Философия эпохи эллинизма эпикурейцы стоики киники эпикурейцы: 3.4. Философия эпохи эллинизма (эпикуреизм, скептицизму кинизм и стоицизм)

Содержание

3.4. Философия эпохи эллинизма (эпикуреизм, скептицизму кинизм и стоицизм)

С начала III в. до н. э. в античной философии параллельно существуют несколько школ: последователи Платона (академики) и последователи Аристотеля (перипатетики), а так же эпикурейцы, скептики, киники, стоики, киренаики и др.

Основоположник школы эпикуреизма Эпикур (341–270 гг. до н. э.) был, отчасти, эклектиком, но все звенья его учения были логически соединены в единую концептуальную цепь. В своей философии Эпикур объединяет учение милетцев о сущностях, гераклитово представление о вечном меняющемся мире, идеи пифагорейцев о политической мере (критерии) бытия, сенсуализм Аристотеля и атомизм Демокрита. Основной задачей философии Эпикур считал создание учения о правилах поведения, приводящих человека к счастью. Критерий счастья – мера удовольствия. Удовольствия подразделяются на три вида: природные и необходимые для жизни; природные, но для жизни не необходимые; не необходимые для жизни и не природные.

Следует стремиться к первым, избегая остальных. Путь к счастью лежит через занятия философией. Эпикур призывает не откладывать эти занятия в юности и не уставать от них в старости: ведь «никто не может быть недозрелым или перезрелым для здоровья души»[11]. Конечной целью жизни мудрец считал устранение страдания и внутреннего беспокойства – атарксию. Она достигается избавлением от страха перед смертью, предполагает ограничение в потребностях, умеренность в наслаждениях, самоустранение от общественной жизни и государственных дел.

Натурфилософские взгляды Эпикура неотделимы от его этики. Человек свободен в рамках предложенных ему обстоятельств подобно тому, как свободны неделимые частицы, из которых состоят все вещи. Не обладая большой тяжестью, каждый при этом движется по своему собственному криволинейному пути. Идея о самодвижении атомов в природе, из которой вытекает идея свободы выбора человека, представляет собой неординарное дополнение атомистики Демокрита.

Школа скептиков, основанная Пирроном (365–275 гг. до н. э.), главным принципом объявляет принцип воздержания от суждения, от безоговорочного предпочтения одного из двух равносильных или противоречащих друг другу суждений. Желающий достигнуть счастья должен ответить на три вопроса: «Из чего состоят вещи?», «Как мы должны к ним относится?», «Какую пользу мы получим из этого отношения?». Ответить на первый вопрос возможным не представляется, поскольку всякому утверждению может быть всегда противопоставлено противоположное. Из дилеммы вытекает ответ на второй вопрос: следует воздерживаться от однозначных оценок и суждений. Этот вывод, в свою очередь, определяет ответ на третий вопрос: пользой от воздержанности в суждениях будет безмятежное состояние души. Пиррон считал, что окружающие человека вещи совершенно не познаваемы; он отрицал объективное существование добра и зла, не верил в возможность рационального обоснования моральных норм. В вопросах этики школа скептицизма акцентирует вопрос достижения «атараксии» – состояния невозмутимости.

Одна из наиболее известных в античном мире эпохи эллинизма философских школ – киники. Киническая философия в лице своего основателя Антисфена (ок. 450–360 гг. до н. э.) провозгласила тезис о необходимости полной автономии человека (он не должен ни от кого и ни от чего зависеть). Среди киников наиболее известен Диоген из Синопа (ум. ок. 330–320 гг. до н. э.). Завернувшись в лохмотья и переселившись в бочку, Диоген провозгласил себя «гражданином мира»: философ полагал, что человек должен жить в обществе, следуя только своим законам, т. е. не имея общины, дома, отечества. Нравственная позиция кинизма: «без общины, без дома, без отечества» – это, по сути, сознательный выбор асоциального статуса. Именно к кинизму восходит идея «гражданина мира» – парадигма космополитизма. Для кинизма характерен антигедонизм (гедонизм – учение, которое во главу угла ставит удовольствие) и отказ от социальной укорененности. Это объясняет идеал предельного бытового аскетизма киников вплоть до бездомного нищенства, поэтому часто термин киники истолковывают от греческого kinikos – собачий, как собачью жизнь или собачью философию.

Латиняне же называли киников циниками.

Школа стоиков, тесно связанная своими идеями с философией киников, была основана Зеноном из Китиона (336–264 гг. до н. э.), которого иногда путают с Зеноном Элейским, автором уже приведенных выше апорий. При создании своей философской системы Зенон использовал идеи Гераклита, Аристотеля, этические взгляды кинической философии. Стоики призывали придерживаться естественной жизни. Душа человеческая у них меняется подобно огню, подчиняется закону космоса. Стоики предполагали, что существует внутренний принцип развития вселенной (разумный мировой Логос), который определяет судьбы природы и человека. В связи с этим человеку необходимо следовать судьбе, чтобы стать независимым от внешних обстоятельств. Живя в соответствии с законами общества, человек достигает внутреннего равновесия (апатии), а путь ее достижения – следование судьбе и долгу. В целом, в отличие от эпикурейской, этика стоиков является этикой долга. Идеи эпикуреизма, скептицизма, стоицизма впоследствии стали неотъемлемой частью западного менталитета.

Религиозно-мистический характер эллинистической философии проявился в учениях неоплатоников и неопифагорейцев. Неоплатонизм сформировался в Римской империи в середине III в. н. э. как противоположность христианству, но впоследствии христианство немало восприняло от философии неоплатонизма. Неоплатонизм представляет собой синтез идей Платона с добавлением логики и толкований Аристотеля, пифагореизма и орфизма, идей халдейских оракулов и египетской религии. Наиболее известными представителями неоплатонизма были Плотин, Порфирий, Ямвлих и Прокл. Основное философское содержание неоплатонизма составляет разработка диалектики платоновской триады: Единое – Ум – Душа.

Существующее устроено иерархически: Единое – Благо, Ум, Душа, Материя. Высшее место в иерархии принадлежит Единому – Благу. Единое существует посредством Ума. Ум есть первообраз всех вещей. Эманация Ума, в свою очередь, приводит к Мировой Душе (Псюхе), которая выражает собой все одушевленное. Душа производит все живые существа, образуются иерархии существ демонических, человеческих, астральных, животных. Образуются умственный и чувственный Космос. Дальнейшая эманация в материю необходима для развития и совершенствования душ, умов и возвращения их к Единому. Задача человека – преодолеть страсти, вожделения, пороки и путем добродетелей, аскетизма, теургии, музыки, поэзии, творчества, стремиться к слиянию с Единым. Добро (Благо) идет сверху, от Единого, зло – снизу, от материи. Зло – не сущее, оно никак не связано с Благом. Человек может избежать зла в той мере, в какой ему удается подняться по лестнице нематериального от Души через Ум к Единому. Этой лестнице соответствует последовательность: чувство – мысль – экстаз. Экстаз включает в себя все богатство мысленного и чувственного. Неоплатоники всюду видели гармонию и красоту, за которые отвечает Единое – Благо. Даже хаос гармоничен. Люди – актеры, они лишь осуществляют, каждый по-своему, сценарий, который заложен в Мировом Уме. Формальным завершением развития античной философии считается указ императора Юстиниана (529 г.), по которому запрещались все языческие философские школы и, в частности, фактически прекращалась деятельность школы неоплатоников.

Специфические черты античной философии.

1. Древнегреческая философия возникает на базе критического переосмысления, рефлексии, мифологического мировоззрения и обыденного («здравый смысл») сознания.

2. Древнегреческая философия зародилась не как область специальных исследований, а в неразрывной связи с научными знаниями – математическими, естественнонаучными, социально-политическими. Только в эллинистическую эпоху некоторые науки обособляются в специальные области исследования. Ранний греческий философ – это одновременно и математик, и астроном, и физик.

3. Если восточная философия тяготела к этико-психологическому (Индия) или этико-политическому (Китай) направлению, к поучениям и наставлениям праведной жизни, то античная мысль у своих истоков была направлена к рационально осмысленному (Логос) объяснению мироздания.

4. Древнегреческая философия связана с активным оформлением понятийного аппарата (категории – язык философии): от чувственно-наглядных образов к словесно оформленным понятиям, к высокому уровню абстракции.

5. Античная философия основана на принципе космоцентризма. Космос для древнего грека – это эталон всякого порядка, гармонии, истины, красоты и смысла. Он противостоит хаосу, бессмыслице. Все существует в Космосе, и кроме него ничего нет. Космос зависит только от самого себя. Основное представление о мире сводится к тому, что это театральная сцена, а люди-актеры, которые появляются на этой сцене-жизни, играют свою роль и уходят. Они приходят с неба и уходят туда же, растворяясь, как капли в море. А Земля – это сцена, где люди исполняют свою роль. Пьесу-жизнь (трагедию или комедию) сочиняет Космос. Философу достаточно знать только одно: он актер и больше ничего. Актер безличностей, он – действующее лицо, маска. Античный человек космологичен, внеличностен.

6. Кроме Космоса ничего нет, поэтому все обычаи, законы и закономерности существуют в недрах Космоса и представляют результат абсолютной необходимости – «ананке». Таким образом, античная культура и в большинстве своем философия, развиваются под знаком фатализма и героизма. Упадок античного общества и зарождение социальных институтов средневекового общества заключается в переориентации античного мышления с рационально-природного мировосприятия («Космос» и рациональный «Логос») на иррационально-сверхприродное мировосприятие (Бог, который вне природы, и вера, которая вне рационального).

7. Античная философия – это первая исторически известная в Европе форма диалектической философии (табл. 3.2). Основа античного философствования – искусство доказательства путем споров с собеседником, путем столкновения противоречивых доводов. Греческий способ мышления сочетает высокий уровень теоретичности с логико-математической строгостью доказательств.

Таблица 3.2

Основные этапы развития античной философии

Окончание табл. 3.2

Вопросы для самоконтроля

1. Как понимали первоначало представители Милетской школы и Гераклит?

2. Каковы характеристики бытия и небытия по Пармениду?

3.  Объясните, что стремился доказать Зенон своими апориями?

4. В чем сущность праэволюционной теории Эмпедокла?

5. Как применял Сократ метод майевтики в открытии истины?

6. Как Платон характеризует мир идей и мир становления?

7. Почему на ваш взгляд, Аристотель критиковал своего учителя Платона за несостоятельность теории идей?

8. Как Аристотель понимает основные причины бытия? (Поясните на примере.)

9. Какие идеи можно назвать общими для философии эпохи эллинизма?

10. Почему, на ваш взгляд, выражения «эпикуреец» и «стоик» стали метафорическими в современной культуре?

Данный текст является ознакомительным фрагментом.

Продолжение на ЛитРес

5. Философия эпохи эллинизма и Древнего мира. Киники. Учение Эпикура и его жизненные идеалы. Этическая концепция стоиков. Скептицизм

Главная страница

Банковское дело

Государственное управление
Культурология
Журналистика
Международная экономика
Менеджмент
Туризм
Философия
История экономики
Этика и эстетика

5.

Философия эпохи эллинизма и Древнего мира. Киники. Учение Эпикура и его жизненные идеалы. Этическая концепция стоиков. Скептицизм

  Эпикур. Представитель атомистического материализма, атеизма и сенсуализма. Учился у Демокрита. Был главой организованной им школы — «сад Эпикура». Основной задачей философии Эпикур считал создание этики — учения о поведении, приводящем к счастью. Этика должна опираться на физику, включающую в себя учение о человеке, физика — на теорию познания.
  Все, что мы ощущаем, истинно, ощущения никогда нас не обманывают. Ошибки возникают вследствие неправильной оценки того о чем, свидетельствуют органы чувств; сами же органы чувств не судят и поэтому не могут ошибаться. Восприятие — единственный критерий истины. Деятельность логического мышления — обобщение, индукция.
  Философ выдвигает идею самодвижения атомов. Как человек способен к свободным действиям, так и атомы — к самопроизвольным отклонениям. Существует внутренний, а не внешний (как полагал Демокрит) источник движения атома — его собственная тяжесть. При движении (условием которого является наличие пустоты) атомы отклоняются от прямого пути на небольшой угол и начинают описывать кривые, касаться и задевать друг друга, сплетаться и расплетаться, в результате чего возникает предметный мир.
  Согласно философу, критерий счастья — в чувстве удовольствия. Благо есть все то, что порождает удовольствие, зло — то, что порождает страдание. Философ различает три вида удовольствия: 1) природные и необходимые для жизни; 2) природные, но для жизни не необходимые; 3) не необходимые для жизни и не природные. Мудрец стремится только к первым и воздерживается от всех остальных. Результат такого воздержания — полная невозмутимость, или безмятежность, которая и есть счастье философа (т. о. эпикуреизм — это воздержанность и аскетизм, а отнюдь не без удержанное увлечение материальными удовольствиями!)
  Безмятежному состоянию души препятствуют: во-первых, страх перед вмешательством богов в человеческую жизнь; во-вторых, страх перед смертью и загробным миром. Эпикур доказывает несостоятельность этих страхов. Боги не страшны: они не способны вмешиваться в человеческую жизнь, потому что живут не в нашем мире, а в промежутке между мирами. Загробного мира не существует: душа смертна и есть лишь временное соединение атомов — это во- первых, во-вторых, смерть и жизнь никогда не встречаются: пока мы живы, смерти нет, а когда мы мертвы, то нет жизни. Жизнь Эпикура — это жизнь мудреца, следующего принципам своей философии.
  Скептицизм. Основатель — Пиррон. Философ стремится к счастью, которое состоит в невозмутимости и отсутствии страданий, безмятежности — атараксии.
  Суть вещей познать невозможно, поэтому мы не можем говорить ни о прекрасном, ни о безобразном, ни о справедливом, ни о несправедливом. Всякому нашему утверждению о предмете или явлении может быть с равным правом и равной силой противопоставлено противоречащее ему утверждение. Отсюда вывод: воздерживаться от каких-либо суждений о чем-либо. Это тоже проявление атараксии.
  Стоицизм. Учение стоиков просуществовало более 6 веков. Это говорит о востребованности их взглядов на протяжении всего периода античности. Представители: Зенон Китионский, Посидоний, Панеций, Марк Аврелий, Сенека.
  Согласно стоикам, человек не рожден для наслаждений. Жизнь полна страданий и катастроф, и человек всегда должен быть готовым к ним. Поэтому мудрецу присущи умеренность, мужественность, рассудительность и справедливость. Это — основные добродетели перед лицом всемогущей Судьбы. Все в мире предопределено, происходит с необходимостью и подчиняется этой необходимости (року, судьбе). Человек должен подчиняться необходимости сознательно — этим ограничивается стоическая свобода. «Судьба согласного с ней ведет, противящегося тащит». Покорность, выносливость и стойкое перенесение жизненных невзгод есть высшее проявление свободы: если все предопределено, если ничего нельзя в мире изменить, то высшие свобода и достоинство человека могут заключаться только в стойкости и непротивлении злу.
  Ключевые понятия и слова: вода, воздух, огонь, атом, идея (эйдос), форма, идеальное государство, тимократия, олигархия, полития, апатия, атараксия, мудрец, космополитизм, этика.

Контрольные задания и вопросы

  1. Какие периоды выделяются в античной философии?
  2. Что понимал под атомом Демокрит?
  3. Объясните значение понятия «майевтика» в философии Сократа.
  4. Чем онтология Платона отличается от онтологии Аристотеля?
  5. Какое ключевое понятие в этике Аристотеля?
  6. Правильным ли является утверждение, что эпикуреизм предполагает стремление к чувственным наслаждениям?
  7. Может ли человек изменить свою жизнь, согласно стоикам?


Стоицизм, эпикуреизм, кинизм, скептицизм — презентация онлайн

1. Стоицизм, эпикуреизм, кинизм, скептицизм

Работу выполнила
студентка 2 курса
группы 71101
Анастасия Кисетова

2. План:

1. Стоицизм
1.1 Зарождение стоицизма
1.2 Представители
1.3 Периоды
2. Эпикуреизм
2.1 Философия эпикуреизма
2.2 Принципы
3. Кинизм
3. 1 Зарождение
3.2 Особенности
3.3 Этика
4. Скептицизм
4.1 Зарождение
4.2 Различие

3. Зарождение философии стоицизма

Стоици́зм — философская школа, возникшая
в Афинах ок. 300 г. до н. э. во времена
раннего эллинизма и сохранившая влияние вплоть до
конца античного мира. Именование получила по
названию Расписной стои, где основатель
стоицизма Зенон Китийский впервые самостоятельно
выступил в качестве учителя.
В переносном смысле стоицизм — твёрдость и мужество
в жизненных испытаниях

4. Представители стоицизма

Сенека
Хрисипп
Эпиктет
Марк Аврелий

5. Периоды

В истории стоицизма различают три главных
периода:
Старшая
стоя
конец IV века до н. э. — середина II века до н. э
Средняя
стоя
II—I века до н. э.
Младшая
стоя
I—III века н. э

6. Эпикуреизм

Эпикуреи́зм — философское учение, исходящее
из идей Эпикура и его последователей. Согласно ему,
высшим благом считается наслаждение жизнью,
которое подразумевает отсутствие физической боли
и тревог, а также избавление от страха перед
смертью и богами, представляющимися
безразличными к происходящему в мире смертных

7. Философия Эпикура

Каноника
Этика
Физика
В этом разделе
своего учения
Эпикур размышляет
о критериях истины,
к которым
относится ощущени
е
Эпикур исходил из
признания
вечности и
беспредельности
вселенной, а также
из идеи
множественности
миров
Этика Эпикура
исходит из идеала
мудреца, который
достиг безмятежного
и невозмутимого
состояния . Это
состояние лишено
страданий, а потому
тождественно
с удовольствием

8. Четыре принципа эпикурейской философии

не бойся богов
не беспокойся о смерти
благо легко достижимо
зло легко переносимо

9. КИНИЗМ

кинизм — одна из наиболее
значительных сократических философских школ.
Её родоначальником считается
ученик Сократа Антисфен, ярким представителем
— Диоген Синопский
Развивая принципы учителя, стал утверждать, что
наилучшая жизнь заключается не просто в
естественности, а в избавлении от условностей и
искусственностей, в свободе от обладания лишним и
бесполезным. Антисфен утверждал, что для
достижения блага следует жить «подобно собаке», то
есть жить, сочетая в себе:
простоту жизни, следование собственной природе,
презрение к условностям;
умение с твердостью отстаивать свой образ жизни,
стоять за себя;
верность, храбрость, благодарность.

11. Особенности кинизма

Идеал – абсолютная свобода; концентрация
внимания на пороках общества; непризнание
авторитетов; асоциальность, отрицание культуры,
нигилизм; добровольное самоограничение,
отверженность, одиночество, скитания;
минимизация потребностей, нищенский образ
жизни, попрошайничество; восхваление
физической и духовной бедности, крайний
аскетизм;

12.

Этика Концепция кинической добродетели сводиться к 4
положениям:
Эвдемонизм
Индивидуализм
Субъективизм
Натурализм

13. СКЕПТИЦИЗМ

Скептици́зм —
философское направлен
ие,
выдвигающее сомнение в
качестве принципа
мышления, особенно
сомнение в надёжности
истины. Умеренный
скептицизм ограничивае
тся познанием фактов,
проявляя сдержанность
по отношению ко всем
гипотезам и теориям.
Различают обыденный скептицизм,
методологический, научный, религиозный и
философский скептицизм.
В обыденном смысле скептицизм —
воздержание от суждений, обусловленное
сомнениями.
Философский скептицизм — направление в
философии, выражающее сомнение в возможности
достоверного знания.
Научный скептицизм —
последовательная оппозиция учениям, не
имеющим эмпирических доказательств.

15. Важнейшие представители:

Ф.Санчес
М.Монтень
П.Бейль
Скептики противостояли себя «догматическим
философам» и утверждали, что суждение людей о
вещах произвольны и недоказуемы, поэтому
следует воздерживаться от всяких суждений
вообще. Именно в воздержании от суждений
заключается суть скептического «эпоха»
Спасибо за внимание!!!

22 Философия эпохи эллинизма — Философия эпохи эллинизма

5.  Философия эпохи эллинизма.

А). Отличительные особенности эллинистической философии. Историческое время и философская эпоха после Аристотеля, эллинистический период, являясь органичным развитием классики, радикально меняет большинство мировоззренческих установок античной культуры. Говоря о наступлении этого периода, А.Ф. Лосев справедливо и выразительно замечает следующее: «…Трудно судить о том, чего тут было больше — отказа от мысли или утончённой рефлексии… Усталостью и тонким разочарованием веет от этой философии. Кругом ширится и высится хаотическая нагромождённость жизни, а стоический мудрец – тих и беспечален, эпикуреец сосредоточенно покоится в глубине своего утончённого сада и скептик ни к кому и ни к чему не испытывает потребности сказать «да» или «нет». Есть что-то загубленное, что-то долженствовавшее быть, но не перешедшее в бытие – здесь, в этих наивных, но углублённых и даже величавых учениях: о «мудреце». Какая-то великая душа перестала стремиться и надеяться, что-то случилось непоправимое, окончательное, чего-то большого и сильного, чего-то прекрасного и величественного уже нельзя было вернуть, да и вспоминать-то уже не было сил. Эллинизм этого периода как бы махнул рукой на все, на прошлое, на будущее, а в настоящем он только хотел бы забиться и уйти в себя. Печать непоправимости, безвозвратности, примирённости с неудачей всего бытия в целом лежит на этих красивых, но бесплодных философских школах раннего эллинизма. Им не хватает энергии, целеустремлённости, движения. Все три школы удивительно пассивны, духовно-пассивны; они только реагируют на бытие, но не устрояют его, и даже не хочется им и познавать это самое бытие, пусть оно живёт и развивается как ему угодно, а я буду вкушать сладость бесстрастия вдали от его шума, от его истории, от его беспокойства»[1].

а). У послеаристотелевских мыслителей практически невозможно отличить их нежелание быть высокими теоретиками от их неспособности к этому. Этим они не только определяют облик завершающего периода античной философии, но и символизируют возникновение особой, ранее не существовавшей формы жизнеустройства.

Для эллинизма характерен интерес к глубинам субъективного самочувствия человека, примат субъективного интереса над объективной онтологией. Но этот рождающийся субъективизм – еще не персонализм и индивидуализм, а погибающий космоцентризм. Объекты мира интересуют философов этого времени лишь постольку, поскольку их знание помогает понять жизненную задачу субъекта – устройство собственной жизни, понять принципы организации, даже культуры субъективного устроения.

Рождается мировоззрение имманентности (имманентный – внутренний, оставшийся в чём-то). Прежняя натурфилософия переводится на язык смыслов, открывающихся внутреннему человеку («опрокинутому в себя»). Природный мир приобретает характер небывало остро и чувствительно переживаемой предметности (внешних условий для проявления человеческой жизни). Эллинизм проявляет спрятанный в мифологии и натурфилософии символизм и создаёт свою «онтологическую аллегорию», в которой космос и бытие оказываются величественным переложением, вариацией единственной темы: непознаваемой бездны судьбы.

б). Человек может раскрывать мир только на путях индивидуально-дифференцированного самоутверждения. Организуя себя, человек не всё, но многое понимает в организации мира. Идеал калокагатии трансформируется в идеал дифференцированной личности, обострённо чувствующей себя, и способной проявлять внешние, не связанные с внутренним миром, дисциплину, сообразительность и социальность. Причём обозначаются как бы три модели культуры субъективного устроения: либо в виде эстетического самонаслаждения, либо в виде логической и моралистической дрессировки, либо в виде безобязательности и безразличия. Соответственно и три важнейшие направления философии: стоики, эпикурейцы, скептики и циники.

Б). Сократические школы. Такая трансформация культуры и философии начинается уже при жизни классиков. И философия Сократа и Аристотеля по-разному способствуют ей.  Первоначально эти изменения связаны с деятельностью так называемых сократических школ, к которым относятся: мегарская, киническая и киренская (иногда выделяется еще и элидо-эритрейская). Представители и, прежде всего, основатели этих школ входили в число слушателей Сократа. Они были не обременены аристотелевской страстью к теоретизму и аристотелевской способностью к нему. Тенденцию Платона превратить жизнь Сократа в философскую концепцию, они реализовали в обратном, в сравнении с Аристотелем, направлении, не абстрактном и созерцательном, а прикладном. Попытались в понятной форме вывести из жизненного опыта Сократа философствующую мораль или антимораль.

а). Наиболее теоретичной из всех этих школ была мегарская (IV – III вв. до н.э.). Основателем её является Евклид из Мегары. Его философия – это синтез философии элеатов и этических воззрении Сократа. Принцип добра в его философии абсолютизирован и превращен в самостоятельную сущность. И эта сущность имеет совершенно нематериальный, концептуальный, понятийный характер.

Поэтому исходный пункт мегарского учения составляло сократовское учение о понятии. Лишь в познании и из понятий мы можем получать истинное знание, собственно знание нашего предназначения. Поэтому действительность может приличествовать только тому, к чему это познание относится, т.е. неизменной сущности вещей.

Рекомендуемые файлы

Телесный мир, о котором нам свидетельствуют чувства, вообще нельзя считать существующим. Возникновение, уничтожение, изменение, движение невозможны, Всё подлинно существующее и действительное сводится, в конце концов, к единству. Единство отождествляется с высшим понятием сократовской мысли – Добром или Благом. Единое-Благо – единственно, что только и есть. Оно неизменное, само себе равное, и называется различными именами: рассудительностью, разумом, Божеством и т. д.

Для доказательства непреодолимого дуализма духовного и материального в мире мегарики пользовались приёмами, близкими софистическим. Составление такого рода доказательств было основной теоретической работой этой школы. Основной фигурой осуществлявшей эту работу был Эвбулид. И за эту деятельность школа получила ещё одно своё название: диалектической или эристической.

б). Антиподом мегарской школы была школа киников. Высокая степень антиморализма, эпатажа, скепсиса отличает эту философию, точнее, эту систему воззрений. Киники не осуществляли теоретической деятельности, а просто обращались к толпе, при этом не с целью обучения, нравственного совершенствования, а скорее вызова, насмешки, уязвления и т. п. Позитивным пафосом их выступлений было доказательство неразумности всех существующих порядков и проповедь всех форм бедности, не только на словах, но и на примере личной жизни.

Так, Антисфен (ок. 450 – ок. 360 гг. до н.э.), основатель кинизма, в течение всей жизни вынужден был доказывать своё равенство и, по его мнению, даже превосходство, над согражданами афинянами, поскольку не был чистокровным афинянином и был сыном несвободнорождённых родителей.

Более поздний представитель кинизма, Кратет (расц. ок 320 г. до н.э.), происходивший из знатной и состоятельной семьи, отпустил на волю рабов, роздал имущество и стал вести жизнь философа-киника, увлекши в это свою жену и дочь.

Исторические анекдоты о кинике Диогене Синопском (ок. 412 – ок. 323 гг. до н.э.) общеизвестны. Диоген – тот, кто жил в бочке. Диоген – тот, кто в ответ на обещание Александра Великого исполнить любую его просьбу попросил его отойти и не заслонять солнца. Диоген – тот, кто с фонарём среди бела дня искал на рыночной площади Афин «Человека».

Название этого философского направления связано с греческим словом «собака» – «кинос». Гимназий, открытый основателем кинизма Антисфеном  назывался Киносарг (зоркий пёс), по названию холма при храме Геракла, где гимназий располагался. Сам же Антисфен называл себя «Истинный пёс». Смысл и содержание кинического учения превратили в латинской культуре понятие «кинизм» в понятие «цинизм».

Представители кинизма стремились не столько к построению законченной теории бытия и познания, сколько к отработке и проверке на себе определённого образа жизни. Любое теоретическое знание, в том числе и философское, имело в их глазах очень малое значение. Так, Антисфен говорил, что философия научила его «умению беседовать с самим собой», а Кратил утверждал, что она научила его «жевать бобы и не знать забот». Главной же наукой Антисфен считал «науку забывать ненужное».

Исходной идеей кинического образа мыслей является отрицание каких бы то ни было общих исходных принципов.  По их мнению, существует лишь то, что можно воспринять чувствами, воспринимать жизненно натурально и максимально просто. Прежде всего, это конкретные вещи и действия. Бессмысленны представления о вечной бессмертной душе и её противопоставлению смертному телу. Платон и его учение об идеях были главной мишенью для насмешек киников.

При этом киники, особенно основатели – Антисфен и Диоген, считали себя приверженцами подлинной добродетели. Полагали, что если чему и можно научить людей, так это добродетели, но научить не иначе как примером собственной жизни. Добродетель же – внутренняя невозмутимость и независимость: автаркия (автономность). Автономность внутреннего существования человека была для них единственным своеобразным  непререкаемым абсолютом, в какой бы форме она не проявлялась, даже в форме бесстыдства и самодурства.

Житейское опрощение дополнялось интеллектуальным. Единственный теоретический интерес Антисфен (в ранние годы) проявлял к риторике. «Рассмотрение имён» он считал «началом образования». Но в отличие от софистов он утверждал, что «об одном может быть высказано только одно», а именно единственно лишь его собственное наименование, которое  есть одновременно и понятие, т.е. «то, что раскрывает, что есть и чем бывает тот или иной предмет»[2]. Поэтому он полагает, что не может быть никакого противоречия и неправды, не может быть неподлинности, поскольку нет какой-то особой подлинности, помимо очевидного.

По-видимому, Антисфен не принимал форму суждения как форму понимания мира и жизни. В суждении неоправданно отождествляются принципиально несравнимые субъект и предикат. Субъекту на непонятных основаниях приписывается что-то, о чём говорит предикат.

Практика простой жизни как бы предписывает нам пользоваться по преимуществу именами-наименованиями, что позволит избежать парадоксов и неправды. Нужно говорить не «Это – вот то-то… », а просто: «Это… », и можно даже заменять слова абсолютно понятным действием. Так, именно Антисфен считается тем философом, который в ответ на рассуждения элейцев об отсутствии и невозможности движения встал и начал ходить.

Это хорошо согласуется с представлением о добродетели как автаркии. Добродетель проявляется в поступках и не нуждается ни в обилии слов, ни в обилии знаний, она в наличии у человека силы и свободы, для того, чтобы «поступать».  Для нее необходима лишь сократовская сила добродетели. Мудрец ни в чём, кроме этой силы, не нуждается. Безвестность и самодостаточная активность внутренней жизни для него высшее благо.

Видимая примитивность кинического учения в сравнении с виртуозной диалектикой платонизма и аристотелизма – лишь оборотная сторона стремления всецело сосредоточится на одной простой идее: мысль – только средство, а цель – жить по-кинически. Значит, не по законам внешнего общественного устройства, а по законам собственной автономной добродетели.

В соответствии с этим киники с вызовом всяческим проявлениям традиции и установленных общественных норм называли себя «гражданами мира» (термин «космополит» введён ими). Они обязывались жить в любом обществе, но не по его законам, а по своим собственным, и если это обрекало их на статус нищих и юродивых, то они воспринимали такое положение дел как благо.

Крайне бедственное и унизительное положение выбирается ими как наилучшее. Особенно ярко это проявляется у Диогена, которого считают символом не только внутренней независимости, но и символом кинического бесстыдства и распутства. (Он сам себя продавал, или просил, чтобы его продали, не стыдился наготы и непристойных жестов и т.п.) Диоген с удовольствием применяет к себе формулу почти страшного проклятия: «без общины, без дома, без отечества».

Киники проповедуют и демонстрируют беспредельный аскетизм, который они противопоставляют всем формам человеческой страстности к роскоши. Но понимают его не как самоистязание, а как самоумаление за счет уменьшения потребностей в вещах, деньгах, почестях и п.т., как своеобразный возврат к неприукрашенной природе. В  противопоставлении всему внешнему они доводят аскетизм до претенциозности и абсурда. Следуя примеру Сократа, киники доводят его установки о примате духовного над телесным до небывалого радикализма, делая духовное «служителем» вульгарно-материального, и окружают себя атмосферой парадокса, сенсации, уличного скандала. Не случайно Платон назвал Диогена «Сократом, сошедшим с ума». А сам Сократ заметил Антисфену, демонстративно носящему свою негодную одежду: «Сквозь дыры в твоём плаще я вижу твоё тщеславие»[3].

Скрытой трагической основой кинического образа жизни и кинического миросозерцания является отчаяние. Это учение, созданное в условиях кризиса античного полиса людьми, лишенными или лишившими себя своей доли в гражданском укладе жизни, обобщает опыт индивида, который может духовно опереться только на самого себя. Кинизм предлагает этому индивиду осознать свою извергнутость из патриархальных связей и принять её как возможность достижения высочайшего из благ – духовной свободы. Такой человек не может позволить себе никакого самообмана и прекраснодушия, только насмешливое трезвомыслие и скептицизм. Именно киники заложили основы античного скептицизма. Антисфен утверждал: «Я лучше сойду с ума, чем буду восхищаться»[4].

Они были одними из первых хулителей культуры. (Диоген считал, что боги правильно наказали гордеца Прометея за его дар людям). Они стремились быть «нагими и одинокими». Социальные связи и культурные навыки воспринимались ими как «дым», который нужно развеять. За этим дымом, мнимостью обнажиться человеческая сущность, в которой человек должен свернуться и замкнуться, чтобы стать абсолютно защищённым от всякого удара извне. Ради этой внутренней защищённости все виды бедности предпочтительней богатства: «лучше быть варваром, чем эллином, лучше быть животным, чем человеком»[5].

Идея абсолютно замкнутой, самодостаточной и защищённой любыми способами личности дополняется у киников созданием своих социальных утопий. Так, Эвгемер рассказывает об острове Панхея, а Ямбул об острове Солнца, которые свободны от рабства, социальных пороков и конфликтов, где среди экзотической прекрасной природы живут люди высокой духовной культуры, у которых нет ни царей, ни жрецов, ни семьи, ни собственности, ни разделения по профессиям.

в). Между полярностью мегарской и кинической школ находится киренская школа. Её воззрения можно предварить словами Страбона: «Хотя верно сказано, что люди тогда наиболее подражают богам, когда совершают добрые дела, но ещё правильнее было бы сказать, что люди наиболее уподобляются богам, когда они счастливы».

Основатель киренской школы Аристипп (старше Платона, умер предп. после 366 г. до н.э.), ученик Протагора, а позже Сократа. Среди последователей Аристиппа были две женщины, в том числе его дочь, а также его внук Аристипп младший.

Эту школу именуют также гедонистической (от греч. удовольствие, наслаждение). Внятность человеческой жизни, которая обеспечивается комфортным, удовлетворяющим человека жизнеположением (собственно удовольствием), они считали высшей ценностью.

В соответствии с этим киренаики измеряли достоинство любого знания его практической пригодностью. Они пренебрегали не только умозрением, но и математикой и физикой, поскольку всё это знание не спрашивает о том, что благотворно, а что вредно и бесполезно, т. е. не имеет прямого значения для человеческого поведения. Интерес представляет лишь теоретико-познавательная часть философии, и только в той мере, в какой она является необходимой для обоснования этических положений. Пользу философии для себя Аристипп видел в том, что ему она «дала способность смело говорить с кем угодно».

Исходной точкой описания мира и этических координат человеческой жизни являются наши переживания боли и наслаждения, которые открываются в ощущении. При этом ощущения практически ничего не говорят нам об окружающем мире. Вещи до конца непознаваемы, хотя с некоторой степенью точности мы можем о них судить. Но в этом познании мы равнодушны. Суть ощущения в том, что они являются основой нашего поведения. Мы стремимся достичь приятных ощущений и избежать тягостных. Наши поступки определяются не положением во внешнем мире, а нашими ощущениями.

Всякое ощущение есть движение, а именно – движение души. Ровное и спокойное движение рождает чувство удовольствия, а порывистое и бурное – неудовольствия. Если нет движения – нет ни первого, ни второго. Из всех трёх состояний желательным является лишь удовольствие. Освобождение от боли не является наслаждением, а отсутствие наслаждения не является болью, т.к. при этом нет движения. Память о наслаждении и боли также не является тождественной самим наслаждению и боли, т.к. движение души «угасает со временем».

Благо совпадает с наслаждением, доброе – с приятным, дурное – с неприятным. В принципе неважно, что приносит удовольствие, поскольку всякое удовольствие – благо. Причём этому нет никаких вразумительных объяснений. О том, что удовольствие – это хорошо, а боль – это плохо, человеку говорит сама его природа. Это определяет две важнейшие философско-этические идеи киренаиков. Во-первых, понимание сути удовольствия, во-вторых, понимание его структуры.

Удовольствие киренаиками понимается по преимуществу как телесное удовольствие и благополучие, поскольку только ощущения никогда не обманывают. Поэтому все высокие понятия: справедливого, прекрасного и т. п., а также их антиподы: понятия безобразного и несправедливого и т.п., – не имеют самостоятельной объективной природы. Они зависят от ощущений и от «обычаев и установлений». Такое удовольствие киренаики называется конечным благом или частным наслаждением.

Однако, кроме конечного блага, есть ещё счастье как положительное и высшее наслаждение. Оно определяет всю совокупность прошлых, настоящих и будущих наслаждений. К этому высшему блаженству стремиться человек. И достигая его, обретает безмятежность. При этом у киренаиков остаётся до конца неясным, что более определяет удовольствие: конечное наслаждение, или блаженство. Но гораздо чаще они говорят о первом.

Это означает, в свою очередь, что удовольствие может отличаться одно от другого степенью, что и составляет его структуру. Поэтому необходимо правильное обсуждение сравнительного достоинства различных благ и наслаждений. От искусности этого обсуждения зависит искусство жизни, или рассудительность, которая и есть собственно философия. Главный принцип такого знания: «Страсти постижимы, но причины их непостижимы».

Главным правилом этого искусства является выработка умения по возможности максимально наслаждаться жизнью, но так, чтобы при всяких обстоятельствах оставаться господином самого себя и окружающих условий. Нужно уметь во всём отыскивать для себя лучшую сторону, собственным умом, рассудительностью обеспечить себе светлое душевное настроение и доброжелательное отношение к жизни и другим людям. Не случайно Платон сказал об Аристиппе: «Тебе одному одинаково дано ходить как в мантии, так и в лохмотьях»[6].

Поскольку, по мнению киренаиков, выбирая принцип наслаждения, разумный человек не подчиняется наслаждению, а управляет им, то сама суть наслаждения получает возможность быть как просто телесным удовольствием, так и высшим блаженством – духовной свободой. В соответствии с этим эволюционизирует и философия киренаиков: от первого — ко второму, их философия приближается как к воззрениям Эпикура, так и к воззрениям стоиков.

В). Эллинистические школы и становление христианства. Сократические школы – преддверие эллинистических идей. Наиболее крупные направления собственно эллинизма, в отличие от сократических школ, развивались не только в соответствии с логикой становления самой философии, но во многом и под влиянием неизбежного сопоставления и противопоставления нарождающемуся и укрепляющемуся новому монотеистическому мировоззрению – христианству. В этом противопоставлении каждая школа реализовывала собственную позицию.

Стоики последовательно противостояли христианству, утверждая возможность достойной жизни и по философии. Эпикурейская философия стремилась замкнуться и уйти от этого противостояния. А скептики многократно усилили это миросозерцание своей иронией и сомнением. Неоплатонизм же становится первой формой религиозной философии, соединяясь с новым мировидением.

Г). Философия стоиков. Стоическая школа была основана Зеноном из Кития (или Китона). (ок. 336 — 264 гг. до н.э.). Его ученики назывались сначала зенониками, а лишь потом – стоиками, по месту их сборов. Это была Расписная «стоа» (портик, колоннада, открытая галерея с колоннами), названная так потому, что была расписана известным греческим живописцем Полигнотом.

История стоической школы может быть разделена на три периода: древняя стоя (III – II вв. до н.э.) – кроме самого Зенона сюда относятся Клеанф и Хризипп; средняя стоя (II – I вв. до н.э.) – Понетий, Посидоний; поздняя стоя (нач. н.э.) – римск. философы Эпиктет, Сенека, Муссоний Руф, Марк Аврелий.

а). К философии Зенона привела потребность найти твёрдые основания и поддержку в жизни как телесной, так к духовной. К этому толкали обстоятельства его личной судьбы и судьбы его страны, потерявшей независимость и клонившейся к упадку. Считают, что в 30 лет, потерпев кораблекрушение, потеряв значительный груз и едва не погибнув сам, он с трудом добрался до Афин, где в книжной лавке зачитался воспоминаниями Ксенофонта о Сократе. Придя в совершенный восторг, он замучил книгопродавца вопросами, где можно найти людей, подобных Сократу. В это время мимо лавки проходил Киник Кратер, и продавец, указав на него, сказал: «Вот за ним и ступай!».

Примкнув к киникам, он, однако так и не смог до конца перенять их «бесстыдства», оказавшись одним из тех, кто, по словам Диогена Синопского, знал укоры совести, и, сменив двух учителей, он стал слушателем платоновской академии, и только после этого основал собственную школу, в философии которой удивительным образом сочетались сократические и кинические начала.

б). Таким общим началом было убеждение, что подлинный разум – практическое ориентирование человека в жизни, при этом стоики полагают, что всякая наука должна быть, в сущности, этикой, с тем, чтобы возможно было методично и обоснованно противостоять всегда неизбежным в жизни киническим воззрениям, преодолевать киника в себе.

Стоики стремятся преодолеть ощущение неустойчивости статуса человека в мире гибнущей культуры и цивилизации и ослабления связей человека с социумом, противопоставив этому ощущению идею зависимости человека от высшей силы (Логоса, Природы, Бога), управляющей всем существующим, силы, которую человек признаёт над собой добровольно. Благодаря этому бездомный, необитаемый, вызывающий мир киников необходимым образом меняется на мир долженствования, дисциплины, организованности, воздержанности.

Этот организованный мир организованного человека может открываться философии, высшей мудрости, которая соединяет в себя физику, логику и этику. При этом для стоиков было важно, что все эти разделы не «разделяют» философию, а образуют единство «под эгидой» логики, они предполагают, определяют и довершают друг друга, раскрывая глобальные: «Что?», «Как?» и «Зачем?»

в). Физика стоиков соединяет в себе идеи гераклитовской диалектики и сократовско-платоновской теологии. Физика устремлена к поиску последних оснований и сути вселенной и фактически является фундаментом для веры в провидение. В ней просматривается тенденция пантеистически и материалистически окрашенного принципиального монизма.

Мир  изначально является физическим и телесно-натуральным. Действительное бытие составляют лишь тела и четыре главные элемента: вода, воздух, огонь и земля, поскольку действительным является только то, что страдает и действует. Но мир – не бездуховен, поскольку существует не только конкретно-физическое, но и абстрактно-физическое и теолого-физическое. Первое является ипостасью третьего. Мир телесен, потому что духовен. Бог и природа суть одно и то же, а человек и его душачасть этой богоприроды.

Действительное – значит действующее. А самым телесным в этом случае оказывается не собственно тело, а сила, в нём заключённая. Сила есть тончайшая материя, которая пронизывает весь мир, поэтому она и является главным субстанциональным началом. Средоточие и организация этой силы есть божество мира, которое стоики чаще всего называют Логосом.

Эта божественная сила – душа и разум мира, пронизывающие его как дуновение, световой эфир. Стоики называют её первосилой, пневмой, напряжением, тонусом художественно-зиждительным огнём, который оживляет всё вещественное, делает вещество телами. Природа в представлении стоиков – художница, рисующая этим огнём весь телесный мир, являющийся модификациями божественной силы.

Божество и мир – одна и та же сущность, одна из частей которой принимает вид мира. Божество имеет пребывание и живёт эманацией (истечением, распространением). Из места своего пребывания (либо на самой крайней окружности мира, либо в его середине, либо на Солнце) божество эманирует в мир. Поэтому мир целесообразен, целеустремлён. Всё в нём происходит согласно внутренней и абсолютной необходимости. Разумно самотворящийся космос и есть Бог.

Чтобы образовать мир, Божество в виде самого высшего духовного вещества – огня, превращается сначала в огненный пар, затем в воздух и воду. Часть воды остывает в виде земли, часть остаётся водой, а часть превращается в новый воздух, из которого вновь воспламеняется огонь. Душа мира сохраняется в своём пребывании, а тело живёт циклами, время от времени погибая в мировом пожаре. Вселенная существует «мировыми годами», разделёнными «всемирными пожарами». Длительность такого «года» – 10800 лет.

Между «пожарами» мир существует как один, конечный, замкнутый, целостный, сферический. Вокруг него бестелесная пустота, и всё это есть нечто или сущее. Природа существует в постоянном движении, качественном изменении и напряжении пневмы. В зависимости от напряжения пневмы в различных местах образуются различные тела. В месте максимального напряжения находится стоический мудрец – идеальный человек.

Физика стоиков предстаёт как овеществлённое лицо судьбы, и её часто справедливо называют физикотеологией. Точно также как физику мира определяет Логос, «физику» как раздел философии предваряет «логика», с которой и должна начинаться собственно философская теория. «Алогичной» философии быть не может.

г). Логика стоиков имеет ту же внутреннюю модель, что и физика. Также восходит от более очевидного к божественному,  и также понимает очевидное как изначальное, а божественное как управляющее. Также предполагает единую первичную мировую среду, по-разному сконцентрированную в феноменах мысли и культуры.

Предметами логики являются знания и слова, это, соответственно, «духовная» и «материальная» субстанции логики. Знания имеют по преимуществу словесную, а не понятийную форму. А единственным источником знания стоики считали наши ощущения и восприятия существующих тел. Понятия и есть собственно способ, каким наши ощущения становятся знанием, облечённым в слово. Понятия – это имена для обозначения самого главного в «технике», а не в данности нашей мысли. Поэтому понятия «как бы» существуют, т.е. им в мире ничего не соответствует в виде особых идей или форм.

Понять логику – значит понять эти понятийные имена, благодаря которым у нас есть знания и слова. Такое понимание является убеждением. Разумным убеждением в том или ином положении дел, благодаря чему можно постигнуть и суть мира. Это разумное логическое убеждение корениться в физической конструкции мира. Оно является условием напряжения пневмы. Сила мира разумно-убедительна, поэтому возможна и разумная деятельность человека (да и вообще деятельность). Самими физическими законами мира человек обречён на знание и слово.

Знания человека могут быть доказательными и врождёнными (или искусственными и безыскусными, или каталептическими и пролептическими). Первые – понятные, очевидные, теоретические, «постигающие»; вторые – не менее очевидные, но не столь понятные, стихийно-естественные, «ведущие». Условием первых является активное сознательное творчество, условием вторых – пассивность воспринимающей души, её склонность к общераспространённому, архитипическому.

Душа – принцип универсального организма и субстрат всех познавательных процессов. Она есть особого рода тело – «пневма», «тёплое дыхание» – и имеет восемь частей: Гегемоникон (главенствующая часть), пять чувств, способность речи и половую способность.

При этом душа – предельно активный субстрат познания. Во всякий акт познания она вносит собственное одобрение, согласие (синкататезис) или неодобрение, несогласие. Каталептическое постигающее суждение всегда есть акт согласия души на знание. Мудрец никогда не станет давать «согласие» на то, что ещё является неясным, требующим дополнительного разбора. Его «согласие» будет «прочным и твёрдым», основанным на природе вещей. Он далёк от «мнения» – «согласия слабого и ошибочного».

Мудрец всегда стремится к постижению истины и отличает «каталептическую фантазию» (творческую гипотезу), через которую мы постигаем истинность вещественного мира, от «фантазмы» – беспредметного произвольного образа. При этом для осуществления «каталептической фантазии» необходимо, чтобы органы чувств человека находились в нормальном состоянии, он должен быть здоров и трезв, предметы должны быть удобно расположены, восприятие должно быть достаточно длительным и должно подтверждаться последующими восприятиями. Тогда возможно будет точное «схватывание-постижение» телесно-духовного пневматического начала всех вещей, т.е. знание. А в результате будет возможно правильное понимание слова, обозначающего эту пневматическую суть мира и вещей.

Точно также как Бог эманирует в мир, точно также весь мир высказывается в слове, поэтому Бог есть Логос. Бог-Логос, порождающий отдельные «логосы», – «семенной разум», «осеменяющий логос». Точно также как пневмой, весь мир пронизан лектоном («высказанное», «выраженное»), речью ясной, организованной, разумной и продуманной. Весь мир — это «слово-вещи».

Теория лектона – одна из самых главных и сложных частей философии стоиков. Лектон очень многоплановое понятие. Плутарх, например, показывает многосмысленность понятия «лектон» на примере рассуждения о выражении «Не укради». Этому выражению можно дать различные определения. Это – высказывание вообще. Это – приказание. Это – стремление отклонить от определённого поступка и т. п. Вся совокупность подобных смыслов и есть выражение «Не укради», понимаемое как лектон.

Лектон — это особая словесная предметность. Весь мир – мир языка (мир знаков), а лектон – «единица», «атом» этого мира. В нашем знании, выраженном в языке, есть обозначаемое, обозначающее и сам предмет. Обозначаемое и предмет – не одно и то же. Обозначаемое – смысл предмета, данный человеку, «как бы» предмет. Это и есть лектон. Это не чувственное ощущение и не умственное представление, а то, что возникает согласно чувственному и умственному представлению как смысловое содержание, выраженное словом. Именно лектоном является понятие, понятие данное прямо и непосредственно. Это ни физический, ни психический, ни логический феномен.

Мир, представленный через лектон, можно понимать без всякой логики, без всякой эстетики, вообще без всякой науки, понимать всей человеческой сущностью, которая устремлена к стихии осмысленного приближения ко вселенскому смыслу-логосу. Погружаясь в эту стихию, человек овладевает искусством являющегося Логоса, технологией возвещения. «Вовсе не является телом то, что я сейчас высказываю, но оно есть нечто возвещающее о теле». (Сенека)[7]

Душа и лектон делают логику главным познавательным инструментом человека. Она направлена на постижение этих «возвещений»» Вследствие этого слово человека проходит по двум «каналам» – внутренней и внешней речи. Их исследование и является «прикладной» задачей логики.

Внутренняя речь – это мысль, выраженная внутренними знаками («про себя»). Это дума человека наедине с собой и миром. Внешняя речь – собственно слова, выражающие мысль. Причём, с точки зрения стоиков, внутренняя речь зависит от внешней, а не наоборот. Это происходит оттого, что именно внешняя речь точнее следует за лектоном – словесно-предметным пространством мира. Человек свободен в своих речах, но внешняя речь «от имени лектона» дисциплинирует эту свободу, она не превращается в произвол, а это в свою очередь гарантирует и наши ощущения от субъективного произвола.

Изучению всего, что касается внутренней и внешней речи посвящены три важнейшие логические науки: риторика, диалектика, грамматика. Из Физики и логики стоиков рождается парадоксальное представление: идей или иных высших начал нет, но мир построен в слове так, как будто они есть, а значит жить нужно так, как будто они есть. Мир не субстанционален, но божественно-технологичен.

д). Отсюда рождается и необычная максималистская этика стоиков. (Рождается в своих теоретических положениях. Своим исходным жизненным пафосом она предвосхищает и предопределяет физику и логику). В мире необходимости человек обладает свободной волей, и даже может быть абсолютно своеволен (вплоть до добровольного ухода из жизни), но не бесстыден, т.е. он не вне благой в целом конструкции мира. Он не выброшен из мира, а значит должен жить, так как будто высшее в мире есть, даже когда оно неочевидно для него. Это значит жить собственной волей по судьбе; в жёстких «дисциплинарных штудиях» учиться следовать судьбе – своей и мира.

Ради своей свободной воли нужно учиться жить в согласии с природой. Наличие свободной воли предполагает, что главное в человеке – его разум, и что он является частью мирового разума. Жить сообразно природе – значит жить сообразно разуму.

Разум даёт возможность понять, что самое общее естественное влечение каждого существа – это стремление к самосохранению. Лишь то, что служит самосохранению, имеет для человека достоинство и ведёт к счастью. Самосохранение и определяется через достоинство. Это не витальное стремление, не эгоизм удовольствия, а нравственный долг. Самосохранение – это утверждение собственного достоинства, утверждение себя в собственном достоинстве, «обережение внутреннего гения от поношения и изъяна». И всякое подлинно нравственное действие совпадает с самоутверждением и самосохранением.

Реализация достоинства есть для человека счастье. Счастье и достоинство совпадают между собой. Для разумного существа обеспечить достоинство и счастье может только разум. Разум постигает высшую добродетельБлагочистое счастье, не связанное ни с какими внешними условиями – концентрированное утверждение собственного достоинства.

Чистому счастью противостоит чистое зло. Оно есть нравственная негодность как таковая, недостойность, саморазрушение, болезнь души, несвобода от собственных страстей и зависимости от удовольствий, т.е. утрата собственной человеческой природы. Всё остальное в жизни человека нейтрально и, в конце концов, безразлично. Жизнь, здоровье, обладание, честь и т. п. не являются подлинным благом. Смерть, болезнь, позор, бедность не есть подлинное зло.

Счастье достойного и добродетельного человека в свободе от волнений в спокойствии духа и внутренней независимости. В состоянии апатии (бесстрастности), которая есть не слабость, а сила духа и воли, сила, определяемая знанием.

Апатия родственна кинической автаркии, но лишена ее индивидулитичности. Апатия дополняется койнонией – братством, дружественностью, родственностью, симпатией мира и людей. А этом качестве апатия – высшее напряжение пневмы, благодаря которому мудрец становится нечувствительным к страданию (действительно нечувствительным, а не принимающим демонстративно, как киник, такой вид). В результате этого он становится, способным добровольно повиноваться судьбе, и тем самым приобретает силу быть непокорным ей. Он постигает науку правильно желать и воздерживаться и благодаря этому развивать свою личность в противовес всему внешнему. (У древних греков существовала даже пословица: «Воздержаннее даже Зенона»).

Умение правильно жить основывается на знании добродетелей и пороков, на знании их природы, с тем, чтобы уметь их культивировать или преодолевать. К добродетелям относятся: рассудительность, здоровье, мудрость, стойкость; к порокам: неразумие, трусость, неумеренность, несправедливость. Первые – естественные, вторые – противоестественные состояния души. (Так, например, печаль – сжатие души, а удовольствие – неразумное возбуждение).

Но все эти умения важны не сами по себе, а как инструмент достижения эвдемонии – процветания, высшего счастья и блаженства как результата гармонии воли человека и воли божества. Стремление к эвдемонии – закон природы, требующий концентрации пневмы, а поэтому и нравственный закон человека, его долг –  исполнится в качестве человека.

Поскольку это трудно реализуемо в действительности полностью, то главной «технической» нравственной задачей человека является достижение определённого душевного настроя на исполнение своего долга. Этические знания — инструмент для достижения и поддержания такого настроя. И эти знания имеют не столько действенную, предписательную природу, сколько рекомендательную. Мудрости и эвдемонии нельзя достигнуть путём усилий, но лишь путём усилий по снятию всяких усилий.

Стоический мудрец пребывает всегда в умеренно-радостном состоянии духа. В основе его радости лежит душевное спокойствие, источник которого – сознание хорошо исполненного долга перед миром и своей гармонии с богокосмосом. Это спокойствие не расслабляет, а делает предусмотрительным. Поэтому у него твёрдая, но не догматическая (самодурная) воля, направляемая разумом.

Любовь, как важнейшая действенная сила мира для стоического мудреца заменяется свободой, которая является важнейшей, после мудрости ценностью. Свобода понимается, как познанная необходимость, как способность самостоятельного осознания судьбы.

е). Но самой высшей ценностью не только мудреца, но и мира является космическая симпатия, космическое братство, единство, дружественность. Свобода человека и его самостоятельность имеет смысл только в этой общей цепи дружественности мира.

В человеческой жизни оно проявляется, во-первых, в отношении людей к целому: народу, человеческой природе, космосу, и, во-вторых, в отношении людей друг к другу на основе принципа справедливости. Первое – космополитизм, второе – политика. В соответствии с исходной интуицией эллинизма дифференцированная личность воспринимается как модель и исток космической жизни, тогда космос – мировое государство для такой личности. В отношениях же между людьми главным является тождественность в космополитизме. Все люди тождественны в своём разуме и предназначении.

В соответствии с этим стоики вырабатывают идеал «общественной жизни и единого распорядка», противостоящий идеалу «особых государств и общин, управляемых различными уставами». Плутарх считал, что этот идеал стоиков был воплощён уже Александром Македонским, а в полной мере в ранней Римской империей, для которой стоицизм стал государственной идеологией и религией.

ж). «Переболев» близостью с эклектизмом и платонизмом средней стои, поздняя стоя становится предельно нравоучительной и предписательной. Она вызвала к жизни собственного «Сократа» – Эпиктета, ничего не писавшего, но воплощающего собой стоический образ жизни, и привлекла к себе многих императоров, а Марк Аврелий считается выдающимся философом-стоиком.

Б. Рассел говорит о стоицизме следующее: «Существует действительно элемент «зелёного винограда» в стоицизме. Мы не можем быть счастливы, но мы можем быть хорошими: давайте же представим себе, что пока мы добры, неважно, что мы несчастливы. Эта доктрина героическая и в плохом мире полезная, но она не совсем верна и в основном своем смысле совсем искренна»[8].

Д). Эпикурейская философия. Если стоики выдвигают идеал свободы внутренней жизни ради предельно строгого космического братства и судьбы, то эпикурейцы выдвигают тот же идеал как самодостаточный, составляющий основу наслаждения жизнью. Требованию внутренней дисциплины противостоит пожелание безмятежности. Именно Эпикуру приписывается максима: «проживи незаметно».

Эпикур родился в 342/1 г. до н.э. вероятнее всего на Самосе. По его утверждениям он пристрастился в философии с 14 лет. Поэтому в 18 лет он оказался в Афинах, но не надолго, около десяти последующих лет пробыл в городах Малой Азии, где приобщился к учению Демокрита. В 311 году он создаёт свою школу, вначале в Митилене, затем в Лампсаке, а с 307 г. до н.э.– в Афинах. Его школа получает название «Сад Эпикура», вероятнее всего потому, что обучение действительно проходило в саду, принадлежавшем философу.

Среди обучавшихся были не только «обычные» ученики, но его родственники, дети друзей, рабы и даже гетеры, что послужило поводом для многих несправедливых упрёков. Община, которую составили ученики Эпикура, жила очень простой, естественной и скромной жизнью. Скончался Эпикур в 270/1 г. до н.э. от долгой тяжелой болезни. Его болезненность была единственным обстоятельством, которое нарушало покой и размеренность его жизни. Это могло и серьёзно повлиять на характер его философии. Рассел говорит, что его философия это «философия болезненного человека, предназначенная для того, чтобы соответствовать миру, в котором рискованное счастье стало вряд ли возможным».

а). Этическая составляющая эпикурейской философии является ведущей, хотя сам Эпикур выделял в философии три составные части: физику, канонику (теория познания, логика, методология) и этику. Но эпикурейская этика объединяется с эстетикой, а не с логикой, как у стоиков. В соответствии с главной, выделяемой эпикурейцами этической ценностью – удовольствием, – философия эпикурейства получила название гедонистической (от греческого слова «наслаждение»).

В отличие от Аристотеля Эпикур полагает, что человек не «политическое животное», а существо, индивидуально стремящееся к счастью. Сутью счастья является не благо, а удовольствие. «…Не знаю, что и помыслить добром, если не наслаждение от вкушения от любви, от того, что слышишь, и от красоты, которую видишь»[9] – говорит Эпикур.

Но наслаждение – не просто телесная радость. Преимуществами над телесными наслаждениями обладает наша удивительная способность в первую очередь реагировать на то, что принесет нам наслаждение, а не боль. Эта дифференциация есть основа для контроля над наслаждениями, а значит и добродетели. Добродетель есть благоразумие в погоне за наслаждениями.

Наслаждение не исчерпывается телесным удовольствием. Высшим наслаждением и высшей добродетелью является атараксия (невозмутимость), душевный покой и безмятежность, которые опираются на благоразумие. Благоразумие выше философии, оно – цель философии. Философия – это практическая система, предназначенная воспитывать благоразумие и обеспечивать счастливую жизнь. Только такая философия составляет счастье человека, для неё не требуется особой подготовки в области логики, математики и т.п. и она является здоровьем души, которое должно сопровождать человека в любом возрасте.

Счастье человека заключается в том, чтобы жить, жить без ощущений страха. Добиться этого – задача неимперативной эпикурейской этики. Одновременно это определяет  и теоретическую философию Эпикура, и его представления о жизни человеческого сообщества, прежде всего о государстве и религии.

Двумя величайшими источниками страха являются религия и боязнь смерти, связанные между собой. Поэтому он стремился создать метафизику, которая доказала бы, что боги не вмешиваются в людские дела, и что душа погибает вместе с телом. Эти тезисы он понимал как жизнеутверждающие, лежащие в основе естественного взгляда на мир. Сверхъестественные вмешательства в дела природы и человека казались ему источником ужаса, а бессмертие – фатальным для надежды избавиться от боли.

б). Поэтому, следуя Демокриту, он полагал, что всё состоит из атомов и пустоты, и всё подчинено естественной необходимости, атомы по необходимости падают вниз, но не к центру земли, а вниз в некоем абсолютном смысле. Но вследствие своеобразной «свободной воли», которой они обладают, они могут отклоняться от траекторий необходимости, благодаря чему атомы сталкиваются. Это вызывает вихревые движения, и образуются все реальные тела мира.

Душа материальна и состоит из атомов (также как дыхание и тепло). Атомы души распространены по всему телу, поэтому душа смертна. Соединение атомов души во внешних телах рождает ощущение. Тела выбрасывают тонкие нити, которые тянутся, пока не достигнут души, отвечающей своими атомами на воздействие тел. Эти нити могут сохраняться даже при исчезновении тел, их породивших, так возникают сны. Со смертью тела атомы души, её, безусловно, переживающие, теряют способность к ощущению и растворяются в пространстве других атомов.

Это значит, по Эпикуру, что смерти не нужно бояться, поскольку она не имеет никакого отношения к нам: то, что разложилось не чувствует, а то, что не чувствует – не мы. Или по-другому, смерти нет ни для живых, ни для умерших: пока мы есть, её нет, когда она приходит – нас нет.

Главный принцип мира –  минимальность. Атом – минимальная структура мира. Но помимо атомов существуют ещё четыре вида минимумов: минимальное протяжение, минимальная единица времени, минимальный неподвижный квант движения и минимальное угловое отклонение при падении атомов. Все эти виды минимумов определяются атомарным минимумом, и являются не только физическими величинами, но и мыслительными пределами. Атом не только далее неделимая частица вещества, но и нижний предел ощущения.

Но при этом атом не просто телесное и чувственное образование. Атом – это особая форма мыслительности, рождённая самой чувственностью. Это внятные точки в самом протекании чувственности. Чувственный минимум кладёт предел ощущению, а подлинный атомарный – мышлению, т.е. «созерцанию с помощью логоса», за которым возможно только немыслимое бесконечное измельчение мира. Существует первоначальная и наименьшая ощутимость чувственного объекта, уменьшение которой ведёт к прекращению ощущений. Прекращение всех ощущений означает прекращение самого носителя ощущений. Есть свидетельства, что в качестве такого минимума Эпикур рассматривал некоторое абсолютно правильное геометрическое тело. Чаще всего говорят о «кубе Эпикура».

в). В соответствии с таким пониманием мира Эпикур строит и свою «Канонику». Исходным в понимании мира является ощущение. Благодаря ему мы постигаем очевидное. И именно очевидное является синонимом истинного. Если бороться с ощущениями, то не будет необходимого мерила для обнаружения в них ложных, т.е. не достаточно очевидных. А это значит, что не будет возможности различать истинные и ложные суждения, опирающиеся на ощущения. Именно суждения являются главными виновниками наших заблуждений. Самым главным заблуждением является убеждение в необходимости разумно подавлять и организовывать свою волю и чувства. Требуется не разум, сообразный с судьбой, а ощущение, сообразное с природой.

г). Существует не один, а множество миров, строящихся на минимальностях, жизнь в которых следует осуществлять в соответствии с требованиями эпикурейской неимперативной этики. Но существуют и «междумирья», существующие по правилам не этического минимума, а эстетического максимума, именно там живут боги. Они не утруждают себя делами человеческого мира. Они как бы «чистые рациональные гедонисты», считающие излишним прерывать свою полную блаженства жизнь ради управления человеческими делами. Поэтому всяческие пророчества, предзнаменования, жертвоприношения, чудеса и т.п. — чистое суеверие. Суеверия также являются источником страха и должны быть преодолены с помощью эпикурейской философии.

д). Максимально индивидуализированная жизнь человека как бы не предполагает у него стремления к государственности, но лишь ставит перед ним задачу некоторой организации совместной жизни. Эта организация понимается Эпикуром как общественный договор. Естественное право есть соглашение о пользе: не причинять и не испытывать взаимного вреда.

Будучи создателем гедонистической философии, Эпикур является при этом автором работы «О святости». Высшее удовольствие человек получает от благоразумия, т. е. способности минимизировать свои желания, что может сводить к минимуму страдания. Окончательная цель мудрого состоит скорее в отсутствии боли, чем в наличии наслаждения. (Состояние человека умеренно поевшего предпочтительнее, таким образом, как голоду, так и обжорству.)

В этических рекомендациях эпикурейцев принцип минимализма побеждает принцип удовольствия. «Ешьте мало – из боязни несварения, пейте мало – из боязни похмелья; сторонитесь политики и любви и всех действий, связанных с сильными страстями; не ставьте свою судьбу на карту, вступая в брак и рождая детей; в интеллектуальной жизни учитесь больше созерцать удовольствия; чем страдания; физическое страдание хотя и большое зло, но когда оно остро, то коротко, когда длительно, то переносимо с помощью умственной дисциплины, т. е. умения думать о приятном, невзирая на боль»[10]. Эпикур прежде стоиков заявил, что человек может быть счастлив и на дыбе. Главное – жить без страха и незаметно.

Е). Античный скептицизм. Радикальное выражение своеобразного философски-мировоззренческого аутсайдерства представляют собой воззрения скептиков. Термин «скептицизм» происходит от древнегреческого «скепсис», что означает рассматривание, разглядывание, разбор, колебание и т. п. Скептицизм разделяется на радикальный и умеренный. Последний называется пробабилизм (от лат.: вероятный, правдоподобный). Кроме того, в древности этих философов называли апоретиками – недоумевающими, сомневающимися, колеблющимися; эфектиками – воздерживающимися от суждений; –  склонными к исследованию, пытливыми.

Они не стремились создавать нового учения и не считали даже своё миросозерцание собственным открытием. По их мнению, уже Гомер и Еврипид были скептиками (ведь сказал же последний, что мы не знаем, не есть ли наша жизнь – смерть, а наша смерть – жизнь).

а). Родоначальником скептицизма как определённого философского направления является Пиррон (360 – 270 гг. до н.э.). Пиррон ничего не писал и выражал свои взгляды только в устном учении и поступках. Мы знаем о нём только благодаря его ученику Тимону (320 – 230 гг. до н.э.).

Скептицизм для Пиррона – образ жизни, а не теоретическая позиция. Однажды он безмятежно прошел мимо тонувшего в болоте своего учителя Анаксарха. Другие порицали за это Пиррона, но caм Анаксарх, выбравшийся-таки из болота, похвалил своего ученика, за проявленные безразличие к безлюбие. Стоик Посидоний рассказывает легенду о том, что Пиррон, будучи на корабле во время бури, поставил в пример своим встревоженным ученикам поросёнка, который и в бурю продолжал спокойно есть и был бестревожен, как подобает истинному мудрецу. На вопрос же: «Не умер ли ты, Пиррон?» – он твёрдо отвечал: «Не знаю»[11].

б). Тимон был достойным его продолжателем. В юности – танцовщик, всегда любитель выпивки, в зрелости – сочинитель стихов, трагедий и комедий. Его философию можно назвать антифилософией. Он не принимал никакой теоретической философии, поскольку был убеждён в полном субъективизме всех наших представлений. «То, что этот мёд сладок, я отказываюсь утверждать; то, что он кажется сладким, я вполне допускаю»[12], – говорил Тимон.

Но с исключительным недоброжелательством он относился к самим философам. Все они, по его мнению, жалкие софисты, а их философия – «зараза пустословия», и «меж собою грызутся они постоянно в клетке у Муз». Аттестация им самых именитых философов совершенно нелицеприятна. Сократ – «болтун», Платон – «сладкоголосый болтун», Антисфен – «болтун на все руки», Аристотель – «пышнопустой зануда». Зенон стоик, вообще, –  «подлая и жадная старуха-финикиянка, ловящая рыбку истины в мутной воде философии».[13]

Лишь Ксенофан может считаться до определённой степени достойным человеком, но и то – «полузатемнённым», поскольку немыслимое говорил о едином Боге. Но справедливо полагал, что у людей есть только мнение, но не истина. Она людям недоступна, и если её даже кто-то найдёт, то не узнает в ежедневном море заблуждений и лжи.

Лишь Пиррон велик. Он не поддаётся самой пагубной страсти – страсти к славе. Его не волнует «легковесное племя людское». Он нашёл выход «из рабской службы богов». Он «раскрыл все обманы»[14]. И, самое главное, перестал ломать голову над абсолютно пустым вопросом, идущим ещё от Гесиода, «о том, откуда и что происходит».

в). В своих воззрениях скептики первыми последовательно проводили агностицизм, представление о недостоверности и относительности нашего знания. Наше знание относительно, также как и всё в этом мире. Все вещи постоянны и непостоянны, равны и неравны себе и т.п., поэтому они непознаваемы. В соответствии с этим наше отношение ко всему должно проявляться в полном воздержании от каких бы то ни было суждений. Для обозначения этого воздержания скептики вырабатывают фактически единственный «термин» своей философии – «эпохе» (остановка, задержка). «Эпохе» должно быть абсолютным и полным, и тогда из него будет следовать необходимые бестревожность, невозмутимость, хладнокровие, безмятежность и т.п.

Главным для человеческой мысли является сомнение. Причём это сомнение не продуктивное, стимулирующие, а догматическое. Скептик говорит не: «Я не уверен», или «я не знаю, но могу узнать»; он говорит: «никто не знает и никогда не сможет знать».

Преодоление этого догматизма, не сочетающегося с общим пафосом скептических воззрений, сделали своей задачей более поздние последователи скептицизма. Кроме того, скептицизм как пирронизм, заявляя себя как реализацию определённое жизненной позиции, а не теоретическое построение, не давал никакого руководства к жизни. В нём как бы «декларировалась» позиция вынужденного механического следования всем имеющимся обычаям, верованиям и законам без какого бы то ни было размышления над ними. Всё общепринятое выглядит абсурдным и лживым, но твёрдо сказать о законах человеческой жизни ничего нельзя, потому что у человека нет никаких оснований выбирать между ними и предпочесть что-то как лучшее или отвергнуть как худшее на основе собственного разумного убеждения.

В эволюции скептицизма пирронизм сменяется пробабилизмом – учением о том, что нет абсолютных истин, но есть вероятное знание. Нет абсолютно достоверного знания, но возможно знание объективное и вероятное, правдоподобное. Эта позиция реализуется в академическом скептицизме, когда на рубеже III – II вв. до н.э. скептицизм соединяется с платоновской академией. Крупнейшими скептиками платоновской академии были Аркесилай и Карнеад.

г). Но к концу II века происходит новый всплеск радикального скептицизма, который представлял собой попытку теоретизации пирроновской позиции. Это связано с именами Энесидема и Агриппы.

Сочинение Энесидема «Восемь книг пирроновских речей» начинается с рассуждений о принципиальной противоречивости таких феноменов как изменение, движение, рождение, гибель, а самое главное – Бог. Это так, поскольку в мире не может быть никакой причинности, идея причинности рождается у человека, наблюдающего реальный факт единообразия мира.

Но единообразие, повторяемость не может породить причинности. (Если кошки всегда рождают котят, а не слонят, то это ещё ничего не говорит о причине, а только демонстрирует единообразие). Понятие причины вообще непостижимо. Ведь причина и действие не могут совпадать, причина должна быть до действия, но если они не совпадают, то различны. Значит то, что полагается причиной не может породить действие, которое должно быть отлично от неё, поскольку нельзя породить что-то отличное от себя.

Наиболее полно до нас дошли «десять тропов» (способов) защиты скептицизма, выдвинутых Энесидемом, которые излагает позже в своих работах Секст Эмпирик.[15] К ним относятся:

1) Все живые существа разнообразны и по-своему воспринимают окружающий мир. При этом, например, собака, по многим параметрам превосходит в этом человека.

2) Все люди различны между собой, что обуславливает их совершенно разное восприятие.

3) Все органы чувств устроены по-разному и каждый даёт свой, собственный образ предмета.

4) Но даже и один орган чувств воспринимает один и тот же предмет по-разному, в зависимости от ситуации.

5) Предмет всегда воспринимается тем или иным в зависимости от разницы в положении, расстоянии и месте нахождения.

6) Ничто не существует в чистом виде, «без примесей».

7) Значение вещей всегда определяется ситуацией, а не сущностью.

8) В целом всё наше познание относительно.

9) Оценка всякой вещи зависит от частоты её встречаемости: чем реже — тем ценней.

10) Наши знания определяются законами, верованиями, обычаями, в которых мы живём, а значит, несут в себе не только достижения, но и все предрассудки культуры.

При этом каждый троп сопровождается массой «сюжетных картинок» – аргументов, примеров, пародий и т. п. Так, во втором тропе говорится, что в Аттике была одна старуха, которая могла безболезненно выпить цикуты во много раз больше того, от чего умер Сократ.

Агриппа изменил тропы Энесидема. Фактически он стягивает их все к третьему и дополняет четырьмя новыми. О разноречивости во мнениях философов и учёных. О бесконечности доказательства, т.к. каждое из них нуждается в предшествующем доказательстве. О том, что мы никогда не осуществляем такого доказательства, а обрываем его по нашему произволу. И, наконец, о том, что в принципе никогда невозможно выйти из порочного круга цепи теоретических доказательств, что и говорит об абсурдности теоретического, логического знания.

Ж). Философия неоплатонизма. Самым поздним этапом развития античной философии является неоплатонизм, возникший в 3 веке нашей эры, и находящийся на совершенно противоположном по отношению к эпикурейцам и скептикам мировоззренческом полюсе. Теоретически он опирался на платонизм средней Академии (когда она порвала со скептицизмом), неопифагореизм и частично на Аристотеля.

Это мировоззрение поздней Римской империи. Но возникает раньше – в самый кризисный момент перехода от ранней к поздней империи, в пятидесятилетие смены «солдатских императоров». За это время их сменилось около 26, убиваемых за большие деньги солдатами, которые немногим ранее за деньги же возводили их на трон.

а). Основателем неоплатонизма считается Плотин (204/5 – 270 гг. н.э.). Но можно сказать, что это первый пишущий неоплатоник. Видимо, основные положения своего учения он воспринял от своего ничего не писавшего учителя Аммония Саккса, который был крещён родителями, но затем вернулся к язычеству.

Учениками Плотина были Амелий и Порфирий, учеником Порфирия – Ямблих, учеником Ямблих – Эдесием, основавший в 4 веке неоплатоновскую школу в Бергаме. Эта школа соединяется с поздней Академией, и в 437 году главой Академии становится самый выдающийся представитель бергамского неоплатонизма – Прокл, который подводит итог развитию платонизма в рамках языческого политеизма и даёт детально разработанную сводку основных идей, понятий и методов неоплатонизма.

Основатель этого направления – Плотин – первые девять лет своей деятельности устно преподавал в Риме. С воцарением императора Галлиена был приглашён для бесед с ним и по просьбе императора начал записывать свои мысли, позже Порфирий разбил его опусы на группы по темам, так что в каждой оказалось по девять. Отсюда сочинение Плотина получило своё название «Эннеады» – «девятки». Эти «Девятки» имеют у Порфирия такую последовательность: этика, натурфилософия, космология, психология, ноология (учение об уме) и генология (учение о едином).

б). Мировоззрение Плотина во многом определяется вполне понятным стремлением отвернуться от зрелища разорения и нищеты в реальном мире, с тем, чтобы созерцать вечный мир Блага и Красоты. Поэтому его философия – не столько теоретическое построение, сколько некоторый способ выражения определённого человеческого настроения и умонастроения, это радость и скорбь, сопровождающаяся размышлениями о Вселенной.

Это настроение как бы возвращает античную философию от Аристотеля к Платону, а затем и к мифу (у Прокла), соотнося философию не столько со Знанием, сколько с Красотой. Происходит выход философии за свои собственные границы и её ремифологизация.

Основанием этого является доведённое Плотином до крайности платоновское презрение к телесному чувственному миру и признание безусловного приоритета мира высшего над миром низшим, в чём неоплатонизм оказался сходным с враждебной ему христианской религией.

Главным в неоплатонизме оказывается учение о потусторонности, сверхразумности и даже сверхбытийности первоначала всего сущего и о мистическом экстазе как средстве приближения к этому первоначалу. Вследствие этого учение Плотина – последовательный монистический идеализм и даже сверхидеализм.

Исток такого идеализма не столько в созерцании космоса, сколько в духовном устроении дифференцированной личности позднего эллинизма. По Плотину материальное и идеальное противостоят друг другу также, как противостоят друг другу обыденный (низкий) и возвышенный человек. Первый погружён в чувственное существование, он весь во внешнем, потерян и самоуничижён в нём. Он любит красивые вещи, но не понимает красоты как таковой, для него тело важнее души. Возвышенный же человек от внешнего мира обращается в глубины собственной души, которая превыше тела, и там находит истину покой и безмятежность, поскольку душа открывает ему высшую Красоту мира.

Обращаясь к платоновской идее Красоты, Плотин рассматривает ее как главную ценность мироздания.  Но Платон говорит о Красоте космического в своей сути Блага, к которому человека ведёт Любовь, вознося его мир к вершинам духа. У Плотина – это трагически скрытая Красота, на фоне которой подчёркнуто безобразно выглядит обыденная жизнь людей, которая воспринимается как лишённость, как всего лишь последняя ступень немотивированного нисхождения внешней Красоты в мир жизненной юдоли.

в). Подлинное бытие высшей Красоты эманирует в мир, постепенно угасая в нём. Мир по Плотину иерархичен и образует ступени нисходящего бытия. Мировая иерархия выглядит так: Единое, мировой разум, мировая душа, природа и небытийная в своей сути (не имеющая в своей сущности бытия) материя.

Прокл для обозначения этой иерархии употребляет понятия: Единое, числа (или боги), ум, душа. При этом Единое соотносит с понятием причины, не меньше, чем с Красотой, и раскрывается через вечное, самодовлеющее, самобытное, причастное причинам, в целом, через актуальную бесконечность. В мире же «стремление у одних вещей имеется в отношении бытия, будучи приспособленностью к причастности причинам; у других оно имеется в отношении жизни, будучи движением к лучшему; у третьих в отношении познания, будучи совокупным ощущением благости причин»[16]. (Соответственно: душа, ум, числа, а над всем этим Единое.) Но сама причина – Красота, а само единое – не причина, но создающая причины мира Красота.

В этом качестве единое существует вне многого и над многим. Единое для много недоступно. Единое «изъято» из мира и вынесено в положение Бога. Единое-Бог непостижимо, поскольку его нельзя назвать существующим. Ведь назвать существующим – значит поставить в какие-то рамки. Единое же нельзя определить, т. е. нельзя заузить, оно беспредельно.

Единое совершенно самодовлеюще, целостно, и ни к чему не стремится. Оно вечное счастье и вечный покой. Оно ни в чём не нуждается. Причём оно не нуждается даже в самом себе, не ограничено даже самим собой и не зависит даже от самого себя. Единое не только не многое, но даже и не единое (в обычном смысле слова: целостное, одно), оно бесконечно и конечно. Оно вневременно. Оно нетронутая временем вечность.

Оно беспредикатно: ему ничего нельзя приписать никаких свойств, в нем нет субъектно-объектного отношения, саморефлексии, самопознания. Единое это знание без познания, немыслящее мышление. Оно невыразимо и не имеет никакого имени. Все «Эннеады» Плотина, особенно их завершение, являются сплошным славословием непознаваемому, сверхсущему и беспредикатному единому.

Единое – это всегда ускользание от мысли, всегда соотнесённой со множественностью. Поэтому оно постижимо только в состоянии экстаза, и если и выразимо, то только средствами апофатической (отрицательной) теологии, либо же сравнением его с Солнцем, Светом и Благом. Как Свет и Благо не есть сущее, но то, что проявляет это сущее, так и Единое светит вокруг себя, не может не сиять.

Оно «переполняется» в своей «запредельности» и не может не проистекать в мир. Поэтому творение мира не есть творение из ничего, а есть абсолютно немотивированный объективный процесс. Единое не обладает бытием, но промыслом, который не есть акт его личного усмотрения или решения, но является свойством его природы, всемогущей, вездесущей и всегда творчески деятельной. Это абсолютно свободная воля. Свободная настолько, что не решает даже, предпринимать ли одно, или отвергать другое. Все акты свободной воли Единого даны в нём сразу и раз и навсегда.

Почему Единое есть высшая Красота, когда оно даже и не существует? С точки зрения неоплатонизма ответом на этот вопрос может быть одно слово: «Потому…». Здесь в неоплатонизме реализуется та же модель, что и в раннем христианстве: чем невероятнее, тем истинней. Реальный вероятный мир – воплощение поруганной красоты. По отношению к нему может рождаться только скепсис. А скепсис противостоит не столько разуму, сколько вере. И именно она даёт уверенность в том, что высшая Красота есть. И словом «Единое» как раз и выражается в неплатонизме эта уверенность, что существует некая целостность подлинных высших, прекрасных правил жизни. Поэтому взгляд на такое первоначало в неоплатонизм имеет мягкое, задушевное, интимно-сердечное настроение, и оно понимается как цель экстаза, а не предмет познания.

г). Познание относится к тому, что освещено Единым. Главной теоретической проблемой неоплатонизма оказывается проблема соотношения единого и многого, проблема эманации. Для ее разрешения и используются представления о мистическом экстазе и иерархичности мира. Плотином и Проклом создаётся учение о переливании полноты первоединства в инобытие, инаковость и возвращение инаконости к своему первоисточнику.

Первым, что с необходимостью происходит из Единого, является Ум (Нус). Ум – это результат переполнения Единого и возникающего вследствие этого излияния его за свои пределы. Единое «по определению» исчерпывает себя, а значит, устанавливает свои пределы и определяет то, что за пределами. Единое порождает множество и становится единомножественным. В этом качестве оно перестаёт быть запредельным благом, и становится благом этого мира – Умом.

Ум – это Единое в мире. Это образ Единого, его энергия, «отпечаток». Ум – «преддверие» Блага, «дитя» Блага, Ум – благовиден. Единое небытийно, Ум – бытиен, поэтому в отличие от Единого Ум обладает характеристикой инаковости. Поэтому именно он есть образ Единого, в котором оно одновременно едино и множествененно. Ум одновременно и мыслящее мышление и демиург.

Если в Едином нет разделения на познаваемое и познающее, то в Уме – есть. Ум познаёт сам себя. Можно сказать, что он – саморефлексия систематизированной совокупности идей. В этом органическом единстве саморефлексии Ум, также как и Единое, существует вне времени. Ум творит своё содержание и мыслит это содержание, начиная с наиболее общих идей, категорий: бытие, движение, покой, тождество, различие и т. п. Из этих идей происходят все остальные идеи, включая идеи индивидуальных вещей. Но значит, ум несёт в себе как высшую гармонию и форму, так и негармоничную хаотическую совокупность идей. Поэтому из Ума рождается душа мира, которая как бы «перерабатывает» в себе негармонические составляющие разума в особую Красоту.

Красота Единого – запредельна, Красота разума – высшая Красота мира. Красота души – Красота, распространённая по миру, поскольку душа, в отличие от Единого и Ума существует во времени. Собственно она и создаёт время и является источником всякого движения, всех реальных движений мира во времени. Душа бестелесна, неделима и созерцает идеи как нечто внешнее для неё. Отражение идеи в душе есть логос. Движение логосов есть собственно высшая душа, повёрнутая к Уму.

д). Низшая же душа дробиться в природе. Поэтому природа замечательна своей одушевлённостью. Душа есть у звёздных светил, растений, животных и т. п. Они реальны настолько, насколько с помощью души причастны идеям Ума. Красота природы – лишь отблеск, слабый и тусклый, подлинной сверхъестественной, надприродной красоты. С лучшей своей стороны природа есть затенённая часть мировой души, с худшей – порождение материи.

Материя не имеет реального существования, т.е. существования идеального. В Уме нет понятия материи, поэтому она небытие и несущее, но ни ничто, не абсолютное несуществование. Материя возникает не как особое начало, противостоящее Единому. Она есть предельное угасание света Единого. Где смыкается тьма, там возникает материя. Материя – отсутствие должного быть света. Тьма материи противостоит свету Единого как зло. Нo поскольку материя несамостоятельное начало, то зло в мире не равновелико добру. Зло – недостаток должного быть добра.

При этом и Ум, и Душа, и природа имеют материал для своего телесного воплощения. Но Ум и Душа имеют особое телесное воплощение, для которого используется особая «космическая материя». Природная материя – самая грубая материя, своеобразные «отходы» процесса эманации. Именно поэтому в Уме нет идеи такой материи. Но в нём есть идеальная материя, понимаемая пифагорейски. Эта материя определяется через понятия предел и беспредельное, единица и двоица. Единица и беспредельное уходят вверх и в центр, составляя суть самого Единого, которое имеет все возможные атрибуты, в том числе и воплощённость, а значит телесность и «материю», но совершенно непостижимого свойства. Предел же и двоица остаются, образуя ум, мыслящий себя, и являются идеальной материей.

д). Материя – главный предмет обычного познания. Низшая материя как зло познаваема инструментом искусственного и даже ложного силлогизма (рассудочного умозаключения). Идеальная материя Ума познаётся (мыслится) математически. Единое же, как благо, не познаётся, а постигается благодаря, как уже говорилось, особому задушевному отношению к его Красоте, особой родственной тяги к нему тяги, проявляющейся в особом мистическом экстазе.

Единое в эманации создаёт многое, которое в свою очередь стремится преодолеть свою разобщённость и вернуться к Единому-Благу. Единое не только эманирует, но и притягивает. Самой большой тягой к Единому наделён человек, но низкий и возвышенный человек испытывают это притяжение по-разному. Низкий человек наделён ей минимально, поскольку он двухмерен, а не вертикален. В его душе низшая часть победила высшую. Изменить это положение может только разум и, в полной мере, экстаз.

Экстаз – это исступление души, прорыв из обычных двухмерных координат жизни. Состояние экстаза выше даже проявлений возвышенной части души и, прежде всего разума. Экстаз – это непосредственное видение Красоты и своей соотнесённости с ней. Экстаз открывает низкому человеку значение его разума, который может за границами экстаза вернуть высшей душе её господствующее положение в человеке. Это одновременно мучительно-неистовый и просветляющий (вычищающий) экстаз. Для возвышенного человека экстаз – это естественное достижение желанной цели, когда душа выступает из тела и сливается с Единым.

Но в любом случае экстаз имеет абсолютно мистическую природу. Это убеждение Плотин, видимо, вынес из собственной жизни, поскольку Порфирий свидетельствует, что Плотин достигал этого состояния, по крайней мере, четыре раза в течение жизни, «не внешней пользуясь силой, а внутренней и неизречённой».

е). Социально-политические проблемы неоплатоников практически не интересовали. Самым значительным здесь является проект Плотина относительно основания в Кампани республики по типу «Государства» Платона. Для этого предполагалось построить новый город, который был должен называться Платонополь. Проект этот был встречен сначала благосклонно, но затем император запретил его осуществление.

ж). В своей истории философий Б. Рассел достаточно точно определил Плотина как «меланхолического оптимиста» (возможны и весёлые пессимисты). Это был единственно возможный вариант оптимизма в тех исторических условиях, в которых жил Плотин. Философия Плотина – это не размышление, а сосредоточенное устремление: устремление к высшей Красоте и в собственную душу. Это не философская доктрина, а реализация особого философского темперамента.

Поэтому, во-первых, эта философия сталкивается с трудностью теоретического свойства:  проблемой соотношения бытия и небытия. Абсолютная бытийностъ Единого всё время «играет» ликами небытия. 1. Единое само – не существует в обычном смысле слова. 2. Свет Единого иссякает в небытийности материи. 3. Всё в мире предстаёт как «иное»: Ум – иное, чем Единое, Душа – иное, чем Ум, природа – иное, чем Душа. Но иное, т. е. отличенное, есть в теоретическом смысле атрибут небытия. И, во-вторых, в таком темпераменте заключена неизбежность подчинения философии новому религиозному умонастроению.

Прокл, завершающий традицию неоплатонизма, стремиться повысить уровень его теоретичности, но одновременно закрепляет, почти канонизирует плотиновский темперамент и логически обосновывает подчинение философии религии.

Его изощрённая и разработанная философия обосновывает то положение, что все человеческие знания: физика, математика, этика и человеческая мудрость – философия, — исчерпывают себя. Они способны приобщить к Уму лишь внешне. На основе них человек способен достичь только практических, рассудочно обоснованных добродетелей. Есть высшая теоретическая добродетель –  добродетель приобщения ума человека, к мировому Уму. Она опирается на философию Единого, которая является преддверием экстаза. Но ещё выше добродетель гиератическая (экстазная, возносящая) – добродетель выхода за пределы Ума к Единому.

Причём добродетель приобщения к Уму – ещё не экстаз, а гиератическая добродетель – уже не экстаз. Она есть совершенно особое соединения мифа и философии, рационального и иррационального. Это совершенно особое потрясающее и преобразующее душу миросозерцание, религиозное, а не философское в своей сути. Этот процесс ремифологизации философии окончательно уводит философию в собственном смысле слова с авансцены культуры, предуготавливая ей роль «служанки богословия».

Вывод. Культура эллинистической эпохи радикально меняет настроения, доминирующие переживания и характер отношения к миру в сравнении с классическим периодом античности. Праздничные и духовные пиршества древних греков и упоение величием Рима, были вытеснены павшей реальностью будней, разорений и извращений. Человек-калокагатос остался далеко в прошлом, и даже фигура достойного законопослушного гражданина была постепенно девальвирована и оттеснена идеалом дифференцированной сосредоточенной в себе личности, из последних сил стремящейся сохранить себя.

В философии, и мировоззрении в целом, в полной мере проявляется то, что называется «бегством от внешнего мира». Новые философские направления отказываются от решения вопросов о сущности бытия, от поиска каких бы то ни было первоначал и особых сущностей мира, и сосредотачиваются на данностях человеческой жизни, на проблемах личности, этики и т.п.

Этому, безусловно, способствовало и социально-политическое состояние древнегреческой и древнеримской цивилизаций. Рабовладение всё больше демонстрировало свою несостоятельность, что обуславливало не только кризис, но и провал традиции величественного соматизма. А македонское завоевание Греции, и много спустя и распад Римской империи приводили к тому, что мировоззрение вытесняло из себя всё, что могло подчеркнуть такое унизительное положение – всё великое, что символизировало собой прежнюю культуру.

Начиная с эллинизма, эпоха достаточно абстрактной всеобщности сменяется эпохой достаточно абстрактной единичности, а затем при переходе к периоду позднего эллинизма происходит движение от индивидуализма к универсализму монотеистического толка. Теоретичность заменяется практичностью, которая, пройдя в свою очередь «круг» своей жизни, становится базой новой теоретичности, но уже религиозной. «Дверь» за ушедшей философией закрывается.

Общий вывод. Античная философия является фундаментом, душой и одновременно загадкой не только всей европейской философии, но и всей европейской культуры. Большинство исследователей этого периода истории философии сходятся во мнении, что а) сила воздействия этой философии безгранична; и б) знание этой философии фактически обеспечивает знание всей последующей философии.

В целом эта философия космоцентрична. Но характер античного космоцентризма претерпевает существенные изменения в процессе эволюции философской культуры древних греков и римлян. Философии «фюзиса» сменяется философией «номоса» и философией идей, и, наконец, завершается философией «субъективного устроения» личности в непостижимом космосе сообразно неумолимостям судьбы.

Эта эволюция создает уникальное и завершенное пространство философии, не имеющее аналогов в последующие века. Эта философия стремилась стать жизнью, причем, наиболее ее совершенной формой, а не просто быть философией жизни. Благодаря этому она достигла удивительных теоретических высот, но благодаря этому же она исчерпала свою энергию и уступила место христианскому мировоззрению, сохранив за собой особое «виртуальное» место в пространстве культуры.



[1] Лосев А.Ф. История античной эстетики. Ранний эллинизм. М.,1979. С.43.

[2] Диоген Лаэртский. О жизни, учениях и изречениях знаменитых философов. М..1979. С.234.

[3] Там же. С.115.

[4] Там же. С. 237.

[5] Там же. С. 253.

[6] Там же. С.124.

[7] О теории лектона подробнее см.: Лосев А.Ф. История античной эстетики. Ранний эллинизм. М.,1979. С.107-120.

[8] Б.Рассел  История западной философии М.,1959. С. 286.

[9] Диоген Лаэртский. О жизни, учениях и изречениях знаменитых философов. М.,1979. С.398.

[10] Рассел Б. История западной философии. М.,1959. С.246.

Клиническая психология как наука и специальность — лекция, которая пользуется популярностью у тех, кто читал эту лекцию.

[11] Диоген Лаэртский. О жизни, учениях и изречениях знаменитых философов. М.,1979. С. 381.

[12] Рассел Б. История западной философии. М.,1959. С. 254.

[13] Цит. по: Чанышев А.Н. Курс лекций по древней и средневековой философии. М..1991. С.148.

[14] Там же. С. 149.

[15] См.: Секст Эмпирик. Сочинения в 2-х т. Т.2. М.,1976. С.260.

[16] Прокл. Первоосновы теологии. М.,1993. С.39.

Философские школы эпохи эллинизма

 
 

Содержание

1. Введение. Эллинская философия………………………………….3

2. Этические идеи  киников………………………………………………5

2.1 Кинизм…………………………………………………………….5

2.2 Этика  киников………………………………………………………………….6

2.3 Влияние  киников……………………………………………………………….7

3. Атомизм и этика  в учении Эпикура

3.1 Атомизм……………………………………………………………………………..8

3.2 Школа  атомистов………………………………………………………………8

3.3 Эпикуризм.  Этика. Эпикура…………………………………………………. .9

4. Стоицизм. Учение  о причинности,  необходимости 

и судьбе

4.1 Стоицизм………………………………………………………………………13

4.2 Этика  стоицизма………………………………………………………………16

5. Скептицизм……………………………………………………………………17

5.1 Скептицизм  и его направления………………………………………………18

5.2 Этика  скептицизма………………………………………….……………………..22

Список  использованной литературы………………………………………..23 
 
 
 

  Введение. Эллинская философия

   Характер и значение эллинизма, как нового этапа в истории античного общества особенно четко отразились в эллинистической культуре, которая вышла даже за рамки эллинистического мира, будучи унаследована Римской империей, Византией и народами Передней Азии, она оказала значительное влияние на культуру Нового времени.

   Культурная жизнь общества получила широкий размах, невозможный раньше в маленьких отгороженных друг от друга полисах. В период эллинизма литература и наука получают свой богатый, центр в Александрийском музее. Библиотека этого музея имела до 700 тысяч свитков. Здесь не только собирали, но и изучали литературу.

   Громадное значение имело при этом возникновение общегреческого языка, постепенно вытеснившего из литературного языка местные диалекты. Вместе с греческим языком к народам Востока проникают и греческие литературные жанры. Наконец, как известно, греческая литература эллинистического периода послужила исходным пунктом для создания римской литературы. Не только литература и искусство изменили свое содержание и создали новые формы; резкие изменения произошли в чисто идеологической сфере философии и религии.

   Эллинистический период античной философии длился от начала походов Александра Великого до овладения римлян Египтом. Развитие эллинистической философии сопровождалось успехами науки: математики, механики (Евклид, Архимед), астрономии (Аристарх Самосский) медицины, географии, филологии. Происходит изменение во всех сферах жизни: научной, политической, общественной и духовной. Эллинистическая культура надолго пережила эллинистические государства и вызвала у историков иллюзии, будто в созданных эллинизмом культурных ценностях и заключается его подлинная сущность. Эллинизм означал серьезные изменения в экономической, политической и социальной жизни общества. Изменения послужили основой для создания и распространения эллинистической культуры. Эллинизм не был простым механическим «смешением» Востока и Запада. Эллинизм как новый этап в истории общества получил отчетливое выражение в области культуры в литературе и искусстве, в философии и религии. Эллинистическая культура распространилась и сохранилась даже там где её социально-экономическая и политическая база оказалась слабой и недолговечной. Она проникла в Среднюю Азию и Индию.

  
 
 
 
 
 
 
 
 
 

2. Этические идеи  киников

2.1  Кинизм 
   Киническая школа получила свое название от Диогена из Синопа, имевшего прозвище собака, что по гречески означает «кинос». Основатель школы — Антисфен был учеником Сократа, а после его смерти основал свою собственную  школу. Он считал  всякое  удовольствие  злом.  
«Лучше сойти с ума, — якобы утверждал он, — чем испытать наслаждение».  
Поэтому киники советовали обнимать мраморную статую в мороз и лежать в горячем песке летом. Они проповедовали отказ от дома и семьи, от богатства и любви  общественных обязанностей. Киники отвергали потребительскую жизнь, презирали почести. Хотя они осуждали чувственные наслаждения, из этого нельзя сделать вывод, что их этическим  идеалом был аскетизм. Наоборот, согласно их этическому учению, естественные потребности людей нужно удовлетворять, однако неправильно в процессе удовлетворения этих потребностей  стремиться  к  наслаждению.  
   Цель такого образа жизни – автаркия, т.е. «самодостаточность», автономия нравственной  личности. Идеал простои жизни киники весьма тесно связывали  с  возвратом  к   природе. Естественное удовлетворение природных потребностей, устранение всех искусственных препятствий и достижение автаркии являются главным смыслом  кинической  этики. 
   Высшим нравственным идеалом киников, которого можно достичь путем подавления страстей и ограничения до минимума потребностей, является полная апатия — безразличие к миру, обществу, почестям и всем прочим ценностям. Антисфен демонстративно пренебрегал приличиями, это делали и другие киники, в особенности Диоген. Именно отсюда пошло представление о цинизме и циниках как людях, пренебрегающих моралью и приличиями.  
Моральный принцип кинизма состоит в пренебреженииии общественными нормами  и  в  близости  к  «естеству». 

2.2 Этика киников

   Основной задачей философии, утверждал Антисфен, является исследование внутреннего мира человека, понимание того, что́ является для человека истинны благом. Поэтому кинизм не создает абстрактных теорий, в отвлеченности от абстрактного стремится к пределу и как система представляет собой комплекс практических   идеалов. Киническая этика исходит из принципиального морального кодекса среднего индивида. Такая этика прежде всего негативна и требует разрыва с устоявшимися нравственными нормами.     Концепция кинической добродетели сводится к четырём положениям:

 — натурализм, исходящий из приоритета природы, а полагающий низший уровень потребностей и только необходимую норму потребления.

  — субъективизм основанный на «свободе воли»; на силе духа, характера, способности к независимому существованию, самоограничению, самоотречению, перенесению трудностей, освобождению от пут религии, государства, семьи и т. п.

  — индивидуализм, ориентирующий поведение человека на достижение независимости от общества,

  — эвдемонизм, предполагающий спасение в умеренности, отстраненности, которые естественны для разумного добродетельного человека, понимающего истинную цену вещей.

Таким образом этический идеал кинизма  формируется как:

— крайняя простота, граничащая с докультурным состоянием;

— презрение ко всем потребностям кроме основных, без которых сама жизнь была бы невозможна;

— насмешка над всеми условностями;

— демонстративная естественность и безусловность личной свободы.

   Как сумма, в центре кинической философии находится человек с его естественными    заботами. Киник ищет норму в природе человека как вида и индивида, и не ждет божественных указаний для решения собственной жизни. Индивидуализм киников приводит к принципу внутренней свободы, которая добывается борьбой с самим собой, но не с «социальным злом».

2.3 Влияние кинизма

   Идеи кинической этики обнаруживают свою силу ещё в III в до н. э. Среди кинических подражателей встречаются имена многих выдающихся философов-моралистов и поэтов-сатириков (Зенон, Эпиктет, Сенека, Филон, Варрон, Персий, Ювенал, Гораций, Петроний, Плутарх, Лукиан, Юлиан и др. ). Образ жизни киников оказал влияние на оформление христианского аскетизма, в особенности таких его форм как юродство и странничество.

   В историю европейской культуры при всей скандальности своей практики и философии, киники вошли как выдающийся пример человеческой свободы и моральной независимости. Они воплотили в себе образ величия духа, пренебрегающего соблазнами чувственной жизни, социальными условностями, тщеславными иллюзиями власти и богатства.

    Сохранили и развили традицию философской провокации материалисты Нового времени, не избежав естественной трансформации «подлинного» кинизма; «голая истина» Диогена трансформируется в культурную революцию; киническое презрение к богатствам, государству и власти превращается у Ницше в «волю к власти», философское обоснование власти.  
 

3. Атомизм и этика  в учении Эпикура

3.1 Атоми́зм — натурфилософская и физическая теория, согласно которой чувственно воспринимаемые (материальные) вещи состоят из химически неделимых частиц — атомов. Возникла в древнегреческой философии. Дальнейшее развитие получила в философии и науке Средних веков и Нового времени.

   Термин атомизм употребляется в двух смыслах. В широком смысле атомизмом называется любое учение об атомах, в узком — древнегреческая философская школа V-IV веков до н. э., учение которой является самой ранней исторической формой атомизма. В обоих случаях употребляется также термин атомистика .

3.2 Школа атомистов

   Атомизм был создан представителями досократического периода развития древнегреческой философии Левкиппом и его учеником Демокритом Абдерским. Согласно их учению, существуют только атомы и пустота. Атомы — мельчайшие неделимые, не возникающие и неисчезающие, качественно однородные, непроницаемые (не содержащие в себе пустоты) сущности (частицы), обладающие определённой формой. Атомы бесчисленны, так как пустота бесконечна. Форма атомов бесконечно разнообразна. Атомы являются первоначалом всего сущего, всех чувственных вещей, свойства которых определяются формой составляющих их атомов. Демокрит предложил продуманный вариант механистического объяснения мира: целое у него представляет собой сумму частей, а беспорядочное движение атомов, их случайные столкновения оказываются причиной всего сущего. В атомизме отвергается положение элеатов о неподвижности бытия, поскольку это положение не дает возможности объяснить движение и изменение, происходящее в чувственном мире. Стремясь найти причину движения, Демокрит «раздробляет» единое бытие на множество отдельных «бытий»-атомов.

   В современной физике вопрос об атомизме является открытым. Некоторые теоретики придерживаются атомизма, но под атомами подразумевают фундаментальные частицы, которые далее неделимы.

3.3 Эпикуреизм, этика  Эпикура

  Эпикур (341-270 до Р.Х.) — древнегреческий философ, наиболее выдающийся мыслитель эллинистического периода развития философии. Родился и вырос на о. Самое. В восемнадцатилетнем возрасте переселяется в Афины и в 35 лет   основывает там школу в саду, на воротах которого была начертана надпись: «Гость, тебе будет здесь хорошо, здесь удовольствие — высшее благо». Эта школа в дальнейшем получила название «Сад Эпикура».

  Эпикур написал большое количество произведений, около 300, из которых до нас дошли лишь некоторые. Много материала содержится в сочинениях противников эпикуреизма. Прежде всего интерес представляет понимание Эпикуром философии и ее задачи. Эпикур считает, что философия — это такая деятельность, которая приводит человека посредством размышлений к счастливой жизни, свободной от страданий. «Пусты слова того, которыми не врачуются никакие страдания человека. Как от медицины нет никакой пользы, если она не изгоняет болезни из тела, так и от философии, если она не изгоняет болезни души» (Лукреций. О природе вещей). «Кто говорит, что еще не настало время занятий философией, тот похож на того, кто говорит, что для счастья или еще нет, или уже нет времени». Таким образом, цель философии состоит в просвещении людей, а не в чистой теории.

   Эпикур разделяет свою философию на три части: канонику — учение о познании, физику, этику. Последняя выступает у Эпикура главной частью, но первые две части являются обоснованием этики.

Согласно  Эпикуру, все знание возникает из ощущений посредством восприятии предметов  природы, к которым он также относили образы фантазии. Восприятия возникают  в нас вследствие проникновения  в нас «образов» вещей. Они по виду подобны твердым телам, но значительно превосходят их «по тонкости». Образы эти отцепляются от поверхности вещей и перемещаются с быстротой мысли. Если они входят в органы чувств, то дают настоящее чувственное восприятие, если же проникают в поры тела, то дают фантастическое восприятие. Понятия, или общие представления, образуются на основе единичных представлений. Как восприятие, так и общее представление всегда верно отражают окружающий мир. Поэтому они выступают критериями знания. Заблуждения и ошибки возникают только в том случае, когда мы что-то прибавляем к нашим восприятиям, относим наше представление не к той действительности, т.е. источником ошибки оказывается разум.

Литература эпохи эллинизма -История мировой литературы

Литература эпохи эллинизма. — Текст : электронный // Myfilology.ru – информационный филологический ресурс : [сайт]. – URL: https://myfilology.ru//140/literatura-epoxi-ellinizma/ (дата обращения: 20.02.2022)

  • Понятие об эллинизме. Эллинистическое общество и его культура (религиозный синкретизм и новые школы философии).
  • Новоаттическая комедия и ее бытовое направление. Типичные сюжеты и персонажи в комедиях Менандра.

С Еврипидом умирает трагедия. С Аристофаном умирает драматургия. Политическая и моральная стабильность полиса подорвана.

Период правления Александра Македонского был кратким 338-323. На короткий срок образовалась огромная империя. Хотел принести захваченным народам культуру – греческую, как высшее ее проявление. Александр не уничтожал культуру завоеванных народов. Он хотел добиться объединения культур. Для этого он пытается обединить религии и мифологии – синкретизм. На завоеванных территориях было много богинь плодородия и любви – объединение в культ Великой Единой Матери. Это было плодотворно. Изображение богини Изиды с младенцем на руках. Второй пример: бог Серапис. Многие завоеванные страны зависели от воды. Серапис – Аид, Посейдон, Дионис, Озирис, Апис. Сераписа почитали везде.

Эллинский равно греческий. Эллинистический – взаимодействие греческой и восточной культуры. На востоке греки позаимствовали государственный аппарат – военно-бюрократическую монархию. Поняли необходимость единого эллинского языка – появляется общегреческая койне/кольне. В эпоху Эллинизма изменяется даже смысл слова эллин. Раньше это национальная единица. В эпоху Александра это не этническое, а этическое понятие. Эллином мог стать любой, кто исповедует эллинскую культуру и образ жизни.

Расширяется представление греков о родине. Раньше – гражданин полиса, теперь гражданин мира, космополит.

Изменилось отношение эллинов к религии. Религия была делом общественным, государственным. Теперь она становится частным делом, ее можно выбирать.

После смерти Александра его сподвижники делят империю на эллинистические государства: Египет отходит к Птолемею. Сирия, Македония с Грецией. Самым значительным с культурной точки зрения становится Египет. Центром греческой культуры становится Александрия Египетская. Птолемей продолжает дело Александра, основывает крупнейшую в мире Александрийскую библиотеку. Когда Египет сражался с римлянами, библиотека сгорела. Еще Птолемей создает Музейон. Это и Академия Наук и Университет. Эта идея актуальна до сих пор. Единый комплекс научно-образовательного учреждения – собрали лучших тогда ученых разных национальностей. Там был математик Евклид, историк Гекатей, художник Апиллес. Здесь впервые зарождается наука филология. Она имеет начало в гомеровском вопросе.

Первыми филологами были грамматик Зенадот и Аристарх Самофракийский. Но не только Гомер занимал их внимание. Они создали программу античной литературы, котрая изучается сейчас.

В эпоху эллинизма изменился взгляд человека на мир. Это проявляется в философии. Эллины перестали создавать фундаментальные философские системы. Они обратили свой взгляд на человека, на частный вопрос – как достичь счастья? Разработка системы личного поведения в жизни, которая обеспечит духовное благополучие. Система киников/циников, стоиков и эпикурейцев. Они прежде всего определяют значение счастья и путь его достижения. Современное понимание счастья – сумма положительных факторов, а тогда – отсутствие отрицательных.

Киники. Главные представители – Диоген, Антисфен и Кратет. Название получили от прозвища Диогена – «киникос», кусающийся щенок. Был острым на язык. Представители этой школы стремились к отработке и проверке на себе определенного экспериментального образа жизни. От них не осталось никаких трактатов – только анекдоты. Философия киников – философия людей, извергнутых из жизни полиса: беглые рабы, обнищавшие люди. Киники пытаются дать ощущение самодостаточности такому индивиду, которому не на что опереться в жизни. Киники предлагали состояние одиночества оценить как состояние духовной свободы, то есть пути к счастью. Платон называл киников и Диогена взбесившимся Сократом. Учение направлено против всех социальных устоев общества: рабство, собственность, религия. Все киники считали себя космополитами – везде собирались жить по своим законам. Применяли форму проклятия: «Без общины, без дома, без отечества» как лозунг. Пытались доказать свою полную свободу. Именно у киников появляется жанр диатриба – диалогическая полемическая беседа с острой шуткой, сатирой. Создатель – Менипп, бывший раб. Выпущенный на свободу, обладал литературными способностями. Пародирует высокие жанры. Диатриба включает и стихи, и прозу, и афоризмы, и шутки. Жанр менипповой сатиры будет использовать даже Достоевский в своих романах.

Стоики. «Стоя» — это портик, тип крыши, где собирались эти мудрецы. У стоиков есть определенный идеал – это мудрец, не зависящий в своем духовном развитии от среды, государства. Его родина – весь мир. Основатель учения Зенон. Стоики верили в бога Зевса-Логоса, разлитый во всем мире мировой разум. Душа человека частичка мирового разума. Главным стоики считали инстинкт самосохранения. Человек должен вести себя с другими так, как он хотел бы, чтобы себя вели с ним. Стоики считали, что законы общества уважать нужно, шли на государственную службу. Но если они считали, что их заставляют заниматься не добродетелью, то самоубивались. Для киников цель оправдывает средства. Стоикам была важна не цель, в своем стремлении к счастью им был важен этический характер.

Эпикурейцы. Основатель – Эпикур (341-270). Жил в Афинах, преподавал в виде бесед в прекрасных садах. Состоятельный Эпикуру был очень болезненным, не мог принимать участия в общественной жизни, поэтому он создает учение для  богатых и болезненных. Этика Эпикура основана на материалистическом учении Демокрита. Эпикур задумывается над сутью счастья. Ответ: он должен находить его не во внешнем мире, а внутри самого себя – в душевном спокойствии или безмятежности души (атараксия). Не должен вмешиваться в чужие дела и политику. Как этого достичь: все зависит от страха смерти и страха перед богами. Боги отметаются сразу. Смерть: он считает, что пока человек есть – смерти нет, а когда человека нет – то и бояться поздно. Главный лозунг: прожить жизнь незаметно в кругу своих друзей, освободившись от всех страстей. Чрезмерных чувств. Слово «эпикуреец» со временем начинает знать иное – разнузданного человека.

Совершенно меняется и система литературных жанров. Значение теряют трагедия и театр, они неактуальны. Литература и искусство поворачиваются к частному человеку. К личности. Предметом изображения так же становится обычная личность. Происходит поляризация литературы: литература для элиты и беллетристика (массовая литература). Так появляется греческий роман как повесть о частной жизни.

Среди высокой литературы выделяются жанры «ученой» поэзии. Поэты того времени соревнуются с выбором сюжетов – необычные, малоизвестные, разные варианты. Литература теряет  интерес к крупным формам. Вместо эпических поэм получает распространение эпиллий – «эпосик». Распространяется эпиграмма, элегия и идиллия.

Эпиллий. Мастером эпиллия был поэт Коллимах – представитель ученой поэзии. Эпиллий «Гекала» посвящен Тезею, который идет на подвиг, его застает ночь, дождь, стучится в хижину старушки Гекалы. Тезей уходит, потом возвращается, а старушка умерла. Хочет в ее честь устроить спортивные игры – в честь Зевса Гекалийского.

Идиллия. Название: «картинка». Создателем идиллии был поэт Феокрит. Писал буколические идиллии – пастушеские песни. Феокрит против городской цивилизации. Приобщает к естественному. Его идиллии – сценки с волопасами, которые состязаются в песнях, чаще любовных, но могут быть и другие. Феокрит относится к ним с иронией – он житель города, небедный, ведет игру с читателем. В его идиллиях все натурально: навоз, пот – ирония, песни о любви. Снисхождение. Идиллии Феокрита популярны в римской литературе, поэт Вергилий.

Самым распространенным жанром являлась новоаттическая комедия. Термин античный, греки хотели показать отличие между Аристофаном и этими комедиями. Новоаттическая комедия обращается к быту, к типическому, заурядному, семейному. Обретает популярность. Появляется афоризм: «Я человек и полагаю, что ничто человеческое мне не чуждо». Это из комедии  Теренция, римлянина, который использовал много комедий Менандра.

Отличия:

  1. 1) отсутствие высокого общественного звучания, политической злободневности;
  2. 2) исчезают фантастические элементы;
  3. 3) до минимума сведена личная издевка;
  4. 4) новая комедия обращается к общечеловеческому содержанию и отходит от злободневных проблем.

Поэтому она попадает на римскую сцену. Она связывает искусство Древней Греции и более поздних веков. Любопытно, что меняется наполнение терминов «комедия» и «трагедия». Трагедия – превратности героической судьбы, комедия – обыденная жизнь.

25.11.2016, 3508 просмотров.

Циник против эпикуреизма против стоицизма | Философы, школы и примеры — видео и стенограмма урока

Философы-эпикурейцы

Эпикуреизм наиболее тесно связан с Эпикуром Самосским , который жил с 341 по 270 г. до н.э. Хотя он жил в нескольких местах, большую часть своей жизни он провел в Афинах. Эпикуреизм назван в его честь.

Эпикур был основателем эпикуреизма

Эпикурейская философия определяется верой в то, что целью жизни является удовольствие.Этот этический взгляд поддерживается материалистической метафизикой; Это означает, что эпикурейцы думали, что мир состоит из воплощенных атомов, а любые сущности, подобные богам, либо не реальны, либо не связаны с материальной, человеческой жизнью. Философы-эпикурейцы и стоики находились в идеологическом конфликте, поскольку эпикурейцы считали удовольствие целью хорошей жизни; в то время как стоики считали это препятствием (или, по крайней мере, отвлечением) от хорошей жизни.

Тем не менее, дебаты между эпикуреизмом и стоицизмом — это спор в основном о целях, а не о средствах.Возможно, это удивительно, но эпикурейцы выступали за простую жизнь, потому что чрезмерные удовольствия часто приводят к боли (и меньшему общему удовольствию) в более позднее время. Таким образом, для эпикурейского мудреца характерно умеренное получение удовольствия, в том числе телесного, но не чрезмерное баловство. Такой мудрец вел бы мирную жизнь, не стремясь к чрезмерному богатству или власти, поскольку они являются причиной конфликтов и недовольства. Эпикурейский мудрец также жил бы спокойной жизнью, сопровождаемой удовлетворением ожидаемых удовольствий.

Пример эпикурейской философии

Если эпикурейский мудрец вошел в буфет, он не съел все, что мог съесть. Они могут выбирать продукты, которые, по их мнению, являются самыми вкусными, но они не будут есть, пока не почувствуют себя плохо или не будут слишком сытыми. Более того, эпикурейский мудрец не стал бы потреблять пищу так, чтобы это привело к ожирению (поскольку это уменьшило бы их общее удовольствие).

Философы-стоики

Стоицизм не назван в честь какого-либо одного человека. Тем не менее, он тесно связан с Зеноном Китиумским и Сенекой. Зенон из Китиума жил с 335 по 263 г. до н.э., и считается основателем стоицизма. Сенека жил с 4 г. до н.э. по 65 г. н.э. и помог утвердить стоицизм среди римлян.

Стоическая школа философии контрастирует с эпикурейской школой. В то время как эпикурейцы стремились получать удовольствие дисциплинированным способом, стоики стремились не подвергаться влиянию удовольствия и боли. Для стоиков мудрый человек сосредотачивает свои усилия на том, что он может контролировать. Внешний мир не находится под контролем человека. Таким образом, стоик сосредотачивается на том, чтобы дисциплинировать свой собственный разум, чтобы он был отделен от внешнего мира. Надежда состоит в том, что они не подвержены влиянию непредвиденных обстоятельств, которые приносят удовольствие и боль. Примечательно, что они выступают за достижение непривязанности к удовольствию, отчасти потому, что источник удовольствия всегда можно отнять.

Пример стоической философии

Если мудрец-стоик входил в буфет, он ел самую безобидную пищу, которую только мог, и ровно столько, сколько нужно для питания его тела.Для стоика счастливая жизнь — это жизнь, не зависящая от случайностей или внешних обстоятельств; и, таким образом, будет стремиться избежать удовольствия от еды в буфете. Поскольку они не слишком привязаны к внешним объектам, им не приходится страдать, когда эти вещи ломаются, отнимаются или умирают.

Философия киников

Философия киников наиболее заметно связана с Диогеном Синопским, который жил с 400 по 320 г. до н.э. Диоген Синопский , как известно, жил как нищий и лаял на людей, которые ему не нравились, как выражение своих философских и этических взглядов.Вероятно, первый циник, Антисфен (446–366 гг. до н. э.), был учителем Диогена, хотя, возможно, он был менее возмутительным в применении «кинических» принципов.

Диоген Синопский был самым известным представителем философии киников

Циничная философия характеризуется отказом от социальных норм и условностей и попыткой жить «естественно». В таком случае неудивительно, если циники подражают определенному животному поведению или избегают погони за общественными почестями или даже уважением.Таким образом, лай Диогена на людей и жизнь нищего — это не просто личные причуды, а проявление его этических взглядов.

Мудрец-циник считает, что (большинство) условностей ограничивают, абсурдны и ведут к страданиям. Счастливая жизнь проживается в соответствии с природой, что предполагает самодостаточность, рациональность и свободу. Циник-мудрец высказывает свое мнение даже людям, обладающим огромной социальной властью; они не стремятся ограничить свои полномочия только ради условности.Подобно мудрецам-стоикам, киники склонны вести аскетический образ жизни; не потому, что удовольствие является врожденным злом, а потому, что многие удовольствия достижимы в испорченной или абсурдной социальной системе. Например, циник не стал бы искать удобную кровать, потому что и застилание кровати, и реклама кровати — это сложные, неестественные действия, которые напрасно пытаются создать потребность в комфорте, когда было бы достаточно более простых практик сна. Циник-мудрец, конечно же, не стал бы покупать кровать за деньги, являющиеся частью экономической системы, ограничивающей их свободу.

Пример философии киника

Если бы мудрец-циник вошел в буфет, он не стал бы есть. Циник мог поискать еду снаружи. Тем не менее, циник мог войти, чтобы покритиковать владельца буфета за то, что он построил заведение для приема пищи, когда продукты можно достать гораздо проще.

Краткий обзор урока

В эллинистический период существуют три известные школы мысли. У каждой школы мысли была модель мудрости, которую можно назвать мудрецом .Более того, каждая школа мысли считала, что рациональное, дисциплинированное отношение к жизни приведет к счастью.

Эпикуреизм характеризуется верой в то, что мудрый человек стремится к удовольствиям. Понимая удовольствие, зная, как получить его в должной мере, и дистанцируясь от иррационального страха (например, страха перед божественным наказанием), эпикурейцы верили, что могут быть счастливы. Эпикуреизм наиболее тесно связан с Эпикуром Самосским . Стоицизм характеризуется верой в то, что мудрый человек отстраняется от внешнего мира, потому что нет смысла пытаться контролировать непредвиденные обстоятельства жизни. Таким образом, их образ жизни аскетичен, потому что жизнь в удовольствии или накоплении привела бы к чрезмерной привязанности к вещам, которые не являются стабильными. Стоицизм чаще всего ассоциируется с Zeno of Citium и Seneca . Наконец, Цинизм характеризуется отказом от условностей в пользу естественной жизни.Таким образом, идеальный циник постарается быть самодостаточным и не укореняться в обществе, экономике или даже сложных семьях. Циников считали мятежниками, потому что они нарушали социальные нормы, и они разделяли со стоицизмом аскетическое отношение к самоотречению (по крайней мере, в плане накопления). Цинизм связан с Диогеном Синопским и Антисфеном .

Хронология эллинистической философии/Фриленд/Хьюстонский университет

Хронология эллинистической философии/Фриленд/Университет Хьюстона

Хронология эллинистической философии
Др.Синтия Фриланд

Введение

«Эллинистический» относится к широкому периоду времени примерно со смерти Аристотеля. в 323/2 г. до н. э. вплоть до второго века н. э. В этот период центры интеллектуальные исследования во многих областях переместились из Афин в другие регионы вокруг Средиземноморье по мере смены политической власти, включая Рим и Александрию в Египет. Термин «эллинистический» происходит от греческого слова « hellenizo », что означает «действовать по-гречески» или «гречить».«Короче говоря, это период времени, когда литература, искусство, архитектура и философия остро сознавали свой долг (а иногда и чувства неполноценности или производности от) классической эллинской культуры.

В философии эллинистический период был исключительно богат и разнообразен. Обе школы Аристотеля (Лицея) и Платона (Академии) некоторое время существовали в Афинах; Академия оставался открытым до VI века н. э. Были сделаны важные новые открытия в области медицины. науки и астрономии, среди многих других областей.Возникли три новые философские школы. все заявляют о наследовании Сократа (на фото слева вверху) как о главном вдохновителе. эпикурейцев стремились жить простой жизнью, посвященной простым удовольствиям, разговорам с друзей и стремление к благоразумию или мудрости как ключу к хорошей жизни. Стоики были также посвящены поиску мудрости, но подчеркивали цель апатии или бесстрастия. А скептиков подчеркивали, что мудрость Сократа заключалась в том, чтобы осознавать степень его невежество; они чувствовали, что исследование приведет как к сомнению, так и к ослаблению стремление к догме, или ataraxia : безмятежность.

Эта временная шкала должна помочь передать размах периода времени. Было широкое взаимодействие между все три школы (с особенно бурными спорами между стоиками и скептиками). Там был также общий сдвиг во всех трех школах от представительства в Афинах к более общему распространение и популярность в Риме и других регионах. Стоицизм был особенно популярен в Риме. и стал там фактически государственной верой (почти религией); приверженцы располагались по всей социальный спектр от бывшего раба Эпиктета (вверху слева в центре) до императора Марк Аврелий (два фото справа).

Эпикуреизм

«Философия сада»
Эпикур (греч.) 341-270 до н.э. *Школа («Сад») основана ок. 311 г. до н.э. Лукреций (римлянин) 99-55 гг. до н.э.

Стоицизм

(школа «крыльца» или «колоннады»)
Ранняя Стоа (3 век до н.э., в Афинах, в «Стоа Пойкиле» = «Расписное крыльцо»)
Зенон из Китиона 336-264 Б.С. *Основатель школы, ок. 300 г. до н.э. Клеанф Ассосский 331 — 232 г. до н.э. Хирсипп из Соли 280-206 гг. до н.э. (Помолвлена ​​с Аркесилаем из Академии) Средняя Стоя (1-й и 2-й г. до н.э.; введены платонические элементы) Панетий Родосский 185-110 гг. до н.э. Посидоний Апамейский 145-51 до н.э. Поздняя Стоа (1-й и 2-й вв.Д., Роман)
Эпиктет 50-138 гг. н.э. (освобожденный раб одного из телохранители)
Сенека 4 г. до н.э. — 65 г. н.э. (один из министров Нерона) Марк Аврелий 121-180 гг. н.э. (стал императором в 161 г.)

Скептицизм

(школа «скепсиса» или «расследования»)
Ранний («академический») скептицизм (связан с Академией Платона)
Аркесилай
Средняя или «Новая» Академия) 315-240 Б.C.
Карнеад (критиковал Хрисиппа) 213-128 до н.э.
Пирронианский (позже) скептицизм навеяно Пирроном
(грекоязычный финикиец, ездил с Александром Македонским в Индию, ничего не писал) ок. 360 — 270 г. до н.э.
работы, записанные его учеником Тимоном 320-230 до н.э.
1-й в. ДО Н.Э.
, популяризированный Секстом Эмпириком (Рим? Афины? Александрия?)
150-225 А.Д.

Примечание: Эта страница находится в разработке (лето 2000 г.).
Следите за дополнениями и обновлениями.

URL этой страницы: http://www.uh.edu/~cfreelan/courses/Stoics/Timeline.html
Copyright © 2000, Синтия А. Фриланд. Все права защищены.
Последнее обновление: 21 мая 2000 г.
Домашняя страница стоицизма

8.6: Философия и наука – Гуманитарные науки LibreTexts

Эллинистическая философия в значительной степени отошла от интересов греческих философов классической эпохи.Поскольку философы, как Сократ, Платон и Аристотель, не поощрялись к изучению политики, вместо этого они обратились к исследованиям личной этики, к тому, как прожить жизнь, чтобы быть счастливым, даже если социальная справедливость в более широком смысле оставалась недостижимой. Все основные школы эллинистической философии разделяли одно и то же стремление, хотя и по-разному: жить в удовольствии и спокойствии. Особого внимания заслуживают три из них: эпикурейцы, стоики и киники.

Эпикурейцы , названные в честь своего основателя Эпикура, считали, что люди должны отвернуться от бессмысленной драмы политики и социальной конкуренции и уйти в своего рода внутреннее созерцание.Эпикур учил, что даже если боги и существуют, они явно не интересуются человеческими делами, и поэтому их не нужно бояться. Смерть была окончательной и тотальной, представляя собой освобождение и покой, а не загробную жизнь, полную мучений или труда, так что о ней тоже можно было не беспокоиться. Короче говоря, эпикурейцы верили в добродетельный отказ от земных забот и в потворство удовольствиям. Однако удовольствие заключалось не в чрезмерном баловстве (которое приводило к страданию — вспомните несварение желудка и похмелье), а в утонченном наслаждении едой, питьем, музыкой и сексом, хотя одним интересным аспектом этой философии была идея о том, что сексуальное удовольствие — это прекрасно, но эмоциональной любви следует избегать, поскольку слишком велика вероятность того, что она приведет к страданию.По сей день слово «эпикурейец», как оно используется в английском языке, означает человека, который наслаждается прекрасными вещами в жизни, особенно с точки зрения хорошей кухни!

Циники считали, что социальные условности были неудачными побочными продуктами истории, которые отвлекали людей от истинного источника добродетели и счастья: природы. В свою очередь, единственным путем к счастью был более агрессивный отказ от общественной жизни, чем тот, который поддерживали эпикурейцы (которые, опять же, были весьма уравновешенными). Они выступали за сочетание аскетизма и натурализма, потакание своим физическим потребностям без оглядки на социальные условности.На практике это включало в себя преднамеренное пренебрежение общественными нравами, иногда в конфронтационных или даже отвратительных формах: Диоген , основатель циников, общеизвестно публично мастурбировал и испражнялся. Большинство циников были немного более сдержанными, но большинство из них с большим удовольствием высмеивали людей, занимающих политическое положение, и они также принижали представителей других философских школ за их чрезмерно жесткие системы мышления. Одна история гласит, что Александр разыскал Диогена и нашел его лежащим на улице в предместье полиса Коринфа, спрашивая его, что он, царь, может сделать для него, философа.Циник ответил: «Перестань стоять в моем солнечном луче».

Первоначально ответвление киников, стоиков стали философами судьбы и рациональности. В отличие от эпикурейцев стоики считали, что люди обязаны заниматься политикой, которая составляет часть великого божественного плана, что-то связанное как с судьбой, так и с природой. Как участники естественного порядка, люди должны научиться принимать испытания и невзгоды жизни рационально, не поддаваясь эмоциям (отсюда современное значение слова «стоик»: тот, кто безразличен к боли или дискомфорту).Стоики признавали необходимость быть частью общества и выполнять социальные обязательства, но предостерегали от чрезмерной гордыни и жадности. Вместо этого стоик должен был выполнять свой долг в социальных ролях, не отвлекаясь на роскошь или снисходительность. Они были одной из возможных версий философии, которая верит в существование судьбы, в принятие своего места в более крупной схеме вместо того, чтобы сопротивляться ей, и они также прославляли идею о том, что рациональный разум всегда сильнее эмоциональных реакций.

Что общего было у этих трех философских школ, несмотря на их очевидные различия, так это то, что все они представляли разные подходы к принятию (политического) статус-кво. Эпикурейцы избегали политики, стоики поддерживали существующие политические структуры, а циники высмеивали все, не предлагая позитивных предложений для перемен. Это было далеко от серьезного исследования Сократа, Платона или Аристотеля в попытке установить добродетельную форму политики. Хотя греческая культура и пережила период беспрецедентного влияния в эллинистический период, ее эксперименты в области рационального (не говоря уже о демократическом) политического анализа не были основным компонентом этого влияния.

В то время как политическая теория не пережила период роста в этот период, в науке и математике были достигнуты значительные успехи. Самыми выдающимися эллинистическими математиками были Евклид и Архимед. Евклид был изобретателем математической дисциплины геометрии. Он был первым, кто использовал очевидные отправные точки, называемые аксиомами, — например, идею о том, что две параллельные линии никогда не пересекутся, — чтобы иметь возможность вывести более сложные принципы, называемые теоремами. Евклид — один из тех относительно немногих древних мыслителей, которые действительно «понимали это правильно» в том смысле, что ни одно из его основных утверждений впоследствии не было доказано ошибочным.Его работа по геометрии, Элементы , все еще использовалась в качестве стандартного учебника во многих курсах по математике вплоть до двадцатого века нашей эры, спустя тысячи лет после того, как она была составлена. Архимед также был геометром, которого больше всего помнят за применение геометрии в технике. Он открыл принцип использования смещения воды для расчета удельного веса объектов и разработал ряд сложных военных машин, использовавшихся против римских войск, когда его родной город Сиракузы на Сицилии подвергся нападению (включая, по некоторым данным, счета, гигантское зеркало, которое использовалось для того, чтобы фокусировать солнечные лучи на римских кораблях и поджигать их).

Эллинистические мыслители также сделали важные открытия в астрономии, прежде всего тот факт, что некоторые астрономы определили, что Солнце является центром Солнечной системы. Эллинистические астрономы также усовершенствовали расчеты, связанные с размером Земли; один астроном по имени Эратосфен вычислил окружность Земли, которая была отклонена всего на 200 миль. Другой астроном по имени Гиппарх создал первые карты звездного неба, которые включали точное положение звезд в течение года, а чтобы отслеживать их положение, он создал первую систему долготы и широты.

Возможно, самым запоминающимся достижением в науке того периода была институциональная форма, которую она приняла в Александрийской библиотеке и связанном с ней Музеоне, который часто считается первым исследовательским университетом в западном мире. Библиотека, финансируемая непосредственно правительством Птолемеев, собирала и переводила все крохи доступной учености из эллинистического мира и принимала ученых, которые основывали свою работу на ее архивах. В нем также находились лекционные залы, представляющие собой выдающееся место обучения в эллинистическом мире в целом.В конце концов он был разрушен, хотя по сей день существуют конкурирующие версии того, кто был виноват в его разрушении (от сил Юлия Цезаря во время его участия в гражданской войне в Египте до христианских или мусульманских фанатиков столетия спустя).

Таким образом, в эллинистический период несомненно произошли важные интеллектуальные прорывы. Однако соответствующих достижений в технике и технике не было. Это неудивительно, поскольку темпы технологических изменений в древнем мире всегда были очень медленными по современным меркам.Вместо этого в то время имело значение распространение идей и знаний, большая часть которых не имела непосредственных и практических последствий в виде прикладных технологий — это было верно как для Древнего Рима, так и для эллинистических царств.

(PDF) Эллинистическая философия в греческие и римские времена

Открытый журнал философских исследований, 2019, 3 (1), 1-6.

________________________________________________________________________________________________

3

сверхчеловеческого и творческого ума с идеей бесконечного источника энергии.В их космологии

мир есть и материя, и дух (Селларс, 2006: 32).

Некоторые эпикурейцы стремились к независимости от давления обычного

общества, живя небольшими сообществами. Стоики, однако, рассматривали все общины как примеры того, как

экуменический разум распространяется по всему миру, в то же время особенно

присутствуя в нашей человеческой природе. В глазах стоика везде все люди

родственников друг другу.Эта близость связана с тем, что мы все разделяем одну и ту же природу

не только физически, но и духовно. Основой этой общей природы является наша способность говорить и думать.

Почему война и политическая полемика? Потому что, согласно стоикам, люди

обычно не в состоянии осознать свою общую природу и принадлежность к мировому сообществу (Graver,

2009: 88).

Это учит нас тому, что абсурдно, когда люди, имеющие общую, рациональную природу и

общие интересы, относятся друг к другу как к чужим и пригодным для эксплуатации.Будучи стоиком, вы не можете сочетать

иррациональность со счастьем. Учитывая эти отправные точки, стоики отвергали естественность рабства

и все формы дискриминации по национальному признаку, полу, богатству, социальному положению, телосложению и

репутации. В этой жизненной философии долгосрочное счастье человека не зависит от расы,

рождения, дохода, внешности или успеха в событиях вне эго. Счастье заключается исключительно в долге

достижения внутренней и внешней гармонии, стремлении приспособить свою разумную деятельность на благо всех

разумных существ, относиться к себе как к микрокосму божественной светской организации, гармонизировать ее

согласно ценности сообщества и взаимозависимости (Seddon, 2015: 217).

Для стоика блаженство несовместимо со страстью, но это не холодное состояние (как представляет большинство людей

стоицизм). Идеальное стоическое мышление позитивно радостно, но не страдает навязчивым желанием. Для стоика в высшей степени удовлетворительная жизнь основана на осознании того, что она находится в гармонии с природой, с природой каждого человека как человека и мира в целом.

Для стоика блаженство — это гармония, симметрия — вот порывы, характеризующие стоическую добродетель

и ее способность сделать «гражданином мира» по замечательной фразе, которую они использовали

(Седдон, 2015: 217 ).

Таким образом, основной акцент стоицизма как философии жизни состоит в том, чтобы дать людям глубокое

ощущение того, кто они есть, как они относятся друг к другу и как они могут сформировать себя, чтобы

они чувствовали себя во вселенной как если бы они были дома, даже если многое из того, что они предпочли бы для

, не осуществимо. Помимо вспомогательного, стоики видели в людях акционеров божественной

и творческой жизненной силы. Это теологическое измерение, наряду с их космополитизмом, оказало влияние на раннее христианство наряду с безразличием религии к случайным обстоятельствам рождения

и местности проживания людей.

Стоицизм обрел большую силу и признан одним из наиболее поддерживающих

Орацио, Цицерона, Марка Аврелия, которые приняли стоические принципы долга и морали. Большое значение имело и влияние стоицизма на представителей современной европейской философии, таких как Спиноза,

Картезий, Кант, Локк, Гёте и др. (Каракацанис, 2002). Стоицизм занимал

господствующее положение в эллинистическую эпоху, которая, благодаря своему влиянию, имеет право поставить в качестве

важной философской системы соответствующий платонизм и аристотелизм, большее влияние

на этический аспект обязанностей индивид в римском обществе (Becker, 2001: 33).

3. Эпикуреизм

Эпикуреизм – это система философии, основанная на учении древнегреческого

философа Эпикура, основанная около 307 г. до н.э. Эпикур считал, что то, что он называл «наслаждением»

(ἡδονή), было величайшим благом, но чтобы достичь такого удовольствия, нужно жить скромно,

познавать устройство мира и ограничивать свои желания. Это приведет к

достижению состояния спокойствия (атараксии) и свободы от страха, а также к отсутствию телесной боли

Эллинистическая философия – Эпикур и эпикуреизм – Подкаст эллинистической эпохи

Сообщается, что мраморный бюст с изображением Эпикура (341–270 гг.С.), основатель эпикурейской школы философии.

Названная в честь одноименного философа Эпикура (341–270 гг. до н. э.), эпикурейская школа была одной из самых популярных, хотя и противоречивых доктрин, возникших в эллинистический период. Утверждая, что «Смерть — ничто» и отрицая существование загробной жизни, Эпикур и его последователи стремились объяснить мир с помощью эмпирических наблюдений и знаменитой теории атомов и пустоты, стремясь прожить лучшую жизнь, принимая удовольствие и избегая боли. .

Название Тема: Эпитафия Сейкилоса с лирой Аполлона в исполнении Лины Палера

Ссылки на эпизоды:
iTunes| Саундклауд | Сшиватель| Спотифай

Литература:
Первичный
Жизнеописания выдающихся философов – Диоген Лаэртий
Письмо к Геродоту – Эпикур
Письмо к Менокею – Эпикур
О природе вещей – Лукреций
Герод 90 О природе Деорума90 – 0220 Сулла – Плутарх
Письмо Уильяму Шорту (31 октября 1819 г.) – Томас Джефферсон
Среднее
«Эпикурейство (древние философии)» – Тим О’Киф
«Стоики, эпикурейцы и скептики: введение в эллинистическую философию» – Р.У. Шарплс
«Кембриджский спутник эпикуреизма» — под редакцией Джеймса Уоррена
«Кембриджская история эллинистической философии» — под редакцией К. Альгра, Дж. Барнса, Дж. Мансфельда и М. Шофилда
«От Александра до Акции» – Питер Грин

 

Нравится:

Нравится Загрузка…

Связанные

Опубликовано Дереком | ТАП

Пожизненный любитель классической истории, в настоящее время выпускает подкаст под названием «Подкаст эллинистической эпохи».Просмотреть все сообщения Дерека | ТАП

Опубликовано

Эллинистическая мысль

Эллинистическая мысль


Эллинистическая философия

Эллинистический мир

Великий золотой век афинской философии, охватывающий Сократ , Платон и Аристотель просуществовал всего около ста лет.В последующие столетия изменения в политическом и культурном климате древнего мира имели тенденцию препятствовать многим разновидностям философского мышления. Македонцы при Филиппе и Александре основали греческую империю, которая позже была завоевана римлянами. Хотя общая культура этого «эллинистического» периода оставалась греческой по духу, политическая власть принадлежала высокоцентрализованному государству, созданному и поддерживаемому в основном за счет широкомасштабного применения военной силы.(Когда-то) афинская традиция партисипативного правительства исчезла, поскольку отдельные граждане были исключены из значительного формирования социальной структуры своей жизни.

Таким образом, эллинистические философы уделяли меньше внимания, чем Платон и Аристотель, спекулятивному построению идеального государства, которое способствовало бы достижению счастливой жизни. Вместо этого этические мыслители этого более позднего периода сосредотачивались на жизни отдельного человека, независимо от общества в целом. подробно описывая типы характера и действий, которые могут позволить человеку жить хорошо, несмотря на преобладающие политические реалии.В целом, можно сказать, такие философы пытались показать, как мы должны жить, когда обстоятельства, не зависящие от нас, как будто делают бессмысленными все, что мы пытаемся совершить. Таким образом, эллинистические философские школы проявляют меньше уверенности и предлагают менее радикальные решения, чем их афинские предшественники в золотую эру.

Эпикур и эпикурейцы

Древние атомщики (Левкипп и Демокрит) уже разработали систематическое описание природного мира, включающее множество конкретных материальных частиц, механические взаимодействия которых объясняют все, что происходит.В эллинистический период внимание было обращено на последствия такого взгляда на поведение человека.

Эпикур и его последователи указывали (например, в Принципах Доктрины ) что, поскольку неразрушимые атомы, составляющие материальный мир, движутся, отклоняются и сталкиваются совершенно случайно, все, что происходит во вселенной, находится вне досягаемости прямого человеческого контроля. (Обратите внимание, как эта позиция проецирует эллинистическое политическое бессилие на мир природы.) Таким образом, человеческая жизнь по существу пассивна: все, что мы можем сделать, — это переживать то, что происходит, не предполагая, что мы способны изменить это. Тем не менее, Эпикур считал, что такая жизнь может быть хорошей, если переживания в основном приятны.

Так, в Письме к Меноцею Эпикур утверждал, что истинная цель человеческой жизни — достичь умственного покоя {греч. αταραξια [атараксия]} и свобода от боли. Все наши чувственные желания естественны, и их удовлетворение следует желать, поскольку насыщение всегда доставляет удовольствие, а неудовлетворенное желание вызывает легкую боль.Материальные блага ценны лишь в той мере, в какой обладание ими способствует достижению мира. Более того, Эпикур считал, что у нас нет оснований жаловаться на то, что человеческая жизнь должна прийти к концу. Поскольку смерть приводит к уничтожению личности, утверждал он, ее нельзя пережить, и поэтому нечего бояться. Таким образом, эпикуреизм давным-давно резюмировался как точка зрения, рекомендовавшая нам «расслабляться, есть, пить, веселиться». ( Луки 12:19-20)

Пародия точна до конца: Эпикур действительно полагал, что успешная жизнь — это жизнь, состоящая из личного удовлетворения и достижения счастья в этой жизни.Но философы-эпикурейцы были менее уверены, чем многие их более поздние подражатели, в перспективах получения больших удовольствий в обычной жизни. Вместо этого они подчеркивали душевный покой, который приходит от принятия всего происходящего без жалоб и борьбы. Обратите внимание еще раз, что это разумная реакция на мир природы и социальную среду, которые не предусматривают эффективных индивидуальных действий.

Римский философ Лукреций защищал аналогичный набор тезисов, включая как атомизм в целом, так и эпикурейскую приверженность спокойствию в его философской поэме De Rerum Naturae ( О природе вещей ).

Эпиктет и стоики

Соперничающей философской школой в Афинах была школа стоиков. Как первоначально разработали Зенон из Кития и Хрисипп, стоицизм предлагал исчерпывающую коллекцию человеческих знаний, охватывающую формальную логику, физическое изучение мира природы и полностью натуралистическое объяснение человеческой природы и поведения. Поскольку каждый человек является микрокосмом вселенной в целом, полагали они, можно применять одни и те же методы изучения как к жизни, так и к природе в равной степени.

В эллинистический период Эпиктет лаконично отметил основные черты жизни, прожитой таким образом в соответствии с природой, в его Encheiridion ( Руководство ). Опять же, ключ в том, чтобы понять, как мало из того, что происходит, находится под нашим контролем, и стоицизм заслужил репутацию сурового образа жизни с рекомендациями принимать все, что преподносит нам судьба, без жалоб, беспокойства или каких-либо чувств. Поскольку семья, друзья и материальные блага преходящи, утверждал Эпиктет, мы никогда не должны привязываться к ним.Вместо этого мы относимся ко всему и ко всем, с кем сталкиваемся в жизни, как к временному благословению (или проклятию), зная, что все они уйдут от нас естественным образом.

Этот совет действительно кажется холодным и резким, но он работает! Если мы действительно не привязываемся и ни о чем не заботимся, то потеря никогда не нарушит спокойствие и мир нашей жизни. Такой образ жизни может быть счастливым даже для такого раба, как Эпиктет. Но более поздние римские стоики, такие как Сенека и Марк Аврелий ясно дал понять в своих жизнях и сочинениях, что это имеет значение даже для тех, кто богаче.

Древние скептики

Другая школа эллинистической философии еще раз иллюстрирует преобладающее отсутствие уверенности, которое внушала жизнь в эту эпоху. Скептики полагали, что возможности человеческого знания сильно ограничены по объему и применению.

Скептицизм начался с Пиррона Элидского, который учил, что помимо отрывочной информации, предоставляемой органами чувств, у нас нет подлинного знания о природе вещей. Не имея возможности достичь уверенности в общей структуре мира, люди часто должны воздерживаться от суждений, что является единственной рациональной реакцией на ситуации, в которых они невежественны.Этот курс, естественно, приводит к почти полному отсутствию активности, что Пиррон считал эквивалентом душевного спокойствия. Хотя он ничего не написал, Пиррон оказал сильное влияние на последующие поколения через своего ученика, Тимон Филий и члены более поздней Академии.

Столетия спустя Секст Эмпирик написал историю скептической философии, Очерки пирронизма , и использовал пирронианский подход для критики претензий других школ мысли.Он ясно дал понять, что скептический вызов традиционным теориям познания проистекает из необычайно строгого определения самого знания. Если бы мы могли только правильно сказать, чтобы знать, что абсолютно уверен или несомненно, тогда действительно будет известно очень мало. Хотя в его время это широко игнорировалось, работа Секста сыграла важную роль в современное возрождение интереса к скептической философии.

Религия и философия

Несмотря на (или из-за) мрачные перспективы этих философских школ, поздний эллинистический период также привел к значительному продвижению к объединению древней греческой философской традиции с ближневосточными религиями иудаизма и христианства.

Филон Иудейский, например, пытался разработать комплексный взгляд, охватывающий как Платон и иудаизм. Это была непростая задача, поскольку традиционная религия Писания была конкретной и исторически укорененной, а философия Платона была чрезвычайно абстрактной и общей. Но поскольку он предполагал, что одно и то же божество вдохновило человеческое осознание истины в обоих контекстах, Филон утверждал, что синтез должен быть возможен. Религиозные тексты он интерпретировал аллегорически, находя в их структуре ключи и намеки на более глубокую философскую истину.(Аллегория — опасно мощный инструмент; она часто позволяет или даже поощряет «открытие» почти любой понравившейся доктрины даже в самых прямолинейных прозаических текстах. Возможно, «Зеленые яйца и ветчина» — это глубоко подрывное выражение коммунистической политической идеологии, в то время как «Берт и Эрни» поощряют гомосексуальный образ жизни и . . . .) Для Филона благость единого трансцендентного бога выражается через божественное слово {греч. λογος [логос]}, который является организующим принципом, объясняющим все в космосе.

Отцы христианской церкви не отставали. Самые ранние из них либо рассматривали философию как источник еретического богословия (Ириней), либо выступали с общими антиинтеллектуальными тирадами против власти человеческого разума (Тертуллиан). Но Юстин Мученик тщательно отметил естественное сходство между зарождающимся христианским богословием и традициями мысли, восходящими к Платону, а Ориген явно стремился объединить их в единую систему. Этот путь развития продолжался веками, достигнув своего апогея у Григория Нисского и Амвросия, учителя Августин .

Плотин

Однако версия платоновской философии, которая стала частью теологии средневековья, имела довольно мало общего с мыслью самого Платона. Вместо этого оно было получено из квази-мистических сочинений Плотина. В афористической книге под названием Эннеады , Плотин использовал увлечение Платона абстрактным формы вещей в качестве отправной точки для всеобъемлющего метафизического взгляда на космос.

Согласно Плотину, форма Добра является трансцендентным источником всего во вселенной: из его центральной сердцевины другие формы исходят наружу, подобно ряби в пруду, теряя по пути меру реальности.Таким образом, хотя ранние эманации сохраняют большую часть абстрактной красоты своего источника, в тех, кто находится на окраинах космоса, осталось очень мало хорошего. Тем не менее Плотин полагал, что тщательное изучение чего бы то ни было в мире может привести нас к центральной реальности. если мы используем информацию, которую он предоставляет, как основу для наших рассуждений о его происхождении в чем-то более значительном. В принципе, последовательное применение этой техники в конце концов приведет нас к созерцанию самого Добра и познанию природы Вселенной.

Но поскольку Добро является и причиной вселенной, и источником ее нравственных качеств для Плотина, философское исследование является искупительной деятельностью. Достижение мистического единения с причиной мироздания обещает дать нам не только знание, но и истинные элементы добродетели. Именно эту неоплатоническую философию христиане нашли столь подходящей для своих теологических целей. Как только Добро отождествляется с богом писания, детали выясняются довольно естественно.Таким образом, мы обнаружим, что такого рода понятия были популярной чертой средневековой философии.

Эллинистические философы | Чтения по экономической мысли

Греческие философы эллинистического периода придерживались иных взглядов, чем Аристотель или Платон. К 323 г. до н.э. (первый год эллинистического периода) войны Александра закончились, и греческие города-государства потеряли большую часть своей былой славы. Интеллектуальные столицы теперь располагались в Египте и Сирии, и философы этого периода не были аристократами классического периода.Они часто приходили в Грецию с востока и подходили к философии как к вопросу о нуждах человечества и индивидуального благополучия, а не о нуждах города-государства.

Диоген (412 г. до н.э. – 323 г. до н.э.) и ЦИНИКИ

                                                              

«ЕСЛИ БЫ Я НЕ БЫЛ АЛЕКСАНДРОМ, Я ХОЧУ БЫТЬ ДИОГЕНОМ». – АЛЕКСАНДР ВЕЛИКИЙ

Диоген Синопский был философом, который, по всей видимости, жил в бочке.Он является основателем школы древних философов, называемых киниками. Аристотель утверждал, что люди имеют ненасытную и бесконечную потребность в «желаниях»; Философия Диогена была основана на развитии «свободы от желаний». Он и киники считали, что жизнь лучше всего проживается (или, возможно, что жизнь может быть только терпимой), когда вы отказываетесь от своего стремления к богатству и ведете самый минималистский образ жизни, который вы можете себе позволить.

Зенон (336–264 до н. э.), Хрисипп (280–207 до н. э.) и СТОИКИ

Стоицизм называется стоицизмом, потому что первый стоик, Зенон, часто читал лекции со «Стоа» (крытых портиков) в Афинах.Стоицизм можно понимать как ответвление цинизма, и позже он был принят рядом выдающихся мыслителей в Риме. Стоики считали, что существует только один вид добродетели. Эта добродетель состояла в том, чтобы освободиться не от «желания», а от всех эмоций вместе взятых. Однако это не означало, что стоики были против получения прибыли или зарабатывания денег в обмен на товары и услуги. Хрисипп, известный как второй основатель стоицизма, был эмпириком. Он считал, что люди получают знания на опыте.Для Хрисиппа этика работала в согласии с физикой и правилами, управляющими материальным миром. Наилучший образ жизни, по мнению Хриссипа, состоял в том, чтобы отказаться от страстей и вместо этого жить согласно логике и разуму. Вера в рациональный мир, управляемый причинно-следственными правилами, часто упоминается как естественный закон. Стоики были одними из первых защитников естественного права. Они верили в рациональную вселенную.

Эпикур (341 г. до н.э. – 270 г. до н.э.) и ЭПИКУРЕЯНЕ

Отцом эпикуреизма был Эпикур.Эпикур прекрасно резюмирует общую нить, которая связывает киников, стоиков и эпикурейцев воедино с точки зрения экономической мысли. Он учил своих учеников, что для того, чтобы человек стал более богатым, ему нужно уменьшить свои желания , а не приобретать больше благ. Эпикур различал три вида благ: естественные и необходимые; те, которые были естественными и ненужными; и те, которые были и неестественными и ненужными. Он считал, что люди должны пытаться получить только те блага, которые являются естественными и не причиняют вреда другим.В то время как почти вся экономическая мысль связана с распределением и производством товаров для удовлетворения наших желаний, стоики, циники и эпикурейцы придерживались противоположного подхода. Они стремились полностью сместить желания.

 

Нравится:

Нравится Загрузка…

Связанные

.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.