Ленин коммунист или социалист: «Ленин верил в коммунизм, который обещал»

Содержание

«Ленин верил в коммунизм, который обещал»

– Как какую?

– Она была похожа на комету. Ее хвост – это самые разные маргинальные слои. В 1917 году большевизм становился партией городских низов, солдат и деревенских низов. Большевики опирались на бедняков, а бедняки даже после аграрной реформы – люди неустроенные. Это маргинализированная Россия. Страна, осуществлявшая тяжелый переход от традиционного аграрного к индустриальному городскому обществу, была полна маргинальности: люди потеряли старые социальные ниши и еще не встроились в новые. Это очень взрывоопасная масса. И рабочий класс Петрограда тоже, конечно, был маргинализирован.

Кто прежде всего страдает от роста цен? Чернорабочие страдают. Не верхи рабочего класса, а низы. Не случайно у Ленина была целая теория, почему Британия не идет к социализму, хотя там уже передовой капитализм: потому что капитал подкупает верхи рабочего класса.

Большевизм стал делать ставку на низы. На городские низы. Ну что, мы оттолкнем человека, если тот верит в большевистскую идею, но он не с завода, а из лавки? Ну, значит, он батрачил на хозяина лавки.

А еще большевизм стал партией солдат. Солдат, стремящихся к миру, но готовых при этом диктовать свою волю политическим силам. Россия была милитаризирована, солдаты тоже маргинальный слой вчерашних горожан и крестьян. Но ядро партии – интеллигенция.

– Что это за интеллигенция?

– Партийная интеллигенция также была маргинализирована, она перестала выполнять свою прежнюю социальную функцию именно интеллигенции. Это бывшие студенты, преподаватели, журналисты, но теперь они – в тужурках, с наганами и назад пути нет: они станут либо технократами, либо трупами. Как говорил один из лидеров Баварской советской республики Евгений Левине, «мы, коммунисты, все покойники в отпуске». Ожесточение борьбы было таким, что назад дороги не было.

Интеллигенция вообще в этот период не целостна. Интеллигенция – она и у кадетов, интеллигенция – она и у эсеров, и у эсдеков (социал-демократов), во всех партиях. В ходе этой революции интеллигенция раскололась и либо становилась выразителем воли какого-то существовавшего класса, либо сама формировалась в новый класс.

Скажем, кадетская интеллигенция – это скорее выразитель интересов буржуазии, хотя кадеты и не считали себя буржуазной партией, как их называли. Но они боролись за общество, в котором господствует буржуазия. А Ленин и его окружение – они хотели построить невиданное общество, где не только исчезнет крестьянство, но исчезнут и пролетарии, а будет новый рабочий класс, которого сейчас еще нет, – образованный, трудящийся на общее благо. Большевистская интеллигенция стремилась к форсированной индустриальной модернизации. Кто господствует на фабрике? Технократия, социальный слой управленцев. Директора, инженеры предприятий. Вот этот слой директоров и других производственных управленцев, менеджеров, который в марксистской классовой оптике отсутствует, позволяет нам говорить, например, о таком эффекте, как революция менеджеров на Западе, когда менеджеры начинают контролировать фирмы, которые формально принадлежат акционерам.

Собственно, в Советском Союзе и произошла революция менеджеров. То есть индустриальная модернизация, которую проводили технократы – социальный слой управленцев-производственников. Они действовали от имени рабочего класса, но они подавляли рабочий класс, скручивали его в бараний рог, и Ленин в статье «Очередные задачи Советской власти» говорит о рабочих иногда как директор о нерадивом работнике.

Так что в своем ядре большевики были партией технократических интересов. Но они втянули в хвост этой «кометы» маргинальные массы и создали общество с колоссальной вертикальной мобильностью. Кто был ничем, тот мог стать всем: компетентность управленцев низкая, но перспективы колоссальные. Грубо говоря, у крестьян отбирали хлеб, но зато крестьянин мог стать комиссаром.

Коммунизм Ленина и Ефремова — Информационно-аналитический Центр (ИАЦ)

22 апреля 1870 года в Симбирске (ныне Ульяновск) родился Владимир Ильич Ульянов, которого все в мире сегодня знают как Ленин.

22 апреля 1908 года в деревне Вырица Царскосельского уезда Петербургской губернии в семье купца-лесопромышленника родился палеонтолог и писатель-фантаст Иван Ефремов.

Оба эти человека связали свою жизнь с одной Идеей, которая в то время стала движущей силой огромной страны — это коммунизм. Поговорим в статье о коммунизме вообще, и о его восприятии Лениным и Ефремовым.

О Ленине написано много, если не сказать — чудовищно много. Однако авторы в зависимости от своих политических предпочтений чаще всего гальванизируют культовые мифы прошлого о Ленине, впрочем, это касается и Сталина, характеризуя его то как верного марксиста — продолжателя дела Маркса, Энгельса; то как фашиста, прикрывшего идеалами коммунизма, политику построения безраздельной диктатуры; то как агента немецкой разведки; или как-то иначе: в зависимости от того, насколько автор публикации сам силён в знании фактов истории и насколько дееспособен в реальной политике, как деятельности по планированию и осуществлению ещё только предстоящей истории.

И большинство писателей и читателей публикаций на эту тему не задаются вопросами:

  • марксизм и коммунизм — это одно и то же, существующее под разными именами?
  • а если это не одно и то же, то в чем разница и что чему предшествовало?
  • коммунист и член РСДРП-РСДРП(б)-РКП(б)-ВКП(б)-КПСС-КПРФ/РКРП это одно и то же, либо были и есть настоящие коммунисты вне официально коммунистической партии, а в партии, и особенно в её руководстве, были и есть настоящие антикоммунисты, что и объясняет промежуточные итоги (1991 г.) в деле коммунистического строительства в СССР?
  • большевизм — это русская разновидность марксизма и партийная принадлежность либо это нечто русское, что существовало до марксизма, существовало в российском марксизме, как-то существует ныне и будет существовать и впредь?

Хотя авторы публикаций эти вопросы прямо не ставят, но каждый из них какие-то ответы на них подразумевает. И в зависимости от того, что каждый из авторов подразумевает, у него получается либо то, либо иное видение и понимание личностей В.И.Ленина, И.В.Сталина или любого другого деятеля и об их роли в исторической эпохе. Поэтому определимся в ответах на эти вопросы.

Марксизм и коммунизм — это не одно и то же. Эти слова стали синонимами благодаря специфике краткосрочной эпохи с середины XIX века по середину ХХ.

Что такое коммунизм?

Коммунизм в переводе с латыни на русский язык — общинность, общность; кроме того в латинском языке это слово однокоренное с «коммуникацией», т.е. со связью, в том числе и с информационной связью между людьми, что по-русски именуется «со-ВЕСТЬ». Иначе говоря

Коммунизм — общность людей на основе совести: всё остальное в коммунизме — следствие единства совести у разных лиц.

Приверженность коммунизму подразумевает согласие с тем, что далеко не всё, что связано с жизнью человека и общества, может находиться в безраздельной личной (частной) собственности кого-либо; многое может быть в коллективной собственности и, будучи достоянием каждого, оно не может быть исключительным достоянием никого из них персонально.

Хотя общий смысл этого положения ясен, но в практике жизни разногласия между коммунистами возникают при составлении перечня того, что может быть в личной (частной — персональной или корпоративной) собственности, а что может быть исключительно в общественной. Подразумевается, что если в обществе господствует право коллективной собственности, то в обществе исключается тем самым зависимость большинства от меньшинства, стяжавшего в личную (част­ную) собственность достояние, как данное природой, так и созданное в общественном объединении труда.

Коммунизм, как идеал, к которому должно стремиться человечество в своём развитии, пропагандируется издревле, и история знает попытки его осуществления как на принципах организации общественной жизни государством (инки), так и в сообществе единомышленников, ведущих жизнь в соответствии с принципами коммунизма, в обществе, где государство поддерживает право частной собственности (ессеи в древней Иудее) на всё без исключения.

Что такое марксизм?

Марксизм — это наименование мировоззренческой системы и проистекающего из неё понимания законов развития общества и его перспектив, данное по имени одного из основоположников.

Марксизм представлялся как научная теория построения коммунистического общества на основе использования законов общественно-исторического развития, якобы открытых его основоположниками, что и привело к отождествлению в сознании многих коммунизма и марксизма. При этом почему-то не коммунистов называют марксистами, а марксистов называют коммунистами, что неверно по сути, если даже исходить из существа «научных» теорий марксизма, способных быть только ширмой для прикрытия далеко идущего политического аферизма и лицемерия, но не научной основой политики построения коммунистического общества, а равно и какой-либо иной политики.

Что такое большевизм?

Большевизм, как учит история КПСС, возник в 1903 г. на II съезде РСДРП. Как утверждали его противники, большевики до 1917 г. никогда не представляли собой действительного большинства членов партии. Но, как заявляли сами большевики, именно они выражали в политике стратегические интересы трудового большинства населения страны, вследствие чего только они и имели право именоваться большевиками. Потому можно дать такое определение.

Большевизм — это общность людей, старающихся выразить в своей деятельности стратегические интересы трудового большинства, вне зависимости от того насколько само это большинство осознаёт свои стратегические интересы и верно им в жизни. Суть большевизма не в численном превосходстве приверженцев неких идей над приверженцами других идей и бездумной толпой, а именно в искреннем стремлении выразить и воплотить в жизнь долговременные стратегические интересы трудового большинства, желающего, чтобы никто не паразитировал на его труде и жизни.

http://2.bp.blogspot.com/-Quuaao3Ca4k/U23skzCL7_I/AAAAAAAABHY/zNVm8UFd0Lk/s1600/4hG_JD3ZvZA.jpg

Насколько последнее утверждение соответствует действительности, — это вопрос многогранный, поскольку и само трудовое большинство может ложно понимать свои долговременные интересы, и те, кто заявляет о своей такого рода роли в политике, могут быть не только в заблуждении, но и нагло лицемерить, прикрывая своекорыстие якобы защитой интересов трудового большинства.

Но наряду с трудовым большинством, которое считает нормальной жизнью жизнь в созидательном труде, есть ещё и меньшинство, которое считает для себя нормальным пожинать там, где пахали и сеяли другие, и видит в этом свое призвание. В доведённом до предела случае оно отказывается от эпизодической жатвы там, где сеяли другие, и настаивает на своем системообразующем праве организовать других на пахоту, сев и жатву, узурпируя при этом и право на «честное» распределение «урожая».

Распределение же это меньшинство осуществляет по пропорциям куда худшим, нежели пиратские: у большинства пиратов нормой было по две доли выделять капитану и штурману, все же остальные работники ножа и абордажного топора получали по одной доле (http://ciwar.ru/novoe-vremya/piraty-1660-1730/piratskie-zakony/).

Говард Пайл. Пираты делят на берегу награбленные сокровища. http://2.bp.blogspot.com/_vkk2FcCia14/TN2MLSPzpUI/AAAAAAAAAKM/SMvFOYFNac4/s1600/HowardPyle3.jpg Гюстав ЛеБон

Основной принцип порабощения человечества этим паразитическим меньшинством реализуется исходя из использования монополии на знание. Небольшая кучка людей наверху социальной пирамиды обладает всей полнотой знаний человечества, а чем ближе к основанию этой пирамиды, тем меньше знаний даётся людям. По сути можно рассмотреть две условные пирамиды: одна — пирамида власти с вершиной направленной вверх, другая –— пирамида знаний с вершиной обращённой вниз.

Такое устройство общества описал ещё в конце XIX в. французский социолог Гюстав ЛеБон в своей работе «Психология народов и масс» и назвал его — толпо-«элитарным» (crowd-”elitizm”). Название явления говорит само за себя: толпо-«элитаризм» подразумевает разделение общества на толпу и т.н. «элиту».

В.Г. Белинский

 

По определению В.Г. Белинского:

Толпа есть собрание людей, живущих по преданию и рассуждающих по авторитету.

«Элита» в силу большей информированности об общественных процессах, удерживает в повиновении подавляющее большинство — толпу. Владение информацией означает и более высокое качество управления, обеспечиваемое «элитой», что позволяет «элите» брать за свои услуги монопольно высокую цену и тем самым эксплуатировать толпу.

Толпо-«элитаризм» функционирует по принципу:

Каждый в меру своего понимания общего хода вещей работает на себя, а в меру непонимания на того, кто понимает больше.

 

https://inance.ru/wp-content/uploads/2014/10/tolpo-elitarizm.jpg

Мы писали о том, что явление превышения скорости смены технологических поколений над скоростью смены поколений людей, произошедшее в середине XX века и получившее название «Закон времени», которое вызвало смену логики социального поведения (см. статью: https://inance.ru/2015/03/smena-logiki/), приводит к краху эту систему пирамид.

Крупнее: http://newyouthpolicy.org/images/ARTDLYASTATEJ/zapisi/%20%202.png

Современному рабовладельцу, хозяину рабочих (слово «рабочий» однокоренное со словом «раб»), чтобы его рабы лучше работали и приносили «прибыль», необходимо непрерывно давать новые знания. Но если рабы будут всё больше и больше знать, то они перестанут быть рабами. Сегодня знания любой степени сложности доступны любому, было бы желание их освоить. Поэтому наиболее ценным становится умение учиться самостоятельно, а также умение учить учиться.

И проблему, с которой сталкиваются многие люди, вставшие на путь расширения своего мировоззрения, Козьма Прутков описал так:

Многие вещи нам непонятны не потому, что наши понятия слабы; но потому, что сии вещи не входят в круг наших понятий.

http://mtdata.ru/u24/photo44BF/20587321658-0/original.jpg

Ефремов в своём знаменитом романе «Час Быка» постарался сравнить два общества: одно — толпо-«элитарное» общество планеты Торманс, а второе — свободное от эксплуатации общество коммунизма, основанное на просвещении и самообразовании, как он его видел и ощущал в 1960-ых. Сравнение получилось настолько удачным и прозорливым, что роман актуален и по сей день, поскольку в толпо-«элитарном» обществе Торманса угадывается как сегодняшнее толпо-«элитарное» общество олигархического капитализма, так и выродившееся в псевдо-социализм, после государственного переворота 1953 года, советское общество (см. статью «Государственный переворот 1953 года и его прикрытие на XX съезде (часть1)» https://inance.ru/2015/02/iuda/). Чтобы не быть голословными — представим вашему вниманию экранизированный отрывок из романа «Час быка»:

https://www.youtube.com/watch?v=oxOsY6oZDMU 

— Мы люди Земли и говорим от имени нашей планеты, — ответила Фай Родис.

— Я вижу, что вы люди Земли, но кто велел вам говорить так, a не иначе?

— Мы не можем говорить иначе, — возразила Родис, — мы здесь частица человечества. Каждый из людей Земли говорил бы то же самое, только, может быть, в других выражениях или яснее.

— Человечество? Это что такое?

— Население нашей планеты.

— То есть народ?

— Понятие народа у нас было в древности, пока все народы планеты не слились в одну семью. Но если пользоваться этим понятием, то мы говорим от имени единого народа Земли.

— Как может народ говорить помимо законных правителей? Как может неорганизованная толпа, тем более простонародье, выразить единое и полезное мнение?

— А что вы подразумеваете под термином «простонародье»? — осторожно спросила Фай Родис.

— Неспособную к высшей науке часть населения, используемую для воспроизводства и самых простых работ.

— У нас нет простонародья, нет толпы и правителей. Законно же у нас лишь желание человечества, выраженное через суммирование мнений. Для этого есть точные машины.

— Я не уяснил себе, какую ценность имеет суждение отдельных личностей, темных и некомпетентных.

— У нас нет некомпетентных личностей. Каждый большой вопрос открыто изучается миллионами ученых в тысячах научных институтов. Результаты доводятся до всеобщего сведения. Мелкие вопросы и решения по ним принимаются соответствующими институтами, даже отдельными людьми, а координируются Советами по главным направлениям экономики.

— Но есть же верховный правящий орган?

— Его нет. По надобности, в чрезвычайных обстоятельствах, власть берет по своей компетенции один из Советов. Например, Экономики, Здоровья, Чести и Права, Звездоплаванья. Распоряжения проверяются Академиями.

— Я вижу у вас опасную анархию и сомневаюсь, что общение народа Ян-Ях с вами принесет пользу. Наша счастливая и спокойная жизнь может быть нарушена… Я отказываюсь принять звездолет. Возвращайтесь на свою планету анархии или продолжайте бродяжничать в безднах вселенной!

Если представить себе человечество в виде пирамиды, то чем выше она, тем острее — и малочисленней — верхушка, состоящая из активной части людей, и шире основание. Если раньше отдельная личность была многогранна и крепка, то с ростом пирамиды, с потерей интереса к жизни она становилась слабее и неспособнее. Многие мыслители ЭРМ (эра разобщённого мира — это сегодняшняя Земля в романе — наше примечание) считали скуку, потерю интереса к жизни опаснее атомной войны! Какова бы ни была «элита» верхних слоев, всё тяжелее становилось нижним и углублялось инферно. При такой тенденции цивилизация, выросшая из технократического капитализма, должна была рухнуть — и рухнула!

Иерархическая пирамида власти на Тормансе представлялась Родис как ступенчатое нагромождение резко расширяющихся книзу слоев. Оно опиралось на широкое «основание» — миллиард «кжи» (короткоживущие), необразованных, малоспособных, удостоенных «счастья» умереть молодыми.

«Наши ученые и мой Кин Рух были совершенно правы, — подумала Родис, — говоря об умножении инферно, раз нет выхода для нижних слоев пирамиды. Она должна быть разрушена! Но ведь пирамида — самая устойчивая из всех построек! Устранение верхушки ничего не решает: на месте убранных сейчас же возникнет новая вершина из нижележащего слоя. У пирамиды надо развалить основание, а для этого необходимо дать нужную информацию именно «кжи».

Родис вызвала «Темное Пламя» — надо было посоветоваться с Грифом.

Гриф Рифт возник перед ней в трех, увы, непереходимых шагах — он был обрадован внепрограммной встречей. Родис рассказала про пирамиду, и Гриф Рифт задумался.

— Да, единственный выход. Кстати, это давняя методика всех подлинных революций. Приспеет время, и пирамида рухнет, но только когда внизу накопятся силы, способные на организацию иного общества.

Пусть поймет ваш инженер, что для этого нужен союз «джи» (долгоживущие — учёные Торманса) с «кжи». Иначе Торманс не выйдет из инферно. Разрыв между «джи» и «кжи» — осевой стержень олигархии. Они не могут обойтись без тех и без других, но сами существуют лишь за счёт их разобщения. «Кжи» и «джи» одинаково бьются в крепчайшей клетке, созданной усилиями обоих классов. Чем сильнее они враждуют, тем прочнее и безвыходнее клетка.

http://kob-media.ru/wp-content/uploads/2013/12/04_krushnie.jpg

Представители правящих «элит» на протяжении всей истории не ограничиваются в своем потреблении хотя бы двукратным превышением доли простого труженика от совокупного продукта, произведённого в общественном объединении труда, будь она в натуральном (иметь в своем распоряжении труд и тела тысяч душ крепостных православные «христиане» не считали зазорным) или в стоимостном выражении (кратность отношения прямых и косвенных расходов по обеспечению семьи из состава «элиты» и семьи из состава простонародья).

Мировоззрение большевизма отрицает право на монопольно высокие цены, в том числе и на продукт управленческого труда, в чём бы эти цены ни выражались в конкретных исторических условиях. Это противники большевизма называют «уравни­лов­кой» и совершенно справедливо указывают на то, что при господстве уравниловки для большинства тружеников исчезает стимул к труду и профессиональному совершенствованию. Это действитель­но так: по отношению к уравниловке.

Но большевизм не призывает к уравниловке, а настаивает на том, чтобы кратность отношения «максимальные доходы»/«ми­ни­маль­ные доходы» была достаточной для стимулирования труда и профессионального совершенствования, исключая как системообразующий фактор общественной в целом значимости паразитизм одних на труде других.

И большевизм в этом вопросе прав. По дан­ным «Ин­же­нер­ной га­зе­ты» (№ 45, 1992 г., «Не за­гля­ды­вай в кар­ман на­чаль­ст­ва») к 1980 г. со­от­но­ше­ние зар­пла­ты выс­шей ад­ми­ни­ст­ра­ции к сред­не­ста­ти­сти­че­ской со­став­ля­ло:

  • в США — 110 раз;
  • в ФРГ — 21 раз;
  • в Япо­нии — 17 раз.

По ка­че­ст­ву управ­ле­ния, вы­ра­жаю­ще­му­ся в про­из­во­ди­тель­но­сти тру­да, тем­пах рос­та про­из­вод­ст­ва и ка­че­ст­ве се­рий­ной про­дук­ции, эти стра­ны сле­до­ва­ли в об­рат­ном по­ряд­ке. Это дан­ные поч­ти 20-лет­ней дав­но­сти. За про­шед­шее вре­мя Япо­ния уп­ро­чи­ла свое по­ло­же­ние и про­дол­жа­ет на­ра­щи­вать свою зна­чи­мость в ми­ре, ие­на вы­рос­ла по от­но­ше­нию к дол­ла­ру вдвое. ФРГ впа­ла в за­тяж­ной кри­зис вслед­ст­вие ско­ро­па­ли­тель­но­го по­гло­ще­ния ГДР. США, от­ставая от Япо­нии и За­пад­ной Ев­ро­пы, пы­та­ют­ся удер­жать свое по­ло­же­ние скуп­кой моз­гов за ру­бе­жом и под­дер­жа­ни­ем бро­со­вых цен на сы­рье и энер­го­но­си­те­ли на ми­ро­вом рын­ке. При этом европейский средний класс брезгует американскими автомобилями, предпочитая им более совершенные европейские, а японцы, закупая некоторые марки американских автомобилей, сразу же с причала отправляют их на заводы для полной разборки, после чего собирают их уже как надо.

Это оз­на­ча­ет, что в этих стра­нах ошиб­ки управ­ле­ния, обусловленные квалификацией управленцев, по сво­ей тя­же­сти про­пор­цио­наль­ны их зар­пла­те. На дру­гих ис­то­ри­че­ских приме­рах так­же мож­но по­ка­зать, что, чем вы­ше уро­вень жизни (потребления, прежде всего) се­мей управ­лен­че­ско­го кор­пу­са по от­но­ше­нию к сред­не­му в об­ще­ст­ве, — тем боль­ше труд­но­стей ис­пы­ты­ва­ет это об­ще­ст­во по срав­не­нию с дру­ги­ми, ему со­вре­мен­ны­ми об­ще­ст­ва­ми, по при­чи­не низ­ко­го ка­че­ст­ва управ­ле­ния.

Разобравшись с тем, что такое коммунизм — общность на основе единства совести — стоит задать себе вопрос: а кто такой я, конкретный человек с планеты Земля? Ответить себе по совести и определиться со своим местом в Жизни.

После ответа станет ясно не только куда двигаюсь я сам, но и в сопоставлении будет ясна роль таких личностей как — Ленин, Сталин или Ефремов, которые служили и были верны своему делу всю сознательную жизнь.

Ленин В.И. Задачи союзов молодёжи

Речь на III Всероссийском съезде Российского Коммунистического Союза Молодежи 2 октября 1920 года

Товарищи, мне хотелось бы сегодня побеседовать на тему о том, каковы основные задачи Союза коммунистической молодежи и в связи с этим - каковы должны быть организации молодежи в социалистической республике вообще.

На этом вопросе тем более следует остановиться, что в известном смысле можно сказать, что именно молодежи предстоит настоящая задача создания коммунистического общества. Ибо ясно, что поколение работников, воспитанное в капиталистическом обществе, в лучшем случае сможет решить задачу уничтожения основ старого капиталистического быта, построенного на эксплуатации. Оно в лучшем случае сумеет решить задачи создания такого общественного устройства, которое помогло бы пролетариату и трудовым классам удержать власть в своих руках и создать прочный фундамент, на котором может строить только поколение, вступающее в работу уже при новых условиях, при такой обстановке, когда нет эксплуататорского отношения между людьми.

И вот, подходя с этой точки зрения к вопросу о задачах молодежи, я должен сказать, что эти задачи молодежи вообще и союзов коммунистической молодежи и всяких других организаций в частности можно было бы выразить одним словом: задача состоит в том, чтобы учиться.

Понятно, что это лишь “одно слово”. Оно не дает еще ответа на главные и самые существенные вопросы, - чему учиться и как учиться? А здесь все дело в том, что вместе с преобразованием старого капиталистического общества учение, воспитание и образование новых поколений, которые будут создавать коммунистическое общество, не могут быть старыми. Учение, воспитание и образование молодежи должно исходить из того материала, который оставлен нам старым обществом. Мы можем строить коммунизм только из той суммы знаний, организаций и учреждений, при том запасе человеческих сил и средств, которые остались нам от старого общества. Только преобразуя коренным образом дело учения, организацию и воспитание молодежи, мы сможем достигнуть того, чтобы результатом усилий молодого поколения было бы создание общества, не похожего на старое, т.е. коммунистического общества. Поэтому нам нужно подробно остановиться на вопросе о том, чему мы должны учить и как должна учиться молодежь, если она действительно хочет оправдать звание коммунистической молодежи, и как подготовить ее к тому, чтобы она сумела достроить и довершить то, что мы начали.

Я должен сказать, что первым, казалось бы, и самым естественным ответом является то, что союз молодежи и вся молодежь вообще, которая хочет перейти к коммунизму, должна учиться коммунизму.

Но этот ответ: “учиться коммунизму” является слишком общим. Что же нам нужно для того, чтобы научиться коммунизму? Что нам нужно выделить из суммы общих знаний, чтобы приобрести знание коммунизма? Тут нам угрожает целый ряд опасностей, которые сплошь и рядом проявляют себя, как только задача учиться коммунизму ставится неправильно или когда она понимается слишком однобоко.

Естественно, что на первый взгляд приходят в голову мысли о том, что учиться коммунизму - это значит усвоить ту сумму знаний, которая изложена в коммунистических учебниках, брошюрах и трудах.

Но такое определение изучения коммунизма было бы слишком грубо и недостаточно. Если бы только изучение коммунизма заключалось в усвоении того, что изложено в коммунистических трудах, книжках и брошюрах, то тогда слишком легко мы могли бы получить коммунистических начетчиков или хвастунов, а это сплошь и рядом приносило бы нам вред и ущерб, так как эти люди, научившись и начитавшись того, что изложено в коммунистических книгах и брошюрах, оказались бы не умеющими соединить все эти знания и не сумели бы действовать так, как того действительно коммунизм требует.

Одно из самых больших зол и бедствий, которые остались нам от старого капиталистического общества, это полный разрыв книги с практикой жизни, ибо мы имели книги, где все было расписано в самом лучшем виде, и эти книги, в большинстве случаев, являлись самой отвратительной лицемерной ложью, которая лживо рисовала нам капиталистическое общество.

Поэтому простое книжное усвоение того, что говорится в книгах о коммунизме, было бы в высшей степени неправильным. Теперь в наших речах и статьях нет простого повторения того, что говорилось раньше о коммунизме, так как наши речи и статьи связаны с повседневной и всесторонней работой. Без работы, без борьбы книжное знание коммунизма из коммунистических брошюр и произведений ровно ничего не стоит, так как оно продолжало бы старый разрыв между теорией и практикой, тот старый разрыв, который составлял самую отвратительную черту старого буржуазного общества.

Еще более опасным было бы, если бы мы начали усваивать только коммунистические лозунги. Если бы мы вовремя эту опасность не поняли и если бы мы всю нашу работу не направили на то, чтобы эту опасность устранить, тогда наличие полумиллиона или миллиона людей, молодых юношей и девушек, которые после такого обучения коммунизму будут называть себя коммунистами, принесло бы только великий ущерб для дела коммунизма.

Тут перед нами встает вопрос о том, как же нам нужно сочетать все это для обучения коммунизму? Что нам нужно взять из старой школы, из старой науки? Старая школа заявляла, что она хочет создать человека всесторонне образованного, что она учит наукам вообще. Мы знаем, что это было насквозь лживо, ибо все общество было основано и держалось на разделении людей на классы, на эксплуататоров и угнетенных. Естественно, что вся старая школа, будучи целиком пропитана классовым духом, давала знания только детям буржуазии. Каждое слово ее было подделано в интересах буржуазии. В этих школах молодое поколение рабочих и крестьян не столько воспитывали, сколько натаскивали в интересах той же буржуазии. Воспитывали их так, чтобы создавать для нее пригодных слуг, которые были бы способны давать ей прибыль и вместе с тем не тревожили бы ее покоя и безделья. Поэтому, отрицая старую школу, мы поставили себе задачей взять из нее лишь то, что нам нужно для того, чтобы добиться настоящего коммунистического образования.

Здесь я подхожу к тем нареканиям, к тем обвинениям старой школы, которые постоянно приходится слышать и которые ведут нередко к совершенно неправильному толкованию. Говорят, что старая школа была школой учебы, школой муштры, школой зубрежки. Это верно, но надо уметь различать, что было в старой школе плохого и полезного нам, и надо уметь выбрать из нее то, что необходимо для коммунизма.

Старая школа была школой учебы, она заставляла людей усваивать массу ненужных, лишних, мертвых знаний, которые забивали голову и превращали молодое поколение в подогнанных под общий ранжир чиновников. Но вы сделали бы огромную ошибку, если бы попробовали сделать тот вывод, что можно стать коммунистом, не усвоив того, что накоплено человеческим знанием. Было бы ошибочно думать так, что достаточно усвоить коммунистические лозунги, выводы коммунистической науки, не усвоив себе той суммы знаний, последствием которых является сам коммунизм. Образцом того, как появился коммунизм из суммы человеческих знаний, является марксизм.

Вы читали и слышали о том, как коммунистическая теория, коммунистическая наука, главным образом созданная Марксом, как это учение марксизма перестало быть произведением одного, хотя и гениального социалиста XIX века, как это учение стало учением миллионов и десятков миллионов пролетариев во всем мире, применяющих это учение в своей борьбе против капитализма. И если бы вы выдвинули такой вопрос: почему учение Маркса могло овладеть миллионами и десятками миллионов сердец самого революционного класса - вы сможете получить один ответ: это произошло потому, что Маркс опирался на прочный фундамент человеческих знаний, завоеванных при капитализме; изучивши законы развития человеческого общества, Маркс понял неизбежность развития капитализма, ведущего к коммунизму, и, главное, он доказал это только на основании самого точного, самого детального, самого глубокого изучения этого капиталистического общества, при помощи полного усвоения всего того, что дала прежняя наука. Все то, что было создано человеческим обществом, он переработал критически, ни одного пункта не оставив без внимания. Все то, что человеческою мыслью было создано, он переработал, подверг критике, проверив на рабочем движении, и сделал те выводы, которых ограниченные буржуазными рамками или связанные буржуазными предрассудками люди сделать не могли. Это надо иметь в виду, когда мы, например, ведем разговоры о пролетарской культуре. Без ясного понимания того, что только точным знанием культуры, созданной всем развитием человечества, только переработкой ее можно строить пролетарскую культуру - без такого понимания нам этой задачи не разрешить.

Пролетарская культура не является выскочившей неизвестно откуда, не является выдумкой людей, которые называют себя специалистами по пролетарской культуре. Это все сплошной вздор. Пролетарская культура должна явиться закономерным развитием тех запасов знания, которые человечество выработало под гнетом капиталистического общества, помещичьего общества, чиновничьего общества. Все эти пути и дорожки подводили и подводят, и продолжают подводить к пролетарской культуре так же, как политическая экономия, переработанная Марксом, показала нам то, к чему должно прийти человеческое общество, указала переход к классовой борьбе, к началу пролетарской революции.

Когда мы слышим нередко и среди представителей молодежи, и среди некоторых защитников нового образования нападки на старую школу, что старая школа была школой зубрежки, мы говорим им, что мы должны взять то хорошее, что было в старой школе. Мы не должны брать из старой школы того, когда память молодого человека обременяли безмерным количеством знаний, на девять десятых ненужных и на одну десятую искаженных, но это не значит, что мы можем ограничиться коммунистическими выводами и заучить только коммунистические лозунги. Этим коммунизма не создашь.

Коммунистом стать можно лишь тогда, когда обогатишь свою память знанием всех тех богатств, которые выработало человечество.

Нам не нужно зубрежки, но нам нужно развить и усовершенствовать память каждого обучающегося знанием основных фактов, ибо коммунизм превратится в пустоту, превратится в пустую вывеску, коммунист будет только простым хвастуном, если не будут переработаны в его сознании все полученные знания. Вы должны не только усвоить их, но усвоить так, чтобы отнестись к ним критически, чтобы не загромождать своего ума тем хламом, который не нужен, а обогатить его знанием всех фактов, без которых не может быть современного образованного человека. Если коммунист вздумал бы хвастаться коммунизмом на основании полученных им готовых выводов, не производя серьезнейшей, труднейшей, большой работы, не разобравшись в фактах, к которым он обязан критически отнестись, такой коммунист был бы очень печален. И такое верхоглядство было бы решительным образом губительно. Если я знаю, что знаю мало, я добьюсь того, чтобы знать больше, но если человек будет говорить, что он коммунист и что ему и знать ничего не надо прочного, то ничего похожего на коммуниста из него не выйдет.

Старая школа вырабатывала прислужников, необходимых для капиталистов, старая школа из людей науки делала людей, которые должны были писать и говорить, как угодно капиталистам. Это значит, что мы должны ее убрать. Но если мы должны ее убрать, если мы должны разрушить, значит ли это, что мы не должны взять из нее все то, что было накоплено человечеством необходимого для людей? Значит ли, что мы не должны суметь различить то, что являлось необходимым для капитализма и что является необходимым для коммунизма?

На место старой муштры, которая проводилась в буржуазном обществе вопреки воле большинства, мы ставим сознательную дисциплину рабочих и крестьян, которые соединяют с ненавистью к старому обществу решимость, уменье и готовность объединить и организовать силы для этой борьбы, чтобы из воли миллионов и сотен миллионов разрозненных, раздробленных, разбросанных на протяжении громадной страны создать единую волю, ибо без этой единой воли мы будем разбиты неминуемо. Без этого сплочения, без этой сознательной дисциплины рабочих и крестьян наше дело безнадежно. Без этого победить капиталистов и помещиков всего мира мы не сможем. Мы не закрепим даже фундамента, не говоря о том, чтобы на этом фундаменте построить новое, коммунистическое общество. Также и отрицая старую школу, питая совершенно законную и необходимую ненависть к этой старой школе, ценя готовность разрушить старую школу, мы должны понять, что на место старой учебы, старой зубрежки, старой муштры мы должны поставить уменье взять себе всю сумму человеческих знаний, и взять так, чтобы коммунизм не был бы у вас чем-то таким, что заучено, а был бы тем, что вами самими продумано, был бы теми выводами, которые являются неизбежными с точки зрения современного образования.

Вот как надо поставить основные задачи, когда мы говорим о задаче: научиться коммунизму.

Чтобы это вам пояснить, подходя в то же время к вопросу, как учиться, я возьму пример практический. Вы все знаете, что перед нами сейчас же вслед за задачами военными, задачами охраны республики, встает задача хозяйственная. Мы знаем, что коммунистического общества нельзя построить, если не возродить промышленности и земледелия, причем надо возродить их не по-старому. Надо возродить их на современной, по последнему слову науки построенной, основе.

Вы знаете, что этой основой является электричество, что только когда произойдет электрификация всей страны, всех отраслей промышленности и земледелия, когда вы эту задачу освоите, только тогда вы для себя сможете построить то коммунистическое общество, которого не сможет построить старое поколение. Перед вами стоит задача хозяйственного возрождения всей страны, реорганизация, восстановление и земледелия, и промышленности на современной технической основе, которая покоится на современной науке, технике, на электричестве. Вы прекрасно понимаете, что к электрификации неграмотные люди не подойдут, и мало тут одной простой грамотности. Здесь недостаточно понимать, что такое электричество: надо знать, как технически приложить его и к промышленности, и к земледелию, и к отдельным отраслям промышленности и земледелия. Надо научиться этому самим, надо научить этому все подрастающее трудящееся поколение.

Вот задача, которая стоит перед всяким сознательным коммунистом, перед всяким молодым человеком, который считает себя коммунистом и ясно отдает себе отчет, что он, вступив в Коммунистический союз молодежи, взял на себя задачу помочь партии строить коммунизм и помочь всему молодому поколению создать коммунистическое общество. Он должен понять, что только на основе современного образования он может это создать, и, если он не будет обладать этим образованием, коммунизм останется только пожеланием.

У предыдущего поколения задача сводилась к свержению буржуазии. Тогда главной задачей была критика буржуазии, развитие в массах ненависти к ней, развитие классового сознания, уменья сплотить свои силы. Перед новым поколением стоит задача более сложная. Мало того, что вы должны объединить все свои силы, чтобы поддержать рабоче-крестьянскую власть против нашествия капиталистов. Это вы должны сделать. Это вы прекрасно поняли, это отчетливо представляет себе коммунист. Но этого недостаточно. Вы должны построить коммунистическое общество. Первая половина работы во многих отношениях сделана. Старое разрушено, как его и следовало разрушить, оно представляет из себя груду развалин, как и следовало его превратить в груду развалин. Расчищена почва, и на этой почве молодое коммунистическое поколение должно строить коммунистическое общество. Перед вами задача строительства, и вы ее можете решить, только овладев всем современным знанием, умея превратить коммунизм из готовых заученных формул, советов, рецептов, предписаний, программ в то живое, что объединяет вашу непосредственную работу, превратить коммунизм в руководство для вашей практической работы.

Вот задача ваша, которой вы должны руководствоваться в деле образования, воспитания, подъема всего молодого поколения. Вы должны быть первыми строителями коммунистического общества среди миллионов строителей, которыми должны быть всякий молодой человек, всякая молодая девушка. Без привлечения всей массы рабочей и крестьянской молодежи к этому строительству коммунизма вы коммунистического общества не построите.

Здесь я естественно подхожу к вопросу о том, как мы должны учить коммунизму, в чем должна состоять особенность наших приемов.

Я здесь остановлюсь прежде всего на вопросе о коммунистической морали.

Вы должны воспитать из себя коммунистов. Задача Союза молодежи - поставить свою практическую деятельность так, чтобы, учась, организуясь, сплачиваясь, борясь, эта молодежь воспитывала бы себя и всех тех, кто в ней видит вождя, чтобы она воспитывала коммунистов. Надо, чтобы все дело воспитания, образования и учения современной молодежи было воспитанием в ней коммунистической морали.

Но существует ли коммунистическая мораль? Существует ли коммунистическая нравственность? Конечно, да. Часто представляют дело таким образом, что у нас нет своей морали, и очень часто буржуазия обвиняет нас в том, что мы, коммунисты, отрицаем всякую мораль. Это - способ подменять понятия, бросать песок в глаза рабочим и крестьянам.

В каком смысле отрицаем мы мораль, отрицаем нравственность?

В том смысле, в каком проповедовала ее буржуазия, которая выводила эту нравственность из велений бога. Мы на этот счет, конечно, говорим, что в бога не верим, и очень хорошо знаем, что от имени бога говорило духовенство, говорили помещики, говорила буржуазия, чтобы проводить свои эксплуататорские интересы. Или вместо того, чтобы выводить эту мораль из велений нравственности, из велений бога, они выводили ее из идеалистических или полуидеалистических фраз, которые всегда сводились тоже к тому, что очень похоже на веления бога.

Всякую такую нравственность, взятую из внечеловеческого, внеклассового понятия, мы отрицаем. Мы говорим, что это обман, что это надувательство и забивание умов рабочих и крестьян в интересах помещиков и капиталистов.

Мы говорим, что наша нравственность подчинена вполне интересам классовой борьбы пролетариата. Наша нравственность выводится из интересов классовой борьбы пролетариата.

Старое общество было основано на угнетении помещиками и капиталистами всех рабочих и крестьян. Нам нужно было это разрушить, надо было их скинуть, но для этого надо создать объединение. Боженька такого объединения не создаст.

Такое объединение могли дать только фабрики, заводы, только пролетариат, обученный, пробужденный от старой спячки. Лишь тогда, когда этот класс образовался, тогда началось массовое движение, которое привело к тому, что мы видим сейчас, - к победе пролетарской революции в одной из самых слабых стран, три года отстаивающей себя от натиска буржуазии всего мира. И мы видим, как пролетарская революция растет во всем мире. Мы говорим теперь на основании опыта, что только пролетариат мог создать такую сплоченную силу, за которою идет раздробленное, распыленное крестьянство, которая устояла при всех натисках эксплуататоров. Только этот класс может помочь трудящимся массам объединиться, сплотиться и окончательно отстоять, окончательно закрепить коммунистическое общество, окончательно его построить.

Вот почему мы говорим: для нас нравственность, взятая вне человеческого общества, не существует; это обман. Для нас нравственность подчинена интересам классовой борьбы пролетариата.

А в чем состоит эта классовая борьба? Это - царя свергнуть, капиталистов свергнуть, уничтожить класс капиталистов.

А что такое классы вообще? Это то, что позволяет одной части общества присваивать себе труд другого. Если одна часть общества присваивает себе всю землю, мы имеем классы помещиков и крестьян. Если одна часть общества имеет фабрики и заводы, имеет акции и капиталы, а другая работает на этих фабриках, мы имеем классы капиталистов и пролетариев.

Нетрудно было прогнать царя - для этого потребовалось всего несколько дней. Не очень трудно было прогнать помещиков, - это можно было сделать в несколько месяцев, не очень трудно прогнать и капиталистов. Но уничтожить классы несравненно труднее; все еще осталось разделение на рабочих и крестьян. Если крестьянин сидит на отдельном участке земли и присваивает себе лишний хлеб, т.е. хлеб, который не нужен ни ему, ни его скотине, а все остальные остаются без хлеба, то крестьянин превращается уже в эксплуататора. Чем больше оставляет он себе хлеба, тем ему выгоднее, а другие пусть голодают: “чем больше они голодают, тем дороже я продам этот хлеб”. Надо, чтобы все работали по одному общему плану на общей земле, на общих фабриках и заводах и по общему распорядку. Легко ли это делать? Вы видите, что тут нельзя добиться решения так же легко, как прогнать царя, помещиков и капиталистов. Тут надо, чтобы пролетариат перевоспитал, переучил часть крестьян, перетянул тех, которые являются крестьянами трудящимися, чтобы уничтожить сопротивление тех крестьян, которые являются богачами и наживаются на счет нужды остальных. Значит, задача борьбы пролетариата еще не закончена тем, что мы свергли царя, прогнали помещиков и капиталистов, а в этом и состоит задача того порядка, который мы называем диктатурой пролетариата.

Классовая борьба продолжается; она только изменила свои формы. Это классовая борьба пролетариата за то, чтобы не могли вернуться старые эксплуататоры, чтобы соединилась раздробленная масса темного крестьянства в один союз. Классовая борьба продолжается, и наша задача подчинить все интересы этой борьбе. И мы свою нравственность коммунистическую этой задаче подчиняем. Мы говорим: нравственность это то, что служит разрушению старого эксплуататорского общества и объединению всех трудящихся вокруг пролетариата, созидающего новое общество коммунистов.

Коммунистическая нравственность это та, которая служит этой борьбе, которая объединяет трудящихся против всякой эксплуатации, против всякой мелкой собственности, ибо мелкая собственность дает в руки одного лица то, что создано трудом всего общества. Земля у нас считается общей собственностью.

Ну, а если из этой общей собственности я беру себе известный кусок, возделываю на нем вдвое больше хлеба, чем нужно мне, и излишком хлеба спекулирую? Рассуждаю, что, чем больше голодных, тем дороже будут платить? Разве я тогда поступаю, как коммунист? Нет, как эксплуататор, как собственник. С этим нужно вести борьбу. Если оставить так, то все скатится назад, к власти капиталистов, к власти буржуазии, как это бывало не раз в прежних революциях. И, чтобы не дать снова восстановиться власти капиталистов и буржуазии, для этого нужно торгашества не допустить, для этого нужно, чтобы отдельные лица не наживались на счет остальных, для этого нужно, чтобы трудящиеся сплотились с пролетариатом и составили коммунистическое общество. В этом и состоит главная особенность того, что является основной задачей союза и организации коммунистической молодежи.

Старое общество было основано на таком принципе, что либо ты грабишь другого, либо другой грабит тебя, либо ты работаешь на другого, либо он на тебя, либо ты рабовладелец, либо ты раб. И понятно, что воспитанные в этом обществе люди, можно сказать, с молоком матери воспринимают психологию, привычку, понятие - либо рабовладелец, либо раб, либо мелкий собственник, мелкий служащий, мелкий чиновник, интеллигент, словом, человек, который заботится только о том, чтобы иметь свое, а до другого ему дела нет.

Если я хозяйничаю на этом участке земли, мне дела нет до другого; если другой будет голодать, тем лучше, я дороже продам свой хлеб. Если я имею свое местечко, как врач, как инженер, учитель, служащий, мне дела нет до другого. Может быть, потворствуя, угождая власть имущим, я сохраню свое местечко, да еще смогу и пробиться, выйти в буржуа. Такой психологии и такого настроения у коммуниста быть не может. Когда рабочие и крестьяне доказали, что мы умеем своей силой отстоять себя и создать новое общество, вот здесь и началось новое коммунистическое воспитание, воспитание в борьбе против эксплуататоров, воспитание в союзе с пролетариатом против эгоистов и мелких собственников, против той психологии и тех привычек, которые говорят: я добиваюсь своей прибыли, а до остального мне нет никакого дела.

Вот в чем состоит ответ на вопрос, как должно учиться коммунизму молодое подрастающее поколение. Оно может учиться коммунизму, только связывая каждый шаг своего учения, воспитания и образования с непрерывной борьбой пролетариев и трудящихся против старого эксплуататорского общества. всякие усладительные речи и правила о нравственности. Не в этом состоит воспитание. Когда люди видели, как их отцы и матери жили под гнетом помещиков и капиталистов, когда они сами участвовали в тех муках, которые обрушивались на тех, кто начинал борьбу против эксплуататоров, когда они, видели, каких жертв стоило продолжить эту борьбу, чтобы отстоять завоеванное, каким бешеным врагом являются помещики и капиталисты, - тогда эти люди воспитываются в этой обстановке коммунистами. В основе коммунистической нравственности лежит борьба за укрепление и завершение коммунизма. Вот в чем состоит и основа коммунистического воспитания, образования и учения. Вот в чем состоит ответ на вопрос, как надо учиться коммунизму.

Мы не верили бы учению, воспитанию и образованию, если бы оно было загнано только в школу и оторвано от бурной жизни. Пока рабочие, крестьяне остаются угнетенными помещиками и капиталистами, пока школы остаются в руках помещиков и капиталистов, поколение молодежи остается слепым и темным. А наша школа должна давать молодежи основы знания, уменье вырабатывать самим коммунистические взгляды, должна делать из них образованных людей. Она должна за то время, пока люди в ней учатся, делать из них участников борьбы за освобождение от эксплуататоров. Коммунистический союз молодежи только тогда оправдает свое звание, что он есть Союз коммунистического молодого поколения, если он каждый шаг своего учения, воспитания, образования связывает с участием в общей борьбе всех трудящихся против эксплуататоров. Ибо вы прекрасно знаете, что, пока Россия остается единственной рабочей республикой, а во всем остальном мире существует старый буржуазный порядок, мы слабее их, что каждый раз нам угрожает новый натиск, что, только если мы научимся сплочению и единодушию, мы победим в дальнейшей борьбе и, окрепнув, станем действительно непобедимы. Таким образом, быть коммунистом - это значит организовывать и объединять все подрастающее поколение, давать пример воспитания и дисциплины в этой борьбе. Тогда вы сможете начать и довести до конца постройку здания коммунистического общества.

Чтобы сделать это вам более ясным, я приведу пример. Мы называем себя коммунистами. Что такое коммунист? Коммунист - слово латинское. Коммунис значит - общий. Коммунистическое общество значит - все общее: земля, фабрики, общий труд, - вот что такое коммунизм.

Может ли труд быть общим, если каждый ведет свое хозяйство на отдельном участке? Сразу общего труда не создашь. Этого быть не может. Это с неба не сваливается. Это нужно заработать, выстрадать, создать. Это создается в ходе борьбы. Тут не старая книжка - книжке никто бы не поверил. Тут собственный жизненный опыт. Когда Колчак и Деникин шли из Сибири и с юга, крестьяне были на их стороне. Большевизм им не нравился, так как большевики берут хлеб по твердой цене. А когда крестьяне испытали в Сибири и на Украине власть Колчака и Деникина, они узнали, что крестьянину выбора нет: либо иди к капиталисту, и он отдаст тебя в рабство помещику, либо иди за рабочим, который, правда, молочные реки в кисельных берегах не обещает, который требует от тебя железной дисциплины и твердости в тяжелой борьбе, но который выводит тебя из рабства у капиталистов и помещиков. Когда даже темные крестьяне поняли и увидели это на собственном опыте, тогда они стали сознательными, прошедшими тяжелую школу, сторонниками коммунизма. Такой опыт и должен положить в основу всей своей деятельности Коммунистический союз молодежи.

Я ответил на вопросы, чему мы должны учиться, что нам нужно взять из старой школы и старой науки. Я постараюсь ответить и на вопрос, как этому нужно учиться: только связывая каждый шаг деятельности в школе, каждый шаг воспитания, образования и учения неразрывно с борьбой всех трудящихся против эксплуататоров.

На нескольких примерах, взятых из опыта работы той или другой организации молодежи, я покажу вам наглядно, как это воспитание коммунизма должно идти. Все говорят о ликвидации безграмотности. Вы знаете, что в стране безграмотной построить коммунистическое общество нельзя. Недостаточно того, чтобы Советская власть приказала или чтобы партия дала определенный лозунг, или чтобы бросить известную часть лучших работников на это дело. Для этого нужно, чтобы само молодое поколение взялось за это дело. Коммунизм состоит в том, чтобы та молодежь, те юноши и девушки, которые состоят в Союзе молодежи, сказали бы: это наше дело, мы объединимся и пойдем в деревни, чтобы ликвидировать безграмотность, чтобы наше подрастающее поколение не имело безграмотных. Мы стремимся к тому, чтобы самодеятельность подрастающей молодежи была посвящена на это дело.

Вы знаете, что скоро превратить Россию из темной безграмотной страны в грамотную нельзя; но, если за это дело возьмется Союз молодежи, если вся молодежь будет работать на пользу всех, тогда этот союз, объединяющий 400 000 юношей и девушек, имеет право называться Коммунистическим союзом молодежи. Задача Союза состоит еще в том, чтобы, усваивая те или другие знания, помочь той молодежи, которая сама не может высвободиться из тьмы безграмотности. Быть членами Союза молодежи - значит вести дело так, чтобы отдавать свою работу, свои силы на общее дело. Вот в этом состоит коммунистическое воспитание. Только в такой работе превращается молодой человек или девушка в настоящего коммуниста. Только в том случае, если они этой работой сумеют достигнуть практических успехов, они становятся коммунистами.

Для примера возьмите работу на подгородных огородах. Разве это не дело? Это одна из задач Коммунистического союза молодежи. Народ голодает, на фабриках и заводах голод. Для того чтобы спастись от голода, надо развить огороды, но земледелие ведется по-старому. И вот нужно, чтобы более сознательные элементы взялись за дело, и вы тогда увидите, что огороды увеличатся, площадь их расширится, результаты улучшатся. В этом деле Коммунистический союз молодежи должен принимать активное участие. Каждый союз или каждая ячейка Союза должны считать это дело своим делом.

Союз коммунистической молодежи должен быть ударной группой, которая во всякой работе оказывает свою помощь, проявляет свою инициативу, свой почин. Союз должен быть таким, чтобы любой рабочий видел бы в нем людей, учение которых, возможно, ему непонятно, учению которых он сразу, может быть, и не поверит, но на живой работе которых, на их деятельности он видел бы, что это действительно те люди, которые показывают ему верный путь.

Если Коммунистический союз молодежи во всех областях не сумеет построить так свою работу, это значит, что он сбивается на старый, буржуазный путь. Наше воспитание нужно соединить с борьбой трудящихся против эксплуататоров для того, чтобы помогать первым решать те задачи, которые из учения коммунизма вытекают.

Члены Союза должны каждый свой свободный час употреблять на то, чтобы улучшить огород, или на какой-нибудь фабрике или заводе организовать учение молодежи и т.д. Мы хотим Россию из страны нищей и убогой превратить в страну богатую. И нужно, чтобы Коммунистический союз молодежи свое образование, свое учение и свое воспитание соединил с трудом рабочих и крестьян, чтобы он не запирался в свои школы и не ограничивался лишь чтением коммунистических книг и брошюр. Только в труде вместе с рабочими и крестьянами можно стать настоящими коммунистами. И надо, чтобы все увидели, что всякий, входящий в Союз молодежи, является грамотным, а вместе с тем умеет и трудиться. Когда все увидят, как мы прогнали из старой школы старую муштру, заменив ее сознательной дисциплиной, как всякий молодой человек идет участвовать в субботнике, как они используют каждое подгородное хозяйство, чтобы помогать населению, народ будет смотреть на труд не так, как на него смотрели прежде.

Задача Коммунистического союза молодежи в том, чтобы организовать в деревне или в своем квартале помощь в таком деле - беру маленький пример, - как обеспечение чистоты или распределение пищи. Как это делалось в капиталистическом старом обществе? Каждый работал только для себя, и никто не смотрел, есть ли тут старые или больные, или все хозяйство падает на плечи женщины, которая поэтому находится в состоянии подавленном и порабощенном. Кто против этого должен бороться? Союзы молодежи, которые должны сказать: мы это переделаем, мы организуем отряды молодых людей, которые будут помогать обеспечению чистоты или распределению пищи, систематически обходя дома, которые будут действовать организованно на пользу всего общества, правильно распределяя силы и показывая, что труд должен быть организованным трудом.

Тому поколению, представителям которого теперь около 50 лет, нельзя рассчитывать, что оно увидит коммунистическое общество. До тех пор это поколение перемрет. А то поколение, которому сейчас 15 лет, оно и увидит коммунистическое общество, и само будет строить это общество. И оно должно знать, что вся задача его жизни есть строительство этого общества. В старом обществе труд велся отдельной семьей, и никто не соединял его, кроме помещиков и капиталистов, угнетавших массы народа. Мы должны всякий труд, как бы он ни был грязен и труден, построить так, чтобы каждый рабочий и крестьянин смотрел на себя так: я - часть великой армии свободного труда и сумею сам построить свою жизнь без помещиков и капиталистов, сумею установить коммунистический порядок. Надо, чтобы Коммунистический союз молодежи воспитывал всех с молодых лет в сознательном и дисциплинированном труде. Вот каким образом мы можем рассчитывать, что те задачи, которые теперь поставлены, будут разрешены. Нам следует рассчитывать, что нужно не меньше 10 лет для электрификации страны, чтобы наша обнищавшая земля могла быть обслужена по последним достижениям техники. И вот, поколение, которому теперь 15 лет и которое через 10-20 лет будет жить в коммунистическом обществе, должно все задачи своего учения ставить так, чтобы каждый день в любой деревне, в любом городе молодежь решала практически ту или иную задачу общего труда, пускай самую маленькую, пускай самую простую. По мере того, как это будет происходить в каждой деревне, по мере того, как будет развиваться коммунистическое соревнование, по мере того, как молодежь будет доказывать, что она умеет объединить свой труд, - по мере этого успех коммунистического строительства будет обеспечен. Только смотря на каждый шаг свой с точки зрения успеха этого строительства, только спрашивая себя, все ли мы сделали, чтобы быть объединенными сознательными трудящимися, Коммунистический союз молодежи сделает то, что он полмиллиона своих членов объединит в одну армию труда и возбудит общее уважение к себе.


Версия для печати

«Нынешние коммунисты вообще не понимают, что это такое»

Доктор философских наук, профессор МГИМО Григорий Водолазов о противоречиях между Октябрьской революцией и сталинизмом, а также о том, что идеи Ленина проиграли мировоззрению Шариковых и Швондеров  

7 ноября, в день 98-ой годовщины Великой Октябрьской социалистической революции, во Владимире прошла презентация книги «Революция как концепт и событие: монография». Книга издана Институтом философии Российской Академии наук в сотрудничестве с Северо-Кавказским федеральным университетом.


Книга находится в свободном доступе на сайте Института философии РАН. Презентация прошла на заседании международного дискуссионного клуба «Спасский холм» во Владимире.


Модератор клуба, доктор политических наук Роман Евстифеев сообщил, что когда он узнал о том, что готовится выход этой книги, он обратился к авторам с «фантастическим» предложением провести её первую презентацию именно во Владимире. И неожиданно получил согласие. Некоторые из авторов приехали лично, например, директор Института глобализации и социальных движений Борис Кагарлицкий.

Редактором книги «Революция как концепт и событие» является Светлана Ильинская, старший научный сотрудник Института философии РАН.


Она сообщила, что часть авторов предприняли попытки переосмыслить именно категорию революции. Несмотря на то, что у авторов разные политические убеждения, книга, по словам Ильинской, получилась взвешенной и не противоречивой.

Впрочем, на презентации о книге говорили совсем немного, зато в течение двух часов были выступления на тему «Революция. Взгляд из настоящего».

В этом материале редакция предлагает ознакомиться с мнением Григория Водолазова, доктора философских наук, профессора МГИМО (У) МИД России. В книге он автор главы «Между реакцией и революцией (Чернышевский и Герцен: послание потомкам)».


У Григория Водолазова несколько главных тезисов. Например, про то, что так до конца и не изучена проблема взаимоотношений двух явлений - Октябрьской революции и сталинизма, то есть между народно-демократическими устремлениями революционеров и тоталитарной системой власти, сформированной Иосифом Сталиным. Водолазов назвал последнюю «политически злодейской системой Джугашвили». А сам Сталин, по его мнению, является предателем и Октября, и ленинизма.

Другой тезис — революции готовят не смутьяны, а стоящая у власти элита. В качестве примера профессор привёл историю философа-утописта Николая Чернышевского, который предупреждал Александра II о том, что крестьяне восстанут, если их не освободить до конца от крепостного права. В ответ Чернышевский был отправлен на каторгу, а крестьяне восстали. Григорий Водолазов заявил, что если власть не в состоянии самореформироваться, то она рано или поздно будет реформирована через революционные потрясения.

Водолазов считает, что к событиям Октября 1917 года привела бездарная работа Временного правительства, которое не смогло решить ни одной из проблем, стоявших перед обществом и страной, цитата:

«И приходит, может быть, единственная организованная сила — большевики, которая прокламирует, декларирует, что она будет решать немедленно эти задачи: мир, земельная реформа, и так далее. Когда им сказали, что «вы взяли у эсеров эту реформу», на это Ленин справедливо говорит, ну что же это за партия, которая выдвигает программу, и министры её возглавляют это (направление), и чтобы осуществить эту программу надо выгнать их из правительства?! Создать новое правительство, иначе говоря».

По мнению Григория Водолазова монополизация власти большевиками могла бы и не состояться, если бы эсеры проявили больше гибкости в переговорах с большевиками по составу постреволюционного правительства.

Профессор сделал акцент на том, что в последних работах Ленина ярко представлена народно-демократическая тенденция в развитии страны после Октября, в основном в работах посвящённых Новой экономической политике (НЭП). Водолазов сообщил, что очень часто многие цитируют фразу Ленина «Нам надо коренным образом пересмотреть всю нашу точку зрения на социализм», при этом мало до кого доходит её смысл, а коммунисты, по словам учёного, «вообще не понимают, что это такое». Вождь революции имел в виду, что НЭП должен стать не временной мерой, а «на поколения» вперёд, и что надо вернуться к вопросу о частной собственности. Но идеи Ленина перевесило Шариковско-Швондерское мировоззрение.

Вместе с тем, считает Григорий Водолазов, народно-демократическая тенденция в Октябрьской революции «всё-таки сохраняется, она живёт, она проходит через века», и она ещё, может быть, когда будет предложена обществу. Цитата:

«Я думаю, что вот эта сталинская система тоталитарная, прошедшая через авторитарную брежневскую систему, она спокойно перетекла, и закономерно, в современный криминально-олигархический капитализм. Внутри он созревал уже при сталинизме, корысть вот этой бюрократии, её обогащение, тем более там в семидесятые, восьмидесятые годы. Поэтому задача, видимо, я вижу — понять эти две тенденции Октября; понять вот эту народоправскую, народно-демократическую тенденцию, связанную с концепцией конвергентного или социализма, или конвергентного капитализма, они близки по своей инициативе. И вот она может быть предложена современному нашему обществу, чтобы преодолеть вот этот тяжёлый криминально-олигархический тупик»

Григорий Водолазов, доктор философских наук, профессор МГИМО (У) МИД России:

  • Я хочу откликнуться на призыв связать тему революции и сегодняшний день — годовщину Октябрьской революции
  • И хотел бы сказать несколько слов на счёт важной проблемы, которая меня давно занимает, мучает, мне кажется, над ней надо долго думать, обсуждать, решать
  • (Это) проблема взаимоотношения двух явлений — Октябрьская революция и сталинизм, возникший вскоре после Октябрьской революции
  • Я говорю «проблема», но для (исследователей) основных направлений нашей политико-философской, политической мысли, они проблему не видят здесь. Для тех, для кого Октябрьская революция есть Октябрьский переворот, есть вмешательство субъективного фактора, ну, иногда они (исследователи) их называют «политическими авантюристами», большевиков, которые прервали демократические процессы Февральской революции и так далее, установили монополию одной партии, способствовали созданию тоталитарной системы, развязали Гражданскую войну кровавую и так далее - вот для них проблемы вот этого взаимоотношения сталинизма и Октябрьской революции здесь нет, потому что проблема возникает там, где есть противоречия, которые надо разрешить. А для них — это плавный переход от Октября к сталинизму, а сталинизм есть развитие Октябрьской революции, (идей) Ленина и для них формула «Сталин — это Ленин сегодня», которая (тогда) была, вот это нормально
  • Нет проблемы и для тех, кто считает, что Октябрьская революция — это святое дело, народное восстание, вот это нынешние, так сказать, коммунисты сталинистской окраски, (которые считают, что) великая народная революция развивалась, (Иосиф) Джугашвили (Сталин) продолжил эти тенденции, страна развивалась под флагом социализма и идей Октября. И развитие (для них) на лицо: (Сталин) принял страну, как (премьер-министр Великобритании Уинстон) Черчилль говорит, «с сохой, а оставил с атомной бомбой». Тоже проблемы нет, понимаете, и для них тоже - «Сталин — это Ленин сегодня», только для первых (проблемы нет так как), они смотрят на эту формулу через чёрные очки, а эти — через розовые
  • Меня не устраивает решение «шестидесятников» наших, к которым и я себя отношу или объективно принадлежу, которое состояло в чём? Они-то проблему видели. Они говорили о чём? Что есть вот противоречие: народная Октябрьская революция с интенцией (стремлением) на демократию, демократический социализм (с одной стороны), и тоталитарная политически злодейская система Джугашвили (с другой)
  • И какой из этого противоречия они («шестидесятники») давали ответ? Ну, Джугашвили — предатель Октября и ленинизма, (лично предал) Ленина. Где-то в конце 20-ых — начале 30-ых годов вот эта команда политических злодеев во главе с Джугашвили, вот она осуществила этот контрреволюционный переворот, и задача стоит в том, чтобы вернуться к тем (ленинским) идеям
  • Меня не устраивает упрощённость этого. Мне-то думается, что Сталин, Джугашвили, сталинизм, да — это и предательство Октября, и продолжение Октября одновременно. Понимаете, как это может быть, ведь противоречие есть?
  • Мне кажется, это потому так, что сам Октябрь есть противоречивое альтернативное явление, что в нём заключены, по крайней мере, две основные тенденции, интенции: одна направлена на удовлетворение интересов народа, народоправство, и так далее, а вторая тенденция — тоталитарная и государственно-бюрократическая, там и то, и другое есть. Есть и социальные силы, которые питали эти тенденции: с одной стороны — трудящиеся и рабочие, типа, условно говоря, (Ивана) Бабушкина, (Якова) Дубровинского, а, с другой стороны - Шариковы, Швондеры, герои платоновских повестей, рассказов, романов и так далее
  • И те, и другие — они вместе выступали, это угнетённые классы, угнетённые люди, выступающие за изменение ситуации в стране, улучшение (условий жизни простых людей). Но, с одной стороны, вот эта вот неразвитая часть революционеров, так сказать, часто — малограмотная, дикая, для которой насилие — это всё, понимаете?
  • И вот об этом, об опасности этой революционной части предупреждал (русский философ-утопист) Николай Гаврилович Чернышевский, о чём я написал в этой книге, понимаете, в «Письмах без адреса», и вот я прошу обратить ваше внимание, «Письма без адреса» (Чернышевского) по сути дела адресованы (российскому императору) Александру Второму. О чём он там пишет?
  • Он (Чернышевский) говорит: «освободите крестьян по-человечески; дайте им нормальную землю, а не эти отрезки; не берите с них эти выкупы, которые вы назначили», они ведь до 1911 года выплачивали, фактически это оброк, крепостное право сохраняется. Он говорит: «крестьяне восстанут, и я Вас прошу — опередите это восстание своими реформами; и я почему к Вам обращаюсь, казалось бы, мы с вами разные люди, но я знаю, что они восстанут, они не только вас сметут, но и нас, которые болеют, вот эту русскую интеллигенцию»
  • Вообще, в скобках замечу, революцию готовят не революционеры, (её) готовит стоящая у власти элита. Вот если она не успевает самореформироваться, вот её реформируют через революционные потрясения
  • И прогноз Чернышевского сбылся, потому что Александр Второй и его окружение чем ему ответили на эти «Письма»? Четырнадцатью годами каторги
  • И когда первые ученики Чернышевского, понимая, что крестьянство восстанет, и крестьянство — это дикая, необразованная толпа, это будет бунт, надо успеть цивилизовать его, вот первые народнические движения и пошли в народ, (чтобы) цивилизовать (его). Чем (им власти) ответили? Каторгой, (судебными) процессами. Это потом уже «Народная воля» возникает и так далее
  • Вот этот сложный конгломерат социальных сил и был движущей силой Октябрьской революции, поэтому — какая тенденция возьмёт верх? Вот очень важно проанализировать содержание этих сил социальных, их установки, их борьбу и развитие
  • И я в этом отношении особенно обратил бы внимание на народно-демократическую составляющую Октябрьской революции, которая была, и я бы обратил на неё внимание потому, что от понимания этой составляющей, может быть, зависит и наше будущее сегодняшнее заходящего в тупиковую ситуацию нашего Отечества
  • А что это за народно-демократическая составляющая? Ведь к Октябрьской революции (подтолкнуло Временное правительство) - вот нам говорят «переворот», субъективные большевики, лидеры, стремящиеся к власти, и так далее, но дело-то в том, что, за 8 месяцев у власти, Временное правительство не решило ни одной задачи и проблемы, которые стояли перед народом, и которые надо было решать: ни мира; ни земельной реформы, хотя (один из основателей партии социал-революционеров Виктор) Чернов там (был) министром, эсеры (были представлены); не собрало Учредительное собрание; не наладило ситуацию в промышленности; ни одной (проблемы Временное правительство не решило) за 8 месяцев
  • А закончилось это всё началом Гражданской войны, мятежом (генерала Лавра) Корнилова, вот начало Гражданской войны — одна сила против другой силы. И после подавления мятежа оказалось, что (министр-председатель Временного правительства Александр) Керенский в растерянности, правительство не знает, что делать, власть валяется на улице. А народные потребности не реализованы, не осуществлены
  • И приходит, может быть, единственная организованная сила — большевики, которая прокламирует, декларирует, что она будет решать немедленно эти задачи: мир, земельная реформа, и так далее. Когда им сказали, что «вы взяли у эсеров эту реформу», на это Ленин справедливо говорит, ну что же это за партия, которая выдвигает программу, и министры её возглавляют это (направление), и чтобы осуществить эту программу надо выгнать их из правительства?! Создать новое правительство, иначе говоря
  • У Октябрьской революции интенция удовлетворить вот эти народные потребности и стремления. В этом её народность. И монополизм партийный — тут тоже много проблем, ведь вы понимаете, что не сразу он сложился
  • Уже после Октября (большевики) вступили в переговоры с социалистическими партиями, они выступали за однородное социалистическое правительство с эсерами, меньшевиками чхеидзовского (от грузинского революционера Николая Чхеидзе) и церетелевского (от грузинского революционера Ираклия Церетели) розлива, не говоря уж о (Борисе) Маркове и так далее
  • Вы смотрите, ведут переговоры (Лев) Каменев от имени большевиков, да, Ленин говорил, что вряд ли (они с эсерами) договорятся, но попробуйте договориться. И что же они выдвигают, вот эти бывшие деятели Временного правительства, которые провалились? Говорят: «Хорошо, давайте однородное правительство, но с нами во главе, пусть будет председатель (Виктор) Чернов, только Ленина и (Льва) Троцкого (вы должны) убрать оттуда». То есть, практически они предлагают то (же самое) Временное правительство, которое потерпело это фиаско (в преддверии Октября)
  • Понимаете, вот задача: если вы демократы, вы потерпели фиаско во Временном правительстве, большевики сейчас взяли верх и инициативу и они приглашают вас, ну войдите (в правительство под руководством большевиков), но не в качестве руководителей, будьте оппозицией. Поддержите вот эту цивилизованную часть большевистскую! Нет, не входят. Формируется двухпартийное правительство, ведь большевики не сразу монополизировали (власть)— не получилось однородное правительство, двухпартийное получилось. Что левые эсеры (сделали)? Их что, вышибли большевики из правительства? Они себя сами вышибли, понимаете? Они не принимают Брестский мир — надо вести революционную войну; голосование съезда Советов даёт им меньшинство
  • Что в этой (ситуации) должна делать демократическая партия? Ну поддержите двухпартийность! Вы проиграли здесь, действуйте как оппозиция, боритесь демократическими способами. Нет! (6 июля 1918 года левые эсеры Яков Блюмкин и Николай Андреев совершили) убийство (немецкого посла Вильгельма фон) Мирбаха, (затем было) восстание 6 июля, ну и как с ними (большевикам) быть в одной связке? И так далее
  • И, наконец, вот эта тенденция народоправства, народно-демократическая, она особенно проявляется, вот эта линия, в последних работах Ленина НЭПовского (о Новой экономической политике) типа, когда Ленин говорил, смотрите: «Нам надо коренным образом пересмотреть всю нашу точку зрения на социализм!». Как-то мы повторяем эту фразу, не придавая ей большого значения. Нынешние (коммунисты), Геннадий Андреевич (Зюганов), там, остальные, они вообще не понимают, что это такое: «Коренным образом пересмотреть всю нашу точку зрения на социализм». А в чём пересмотр-то? Существенный пересмотр!
  • Ленин говорит о НЭПовской идее, о смешанной экономике, допущении (возврата к институту) частной собственности, причём не как о временной мере, а как на много поколений, как новая концепция социализма. Юрий Буртин назвал это конвергентным социализмом, (когда происходит) соединение либеральных и социалистических ценностей
  • То есть, вот новое открытие! С одной стороны (английский экономист Джон Мейнард) Кейнс, идущий к этому, к идее конвергентности либерализма, а с другой стороны — (Владимир) Ульянов (Ленин), готовый (к этому же). Вот эта тенденция, которая, конечно, плохо понималась, вот и (на) лозунг Ленина «коммунисты, учитесь торговать», (отвечали) «да что вы, насилием надо брать»; Ленин говорит «нельзя стать коммунистом, не освоив всё богатство культуры» и так далее, (отвечали) «какое там богатство культуры, пролетарская культура быть должна»
  • Вот (была) Шариковско-Швондеровская линия, и (была) линия более слабая, но державшаяся в значительной степени на Ленине в этот период
  • Со смертью Ленина появились люди, которые пытались продолжать эту линию - (Николай) Бухарин, Леонид Красин, (Алексей) Рыков, (Михаил) Томский, (Мартемьян) Рютин и так далее — но слабаками оказались
  • Ну и потом вот эта масса оказалась более сильной, она побеждает в этой (юорьбе), но тенденция эта (народно-демократическая) — всё-таки она сохраняется, она живёт, она проходит через века
  • Поэтому, я думаю, что вот эта сталинская система тоталитарная, прошедшая через авторитарную брежневскую систему, она спокойно перетекла, и закономерно, в современный криминально-олигархический капитализм, понимаете? Внутри он (криминально-олигархический капитализм) созревал уже при сталинизме, (созревала) корысть вот этой бюрократии, (происходило) её обогащение, тем более там в семидесятые, восьмидесятые годы
  • Поэтому задача, видимо, я вижу — понять эти две тенденции Октября; понять вот эту народоправскую, народно-демократическую тенденцию, связанную с концепцией конвергентного или социализма, или конвергентного капитализма, они близки по своей инициативе. И вот она (народно-демократическая идея) может быть предложена современному нашему обществу, чтобы преодолеть вот этот тяжёлый криминально-олигархический тупик
  • Спасибо
  • Аплодисменты

100 лет назад Ленин и Уэллс начали разговор, актуальный и по сей день — Российская газета

Это была не встреча - столкновение. 100 лет назад Уэллс, писатель с мировым именем, еще во время войны добрался до России и встретился с совершенно новой фигурой в человеческой истории, коммунистическим вождем - Лениным.

Есть дата - 6 октября 1920 года. Нет стенограммы. Есть тексты Уэллса, Троцкого, обрывочные записи. И есть ощущение, что в этой встрече тот же конфликт миропониманий, моделей будущего, в котором мы находимся и сегодня.

Время

Октябрь 1920 года - поворотное время в России. Последние дни войны с Польшей. Через месяц красными будет занят Крым. Еще царствует военный коммунизм, торговля запрещена, продразверстка, карточки. Промышленность - всего лишь 17% от уровня 1913 г.1 "Россия во мгле" -напишет писатель-фантаст. "Впечатление величайшего и непоправимого краха... Недоедание, полнейший упадок жизненных сил... За исключением крестьян, все классы общества - в том числе и руководящие круги - испытывают... крайние лишения..."2.

Но уже ведутся торговые переговоры в Лондоне.

И вот-вот в марте 1921 г. будет объявлен нэп, который накормит всех.

Плакат 1918 года.

Ровесники

Это была встреча ровесников. Уэллсу - 54 года, Ленину - 50. Уэллс - с низов, образовывался урывками, голодал. Семья Ленина пробивалась к потомственному дворянству. Сыт, обучен, ушел в бунт после казни брата.

Оба - социалисты. Уэллс ненавидел Маркса. Ленин - его глубокий приверженец. Уэллс дважды женат, любитель дам, чему посвятил отдельную книгу, три сына и дочь. Из них двое - внебрачные. Ленин - нет детей, преданность и болезнь жены. "Крепко тебя целую" - это Инесса Арманд3.

Уэллс - социалист, коллективист, как он себя называл. Но никакого опыта нет. Его идеи? Мировое правительство, всемирный план, эволюция, разумные люди, интеллигенция, они сами построят общество, где "всё для всех". Постепенность, развитие. Всё, что делают правительства, бизнес, технари, потихоньку оборачивается социализмом. Впереди - конвергенция двух миров, капитализма и советской модели. Не признавал деления на классы. Он даже пытался убедить в этом Сталина. Есть стенограмма их беседы в 1930 г. "Я возражаю против этой упрощенной классификации человечества на бедных и богатых". "Социалисты должны апеллировать к закону".

А что в ответ вождь? Классы, их столкновение, старый мир сам не рушится, революция, борьба на жизнь и смерть4.Таких, как Уэллс, в 1930-е держали в лагерях. Или ставили к стенке.

И Ленин - тоже социалист. Но твердокаменный, сделавший из марксизма, из призрака коммунизма, бродящего по Европе - реальность, жизнь. "Насильственное ниспровержение всего существующего общественного строя", "пусть господствующие классы содрогаются"5 - это сделано. Пролетариат - могильщик, экспроприация частной собственности, централизация, конфискация, огосударствление, "организованное насилие одного класса над другим" - в 1920 г. всё это уже есть6.

И есть еще - "кто был ничем, тот станет всем". Все вертикали взорваны. В ответ - ярчайший взрыв социальной энергии. "Черный передел", крестьянами взята земля. В стране, на четыре пятых крестьянской, - отличная основа режима! В головы ввинчивается идея - всё было их, всё станет наше - и заживем! И еще: есть враг - его нужно давить! Кто не с нами - тот против нас! Долой войну! Отличные идеи для страны бедных! Государство растет, твердеет, в нем и творчество, и смертельная жестокость - все против всех. "Необходимо... провести беспощадный массовый террор против кулаков, попов и белогвардейцев; сомнительных запереть в концентрационный лагерь вне города... Предсовнаркома Ленин. 9 августа 1918 г."7.

Дирижер всего этого - Ленин. Он находится под нечеловеческим давлением. Вот что пишет Уэллс: "Единственное правительство, возможное в России... Только оно одно воплощает в себе идею, только оно еще дает России основу для сплочения... Ходить по улицам русских городов так же безопасно, как и по улицам любого европейского города... Восстановило порядок"8.

Строители новой жизни

Мечтатели

Как их сравнивать - Уэллса и Ленина? Люди - в разных вселенных. Один - жуир, великий фантаст, романист, мечтающий о мировом правительстве. О том, как всё разумное, доброе, вечное потихоньку возьмет власть в руки, и всё и вся сольются в средний класс. Себя называл заурядным умом (это, конечно, не так). "Мы, англичане, парадоксальный народ - одновременно и прогрессивный, и страшно консервативный; мы вечно изменяемся, но без всякого драматизма; никогда мы не знали внезапных переворотов... Чтобы мы что-нибудь "свергли", "опрокинули", "уничтожили"... чтобы мы начали всё "сызнова"... никогда!"9.

Другой - диктатор, выспрашивающий Уэллса: почему британский пролетариат еще не начал революцию? Считающий Уэллса "филистером и мещанином"10. Соединяющий массовый террор, передел России, смертельную войну - с планами на будущее, в интересах абсолютного большинства населения, где есть всё, что будет названо потом "модернизацией" страны. Человек, вечно меняющийся, который "заявил, что революция в России - это не что иное, как наступление эпохи беспредельных поисков", призывающий испробовать для этого "множество методов"11.

В 1930-х Уэллс уже не жалеет для него эпитетов. "Сила его была в простоте замысла, сочетавшейся с изощренностью мысли". "Хитроумная лукавая цепкость". "Ему удалось переделать марксизм в ленинизм. Из учения доктринера-фаталиста он создал гибкую, творческую тактическую схему". "Ленин, по самым скромным меркам, был велик". "Он сумел придать России импульс созидательного ускорения". "В нем были и детскость, и мужество - главнейшие качества человека". "Он и впрямь стал Мессией"12.

А в чем они сходятся? Оба желают великого. Чертить будущее - их бытие. Целеполагание - но только не для себя лично, а для общества, мира. Это встреча проектировщиков. Один из ее лейтмотивов: "Как представляется вам будущее России? Какое государство вы стремитесь создать?"13.

Как они нам нужны сейчас - такие люди! Крупного масштаба, видящие будущее, общество, как целое. Невозможно больше существовать в тряпье из кусочков, собранных в куче министерств. А что они должны cоздать? Россию как спокойное, сытое, современное и очень динамичное государство, в котором много свободы, идей, открытости и мира.

Есть еще один пункт, в котором они сходятся. Должен быть план, великий план. Без него - никуда. Правда, для Уэллса большие планы в России - это фикция. Его идея - строить мировое плановое государство! "Кремлевский мечтатель" - так назван им текст о встрече с Лениным. "Ленин... увлекся утопией, утопией электрификации. Он употребляет всё свое влияние, стремясь осуществить план строительства в России мощных электростанций, которые дадут целым губерниям свет и энергию для транспорта и промышленности..."14

"Можно ли вообразить более отважный план в этой стране...". А далее - безграмотные крестьяне, нет водных энергетических ресурсов (ошибка), нет специалистов (опять ошибка), угасают торговля и промышленность. "В России такой план превосходит самые пылкие технические фантазии. Сколько ни вглядываюсь я в будущее России, словно в темный кристалл, мне не дано разглядеть то, что видит этот невысокий человек, работающий в Кремле: он видит, как вместо разрушенных железных дорог возникают новые, электрифицированные магистрали, как по всей стране прокладываются новые шоссейные пути, как создается новое, счастливое коммунистическое государство с могучей промышленностью"15.

Через два месяца после их встречи, в декабре 1920 года план ГОЭЛРО принят.

Г. Клуцис. Электрификация всей страны. 1920 год.

План

В плане ГОЭЛРО около 700 страниц, делался меньше года, по 8 экономическим районам, почти вся Россия. Электроэнергия, промышленность, все базовые отрасли. Сроки - 10 - 12 лет. Цель - максимальная производительность труда16.План - " политический или государственный... задание пролетариату", "увлечь массу... великой программой на 10-20 лет"17.

Увлекли. Еще через 3 месяца, с марта 1921 г. начался нэп, новая экономическая политика, очень живая, основанная на частном интересе. За государством - "командные высоты". Города быстро накормили. Темпы роста - 30 - 40% в год18.В 1920-х промышленность росла быстрее, чем в 1930-х, когда нэп свернули. Внутри этого чуда - план ГОЭЛРО как ядро.

К началу 1930-х годов довоенный уровень - перекрыт. Чугун: 1920 г. - 2,4% от 1913 г., 1929 / 30 гг. - 131%, план ГОЭЛРО (1932 / 33 гг.) - 195%. Уголь: 1920 г. - 27% от 1913 г., 1929 / 30 гг. - 179%, план ГОЭЛРО (1932 / 33 гг.) - 216%. Нефть: 1920 г. - 43% от 1913 г., 1929 / 30 гг. - 174%, план ГОЭЛРО (1932 / 33 гг.) - 105%19. "Погибнуть или на всех парах устремиться вперед"20.

А для нас - есть уроки? Каждые 10 лет - в 1920-х, 1930-х, после войны - Россия/СССР делали очередной прыжок, совершали экономическое чудо! Да, были - беспощадная растрата людей, их огосударствление, лагерная экономика, превращение их в счетные, потребляемые единицы, пусть даже их убеждали в совершенно ином.

Но речь - о другом. О силе целеполагания. О плане того, что нужно сделать. О понимании момента - либо полный вперед, либо погибнуть. О силе желания - сдвинуть вперед машину всей страны. Мы чувствуем, насколько другие десятилетия - потом, после - были расплывчаты, как медленно в них вращалось время, как уходила энергия 1920-х - 1950-х и как много в них было инерции, затухания, мифов.

Нам нужно сегодня целеполагание - с новой силой.

В.И. Ленин на II Конгрессе Коминтерна. 1920 год. Фото: РИА Новости

Человек

Люди - впередсмотрящие. Люди, которым был нужен великий план. Равенство для всех и вся. Государство как инструмент равенства. В этом Ленин и Уэллс совпадали. Но в чем они совершенно различны - в мере насилия, в том, "кто и каким способом".

Эволюционист - против человека, насильственно взявшего власть, против "вождя", бескомпромиссно устраняющего политических противников и ведущего классовую войну на уничтожение. Диктатура пролетариата - это Ленин. "Он ушел от нас навеки, наш несравненный боевой товарищ. А мы пойдем бесстрашно дальше. Пусть злобствуют наши враги по поводу нашей потери. Несчастные и жалкие! они не знают, что такое наша партия!"21

История - море насилия. Но вот что она шепчет: общество, где власть и собственность сосредоточены в одних руках, как бы оно ни называлось и когда бы ни существовало - тупиковая модель. До сих пор все эксперименты с административной экономикой приводили к диктату, отрицательному человеческому отбору, застою, убыванию и, в конечном счете, к крайней отсталости, злу и распаду. Человек как счетная единица, человек как растрачиваемый ресурс, как животная рабочая сила, обработанная насилием и пропагандой, - не способен создать общество, побеждающее в конкуренции с другими странами. Оно не жизнеспособно.

По Уэллсу (и правой социал-демократии) частный интерес, частная собственность - без них нельзя. Будущее - это эволюция. Хищнический капитализм перерастет в то, что сегодня называется "социальная рыночная экономика", "германская модель", "шведская модель" или даже "британская модель" с ее бесплатной медициной и социальным жильем.

Они и переросли. В них частный интерес так пытается сочетаться с общим, чтобы не угасали ни тот, ни другой. Дать каждому свободу, требуемую природой человека, в его желании двигаться, создавать, "генерить идеи", иметь свое, доминировать, даже быть хищным. И в то же время быть для всех, быть коллективистом, по Уэллсу, подчиняясь общему интересу.

Для Ленина - реальны только революция, насилие. Частная собственность - невозможна. Но было ли это окончательной точкой зрения? К какой модели общества он бы пришел, если бы дожил до 70 - 80 лет? Он ушел из жизни после того, как инициировал нэп. НЭП - это признание того, что именно частная собственность, частный интерес способны вытащить из разрухи. НЭП - это приватизация, иностранные концессии. Уэллс писал о Ленине, что он не следовал догматам, а использовал их для себя. И если через 100 лет это сделали в Китае, строя рынок в оболочке марксизма-ленинизма, то почему это не могло произойти в России? Это был бы еще один Ленин.

Но всё это домыслы. История не имеет сослагательного наклонения. Ясно лишь одно, что через 100 лет в почти 40 развитых странах классовый конфликт, как системный, подавлен. После Второй мировой войны в них возобладала эволюция. Эти страны зажиточнее, инновационнее, чем Россия. ВВП на душу населения в Германии - 47 тыс. долл., Австрии - 50 тыс. долл., Швеции - 51 тыс. долл., Великобритании - 41 тыс. долл., в России - 11 тыс. долл. (МВФ, 2019). ВВП на душу населения по паритету покупательной способности в этих странах выше, чем в России, на 60-70%. В них живут дольше. Ожидаемая продолжительность жизни в Германии - 81,2 года, Австрии - 81,4 года, Швеции - 82,7 года, Великобритании - 81,2 года, России - 72,4 года (UNDP, 2018).

Так что мы - по-прежнему в дороге. Не было эволюции. Вместо нее крайности. Последние 100 лет каждое поколение в России начинало почти с нуля, теряя свое имущество в войнах, революциях, переделах собственности, инфляции, денежных реформах, кризисах.

Нам очень нужна эволюция. Никаких больше взрывов и насилия! Пусть медленный, но переход к обществу, которое подчинено главному - качеству и продолжительности жизни российских семей. Их состоятельности, свободе действовать, двигаться, конкурировать, основываясь на частном и общем интересе.

Страна привыкла к плакатному вождю. Но до сих пор не отдала должное живому Ленину.

Ленин крупнее всех, кто был у власти с начала XX века. Не ангел - и не фигура из анекдотов. Он должен быть защищен. 70 лет его превозносили, сейчас он умаляется в нашем сознании. Он не должен быть приуменьшен - ни в содеянном зле, ни в добре. Нам всем нужно просто отдать ему должное. Его урок - осмысленный и беспощадный - забыть нельзя.

1. Смирнов С.В. Динамика промышленного производства и экономический цикл в СССР и России, 1861-2012. М.: ВШЭ, 2012. С.69.

2. Уэллс Г. Россия во мгле. - М.: Прогресс, 1976. С.18, 24, 26, 29.

3. Письмо И.Ф. Арманд В.И. Ленину личного характера. Российский государственный архив социально-политической истории Ф.127. Оп.1. Д.61. Л. 1-4об.

4. Сталин И. Беседа с английским писателем Г.Д. Уэллсом 23 июля 1934 г. - М.: Партиздат ЦК ВКП (б), 1935.

5. Маркс К., Энгельс Ф. Манифест Коммунистической партии. - М.: Госполитиздат, 1950. С. 71.

6. Там же, С. 45, 56.

7. Ленин В.И. ПСС. Том 50. - М.: ИПЛ, 1970. С.143-144.

8. Уэллс Г. Россия во мгле. - М.: Прогресс, 1976. С.19, 57.

9. Уэллс Г. Предисловие к первому русскому собранию сочинений. Цит. по кн.: Замятин Е. Лица. - М. - Берлин: Директ-Медиа, 2019. С. 81.

10. Троцкий Л.Д. Филистер о революционере // У великой могилы. М., 1924. С. 528-53O.

11. Уэллс Г. Россия во мгле. - М.: Прогресс, 1976. С. 103.

12. Уэллс Г. Опыт автобиографии. - Ладомир, 2007.

13. Уэллс Г. Россия во мгле. - М.: Прогресс, 1976. С. 102.

14. Там же. С. 104.

15. Там же. С. 104-105.

16. План электрификации РСФСР. Введение к докладу 8-му Съезду Советов Госкомиссии по электрификации России. - М.: Гостехиздат, 1920. С.11.

17. Записка Кржижановскому 23 января 1922 г. Цит. по: Ленин В.И. ПСС - 5-е изд. - М.: Политиздат, 1974. - Т. 40. - С. 62-63.

18. Статью о нэпе см.: Миркин Я. НЭП. Тоска по новому // Родина, 2020, N 1, С. 22-27.

19. Ханковский А. План ГОЭЛРО и план электрификации на 1931 г. // Плановое хозяйство, 1930, N 12. С. 96, 99.

20. Ленин В.И. ПСС. Том 34. - М.: ИПЛ, 1969. С.198.

21. К партии. Ко всем трудящимся. Обращение ЦК РКП // Экстренный выпуск "Правды" и "Известий", 23 января 1924 года.

ЭВОЛЮЦИЯ ВЗГЛЯДОВ В. И. ЛЕНИНА НА СУЩНОСТЬ И ПРИРОДУ НЭПА

 

 

"Теперь… мы вынуждены признать корен­ную

 перемену всей точки зрения нашей на соци­ализм".

 

В. И. Ленин  "О кооперации".

 

 

Начиная главу о нэпе, мы отмечали, что взгляды вождя Октября претерпели глубокую эволюцию на существо этой политики и привели в итоге к призыву "коренной перемены" точки зрения на социализм. В марте 1922 года на XI съезде РКП (б) Ленин говорил то, что маловероятно было услышать от него, например, за год до этого. Он как бы призывал на­строенных в духе "военного коммунизма" товарищей по пар­тии осознать тот очевидный факт, что "...в народной массе мы все же капля в море, и мы можем управлять только тогда, когда правильно выражаем то, что народ сознает" [3, т. 45, с. 112]. В частности, "...необходимо дело поставить так, что­бы обычный ход капиталистического хозяйства и капиталис­тического оборота был возможен, ибо это нужно народу, без этого жить нельзя" [3, т. 45, с. 86].

 

Столь кардинальному повороту от политики "военного коммунизма" должна была предшествовать глубокая эволю­ция. Происходила она с марта 1921 года и до написания В. И. Лениным своих последних писем и статей.

 

Итоги первого года нэпа, по оценке Ленина, были неуте­шительны. Этот год показал: "...мы хозяйничать не умеем" [3, т. 45, с. 80]. И дело, очевидно, было не только в отсутст­вии опыта нормального, экономического, а не экстремально­го, "военно-коммунистического" хозяйствования. Положение для работников партийно-государственного и хозяйственного аппаратов осложнялось и тем, что содержание нэпа, в част­ности вопрос о "пределах" допущения капитализма в основу начавшего строиться коммунистического здания, решался на ходу. Взгляды на нэп, казавшиеся истинными вчера, выгля­дели отсталыми сегодня и часто совершенно отбрасывались спустя еще день. Лучше всего изменение взглядов на нэп можно наблюдать по текстам Ленина 1921—1923 годов.

 

После Октября был период, когда В. И. Ленин считал бла­гом для страны установление государственного капитализма. Это было нужно для "доразвития" тех потенций товарного хозяйства, которых пока не было в реальности и которые должны были появиться в силу логики развития капиталисти­ческой формации. Впрочем, времени на это в 1918 году планировалось отвести немного. В брошюре того периода Ленин писал: "Если бы примерно через полгода у нас установился государственный капитализм, это было бы громадным успе­хом и вернейшей гарантией того, что через год у нас оконча­тельно упрочится и непобедимым станет социализм" [3, т. 43, с. 206]. Обстоятельства интервенции и гражданской войны, а также революционное нетерпение, распространявше­еся от вождей к массам и обратно с надеждой "перепрыг­нуть" ряд промежуточных ступеней между капитализмом и коммунизмом, обусловили в то время введение "военного коммунизма".

 

К началу 1921 года этот курс себя изжил. Как быть? – ставил Ленин вопрос в специально написанной для этого момента брошюре "О продовольственном налоге". "Либо пытаться запретить, запереть совершенно всякое развитие частного, негосударственного обмена, т. е. торговли, т. е. капитализма, неизбежное при существовании миллионов мел­ких производителей. Такая политика была бы глупостью и самоубийством той партии, которая испробовала бы ее. Глупостью, ибо эта политика экономически невозможна; самоубийством, ибо партии, пробующие подобную политику, терпят неминуемо крах. Нечего греха таить, кое-кто из коммунистов "помышлением, словом и делом" грешил, впадая именно в такую политику. Постараемся от этих ошибок ис­правиться. Непременно надо от них исправиться, иначе сов­сем плохо будет" [3, т. 43, с. 222].

 

Нэп в трактовке Ленина весной 1921 года представлял собой фактическое "сожительство" Советской власти с "мелкими капиталистами" [3, т. 43, с. 226]. Причина, ко­торая обусловила эту политику прежде всего, заключалась в невозможности посредством разверстки собрать нужных городу и промышленности 400 миллионов пудов зерна. Сделать это, кроме как через экономическую заинтересован­ность крестьянина, уже было нельзя. Но и одна заинтересо­ванность в условиях разрушенной промышленности, по мне­нию Ленина, сработала бы слабо. Поэтому, подчеркивал Ле­нин, "...мы аппарат сохраняем, усиливаем и быстро будем требовать взимания продналога" [3, т. 43, с. 311, 339]. Речь, таким образом, шла о том, чтобы, несмотря на возрастающую опасность усиления в фундаменте социализма капиталистиче­ских элементов, допустить их подконтрольный рост ради по­лучения продовольствия.

 

Высоко оценивая степень угрозы для социализма со сто­роны "мелкобуржуазной стихии", Ленин призывал активизировать защитные меры со стороны бедноты: "Либо мы подчи­ним своему контролю и учету этого мелкого буржуа (мы сможем это сделать, если сорганизуем бедноту, т. е. большин­ство населения[1], или полупролетариев, вокруг сознательного пролетарского авангарда), либо он скинет нашу, рабочую, власть неизбежно и неминуемо, как скидывали революцию Наполеоны и Кавеньяки, именно на этой мелкособственни­ческой почве и произрастающие. Так стоит вопрос. Только так стоит вопрос..." [3, т. 43, с. 208].

 

К государственному крупному капитализму и социализ­му, считает Ленин, ведет одна и та же дорога — через "обще­народный учет и контроль над производством и распределе­нием продуктов". И для того, чтобы локомотив русской истории не свернул в сторону или вовсе не сошел с рельсов, в борьбе против "мелкобуржуазной стихии", в том, чтобы "ускорить... перенимание западничества варварской Русью", ни в коем случае нельзя "жалеть диктаторских приемов", нельзя останавливаться "...перед варварскими средствами борьбы против варварства" [3, т. 43, с. 212, 211]. Если пере­ложить этот призыв на язык политической практики, расста­новки классовых сил в деревне, то станет ясен адресат: бед­няцкие и пролетарские слои.

 

Этим слоям для проведения нэпа в деревне, как он видел­ся весной 1921 года, не пришлось бы делать ничего принци­пиально нового. В самой сути продналог впечатал в себя "частицу прежней разверстки", то есть "...того порядка, кото­рый один только представляется правильным, именно: обмен продуктов крупных социалистических фабрик на продукты крестьянского хозяйства через продовольственные органы государственной власти, принадлежащей рабочему классу, через кооперацию рабочих и крестьян" [3, т. 43, с. 149]. На эти слои, как и прежде, могла быть возложена функция помощи государственной власти в получении продовольст­венного налога с тех крестьян, с кого этот налог можно было получить. "Налог, — разъяснял Ленин, — это значит то, что го­сударство берет с населения без всякого вознаграждения... Этот налог определен приблизительно в половину того, как была определена разверстка в прошлом году"  [3, т. 43, с. 149]. Но все равно "...взимание налога добровольно не пройдет, без принуждения мы не обойдемся, взимание налога ставит ряд стеснений для крестьянского хозяйства" [3, т. 43, с. 313].

 

По социалистическому идеалу, который виделся В. И. Ле­нину весной—летом 1921 года, это по-прежнему был прямой безденежный обмен продуктов города на продукты села[2]. Вот почему вторая "частица" продналога, по которой допускалась свободная торговля крестьян, хотя и в рамках местного обо­рота, рассматривалась Лениным как уступка капитализму. "Получается, — говорил он, — на основе известной (хотя бы только местной) свободы торговли возрождение мелкой бур­жуазии и капитализма. Это несомненно. Закрывать глаза на это смешно" [3,т. 43, с. 221].

 

Причину вынужденного допущения государственного ка­питализма и сопутствующей ему опасности для дела социалис­тического созидания В. И. Ленин видел в отсутствии круп­ной машинной промышленности, которая бы позволила соз­дать фундамент собственно социалистического хозяйства, в том числе в деревне. "А если у нас при тех условиях отста­лости, при которых мы вошли в революцию, сейчас нужного нам промышленного развития нет, то что же мы — откажем­ся? упадем духом? Нет. Мы перейдем к тяжелой работе, по­тому что верен путь, на котором мы стоим. ...И для того, что­бы осуществить это в нашей обстановке, необходима та эко­номическая связь, которая является единственно возмож­ной, — связь через хозяйство.

 

Вот причина нашего отступления, вот почему мы должны были отступить к государственному капитализму, отступить к концессиям, отступить к торговле. Без этого на почве того разорения, в котором мы оказались, надлежащей связи с крестьянством нам не восстановить. Без этого нам грозит опасность, что передовой отряд революции забежит так дале­ко вперед, что от массы крестьянской оторвется. Смычки между ним и крестьянской массой не будет, а это было бы гибелью революции" [3, т. 44, с. 310].

 

Напротив, для развитых капиталистических стран Ленин считал вполне реальной возможность быстрого перехода к коммунизму в ходе начавшегося процесса мировой рево­люции. "Поскольку крупная промышленность в мировом масштабе есть, — говорил он делегатам IX Всероссийского съезда Советов, — постольку, бесспорно, возможен непосред­ственный переход к социализму — и никто не опровергнет это­го факта..." [3, т. 44, с. 310].

 

Еще более серьезные опасения Ленина с точки зрения возможности возрождения и укрепления в стране капитализ­ма вызывала кооперация мелкотоварных крестьянских хо­зяйств. "Кооперация есть тоже вид государственного капи­тализма, но менее простой, менее отчетливо очерченный, бо­лее запутанный и потому ставящий перед нашей властью на практике большие трудности. Кооперация мелких товаро­производителей (о ней, а не о рабочей кооперации идет здесь речь, как о преобладающем, о типичном в мелкокрестьянской стране) неизбежно порождает мелкобуржуазные, капиталис­тические отношения, содействует их развитию, выдвигает на первый план капиталистиков, им дает наибольшую выгоду. Это не может быть иначе, раз есть налицо преобладание мел­ких хозяйчиков и возможность, а равно необходимость обме­на. Свобода и права кооперации, при данных условиях Рос­сии, означают свободу и права капитализму. Закрывать глаза на эту очевидную истину было бы глупостью или преступле­нием" [3, т. 43, с. 225].

 

Кооперация, как вид государственного капитализма, до­пускается и выгодна пролетарскому государству в сравнении с частной торговлей потому, что "...облегчает учет, контроль, надзор, договорные отношения" [3, т. 43, с. 226]. Она позво­ляет объединить широкие массы населения, целенаправлен­нее ориентировать их от досоциалистических общественных отношений к социалистическим. Кооперация позволит в пер­спективе осуществить в сельском хозяйстве переход от мел­кого производства к крупному. В объединении мелкого обо­собленного крестьянского хозяйства и его превращении в крупное земледельческое хозяйство — магистральный путь к коммунизму. "Так представляли себе все это социалисты всегда. Именно так смотрит и наша коммунистическая пар­тия" [4, т. 43, с. 148].

 

Государственный капитализм, формулировал далее свои представления о нэпе Ленин, может и должен быть развит так­же в форме концессий и привлечения в торговлю капиталис­тов. В концессиях государство допускает иностранный капитализм на русскую почву. Концессионер получает сверхпри­быль. Советская власть получает выгоду в виде развития производительных сил. В случае привлечения капиталиста в мелкую торговлю государство имеет ту выгоду, что пополня­ет потребительский рынок в счет продукции массы мелких хозяйств. Капиталист-торговец получает, в свою очередь, определенный комиссионный процент.

 

Наконец, еще один вид государственного капитализма, который должен быть допущен нэпом, - аренда. По нему государство предоставляет на определенный срок и за опреде­ленную плату предпринимателю-капиталисту принадлежащее государству заведение, промысел, участок земли или леса и т. п.

 

Все это, считал Ленин весной и летом 1921 года, позволит оживить экономику, "развить оборот". Меру "допущения" капитализма нельзя предвидеть заранее. Ее установит прак­тика. Но уже теперь ясно, что вводить нэп надо "всерьез и на­долго". Сколько же это лет? Я не такой пессимист, как това­рищ Осинский, говорит Ленин на X Всероссийской конферен­ции РКП (б), и потому со сроком в 25 лет не согласен. Но "мне думается, что тут надо 10 лет положить" [3, т. 43, с. 329, 331]. А если соотнести введение нэпа с реальными задачами социалистического строительства, то этой политики следует придерживаться до тех пор, "пока мы не восстановим круп­ной промышленности полностью" [3, т. 43, с. 357]. Нэп, под­черкивает вновь Ленин в декабре 1921 года, "...мы проводим всерьез и надолго, но, конечно, как правильно уже замечено, не навсегда. Она вызвана нашим состоянием нищеты и разо­рения и величайшим ослаблением нашей крупной промыш­ленности" [3, т. 44, с. 311].

 

Ориентация при определении практической линии не на умозрительные сроки, а на реальные проблемы, стоящие пе­ред страной, была, несомненно, надежнее и реалистичнее. Уже опыт Советской власти показал, что если в одни периоды страна проходит за несколько лет то, на что в другое время требуются десятилетия (по оценке Ленина, например, период с 1917 по 1921 год по своему содержанию больше, чем с 70-х годов XIX века до 1903 года), то бывают времена, когда качественных изменений происходит меньше, чем рассчиты­вали (оценка Лениным первого года нэпа однозначна: сдела­ли значительно меньше, чем предполагали).

 

По мере накопления практического опыта, разработки те­оретических представлений о периоде перехода от капитализ­ма к социализму взгляды Ленина на нэп меняются. В общем виде эти изменения можно представить через изменения ак­центов в характеристиках нэпа. Согласно первой, нэп вынуж­денное, "временное отступление", тактический шаг с целью накопить силы для нового штурма. Согласно второй, необходимый (вне зависимости от давления внешних обстоя­тельств - крестьянских восстаний и рабочих забастовок) зна­чительный этап капиталистической выучки, повышения "культурности" как всей массы населения, так и, в особен­ности, управляющего партийно-государственного аппарата. Эти две характеристики до конца жизни Ленина не вытесня­ли друг друга, а сосуществовали. Но если в первый период эволюции взглядов на нэп преобладала характеристика "вре­менного отступления", то во второй период Ленин больший акцент делал на характеристике длительного повышения "культурности".

 

Такое смещение акцента не было случайным. Еще в до­октябрьский период формулировки и активного обсуждения принципов и задач социалистического переустройства об­щества В. И. Ленин, как отмечалось, главным после победы революции считал вопросы об обобществлении (национали­зации) средств производства и демократизации всех общест­венных отношений. Кризисная ситуация весной 1921 года показала вред попыток тотальной национализации, торможе­ния развития производительных сил, все большего сужения демократии, перехода власти к непомерно разрастающемуся аппарату.

 

Подавить тенденцию аппарата к всевластию аппаратными же методами не удавалось. Аппарат стремился к расширению власти. В русле этой тенденции наблюдался все усиливающий­ся рост рядов партии. Множество людей, стремившихся всту­пить в РКП (б), желали приобщиться к власти. Но это неми­нуемо снижало и без того низкий общий уровень "культур­ности" управляющих. Так, в конце 1921 - начале 1922 годов Ленин решительно ставит вопрос о сильном сокращении рос­та рядов членов РКП (б) за счет удлинения стажа для приема новых членов: "Если у нас имеется в партии 300—400 тысяч членов, то и это количество чрезмерно, ибо решительно все данные указывают на недостаточно подготовленный уровень теперешних членов партии" [3, т. 45, с. 18] .И еще: "Я бы нисколько не возражал против облегчения приема в партию настоящим рабочим, но если не поставить чрезвычайно стро­гих условий, определяющих, кто может считаться рабочим крупной промышленности, то в эту дыру немедленно проле­зет опять масса швали" [3, т. 44, с. 285]. 142

 

В цитированных отрывках главным пунктом, который вызвал реакцию Ленина на "чрезмерность" количества членов РКП (б), был пункт о классовом составе желающих вступить в партию. Но, как нам представляется, мотив недостаточной культурности, настойчиво повторяемый Лениным в этот пе­риод, в том числе и по отношению к членам партии, вполне мог присутствовать и при формулировке приведенной пози­ции Ленина по вопросу о численности.

 

В развитие этого требования Ленин говорит о "безраз­дельном авторитете" "тончайшего слоя" старой партийной гвардии, который определяет пролетарский характер партий­ной политики. Авторитет этот, как известно, определялся не только дореволюционным стажем, высотой занимаемого пос­та или опытностью, но в немалой степени и культурностью. Ленин был против намечающегося процесса "растворения" этого тонкого слоя культурных партийцев в массе членов партии, имеющих низкий уровень культуры.

 

Этот чрезвычайной важности вопрос Ленин заключал прямым требованием изыскать "какие-либо средства факти­ческой чистки партии" [3, т. 45, с. 21]. Такие меры, естест­венно, неминуемо сказались бы на росте могущества наби­рающей силу административно-бюрократической системы управления производственной и общественной жизнью. Вот почему административно-бюрократическая система все­ми мерами противилась этой политике. После смерти Ле­нина, в условиях разгоревшейся борьбы за власть в руко­водстве партией и страной, эта политика была отвергнута.

 

Важным периодом в углублении взглядов Ленина на нэп - в плане перенесения акцента с понимания нэпа как "временного" тактического шага на его понимание как срав­нительно длительного необходимого периода (до создания крупной промышленности) - была осень 1921 года. Во мно­гих районах страны, в особенности в Поволжье, свирепство­вал голод. Отчасти центральные, а в основном местные власти изо всех сил противились отказу от методов "военного ком­мунизма". Все более глубокое понимание возможностей нэпа и того, что иного пути выйти из кризиса нет, заставляло Ле­нина критичнее оценивать политику "преувеличения револю­ционности", все активнее настаивать на переходе к политике "реформизма" [3, т. 44, с. 222, 223]. Среди работ этого пе­риода, в которых можно наблюдать эволюцию взглядов Ле­нина на существо нэпа, прежде всего нужно назвать "Новую экономическую политику и задачи политпросветов" и "О зна­чении золота теперь и после полной победы социализма".

 

В 1918—1920 годах (еще раз повторим уже приведенные ранее, но имеющие принципиальное значение мысли В. И. Ле­нина) "...мы сделали ту ошибку, что решили произвести непо­средственный переход к коммунистическому производству и распределению. Мы решили, что крестьяне по разверстке да­дут нужное нам количество хлеба, а мы разверстаем его по за­водам и фабрикам, — и выйдет у нас коммунистическое про­изводство и распределение..." [3, т. 44, с. 157]. Более того: "...мы говорили тогда гораздо осторожнее и осмотрительнее, чем поступали" [3, т. 44, с. 156][3]*. В итоге "...мы к весне 1921 г. потерпели поражение более серьезное, чем какое бы то ни было поражение, нанесенное нам Колчаком, Деники­ным или Пилсудским, поражение, гораздо более серьезное, гораздо более существенное и опасное. Оно выразилось в том, что наша хозяйственная политика в своих верхах оказалась оторванной от низов и не создала того подъема производи­тельных сил, который в программе нашей партии признан ос­новной и неотложной задачей.

 

Разверстка в деревне, этот непосредственный коммунис­тический подход к задачам строительства в городе, мешала подъему производительных сил и оказалась основной причи­ной глубокого экономического и политического кризиса, на который мы наткнулись весной 1921 года" [3, т. 44, с 159].

 

В приведенных отрывках, в отличие от дававшихся ранее оценок политики "военного коммунизма", имеются два су­щественных момента.

 

Во-первых, Ленин развернуто говорил о существе ошиб­ки "революционной мечты" — попытке совершить скачок от капитализма к коммунизму без промежуточных ступеней. Причина политики "военного коммунизма" — гражданская война, которая прежде называлась основной, теперь не пред­лагается в таком качестве. Теперь основной называется ошибочность самого теоретического "построения", которое стремились перенести на действительность. Причем по тексту получается, что это теоретическое построение возникло как бы под влиянием момента, как попытка "а вдруг получит­ся?", в противоположность проведенным до революции теоре­тическим изысканиям, в которых переход от капитализма к социализму определялся как тем более длительный, чем ме­нее развито общество.

 

Во-вторых, в этих отрывках Ленин раскрывает мотивы политики скачка. Они, как представляются, видны из фразы: "Разверстка в деревне, этот непосредственный коммунисти­ческий подход к задачам строительства в городе..." Город должен был немедленно восстановить крупное производство и дать продукт деревне. Для этого у деревни немедленно, авансом нужно было взять продукт для города. Ни внешние обстоятельства (война, аппарат и прочее), ни состояние самого "человеческого материала" (отдать свое, часто сов­сем не лишнее, под честное слово, что в недалеком будущем получишь взамен сторицей) не позволили эту мечту реализо­вать. Реальные производственные отношения в своем состоя­нии были несказанно далеки от этого замысла. Попытка ис­пользовать слабость русской революции: недостаточный уро­вень развития капитализма, огромное количество мелкото­варных и патриархальных хозяйств — и превратить эту осо­бенность в силу (активизировав инициативу мелкого кресть­янина, сдвинуть с места главное — крупное производство) — эта попытка не удалась. И то, что Ленин осенью 1921 года откровенно раскрывает существо замысла, бывшего недавно генеральным, показывает, на наш взгляд, что во многом этот замысел уже был отброшен, преодолен если не на практике, то в собственном сознании вождя, теоретика и практика.

 

Какое-то время элементы этого замысла встречаются в более поздних текстах, очевидно, потому, что то, что понял он, еще не поняли другие. Вождь, ведущий за собой партию и массы, должен был дать им время не такое понимание. Впро­чем, судить о том, что говорил Ленин по вопросу о смене политики "военного коммунизма" на нэп в соответствии с прежними, еще не преодоленными убеждениями, а что в "пе­дагогических" целях, судить об этом без исторического ана­лиза сложно. Важный практический вопрос при этом — на­сколько эти идеи могли быть восприняты соратниками и спущенными с цепи "люмпен - активом".

 

Очевидно другое: Ленин решительно требует политического поворота. Вместо "преувеличения революционнос­ти"[4] — "реформистский подход".

 

Как известно, "революционный подход" к задаче в смыс­ле прямой и полной ломки старого для замены его новым общественно-экономическим укладом состоял в совершен­но четкой программе: "Восстановим крупную промышлен­ность и наладим непосредственный продуктообмен ее с мел­ким крестьянским земледелием, помогая его обобществле­нию. Для восстановления крупной промышленности возьмем с крестьян в долг известное количество продовольствия и сырья посредством разверстки. Вот какой план (или метод, систему) проводили мы свыше трех лет, до весны 1921 го­да" [3, т. 44, с. 222]. Теперь ситуация радикально меняется. Вместо "полной ломки старого" общественно-экономиче­ского уклада и замены его новым — "...не ломать старого об­щественно-экономического уклада, торговли, мелкого хо­зяйства, мелкого предпринимательства, капитализма, а ожив­лять торговлю, мелкое предпринимательство, капитализм, осторожно и постепенно овладевая ими или получая воз­можность подвергать их государственному регулированию лишь в меру их оживления" [3, т. 44, с. 223].

 

Конечно, Ленин вновь подтверждает, что нэп очень далек от "революционной мечты". Об этом нужно постоянно пом­нить. Поэтому "...задача нашей партии развить сознание, что враг среди нас есть анархический капитализм и анархический товарообмен" [3, т. 44, с. 163]. Но вместе с тем призывает он: "Не дадим себя во власть "социализму чувства" или ста­рорусскому, полубарскому, полумужицкому, патриархально­му настроению, коим свойственно безотчетное пренебрежение к торговле. Всеми и всякими экономически-переходными формами позволительно пользоваться и надо уметь пользо­ваться, раз является в том надобность, для укрепления связи крестьянства с пролетариатом, для немедленного оживления народного хозяйства в разоренной и измученной стране, для подъема промышленности, для обеспечения дальнейших, более широких и глубоких мер, как-то: электрификации" [3, т. 44, с. 227-228].

 

Величайшей опасностью для коммунистов России в этот исторический период Ленин считает "преувеличение револю­ционности", в том числе перенесение на хозяйственные задачи опыта, усвоенного в военный период. В этом смысле Ленин развивает тему превращения достоинства человека при новых условиях в его недостатки, когда недостатки становятся про­должением достоинств. В период войны, говорит Ленин в вы­ступлении перед делегатами IX Всероссийского съезда Сове­тов, мы достигли политического и военного успеха с по­мощью энтузиазма, натиска, героизма. И эти достоинства становятся теперь "...самым опасным нашим недостатком. Мы смотрим назад и думаем, что так же можно решить и хо­зяйственные задачи. Но в этом-то и ошибка: когда обстанов­ка изменилась и мы должны решать задачи другого рода, то здесь нельзя смотреть назад и пытаться решить вчерашним приемом. Не пытайтесь — не решите! И эту ошибочность нам надо сознать" [3, т. 44, с. 324].

 

Кичащиеся своими прошлыми заслугами работники, говорит Ленин, напоминают гусей, которые "Рим спасли", на что им крестьянин ответил хворостиной: "Оставьте пред­ков вы в покое, а вы что сделали такое?" "Либо научитесь работать иным темпом, считая работу десятилетиями, а не месяцами, зацепляясь за ту массу, которая измучилась и кото­рая не может работать революционно-героическим темпом в повседневной работе, — либо научитесь этому, либо вас на­зовут по справедливости гусями" [3, т. 44, с. 325].

 

В том числе, и Ленин считает нужным сказать об этом особо, нуждается в "переориентации" работа ВЧК. "... Та об­становка, которая у нас создалась, повелительно требует ог­раничить это учреждение сферой чисто политической" [3, т. 44, с. 328]. С этой целью "мы определенно говорим, что не­обходимо подвергнуть ВЧК реформе, определить ее функции и компетенцию и ограничить ее работу задачами политически­ми" [3, т. 44, с. 328]. Теперь, когда мы все больше внедряем новые условия хозяйствования, "...необходимо выдвинуть твердый лозунг осуществления большей революционной за­конности, и тем уже становится сфера учреждения, которое ответным ударом отвечает на всякий удар заговорщиков" [3, т. 44, с. 329]. Однако, несмотря на отдельные предосте­режения В. И. Ленина в отношении абсолютизации мер "ре­волюционного" нажима и перенесения методов и способов "решать" экономические проблемы из времен "военного коммунизма" в новые общественные условия, революцион­ная законность (подчас трактуемая произвольно-волюнта­ристски, с позиции силы и остроты момента) продолжала насаждаться и после призывов отказаться от политики "ре­волюционного нажима". Подлинную законность нужно было долго и трудно прививать, воспитывать, для ее существова­ния нужно было постоянно повышать "культурность" как народа, так и блюстителей закона. Однако слой членов партии, которые были способны и, главное, хотели это делать, очевидно, был незначителен. Очень многие оставались "воен­ными коммунистами", как это подчеркивал В. И. Ленин, и были заражены вирусом "комчванства" или просто отверга­ли намечающийся поворот.

 

Характер этого недовольства имел самое глубокое из воз­можных оснований - экономическое. Речь шла о "прокорм­лении" разрастающегося аппарата. Мы уже приводили данные о численности служащих одного только народного комисса­риата продовольствия - 145 тысяч сотрудников в 1921 году. В современных публикациях относительно численности чи­новников госаппарата называется цифра 4 миллиона. Ленин в это время постоянно настаивал: сокращать служащих аппа­ратов. Кроме того - сокращать "свирепо" число тех, кого го­сударство снабжает продовольствием. "Если мы считали в 1920 г. на содержании государству 38 млн. человек, то теперь мы эту цифру, - говорил он в декабре 1921 года, - сокра­тили до 8 миллионов. Вот какое мы в этом отношении прове­ли сокращение" [3, т. 44, с. 315].

 

Для понимания воззрений В. И. Ленина на сущность и природу нэпа осенью-зимой 1921 года помимо общего изме­нения отношения (нэп как "временное", "тактическое от­ступление" и нэп как длительный необходимый этап строи­тельства социализма) требуется уяснение ряда названных ранее принципиально важных идей. Все они входят в то, что может быть названо концептуальным багажом разрабатывае­мой "на десятилетия" экономической политики. Не имея 148 возможности говорить обо всех, отметим одну, на наш взгляд, существенную.

 

Речь идет о неоднократно повторяемом Лениным тези­се, что "после великих политических и военных переворотов нужно длительное их переваривание в смысле культурном и хозяйственном. Nous у sommes[5]" [3, т. 44, с. 472].

 

Основой существования Советской власти и залогом ус­пешного строительства социализма В. И. Ленин считал союз рабочего класса и крестьянства. Теперь, когда за четыре года жизни без помещиков и царя крестьянство в основной массе "осереднячилось", когда отпали военные задачи, в текстах Ленина все реже встречается акцентирование различий серед­няка и бедноты. По отношению к массе крестьян все чаще употребляется термин "старательный" крестьянин. В чем же состояло "переваривание" политических достижений Октября в деревне, на что требовался длительный период?

 

Ленин дает определенный ответ. Раньше "...мы шли не­достаточно поддержанные крестьянством экономически: прочности военного и политического союза рабочих с кресть­янами не соответствовала недостаточная прочность их эконо­мического союза" [3, т. 44, с. 487] . Свобода экономического хозяйствования, повышение "экономической культурности" крестьянина как производителя товара, развитие товарообо­рота города с деревней на основе эквивалентных отношений, подъем промышленности, которая даст технику селу, разви­тие науки, которая повысит уровень профессиональной под­готовленности крестьянина, ликвидация неграмотности и т. д. — вот то, чем нужно заниматься в новых условиях. В контексте этой политической линии были приняты и со­ответствующие юридические акты.

 

Эти меры по "перевариванию" деревней достижений политики Октября Ленин суммировал следующим образом: мы отказываемся от политики "лобовой атаки", выявляя то, что было в ней ошибочного [3, т. 44, с. 476]. "Мы теперь совершаем стратегическое отступление, которое даст нам более широкий фронт наступления в ближайшем будущем, даст экономическую, прочнейшую смычку с миллионами мелких крестьян, с массой крестьянства, сделает наш со­юз, союз рабочих и крестьян, основу всей на­шей советской революции, всей нашей советской республи­ки, непобедимым" [3, т. 44, с. 487] .

 

Итак, в трактовке нэпа в декабре 1921 года мы можем увидеть новое его понимание. Старый тезис об "отступле­нии" получает такую интерпретацию, при которой "отступле­ние" оказывается желательной перспективой и, больше того, называется "основой" развития революции, гарантом ее непо­бедимости.

 

Такое понимание, как представляется, в тот период уже сужало толкование нэпа как "хитрости" с целью выиграть время, подсобрать силы, а потом снова, посредством револю­ционного нажима принудить крестьянина "прыгать" в ком­мунизм.

 

Конечно, речь не шла об отказе от идеи крупного коллек­тивного хозяйства. Нэп, говорил Ленин весной 1922 года, таит в себе громадную опасность, связанную с мелкобуржуазной крестьянской стихией. Он есть "отступление", после которого "в сто раз медленнее, но твердо и неуклонно" [3, т. 45, с. 78] надо идти к крупному обобществленному машинному земледелию, ибо оно есть база социализма в деревне. Но ни­каких "прыжков" через промежуточные ступени и "нажима" на крестьянина быть не должно. Суть "переваривания" поли­тических достижений Октября в отношении деревни состоит в предоставлении крестьянину возможности свободного хо­зяйствования.

 

В отношении государственных промышленных предприя­тий в плане "переваривания" политических результатов ре­волюции Ленин настаивает на ряде мер, приближающихся к тому, что сегодня называется элементами хозрасчета. Так, предприятиям предлагалось предоставить свободу "в области производства", правда, "в пределах утвержденных прог­рамм", значительные права "в деле реализации собственной продукции", критикуется "жесткий формалистский сметно-бюджетный порядок", который приводит к "произволу совет­ских чиновников над промышленностью". "Выход же заклю­чается в поощрении и развитии инициативы и самостоятель­ности руководителей государственной индустрии" [3, т. 44, с. 477]. Ленин призывает создать условия для "...строго-хо­зяйственного ведения предприятий, точного учета всех эле­ментов производства и рационализации управления (беспо­щадное сокращение разбухших аппаратов, лучшая оплата остающейся части, отказ от чиновничьего порядка работы и т. д.)" [3, т. 44, с. 478] .

 

Изменение "революционно-нажимного" отношения к дей­ствительности, замена его "свободно-реформистским" требо­вала от "передового отряда пролетариата" и его руководите­лей, наряду с прочим, изменения сложившихся в период борь­бы за власть и в гражданскую войну подходов к проблеме политики и морали. Как ни странно это звучит, но нэп с его свободой хозяйствующего субъекта давал гораздо большие основания для восстановления общественной морали, чем "военный коммунизм". Принцип последнего — принужде­ние, с помощью которого можно выполнить моральный акт классовой справедливости: например, взять хлеб у сытого и отдать голодному. Но будучи порожден принуждением, а не свободой, этот моральный импульс, привнесенный извне, по завершении акта умирал. Ни отдавший, ни получивший в результате моральнее не становились. Для роста моральности того и другого нужно было свободное действие. Нэп не соз­давал ситуацию, когда один добровольно, с улыбкой на лице, отдавал хлеб другому. Но нэп стирал с этих лиц гримасы ненависти и страха. Один свободно продавал произведенный им хлеб, а другой столь же свободно покупал его. Эта ситуа­ция не разрушала достоинства человека, не взрывала ту ос­нову, на которой существует мораль.

 

Свобода как основа хозяйственной жизни родственна свободе как базе нравственного поступка. Сущность нравст­венности — отсутствие в моральном акте внешней детермина­ции, самозаконодательство. Если субъект обусловлен чем-то внешним и у него нет возможности выбора, он делается зве­ном причинно-следственной связи, как бы переходит в мир, независимый от него. В этом случае он ни за что не отвечает, он не свободен и значит здесь нет места морали.

 

Так вот, несовместимость политики и морали, внеморальность политики — положение, ставшее неизбежным в ситуа­ции войны, отчего, кстати, по-настоящему моральные люди глубоко страдают, — это положение неминуемо вело к мо­ральным катастрофам в мирное время. Морально ли было, на­пример, неравенство рабочего класса и крестьянства в из­бирательном праве, когда нормы представительства от крестьян были неизмеримо меньше, чем от рабочих? В 1919 году на VIII съезде РКП (б) Ленин отмечал, что поло­жение неравенства крестьян и рабочих существовало реально до того, как было зафиксировано в конституции. Причина этого, по Ленину, состояла в том, что "...организация проле­тариата шла гораздо быстрее, чем организация крестьянства, что делало рабочих опорой революции и давало им фактиче­ски преимущество. Дальше стоит задача: от этих преиму­ществ переходить постепенно к их уравнению... В программе партия обязуется систематически работать над уничтожением этого неравенства более организованного пролетариата с крестьянством" [3, т. 38, с. 172].

 

Итак, через полтора года после революции Ленин в своем докладе среди немногих тем счел необходимым выделить этот вопрос, подчеркнуть несправедливость существующего положения, объяснить причины его возникновения и дать обещание его исправления.

 

Ничего этого мы не видим через семь с лишним лет после Октября, например, у Н. И. Бухарина. Возьмем вопрос о политическом неравенстве между рабочим классом и крестьянством, писал Н. И. Бухарин в 1925 году - в период успехов нэпа. "Здесь люди очень часто подменяют трезвые рассуждения моральными, которые ничего общего с полити­кой не имеют, Говорят, например: разве крестьянин не трудится иногда больше, чем рабочий? Где же справедливость, когда вы ему даете меньше политических прав, чем город­скому рабочему?.. Не есть ли это отступление от заветов равенства среди трудящихся, на которых только и можно строить настоящий мост к социализму?

 

Такого рода рассуждения, кажущиеся иногда убедитель­ными, страдают, однако, тем основным пороком, что они, вместо трезвого учета сил и вместо трезвого обсуждения вопроса, говорят лишь жаркие слова. Если уже зашла речь о справедливости, то вопрос нужно поставить таким образом:

 

Справедливо или несправедливо было бы, если бы мы проворонили все дело социализма? Спра­ведливо или несправедливо было бы, если бы мы дали воз­можность буржуазии околпачить нас и возвра­тить старый порядок вещей? Стоит только таким образом поставить вопрос, чтобы получить на этот вопрос сразу же отрицательный ответ" [17, с. 92-93]. Ра­венство может быть установлено тогда, когда крестьянство "станет сознательным", "переделается", избавится от своей "темноты" и "некультурности". Впрочем, тогда общество достигнет такой ступени, что "политика заменится одним лишь научным управлением и научным руководством об­щественным хозяйством" [17, с. 95]. Крестьянству, таким образом, предлагалось "подождать" окончательной победы пролетариата над всеми врагами и достижения обществом высочайшей ступени развития. В этом вопросе — вопросе о диктатуре пролетариата и "вспомогательной" роли кресть­янства после победы революции и укрепления социалистиче­ской власти в стране — "правые" (по терминологии тех лет) были единодушны с "левыми", и это же, естественно, приветствовалось, так сказать, "центром" — Сталиным и его группой. Время работало на последних.

 

Мысли Бухарина не только не развивают приведенную позицию Ленина, но в чем-то звучат как оправдание сущест­вующего. В реальной действительности не было сколько-ни­будь заметных движений в направлении демократизации по­литической жизни, расширения функций власти Советов. Диктатура пролетариата, осуществляющаяся не через пред­ставленный в Советах рабочий класс, а через партию (что было, по Ленину, вынужденной мерой в условиях военных и экономических кризисов, гражданской войны, прекращения правильных взаимоотношений города и деревни, декласси­рования пролетариата и разгула мелкобуржуазной стихии), после смерти Ленина чем дальше, тем больше стала прово­диться даже не через партию, а через руководство централь­ных и местных парторганизаций, со временем составивших кастовую систему номенклатурных работников, отгоро­женных от масс и не подконтрольных рядовым коммунис­там. Руководство, в свою очередь, формировалось и управ­лялось даже не ЦК, а сталинским аппаратом. Вопрос о влас­ти советских и профсоюзных организаций постепенно приоб­ретал пропагандистский характер. Для того чтобы в любой момент можно было перейти от "оружия критики" к "кри­тике оружием", соответствующим кадровым преобразова­ниям и политико-идеологическим обработкам подвергся аппарат ЧК - НКВД.

 

Свободное сбалансированное экономическое развитие сельского хозяйства и промышленности неизбежно бы по­требовало равноправного политико-правового состояния производителей, пересмотра концепции диктатуры пролета­риата после победы социалистической революции и мирного развития страны. Вряд ли можно считать, что при экономи­ческом равноправии, а во многих отношениях и определя­ющем положении аграрного производства в структуре народ­ного хозяйства, крестьянство длительное время согласилось бы быть в положении "политического недоросля" с урезан­ными гражданскими правами.

 

Таким образом, не продолжая дальше анализ намечае­мых перемен в других сферах производственной и общест­венной жизни, в которых В. И. Ленин предвидел меры пере­ходного характера от "военного коммунизма" к нэпу, мож­но понять смысл и направленность выдвинутого им тезиса о длительном "реформистском" периоде культурно-эконо­мического "переваривания" политических достижений Октябрьской революции. На наш взгляд, этот смысл состоял в достижении обществом того экономического и демократи­ческого состояния, возможности для которого открылись бы с реальным переходом власти в руки пролетариата и кресть­янства. Насколько авангард сумеет выражать интересы трудя­щихся, насколько рабочий класс сумеет согласовать свои ин­тересы с интересами абсолютного большинства народа — крестьянством, от этого зависело качество жизни, открывае­мое новым общественным строем.

 

Новый этап эволюции взглядов В. И. Ленина на сущность и природу нэпа в плане развития идей "смычки, связи, эконо­мического союза государства с мелкокрестьянской массой через торговлю" [3, т. 44, с. 487] может быть, на наш взгляд, отмечен весной 1922 года. Новой политике исполнился год. Можно было подвести итоги. Причем не только первого года нэпа. В некоторых отношениях Ленин делает новые ак­центы в оценках всего предшествующего периода "военного коммунизма". Оценки эти, если сравнивать их с оценками 1921 года, более жесткие, решительные, беспощадно-одно­значные. Сравним некоторые из них. Например, о политике "непосредственного" социалистического строительства. Так, в октябре 1921 года Ленин писал о "военном коммунизме": "... о наших задачах экономического строительства мы гово­рили тогда гораздо осторожнее и осмотрительнее, чем посту­пали во вторую половину 1918 года и в течение всего 1919 и всего 1920 годов" [3, т. 44, с. 156].

 

В марте 1922 года однозначно констатирует: "Прямого коммунистического распределения мы ввести не могли. Для этого не хватало фабрик и оборудования для них". Это также не удалось сделать "по условиям культурным" [3, т. 45, с. 112,118].

 

В проект резолюции "О работе в деревне" для XI съез­да РКП (б) Ленин в апреле 1922 года вносит: "2. Съезд счи­тает ошибочными меры разгона (или поспешной переделки?) учреждений сельскохозяйственной кооперации, рекомендуя наибольшую осторожность в этом отношении.

 

3. По вопросу об условиях применения наемного труда в сельском хозяйстве и аренды земли партсъезд рекомендует всем работникам в данной области не стеснять излишними формальностями ни того ни другого явления" [3, т. 45, с. 133].

 

Не было ли это в какой-то мере очевидно в период "ло­бовой атаки"? В какой мере в недавнем "натиске" на "мел­кобуржуазную стихию" сказались "революционное нетерпение" и "революционная мечта"? Оценки, данные Лениным, делают такие вопросы уместными.

 

Еще более решительно вождь Октября высказывается о предшествующем периоде осенью 1922 года: "... Тогда мы предпринимали каждый день с величайшей поспешностью — вероятно, с излишней поспешностью — различные новые хо­зяйственные мероприятия, которые нельзя назвать иначе, как социалистическими" [3, т. 45, с. 279].

 

В январе 1923 года в "Страничках из дневника" — одной из последних ленинских работ — читаем: "Никоим образом нельзя понимать это (речь идет о распространении коммунис­тических идей в деревне. — С. Н.) так, будто мы должны нес­ти сразу чисто и узкокоммунистические идеи в деревню. До тех пор, пока у нас в деревне нет материальной основы для коммунизма, до тех пор это будет, можно сказать, вредно, это будет, можно сказать, гибельно для коммунизма.

 

Нет. Начать следует с того, чтобы установить общение между городом и деревней, отнюдь не задаваясь предвзятой целью внедрить в деревню коммунизм. Такая цель не может быть сейчас достигнута. Такая цель несвоевременна. Поста­новка такой цели принесет вред делу вместо пользы" [3, т. 45, с. 367].

 

Очевидно, что "общение" между городом и деревней понималось Лениным не только в смысле идеологических связей. Это, безусловно, относится главным образом и преж­де всего к налаживаемой системе экономических отношений.

 

Изменение взглядов В. И. Ленина не могло не коснуть­ся и его понимания роли партии и партийной политики в но­вом экономическом курсе. Раньше мы уже приводили слова современника тех лет историка Н. М. Покровского о том, что в период "военного коммунизма" экономика плясала под дудку политики. Теперь, по мере развертывания нэпа, поло­жение в корне должно было измениться. "Политика, —подчер­кивает Ленин, - это концентрированная экономика" [3, т. 45, с. 123], то есть "музыкант" и "танцор" должны поменять­ся ролями.

 

В этой связи "главный недостаток партии в области ра­боты в деревне" Ленин определяет как "...неизучение прак­тического опыта. Это корень всех бед и всего бюрократиз­ма" [3, т. 45, с. 47] .

 

В этой же работе — письме о тезисах Е. А. Преображен­ского "Основные принципы политики РКП в современной деревне" — Ленин считает нужным развеять один из "военно-коммунистических" мифов: о совхозах. В тезисах рабочие совхозов высокопарно названы Преображенским "кадрами сельскохозяйственного пролетариата". Это неверно, пишет Ленин. Это "комчванство". (То есть, в данном случае, по на­шему мнению, это ложь в политико-бюрократических целях. Ложь во имя "замысла" скачка в коммунизм.- С. Н.) Рабо­чие эти, продолжает Ленин, "...чаще... не пролетариат, а и "пау­перы", и мелкие буржуа, и все что хотите. Не надо обольщать себя неправдой. Это вредно. Это — главный источник нашего бюрократизма. И это зря дразнит крестьян, обижает их. О "кадрах сельскохозяйственного пролетариата" в наших совхозах пока умнее помолчать будет" [3, т. 45, с. 45-46].

 

Вообще, в новых условиях хозяйствования, в ситуации нормализации экономической и общественной жизни, когда исчезли жесткие императивы войны, когда опыт показал бесплодность и вред попыток немедленной материализации утопий, полезным оказывается помнить, что жизнь, в кото­рой существенное место занимают интересы людей, сложнее и мудрее самых дерзновенных и кое для кого чрезвычайно приятных мечтаний. Но если эта очевидная истина не имела смысла для чересчур горячих голов, то для них должны были прозвучать предостережением слова вождя: "Больше всего на свете надо теперь бояться, по-моему, именно неумелого вме­шательства, пока еще мы не изучили основательно действи­тельных потребностей местной сельскохозяйственной жизни и действительных способностей нашего местного аппарата власти (способностей не причинять зла во имя благочестиво­го желания делать добро)" [3, т. 45, с. 133].

 

Дело было, конечно, не только в местном аппарате. В центре также имелось достаточно людей, чьи фантазии "летали за триллион километров". В заключительном слове на XI съезде РКП (б) Ленин много внимания уделил "фан­тазиям" тов. Ю.Ларина, которые проявлялись достаточно часто, начиная с победы Октября. "Маленький избыток" фантазий Ларина, которых бы при желании, по словам Ленина, хватило на всех членов РКП, проявлялся, например, "...в старом ВСНХ, когда тов. Рыков еще не выздоровел, а работал и под­писывался "Ю. Ларин" от имени всего Высовнархоза; было плохо не потому, что тов. Ларин проявлял только свои худшие свойства, а наоборот, - лучшие способности, ибо в его преданности и знании дела и тени ни у кого нет сомне­ния, а дело было поставлено все же неправильно!" [3, т. 45, с. 125]. Ленин приводит пример одной из "фантазий-пута­ниц" Ларина: "Сегодня Ларин мимоходом, потому что он ув­лекся, его собственная речь его подогнала, договорился, что сдают в аренду ¾ железнодорожного транспорта, и ЦК ис­правил. Кржижановский говорит, что ничего подобного — ЦК не исправил и Ларин напутал. Так бывает постоянно".

 

"Мы не умеем за четыре года, — продолжает Ленин, - на­учиться такому делу, чтобы приставить полезного работни­ка Ларина к настоящей полезной работе и отставить от той работы, в которой он против своей воли приносит вред" [3, т. 45, с. 127].

 

Склонность "к фантазиям", "мечтаниям", незнание дей­ствительности, потребностей и чаяний рядовых тружеников, упоенность возможностью творить историю, не останавлива­ясь, если надо, перед насилием, все это входило в то много­гранное понятие "бюрократизма", которым все чаще пользо­вался Ленин в последние месяцы жизни.

 

"Замысел превыше всего!" - таков был лозунг твердо­каменных "военных коммунистов". "...Преображенский, - говорит Ленин, - вынимает программу и говорит: никаких политических уступок этому слою (речь в данном случае шла о "буржуазных специалистах". — С. И.), иначе это - наруше­ние программы.

 

Если так начать управлять партией, то это приведет нас наверное к гибели. Не потому, что тов. Преображенский не­правильно понимает политику вообще, а потому, что он под­ходит ко всему с тем, что составляет его сильную сторону: он теоретик, устремленный на определенные рамки, привыч­ные и обычные, пропагандист, который занят разными мера­ми, направленными к тому, чтобы пропагандировать. Все зна­ют и ценят эту сильную сторону, а когда он подходит с точки зрения политической и административной, выходит нечто чудовищное" [3, т. 45, с. 121].

 

Новая экономическая политика должна была умерить по­литические фантазии, научить людей согласовывать замыслы с тенденциями развития реальной жизни. Лозунг Ленина это­го периода — "учиться торговать!" — был лозунгом учиться у жизни, так как главной особенностью переживаемого пе­риода был переход от военных и административно-бюрокра­тических методов развития общества к нормально-экономи­ческим, товарно-денежным, рыночным отношениям. Нужно было искать пути создания государственно-капиталистиче­ского регулируемого рынка, иных способов воздействия на экономику.

 

Вчерашние "военные коммунисты", как показал первый год нэпа, к этому готовы не были. Но нэп набирал силу. Те, кто мог и хотел учиться, делали это. Многому учился у жизни и сам Ленин. Это видно по той эволюции, которую претер­пели его взгляды от весны 1921 до весны 1923 годов. Чему и в какой мере научились его соратники? Вопрос этот нуж­дается в прояснении. Пока ясно другое. Учеба для многих из них шла трудно. В ушах все еще звучал звон клинков, соз­нание продолжали туманить "сны Веры Павловны". Мораль для них — как помеха решительной политике — была смешна и нелепа. Глубины сознания были сцементированы идеоло­гией "военного коммунизма".

 

  

*         *

 

*

 

 

"Одно успокаивало и возбуждало Чепурного: есть далекое тайное место, где-то близ Москвы или на Валдай­ских горах, как определил по карте Прокофий, называе­мое Кремлем, где сидит Ленин при лампе, думает, не спит и пишет. Что он сейчас там пишет? Ведь уже есть Чевенгур, и Ленину пора не писать, а влиться обратно в пролетари­ат и жить... Ленин, наверное, пишет Чепурному письмо, чтобы он не спал, сторожил коммунизм в Чевенгуре и привлекал к себе чувство и жизнь всего низового безы­мянного народа, чтобы Чепурный ничего не боялся, по­тому что долгое время истории кончилось и бедность и горе размножились настолько, что, кроме них, ничего не осталось, — чтобы Чепурный со всеми товарищами ожи­дал к себе в коммунизм его, Ленина, в гости, дабы обнять в Чевенгуре всех мучеников земли и положить конец дви­жению несчастья в жизни. А затем Ленин шлет поклон и приказывает упрочиться коммунизму в Чевенгуре на­веки".

 

                                                                          А. П. Платонов. "Чевенгур".



[1] Выражение "большинство" нам кажется неточным, т.к. Ленин и сам говорил об "осереднячивании" большинства населения деревни, и об этом же свидетельствуют статистические данные. Середняк же, составляющий больше половины населения деревни в 1921 году, был, по этой терминологии, именно "мелким буржуа" [3, т. 43, с. 208].

[2] "Мы боремся за самое трудное: за фундамент действительно социалистической экономики, за правильный товарообмен (вернее: продуктообмен) промышленности с земледелием. Враг еще гораздо сильнее нас; анархический, мешочнический, индивидуальный товаро­обмен срывает нашу работу на каждом шагу. Мы ясно видим труд­ности и систематически, упорно будем преодолевать их" [3, т. 44, с. 109].

[3] Это замечание, на наш взгляд, является прямым подтверждением очевидного предположения о том, что судить сегодня о реальных действиях тех лет по документам, содержащим нормативность предпринимаемых мер, значит во многом приукрашивать действительность. В документах центральная власть старалась сообщить массам "должное", в том числе с учетом соблюдения определенного уровня законности (без этого власть не была бы властью). Но практика была менее законна, упорядочена и осмотрительна. К примеру, несправедливость в жизни могла быть на порядок выше несправедливости, отмечаемой нами сегодня в документе. Вряд ли будет правильным часто предполагать обратное, – то есть бóльшую справедливость в жизни, чем в документе. "Низовая власть", как правило, была значительно "революционнее" центральной. Это видно из некоторых приведенных ранее примеров.

[4] "Для настоящего революционера, – предостерегал Ленин, – самой большой опасностью, – может быть, даже единственной опасностью, – является преувеличение революционности, забвение граней и условий уместного и успешного применения революционных приемов. Настоящие революционеры на этом больше всего ломали себе шею, когда начали писать "революцию" с большой буквы, возводить "революцию" в нечто почти божественное, терять голову, терять способность самым хладнокровным и трезвым образом соображать, взвешивать, проверять, в какой момент, при каких обстоятельствах , в какой области действия надо уметь действовать по-революционному и в какой момент, при каких обстоятельствах, в какой области действия надо уметь перейти к действию реформистскому. Настоящие революционеры погибнут (в смысле не внешнего поражения,  а внутреннего провала их дела) лишь в том случае, – но погибнут наверняка в том случае, – если потеряют трезвость и вздумают, будто "великая, победоносна, мировая" революция обязательно все и всякие задачи при всяких обстоятельствах во всех областях действия может и должна решать по-революционному" [3, т. 44, с. 223].

[5] – Мы к тому подошли.

Бертран Рассел. Проект 1917

Я чувствую себя наполненным любовью и нежностью настолько, что должен написать еще одно письмо, прежде чем ты уйдешь. Это письмо поедет вместе с тобой в поезде — и мой дух будет путешествовать вместе с тобой. Я думаю, что в конце-концов пришел к пониманию ситуацию, и это делает меня немного счастливее. Скажи мне, если я прав. Я хочу понимать положение дел, чтобы пойти на компромисс. Читать далее

Мне кажется, что в тебе есть две части, и они сильно отличнаются друг от друга. Одна часть заставила меня полюбить тебя — та часть, которая сделала тебя пацифистом, ненавидит тюрьмы и жестокость… Это часть, которая верит в то, что мир будет счастливей, которая наслаждается красотой закатов и морей и испытывает боль в моменты страсти. Все это то, что заставляет меня любить тебя любовью, которую твоя красота и энергия не могли бы вызвать сами по себе.

Однако же, есть и другая часть. Эта часть касается твоей работы и твоих неистовых удовольствий — единственная часть, которую ты показываешь большинству людей. Она нацелена на личный успех, она агрессивна и способна противостоять натиску внешних обстоятельств. Она обожает развлечения и наполнена энергией юности. Эта часть мне либо безразлична, либо вызывает несогласие. Будучи обязанным признать, что она влючает твою работу, я понимаю, что это важная часть тебя. Поскольку я она меня не интересует, я был обязан оставить ее неудовлетворенной, и инстинкт естественным образом привел тебя к Маурису, которому больше всего в тебе нравится именно то, что мне не нравится вовсе.

Я уважаю работу других людей, когда я понимаю, что желание заниматься ею коренится в чем-то надличностном, в любви к людям или стремлении следовать правде искуства. Я пытался убедить себя в том, что истоки твоей карьеры связаны именно с такими понятиями, однако я не преуспел. Эти чувства властвуют над твоей деятельстностью, но не вдохновляют ее. Может быть, я ошибаюсь, очень даже может быть. Во многом именно потому, что я чувствую, что не могу тебя удовлетворить, и тебе нужен Маурис. Если бы его не было, ты бы нашла кого-нибудь еще. 

Моя любовь не идеальна, потому что я не люблю тебы целиком, и я заслуживаю Мауриса в качестве наказания…

Ленинская концепция социализма

Ленинская концепция социализма
Интернет-энциклопедия антиревизионизма

Ричард Флеминг
Историческая перспектива

Ленинская концепция социализма: уроки раннего опыта первой в мире социалистической революции


Первая публикация: Вперед, Vol. 9, No. 1, Spring / Summer 1989.
Транскрипция, редактирование и разметка: Пол Саба
Авторские права: Эта работа находится в общественном достоянии по лицензии Creative Commons Common Deed.Вы можете свободно копировать, распространять и демонстрировать эту работу; а также производить производные и коммерческие работы. Пожалуйста, укажите Энциклопедию антиревизионизма в Интернете в качестве источника, укажите URL-адрес этой работы и отметьте всех перечисленных выше переводчиков, редакторов и корректоров.


От редакции: Что такое социализм? Если мы социалисты, за что мы на самом деле боремся? Этот вопрос, долгое время являвшийся предметом дебатов левых, привлекает сегодня еще больше внимания из-за важных изменений, происходящих в Китае и Советском Союзе.События в этих и других странах заставляют многих активистов переосмыслить свои концепции социализма.

Отчасти путаница происходит из-за тенденции левых рассматривать социализм как абстрактную теоретическую проблему. Некоторые ищут универсальный набор принципов, которые «определяют» социализм, контрольный список, который определяет, является ли страна «действительно» социалистической. Другие говорят, что социализм - это просто общественная собственность на средства производства, и другие критерии не имеют значения. Третьи утверждают, что сегодня в мире нет социалистических стран.

Проблема с такими подходами состоит в том, что они делают упор на поиск «правильного определения» где-нибудь в трудах Маркса, Энгельса или Ленина. Однако ни Маркс, ни Энгельс никогда не давали детальной картины, равно как и Ленин до Октябрьской революции 1917 года. А после русской революции в разных странах и даже в разные периоды в одной и той же стране появилось великое множество форм социализма. .

Сегодня, например, в Советском Союзе Михаил Горбачев экспериментирует с различными подходами к вопросам того, как развивается социализм и как действует социалистическая демократия.Он пытается отбросить устаревшие взгляды и политику, которые создали проблемы для прогресса страны.

В следующей статье не делается попытка всестороннего анализа того, что такое социализм. Скорее, он направлен на то, чтобы начать обсуждение.

* * *

Изучая историю и сочинения Ленина, становится ясно, что у него не было четких представлений о том, как будет выглядеть социализм. Его взгляды на социализм менялись и развивались по мере того, как он приобретал опыт работы с тактикой и методами его построения.Но нить, которая проходит через труды Ленина, - это его точка зрения, что социализм должен быть обществом, в котором трудящиеся сами управляют своей судьбой, обществом, организованным на благо подавляющего большинства. Эта точка зрения легла в основу усилий Ленина по социалистическому строительству.

Первые дни: октябрь 1917 - июнь 1918

Во время победы русской революции в октябре 1917 года взгляды Ленина на социализм и способы его построения были ограничены. Он считал, что социализм характеризовался несколькими основными чертами.Это были общественная собственность на средства производства, прекращение эксплуатации [1] и диктатура пролетариата [2].

По состоянию на октябрь 1917 года Ленин еще не воплотил эти общие положения в реальный план социализма в России. Это отражало не недостаточную подготовку со стороны Ленина, а, скорее, его подход к политическим проблемам. Ленин был в высшей степени практичным человеком. В течение долгих лет борьбы до 1917 года он уделял мало внимания вопросу о социализме, потому что это еще не было актуальной проблемой.По словам Ленина, «мы должны твердо помнить, что мы никогда не ставили перед собой« неразрешимых »социальных проблем». («Могут ли большевики сохранить государственную власть?», Сентябрь 1917 г.).

Только когда революция приближалась к победе и проблема построения нового общества вырисовывалась как практический вопрос, Ленин уделял этому вопросу больше внимания. Он подошел к вопросу о социализме не в поисках ответов в первую очередь в трудах Маркса, а в реальной ситуации в России. Маркс не предлагал схемы социализма и мало писал о России.И мир значительно изменился со времен Маркса, особенно с развитием империализма.

Ленин боролся с распространенным среди некоторых революционеров мнением, что марксизм был точным планом социализма. Он критиковал тех, кто без конца повторял слова Маркса, но ничего не знал о практической революционной работе и был сбит с толку действительностью. По мнению Ленина, эти догматики превратили марксизм из руководства к действию в набор безжизненных формул:

Либо они не знают фактов жизни, не видят того, что существует на самом деле, и не могут смотреть правде в глаза, либо ограничиваются абстрактным сравнением «капитализма» с «социализмом» и не могут изучить конкретные формы и этапы переходного периода, происходящего в нашей стране.[3]

Творческий подход был особенно важен, поскольку условия в России заметно отличались от тех, которые Маркс считал необходимыми для социалистической революции. Маркс ожидал, что социализм сначала разовьется в одной из высокоразвитых капиталистических стран Западной Европы с их обширным промышленным производством и большим городским пролетариатом. Население России состояло в основном из крестьян, а промышленный рабочий класс был немногочислен. Некоторые европейские марксисты рассматривали Россию как отсталого пасынка Европы, которая будет одной из последних стран, в которых произойдет социалистическая революция.

Но Ленин видел в России потенциал и острую необходимость социализма. Гнет, которому подвергся русский народ, был крайним. Крестьяне едва выживали, обрабатывая поля богатых помещиков, а рабочие трудились по 14 часов в день в промышленных цехах капиталистов России. Частые восстания против этих условий сотрясали город и деревню, и люди были открыты для революционных идей. Ленин и Российская коммунистическая партия (большевики) показали народу, что источником их угнетения является капитализм, а решение лежит в социализме.

Социалистическое правительство

Но как достичь этого нового общества? Важнейшим первым шагом, по мнению Ленина, был захват политической власти, замена правления класса капиталистов правлением трудящихся.

Ленин принял взгляды Маркса и развил их. Маркс считал, что при социализме правительство будет диктатурой пролетариата. Рабочий класс, наиболее политически продвинутый класс, будет править обществом и руководить другими рабочими классами - мелкой буржуазией и крестьянами - в построении социализма и предотвращении восстановления власти буржуазии.

Но, формулируя эти взгляды, Маркс имел в виду Западную Европу. В России пролетариат был небольшим, и 80% населения составляли крестьяне. Какую роль это подавляющее большинство должно было сыграть в новом правительстве? Ленин считал, что в России крестьянство должно быть неотъемлемой частью социалистического правительства из-за своей численности и из-за того, что крестьяне, особенно бедняки, в подавляющем большинстве поддерживали социализм. Он объяснил, что в особых условиях России необходима диктатура пролетариата и бедного крестьянства.[4]

Ленинская концепция социалистического правительства была примером его творчества. Некоторые «ортодоксальные» марксисты того времени выступали против участия крестьян в правительстве, утверждая, что оно нарушает марксизм и развращает правительство с помощью мелкобуржуазной крестьянской идеологии. Но Ленин считал, что эти критики не понимали российских реалий и недооценивали революционные настроения крестьянства. Их подход сузит базу поддержки правительства и в конечном итоге приведет к его падению.Ленин завоевал большую часть партии своей точки зрения.

Новое социалистическое правительство, созданное в России после победы революции, состояло из массовых организаций, называемых Советами, советов, демократически избранных рабочими, крестьянами и солдатами. Советы возникли спонтанно в 1905 году во время демократического восстания, но были подавлены, когда эта революция потерпела поражение. Советы возродились в 1917 году по мере усиления народной борьбы.

Ленин описывал Советы как институты, созданные русской революцией, которые лучше всего представляли интересы угнетенных.Он определил некоторые ключевые особенности Советов: это были вооруженные силы рабочих и крестьян; они обеспечивали интимную связь с людьми; их персонал избирается и может быть отозван в любое время; и они, помимо прочего, помогали обучать и воспитывать угнетенных [5].

Одна из ключевых функций социалистического правительства, по мнению Ленина, заключалась в обеспечении демократии для трудящихся. При капитализме правительство существовало для обеспечения права буржуазии на получение прибыли.По словам Ленина, «даже в самых демократических буржуазных республиках [народ], обладая равными правами по закону, фактически лишен тысяч уловок и уловок от участия в политической жизни и реализации демократических прав и свобод. ”[6]

При социализме правительство должно было защищать права трудящихся на достойный уровень жизни и жизнь без эксплуатации. Социалистическое правительство должно положить конец угнетению национальных меньшинств и женщин.Трудящиеся должны управлять обществом в своих интересах.

Укрепление социалистического правительства

Новое советское правительство все еще самоорганизовывалось, когда стало ясно, что вопрос о том, кто контролирует государство, не решен. Свергнутая буржуазия и богатые землевладельцы сохранили огромное влияние, установив контроль над важнейшими секторами экономики. Через несколько дней после своего свержения они начали яростно организовываться, чтобы восстановить утраченное влияние.

Ленин указывал, что политическая сила капиталистов и крупных помещиков может быть решительно сломлена только путем демонтажа их экономической власти, и это было одной из первых целей Советского правительства.26 октября 1917 года правительство издало декрет об отмене частной собственности на землю, чтобы сломить власть крупных землевладельцев. В течение следующих нескольких месяцев их массивные владения были разделены, а земля передана беднякам. Продовольствие, накопленное богатыми помещиками, было захвачено и роздано народу.

г. Затем пришли крупные капиталисты. 18 января 1918 года все фабрики, шахты и транспорт были объявлены государственной собственностью, а в последующие месяцы многие отрасли промышленности были национализированы.Были созданы рабочие советы для наблюдения за фабриками и защиты прав рабочих на рабочем месте. Эти первые шаги помогли ослабить буржуазию и укрепить власть Советского правительства. К началу 1918 года власть Советского правительства была надежной, по крайней мере, временно.

Но впереди еще большие трудности. Условия, в которых находился Ленин в то время, были мрачными. Русское общество было в коллапсе. Страна была опустошена годами боев в Первой мировой войне, большие площади ее территории были оккупированы иностранными войсками, внутренние контрреволюционеры планировали свержение социализма, а экономика была в упадке.Голод и болезни были обычным делом.

Как Ленин и большевики должны были решить эти проблемы и организовать социализм? Как им организовать экономику, поставить сельское хозяйство и промышленность на ноги и создать новые политические структуры? Легких ответов не было. Позже Ленина даже заставили сказать, что организация социализма была гораздо более трудной задачей, чем свержение буржуазии [7].

Развитие взглядов Ленина

Когда Ленин начал разрабатывать политику по этим вопросам, некоторые его взгляды на социалистическое строительство стали меняться.Фактический опыт попыток решения проблем выявил новые факторы, которые ранее не предполагались. Например, до революции Ленин считал, что организовать социалистическую экономику будет довольно легко. В августе 1917 года Ленин сказал:

Учет и контроль - вот главное, что необходимо для обеспечения «бесперебойной работы», правильного функционирования первой фазы коммунистического общества [социализма] ... Необходимые для этого учет и контроль были упрощены капитализмом до минимума. крайность и сводится к чрезвычайно простым операциям, которые может выполнить любой грамотный человек, по контролю и записи, знанию четырех правил арифметики и выдаче соответствующих квитанций.[8]

После шести месяцев интенсивной работы по перестройке экономики Ленин понял, что эта задача намного сложнее. Превратить отсталую экономику России в современную социалистическую экономику было масштабным проектом. Требовалось гораздо больше, чем просто «учет и контроль». В апреле 1918 года Ленин так описал задачу:

В каждой социалистической революции. . . Основная задача пролетариата и беднейшего крестьянства, которым он руководит, - это позитивная или конструктивная работа по созданию чрезвычайно сложной и деликатной системы новых организационных отношений, распространяющихся на плановое производство и распределение товаров, необходимых для существования общества. десятки миллионов человек.... [Это] трудная проблема. [9]

Взгляды Ленина изменились и по ряду других вопросов. Например, он изменил свой взгляд на возможность построения социализма в одной стране. В марте 1921 года Ленин заявил на X съезде партии, что борьба за социализм в России не может быть успешной без победы социализма в других европейских странах. Два года спустя в статье «Лучше меньше, но лучше» Ленин сказал, что история показала, что социалистические революции не неизбежны в других европейских странах, но это не означает, что Россия не сможет добиться успеха в своей собственной социалистической революции.Среди других вопросов, по которым развивались взгляды Ленина, были следующие вопросы: следует ли использовать деньги или систему трудовых сертификатов для вознаграждения за работу, насколько обширным должно быть централизованное планирование и следует ли разрешить свергнутой буржуазии голосовать, и это лишь некоторые из них.

Что можно сказать о взглядах Ленина на социализм в конце весны 1918 года? К тому времени стало ясно, что установление социализма в России будет гораздо более сложным процессом, чем он предполагал даже годом ранее. Преобладающей формой экономики в России в 1918 году было индивидуальное производство в мелких фермерских хозяйствах с разбросанным промышленным производством.Ленин сказал, что для преодоления такого положения вещей потребуется много времени и усилий, и любые идеи о немедленном установлении социализма были иллюзиями. Ленин говорил, что российское общество в то время не было социалистическим; он двигался к социализму. В мае 1918 года он выразился так:

Думаю, никто, изучая вопрос об экономической системе России, не отрицал ее переходный характер. Я также думаю, что ни один коммунист не отрицал, что термин «Социалистическая Советская Республика» подразумевает решимость Советской власти добиться перехода к социализму, , а , а не , что новая экономическая система признана социалистическим порядком.[10]

В той же статье Ленин указал, что даже государственный капитализм был бы шагом вперед по сравнению с преобладающим в России примитивным уровнем производства [11]. Срочно нужно было сделать упор на модернизацию и развитие экономики.

Военный коммунизм: июнь 1918 - декабрь 1920

Летом 1918 года крупное событие вызвало радикальные изменения в ленинских планах социалистического развития.

В июне группа империалистических стран, опасаясь, что советская революция может спровоцировать восстание на их собственных землях, вторглась в Россию, чтобы восстановить буржуазный порядок.Тысячи французских, британских, американских и японских войск атаковали с востока и запада, занимая большие площади на территории России. Империалистические страны также спонсировали восстания российских контрреволюционеров, чтобы попытаться свергнуть Советское правительство.

Это нападение четырех сильнейших стран мира глубоко повлияло на социализм в России. Все планы экономического развития необходимо было скорректировать, и большая часть ресурсов и усилий России на следующие два с половиной года была направлена ​​на войну.

Во время вторжения Россия была плохо оборудована для защиты. Промышленность и сельское хозяйство все еще не оправились от разрушений Первой мировой войны. Империалистические войска добились некоторых первоначальных успехов и в течение нескольких месяцев наступали на основные городские центры России. Надвигался серьезный кризис, вынудивший Ленина и Советское правительство принять серию радикальных мер, получивших название «военный коммунизм». «Военный коммунизм» глубоко затронул все аспекты жизни общества. Продовольствие было крайне необходимо, и Ленин сказал, что вся еда сверх установленного количества для каждого крестьянина должна быть передана правительству для раздачи городам и армии.Эта политика «избыточного присвоения» не соответствовала классическому марксистскому принципу распределения при социализме.

Маркс сказал, что во времена социализма каждый человек будет вознагражден в соответствии с объемом выполненной работы. Чем больше выполнял человек, тем больше благ общества он получал. В условиях «излишка», сколько бы крестьянин ни работал, он все равно получал только фиксированное количество еды.

Ленин знал, что эту систему нельзя поддерживать бесконечно.В конечном итоге это подорвало бы моральный дух и подорвало энтузиазм крестьян по поводу производства. Но он считал эту меру критически важной для получения необходимого количества продовольствия и чувствовал, что крестьяне согласятся, поскольку эта политика защищала революцию, которая принесла им землю.

Война также вызвала отсрочку, как надеялся Ленин, на планомерную коллективизацию сельского хозяйства. Ленин считал коллективизацию критически важной для трансформации индивидуалистической идеологии крестьян, а также для модернизации и механизации сельского хозяйства.В декабре 1918 года Ленин призвал объединить индивидуальные участки в крупные колхозы. Но на самом деле в течение следующих нескольких лет коллективизация практически не проводилась. Осуществление коллективизации в то время потребовало огромных усилий со стороны Ленина и партии - просвещения крестьян о ее преимуществах, помощи им в ее проведении и решения проблем. Но подавление вторжения требовало большей части внимания Ленина. Следовательно, количество колхозов увеличилось лишь незначительно, с 3100 в 1918 году до 4400 в 1920 году, что составляло лишь небольшую часть сельскохозяйственного производства.[12]

Требования войны также изменили промышленное развитие, которое Ленин надеялся развить сбалансированным образом. Из-за острой необходимости в рабочих на военных предприятиях Ленин поддерживал крайнюю политику, известную как «милитаризация труда», которая относилась к промышленным рабочим как к солдатам. В апреле 1919 года правительство распорядилось о всеобщей мобилизации рабочих, сделав труд в оборонной промышленности обязательным для всех трудоспособных. Заработная плата выплачивалась не деньгами, а продуктами питания, одеждой и ограниченным количеством предметов домашнего обихода.Требовались долгие часы работы, иногда больше, чем те, которые работали до революции. Ленин не ожидал введения таких условий после революции, но он не видел альтернативы.

Спустя два с половиной долгих года усилия русского народа увенчались успехом. Внутренняя реакция потерпела поражение, а иностранные войска изгнаны с русской земли. Эта историческая победа над четырьмя мировыми державами обеспечила выживание Советского правительства, но она была достигнута дорогой ценой. Усилия России по построению и модернизации своей социалистической экономики были отклонены.Были убиты тысячи людей, в том числе многие ветераны партии. Жизнь трудящихся была во многом даже хуже, чем в 1917 году.

Некоторые российские левые критиковали политику «военного коммунизма» Ленина как слишком радикальную и отход от социализма, но Ленин с этим категорически не соглашался. В «Великом начале», написанном в 1919 году, Ленин сказал, что социализм «складывается не в фантастически гармоничных,« идеальных »условиях, а в реальных условиях неистового сопротивления буржуазии, которое принимает множество разнообразных форм.”

После поражения империалистической интервенции Ленину стало еще яснее, что Россия должна как можно быстрее модернизировать свою экономику. Он объяснил главный ключ к успеху социализма в «Великом начале»:

Капитализм можно полностью победить, и он будет полностью побежден социализмом, создающим новую, гораздо более высокую производительность труда. Это очень сложный вопрос, и он должен занять много времени; но это началось, и это главное.

Новая экономическая политика: с января 1921 года по

К концу империалистической интервенции Россия находилась в глубоком экономическом положении.Промышленное производство составляло одну седьмую от уровня 1917 года, производилось мало товаров народного потребления. Сельскохозяйственное производство было вдвое ниже уровня 1917 года. У крестьян было мало стимулов для увеличения производства, так как государство забирало лишнюю еду. Их уровень жизни падал, как и их энтузиазм по поводу социализма. В некоторых регионах крестьянские волнения вспыхнули с конца 1920 года.

Ленин сравнил Россию с человеком, которого избили на расстоянии сантиметра от жизни. Страна пережила семь лет почти непрерывной войны.Ленин понимал, что «военный коммунизм» должен быть демонтирован и заменен политикой, направленной на стимулирование сельского хозяйства и промышленности, увеличение производства потребительских товаров и возрождение ослабевшей торговли между городскими и сельскими районами [13].

За несколько месяцев Ленин сформулировал комплекс мер, которые в совокупности назывались Новой экономической политикой (НЭП). Он представил НЭП в марте 1921 года на X съезде партии.

Новая экономическая политика принесла радикальные изменения. В сельском хозяйстве система «излишков» была заменена «натурным налогом», фиксированным количеством товаров, которые должны были быть перед государством.Крестьяне сохранили всю продукцию на эту сумму; чем больше крестьяне производили, тем больше они сохраняли. Была разрешена некоторая частная торговля, чтобы крестьяне могли продавать свои излишки еды. В то время как правительство сохраняло основной контроль над торговлей, чтобы свести к минимуму спекуляцию и спекуляцию, Ленин считал, что правительство не должно монополизировать всю торговлю. На X съезде партии он объяснил почему:

Обширность нашей аграрной страны с плохой транспортной системой, бескрайними просторами, изменчивым климатом, разнообразными условиями ведения сельского хозяйства и т. Д., делает неизбежной определенную свободу обмена между местным сельским хозяйством и местной промышленностью в местном масштабе. В этом отношении мы очень виноваты в том, что зашли слишком далеко; мы перестарались с национализацией промышленности и торговли, подавляя местный товарообмен. Это было ошибкой? Конечно, было.

Ленин считал коллективизацию сельского хозяйства преждевременной, учитывая разорение деревни. Коллективизация требовала более высокой производительности и большего количества оборудования, чем существовало в то время.Политически крестьяне еще не были готовы к коллективизации. По большей части они не хотели отказываться от отдельных участков, которые они недавно выиграли.

НЭП внес существенные изменения в промышленность. Особое внимание уделялось легкой промышленности и товарам народного потребления. Специально для этих участков было выделено топливо и сырье. Многие мелкие предприятия, национализированные во время войны, были сданы в аренду частным лицам, которые руководили ими и несли ответственность за их прибыль или убытки.Ленин считал, что государству неэффективно управлять десятками тысяч малых предприятий. Индивидуальную инициативу можно было использовать для возрождения производства и торговли, не ставя под угрозу социалистический принцип общественной собственности на средства производства. Были наложены строгие ограничения на разгосударствление, и крупнейшие и наиболее важные предприятия по-прежнему находились в ведении правительства. Государственное обследование 1923 года показало, что 88,5% промышленных предприятий России находились в частной собственности или в аренде, но 84.5% всех промышленных рабочих были заняты на государственных заводах [14].

Для модернизации производства Ленин также призывал к более широкому использованию «буржуазных специалистов» в промышленности. «Буржуазные эксперты» могли не поддерживать революцию, но обладали ценными научными, технологическими или административными навыками. Ленин осторожно объяснил, что использование таких специалистов не означает передачи заводов буржуазии. Рабочие советы по-прежнему руководили производством и наблюдали за буржуазными экспертами.

Мы не должны бояться того, что коммунисты учатся у буржуазных экспертов, включая купцов, мелких капиталистических кооператоров и капиталистов.... Результаты «обучения» должны проверяться только практическим опытом и на практике лучше, чем буржуазные эксперты на вашей стороне [15].

При НЭПе Ленин также выборочно открыл двери для иностранных инвестиций. Хотя эта политика сопряжена с расходами, Ленин считал, что в целом она идет на пользу социалистическому развитию. Вложенный капитал оживил экономику, и были наложены строгие ограничения на прибыль, получаемую иностранными капиталистами от этих предприятий.

Споры по поводу нэпа

НЭП был радикальным отходом от «военного коммунизма» и вызвал серьезные споры.Ленин подвергался резкой критике со стороны некоторых марксистов как в России, так и за рубежом. «Слева» критиковали отступление Ленина к капитализму. Они утверждали, что для построения социализма коллективизация производства должна всегда подниматься на более высокий уровень, а индивидуальное производство должно неуклонно сокращаться. Они были шокированы тем, что Ленин действительно увеличивал масштабы индивидуального производства.

Остальные критика исходила справа. Они утверждали, что серьезные проблемы в экономике России доказали, что строительство социализма в России было преждевременным.По их словам, Маркс никогда не говорил о построении социализма в такой отсталой в экономическом отношении стране. Для развития производительных сил нужен был длительный период капитализма. После полного развития капитализма можно было рассматривать социализм.

Ленин резко ответил на критику как «левых», так и «правых». Он указал, что ни одна из сторон не понимает, что требуется для построения социализма. Ленин сказал своим «левым» критикам, что они не осознавали, что социализм не может существовать без качественной модернизации экономики.В противном случае Россия была обречена быть красной и бедной. Ленин говорил, что нэп был отступлением, но временным отступлением, осуществленным под твердой рукой социалистического правительства. Социализм никогда не мог быть построен путем постоянного развития; иногда были необходимы отступления. Если экономические проблемы России не будут решены, народ сам свергнет социализм.

Обращаясь к своим критикам справа, Ленин указал, что экономика России будет быстрее всего модернизирована не при власти капиталистов, а при социалистическом правительстве.При буржуазии происходили огромные растраты, поскольку капиталисты тратили свою прибыль на предметы роскоши, спекуляции и другие виды деятельности, приносящие мало пользы людям. При социализме больше ресурсов могло быть направлено на экономическое развитие. Ленин указывал, что его критики на самом деле пессимистично относились к возможности когда-либо построить социализм и просто искали предлоги для возврата к капитализму.

Ленин заявил на Первом съезде Коммунистического Интернационала в июне 1921 г .:

Развитие капитализма, контролируемого и регулируемого пролетарским государством i.е. `` Государственный '' капитализм в этом смысле слова) выгоден и необходим в крайне разоренной и отсталой мелкокрестьянской стране (в определенных пределах, конечно), поскольку он способен ускорить немедленное возрождение крестьянского хозяйства.

Путем упорной борьбы Ленин завоевал большинство партии и народа, и НЭП был принят. В течение следующих нескольких лет производство резко увеличилось. Производство продуктов питания выросло, а промышленное производство подскочило с 35% от уровня 1912 года в 1921 году до 54% ​​в следующем году.[16] По мере улучшения экономики возрастал энтузиазм людей по поводу социализма. Принятие Лениным нэпа отражало его эволюцию взглядов на социализм. Он понял, что, хотя политическая система России была самой развитой в мире, ее экономическая система была одной из самых бедных. Эта проблема была критической, поскольку, если социализм не может в конечном итоге обеспечить более высокий уровень жизни, чем капитализм, зачем людям социализм?

За эти годы Ленину стало яснее затяжной характер построения социализма.Ленин также видел необходимость экспериментов в строительстве социализма. Поскольку не было «дорожной карты» к социализму, приходилось опробовать разные методы, чтобы увидеть, что будет успешным. Как он выразился в статье 1919 года:

Если японский ученый, чтобы помочь человечеству победить сифилис, имел терпение испытать шестьсот пять препаратов, прежде чем он разработал шестьсот шестой, отвечающий определенным требованиям, то тем, кто хочет решить более сложную проблему, а именно: чтобы победить капитализм, необходимо проявить настойчивость, чтобы испробовать сотни и тысячи новых методов, средств и средств борьбы, чтобы разработать наиболее подходящие из них.[17]

Незавершенное дело

К сожалению, здоровье Ленина стало ухудшаться после инсульта в марте 1922 года. Хотя он выздоровел, его рабочий график был резко сокращен. В марте 1923 года Ленин перенес более серьезный инсульт, положивший конец его политической карьере. Он умер в январе 1924 года в возрасте 53 лет.

Социализм находился в зачаточном состоянии. НЭП еще был в разгаре, и не было сформулировано никаких планов по его прекращению. Коллективизация сельского хозяйства только началась.Планирование народного хозяйства почти не существовало. Перед партией все еще стояло много проблем. Можно только предполагать, как Ленин мог подходить к этим проблемам, поскольку его взгляды на социализм продолжали развиваться.

Важнейшей проблемой, которая занимала много внимания Ленина в последний год его работы, была проблема бюрократии. До революции Ленин считал социалистическое государство менее бюрократическим, чем капиталистическое государство. Социалистический государственный аппарат был бы меньше и проще капиталистического государства и начал бы «отмирать», как только он будет создан.Однако со временем Ленин стал смотреть на дело по-другому. Социалистическое государство несло огромную ответственность, включая реорганизацию национальной экономики и надзор за ней, развитие и поддержание новых политических институтов и обеспечение того, чтобы свергнутые эксплуататоры не вернулись к власти. Эти задачи были сложными и порождали тенденцию к стихийному росту государственного аппарата.

Советский государственный аппарат неуклонно рос, увеличивая количество агентств и учреждений.Со временем Ленин все больше видел опасность в этом направлении. Он чувствовал, что советское правительство теряет связь с народом, и подчеркивал необходимость контроля правительства снизу.

Несмотря на озабоченность Ленина бюрократией, проблема обострилась в начале 1920-х годов. В 1923 году в одной из своих последних статей Ленин предупреждал:

Наш государственный аппарат настолько прискорбен, если не сказать убог, что мы должны сначала очень хорошо подумать, как бороться с его недостатками ... Мы должны сократить наш государственный аппарат до предельной экономии.Мы должны изгнать из нее все следы экстравагантности, которых так много осталось от царской России, от ее бюрократической капиталистической государственной машины [18].

К сожалению, Ленин умер в 1924 году и не смог решить эту проблему. Тот факт, что борьба с бюрократией не велась, впоследствии привел к серьезным проблемам для Советского Союза.

Выводы

Что мы можем сказать о взгляде Ленина на эту новую социальную систему? На самом базовом уровне Ленин видел социализм как общество, посвященное интересам трудящихся, составляющих подавляющее большинство населения.Основные средства, с помощью которых общество производит свое богатство - фабрики, шахты и фермы - переходят из частной в государственную собственность, а эксплуатация по большей части устраняется. Социализм высвобождает творческий потенциал простых людей, которые способны на огромные успехи, не работая в условиях системы эксплуатации.

Ленин считал, что капитализм не может быть устранен, а социализм полностью установлен одним махом. Потребовалось время, чтобы постепенно отказаться от старой капиталистической машины, создать новые экономические и политические институты и изменить образ мышления людей.

Ленин считал, что социализм в конечном итоге заменит капитализм во всем мире, потому что он окажется экономически превосходящим и обеспечит лучшее качество жизни для своего народа.

Реализация потенциала социализма для экономического прогресса требовала гибкости и новаторства. Хотя Ленин поддерживал основные марксистские принципы общественной собственности на средства производства и «каждому в соответствии с его работой», он использовал самые разные методы.

В политической сфере Ленин считал, что социализм должен быть гораздо более демократичным, чем самое демократическое капиталистическое государство.Социализм предоставил трудящимся права и свободы, которые не предлагал капитализм, такие как право на работу, право на медицинское обслуживание и финансовую безопасность в пожилом возрасте. Социализм также давал права, которые капитализм обещал, но не предоставлял, например право на подлинное участие в правительстве. Национальным меньшинствам гарантируется право развивать свою культуру, использовать свой язык и управлять собой. Трудящиеся контролировали социалистическое правительство через свою политическую партию, Коммунистическую партию.Социалистическое правительство защищало права трудящихся и следило за тем, чтобы свергнутая буржуазия не вернулась к власти. Фактически, социализм можно было построить только в том случае, если большинство людей поддерживало его и принимало активное участие в его строительстве. Ленин предупреждал, что путь России к социализму не следует механически распространять на другие страны. Каждой стране приходилось искать свой путь, исходя из своей конкретной ситуации. Выступая перед марксистами из других стран на Первом конгрессе Коммунистического Интернационала в 1919 году, он сказал: «В нашей революции мы продвигались по пути практики, а не теории.”

Что касается того, как будет выглядеть социализм в США, никто точно не может предсказать. В такой стране никогда не строили социализма. Мы столкнемся с совершенно другими проблемами, чем те, с которыми Ленин столкнулся в 1917 году, и мы не стремимся копировать пример России при Ленине. Социалисты в США не могут использовать подход поиска модели в другой стране.

Форма, которую принимает здесь социализм, неизбежно будет определяться особыми условиями этой страны, включая высокоразвитую капиталистическую экономику, долгую историю буржуазной демократии, многонациональное население, обширные географические ресурсы и особое культурное наследие.Хотя было бы невозможно точно описать, как будет выглядеть эта новая социальная система, это будет новая позитивная эра, в которой будут устранены неуверенность, угнетение и несправедливость, характерные для сегодняшних США, и появится потенциал для лучшей жизни и благополучия. социальный прогресс может быть реализован.


Ричард Флеминг - редактор журнала Forward .

Сноски

[1] Когда Ленин говорил о прекращении «эксплуатации», он имел в виду процесс, когда капиталисты не платят рабочим полную стоимость того, что они производят.Капиталисты удерживают в качестве прибыли часть производимого рабочими богатства, и этот процесс называется «эксплуатацией». «Диктатура пролетариата» относится к природе правительства при социализме, при котором трудящиеся обладают государственной властью. Они управляют правительством в интересах подавляющего большинства общества и следят за тем, чтобы свергнутые капиталисты не вернулись к власти.

[2] Следует отметить, что Ленин никогда не давал ни одного точного определения социализма ни в одной статье.Упомянутые черты взяты из нескольких произведений Ленина, включая «Карл Маркс», «Задачи пролетариата в нашей революции» и «Государство и революция».

[3] «Левое детство и мелкобуржуазная ментальность», май 1918 г.

[4] В разное время Ленин использовал разные фразы для описания социалистического правительства, включая «диктатуру пролетариата» и «диктатуру пролетариата и бедняков». В своем «Обращении к Первому съезду Коммунистического Интернационала» в 1919 году Ленин сказал: «Суть советского правительства состоит в том, что постоянная и единственная основа государственной власти, весь государственный аппарат - это массовая организация классы, угнетенные капитализмом, т.е., рабочие и полупролетарии (крестьяне, которые не эксплуатируют чужой труд и регулярно прибегают к продаже хотя бы части своей собственной рабочей силы) ». Дело не в точной фразе, которую Ленин использовал в данный момент, а в его концепции социалистического правительства. Понятно, что Ленин видел беднягу как неотъемлемую часть правительства.

[5] «Могут ли большевики сохранить государственную власть?» Сентябрь 1917 г.

[6] «Обращение к Первому съезду Коммунистического Интернационала», 1919 год.

[7] «Великое начало», июнь 1919 г.

[8] Государство и революция .

[9] «Ближайшие задачи Советского правительства».

[10] «Левое детство и мелкобуржуазный менталитет», - курсив мой.

[11] Под «государственным капитализмом» Ленин имел в виду систему, в которой преобладает капиталистическая экономика и где правительство или государство управляет ключевыми секторами экономики.

[12] См. E.H. Карр, Большевистская революция , Vol.2, Penguin Books, 1952, стр. 159.

[13] В «Натуральном налоге», написанном в апреле 1921 года, Ленин заявил: «Война и разруха заставили нас перейти к военному коммунизму. Это не было и не могло быть политикой, соответствующей экономическим задачам пролетариата. Это было временное решение. Правильная политика пролетариата, осуществляющего свою диктатуру в мелкокрестьянской стране, состоит в том, чтобы получать хлеб в обмен на необходимые крестьянству промышленные товары. Это единственный вид продовольственной политики, который соответствует задачам пролетариата и может укрепить основы социализма и привести к его полной победе.”

[14] Карр, Большевистская революция , стр. 302.

[15] «Натуральный налог», апрель 1921 г.

[16] Там же. п. 309.

[17] «Великое начало».

[18] «Лучше меньше, но лучше».


Новая экономическая политика Ленина: что это было и как изменилось Советский Союз

К 1921 году экономика России была искалечена последствиями военного коммунизма. Социализм начался не на хорошей ноте, и Владимира Ленина стало беспокоить плачевное состояние экономики.Его ответ на бедную экономику, которую он принял, и то, как он планировал ее улучшить, был назван Новой экономической политикой, или НЭПом, получившим свое название от того факта, что она была «новой» по сравнению со «старой» царской экономикой ». политика."

The N.E.P. был мастерски разработан, чтобы привлечь капитал в государство, что он и сделал, и помочь ему в экономическом процветании. Однако некоторые социалисты считают, что он, возможно, зашел слишком далеко со своим экономическим стилем свободного рынка и, возможно, мог бы привести Советский Союз к постоянному владению капиталистической экономикой, что разрушило бы социалистический приоритет.Первоначальный план, однако, заключался в сохранении капитализма до тех пор, пока экономика не станет достаточно сильной для достижения социализма.

После большевистской революции 1917 года Владимир Ленин и его партия задумались о том, что было бы подходящим для экономики России, которая в то время страдала от социальных проблем. До революции в основном было всего три класса людей: крестьяне, дворяне и романовы. Несмотря на то, что были проведены определенные реформы, с крестьянами по-прежнему плохо обращались, и дворяне использовали их в своих интересах.В то же время шла Первая мировая война, которая не только негативно повлияла на экономику России, но и оказала большое влияние на российское общество.

Первое, что было введено в действие, было так называемый «военный коммунизм». Причина, по которой он был назван так, заключалась в том, что он задумывался как экономический метод, используемый во время гражданской войны, но на самом деле он начался до войны и оставался в силе после войны до 1921 года. Сразу же, когда большевики захватили власть, Ленин недооценил проблемы внутри страны не только в экономическом, но и в социальном плане.В течение первых нескольких месяцев после революции все, что можно было изменить, было изменено (Ленин, 5). Самыми глубокими изменениями, которые должны были произойти в первые месяцы существования Советского Союза, было изъятие частной собственности у капиталистов: сельскохозяйственных угодий, фабрик, заводов, железных дорог, банков и другой собственности без компенсации (Ленин, 5).

Ленин совершил ошибку, взяв нынешнее правительство и его людей и погрузившись в полномасштабный коммунизм, не осознавая, что все они экономически не подготовлены для такого преобразования (Каплан).Вместе с тем резко вырос уровень безработицы. Почти все производство и розничная торговля были национализированы, а урожай крестьян принудительно реквизировался государством с целью, чтобы весь урожай передавался государству, после чего он распределялся равномерно. Также была введена политика принудительного труда, заставляющая как гражданских, так и военных служить государству.

Как сказал Ленин, обращаясь к проблемам, а также к очевидному решению возврата к капитализму, он говорит о том, что «беспрецедентно дислоцированная страна только-только начинает восстанавливаться, только только осознает всю глубину своего разорения, страдает от самые страшные невзгоды - остановка промышленности, неурожаи, голод, эпидемии »(Ленин).В конце концов большевики осознали, что Россия начала тонуть под этим военным коммунизмом из-за целого ряда обстоятельств, таких как голод, нехватка ресурсов и болезни из-за недоедания. Этим Ленин признает, что «мы поднялись на высшую и в то же время сложнейшую ступень нашей исторической борьбы».

25 апреля 1921 года Ленин ввел политику натурального налогообложения, которая заменила «ассигнование излишков продовольствия» или политику, которая закрепляла определенное количество крестьянской продукции, на которую имел право государство.Собранная продукция поступала непосредственно в государство, а затем распространялась по остальной части страны, чтобы обеспечить еду для всех. Теоретически это казалось действенной системой. Однако, как только это было осуществлено на практике, страна вскоре столкнулась с голодом из-за того, что было слишком много людей и не хватало еды. Правительство было бессильно это исправить.

Политика Натурального налога, которая заменила бы систему распределения излишков продовольствия фиксированным налогом (о котором крестьяне будут уведомлены заранее), однако, была призвана облегчить бремя, которое военный коммунизм возложил на крестьян и , следовательно, повысить их мотивацию к работе.По словам Ленина, «крестьяне теперь с большей уверенностью и волей, а это главное, возьмутся за работу в своих хозяйствах». Натуральный налог не только дал бы крестьянам стимул для увеличения производства, но также дал им свободу продавать то, что они производили, на рынке с целью получения прибыли, что было бы недопустимо при военном коммунизме.

По совпадению Ленин понял, когда экономика России рушилась под тяжестью немедленного коммунизма, что крестьяне составляли большинство населения, и хотя правительство было создано для пролетариата, на самом деле дело было в том, что только небольшой процент населения (даже не 10%) составлял фактическое население фабричных рабочих, а большинство остальных составляли крестьянство.Следовательно, они должны быть учтены в этой новой экономической политике, потому что, если бы они не были таковыми, как в случае с военным коммунизмом, экономика продолжала бы страдать.

Во время 2-го съезда отделов политического просвещения в октябре 1921 года Владимир Ленин начал обсуждение новой экономической политики и необходимости ее немедленного применения из-за разрушительных последствий военного коммунизма. Был сделан вывод, что ошибка была сделана, когда большевики решили прибегнуть к коммунизму в первые месяцы победы, хотя цель заключалась в том, чтобы использовать капитализм как своего рода мост между мелкобуржуазной экономической политикой и коммунистической экономической политикой.

Однако этого не произошло, и в результате Россия столкнулась с острой нехваткой продовольствия, что привело к недоеданию, болезням и смерти; таким образом оказывая воздействие на рабочий класс и крестьянство, таким образом оказывая ужасное воздействие на Россию в целом. Было решено, что новая экономическая политика была скорее «стратегическим отступлением», чем чем-либо еще. Это определенно не будет чем-то постоянным, а будет лишь способом избавить Россию от бремени, порожденного военным коммунизмом, и вместо этого заменить процедуры реквизиции продовольствия и национализации сельскохозяйственных земель своего рода рыночной экономикой с надбавкой. частного бизнеса.

По словам Ленина, «экономически и политически новая экономическая политика полностью обеспечивает нам возможность построения фундамента социалистической экономики». Это должно было быть основано на существовании капитализма. По сути, это будет комбинация капиталистической экономики и коммунистической политики. Крупный бизнес по-прежнему будет национализирован, чтобы гарантировать, что «мелкая буржуазия» или капиталистические империалисты не получат слишком большую власть над растущим социалистическим обществом и не встанут на его пути.Ленин считал, что капитализм приведет к империализму, который они только что ликвидировали.

The N.E.P. был способом манипулировать капитализмом, чтобы гарантировать, что капитал будет результатом труда, но империализм не сможет проникнуть в систему и вернуть себе власть. Помимо социалистического поворота, новая экономическая политика была предназначена для того, чтобы Советский Союз испытал временный вкус капитализма, чтобы улучшить экономику и успешно внедрить коммунизм.Новая экономическая политика означала значительное восстановление капитализма. Как упоминалось ранее, система распределения продуктов питания и политика реквизиции продуктов питания будут отменены. Взамен крестьянам будет разрешено свободно продавать (с целью получения прибыли) то, что они оставили после сбора налога (этот налог будет небольшим и доступным). Теперь будет разрешена внешняя торговля и аренда предприятий (Ленин, 64).

План действий должен был заключаться в восстановлении и открытии фабрик, которые были разрушены в годы военного коммунизма, и повторном использовании класса пролетариата на этих фабриках, которые, как было решено, будут производить продукцию, которую можно будет купить и купить. продавались и были полезны, те, которые улучшили бы жизнь и улучшили состояние.Как замечает Ленин по этому поводу, фабрики будут заниматься производством общественно полезных материалов ... не спекуляциями, не производством зажигалок для продажи и другой «работой», которая не очень полезна, но неизбежна. когда наша промышленность находится в разорении »(Ленин, 66).

Одной из самых больших проблем большевиков было: «Кто победит, капиталист или Советская власть?» (Ленин, 65). Действительно, существовало обоснованное опасение, что капиталисты возьмут власть и снова вернутся к империалистическому правительству и экономике.Как сказал Ленин в этом конкретном документе, «капиталист, которому мы позволяем войти через дверь, и даже через несколько дверей (и через многие двери, о которых мы не знаем, и которые открываются без нас и вопреки нам»). ) »(Ленин, 65).

По словам Ленина, было два варианта: либо капиталисты берут верх и изгоняют коммунистов, либо капитализм используется пролетариатом и крестьянами, подчиняясь государству и служа ему (Ленин, 66). Всегда был шанс, что если капитализм свергнет коммунизм и станет доминирующей причиной, то снова может возникнуть тот же старый режим, который был у власти ранее, а это означало бы, что вся тяжелая работа Ленина и его партии закончилась бы. растрачивать и, по сути, быть виноватым в падении коммунизма и (технически) приветствии деспотичного империализма, еще раз.

В предложении Новой экономической политики было особо подчеркнуто «Принцип личного стимулирования и ответственности». Как упоминалось ранее, N.E.P. Это означало бы разрешить свободную торговлю между крестьянами и разрешить им хранить или продавать (в зависимости от того, что они предпочитают) после уплаты налога, который был гарантирован в небольшом количестве. В любом случае, государство выражало огромное доверие и веру в свой народ. Как упоминалось ранее, в основе лежал страх, что капитализм станет слишком мощным и возьмет верх над Коммунистической партией, и это, конечно же, было принято во внимание.

От советских людей теперь ожидалось, что они будут защищать не только большевиков и Коммунистическую партию, но и дело коммунизма. От них ожидалось, что они будут придерживаться коммунистических ценностей и бороться против капиталистов, если они поднимут восстание или будут сочтены опасными для дела. По словам Ленина, «кто теперь отступает от порядка и дисциплины, тот позволяет врагу проникнуть в середину» (Ленин, 71). Чтобы еще больше гарантировать, что это не станет проблемой, советское правительство обсудило множество тактик, которые будут применяться для удержания капитализма под контролем.Во время 2-го съезда отделов политического просвещения, состоявшегося 17 октября 1921 года, Ленин обошел некоторые факты этих мер предосторожности, заявив своей партии, что «были приняты строгие, суровые меры, включая смертную казнь, меры, которые даже бывшее правительство не обращалось »(Ленин, 71).

Хотя это очевидно, благодаря глубокому анализу его документов и сильному выражению его убеждений в коммунизме и против империализма и капитализма, некоторым может показаться почти параноидальная тревога капиталистов.Дело не только в том, что он признает опасности капитализма и неизбежную вероятность того, что найдутся те, кто не согласится с коммунизмом, но и есть неопровержимые доказательства того, что это действительно было для него настоящим страхом. Пример этой паранойи - когда он говорит о том, что советским людям теперь придется работать бок о бок с капиталистами, и как их будет трудно выделить из толпы. Но то, что «из вас выжимают прибыль ...» и что «они обогащаются, работая вместе с вами» (Ленин, 72).

К сожалению, новая экономическая политика будет недолговечной, потому что после смерти Ленина в январе 1924 года Советскому Союзу были навязаны печально известные пятилетние планы Сталина. Сразу же отказались от новой экономической политики; это окажется и хорошо, и плохо. В каком-то смысле N.E.P. действительно улучшил советскую экономику, но только до уровня, на котором она была во время Первой мировой войны. Крестьяне оправдали ожидания правительства (следовательно, не выполнили свою часть соглашения об условиях рыночного стиля экономики), что означало, что, хотя был достигнут прогресс по сравнению с безысходностью времен войны Коммунизм, не было достаточного прогресса.По мнению Сталина, Н.Е.П. должен был уйти!

Новая экономическая политика была искусно создана, чтобы вылечить время ужасных экономических неудач, голода и безработицы. Ошибка была сделана при прямом переходе от империализма к коммунизму, чего, согласно основным экономическим и социальным законам, не может быть. В результате был выработан новый подход, объединивший коллективные усилия, капитализм и служение государству в одном лице. Естественно, N.E.P. не предназначался для постоянного использования в советской экономике или политике, а скорее как своего рода ступенька, а также способ улучшить экономическое состояние за счет использования капитализма, но с коммунистическим уклоном: несмотря на свободный рынок и шанс для свободной торговли и продаж, экономика все еще будет подчиняться государству, и основная цель капитала, принесенного Н.E.P. будет укреплять государство, его народ и его партию, чтобы подготовить их к настоящему делу: коммунизму.

Еще раз используя мудрые слова гения, стоящего за этим разумным планом: «Мы должны следить за тем, чтобы каждый, кто работает, посвятил себя укреплению рабочего и крестьянского государства» (Ленин, 72). Благодаря его Новой экономической политике мы не только можем заглянуть в то, чем мог быть , но и лучше понять преданность, страсть, дисциплину и, почти, одержимость государством, его благополучие, а главное - советских людей.

Однако следует задаться вопросом: на разработку новой экономической политики оставалось всего три года. Что, если бы Ленин прожил дольше, поддерживая таким образом систему капитализма при коммунизме? Это то, что обсуждается и ставится под сомнение по сей день. Набожные ленинцы были бы вынуждены, даже более чем охотно, заявить, что если бы Ленин прожил, возможно, на десять лет дольше, новая экономическая политика, среди многих других вещей, процветала бы и, возможно, небольшие заблуждения были бы исправлены.Владимир Ленин считал, что, испытав на себе последствия мгновенного коммунизма, стабильная, успешная экономика будет собрана со временем, продолжительность которого неизвестна и не имеет границ.


Альфред Г. Мейер, Коммунизм (Нью-Йорк: Рэндом Хаус, 1984), 36-48.

Доминик Сальваторе, Национальная экономическая политика (Вестпорт: Greenwood Press, 1991)

Карл Маркс и Фридрих Энгельс, Коммунистический манифест , изд.Фрэнсис Б. Рэндалл, доктор философии (Нью-Йорк: Simon & Schuster Inc.)

В.И. Ленина, Избранные произведения Vol. И , изд. А. Файнберг (Нью-Йорк: Международное издательство)

В.И. Ленина, Избранные произведения Vol. II, изд. А. Файнберг (Нью-Йорк: Международное издательство)

В.И. Ленина, Избранные произведения Vol. VII, изд. А. Файнберг (Нью-Йорк: Международное издательство)

В.И. Ленина, Избранные произведения Vol. VIII, изд. А. Файнберг (Нью-Йорк: Международное издательство)

В.И. Ленин, Избранные произведения Vol. XXXII, изд. Юрий Сдобников (М .: Прогресс, 1965), 133, 214, 366-367.

В.И. Ленина, Избранные произведения Vol. XXXIII, изд. Давид Сквирский и Джордж Ханна (М .: Издательство Прогресс, 1966), 21-25, 60-66.

В.И. Ленин, Избранные произведения в одном томе, (Нью-Йорк: Интернэшнл Паблишерс Ко., Инк., 1974) 325-329, 640, 650-652.

Николас В. Рязановский и Марк Д. Стейнберг, История России (Нью-Йорк: Oxford University Press, 2005), 484-485.

Ленинское воплощение ленинизма в России и внесенные в него изменения

Изучая справочную информацию о русской революции и переходе к коммунистическому государству в России, мы уже затронули многие из оставшихся вопросов учебной программы, но теперь мы рассмотрим их более подробно.

Политическая политика Ленина, 1917-1921 годы

Большевистские реформы

После большевистской революции Ленин и его новое коммунистическое правительство инициировали множество реформ.Они забрали землю у царя, церкви, дворян и других помещиков и перераспределили ее среди крестьян, чтобы реформировать сельскохозяйственный сектор и вознаградить крестьян за их лояльность во время революции.

Условия труда были улучшены, рабочее время ограничено максимум восемью часами в день и сорока часами в неделю. Капиталисты, которые всегда владели фабриками и фермами, были гонимы за прибылью, пренебрегая основными правами человека рабочих.

Эксплуатационные условия труда без перерывов в работе и отпуска.Детям, рожденным от родителей из рабочего класса, не разрешалось посещать школу. Они начали работать в раннем возрасте, и до 1921 года эксплуатация и жестокое обращение с детьми на российских фабриках и промышленных предприятиях были обычным явлением. Многие женщины также пострадали от выкидышей из-за недостаточного медицинского обслуживания. По новому правилу фабрики были переданы под контроль выборных комитетов рабочих.

Ленин понимал, что люди, которые помогли ему свергнуть временное правительство, были в основном бедными и не могли позволить себе платить за свое образование.Он начал предоставлять бесплатное образование, особенно для взрослых. В прошлом образование было зарезервировано для знати и некоторых представителей среднего класса. Он понял, что взрослым было отказано в умении читать и писать, поэтому Ленин ввел вечерние уроки для рабочих. Это образование включало сильный компонент коммунизма.

Открылось также Управление по правам женщин, которое возглавила Александра Коллонтай, бывшая ссыльная член ЦК большевиков. Этот отдел занимался такими вопросами, как занятость и образование женщин.

Женщинам не разрешалось занимать руководящие должности, поскольку они были зарезервированы за мужчинами. Женщинам не разрешалось заниматься самообразованием во время правления царя, и Ленин хотел, чтобы это изменилось, если и женщины, и мужчины вместе посещают занятия и разделяют одну и ту же философию.

В течение этого периода реформ Партия большевиков изменила свое название на Коммунистическую партию и ввела меры по ограничению политической оппозиции. Все газеты, не контролируемые государством, были запрещены, чтобы свести к минимуму критику политики правительства.

Лидеры основной оппозиционной Либеральной партии, партии, которая основала большинство коммунистических лидеров, были запрещены. Ленин также начал свою политическую карьеру в Либеральной партии до своей отставки в результате учения Карла Маркса. Были запрещены и конституционные демократы, а их руководство арестовано.

Была также создана комиссия по борьбе с контрреволюцией и шпионажем, получившая название ЧК. ЧК была тайной полицией, которая напрямую сообщала Ленину обо всех незаконных действиях против коммунизма.

Этот орган следил за тем, чтобы людей, не поддерживающих коммунизм, рекомендовали к изгнанию из России или к пожизненному заключению. Его штат вырос до 30 000 человек, чтобы подавить всю оппозицию. Москва стала новой столицей в результате того, что считалось, что она более центральная, чем Петроград. Коммунистическая партия приняла календарь на год, которому следовали многие страны Западной Европы.

Активность: Напишите эссе (расширенное письмо) о положительных и отрицательных элементах политических реформ Ленина.

Выведений:

1. Продемонстрировать способность работать независимо, формулировать вопросы для расследования и собирать, анализировать, интерпретировать и оценивать соответствующие доказательства для ответа на вопросы.

2. Синтезировать информацию о прошлом для разработки, поддержки и защиты независимой линии исторической аргументации, а также передавать и представлять информацию надежно и точно в письменной и устной форме.

Чтобы узнать, как улучшить свои навыки письма, посетите эту ссылку: www.seelb.org.uk

Военный коммунизм

Белая армия: Название контрреволюционной армии, которая сражалась против большевистской Красной армии в гражданской войне в России с 1918 по 1921 год. Офицерское ядро ​​армии, Белая гвардия, составляли монархисты. Его поддержали представители многих других политических движений: демократы, социалисты-революционеры и другие, выступавшие против русской революции.

Гражданская война началась сразу после прихода к власти Ленина. Белая армия и Красная гвардия, которая была переименована в Красную армию под командованием или руководством Льва Троцкого, столкнулись.

Белая Армия была против правления царя и коммунизма и хотела демократии, но Красная Армия победила. Члены были тщательно размещены для управления крупными предприятиями и городами, такими как Москва и Петроград. Белая армия страдала от недостатка дисциплины и коррупции в рядах.

К 1921 году Коммунистическая партия укрепила свою власть и подавила сопротивление.Однако российская экономика была в развалинах. Ленин пережил гражданскую войну, потому что его партия поместила политических представителей коммунистической партии в каждую армейскую часть, чтобы избежать мятежа. Это привело к введению «военного коммунизма» как меры по достижению экономической стабильности.

Гражданская война вызвала нехватку продуктов питания, топлива, сырья для производства и рабочей силы. Рабочие также уезжали из городов, чтобы выращивать продукты на фермах в сельской местности, сокращая рабочую силу. Столкнувшись с экономическим кризисом, коммунистическое правительство Союза Советской Социалистической Республики (СССР) ввело военный коммунизм в попытке взять на себя ответственность за экономику и создать структурированную социалистическую экономику.

Национализация: Передача земли и оборудования из частной собственности в государственную

Красная Армия и промышленные рабочие кормились конфискованными у капиталистов продуктами питания. Основные отрасли промышленности, предприятия, на которых работает более 10 человек, а также все банки и коммуникационные компании были национализированы для обеспечения занятости Красной Армии. Вся частная торговля была запрещена, забастовки объявлены незаконными, а рабочие находились под строгим контролем.

Военный коммунизм не помог разрешить экономический кризис в России. Вместо этого торговля остановилась. Промышленное производство упало на 40%, а нехватка продуктов питания привела к миграции людей из городов. Правительство обвинялось в ухудшении ситуации, и сопротивление его экономической политике росло.

Новая экономическая политика (НЭП)

Военный коммунизм был особенно непопулярен среди крестьян, и подавляющее сопротивление экономической политике Ленина вынудило его изменить его.Ленин хотел вернуть доверие крестьян и установил новую экономическую политику. Теперь фермерам было разрешено продавать свою дополнительную продукцию на открытом рынке, но земля по-прежнему оставалась собственностью государства. Все продукты облагались налогом, и государство определяло все цены.

Объем сельскохозяйственного производства увеличился, и, чтобы отразить этот рост, в промышленности были введены поощрения и премии на рабочих местах. Тяжелая промышленность все еще находилась под контролем правительства, но внешняя торговля и инвестиции поощрялись.Государственный банк, основанный в 1921 году, ссужал деньги начинающим застройщикам и торговцам, и в том же году Ленин учредил государственную плановую комиссию, Госплан, чтобы руководить финансовой деятельностью страны.

Основная задача Госплана заключалась в разработке единого народнохозяйственного плана СССР, а также в разработке методов и порядка его выполнения. Он также должен был координировать производственные программы и предложения по планированию для различных экономических институтов, разрабатывать государственные меры по развитию знаний и организовывать исследования, необходимые для реализации государственной экономики.Еще одна задача заключалась в развертывании и обучении необходимого персонала для достижения поставленных целей.

Россия процветала экономически, пока не достигла того же экономического уровня, что и Великобритания, Франция, Япония и Соединенные Штаты Америки (США). Инициативы Госплана также обеспечили России возможность успешно участвовать во Второй мировой войне и стать одной из сильнейших сверхдержав в мире наряду с США. Введение такой экономической политики спасло экономику России. Крестьянам было рекомендовано увеличить производство продуктов питания в награду за превращение в кулаков.

Кулаки: Более богатые крестьяне Советского Союза, нанимавшие других крестьян.

Новая экономическая политика имела много ошибок, несмотря на то, что она принесла экономическое облегчение России. Он был направлен на устранение социальных диспропорций в экономических рамках России, но не смог этого сделать.

Новый класс деловых людей под названием нэпманы своим успехом обязан нэпу. Они возникли из-за недостатков нэпа, который должен был стать экономической политикой, основанной на социалистической идеологии.Нэпманы контролировали формы производства и владели фермами, фабриками и промышленностью. Они доказали, что даже при строгой экономической политике и истинном социализме, проводимом, как отстаивал Карл Маркс, Россия потенциально могла стать богатой.

Эти капиталисты наслаждались моментами своей славы в России между 1921 и 1929 годами. Иосиф Сталин положил конец их господству в России, обложив их высокими налогами и изгнав тех, кто сопротивлялся уплате налогов, в Сибирь.

Смерть Ленина в 1924 году положила конец нэпу.Сталин критиковал его за создание множества капиталистических групп в России и возрождение классового разделения. НЭП оставался официальной политикой до 1928 года.

Коммунизм - это советская власть + электрификация всей страны - семнадцать моментов советской истории

Владимир Ленин, Отчет о работе Совнаркома. 22 декабря 1920

Первоисточник: Полное собрание сочинений, 5 изд. (Москва, 1975-79), Т. 36, с. 15-16.

… Теперь я перехожу к последнему пункту - вопросу электрификации, который стоит в повестке дня Конгресса. Вам предстоит услышать доклад по этому поводу. Я думаю, что мы являемся свидетелями важного изменения, которое в любом случае знаменует начало важных успехов Советов. Отныне на Всероссийских съездах трибуну будут возводить не только политики и администраторы, но и инженеры, агрономы. Это знаменует начало того очень счастливого времени, когда политика отойдет на второй план, когда о политике будут говорить реже и короче, а большую часть разговоров будут говорить инженеры и агрономы.Чтобы действительно продолжить дело экономического развития, этот обычай должен быть инициирован на Всероссийском съезде Советов и во всех Советах и ​​организациях, газетах, органах пропаганды и агитации, во всех учреждениях, сверху донизу.

Мы, несомненно, изучили политику; здесь мы стоим твердо, как скала. Но с экономикой дела обстоят плохо. Отныне меньше политики будет лучшей политикой. Выдвигайте на передний план больше инженеров и агрономов, учитесь у них, следите за их работой и превращайте наши конгрессы и конференции не в пропагандистские собрания, а в органы, которые будут проверять наши экономические достижения, органы, в которых мы действительно сможем изучить бизнес экономического развития.

Вы услышите отчет Государственной комиссии по электрификации, созданной в соответствии с постановлением ВЦИК от 7 февраля 1920 года. 21 февраля Президиум Высшего совета народного хозяйства подписал окончательное постановление, определяющее состав комиссии и количество ведущих специалистов и рабочих, в основном из Высшего совета народного хозяйства, более сотни из них, а также из Наркомата путей сообщения и Народного комиссариата сельского хозяйства, посвящают всю свою энергию этой работе.Перед нами результаты работы Государственной комиссии по электрификации России в виде этого небольшого тома, который будет роздан вам сегодня или завтра174. Надеюсь, вас не испугает этот небольшой сборник. Думаю, мне не составит труда убедить вас в особой важности этой книги. На мой взгляд, это вторая программа нашей партии. У нас есть программа партии, прекрасно разъясненная товарищами Преображенским и Бухариным в виде книги менее объемной, но чрезвычайно полезной.Это политическая программа; это перечисление наших целей, объяснение отношений между классами и массами. Однако необходимо также понимать, что пришло время действительно пойти по этому пути и измерить достигнутые практические результаты. Наша партийная программа не должна оставаться исключительно программой партии. Она должна стать программой нашего экономического развития, иначе она потеряет ценность даже как программа партии. Ее необходимо дополнить второй партийной программой, планом работы, направленным на восстановление всего нашего хозяйства и подведение его к уровню современного технического развития.Без плана электрификации мы не сможем провести настоящую конструктивную работу. Когда мы говорим о восстановлении сельского хозяйства, промышленности и транспорта, об их гармоничном взаимодействии, мы обязаны обсуждать широкий экономический план. Мы должны принять определенный план. Конечно, это будет план, принятый в первом приближении. Эта партийная программа не будет такой неизменной, как наша настоящая партийная программа, которая может быть видоизменена только партийными съездами. Нет, день ото дня эта программа будет совершенствоваться, дорабатываться, доводиться до совершенства и видоизменяться в каждом цехе и в каждой волости.Нам он нужен как первый проект, который будет представлен всей России как большой экономический план, рассчитанный на период не менее десяти лет и показывающий, как Россия должна быть помещена на реальную экономическую основу, необходимую для коммунизма. Что было одним из самых мощных стимулов, которые в огромной степени умножили нашу силу и нашу энергию, когда мы сражались и побеждали на фронте? Это было осознание опасности. Все спрашивали, возможно ли возвращение помещиков и капиталистов в Россию.И ответ был положительным. Поэтому мы стократно умножили наши усилия и одержали победу.

Возьмите экономический фронт и спросите, можно ли экономически восстановить капитализм в России. Мы боролись с Сухаревским черным рынком. На днях, незадолго до открытия Всероссийского съезда Советов, это не очень приятное учреждение было закрыто Московским Советом рабочих и депутатов Красной Армии. (Аплодисменты.) Черный рынок в Сухаревке закрыт, но не тот рынок настолько зловещий.Старый Сухаревский рынок на Сухаревской площади закрыли, и это не вызвало затруднений. Самое зловещее - это «Сухаревка», которая живет в сердце и поведении каждого мелкого собственника. Это «Сухаревка», которую надо закрыть. Эта «Сухаревка» - основа капитализма. Пока он существует, капиталисты могут вернуться в Россию и стать сильнее нас. Это необходимо четко осознавать. Он должен служить движущей силой нашей работы, а также условием и критерием нашего реального успеха.Пока мы живем в мелкокрестьянской стране, у капитализма в России более прочная экономическая основа, чем у коммунизма. Это нужно иметь в виду. Всякий, кто внимательно наблюдал за жизнью в деревне по сравнению с жизнью в городе, знает, что мы не вырвали корней капитализма и не подорвали основы, основы внутреннего врага. Последнее зависит от мелкого производства, и есть только один способ подорвать его, а именно: перевести экономику страны, в том числе сельское хозяйство, на новую техническую основу - современное крупное производство.Только электричество обеспечивает эту основу.

Коммунизм - это советская власть плюс электрификация всей страны. В противном случае страна останется мелкокрестьянской страной, и мы должны это четко осознавать. Мы слабее капитализма не только в мировом масштабе, но и внутри страны. Это общеизвестно. Мы это осознали и позаботимся о том, чтобы экономическая база превратилась из мелкокрестьянской в ​​крупно-промышленную. Только тогда, когда страна будет электрифицирована, а промышленность, сельское хозяйство и транспорт будут поставлены на техническую базу современной крупной промышленности, только тогда мы сможем полностью победить.

Мы уже составили предварительный план электрификации страны; над ней работали две сотни наших лучших ученых и технических специалистов. У нас есть план, который дает нам оценку материалов и финансов на длительный период лет, не менее десяти лет. На этом плане указано, сколько миллионов баррелей цемента и сколько миллионов кирпичей нам потребуется для электрификации. Для решения задачи электрификации с финансовой точки зрения оценивается от 1 000 до 1 200 миллионов золотых рублей.Вы знаете, что мы далеки от того, чтобы покрыть эту сумму из нашего золотого запаса. У нас не очень большой запас продуктов. Поэтому мы должны покрыть расходы, указанные в этих сметах, путем уступок в соответствии с упомянутым мною планом. Вы увидите расчет, показывающий, как на этой основе планируется восстановление нашей промышленности и нашего транспорта.

Недавно мне довелось побывать на крестьянском празднике в Волоколамском уезде, отдаленной части Московской губернии, где у крестьян есть электрическое освещение.На улице был устроен митинг, и один из крестьян выступил с речью, приветствуя это новое событие в жизни крестьян. «Мы, крестьяне, были непросвещенными, - сказал он, - и теперь среди нас появился свет,« неестественный свет, который осветит нашу крестьянскую тьму »». Лично меня эти слова не удивили. Конечно, для беспартийных крестьянских масс электрический свет - свет «неестественный»; но что мы считаем противоестественным, так это то, что крестьяне и рабочие должны были сотни и тысячи лет жить в такой отсталости, нищете и угнетении под игом помещиков и капиталистов.Вы не можете выйти из этой тьмы очень быстро. Сейчас мы должны попытаться превратить каждую строящуюся электростанцию ​​в цитадель просвещения, чтобы, так сказать, заставить массы осознать электричество. Все должны знать, почему эти малые электростанции, количество которых исчисляется десятками, связаны с восстановлением промышленности. У нас есть установленный план электрификации, но выполнение этого плана рассчитано на несколько лет.Мы должны выполнить этот план любой ценой, и срок его выполнения должен быть сокращен. Здесь у нас должно быть то же самое, что и в случае с одним из наших первых экономических планов, планом восстановления транспорта (приказ № 1042), который был рассчитан на пятилетний период, но теперь сокращен до трех лет. полтора года, потому что мы опережаем график. Для выполнения плана электрификации нам может потребоваться период в десять или двадцать лет, чтобы произвести изменения, которые не позволят вернуться к капитализму.Это будет беспрецедентным в мире примером быстрого социального развития. План должен быть выполнен любой ценой, а его срок приближен.

Это первый раз, когда мы приступили к экономической работе таким образом, что, помимо отдельных планов, которые возникли в отдельных отраслях промышленности, например, в транспортной системе, и были перенесены в другие отрасли промышленности, мы теперь у вас есть общий план, рассчитанный на несколько лет.Это тяжелая работа, направленная на победу коммунизма.

Однако следует понимать и помнить, что мы не можем проводить электрификацию с имеющимися у нас неграмотными. Наша комиссия будет стремиться искоренить неграмотность, но этого недостаточно. Он сделал много по сравнению с прошлым, но мало по сравнению с тем, что нужно было сделать. Помимо грамотности нам нужны культурные, просвещенные и образованные работники; большинство крестьян должно быть хорошо осведомлено о предстоящих задачах.Эта программа партии должна быть базовой книгой, которую нужно использовать в каждой школе. В нем вы найдете, помимо генерального плана электрификации, отдельные планы для каждого района России. Таким образом, у каждого товарища, уезжающего в провинцию, будет определенная схема электрификации своего района, схема перехода от тьмы и невежества к нормальной жизни. И вы, товарищи, можете и должны сравнивать представленные вам тезисы, уточнять и проверять их на месте; вы должны следить за тем, чтобы при вопросе «Что такое коммунизм?» задают вопрос в любой школе и в любом учебном кружке, ответ должен содержать не только то, что написано в программе партии, но и указывать, как мы можем выйти из состояния невежества.

Наши лучшие люди, наши экономические специалисты выполнили поставленную перед ними задачу по составлению плана электрификации России и восстановления ее экономики. Теперь мы должны позаботиться о том, чтобы рабочие и крестьяне осознали, насколько велика и трудна эта задача, как к ней нужно подходить и как решать ее.

Мы должны сделать так, чтобы каждая фабрика и каждая электростанция стала центром просвещения; если Россия будет покрыта густой сетью электростанций и мощных технических сооружений, наше коммунистическое экономическое развитие станет моделью для будущей социалистической Европы и Азии.(Бурные и продолжительные аплодисменты.)

Источник: В. И. Ленин, Собрание сочинений (М .: Издательство Прогресс, 1964), Т. XXXI, стр. 513-518.

Изменение названия на Коммунистическую партию - Семнадцать моментов в советской истории

Первоисточник: Протоколы с поездов и конференции всесоюзной коммунистической партии (б) Седьмой съезд (М .: Гос. Изд-во, 1928), с. 144-50.

Товарищи! Вопрос об изменении названия партии стоит перед нами с апреля 1917 года и вызвал широкие дискуссии ... которые привели к почти полному единодушию ... Центральный Комитет теперь предлагает изменить название ... на Коммунистическую партию России (большевиков). .Слово «большевик» необходимо… I. потому что он приобрел определенное политическое значение как в России, так и за рубежом ... Термин «социал-демократическая партия» научно неточен, и наша пресса уже обращала на это внимание.

Когда рабочие сформировали собственное правительство, они пришли к выводу, что в процессе революционного развития старая концепция демократии, буржуазная демократия, была оставлена ​​позади. Мы пришли к демократии, которой нигде в Западной Европе не существовало.Ближе всего к нему была Парижская Коммуна, которая, по мнению Энгельса, не была государством в собственном смысле этого слова. Поскольку толлинговые массы сами берут на себя обязательство управлять государством и организовывать военную силу для поддержки этого государства, до такой степени специальный правительственный аппарат ... и государственный аппарат принуждения исчезают. Поэтому мы не можем стоять за демократию в ее старой форме. С другой стороны, проводя социалистические реформы, мы должны четко сформулировать цель, к которой эти реформы направлены.Эта цель - создать коммунистическое общество, а не просто экспроприировать фабрики, магазины, землю и другие средства производства или ввести строгий учет и контроль над производством и распределением. Мы должны выйти за рамки этого и реализовать принцип: от каждого согласно его способностям и каждому согласно его потребностям. Поэтому название - Коммунистическая партия - единственное научно правильное название ... Важнейшей причиной изменения названия партии является то, что старые официальные социалистические партии в ведущих европейских странах еще не оторвались от духа партии. шовинизм и патриотизм, приведшие к полному краху европейского социализма ... Теперь почти все официальные социалистические партии стоят на пути рабочего революционного социалистического движения ... Наша партия, которая в настоящее время несомненно и в чрезвычайной мере имеет благо воля трудящихся масс всех стран… должна выступить с… ясным и прямым заявлением о том, что она порвала со старым официальным социализмом.Изменение названия партии будет лучшим средством достижения этой цели.

Самый сложный вопрос - это теоретическая часть нашей программы ... Имеются две точки зрения ... Одна, главный герой которой я, утверждает, что нет причин отказываться от старой теоретической части нашей программы ... Все, что необходимо состоит в том, чтобы добавить описание империализма как высшей ступени в развитии капитализма, а затем - описание эпохи социалистической революции, которая сейчас продолжается…

Вторая точка зрения ... точка зрения товарища Бухарина и товарища В.Смирнов ... утверждает, что необходимо удалить часть старой программы, которая касается эволюции индустриализма и капитализма ... и заменить более поздние стадии капитализма, а именно, империализм, подчеркивая в то же время надвигающийся переход к социальной революции.

Я не думаю, что эти две точки зрения настолько радикально расходятся, но я буду настаивать на своей собственной точке зрения…

Наша следующая задача - описать советский тип государства. Я считаю, что ... официальные социалисты Западной Европы полностью исказили марксистскую концепцию государства.Опыт Советской революции и образования Советов в России являются замечательным доказательством этого факта. Нет сомнений в том, что многое в наших Советах носит примитивный и незавершенный характер ... но с точки зрения исторического развития к социализму важно то, что мы имеем здесь совершенно новый тип государства ...

Мы сделали только начало в России, и наше начало может быть плохим ... Мы должны показать европейским рабочим конкретные доказательства того, за какую работу мы взяли ... Они увидят конкретный план достижения социализма и скажут себе : «Русские делают прекрасное дело, они делают это плохо, так что давайте сделаем это лучше.”…

I. Съезд постановляет, что впредь название Российской социал-демократической рабочей партии («Большевик») будет изменено на Российская коммунистическая партия с добавлением слова «большевик» в скобках.

2. Съезд постановляет изменить программу нашей партии, либо пересмотрев теоретическую часть, либо дополнив ее материалами, относящимися к эпохе империализма и новой эпохе международной социалистической революции.

3. Политические разделы нашей программы должны быть изменены таким образом, чтобы выделить особые характеристики нового типа государства, Республики Советов, которая олицетворяет диктатуру пролетариата и берет на себя работу международного сообщества. рабочая революция, начатая Парижской Коммуной.

4. В программе должно быть указано, что в случае… неудачи наша партия не откажется от временного использования буржуазного парламентаризма. В любом случае и при любых обстоятельствах партия будет работать на Советскую республику как высший тип демократического правительства и как наиболее подходящую форму диктатуры пролетариата, с помощью которой можно сломить иго эксплуататоров и сокрушить их оппозицию. .

5. Экономическая, аграрная, образовательная и другие части нашей программы должны быть перенесены в том же духе.Упор следует сделать… на уже начатые задачи…, на ближайшую проблему, стоящую перед Советским правительством, и на последствия уже предпринятых мер по экспроприации экспроприаторов.

6. Съезд уполномочивает комитет из семи человек (Ленин, Бухарин, Зиновьев, Троцкий, Сталин, Сокольников и В. Смирнов) незамедлительно приступить к разработке нашей новой программы в соответствии с вышеуказанными предложениями и принять ее в качестве партийная программа.

До последнего [Седьмого] съезда наша партия называлась Социал-демократической партией.Во всем мире это имя носили все партии рабочего класса. Война, однако, вызвала раскол в рядах социал-демократических партий, и теперь мы находим три отдельные группы: крайне правую, центристскую и крайне левую.

Правые социал-демократы - настоящие предатели рабочего класса. Они облизывают ... сапоги генералов, залитые кровью рабочих ... Таких господ много во Франции и Англии ...

Вторая группа - Центр.Он агитирует против существующих правительств, но не способен вести революционную борьбу. Он не может решиться вызвать рабочих на улицу. Он как огонь боится вооруженной борьбы, которая одна может решить вопрос.

Наконец, есть третья группа - крайние левые. Германию эту группу представляет Либкнехт и его друзья…

В России, где в ноябре революционная борьба ... поставила на карту установление социализма и ниспровержение власти буржуазии, борьба между социалистами-предателями и главными героями социализма должна была решиться силой оружия.Правые эсеры и меньшевики были по одну сторону баррикад со всей контрреволюционной свиньей; Большевики были по другую сторону от рабочих и солдат. Кровь создала пропасть между нами. Этого нет и никогда не забудут. Вот почему нам пришлось дать нашей партии другое название, чтобы отличать нас от этих предателей социализма ...

Источник: В. И. Ленин, Собрание сочинений (Нью-Йорк: International Publishers, 1934), Vol.XXVII, стр. 140-141.

Ленин и мировая революция | International Socialist Review

Обзор Vol. 2

ВТОРАЯ половина книги Хардинга «Политическая мысль Ленина» посвящена политической жизни Ленина с момента начала Первой мировой войны до его смерти в 1923 году. Хардинг утверждает, что начало империалистической войны в 1914 году стало поворотным моментом как в международном рабочем движении, так и в политическом мировоззрении Ленина.

Если в первом томе ленинский анализ русского капитализма установил основные контуры его политического подхода к революционному движению в России, то во втором томе - крах социалистического интернационала и поддержка социалистических партий Германии и Франции. поскольку военные цели их правительств побудили Ленина обратить внимание на вопрос об интернационализме и роли России как катализатора мировой революции.
Основная посылка рассказа Хардинга о Ленине, перенесенная из первого тома, объясняется во введении: «проследить взаимосвязь между теорией и практикой в ​​политической мысли Ленина.Он в значительной степени противоречит западному академическому взгляду на Ленина, основанному на материалах меньшевиков-эмигрантов, о том, что Ленин был «блестящим прагматичным политиком», для которого теории действовали просто как «рационализация уже предпринятых действий».

Напротив, утверждает Хардинг, Ленин «изменил свой политический курс только после того, как тщательная теоретическая работа убедила его в необходимости сделать это» - хотя Хардинг заходит слишком далеко в другом направлении, утверждая, что для Ленина «тем хуже для реальности », если это было« не в согласии с теорией.«Если верно, что действия Ленина имели сильное теоретическое обоснование, то также верно и то, что он всегда основывал свои идеи на эмпирической реальности и был готов изменить свои взгляды, когда изменения в России и мире доказали, что они неадекватны, - как утверждает собственное мнение Хардинга. проясняет.

До начала войны Ленин вместе с Розой Люксембург и Юрием Мартовым написал антивоенную резолюцию, принятую на трех съездах социалистического Интернационала подряд. В нем утверждалось, что социал-демократы должны сделать все, что в их силах, чтобы предотвратить войну и, в случае ее начала, использовать вызванный ею экономический и социальный кризис, чтобы ускорить падение капитализма.
Ленин остался верен этим заповедям, в то время как руководство Социал-демократической партии по всей Европе - нет.

Что так удивительно освежает в Хардинге, так это то, что он подробно цитирует Ленина, позволяя читателю хорошо понять, что на самом деле говорил этот человек; и когда он перефразирует Ленина, он стоит особняком от большинства других академиков в том, что он, в значительной степени, понимает Ленина правильно.

«Ленин ставил перед собой следующие задачи, - пишет Хардинг. «[D] определить характер мировой войны; оценить материальную основу крушения интернационализма в сторону «оппортунизма» и «социал-шовинизма», и, в-третьих, установить полюс революционного интернационализма вокруг призывов к формированию нового коммунистического интернационала, свободного от оппортунизма, и в стадии подготовки ожидаемых революционных потрясений, которые произвела бы война.

Если ленинский анализ русского капитализма был центральным элементом его довоенного анализа задач русских социалистов, то ленинский анализ империализма был краеугольным камнем его нового взгляда.

Как поясняет Хардинг, Ленин в этот период приступил к тщательному изучению международного капитализма и империализма, чтобы закрепить свою позицию.
Во-первых, он утверждал, что война была продуктом позднего капитализма, который, по словам Хардинга, «исчерпал свою прогрессивную роль в истории.Мировая война была столкновением между наиболее могущественными капиталистическими государствами, каждое из которых представляло интересы высококонцентрированных, монополистических промышленных и финансовых интересов, над которыми государство будет доминирующей мировой державой. Таким образом, в этой битве за разделение и передел земного шара рабочие каждой страны не могли поддержать ни одной стороны. Чтобы доказать свою точку зрения, Ленин утверждал, что революционеры в воюющих странах должны желать поражения своему правящему классу, и призывал рабочий класс «превратить мировую войну в войну гражданскую.

Война показала, насколько гниль оппортунизма заразила социал-демократию в предыдущую эпоху относительного «мирного» развития, - утверждал Ленин.

[T] он «всепроникающий постепенность» второй эпохи (вчерашней) создал… целое оппортунистическое течение, основанное на определенном социальном слое в рамках современной демократии и связанное с собственной буржуазией. национальная «тень» многочисленными связями экономических, социальных и политических интересов - тенденция, прямо, открыто, сознательно и систематически враждебная любой идее «разрыва постепенности».»

Необходимо было порвать с социал-демократическим реформизмом и сформировать зародыши новых революционных коммунистических партий. По мнению Ленина, это была неотложная задача по двум причинам. Во-первых, развитие современного капитализма на его империалистической стадии создало материальные условия, необходимые для перехода к социализму, не только за счет развития производительных сил, но и за счет обобществления средств производства, а во-вторых, ужасов и лишений мировой войны. приведет к революционным ситуациям, которыми революционеры должны быть готовы воспользоваться.

Ленин был готов начать с очень небольшими силами, потому что он справедливо полагал, что события будут развиваться так, как он предсказывал. Для Ленина, как никто другой революционер до или после, теория была непосредственным руководством к действию. Неизбежность и необходимость революции пронизывают его работы в этот период, вплоть до Октябрьской революции в России и за ее пределами. По его мнению, Россия, хотя и слишком отсталая, чтобы устанавливать социализм изолированно, могла бы, будучи слабым звеном в цепи мирового империализма, стать отправной точкой для социалистического пожара, который переместится в Европу и остальной мир.

Поскольку он так хорошо подготовил почву для представления теоретической основы взглядов Ленина, глава Хардинга «Искусство восстания» тем более удовлетворительно представляет тщательно продуманный стратегический и тактический подход Ленина к революции в России после свержения. царя в феврале 1917 года. Он утверждал, что буржуазия перейдет в оппозицию революционному течению, что мелкобуржуазные социалистические партии, меньшевики и эсеры займут их место и станут защитниками буржуазного правления, и [в книге Хардинга слова] «пролетариат, армия и большая часть крестьянства резко двинутся влево и будут искать партию, которая отражала бы их нетерпеливое стремление к решительным действиям, а не к бесконечным разговорам.Ленин основывал свою стратегию на этом абсолютно верном прогнозе.

Здесь важно развенчать в высшей степени ошибочную идею о том, что Ленин поддерживал революцию с помощью горстки заговорщиков. Для Ленина восстание было возможно только после того, как партия своими действиями и пропагандой заручилась поддержкой большинства рабочего класса, солдат и бедняков в Советах. Ленин проявил свой тактический гений в признании тонкого баланса, необходимого в этот бурный период восстания, - «проблемы воодушевления своих сторонников тем, что необходимы немедленные решительные действия для спасения России от хаоса, но в то же время сдерживание поспешных действий до тех пор, пока была завоевана поддержка большинства.

Основная проблема [пишет Хардинг] заключалась в том, что революционное сознание развивалось неравномерно. Слишком долгое промедление подорвало бы моральный дух его боевых сил и подвергло бы большевиков нападениям активистов, которые утверждали, что большевики, как и другие партии болтунов, были просто болтунами, неспособными к массовым действиям. Если действовать слишком рано, это также оттолкнет массу людей и оставит революционеров, даже если они временно добьются успеха, бессильными перед неизбежной реакцией.

«Возможно, самым загадочным и необъяснимым периодом жизни Ленина», - пишет Хардинг для тех, кто считает, что Ленин был прежде всего практическим политиком, - это то, что после большевистской революции «вместо того, чтобы посвятить свое время политическим уловкам, достигнув немедленного тактического преимущества своей партии в России, он сосредоточил свои усилия на почти академическом, исчерпывающем исследовании Маркса и Энгельса по вопросу о государстве с целью определения долгосрочных стратегических целей глобальной социалистической революции.

Если ленинское исследование империализма было его «теоретическим оправданием социалистической революции», то «Государство и революция» было «его попыткой установить критерий социалистической практики». Большинство писателей тогда и сейчас считали эту книгу с упором на разгром государственной машины и замену ее прямой демократической инициативой масс отходом от «ленинизма. «К чести Хардинга, он показывает, что это было сердцем и душой Ленина.

«Демократия снизу, - цитирует Ленина Хардинг, - демократия без чиновничества, без полиции, без постоянной армии; добровольный социалистический долг, гарантированный ополчением, сформированным из универсально вооруженного народа, - это гарантия свободы, которую не могут отнять ни цари, ни дерзкие генералы, ни капиталисты.

На начальных этапах правления большевиков Ленин постоянно подчеркивал, что социализм в России может быть консолидирован только на двух основаниях - инициативе самих русских масс и распространении революции. Насильственное окружение и изоляция революции побудили Ленина изменить свой подход к необходимости с целью продержаться до тех пор, пока России не поможет революция в Германии. Но немецкая революция потерпела поражение, а вместе с ней и бюрократическое перерождение российской революции.До последнего вздоха Ленин бросал вызов перерождению партии. Но из-за того, что рабочий класс распался как класс во время гражданской войны, а экономически отсталая Россия осталась без помощи из-за границы, он боролся вопреки невероятным возможностям.

Общая ценность книги лишь слегка омрачена несколькими упущениями, сомнительными небрежными замечаниями и сомнительными интерпретациями.
Например, Хардинг уделяет слишком мало времени ленинскому анализу национальных и колониальных вопросов и его поддержке права угнетенных наций на самоопределение.Это важный компонент ленинского анализа империализма, в частности потому, что он связывал борьбу рабочего класса в промышленно развитых странах с колониальными восстаниями в отсталых странах.

В одной из первых глав Хардинг утверждает, что утверждение Ленина о том, что социал-демократы были агентами буржуазии в рабочем движении, было прямым предшественником сталинской линии третьего периода конца 1920-х - начала 1930-х годов, приравнивавшей социал-демократию к фашизму - сравнение, которое не выдерживает критики.Бесспорно, что большинство европейских социал-демократических партий объединились со своими правящими классами в мировой войне. Это не означало, что Ленин, например, приравнял российских либералов к крайне правому крылу «черносотенцев», не говоря уже о том, чтобы сравнивать меньшевиков с ними! В начале 1920-х годов Ленин, Троцкий и Коммунистический Интернационал предложили объединенные фронты с социал-демократами в целях борьбы против работодателей и крайне правых - то, что исключал сталинизм третьего периода.

Самый разочаровывающий раздел - интерпретация Хардингом взглядов Ленина на государство. «Использование и огромное расширение власти существующего государства пролетариатом, кажется, включает в себя многое из того, что имели в виду Маркс и Энгельс, когда рекомендовали диктатуру пролетариата как государственную форму, подходящую для только что победившего рабочего класса», - сказал он. претензии. «Согласно программе, изложенной в Манифесте Коммунистической партии, пролетариат будет использовать силовые органы государства, чтобы подавить своих оппонентов ...»

Это верно только в том смысле, что тогда как в Манифесте еще не ясно, как рабочий класс возьмет власть, Парижская Коммуна научила их, что рабочий класс не может захватить существующее буржуазное государство, но должен заменить его новой, демократической формой правления рабочего класса.С этого момента их концепция рабочего государства никогда не отступала.

Энгельс решительно опровергает любую ассоциацию термина «диктатура пролетариата» с захватом и укреплением существующего государства в своем приписке 1891 года к Гражданской войне Маркса во Франции (которую цитирует сам Гардинг): «В последнее время социал-демократия обыватель снова исполнился благотворного ужаса при словах: «Диктатура пролетариата». Ну и хорошо, господа, вы хотите знать, как выглядит эта диктатура? Посмотрите на Парижскую Коммуну.Это была диктатура пролетариата ». Хардинг не может найти места, где Маркс назвал бы Парижскую Коммуну «диктатурой пролетариата» и так абсурдно утверждает, что Маркс и Энгельс разошлись в этом вопросе.

Однако в 1874 году, через три года после Коммуны, Маркс в ответ анархисту Бакунину написал следующее: «Возникает вопрос: если пролетариат станет правящим классом, то кем он будет править? Это означает, что все еще останется другой пролетариат, который будет подчиняться этому новому господству, этому новому государству.

Маркс ответил:

Это означает, что пока другие классы, особенно класс капиталистов, все еще существуют, пока пролетариат борется с ним (поскольку, когда он достигает государственной власти, его враги и старая организация общества еще не исчезли), он должен использовать насильственные средства, следовательно, правительственные средства. Сам по себе он по-прежнему является классом, и экономические условия, из которых проистекают классовая борьба и существование классов, еще не исчезли, и их необходимо насильственно убрать с дороги или трансформировать, причем этот процесс трансформации принудительно ускоряется.

Маркс не может использовать здесь термин «диктатура пролетариата», но смысл ясен.

Очень жаль, что Хардинг строит на этом шатком здании идею о том, что в книге «Государство и революция» Ленин повторяет ошибку Энгельса и не может решить, какую версию революции он поддерживает. «Ленин так и не решил проблему, завещанную ему Энгельсом», - утверждает Хардинг.

Его попытка решения следовала линиям, подразумеваемым идентификацией Энгельса, то есть он охарактеризовал диктатуру пролетариата, по крайней мере на данный момент, в терминах коммуны.Однако всегда существовала альтернативная модель, которая подчеркивала централизацию против инициативы снизу, подчеркивала необходимость переходного периода в отличие от немедленного повторного присвоения обществом полномочий, присвоенных государством, и отдельных органов вооруженных сил. мужчин под руководством партии в отличие от самодеятельности вооруженных людей.

Умственные способности Хардинга временно нарушаются в этом разделе. Хотя он думает, что он ловко вскрыл большую теоретическую слабость теории Ленина (и Маркса), на самом деле он выражает собственное замешательство по поводу противоречивого характера социальной революции: чтобы отменить классовые различия и классовое господство, необходимо использовать методы принуждения (революция), и если рабочий класс хочет обеспечить свой успех, он должен быть готов использовать принудительные, государственные методы, чтобы обеспечить поражение также контрреволюции после того, как она добьется политической власти.

Соотношение между методами принуждения сверху и инициативой снизу определяется конкретными особенностями, в которых происходит революция. Трагедия в России заключалась не в заблуждении Ленина относительно государственного принуждения и самодеятельности, а в том, как отсталость и изоляция Советской России не позволили разрешить это противоречие в том направлении, на которое надеялись революционеры.

Эти недостатки, однако, не должны удерживать читателей, заинтересованных в развитии своего понимания политической мысли Ленина, от чтения прекрасной книги Хардинга.

Ленинская демократия и сталинская | Foreign Affairs

Невозможно понять суть советской системы, не имея в виду постоянно ленинскую психологию. В 1905 году Ленин мечтал и планировал революцию, осуществленную группой меньшинства «современных социал-демократических якобинцев» или «профессиональных революционеров», но осуществленную как демократическую революцию года - демократическую республику, ориентированную с социалистической точки зрения в интересы рабочего класса.Он придерживался классической марксистской концепции Zusammenbruch , или крушения капиталистического строя в результате международного движения рабочего класса. Такое движение было бы, согласно «Манифесту Коммунистической партии» Маркса и Энгельса 1848 года, «движением огромного большинства». Марксизм стремился ассимилировать принципы демократии с диктатурой. Социализм или коммунизм рассматривались как шаг, который развился из буржуазной демократии - воплощение демократии, которая придет вопреки буржуазии.Однако, прибыв в Россию в 1917 году, Ленин планировал социалистическую революцию, если возможно, в рамках демократии, а если необходимо, вопреки демократическим принципам. Его концепция, которая возникла во время мировой войны, гласила, что социалистическое преобразование общества не должно ждать, пока демократия перерастет в социализм. При такой концепции диктатура пролетариата превратилась в категорическое отрицание буржуазно-демократических принципов.

Ленин прибыл в Петроград через месяц после победы мартовской революции над царизмом.На следующий день, 4 (17) апреля, он явился в Рабоче-солдатский Совет с докладом «О задаче пролетариата в нынешней революции». Его содержание было сведено в десять «тезисов». Пятый из них гласил: «Не парламентская республика - возвращение к ней Совета рабочих депутатов было бы шагом назад, - а республика Советов рабочих, сельскохозяйственных рабочих и крестьянских депутатов на всей территории страны. земля, сверху вниз ". [i] Доклад и эти тезисы стали большой неожиданностью даже для ближайших партизан и друзей Ленина.Многие из них буквально задохнулись. Один публично воскликнул: «Мы ожидали встретить ученика Маркса; вместо этого мы услышали ученика Бакунина ...». Политическая изобретательность - или даже гений Ленина - очевидна из того факта, что, хотя он был почти полностью изолирован даже в своей собственной группе, его нисколько не обескураживало такое восприятие его мнений; и действительно, несколько месяцев спустя, после тяжелых ежедневных боев, он отвоевал своих бывших сторонников и во главе их сверг Временное правительство.

Ленин никогда не забывал напоминать своим коллегам, что Россия была отсталой, аграрной, крестьянской страной, разбитой злополучной войной. Но именно по этой причине он выступал за начало социалистической революции здесь: более развитые страны позже помогут ее завершить. Основная идея Ленина, можно даже сказать его навязчивая идея, заключалась в том, что социализм есть отрицание буржуазного капиталистического строя; он не считал это самоцелью. Он часто повторял известную фразу Наполеона: « On s'engage et après on voit. «Этой основной идее Ленин и его сторонники подчинили все человеческие и общественные ценности - человеческую жизнь, а также принципы демократии.

С исторической точки зрения, Советы («совет» просто означает «совет»), которые возникли в 1905 году частично спонтанно и частично «методически», то есть планировались как масса, организованная для политической борьбы, в 1918 году стали машиной для управляющий. Парадокс состоит в том, что эта советская система на самом деле была вызвана самой слабостью русской революции и ее потребностью в чрезвычайно быстром методе массовой организации, и что после такого происхождения система описывалась как обладающая своего рода мистической добродетелью. сам; он стал «высшей» формой демократии.Короче, теперь утверждалось, что история движется от демократии к советизму, а не наоборот. С тех пор, как большевики пришли к власти, Советы стали не только инструментом regni , но и символом для тех, кто мечтал о социальной революции и социализме.

На III Всероссийском съезде Советов, созванном в дни насильственного роспуска Учредительного собрания, Ленин публично заявил: «Пока революция не выходила за рамки буржуазного режима, мы были за демократию.Но как только мы увидели в революционном потоке первые проблески социализма, мы твердо и решительно встали на сторону диктатуры пролетариата ». [ii] « Беспощадная война »с« жалкой буржуазно-парламентской республикой ». был провозглашен с платформы Учредительного собрания Бухариным, официальным спикером правящей партии и любимым сторонником Ленина. Он оспаривал «буржуазную идею» о существовании «народной воли» или «общей воли» буржуазии и пролетариата: воли народа. По его словам, все население в конечном итоге есть не что иное, как воля правящих классов.

Политическая литература того времени изобилует ругательствами против демократии: это «буржуазная ложь», «глубоко реакционная идея», это означает «разорение», «саботаж», это «призыв к погромам», [iii ] и так далее. Сам Ленин свободно использовал такую ​​брань. «Демократия - это форма буржуазного государства, - сказал он, - за которую встают все предатели подлинного социализма». [iv] И он писал: «Чем выше развита демократия, тем более неизбежны погромы или гражданская война в связи с любым глубоким политическим расхождением, опасным для буржуазии. [v] Ленин отождествлял советскую систему с диктатурой пролетариата, которую он неоднократно определял как «правило, завоеванное и поддерживаемое с помощью насилия и не ограниченное никакими законами». [vi] По Ленину, господство буржуазии с ее «демократической республикой, Учредительным собранием, всенародными выборами и т. д.» было крайней противоположностью этой диктатуры пролетариата. Когда после Первой мировой войны в Германии и Австрии возникли демократические республики и учредительные собрания, Ленин относился к их в этом духе.Это был его последний вывод о демократии, и он не изменил его.

II

Хотя Ленин и его сторонники высмеивали мелкобуржуазную тенденцию превращать Советы в «парламентариев», они не могли отрицать, что даже пролетарскому режиму нужен представительный орган. Следовательно, их конституция должна была предусматривать такой орган.

Ленин описывал «социалистический характер» Советов как «прежде всего в том, что электорат состоит из трудящихся и эксплуатируемых классов, а буржуазия исключена.Во-вторых, в том, что все бюрократические формальности и ограничения выборов устранены - что массы сами определяют порядок и время выборов с полной свободой отзыва избранных должностных лиц. В-третьих, самые лучшие массовые организации формируются из авангарда трудящихся - промышленного пролетариата, что позволяет им активно участвовать в политической жизни, обучать их политически на собственном опыте ». [vii]

Это была задача в том виде, в каком она появилась до разработки конституции.Политический энтузиазм создателей Советского государства был сосредоточен на «беспощадном подавлении всех эксплуататоров» и обеспечении власти «полностью и исключительно» трудящихся масс под руководством большевиков (статьи 3, 7 и другие Конституции). Буржуазия должна была быть исключена из работы по строительству государства, отсюда отрицание всеобщего избирательного права. В то же время необходимо было обеспечить руководство трудящимися массами через их классовый «авангард», городской пролетариат, а также через политический авангард и рупор последнего - партию большевиков.Отсюда отказ в равном голосовании и предоставлении привилегий городскому населению.

Утверждалось, что один голос равен другому только арифметически или формально, но не политически и социально. Представительство в Советах, предусмотренное статьей 25 конституции 1918 года, было из расчета: один депутат на каждые 25000 выборщиков в городах и на каждые 125000 жителей в стране - схема, которая благоприятствовала городским рабочим. над крестьянством примерно в пять-три раза.Но голос рабочего в маленьком городе или поселке не равнялся голосу рабочего в большом городе. Городские Советы, совхозы ( совхозов, ), МТС, заводы и фабрики, расположенные за пределами городских поселений, были представлены на областных съездах Советов из расчета один депутат на каждые 60 выборщиков. , тогда как в сельсоветах на каждые 330 жителей приходился один депутат.

Городское население было одобрено на съездах еще в двух отношениях.Во-первых, конституция объединенных республик предусматривала прямое представительство городов и рабочих поселков на высших съездах Советов. Во-вторых, городские избиратели имели двойное представительство через свои профессиональные союзы и политические организации. Это было естественно и логично, поскольку голосование рассматривалось не как функция человека или гражданства, а как социальная функция, которая должна использоваться в интересах социализма. С этой точки зрения не было необходимости ни в прямом представительстве, ни в тайном голосовании; и действительно, только самые низкие местные Советы, городские и сельские, избирались напрямую; все остальные избирались косвенно.Советская Конституция 1918 и 1924 годов не предусматривала процедуры голосования. Формально это могло быть как открытым, так и секретным. «Однако, как правило, - свидетельствует Андрей Вышинский, - выборы в Советский Союз проводились открытым голосованием». В таком же смысле составлена ​​инструкция по выборам в Советы. [viii]

«Лейтмотив всей советской системы, - пишет профессор Г.С. Гурвич, историк и один из создателей конституции 1918 года, - следует искать в принципе, согласно которому« трудоспособное население организовано не в соответствии с искусственно созданным территориальным делением ». но в производственных единицах, таких как фабрики, заводы, предприятия, шахты, поселения." [ix] Другими словами, советская система заменяет" коллективный орган в виде производственных ядер, государственных учреждений, предприятий и профессиональных союзов "отдельных лиц как избирательных единиц. [x] Избирательная система Советы не ограничивались представлением «производственных единиц» в буквальном смысле. Воинские части, пожарные команды, тайная полиция и т. д. также избирали своих собственных представителей как организованные образования, которые действуют на благо общества.Теоретическая особенность Советов - la grande idée du règne , так сказать, - заключалась в подмене индивидуального и «либерально-буржуазного» представительства коллективным.

Технические причины оправдания советской системы были гораздо элементарнее. По словам Ленина, отличительная черта Советов и источник их превосходства над буржуазным парламентом состоит в том, что «Советы являются непосредственной организацией самих трудящихся и эксплуатируемых масс, что помогает им организовывать и управлять ими. заявляют о себе всячески.. . . Советская организация автоматически помогает объединить всех трудящихся и эксплуатируемых вокруг своего авангарда, пролетариата. «Последнему, сосредоточенному и организованному крупными предприятиями,« намного легче »подготовить список и контролировать выборы. Непрямые выборы в неместные Советы упростили проведение съездов Советов; они сделали весь аппарат менее дорогостоящим, более гибким, более доступным для рабочих и крестьян в то время, когда жизнь кипела и местного депутата, возможно, нужно было быстро отозвать, Ленин объяснил. [xi]

Подводя итог, можно сказать, что на протяжении нескольких лет, с 1918 по 1937 год, советская система защищалась теоретически и применялась на практике как прямая противоположность демократии и как отрицание демократии. В то время как демократия зародилась и развивалась на основе признания индивидуальных прав людей и граждан, советская система героической фазы правления большевиков, напротив, хранила молчание об этих правах и делала упор на коллективное право трудящихся и эксплуатируемых людей. .На протяжении столетия демократия боролась - с переменным успехом в разных странах - за признание и последовательную реализацию всеобщего избирательного права; Советская система отвергла универсальное избирательное право, а также равное право голоса с прямым и тайным голосованием и приняла ограниченное избирательное право с неравным, непрямым и открытым голосованием. В демократических государствах представительство основывалось на выборах из округов, не имевших ярко выраженных политических характеристик; Советы в течение двадцати лет гордились тем, что представляют не отдельные лица или граждане, а группы и институты, которые правящая партия признала совместными и полезными органами.Таким образом, все население было разделено на округа, которые были более или менее привилегированными, и те, которые не имели никаких привилегий. Демократия неизменно разделяла три ветви власти, боролась против концентрации законодательной и административной ветвей в руках одного органа и настаивала на независимости судебной власти. Советская система, наоборот, отрицала принцип разделения властей и принцип сдержек и противовесов. Один из ленинских «тезисов», провозглашенных на VII съезде партии в марте 1918 г. и решительно повторенный его учениками, провозгласил «отмену парламентаризма, характеризуемого разделением законодательной и административной ветвей и слиянием администрации с законодательством»."Советская система, представляющая собой пирамидальную структуру, признавала право избранных контролировать и контролировать избирателей, несмотря на формальное право избирателей отзывать своих депутатов; и она также предусматривала контроль и надзор за законодательной властью. ветвь исполнительной власти.

Ленин презирал демократию и откровенно считал диктатуру высшей формой правления. Он обнаружил в своей диктатуре все преимущества, которыми обладает демократия в глазах ее приверженцев, помимо множества других достоинств.Однако, нападая на своих противников, Ленин иногда пытался использовать их язык и терминологию. Даже в такие времена «демократия», о которой он любезно говорил, была не формой правления, защищающей права и свободы человека, а той, которая лучше защищала экономические интересы непривилегированных классов. Этим объясняются утверждения Ленина, а также других советских официальных лиц о том, что советская система была «в миллион раз более демократична, чем любая буржуазная демократия; Советское правительство в миллион раз более демократично, чем самая демократическая буржуазная демократия. республика." [xii] Такие ссылки, конечно, не указывают на то, что советская система в течение ее первых 25 лет не была, по сути и официально, противоположностью демократии и парламентаризма.

III

Официальная доктрина оставалась неизменной в течение двадцати лет. После временного сдвига во внешней политике Советов подход к методу советского представительства и, следовательно, к советской конституции был изменен. 18 сентября 1934 года СССР вступил в Лигу Наций; и 1 февраля 1935 года Пленум ЦК Коммунистической партии принял решение о пересмотре конституции в более демократичном направлении.Молотову было поручено представить это предложение VII съезду СССР, который, соответственно, предпринял шаги по внесению поправок в конституцию «в направлении дальнейшей демократизации избирательной системы, заменив не совсем равное избирательное право, непрямые выборы прямыми выборами и». открытое голосование тайным голосованием ". [xiii]

С этой целью съезд назначил Особую комиссию под председательством самого Сталина. Комитет был разделен на 12 подкомитетов, каждый из которых должен был изучить и подготовить рекомендации по различным связанным проблемам, таким как «общие вопросы», «юридический подход», «франшиза» и т. Д.Сталин был активен в двух подкомитетах - по «общим вопросам» и в «редакционной подкомиссии», но, конечно, его слово было решающим во всем окончательном проекте новой конституции. Если использовать свидетельство Вышинского: «Вся конституция, как и каждое слово в ней, запечатаны гением Сталина, вдохновителя и создателя новой конституции».

Проект был обнародован 12 июня 1936 года, и «неформальное обсуждение» по всей стране привело к более чем 43 000 предложений по предлагаемым изменениям в проекте. [xiv] Тем не менее, в первоначальном виде он был представлен на VIII внеочередном съезде с докладом Сталина. Не могло быть никаких аргументов. Версия Сталина навязалась. Съезд «единогласно» одобрил текст в представленном виде с очень небольшими изменениями, рекомендованными Сталиным. Новая конституция была названа «сталинской» и должна была вступить в силу 1 января 1937 года. Как и в предыдущие два десятилетия, комментарий и толкование Лениным советской конституции были обязательными для каждого лояльного коммуниста в России и за рубежом, так с 1936 года. и на сегодняшний день толкование Сталиным смысла и целей «его» конституции стало обязательным для каждого коммунистически настроенного человека во всем мире.Это делает изучение взглядов и высказываний Сталина по новой конституции заслуживающим особого внимания. Почему Коммунистическая партия так резко изменила свое отношение к всеобщему избирательному праву?

Как сообщал Сталин и впоследствии неоднократно воспроизводился во всех советских и просоветских писаниях, основная причина этого изменения заключалась в «полной победе социалистической системы во всех сферах народного хозяйства». В соответствии с экономическими изменениями изменилась и классовая структура российского общества.Были ликвидированы бывшие эксплуататорские классы: ликвидированы помещики, купцы, кулаки, спекулянты, ростовщики и другие вредные элементы. Это не значит, что СССР стал бесклассовым обществом. Нисколько. «Остается рабочий класс. Остается крестьянский класс. Остается интеллигенция». Но насколько эти классы отличаются от исключенных! Рабочий класс, крестьянство после «всесторонней коллективизации» в начале 30-х годов, а также интеллигенция - это совершенно новые классы, «освобожденные от эксплуатации» и объединившиеся вместе, а не разделенные межклассовой борьбой, как в прежние дни. [xv] Если экономические противоречия уменьшаются и даже уничтожаются, а дистанции между классами сокращаются и даже исчезают, нет причин для политических привилегий и дискриминации. Новая конституция должна отражать факт достижения социализма. Отсюда следует, что одной из отличительных черт новой конституции должна быть «ее последовательная и всеобъемлющая демократия» без оговорок и ограничений - «все граждане имеют равные права».. . «положение каждого гражданина в обществе определяется не имущественным положением, не национальностью, не полом, не служебным положением, а личными способностями и личным трудом».

Декларация прав трудящихся и эксплуатируемых людей исчезла в одночасье и была заменена в новой конституции специальной главой «Основные права и обязанности граждан». Представительство отдельных лиц от избирательных округов заняло место исходной советской системы представительства коллективных групп в конституции U.С.С.Р. и в конституциях каждой из 16 советских республик, которые с 1940 года образовали Советский Союз. Члены Советов Союза должны были избираться отдельными лицами на избирательных участках, созданных из расчета один депутат на каждые 300 000 населения. Члены Второй палаты, называемой Советом Национальностей, должны были быть избраны в различных союзных республиках (по 25 депутатов от каждой республики), автономных республиках (по 11 депутатов в каждой), автономных областях (по пять депутатов) и национальных округах (по одному). депутат каждый).В отличие от обычной практики «буржуазных» выборов, избиратели в СССР должны были избирать депутатов в Совет Союза (первая или нижняя палата) и Совет Национальностей одновременно.

Толкователи и глоссарии новой конституции предприняли специальные исследования, чтобы найти в трудах Ленина оправдание столь радикального изменения линии партии. В этом они преуспели. Оказывается, сам Ленин признавал, что «лишение буржуазии избирательных прав не является абсолютно и обязательно признаком диктатуры пролетариата»; поэтому он отказался «заранее гарантировать, что надвигающиеся пролетарские революции в Европе все или большинство из них обязательно будут сопровождаться ограничениями избирательного права для буржуазии.Может быть так. . . наверное так и будет; но . . . не входит в качестве существенного условия в историческое и классовое понятие «диктатура» ». [xvi]

Эта возможность, предвиденная Лениным, все еще не охватывает изменения отношения не только к универсальному избирательному праву, но и к равному, прямому и открытому голосованию. Более того, он не мог оправдать превращение всеобщего избирательного права из инструмента буржуазной эксплуатации в полезный инструмент социалистического общества.На протяжении столетия чартисты, синдикалисты и анархисты всех стран, а также русские коммунисты всех мастей были более чем скептически настроены в отношении всеобщего избирательного права. И вдруг в середине 1930-х годов в России этот традиционный подход сломался. Всеобщее избирательное право было реабилитировано и победило вековые предрассудки. Однако этот триумф и признание были условными; всеобщее избирательное право принималось не само по себе, а как сопутствующий результат установившегося социализма.

. Уничтожение эксплуататоров и антагонистических классов, по-видимому, не устранило необходимость диктатуры для руководства обществом. Новая советская конституция, описываемая как единственная полностью демократическая конституция в мире, «действительно сохраняет режим диктатуры рабочего класса, так же как она также сохраняет неизменным нынешнее лидирующее положение Коммунистической партии СССР ... Мы. Большевики считают это заслугой проекта Конституции », - сказал Сталин. [xvii]

Диктатура, идеологически и формально приписываемая рабочему классу (статья 2 конституции), сочеталась с признанием всеобщего избирательного права на основе прав личности; на практике, однако, соблюдение последнего было подчинено потребностям диктатуры. Одновременно в тексте сталинской конституции впервые в советской истории формально была подтверждена политическая монополия правящей Коммунистической партии.Знаменитая статья 126 гласит, что «наиболее активные и сознательные граждане в рядах рабочего класса и других слоев трудящихся объединяются в Коммунистическую партию Советского Союза (большевиков), которая является авангардом трудящихся в России. их борьба за укрепление и развитие социалистической системы, которая представляет собой ведущее ядро ​​всех организаций трудящихся, как общественных, так и государственных ». Другая статья, 141, оставляет за собой право выдвигать кандидатов в Советы только «партийным организациям коммунистов, профсоюзам, кооперативам, молодежным организациям и культурным обществам."

Отстаивая легализацию однопартийного режима, Сталин рассуждает следующим марксистским образом: «Партия является частью класса, его наиболее развитой частью. Несколько партий, и, следовательно, свобода партий может существовать только в обществе. в котором есть антагонистические классы, интересы которых взаимно враждебны и несовместимы ... Но в СССР таких классов больше нет ... В СССР есть только два класса - рабочие и крестьяне, чьи интересы совпадают. наоборот, дружелюбный.Следовательно, в СССР нет оснований для существования нескольких партий и, следовательно, для свободы этих партий ».

IV

. Даже если такое рассуждение принять как неопровержимое, оно все же не объясняет, почему в СССР нет оснований для существования по крайней мере двух партий, соответствующих существующим двум «дружественным», но тем не менее не тождественным классам рабочих и крестьян. Во всяком случае, мы можем сделать вывод, даже если диктатура и однопартийный режим не нарушают принципов демократии - как настаивают Сталин и другие - советская демократия является своеобразной, действительно уникальной.Если позиция Коммунистической партии, которая известна своей железной дисциплиной, партийными чистками, исключениями и т. Д., Останется неизменной в соответствии с новой конституцией, то только эта партия продолжит пользоваться правом предвыборных собраний, и только она продолжает иметь доступ к печатному станку, радио и другим средствам защиты своей политики. Избиратели-некоммунисты, а также депутаты-некоммунисты могут действовать и даже существовать в такой ситуации только постольку, поскольку их терпит правящая партия.В этих условиях выборы однопартийных кандидатов перестают быть выражением выбора, а всеобщее избирательное право теряет свою ценность и значение.

В связи с выборами во Второй Верховный Совет в феврале 1946 года газета Правда сообщила, что отличительной чертой советской демократии является то, что советская конституция «не только провозглашает всеобщее избирательное право, но и фактически гарантирует его реализацию каждым. гражданин СССР » То, что советская демократия есть «истинная демократия», следует искать в том факте, что «демократические права реализуются в интересах всего народа, а не только для какой-то привилегированной части»." [xviii]

Когда поклонники однопартийной системы в СССР или где-либо еще хотят защитить ее от «какого-нибудь пылкого политического демократа», они также утверждают, что такая система необходима для воспитания »массы неграмотных и угнетенных народов различных рас. и религии, среди них первобытные племена " т.е. , система существует для этих народов, рас, религий, племен. Можно отметить, что царское правительство, а также правительства турецкого султана также объясняли свои автократические режимы необходимостью управления необразованными народами.

Иногда говорят, что Советы олицетворяют «многоаспектную демократию» или даже, если быть более точным, шестикратную демократию - демократию расы, экономики, образования, религии, пола и возраста. Те, кто объясняет советскую демократию такими терминами, не отрицают отсутствия политической демократии и гражданских свобод в СССР, а просто игнорируют их. Монтескье заявил - естественно, не имея в виду советскую систему: Lorsque la souveraine Puissance est entre les mains d'un partie du Peuple , cela s'appele un aistocratie. Есть много определений демократии. Классическое определение, конечно, - «народное правительство». Хотя Советское правительство может быть «от» и «для» народа, его однопартийное правление вряд ли можно описать как «правительство» народа, по крайней мере, без насилия над здравым смыслом слов. В конечном итоге, пожалуй, фундаментальная особенность демократии состоит в убеждении, что за относительно короткий промежуток времени люди в целом мудрее своих временных и случайных лидеров.«Лидеры проходят, а люди остаются». И наоборот, как следствие любого вида недемократического режима, является вера в большую мудрость и способности лидеров - Führers, Duces , «профессиональных революционеров», предназначенных руководить народами, как это делали религиозные пастыри в мимо.

[i] Ленин Николай, «Собрание сочинений». Нью-Йорк: International Publishers, 1929, т. XX, стр. 108.

Николай Ленин, "Сочинения", 2-е издание, т. XXII. Москва: Госиздат, 1929, с.219.

[iii] Ср. Правда , 17 февраля 1918 г.

[iv] «Сочинения», op. соч. , стр. 219.

[v] Ленин Николай, «Собрание сочинений». Нью-Йорк: International Publishers, 1945, т. XXIII, стр. 362.

[vi] «Сочинения», 3-е издание. Москва: Госиздат, т. XXIV, с. 466.

[vii] Николай Ленин, «Советы за работой», 5-е издание. Нью-Йорк: Rand School, 1919, стр.39.

[viii] Андрей Вышинский, Советское Государственное Право. Москва: АН, 1938, с. 624.

[ix] «Основы Советской Конституции», 5-е изд. Москва, 1926, с. 114.

[x] Гурвич Г.С. История Советской Конституции. М .: Социалистическая академия, 1923, с. 60.

[xi] «Собрание сочинений», op. соч. , т. XXIII, стр. 364-365.

[xii] "Собрание сочинений", op.соч. , т. XXIII, стр. 365.

[xiii] Ср. Иосиф Сталин, «Ленинизм». Нью-Йорк: International Publishers, 1942, стр. 379.

[xiv] Ср. Сидней и Беатрис Уэбб, «Правда о Советской России». Нью-Йорк: Longmans, Green, 1942, стр. 33. Беатрис Уэбб, в последние годы жизни горячая поклонница советского коммунизма, называет количество предложенных поправок 134 000.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *