А. Блока 1921 года:

«17 января… Среди глубины отчаянья и гибели… о Пушкине: в наше газетное время… Пушкин этого избежал, его хрустальный звук различит только кто умеет. Подражать ему нельзя… И все вздор перед Пушкиным, который ошибался в пятистопном ямбе, прибавляя шестую стопу… 5 февраля. Позвонила библиотекарша Пушкинского Дома…«

Библиотекаршу звали Евлалия Павловна Казанович, они были давно знакомы. Казанович попросила Блока написать что-то в альбом Пушкинского Дома. В тот же вечер поэт пишет черновик послания, завершая строчками: «С белой площади Сената/Тихо кланяюсь ему».

Эта строчка может вызвать недоумение, ведь Пушкинский Дом сегодня не виден с Сенатской. Но в 1921 году у Пушкинского Дома не было отдельного помещения, он располагался в здании Академии наук, которое с Сенатской площади хорошо просматривалось на противоположном берегу Невы.

К 11 февраля готов беловой вариант послания и Блок ждет звонка из Пушкинского Дома. Но только 19 марта Казанович вспоминает о своей просьбе, а 20-го записывает в своем дневнике: «Никак не ожидала, чтобы Блок так быстро исполнил мою просьбу о стихах в альбом. Какой милый! Мы условились, что я зайду с альбомом, но до вчерашнего дня я, по своему обыкновению, не выбралась…«

Послание «Пушкинскому Дому» стало последним законченным стихотворением Александра Блока. По сути — завещанием.

Оригинал статьи: «Российская газета»  

Стихи (Блок Александр) — слушать аудиокнигу онлайн

00:00 / 03:06

Александр Блок — Голос в тучах (Хвост читает)

02:22

Александр Блок — Идут часы (Хвост читает)

01:27

Александр Блок — Крылья (Хвост читает)

00:47

Александр Блок — Ночь, улица, фонарь,аптека (Хвост читает)

01:12

Александр Блок — Погружался я (Хвост читает)

02:19

Александр Блок — Поэты (Хвост читает)

02:36

Александр Блок — Русь (Хвост читает)

04:54

Александр Блок — Скифы (Хвост читает)

Александр Блок — стихотворение «Поэты» — 4 Мая 2011 — Культурно-просветительское сетевое издание

Начиная новую рубрику на сайте «Древо поэзии», хочется пожелать всем настоящим читателям радостного прочтения, творческого волнения при  открытии новой информации. Поэзия, на мой взгляд, — это лучшее, что остаётся на века и может наполнять красотой. Поэзию не нужно замораживать, она всегда живее всех памятников материальных ценностей: ведь если её начать  читать, то она сразу зазвучит! А если её пропеть в песне, то вообще круто получается, друзья.

Новая рубрика – «Поэтический Вкус».  Если вы любите кушать, то, конечно же, поймёте меня. Макароны с сыром особенно вкусны, когда замешать в них говяжию тушёнку. Всё сие полагается запить компотом и закусить зарубежным батончиком. Вот так и с поэзией. Она в каком-то смысле имеет свой вкус. Но только тут речь идёт не об удовлетворении телесных нужд, а о вкусе духовном, когда душа наизнанку просит вкусить красоты, правды, истины и радости.  Ну, удачи всем, бодро так с головой – ныряем в поэзию!

Представляю вам стихотворение Александра Блока.

ПОЭТЫ

За городом вырос пустынный квартал
На почве болотной и зыбкой.
Там жили поэты,- и каждый встречал
Другого надменной улыбкой.

Напрасно и день светозарный вставал
Над этим печальным болотом;
Его обитатель свой день посвящал
Вину и усердным работам.

Когда напивались, то в дружбе клялись,
Болтали цинично и прямо.
Под утро их рвало. Потом, запершись,
Работали тупо и рьяно.

Потом вылезали из будок, как псы,
Смотрели, как море горело.
И золотом каждой прохожей косы
Пленялись со знанием дела.

Разнежась, мечтали о веке златом,
Ругали издателей дружно.
И плакали горько над малым цветком,
Над маленькой тучкой жемчужной…

Так жили поэты. Читатель и друг!
Ты думаешь, может быть,- хуже
Твоих ежедневных бессильных потуг,
Твоей обывательской лужи?

Нет, милый читатель, мой критик слепой!
По крайности, есть у поэта
И косы, и тучки, и век золотой,
Тебе ж недоступно все это!..

Ты будешь доволен собой и женой,
Своей конституцией куцой,
А вот у поэта — всемирный запой,
И мало ему конституций!

Пускай я умру под забором, как пес,
Пусть жизнь меня в землю втоптала,-
Я верю: то бог меня снегом занес,
То вьюга меня целовала!


Начнём сначала. За городом вырос пустынный квартал. То есть за городом, где живёт основное население, образовался некий квартал-поселение практически на болотах, в курмышах, как живут бомжи, с жильцами – поэтами. Блок не даёт возможность больше узнать о таинственном квартале, о его происхождении. Но нам это не сильно важно. Главное – мы поняли, там поэтическая тусовка.

Хорошо. Поэты тусили, все такие творческие, надменно друг другу улыбались, потому что каждый ведь, собака, — гордый, думает что он самый гений. Если вы когда-нибудь бывали в такой среде, то понимаете меня. Дальше Блок говорит, что место-то настолько было гнилое, что и день напрасно вставал над ним: поэты постоянно предавались пьянству и писали стихи.

И как это бывает средь творческих людей, особенно литераторов, то, напившись, чувствовали  друг в друге собрата по перу, здесь сразу начинаются обещания на поддержку, клятвы в дружбе, и всякие слюни. Потом наступал апофеоз алкоголя в головах и больных желудках: творческих людей рвало не по-детски.

Пройдя муки, отлежавшись, отоспавшись, поэт, чувствуя приближение смерти из-за отравления организма, начинает рьяно работать: он пишет и пишет, пишет и пишет…

Написавши много всякого гениального, поэты уставали от вечности, вылезали из своих будок, или где они там жили на болотах, – и глядели на солнце, на проходящих девок, и сердце их трепетало.

Потом они, наконец, приходили в более или менее нормальное состояние: они сидели где-нибудь на верандах, пили кофий, курили, разговорили о литературе, о гадах-издателях, не хотящих их издавать, о безденежье и тщете всего сущего. Потом поэты впадали в тоску, жалея себя, начинали жалеть всё вокруг: бомжа малого, цветочек под забором, тучку в небе… И, конечно, после этого снова напивались.

Таков был их быт. Дальше Блок оставляет болезных, и обращается к тем, кто живёт в городе, к нормальным людям:

Так жили поэты. Читатель и друг!
Ты думаешь, может быть,- хуже
Твоих ежедневных бессильных потуг,
Твоей обывательской лужи?


То есть, кто не понял: друг, ты думаешь эти придурковатые поэты живут хуже тебя, твоих ежедневных дурацких бессмысленных движений ни о чём в обывательском обществе, когда ничего не происходит нового, тупость, повторы…

Нет, милый читатель, мой критик слепой!
По крайности, есть у поэта
И косы, и тучки, и век золотой,
Тебе ж недоступно все это!..


И дальше: у поэтов даже есть преимущество: помимо скотства есть переживания, волнения, упоение, жизнь во всей её красе, боль, страдания, любовь… А обыватель с «рамочным» счастьем, где есть все атрибуты нормы: дом, жена, воскресный пирог, стабильная зарплата, электрическая плита, любовница, дача с вишнями, дети – мальчик и девочка, выходные после работы… можно два дня перечислять и даже три… обыватель ничего этого не имеет и главное не хочет иметь.

На мой взгляд, дальше в стихотворении идёт самый сильный куплет, кульминация стиха:

Ты будешь доволен собой и женой,
Своей конституцией куцой,
А вот у поэта — всемирный запой,
И мало ему конституций!


Обыватель доволен своим бытом, квартиркой, норкой, своим мёртвым счастьем, у счастья хилая, куцая конституция, это практически скелет. А у поэта жизнь между жизнью и смертью – он всемирно пьёт – он не определятся, не умещается в одной и даже в нескольких конституциях, законодательствах, писанных и не писанных законах людей-обывателей-маргиналов.

И в заключении стихотворения А.Блок говорит уже о себе:

Пускай я умру под забором, как пес,
Пусть жизнь меня в землю втоптала,-
Я верю: то бог меня снегом занес,
То вьюга меня целовала!


Я думаю – ничего разжёвывать не надо,  и так всё понятно. Вот такой филологический анализ текста получился. До новых встреч. Побольше читайте русскую классическую литературу, меньше пейте и курите, меньше играйте в компьютерные игры и поменьше тупейте, друзья! Удачи. Александр Тененбаум

Все стихи Блока по категориям: удобный поиск

  • Детям
  • Школьникам
  • По теме
  • По типу

Лучшие стихи Блока:

  1. Незнакомка
  2. Ночь, улица, фонарь, аптека…
  3. Фабрика
  4. Русь
  5. О доблестях, о подвигах, о славе…
  6. На поле Куликовом
  7. В ресторане
  8. О, весна без конца и без краю…
  9. Вхожу я в темные храмы…
  10. На железной дороге
  11. Ветер принес издалёка…
  12. Двенадцать
  13. Демон («Иди, иди за мной — покорной…»)
  14. Летний вечер
  15. Скифы
  16. Ворона
  17. Россия
  18. Девушка пела в церковном хоре…
  19. Ветхая избушка
  20. О, я хочу безумно жить…
  21. Зайчик
  22. Сытые

Свои стихи Блок начал сочинять в юном возрасте: от стихотворения к стихотворению его талант только становился крепче. Первые стихи были навеяны картинами Васнецова, изображающими вещих птиц древнерусских легенд: Сирина, Алконоста, Гамаюна. А если смотреть более глубоко, то эти стихи были о жизни, о времени, о Родине и России: только говорят они об этом крупно и символически.

После революции в творчестве поэта вырисовывается тема двух Россий: самодержавной и народной. Россия для поэта – это огромное, родное существо, подобное человеку, но более уютное и ласковое. Все произведения пропитаны любовью к Родине, к своей стране: поэтому ему слишком тяжело даются события революции. Голод, нищета и разгром вызывают у Блока неприязнь к лирике: и он начинает творить только сатирические стихи с ядовитой насмешкой.

В пьесах (драмах) которые увидели свет в это время, чувствуется горькое разочарование от несовершенства мира и обманутых надежд.

Писал Александр Блок и произведения исторического характера: самые известные из них — это стихотворения цикла «Куликовская битва». Куликовская битва для поэта – исторический факт, дающий повод поразмышлять о настоящем и будущем России.

Но самые лучшие его стихотворения посвящены Прекрасной Даме, к которой стремится рыцарь (инок, юноша, поэт).

За этим стремлением стоит многое: мистическое постижение Бога, поиск жизненного пути, стремление к идеалу, красоте и много других оттенков. Даже описания природы даны не сами по себе. Заря, звезды и солнце – это синонимы Прекрасной Дамы, утро и весна – время надежды на встречу, зима и ночь – разлука и зло. Темой любви пронизано все творчество поэта.

Известный поэт Серебряного века также питал интерес к детской литературе, написал множество стихотворений, некоторые из которых вошли в сборники стихов для детей.

Творчество Блока многогранно: он писал об Италии и Петербурге, о и поэзии, о времени и смерти, о музыке и дружбе. Посвящал свои стихи матери, Богу, женщине, Пушкину, Шахматову, Менделеевой. Посмотрите лирические произведения на этой странице – и выберите те, которые разбудят душу и подарят наслаждение Словом.

Русские писатели и поэты :: Александр Александрович Блок

Поэтическая судьба А.А.Блока была связана с самым крупным литературным течением русского модернизма начала XX в.

— символизмом. Хотя хронологически Блок принадлежал ко второму поколению символистов — младосимволизму (вместе с Блоком младосимволистами были Андрей Белый, С.М.Соловьев, В.И.Иванов), — именно его творчество, по мнению многих его современников, явилось наиболее законченным и универсальным воплощением всего русского символизма.

Александр Александрович Блок родился 16 (28) ноября 1880 г. в Петербурге, в старой дворянской семье. Детские и юношеские годы поэта прошли сначала в петербургском доме деда, известного русского ботаника А.Н.Бекетова, ректора Петербургского университета, затем в квартире отчима — офицера Ф.Ф.Кублицкого-Пиоттух; каждое лето семья выезжала в подмосковное имение Шахматово.

В девять лет Блок поступает в гимназию в Петербурге. Учится средне. А в тринадцать лет Александр стал вместе с двоюродными братьями издавать рукописный журнал. В журнале он был и главным редактором, и главным художником, и главным автором — помещал в нем свои стихи, рассказы, очерки.

В семье Бекетовых многие занимались литературным трудом. Серьезное обращение к поэтическому творчеству, во многом связанное с увлечением юного Блока поэзией Жуковского, Пушкина, Лермонтова, Тютчева, Фета, Полонского, приходится на период окончания им гимназии и поступления в 1898 г. в Петербургский университет на юридический, а затем на историко-филологический факультет.

Начальный этап творчества поэта отмечен двумя важными событиями. Первое из них — глубокое чувство любви Блока к Л. Д. Менделеевой, увенчавшееся их браком в 1903 г. Второе — увлечение философскими идеями В.С.Соловьева. Оба события нашли свое отражение в первом поэтическом сборнике Блока «Стихи о Прекрасной Даме» (1904).

Выход первой книги сделал имя автора широко известным и ввел его в круг символистов. В период 1905—1907 гг. Блок с нарастающим вниманием вглядывается в реалии окружающей его повседневности, обнаруживая торжество стихийного начала в драматической дисгармонии жизни. Этот новый взгляд на мир нашел выражение в сборниках «Нечаянная радость» (1907), «Снежная маска» (1907), «Земля в снегу» (1908) и «Ночные часы» (1911).

В эти же годы Блок создает цикл лирических драм: «Балаганчик», «Король на площади» и «Незнакомка» (1906), а позже — еще две драмы: «Песня Судьбы» (1908) и «Роза и Крест» (1913), а также печатает ряд публицистических и литературоведческих статей («Безвременье», «Народ и интеллигенция», «О современном состоянии русского символизма» и др. ). Содержание его творчества расширяется и углубляется. Этому способствуют поездки в Германию, Францию, Бельгию, Нидерланды и особенно в Италию.

В период подготовки к изданию первого «Собрания стихотворений» (1910-1912) Блок критически пересматривает свой жизненный и творческий путь, поделив его на три этапа, каждому из которых поэт отводит одну книгу своей лирической трилогии. Трехтомная структура сохраняется им и в двух последующих изданиях (1916 г. и 1918-1921 гг.).

К 1915-1916 гг. творческая активность поэта заметно снижается. Причиной тому были как причины личные, психологические, так и объективные — в первую очередь, начавшаяся летом 1914 г. мировая война. В это время Блок работает над поэмой «Возмездие», но завершить ее не успевает: летом 1916 г. его призывают в армию в качестве табельщика одной из строительных дружин и направляют на фронт, где, по его словам, он живет «бессмысленной жизнью, без всяких мыслей, почти растительной».

После Февральской революции Блок возвращается в Петербург и работает в качестве редактора стенографических отчетов «Чрезвычайной следственной комиссии». На протяжении всего 1917 г. Блок не создает ни одного поэтического произведения. После октябрьского переворота Блок поверил в «очистительную силу революции». «Он ходил молодой, веселый, бодрый, с сияющими глазами, — вспоминает его тетка М.А. Бекетова, — и прислушивался к «музыке революции», к тому шуму от падения старого мира, который непрестанно раздавался у него в ушах, по его собственному свидетельству».

Именно в это время поэт переживает последний творческий взлет, создав в течение января 1918 г. свои известные произведения: статью «Интеллигенция и революция», поэму «Двенадцать» и стихотворение «Скифы».

Блок включается в практическую деятельность по культурному строительству: сотрудничает в горьковском издательстве «Всемирная литература», является председателем управления Большого драматического театра, членом коллегии Литературного отдела Наркомпроса, возглавляет Петроградское отделение Всероссийского союза поэтов.

Однако со временем многочисленные заседания становятся ему в тягость. В окружающей жизни он с отвращением обнаруживает торжество бюрократизма, пошлости, мещанства в новом, «революционном» варианте. Отсюда и горькая запись в дневнике: «Жизнь изменилась (она изменилась, но не новая, не nuova), — вошь победила весь свет, это уже свершившееся дело, и все теперь будет меняться только в другую сторону, а не в ту, которой жили мы, которую любили мы». Это ускорило его смерть. Поэт умер в Петрограде 7 августа 1921 г.


Стихотворения А.Блока
 


Использованы материалы кн.: «История русской литературы. XIX век.» / Под. ред. В.Е.Красовского — М.: Филол. общ-во «Слово», 1998 г.

Александр блок — стихотворение «поэты». Александр Блок и Любовь Менделеева: странный семейный союз, в котором третий не был лишним Юный издатель и драматург

Блок Александр Александрович был рожден в Санкт-Петербурге 28 ноября 1880 года. Его отцом стал Александр Львович Блок, трудившийся в качестве профессора в Варшавском университете, а матерью – переводчица Александра Андреевна Бекетова, отец которой был ректором Санкт-Петербургского университета.

За своего первого супруга мать будущего поэта вышла еще в восемнадцатилетнем возрасте, и вскоре после рождения мальчика она решила разорвать все связи с нелюбимым мужем. Впоследствии родители поэта практически не общались между собой.

В те времена разводы были редкостью и порицались обществом, однако в 1889 году самодостаточная и целеустремленная Александра Блок добилась того, чтобы Святейший правительствующий синод официально расторг ее брак с Александром Львовичем. Вскоре после этого дочь прославленного русского ботаника снова вышла замуж уже по настоящей любви: за офицера гвардии Кублицкого-Пиоттуха. Менять фамилию сына на свою или на замысловатую фамилию отчима Александра Андреевна не стала, и будущий поэт остался Блоком.

Свои детские годы Саша провел в доме деда. Летом он надолго уезжал в Шахматово и через всю жизнь пронес теплые воспоминания о проведенном там времени. Притом жил Александр Блок вместе с мамой и ее новым мужем на окраине Санкт-Петербурга.


Между будущим поэтом и его матерью всегда существовала непостижимая духовная связь. Именно она открыла Саше произведения Бодлера, Полонского, Верлена, Фета и других прославленных поэтов. Александра Андреевна и ее юный сын вместе изучали новые веяния в философии и поэзии, вели увлеченные беседы касательно последних новостей политики и культуры. Впоследствии именно матери Александр Блок в первую очередь читал свои произведения и именно у нее искал утешения, понимания и поддержки.

В 1889 году мальчик начал обучаться во Введенской гимназии. Некоторое время спустя, когда Саше исполнилось уже 16 лет, он отправился с матерью в поездку за границу и пробыл некоторое время в городе Бад-Наугейме – популярном немецком курорте тех времен. Несмотря на свой юный возраст, на отдыхе он беззаветно влюбился в Ксению Садовскую, которой на тот момент было 37 лет. Естественно, ни о каких отношениях подростка со взрослой женщиной речи не шло. Однако очаровательная Ксения Садовская, ее образ, запечатленный в памяти Блока, впоследствии стали для него вдохновением при написании многих произведений.


В 1898 году Александр завершил обучение в гимназии и успешно сдал вступительные экзамены в Петербургский университет, избрав для своей карьеры юриспруденцию. Спустя три года после этого он все же перевелся на историко-филологическое отделение, избрав для себя славяно-русское направление. Обучение в университете поэт завершил в 1906 году. Во время получения высшего образования он познакомился с Алексеем Ремизовым, Сергеем Городецким, а также сдружился с Сергеем Соловьевым, который приходился ему троюродным братом.

Начало творчества

Семья Блока, особенно по материнской линии, продолжала высококультурный род, что не могло не сказаться на Александре. С юных лет он взахлеб читал многочисленные книги, увлекался театром и даже посещал соответствующий кружок в Санкт-Петербурге, а также пробовал свои силы в стихотворном творчестве. Первые незамысловатые произведения мальчик написал еще в пятилетнем возрасте, а в подростковом возрасте он в компании братьев увлеченно занимался написанием рукописного журнала.

Важным событием начала 1900-ых годов для Александра Александровича стала женитьба на Любови Менделеевой, приходившейся дочерью именитому отечественному ученому . Отношения между молодыми супругами были сложными и своеобразными, однако наполненными любовью и страстью. Любовь Дмитриевна также стала источником вдохновения и прообразом ряда персонажей в произведениях поэта.


Говорить о полноценной творческой карьере Блока можно начиная с 1900-1901 годов. В то время Александр Александрович стал еще более преданным почитателем творчества Афанасия Фета, а также лирики и даже учения Платона. Кроме того, судьба свела его с Дмитрием Мережковским и Зинаидой Гиппиус, в журнале которых под названием «Новый путь» Блок делал свои первые шаги в качестве поэта и критика.

На раннем этапе своего творческого развития Александр Александрович понял, что близким ему по душе направлением в литературе является символизм. Это движение, пронзившее все разновидности культуры, отличалось новаторством, стремлением к экспериментам, любовью к загадочности и недосказанности. В Санкт-Петербурге близкими ему по духу символистами были упомянутые выше Гиппиус и Мережковский, а в Москве – Валерий Брюсов. Примечательно, что примерно тогда, когда Блок начал публиковаться в петербургском «Новом пути», его произведения начал печатать и московский альманах под названием «Северные цветы».


Особенное место в сердце Александра Блока занимал кружок молодых почитателей и последователей Владимира Соловьева, организованный в Москве. Роль своеобразного руководителя этого кружка взял на себя Андрей Белый, в то время – начинающий прозаик и поэт. Андрей стал близким другом Александра Александровича, а члены литературного кружка – одними из самых преданных и восторженных поклонников его творчества.

В 1903 году в альманахе «Северные цветы» был напечатан цикл произведений Блока под названием «Стихи о Прекрасной Даме». Тогда же три стиха молодого рифмоплета были включены в сборник произведений воспитанников Императорского Санкт-Петербургского университета. В своем первом известном цикле Блок преподносит женщину, как природный источник света и чистоты, и поднимает вопрос о том, насколько настоящее любовное чувство сближает отдельную личность с мировым целым.

Революция 1905-1907 годов

Революционные события стали для Александра Александровича олицетворением стихийной, неупорядоченной природы бытия и достаточно существенно повлияли на его творческие взгляды. Прекрасную Даму в его мыслях и стихах заменили образы вьюги, метели и бродяжничества, смелые и неоднозначные Фаина, Снежная Маска и Незнакомка. Стихи о любви отошли на второй план.

Драматургия и взаимодействие с театром в это время также увлекали поэта. Первая пьеса, написанная Александром Александровичем, получила название «Балаганчик» и была составлена Всеволодом Мейерхольдом в театре Веры Комиссаржевской в 1906 году.

Тогда же Блок, который, боготворя свою жену, не отказывался от возможности питать нежные чувства к другим женщинам, воспылал страстью к Н.Н. Волоховой, актрисе театра Веры Комиссаржевской. Образ красавицы Волоховой вскоре заполонил философские стихи Блока: это ей поэт посвятил цикл «Фаина» и книгу «Снежная Маска», с нее списывал героинь пьес «Песня Судьбы» и «Король на площади».

В конце 1900-ых годов главной темой работ Блока стала проблема соотношения простого народа и интеллигенции в отечественном социуме. В стихах этого периода можно проследить яркий кризис индивидуализма и попытки определить место творца в условиях реального мира. При этом Александр Александрович ассоциировал Родину с образом любимой жены, из-за чего его патриотические стихи приобретали особую, глубоко личную индивидуальность.

Отказ от символизма

1909 год был очень сложным для Александра Блока: в этот год скончался его отец, с которым он все же поддерживал достаточно теплые отношения, а также новорожденный ребенок поэта и его жены Людмилы. Тем не менее, внушительное наследство, которое Александр Блок-старший оставил своему сыну, позволило тому забыть о финансовых трудностях и сосредоточиться на крупных творческих проектах.

В том же году поэт побывал в Италии, и заграничная атмосфера еще больше подтолкнула его к переоценке сложившихся ранее ценностей. Об этой внутренней борьбе рассказывает цикл «Итальянские стихи», а также прозаические очерки из книги «Молнии искусства». В конце концов Блок пришел к выводу о том, что символизм, как школа со строго обозначенными правилами, для него исчерпал себя, и отныне он испытывает необходимость в самоуглублении и «духовной диете».


Сосредоточившись на больших литературных трудах, Александр Александрович постепенно стал все меньше времени уделять публицистической работе и появлению на разноплановых мероприятиях, которые были в ходу у поэтической богемы тех времен.

В 1910 году автор начал сочинять эпическую поэму под названием «Возмездие», закончить которую ему было не суждено. В период с 1912 по 1913 годы он написал известную пьесу «Роза и Крест». А в 1911 году Блок, взяв за основу пять своих книг с поэзией, составил собрание сочинений в трех томах, которое несколько раз переиздавалось.

Октябрьская революция

Советская власть не вызывала у Александра Блока такого негативного отношения, как у многих других поэтов «серебряного века». В то время, когда , Юлий Айхенвальд, Дмитрий Мережковский и многие другие вовсю критиковали пришедших к власти большевиков, Блок согласился сотрудничать с новым государственным руководством.

Имя поэта, который к тому времени был достаточно хорошо известен публике, активно использовалась властями в своих целях. Помимо прочего, Александра Александровича постоянно назначали на неинтересные ему должности в различных комиссиях и учреждениях.

Именно в тот период было написано стихотворение «Скифы» и знаменитая поэма «Двенадцать». Последний образ «Двенадцати»: Иисус Христос, который оказался во главе шествия из двенадцати солдат Красной Армии – вызвал настоящий резонанс в литературном мире. Хотя сейчас это произведение считается одним из лучших творений времен «серебряного века» русской поэзии, большинство современников Блока высказывались о поэме, особенно об образе Иисуса, в крайне негативном ключе.

Личная жизнь

Первая и единственная жена Блока – Любовь Менделеева, в которую он был безумно влюблен и которую считал своей настоящей судьбой. Супруга была для писателя поддержкой и опорой, а также неизменной музой.


Однако представления о браке у поэта были достаточно своеобразные: во-первых, он был категорически против телесной близости, воспевая любовь духовную. Во-вторых, вплоть до последних лет своей жизни Блок не считал зазорным влюбляться и в других представительниц прекрасного пола, хотя его женщины никогда не имели для него такого значения, как жена. Впрочем, Любовь Менделеева также позволяла себе увлекаться другими мужчинами.

Дети у супружеской четы Блоков, увы, не появились: ребенок, родившийся после одной из немногих совместных ночей Александра и Любови, оказался слишком слаб и не выжил. Тем не менее, у Блока осталось достаточно много родственников как в России, так и в Европе.

Смерть поэта

После Октябрьской революции происходили отнюдь не только интересные факты из жизни Александра Александровича. Нагруженный неимоверным количеством обязанностей, не принадлежащий сам себе, он начал сильно болеть. У Блока проявилась астма, сердечно-сосудистая болезнь, начали формироваться психические расстройства. В 1920 году автор заболел цингой.

В то же время поэт переживал и период финансовых трудностей.


Изнуренный нуждой и многочисленными болезнями, он ушел в мир иной 7 августа 1921 года, находясь в своей квартире в Санкт-Петербурге. Причина смерти – воспаление сердечных клапанов. Похороны и отпевание поэта совершал протоиерей Алексей Западалов, могила Блока расположена на Смоленском православном кладбище.


Незадолго до своей кончины писатель пытался получить разрешение на выезд за рубеж на лечение, однако ему отказали. Рассказывают, что после этого Блок, находясь в трезвом уме и здравом рассудке, уничтожил свои записи и принципиально не принимал ни лекарства, ни даже пищу. Долгое время ходили также слухи о том, что перед смертью Александр Александрович сошел с ума и бредил мыслью о том, все ли экземпляры его поэмы «Двенадцать» были уничтожены. Однако своего подтверждения эти слухи не нашли.

Александр Блок считается одним из гениальнейших представителей русской поэзии. Его крупные произведения, равно как и небольшие стихи («Фабрика», «Ночь улица фонарь аптека», «В ресторане», «Ветхая избушка» и другие), стали частью культурного наследия нашего народа.

За городом вырос пустынный квартал
На почве болотной и зыбкой.
Там жили поэты,- и каждый встречал
Другого надменной улыбкой.

Напрасно и день светозарный вставал
Над этим печальным болотом;
Его обитатель свой день посвящал
Вину и усердным работам.

Когда напивались, то в дружбе клялись,
Болтали цинично и прямо.
Под утро их рвало. Потом, запершись,
Работали тупо и рьяно.

Потом вылезали из будок, как псы,
Смотрели, как море горело.
И золотом каждой прохожей косы
Пленялись со знанием дела.

Разнежась, мечтали о веке златом,
Ругали издателей дружно.
И плакали горько над малым цветком,
Над маленькой тучкой жемчужной…

Так жили поэты. Читатель и друг!
Ты думаешь, может быть,- хуже
Твоих ежедневных бессильных потуг,
Твоей обывательской лужи?

Нет, милый читатель, мой критик слепой!
По крайности, есть у поэта
И косы, и тучки, и век золотой,
Тебе ж недоступно все это!..

Ты будешь доволен собой и женой,
Своей конституцией куцой,
А вот у поэта — всемирный запой,
И мало ему конституций!

Пускай я умру под забором, как пес,
Пусть жизнь меня в землю втоптала,-
Я верю: то бог меня снегом занес,
То вьюга меня целовала!

Анализ стихотворения «Поэты» Блока

Одно из самых дерзких стихотворений Александра Блока «Поэты» было написано 24 июля 1908 года. Прочитав это стихотворение впервые, многие отказываются верить, что романтик Блок мог написать нечто подобное. В произведении автор пишет о поэтическом братстве, которое он преподносит читателю как печальное болото. 1908 год был полон событий и тяжело прошел для Александра. Особенно плохим было эмоциональное состояние творца, вероятно, это и обусловило такое пессимистическое настроение стихотворения. Не смотря на невзгоды, поэт продолжал верить, что вскоре все наладится, и все заживут в новом, лучшем мире, в котором будет место для каждого, в том числе для поэтов.

В стихотворении автор поднимает тему творчества и творческого пути. Эта тема рассматривается сквозь призму переживаний и чувств настоящего творца. Александр отмечал, что человека, которому не близко искусство, такая жизнь может неприятно удивить.

Композиционно произведение состоит из двух частей. Первая часть рассказывает о быте поэтов, каждый из которых считает себя способнее и лучше другого. При этом ежедневно по вечерам они напиваются в компании друг друга. Творили поэты исключительно с похмелья, в случае, если они не писали, этому могло быть два объяснения: им вскружила голову прекрасная дама или они скорбят над чем-то.

Все стихотворение построено на одной антитезе: неприятные творцы, которыми их видят обычные люди, и поэты нового мира, где они предстают такими, каковыми являются на самом деле. Тема места человека-искусства в обществе была важна для Александра. В «Поэтах» он стремился максимально объективно оценить ситуацию, что помогло ему разглядеть много отталкивающих вещей в людях-искусства.

В последних строках произведения появляются символы образы снега и вьюги, которые Блок часто использовал в своем творчестве. Для поэта они символизировали любовь, творчество и тайну.

Стихотворение написано амфибрахием с перекрестной рифмой, благодаря стихотворение звучит мелодично. Как и в других своих произведениях, в «Поэтах» автор активно использует различные тропы: эпитеты, метафоры, олицетворения, сравнения. Все художественный приемы объединяет то, что они служат для построения антитезы и более яркого выражения мыслей и чувств автора.

Начиная новую рубрику на сайте «Древо поэзии» , хочется пожелать всем настоящим читателям радостного прочтения, творческого волнения при открытии новой информации. Поэзия , на мой взгляд, — это лучшее, что остаётся на века и может наполнять красотой. Поэзию не нужно замораживать, она всегда живее всех памятников материальных ценностей: ведь если её начать читать, то она сразу зазвучит! А если её пропеть в песне, то вообще круто получается, друзья.

Новая рубрика – «Поэтический Вкус» . Если вы любите кушать, то, конечно же, поймёте меня. Макароны с сыром особенно вкусны, когда замешать в них говяжию тушёнку . Всё сие полагается запить компотом и закусить зарубежным батончиком . Вот так и с поэзией . Она в каком-то смысле имеет свой вкус . Но только тут речь идёт не об удовлетворении телесных нужд, а о вкусе духовном , когда душа наизнанку просит вкусить красоты, правды, истины и радости . Ну, удачи всем, бодро так с головой – ныряем в поэзию !

Представляю вам стихотворение Александра Блока.

ПОЭТЫ

За городом вырос пустынный квартал
На почве болотной и зыбкой.
Там жили поэты,- и каждый встречал
Другого надменной улыбкой.

Напрасно и день светозарный вставал
Над этим печальным болотом;
Его обитатель свой день посвящал
Вину и усердным работам.

Когда напивались, то в дружбе клялись,
Болтали цинично и прямо.
Под утро их рвало. Потом, запершись,
Работали тупо и рьяно.

Потом вылезали из будок, как псы,
Смотрели, как море горело.
И золотом каждой прохожей косы
Пленялись со знанием дела.

Разнежась, мечтали о веке златом,
Ругали издателей дружно.
И плакали горько над малым цветком,
Над маленькой тучкой жемчужной…


Ты думаешь, может быть,- хуже

Твоей обывательской лужи?


По крайности, есть у поэта

Тебе ж недоступно все это!..


Своей конституцией куцой,

И мало ему конституций!

То вьюга меня целовала!

Начнём сначала. За городом вырос пустынный квартал. То есть за городом, где живёт основное население, образовался некий квартал-поселение практически на болотах, в курмышах, как живут бомжи, с жильцами – поэтами . Блок не даёт возможность больше узнать о таинственном квартале, о его происхождении. Но нам это не сильно важно. Главное – мы поняли, там поэтическая тусовка .

Хорошо. Поэты тусили, все такие творческие , надменно друг другу улыбались, потому что каждый ведь, собака, — гордый, думает что он самый гений . Если вы когда-нибудь бывали в такой среде, то понимаете меня. Дальше Блок говорит, что место-то настолько было гнилое, что и день напрасно вставал над ним: поэты постоянно предавались пьянству и писали стихи.

И как это бывает средь творческих людей , особенно литераторов , то, напившись, чувствовали друг в друге собрата по перу, здесь сразу начинаются обещания на поддержку, клятвы в дружбе, и всякие слюни. Потом наступал апофеоз алкоголя в головах и больных желудках: творческих людей рвало не по-детски.

Пройдя муки, отлежавшись, отоспавшись, поэт , чувствуя приближение смерти из-за отравления организма, начинает рьяно работать: он пишет и пишет, пишет и пишет…

Написавши много всякого гениального , поэты уставали от вечности, вылезали из своих будок, или где они там жили на болотах, – и глядели на солнце, на проходящих девок, и сердце их трепетало.

Потом они, наконец, приходили в более или менее нормальное состояние: они сидели где-нибудь на верандах, пили кофий , курили, разговорили о литературе, о гадах-издателях, не хотящих их издавать, о безденежье и тщете всего сущего. Потом поэты впадали в тоску, жалея себя, начинали жалеть всё вокруг: бомжа малого, цветочек под забором, тучку в небе… И, конечно, после этого снова напивались.

Так жили поэты. Читатель и друг!
Ты думаешь, может быть,- хуже
Твоих ежедневных бессильных потуг,
Твоей обывательской лужи?


То есть, кто не понял: друг, ты думаешь эти придурковатые поэты живут хуже тебя , твоих ежедневных дурацких бессмысленных движений ни о чём в обывательском обществе , когда ничего не происходит нового, тупость, повторы…

Нет, милый читатель, мой критик слепой!
По крайности, есть у поэта
И косы, и тучки, и век золотой,
Тебе ж недоступно все это!. .


И дальше: у поэтов даже есть преимущество: помимо скотства есть переживания, волнения, упоение, жизнь во всей её красе, боль, страдания, любовь … А обыватель с «рамочным» счастьем , где есть все атрибуты нормы : дом, жена, воскресный пирог, стабильная зарплата, электрическая плита, любовница, дача с вишнями, дети – мальчик и девочка, выходные после работы… можно два дня перечислять и даже три… обыватель ничего этого не имеет и главное не хочет иметь.

Ты будешь доволен собой и женой,
Своей конституцией куцой,
А вот у поэта — всемирный запой,
И мало ему конституций!


Обыватель доволен своим бытом, квартиркой, норкой, своим мёртвым счастьем, у счастья хилая, куцая конституция , это практически скелет. А у поэта жизнь между жизнью и смертью – он всемирно пьёт – он не определятся, не умещается в одной и даже в нескольких конституциях , законодательствах, писанных и не писанных законах людей-обывателей-маргиналов .

И в заключении стихотворения А.Блок говорит уже о себе:

Пускай я умру под забором, как пес,
Пусть жизнь меня в землю втоптала,-
Я верю: то бог меня снегом занес,
То вьюга меня целовала!


Я думаю – ничего разжёвывать не надо, и так всё понятно. Вот такой филологический анализ текста получился. До новых встреч. Побольше читайте русскую классическую литературу, меньше пейте и курите, меньше играйте в компьютерные игры и поменьше тупейте , друзья! Удачи.

Александр Тененбаум

Свои стихи Блок начал сочинять в юном возрасте: от стихотворения к стихотворению его талант только становился крепче. Первые стихи были навеяны картинами Васнецова, изображающими вещих птиц древнерусских легенд: Сирина, Алконоста, Гамаюна. А если смотреть более глубоко, то эти стихи были о жизни, о времени, о Родине и России: только говорят они об этом крупно и символически.

После революции в творчестве поэта вырисовывается тема двух Россий: самодержавной и народной. Россия для поэта – это огромное, родное существо, подобное человеку, но более уютное и ласковое. Все произведения пропитаны любовью к Родине, к своей стране: поэтому ему слишком тяжело даются события революции. Голод, нищета и разгром вызывают у Блока неприязнь к лирике: и он начинает творить только сатирические стихи с ядовитой насмешкой.

В пьесах (драмах) которые увидели свет в это время, чувствуется горькое разочарование от несовершенства мира и обманутых надежд.

Писал Александр Блок и произведения исторического характера: самые известные из них — это стихотворения цикла «Куликовская битва». Куликовская битва для поэта – исторический факт, дающий повод поразмышлять о настоящем и будущем России.

Но самые лучшие его стихотворения посвящены Прекрасной Даме, к которой стремится рыцарь (инок, юноша, поэт). За этим стремлением стоит многое: мистическое постижение Бога, поиск жизненного пути, стремление к идеалу, красоте и много других оттенков. Даже описания природы даны не сами по себе. Заря, звезды и солнце – это синонимы Прекрасной Дамы, утро и весна – время надежды на встречу, зима и ночь – разлука и зло. Темой любви пронизано все творчество поэта.

Известный поэт Серебряного века также питал интерес к детской литературе, написал множество стихотворений, некоторые из которых вошли в сборники стихов для детей.

Творчество Блока многогранно: он писал об Италии и Петербурге, о и поэзии, о времени и смерти, о музыке и дружбе. Посвящал свои стихи матери, Богу, женщине, Пушкину, Шахматову, Менделеевой. Посмотрите лирические произведения на этой странице – и выберите те, которые разбудят душу и подарят наслаждение Словом.

Александр Блок был не только великим поэтом эпохи, которую мы теперь зовем «серебряным веком», создателем циклов «Стихи о Прекрасной Даме», «Снежная маска», «Ямбы», «Стихи о России» поэмы «Двенадцать» — и для современников, и для нас он остается человеком высокого духа, удивительной честности. Блок верил, что стихи могут изменить мир, если их творцы будут достаточно чисты духом. И то, что мир с началом ХХ века стали сотрясать кровавые трагедии, он ставил, в частности, себе в вину. Я предлагаю вам фильм об Александре Блоке и небольшое эссе об этом таинственном поэте,для которого поэзия была не просто литературой, но Служением.

Среди поэтов начала XX века, талантливых и ярких, Александр Блок стоял как-то особняком. Он редко бывал там, где бывали все поэты «серебряного века»: на религиозно-философских собраниях у Мережковского, в кабаре «Бродячая собака», где собиралась вся богема Петербурга после 1912 года. Он сторонился шумных сборищ, литературных дебатов, мало говорил и спорил, потому что не любил «говорить о несказанном». И вообще на фоне эмоциональных, даже экзальтированных коллег по перу он поражал сдержанностью и какай-то самоуглубленностью словно оберегал некую тайну, которую нес в себе. Тем не менее, к нему относились с особым почтением, об этом свидетельствуют воспоминания современников. Удивительно, как по-разному они его видели, как трудно оказалось предать даже представление о его внешности. Кто-то называл Блока очень красивым, кто-то говорил о неподвижном, словно вырезанном из камня, лице. Андрей Белый писал о светозарности этого лица, словно покрытого золотисто-розовым загаром. Зинаида Гиппиус находила в нем что-то милое, детское. Главная дама литературного Петербурга, которая очень резко судила своих современников, о Блоке Гиппиус писала почти нежно. Чуковский вспоминал об особой о магии, исходившей от этого человека. А его друг, затем враг, соперник в любвиАндрей Белый, уже после его смерти напишет автобиографическую трилогию, где будет вновь и вновь с ним, умершим продолжать выяснять отношения.

Удивительно, что в эпоху «серебряного века», время людей талантливых, даже гениальных, но шумных, эмоциональных, взрывных, склонных к богемному образу жизни, наибольшим авторитетом был признан этот молчаливый человек. И дело не только в поэтическом гении, но иуникальности личности Блока. Было в нем что-то от таинственного средневекового рыцаря, или вот этого пушкинского «рыцаря бедного»:

Жил на свете рыцарь бедный,

Молчаливый и простой,

С виду сумрачный и бледный,

Духом смелый и прямой

Он имел одно виденье, непостижное уму…

Виденье или мечта о видении — с этого началась юность Блока. Тогда все мечтали об откровениях. Молодежь бредила поэтом, философом, мистиком Владимиром Соловьевым, который, среди прочих произведений, написал поэму «Три свидания», где описал три мистических встречи, когда ему являлась женщина, которую он считал Софией Премудрой. Для Блока знакомство с творчеством Соловьева было потрясением.

Те неясные сновидения, знаки в природе, что волновали его, о которых он никому не говорил, получили вдруг объяснение, обоснование. Из записных книжек Блока, сентябрь 1901 года: «В Знаменье видел я вещий сон. Что-то порвалось во времени. И ясно явилась мне она… и раскрылось тайное. Я видел, как семья отходила, а я остался в дверях перед ней. Она встала навстречу и сказала странное слово о том, что я с любовью к ней. Я же, держа в руке том Соловьева. Подавал ей, и вдруг вижу, сто это уже не стихи, а мелкая немецкая книга…»

Блок не сомневался, что эта была та же женщина, что трижды являлась Соловьеву, он не сомневался в реальности этого события и ждал его, наяву. Он считал, что и стихи его — явление мистическое. «Это дневник, в котором Бог мне позволил высказаться в стихах». В нем сначала ожидание чудесного явления. Потом боль и отчаяние, когда что-то случилось в мире, розовые зори погасли. Тогда в его стихах появились вихри и вьюги. А потом все умолкло, и Блок повторял в разных стихах «Как тяжко мертвецу среди людей», говорил, что душа мертва.

А потом и тело умерло. Никто не мог сказать, отчего умер Блок всего в 40 лет. А, может, это просто был тот редкий случай, когда тело просто отмирает, покинутое небесным светом. После 1914 года он почти ничего не писал, а все переделывал и переделывал свои юношеские «Стихи о Прекрасной Даме». Он сознавал их незрелость. Но все равно считал, что это лучшее, что им написано. Кому-то обмолвился даже, что не считает себя их автором, что они были ему продиктованы свыше. В «Стихах о Прекрасной Даме» есть какое-то особое напряжение, очищение перед ее приходом.

Предчувствую Тебя. Года проходят мимо —

Всё в облике одном предчувствую Тебя.

Весь горизонт в огне — и ясен нестерпимо,

И молча жду,- тоскуя и любя.

Однако, кто-то может сказать, что «Стихи о Прекрасной Даме» создавались в период. Когда Блок был влюблен в Любочку Менделееву, свою будущую жену. И стихи эти обращены к ней. В своих воспоминаниях Любовь Дмитриевна пишет о том, что нередко, когда Блок читал ей свои стихи, она подозревала, что они обращены к ней, но с ревнивым чувством себя в его Даме не находила. Она была очень земная девушка — румяная, с густой косой, в ней не было ничего от бесплотной Дамы. Ее это раздражало, и однажды она даже решила порвать с ним, написав в письме: «Вы смотрите на меня, как на некую отвлеченную идею, вы навоображали обо мне всяких ненужных вещей, и за этой фикцией, которая жива лишь в вашем воображении, вы меня, живого человека с живой душой не заметили».

Это письмо она ему не отправила, как не отправил и Блок письмо, которое он тогда же написал ей- на случай разрыва: «Моя жизнь, т. е. способность жить, немыслима без исходящего от Вас некоторого смутно ощущаемого мной Духа. Если разделяемся мы в мыслях или разлучаемся в жизни, моя сила слабеет, остается только тоска». В их жизни будут разные периоды — и светлой юной радости, и измен, и непонимания. Блок напишет однажды: «Люба довела маму до болезни. Люба создала ту невыносимую сложность и утомительность отношений, какая сейчас есть. Люба на земле страшное послание для того, чтобы мучить и уничтожать ценности земные…Но 1898-1902 годы сделали то, что я не могу расстаться с ней и люблю ее ». Это были как раз годы Прекрасной Дамы, предчувствия и озарения, которые они пережили вместе, когда ее сила, энергия были ему необходимы.

Блок был человеком иного мира, он думал и чувствовал иначе, и нам не следует пытаться объяснить его. Просто в его стихах неясно будет перед нами мерцать то образ любимой женщины, то облик Величавой Жены. Он жил в другом измерении, видел, как реальность то, что кажется нам фантастическими видениями. Но если принимать Блока, надо принять и реальность его видений и мистических переживаний.

Есть у него удивительная статья «О современном состоянии символизма » Она о мире его поэзии, о той реальности, которую он считает единственной, и которая дает смысл его творчеству. Он пишет в ней о мирах в свете лучезарного меча, о пурпурно-лиловых мирах «Золотой меч разгорается ослепительно и пронзает сердце поэта. Уже начинает сквозить лицо среди небесных роз. Возникает диалог…Но, как бы ревнуя, поэта, некто внезапно пресекает золотую нить. Лезвие лучезарного меча меркнет и перестает чувствоваться в сердце. Миры, которые были пронизаны золотым светом, теряют пурпурный оттенок, как сквозь прорванную плотину, врывается сине-лиловый сумрак ». А то лицо, что проступало среди роз, исчезло. А на его месте — мертвая кукла.

Поэта окружают демоны, они покорны воле поэта, в тех лиловых мирах, они рыщут в поисках лучших драгоценностей, чтоб с их помощью поэт создал земное чудо, красавицу-куклу, «Незнакомку». Блока нередко спрашивали, почему его Прекрасная Дама превратилась в Незнакомку? Он отмалчивался. Не мог же он объяснить каждому встречному, что в этом суть его душевной драмы. Когда-то он писал: «О. как паду и горестно, и низко, не одолев смертельныя мечты…» Не одолел, не смог быть достаточно чистым и высоким что ли? Но кто когда задумывался о том, из каких миров приходят стихи, если они прекрасны? Только Блок. И в этой высокой духовной требовательности — его величие. Говорят, он любил только свои юношеские стихи. Мы же не можем не восхищаться его «Незнакомкой».

«Незнакомка» была написана в 1906 году. Смутное, тревожное, время. Кровавые события первой русской революции. Блок будет писать и о реальной жизни России начала века, но больше его волнуют сдвиги в том, ином измерении, которое он воспринимал как реальность. И бури земной жизни считал отголоском бурь там. Он уверен: «Как сорвалось что-то в нас, так сорвалось и в России». Чуть не себя винил в российской трагедии. И еще одна горестная фраза Блока: «Мы были пророками, пожелали стать поэтами».

В 1907 году рождается цикл стихов «Снежная маска». Они тоже посвящены женщине, в которую был влюблен Блок в холодную метельную зиму 1907 года — Наталье Николаевне Волоховой, актрисе театра Комиссаржевской, прекрасной женщине с «крылатыми глазами». В ту метельную зиму в театре ставился его «Балаганчик». Вокруг было много молодежи, устраивались карнавалы, катались в санях по заснеженным улицам, и Блок был весел. А в его стихах этого периода — вьюга, метель, холод и смятение.

И вновь, сверкнув из чаши винной,

Ты поселила в сердце страх

Своей улыбкою невинной

В тяжелозмейных волосах.

Я опрокинут в темных струях

И вновь вдыхаю, не любя,

Забытый сон о поцелуях,

О снежных вьюгах вкруг тебя.

Вряд ли эти стихи, впрямую связаны с Н. Н. Волоховой. Эта метель была в душе Блока, которая жила своей, отдельной жизнью. Возвращаясь к статье о символизме, приведу еще цитату: «Искусство есть ад. Недаром Брюсов завещал художнику: «как Данту, подземное пламя должно тебе щеки обжечь». По бессчетным кругам ада может пройти только тот, у кого есть спутник, учитель и руководительная мечта о той, которая поведет туда, куда не смеет войти учитель…Так или иначе, лиловые миры захлестнули Лермонтова, который бросился под пистолет своею волею. И Гоголя, который сжег себя, барахтаясь в бархатных лапах паука». И свою судьбу он описал в стихах:

Как свершилось, как случилось?
Был я беден, слаб и мал.
Но Величий неких тайна
Мне до времени открылась,
Я Высокое познал.
Недостойный раб, сокровищ
Мне врученных не храня,
Был я царь и страж случайный.
Сонмы лютые чудовищ
Налетели на меня.

А в конце вот такие строки:

Не таюсь я перед вами,
Посмотрите на меня:
Я стою среди пожарищ,
Обожженный языками
Преисподнего огня.

Интересно, что Андрей Белый, вспоминая о юном Блоке, пишет о золотисто-розовой дымке его лица. Потом же он писал, что лицо Блока было, как бы обожжено. И Блок писал о том же: «Нам предлагают: пой, веселись, а у нас лица обожжены лиловым сумраком». Но в том лиловом сумраке звучала музыка, рождались стихи. То гибельные и трагические, то полные тихой печали.

Бывали всплески чувств, порывы к жизни, радости:

О, я хочу безумно жить:

Всё сущее — увековечить,

Безличное — вочеловечить,

Несбывшееся — воплотить!

Блок будет чутко улавливать музыку стихий и воплощать ее в поэзии. Любовь — это часть мировой стихии. И родится цикл «Кармен».

О да, любовь вольна, как птица,
Да, все равно — я твой!
Да, все равно мне будет сниться
Твой стан, твой огневой!

Вихри стихий он будет слышать в истории, и они зазвучат в его цикле «На поле Куликовом»

И вечный бой! Покой нам только снится

Сквозь кровь и пыль…

Летит, летит степная кобылица

И мнет ковыль…

А потом музыка стала стихать, настал «железный день» и она умолкла. . Только однажды взвихренная стихия зазвучала в его стихах: в поэме «Двенадцать». Написав ее, он воскликнул: «Сегодня я — гений». Поэма не понравилась ни правым, ни левым. Большевики не хотели узнавать в этом бесовском вихре революцию, их противники решили, что Блок продался красным. А он просто в последний раз услышал и записал ту музыку, которую он привык улавливать в мире.

Черный вечер.
Белый снег.
Ветер, ветер!
На ногах не стоит человек.
Ветер, ветер —
На всем Божьем свете!

Стихия революции, пусть страшная стихия, сменилась мировой пошлостью, так гибельной для поэта. И душа умерла.

Как тяжело ходить среди людей
И притворятся непогибшим,
И об игре трагической страстей
Повествовать еще не жившим.

И, вглядываясь в свой ночной кошмар,
Строй находить в нестройном вихре чувства,
Чтобы по бледным заревам искусства
Узнали жизни гибельной пожар!

Эпиграфом к этому блоковскому стихотворению стала строка из Фета: «Там человек сгорел» . Мы думаем, что поэзия — это уютный огонек, на котором можно согреть руки в холод, душу — в печали. А поэзия может быть страшным огнем, сжигающим того, кто подойдет слишком близко. Те, кто летят в это пламя — безумцы, но они — лучшие из тех, кто жил на земле.

Два поэта и музыка революции. Cеребряный век оплавлен пожаром

1917 год подвел черту не только под императорской, а затем и под либеральной россией, но и под целой эпохой в истории русской культуры. То, что происходило в литературе, в живописи, в архитектуре после 1917-го, можно называть расцветом русского авангарда, можно – временем новых ярких поисков. Но декаданс и богоискательство предыдущих двадцати лет остались в прошлом.

В блистательной плеяде поэтов начала XX века не было более яркой звезды, чем александр блок. не менее известен был и константин бальмонт – самый солнечный и жизнелюбивый из русских декадентов. К ним прислушивались, как к пророкам, искали в звучных строках отголоски тайн мироздания.

В этой паре Константин Дмитриевич – старший. В начале ХХ в. он выступал сразу в двух взаимоисключающих амплуа. С одной стороны – известный декадент, который «мечтою ловил уходящие тени». Он – выше земной суеты, в стороне от политической борьбы. В его стихах ценители отмечали плавность и изысканную туманность образов. Но тот же самый Бальмонт выступал и с политическими памфлетными стихами, в которых проявил себя как последователь Некрасова, поэт-народник, революционер похлеще Г. М. Кржижановского. Он начал с аллегорического шаржа на императора Николая II «Маленький султан». А после Кровавого воскресенья бросил императору прямые обвинения:

Наш царь – убожество слепое,
Тюрьма и кнут, подсуд, расстрел,
Царь-висельник, тем низкий вдвое,
Что обещал, но дать не смел.

Он трус, он чувствует с запинкой,
Но будет, – час расплаты ждет.
Кто начал царствовать – Ходынкой,
Тот кончит – встав на эшафот.

Вот такое пророчество.

Николая II он воспринимал как личного врага:

А, низкий деспот! Ты навек
В крови, в крови теперь.
Ты был ничтожный человек,
Теперь ты грязный зверь.

Революция для Бальмонта значила больше, чем мимолетное увлечение. В литературу он пришел через народничество. Семиклассником ему пришлось оставить Шуйскую гимназию из-за участия в нелегальном кружке. Юный поэт, дворянский сын, печатал и распространял прокламации «Народной воли», звал Русь к топору… Через несколько лет по той же причине его исключили из Московского университета. Арест, Бутырка, подпольные заседания – так продолжалась мятежная юность. «Революции делаются Бальмонтами и держатся Брюсовыми», – напишет Марина Цветаева. На взлете своей литературной славы Бальмонт воспевал рабочее движение:

Кто не верит в победу сознательных смелых рабочих,
Тот играет в бесчестно-двойную игру.
Он чужое берет, – на чужое довольно охочих, –
Он свободу берет, обагренную кровью рабочих, –
Что ж, бери, всем она, но скажи: «Я чужое беру».

Неудивительно, что за такими стихами последовала эмиграция из царской России. И триумфальное возвращение, когда режим стал либеральнее. Его считали наивным, нередко высмеивали в пародиях. Не искали глубокого смысла за звучными и напевными строками. «Большой, конечно, поэт, но раб слов, опьяняющих его», – писал Горький. А сам Бальмонт провозглашал горделиво: «Я – изысканность русской медлительной речи…»

Александр Блок, напротив, в молодые годы не был замечен в борьбе против самодержавия. В отличие от Бальмонта, он не участвовал в студенческих движениях, не слишком увлекался Марксом. Стихи социальной направленности иногда появлялись среди его лирических массивов (одно из ранних таких стихотворений – «Фабрика»). Но на плакат его строфы не годились, построенные на мотиве неоднозначности, на полутонах. Они загадочны, а не декларативны:

– Все ли спокойно в народе?
– Нет. Император убит.
Кто-то о новой свободе
На площадях говорит.

Трактовать эти строки можно по-разному, хотя проклятий в адрес царя здесь точно нет. Но во дни революции 1905-го он, как и Бальмонт, ходил по Невскому с красным флагом. К тому времени поэт давно искал художественную правду за пределами канонов символизма. Можно назвать и «На поле Куликовом», и грандиозную поэ­му «Возмездие» – попытками осмыслить ход истории, ее тайные пружины.

В годы Первой мировой, которую тогда называли Великой войной, Блок надел военную форму. К зиме 1917-го война изранила его душу. И Февральскую революцию он встретил с воодушевлением – как праздник свободы и мира. Мира!

Проблема «войны до победного конца» разделила поэтов, которые могли бы стать единомышленниками. Бальмонт считал, что нужно сражаться, он, в отличие от многих, не отказался от патриотических порывов первого года войны.

На фоне революции

Сразу после Февраля Бальмонт опубликовал несколько приветствий победившему народу. А его «Свободную Россию» даже исполняли как революционный гимн. Но в будущее он смотрел с тревогой, а к лету и вовсе разочаровался в поэзии мятежа. «В сердце моем глубокое спокойствие от доверия Богу и Судьбе. Три-четыре дня тому назад – или когда? – узнав, что русские начали бегство, я пережил такую боль, что уже ничто меня, кажется, не взволнует. Вся наша Армия дрогнула. Что будет, не знаю. Кровавый пожар начался и придет», – так пророчествовал Бальмонт в те дни. Революционная эйфория еще владела умами богемы, когда поэт уже писал не только с тревогой, а и с отчаянием:

Этим летом – униженье нашей воли,
Этим летом – расточенье наших сил,
Этим летом – я один в пустынной доле,
Этим летом – я Россию разлюбил.

Это написано еще до Октября! Летом! И написал эти строки не монархист, а революционер. Или уже не революционер, а консерватор?

А Блок, аполитичный Блок, тем временем на выборах в Городскую думу голосует за социалистический блок – и дело тут не в каламбуре. Он отдал предпочтение эсерам и меньшевикам. Причем меньшевиков он путал с большевиками, а последних уважал за антивоенные декларации. В любом случае свержение самодержавия внушало ему надежды. Он даже заглянул на I съезд Советов рабочих и солдатских депутатов.

Октябрь, несмотря на промозглую погоду, вернул Блоку вдохновение. И тут лучший свидетель – Владимир Маяковский: «Помню, в первые дни революции проходил я мимо худой, согнутой солдатской фигуры, греющейся у разложенного перед Зимним костра. Меня окликнули. Это был Блок. Мы дошли до Детского подъезда. Спрашиваю: “Нравится?” – “Хорошо”, – сказал Блок, а потом прибавил: – У меня в деревне библиотеку сожгли».

О библиотеке он не сожалел. Всматривался в стихию. В феврале 1918-го в лево-­эсеровской газете «Знамя труда» появилась статья Блока «Интеллигенция и Революция», написанная изобретательно и остро. Там есть и отклик на проблему уничтоженной библиотеки. «Почему дырявят древний собор? – Потому, что сто лет здесь ожиревший поп, икая, брал взятки и торговал водкой.

Почему гадят в любезных сердцу барских усадьбах? – Потому, что там насиловали и пороли девок: не у того барина, так у соседа.

Почему валят столетние парки? – Потому, что сто лет под их развесистыми липами и кленами господа показывали свою власть: тыкали в нос нищему – мошной, а дураку – образованностью.

Все так. Я знаю, что говорю. Конем этого не объедешь».

В этой статье увидели недобрый упрек интеллигенции, пострадавшей от смуты. Но для Блока важнее было ощущение надежды: «России суждено пережить муки, унижения, разделения; но она выйдет из этих унижений новой и – по-новому – великой. В том потоке мыслей и предчувствий, который захватил меня десять лет назад, было смешанное чувство России: тоска, ужас, покаяние, надежда». После этой статьи многие литераторы объявили ему бойкот – от крайне правого Мережковского до Анны Ахматовой. И даже красный Илья Эренбург выступил с публичной отповедью.

Блок прославлял революцию как никто – причем, не по партийной разнарядке. И не получил за эту статью ни власти, ни золота, ни привилегий. Он воспринимал реальность в необычном, усложненном ракурсе. Внешняя канва событий казалась ему второстепенной, поэт старался разобраться в подтексте. Даже голод не превратил его в прагматика. Революцию он воспринимал как некое преображение мира, очистительный апокалипсис, который вызывает и страх, и восхищение. И не побоялся отождествить себя с новой властью, хотя прекрасно понимал, что она далека от совершенства: «Что же задумано? Переделать все. Устроить так, чтобы все стало новым; чтобы лживая, грязная, скучная, безобразная наша жизнь стала справедливой, чистой, веселой и прекрасной жизнью. <…> Всем телом, всем сердцем, всем сознанием – слушайте Революцию».

А что же Бальмонт? Несколько лет спустя, уже в эмиграции, он вспоминал о своем поведении в те дни: «В Политехническом музее, в Москве, при многочисленной публике, когда Троцкий только еще грозился убийствами, я сказал, что в достойном обществе такого негодяя истребили бы немедленно за одну только угрозу основать правление на убийстве. Аудитория покрыла мою речь рукоплесканиями, – и только». Пожалуй, поэт преувеличивает. Вряд ли он напрямую публично выступал против Троцкого после Октября. Но очевидно, что ему хотелось бросить обвинения в лицо грозному Народному комиссару по военным и морским делам.

Христос в Петрограде

Поэма «Двенадцать» перевела революционную сумятицу в измерение классической литературы. Она производила сильнейшее впечатление в том числе и потому, что Александр Блок отнесся к Октябрю серьезно. Разглядел в лихой метели вселенский, библейский смысл. Писал он «Двенадцать» в январе 1918-го – когда многие еще и охнуть не успели после Октября. Блок благословил революцию, от этого трудно было отмахнуться. Кто-то воспринял эту весть восторженно, другие – с возмущением. Революция отрыла стихию «массового человека», к которой Блок прислушивался давно. Потому он и избрал для поэмы сюжет из криминальной хроники, а для «напева» взял уличные куплеты, частушки, мелодии блатного угара, перемешанные с «нежной поступью надвьюжной»… Получилась музыка революции. Поэ­ма, в которой революционная реальность не приукрашена. Там и убийства, и грязь… Но главное – буйный народный дух выпущен на волю.

Но чем дальше, тем больше он впадал в сомнения и метания. А. В. Луначарский вспоминал, как Блок говорил ему: «Хочется постараться работать с вами. По правде сказать, если бы вы были только марксистами, то это было бы мне чрезвычайно трудно, от марксизма на меня веет холодом; но в вас, большевиках, я все-таки чувствую нашу Русь, Бакунина, что ли. Я в Ленине многое люблю, но только не марксизм». Публикация «Двенадцати» перевернула судьбу Блока, разрушив многолетние дружеские и общественные связи. З. Н. Гиппиус записала в своем дневнике: «Для памяти хочу записать «за упокой» интеллигентов-перебежчиков, то есть тех бывших людей, которых мы более или менее знали и которые уже оказываются в связях с сегодняшними преступниками». Имя Блока стояло в этом списке под вторым номером.

Бальмонт столь громких поэм в те годы не писал. Внешне он сохранял лояльность большевикам. Не ринулся к белым во время Гражданской войны. Работал в системе Наркомпроса. «Мне кажется, что Бальмонт, написавший ряд превосходных сочинений, заслужил, по крайней мере того, чтобы иметь кусок хлеба для своего ребенка», – хлопотал за поэта Луначарский. И выхлопотал кое-какие авансы – в том числе за книгу «Песня рабочего молота».

И все-таки при первой возможности тот уехал в Париж… Родственники, оставшиеся в СССР, в письмах просили его не выступать против советской власти, не делать политических заявлений. Но не тут-то было. Он принялся рассказывать об ужасах советской жизни – сначала устно, а затем и в печати: «Коммунизм я ненавижу, коммунистов считаю врагами всего человеческого, всего честного, всего достойного». Эту статью («Кровавые лгуны») многие газеты перепечатали под броским заголовком «Ответ Бальмонта большевикам». В СССР эмигрантскую прессу читали внимательно. С этого времени путь на Родину был отрезан, мосты сожжены. Бальмонта на некоторое время вычеркнули из истории литературы. Удивительно, что в послевоенное время его снова стали издавать в СССР. Любовь к поэзии иногда побеждает политическую целесообразность.

На чужбине

Во французском захолустье императорская Россия вспоминалась в идиллических тонах. Бальмонт оплакивал разрушение «старого мира». Постепенно ему простили сотрудничество с Наркомпросом. А Блока в эмигрантских кругах считали демоном революции. Но Бальмонт не предал собрата. В одном из писем он рассказал любопытную историю: «Было человек двадцать гостей. <…> Зина Мережковская читала злобные страницы. Я заступился за память Блока, заступился даже за поэму “Двенадцать”, которую нельзя же рассматривать в ее предосудительном применении, но должно в ней видеть блестящее отображение страшного исторического мига, которым тогда был полон весь воздух. Блок слышал дьявольскую музыку и дал ей словесную одежду. В этом есть жертвенность, и Блок запечатлел это своей смертью, которой предшествовала его смертельная ненависть к большевикам… <…> Слушатели все были на моей стороне».

Разве для художника главное – политические заявления? Отдавать Блока на обывательский суд постаревший поэт не желал. Но о советской реальности писал все более яростно и категорично. Отныне Бальмонт воспринимал революцию как нечто противоестественное, как насилие по отношению к природе человека, к культуре, к языку. «Я знаю, что каждое слово большевика, каждое утверждение коммуниста нужно понимать наоборот. Если коммунист издает газету “Правда”, читай: “Ложь”. После трех лет в советской России, где я пробыл со дня большевистского захвата власти до конца июня 1920-го года, и где мы не читали никаких иных газет, кроме большевистских, ибо никаких иных не позволяли печатать, я знаю цену большевистским словам, говоримым и печатаемым под охраной чрезвычайки. В них ложь похожа на истину, а истина похожа на ложь», – таких филиппик он издал немало. Постепенно к горячей публицис­тике Бальмонта привыкли, даже ГПУ уже не брало в расчет его статьи.

Блок в последние годы жизни, преодолевая болезнь, написал несколько безусловных шедевров. Бальмонт свои лучшие стихи сложил задолго до революции.

Сквозь кровь и пыль…

В истории литературы они стоят рядом, в одной главе. Символисты. Оба попали в революционную бурю. Один долго ждал и призывал разрушение старого мира, другой относился ко всему без прямолинейной логики, но в революционерах не числился. В 1917-м, когда «кто был ничем, становился всем», они поменялись ролями. Для Блока оказался важнее скрытый смысл революции, Бальмонт видел в ней только насилие и деградацию. Рассудила ли их история? Думаю, ответить можно словами Пушкина: «Ты сам – свой высший суд». Без их судеб и стихов история ХХ в. осталась бы бесцветной. Главное, что у нас есть эпиграф ко всем трагедиям и победам бурного времени:

И вечный бой! Покой нам только снится
Сквозь кровь и пыль…
Летит, летит степная кобылица
И мнет ковыль…

А. А. Блок

Это важнее политических споров.

Сергей Семенов,
писатель, кандидат филологических наук

 

Информация о материале
Опубликовано: 14 февраля 2018
Просмотров: 17561

Александр Блок.

Русские стихи в переводах

Выдающийся символист и лирик России начала ХХ века, Блок был, пожалуй, самым сильным эхом пушкинского голоса. Его отец был профессором права в Варшавском университете, а мать — переводчиком литературы. Юность провел у деда, который был ректором Петербургского университета, где Блок изучал юриспруденцию, а затем филологию. Первый сборник Блока « Стихи о прекрасной даме » (1904) содержит повторяющийся символический образ прекрасной дамы, которую он когда-то видел раздавленной поездом; в его поэзии она становится измученным ликом страдающей России.Пьесы или лирические драмы и последующие поэтические циклы подтверждают его как величайшего авторитета символиста.

В своих стихах Блок беспощадно восхвалял распад России. Беспощадность к эпохе, однако, началась прежде всего с самого себя: почти через десятилетие после 1907 года наступил период наивысшего творчества в трагическом пафосе исповедальных стихов, дающих отчет о страстях, искушениях и пороках. Его реакция на травмирующие события, возникшие в результате неудачной революции 1905 года и революции 1917 года, чередовалась между мрачным отчаянием и мощной, иррациональной любовью к России.Женский образ, которым он описывал Родину, в его более поздних стихах все больше отождествлялся с падшими женщинами и проститутками из более ранних стихов.

Мистическое восприятие Блоком революции 1917 года как космического события, как неминуемой исторической расплаты отражено в его несомненном шедевре «Двенадцать» (1918), в котором самая стихия революционной улицы выплескивается на страницу. Писатели, выступавшие против революции, демонстративно отказывались давать Блоку руки за то, что он призывал их слушать то, что он называл «музыкой революции».

Блок был первым председателем петроградского отделения Всероссийского союза поэтов, организованного сразу после революции. Но последовавшие за этим хаос и катастрофические разрушения жизни были больше, чем мог вынести его дух. Измученный и разочарованный, здоровье и дух Блока быстро ухудшались, и он замолчал. Когда бы его ни спрашивали, почему он больше не пишет стихов, Блок отвечал: «Все звуки смолкли. Разве ты не слышишь, что звуков больше нет?»

Его лебединой песней была речь в честь Пушкина в феврале 1921 года, в которой он сказал, что у него отнимают покой и свободу, необходимые поэту.«Не свобода плохо себя вести, не свобода либеральничать, а творческая свобода, тайная свобода. А поэт умирает, потому что не может дышать». Вслед за Пушкиным он назвал бюрократов «сбродом» и в мрачном видении мрачного будущего предупреждал: «Пусть те бюрократы, которые планируют направлять поэзию по своим каналам, нарушая ее тайную свободу и мешая ей в осуществлении ее таинственной миссии, пусть остерегаются еще худшего ярлыка. Мы умираем, а искусство остается».

Заболевший весной того же года, Блок умер в июле, но, по свидетельству Е.Голлербаха, «люди, наблюдавшие поэта вблизи в последние месяцы его жизни, утверждали, что Блок умер потому, что хотел умереть».

Блок Александр | Encyclopedia.

com

БЛОК, АЛЕКСАНДР (1880–1921), русский поэт.

Один из крупнейших европейских поэтов и драматургов ХХ века, Александр Александрович Блок в начале своего творческого пути выступил как символист, но быстро вышел за рамки этого направления. Родившийся в Санкт-Петербурге 28 ноября (16 ноября по старому стилю) 1880 года в семье интеллигентов, Блок воспитывался матерью и ее семьей после развода родителей.

В то время как так называемое первое поколение русских символистов признавало формообразующее влияние французского символизма, Блок обратился к поэзии родного языка, романсам и любовной лирике Василия Жуковского, Александра Пушкина, Якова Полонского, Афанасия Фета. Однако наиболее заметное влияние оказал Владимир Соловьев, чья поэзия, драматургия и сложная личность служили образцом для Блока на протяжении всей его карьеры. В частности, концепция Соловьева о Софии, божественной женственности, которая должна искупить и примирить человечество, вдохновляла Блока при создании его ранних стихов, собранных в стихах о Прекрасной Даме (1904). Наиболее откровенно символистский в творчестве Блока, этот цикл представляет собой дневник в стихах, повествующий о предвкушении и встрече поэта с Прекрасной Дамой, которая является посредником между земным миром, окружающим поэта, и божественным, которое он интуитивно постигает за пределами своих чувств. Цикл становится все более драматичным по мере того, как поэт борется с сомнениями и предчувствиями, придающими всему произведению эсхатологический характер. Блок воскрешает и обновляет ключевые темы европейской любовной поэзии, и « стихов » стоит особняком как образец традиции ХХ века, восходящей к трубадурам, Петрарке, Данте и другим.

Сомнение и предчувствие, придавшие Стихам его драматизм, усилились после революции 1905 года. Отчасти благодаря влиянию тома поэта Валерия Брюсова Город и мир (1903; К городу и миру) Блок обратился всё больше к городской тематике. В результате непредвиденных последствий Прекрасная Дама претерпела метаморфозу, превратившись в Неизвестную Женщину, которая в такой же степени ангел, как и шлюха. Творчество так называемого второго периода Блока вызвало шквал взаимных обвинений, брани и обвинений в отступничестве.Поэт и прозаик Андрей Белый дошел до того, что вызвал Блока на дуэль. Хотя дуэли так и не состоялось, кризис показывает, как далеко Блок отошел от своих прежних друзей и коллег.

Образ Блока продолжал развиваться. Он трансформировал его в стихотворениях, собранных в таких сборниках, как «Нечаянная радость» и «Снежная маска» (1907) через романтическую иронию и откровенную самопародию. Этот процесс был по своей сути драматическим, и показательно, что Блок обратился именно в это время к драме.Его первая пьеса « Кукольный спектакль » (1906) представляет собой сложную пародию как на его собственные работы, так и на театральные традиции. Она так тронула великого режиссера Всеволода Мейерхольда, что он ставил ее дважды: первая постановка в Театре Веры Комиссаржевской превратилась в знаковое событие в современной российской культуре, поскольку спектакль вызвал чуть ли не бунт. Вторая постановка, двойная афиша с третьей пьесой Блока, Неизвестная, , оказалась более спокойной, но все же исторической, поскольку именно здесь Мейерхольд начал разрабатывать основные положения своего конструктивистского этапа.

В то время как ирония и самопародия заквашивали его прежнюю серьезность, Блок оставался неудовлетворенным и искал положительный смысл в своем творчестве. Его поиски увенчались успехом, поскольку постепенно божественность Прекрасной Дамы слилась с земностью Неизвестной и овеществилась в России, образ которой был одновременно и конкретно-женским, и исторически обусловленным. Многие из лучших стихов Блока, сборник « Родина » (1907–1916) и цикл « На Куликовом поле » (1908), например, вышли из его исторического видения России.Растущая озабоченность Блока историей, Россией и ее миссией наполняет не только его эссе и лирическую поэзию, но и его повествовательную поэзию, которая включает в себя незаконченные Возмездие (1910–1921) и достигает кульминации в Двенадцать и Скифы ( оба 1918 г. ). Даже такие, казалось бы, независимые произведения, как «Роза и Крест» (1913), одна из лучших пьес той эпохи, и литературная сказка «Соловьиный сад» обнаруживают долг перед видением, одновременно мифическим и историческим.Блок умер в Петрограде 7 августа 1921 года.

Ни один поэт после Блока не избежал его тени. Такие разные поэты, как Анна Ахматова и Марина Цветаева, сами признавали влияние творчества Блока, но даже поэты, отвергавшие символизм, такие как Владимир Маяковский, опирались на его технику. По выражению поэта Осипа Мандельштама, Блок был «канонизатором неканонизированных форм», вводившим и популяризировавшим нетрадиционные рифмы и ударные стихотворные размеры, такие как дольники, , редко появлявшиеся прежде в высокой литературе.Столь же влиятельна личность Блока. Отдаваясь исторической стихии революции, Блок сформировал образ того, каким должен быть поэт для поколения и далее.

См. также Белый Андрей; Пушкин, Александр; Серебряный век; Соловьев, Владимир; Символизм.

Библиография

Первоисточники

Блок, Александр. Избранные стихи. Перевод Джона Сталлуорти и Питера Франса. Манчестер, Великобритания, 2000 г. Первоначально опубликовано как «Двенадцать и другие стихи». Лондон, 1970 г.

——. Трилогия лирических драм Александра Блока. Перевод Тимоти К. Вестфалена. Лондон, 2003 г. Содержит Кукольный спектакль, Король на площади, и Неизвестная женщина.

Вторичные источники

Берберова Нина. Александр Блок: Жизнь. Перевод Робин Марсак. Манчестер, Великобритания, 1996.

Чуковский, Корней. Александр Блок в роли Человека и Поэта. Переведено и отредактировано Дайаной Бургин и Кэтрин О’Коннор.Анн-Арбор, Мичиган, 1982.

Мочульский, Константин. Александр Блок. Перевод Дорис В. Джонсон. Детройт, Мичиган, 1983.

Орлов Владимир. Амаюн: Жизнь Александра Блока. Перевод Ольги Шарце. Москва, 1980.

Пайман Аврил. Жизнь Александра Блока. Том. 1: Далекий гром, 1880–1908 гг. Оксфорд, Великобритания, 1979 г.

——. Жизнь Александра Блока. Том. 2: Освобождение гармонии, 1908–1921 гг. Оксфорд, Великобритания, 1980.

Слоан, Дэвид А. Александр Блок и динамика лирического цикла. Колумбус, Огайо, 1988.

Фогель, Люси, изд. и транс. Блок: Антология очерков и воспоминаний. Анн-Арбор, Мичиган, 1982.

Вестфален, Тимоти С. Воплощение лирики: драмы Александра Блока. Лондон, 1998.

Тимоти К. Вестфален

Энциклопедия современной Европы: Европа 1789-1914: Энциклопедия эпохи индустрии и империи

Александр Блок Русский лирический поэт Серебряного века, выдающийся символист :: люди :: Россия -ИнфоЦентр

Александр Блок родился в Санкт-Петербурге.в Петербурге, в интеллигентной семье. Его отец был профессором права в Варшаве, но Александр плохо его знал, потому что их родители разошлись вскоре после его рождения.
Он рос в маминой семье, где мальчик был приобщен к литературе с пеленок, так как члены его семьи были писателями и переводчиками.
В 1899 году Блок поступил на юридический факультет Санкт-Петербургского университета , но через три года перешел на филфак, решив посвятить свою жизнь литературе.Стихи начал писать в пять лет, первое серьезное произведение появилось в 18 лет. 
В ранние годы творчество Блока вдохновлялось романтической поэзией начала XIX века Василия Жуковского и Александра Пушкина. Позже в университете он узнал о символизме, литературном направлении, которое стало популярным в 1890-х годах и позже повлияло на поэзию и жизнь Блока.

В 1903 году Александр Блок женился на Любови Менделеевой , дочери известного русского ученого Дмитрия Менделеева.Его первая книга «Стихи о прекрасной даме» («Стихи о прекрасной даме», 1904) была посвящена Любови и принесла ему известность. Его поэзия считалась свежим дыханием символизма и приветствовалась патриархами символистского движения.

Ночь, фонарь, улица, аптека,
Все в тусклом и бесполезном свете.
В следующие двадцать пять лет
Они все еще будут побеждать, несмотря на тяжелое положение.

И ты можешь умереть, но тогда, вернувшись,
Ты снова увидишь ту же старую ночь,
Ледяные воды канала бегут,
Улица, аптека, фонарь.

Все поэтическое творчество Блока можно разделить на три тома . Первый том состоит из его ранних стихов о Прекрасной Даме. Второй том комментирует невозможность достижения идеала, которого он жаждал. Третий том, в котором представлены его стихи дореволюционных лет, более живой, но местами довольно воинственный.

Блок всегда тяготел к мистике . Его жена стала главным источником вдохновения как недостижимый идеал женщины, символ Мировой Души и Вечной Женственности.Религиозное поклонение Блока даже грозило разрушить его семью, потому что он боялся испортить супружескими отношениями свою «небесную» жену. Положение ухудшилось, когда друг Блока и соратник-символист Андрей Белый тоже влюбился в Любовь Блок. Двое друзей едва не оказались на дуэли.
 

Мой милый друг, и в этом тихом доме,
Бьет лихорадка меня, такая же.
Мне не найти места в тихом доме
У его всегда мирного пламени!

Голоса поют, метель зовет, слышу,
Комфорт мой крест….
Э’ен за твоими плечами, о мой милый,
Чьи-то глаза ждут меня близко!

Там, за твоими плечами так тихо,
Трепет крыльев я чувствую,
Пронзает меня огненным взглядом
Ангел бурь – Исрафил!

Его последующие поэтические сборники заметно отличались от первого и изображали быт, революционные события, человеческую психологию и трагическую любовь, в таких произведениях, как «Нечаянная радость» («Нечаянная радость», 1907), «Снежная маска» («Снежная Маска», 1907), «Фаина» ( 1906-1908) и «Земля в снегу» («Земля в снегу», 1908).К этому времени Блок утвердился как лидер русского символизма, хотя некоторые из его сверстников обвиняли его в предательстве идеалов, отраженных в его первом сборнике.
 В лучшие годы Александра Блока часто сравнивали с Александром Пушкиным, и он имел огромное влияние на молодых поэтов. Многие из его коллег, такие как Анна Ахматова, Марина Цветаева, Владимир Набоков и Борис Пастернак, написали в его честь важные стихотворные дани.

Будучи выдающимся символистом, Блок создал сложную систему поэтических символов .Краски, звуки, запахи, образы — все это имело свой смысл и глубокий смысл. Например, в одной из его ранних работ ветер олицетворяет приближение Прекрасной Дамы, тогда как утро или весна — это время, когда их встреча, скорее всего, произойдет.

Не доверяй всех дорог своих
Неверной, необъятной толпе:
Грубой силой сломит замок твой,
И погасит свет храма твоего, гордого.

Он один несет свой тяжкий крест
Чей дух непоколебим в правоте,
Свой огонь на высоких горах он жжет,
И разрывает завесу тьмы.

Поздние произведения поэта в основном отразили его размышления о России: ее прошлом и будущем, избранном ею пути и резких переменах, которые она переживала в то время. Среди них сборники «Ночные часы» («Ночные часы», 1911), «Стихи о России» («Стихи о России», 1915), «Родина» («Родина», 1907–1916), эпос «Возмездие» («Возмездие», 1910–1921).

Под влиянием учений русского философа Владимира Соловьева он имел смутные апокалиптические предчувствия и часто колебался между надеждой и отчаянием.«Я чувствую, что грядет великое событие, но какое именно оно было, мне не открылось», — писал он в своем дневнике летом 1917 года. К удивлению большинства своих коллег и поклонников, Блок с энтузиазмом приветствовал русскую революцию 1917 года. Ей он посвятил свою важнейшую эпическую поэму «Двенадцать» («Двенадцать», 1918) о двенадцати красноармейцах, марширующих по революционному Петрограду. В нем использовались многочисленные художественные приемы: отчетливые звуки, четкие и рубленые ритмы, мрачные краски, повторяющиеся символы и сленг — все они помогали уловить настроение времени и двойственное отношение Блока к революции. Он использовал необычные для поэзии символизма источники: городской фольклор, баллады (песни сентиментального характера) и частушки («частушки»). Это стихотворение было продано миллионным тиражом в первый же год и вызвало много споров. Блок также написал «Скифы» , в которых исследовались проблемы славянофилов и посредническая роль России между Европой и Азией. Но Блок уже расставался с революцией, и его очерки «В Пушкинский дом» и «О призвании поэта» прославляют тайную свободу искусства перед лицом пошлости и официоза.

Но вскоре Блок разочаровался в большевиках и их методах правления, а потом даже перестал сочинять стихи. С 1918 по 1921 год работал в различных организациях в качестве эссеиста, редактора, переводчика, издателя и театрального деятеля.
Время от времени он публично читал свои стихи в Петербурге и Москве. Последнее его замечательное публичное выступление в феврале 1921 года называлось «О призвании поэта» и было посвящено А. С. Пушкину. Блок называл его величайшим поэтом всех времен, много сделавшим для объединения России в трудные времена.

Александр Блок скончался 7 августа 1921 года в Петрограде (ныне Санкт-Петербург) по неизвестным причинам, хотя считается, что свою роль могли сыграть глубокая депрессия, нервное и физическое истощение. Три года он не писал стихов. За несколько недель до смерти Блок сказал своему другу Корнею Чуковскому: «Все звуки прекратились. Разве ты не слышишь, что звуков больше нет?»
Смерть Александра Блока считалась концом целой эпохи дореволюционной русской литературы.

Ты ушел, а я в пустыне,
Прижимаюсь к горячему песку.
Но теперь мои уста не могут исповедовать это —
Гордое слово, которое нужно сказать.

Вижу свое прошлое без печали –
Я понял твои священные высоты:
Да, ты Галилея, так дорогая
Мне – невоскресший Христос.

И пусть другой тебя ласкает,
Пусть умножает брань и распространяет:
Сын Человеческий еще никогда не постигает
Где свою голову преклонить.

 

Источники: Английские переводы стихов Блока (перевод Евгения Бонвера)

Wikipedia Peoples.ru Любители поэзии Poetry-Portal Russia Today The New York Times

Юлия Алиева

От поэзии к музыке | Александр Блок

Александр Блок

Александр Блок родился в Санкт-Петербурге, в образованной и интеллигентной семье. Некоторые из его родственников были литераторами, его отец был профессором права в Варшаве, а дед по материнской линии — ректором Санкт-Петербургского государственного университета.После развода родителей Блок жил у аристократических родственников в подмосковной усадьбе Шахматово, где открыл для себя философию Владимира Соловьева и стихи малоизвестных тогда поэтов XIX века Федора Тютчева и Афанасия Фета. Эти влияния повлияли на его ранние публикации, позже собранные в книге Ante Lucem.

В последний период своей жизни Александр Блок акцентировал внимание на политических темах, размышляя о мессианских судьбах своей страны («Возмездие», 1910–21; «Родина», 1907–16; «Скифы», 1918).Под влиянием учения Соловьева он имел смутные апокалиптические предчувствия и часто колебался между надеждой и отчаянием. «Я чувствую, что грядет великое событие, но какое именно оно было, мне не открылось», — писал он в своем дневнике летом 1917 года. Совершенно неожиданно для большинства своих поклонников он принял Октябрьскую революцию как окончательную резолюцию. этих апокалиптических стремлений.

К 1921 году Блок разочаровался в русской революции. Три года он не писал стихов.Блок жаловался Максиму Горькому, что его «вера в мудрость человечества» кончилась. Своему другу Корнею Чуковскому он объяснил, почему больше не может писать стихи: «Все звуки смолкли. Разве ты не слышишь, что звуков больше нет?» Через несколько дней Блок заболел. Его врачи просили отправить его на лечение за границу, но ему не разрешили покинуть страну. Горький просил визу. 29 мая 1921 года он писал Анатолию Луначарскому: «Блок — лучший поэт России.Если вы запретите ему выезжать за границу, и он умрет, вы и ваши товарищи будете виновны в его смерти». Постановление о выезде в Блок было подписано членами Политбюро ЦК 23 июля 1921 г. Но Горький просил разрешения и у жены Блока на его поддержку 29 июля 1921 г., так как состояние здоровья Блока резко ухудшилось. Разрешение на выезд из России для Л.Д.Блока было подписано Молотовым 1 августа 1921 г., но Горькому стало известно об этом только 6 августа. Разрешение было получено 10 августа, когда Блок уже умер.

Несколькими месяцами ранее Блок прочитал знаменитую лекцию об Александре Пушкине, память о котором, как он считал, способна объединить белую и советско-российскую фракции.

Источник: Wikipedia 2016
https://en.wikipedia.org/wiki/Alexander_Blok

В этот день в 1880 году родился поэт Александр Блок

28 ноября 1880 года Александр Блок родился в знатной академической семье в Петербурге, хотя много лет провел в детстве в подмосковном имении родственников. Изучив право и филологию в Петербургском университете, он женился на Любови Менделеевой, дочери известного ученого, которой в 1904 году посвятил сборник стихов «Стихи о прекраснейшей даме». С этого сборника началась его литературная карьера. Его поэзия в таких сборниках, как «Город» (1904-08), сделала его одним из самых знаменитых поэтов Серебряного века, чей лирико-мистический стих стал синонимом эпохи.

Блок поддержал революцию 1905 года, а к революции 1917 года вступил в Коммунистическую партию и русскую армию.Два года служил в гражданской обороне, затем работал стенографистом Временного правительства на допросах царских министров.

В 1918 году он написал «Двенадцать», длинную поэму о 12 солдатах-большевиках, в которой сложным языком и образами смешались 12 апостолов, Христос, насилие, грех и возмездие. Он не понравился ни коммунистам, ни антикоммунистам, и через год после его публикации в 1919 году он был арестован за контрреволюционную деятельность и едва избежал расстрела.

К 1921 году он перестал писать стихи, вместо этого работая переводчиком, литературным критиком и администратором. Он был болен физически и эмоционально и глубоко разочаровался в новом советском режиме. Он классно написал переводчику, писателю и критику Корнею Чуковскому, что «все звуки смолкли». Чуковский и многие другие ходатайствовали перед государством о разрешении Блоку выезда за границу по состоянию здоровья, но он умер до того, как пришло разрешение.

Наследие Блока было одним из самых любопытных среди всех поэтов советской эпохи, возможно, потому, что его сложная символика позволяла читателям найти то, что они искали.Его печатали на протяжении всего советского периода, даже в самые мрачные дни сталинизма, и тем не менее его стихи прославляли и в эмиграции. В 1943 году Владимир Набоков писал Эдмунду Уилсону: «Блок — это крылатая лодка, которую ребенок из «Бато Ивр» Рембо пускает по реке».

Похоронен на Волковском кладбище в Санкт-Петербурге.

Блок был поэтом.

Александр Блок

Город вырос пустынным кварталом
На почве болота и ифиля.
Жили поэты — и все встречались
Еще одна надменная улыбка.

Напрасно и днем ​​встал свет
Над этим унылым болотом;
Его житель посвятил свой день
Вину и трудолюбию.

Когда ехали, то в дружбе ругались,
Болтали цинично и прямо.
Под утро рванули. Потом, запертый,
Работал глупо и усердно.

Потом они вылезли из будки, как собаки,
Смотрели, как горит море.
И золото каждого прохожего заплетает
Снято со знанием дела.

Смешивая, приснилось веко,
Поругали издателей вместе.
И горько плакал над маленьким цветочком,
Над маленькой жемчужиной мучений…

Так жили поэты. Читатель и друг!
Ты думаешь, может быть — хуже
Твой ежедневный бессильный подметать,
Твоя мещанская лужа?

Нет, милый читатель, мой слепой критик!
В крайности есть поэт
И косы, и кран, и веки золотые
Тебе всего этого недоступно! . .

Ты будешь доволен собой и женой,
Своим телосложением куцы
Но поэт всемирный
И конституций мало!

Дай мне умереть под забором, как собаке
Пусть жизнь в земле Втоптала, —
Верю: что Бог меня снегом солгал,
Что вьюга меня поцеловала!

Анализ стихотворения «Поэты» блок

Одно из самых смелых стихотворений Александра Блока «Поэты» написано 24 июля 1908 года.Прочитав впервые это стихотворение, многие отказываются верить, что романтический блок мог написать что-то подобное. В произведении автор пишет о поэтическом братстве, которое представляет читателю в виде унылого болота. 1908 год был насыщен событиями и тяжело прошел для Александра. Особенно плохое было эмоциональное состояние Творца, вероятно, и обусловившее пессимистический настрой стихотворения. Несмотря на невзгоды, поэт продолжал верить, что скоро у него все получится, и все будут исцеляться в новом, лучшем мире, в котором найдется место всем, в том числе и поэтам.

В стихотворении автор поднимает тему творчества и творческого пути. Эта тема рассматривается через призму переживаний и чувств этого Творца. Александр отметил, что человека, не близкого к искусству, такая жизнь может неприятно удивить.

Составное изделие состоит из двух частей. Первая часть рассказывает о пиве поэтов, каждый из которых считает себя способнее другого. При этом ежедневно по вечерам они напиваются в компании друг друга.Создавали поэтов исключительно с похмелья, в случае, если бы они не писали, могло быть два объяснения: испортили прекрасную даму или о чем-то печалятся.

Все стихотворения построены на одной антитезе: неприятные творцы, которых видят в них обычные люди, и поэты нового мира, где они предстают такими, какие они есть на самом деле. Тема места человека-искусства в обществе была важна для Александра. В «поэтах» он стремился как можно более объективно оценить ситуацию, что помогло ему увидеть много отталкивающего в народном искусстве.

В последних строках работы появляются символы изображений снега и метели, которые блок часто использовал в своем творчестве. Для поэта они символизировали любовь, творчество и тайну.

Стихотворение написано амфибрахией с перекрестной рифмой, благодаря чему стихотворение звучит мелодично. Как и в других произведениях, в «Поэтах» автор активно использует различные тропы: эпитеты, метафоры, олицетворения, сравнения. Все художественные приемы объединяет то, что они служат построению антитезы и более яркому выражению мыслей и чувств автора.

Александр Блок был не только великим поэтом эпохи, которую мы сейчас называем «серебряным веком», создателем циклов «Стихи о прекрасной даме», «Снежная маска», «Джамба», «Стихи о России». стихотворения «Двенадцать» — и для современников, А для нас остается человеком высокого духа, удивительной честности. Блок считал, что стихи могут изменить мир, если их создатели будут достаточно чисты духом. А то, что мир с началом ХХ века стали сотрясать кровавые трагедии, он вложил, в частности, в себя.Предлагаю вам фильм об Александре Блок и небольшой очерк об этом загадочном поэте, для которого поэзия была не просто литературой, а службой.

Среди поэтов начала XX века, талантливых и ярких, Александр Блок выделялся как-то особняком. Он редко бывал там, где были все поэты «серебряного века»: в религиозно-философских собраниях Мережковского, в Кабаре «Бродячая собака», куда собиралась вся петербургская богема после 1912 года. Ему противостояли шумные сборища, литературные диспуты. , мало говорил и спорил, потому что не любил «говорить о невыразимом».И вообще, на фоне эмоциональных, даже экзальтированных коллег, он поражал сдержанностью и какао-корыстностью, как будто его побеждала некая тайна, которой он был в ней самой. Тем не менее к ним относились с особым уважением, к этому об этом свидетельствуют воспоминания современников.Удивительно, как по-разному они его видели, как трудно было предать даже представление о его внешности.Кто-то называл глыбу очень красивой,кто-то говорил о неподвижной,будто высеченной из камня , лицо.Андрей Белый писал о светлом этом лице, словно покрытом золотисто-розовым загаром. Зинаида Гиппиус нашла что-то милое, детское. Главная дама литературного Петербурга, о которой очень резко судили его современники, писала о блоке Гиппиуса почти нежно. Чуковский особо вспоминал о магии, исходившей от этого человека. И его друг, потом враг, противник в Любубыддрее Белом, после его смерти напишет автобиографическую трилогию, где вновь и вновь с ним будут продолжать выяснять отношения умершие.

Удивительно, что в эпоху «серебряного века», время людей талантливых, пусть и гениальных, но шумных, эмоциональных, взрывных, склонных к богемному образу жизни, этот молчаливый человек был признан величайшим авторитетом. И дело не только в поэтическом гении, но и в личности блока. Было в нем что-то от загадочного средневекового рыцаря, или от этого пушкинского «рыцаря бедняков»:

Жил на свете Рыцарь бедный

Тихий и простой

Вроде хмурый и бледный,

Жирный и прямой

У него было одно видение, непостижимый разум…

Видение или сон о видении — у вас начался блок. Тогда все мечтали об откровениях. Молодые люди были знакомы с поэтом, философом, мистиком Владимиром Соловьевым, который среди прочих произведений написал поэму «Три свидания», где описал три мистические встречи, когда он был женщиной, которую считал Софьей Ковчег. Для блока знакомство с творчеством Соловьева стало шоком.

Те неясные сны, знаки в природе, которые беспокоили его, о которых он никому не говорил, получили внезапное объяснение, оправдание.Из записной книжки блока, сентябрь 1901 г.: «Видел сон каверзный в знамени. Что-то сорвалось во времени. И явилась она мне ясно… и открылась тайна. Я видел, как семья вышла, и я остался в двери перед ней.Она упала навстречу и сказала странное слово,что я с любовью к ней.Я,держа Тома Соловьева в руке.Я подпилил ее,и вдруг вижу,сто уже не стихи, а маленькая немецкая книжка…»

Блок не сомневался, что это та самая женщина, которой он трижды был Соловьевым, он не сомневался в реальности этого события и ждал его, наяву.Он считал, что его стихи были явлением мистическим. «Это дневник, в котором Бог позволил мне говорить стихами.» В нем сначала ждет чудесное явление. Потом боль и отчаяние, когда что-то случилось в мире, погасли розовые зори. Потом в его стихах появились вихри и метели. А потом все стихло, а блок повторял в разных куплетах « Как тяжкий мертвец среди людей», говорил, что умерла душа .

А потом тело умерло. Никто не мог сказать, почему подразделение умерло всего за 40 лет. А может это был как раз тот редкий случай , когда тело просто отклоняется, покинутое небесным светом. После 1914 года он ничего не писал, а все переделывал и перерабатывал свои юношеские «стихи о прекрасной даме». Он знал об их незрелости. Но все же считал, что это лучшее, что о нем написано. Кто-то даже обмолвился, что не считает себя их автором, что они были продиктованы свыше.В «стихе о прекрасной даме» есть какое-то особое напряжение, очищение перед ее приходом.

Сурьма ты. Проходят годы —

Все под видом одного предвкушения тебя.

Весь горизонт в огне — и невыносимо ясно,

А я молча жду, — тоскую и любя.

Впрочем, кто-то может сказать, что в этот период создавались «стихи о прекрасной даме».Когда Блок был влюблен в петнера, его будущую жену. И эти стихи адресованы ей. В своих воспоминаниях Любовь Дмитриевна пишет, что часто, когда блок читал ей стихи, она подозревала, что они адресованы ей, но с ревнивым чувством не находила себя в своей даме. Она была очень приземленной девушкой – румяной, с толстой косой, ничего от бесплодной барыни не было. Это ее раздражало, и однажды она даже решила с ним порвать, написав в письме: «Ты смотришь на меня, как на некую абстрактную идею, ты сделал обо мне всякие ненужные вещи, и ради этой фикции, которая живет только в твоем воображении ты меня не заметил живой человек с живой душой.

Она не отправила ему это письмо, как не отправила письмо письмо, которое он потом написал ей на случай разрыва: «Моя жизнь, т.е. возможность жить, немыслима без некоторых из вас каких-то смутно ощущаемых духов. Если мы разделены мыслями или разделены в жизни, сила моя слабеет, остается только тоска.» В их жизни будут разные периоды — и светлые юные радости, и перемены, и непонимания. Блок однажды напишет: «Люба довела маму до болезни. Люба создала невыносимую сложность и усталость отношений, которые сейчас.Люба на земле — страшное послание, чтобы мучить и разрушать ценности земли… Но 1898-1902 годы сделали то, что я не могу с ней расстаться и полюбить. Это были просто годы милых дам, предчувствий и прозрений, которые они пережили вместе, когда была нужна ее сила, энергия.

Блок был человеком другого мира, он думал и чувствовал иначе, и не надо пытаться это объяснить. Просто в его стихах будет неясно нам мелькать то образ любимой женщины, то облик великой жены.Он жил в другом измерении, видел в реальности то, что кажется фантастическими видениями. Но если взять блок, нужно принять реальность его видений и мистических переживаний.

У него потрясающая статья « О современном состоянии Символизма «Она о мире его поэзии, о той реальности, которую он считает единственной, и которая имеет смысл в его творчестве. Он пишет в ней о мирах в свете лучезарного меча, о лилово-сиреневых мирах «Золотой меч вспыхнул ослепительно и пронзает сердце поэта.Уже начинает водить рожу среди небесных роз. Идет диалог… но, словно завидуя поэту, кто-то вдруг обрывает золотую нить. Лезвие лучезарного меча меркнет и перестает ощущаться в сердце. Миры, что были пронизаны золотым светом, теряя пурпурный оттенок, словно сквозь прорвавшуюся плотину, прорываются сине-сиреневые сумерки. И тут лицо, пришедшее среди роз, исчезло. А на его месте — мертвая кукла.

Поэта окружают демоны, они покорны воле поэта, в тех сиреневых мирах, они растут в поисках лучших драгоценностей, чтобы с их помощью поэт создал земное чудо, красавицу-куклу,» незнакомец.Блока часто спрашивали, почему его чудесная дама превратилась в чужую? Он отмахивался. Он не мог объяснить каждому разговорному, что в этом суть его душевной драмы. Однажды он написал: «О. Как подушечка и наболевшая, и низкая, не побежденная роковая мечта…» не поборола, не могла быть достаточно чистой и высокой или высокой? Но кто когда думал о том, в какие миры приходят стихи, если они прекрасны? Только блок . ..И в этой высокой духовной требовательности — его величие.Говорят, он любил только свои юношеские стихи.Мы не можем не восхищаться его «незнакомцем».

«Чужой» написан в 1906 году. Смутное, тревожное время. Кровавые события первой русской революции. Блок будет писать о реальной жизни России начала начала века, но его больше волнуют сдвиги в другое измерение, которое он воспринимал как реальность. И бури земной жизни считали отголосками бурь там. Он уверен: «Как в нас попало, так и в России сломалось». Я почти винил в русской трагедии.И еще блок фраз гестрата: «Мы были пророками, хотели стать поэтами».

В 1907 году рождается цикл стихов «Снежная маска». Посвящаются они и женщине, влюбленной в блок холодной мутной зимой 1907 года — Наталье Николаевне Волоховой, актрисам Театра Комиссаржевской, прекрасной женщине с «кибордовыми глазами». В ту пургу его «Баланта» поставили в театре. Вокруг было много молодежи, устраивались карнавалы, носились в санях по заснеженным улицам, и квартал был весел. И в его стихах этого периода — метель, метель, холод и неразбериха.

И снова перестановка чаши

Ты поселил страх в сердце

Невинная улыбка

В густых волосах.

I кантователь в темных форсунках

И снова вдох, не любовь

Забытый сон о поцелуях,

О метелях.

Вряд ли эти стихи действительно связаны с Н. Н. Волоховой. Эта метель была в душе квартала, который жил своей, отдельной жизнью. Возвращаясь к статье о символизме, приведу цитату: «Искусство — это ад. Недаром Брюсов завещал художнику: «Как Данте, подземное пламя должно жечь тебе щеки». В бесчисленных кругах ада только тот, у кого есть спутник, учитель и голова мечтает о том, что поведет туда, куда не смеет войти учитель…так или иначе, пурпурные миры захлестнули Лермонтова, бросившегося под ружье на его волю. И Гоголь, который обжегся, барахтаясь в бархатных пешечных лапах. И описал ее судьбу в стихах:

Как это случилось, как это случилось?
Я был беден, слаб и мал.
Но какая-то тайна
Я был открыт до времени
Я учился высоко.
Недостойный раб, сокровище
Мне дарят не держать,
Я был случайным королем и гвардейцем.
Сонслам Низкие монстры
Заполнил при мне.

И в конце этих строк:

Я не упаду перед тобой
Посмотри на меня:
Я стою среди огней,
Языки сушеные
Под водой.

Интересно, что Андрей Белый, вспоминая юный блок, пишет о золотисто-розовой дымке его лица. Потом написал, что лицевая сторона блока была как бы недоработана.И блок писал о том же: «Нам предлагают: пойте, веселятся, а наши лица сливаются с багровым сумраком». Но в том сиреневом сумраке звучала музыка, рождались стихи. То гибельно и трагично, то полная безмолвная скорбь.

Были всплески чувств, порывы жизни, радости:

Эх, я безумно хочу жить:

Все существующие — увековечить,

Безличное — посмотреть

Нестабильный — реализовать!

Блок немного уловит музыку стихии и воплотит ее в поэзии. Любовь является частью мировой стихии. И цикл «Кармен» родится.

О да, любовь свободная, как птица,
Да все равно — я твой!
Да я еще буду мечтать
Твой лагерь, твой огонь!

Элементы Ворки Он услышит в истории, и они прозвучат в его цикле «На поле Куликовом»

И вечный бой! Отдых только в наших снах

Сквозь кровь и пыль…

Мухи, степная кобыла летит

И Гора Ковыль…

И вот музыка стала подаваться, наступил «железный день» и она замолчала.. Только раз ревностная стихия прозвучала в его стихах: в поэме «Двенадцать». Написав ее, он воскликнул: «Сегодня я гений». Стихотворение не понравилось ни направо, ни налево. Большевики не хотели признавать революцию в этом демонском вихре, их противники решили, что блок продан красным. И он как раз в последний раз услышал и записал музыку, которую он использовал для захвата в мире.

Черный вечер.
Белый снег.
Ветер, ветер!
На ногах нет человека.
Ветер, ветер —
Всем божьего света!

Стихия революции, пусть страшная стихия, сменяется мировой пошлостью, столь гибельной для поэта. И умерла душа.

Как тяжело ходить среди людей
И притворяюсь, что не выигрываю
И про игру трагических страстей
Аккуратный еще не жил.

И, вглядываясь в твой кошмар,
Система находит в инсульте чувства,
Бледным горантам искусства
Узнай жизнь отвратительного огня!

Эпиграфом этого блочного стихотворения стала строка фета: «Сгорел человек» . Мы думаем, что поэзия — это уютный огонек, где можно согреть руки в холод, душу — в горе. А поэзия может быть страшным огнем, сжигающим того, кто слишком близко.Те, кто летят в это пламя — безумие, но они лучшие из тех, кто жил на Земле.

  1. Молодой издатель и драматург
  2. Стихи О. прекрасная дама
  3. «Искусство и революция»

А свои первые стихи Лександр Блок написал еще до гимназии. В 14 лет издавал рукописный журнал «Вестник», в 17 — ставил пьесы на сцене домашнего театра и играл их, в 22 — публиковал свои стихи в альманахе Валерия Брысова «Северные цветы».Создатель поэтического и загадочного образа прекрасной дамы, автор критических статей, Блок стал одним из самых известных поэтов Серебряного века.

Молодой издатель и драматург

Александр Блок родился 28 ноября 1880 года в Санкт-Петербурге. Его отец, Александр Блок — Старец, был дворянином и приват-доцентом кафедры государственного права Варшавского университета, а мать Александра — дочерью ректора Петербургского университета Андрея Бететова.После рождения сына родители Блока расстались. В 1883-1884 годах Александр Блок жил за границей, в Италии — с матерью, тетей и бабушкой. Официальный брак родителей Блока был расторгнут Синодом в 1889 году. В это же время мать была повторно замужем — за офицером гвардии Францем Кормоцким-Пиоттухом.

Мать поэта Александр Блок. 1880. Варшава. Фото: Wikipedia.org.

Александр Блок с матерью и отчимом.1895. Петербург.Фото: Liveinternet.ru.

Александр Блок в детстве. Фото: poradu.pp.ua.

В 1891 году Александр Блок был отдан сразу во второй класс введенной гимназии. К тому времени мальчик уже пробовал сочинять — и прозу, и стихи. В 1894 году Блок стал выпускать журнал «Вестник», и в его литературной игре участвовала вся семья. Редактором были два двоюродных брата, росулид брат и мать. Бабушка Елизавета Бекетова писала рассказы, дедушка Андрей Бекетов иллюстрировал материалы.Вышли полные номера «Бюллетеня». Помимо стихов и статей, Александр Блок сочинил для него роман в стиле Майн Рида: он вышел в первых восьми номерах журнала.

В 1897 году Блок отправился с матерью в Германию, в курортный городок Бад-Нафим. Здесь он впервые по-настоящему влюбился — в жену статс-советника Ксению Садовскую. Блоку на тот момент было 17 лет, его возлюбленной — 37. Поэт посвятил Садовскому стихотворение «Ночь на землю.Мы с тобой наедине», которая стала первым автобиографическим произведением в его лирике.

Их встречи были редки: мать Блока была категорически против общения Сына со взрослой замужней дамой. поэт не уезжал в Петербург, где несколько раз встречался со своей сердечной дамой.

В 1898 году Александр Блок окончил гимназию, а в августе того же года поступил на юридический факультет Петербургского университета.Однако юриспруденция молодого поэта не привлекала. Он увлекся театром. Почти каждый отпускной блок проводил в поместье деда — Шахматном. В соседней усадьбе Боблово летом 1899 года он поставил спектакли — «Борис Годунов», «Гамлет», «Каменный гость». И сам играл.

Стихи о прекрасной даме

Александр Блок и его жена Любовь Менделеева. Фото: Радиодача.ру.

Андрей Белый.Фото: Lifo.gr.

Через три года блок передали историко-филологическому факультету. Он начал знакомиться с петербургской литературной элитой. В 1902 году он подружился с Зинаидой Гиппиус и Дмитрием Мережковским. Валерий Брюсов поместил стихи Александра Блока в альманасию «Северные цветы».

В 1903 году Блок женился на любви Менделеева — красавице Блоковской любовной лирики. Знакомы они были на тот момент восемь лет, около пяти лет Блок был влюблен.Вскоре вышел цикл «Северные краски» «Стихи о прекрасной даме» — имя для него было предложено Брюсусом.

В 1904 году Блок познакомился с Андреем Белым (Борис Бугаев), который стал его «заклятым другом»: Белый был влюблен в любовь Менделеева. Блок бездействует и превозносит жену, гордясь их душевным родством. Однако это не мешало ему регулярно заводить романы — с актрисой Натальей Волоховой, с оперной певицей, с любовью Андреевой-Дельмас.А Андрей Белый-поэт то ссорился, то твердил. Они критиковали друг друга, взаимно восхищались работой и вызывали друг друга на дуэль.

В 1905 году Россию потрясла первая революция. Она отразилась в творчестве Александра Блока. В его лирике появились новые мотивы — вьюги, вьюги, стихия. В 1907 году поэт закончил цикл «Снежная маска», драмы «Чужой» и «Балант». Блок опубликован в изданиях символистов — «Вопросы жизни», «Весы», «Перевал». В журнале «Золотое руно» в 1907 году поэт стал руководить критическим отделом.Через год вышел третий блочный сборник – «Земля в стихах».

Общество шутников художественного слова

Александр Блок в роли Гамлета. 1898. Боблово. Фото: Друг-город.ру.

Любовь Менделеева в роли Офелии. 1898. Боблово. Фото: Liveinternet.ru.

Александр Блок в роли короля Клавдии и любовь Менделеева в роли Офелии в домашнем спектакле «Гамлет». 1898. Боблово. Фото: Liveinternet.ru.

В 1909 году у Александра Блока умер отец и приемный сын — любовь Менделеева родила Давидовского актера.Чтобы прийти в себя после потрясений, поэт с женой отправился в путешествие по Италии и Германии. По впечатлениям от поездки Александр Блок написал цикл «Итальянские стихи».

После выхода цикла блок был принят в «Академию стиха», она же «Общество ассоциированных профессиональных обществ». Организовался с журналом «Аполлон» Вяконлав Иванов, там же были Анненский Иннокентий, Валерий Брюсов.

В 1911 году Блок снова отправился в заграничное путешествие — на этот раз во Францию, Бельгию и Нидерланды.Во Франции не любили поэта.

«Неотъемлемое качество французов (а бретонцев, видимо, преимущество) — неразлагающаяся грязь, в первую очередь — физическая, а потом и духовная. Первую грязь лучше не описывать; Короче говоря, человек любой разборки не согласятся поселиться во Франции.»

Александр Блок

В этом же году вышел его очередной поэтический сборник — «Ночные часы». Через год Александр Блок закончил пьесу «Роза и Крест» и составил трехтомное собрание стихов из пяти своих сборников.При жизни поэта она дважды переиздавалась. Блок писал литературные и критические статьи, выступал с докладами, читал лекции.

В конце 1912 года Александр Блок взялся переписать «Розу и Крест». Он закончил ее в январе 1913 года, в апреле читал в обществе поэтов и лично Станиславского. В августе драма была напечатана в альманасе «Сирин». Однако поставили спектакль не скоро — лишь через несколько лет Мкате.

В декабре 1913 года Блок лично встретился с Анной Ахматовой.- Она приехала к нему с визитом, привезя с собой блок-трехтомник. Первые два тома поэт подписал «Ахматова — блок» , в третий он вдохновил заранее заготовленный Мадригал, вошедший впоследствии во все сборники его стихов — «Красота страшная — скажешь» .

В 1916 г. в блоке призван на службу, столяр в инженерной части Всероссийского союза. Войска базировались в Белоруссии.

«Привез, полдня с лошадью по лесам, полям и болотам разъезжаю, почти врасплох; Потом — пью из самоваров чай, ругаю начальство, сплю или засыпаю, потягиваюсь в кабинете, иногда сижу на Завалишь и посмотришь на свиней и гусей. »

«Искусство и революция»

Скифы. Его статьи вышли отдельным сборником — «Искусство и революция». Блок выступал с докладами в свободном философском объединении, готовил к переизданию свою трилогию, был членом театрально-литературной комиссии и редколлегии издательства «Всемирная литература».

В феврале 1919 г. Блока арестовали по обвинению в левоэстере. Однако через два дня их отпустили — стараниями Анатолия Луначарского.В августе того же года вышел новый сборник стихов — «Джамба», а блок был назначен членом коллегии литературного отдела Наркомата. Он много работал, очень устал. В одном из писем поэт писал: «Почти год я себе не принадлежу, научился писать стихи и думать о стихах…» Здоровье блока ухудшилось. Однако он продолжал писать и выступать, в 1920 году подготовил сборник лирики «Серое утро».5 февраля 1921 года появилось стихотворение «Пушкинский дом», а 11 февраля в Доме литераторов на вечере, посвященном Пушкину, блок произнес знаменитую речь «О назначении поэта».

Весной 1921 года Александр Блок попросил визу для лечения за границей, но ему отказали. Была разыграна драма с огромным количеством действующих лиц, в центре которой был смертельно больной поэт. 29 мая Максим Горький Написал Луначарскому письмо о необходимости освобождения блока в Финляндии для лечения.18 июня блок уничтожил часть архивов, 3 июля — несколько тетрадей. Луначарский и Каменев 23 июля отменили разрешение на выезд. Но состояние блока ухудшалось, и 29 июля Горький снова написал прошение — чтобы жена Блока сопровождала его. 1 августа документы были подписаны, но Горький узнал об этом только через пять дней. Было поздно: утром 7 августа Александр Блок скончался в своей квартире в Петрограде. Похоронен поэт на Смоленском кладбище.

Открывая новую рубрику на сайте «Древо поэзии» , Хочу пожелать всем настоящим читателям радостного чтения, творческого азарта При открытии новой информации. Поэзия , на мой взгляд, это лучшее, что остается на века и может наполнить красотой. Поэзия Не надо замирать, она всегда живее всех памятников материальных ценностей: начнешь читать, сразу зазвучит! А если это идет в песню, то вообще круто получается, друзья.

Новая рубрика — «Поэтический вкус» . Если вы любите поесть, то, конечно, меня поймите. Макароны с сыром особенно вкусны, когда их не хватает тушеная говядина . Все это полагается выпить компота и съесть заграничного сала . Вот и с стихами . У нее в каком-то смысле есть свой вкус . Но только здесь речь идет не об удовлетворении телесных потребностей, а о духовном вкусе , когда душа наизнанку вкусить красоту, истину, истину и радость .Ну удачи всем, бодро так с головой — ныряйте в поэзию !

Представляю вам стихотворение Александр Блок.

Поэты

Город вырос пустынным кварталом
На почве болота и ифиля.
Жили поэты — и все встречались
Еще одна надменная улыбка.

Напрасно и днем ​​встал свет
Над этим унылым болотом;
Его житель посвятил свой день
Вину и трудолюбию.

Когда ехали, то в дружбе ругались,
Болтали цинично и прямо.
Под утро рванули. Потом, запертый,
Работал глупо и усердно.

Потом они вылезли из будки, как собаки,
Смотрели, как горит море.
И золото каждого прохожего заплетает
Снято со знанием дела.

Смешивая, приснилось веко,
Поругали издателей вместе.
И горько заплакала над маленьким цветочком,
Над маленькой жемчужиной мучений…


Думаешь, может — хуже

Твоя мещанская лужа?


В крайности есть поэт

Вам недоступно все это! ..


Со своей конституцией куцы

А конституции мало!

Эта метель поцеловала меня!

Начать заново. Пустынный квартал вырос за пределы города. То есть вне города, где проживает основное население, образовалось какое-то квартальное поселение Практически на болотах, в курильщиках, как бомжи живут, с жильцами — поэты . Блок не позволяет узнать больше о загадочном Квартале , о его происхождении.Но это не очень важно для нас. Главное — мы поняли, есть поэтическая Тусовка .

Хорошо. Поэты Тусылы, все такие креативные , я высокомерно усмехнулся, ведь каждый ведь, собака, — гордый, думает, что он самый гений . Если вы когда-нибудь были в такой среде, то вы меня понимаете. Далее Блок Говорит, что место было настолько гнилое, что день был напрасным, чтобы его перебрать: поэты постоянно предавались пьянству и писали стихи.

А как бывает творческих людей , особенно писателей , Друттинг, чувствующих друг в друге товарищей в Перу, тут сразу начинаются обещания в поддержке, клятвы в дружбе, и всякие слюни. Потом случился апофеоз алкоголя в головах и больных желудках: творческих людей Родед не по детски.

Проходя муку, уезжая, снимая, поэт , чувствуя приближение смерти из-за отравления тела, начинает работать с Зано: пишет и пишет, пишет и пишет. ..

Много чего написав гениальных , поэтов Мы устали от вечности, вылезли из своих будок, или где жили на болотах, — и глядели на солнце, на проходящих девиц, и их сердце трепещет.

Потом наконец-то пришли в более-менее нормальное состояние: сидели где-то на верандах, пили кате , курили, говорили о литературе, о гадах издательствах, которые не должны их издавать, о безденежье и доверии ко всему вещи.Потом поэты Напившись в тоске, жалея себя, стали жалеть все вокруг: бездомного маленького, цветка под забором тучку В небе… и, конечно, после этого снова погнали.

Так жили поэты. Читатель и друг!
Ты думаешь, может быть — хуже
Твой ежедневный бессильный подметать,
Твоя мещанская лужа?


То есть, кто не понял: друг, ты думаешь, эти падали поэты Живи хуже ты , твои ежедневные глупые бессмысленные движения около социальное общество Когда ничего не происходит нового, глупости, повторения. ..

Нет, милый читатель, мой слепой критик!
В крайности есть поэт
И косы, и кран, и веки золотые
Тебе всего этого недоступно! ..


И потом: поэты Даже есть преимущество: Кроме принятия есть переживания, волнение, экстаз, жизнь во всей красе, боль, страдание, любовь … НО обычный человек С «Каркас» счастье где есть все атрибуты норма : Дом, Жена, Воскресный пирог, Стабильная зарплата, Электрическая плита, Хозяйка, Дача с вишнями, Дети — Мальчик и девочка, Выходные после работы… Можно два дня перечислить, а то и три… Обыкновенный человек Ничего у него нет и главное иметь не хочет.

Будете довольны собой и женой,
Со своим телосложением куцы
Но поэт всемирный
А телосложения мало!


Обыкновенный человек Доволен своей жизнью, квартирой, норкой, своим мертвым счастьем, счастье силей, куцая телосложение , это практически скелет.А В. поэт жизнь между жизнью и смертью — он пьет по всему миру — он не определится, не впишется в одну и даже в несколько конституций , законодательство писаное и не писаные законы многожители маргиналы .

И в заключение стихотворение А.блок. Говорит уже о себе:

Дай мне умереть под забором, как собака
Пусть жизнь в земле Втоптала, —
Я верю: что Бог меня снегом солгал,
Что вьюга меня поцеловала!


Думаю — спешить нечего, и так все понятно.Вот вроде филологический анализ текста Получился. К новым встречам. Давно читайте русскую классику, меньше пейте и курите, меньше и меньше играйте в компьютерные игры, друзья! Удачи.

Александр Теннбаум

Портрет поэта Александра Блока (1880-1921), 1906 (Фотографии в рамах, эстампы,…) #15006700

Репродукция в рамке Портрета поэта Александра Блока (1880-1921), 1906. Художник: Гиппиус Татьяна Николаевна (1877-?)

Портрет поэта Александра Блока (1880-1921), 1906 год.Находится в коллекции Института русской литературы ИРЛИ (Пушкинский Дом), Санкт-Петербург

.

Мы рады предложить этот принт в сотрудничестве с Heritage Images

.

Heritage Images включает коллекции изображений наследия

© Fine Art Images

Идентификатор носителя 15006700

Татьяна Николаевна 1877

Александр Блок Блокировать Блок Конец 19-го начала 20-го века Изображения изобразительного искусства Гиппиус Графика Карандаш Портрет Россия Русская Живопись акварель и белый цвет на бумаге

Современная рамка 14 x 12 дюймов (38 x 32 см)

Наши современные репродукции в рамке профессионально изготовлены и готовы повесить на стену

проверить

Гарантия Pixel Perfect

чек

Изготовлен из высококачественных материалов

проверить

Необрезанное изображение 19 x 24. 4 см (оценка)

чек

Отделка профессионального качества

чек

Размер продукта 32,5 x 37,6 см (ориентировочно)

Наши водяные знаки не появляются на готовой продукции

Рамка под дерево, на карточке, фотопечать архивного качества 10×8. Габаритные внешние размеры 14×12 дюймов (38×32см). Экологически чистый и безопасный для озона молдинг Polycore® размером 40 мм x 15 мм выглядит как настоящая древесина, он прочный, легкий и легко подвешивается. Биоразлагаемый и изготовленный из нехлорированных газов (без токсичных паров), он эффективен; производство 100 тонн полистирола может спасти 300 тонн деревьев! Отпечатки глазированы легким, небьющимся акрилом с оптической прозрачностью (обеспечивающим такую ​​же общую защиту от окружающей среды, как и стекло).Задняя часть сшита из ДВП с прикрепленной пилообразной вешалкой. Примечание. Чтобы свести к минимуму обрезку оригинального изображения, обеспечить оптимальную компоновку и обеспечить безопасность печати, видимый отпечаток может быть немного меньше

.

Код продукта dmcs_15006700_80876_736

Фотопечать Печать плакатов Печать в рамке Пазл Поздравительные открытки Печать на холсте Художественная печать Антикварные рамы Фото Кружка Установленное фото Премиум обрамление Металлическая печать Стеклянная подставка Коврик для мыши Подушка Сумка акриловый блок Стеклянная рамка Стеклянные коврики

Категории

> Животные > Млекопитающие > Домашняя кошка > Русский белый

> Европа > Россия > Картины

> Популярные темы > Поэты

Полный ассортимент художественной печати

Наши стандартные фотопечати (идеальные для оформления) отправляются в тот же или на следующий рабочий день, а большинство других товаров отправляются через несколько дней.

Фотопечать (8,50–60,80 долл. США)
Наши фотоотпечатки печатаются на прочной бумаге архивного качества для яркого воспроизведения и идеально подходят для оформления.

Печать плакатов (13,37–72,97 долл. США)
Бумага для постеров архивного качества, идеальна для печати больших изображений

Принт в рамке (54,72–279,73 долл. США)
Наши современные репродукции в рамке профессионально изготовлены и готовы повесить на стену

Пазл ($34.04 – 46,21 долл. США)
Пазлы — идеальный подарок на любой праздник

Поздравительные открытки (7,26–14,58 долл. США)
Поздравительные открытки, подходящие для дней рождения, свадеб, юбилеев, выпускных, благодарностей и многого другого

Печать на холсте (36,48–231,08 долл. США)
Профессионально сделанные, готовые к развешиванию картины на холсте — отличный способ добавить цвет, глубину и текстуру в любое пространство.

Художественная печать (36,48–243,24 долл. США)
Наши художественные репродукции с мягкой текстурированной натуральной поверхностью — это лучшее, что может быть после обладания оригинальными произведениями искусства. Они соответствуют стандартам самых требовательных музейных хранителей.

Старинные рамы (54,72–304,05 долл. США)
Наш оригинальный ассортимент британских репродукций в рамке со скошенным краем

Фотокружка ($12,15)
Наслаждайтесь любимым напитком из кружки, украшенной любимым изображением. Сентиментальные и практичные персонализированные кружки с фотографиями станут идеальным подарком для близких, друзей или коллег по работе

Установленная фотография (15,80–158,10 долл. США)
Отпечатанные фотографии поставляются в специальном футляре для карточек, готовые к рамке

Каркас премиум-класса (109 долл. США.45 — 352,70 долл. США)
Наши превосходные репродукции в рамке премиум-класса профессионально изготовлены и готовы повесить на стену

Металлический принт (71,76–302,85 долл. США)
Изготовленные из прочного металла и роскошных технологий печати, металлические принты оживляют изображения и придают современный вид любому пространству

Стеклянная подставка (9,72 долл. США)
Индивидуальная стеклянная подставка. Также доступны элегантное полированное безопасное закаленное стекло и термостойкие коврики под стол

.

Коврик для мыши ($17.02)
Фотопринт архивного качества на прочном коврике для мыши с нескользящей подложкой. Работает со всеми компьютерными мышами.

Подушка (30,39–54,72 долл. США)
Украсьте свое пространство декоративными мягкими подушками

Большая сумка (36,43 долл. США)
Наши большие сумки изготовлены из мягкой прочной ткани и оснащены ремнем для удобной переноски.

Acrylic Blox (36,48–60,80 долл. США)
Обтекаемый, односторонний современный и привлекательный принт на столешнице

Стеклянная рамка (27 долларов США.96 – 83,93 доллара США) Крепления из закаленного стекла
идеально подходят для настенного дисплея, кроме того, мониторы меньшего размера можно использовать отдельно на встроенной подставке.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.