Лжедмитрий iii: Смута и Судьба

Содержание

Смута и Судьба

Исторический очерк Смутного времени в России. Часть 5

Продолжение. Начало см. в № № 45 (414) от 12-18.11.2008 г., 46 (415) от 19-25 ноября 2008 г., 47 (416) от 26 ноября — 2 декабря 2008 г. и 48 (417) от 3-9 декабря 2008 г.

Борьба населения против иноземцев и их союзников тем временем охватывала все новые города и районы страны.

Якоб Делагарди.

Лжедмитрий III – царь Матюшка

В середине марта, когда в Москве бурлил мятеж, в Новгороде население поднялось против ставленника Семибоярщины воеводы Ивана Салтыкова (сына Михаила Салтыкова, участвовавшего в подавлении восстания в столице). Его арестовали и вскоре придали зверской казни – посадили на кол. Новгородцы дали клятву вести борьбу с поляками и отправили отряд к Пскову.

Как свидетельствует псковская летопись, «лучшие люди» Пскова (т. е. богатые горожане) хотели перейти на сторону новгородцев, но из-за страха перед стрельцами и «меньшими» людьми даже не впустили новгородский отряд в город. В результате, Псков к Новгороду не присоединился, как, впрочем, не присягнул и

Владиславу.

Долгое время псковичи последовательно поддерживали «царя Дмитрия», так что им было особенно трудно смириться с его окончательной гибелью. Видимо, именно поэтому они с готовностью поверили в слух, о том, что сын Ивана Грозного жив. Каким бы парадоксом это ни выглядело, на политическом горизонте скоро появился Лжедмитрий III.

Интересные сведения об этом самозванце можно обнаружить в трудах его современника, монаха Авраамия Палицына и шведского хрониста Юхана Видекинда (1618-1678) о Смуте, написанных по прошествии нескольких десятков лет. По мнению этих авторов, титул царя на этот раз присвоил некий священнослужитель из Москвы, дьякон Матюшка (или по другим данным

Сидорка) Веревкин.

Вскоре после гибели Лжедмитрия II он перебрался в Новгород, где взялся торговать ножами, но разорился. Чтобы не умереть с голод,у Матюшка-Сидорка просил милостыню, а потом вдруг заявил о своем царском происхождении. Новгородцы над самозванцем посмеялись, примкнуло к нему лишь несколько десятков человек. С этой небольшой «свитой» бывший дьякон поспешно бежал из Новгорода. 23 марта 1611 г. он появился у стен Ивангорода.

Ивангород в то время находился в руках тушинцев. Несколько месяцев крепость осаждали шведы, на призывы о помощи никто не откликался. Неудивительно, что когда «воскресший Дмитрий» постучал в городские ворота, бывшие тушинцы встретили его как долгожданного спасителя. В честь «государя» три дня подряд палили городские пушки. Ю. Видекинд пишет, что авантюрист был «смелым по характеру и находчивым краснобаем» [см.: Юхан Видекинд. История шведско-московитской войны XVII века. М., 2000. С. 164]

. Он без устали рассказывал всем желающим историю «чудесных спасений» из Углича, Москвы, Калуги.

Самозванец завязал контакты со шведским комендантом Нарвы Филиппом Шедингом, просил его передать королю просьбу о помощи. Лжедмитрий III явно хотел опереться на шведов, как Лжедмитрий I некогда опирался на поляков. Шединг, по-видимому, увлекся идеей поддержать самозванца, но главнокомандующий шведской армией в России Якоб Делагарди выступил против этого плана, полагая, что подобный союз ненадежен.

Саркофаг Эверта Горна и его жены в домской церкви Турку.

Помощь пришла к Лжедмитрию III с другой стороны. В апреле 1611 г. в Ивангород явились казаки из Пскова, покинувшие город под предлогом похода против отрядов польского дворянина Александра Лисовского. Они уверили «государя», что псковичи готовы присягнуть ему на верность. Авантюрист поверил им, и уже в начале июля разбил лагерь недалеко от Пскова. Однако жители города после долгих совещаний отказались принять «царя». Автор псковской летописи сообщает, что самозванец попытался ворваться в город силой («…той же вор много бив по домам людцким и наметывая огненными зажигая»), но безуспешно 

[см.: Псковская летописная повесть о Смутном времени // Плач о пленении и конечном разорении Московского государства // Памятники литературы Древней Руси: Конец XVI-начало XVII веков. М., 1987. С. 160]. Простояв у города шесть недель, Матюшка убрался восвояси: его спугнули вести о приближении шведского войска. Ю. Видекинд добавляет, что самозванец бросил на позициях пушки, которые псковичи до подхода шведов успели увезти в город [см.: Юхан Видекинд. История шведско-московитской войны XVII века. М., 2000. С. 205].

Северо-Запад и Север России в то время превратился в арену яростного противоборства шведов, поляков и русских группировок, сражавшихся на обеих сторонах. Чрезвычайно активно действовали отряды А. Лисовского, постоянно нападавшие на города и села.

Ян Сапега осаждал Псково-Печерский монастырь.

Я. Делагарди, опасаясь, что сторонники Польши возьмут под контроль важнейший центр региона – Новгород, решил предпринять решительные действия. В марте 1611 г. его войска подошли к городу, которым то время правил воевода Василий Бутурлин, убежденный противник Семибоярщины и доверенное лицо Прокопия Ляпунова. По всей видимости, он был не прочь заключить со шведами союз, но Делагарди решил не ограничиваться полумерами.

8 июля 1611 г. шведы и наемники начали штурм Новгорода, который, однако, был отбит. 16 июля штурм повторился. На этот раз нападавшие смогли взорвать ворота с помощью петарды (в то время так называлась своего рода переносная мина) и ворвались на городские улицы. Хронист Ю. Видекинд описывал происходившее следующим образом: «…Идет жестокая резня, во всю ширь распространяется кровопролитие с той яростью, с какой это бывает обыкновенно при разорении городов… Гарнизон, отчаявшийся в обороне, и толпа мирных людей обоего пола и всякого возраста, ища гибели, в стремительном бегстве бросаются в крепость или в реку, текущую посередине города. Установлено, что больше народу погибло в воде, чем в бою» 

[см.: Юхан Видекинд. История шведско-московитской войны XVII века. М., 2000. С. 177].

В жестокой схватке сложили головы многие новгородские военачальники, в том числе атаман Тимофей Шаров, руководивший походом к Пскову. Новгород оказался в руках шведов. Оставшийся в городе второй воевода Иван Одоевский подписал с Я. Делагарди договор, согласно которому новгородцы выражали согласие призвать на русский престол сына шведского короля, принца Карла-Филиппа и приносили ему присягу. В основе такого решения лежали те же резоны, что и в призвании на русский престол королевича Владислава. Среди новгородцев сложилась группировка, которая, по выражению историка

А. Селина, «предпочла оккупацию анархии» [см.: Коваленко Г. Призвание варягов. Шведы в России: интервенты или союзники? // Родина. № 11. 2005. С. 42].

Вскоре шведы и их новгородские союзники решили подчинить себе Псков. В конце августа 1611 г. войско под командованием Эверта Горна вторглось в псковские пределы. 8 сентября был предпринят штурм города, но псковичи смогли его отразить. Началась осада, продолжавшаяся четыре недели. Шведы использовали самые разнообразные военные хитрости, обстреливали город из пушек, пытались взорвать стены с помощью мин – все безуспешно.

В самом конце октября в Швеции скончался король Карл IX. Престол занял его сын Густав II Адольф, которому в то время не исполнилось еще и 17 лет. В будущем этому монарху предстояло стать одним из самых блистательных государственных деятелей в истории Швеции, а, скорее, даже всей Европы. Мудрый политик, талантливый полководец, веротерпимый, просвещенный и лично обаятельный человек – таков Густав-Адольф в зрелый период своей жизни. Но пока юноше досталось нелегкое бремя. Швеция вела сразу три войны: две давние (против Польши и ее русских сторонников) и одну новую: против Дании. Поэтому Густав-Адольф не спешил посылать принца Карла-Филиппа на Русь, также как

Сигизмунд III не посылал Владислава. Русские земли были слишком важны в политической игре.

Новгородцы отправили к новому королю посольство, во главе которого стояли боярин Полуект Колычев-Лошаков, архимандрит Никандр и купец Степан Иголкин, причем последний из названных лиц принадлежал к семье псковского происхождения*. Задача послов заключалась в том, чтобы убедить короля поскорее прислать брата на Русь.

Между тем, псковичи, опасаясь нового нападения шведов и новгородцев, искали союзников. После некоторых колебаний горожане направили послов к Лжедмитрию III, «вору Матюшке-Сидорке».

Первое ополчение и псковский вор

Новые, подлинно драматические события, разворачивались под Смоленском и Москвой. В начале июня 1611 г. королевские войска предприняли массированный штурм Смоленской крепости, на этот раз завершившийся успехом. Город пал после обороны, которая продолжалась почти два года (!) – с осени 1609 г. Отважного воеводу Михаила Шеина поляки взяли в плен, пытали**, а потом, заковав в цепи, увезли в Польшу. По отношению к московским послам поляки вели себя крайне враждебно и грубо. Дело завершилось тем, что Василий Голицын, Филарет и прочие члены делегации фактически оказались в плену.

Портрет короля Швеции Густава Адольфа II.

Несмотря на успех, король не стал спешить к Москве. Его войска были измотаны, не хватало боеприпасов и, что особенно существенно, денег для платы наемникам. Зато к русской столице устремился неутомимый авантюрист Ян Сапега.

Еще в мае 1611 г. «сапежинцы» расположились на возвышенности близ Девичьего поля, после чего магнат начал торг, предлагая свои услуги как представителю интересов королевича Владислава

Александру Гонсевскому, так и вождям ополчения. Польский офицер С. Маскевич пишет в дневнике, что ходили слухи о намерениях Сапеги занять русский престол [см.: Дневник Маскевича 1591-1621 // Сказания современников о Дмитрии Самозванце. Т. 1. СПб., 1859. С. 71]. Впрочем, дело до таких крайностей не дошло. А. Гонсевский согласился платить, и Сапега принял его сторону. 23 июня «сапежинцы» напали на ополчение в районе Лужников, но были отбиты. Неделю спустя они вновь атаковали ополченцев, и вновь неудачно.

Несмотря на постоянные бои, руководители ополчения успевали заниматься вопросами государственного строительства, принимали меры, призванные преодолеть хаос Смуты. В лагере был собран Земский собор, получивший наименование Совета всей земли. На нем избрали своего рода «временное правительство», в состав которого вошли Прокопий Ляпунов,

Иван Заруцкий, Дмитрий Трубецкой. Как справедливо отмечает Р. Скрынников: «Образование триумвирата скрепило союз между земскими дворянами и верхушкой казачьих таборов» [см.: Скрынников Р. Г. Минин и Пожарский: Хроника Смутного времени. М., 1981. С. 204].

30 июня 1611 г. Совет утвердил обширный «приговор», определявший права и обязанности правительства. Его члены, хоть и командовали войском, не могли решать самые важные дела, а также выносить смертные приговоры без Совета всей земли. В помощь «троеначальникам» создавали органы отраслевого управления – приказы: Поместный, Разрядный и др. Было принято также решение конфисковать земли бояр, засевших с поляками в Москве, и раздать дворянству. Холопы и крестьяне, бежавшие в период Смуты к казакам, получали право сохранить новый свободный статус и возврату владельцам не подлежали. Одним словом, приговор 30 июня являлся весьма демократичным документом, который Р. Г. Скрынников вполне справедливо назвал «земской конституцией» [см.: Скрынников Р. Г. Минин и Пожарский: Хроника Смутного времени. М., 1981. С. 207].

Тем не менее, избежать внутренних раздоров не удалось. Властный, решительный П. Ляпунов всемерно старался поддерживать в войске порядок, что вызывало раздражение своевольного казачества. Ситуацией умело воспользовались враги. Однажды в лагерь ополченцев привезли письмо, в котором содержался приказ П. Ляпунова строго карать виновных в разбоях казаков, а также угрозы и оскорбления в адрес казачества в целом. Как свидетельствуют польские авторы, письмо было подложным, составили его по прямому приказу А. Гонсевского [см.: Мархоцкий Н. История московской войны. М., 2000. С. 94].

Казаки возмутились и 22 июля 1611 г. вызвали военачальника на свой круг. П. Ляпунов никакой вины за собой не чувствовал, к тому же посланцы казаков обещали ему неприкосновенность. Поэтому он смело пошел в казачий лагерь. Дело, однако, обернулось очень плохо. В разгоревшейся ссоре атаман Карамышев ударил Ляпунова саблей. Находившийся рядом дворянин Иван Ржевский, хотя считался большим недругом правителя, закричал, что воеводу убивают без причины – «за посмех». Тогда казаки зарубили и Ржевского. Три дня тела дворян валялись в поле, после чего их переправили в Троице-Сергиев монастырь, где погребли без всяких почестей. Таким образом, оборвалась жизнь одного из самых замечательных и ярких деятелей Смуты, Прокопия Ляпунова, начинавшего путь приверженцем Лжедмитрия и завершившего его вождем земского ополчения.

Гибель П. Ляпунова подорвала единство ополчения. Ситуация осложнялась также тем, что в конце лета король Сигизмунд III, наконец, направил к осажденным сильное подкрепление – армию литовского гетмана Яна Ходкевича. Надеясь сломить сопротивление гарнизона до его подхода, русские 15 сентября предприняли штурм, но успеха не добились.

Польский граф Ян Сапега.

В конце сентября войско Ходкевича подошло к Москве и разбило лагерь к югу от столицы. Вскоре после этого заболел и умер неутомимый Сапега, а его воины перешли под начало литовского гетмана. В лагере ополчения в то время активизировались негативные процессы. Дворяне разъезжались по домам, покидали войско. Многие историки считают, что причиной тому стала смерть П. Ляпунова, иные, как Р. Г. Скрынников, полагают, что большую роль сыграли экономические трудности [см.: Скрынников Р. Г. Минин и Пожарский: Хроника Смутного времени. М., 1981. С. 217]. Так или иначе, поместное ополчение разваливалось на глазах. Соответственно, возрастала роль казаков. Фактическими руководителями ополчения стали два атамана, Иван Заруцкий и Андрей Просовецкий, которые отчаянно конкурировали друг с другом за роль верховного руководителя.

В начале декабря А. Просовецкий предпринял очередной штурм Китай-города. Взорвав одни крепостные ворота, казаки ворвались в крепость, но были остановлены вражеским огнем. А. Гонсевский заблаговременно узнал о планах осаждавших и разместил за воротами батарею из тридцати пушек, которые стояли полукругом, буквально ствол к стволу. Казаки шли на приступ с присущей им удалью, однако убийственный огонь косил их ряд за рядом. Атака захлебнулась.

Зима принесла ополченцам новые тяготы. Не хватало провианта, фуража для лошадей, многим людям приходилось жить в землянках, убогих хижинах, кое-как сколоченных из досок. Нелегко приходилось и жителям Москвы, и других городов: война разорила страну до последнего предела. Измученные люди цеплялись за самые призрачные надежды. 4 декабря 1611 город Псков распахнул ворота перед Лжедмитрием III (Матюшкой). Местные воеводы, Иван Хованский и Никита Вельяминов, не посмели сопротивляться всеобщему порыву.

Матюшка обосновался в Псковском детинце. Вскоре он направил своего посланца, атамана Герасима Попова, в подмосковный лагерь ополчения, где еще оставалось немало тушинцев. Ополченцы встретили весь о новом царе Дмитрии очень настороженно, но все же решили отправить в Псков нескольких человек для опознания царя. Лжедмитрий III устроил делегации от ополчения роскошную встречу. Послы, многие из которых видели своими глазами Лжедмитрия II, сочли за благо скрыть истину. Из страха за свою жизнь или из корысти они направили под Москву весть, что государь – «истинный». Особенно «отличился» некий Казарин Бегичев, который, только увидав Матюшку, закричал: вот истинный государь! [См.: Соловьев С. М. История России с древнейших времен. Книга IV. Т. 8. М., 1960. С. 665.]

Грамота полномочных послов вызвала среди ополченцев настоящую бурю. Простой народ охотно поверил в то, во что так хотелось верить: пришел добрый царь, способный избавить людей и от поляков, и от «злых бояр».

2 марта 1612 г. казачий круг провозгласил Матюшку царем. Вожди ополчения не посмели спорить и также присягнули самозванцу. Но их покорность была лишь видимостью. И. Заруций начал свою игру: он слал грамоты в Коломну к Марине Мнишек, клянясь в верности ей и «государю царевичу», младенцу Ивану Дмитриевичу. Еще хуже для самозванца было то, что его избрание не признали многие города: Казань, Нижний Новгород, Владимир, Ярославль, Кострома и др.

С другой стороны, ополченцы, признав самозванца царем, приобрели могущественного и опасного врага в лице Швеции. Я. Делагарди в Новгороде вел ту же политику, что А. Гонсевский в Москве. Он активно вербовал сторонников и жестоко расправлялся с противниками. Главный новгородский воевода И. Одоевский получил от Я. Делагарди колоссальное земельное пожалование рядом с городом. Неблагодарную роль карателя взял на себя генерал Эверт Горн, который метался по Новгородской земле, разрушая селения и городки, не признававшие иностранную власть.

Андрей МИХАЙЛОВ,
доктор исторических наук, Санкт-Петербург,специально для «Псковской губернии»

Продолжение читайте в следующем номере газеты.


* Степан Иголкин был сыном псковского купца псковского купца Юрия Иголкина и принадлежал, вместе с братом Иваном, к верхушке псковского купечества. См.: Голикова Н. Б. Привилегированные купеческие корпорации России. XVI – первая половина XVIII века. М., 1998. T. I. С. 51-52.

** Современный польский историк Иерноим Граля отрицает факт пыток Шеина в плену. См.: Граля И. Код Речи Посполитой // Родина. № 11. 2005. С. 49.

ЛЖЕДМИТРИЙ III • Большая российская энциклопедия

  • В книжной версии

    Том 17. Москва, 2010, стр. 364-365

  • Скопировать библиографическую ссылку:


Авторы: И. О. Тюменцев

ЛЖЕДМИ́ТРИЙ III, «Псков­ский вор» (наст. имя Ма­тюш­ка) (? – 1613, Мо­ск­ва), са­мо­зва­нец, стре­мив­ший­ся за­нять рус. пре­стол под име­нем по­гиб­ше­го ца­ре­ви­ча Дмит­рия Ива­но­ви­ча в кри­зис­ных ус­ло­ви­ях Смут­но­го вре­ме­ни. Сын диа­ко­на од­ной из моск. церк­вей за р. Яу­за.

В нач. 1611 под име­нем ка­за­ка Си­дор­ки тор­го­вал но­жа­ми в Нов­го­ро­де. 23.3(2.4).1611 он в ок­ру­же­нии ка­за­ков явил­ся в го­род и объ­я­вил се­бя чу­дес­но спас­шим­ся «ца­рём Дмит­ри­ем Ива­но­ви­чем» (т. е. Лжедмитрием I). Нов­го­род­цы про­гна­ли его. Л. III и ка­за­ки бе­жа­ли в Иван­го­род, где бы­ли при­ня­ты вое­во­дой кн. И. Ф. Хо­ван­ским и слу­жи­лы­ми людь­ми с пу­шеч­ным са­лю­том, са­мо­зван­цу при­сяг­ну­ли кре­по­сти Ям (ны­не Кин­ги­сепп), Ко­по­рье, Гдов, од­на­ко Псков – центр пов­станч. дви­же­ния на се­ве­ро-за­па­де Рус. гос-ва – от­казал­ся це­ло­вать ему крест. В авг. 1611 Л. III, со­брав не­боль­шое вой­ско, пы­тал­ся взять Псков, но шве­ды во главе с Я. П. Де­ла­гар­ди, за­хва­тив­шие к то­му вре­ме­ни Нов­го­род, ото­гна­ли его от го­ро­да, а за­тем на­го­ло­ву раз­гро­ми­ли на р. Плюс­са, по­сле че­го са­мо­зва­нец с ос­тат­ка­ми сво­их сил су­мел ук­рыть­ся в Иван­го­ро­де.

Осе­нью 1611 но­вый псков­ский вое­во­да, по­жа­ло­ван­ный в 1609 в боя­ре Лже­дмит­ри­ем II Н. Д. Вель­я­ми­нов-Зер­нов, убе­дил утом­лён­ных мно­го­ме­сяч­ной швед. оса­дой пско­ви­чей при­гла­сить Л. III в го­род. 4(14) дек. при­нят пско­ви­ча­ми как «царь Дмит­рий Ива­но­вич». К ру­ко­во­ди­те­лям Пер­во­го опол­че­ния 1611 кн. Д. Т. Тру­бец­ко­му и И. М. За­руц­ко­му в та­бо­ры под Мо­ск­ву от Л. III был на­прав­лен ата­ман Г. По­пов с ок­руж­ны­ми гра­мо­тами. По­яв­ле­ние по­соль­ст­ва Л. III спу­та­ло пла­ны За­руц­ко­го, рас­счи­ты­вав­ше­го воз­вес­ти на пре­стол сы­на Лже­дмит­рия II и М. Мни­шек Ива­на Дмит­рие­ви­ча и стать при нём фак­тич. пра­ви­те­лем го­су­дар­ст­ва. В янв. 1612 в Псков бы­ли от­прав­ле­ны по­слы К. Д. Бе­ги­чев и Н. В. Ло­пу­хин, но они вме­сто ра­зо­бла­че­ния Л. III «при­зна­ли» в нём «ца­ря Дмит­рия Ива­но­ви­ча». Весть о слу­чив­шем­ся в Пско­ве спро­во­ци­ро­ва­ла мя­теж в та­бо­рах опол­че­ния под Мо­ск­вой 22.3(1.4).1612. Бы­ло ор­га­ни­зо­ва­но кре­ст­ное це­ло­ва­ние Л. III, кня­зей Тру­бец­ко­го и За­руц­ко­го си­лой за­ста­ви­ли при­сяг­нуть са­мо­зван­цу. В на­ча­ле апр. 1612 в Псков бы­ло от­прав­ле­но но­вое по­соль­ст­во, воз­глав­ляв­шее­ся быв. фа­во­ри­том Лже­дмит­рия II И. В. Пле­щее­вым Гла­зу­ном. Со­бы­тия в под­мос­ков­ных та­бо­рах сна­ча­ла вне­сли раз­лад, а за­тем при­ве­ли к пол­но­му раз­ры­ву ме­ж­ду ру­ко­во­ди­те­ля­ми Пер­во­го опол­че­ния 1611 и ру­ко­во­ди­те­ля­ми Вто­ро­го опол­че­ния 1611–12, ко­то­рые офи­ци­аль­но объ­я­ви­ли о не­при­зна­нии как Л. III, так и сы­на М. Мни­шек Ива­на.

В Пско­ве И. В. Пле­ще­ев Гла­зун пуб­лич­но «при­знал» Л. III преж­ним «ца­рём Дмит­ри­ем Ива­но­ви­чем», но тут же тай­но под­го­то­вил его низ­ло­же­ние и арест. Пско­ви­чи к то­му вре­ме­ни силь­но раз­оча­ро­ва­лись в Л. III и его вои­нах, ко­то­рые ока­за­лись не в со­стоя­нии за­щи­тить го­род и уезд от шве­дов и от­ря­дов А. И. Ли­сов­ско­го и, бо­лее то­го, са­ми за­ня­лись гра­бе­жа­ми и бес­чин­ст­ва­ми в оса­ж­дён­ном го­ро­де. В кон­це мая 1612 за­го­вор­щи­ки но­чью по­пы­та­лись за­хва­тить Л. III, но ему вме­сте со став­шим его «боя­ри­ном» кн. И. Ф. Хо­ван­ским уда­лось бе­жать в Гдов. Пле­ще­ев Гла­зун уго­во­рил Хо­ван­ско­го вы­дать са­мо­зван­ца и от­вёз его в та­бо­ры опол­чения под Мо­ск­ву, где по рас­по­ря­же­нию кн. Д. Т. Тру­бец­ко­го он был за­клю­чён в тюрь­му. По­вод для кон­флик­та ме­ж­ду Пер­вым и Вто­рым опол­че­ния­ми был уст­ра­нён, что соз­да­ло ус­ло­вия для объ­е­ди­не­ния их сил. Вско­ре по­сле из­бра­ния на цар­ст­во Ми­хаи­ла Фё­до­ро­ви­ча Л. III был по­са­жен на цепь для все­об­ще­го обо­зре­ния и за­тем каз­нён.

ЛЖЕДМИТРИЙ III | Энциклопедия Кругосвет

ЛЖЕДМИТРИЙ III (? –1612) – третий самозванец и авантюрист, объявивший себя в годы Смуты русским царем Дмитрием Ивановичем и «оглашенный» им 4 декабря 1611 во Пскове. По одним данным – «вор Сидорка», по другим – московский дьякон Матвей «из церкви за Яузой». В 1611 в Новгороде на рынке объявил себя «чудесно спасшимся царевичем Дмитрием», но был опознан и с позором изгнан из города. Бежал в Ивангород и там 23 марта 1611 вновь объявил себя царевичем. Вступал в переговоры с шведским комендантом Нарвы Филиппом Шедингом, шведский король посылал к Лжедмитрию III посла, но тот счел собеседника самозванцем.

8 июля 1611, собрав небольшое войско, Лжедмитрий III от Иваногорода подошел к Пскову, но узнав, что сюда же идут шведские войска, испугался разоблачения и двинулся в Гдов. Тем не менее, шведский генерал Горн прислал ему послание, где писал, что его «признают уже многие», поэтому шведский король дает ему удел во владение. Послание заканчивалось предложением отказаться от притязаний на русский престол в пользу шведского принца. Играя в «законного царя», Лжедмитрий III отверг это предложение.

4 декабря 1611 года въехал во Псков, где был «оглашен» царем. Узнавшие о самозванце К.Минин и Д.Пожарский в своих грамотах призывали народ, не верить «ни Маринке с сыном, ни тому вору, что стоит под Псковом». Однако, московские казаки послали в Псков своих представителей Казарина Бегичева и Нехорошку Лопухина, которые при большом стечении псковичей заявили, что перед ними «истинной государь наш». Еще один казак, ярый сторонник прежнего самозванца, Лжедмитрия II, Иван Глазун-Плещеев, убедил остатки Первого казачьего ополчения принести присягу Лжедмитрию III.

2 марта 1612 казаки присягнули Лжедмитрию III, затем присягу принесли южные и северские города, Алатырь и Арзамас (кроме ближайших к столице). В специальном послании, присланном в марте 1612 в Гдов Лжедмитрию III, сообщалось, что московские казаки присылают в подмогу «самодержцу» Ивана Глазуна-Плещеева и атамана Казарина Бегичева с казачьим отрядом. При этом Плещеев, лично знавший Лжедмитрия II, вновь публично признал в новом самозванце царя Дмитрия Ивановича, после чего псковичи предложили Лжедмитрию III царствовать. Но дорвавшись до власти, тот начал распутную жизнь, раздачу чинов и обложил посадский люд тяжелыми поборами

Московские казаки, разочаровавшись в «царе», ушли из Пскова, сами псковичи также были готовы его свергнуть. Лжедмитрий III в ночь на 18 мая 1612 бежал из Пскова, но отряд псковичей догнал его; самозванец был посажен в клетку и выставлен на всеобщее обозрение, чтобы всякий мог обругать его и плюнуть в лицо. 1 июля 1612 его повезли в Москву, по дороге на обоз напал отряд поляков под командованием некоего Лисовского, в короткой схватке Лжедмитрий III был убит.

Наталья Пушкарева

Проверь себя!
Ответь на вопросы викторины «Мифология»

Вид их был ужасен, вместо волос у них были змеи, в руках они держали бичи и факелы. Богинями чего были Алекто, Тисифона и Мегера?

Лжедмитрий III — биография

Происхождение Лжедмитрия III неясно. Одни документы называют его «вором Сидоркой», согласно другим в действительности он был московским дьяконом Матюшкой «из церкви за Яузой».

Лжедмитрий III впервые появился в Новгороде в 1611 году. На рынке он объявил себя «чудесно спасшимся царем Димитрием Иоанновичем», но был опознан и с позором изгнан из города. Бежал в Ивангород и там 23 марта 1611 года вновь объявил себя «царем». Самозванец рассказывал горожанам, что он не был убит в Калуге, а «чудесно спасся» от смерти.

Лжедмитрий III вступал в переговоры с шведским комендантом Нарвы Ф. Шедингом. Шведский король Карл IX послал к самозванцу посла П. Петрея, хорошо знавшего Лжедмитрия I по переговорам в Москве. П. Петрей доложил монарху, что это самозванец, после чего король приказал прекратить все контакты с ним.

8 июля 1611 года, собрав небольшое войско, Лжедмитрий III от Ивангорода подошел к Пскову. По данным Псковской летописи, 8 июля 1611 года его отряд расположился в окрестностях города, а сам он начал переговоры с жителями об условиях признания его государем. Узнав, что сюда же идут шведские войска под командованием генерала Э. Горна, Лжедмитрий III бежал в Гдов.

Осенью 1611 года между шведами и Лжедмитрием III шли активные боевые действия, о которых сохранилось очень мало сведений. Похоже, что, в отличие от Лжедмитрия I, он являлся слабым военачальником. Главной базой самозванца был Гдов.

4 декабря 1611 года Лжедмитрий III въехал во Псков, где был «оглашен» царем. С этого времени город стал его основной базой. Зимой 1612 года казаки самозванца совершили набеги из Пскова и Гдова на Дерпт (ныне Тарту в Эстонии) и шведскую Ливонию.

Московские казаки послали в Псков своих представителей, которые при большом стечении псковичей заявили, что перед ними «истинной государь наш». 2 марта 1612 года казаки присягнули Лжедмитрию III, затем присягу принесли южные и северские города, Алатырь и Арзамас.

Дорвавшись до власти, Лжедмитрий III начал вести распутную жизнь и обложил посадский люд тяжелыми поборами, что отрицательно сказалось на его популярности. Московские казаки, разочаровавшись в «царе», ушли из Пскова, сами псковичи также были готовы его свергнуть.

В ночь на 18 мая 1612 года Лжедмитрий III бежал из Пскова, но отряд псковичей догнал и схватил его. Самозванец был посажен в клетку и выставлен на всеобщее обозрение. 1 июля 1612 года его повезли в Москву. По дороге на обоз напал отряд поляков. Сведения о дальнейшей судьбе самозванца рознятся. По одним данным, псковичи убили «вора» во время схватки с польским отрядом. По другим свидетельствам, Лжедмитрий III все же был доставлен в Москву и там казнен.

Лжедмитрий III. Три Лжедмитрия

Лжедмитрий III

Тем временем в Пскове произошли события, грозившие развалить земское движение. Псковичи отказались присягнуть на верность царю Владиславу. Прошло некоторое время, и на Псковщине появился новый самозванец — Лжедмитрий III.

История псковского авантюриста незамысловата. Едва калужане предали земле останки шкловского бродяги, как в Москве нашелся другой авантюрист, взявшийся окончить прерванную комедию.

Кем был вновь объявившийся самозванец, неизвестно. Русские авторы допускали вопиющие противоречия, едва речь заходила о Лжедмитрии III. Придворный летописец Романовых утверждал, будто тот был москвичом: пришел в Ивангород «с Москвы из-за Яузы дьякон Матюшка и назвался царем Дмитрием». Современники подозревали, что новый «вор» происходил из духовного сословия, но его подлинного имени так и не установили. Свой рассказ о «царе» Матюшке автор «Нового летописца» снабдил неожиданным заголовком: «О Сидорке, Псковском воре». Итак, последнего самозванца звали то ли Матюшкой, то ли Сидоркой.

Где был этот человек в момент гибели Лжедмитрия II, никто не знает. Прошло немного времени, и дьякон сбежал из Москвы в Новгород. Опустошив свой тощий кошелек, Сидорка-Матюшка попытался заняться мелкой торговлей. Он раздобыл несколько ножей и еще кое-какую мелочь и задумал сбыть товар с выгодой для себя. Предприятие быстро лопнуло, и беглецу пришлось просить милостыню, чтобы не умереть с голода. В один прекрасный день он наконец собрался с духом и объявил новгородцам свое «царское» имя.

Толпа осыпала новоявленного «царя» бранью и насмешками. Многие узнали в нем бродячего торговца. Незадачливому самозванцу пришлось спешно убираться из Новгорода. Все же ему удалось увлечь за собой несколько десятков человек. С ними он бежал в Ивангород. Крепость эта находилась в руках бывших тушинцев, и самозванец рассчитывал на их любезный прием.

Ивангородцы изнемогали в неравной борьбе. Несколько месяцев крепость осаждали шведы. Затем к городу подошел пан Лисовский с отрядом. Горожане не поверили его дружеским заявлениям и заперли перед ним ворота.

Наконец их призывы о помощи были услышаны. В город прибыл воскресший «Дмитрий» собственной персоной. Три дня ивангородцы палили из пушек в честь долгожданного спасителя. Простым людям «царек» казался своим человеком. Иноземцы находили его смелым и находчивым краснобаем. В самом деле, «вор» без устали повторял историю своего спасения всем желающим. Он был зарезан в Угличе, но избежал смерти. Его изрубили и сожгли в Москве, но и тогда он восстал из мертвых. Его обезглавили в Калуге, но вот он — жив и невредим стоит перед всеми.

Добившись признания в Ивангороде, самозванец тотчас завязал тайные переговоры с псковичами. Нигде социальная борьба не приводила к столь решительным результатам, как во Пскове. Подняв восстание против царя Василия Шуйского, «меньшие люди» изгнали из города воевод, дворян и лучших людей. После свержения Шуйского семибоярщина так и не смогла добиться покорности от псковичей. Город отказался от присяги в пользу королевича Владислава. Весть о гибели Лжедмитрия II посеяла тревогу в псковских низах. Но сторонники калужского «царька» воспрянули духом, едва прослышали о появлении «государя» в Ивангороде. Псков не сразу освоился с невероятной новостью, и казаки, очертя голову бросившиеся в новую авантюру, принуждены были хитрить. Атаманы объявили о сборе в поход, и их сотни в боевом порядке покинули Псков. Едва за спиной у казаков захлопнулись крепостные ворота, отряд развернулся и помчался к Ивангороду. Прибыв в Ивангород, казаки уверили Матюшку в том, что Псков примет его с распростертыми объятиями. «Царек» поверил им и в начале июля разбил свои бивуаки в псковских предместьях. Его посланцы потребовали ключи от города. Псковичи долго советовались, как быть. В конце концов они решили, что проживут и без «царька».

Матюшка окончательно испортил дело после того, как велел захватить городское стадо и на славу угостил свое воинство. Шесть недель самозванец маячил у стен крепости, а затем внезапно исчез. Его спугнули шведы. По Новгородской дороге к Пскову приближались шведские отряды и ополчение новгородских дворян. К ним присоединилось немало псковских помещиков. Меньшие люди Пскова знали, что их не пощадят в случае поражения, и решительно отвергли все предложения о сдаче. «Новгородское государство» тщетно убеждало псковичей последовать его примеру и отдаться под покровительство Швеции. Псковский народ решительно отверг путь предательства. Не для того псковичи восстали против Владислава, чтобы признать над собой власть шведского королевича.

При поддержке новгородских и псковских дворян шведы попытались силой овладеть непокорным городом.

8 сентября 1611 г. они взорвали крепостные ворота и устремились на приступ со стороны реки Великой. Наемники помнили о «новгородском взятии» и предвкушали легкую победу. Они готовились разграбить древний город. Но псковичи давно изгнали из своего города всех, кто мог оказать помощь врагам. И потому шведские солдаты не добились тут успеха. Приступ был отбит. Пять недель неприятель осаждал крепость, а затем отступил к Новгороду.

Вскоре Псков подвергся нападению с запада. Король Сигизмунд III направил против Пскова армию гетмана Ходкевича, стоявшую в Ливонии. Ходкевич осадил Псково-Печорский монастырь. В течение полутора месяцев тяжелые осадные пушки вели огонь по монастырским укреплениям. В нескольких местах стена крепости покрылась трещинами и осела. Но стрельцы, монахи и окрестные крестьяне, затворившиеся в монастыре, не теряли мужества. Отразив семь вражеских приступов, они вынудили Ходкевича снять осаду и отступить в Ливонию.

В Пскове установилось народовластие. Город давно заявил о поддержке земского освободительного движения. Горожане готовы были послать войско, чтобы ускорить освобождение Москвы. Но им пришлось самим запросить помощи у земского ополчения, чтобы выстоять в неравной борьбе. «Многие напасти на нас сходятся отовсюду, — писал псковский „мир“ вождям ополчения, — а помощи ниоткуда нет!» «Совет всей земли» откликнулся на это обращение. В Псков выступил воевода Никита Вельяминов, а за ним Никита Хвостов с отрядом казаков.

Смерть Ляпунова развязала руки сторонникам самозванцев в подмосковном ополчении. Однако среди них не было единодушия. Шведы получили достоверную информацию о том, что Заруцкий старался убедить казаков избрать в цари Ивана Дмитриевича. Однако «царевич» был грудным младенцем, и все понимали, что править за него будет его мать Мнишек. Вдова двух самозванцев, однако, не пользовалась никакой популярностью в народе.

Весть о появлении «Дмитрия» в новгородских пределах вызвала минутное возбуждение среди казаков, которое вскоре улеглось. Весть была слишком невероятной. В таборах было много ветеранов, своими глазами видевших мертвую голову «государя», отделенную от туловища.

Шло время, а поток известий о деяниях «Дмитрия» не только не иссяк, но стал разрастаться. Время брало свое, и легковерные люди все больше свыкались с мыслью о новом спасении поистине бессмертного сына Грозного. На удочку попали те из казаков и московских повстанцев, которым не довелось видеть мертвого «вора». Новообращенные большой толпой присоединились к отряду, направленному в Псков Земским ополчением.

Прибытие в Псков сторонников Лжедмитрия мгновенно изменило ситуацию в городе. Под влиянием их агитации псковские низы потребовали признания «истинного государя». Их посланцы выехали в Ивангород и передали Лжедмитрию приглашение псковского «мира». Матюшка не стал ждать, чтобы его попросили дважды. Он тотчас собрался в путь. «Царек» и его свита выбирали глухие проселочные дороги. Им удалось миновать шведские заставы.

4 декабря 1611 г. кавалькада показалась в окрестностях Пскова. Жители успели простить «государю» забитых коров из городского стада. Они устроили ему радушную встречу. Воеводы не имели сил противиться общему порыву. Матюшка тотчас вознаградил их за покорность. Воеводы князь Иван Хованский и Никита Вельяминов сподобились боярского чина и заняли почетное место подле самозванца. Обосновавшись в псковском детинце, Матюшка сразу же отправил в подмосковные таборы атамана Герасима Попова с воззванием к тушинским ветеранам.

Казаки созвали круг и внимательно выслушали речи государева посланца атамана Попова. Некоторые из участников круга открыто выражали сомнения в чудесном спасении «Дмитрия». Наконец было решено отправить в Псков особую делегацию для опознания «царя».

Лжедмитрий III удостоил посланцев ополчения торжественной встречи. Допущенные к руке, старые казаки убедились, что перед ними самозванец, нисколько не похожий на их прежнего «царька». Но вооруженная стража Матюшки окружала трон толпой, и казакам поневоле пришлось прикусить язык. Никто из них не решился обличить «вора». Под нажимом псковичей послы направили ополчению грамоту с подтверждением истинности «Дмитрия».

Грамота полномочных послов всей земли вызвала в ополчении бурю. Простой народ и казаки охотно верили тому, чему хотелось верить. Их страдалец царь в который раз вновь спасся от злых бояр.

Последующие события развивались под действием неудержимых стихийных сил. 2 марта 1612 г. казачий круг, на котором присутствовало также много черных людей — москвичей, провозгласил государем псковского самозванца. Вожди ополчения Заруцкий, Трубецкой и другие, помня о судьбе Ляпунова, подчинились кругу. Они вместе с казаками принесли присягу на имя Лжедмитрия III и вернулись в свою ставку в сопровождении торжественной процессии под грохот артиллерийского салюта. Народ приневолил целовать крест дворян из полка Трубецкого, попавшихся им под руку.

В земских отрядах, стоявших поодаль от таборов, присяга не удалась. Воеводы Мирон Вельяминов, Исайя Погожий и Измайлов, занимавшие позиции подле Тверских ворот и Трубы, бежали из ополчения прочь, опасаясь за свою жизнь.

Некогда Ляпунову удалось сплотить разнородные силы и повести их на освобождение Москвы. Присяга Лжедмитрию разрушила хрупкое единство. Раскол, которого так боялся Ляпунов, стал свершившимся фактом. Переворот в Москве был осуществлен черным людом Москвы и казаками. С помощью наемников боярское правительство с трудом предотвратило выступление этих сил в пользу калужского самозванца в конце 1610 г. С тех пор прошло полтора года. Столичные жители пережили неслыханную трагедию. Их город превратился в груду развалин. С помощью вновь воскресшего «Дмитрия» низы надеялись рассчитаться наконец с лихими боярами.

Вождь ополчения Заруцкий оказался бессильным перед лицом стихии. Он подчинился восставшему народу, но попытался дать свое толкование акту присяги. Тотчас после переворота воеводы «холопы Митка (Трубецкой) и Ивашко Заруцкий» били челом «государыне» Марине Юрьевне и «государю царевичу» всея Руси Ивану Дмитриевичу. Заруцкий ориентировался не на Псков, а на Коломну, где находилась Марина Мнишек с сыном. Он исподволь готовил почву к тому, чтобы посадить на трон «воренка».

Переворот получил поддержку в южных и северских городах, прежде примыкавших к Калужскому лагерю. Там находилось немало атаманов и казаков, сражавшихся в армии Болотникова. На востоке власть псковского самозванца поспешили признать небольшие города Арзамас и Алатырь. Зато Казань, Нижний Новгород, Владимир, Ярославль и Кострома встретили избрание Лжедмитрия III как незаконный акт, противоречащий воле земли. Борьба между сторонниками и противниками Лжедмитрия III грозила взорвать освободительное движение изнутри.

Лжедмитрий 3-ий — Русская историческая библиотека

ГЛАВА ВТОРАЯ

 

 

IX

 

 

После того, как Новгородская земля подпала под власть шведов, в Псковской земле опять завелось воровское гнездо, и Псков стал так же, как и Новгород, бесполезен для дела освобождения Руси от поляков. Ещё весной, когда Делагарди только покушался на Новгород, в Ивангороде появился новый Димитрий – вор Сидорка, как его называют русские летописи; по другому известию[1], это был московский дьякон из церкви за Яузой, по имени Матвей. Он прибежал из Москвы сначала в Новгород; там он не мог прельстить никого: на рынке узнали, кто он. Из Новгорода он убежал в Ивангород, и там 23-го марта объявил, что он – спасенный Димитрий. Три дня поэтому звонили в колокола и палили из пушек в знак радости, а он рассказывал вымышленную историю своего спасения и свои чудесные похождения. Что было в соседстве и в Псковской земле казацкого – все это обрадовалось возрождению Димитрия и спешило к нему. «Вор» завел переговоры со шведским комендантом Нарвы – Филиппом Шедингом. Король, когда ему донес об этом нарвский комендант, послал Петрея, знавшего лично первого Димитрия, узнать, что это за личность. Петрей удостоверился, что этот новый пройдоха не похож на прежних. Тогда, по приказанию короля, Делагарди запретил Шедингу сноситься с ним.

Казачество, сбежавшись к «вору» в Иван-город, собиралось везти его в Псков. Тогда Псков со своей землей страдал от нападений Литвы. Шесть недель, в марте и апреле, стоял под Печорами Ходкевич; отряды его разоряли земли. После семи приступов Ходкевич отошел, чтобы везти припасы осажденным в Москве соотечественникам. Но только что из Псковской земли ушло войско Ходкевича, как пришла туда шайка Лисовского и стала опустошать в конец и без того уже разоренные окрестности Пскова и Изборска. Псковской областью правил дьяк Луговский с посадскими; воевод не было. Угрожаемые и от Литвы, и от шведов, и от своих русских своевольных людей под именем казаков, хотевших ввести в город нового Димитрия, в апреле псковичи послали просить помощи и совета под Москву, к воеводам Русской земли. Челобитчики возвратились в июле (4-го числа) с грамотами, которых содержание вполне неизвестно; но из них было видно, что Москва не могла помочь отдаленной земле, когда сама нуждалась более в ее помощи, наравне с помощью от всех других земель. 8-го июля явился под Псковом «вор» со своей шайкой и начал забирать скот близ города. Собирались к нему новые охотники и целовали крест. Псковичи еще раз послали к главным воеводам челобитье с Никитой Вельяминовым; но «вор» также послал под Москву атамана Герасима Попова и надеялся найти себе подмогу в казаках, готовых признать всякого обманщика под именем Димитрия. «Вор» стоял под Псковом до 23-го августа[2]. Тут напали на Псков шведы с покоренными уже ими новгородцами. Завладев Новгородом, они объявляли притязание и на Псковскую область, по прежней ее связи с Новгородской землей; притом, в Пскове была партия, приглашавшая шведов освободить их от «вора»[3]. Испугавшись приближения шведов, «вор» заранее ушел со своей казацкой шайкой в Гдов. Псковичи, освободившись от него, должны были защищаться теперь против новых врагов, появившихся 31-го августа вместе с детьми боярскими новгородскими и псковскими. Предводителем шведского отряда в 4,500 человек[4] был Эдуард Горн вместо Делагарди, который тогда поехал к своему королю. Он предложил Пскову сдаться и принять шведский гарнизон. Охотников покориться чужеземцам во Пскове оказалось тогда мало. Псков отверг предложение. Горн начал приступ ко Взвозной башне, стоявшей там, где река Пскова входит в город. Поставили петарды, начали сперва удачно, вышибли Взвозные ворота; но потом француз, зажигавший петарду, закричал окружавшим: «Отступите!» (Retirez-vous!). Это приняли за тревогу; воины, не понимавшие французской команды, пустились бежать. Страх сообщился целому войску; все пришло в беспорядок. Горн впоследствии жаловался, что офицеры дурно исполняли его распоряжения и вообще мало показывали храбрости и заботливости, Наступили осенние дожди, дорога до Новгорода испортилась, а нарвский комендант Филипп Шединг от зависти не оказывал Горну надлежащего пособия. Это заставило Горна отступить прочь. Отошедши от Пскова, он пошел на «вора» и осадил его в Гдове. Сначала он писал к нему мирное предложение, напоминал ему, что не считает его настоящим царем, а так как его признают уже многие, то шведский король дает ему удел; он же пусть откажется от своих притязаний в пользу шведского принца, которого русские желают в цари. «Вор», разыгрывая законного царя, с презрением отверг такую унизительную для его царского достоинства сделку.

Казаки сделали вылазку из Гдова, были отбиты и чуть-чуть прорвались сквозь неприятеля назад со своим цариком, а потом бежали из Гдова в Ивангород. «Вор» был ранен. Тут бы мог быть и конец его поприщу, но дела его поправил посланный под Москву Герасим Попов. Там множество казаков провозгласило его царем, и двое из них отправлены были в Псков: то были Иван Лазун Плещеев и Казарин Бегичев с казацким отрядом. Между тем, Псковской земле не было легче после ухода шведов: Лисовский со своей шайкой опустошал Псковскую землю и доходил до Завеличья. Тогда псковичи готовы были уцепиться хоть за что-нибудь. В Пскове образовалась сторона за «вора»; некоторые поверили в тождество его с первым, потому что первого никогда не видели; но большая часть пристала к нему оттого, что псковичам чересчур мерзким казалось чужое господство, хоть польское, хоть шведское, и они готовы были на время признать лучше ведомого «вора», лишь бы не какого-нибудь иноземного королевича. Такое настроение всего понятнее в Пскове, где, по вековому преданию, не терпели вообще всех тех, кого называли общим именем немцев. Дали знать «вору» в Ивангород; он с небольшим отрядом проскользнул, не попавшись в руки шведов, 4-го декабря явился в Псков и был признан царем[5].



[1] Новый Лет. Времен. О.И. и Др., XVII, 142.

[2] Псковск. лет., II. С. Р. Л., IV, 329.

[3] Видекинд, 280.

[4] Видекинд, 300.

[5] Псковск. лет., там же, 330.

 

Портрет и латы Самозванца. Гид по новой выставке Музеев Московского Кремля

Со смертью сына Ивана IV (Грозного) Федора Иоанновича в 1598 году прервалась династия Рюриковичей, потомков полулегендарного варяжского князя, который пришел в 862 году править Новгородом. Начался самый трагический период в истории Руси.

На Смутное время пришлись стихийные бедствия, Русско-польская и Русско-шведская войны, гражданская война и появление самозванцев. Лишь в 1613 году на престол взошел Михаил Федорович — основатель династии Романовых.

Выставка, открывшаяся в выставочных залах Патриаршего дворца и Успенской звонницы, помогает разобраться в тайнах конца XVI — начала XVII века. В экспозиции представлены предметы из собрания Музеев Московского Кремля, Российского государственного архива древних актов, а также ряда российских музеев и Государственных художественных собраний Дрездена. В материале mos.ru — 10 самых интересных экспонатов.

Сигизмундов план Москвы

Наиболее подробный из сохранившихся планов города допетровского периода был сделан по заказу польского короля Сигизмунда III во время Русско-польской войны 1609–1618 годов. Детализированный Сигизмундов план изображает Москву в пределах современного Садового кольца и хорошо передает облик зданий. Например, на нем можно рассмотреть Старый Английский Двор, собор Святого Архистратига Михаила в Кремле, Патриаршие палаты. Карту сопровождает текст с указателем объектов и краткой информационной справкой об устройстве Москвы и ее жителях.

Оригинал плана датирован 1610 годом. На выставке представлена одна из его копий, сделанных для атласа Civitates orbis terrarum. Theatri praecipuarum totius mundi urbium (в переводе с латыни — «Атлас городов земного мира. Обозрение знатнейших городов всего мира») 1618 года.

История на улицах: что сохранилось в Москве со Смутного времени Болото на Театральной площади и 2000 пушек. Заглядываем в Москву XVII века

Царственная книга Лицевого летописного свода

Царственная книга — последняя часть Лицевого летописного свода, самого крупного (около 10 тысяч листов) летописного произведения Средневековой Руси, созданного по велению Ивана Грозного в 1560–1570-е годы. Слово «лицевой» в названии свода говорит о том, что он иллюстрирован, то есть представлен «в лицах».

В Царственной книге в подробностях запечатлены все важные события периода правления последних Рюриковичей: церемония венчания на царство великого князя Ивана Васильевича, будущего Ивана IV, его свадьба с царицей Анастасией Романовной, взятие Казани, рождение наследников и многое другое.

Тайны Старого Английского Двора. Заглядываем в средневековую Москву

Золотой ковш Ивана Грозного

Этот роскошный предмет утвари создан в память о победе Ивана Грозного в одном из сражений Ливонской войны, начатой в 1558 году. Во время первого ее этапа русские войска взяли более 20 городов и крепостей в Прибалтике, включая Нарву и Дерпт. Важнейшим стратегическим пунктом на литовском направлении был Полоцк, который вместе с прилежащими землями Рюриковичи считали своим. В январе 1563 года город подвергся осаде, бомбардировке и штурму, местный гарнизон капитулировал.

Тогда Иван Грозный повелел взять полоцкое золото и изготовить из него ковш, украшенный драгоценными камнями и жемчугом, литьем, гравировкой и чернью. По краю ковша выгравирована надпись с полным титулом царя Ивана Васильевича, а на донце размещена надпись том, по какому случаю и из чего он сделан.

Истории вещей. Какими деньгами рассчитывались в средневековой Москве

Портрет Лжедмитрия I

Смерть восьмилетнего царевича Дмитрия, младшего сына Ивана Грозного, в 1591 году до сих пор остается загадкой. Четкого ответа на вопрос, была ли она случайной или спланированной позже взошедшим на престол Борисом Годуновым, нет. Впрочем, ходили слухи о том, что мальчик не погиб. Это дало почву для появления самозванцев — людей, выдававших себя за чудом выжившего царевича.

Лжедмитрий I, или, как он себя называл, Дмитрий Иванович, прибыл в Москву из Польши летом 1605 года и вскоре был венчан на царство. Править ему довелось чуть меньше года — весной 1606-го он был убит. О личности Самозванца современники высказывались неоднозначно, но были едины в описании его выразительной внешности: «роста был он среднего, вовсе без бороды, крепкого, сильного сложения, цветом смугловатый, с бородавкою подле носа, под правым глазом».

Эта гравюра 1606 года — одно из лучших и наиболее достоверных изображений Лжедмитрия I. Ее создал Лукас Килиан (1579–1637), немецкий рисовальщик и гравер, мастер орнаментальной гравюры, происходящий из большой семьи аугсбургских художников и ювелиров.

Лицо из Средневековья. Узнаем, как выглядел Иван Грозный при жизни

 

Доспех Лжедмитрия I

Согласно мемуарам современников, Лжедмитрий I был крепким коренастым мужчиной среднего роста. Косвенно это подтверждают сохранившиеся части его парадного доспеха. Впрочем, размер не единственное, чем может быть интересен этот экспонат. Доспех был изготовлен в оружейной мастерской известного миланского оружейника того времени Помпео делла Кьеза, располагавшейся в замке Сфорца.

Части доспеха изготовлены из железа и обильно украшены. На них можно увидеть травленый и золоченый растительный орнамент, овальные медальоны с царскими двуглавыми орлами, кружки с изображениями орудий страданий Христа и с гербами царств и земель, упомянутых в царском титуле. Также на латах находится большая царская печать Ивана Грозного — с ее помощью самозванец подтверждал законность своей власти.

От Лжедмитрия до Талалихина: где в Москве искать следы знаменитых сражений

 

Коронационная медаль Лжедмитрия I

Коронационные медали впервые появились в России при Лжедмитрии I, который стремился сформировать образ европейского правителя и выбирал соответствующие мемории, то есть предметы, связанные с его правлением. Такие медали чеканили в Польше и в Москве к свадьбе самозванца с Мариной Мнишек. Наиболее известна польская медаль, на которой Лжедмитрий представлен в три четверти — с непокрытой головой, в плаще. Многочисленные ее повторения были сделаны позднее, как, например, эта медаль из собрания Музеев Московского Кремля, которую можно увидеть на выставке.

От Андрея Первозванного до Станислава. Изучаем ордена Российской империи

Хромолитография «Прием польских послов Лжедмитрием I в Грановитой палате»

В Москву Лжедмитрий отправился, заручившись поддержкой польского короля: он пообещал передать ему часть русских земель и ввести на Руси католичество. Посулам Самозванца не суждено было сбыться, и причиной этого стал неправильно названный титул мнимого государя.

В мае 1606 года, незадолго до смерти «Дмитрия Ивановича», ко двору прибыли польские послы. Они передали ему грамоту Сигизмунда III, но царь отказался ее принимать — польский правитель назвал его просто «князем московским», а не «непобедимым цезарем и императором».

На хромолитографии (то есть цветной литографии) изображен тот самый прием польских послов в Грановитой палате. На ней можно увидеть главных героев Смутного времени: Лжедмитрия I (он находится в правом, красном углу палаты), польских послов, один из которых протягивает царю злосчастную грамоту, и Юрия Мнишека — отца Марины Мнишек (он изображен в профиль справа от послов).

Истории вещей: какие тайны хранит гравюра XVI века

 

Платок «История Дмитрия Самозванца»

Кем был в действительности Лжедмитрий I — одна из главных загадок Смутного времени. Существует несколько гипотез. Наибольшую популярность получило предположение, что под именем Дмитрия Ивановича скрывался монах Григорий Отрепьев, сбежавший из Чудова монастыря.

Именно эта легенда стала фундаментом для создания официальной версии и нашла отражение в исторической и художественной литературе. Наглядным примером ее живучести может служить памятный платок с фрагментами гравюр из романа Фаддея Булгарина «Димитрий Самозванец», впервые опубликованного в 1830 году.

На платке изображены сцены истории самозванца с подписями: «Сигизмунд признает самозванца за Димитрия», «Самозванец Димитрий переменяет веру», «Гришка делается Димитрием Самозванцем», «Гришка в Польше мнимо болящий», «Самозванец с помощью короля идет на Москву», «Встреча гражданами Самозванца в Москве», «Калерия обличает Самозванца в Москве», «Смерть Самозванца в деревне Котлах» и так далее.

Договор о перемирии

После смерти Лжедмитрия I на престол взошел Василий Шуйский. Он правил с 1606 по 1610 год, в самое тяжелое для государства время. Этот договор о перемирии на три года и 11 месяцев, который он заключил с Сигизмундом III, свидетельствует о его отчаянном положении. Еще весной армия нового Самозванца двинулась на Москву.

К сожалению, договор о перемирии ничего Шуйскому не дал — польские отряды, пришедшие с Лжедмитрием II, продолжили разорять русскую землю, а отпущенная из Москвы Марина Мнишек признала во втором самозванце своего супруга и «истинного государя». Шуйский был схвачен поляками и последние два года жизни провел в плену.

Царский титулярник

Преемственность династии от Рюриковичей до Романовых отражена в Царском титулярнике, или Большой государевой книге. Иллюстрированная рукописная книга была создана в 1672 году, при Алексее Михайловиче, втором российском правителе из Романовых. В титулярниках содержалась информация о титулах русских и иностранных монархов, гербах и печатях.

Текст для Царского титулярника написали дипломат, путешественник и географ Николай Милеску-Спафарий и подьячий Посольского приказа Петр Долгово. Помимо текстов, в титулярнике находятся портреты царей, выполненные серебряными и цветными красками. Их создали ученик Симона Ушакова Иван Максимов и патриарший иконописец Дмитрий Львов, золотописец Григорий Благушин и другие известные мастера того времени.

Орлы, единороги и цветы. Разбираемся в гербах Пушкиных, Скрябиных и других дворян

 

Димитрий Лжедмитрий II (? — 21 декабря 1610 г.), русские воины

Карьера

Настоящий Дмитрий умер при невыясненных обстоятельствах, скорее всего, в результате убийства в 1591 году в возрасте девяти лет в удельной резиденции своей овдовевшей матери в Угличе. Второй Лжедмитрий впервые появился на сцене около 20 июля 1607 года в Стародубе. Считается, что он был сыном священника или обращенным евреем и был относительно высокообразованным для того времени.

Он говорил как на русском, так и на польском языках и был в некотором роде знатоком литургических вопросов.

Сначала он выдавал себя за московского боярина Нагоя, но под пытками признался, что он царевич Дмитрий, после чего его схватили, и к нему присоединились тысячи казаков, поляков и москвичей. Это принесло ему поддержку магнатов Речи Посполитой, которые поддержали Лжедмитрия I. Адам Вишневецкий, Роман Ружиньский, и Январь Сапега решил поддержать и второго претендента, предоставив ему первые средства и 7500 солдат, среди которых это Александр Юзеф Лисовский, лидер печально известной банды наемников, позже известной как Lisowczycy.

Он быстро захватил Карачев, Брянск и другие города, был усилен поляками и весной 1608 года двинулся на Москву, разгромив войско царя Василия Шуйского у Болхова. Обещания массовой конфискации имений бояр привлекли на его сторону множество простых людей.

Село Тушино в двенадцати верстах от столицы было превращено в вооруженный лагерь, где Дмитрий собрал свое войско.

Его силы вскоре превысили 100 000 Наставник Напившись за обедом.Он приказал запрячь сани, взяв в сани фляги с медом. Выйдя в открытую местность, он выпил с какими-то боярами.

Князь Петр Урусов вместе с несколькими десятками всадников, с которыми он состоял в союзе, ехал за ним, очевидно, сопровождая его.

И когда самозванец хорошо напился с боярами, Урусов вытащил из кобуры пистолет, который был у него наготове, и, вскочив к саням, сначала выстрелил в него из пистолета, затем отрубил ему голову и руку саблей, вышли в дорогу.

Членство

Первоначально в его состав входили 7000 польских солдат, 10 000 казаков и 10 000 других тряпичных солдат, включая бывших членов неудавшегося рокоша Зебжидовского.

ExecutedToday.com »фальшивый дмитрий iii

1592: Угличский колокол

1 апреля 2018 г. Палач

В этот день, в 1592 году, колоколу Угличского вырезали «язык», после чего он был отправлен в сибирскую ссылку — венец коллективного наказания за убийство цесаревича Дмитрия, побывавшего в этом волжском городке.

Через восемь лет после смерти свирепого и эпохального Ивана Грозного Россия находилась под властью боярина Бориса Годунова, правившего вместо своего зятя, святого Ивана, наследника царя Федора. *

Хотя существуют конкурирующие интерпретации, ** общепринятое понимание событий, которое мы подробно рассмотрим, состоит в том, что Годунов превратился в убийцу, чтобы сохранить свою власть и, в конечном итоге, добиться царства для себя.

На тот момент еще не сам царь, проблема Годунова заключалась в том, что он осуществлял власть только через Федора … и у этого бесследного государя был (много) младший брат, наша жертва царевич Дмитрий, который в нужный момент мог легко прийти на смену обоим. Федор и Годунов.Борис Годунов спрятал эту тряпку и свою маму в Угличе, где у ребенка был свой двор, как у последнего удельного князя России. Английский дипломат Гил (л) эс Флетчер † никогда не встречался с Дмитрием, но его 1591 Of the Russe Commonwealth поймал опасность ситуации с некоторыми предзнаменованиями.

Помимо нынешнего императора, у которого нет детей (и это не похоже на то, что когда-либо могло быть необходимо, чтобы предположить его тело и обнаженность его жены после стольких лет брака), есть еще только один, а именно ., ребенок шести или семи лет, в котором вся надежда на преемственность и потомство этого дома…

[Ребёнок] содержится в отдалённом от Москвы месте под опекой его матери и её родственников из дома Нагоев, но он небезопасен (как я слышал) от попыток избавиться практикой от тех, кто стремится к престолонаследию, если этот император умрет без всяких проблем. Медсестра, которая пробовала перед ним определенное мясо (как я слышал), вскоре умерла. То, что он — естественный сын Ивана Васильевича, русские люди подтверждают отцовскими качествами, которые начинают проявляться уже в юные годы.Он рад (как они говорят) видеть убитых овец и другой крупный рогатый скот, смотреть им в горло, пока они истекают кровью (что обычно дети боятся созерцать), и бить гусей и кур посохом, пока он не увидит, что они лежат мертвыми.

Судебные слухи об опасности Дмитрия кое-что подтвердили. 15 мая 1591 года восьмилетний князь был найден мертвым. Он получил ранение в шею.

Мать Дмитрия приказала местным прелатам позвонить в соборный колокол, созвать горожан к общине, чтобы объявить об убийстве и обвинить в нем агентов Бориса Годунова.Вскоре возмущение и паника сплотили людей в толпу, которая буйствовала по Угличу и линчевала 15 человек, в том числе одного из товарищей Дмитрия по играм, а также московского дьяка Михаила Битяговского.


На иконе цесаревича Дмитрия «Угличский» XVIII века (щелкните, чтобы увеличить) изображено его убийство (слева) и звон в соборный колокол для возбуждения суммарного правосудия (справа). У подножия собора Михаил Битяговский пытается выбить дверь, чтобы заглушить тревогу.

Опасная для посторонних, эта толпа была бессильна против государства Российского.Борис Годунов направил делегацию, которая обелила убийство Дмитрия и безжалостно наказала Углич; Сообщается, что около 200 человек были казнены за беспорядки.

Сам колокол получил высшее наказание 1 апреля 1592 года как буквальный физический зачинщик бунта: его сбросили с башни, пороли на городской площади и искалечили, оторвав его «язык» (колотушка). из. Затем он был отправлен в ссылку в Тобольск, где оставался до 19 века.Сегодня он висит в Угличской церкви Святого Дмитрия на Крови, хотя — как подробно описано на странице русской Википедии колокола — ведутся споры о его подлинности.

Что касается «святого Дмитрия», то его история только начиналась, и канонизация не была ее половиной.

Когда царь Федор умер в 1598 году и Борис Годунов сразу захватил трон, Россия вступила в свое «смутное время» — пятнадцать ужасных лет гражданской войны, вторжения и оспариваемого престолонаследия, закончившегося восседанием династии Романовых.Смутное время характеризовалось, среди прочего, тем, что несколько самозванцев выдавали себя за убитого князя Дмитрия и, следовательно, за законного царя. Лжедмитрии были настолько распространены во время этого междуцарствия, что у них есть собственная нумерация претендентов на царство, но все они потерпели поражение в борьбе за власть: Лжедмитрий I, Лжедмитрий II и Лжедмитрий III пришли к жестоким и гнусным концам.

* У Ивана Грозного был великолепно богатый наследник, которого готовили к власти в виде некоего царевича Ивана, но непостоянный царь ударил его во время ссоры в 1581 году и случайно убил, что привело к престолонаследию неподготовленного Федора. катастрофические события этого поста, а также эта невероятная картина Ильи Репина:


Детальный вид (нажмите, чтобы увидеть полное изображение) репинского изображения перепуганного Ивана Грозного, держащего в руках своего смертельно раненого сына.

** Другая принципиальная версия (русская ссылка) состоит в том, что у Дмитрия случился эпилептический припадок во время игры с ножами, и он случайно зарезался. Многие угличане передали эту историю официальному расследованию (более русскому), которое последовало за смертью князя, но на их показания трудно полагаться, поскольку связанные с Годуновым властями, проводившие расследование (например, Патриарх Иов, которого Годунов сделал митрополитом Московским), предпочли эту версию и, предположительно, удостоверились, что они ее получили.После смерти Годунова официальная версия перекладывала ответственность на него — хотя это опять-таки было обусловлено политическими императивами того момента. Некоторые историки на протяжении многих лет доверяли гипотезе «случайности».

† Это Джайлз Флетчер-старший, которого не следует путать с его сыном, поэтом Джайлзом Флетчером-младшим.

‡ У Федора была единственная дочь Феодосия, родившаяся в 1592 г. (умерла в 1594 г.). На момент убийства Дмитрия Федору было 33 года, и он был полностью бездетным.

В этот день ..
  • 1918: Поль фон Ренненкампф, царский генерал — 2020
  • 889: Цинь Цзунцюань, военачальник позднего Тан — 2019
  • 1464: Иоганн Брейде, via Schandbild — 2017
  • 1698: Катарина Зоммермайер, Байерстедт ведьма — 2016
  • 1307: Меркод Баллах, обезглавленный — 2015
  • 2013: День смертной казни в Персидском заливе — 2014
  • 1916: Габриель Пети, бельгийский шпион — 2013
  • 1872: Уильям Фредерик Хорри, первый Марвуд — 2012
  • 1942: Не Херш Смоляр, спасен Genesis — 2011
  • 1965: Джон Харрис, белый мученик против апартеида — 2010
  • 1691: Джек Витрингтон, разбойник — 2009
  • Тематический набор: Избранные из календаря Ньюгейта — 2009
  • 325: Лициний, последнее препятствие Константина — 2008

Запись подана в соответствии с: 16 век, пограничные «казни», история, неодушевленные предметы, публичные казни, беспорядки, Россия, измена

Теги: 1590-е, 1592, 1 апреля, борис годанов, дмитрий угличский, лжедмитрий i, лжедмитрий ii, лжедмитрий iii, федор i, иван грозный, смутное время, углич

Пантеон

  • Визуализации
  • Рейтинги
    • Люди
    • Места
    • Профессии
  • Профили
    • Люди
    • Места
    • Страны
    • Профессии
    • Профессия / Страна
    • Эры
  • О компании
  • Данные
    • Разрешения
    • Скачать
    • API
  • Ежегодник
  • Домой
  • Визуализации
  • Рейтинги
  • Профили
    • Люди
    • Места
    • Страны
    • Род занятий
    • Род занятий / Страна
    • Eras
  • О
  • Данные
    • Разрешения
    • API
  • Ежегодник
  • API
  • Поиск
  • Оставить отзыв
  • Использование ссылки

Anteeksi, страница не найдена.

Вы можете попробовать новый поиск или эти страницы:
  • Isaac Newton

    Physicist

    United Kingdom

    Rank 6

  • Walt Disney

    Producer

    United States

    Rank 82

  • Роджер Федерер

    Теннисист

    Швейцария

    Рейтинг 124

  • Гонщик

    Занятие 16

    665 Физические лица

    Спортивная область

  • Агнез Мо Рейтинг

    Актер

  • Лаози

    Философ

    Китай

    Рейтинг 157

  • Винсент Ван Гог

    Художник

    Нидерланды

    Рейтинг 20

  • Модельер Домен

    Занятие Искусство

    70

    Профессия

    70

    Профессия

  • Васко да Gama

    Explorer

    Португалия

    Рейтинг 99

  • Знаменитость

    Занятие 40

    142 Частные лица

    Общественная фигура

  • Мари Кюри

    Физик

  • Польша

    Польша

  • Изучите
    • Визуализации
    • Рейтинги
  • Профили
    • Люди
    • Места
    • Страны
    • Занятия
    • Занятия / Страны
    • Эры
  • О
    • Отчет об ошибке данных
    • Политика конфиденциальности
    • Условия службы
  • Данные
    • Разрешения
    • Скачать
    • API
  • Приложения
    • Ежегодник

магазинов — Самый надежный нумизматический рынок в мире

МАГАЗИНЫ — Выбрать магазинABN Numism.(FR) Abram (DE) ACC (CA) AE-Collections (FR) Aeternitas Numismatics (ES) Agola (CH) Agora (NL) AIX-PHILA (DE) Alsacienne Numis (FR) Antik KSM (DE) Arkadien Numismata (CH ) Around-the-World (США) ARS Coin Wien (AT) Arsantiqva Moruzzi (IT) Азиатское африканское искусство (NL) Aurich (DE) Barakat (США) Bavaria Münzhandel (DE) Berger (DE) Bertolami Fine Arts (UK) Bestcoin (DE) Beutler (DE) Bodde (DE) Boersema (NL) Brom (DE) Bukovcak a syn (SK) BW-Bank (DE) Bühnemann (DE) Canada Coins (CA) CDMA (FR) cgb (FR) Cheilan ( FR) Chris Numismatique (FR) CHS Monosov (CH) Cichos (DE) Coin Collectors Universe (USA) Coinbook Verlag (DE) Coins — Estonia (EE) Coinsberg (LT) Colmar Collections (FR) Colonial Collectables (NZ) Cpnm (MC ) Darmstädter Münzhandlung (DE) Дэвид Лоуренс (США) De Ruiter (NL) Degussa-Muenzkabinett (DE) Denarius (NO) Diller (DE) Divus Numismatik (AT) Dr.Айдоган (Германия) д-р. Буссо Пеус (Германия) Д-р. Фишер (Германия), д-р. Fleischhauer (DE) Dr. Hild (DE) Dr. Качиньский (Германия) д-р. Pötter (DE) Dr. Зауэр (AT) Д-р. Stadler (DE) Dr. Штраус (Германия) Д-р. Szaivert (AT) Duerr (DE) Duman (DE) Dumez (FR) Dvin Numismatik (CH) Dylla, Gerhard (DE) Eichler (DE) Eidler (IL) Emporium Hamburg (DE) eNumismat (США) Erdmann (DE) Fenzl ( DE) Fette (DE) Fleischmann (SI) Frank (DE) Franquinet Roxane (DE) Franquinet (DE) Franz (DE) Freire (ES) Fuerstenberg (DE) Futter (DE) Мир Гарвина (США) GB Collection (FR) GIN (NL) Goduto (NL) Gorny & Mosch (DE) Goudbeek (NL) Gräfe (DE) Halbedel (AT) Hamilton Bowen (DE) Hanke (DE) Hanseaten Bremen (DE) Hardelt (DE) Harlan J.Берк (США) Хаубенваллнер (Австрия) ХаусдерБрифмарке (Германия) Хельмиг (Германия) Хенцен (Нидерланды) Heritage Direct (Нидерланды) Häring Dirk (DE) Коллекции Iliberis (ES) Jacquier (DE) Joel (NL) Jongeling Numismatics (NL) Kapaan & Mades (DE) Kedzie (США) Kinzel (DE) Klein (DE) Knopek (DE) Knopik (DE) Koci (CZ) Кольросс (DE) Кондратьев (SK) Kornblum (DE) Krogoll (DE) Kupersky, Patrick (DE) Kupersky (DE) Kvicala (DE) Kölner Münzkabinett (DE) Künker am Dom (DE) Künker (DE) La Dobla (ES) Laurens Schulman (NL) LEcoins (DE) Linnartz (DE) Loebbers (DE) Loechte (DE) Ludwig (DE) M&M (DE) M.Ост-Брабант (NL) Macho (AT) Maerz (DE) Mages (DE) Mai Briefmarken (DE) Mehlhausen (DE) Merson (FR) MGM (DE) Mikeska (DE) MinshullTrading (США) MJIM COINS (RU) MM RareCoins (AU) Modes (DE) Monetarium (HU) Moro & Kunst (SI) Mueller Buxheim (DE) MuenzZentrum (DE) MuntMarkt (NL) Mämpel (DE) Möller (DE) Müller (DE) Nahues (DE) Naumann (AT) NB (BE) Newcentury (HK) Noering (DE) Nostalgicoins (CH) nsw-leipzig Dr. Hansen (DE) Numexpro (NL) Numimarket (PL) Numis Poland (PL) Numisaisne (FR) Numisart (AT) Numiscollection (FR) Нумизматическая классика Inc.(США) Numismatica Mayor 25 (ES) Numismatika-Pesek (CZ) Numisprados (ES) NumisWorld (DE) Odysseus Numismatique (FR) Olding Fa. (DE) Olding (DE) Palmyraheritage (США) Park Avenue Num (США) Pater (DE) Pegasus (SE) Peters Numismatics (NL) Petersen (DK) Pladeck (DE) Planet Numismatics (GR) Plesa (DE) Poblocki von ( DE) Podlaski Gabinet (PL) Poetz (DE) Poinsignon (FR) Pollandt (DE) Pop (AT) Positanok (IT) Powercoin (IT) Prager (AT) Raffler, Marc (DE) Raffler (DE) Redoubt (USA) Ritter (DE) Rittig (DE) Ron Guth (США) Roose (NL) SAIVE (FR) Schepers (NL) Schilke (DE) Schimmer (DE) Schrag (CH) Schulman (NL) Schwarz-KH (DE) Schwarzenbach-Philatelie ( DE) Schwarz (DE) Senatus (DK) Shick (IL) Siee (DE) Silberstars (DE) Sondermann (DE) Steven (DE) Storf (DE) Strasser (AT) Strothotte (DE) Stücker (DE) SVcollector (GR) Sänn (DE) Thomas Numismatics (FR) Thomas (DE) Tietjen (DE) Toenjes (DE) Tosunidis (GR) Treewalk (США) Trusted Traditions (США) UKcoinage (UK) UNICOINZ (США) Vermeulen (DE) Vosper (UK) Vossen (NL) WAG (DE) WallinMynt (SE) Walsch (DE) Wehling (DE) Weiner (DE) Weller (DE) Wendel (DE) Wessex Coins (UK) Witte (DE) Wolf (DE) Wopa + (Гибралтар) Мир Денежный магазин (США) Вюрц (MC) Зоннемюнтен (Нидерланды) ) Zufahl (DE) Zwickauer Münzh.(DE) Zöttl (AT)

новых монет + банкноты с сегодняшнего дня 2714 дней

Дмитрий Иванович, Теневой Князь

Дмитрий в детстве.

Первая жизнь Дмитрия Ивановича, будущего царя всея Руси, началась 19 октября 1582 года и закончилась 15 мая 1591 года. Он был сыном Ивана Грозного, величайшего из всех царей России и первым, кто взял на себя ответственность. абсолютная сила. Его матерью была седьмая жена царя Мария Нагая. Православный церковный закон разрешал только три брака, и поэтому в глазах церкви, если не государства, Дмитрий был незаконнорожденным.Несмотря на это, его имя имело какое-то значение — это было имя старшего сына Ивана, который родился тридцатью годами ранее и не дожил год. Сомнительный юридический статус Дмитрия как возможного наследника, возможно, помог защитить его, когда его отец умер в 1584 году. Его старший брат Федор, которому было 17 лет, унаследовал трон. Федор стал наследником только тремя годами ранее, когда царь Иван в приступе ярости ударил своего старшего выжившего сына и убил его. Федор был слабым человеком, страдавшим определенным физическим и, возможно, психическим недугом.Он не был заинтересован в управлении Россией, и большая часть власти в стране перешла в руки его шурина Бориса Гудонова.

Хотя у него не было законных претензий на престол, Дмитрий все же оставался единственным выжившим сыном Ивана. Опасаясь, что он станет очагом восстания, Борис сослал его и его мать в Углич, город-крепость на Волге в двухстах милях к северу от Москвы. Там Дмитрий, Мария и ее братья жили в безвестности до утра 15 мая 1591 года, когда молодой князь был найден мертвым во дворе замка.В руке у него был нож, и ему было перерезано горло. Сразу же пошли слухи и обвинения в убийстве. Мария открыто обвинила Бориса Гудонова в отправке агентов для устранения Дмитрия как потенциальную угрозу. Эти обвинения вызвали бунт, и несколько предполагаемых убийц, в том числе ребенок, с которым играл Дмитрий, были линчеваны. Борис, в свою очередь, возбудил официальное расследование. Суд постановил, что Дмитрий умер в результате несчастного случая — что у него случился эпилептический припадок, когда он держал в руках нож.На основании этих выводов Мария и ее братья были признаны виновными в халатности. Братьев посадили в тюрьму, а Марию заставили принять священный сан и поместили в женский монастырь. Правду о том, как и почему умер Дмитрий, сегодня определить невозможно. Но если Борис действительно убил Дмитрия, чтобы устранить его как угрозу своей власти, он потерпел неудачу.

Борис Гудонов в царских регалиях.

В 1598 году Федор умер бездетным, что бросило тень на наследство. Борис нажил достаточно врагов за время своего пребывания в качестве силы, стоящей за троном, и он знал, что для него был только один вариант — выйти из тени и стать царем.Он так и сделал, убедив Национальное собрание, что он единственный человек, способный удержать страну. Однако его не было, и последовавший за этим период стал известен как Смутное время в русской истории. В то время главной заботой Бориса было обеспечение доступа России к Балтийскому морю, что, как показала недавняя русско-шведская война, было ключевым тактическим преимуществом, в котором они нуждались. Это привело к конфликту с Польшей, которая в то время была на пике своего могущества в Европе. Борису не повезло, так как через несколько лет после его вступления на престол в России разразился жестокий голод, что привело к широкомасштабным гражданским беспорядкам.Когда это волнение достигло пика в 1603 году, до Бориса дошли новости из Польши. Дмитрий Иванович вернулся, чтобы претендовать на престол.

Человек, известный в истории как «Псевдо-Деметрий», впервые появился в Москве в 1600 или 1601 году, заявив, что он потерянный наследник династии Ивана Рюриковичей. Русский Патриарх встретил его в это время и был впечатлен его отношением и осанкой. Естественно, Борис тоже хотел встретиться с этим молодым человеком, и Дмитрий бежал из города раньше имперских агентов. По его словам, это был не первый случай, когда он бежал от агентов Бориса, поскольку он сказал, что его мать узнала о планах Бориса и тайно вывезла его из города на попечение врача, которому она доверяла.Борис, со своей стороны, утверждал, что «Псевдо-Димитрий» — это Григорий Богданович Отрепьев, некогда монах и сподвижник семьи Романовых. Первой женой Ивана Грозного была Романова, и они стали одной из самых влиятельных семей Москвы. Когда Борис взошел на престол, он должен был защитить себя от Романовых как ни в чем не бывало, и поэтому он изгнал их из города. Было естественно, что он связал эту новую угрозу со своими давними врагами. Когда царь преследовал его по пятам, Дмитрий бежал в Польшу, где начал строить планы на войну.

Первый Лжедмитрий, современная польская живопись.

Дмитрий был очень радушен в Польше — настолько радушен, что начали распространяться слухи о том, что он на самом деле был незаконнорожденным сыном предыдущего польского короля Стефана Батори. [1] Однако официально он был признан Дмитрием Ивановичем — по крайней мере, хороший повод для того, чтобы большое количество польских дворян пообещали ему военную поддержку. Чтобы заручиться поддержкой ордена иезуитов и их союзников, Дмитрий обратился в католицизм, чего было достаточно, чтобы привлечь на свою сторону папство, поскольку они считали православное христианство в России еретическим.Он также обручился с польской дворянкой Мариной Мнишек, что дало ему доступ к связям и поддержке ее семьи. В 1603 году Дмитрий во главе небольшой (и официально не утвержденной) польско-литовской армии вторгся в Россию. Сначала все шло на удивление хорошо. У царя Бориса не было поддержки, и многие видели в Дмитрии потенциального спасителя от его тирании. Племена южных казаков присоединились к его войску и одержали несколько побед над войсками Бориса. Однако потери в следующем году вскоре показали, насколько слабым был союз, созданный Дмитрием, и что его армии были на грани нападения на него, когда до них дошли слухи о смерти Бориса Гудонова.

После смерти Бориса власть захватил его сын Федор. Борис знал, что умирает, и делал все возможное, чтобы у Федора была поддержка, необходимая для сохранения власти, но этого было недостаточно. Воодушевленный этой новостью, войска Дмитрия сплотились, и он двинулся на Москву. Армейские дивизии начали массово дезертировать, и к тому времени, как его посланники прибыли в город, стало ясно, что война проиграна. Федор и его мать были убиты в своих квартирах дворянами, не желавшими сопротивляться продвижению Дмитрия. Сестра Федора Ксения, известная красавица, пережила переворот только для того, чтобы быть изнасилованной Дмитрием и продержалась в заключении в течение пяти месяцев, прежде чем он устал от нее и сослал ее в женский монастырь.Настоящую мать Дмитрия выпустили из женского монастыря, в котором она находилась, и подтвердила, что это действительно ее сын (хотя позже она призналась, что солгала из соображений самосохранения). 21 июля 1605 года Дмитрий был коронован как царь всея Руси.

Дмитрий бежит из Кремля, популярный сюжет для картин.

Одним из первых действий Дмитрия была отмена приказа Бориса о изгнании нескольких самых влиятельных семей России, таких как семьи Романовых и Шуйских.Эта попытка обеспечить себя опорой оказалась серьезной тактической ошибкой, поскольку среди них был князь Василий Шуйский. Василий был тем, кто расследовал смерть настоящего Дмитрия пятнадцатью годами ранее, и, прекрасно зная, что Лжедмитрий был самозванцем, он без всякого сожаления составил заговор против него. Когда Дмитрий женился на Марине, у него был шанс. По традиции она должна была принять русскую православную веру, но вместо этого она сохранила католическую религию, как и Дмитрий.Василию легко удалось довести это до религиозного бунта, убедив общественность в том, что Дмитрий собирается насильно навязать им католицизм. В ходе последовавших беспорядков были убиты сотни поляков и других иностранцев. Дмитрий попытался бежать из города, но при побеге из окна наверху Кремля поскользнулся и упал на землю, сломав ногу. Пока он лежал в агонии, один из преследователей догнал его и застрелил на месте. Тело было выставлено на всеобщее обозрение, затем кремировано и, согласно легенде, прах был выпущен из пушки в направлении Польши.Так закончилась вторая жизнь Дмитрия Ивановича.

Второй «Псевдо-Димитрий».

Василий был немедленно коронован царем. Марина была вынуждена отказаться от своего титула царицы, а затем была отправлена ​​обратно в Польшу, где она присоединилась к своему отцу, который был сослан с позором из-за двора за его участие в разгроме. Ежи Мнишех вылетел, но не выбыл, и вскоре вместе с дочерью произвел на свет третьего Дмитрия Ивановича. В июле 1607 года появился человек, известный как Лжедмитрий II. Марина узнала в нем своего мужа, которому все-таки удалось сбежать из Москвы.При поддержке бесправных польских дворян он собрал армию, примерно вдвое превышающую ту, что был собран предыдущим Дмитрием, и вторгся в Россию. Многие не считали Василия законным претендентом на престол, и обещания Дмитрия конфисковать земли, принадлежавшие дворянству, и перераспределить их привлекли на его сторону большую часть крестьянства. Василий был вынужден вступить в союз со Швецией, чтобы укрепить свои позиции, что, в свою очередь, привело к официальному вторжению Польши. Хотя это решило судьбу Василия и он был свергнут своей знатью в 1610 году, это также лишило Дмитрия шансов занять трон.Поляки сговорились посадить на престол одного из сыновей своего короля, Владислава. Дмитрия оттеснили и заставили бежать, переодевшись крестьянином, но вскоре он снова появился рядом с Мариной и снова привлек на свою сторону крестьян и южных казаков. Большая часть юго-востока России вскоре оказалась под его контролем, но он совершил ошибку, позволив своему телохранителю включить человека, которого он когда-то приказал высечь. 10 декабря 1610 года татарский князь Петр Урусов, ехавший на санях по деревне, выстрелил в него из пистолета, а затем отрубил ему голову саблей, прежде чем скрыться.

Конечно, это не был конец Димитриадов, как стали называть эти войны. Третий Дмитрий появился в 1611 году, воспитанный еще непокорными казаками. Он мало чего добился в своем кратком захвате власти, прежде чем был схвачен российскими властями и незаметно казнен. Марина, бывшая царица, родила сына Лжедмитрия II Ивана через месяц после смерти Дмитрия. Она пыталась сплотить армии Дмитрия за этим новым номинальным главой, но когда Владислав был свергнут в 1613 году и заменен Михаилом Романовым, ее поддержка испарилась, и она бежала.В конце концов она была схвачена казаками и передана царю. Ее трехлетний сын был немедленно казнен, а она была заключена в тюрьму и вскоре умерла. И , что было концом Димитриад.

Александр Остужов переоделся в образ Лжедмитрия в 1909 году.

При новой династии Романовых запутанная история Дмитрия Ивановича вскоре стала официально признанным фактом. Чтобы подтвердить, что истинный Дмитрий погиб в Угличе от рук наемных убийц (этот вывод до сих пор обсуждается историками), в городе была воздвигнута церковь, а мертвый молодой князь стал официальным святым Православной церкви.Более поздние имитаторы Дмитрия были официально демонизированы: первый изображался в литературе как инструмент католической церкви, а второй — как кровожадный авантюрист. Конечно, историю пишет победитель. Если бы Дмитрий удерживался на престоле, даже сейчас ученые, несомненно, яростно спорили бы, был ли он истинным наследником или нет, причем чиновничество явно на стороне царя Дмитрия. Кто мы такие, чтобы заявлять, что история, которую мы принимаем сейчас, более верна?

Изображения с Викимедиа.

[1] Дядя Элизабет Батори.

Лжедмитрий I в польско-литовском общественном и политическом мнении 1603-1604 | Эйлбарт


Статья посвящена реконструкции общественно-политического резонанса среди правящей элиты Речи Посполитой, вызванного появлением в Польше Лжедмитрия I. Реконструкция по письмам членов Сената королю. Сигизмунд III, написанный в ответ на его вопрос о том, как поступить с человеком, называющим себя сыном Ивана Грозного и наследником московского престола.Вторая часть исследования основана на инструкциях, данных дворянами различных государств Речи Посполитой депутатам, направленным в сейм в Варшаве, который должен был состояться в январе 1605 года. Лжедмитрия I в Москву, поэтому эти инструкции также являются ценным историческим источником. Цитируемые в статье письма польских сенаторов ранее кратко упоминались в исследованиях Смутного времени. В настоящее время они хранятся в отделе рукописей библиотеки Курника Польской академии наук.Среди них письма канцлера Я. Замойского, литовского гетмана Я. Ходкевича, краковского кастеляна Я. Острожского, познанского кастеляна Я. Остророга, брацлавского подкомора Л. Пясечинского, познанского епископа Л. Госечинского, познанского епископа Л. Гослицкого, плоцкого воеводы С. Тарновский. В данной статье впервые представлены переводы фрагментов этих писем о Лжедмитрии I, поскольку их краткий анализ в исторической литературе не отражал всей полноты эмоций и чувств польской правящей элиты по этому поводу.В результате полного ознакомления с источниками мы пришли к выводу, что Сенат Польши в полном составе был против выдачи самозванца Московскому государству, среди них был и канцлер Ю. Замойский. Мнения относительно будущего «принца» разошлись, но они также были очень осторожны и не требовали его немедленной поддержки со стороны короля и республики.


Страдают маленькие дети… | openDemocracy

Практически в каждом штате есть свои «секреты». воспоминания или скелеты в шкафу, которые обычно вспоминают в Фрейдистский путь, закодированный и искаженный.Один из этих мрачных архетипов российской истории — «слезы измученного ребенка» (Достоевского Братья Карамазовы ) который на протяжении веков проявлялся в различных формах и был частью многих убийственная дискуссия…

Загадочная смерть ребенка русского происхождения, когда он был игра с друзьями на улице превратилась в пиар-шумиху гигантского политические пропорции. В его центре те же эманации зла, что и там. были 400 лет назад — власть, личная выгода, амбиции, ненависть и зависть — нет Будь то Углич на Волге или Растон в Луизиане.Сценический набор может быть другой, но спектакль тот же, московский: песня и танец кости ребенка, а не 9-летнего царевича Дмитрия [сына Ивана Ужасно], но 3-летний Макс Алан Шатто (в России им был Максим Кузьмин).

«Спектакль тот же, московский: песня и танец. над костями ребенка

Проходят века, но метафизика Россия как государство вне верховенства закона то же самое, и спекулируя на не менее модны трупы невинных детей.Самый низменный политические расчеты скрыты, а внимание общества отвлечено вдали от преступлений, совершаемых государством, в том числе против детей. Но в шкафах Москвы огромное количество детских скелетов цивилизация, настоящее и прошлое. По сути, они являются частью его исторического основы.

Русский имперская жестокость

Иван III был первым московским правителем. Он захватил трон у ослабленного Чингизида. и его злодейство заставляет многие другие чрезвычайно жестокие преступления бледнеть в незначительность.В 1492 г. он вероломно заключил в тюрьму своего брата Андрея Большого, которого заковали в кандалы и умер в течение года. Затем он заключил в тюрьму и заковал в кандалы сыновей своего брата: 14 лет старый Иван провел там 30 лет, умер в цепях и был канонизирован Русской Православной Церкви за эти страдания; Цепи Дмитрия были сняты только на за несколько лет до его смерти, когда ему было почти 60.

Наверное, не стоит слишком долго жить о кровожадных деяниях Ивана Грозного или его эшафотной демократии, где возраст, пол, убеждения и социальный статус не имели значения. Достаточно вспомнить Новгородскую резню 1570 года, когда женщины и дети всех возрастов были связаны и брошены с высокого берега в реку Волхов, где они и оказались в ловушке. подледный. Или как незадолго до этого царь Иван заставил своего 9-летнего двоюродного брата Мария, дочь Владимира Старицкого, выпьет яд. В другой версии самодержец командует своим солдат вывести Марию и ее мать на улицу без одежды — это было Октябрь — и расстреляйте их себе на забаву.

Цесаревич Дмитрий, сын Ивана Грозного — один из самых известных в истории России субъектов жестокого обращения с детьми.Предполагается, что по приказу Бориса Годунова он получил ножевое ранение в шею в 9-летнем возрасте. Фотография: (cc) Wikimedia

Все знают про Бориса Годунова, «Царь Ирод», убивший якобы младшего сына Ивана Грозного. Или почти все. Но никто или почти никто не помнит другого невинного жертва политического злодейства, публично принесена в жертву на алтаре императорского будущее династии Романовых.

«Практически любая древняя монархия будет иметь свои кошмарные истории прошлого, но в случае с Россией это явление относится не к монархии, а к каннибалистической сущности Московское государство, которое укреплялось, пожирая плоть и кровь своих полностью бесправные субъекты.’

В 1614 г. Иван, 3-летний сын Польская княгиня Марина Мнишек и Лжедмитрий II отдали свою жизнь за Царь »[опера Глинки], хотя и после мученической кончины продолжал оставаться его богобоязненные современники называли его «маленьким воришкой». Этот маленький мальчик был одним из претендентов на престол Московского государства. Однако в 1613 г. старый Михаил Романов был избран царем России и в июле 1614 г. Ивана повесили у Серпуховских ворот в Москве.Было сказано, что ребенок был слишком легким и умер только через несколько часов от удушения и холода.

Еще одна ошеломляющая история касается ребенок-император Иван VI. Он был внучатый племянник и наследник российской императрицы Анны и был провозглашен царем в 1740 г., год его рождения. Но внутри через год императрица Елизавета («Кроткая»), дочь Петра Великого, свергла и заключил его в тюрьму. Он провел всю свою жизнь в заключении и был убит в Крепости Шлиссельбург в 1764 году, в эпоху просвещения Екатерина Великая, Мать всея Руси.

Практически любая древняя монархия будет иметь его кошмарные истории из прошлого, включая страдания и смерть дети оказались втянутыми в борьбу за престол. Но в случае с Россией это явление относится не к монархии, а к каннибалистической сущности Московское государство, которое укреплялось, пожирая плоть и кровь своих полностью бесправные субъекты. Пострадавшие и умершие дети — всего лишь верхушка этой многомиллионной пирамиды черепов….

Между прочим, последние «петербургские» десятилетия истории царизма отнюдь не самые жестокие (по сравнению с то, что было раньше и будет позже).Но как русская монархия стала менее упрямый, кровожадный и благоухающий «Золотой Ордой», он стал ослабел и начал взрываться.

Подробнее недавняя история тоже

Наконец, в 1917 г. «слишком либеральные» монархия рухнула. Одно из первых злодеяний нового правительства Москвы в очередной раз замешано убийство детей: на этот раз расстрел последнего Российский император и его семья. Потом были указы, предписывающие уничтожение «членов семей изменников отечества», в том числе детей, и санкционирование казни детей с 12 лет (1935 г.).

За этим последовали депортации целые народы, когда часто в дороге умирали дети. Десятки тысячи афганских детей погибли от рук советских оккупационных войск. Тысячи, если не десятки тысяч (кто когда-нибудь назовет реальную цифру, и когда?) детей погибли во время двух чеченских войн. Детей Беслана разнесло на куски танки или сожжены армейскими огнеметами.

Увы — как тысячи бомжей дети, живущие в тяжелых условиях, или дети, которые переживают насилие родителей и умирают в дом в сегодняшней России — такие жестокости обычно где-то мерцают или на задворках общественного сознания, вспыхивая только тогда, когда текущая Кремлевский царь решает использовать это пламя для приготовления следующего пикантного блюда.

The Братья Карамазовы

Что аккуратно подводит нас к Достоевскому. Противники пытаются перекричать друг друга, страстно декламируя «… если все должен страдать, чтобы достичь вечного счастья, тогда скажи мне, что получили дети при чем тут? »или« … весь мир знания не стоят слез ребенка … «или» … я категорически отказываюсь гармония высшая, потому что не стоит слез одного измученного ребенка… »( Братья Карамазовы, Иван Алеше, Книга V — За и против, Глава 4 — Восстание ).

Обе стороны уверены, что Достоевский «на их стороне». Что удивительно, так это то, что они оба правы! Один немаловажный фактор, который обычно игнорируется когда в разговоре всплывают «слезы маленького ребенка», это говорит не автором, а его персонажем воинственно атеистическим Иваном Карамазов беседует со своим богобоязненным братом Алешей. Свою речь Иван заканчивает вызывающе: «… слишком высока цена за гармонию; нам не по средствам заплатить столько за входной билет….. Это не бог что я не принимаю, Алеша, я только почтительно возвращаю ему билет ». ( там же)

Иван тогда упрекал Алеша словами «Это бунт».

Другими словами, глава Восстание г. Братья Карамазова не рассматривается как приговор о детоубийстве как таковом — это было бы действительно, было бы абсурдно подозревать, что Достоевский вдруг начал заставлять это особая моральная и юридическая дверь, которая уже так широко открыта. Это имеет значение в вопрос о справедливости небес — Dei Judicium — который для восстановления мировой гармонии может спасти душу человека. убил невиновного и простил своего мучителя. «… Ты, — говорит Алеша Ивану, — только что спросил, есть ли в целом мир Существо, которое могло и имеет право простить [ убийство ребенка? DK ]. Есть Существо, и он может простить все … потому что Он пролил Свою невинную кровь за все и вся. Ты забыли Его, и на Нем построено здание … »

Если экстраполировать «Вера как оправдание детского убийства» Алеши Карамазова на русском языке В действительности мы приходим к очень знакомой, «типично русской» идеологической оправдание любых, даже самых чрезмерных, жертв, принесенных его народом алтарь Великого государства Российского. В конце концов, это государство есть не что иное, как Святая Матерь Россия, где Бог (и Его небесное правосудие) упокоились, независимо от исторического облика Его состояние сложилось в этот конкретный момент времени.

Последовательность, которая результаты этого согласуются с «Московской версией Стокгольмского синдрома»:

  1. Правительство суровое родитель и может творить зло;
  2. Народ беззащитен дети и поэтому могут страдать, хотя и невиновны;
  3. Но если жива Святая Матерь Россия я.е. Российское государство, значит мировая гармония не разрушается, души людей спасены, а правительство прощено.

Не стоит думать, что Достоевский в эта книга однозначно осуждает Ивана и, следовательно, «становится на сторону Алеши». В диалоге двух братьев писатель не проповедует, а выражая главную «циклическую коллизию» всей русской истории. Этот это стремление к восстанию против отвратительного «тюремного» правительства, невозможность разработать разумный план восстания и, как следствие, отчаянная попытка убедить себя, что, говоря словами другого персонажа из совершенно другой книги, «может быть, это великая домотканая правда» (Ильф и Петров, Золотой теленок, 1931 г.). Потом… еще одна волна протеста.

Принятие или бунт?

Спор между Иваном и Алешей Таким образом, Карамазов остается незаконченным. Речь, конечно же, не о детях, как о детях. такое, но про права человека и человеческое достоинство. Следует ли нам принять власть, которая обрекает нас на вечное унижение и страдания? Или нам следует бунтовать?

Ответ ясен. Все зависит от возраста. Ребенок не имеет ни права, ни возможность восстать против взрослого, тогда как у взрослого есть не только это верно, но обязан бунтовать, если кто-то — неважно, кто — посягает о его священных и неотъемлемых правах.

«Пока российское общество продолжает считать себя ребенка наказывают, пока он не начинает размышлять о справедливости и чрезмерно суровое наказание родителей, ничего не изменится ».

Нам остается только определить возраст Русская нация. Если это «младенец», то вопросы, к которым нет ответ начнет накапливаться в любом разговоре о восстании. Что будет с «Святой Матерью Русью»? К небесной справедливости? Разве это не было бы восстанием против Бога? Но если русская нация взрослая, все эти вопросы уходят на второй план: бунт взрослого против тюрьмы в которого он был заключен в тюрьму, хотя и невиновен, это не бунт против Бога, но во имя свободы.

Вот почему это так важно для россиян. правительство в своих отношениях с обществом настаивает на стиле, который демонстративно патриархальный. Поэтому каждый раз очередной тур по Москве Правители прилагают такие усилия, чтобы насаждать собственный миф о «невинных детях, замученные врагами народа »,« буржуа кулаков [богатых крестьян] »,« живодеры янки ». Вот почему кремлевская пропаганда независимо идеологического прикрытия, такая потребность царевича Дмитрия (упоминается выше), Павлик Морозов [советский ребенок, который осудил своего отца и был тогда убит его семьей] и Дима Яковлев [русский мальчик, который умер, когда его приемный Отец-американец оставил его в машине].В архетип детоубийцы — постоянное напоминание нации-младенцу о что могло бы случиться с ним, если бы он, упаси небеса, внезапно обнаружил себя без защиты Великого инквизитора.

Помешало ли инфантильное восприятие отношений между государством и людьми должным образом проанализировать злоупотребления властью в России? Фото: (cc) Demotix / Винокуров Николай

Вот почему тема «слезы ребенок настолько завораживающе важен для российского общества, в его окружении осуществляется властью Великого Инквизитора со всех сторон.Общество видит себя в этот ребенок как бы беззащитен перед ужасным и ненавистным «чудовищем» и надеется на помощь милого, доброго Господа. Он не замечает, что оба чудовище и лорд — это такие же исконно русские авторитеты, которым, чтобы дать «младенческая нация» правильное историческое образование поставило его в холодная уборная навсегда.

Пока российское общество продолжает уважать как ребенок наказывается, пока не начинает серьезно размышлять о предметом правосудия и чрезмерно сурового родительского наказания вместо представление «тюрьмы государства» с полной расплатой за всех (не только детские) тела и души, которые он уничтожил, ничто не будет изменение.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.