Начало 2 чеченской войны: Вторая чеченская война официально завершена

Содержание

Вторая чеченская война официально завершена

Особенно дорого обошелся российской армии штурм Грозного, начавшийся 31 декабря 1994 года. Споры об ответственности тех или иных лиц за потери при штурме ведутся до сих пор. Основную вину специалисты возлагают на тогдашнего министра обороны России Павла Грачева, желавшего взять город как можно быстрее.

В итоге российская армия ввязалась в многонедельные бои в городе с плотной застройкой. Потери вооруженных сил и войск МВД России в боях за Грозный в январе-феврале 1995 года составили более 1500 человек убитыми и пропавшими без вести, и около 150 единиц безвозвратно потерянной бронетехники.

В итоге двухмесячных боев российская армия очистила Грозный от бандформирований, потерявших около 7000 человек и большое количество техники и вооружения. Следует отметить, что технику чеченские сепаратисты получили в начале 90-х годов, захватив склады располагавшихся на территории Чечни воинских подразделений при попустительстве сначала властей СССР, а затем и РФ.

С взятием Грозного, однако, война не закончилась. Боевые действия продолжались, захватывая все большую часть территории Чечни, но подавить бандформирования не удавалось. 14 июня 1995 года банда Басаева совершила налет на город Буденновск Ставропольского края, где захватила городскую больницу, взяв в заложники больных и персонал. Боевикам удалось добраться до Буденновска по автодорогам. Вина МВД была очевидной, но, ради объективности, надо заметить, что хаос и разложение в те времена были практически повсеместными.

Бандиты потребовали остановить боевые действия в Чечне и начать переговоры с режимом Дудаева. Российские спецподразделения начали операцию по освобождению заложников. Однако она была прервана приказом премьер-министра Виктора Черномырдина, вступившего в переговоры с Басаевым по телефону. После неудачного штурма и переговоров российские власти согласились дать террористам возможность беспрепятственно уйти, если они отпустят захваченных заложников. Террористическая группа Басаева вернулась в Чечню. В результате теракта погибли 129 человек, 415 были ранены.

Ответственность за случившееся была возложена на директора ФСК Сергея Степашина и министра МВД Виктора Ерина, лишившихся своих постов.

Тем временем война продолжалась. Федеральным войскам удалось взять под контроль большую часть территории Чечни, но вылазки боевиков, укрывавшихся в горно-лесистой местности, и пользовавшихся поддержкой населения, не прекращались.

9 января 1996 года отряд боевиков под командованием Радуева и Исрапилова атаковал Кизляр, и взял в местном роддоме и больнице группу заложников. Боевики потребовали вывести российские войска с территории Чечни и Северного Кавказа. 10 января 1996 года бандиты покинули Кизляр, увозя с собой сотню заложников, число которых возросло после разоружения ими блокпоста МВД.

Вскоре группа Радуева была блокирована в селе Первомайское, которое 15-18 января было взято штурмом российскими войсками. В результате нападения банды Радуева на Кизляр и Первомайское погибли 78 военнослужащих, сотрудников МВД и мирных граждан Дагестана, несколько сотен человек получили ранения различной степени тяжести. Часть боевиков, включая главарей, прорвалась на территорию Чечни через разрывы в плохо организованном оцеплении.

21 апреля 1996 года федеральному центру удалось добиться крупного успеха, ликвидировав Джохара Дудаева, но его смерть не привела к прекращению войны. 6 августа 1996 года бандформирования вновь захватывают Грозный, блокируя позиции наших войск. Подготовленная операция по уничтожению боевиков была отменена.

Наконец, 14 августа подписывается соглашение о перемирии, после чего начинаются переговоры представителей России и Чечни о разработке «Принципов определения основ взаимоотношений между Российской Федерацией и Чеченской Республикой». Переговоры заканчиваются 31 августа 1996 года подписанием Хасавюртовских соглашений. С российской стороны документ подписал Александр Лебедь — в то время секретарь Совета безопасности, с чеченской — Аслан Масхадов.

Де-факто Хасавюртовские соглашения и последовавший за ними «договор о мире и принципах взаимоотношений между РФ и ЧРИ», подписанный в мае 1997 года Ельциным и Масхадовым, открывали путь к независимости Чечни. Вторая статья договора прямо предусматривала строительство взаимоотношений сторон на основе принципов международного права и соглашений сторон.

Итоги первой кампании

Оценивать эффективность действий российских войск в ходе первой чеченской войны сложно. С одной стороны, действия войск серьезно ограничивались многочисленными невоенными соображениями — руководство страны и Минобороны регулярно ограничивало применение тяжелого вооружения и авиации по политическим причинам. Остро не хватало современного вооружения, а уроки, извлеченные из афганского конфликта, проходившего в схожих условиях, остались забыты.

Кроме того, против армии была развязана информационная война — ряд СМИ и политиков проводил целенаправленную кампанию по поддержке сепаратистов. Замалчивались причины и предыстория войны, в частности, геноцид русскоязычного населения Чечни в начале 90-х годов. Многие были убиты, другие изгнаны их своих домов и были вынуждены покинуть Чечню. Между тем, правозащитники и пресса обращали пристальное внимание на любые реальные и выдуманные прегрешения федеральных сил, но замалчивали тему бедствий русских жителей Чечни.

Информационная война против России велась и за рубежом. Во многих странах Запада, а также в государствах восточной Европы и некоторых экс-советских республиках возникли организации, имевшие целью поддержку чеченских сепаратистов. Помощь бандформированиям оказывали и спецслужбы стран Запада. Ряд стран предоставлял убежище, медицинскую и финансовую помощь боевикам, помогал им оружием и документами.

В то же время, очевидно, что одной из причин неудач стали грубые ошибки, которые допускало как высшее руководство, так и оперативное командование, а также вал армейской коррупции, как следствие целенаправленного и общего разложения армии, когда оперативная информация могла быть попросту продана. Кроме того, ряд успешных операций боевиков против российских колонн был бы невозможен при условии соблюдения российскими войсками элементарных уставных требований по организации боевого охранения, разведки, координации действий и др.

Хасавюртовские соглашения не стали залогом мирной жизни для Чечни. Чеченские криминальные структуры безнаказанно делали бизнес на массовых похищениях людей, захвате заложников (в том числе официальных российских представителей, работающих в Чечне), хищениях нефти из нефтепроводов и нефтяных скважин, производстве и контрабанде наркотиков, выпуске и распространении фальшивых денежных купюр, терактах и нападениях на соседние российские регионы. Разворовывались властями Ичкерии даже те деньги, что Москва продолжала посылать чеченским пенсионерам. Вокруг Чечни возникла зона нестабильности, которая постепенно расползалась по территории России.

Вторая чеченская кампания

В самой Чечне летом 1999 года бандформирования Шамиля Басаева и Хаттаба — виднейшего арабского наемника на территории республики, готовились к вторжению в Дагестан. Бандиты рассчитывали на слабость российской власти, и сдачу Дагестана. Удар наносился по горной части этой провинции, где почти не было войск.

20 лет назад началась вторая чеченская война, названная «Контртеррористической операцией на Северном Кавказе»

30 сентября 1999 года, двадцать лет назад, танковые подразделения российской армии вошли на территорию Чечни. Этот день и считают началом Второй чеченской войны, которая официально была названа Москвой «Контртеррористической операцией (КТО) на Северном Кавказе».

Активные боевые действия в республике продолжались в 1999 и 2000 годах, однако официально режим КТО был отменен лишь в апреле 2009-го.

23 сентября 1999 г. президент России Борис Ельцин подписал указ «О мерах по повышению эффективности контртеррористических операций на территории Северо-Кавказского региона Российской Федерации», предусматривавший создание Объединенной группировки войск на Северном Кавказе.

В тот же день, 23 сентября, российская авиация произвела бомбардировку Грозного, а 30 сентября началась наземная операция: танковые подразделения российской армии вошли на территорию Наурского и Шелковского районов Чечни.

К этому времени боевые действия на Северном Кавказе шли уже больше месяца – они начались после вторжения в Дагестан вооруженных групп под руководством Шамиля Басаева и Хаттаба. Федеральные власти обвинили президента Чеченской республики Ичкерия Аслана Масхадова в неспособности контролировать ситуацию. Владимир Путин, занимавший тогда должность председателя правительства, заявил, что если чеченское руководство не может предотвратить переход бандитских группировок через границу Чечни, то «специалисты предложат свои средства».

В начале сентября в Москве, Буйнакске и Волгодонске были взорваны жилые дома, в результате чего погибли более 300 человек и более 1700 получили ранения. Официальное расследование нашло в произошедшем так называемый «кавказский» след, что развязало руки российским властям для второй чеченской войны, стратегические цели которой сформулировал Владимир Путин. По его словам, необходимо было поставить заслон международному терроризму, проникшему в Чечню, предотвратить распад России, а также взять под защиту чеченское население, ставшее жертвой местных сепаратистских и экстремистских бандформирований.

Точных данных о потерях в ходе этой войны до сих пор нет. По официальной статистике министерства обороны РФ на 2010 год, за период с 1999 по 2008 гг. на Северном Кавказе погибли 3684 военнослужащих, по данным МВД РФ, были убиты также более 2 тысяч сотрудников внутренних войск. По оценкам же Союза комитетов солдатских матерей России, официальные данные занижены как минимум вдвое.

Потери среди мирного населения, по официальной информации на февраль 2001 года, составляли тысячу человек, однако, по информации правозащитной организации Amnesty International, в войне погибли до 25 тысяч мирных жителей.

Причины Второй чеченской войны

Определение 1

Вторая чеченская война – это боевые действия между Российской Федерацией и непризнанной Чеченской республикой Ичкерия в 1999-2000 гг. (официально война завершилась в 2009 г.).

Вторая чеченская война велась на территории Чечни и Северного Кавказа. Пик активного ведения боевых действий пришелся на 1999-2000 гг., а в остальное время война шла в виде периодических стычек российских военных и боевиков. Режим контртеррористической операции был отменен в 2009 г., что и считается датой завершения Второй чеченской войны.

Замечание 1

Причины второго вооруженного конфликта между Россией и Чечней кроются в результатах Первой чеченской войны.

Ситуация в Чечне после Первой чеченской войны

31 августа 1996 г. президентом Чеченской республики Ичкерия А. Масхадовым и главой Совета безопасности России А. Лебедем были подписаны Хасавюртовские соглашения, которые устанавливали договор о выводе Россией войск из Чечни и прекращение военных действий.

Казалось, что после вывода российских войск в Чечне наступит спокойствие, однако мира там не установилось. Положение в Чечне все больше криминализировалось:

  • большую роль в экономике и политике начали играть криминальные структуры;
  • неоднократно случались похищения людей, захваты заложников с целью выкупа;
  • распространено было производство наркотиков, и процветала их продажа.

Также Чечня стала центром притяжения для радикальных экстремистов – в ней появлялись лагеря для подготовки молодых людей к террористической деятельности; специалисты по подрывному делу приезжали сюда с Ближнего Востока; целью этих лагерей были – дестабилизация положения в ближних российских регионах и распространение сепаратистских идей на республики Северного Кавказа (Карачаево-Черкесия, Кабардино-Балкария, Дагестан).

Готовые работы на аналогичную тему

Замечание 2

Эти факторы также влияли на обострение противоречий между Россией и Чечней. К тому же, российское правительство неоднократно предлагало президенту Ичкерии Аслану Масхадову помощь в борьбе с кризисными явлениями, однако он ее не принимал.

Российско-чеченские противоречия

В марте 1999 г. из аэропорта в Грозном террористы похитили полномочного представителя МВД РФ в Чечне Г. Шпигуна. Для Москвы стало очевидно, что А. Масхадов не может самостоятельно бороться с терроризмом, поэтому правительством были усилены меры по борьбе с боевиками (вооружены отряды самообороны, увеличено количество милиции, лучшие оперативники были отправлены на Кавказ). Со стороны Ставропольского края было поставлено несколько ракетных установок. Россия установила экономическую блокаду Чечни, больше не обеспечивая ее ни нефтью, ни деньгами. Это привело к резкому падению доходов чеченской элиты, и возникновением проблем с обеспечением войск оружием.

Усиление контроля и режима на границе из Чечни стало труднее перевозить наркотики и захватывать заложников. Активизировалась борьба с преступными группировками, которые обеспечивали финансовую поддержку чеченских боевиков. Таким образом, в мае-июле 1999 г. граница Чечни и Дагестана стала милитаризированной зоной. Начались и первые боевые действия: в мае российскими летчиками был нанесен удар по боевикам Хаттаба на р. Терек в ответ на его попытку захватить заставу внутренних войск на границе. Тогда же было заявлено о подготовке крупномасштабных ударов, готовившихся Россией.

В апреле-августе 1999 г. Басаев и Хаттаб провели изучение местности, что позволило им понять, где находятся самые сильные группировки российских военных (в направлении Кизляра и Хасавюрта). Поэтому они решили направить удар по горным местностям Дагестана с расчетом на отсутствие там военных подразделений и невозможности перебросить их туда в краткие сроки.

Вообще, стоит отметить, что дестабилизация положения на Северном Кавказе была выгодна почти всем: например, исламские фундаменталисты рассматривали это как площадку для распространения своего влияния по миру, а арабские шейхи стран Персидского залива не были заинтересованы в начале использования ресурсов нефти и газа на Каспии.

7 августа состоялось ожидаемое вторжение сепаратистов в Дагестан под командованием Ш. Басаева и Хаттаба. Эта группировка базировалась на подразделениях и наемников и солдат «Исламской международной миротворческой бригады», связанной с террористической группировкой «Аль-Каида».

В эти условиях Россия предложила помочь Чечне, предоставив необходимые ресурсы, в борьбе против террористов, однако Аслан Масхадов не решился на какие-либо действия и только на словах осудил» организаторов нападения на Дагестан.

Тем не менее русские войска больше месяца сражались в боевикам; последние предприняли вынужденное отступление. В ответ на это 3-4 ноября в Москве, Буйнакске и Волгодонске. Были совершены взрывы жилых сооружений, что было расценено как провокация и как ответ на действия России.

Российское же правительство постановило, что А. Масхадов растерял способность контролировать ситуацию в государстве, поэтому было решено провести военную операцию по ликвидации боевиков на чеченской территории. ЧТО и было сделано – 18 сентября российские войска блокировали чеченские границы.

23 сентября президент России Б. Ельцин подписал указ, предусматривавший:

  • введение режима КТО (режим контртеррористической операции) на территории Чечни;
  • создание Объединенной группировки войск на Северном Кавказа для проведения КТО.

23 сентября российские войска начали бомбить столицу Чечни – Грозный, а 30 сентября вошли на территорию Чечни.

Таким образом, в качестве причин Второй чеченской войны можно выделить:

  • незавершенность конфликта 1994-1996 (Первая чеченская война) и противоречий, существовавших и ранее;
  • в Первой чеченской войне Россия не добилась своих целей, поэтому было необходимо довершить задуманное;
  • стремление Чечни к полной независимости и агрессивная политика ее правительства;
  • борьба России с мировым терроризмом, который начал распространяться в Чечне;
  • криминальная обстановка, способствовавшая разжиганию конфликта.

К 15-й годовщине начала второй чеченской кампании 23 сентября. Хронология — Биографии и справки

Вторая чеченская кампания длилась с 1999 по 2009 гг. Указ президента РФ Бориса Ельцина «О мерах по повышению эффективности контртеррористических операций на территории Северо-Кавказского региона Российской Федерации» был подписан 23 сентября 1999 г. Он предусматривал создание Объединенной группировки войск (сил) на Северном Кавказе. Тогда же на территории Чечни был введен режим контртеррористической операции.

Боевые действия на Северном Кавказе к тому времени шли уже больше месяца — 7 августа 1999 г. на Дагестан с территории Чечни было совершено нападение около 2 тыс. вооруженных боевиков под командованием Шамиля Басаева и полевого командира Хаттаба. В сентябре чеченские террористические группировки организовали взрывы жилых домов в Москве, Волгодонске и Буйнакске.

После того, как армейским подразделениям, милиции и внутренним войска удалось отбить атаки боевиков на Дагестан и создать «санитарный кордон» вокруг Чечни, началась подготовка к уничтожению террористических группировок в самой республике. Ее власти к этому моменту оказались неспособны взять под контроль деятельность «непримиримых» исламистов.

23 сентября российская авиация начала бомбардировку Грозного и его окрестностей, 30 сентября началась наземная операция. В октябре федеральные войска освободили Наурский, Шелковской и Надтеречный районы. В ноябре под контроль был взят Гудермес, а Гудермесский район объявлен «зоной мира и согласия». К декабрю федеральные силы контролировали всю равнинную (северную) часть Чечни. Боевики сосредоточились в Грозном и в горных районах. 4 декабря чеченская столица была полностью блокирована федеральными войсками. К 20 декабря десантники и пограничники блокировали Аргунское ущелье, прервав чеченские коммуникации с Грузией.

17 января 2000 г. начался штурм Грозного. 2 февраля подразделения российских войск заняли основные стратегически важные объекты, в том числе площадь Минутку. В тот же день большой отряд боевиков, пытавшихся вырваться из Грозного, был оттеснен на минные поля и блокирован. Погибли и были ранены несколько известных полевых командиров, в том числе Ахмед Закаев и Шамиль Басаев. 6 февраля Грозный был взят под контроль федеральных сил.

После этого продолжилось уничтожение военизированных формирований сепаратистов в горных районах республики. Последней крупномасштабной войсковой операцией стало уничтожение с 6 по 20 марта банды Руслана Гелаева в селе Комсомольское Урус-Мартановского района. В ходе боев были убиты около 1200 боевиков.

О завершении «войсковой» фазы контртеррористической операции было объявлено 15 апреля 2000 г. Безвозвратные потери боевиков были оценены в 14 тыс. человек, ликвидированы базы «непримиримых» исламистов, системы управления и обеспечения их отрядов.

Контртеррористическая операция продолжилась в «точечном» режиме — спецподразделения сконцентрировались на уничтожении и поимке лидеров боевиков. Так, были ликвидированы полевые командиры Абу Умар (11 июля 2000 г.), Хаттаб (20 марта 2002 г.), Руслан Гелаев (28 февраля 2004 г.), Аслан Масхадов (8 марта 2005 г.), Шамиль Басаев (10 июля 2006 г.).

Одновременно велась работа с местным населением, религиозными и общественными лидерами Чечни. Было проведено несколько амнистий для тех членов незаконных вооруженных формирований, которые не совершили тяжких преступлений и хотели вернуться к мирной жизни.

Президентом Чеченской Республики 5 октября 2003 г. был избран Ахмат Кадыров (с 12 июня 2000 г. — глава временной администрации республики, назначенный указом президента РФ Владимира Путина). 9 мая 2004 г. Ахмат Кадыров погиб в результате теракта на стадионе в Грозном, новый главой республики стал его сын Рамзан.

16 апреля 2009 г. Национальный Антитеррористический комитет по поручению президента РФ Дмитрия Медведева отменил режим контртеррористической операции на территории Чечни.

Точных официальных данных о потерях федеральных сил в ходе второй чеченской войны нет. Согласно официальной статистике Минобороны РФ на 2010 г., в 1999-2008 гг. на Северном Кавказе погибли 3684 военнослужащих, еще 31 числятся пропавшими без вести. По данным МВД РФ на 2010 г., во время второй чеченской кампании погибли 2178 сотрудников органов внутренних дел.

Начало второй чеченской войны. Время Путина

Начало второй чеченской войны

Среди факторов, которые способствовали быстрому росту популярности, а затем и возвышению Владимира Путина, фактор Чечни, или, по официальной формуле, «антитеррористической операции в Чечне», занимал, по мнению всех политических наблюдателей, главное место. Однако разные авторы писали об этом, используя разные слова и выражения, — в зависимости от их отношения к Путину, к современной России и военным действиям в Чечне.

«Назначение Путина на пост премьера, — отмечал, например, Александр Головков, — происходило на фоне только что начавшейся агрессии в Дагестане, и Путин исходил из того, что если сейчас немедленно это не остановить, России как государства в его сегодняшнем виде не будет. Именно начальный период боев в Дагестане следует считать «звездным часом» Владимира Путина — он после долгих лет ожидания оказался во главе настоящего большого и «героического» дела. А затем неожиданно сработал мощный эффект резонанса в массовом сознании. Новый премьер-министр одномоментно стал фигурой исторической значимости, знаменем консолидации возрождающегося общероссийского патриотизма»[103]. «Как политик, — писал по этому же поводу Александр Гольц, — второй президент России поднялся из крови и грязи чеченской войны. Именно использование кавказской войны в качестве универсальной избирательной технологии избавило Владимира Путина от необходимости применять грязные приемы ведения борьбы, которыми изобиловали выборы парламентские. Молодежь должна была просто тащиться от крутизны исполняющего обязанности, напоминающего разом и Бэтмена, и Джеймса Бонда»[104].

Но дело не только в самой войне, ибо она могла происходить по разным сценариям и иметь разный результат для судьбы и нового премьера и России. Дело было не просто в применении силы, а в ее эффективном применении, с одной стороны, и в том, что Путин взял на себя прямую и главную ответственность за применение силы (чего не делали в 1994–1996 годах ни Борис Ельцин, ни Виктор Черномырдин), — с другой. Даже силовые министры действовали в Чечне тогда как бы обособленно друг от друга. Владимир Путин принял на себя решение всех главных проблем новой войны, и потому успехи армии стали и его успехом. Для людей, которые поддержали В. Путина, и для него самого Чечня становилась рычагом, с помощью которого можно было начать поворачивать и всю Россию.

Противники Путина не скрывали своей надежды на то, что российская армия и все российские патриоты потерпят в Чечне новое и на этот раз окончательное поражение. Так, например, любимое детище Гусинского — газета «Сегодня» — утверждала: «В ходе зимней кампании рейтинг Путина может утонуть в крови, а ведь, кроме войны, Путин ничего другого не умеет. Да и доверит ли ему Кремль экономику? Тут и без него есть кому порулить»[105]. Еще более резко и откровенно писал об этом же главный редактор журнала «Итоги» Сергей Пархоменко: «Чудо и триумф Путина построены не только на крови невинных людей, гибнущих в Чечне под бомбежками и обстрелами, пока бандиты спокойно обустраивают свои лагеря в горах. Не только на издевательствах над беженцами, голодающими в ингушских лагерях, пока террористы поротно и побатальонно отправляются в увольнительную по дорогим ресторанам и отелям Баку, Тбилиси и Стамбула. В основе успеха Путина — еще и хладнокровная политика, рассчитанная на эксплуатацию мрачных теней, обитающих где-то в потаенных углах общественного сознания, «бытового» национализма, стадной жестокости, мстительности, замешенной на чувстве безнаказанности, свойственном всякой толпе. Этот карнавал ненависти могут остановить только самолеты с армейскими гробами, ибо серьезных потерь в федеральных войсках новейшему политическому триумфатору не пережить»[106].

Странно, что в этой полной злобы статье С. Пархоменко все же называл чеченских боевиков террористами и бандитами.

Сходные ожидания читались в высказываниях и многих западных наблюдателей. Так, еще в сентябре 1999 года в американской газете «Лос-Анджелес Таймс» появилась статья под выразительным заголовком «Шум разваливающейся империи». Ее автор сравнивал ситуацию в России в конце века с положением Оттоманской империи в начале XX века, когда даже Николай II называл ее «больным человеком Европы». По утверждению М. Рейндольса, не только Чечня, но и весь Северный Кавказ уже восемь лет находятся в состоянии восстания, которому Россия не может противостоять, что и ведет к ее саморазрушению. Окончательный диагноз был следующим: «Западу следует приготовиться к похоронам России, а не к ее выздоровлению после операции»[107].

К счастью для нас, эти ожидания не оправдались, хотя опасность развития событий по худшему сценарию была велика.

Нет необходимости излагать здесь подробно и последовательно ход событий на Северном Кавказе летом и осенью 1999 года. Ситуация на границе с Чечней давно уже была крайне напряженной, а с весны 1999-го стала ухудшаться.

Первые отряды чеченских боевиков проникли в Цумадинский район в горах Дагестана еще 1 августа, но это был отвлекающий маневр. Основные силы боевиков вторглись в соседний Ботлихский район в ночь на воскресенье 8 августа, и сам характер этой агрессии свидетельствовал о тщательной ее штабной проработке. Конечно, нападение ваххабитов на Дагестан являлось авантюрой, как и расчет на добрый прием и помощь местного населения в горных селах Дагестана. Но это была крайне опасная и дерзкая авантюра, и поэтому ответные действия должны были последовать незамедлительно.

Новый премьер В. Путин, которому Ельцин доверил решение всех проблем, связанных с агрессией против России, быстро вошел в руководство операцией. Не берясь за чисто военные задачи, Путин умело и эффективно решал все возникавшие здесь проблемы политические, экономические, кадровые и финансовые. По его личному указанию было существенно увеличено денежное довольствие солдатам и офицерам, находящимся в реальной боевой обстановке. Уже к концу августа боевики Хаттаба и Басаева, понеся большие потери, отступили в Чечню, но российские войска, группировка которых возросла до 10 тысяч человек, не стали преследовать противника на его территории. Важнейшим решением, которое в числе других принял в это время Путин, было решение об уничтожении созданного ваххабитами-дагестанцами укрепленного района в Кадарской зоне, который должен был стать плацдармом для продвижения фанатиков ислама к Каспийскому морю.

Еще в конце августа Владимир Путин собрал в Белом доме совещание по чеченской проблеме, на которое пригласил всех бывших премьеров — Черномырдина, Кириенко, Примакова и Степашина.

В Дагестане уже шли жестокие бои, однако экс-премьеры не считали возможным переносить военные действия на территорию Чечни. Они настаивали на ограниченном характере проводимой военной операции, выражая беспокойство за судьбы мирных граждан и призывая свести к минимуму потери среди российских солдат. Мнение военного руководства страны было иным, хотя и среди генералов сохранялись разногласия. Окончательное решение предстояло принимать Владимиру Путину. Мы знаем сегодня, каким было это решение.

Бои в Дагестане еще не завершились, когда в Москве и Волгодонске были взорваны три жилых дома и сотни мирных жителей погибли ночью во сне. Уже через несколько дней после первого взрыва стало ясно, что нити от этих злодейских акций тянулись к лагерям ваххабитов в Чечне. И хотя следствие могло быть долгим, негодование и страх населения требовали ответных действий. Они не заставили себя ждать. Не только в Москве и Санкт-Петербурге, но и во всех крупных городах России органы внутренних дел, ФСБ, гражданской обороны, а также сформированные на добровольных началах группы граждан провели тщательную проверку всех видов транспорта, подсобных и пустующих помещений, подвалов и чердаков. Это позволило предотвратить уже подготовленные новые взрывы нескольких жилых домов и найти многие новые нити, ведущие к организаторам этих страшных террористических акций.

Более поздние обвинения недоброжелателей Путина в том, что власти не провели серьезного расследования сентябрьских взрывов, абсолютно беспочвенны, расследование велось энергично и было достаточно результативным.

Однако следственная деятельность идет по одной логике, а политическая и военная — по другой. Неудивительно поэтому, что еще до окончания следствия В. Путин отдал распоряжение о прекращении железнодорожного и воздушного сообщения с Чечней. Вслед за этим командование федеральных войск с согласия правительства отключило на территории Чечни электроснабжение и связь и перекрыло нефте— и газопроводы. Бомбардировке подвергся главный аэропорт Чечни «Северный» близ города Грозного. Еще через два дня российская военная авиация стала наносить массированные бомбовые и ракетные удары по военным базам, по лагерям и скоплениям боевиков, по узлам связи, по складам с горючим, по мостам и дорогам. На границах Чечни началось формирование крупной объединенной военной группировки, создавались ее тылы и вся необходимая инфраструктура. Спешки не было, но росла решимость применить силу и покончить с властью исламских террористов в России.

Известно, что в 1994 году среди военного руководства России, возглавлявшегося генералом Павлом Грачевым, господствовало убеждение о крайней легкости наведения с помощью армии российского конституционного порядка в Чечне. Грачев всерьез полагал, что для этого достаточно нескольких дней и нескольких воздушно-десантных полков. Вся военная операция в Чечне, планы которой Грачев докладывал Совету безопасности России, была рассчитана на месяц, из которого три или четыре дня отводились на разгром дудаевцев в Грозном.

Но после поражений и тяжелых потерь российской армии в 1995–1996 годах в политических кругах и среди части военных лидеров России возобладало убеждение, что любая операция широкого масштаба в Чечне обречена на неудачу. Чеченские террористы и боевики казались некоторым московским политикам непобедимыми. И хотя число похищенных бандитами российских граждан приближалось к двум тысячам, их продолжали выкупать или обменивать, порождая у работорговцев чувство безнаказанности и всесилия. Как признавал позднее Сергей Степашин, у него, как у главы правительства, не было планов проведения какой-либо крупномасштабной военной операции на территории Чечни, и он во многом не был согласен с распоряжениями и приказами нового премьера Путина. Решительно против массированной военной операции выступал и Григорий Явлинский, с которым Степашин вступил в политический союз. К «взвешенности» и осторожности призывали Юрий Лужков и Евгений Примаков, предлагая ограничиться спецоперациями и созданием вокруг Чечни «санитарной зоны». Председатель Совета Федерации Егор Строев публично заявил, что России не следует торопиться с проведением наземной военной операции. «Военная операция возможна, — заявил в середине сентября председатель Комитета Государственной думы по обороне Роман Попкович, — но сейчас она нецелесообразна». На вопрос о возможности наземной операции в Чечне губернатор Самарской области Константин Титов ответил, что это было бы даже не ошибкой, а катастрофой для России.

Даже наиболее радикальные предложения о защите российской территории от нападений чеченских боевиков не шли дальше проектов о продвижении российской армии на левый берег Терека — это позволило бы существенно сократить протяженность «санитарной зоны». В начале сентября даже такой радикально настроенный генерал, как Владимир Шаманов, отличившийся в первой чеченской войне и в боях на территории Дагестана, заявил при назначении его командующим 58-й армией, расположенной у границы Чечни: «Войска на территорию Чечни вводиться не будут». Шаманов был уверен в своих силах, но сомневался в надежности российских политиков.

Явно боялись вступления российских войск на территорию Чечни и все чеченские лидеры, включая Масхадова, Басаева и Хаттаба. Именно в сентябре были задействованы все прочеченские и прозападные газеты, радио, телевидение в Москве. Однако порядок работы журналистов в Чечне и в зонах размещения войск был решительно изменен, и только отдельным западным корреспондентам удалось нелегально проникнуть на территорию мятежной республики. Не были допущены в Чечню и представительницы уже почти распавшейся организации «Солдатские матери». О приближении войны свидетельствовал и поток лжи и дезинформации, который захлестнул не только многие западные газеты и журналы, но и значительную часть российских СМИ.

По страницам печати стала гулять запущенная сюда с интернет-сайта Мовлади Удугова клеветническая информация о причастности российских спецслужб к нападению отрядов Басаева и Хаттаба на Дагестан и даже к взрывам домов в Москве. В «Новой газете», в газете «Версия», в британской газете «Индепендент» публиковались фантастические детективные истории о том, как руководитель кремлевской администрации Александр Волошин и олигарх Борис Березовский на частных самолетах и турецких яхтах тайно приезжали на Лазурный Берег Франции еще летом 1999 года и здесь, в обстановке строгой секретности, на вилле арабского миллиардера Адиана Кашогги несколько раз встречались с Шамилем Басаевым, которого доставляли сюда же турецкие спецслужбы. Позднее место Волошина в этих фантазиях занял сам Путин, который еще как директор ФСБ тайно приезжал якобы для встреч с Шамилем Басаевым, но не во Францию, а в Испанию. Вместе с Басаевым Путин якобы должен был разработать планы «маленькой победоносной войны» и прихода к власти в России…

Много позднее, когда повторять все эти выдумки стало уже неудобно, некоторые из западных журналистов стали попрекать того же Путина — почему он не стал преследовать в судебном порядке авторов и распространителей клеветы, а ограничился не слишком внятными опровержениями. Однако судиться с газетами и журналами можно годами, а в данном случае нужно было не нанимать адвокатов, а действовать, что Путин и предпочел: он принял решение и определил масштабы и задачи массированной военной операции на территории Чечни. Он также убедил президента Ельцина в необходимости такой операции для уничтожения очагов исламского терроризма и ваххабизма в России. Борис Ельцин полностью поддержал в сентябре и октябре 1999 года премьера, и последний докладывал президенту не для получения санкций, а по факту проделанных мероприятий.

Главным инициатором и проводником этих мероприятий со стороны силовых структур был начальник Генерального штаба Вооруженных сил РФ генерал Анатолий Квашнин. Да, завязавшийся на Северном Кавказе узел было решено не развязывать, а рубить — со всеми тяжелыми последствиями такой силовой акции. Но другого выхода просто не оставалось, хотя не все последствия можно было заранее определить — по их характеру и масштабу. Все, что предлагали на этот счет оппоненты Путина, могло лишь еще туже затянуть весь узел чеченских, кавказских, а стало быть, и российских проблем.

Цена решения, которое принял Путин, высказавшись за полную и решительную ликвидацию бандитского и террористического анклава в Чечне, была высока. Второе поражение федеральных войск в Чечне могло окончательно подорвать престиж армии и Российского государства. Поэтому в действиях В. Путина и генералов решительность и бескомпромиссность сочетались с осторожностью, а это определило тактику военных действий в октябре и ноябре. Не было назначено никаких сроков завершения как всей операции, так и ее отдельных этапов. Детали операции разрабатывались в штабах, но главные вопросы стратегии и тактики решались на оперативных совещаниях, которые Путин проводил с силовыми министрами и приглашенными лицами. Военным было наказано «снарядов не жалеть», но проводить операцию с минимальными потерями.

Вопреки слухам о недовольстве Ельцина усилением авторитета Путина, президент не ограничивал, а расширял в ряде своих указов и распоряжений полномочия премьера. Именно Путин принимал доклады начальника Генерального штаба Анатолия Квашнина и министра обороны Игоря Сергеева. Путин вылетал в Дагестан, а позднее в Моздок, где расположился штаб объединенной военной группировки, включавшей все виды и рода войск. Эта напряженная работа премьера и всех подчиненных ему структур обеспечила успех начавшейся в октябре широкомасштабной военной операции в Чечне.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.

Продолжение на ЛитРес

Почему началась чеченская война и можно ли было ее избежать? Дискуссия в Ельцин Центре

https://www.znak.com/2019-12-10/pochemu_nachalas_chechenskaya_voyna_i_mozhno_li_bylo_ee_izbezhat_diskussiya_v_elcin_centre

2019.12.10

В новейшей истории России две чеченские войны оставили огромный след. Это не только десятки тысяч убитых солдат и гражданских и тысячи русских, покинувших регион. Они влияли на итоги президентских выборов и стабильность на остальной части Северного Кавказа, предопределили экономические отношения с Чеченской республикой и появление в политике главы республики Рамзана Кадырова, ставшего одним из самых влиятельных губернаторов. Но тема чеченских кампаний, по сути, табуирована и обсуждается гораздо реже и скромнее, чем многие другие войны в истории страны. Исправить ситуацию решились в екатеринбургском Ельцин Центре, где прошла конференция «Как война в Чечне изменила российское общество».

Экс-директор ФСБ России Сергей СтепашинЯромир Романов

«Трагедия, которая не имеет финала»

В Центре собрали бывших высокопоставленных чиновников России и Чеченской республики Ичкерии, правозащитников, военных и юристов. Как объяснил исполнительный директор Ельцин Центра Александр Дроздов, позвать их всех на разговор решились, потому что «Родина устала от вранья». «Разговор будет тяжелым. Сегодня Чечня, как говорит ее лидер, превратилась в райский уголок земли. Хорошо, но не надо забывать, что каждый клочок земли щедро полит кровью. Война в Чечне — трагедия, которая не имеет финала. У каждого своя правда на этот счет. Нам кажется, что это уже „было“, но это событие русской истории относится к таким, которое кажется, что залегло на глубину, но на самом деле болит и кровоточит, — сказал Дроздов. — Всему когда-то приходит итог, все кончается. Очень хочется, чтобы когда-то мы могли сказать, что мы это пережили, мы это поняли и мы извлекли урок из наших кавказских эпопей».

Яромир Романов

Но конференция показала, что даже спустя 25 лет после начала первой войны бывшие руководители России не до конца уверены, что же стало стартовой точкой конфликта. «Мы очень многое переняли от Советского Союза, и прежде всего — советский менталитет. Мы игнорировали всякие мирные переговоры, и у нас было только одно на уме: как все подавить, задавить, а потом праздновать победу, — признался экс-глава администрации президента Бориса Ельцина Сергей Филатов. — В Чечне мы три года боролись за то, чтобы уйти от войны, чтобы ее не было. К сожалению, не получилось».

По его мнению, отправным пунктом для войны стал ГКЧП: тогда многие российские автономии «взорвались», потому что у многих остались обиды от советской системы. «В том числе и у чеченцев. Они всегда были под таким гнетом… Даже в советское время их пришлось несколько раз разоружать, даже применяя тяжелое вооружение, потому что они всегда готовились к тому, чтобы стать самостоятельной республикой», — рассказал он. Филатов признается, что российское руководство рассчитывало, что проблему нарастающих сепаратистских настроений сможет разрешить бывший председатель Верховного Совета РСФСР Руслан Хасбулатов, уроженец Чечни. Но, по его словам, действия Хасбулатова и привели к тому, что к власти пришел советский генерал Джохар Дудаев, который, возглавив республику, очень быстро почувствовал себя вождем и привел к власти бандитов. Решить эту проблему тут же, в 1991 году, Ельцину не дал президент СССР Михаил Горбачев, запретивший вводить войска в Грозный. 

Сергей Филатов с января 1993 года по январь 1996 года руководил администрацией президентаЯромир Романов

«С гор спустились люди с оружием, захватили здание МВД, стали грабить наши военные склады, красть оружие, которым потом торговали. С 1991 года у нас были свои проблемы, у Чечни — свои. Нам было не до Чечни: руки были связаны тем, чтобы более-менее наладить жизнь в России. Ельцин весь 1994 год пытался встретиться с Дудаевым, но за тем стояли люди, которые никак не могли этого допустить. К 1994 году в Чечне сложилось несколько оппозиционных групп, и мы давали деньги Надтеречному району, который Дудаеву не подчинялся, хотели Дудаева „обесточить“. 

Но когда наши танки — а это были наши танки, хотя формально говорили, что они Умара Автурханова, — попали в мешок, который устроил им Аслан Масхадов, это прогремело на весь мир. И через две недели началась война», — рассказал он. Филатов признался, что он жалеет, что правительство России пошло на такой шаг: он считает, что выдавить Дудаева удалось бы и без ввода войск.

Сопредседатель Московской Хельсинкской группы Валерий Борщев, однако, заявил, что с самого начала российские власти лукавили в переговорах с чеченцами, и это лукавство породило многие проблемы. «Подавляющее большинство членов правительства Чечни были за мирный исход и против выхода из состава России. Они говорили, что хотят точно такой же договор, как с Татарстаном, и ничего большего им не нужно. Председатель правительства Виктор Черномырдин говорил, что это не проблема, — но это опять было лукавством», — рассказывал он. Борщев считает, что еще в декабре 1994 года, когда штурм Грозного уже начался, можно было решить вопрос мирным путем. «Мы отправили [правозащитника, бывшего омбудсмена] Сергея Ковалева в Москву, и 6 января он 40 минут разговаривал с Ельциным. Он обрисовал ситуацию, сказал, что Дудаев отказался от выхода из состава России. Он сказал: „Поднимите трубку, позвоните Дудаеву, и этой войны не будет“.

— На что Борис Николаевич тяжело вздохнул и сказал: „Еще не время“.

А потом начались все эти чудовищные акции, о которых вы все прекрасно знаете, и момент был упущен», — вспоминает Борщев.

Сопредседатель Московской Хельсинкской группы Валерий БорщевЯромир Романов

«Вернуть империи отколовшуюся провинцию»

Председатель совета правозащитного центра «Мемориал» Александр Черкасов также считает, что к войне в конечном итоге привело неумение советских людей — в том числе и генерала Дудаева — вести дипломатические переговоры. «После октября 1993 года политтехнологи говорили: надо вернуть электорат, сделать что-то национально-патриотическое. Например, вернуть империи отколовшуюся провинцию. И после этого переговоры исчезают, начинается накачка деньгами и оружием оппозиции в Чечне. Это массовая система управленческих ошибок, система без обратных связей, в которых одна и та же структура планирует, осуществляет операцию, анализирует ее результаты и планирует дальнейшие действия. Здесь есть безумная логика, но она есть», — рассказал он.

Следование этой безумной логике привело к потере более чем 5 тыс. сотрудников различных ведомств и от 30 до 50 тыс. погибших гражданских в первую войну, из которых больше 20 тыс. погибло при штурме Грозного.

«Но я бы хотел немного защитить воевавших людей. Последний маршал Советского Союза Дмитрий Язов вывел из Москвы войска, когда погибло три человека, потому что он понимал, что может начаться дальше. А люди, не видевшие крови, люди в штатском, принимают гораздо более страшные решения. Потому что в ходе нашей следующей маленькой гражданской войны в Москве погибло уже больше 150 человек, а в Чечне еще больше», — считает Черкасов.

«Война была нужна, так выходит»

Бывший исполняющий обязанности вице-премьера по социальным вопросам в коалиционном правительстве Чеченской республики Ичкерия в 1996–1997 годах Абдулла Истамулов и вовсе считает, что война изначально была кому-то выгодна. «Я вырос в обычной русской деревне, и когда начались эти события, приехал домой, комсомольским работником. Я видел, как с КамАЗов раздавали оружие, я видел эти призывы. Шло к войне, и это чувствовалось», — вспоминает он. Истамулов не верит, что огромные запасы русского оружия случайно оказались в республике. «Почему русские оставили так много оружия в Чечне? Что, нельзя было забрать, не было времени? Да ладно! Если мы брали дворец в Кабуле — что, не могли бы кое-что сделать здесь? Ребята, это же сказки. Значит, война была нужна, так выходит. И она была», — сказал Истамулов.

Абдулла Истамулов не верит, что война была «трагической случайностью», а не чьим-то выгодным предприятиемЯромир Романов

Впрочем, по его мнению, без России Чечню не ждало светлое будущее. «Ичкерия была гнойником, и она была создана искусственно. Это было то же самое Косово, его использовали абсолютно все. Через него шло оружие и что угодно, по два самолета в день. Много кому это было выгодно», — считает он. Истамулов уверен, что без России Чечню, у которой нет своей привычки государственности, ждет Турция, которая могла бы использовать республику как своего воина, или другие страны. «Запад через Грузию говорит нам [свои предложения], и что нас тогда ждет? Что мои внуки будут ходить в школу мимо гей-клуба? Я не хочу так жить, я лучше умру», — сказал он.

«Авантюрное решение ввести танки в Грозный привело к огромным потерям»

Итоги беседы подвел первый директор ФСБ Сергей Степашин, воевавший в первую чеченскую кампанию. Он считает, что к началу чеченской войны договориться с Дудаевым было уже нельзя. «Мало кто знает, но 28 декабря я прилетел в Дагестан, встречался с Султаном Гелисхановым (министром внутренних дел Ичкерии — прим. Znak.com), который приехал с письмом от Дудаева, а я — с посланием от Ельцина. Было понятно, что мы готовимся к штурму Грозного. Было предложено [решение], он послал нас подальше: „Аллах акбар“. Коммунист, который лупил по Афганистану, говорит: „Аллах акбар“. Откуда у него Аллах-то?», — вспоминает Степашин. 

Степашин заявил, то в Чечне Россия столкнулась не только с сепаратистами: здесь уже тогда испытывали будущий Талибан и ИГИЛ: «Мне говорил об этом покойный Масхадов. Там столько всякой нечисти болталось, кого там только не было».

По его словам, страна была не готова к войне, но даже после ввода войск в 1994 году можно было обойтись без дикого кровопролития. «У нас были потери пять человек, город еще никто не бомбил, никто не трогал. То, что города не берут танками, знает любой лейтенант. Авантюрное решение ввести танки в Грозный и привело к огромным потерям. Можно было уйти, но сработала военная машина, которая пошла по своему пути», — признался бывший глава ФСБ. Но, по его словам, выводы из первой кампании были сделаны, и этот опыт лег в основу второй войны. «Но всю правду [о первой войне] мы никогда не узнаем. Даже, может быть, и я — хотя я в то время возглавлял разведку страны», — добавил Степашин.

Хочешь, чтобы в стране были независимые СМИ? Поддержи Znak.com

Хроника чеченской войны. Часть 2

18 апреля 2020 г.

Хроника чеченской войны. Часть 2

Человеческая цена двух чеченских кампаний была очень высока и для чеченцев, и для русских. Тысячи российских солдат и офицеров потеряли жизни, бесчисленные невинные мирные жители стали жертвами чеченского терроризма или погибли в ходе воздушных и артиллерийских обстрелов мятежных деревень и столицы Грозный федеральными войсками.

Однако вторая чеченская война показала, что армейское командование и российское общество в целом теперь поняли более ясно, чем в 1994-96 годах, как велики ставки в этом конфликте.

Напомним кровавые вехи чеченского террора. О них не вспоминают наши западные «партнеры», призывающие нас посыпать голову пеплом по «жертвам 11 сентября», весьма и весьма, как оказалось, сомнительным. Но наши реальные жертвы не должны быть забыты!

Хроника второй чеченской войны

1999 год

1 августа в связи с обострением обстановки на границе с Чечней в Дагестан направлен специальный сводный отряд милиции.

2 августа около 400 боевиков под командованием Шамиля Басаева и Хаттаба вторглись на территорию Дагестана.

10 августа Исламская шура Дагестана приняла декларацию о создании независимого мусульманского государства и объявила джихад «за освобождение от вековой российской оккупации». Возглавить священную войну предложено чеченскому полевому командиру Шамилю Басаеву.

11 августа федеральные войска начинают операцию по освобождению сел, захваченных дагестанскими и чеченскими бандитами.

15 августа федеральные войска начинают штурмовую операцию по освобождению сел Ботлихского района Дагестана.

16 августа Аслан Масхадов объявил о введении в Чечне чрезвычайного положения.

17 августа Министерство печати обратилось к руководителям крупнейших телерадиокомпаний с требованием не предоставлять эфир лидерам чеченских боевиков.

24 августа федеральные войска вытеснили группировки Басаева и Хаттаба из Дагестана в Чечню, потеряв (по официальным данным) 59 человек убитыми и более 200 ранеными.

26 августа председатель Правительства сообщает о завершении первого этапа операции в Дагестане.

29 августа начата операция по разоружению боевиков в селах Карамахи и Чабанмахи.

4 сентября теракт в Буйнакске: в результате взрыва пятиэтажного дома, в котором жили семьи военнослужащих 136-й бригады Минобороны, погибли 64 и ранены 120 человек.

В ночь с 8 на 9 сентября взрыв жилого дома в Москве на улице Гурьянова: погибли около 90 человек.

12 сентября руководство федеральных войск заявляет об установлении полного контроля над селами Карамахи и Чабанмахи.

13 сентября в день траура по жертвам взрывов в Буйнакске и Москве взорван жилой дом на Каширском шоссе: погибли более 120 человек.

15 сентября министр обороны Игорь Сергеев докладывает Высшему руководству страны: территория Дагестана полностью очищена от боевиков.

17 сентября взрыв жилого дома в городе Волгодонске Ростовской области: 17 человек погибли, около 150 ранены.

20 сентября начато создание «санитарной зоны» вокруг Чечни.

24 сентября на пресс-конференции в столице Казахстана Астане российский премьер-министр заявил, что «российские самолеты наносят и будут наносить удары в Чечне исключительно по базам террористов. Мы будем преследовать террористов всюду. Если в туалете поймаем, то и в сортире их замочим».

30 сентября российские войска при поддержке авиации начали крупномасштабную наземную операцию в Чечне.

3 октября боевики сбили российский штурмовик Су-25.

4 октября боевики сбили российский бомбардировщик Су-24.

6 октября Аслан Масхадов ввел в республике военное положение.

10 октября Аслан Масхадов отстранил от должности муфтия Чечни Ахмада Кадырова, отказавшегося объявить России джихад.

11 октября Аслан Масхадов предложил план мирного урегулирования конфликта. Российское руководство отказалось вести какие-либо переговоры до выдачи террористов.

12 октября российские войска перешли Терек под предлогом блокирования Шамиля Басаева в поселке Горагорский.

15 октября полномочным представителем Правительства Российской Федерации в Чеченской Республике назначен Николай Кошман.

16 октября начало «второго этапа антитеррористической операции» – освобождения правобережной Чечни.

22 октября в Москве задержан полномочный представитель президента Чечни в России Майрбек Вачагаев.

25 октября чеченцы объявили о начале операции «Джихад-2», которая должна привести к полному вытеснению федеральных сил из Ичкерии.

29 октября Ахмад Кадыров объявил три восточных района республики «зоной, свободной от ваххабизма».

2 ноября Аслан Масхадов объявил амнистию лицам, в годы первой чеченской войны сотрудничавшим с завгаевским правительством и федеральными войсками.

5 ноября российскими федеральными властями помилован и освобожден из заключения Бислан Гантамиров.

7 ноября Аслан Масхадов обратился к США и ООН с призывом стать посредниками в урегулировании чеченского конфликта.

10 ноября российские войска начали штурм села Бамут.

11 ноября российские войска без боя вошли в Гудермес по приглашению Ахмада Кадырова и Сулимы Ямадаева.

16 ноября в Саратове сформирован Грозненский райотдел милиции.

18 ноября чеченская делегация во главе с официальным посланником Аслана Масхадова Саид-Хасаном Абумуслимовым не была допущена на саммит ОБСЕ в Стамбуле.

26 ноября объявлено о начале третьего этапа антитеррористической операции – штурме Грозного и Урус-Мартана.

27 ноября Николай Кошман начал формирование временной администрации Чечни.

8 декабря начался штурм Урус-Мартана, в котором вместе с российскими войсками участвовали ополченцы Бислана Гантамирова.

10 декабря лидеры Европейского союза на саммите в Хельсинки предупредили Россию о возможности введения против нее санкций, если боевые действия в Чечне не будут прекращены.

13 декабря Государственная Дума приняла постановление об амнистии «в отношении лиц, участвовавших в противоправных деяниях, связанных с вооруженным конфликтом» в Чечне.

14 декабря российские войска начали блокировать Грозный и заняли его восточное предместье – Ханкалу.

23 декабря на заседании Правительства было объявлено о начале мирного этапа операции в Чечне – восстановлении экономики; в Москву приехал Ахмад Кадыров.

2000 год

9 января боевики захватили Шали и Аргун.

В ночь с 17 на 18 января начался реальный штурм Грозного.

24 января отправлен в отставку главком внутренних войск Вячеслав Овчинников, на его место назначен Вячеслав Тихомиров.

26 января Министерство обороны огласило данные о потерях: с августа 1999-го убиты 1173 и ранены 3487 военнослужащих.

1 февраля полторы тысячи боевиков, оборонявших Грозный, покидая город, попали на минные поля.

3 февраля журналист радио «Свобода» Андрей Бабицкий, арестованный федеральными властями, «передан боевикам».

6 февраля было объявлено о завершении операции по освобождению Грозного.

18 февраля Генеральная прокуратура возбудила уголовное дело против Аслана Масхадова по статье «вооруженный мятеж».

29 февраля российские войска взяли Шатой – последний город, остававшийся во власти сепаратистов.

29 февраля – 2 марта 84 десантника из Псковской дивизии погибли в бою у села Улус-Керт, сдерживая прорыв крупного отряда боевиков в Дагестан.

2 марта в пригороде Грозного расстреляна колонна подмосковного ОМОНа (20 человек убиты, 31 ранен).

13 марта Генпрокуратура предъявила обвинение Салману Радуеву, захваченному в результате спецоперации.

21 марта завершились двухнедельные упорные бои с отрядом Руслана Гелаева в селе Комсомольское.

29 марта расстреляна под Джаной-Ведено колонна ОМОНа из Перми.

18 апреля Аслан Масхадов заявил о своей готовности к мирным переговорам.

21 апреля Аслан Масхадов отдал приказ о приостановке боевых действий.

24 апреля командование федеральной группировки в Чечне заявило, что Грозный полностью разминирован.

3 мая в Гудермесе арестован Хожахмет Яриханов, которого рассматривали как возможного посредника для переговоров с Асланом Масхадовым.

16 мая Аслан Масхадов объявил о начале широкомасштабного наступления с 20 мая.

27 мая в Грозном обстреляна мобильная группа Иркутского ОМОНа, на фугасе подорвался «Урал» с бойцами Ставропольского ОМОНа.

28 мая в Веденском и Ножай-Юртовском районах началась крупная войсковая операция по уничтожению «остатков бандформирований».

8 июня Президент России подписал указ «Об организации временной системы органов исполнительной власти в Чечне».

12 июня главой администрации Чечни назначен Ахмад Кадыров.

26 июня в Веденском ущелье под Сержень-Юртом возобновились крупномасштабные боевые действия против отряда Хаттаба.

2 июля практически одновременно в Аргуне, Гудермесе и Урус-Мартане водители-камикадзе на грузовиках, начиненных взрывчаткой, подорвали военные казармы и отделения милиции.

18 июля отряд милиционеров Бислана Гантамирова блокировал резиденцию Ахмада Кадырова в Гудермесе. Представитель президента в Южном федеральном округе Виктор Казанцев получил распоряжение примирить конкурентов.

29 июля полномочный представитель Президента России в Южном федеральном округе Виктор Казанцев заявил, что в Чечне следует договариваться с полевыми командирами небольших бандформирований.

30 июля в Грозном возобновлена подача электроэнергии; подразделения российских войск 11 раз подвергались обстрелам. Погибли двое и ранены 10 сотрудников МВД.

31 июля при проведении подразделением МВД РФ спецоперации в селе Октябрьское убит помощник Аслана Масхадова по финансовым вопросам Умар Пашаев. В районе селения Шалажи, по данным российских военных, произошел бой между группами боевиков под командованием полевых командиров Арби Бараева и Руслана Гелаева.

2 августа в Урус-Мартане убит взрывом глава администрации Магомед Шамсуев. В Чечне обезврежено 18 взрывных устройств. Российское военное командование привело данные о том, что с начала контртеррористической операции на Северном Кавказе – со 2 августа 1999 года – федеральные силы уничтожили около 14 тыс. боевиков.

Первый заместитель начальника Генерального штаба ВС РФ генерал-полковник Валерий Манилов заявил, что за время контртеррористической операции на Северном Кавказе потери федеральных сил составили 2585 погибшими и 7505 ранеными. По его словам, потери федеральных сил в ходе первой чеченской кампании в 1994-1996 гг. составили 3826 погибшими и 17 892 ранеными, 1906 военнослужащих пропали без вести.

10 августа Министерство по делам Федерации, национальной и миграционной политики РФ опубликовало сведения о числе беженцев из Чечни: начиная с 1 сентября 1999 года свои жилища вынуждены были покинуть 502 803 человека.

«Вторая чеченская война» дала ясно понять, что Москва готова была использовать всю свою военную мощь, чтобы восстановить федеральный контроль и отразить любые угрозы целостности России.

Каковы же итоги второй чеченской войны?

Несмотря на всю жестокость, с которой велась войсковая операция, большинство россиян поддержало войну по очевидным причинам. Самозванная независимость Чечни превратила непослушную территорию в анклав беззакония, где людей брали в заложники и даже обращали в рабство. Россия должна была ответить на этот дерзкий вызов безопасности своих граждан. Существование мятежной территории в составе России представляло реальную угрозу целостности страны.

Что касается командования вооруженных сил, то оно восприняло войну как возможность реабилитировать себя после поражений в Афганской войне (1979-89) и первой чеченской войне (1994-96). Российские военные также хотели показать как соседям России, так и НАТО, что Россия будет бороться с исламскими мятежниками твердо и безжалостно, не реагируя на критику западных правительств и международных организаций по правам человека.

Эта и еще множество других интересных статей на нашем канале в «Яндекс.Дзен»

https://zen.yandex.ru/media/id/5de0db0772ab6f0238340b6b/hronika-chechenskoi-voiny-chast-2-5e81c3121a056b3af3dad50a

Парень истории: Вторая чеченская война

Боевые действия вспыхнул в августе 1999 г. в российской части Дагестана как партизаны проникли из соседней Чечни. После нескольких месяцев столкновений и напряженности в приграничной зоне полунезависимое государство Чечня и Российская Республика Дагестана повстанцы захватили контроль над несколькими селами и сражались русские войска. Примерно 2000 самопровозглашенных Исламские повстанцы сражались с растущим числом российских войск. Правительство России уже усилило 17000 солдат в регионе и нанесли авиаудары по повстанцам.В течение первых шести дней после начала войны российские боевые самолеты совершили не менее 200 боевых вылетов.

Местное население не устремились к повстанческому знамени, позволив русским войскам возможность проявить инициативу и изгнать повстанцев Дагестана и обратно в Чечню.

После движения повстанцев из Дагестана, российские войска преследовали повстанцев в Чечня с намерением положить конец распаду сепаратистской республики. существование. С этой целью безжалостный военный толчок к Началась чеченская столица Грозный.Учась на своих неудачах 1994-1996 гг. Войну против чеченцев россияне вели обширную и интенсивное использование дальнобойного оружия. Чеченские города и деревни были сровнены интенсивными российскими воздушными атаками и артиллерийский обстрел, призванный максимизировать потери повстанцев, пока минимизация потерь россиян.

Россия теперь претендует контроль над Грозным, но отряды повстанцев и снайперы продолжают сражаться внутри города, когда война переходит в сельскую местность. Война затем перерос в сельский партизанский конфликт, а затем, к 2002 году, в кампанию городского террора, направленную на ослабление воли России бороться.

Как сельский партизанская война продолжается, чеченское сопротивление начал кровавую кампанию в глубинке России. Постоянный взрывы вызвали ужас в Москве и других городах России как чеченцы нацелены на метро, ​​концерты, коммерческие самолеты, театры, а в сентябре 2004 г. — средняя школа в г. город Беслан, где были сотни детей и родителей. убит. Чеченские террористы также взорвали бомбы смертников в Московский аэропорт Домодедово 24 января 2011 г. не менее 35 и более 150 раненых.

Один из утверждения правительства Путина заключаются в том, что чеченцы поддерживает связи с Аль-Каидой, исламской террористической сетью, основанной Усама бен Ладен. Существуют доказательства, подтверждающие это утверждение, которое помогает Москве в ее утверждении, что они тоже являются частью всемирная война с террором, объявленная президентом США Джордж Буш.

Российские потери продолжают расти, преследуя чеченские силы в горные районы на юг. Также области, которые Россия претензии умиротворяются, периодически устраиваются засады российских войск.Война за Чечню, похоже, не принесла конец виден.

Вторая чеченская война — Российская Федерация

Заявление Елены Боннер в Сенат Комитет по международным отношениям 4 ноября 1999 г.
Основная причина второй чеченской войну следует искать в особенностях нынешней российской политической сцена. Первая война была нужна, чтобы переизбрать президента Ельцина. Этот война нужна, чтобы поднять позицию в опросах нынешнего премьер-министра, Владимир Путин, которого президент Ельцин публично назвал своим избранником преемник.Для российской армии война привлекательна тем, что дает генералам возможность отомстить за свои поражения в афганском война и в первую (1994-1996) чеченскую войну. Они считают, что перестройка и Горбачев предотвратил их победу в Афганистане, и что в Чечне, Виноваты в этом Александр Лебедь, российская свободная пресса и общественное мнение. Для военно-промышленного комплекса — в стесненных условиях, так как распад Советского Союза — война — это деньги и новые заказы. Для Администрация президента, для министров правительства и для думских политиков, война нужна, чтобы реанимировать патриотические лозунги и отвлечь общественное внимание от коррупции и финансовых скандалов к врагу — в этом ситуация, чеченцы.Режим не нашел другого выхода, кроме войны сплотить общественность, из которых одна треть или 51000000 человек живут ниже уровень бедности. Частая смена премьер-министров в прошлом год (примечательно, что все трое были связаны с КГБ) возможно, был результатом сознательного или подсознательного поиска кто-то способный решиться на войну. Примаков был слишком осторожен. Степашина увольнение, скорее всего, было результатом его готовности поговорить с чеченскими президента Аслана Масхадова, и даже устроить встречу Масхадова с Ельцин.Путин занял место Степашина, скорее всего потому, что он признал желание Кремля войны, а не мира. Напомним, что в августе прошлого года в одном из своих первых интервью на посту премьер-министра он ответил на вопрос о своем отношении к назначению, заявив: «Я солдат». Позже Путин v не президент v первым заявил, что Хасавюрт соглашение и мирный договор, подписанные Ельциным и Масхадовым, не имели смысла. клочки бумаги Путин ложно утверждал, что Масхадов не является законным президент, так что с ним нет смысла вступать в переговоры.Общественное мнение в России признало, что взрывы жилых домов в России и сотни смертей в результате, даже несмотря на то, что чеченский связь с этими взрывами остается недоказанной, а рейд в Дагестан оправдать античеченскую кампанию.

Взрывы позволили нашим русским политики называют эту войну борьбой с международным терроризмом и Российские офицеры объявят на весь мир о возбуждении уголовного дела эта война до самого конца и не позволит прекратить жертвы среди гражданского населения их.В массах развернулась беспрецедентная античеченская кампания. СМИ, особенно на телевидении. Чеченцы изгнаны из городов России, Москва лидирует в нарушении их охраняемых законом прав. Во время первой чеченской войны погибло от 100 до 130 тысяч человек. Судьба более 1500 человек, пропавших без вести во время чисток местное население и из лагерей для задержанных остается неизвестным. Все города в Чечня, многие ее города и села, вся ее инфраструктура, ее учреждения образования, медицины и культуры, а также его фабрики и другие предприятия были разрушены.После войны почти вся городская население Чечни осталось без работы. Преступность возросла. Похищение выкуп стал обычным делом. И все же с невероятным усилием после войны люди кое-как ремонтировали свои дома, собирались фермеры урожай, и чеченцам удалось пережить зиму. Все это было выполнено без финансовой помощи России, которая, несмотря на собственную бедность, должна по всей справедливости должен был способствовать восстановлению Чечни после Мирный договор подписали Масхадов и Ельцин.Россия не могла найти любые деньги на обеспечение мира. Но у России есть деньги на войну.

В текущем бюджете военные расходы увеличены на миллиард долларов, заказы на военно-промышленную комплекса были усилены, и премьер пообещал всем солдатам участвующим в боевых действиях платят 1000 долларов в месяц. Откуда эти лишние деньги быть найденным, поскольку даже без войны доходы не покрывают обычные расходы бюджета? Один из способов — просто напечатать больше рублей — в результате инфляция сделает бедных еще более бедными.Налоги будут повышены, который разорит множество малых и средних предприятий. А потом там будут западные займы и деньги от МВФ и других международных агентств, или, по крайней мере, все, что может остаться после выплаты процентов по непогашенным кредиты. Вторая чеченская война, как и первая война, идет косвенно. финансируется «Большой семеркой» и другими экономически развитыми странами. Последствия войны также можно увидеть в недавно принятых указах и правовые меры. Конституционный суд постановил, что студенты в частном порядке колледжи и университеты могут быть приняты до завершения учебы.Президент издал указ, что призывников можно отправлять в бой после шесть месяцев обучения, нарушая принцип использования только добровольцев для вести войны.

Информация о войне рассмотрена и редактируется вновь созданной «Русской информационной службой». и военной цензурой. Практически нет западных или независимых русских журналисты допускаются в зону боевых действий. Работа гуманитарных и человеческих правозащитные организации заблокированы. Доступ наблюдателей ООН и НПО в регион ограничено.

Когда они начали военные действия, российские генералы заявили, что их целью было создание санитарного кордона вдоль границы с Чечней, но с середины октября и после наступления против Грозного и Гудермеса, стало ясно, что это объявление сделано только для того, чтобы успокоить общественное мнение. Ракетный обстрел Грозного рынок, когда было убито более 150 человек, в том числе 13 младенцев в близлежащий родильный дом, обозначил вторую, еще более жестокую фазу войны.Характерно, что в этом случае, как и во всех предыдущих и последующих случаи безжалостных обстрелов мирных жителей, российских чиновников, в том числе Премьер-министр Путин солгал и отрицал, что инциденты имели место. Президент Масхадов в своем обращении 29 октября к Папе Иоанну Павлу II от имени мирного населения Чечни написали, что 3600 человек, в основном женщины и дети, были убиты и более 5500 ранены в результате российской бомбардировки, обстрел и другие боеприпасы. В тот же день колонна беженцев, в составе которой пять машин Красного Креста с четкими обозначениями, атаковали российские самолеты, и по свидетельствам очевидцев погибло более 25 человек и более чем 70 раненых.

С каждым днем ​​увеличивается количество жертв. В количество беженцев из Чечни в соседних регионах перевалило за Марка 250,000. Большинство из них находится в Ингушетии — около 190 000 беженцев, поскольку 1 ноября. Этот приток создает непосильную нагрузку на инфраструктуру. небольшой республики с мирным населением 340 000 человек. Тем не менее, Президент Ингушетии Руслан Аушев выразил протест, когда российская армия перекрыли границу с Чечней. Аушев заявил, что Ингушетия готовы принять больше беженцев, спасающихся от смертоносных бомбардировок.

Положение беженцев крайне тяжелое. сложно. Утверждение, что в Ингушетии не существует гуманитарной катастрофы это еще одна ложь, придуманная российским правительством, чтобы представители международных организаций может быть отказано в доступе к беженцам и не могут стать свидетелями массовых нарушений прав человека. Не хватает палаток, печей, детских кроваток, одеял, теплой одежды и ночью температура уже опускается ниже нуля. Не достаточно питьевая вода и сантехника.Отсутствие врачей и медсестер, лекарств, и хирургические принадлежности имеют решающее значение. Муки не хватает для пекарни. Очень не хватает других продуктов питания, в том числе молока и детская смесь. Ежедневно десятки людей, в первую очередь младенцев и пожилые люди умирают от холода, болезней и ран. Помощь ООН и др. гуманитарных организаций, которые достигли беженцев, пока недостаточно.

Кроме того, часть помощи была как сообщается, попал в руки военных.Если поток помощи не быстро и существенно увеличивается, бесчисленное количество смертей от эпидемий, можно ожидать недоедания и экстремальных холодов. Гуманитарный катастрофа уже существует, и только крупная международная помощь может предотвратить его дальнейшее продвижение.

Ковровые бомбардировки и обстрелы городов, деревни и колонны беженцев, пытающиеся покинуть зону боевых действий, составляют грубое нарушение Женевской конвенции о защите Гражданские лица во время войны и Дополнительные протоколы и демонстрация полное игнорирование российским правительством этих чрезвычайно важных международные соглашения.Средства, использованные для ведения этой войны, демонстрируют Ясно, что это не борьба с террористами; русские генералы пытаются уничтожить большую часть чеченского народа и изгнать те, кто выжил на родине. Их цель — сохранить Чечню. в составе РФ — но без чеченцев. Это геноцид. Это не очередное рутинное нарушение прав человека — это преступление против человечности. И это уже не может быть исключительно внутреннее дело России, как бы часто президент Ельцин и Премьер-министр Путин пытается отстаивать эту точку зрения.

Доктрина российских противоповстанческих действий во время второй чеченской войны 1999-2009 гг. — Обзор Джорджтаунских исследований безопасности

Российские войска во время Второй чеченской войны. Фото: Wikimedia Commons.

Медведь, покоряющий волков

До того, как русский народ стал нацией, Россия была империей. Это имеет серьезные последствия для антиповстанческой доктрины Кремля, поскольку Россию лучше всего описать как государство-нацию, а не как национальное государство.Учитывая уникальную идентичность России, сама легитимность действий Кремля может быть поставлена ​​под сомнение, что усугубляет небезопасность России, что, в свою очередь, способствует внутреннему наступательному мышлению. Эта тенденция к агрессивным действиям довольно четко проявилась после распада Советского Союза, когда страх распада стал реальностью. Однако такое наступательное мышление имело обратные последствия, поскольку Россия постепенно разрушала Республику Ичкерия как «автономное политическое сообщество», [i] подпитывая коррупцию и преступность, а не подавляя их, и угождая экономической неопределенности и небезопасности.Результатом стал рост все более мощных антироссийских настроений. В результате чеченцы остались ни с чем, что побудило многих поддержать оппозиционную идентичность, которую представляют повстанцы в Ичкерии. Недальновидный исторический подход России означает, что чеченское восстание никогда не будет полностью подавлено в регионе. Конфликт повторяется из-за репрессивных и принудительных мер, которые перевешивают любые реальные шаги по завоеванию «сердец и умов» местных жителей. Поскольку репрессии так укоренились, маловероятно, что Россия когда-либо сможет полностью победить повстанческие элементы на Северном Кавказе.

В отличие от типичного западного подхода, Москва сосредоточила внимание на «сердцах и умах» русского народа, а не на чеченском населении, и использовала жесткий, враждебный подход к устранению предполагаемой угрозы, исходящей из-за пределов ее границ, с упором на иностранные элементы, разжигающие мятеж. В мае 2008 года, например, Владимир Путин заявил, что чеченские повстанцы никогда не были попыткой добиться независимости в середине 1990-х годов, заявив, что конфликт был спровоцирован иностранцами с целью «ослабить место России на мировой арене».[Ii] Москва стремилась к полному контролю над информационными потоками, преследуя цель и манипулируя российским населением и международным сообществом в более широком смысле, подчеркивая проникновение иностранных террористов на территорию России.

Дежавю

Повстанческое движение этого нестабильного района против российского империализма разыгрывается как побитый рекорд. Даже партизаны, которые обычно умеют избегать ошибок прошлого, отражают неудачи своих предков, всегда недооценивая силу воли России по подавлению независимых настроений, выражаемых народом Северного Кавказа.В то же время исторический опыт России с чеченцами научил их, что любая проявленная слабость напрямую приведет к восстанию, а это означало, что Медведь всегда должен был казаться более сильным и недвусмысленно готовым жестоко подавить стаю волков.

Контрпродуктивная политика России «разделяй и властвуй» означала, что Чечня рассматривала российскую империалистическую агрессию в контексте геноцида 300-летней давности, что сделало невозможным концептуализировать любой подход «сердца и умы» в ограниченные временные рамки.Русские исторически считают нелегитимным любое чеченское руководство, не назначенное российским штабом, но и Чечня тоже считала российское правительство нелегитимным, учитывая, что оно снова и снова доказывало, что оно ненадежно. Например, в первые годы существования Советского Союза наиболее влиятельный шейх был приглашен в гости к Ленину в Москву. Но вместо того, чтобы насладиться грандиозным приемом, он был задушен в Ростове-на-Дону, что стало его последней остановкой. [Iii] Затем Советы пообещали предоставить Чечне автономию, но в 1922 году Москва снова отказалась от своего слова, отделив Чечню от государства. остальные горные республики.Это подорванное доверие, которое способствовало насилию во Второй чеченской войне.

Кроме того, чтобы понять идеологическую составляющую конфликта, необходимо вернуться к кампании Екатерины Великой 1780 года по покорению Кавказского региона, которая прочно утвердила ислам в качестве оппозиционной идентичности на Северном Кавказе. Первое значительное восстание произошло в 1784 году и было возглавлено шейхом Мансуром, который призвал к «газавату» против русских оккупантов; его роль была сильно мифологизирована во время Второй чеченской войны и пропагандировалась как символ мятежа.С 1834 по 1859 год имам Шамиль стремился создать Исламское государство, которое снова было мифологизировано в чеченских народных традициях и просочилось в повествования повстанцев. [Iv]

В ответ Россия внедрила в Чечню контр-идеологию в середине 19 годов, чтобы ослабить повстанческое движение имама Шамиля. Кунта-хаджи, мусульманский проповедник, был посажен русскими в Чечню для прекращения боевых действий путем обращения населения в зикризм, ненасильственное суфийское направление ислама.Его учение о ненасилии и пассивном сопротивлении стало популярным среди населения, измученного почти пятидесятилетней Кавказской войной. Пацифисты суфийского движения Кадирийя росли и в конечном итоге составили около 70% населения, [v] подчеркивая успех завоевания «сердец и умов» местных жителей. Однако Кунта-хаджи был взят под стражу в 1863 году, так как его успех считался угрозой для России. Это привело к Битве кинжалов, в которой участвовали 3000 мюридов Кунта-хаджи, вооруженных только церемониальными кинжалами, которые начали атаку, пытаясь освободить своего учителя в Шали.Повстанцы были разогнаны регулярными войсками генерала Туманова. Хотя эта атака и не увенчалась успехом, она возобновила идеологическую битву против России. Таким образом, это событие содержит важные параллели со Второй чеченской войной, поскольку введение контридеологии также было осуществлено в начале 2000-х годов. Современный преемник Кунта Хаджи воплощен в Ахмеде Кадырове, чьи суфийские убеждения совпадают с пропутинским мировоззрением, апеллируя к людям, потерявшим интерес к войне из-за ужасных человеческих жертв и огромных страданий.

Кроме того, русские вторжения в 18 и 19 гг. Против Накшбанди тариката обеспечили мобилизационную основу для будущих движений сопротивления. В частности, генерал Алексей Ермолов 19 гг. Своей жестокой тактикой вызвал гнев повстанческих сил. Его безжалостная кампания, известная как «мясник», «установила в коллективном сознании чеченцев, что российскому имперскому правительству нельзя доверять», и поэтому была названа нелегитимной.[vi]

Даже если не восстать физически, концепция «пассивного сопротивления» в мусульманской вере означает, что «война мыслей» продолжается, что, в свою очередь, приводит к принудительным кампаниям России, только когда-либо достигающим краткосрочного успеха. [Vii] Отчаянные попытки найти Будучи альтернативой российским империалистам, исламский фундаментализм предоставил Чечне путь к созданию собственного правительства и установленных моральных и правовых кодексов, сделав российское управление излишним. Оппозиционная идентичность во Второй чеченской войне, а именно ваххабизм, была введена в 1986 году и распространилась из Дагестана в Чечню, подчеркнув природу проницаемых границ внутри региона.

Назначение Повелителя блох

Ахмед-хаджи Кадыров предпочел встать на сторону русских в самом начале войны 1999 года, что дало Кремлю важный рычаг, которого им не хватало в прошлом: уважаемого лидера с идеологией. Хотя Кадыров открыто выступал против России, его разделяли особые отношения с Путиным. Этот куплет должен был превратить конфликт во внутреннюю политическую борьбу за власть, еще больше разделив мятежников и уничтожив мятежные элементы изнутри.Внутренняя борьба Чечни за власть стала напоминать гражданскую войну. И федералисты, и силы, выступающие за независимость, становились все более разрозненными, и этот хаос на местах означал, что Россия могла сдерживать восстание. Ахмад Кадыров был яростным противником ваххабизма, который он считал чужеродным идеологическим компонентом, положившим начало войне. Но в то же время у него были многочисленные личные контакты с ведущими полевыми командирами, которые могли оказаться полезными. Более того, Путин чувствовал, что может контролировать Кадырова, поскольку ему нелегко изменить свою лояльность Кремлю из-за кровной мести с лидерами джихадистов, которую Кадыров устроил во время первой войны.

Выращивание «человеческой территории» было особенно уместно в рамках этого повстанческого движения. [Viii] Сосредоточившись на «культурно-ориентированной войне», российские власти начали рассматривать учение Кунта Хаджи как ветвь ислама, которую можно было бы использовать, чтобы свести на нет антипатию. -Российские силы в регионе. [ix] Кунта Хаджи, основатель зикризма, пропагандировал «непротивление злу», которое работало в середине 19 века, чтобы обратить измученное чеченское население ближе к концу войны.[x] Кишиев, как его также называли, выступал за ненасильственное сопротивление русским неверным, тем самым давая чеченцам возможность сопротивляться. Но вместо того, чтобы действовать посредством насилия, они продолжали сопротивляться мысленно.

Россия понимала, что силы ППД должны адаптироваться к социальной сфере, поэтому проникновение в умы повстанцев было ключевым моментом. Это подчеркивает важность распознавания особенностей повстанческого движения для понимания его мышления. Действительно, 56% чеченцев считают, что боевые действия продолжаются из-за желания мести, и только 24% считают, что причиной была независимость.[xi] Чеченские боевики, нажившие себе врагов в межвоенный период 1994–1996 годов, пополнили ряды промосковской чеченской администрации, чтобы свести счеты со своими личными целями и врагами. Примечательно, что эта враждебность выходила за рамки сепаратистской стороны конфликта. Слияние бывших повстанцев с ППД, когда ими руководили примерно две трети кадыровских отрядов, сделало борьбу внутренней [xii]

.

Кадыров был назначен Повелителем блох для противодействия повстанцам, но в то же время Кремль сохранил за собой центральный контроль.Это происходило по-разному, но наиболее очевидным из них было строительство параллельных силовых баз — таких, как командир чеченского ОМОНа (спецназа) Муса Газимагомадов в Шатойском районе в южной части — для противодействия его влиянию. [xiii] Эти пересекающиеся центры власти вращались вокруг Кремля, и большинство из них очень подозрительно относились к Кадырову, их главному оппоненту. Эта умная тактика постепенно изменила имидж России, превратив войну во внутреннюю борьбу за политическую власть.Даже после убийства Кадырова в 2004 году, когда Алу Алханов занял пост президента, исторический рассказ снова вышел на первый план: Алханов предположил, что он был истинным последователем Кунта Хаджи, учитывая, что он всегда был верен России, в то время как Рамзан, учитывая его мятежное прошлое, был больше похож на имама Шамиля. [Xiv] Однако Рамзан Кадыров был более искусным в использовании культуры и религии для формирования идеологий для противодействия повстанцам. [Xv]

Заключение

Россия исторически демонстрировала мощную способность перехитрить повстанцев до того, как они смогут набрать достаточный импульс, чтобы исчерпать российские ресурсы и решиться.Российский полковник Сергей Куликов, цитируя выступление Кеннеди в 1962 году в Вест-Пойнте, заявил, что «война с повстанцами… — это война, в которой победа достигается путем обременения и истощения сил противника, а не путем его уничтожения». [xvi] Обычно это было целью блох: истощить солдат и волю народа, чтобы заставить врага сдаться и уйти. Однако России удалось преодолеть эту дилемму, призвав и высасывая мятежников, чтобы заставить их остаться. Прагматично насильно накормив лидеров повстанцев ложкой сахара, чтобы лекарство пошло на убыль, Москва выработала исторически совпадающую контридеологию.Россия истощила как повстанцев, так и местных жителей, используя жестокую тактику принуждения, а затем, когда их воля к борьбе была почти угасла, внедрила ненасильственную контр-идеологию.

Морской пехотинец США Томас Хэммс утверждает, что «основным оружием в борьбе с повстанцами остается хорошее управление» [xvii], чего Москва не смогла предоставить. Неспособность России связать свои политические средства и цели приводит к явной неспособности справиться с давлением социально-экономического развития Чечни.Таким образом, он вынужден принять нетипичную стратегию завоевания «сердец и умов», построенную вокруг нарратива о спасении чеченцев от их собственного незаконного правительства. Традиционный подход «сердца и умы» просто никогда не применялся, хотя он, вероятно, привел бы к большему успеху, потому что он чужд историческому и культурному мировоззрению России, а у Кремля не было инструментов или ресурсов для такой кампании. Прочные границы Северного Кавказа означают, что полная победа невозможна.В конце концов, повстанец побеждает, если он не проигрывает, и противодействующий повстанцу проигрывает, если он не побеждает. История борьбы с повстанцами — это повторяющийся кошмар для России, который, как матрешку, можно обезглавить по одной голове за раз. Но иллюзорный успех разрушается из-за того, что куклу можно просто снова и снова собирать снова и снова.


Библиография

[i] Стивен Бланк, «Российский Ольстер: чеченская война и ее последствия», Демократизация , том 9, вып.1, (Зима, 2001 г.), 6.

[ii] Роберт В. Шефер, Повстанческое движение в Чечне и на Северном Кавказе: от Газавата до джихада , (Санта-Барбара, Калифорния; Praeger, 2011), 266.

[iii] Роберт В. Шефер, Повстанческое движение в Чечне и на Северном Кавказе: от Газавата до джихада , (Санта-Барбара, Калифорния; Praeger, 2011), 97.

[iv] Джейкоб Кипп, «Войны России в Чечне», The Brown Journal of World Affairs , Vol.8, № 1, (Зима / Весна 2001), 50.

[v] Роберт В. Шефер, Повстанческое движение в Чечне и на Северном Кавказе: от Газавата до джихада , (Санта-Барбара, Калифорния; Praeger, 2011), 97.

[vi] Там же, 61.

[vii] Там же.

[viii] Эмиль Сулейманов, «Этнография борьбы с повстанцами: кадыровцы и политика России по чеченизации», Постсоветские дела, , 31: 2, (2015), 91.

[ix] Там же.

[x] Роберт В.Шефер, Повстанческое движение в Чечне и на Северном Кавказе: от Газавата до джихада , (Санта-Барбара, Калифорния; Praeger, 2011), 244.

[xi] Джосс Микинс, «Другая сторона монеты: русские в Чечне», Small Wars Journal , https: //smallwarsjournal.com/jrnl/art/the-other-side-of-the-coin -русские-в-Чечне.

[xii] Там же.

[xiii] Роберт В. Шефер, Повстанческое движение в Чечне и на Северном Кавказе: от Газавата до джихада , (Санта-Барбара, Калифорния; Praeger, 2011), 284.

[xiv] Андрей Смирнов, «Кадыров обращается к зикризму, чтобы узаконить свое правление», Северо-Кавказский еженедельник, выпуск 11, Джеймстаунский фонд , 1 января 1970 г., https://jamestown.org/program/kadyrov- обращается к-зикризму-узаконить-его-правило-2 /.

[xv] Роберт В. Шефер, Повстанческое движение в Чечне и на Северном Кавказе: от Газавата до джихада , (Санта-Барбара, Калифорния; Praeger, 2011), 235.

[xvi] Сергей Куликов, Пер. Роберт Р.Любовь, «Повстанческие группы в Чечне», Военное обозрение , том 83, выпуск 6, (ноябрь / декабрь 2008 г.), 24.

[xvii] Эндрю Мамфорд, Миф о борьбе с повстанцами: британский опыт нерегулярных войн , (Нью-Йорк; Рутледж, 2012 г.), 10.

Вторая чеченская война: свидетельство очевидца

Иллюстрация Полины Заславской. Все права защищены.

Примечание редакции: В августе 1999 года российские войска начали жестокую воздушную кампанию против Чечни, убив и вынудив десятки тысяч людей бежать.Спустя несколько недель, после серии взрывов жилых домов в России, президент Путин объявил чеченского президента и парламент нелегитимными и приказал наземное вторжение.

Абдул Ицлаев испытал этот конфликт в своем родном селе Гойское, расположенном в Урус-Мартановском районе к юго-западу от столицы страны Грозного. Здесь мы публикуем отрывок из его будущих мемуаров.

Вторая война пришла в мое родное село Гойское в пятницу, 10 сентября 1999 года.

Было два выстрела с воздуха, первый в 11.30, второй в 13.30. Их цели: телевизионная ретрансляционная станция и мост через реку Гойтинку. Были разрушены и жилые дома. Разлетевшиеся осколки ранили Ахо Бакаева и убили на месте старого Зелимхана Ибиева.

На дороге не от моста в машине моего соседа и учителя Мансура Экиева, его жены и детей были выбиты дыры. На второе утро все отправились в Грузию, а оттуда в Европу.

Мой собственный дом не остался невредимым. Десяток осколков попали в крышу, еще один влетел в окно и застрял в стене. Я построил свою двухкомнатную хибару (хижину) за год до этого, используя материалы, собранные из руин дома моих родителей, разрушенного во время первой войны. Моя хижина, возможно, больше всего напоминала сарай, но мне она нравилась, как если бы она была дворцом. Иметь крышу над головой — мечта любого беженца. И вот кем я был, проведя более двух лет без крова.

В пятидесяти метрах оттуда, на месте разрушенного дома, стоял дом моей матери. Построенный из использованного кирпича, он имел шиферную крышу и подвал — единственный во всем районе. Соседи укрывались там во время авианалётов и обстрелов. Моя мать жила с моей сестрой и четырьмя братьями. Мы построили этот дом в период с июня по декабрь 1996 года, приехав для этого из Урус-Мартана, где мы прожили больше года в частично построенном доме друга после того, как наша деревня была разрушена.

В результате авиаудара были разорваны линии электропередач. Насосная станция перестала работать из-за отсутствия энергии. Мы получили воду из реки. После дождя вода представляла собой смесь песка и глины, а осадок заполнял половину ведра.

Нашей единственной связью с внешним миром было старое транзисторное радио. Комментируя передвижение армии в Чечне, представитель российского Генштаба генерал Манилов часто упоминал Гойское. По его словам, удары наносились по объектам боевиков, хотя в тех местах, о которых он говорил, было совершенно негде спрятаться.Все было стерто с лица земли и разбомблено еще в 1996 году.

Посторонние в селе не ступали. Таково, как все решили, судьба Гойского: быть раздавленным войной во второй раз. Оставшихся в поселке было около четырех десятков человек.

В начале декабря обстрелы начали усиливаться. Военные силы сосредоточились в непосредственной близости от Урус-Мартана.

У них были ракеты, которые взорвались прямо над землей, и они оказались ужасным оружием.Здания оказались изрешеченными сверху донизу осколками. Оставаться в деревне было невозможно. Воспользовавшись перерывом между рейдами, мы переехали к моей двоюродной сестре в соседнее Алхазурово. В одном доме укрылись восемь семей. Под навесом во дворе находился блиндаж для детей и женщин.

Война тем временем шла по пятам. На подходе к Альхарзурово в результате авиаудара уничтожены автомобиль «Москвич» и мотоцикл, на которых Саламбек Сосламбеков и Мумаид Габзаев перевозили предметы домашнего обихода.И Сосламбеков, и Габзаев погибли; Лом-Али Ингаев получил травму колена.

Первые зачистки

В то утро все Алхазурово говорило о колонне боевиков.

Выехав из Урус-Мартана, они через Мартан-чу, Гой-чу и Алхазурово отошли в ущелье реки Аргун. Пока колонна двигалась, в воздухе не было русских самолетов. Всю ночь артиллерия молчала. Мы были далеко от «большой дороги», боевиков не слышали и не видели.Следующее утро принесло новые новости: Ахмед Закаев остановился здесь на ночлег, но уехал рано утром и сказал, что переезжает в Грузию.

Вечером к воротам подъехала машина. Я вышел к машине и увидел Адама Гацаева. Он был моим учеником примерно на три года моложе меня. В период между двумя войнами он работал на сельскую администрацию. У него были новости и вопрос:

«Военные войска вошли в Урус-Мартан. Сюда Шаманов вызвал представителей трех сел — Алхазурово, Гой-чу и Гойское.Делегации приедут из первых двух, но нам некого отправлять. Юнус обещал, но он стар и болен. Приходите завтра, он может даже не встать — или он может передумать. Может, твой брат поедет со мной?

«Моему брату не место. Если Юнус не сможет или не пойдет, я пойду сам.

Вернувшись из Урус-Мартана, Адам ждал меня на окраине Алхазурово. Я втиснулся в «Жигули», отяжелевший от усталости.Адам рассказал мне, что произошло в пути:

«Люди собрались со всего района. Шаманов лично их приветствовал. Все военные были серьезно смазаны, а водки ждало целое море. И все это в мечети, построенной ваххабитами на центральной площади. Шаманов выступил с речью. Он сказал, что Гойское вызвало у него сильную головную боль и во время первой войны, и что теперь его сотрудники разведки были выведены туда ».

«Какие оперативники? Я ничего об этом не слышал… »

« Насколько я понимаю, российская разведгруппа натолкнулась на группу боевиков, которые отступили из Урус-Мартана.Вынесли БТР … Шаманов обещал завтра в полдень быть в Гойском. Затем последует зачистка, после чего население сможет вернуться. Так сказал Шаманов ».

Владимир Шаманов был генералом, разрушившим Гойское. Еще в 1996 году он также вызвал сельских старейшин на переговоры под Алхазурово и поставил им невыполнимые условия. Затем он вызвал вертолеты. «По крайней мере, позвольте эвакуировать женщин и детей!» они умоляли его.»Нет!» он ответил.

Колонна ползла. Дворы и дома были обысканы сверху донизу, включая подвалы и чердаки. Все, что вызывало малейшие подозрения, подвергалось микроскопическому исследованию.

Мы с Адамом решили: Шаманов завтра не приедет, а зачистка начнется утром. Нам нужно было прибыть в деревню раньше солдат.

По дороге в Гойское Адам рассказал мне больше о встрече накануне. Теперь у округа были лидеры, выбранные или назначенные Бог знает кем.У нас тоже была всего одна карта: если кто-нибудь спросит, мы скажем, что мы местные чиновники. Улицы села были абсолютно пустынны. Адам припарковал «Жигули» во дворе моей мамы. Шана потратила пять минут, рассказывая нам о событиях прошлой ночи, но затем в дальнем конце улицы материализовались бронетехники, а солдаты медленно двигались вдоль заборов.

Мы направились к ним, строго придерживаясь середины дороги. Ни слов, ни лишних движений. Как оловянные солдатики.БТРы остановились. Кто-то упал на одно колено и прицелился в нас. Приклады автоматов воткнулись нам в затылок, спину и живот:

«Кто ты?»

«Местные чиновники. Скажи своему командиру, что мы здесь.

Кто-то говорил в рацию позади нас. Нас подтолкнули вперед: «Вперед! Командир в конце колонны. Колонна была длиной добрый километр. Прежде чем мы дошли до конца, нас останавливали еще десяток раз, протыкали автоматами, осыпали ненормативной лексикой и обнюхивали эльзасцы.

Наконец, мы наткнулись на военного средних лет в каракульской шляпе.

«Я командир бригады внутренних войск», — сказал он. «Что вы хотите?»

«Это первая развертка. Вы должны предупреждать людей, успокаивать их. Мы ждали вас в полдень.

«У вас есть полчаса. Скажите всем: не трогайте моих ребят, и я вас пальцем не трону. Я даю тебе слово.»

Кто остался в деревне? На каких улицах? Были у них документы или нет? Мы были двумя обычными парнями, как и все, не пользовались авторитетом.Но в этом не было сомнений: нас будут слушать.

Иллюстрация Полины Заславской. Все права защищены.

Через полчаса мы вернулись в конец колонны. Полковник резко обратился к нам:

«Пойдемте со мной. Ты уйдешь, когда зачистка закончится. Вчера, — добавил он, — закончилась проверка Урус-Мартана. Во всем городе 27 жителей. Вы бы поверили! »

Колонна ползла. Дворы и дома были обысканы сверху донизу, включая подвалы и чердаки.Все, что вызывало малейшее подозрение, подвергалось микроскопическому исследованию. По рации звучали отчеты и приказы. Пройдя два шага позади офицера, мы услышали, как кто-то удивленно воскликнул: «Бедная деревня, это же!»

Полковник взглянул на нас: мы разобрали эти слова?

«Два года назад все это было просто руинами», — сказал Адам. «По крайней мере, сейчас здесь что-то есть».

Еще одно сообщение по радио:

«Мы здесь, в южной зоне, только что остановили Москвич с тремя людьми внутри и окровавленным топором и ножами под сиденьем.Мы их немного потрепали… »

Я догадался, кто« они »:

« Они из Урус-Мартана, сыновья мясника. Они отсиживались у дяди, вместе с нами переехали в Алхазурово. Прикажите им, чтобы их не били ».

«Не трогайте их, пока я не приду», — приказал полковник.

Все трое стояли у распахнутых дверей «Москвича», в грязи, в синяках, у одного из них лицо было в крови. Узнав меня, они обратились ко мне по имени, а я — по их.

«Пусть идут своей дорогой», — сказал командир.

Иллюстрация Полины Заславской. Все права защищены.

Это была первая и последняя зачистка, в которой почти не было кровопролития. Все последующие — а в первый год контртеррористической операции они проводились не реже двух-трех раз в месяц — включали аресты, избиения, зинданы (подземные тюрьмы), снятие отпечатков пальцев, массовые грабежи.

Вторая развертка прошла по другому сценарию. До восхода солнца деревня была закрыта для света: ни выхода, ни входа.Два генерала, отвечающие за спецоперацию — Яков Недобитко и Виктор Медведицков — расположились на южной окраине села, недалеко от блокпоста. Рядом находился фильтропункт («точка фильтрации»), куда загоняли всех жителей мужского пола в возрасте от 12 до 65 лет. Позже старый карьер на северо-восточной окраине был преобразован в фильтропункт (и установку для снятия отпечатков пальцев).

Если первая зачистка не действовала людям на нервы, то теперь были отброшены все ограничения: грубость, хамство, произвол… Жалобы со всех сторон: «Это конфисковали, то забрали, то украли, с этим похитили».

Даже мою хижину убрали. Среди взятых вещей были старые записные книжки, фотоаппарат, диктофон, пара футболок и палатка для сбора меда. Сами ульи не тронули.

Теперь мы столкнулись с нашим первым «официальным» требованием выкупа: одним тараном.

Родственник, бежавший из Чечни, оставил во дворе Увайса Каева автомобиль «Мерседес». Что касается документации и ключей, то он либо забрал их с собой, либо оставил у кого-то.Чья? Это осталось загадкой. Военные разбили одно из окон, открыли дверь, прочесали салон машины. Багажник не открывался даже с помощью лома. Поэтому офицер поставил условие: «Либо кашляешь тараном, либо машину отбуксируют!»

«У старого хозяина дома нет овцы».

«В селе есть овцы. Он может купить одну.

Короче: таран проехался на последней машине, задействованной в спецоперации.

«Эскадроны смерти» прибыли в Урус-Мартан

«Федералы» сообщили координаты места массового захоронения в старом карьере.Рядом стояли 245-й мотострелковый полк (известный своими зверствами) и полк под командованием полковника Юрия Буданова. Еще до ареста и суда Буданов был, как бы выразиться, всем знакомым лицом. Все знали о его конфликте с главой администрации села Танги-чу Хаважи Джамбулатовым. Полковник дрался с ним и был неоднократно избит.

Перенесемся в зал суда в Ростове-на-Дону в 2003 году. Буданов взглянул на следующего свидетеля, Джамбулатова, и спросил его голосом, полным беспокойства: «Как вы сюда попали?»

«Мы с вами оба здесь на вашем счету…»

Но это все еще было впереди.В настоящее время люди были разгневаны после того, как в начале 2000 года были обнаружены тела 69 человек недалеко от Урус-Мартана. Гнев и возмущение могли привести практически куда угодно, и поэтому «федералы» отказались выполнить свое обещание — показать людям еще три могильные ямы.

Большинство трупов в братской могиле были выложены в ряд лицевой стороной вверх и залиты брезентом и землей. Тела в другом братском захоронении, обнаруженном к северо-востоку от села Новые Варанды, на берегу реки Аргун, были «преданы земле» аналогичным образом.Этот район находился в зоне ответственности полков, дислоцированных за пределами Танги-чу. Позже на кладбище Танги-чу были обнаружены трупы задержанных жителей сел на берегу Аргуна.

По вечерам в связи с введением комендантского часа жителей города заставляли заходить в дома. Улицы стали владением сил, которые местные жители вскоре окрестили «эскадронами смерти»

В Урус-Мартан вернулись люди; общественный транспорт снова заработал, как и рынок. Днем центр был полностью заполнен.Но город гудел, как улей, собирающийся извергнуть рой пчел. Не прошло и дня, чтобы кого-то не убили или не похитили …

По вечерам комендантский час заставлял жителей города заходить в свои дома. Улицы стали владением сил, которые местные жители вскоре окрестили «эскадронами смерти». Они беспрепятственно обходили блокпосты и изначально даже не закрывали бортовые номера БТР и БМП, а также регистрационные знаки УАЗов и Жигулей.

Когда число жертв выросло до сотен, городские власти наконец смогли заручиться согласием военной комендатуры на ночное патрулирование (невооруженными) местными жителями. Эти патрули взяли под контроль ключевые перекрестки и улицы, документируя и подавляя любые несанкционированные передвижения. Убийства и похищения прекратились. Однако через неделю патрульные группы, сформированные местными жителями, стали подвергаться обстрелу. Их следовало усилить, сделать способными наносить ответный удар.Военные, однако, решили иначе — запретили горожанам патрулировать…

С наступлением темноты «эскадроны смерти» снова стали полновластными хозяевами Урус-Мартана. Среди их жертв были два имама приходской мечети (Умар Идрисов и Хасмагомед Умалатов), представители местных органов власти и служб безопасности, старики и молодые люди.

Большинство похищенных числятся пропавшими без вести. Некоторых нашли убитыми, замученными до смерти.Их останки чаще всего находили в садах за пределами Урус-Мартана, одичавших в ходе двух войн.

В Гойском было два похищения. Похищенный прямо из дома, Мовлди Умаев вырвался на свободу и сбежал… только чтобы быть сбитым пулеметным огнем. Айнди Дудуркаева тоже ночью выволокли из дома неизвестные. Он еще жив? Какая судьба постигла его после похищения и где она постигла его? Нет ответа.

Без света и керосина

Иная ситуация складывалась в соседнем Гой-чу.На главной дороге севернее села находился блокпост, охраняемый бойцами Рыбинского ОМОНа. На юге, у подножия гор, дислоцировался мотострелковый полк. Между тем власти тоже нагоняли недовольство населения: «Вы симпатизируете боевикам, и вы им помогаете». Как именно они это делали, оставалось неясным. Забудьте о человеке, проскользнувшем через строй полка — у лесного существа не было ни малейшей надежды на это.

Однако в конце февраля — начале марта в бастионе была обнаружена брешь, через которую небольшая группа боевиков проникла в село.Группа сдалась, и военные вызвали жителей села на митинг. Генералы пригрозили стереть поселение с лица земли. Но военный комендант села — всем известный капитан (Володя) — попросил генералов не вызывать самолеты: «Я должен жить с этими людьми, я должен с ними работать…»

Через день-два люди заговорили о второй группе боевиков, сумевших пройти через кордоны. Голоса тех, кто внезапно обнаружил заговор между военными и боевиками, теперь стали слышаться.Сначала тихие, эти голоса становились все громче; Военные якобы предоставили коридор для боевиков, и последний, отряд под командованием Арби Бараева, продвинулся по нему через Гой-Чу и Гойское. Сразу выяснилось, что это произошло в день, когда Гойское подверглось очередной зачистке. Мысленно просмотрев весь ее ход, мы неожиданно обнаружили, что в селе осталась «не убранной» единственная пустая усадьба.

Мы поехали туда и посмотрели.Шаги от ворот вели не в дом, а в подвал сбоку от него. Пол был покрыт грязью, оставленной десятками пар обуви. Кто здесь так долго болтался — «бараевцы» или «дворники»?

Иллюстрация Полины Заславской. Все права защищены.

Света по-прежнему не было, керосина для ламп не было. При свете свечей глаза быстро устают. На рынке Урус-Мартана можно было найти себе транзисторные радиобатареи и целыми ночами слушать выпуски новостей на разных частотах.Как будто передачи из Чечни и про Чечню вообще не о нас. Иногда от «Радио Свобода» и других иностранных «голосов» слышалось что-то похожее на правду.

Что касается репортажей новой радиостанции «Чечня свободная» (Свободная Чечня), то это была чистая выдумка. Слушая их, можно было подумать, что мы, чеченцы, одной ногой идем в светлое будущее, а другой — в настоящий океан блаженства. Как сообщает «Чечня Свободная», еще вчера наши дети не учились и держали в руках только автоматы; А на сегодня…

Моя дочь пошла в первый класс в сентябре 1998 года.В сентябре 1999 года она в слезах убежала из школы, когда на нас обрушились бомбы и ракеты. Ее школа размещалась в панельном доме, выделенном для этой цели Управлением Верховного комиссара ООН по делам беженцев после разрушения Гойского — и, в частности, школы — весной 1996 года. Окна покрыты полиэтиленовой пленкой. Нет света (и не будет еще десять месяцев). Ни тепла (ни газа, ни дров, ни угля). Придорожные сады и вырубки леса на дрова.Парты, столы, стулья все в ветхом состоянии. Учителя были в основном в Ингушетии в качестве беженцев. Некоторые уже были в Европе …

Между тем президентские выборы в России были назначены на 26 марта 2000 года. Изрешеченная пулями школа должна была использоваться как избирательный участок, обслуживающий поселки Гойское и Мичурина, списки избирателей уже составлялись.

Как все это сделать из Москвы, не говоря уже о провинции?

Резня в Гёй-чу

На рассвете из Гёй-чу доносились звуки боя.

Первые новости пришли через пару часов: происходит что-то странное, люди выходят из домов…

С Y-образного перекрестка, с блокпоста можно было видеть, что солдаты образовали полукруг вокруг тех людей, которые … d удалось сбежать. По словам двух женщин, прорвавшихся через полукруг, жителей уговаривали и угрожали вернуться в свои дома.

Ближе к вечеру жители Гой-чу убедились, что группа боевиков, ворвавшаяся в село, теперь нейтрализована, а само село зачищено.Не беспокойтесь: ситуацию контролировали федеральные силы. Дорога в село была полностью перекрыта. Ни Адаму, ни мне — да и вообще никому, кто отчаянно пытался узнать, живы ли еще их родственники, — не разрешили попасть в поселение.

Шум приближающейся битвы доносился из Гёй-чу всю ночь. Теперь, с наступлением утра, село подвергалось авиационным и артиллерийским ударам. Колонны военной техники продвигались через Гойское к Гой-чу.На перекрестке между Алхазурово и Гёй-чу была отчетливо видна происходящая в последнем бойня: снаряды и ракеты разрывали дома в клочья, посылая в небо клубы дыма и огня.

В полукилометре от перекрестка, на окраине села, огромная толпа мужчин, женщин и детей собралась в поле. Они были окружены, и никому не разрешалось выходить из окружения или приближаться к нему. Здесь, на развилке дорог, штаб «операции» разместился в оккупированном военными доме Висаева.Общаясь через офицеров-«посредников», жители соседних населенных пунктов пытались уговорить генералов освободить женщин и детей из окружения. Но у генералов были другие идеи…

Ближе к обеду мы узнали имена десятков гойчуйцев, которым не удалось бежать из села до того, как начались авиационные и артиллерийские удары. Затем, после обеда, просочилась информация, что в окружении нет ни еды, ни теплой одежды. В Гойском и Алхазурово начали собирать продуктовые наборы, из Урус-Мартана привозили хлеб.

В поле у ​​блокпоста стояла батарея полковых минометов и ракетные установки «Буратино». Они вели огонь над головами тысяч жителей Гойчжу, взятых в заложники военными. Дома этих людей, все их имущество, сама деревня — разрушалась на их глазах.

Убой продолжался более двух недель. Спадая ночью, интенсивность боев достигнет пика к полудню. Пробившись в село с юга через ущелье реки Гойтинка, боевики практически сразу вышли на северную окраину.С ними велись переговоры, а затем, после перелома ситуации, методично добили — вместе с местными жителями, которым не удалось вовремя покинуть село.

Трупов … Их было много. На самом деле так много, что даже через полгода, даже год спустя они не давали мне спать. У меня перед глазами мерцали образы ран, лиц, одежды … Их принесли, обыскали либо военнослужащие, проводившие послебоевую зачистку, либо похоронную бригаду МЧС.Одежда расстегнута, карманы вывернуты, часто без обуви …

Каждый труп фотографировался и снимался. Одежда, внешний вид, примерный возраст, имущество — все это зафиксировано. Их официальные документы появлялись редко, и эти записи должны были помочь их идентифицировать. И это часто доказывалось: более половины людей, безымянных на земле, продолжали приобретать имена. Некоторых опознали сразу, и родственники забирали труп или хоронили здесь вместе с остальными.

Не только чеченцы из ближних и дальних населенных пунктов искали «своих» среди погибших. Однажды приехал русский генерал:

«Мои разведчики никогда не покидали эту деревню. Мне сообщили, что вчера сюда принесли трупы некоторых немусульман со связанными проволокой руками … »

« Таких трупов здесь не было ».

«Я хочу, чтобы мои ребята посмотрели на вчерашние трупы».

Они оставили оружие в машине, осмотрели длинный ряд трупов на кладбище и не узнали ни одного.Это было бы тоже нелегко: определить знакомые черты лица на изуродованных телах, раздавленных обломками или пролежавших неделями под открытым небом, — непростая задача. Некоторых, обугленных, невозможно было идентифицировать. Кровавое месиво на месте лица. Отрезаны носы и уши, перерезаны глотки. Не было ни одного пожилого лица.

(PDF) Вторая чеченская война: причины, динамика и окончание

17

Список литературы

Бакши, Б.Г., Война в Чечне: военный анализ, стратегический анализ. 24 (2000), 883-898.

Беттс, Ричард, Иллюзия беспристрастного вмешательства, Международные отношения, Том. 73 (1994), 20-33.

Браун, Майкл, Причины внутреннего конфликта в: Майкл, Браун и др. (Ред.), Национализм и этнический

Конфликт, Кембридж, Массачусетс, MIT Press, 1997, 3-25.

Collier, Paul / Hoeffler, Anke / Sambanis, Nicholas, Модель Collier-Hoeffler начала гражданской войны и случай

Study Project Research Design, in: Paul Collier & Nicholas Sambanis (Eds.), Понимание гражданской войны: свидетельства

и анализ, Всемирный банк, 2005 г., стр. 1-35.

Даннройтер, Роланд, Чечня: победила ли Москва ?, Выживание (2008), 97-112.

Даш П. Л., Чечня: войне нет конца, Экономический и политический еженедельник, Том. 35, (29 апреля — 5 мая 2000 г.), 1517-

1520.

Диль, Феликс / Карфурке, Нина / Кюн, Марк / Мюнх, Феликс / Чеше, Александра, Чечениен: Schritte aus der

Gewaltspirale, Gießener Monitoringgruppe, сентябрь 2008 г., стр. 1-35.

Фальковский, Чечня: между кавказским джихадом и «скрытым» сепаратизмом, Аналитические записки, Центр восточных исследований

, Варшава, 2007, 35-63.

Фирон, Джеймс / Лэйтин, Дэвид, Этническая принадлежность, повстанческое движение и гражданская война, Обзор американской политической науки (2003), 75-

90.

Янсен, Марк, Чечня и Россия, между восстанием и лояльностью, в: Франсуаза Companjen / Lázló Marácz / Lia

Versteegh (Eds.), Изучение Кавказа в 21 веке, Pallas Publications, Амстердам, 2010, 91-110.

Кауфман, Стюарт, Спираль межэтнической войны — элиты, массы и Москва о гражданской войне в Молдове, International

Security (1996), 108-138.

Луттвак, Эдвард, Дайте войне шанс, Foreign Affairs, Vol. 78 (1999), 36-44.

Лайалл, Джейсон, «Коэтникс» — более эффективные средства борьбы с повстанцами? », Обзор американской политической науки, том. 104

(февраль 2010 г.), 1-20.

Мюллер, Джон, Банальность «этнической войны», Международная безопасность, (2000), 42-70.

Рассел, Джон, Препятствия на пути к миру в Чечне: какие возможности для международного участия?, Европа-азиатские исследования

(2006), 941-964.

Саграмосо, Домицилла, Насилие и конфликты на российском Северном Кавказе, Международные отношения (2007), 681-

705.

Саква, Ричард, Столкновение регионализмов и кавказские конфликты, Исследования Европы и Азии (2011), 467 -491.

Самбанис, Николас, Что такое гражданская война ?, Журнал разрешения конфликтов (2004), 814-858.

Сокирянская, Екатерина, Государственное строительство и политическая интеграция в Ингушетии и Чечне, (1991–2009),

Российский аналитический дайджест, № 86 (2010), 4-7.

Таунер, Эндрю: Русские, чеченцы и Черное золото: а. Геоэкономическое объяснение чеченской войны

, в: Гокай, Бюлент (ред.), Политика Каспийской нефти, Palgrave Macmillan, Соединенное Королевство, 2001,

199-215.

Тремпер, Джули, Деколонизация Чечни: возрождение Совета по опеке ООН, Журнал Public and

International Affairs, Vol.15 (2004), 121-141.

Цюрхер, Кристоф, Постсоветские войны: восстание, этнический конфликт и государственность на Кавказе, Нью-Йорк

University Press, 2007, 1-10 («Введение») и 70-114 (Глава 4: «Войны над Чечней »).

«Чеченские войны убили российскую демократию в ее колыбели» | Чечня

11 декабря 1994 года началась первая чеченская война. Стоит вспомнить, что предшествовало началу этой кровопролитной войны, которая так сильно изменила ход истории нашей страны.Первая и вторая чеченские войны убили российскую демократию в ее колыбели, потому что, когда пушки поют, люди жаждут крови, а противники правительства становятся предателями нации; выборы теряют смысл, а парламент перестает быть местом для обсуждения.

Все, что произошло с тех пор, и все, что происходит сегодня, — всего лишь следствие этой войны.

6 августа 1990 года Борис Ельцин, глава Российской Советской Федеративной Социалистической Республики, обратился к региональным лидерам: «Дайте себе столько суверенитета, сколько сможете проглотить», — сказал он.Так началось то, что Горбачев назвал «парадом суверенитетов», а с ним и сползание к федерализации России, которая стала независимым государством в декабре 1991 года.

Не все местные элиты хотели одного и того же. Большинство территорий России с готовностью согласились с условиями, изложенными в федеральных договорах от 31 марта 1991 года, но некоторые из бывших автономных республик в составе Российской Федерации, особенно те, которые имеют нефть, стремились получить гораздо большую степень независимости.

Чечня — тому подтверждение. Летчик-истребитель Джохар Дудяев пришел к власти после выборов в октябре 1991 года и 1 ноября издал указ «О государственном суверенитете Чеченской республики». Власти Москвы, только что пережившие попытку государственного переворота, не придали этому большого значения. Затем последовали Беловежские договоренности, в результате которых был распущен Советский Союз. Осталось сделать и другое.

В течение 1992 года напряженность между Москвой и Грозным росла в геометрической прогрессии.В конце концов, части российской армии добровольно покинули территорию Чечни, не встретив сопротивления, оставив склады оружия и боеприпасов. Но Дудаев, создав собственные вооруженные силы и вооружив их этим «трофейным» оружием, продолжал настаивать на отделении Чечни от России.

Последствия перестрелки в Грозном 4 декабря 2014 года, за несколько часов до того, как Владимир Путин начал свое ежегодное обращение к народу в Москве. Фото: Муса Садулаев / AP

В декабре 1993 года был создан Временный совет Чеченской Республики, который действовал как противовес президенту Дудаеву.Ее возглавил пророссийский глава Верхнетерекской области Умар Автурханов. Он, в свою очередь, приобрел оружие, и руководители совета начали тренироваться на российских полигонах.

С лета 1994 года периодически вспыхивали столкновения между сторонниками и противниками Дудаева, и 2 августа Автурханов обратился за поддержкой к президенту России Борису Ельцину. Части российской армии и внутренние войска начали массироваться на границе с Чечней.

26 ноября 1994 года люди Автурханова штурмовали Грозный с оружием, бронетехникой и вертолетами, предоставленными Москвой.Федеральная служба контрразведки, ныне ФСБ, воспитывала «добровольцев» из рядов российской армии и офицерского корпуса, в основном из танковых и стрелковых дивизий. Им предоставили «внеочередной отпуск» и оставили с военной техникой, чтобы их схватили или убили на улицах чеченской столицы.

По крайней мере официально, Москва категорически отрицала участие в этих операциях ее военнослужащих, призывников и призывников, так же как отрицала обстрел Грозного расчетами Северо-Кавказского военного округа.

Но атака прекратилась, и 30 ноября 1994 года Ельцин подписал указ «О необходимых мерах по восстановлению конституционного правопорядка на территории Чеченской республики». Была объявлена ​​война. 11 декабря российские войска перешли границу с Чечней.

Тогда министр обороны России Павел Грачев пообещал взять Грозный всего двумя дивизиями ВДВ: его новогодняя атака провалилась, и целые бригады были уничтожены, уступив место кровавым бомбардировкам, торговле заложниками, терактам по всей России. и вторая чеченская война.По сей день никто не знает, сколько человек погибло.

Чеченский боец ​​направляет свою винтовку на голову российского военнопленного под Грозным в августе 1996 года. Фотография: Миндаугас Кульбис / Associated Press

Но это безумие можно было предотвратить: все ответственные политики в той или иной степени призвали Ельцина снимаем трубку, звоним Дудаеву и договариваемся. В ответ на их обращения администрация президента заявила, что связаться с чеченским лидером по телефону невозможно.

1 декабря 1994 года, когда шум, доносившийся из Кремля, свидетельствовал о том, что правительство предпринимало периодические попытки установить контакт с Грозным, журналисты «Новой газеты» сели вокруг стационарного телефона и попытались дозвониться до Джохара Дудаева по телефону. лежал в своей приемной. При первом звонке, пятом гудке трубку снял мужчина. Услышав на другом конце провода журналистов, он отправился на поиски своего начальника, и через несколько минут мы начали диалог с президентом Чечни.Это было так:

«Новая газета»: Джохар Мусаевич, что сейчас происходит?

Джохар Дудаев: Здесь, в Грозном, мы сейчас имеем дело с последствиями очередного ракетного обстрела, удачно могу добавить…

НГ: Вы можете точно сказать, кто атаковал город? У вас есть доказательства участия российских военных?

ДД: Странный вопрос, молодой человек. Всем давно известно, что здесь воюет Россия, а не оппозиция … Что это за оппозиция, я не знаю … Что касается ответственности за последнюю ракетную атаку, вы лучше справитесь с этим в Москве, генералы делать.Я знаю, что под Грозный проникло 150 бронемашин, из них 67 танков. Мы отразили атаку, уничтожили большую часть техники и взяли в плен экипажи. Повторяю, российские экипажи… Сюда приехали около 70 журналистов со всего мира, и они тоже это видели.

НГ: Мы очень обеспокоены судьбой российских военнопленных. Как они поживают?

ДД: Я изо всех сил стараюсь сохранить им жизнь. Я даже отдал приказ перевезти всех в безопасное место, чтобы по ним не стреляли.Но кто-то узнал, и сразу после их перевода с вертолета был нанесен ракетный удар. Ясно, что не все хотят, чтобы они вернулись [в Россию] и рассказали [свои истории].

НГ: Это была российская авиация?

ДД: Конечно, как вы думаете? В отличие от меня, российские командиры и генералы, похоже, не заботятся о жизни своих солдат.

Н.Г .: Неужели мирным путем разрешить этот конфликт нельзя?

ДД: Всегда есть надежда. Пока что сдерживаю их всех, но долго это продолжаться не может.Ельцин даже по телефону со мной не разговаривает.

Эта статья впервые появилась в Новой газете. Перевод Кэмерона Джонстона

Лучшие книги о Чечне

Вы выбрали Толстого первым.

Да. Это история войны 19-го века между колониальной Россией и жесткими, отчаянно независимыми горными племенами, которых они должны были контролировать, чтобы иметь легкий доступ к своей новой территории Грузии, на южной стороне Кавказских гор.В те времена горцы объединились против России под предводительством имама Шамиля. Война Шамиля длилась полжизни. Многие русские писатели того времени участвовали в войне, особенно Пушкин и Лермонтов, и писали об этом; поэтому его помнят по сей день как литературу, а не историю. Книга Толстого о лейтенанте Шамиля Хаджи-Мурате, который переходит на сторону русских, а затем пытается вернуться. Что мне нравится в нем, так это то, что он показывает войну как глубоко неблагородное явление — как ужасное сочетание личных обстоятельств, которые заканчиваются катастрофой для всех.Оказывается, политика племен вынудила Хаджи-Мурата присоединиться к Шамилю и стать его звездным борцом; он обращается к русским, потому что его вынуждает более кровавая племенная политика. Он опасается за свою семью и пытается вернуться, что приводит к катастрофическим последствиям, потому что соперничество между российскими генералами означает, что он не получит от них обещанной честной сделки. Толстой бесстрашен, показывая всем на театре войны, пойманным в ловушку между двумя тираниями, русскую тиранию — ужасающей силой, но требования горных армий не менее тиранически.В книге также есть мощное и часто цитируемое описание того, что чувствуют жители чеченских деревень, когда их дома сожжены дотла российскими войсками. «Никто не говорил о ненависти к русским. Чувство, которое испытывали все чеченцы, от младшего до самого старшего, было сильнее ненависти. Это не была ненависть, потому что они не считали этих русских собак людьми … желание истребить их — как желание истребить крыс, ядовитых пауков или волков — было таким же естественным инстинктом, как и инстинкт самосохранения.”

Мари Беннигсен Броксап (ред.)

Читать

Мрачный

.

Это так. Следующая статья представляет собой сборник авторитетных очерков о том, как русские и горские народы Кавказа (среди других мусульман в бывшем советском мире) взаимодействовали с конца войн 19 века до начала современного российско-чеченского конфликта. война 1994 года.Есть сведения о различных преследованиях со стороны России на протяжении всего ХХ века и о том, как они только задушили, но так и не искоренили полностью дух горских народов. Российская политика была направлена ​​на объединение всех советских народов в русскоязычное, пострелигиозное сообщество, свободно вступающее в брак. Это не соответствовало тому, чего хотели горцы. Имеются сведения о жестоком подавлении Россией беспорядков на Кавказе в начале 20 века, а также о массовой депортации чеченцев и других горцев в степи Средней Азии во время Второй мировой войны после того, как Сталин неправдоподобно обвинил чеченцев в сотрудничестве с нацисты.Выжившим чеченцам (многие десятки тысяч погибли) разрешили вернуться после смерти Сталина; но обида, конечно, сохраняется. В этой книге также много говорится о том, как советские мусульмане научились скрывать свою веру, чтобы противостоять русификации; сохранение религиозной веры посредством чего угодно, от тайных собраний до, позднее, кассетных записей проповедей, продаваемых на неряшливых уличных рынках прямо на носу у советских властей. И есть увлекательные описания народной суфийской формы ислама, со святыми, святынями, колодцами желаний и традиционной молитвой в форме хоровода, зикром, который, по крайней мере, до современной войны, был тем, что чеченцы предпочитали. поклоняться.

Томас де Ваал и Карлотта Галл

Читать

А потом первая война?

Первые два. «Маленькая победоносная война» — это подробное практическое руководство по первой из двух постсоветских войн в Чечне. Авторы опросили всех, кто связан с войной, кроме, может быть, Бориса Ельцина.В их книге рассказывается о том, как и почему недавно обретшая независимость Россия в 1991 году сначала предоставила различным этническим меньшинствам то, что президент назвал «настолько большой независимостью, которую вы можете проглотить», а затем, пару лет спустя, снова обуздала их — и как Чечня отказалась сдаваться, что привело к войне. С момента обретения независимости Чечней управлял Джохар Дудаев, чей энтузиазм по поводу независимости был, вероятно, искренним, но чьи заявления о том, что его можно легко профинансировать, поскольку в Чечне было достаточно нефти, чтобы сделать ее такой же богатой, как Кувейт, не соответствовали реальности, когда Россия ввела экономическая блокада.Когда президент Ельцин был окружен все более неприятной группой сторонников жесткой линии во главе с его телохранителем Александром Коржаковым, российские генералы почувствовали, что они могут последовать примеру Америки в Гаити и повысить популярность своей администрации с помощью быстрой войны, чтобы свергнуть то, что они считали неприятный маленький режим на их южной границе. Они считали без учета двух столетий накопившейся ненависти чеченцев к своим русским захватчикам; а затем они все испортили и оказались погрязшими в затяжном, кровавом, хаотичном и непопулярном повторении 19 века.

Твоя следующая книга?

«Клятва Баева», наверное, наименее известная из моих книг, но все же в некотором смысле лучшая. Это свидетельство очевидца обычного чеченского врача, который пошел домой, чтобы зашить раны, и служил в различных импровизированных больницах вокруг Грозного во время обеих современных войн — как ельцинской, так и войны, которая началась при следующем президенте Владимире Путине в 2000 году. Что необычного. Дело не только в том, как он доводит факты обеих войн до ужасающей жизни, но и в том, что Баев решил отбросить обычную сдержанность чеченцев в отношении семьи и личной жизни и пустил в свою жизнь много храбрых, тихо отважных людей, и их прошлое и воспоминания в книгу.Большинство книг о Чечне так или иначе занимают чью-то сторону. Но Баев непоколебимо объективен. Он описывает жгучую российскую несправедливость и жестокость. Но он также показывает, как война дает соседским чеченским хулиганам, таким как семья Бараевых, шанс превратиться в монстров (говорят, что Бараевы принимали участие во многих самых громких убийствах войны, включая обезглавливание четырех британских телекомов. инженеры в 1998 г.). Настаивая на том, чтобы обращаться как с чеченцами, так и с русскими, как того требует Клятва Гиппократа, Баев поссорился с обоими лагерями и имел много проблемных побегов от смерти.В конце концов, ему пришлось бежать в Америку, где он больше не может практиковать врачом. Больше всего на свете мне напомнил невозмутимый стоический тон этой книги, который напомнил мне о том, что я был среди чеченцев во время первой войны.

А вот и Анна Политковская.

Нет слишком превосходной степени для Анны Политковской, которая после трех книг и бесчисленных поездок в Чечню с журналистскими расследованиями была убита в стиле казни возле своей московской квартиры в 2007 году.Политковскую, репортера по социальным вопросам, в 2000 году отправил в Чечню редактор ее либеральной газеты для освещения второй, путинской войны, войны не потому, что она знала о войнах, а потому, что она была «просто гражданским лицом». Она оказалась лучшим московским интеллектуалом — бесстрашной правдой. Она возражала против чванливых, мачо и кровожадных промосковских лидеров сегодняшней Чечни при премьер-министре Рамзане Кадырове (она выступала против того, чтобы человек Путина в Чечне был назначен руководителем региона, опрашивая людей, которых он допрашивал, и публиковал сообщает, что он был садистом-мучителем, которому нравилось снимать кожу со спины своих жертв).Но и у Политковской не было романтических симпатий к борцам за свободу. Среди ее целей также были дерзкие, мачо, кровожадные антимосковские сепаратисты во главе с уже мертвым Шамилем Басаевым, чей экстремизм вверг Чечню во вторую войну против сил Путина в 1999 году и принес бедствия сотням тысяч простых чеченских мирных жителей. Она испытывала значительную симпатию к прежним умеренным сепаратистам при Аслане Масхадове, которые пытались найти компромисс с Москвой, а также больше свободы для своего народа.Но если Политковская и была на чьей-то стороне, так это на стороне простых граждан. Мирные жители Чечни, разрываемые между двумя соперничающими тиранами, которые не могли услышать свои собственные истории в мире — люди, которых разбудили солдаты, уводящие их дочь-подростка для изнасилования, или те, кто теряет ноги, наступая на мины, или чьи соседям перерезают горло или отрезают пальцы — о чьем затруднительном положении она трогательно рассказывала. И, конечно же, она была на стороне простых россиян — людей, которые все больше стеснялись узкой прессой и не знали более серьезных реалий мира.То, что побудило Политковскую и впредь противостоять опасности Чечни, спустя много времени после того, как Путин дал понять, что журналисты не приветствуются на его войне, было больше, чем сострадание. Это было убеждение, что русские должны знать, что делается от их имени на секретном юге, в тылу армии. «Я уверена, что это необходимо сделать по одной простой причине», — живо написала она в «Маленьком уголке ада: депеши из Чечни». «Как современники этой войны, мы будем нести за нее ответственность. Классическая советская отговорка — не быть там и лично ни в чем не участвовать — не сработает.Итак, я хочу, чтобы вы знали правду. Тогда ты будешь свободен от цинизма ».

Захватывающий дух ужас и цинизм, которые она обнаружила, дали ей такую ​​важную миссию, что она рассталась с мужем и проигнорировала просьбы сына прекратить ее новую работу. Ее открытия подробно описаны в этой необыкновенной книге, прекрасно написанной, но настолько полной трагедии, что волосы на затылке встают дыбом. Она обнаружила, что коррумпированные российские солдаты работают рука об руку с теневыми чеченскими преступниками и политическими экстремистами.Ее рассказы подтверждают широко распространенное мнение, что Чечня — это война для получения прибыли. Российская армия, которой грозит сокращение из-за отсутствия советского блока, который нужно защищать, нашла в Чечне предлог, чтобы увековечить себя и разбогатеть. Экономика ужасная: гражданское лицо, которого российские солдаты держат живым в яме, стоит выкупа своих родственников; цена трупа намного выше. «Каждый нашел свою нишу», — написала она. «На блокпостах наемники круглосуточно получают взятки от десяти до 20 рублей.Генералы в Москве и Чечне используют свой военный бюджет в личных целях. Офицеры среднего звена собирают выкуп за временных заложников и трупы. Младшие офицеры становятся мародерцами во время чисток ». Отсюда официальная политика, основанная, в лучшем случае, на возмутительном искажении правды, и картина, в которой нет ни героев, ни победителей.

Открытия Политковской придали ее жизни странный новый облик. Она вела переговоры с чеченскими захватчиками, захватившими в октябре 2002 года московский театр на Дубровке (среди заключенных был друг ее сына).Силовики Чечни подвергли ее инсценировке казни. Отец Кадырова, бывший пророссийский президент Чечни, «публично угрожал убить меня. Он фактически сказал на заседании своего правительства, что Политковская — осужденная женщина ». В 2004 году во время осады чеченскими сепаратистами школы в Беслане на юге России чеченцы попросили ее присоединиться к переговорам. Она летела на юг, надеясь одновременно сообщить о кризисе и выступить в качестве посредника и помочь вывести сотни детей-заключенных из заминированного спортзала.Но ей подсыпали в самолете «Микки Финн» [напиток с наркотиками]. Следующее, что она узнала, она попала в больницу, и это было несколько дней спустя — слишком поздно для детей, которые к тому времени были убиты сотнями. Из этого опыта она вспомнила трех мужчин, которых она заметила в самолете, смотрящих на нее «глазами врагов». Она обвинила в отравлении российские спецслужбы.

Имя убийцы Политковской так и не было названо. Нет и убийцы другого российского осведомителя, Саши Литвиненко, которому месяц спустя подсыпали дозу радиоактивного полония на Пикадилли, или множества других антивоенных активистов, которые столкнулись со странным, преждевременным концом во время президентства Владимира Путина в России.Некоторым утешением является то, что, хотя книги Политковской все еще печатаются, ее голос не был заглушен.

Five Books стремится обновлять свои рекомендации по книгам и интервью. Если вы участвуете в интервью и хотите обновить свой выбор книг (или даже то, что вы о них говорите), напишите нам по адресу [email protected]

Интервью Five Books стоит дорого производить.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.