Божественный логос: IV. Божественный Логос и логосы тварей. Догматическое богословие

Содержание

IV. Божественный Логос и логосы тварей. Догматическое богословие

IV. Божественный Логос и логосы тварей

Учение о предвечных Божественных идеях, согласно которым творится мир, наиболее подробно разработано преподобным Максимом Исповедником. Он называет эти идеи «логосами», то есть «словами», имея в виду, что это те божественные силы и творческие слова, о которых возвещают нам 1 глава книги Бытия и Псалтирь. Небеса проповедуют славу Божию, о делах рук Его вещает твердь. День дню передает речь, и ночь ночи открывает знание. Нет языка, и нет наречия, где не слышался бы голос их. По всей земле проходит звук их, и до пределов вселенной слова их. Он поставил в них жилище солнцу… (Пс. 18:2-5).

В мире все логично: существование любого, самого ничтожного, предмета подчиняется непреложным законам, всякая тварная вещь имеет точку соприкосновения с Божеством, всякое явление имеет разумную причину, всякое действие — разумную цель. Сам термин «логос» у преподобного Максима многозначен [21] — это и идея, и принцип, и закон тварного бытия, и цель, к которой тварь устремлена.

Логосы отдельных вещей содержатся в более общих логосах, как виды — в роде. Все вместе они содержатся в ипостасном Логосе, то есть во Второй Ипостаси Святой Троицы, Который есть первоначало и конечная цель всего тварного [22]. В Логосе все бытие причастно Богу. Маленькие «логосы» — не что иное, как энергии ипостасного Логоса, на которые творчески как бы расчленяется единый Божественный Логос и посредством которых все в Нем объединяется, как соединяются радиусы в центре круга [23].

Ипостасный Логос определяет законы, по которым живет тварный мир, именно через Него мир получает начало своего бытия, Им осуществляется деятельность Божественного Промысла, Он как Судия определяет конечные судьбы твари. Соответственно, и Его энергии (логосы) делятся на три вида: логосы естества (т. е. законы природы), логосы промысла и логосы суда. Эти логосы охватывают собой все бытие твари на всем протяжении его существования. В логосах естества как бы заключен весь чувственный и духовный мир; в логосах промысла и суда — вся жизнь мироздания и все цели его движений, сводимые к одной высшей цели — обожению. В частности, в логосах промысла и суда предначертано и Воплощение Сына Божия и совершенное Им Искупление мира, то есть центр Промысла — осуществление идеи обожения человека. Логосами промысла и суда всецело определяется и прохождение каждым человеком пути спасения, то есть усвоение им плодов Искупления. В этих логосах, наконец, предначертана и будущая судьба мира.

Особое место в мире занимает человек: он — принцип творения, существо, ради которого создается мир. У него и свой, особый, состоящий из трех частей логос.

1. Логос бытия, согласно которому человек создается из души и тела и, таким образом, причастен как к миру ангельскому, так и к миру вещественному.

2. Логос благобытия, определяющий нормы деятельности человека и добрые задатки его души.

3. Логос вечнобытия, определяющий высшую цель Промысла, — обожение человека, соединение его с Богом в вечности.

Вся совокупность логосов образует собой идеальную надмирную основу бытия тварных существ; весь мир как бы висит на этих логосах.

Если логосы тварного бытия — это идеальные первообразы предметов и явлений созданного Богом мира, то сами предметы и явления служат обнаружением, образом, способом существования логосов и называются тропосами [24]. Преподобный Максим Исповедник пишет: «Идеи (логосы) сущего, прежде век предустановленные Богом, как знает Он Сам, — те, которые у божественных мужей обычно называются также благими хотениями (Божиими) — хотя и невидимы, однако созерцаются (нами), будучи «помышляемы» через рассматривание творений. Ибо все творения Божии, с должным искусством умозрительно созерцаемые нами по естеству, возвещают нам сокровенно те идеи, по которым они получили бытие, и вместе с собой выявляют в каждом творении Божие намерение» [25].

Соответствие между образом и первообразом, то есть между тропосами и логосами, преподобный Максим объясняет на примере живописи. Между логосом и тропосом такая же связь, какай существует между человеком и изображением этого человека на портрете. «Хотя изображение сходно и совершенно подобно первообразу, но сущность — различна, потому что… тот — одушевленное существо, а это — дело живописца, из воска и красок».

Таким образом, по учению преподобного Максима Исповедника, весь мир представляет собой как бы огромную икону — реализацию предвечного творческого замысла Божественного Иконописца. В явлениях тварного мира Божественный Логос как бы играет с человеком, через Свои логосы Он влечет его к познанию в мире великой системы дел Божиих. Но, чтобы взойти к созерцанию этих основ бытия, нужны подвиг очищения от страстей и жизнь по заповедям Евангелия.

Прозреть всюду свет Слова Божия может только преображенный ум. Когда Солнце Правды воссиявает в очищенном уме, то все для него выглядит иначе, весь мир видится пронизанным Божественным Светом. Такого рода созерцание есть очень высокая ступень в духовном становлении, предпоследняя и неизбежная в лествице духовного восхождения, бесконечным пределом которой является созерцание Самого Триипостасного Божества [26].

Божественный Логос о человеке и частная эсхатология Текст научной статьи по специальности «Философия, этика, религиоведение»

БОЖЕСТВЕННЫЙ ЛОГОС О ЧЕЛОВЕКЕ И ЧАСТНАЯ ЭСХАТОЛОГИЯ

Диакон Александр Сергеев, сотрудник миссионерского отдела МДА [email protected]

Для цитирования: Сергеев А., диак. Божественный логос о человеке и частная эсхатология // Духовные ласточки. 2020. Т. 2. С. 185-188.

Время советской власти было очень трудным для нашей страны, так как через безбожие дьявол действовал на людей, но милостью Божией теперь у нас в стране Церкви открыты и у всех есть возможность услышать Слово Божие и узнать, как правильно идти по пути духовной жизни. Первым шагом для по- знания Бога является для начала хотя бы признание того факта, что Бог вообще существует.

Никто из разумных людей не сомневается, что у этого мира есть Творец, потому что любой человек понимает, что наш мир возник не просто так, у него есть Автор, Художник. Это Господь Бог, Который является не только Творцом видимого мира, но и Творцом всех ас, Он Сам лично вылепливал нам тела, вды- хал в наши души животворящее дыхание Святого Духа, чтобы дать нам жизнь.

Мы живем только потому, что нас держит Бог, и мы зависим полностью от Него. Он может отнять от нас Свою Силу, и мы мо- жем потерять дыхание. Если Бог отнимет от нас Свою силу, то у нас все органы перестанут работать. Бог нас, таким образом, Своим могуществом держит, от Него все в этом мире зависит,

и Он сотворил нас не просто так. Он человечество сотворил для определенной цели.

Это очень важно всем людям знать, потому что многие люди живут без цели, живут просто ради жизни. Проходит день за днем без всякого смысла и жизнь человека превращается в бессмыслицу. Очень часто на человека из-за этого нападает уныние, и он пытается отойти в сторону и найти в чем-то земном опору, но никак не может ее найти, потому что все земное является тленным и временным, за чтобы человек не взялся.

Поэтому очень важно знать цель, которую поставил Господь, творя человечество. Он нас всех сотворил для того, чтобы мы были причастны, приобщены к Его славе, Его могуществу, Его благости и всему, остальному, что имеет в Себе Бог Он по преизбытку любви решил создать всех нас и поделиться с нами этим. Он сотворил нас для того, чтобы мы жили с Ним в вечном счастье и в вечном блаженстве, потому что Источник вечного счастья и вечного блаженства — это Сам Бог И так как Бог бесконечен, то человек никогда не сможет даже насытиться божественной благостью? То есть, это постоянный процесс.

Бог сотворил людей для того, чтобы каждый человек мог эту благость получить. Бог есть любовь. Любовь — это когда какие-нибудь как минимум две личности, два человека, имеют друг с другом такие отношения, что готовы пожертвовать чем-то своим, ради того, кого любят. Другими словами понимание любви -это жертва ради любимого чем-то своим, когда ты пренебрегаешь собой ради пользы другого. Такая любовь и такие отношения возможны не принудительно при насильственном способе, а при помощи свободы. То есть когда мы любим другого человека, и он любит нас по своему собственному выбору, он это выбрал и именно поэтому он нас любит. В другом же варианте это получается не любовь, а какой-то гипноз, когда человек как работ делает автоматически что — то хорошее. Это, конечно же, не любовь, а что-то формальное, холодное, безжизненное.

Господь же все-таки требует истинной любви и поэтому Он сотворил каждого из нас со свободной волей для той цели, что-

бы мы эту свободную волю реализовали. Ее можно реализовать двумя способами: первый путь — это принять Бога и захотеть с Ним жить и Его любить. Второй же путь весьма неудачный, это когда человек не принимает, не выбирает и не любит Бога. Все человечество по такому принципу и разделено. Во всем мире есть люди, которые точно сделали свой выбор в пользу Богу. А есть те, которые сделали свой выбор также точно, но не в пользу Бога.

Определяется этот выбор в процессе существования всего этого мира. Например, кто-то сейчас может сделать выбор не в пользу Бога, а через год может сделать выбор в пользу Бога, а еще через три года опять не в пользу Бога. Такое колебание нашей воли происходит всегда, она как тростник может качаться и качаться. Все это потому, что Бог дал нам время. Но настанет такой момент, когда Бог зафиксирует нашу волю в том положении, к которому мы ее приучили.

Если человек всю свою жизнь склонял свою волю в сторону Бога, чтобы жить так, как Он повелевает, то в этом состоянии и останется его воля навсегда. А Бог говорит: «Мои заповеди это жизнь», то есть это не какое-то тяжелое ярмо, которое тебе на шею повесели, и ты должен им тяготиться, но это то, что животворит человека, оживляет его, дает ему реально жить, по-настоящему.

Заповеди — это путь выравнивания нашей жизни, чтобы мы приучились к тому образу поведения, который будет в раю, в Царствии Небесном. Там нет воров, там не принято сквернословить и ругаться, там не принято гневаться, там не принято быть ленивым или тунеядцем, так как в раю находятся люди, ведущие определенный образ жизни. Если человек себя к этому образу жизни приготовил, то он в рай попадает, и будет там постоянно находиться с Богом. Если же человек себя к этому не приготовил, то он не может там пребывать, потому что он не приучен к такому образу жизни.

Воля человека фиксируется тогда, когда он оставляет свое тело, а душа из него исходит, именно в этот момент душа само-

определяется. Это чувство выбора происходит как раз в момент нашей земной жизни. После смерти такой возможности переменить волю уже не будет.

Конечно же, после смерти, Бог может отправить человека за какие-то его тяжелые грехи в темницу, в место лишенное света. Однако, если человек в процессе своей земной жизни сделал выбор в пользу Бога, но не смог победить страсти, грехи его постоянно бросали вниз, и он, то вставал, то падал, и ушел из этой жизни в состоянии греха, то в таком случае, может сыграть важную роль в определении участи человека, такая вещь, как любовь, о которой уже мы упоминали. И именно в Церкви Бога, которую Он создал и есть эта любовь. И она проявляется тогда, когда мы желаем другому человеку пользы, желаем ему спасения, желаем ему вечного блаженства. Это выражается через молитву.

Молитвы бывают разного вида. Бывают просительные молитвы, когда мы просим Бога о чем-то, за Себя или за других. Бывают молитвы славословные, когда мы славословим Бога за все Его блага, которые Он нам дает. Просительная молитва, когда мы просим за других, является проявлением нашей любви. И вот когда пламенеющая любовь Церкви возносится перед Богом, то Бог может смиловаться над тем человеком, так как если человек сделал свой выбор в пользу Него, Господь может по молитвам Церкви вывести его из ада.

Давайте же будем почаще думать о том, что мы созданы Богом для вечного счастья и блаженства, которое можно получить только с Ним и в Нем, а также не будем забывать, что от направления нашей воли зависит наша вечная участь после смерти. Не будем отчаиваться, так как любовь Христова, живущая в Его Церкви способна вывести нас из ада (если мы туда попадем) и вести в рай. Будем же всеми силами стараться жить по заповедям Христовым и постараемся возлюбить Бога всем сердцем, так как мы готовимся к тому, чтобы жить с Ним вечно, а как жить вечно с Тем, Кого не любишь?

Эрн Владимир Францевич


XPOHOC
ВВЕДЕНИЕ В ПРОЕКТ
ФОРУМ ХРОНОСА
НОВОСТИ ХРОНОСА
БИБЛИОТЕКА ХРОНОСА
ИСТОРИЧЕСКИЕ ИСТОЧНИКИ
БИОГРАФИЧЕСКИЙ УКАЗАТЕЛЬ
ПРЕДМЕТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ
ГЕНЕАЛОГИЧЕСКИЕ ТАБЛИЦЫ
СТРАНЫ И ГОСУДАРСТВА
ЭТНОНИМЫ
РЕЛИГИИ МИРА
СТАТЬИ НА ИСТОРИЧЕСКИЕ ТЕМЫ
МЕТОДИКА ПРЕПОДАВАНИЯ
КАРТА САЙТА
АВТОРЫ ХРОНОСА

Родственные проекты:
РУМЯНЦЕВСКИЙ МУЗЕЙ
ДОКУМЕНТЫ XX ВЕКА
ИСТОРИЧЕСКАЯ ГЕОГРАФИЯ
ПРАВИТЕЛИ МИРА
ВОЙНА 1812 ГОДА
ПЕРВАЯ МИРОВАЯ
СЛАВЯНСТВО
ЭТНОЦИКЛОПЕДИЯ
АПСУАРА
РУССКОЕ ПОЛЕ

Владимир Францевич Эрн

Эрн Владимир Францевич (5.08.1882—11.05.1917), философ и публицист. Родился в Тифлисе. Окончил гимназию с золотой медалью (1900). В гимназии учился в одном классе с П. Флоренским и А. Ельчаниновым, дружбу с которыми он пронес через всю жизнь. Поступил в Московский университет. Оставлен при университете по кафедре всеобщей истории (с 1904). Участвовал в работе общества «Христианское братство борьбы», ставившего целью идейную подготовку преобразования России на основах «христианской общественности», на принципах соборности, любви, свободы личности, коллективизма церковной общины. Одна из первых работ Эрна — «Христианское отношение к собственности» (1906) характеризует автора как приверженца христианского социализма. В 1909 стал держать магистерский экзамен по философии, т. к. к философии почувствовал себя (как он впоследствии писал) более призванным, чем к истории. В 1914 защитил магистерскую диссертацию — «Розмини и его теория знания. Исследование по истории итальянской философии XIX столетия», в 1916 заканчивает докторскую диссертацию — «Философия Джоберти». Приступает к разработке темы о Платоне как представителе восточного онтологизма; первая часть его труда (Верховное постижение Платона. Введение в изучение Платоновых творений) опубликована в 1917.

Эрн выступал против западноевропейского рационализма и тенденций механизировать весь строй жизни и подчинить его технике. Он противопоставлял этому логос древней и христианской философии.

По учению Эрна, логос есть конкретное живое существо, вторая ипостась Троицы, воплощенная и присутствующая в историческом процессе. Эрн называет свою философию «логизмом». Его кн. «Борьба за логос» — это сборник очерков, в которых он противопоставляет 2 философские тенденции — рационализм и свой «логизм». Рационализм исследует субъективные данные опыта и их разработку в соответствии с формальными правилами логики, т. е. понимания. Это мертвая философия, ибо она отрывает познающего субъекта от живой реальности. Логизм напротив, есть учение о единстве познающего и познаваемого, видение живой реальности. У рационализма и эмпиризма современной философии нет концепции природы. В древней философии, в средние века и во времена Ренессанса природу рассматривали как интегральное бытие, творящее и получающее свою собственную внутреннюю жизнь. Таковы физика Аристотеля с ее принципом изменения, имеющего творческую энтелехию; зародышевый логос стоиков; «Природа сотворенная и творящая»; высший духовный принцип, регулирующий жизнедеятельность организмов Парацельса и Жана-Батиста ван Гельмонта. Напротив, у Декарта материальная природа опустошена: в нее нет внутренней жизни; материя обладает только внешними свойствами; протяжение и движение рассматриваются как изменение положения в пространстве. Это является лишь только одним шагом к теории Беркли о том, что материя не существует и является просто субъективной идеей. После него Юм также истолковывал душу только как пучок восприятий, а не как принцип жизни. Все это — меонический миф. Кант развил меонизм до его крайнего предела: его имманентная философия превращает весь познаваемый мир в систему безжизненных представлений.

Когда в 1910 молодые русские приверженцы трансцендентально-логического идеализма возвратились домой из Германии и основали русскую секцию международного периодического журнала «Логос», Эрн по поводу этого написал статью под названием «Нечто о логосе, русской философии и научном духе». Он привлек внимание к тому факту что на обложке журнала были помещены образ Гераклита и рисунок Парфенона с надписью внизу по-гречески: «Логос». Появление такого журнала в России, которая исповедовала религию логоса, т. е. слова, можно было бы приветствовать, если бы оно означало логос, соответствующий истинно русской культуре, основанной на традиции отцов Восточной церкви. Но, анализируя направление нового журнала, Эрн нашел, что его логос глубоко отличался от древнегреческого и христианского логоса. Под греческой маской мы можем увидеть знакомую фразу «сделано в Германии». Журнал поддерживает рационализм, меонизм, схематизм. Греческое умозрение вело к личному, живому, божественному логосу, в котором мысль и существование образуют нераздельное единство. Т. о., самобытной русской философии, связанной с Православием, присущ онтологизм, а не гносеологический идеализм. На Западе философия католической церкви также является онтологической. Культура, основанная на божественном логосе, вовсе не отвергает логически последовательного мышления. Логос имеет 3 аспекта, выраженные в трех сферах культуры: 1) божественная сфера выражается в религии, которая подготовляет и укрепляет волю для реализации морального блага; 2) космическая сфера — в искусстве, цель которого раскрыть мир как единый в прекрасном; 3) дискурсивно-логическая — в философии, цель которой понять мир как целое в единстве теоретического мышления. Но в отличие от рационализма мышление в логизме не оторвано от цельного разума: оно содержит внутри самого себя существование, добродетель и красоту.

Согласно Эрну, только философия, опирающаяся на божественный логос, может руководить жизнью и установить ее конечную цель; она впервые разработала истинную концепцию прогресса. Позитивистская идея прогресса как количественного возрастания материальных благ есть «дурная бесконечность». Истинная идея прогресса указывает движение к абсолютному завершению, абсолютному благу, т. е. Царству Божиему. Вступление в это Царство означает конец истории, совершающейся через катастрофические катаклизмы, и переходит в качественно отличную сферу бытия.

Эрн формулирует основные пункты своей философии в следующих тезисах: логизм есть 1) не вещность (не система вещей), но персонализм; 2) не механизм или детерминизм, но органическое строение мира, свобода; 3) не иллюзионизм или меонизм, но онтологизм; 4) не схематизм но реалистический символизм; 5) не отрицательная, но актуальная бесконечность; 6) он — дискретный, катастрофический; 7) не статичный, а динамичный.

Преждевременная смерть воспрепятствовала Эрну разработать свою теорию в деталях, но его кн. «Борьба за логос» чрезвычайно ценна, ибо в ней определяются специфические особенности русской философии.

Лосский Н.

Использованы материалы сайта Большая энциклопедия русского народа — http://www.rusinst.ru 


Вернуться на главную страницу Эрна

 

 

Журнал Международная жизнь — Архив 4 номера 2012 года Истоки единства и многообразия мировых культур и цивилизаций

Наступивший XXI век, с которым человечество связывало свои надежды на установление прочного мира на Земле, на тесное сотрудничество всех народов во всех сферах человеческой жизни и деятельности и особенно в решении глобальных проблем нашей эпохи — политических, социальных, экономических, экологических, техногенных и природных катаклизмов и катастроф, голода, нищеты, эпидемий, психических расстройств, финансово-экономических кризисов и т.д., кажется, не только не оправдал этих надежд и чаяний народов, но и, наоборот, скорее подорвал у людей планеты надежды на то, что их мечты на установление прочного мира, сотрудничества и дружбы народов, стабильного экономического и политического развития, духовного и культурного сотрудничества, процветания всех и каждого в любой стране и во всем мире когда-нибудь сбудутся. Кажется, еще никогда ранее отдельный человек и все человечество в целом не чувствовали себя так неуверенно, не испытывали постоянной тревоги за свою жизнь, за свое будущее существование, как сегодня.

И действительно, вместо стабильного политического и экономического развития постоянно ведутся локальные войны и вооруженные конфликты, происходят все более частые и все более масштабные финансово-экономические кризисы, переходящие в кризисы всеобщие, происходят все более частые и все более разрушительные природные катаклизмы и техногенные катастрофы, появляются различного рода болезни и эпидемии, постоянно углубляется и расширяется пропасть между богатыми и бедными, насилие охватило все сферы и пронизало всю жизнь человеческого общества, продолжают развенчиваться высшие человеческие ценности — истина, добро, красота, любовь, свобода, справедливость, братство, равенство, милосердие и другие. Усиливаются попытки заменить их ложными, фальшивыми «ценностями» — псевдоценностями — ложью, злом, насилием, угнетением и т.д. Актуальным подтверждением этого являются события в Северной Африке и на Ближнем Востоке — последствия разразившегося в 2008 году глобального экономического кризиса.

Но особенно беспокоит и обескураживает большую часть человечества то, что великие религии, культуры и цивилизации, которые на протяжении всей истории человечества служили основой сближения и сотрудничества народов, в настоящее время используются для разжигания вражды и ненависти. Об этом писали А.Тойнби, С.Хантингтон, Ф.Фукуяма и другие мыслители, включая и русских мыслителей —  Н.Данилевского, К.Леонтьева и других.

Если раньше мировые религии и культуры были бастионами духовного и культурного развития, основами нравственности и социального миропорядка, то постепенно и они стали переживать определенный кризис: внутреннюю раздробленность и противоречивость. К тому же религии и церкви испытывают постоянное и часто негативное воздействие со стороны переживающих кризис, разложение и декаданс общества и государства.

Негативные трансформации претерпевают и культуры разных народов, и в целом все цивилизации. Политические деятели европейских государств и представители европейской политической элиты (как, например, канцлер ФРГ Ангела Меркель) открыто заявили о крушении, или крахе, мультикультурализма, что немедленно вызвало ответную негативную реакцию представителей национальных меньшинств в Европе.

В силу того, что и религии, и культуры переживают своеобразный кризис, их роль в жизни общества заметно снижается. В то же время и религии, и культуры хранят и развивают духовное наследие народов, они оказывают огромное воздействие на развитие общества и государства, народа и каждого отдельного человека. Особенно большое воздействие они оказывают на формирование личности, на становление и развитие внутренней духовной структуры человека, духовного строя, духа народа, что имеет решающее значение для всего человечества, для взаимодействия и взаимовлияния всех народов и людей, живущих на Земле.

В связи с этим целесообразно рассмотреть место, роль и значение религий, культур и цивилизаций в жизни человечества, но не в эмпирическом контексте, а в контексте генезиса основных идей, которые в ходе исторического развития вырабатывались в лоне этих религий, культур и цивилизаций. К таким идеям следует отнести идею Логоса, идею Дао и ряд других столь же универсальных и фундаментальных идей.

Прежде всего, мы рассмотрим идею Логоса, зародившуюся и развивавшуюся в древнегреческой цивилизации, поскольку эта идея была и остается самой фундаментальной и самой важной для развития всей европейской культуры и цивилизации.

В одной из лучших работ о Логосе «Учение о Логосе в его истории» князь С.Н.Трубецкой писал: «Понятие Логоса связано с греческой философией, в которой оно возникло, и с христианским богословием, в котором оно утвердилось. Каким образом христианство усвоило это понятие для выражения своей религиозной идеи и насколько оно в действительности ей соответствует — вот исторический и философский вопрос величайшей важности… Греческое просвещение и христианство лежат в основании всей европейской цивилизации»1.

То, что идея Логоса, всемирного божественного Разума, зародилась в греческой философии, особых возражений не вызывало и не вызывает. Однако, чтобы это доказать или обосновать, необходимо рассмотреть эту идею в связи с развитием греческого умозрения, а также в связи с общей историей Слова Божия, с историей богосознания в Ветхом и Новом Завете, понять христианское учение и христианскую идею во всей их оригинальности и во всем отличии от греческих идей и от национально-иудейских верований и чаяний, не говоря уже об учении Филона Александрийского, который пытался ввести идею Логоса в истолкование Ветхого Завета.

Рассмотрение идеи Логоса отвечает на самые фундаментальные вопросы человеческой жизни, его деятельности и познания: о разумном смысле и разумной цели человеческой деятельности и всего мирового процесса, победит ли человечество в самом себе зверя, чтобы осуществить высший и свободный союз всех людей на Земле, осуществим ли идеал Церкви Христовой, идеал царства Божия на Земле, идеал одухотворенного, преображенного человечества, в котором воплотится Божество истины и любви.

Достижение этого идеала зависит от того, насколько истинно само христианство и является ли Христос действительным откровением живого смысла мира — его Логосом, или Словом. Для достижения этого идеала вовсе недостаточно ограниченного господства, разума и добра в человеке — необходимо, чтобы они господствовали во всей Вселенной.

Если на ранних этапах греческой культуры господствовали миф и эпос, а Логос встречался очень редко (у Гомера упоминается три раза), то позднее, когда миф из «сказа» превращается в «сказание» или «сказку» и противополагается истинному слову — Логосу, а эпос превращается в молву, в говор, в поговорку, чтобы скрыть истинный смысл или украсить речь, миф и эпос уступают место Логосу. Если раньше миф был истинным, то позже он превращается в ложную речь, подражающую истине, в поэтическую фабулу, в басню. Еще Аристотель в «Поэтике» писал: «Миф есть начало и как бы душа трагедии». Этот смысл остается в трагедии, но уже в истории как прозе, в отличие от поэзии, мифическое миросозерцание поэзии заменяется прозой трезвой мысли.

В философии происходил подобный же процесс — ранняя греческая философия носила антимифологический характер: она противопоставляла мифу и эпосу «разумное слово» о природе вещей или рассуждение (у Ксенофана, восставшего против Гомера и Господа), слово, содержащее «сущую истину», единую, вечную и неизменную природу вещей, единое «естество» в основе всего существующего вместо мнимых человекообразных богов: слово о природе противопоставляется вымыслу. Здесь содержание слова — это мироздание, строение мира, его причина, его закон: «отвлеченный Логос», «слово о сущем», либо противополагается явлению, либо отождествляется с внутренним законом сущего, как мы находим это, с одной стороны, в элейской школе у Парменида и Зенона, а с другой — у Гераклита. Мысль совпадает с истиной, а истина есть идея.

С развитием греческой словесности большое значение получили риторика, диалектика и логика как искусство речи, рассуждения и понятия. Поскольку, как полагали софисты, обучавшие искусству слова, человеческое знание не дает достоверности — ни чувства, ни ум не позволяют постигать истину, то искусство слова получило самодовлеющее значение.

Сократ в известном смысле был софистом, но он все-таки преодолел софистику, ибо его учение — это философия слова, учение о мысли, о понятии как содержании слова. Ему принадлежит заслуга основания логики как науки о мысленном слове, о понятии как законе истинной, разумной человеческой речи. Главная задача и цель разума — познать высшее благо, являющееся основой благого поведения. Он даже добродетели рассматривал и понимал как понятия разума. И человеческая речь, и человеческое поведение имеют рациональное логическое начало в понятии — в логосе. Открытие логоса было великой заслугой Сократа. Логос как универсальный принцип истинного познания и истинного, целесообразного, справедливого поведения, с помощью которого достигается высшее благо. Все сущее устроено в соответствии с логосом.

Платон в своем учении об идеях пытался обосновать объективный характер идей. Он рассматривал их как самобытные объективные сущности. Высшей идеей он считал идею блага, или идеал, который выше всякого бытия и всякого разума, ибо является их началом. Высшая идея блага, как и весь идеальный мир, есть объективный разум Вселенной, смысл и причина всех вещей, их Бог (идеал) и Творец, а разумным «субъектом» идей может быть мировая душа, или блаженный дух, или душа философа, воспринимающие или созерцающие идеи. Правда, Платон в своих сочинениях по-разному понимал идеи и их отношение друг к другу и к вещам. В «Софисте» идеи определяются как различные причины вещей, как реальные силы, взаимодействующие друг с другом. В «Республике» идеи — конечные причины, сводящиеся к высшему идеалу — к идее блага, делающей их разумными причинами и конечными причинами, идеальными целями сущего. В высшем идеале Платон находит единство бытия и познания.

Для Аристотеля разум является универсальным метафизическим началом мира — формой всех форм, понятием всех понятий, охватывающий все мыслимое. Все существующее мыслимо лишь в форме мысли. Логос, или объективное понятие вещи, является формой вещи и определяет ее вид, или эйдос. В логосе совпадает форма вещи, конечная цель и начало, или причина вещи. Сущностная форма организма, его внутренняя цель, творческое образующее начало, есть душа.

Аристотель отличал «творческий ум» — нус пойетикос — от «пассивного разума»: в «творческом уме», или мышлении, совпадают субъект и объект, мыслящее и мыслимое.

После великих греческих мыслителей — Сократа, Платона, Аристотеля — собственно теоретический интерес философского анализа стал заметно ослабевать, зато греческая мысль стала стремиться к цельному философскому миросозерцанию, которое могло бы заменить разложившиеся религиозные верования и обосновать систему рациональной этики. Это стало потребностью всего общества и всей культуры. «Эллинское просвещение покоряло мир, оно становилось социальной, политической силой; эллинская философия, сообразно тому, постепенно утрачивала свой характер анализа, исследования. Она сделалась учением, обратилась в догму. Такой характер придал ей основатель стоицизма Зенон и еще более — его многочисленные последователи. Первой и самой значительной философией эллинистического и даже греко-римского периода является стоицизм, оказавший такое громадное культурное влияние на древнее общество. Он был прежде всего просветительной философией этого общества, философией космополитической по преимуществу, возвышавшейся над всякими национальными разделениями и проповедовавшей всеобщее братство людей и их духовную свободу. На знамени стоицизма значился Разум, универсальный разум, или Логос, как мировой принцип, жаждущий Вселенную, и как принцип истинного знания и истинного человеческого поведения. Для нас стоики имеют величайшее значение уже по одному тому, что у них впервые термин «логос» получает неизменный смысл универсального вселенского разума. Эту идею стоики популяризировали, распространили в широких кругах и развили ее так подробно и в нравственных, и даже в богословских ее приложениях, что все последующее философское учение о логосе в Александрии и Малой Азии, в Греции и Риме стоит в несомненной связи со стоицизмом и его терминологией»2.

Стоики попытались свести тело и дух, материю и форму к одному началу — эфирной пневме, дыханию, духу, подобно огню Гераклита, или Зевсу как верховному всеединому божеству. Для стоиков Логос — это всемирный божественный разум, закон всего существующего, субстанциально тождественный с миром и одушевляющий его. Бог не существует без вещества, как и вещество не существует без Бога. Бог — это и материя, и форма, и закон, и стихия, и душа, и разум. Он есть мир, все вещи, творческое начало мира. Всемирный Логос есть семя мира, заключающий в себе все частные логосы — семена всех вещей. Семя мира — это огонь… Логос у стоиков получил нравственно-религиозное значение. Этот мотив развивали и стоики Древнего Рима — Музоний, Сенека, Эпиктет, Марк Аврелий. Идея Логоса постепенно все теснее связывается с учением о Промысле. Человеческая душа божественна, а человек есть сын Божий. Жить следует соответственно природе, разуму, Логосу. Все люди братья, чада одного Отца, «общее отечество всех людей есть Вселенная». Неслучайно у стоиков зарождается идея «града Божия». Стоицизм превращается в воинствующую философию — учащую и проповедующую. Создается тип философа — проповедника, моралиста, наставника, духовника, заботящегося о спасении душ, назидании, утешении, душевном врачевании своих учеников и духовных детей.

Израиль везде держался своего закона и особенно на чужбине, например в Александрии. Книжники в Вавилоне подготовили великую реформу Ездры с ее каноном. В Александрии был создан свой канон священных книг в греческом переводе, своя богословская школа толкователей писания, апологетов и систематизаторов закона. Еще в III веке начали перевод Ветхого Завета на греческий язык — «Перевод семидесяти толковников», давший христианству первое каноническое собрание священных книг. Сочинения Филона Александрийского отражают влияние школы, посвятившей себя передаче, изложению закона (мишна) и его объяснению (мидраш), хотя передача закона осложнялась неписаным законом старцев и традиционными предписаниями (халаха), а комментирование материала соединялось с легендами, нравственными поучениями и аллегорическим толкованием (хаггада). Основные начала ветхозаветной религиозности утверждались повсеместно с резким осуждением безумных, нечестивых, ложных религий язычества и идолопоклонства. «Единичный предвечный Бог, Всемогущий и всеправедный, всеведущий Творец неба и Земли, Бог абсолютно духовный и не допускающий никакого чувственного изображения, не нуждающийся в жертвах. Бог, осуществляющий на земле Свою вечную правду, открывший ее в законе через пророков, — таковы основные черты ветхозаветного учения, которые были понятны и эллину, и иудею и произвели глубокое впечатление на древний мир… Само представление об избрании Израиля и грядущем его торжестве оправдывалось его Богом и его верностью закону, его истиной, правой верой — «мудростью» Моисея, которой евреи обладали в то время, когда все прочие народы ходили во тьме идолослужения. Универсальный монотеизм, вера в сверхнародного единого Бога — Творца Вселенной как основание закона истинной жизни и как положительная религия, победившая все испытания, восторжествовавшая в самом падении дома Израилева, была действительным откровением, чудом всемирной истории»3.

Хотя вера Израиля все еще оставалась национальной верой: чтобы ее принять, надо было стать сыном Божиим, принять обрезание, порвать связи со своим народом, близкими, оградиться от всего стеною обычаев и обрядов. Видимо, неслучайно космополитическая культура Греции и Рима возмущалась гордым, упорным, варварским национализмом евреев — их презрением к другим богам и народам, их «человеконенавистничеством». Вот почему признание единого Бога Отца, Творца всего мира сверхчувственного и недосягаемого, было недостаточным без признания посредствующих сил и духов между Ним и человеком. Европейской апологетике наряду с рациональным объяснением закона в общенравственном смысле следовало разработать рациональное учение о Боге и посредствующих силах. В книге «Премудрости», обращенной к эллинам, божественная мудрость ветхозаветного откровения показывается в ее универсальном нравственном значении как общий источник человеческой мудрости — самый древний по времени и вечный по существу: «Она есть основание творения, она от века была у Бога и посредствует между миром и Богом, будучи орудием Его Промысла, источником Его всемогущего Слова. Поэтому культ истинного Бога получает не только национальное, но и всемирное, «космополитическое» значение… Поэтому закон ( νόμος ) есть не только национальный закон, но и закон Вселенной, истинный или правый логос (λόγος) — норма и смысл всего сущего»4. Премудрость становится как бы особой ипостасью Божества и посредницей откровения. Премудрость есть источник всякой истины, правды и блага, она есть «дух разумный, святой», «Дух Господа», «Дух Премудрости», всемогущий зиждительный дух. Она является космическим началом, принципом универсального разума и нравственного закона, а также началом откровения.

Филон Александрийский пытался сочетать «супругу» с «наложницей» веру — Израиля с греческой философией. Он философ-эклектик, посредник между платонизмом и стоицизмом, последователь Посидония и предшественник Плотина, богослов, разрабатывающий учение о Логосе и аллегорический метод толкования Ветхого Завета, апологет иудаизма перед эллинами, учитель и систематизатор закона, предшественник Талмуда — все это сводилось к одной цели: проповеди и апологии мозаизма как религии слова, религии истинного просвещения. Но учение о Логосе у него не было в центре внимания. «Понятие Логоса составляет средний термин всей философии Филона — его онтологии, физики, психологии, этики. Логос связывает собою решительно все —  Бога с миром и человеком, точно так же, как и отдельные части мира между собою; он посредствует и творение, и откровение, он осуществляет волю Божию в мире и нисходит в человеческую душу, питает ее как манна небесная и вводит ее к Божеству. Он есть единородный Сын Божий, отблеск божественного света, образ Отца, в котором и для которого все создано». Неслучайно христианская проповедь не могла игнорировать это учение и понятие Логоса.

С.Н.Трубецкой хорошо показывает, что учение о Логосе в ранней Церкви определялось не заражением христианства греческим умозрением, не синкретизмом христианских и греческих идей, а нормальным развитием христианского сознания в его исторической среде. «Не учение о Логосе повело к признанию божественного содержания… личности Христа… напротив того, сознание этого божественного содержания, признание Бога во Христе повело к необходимости формулировать такое учение о Его божестве, при котором истина абсолютного монотеизма оставалась бы неприкосновенной и являлась бы во всей своей силе в христианском учении о Логосе… выразилось сознание единства Бога в Ветхом и Новом Завете, сознание единства Христа с Его Отцом в Его действительном отличии от Отца»5.

Впервые термин «Логос» появляется в Новом Завете в Апокалипсисе св. апостола Иоанна Богослова (19, 11-13): «И увидел я отверстое небо, и вот конь белый, и сидящий на нем называется Верный и Истинный, который предвечно судит и воинствует. Очи у него как пламень огненный, и на голове Его много диадем. Он имел имя написанное, которого никто не знал, кроме Его Самого. Он был облечен в одежду, обагренную кровью. Имя Ему: «Слово Божие».

А затем о Логосе, или Слове, говорится в Евангелии от Иоанна: «В начале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Бог. Оно было в начале у Бога. Все чрез Него начало быть, и без Него ничто не начало быть, что начало быть. В Нем была жизнь, и жизнь была свет человеков. И свет во тьме светит, и тьма не объяла его… И Слово стало плотию, и обитало с нами, полное благодати и истины; и мы видели славу Его, славу как Единородного от Отца».

Для эллинов Логос — откровение Божие, Мессия — для иудеев, предвечный Логос в лице Иисуса Христа — для христиан.

В ассирийский период появляется пророческая проповедь суда и спасения (Амос, Осия, Михей, Исайя), в халдейский период также говорится о суде и спасении (Наум, Софоний, Аввакум, Иеремия, Иезекииль). В персидский период — проповедь Второисайи как проповедь утешения, спасения, прощения грехов, благая весть искупления. Вместе с образом грядущей славы здесь появляется пророческий образ страдающего Отрока Божия в его искупительном служении, в котором светятся новозаветные черты Искупителя, который пришел не только разрушить старое, но обновить и исполнить закон.

В еврейском мессианизме акцент делается не на имени, а на помазании (помазанник по-гречески — Христос), на его божестве и на царстве Божием, которое через него приходит, «дух Господен» пребывает на «помазаннике», он орудие божественной воли, вершитель дела Божия на Земле, и с царственным служением истинного сына Давидова соединяется пророческое и священническое служение. «Истинный религиозный идеал Израиля есть идеал царства Божия, осуществляющегося на Земле через избранный народ и предзаложенного в союзе живого Бога с этим народом». Бог для иудеев — вождь, судья, отец, невидимый глава рода и племени, глава общественного строя, его царь, хозяин Земли. Здесь единобожие коренится в самом существе Бога. В Боге — единственное благо народа и его пророков, хотя пророки борются со своим народом за Бога. Царь и есть Мессия, помазанник Божий. Но этого идеала не достигали даже царь-пророк Давид и премудрый Соломон — они были ниже этого идеала.

В еврейском представлении о царстве Божием содержится своеобразное представление о соединении национального идеала с универсальным, народно-политической тенденции с духовно-нравственным откровением единого Божества. Но царство истинного Бога есть прежде всего идеал религиозный — идеал правды и добра. И носителем этого идеала является истинный, верный Израиль. Народ Божий есть отрок, или раб Божий, избранник, помазанник, сын Божий. Через Израиль Слово Божие, Дело Божие откроются всему миру. Суд и спасение. От Сиона — закон, а от Иерусалима — Слово Господне. Но все в самом Боге: и Мессия, и царство, и свет, и жизнь, Новый Иерусалим, новое небо и новая земля. «Святы будьте, потому что свят Я, Господь Бог ваш» (Л. 19, 2). Все должны освятиться, чтобы спастись, Святость должна стать законом, нормой национальной (а в настоящее время и всей мировой) жизни. Неслучайно священники заменили собой царей и пророков.

С Ездрой, «писцом» или «учителем закона», наступила пора книжников и учителей закона. Появились фарисеи и их учение об оправдании посредством дел закона и заслуг, которые могут покрывать грехи людей. Благочестие стало внешним, наружным. И именно Иисус Христос разоблачил фарисеев, их гордыню, лицемерие, мнимую праведность и «жестокосердие» народа (Мк. l0,6: Мт. 10,8).

Союз с Богом предполагает царство Божие, которое есть, и становится, и будет… Цель этого царства есть пришествие, раскрытие славы Божией, или реализация Бога на Земле. Если религия Израиля есть жажда Бога, которая утоляется в сознании Бога, то Христос есть оправдание этой религии, ее Мессия, — прежде всего как воплощенное богосознание: на нем «почил дух Господень», дух ведения и благочестия. Если для Израиля этот дух открывался в Слове Божием, в слове пророков, то Христос для тех, кто уверовал в Него, явился воплощенным Словом Божиим… В этом смысле религиозное содержание новозаветного учения о Логосе, Слове, несомненно имеет свое основание в религии пророков и мессианической вере Израиля»6. В богосознании Израиля Ягве раскрывается как «конкретный и абсолютный», и в этом сознании живого Бога и состоит ветхозаветное основание всего христианского учения о Боге. Господь воинств, Господь сил, Бог народа, Бог вселенной. Здесь важно заметить, что ветхозаветная мысль нигде не определяет в положительном смысле, что Бог есть дух, ибо она чужда умозрительной рефлексии. Дух есть сила Божия, а Ягве — источник этой силы, но он не отождествляется с нею никогда.

Ягве есть источник Духа, Слова и Мудрости, которые от него неотделимы. Он не исчерпывается ими, Его существо не уходит в них, они отличаются от Него, но они посредуют Его всеединство.

Дух Божий, Голос Божий, Слава Божия, Слово Божие — это посредники в теософии раввинов. В народной религии — это ангелы, праотцы и святые, усопшие или живые. Христианство боролось с этим: «Оно противополагало ему веру в живого и всеединого Бога Отца, открывшегося в Иисусе Христе и Духе, и в самом учении этого богословия о Логосе восторжествовал конкретный монотеизм, коренившийся в богосознании пророков и нашедший во Христе свое полное откровение»7

Что касается суда, то суд Божий представляется как всемирный суд над всеми народами и над отдельными людьми, и грядущее царство, имеющее прийти на смену звериным царствам язычников, сознается как истинно божественное и всемирное, которое утвердится «не силою, не воинством, а Духом»8.

Исторический процесс связывается с космогоническим процессом: книга Бытия — первая глава апокалипсического откровения.

«Рассматривая апокалипсическую литературу эпохи пришествия Спасителя, мы убеждаемся в том, что христианство вложило совершенно новый смысл в идею Мессии и впервые придало ей центральное, основное значение в целом религии, которая определяет себя как религию Мессии, религию Христа. И эта коренная реформа объясняется всецело личным делом и учением Иисуса Христа, подготовленным проповедью Иоанна Крестителя»9.

Раннее христианское богословие с его учением о Логосе вырабатывалось в борьбе церкви с ересями, с мифологией гностицизма, с иудейством и язычеством, стремившимися ассимилировать себе христианство. Христианство дает Слово Божие, ό λόγоζ τοΰ θεοΰ, устраняя все другие имена.

Для историка точка отправления — памятники, для философа — факты евангельской истории, которые могут быть научно установлены.

Христос верил в Отца больше, чем в мир, и был исполнен сознанием Отца, «духом Отца», богопознание было связано в Нем с Его личным самосознанием. В Своем Слове Христос дал Свой подлинный образ. Он пострадал не от сребролюбия Иуды и не от пороков законоучителей и священников, а от общего неверия и «напрасной ненависти», которая имелась в «мире». Христос был осужден во имя идеалов национализма и ортодоксии еврейских фарисеев, а Пилат распял Его как «недруга кесарю». Современники Христа видели в Нем прежде всего человека, и в этом человеке они не узнали духовного образа того Отца, которого они внешним образом исповедали. А Отец был его пищей, Его стихией, живым средоточием Его личного сознания. Отец раскрывался в Сыне. Иисус приписывал себе совершенное познание Бога, совершенное общение с Ним: Он сознает Его в Себе как Отца, и Себя в Нем как Сына, и вместе с тем Он находит, что Его Отец, как Он Его знает, отрицается в действительности людьми, преданными миру. Мир исключал Бога.

Евангелие от Иоанна — связующее звено между Новым Заветом и последующим богословским учением о Логосе.

Евангелие Нового Завета есть Евангелие Христа. А Нагорная проповедь есть проповедь нового закона, начертаемого в сердце, закона, который имеет своим основанием усыновление человека Богу и совершенное познание благого Отца. В отношении Христа к закону высшая свобода соединяется с послушанием.

В еврейской литературе «царство» означает не страну, а правление, или владычество, а у Христа «царство» — это представление о жизни будущего века. Будьте блаженны и будьте совершенны — вот заповедь царства.

Чтобы понять милость Отца, надо понять и Его суд. Его величие и святость. Его могущество.

«Страх Божий есть начало премудрости» не только в Ветхом Завете, и если «совершенная любовь изгоняет страх», то надо понять смысл этого «страха», чтобы понять совершенство любви.

Христос начал свою проповедь с требования покаяния: «Покайтесь, ибо приблизилось царство Божие» (Мк. 1, 15). «И проповедану быть во имя Его покаяний и прощению грехов во всех народах, начиная с Иерусалима» (Лк. 24, 47). Грядущий суд и спасение непреложны как Сам Бог, но Бог не мертвых, а Бог живых. «Царство Божие в евангельской проповеди понимается как нераздельное владычество праведного и милостивого Отца, от века уготованное в Нем Самом и имеющее осуществиться на земле или прийти в «силе» и славе. Оно есть высшая цель мирового процесса, как реализация божественного порядка, реализация Бога или божественной жизни на земле. Оно есть высшее благо, которое дается Богом, но вместе составляет цель и задачу человеческой воли, ее единственную истинную и разумную цель. Оно «уготовано» и «близко», и его пришествие на землю, долженствующее изменить образ «века сего» и как бы переплавить его в «век нетления», есть всемирное событие, зависящее исключительно от воли Отца и заключающее в себе суд всему миру, суд, от которого спасутся лишь «сыны» и «наследники» царства. Спасение пришло уже и теперь в проповеди Христа, в «слове мира» и благовестия, которое должно примирить людей с Богом и показать им Его милость: «благотворение» Христа показывает, что слово Его заключает в себе не только субъективное добро, но и благо спасения; вера, которая принимает это слово, оправдывает его как жизнь и как силу, как деятельную мощь. Спасение как спасение от суда состоит ближайшим образом в самой тайне царства, которое приблизилось, но не раскрылось еще всеобщим образом в осуждение миру и которое открывается внутренним образом лишь тем, кто может в него проникнуть. Таким образом оно открывается в Евангелии Христа; оно сеется в Его слове, но слово это есть могущественное Божье слово, которое не возвращается праздным к своему источнику (Ис. 55, 10-11). …царство Божие, находящее в Духе, имеет явиться в силе, и Христос есть его провозвестник или пророк, его царственный носитель, помазанный Духом, и его священник»10.

Известно, что внутренними критериями истинного пророка служили сила вдохновения, сила слова и его правда. «Христа помазал Бог Духом Святым и силой, и он ходил благотворя и исцеляя…»11 Одной из важнейших форм, выражавших его силу слова и его правду, была притча. «Он один владел формой притчи, которая никому не давалась в таком совершенстве: нигде притча не переходит у Него в аллегорию или метафору, в иносказание; нигде образ не привлекается им внешним образом, и нигде отвлеченная мысль не облекается искусственно в чуждый ей образ. Мысль столь же конкретна здесь, как тот образ, который ей служит и который в нее претворяется… В этих притчах выражается религиозная мысль Христа, а не рассудочная мораль…»12

«Богосознание Христа является здесь живым принципом новой нравственной организации человечества, деятельным началом организации человечества в высшей, божественной жизни»13.

«Лично для Самого Христа такое сознание имело последствием сознанную необходимость Его страдания и смерти для искупления многих, для спасения их от гpядущего, близкого суда»14.

«Поскольку в Нем осуществилась «истина и благодать», благоволение Божие или предвечная благая мысль Божия о мире и человеке, Он определяется как самая эта Мысль, истинный Разум, или Божественный Логос»15.

«Вся христология апостольской церкви заключает в себе не что иное, как признание абсолютной ценности или абсолютной подлинности Богосознания Христа, связанного с Его личным Самосознанием: на основании Евангелия это Богосознание Христа признается божественным, определяется как сознание Самого Бога о Себе или Логос Божий»16.

Таким образом, раскрывая генезис Логоса, князь С.Трубецкой дает не просто лингвистическое понимание и истолкование этой идеи, но раскрывает его универсальное значение, смысл и содержание, включающие в себя всю совокупность различных аспектов бытия и сознания народов  — исторических, социальных, экономических, политических, религиозных, этических, нравственных, культурных, онтологических, гносеологических, психологических, художественных и т.д., составляющих полноту жизни и деятельности как отдельных людей, так и народов.

Известно, что древнегреческий эпос и мифология выражали достаточно полно и всесторонне жизнь и деятельность древних греков, архаического общества в целом, поэтому, как показывает С.Трубецкой, эпос и миф постепенно заменяются Логосом, который глубже, основательнее и универсальнее выражает и отражает жизнь и деятельность древних народов. Анализ идеи Логоса в древней философии (у мыслителей доэллинистической эпохи, у Сократа, Платона, Аристотеля) в связи с развитием древнегреческого умозрения привел к обоснованию того, что древнегреческий Логос, понимавшийся как всемирный Божественный разум, явился истоком и первоначальной основой всей последующей европейской культуры и цивилизации. Однако, чтобы верно понять сущность, специфику, оригинальность этой культуры и цивилизации, необходимо было исследовать генезис Логоса и Ветхого и Нового Завета. Это исследование показало как родство, так и разительные отличия содержания Логоса у иудеев и христиан. Выявление сущности и содержания основополагающих идей или понятий: «закона», «Мессии», «мессианства», «избранности», «Страха Божия», «веры», «любви», «Царства Божия», «истины», «правды», «справедливости», «свободы», «Премудрости» и других — помогает конкретно установить все то, что является общим и различным для иудеев и христиан, для иудаизма и христианства, что, в свою очередь, важно для того, чтобы они могли сотрудничать не только в сфере религии, но и других сферах — политической, социальной, нравственной, духовной, культурной и т.д.

При всех различиях (и порою довольно существенных) всех основополагающих идей и понятий иудаизма и христианства они носят коррелятивный характер и в конечном счете направлены на осуществление одной цели — построения царства Божия на Земле, царства Истины, Правды, Добра, Любви, Справедливости, Мира, Братства, Равенства, Свободы…

Если иудаизм есть религия закона, а христианство — религия Любви, или Благодати, то ведь Иисус Христос пришел в этот мир не нарушить Закон, а исполнить его. Культ самого Бога в иудаизме носит зримо выраженный «национальный» характер, но благодаря тому что «Премудрость» как источник силы Слова Бога и как имеющая универсально-нравственное значение сила делает этот культ Бога «всемирным», «космополитическим», «Премудрость» — источник истины, правды и добра. Поскольку Иисус Христос сказал о самом себе: «Я есмь Путь, Истина и Жизнь», то естественно говорить не о противопоставлении Бога Ветхого Завета и Бога Нового Завета, а об их единстве, о единстве Бога Отца и Его Сына Иисуса Христа.

Можно говорить и о различном понимании царства Божия. Если в иудаизме «царство» понимается не как «страна», а как «правление», как «владычество», то в христианстве «царство» понимается как образ жизни в будущем, как жизнь блаженных и совершенных сынов Божиих.

«Страх Божий» и в иудаизме, и в христианстве есть начало Премудрости. Страх этот понимается через Любовь и преодолевается Любовью. Эти понятия обусловливают и разъясняют друг друга.

Можно приводить и сопоставлять различные стороны иудаизма и христианства и показывать как их отличия друг от друга, так и то, что их объединяет. И в этом общем, объединяющем следует видеть самое важное и самое существенное, поскольку в современном мире, изобилующем конфликтами, войнами, несправедливостью, насилием, надо обращать внимание именно на то, что объединяет людей разных религий, разных культур и цивилизаций, а не на то, что их разделяет.

Что же касается различий между народами во всех сферах их духовной и материальной деятельности, то это скорее положительный фактор, а не отрицательный, поскольку это обогащает каждого из них.

На протяжении исторического развития человеческого общества идея Логоса определяла различные сферы его жизнедеятельности: религиозную, нравственную, политическую, экономическую, правовую, научную, культурную и т.д. Если в Древней Греции особое внимание уделялось развитию метафизического знания, в Древнем Риме — развитию государства, права и военного дела, в Средние века — всему тому, что было связано с религией и церковью, в эпоху Возрождения — преимущественно литературе, искусству и культуре, хотя не забывали и о политике, в Новое время — научному знанию в различных областях, а в современном обществе — развитию науки, техники, культуре в целом, включая и религию. В этом смысле Логос, или идея Логоса, в современном мире играет особенно значимую роль, а с учетом нарастающих противоречий, катаклизмов, вооруженных конфликтов и войн роль и значение идеи Логоса являются исключительно важными, необходимыми, особенно для развития и самосознания народов и каждого отдельного человека.

Стоит обратить внимание на вещие слова князя С.Трубецкого, полные тревоги и заботы о будущем человечества: «Уже теперь человечество перестало быть отвлеченностью и стало реальною величиною, все части которой находятся во взаимной зависимости, во все более и более деятельном экономическом и политическом взаимодействии между собою; уже теперь ни один народ не замыкается в узкие рамки национального существования, но живет и действует в одной всемирной политической арене; уже теперь одна общеевропейская культура с каждым днем сильнее и сильнее утверждает свое нераздельное господство в мире, осуждая все низшие, несовершенные культуры на вымирание или перерождение. Конечное единство, разумеется, еще весьма далеко. Несмотря на возрастающее общение и сближение народов, на усиливающуюся зависимость, их вражда обостряется, их вооружения становятся все более и более грозными, хотя сама опасность истребления будит всеобщую жажду мира и вызывает потребность в разумной всечеловеческой организации, обеспечивающей такой мир. Но если бы конечная цель человечества лежала столь же далеко от настоящего, как это настоящее от того дикого первобытного состояния, с которого человечество начало свой путь, то и тогда человечество достигло бы своей цели. Те, кто верят в прогресс и разум, видят в муках человечества родовые муки и верят, что оно породит из себя всечеловеческое Великое Существо, которое осуществит в себе конечный идеал»17.

Глубокое и прозорливое понимание того пути, по которому суждено было идти человечеству и по которому оно идет и будет идти дальше, вызывает необходимость показать это более ясно и четко, для чего нам следует рассмотреть еще несколько основополагающих идей, сопоставимых с Логосом: идею правды и истины в исламе, идею Дао в даосизме, идею просветления в буддизме, идею гармонии в конфуцианстве. Только это позволит нам по-настоящему выявить все то, что отличает мировые религии друг от друга, и все то, что их объединяет, и если мы будем развивать именно объединяющие факторы и аспекты, только в этом случае человечество может достигнуть того идеала, единства, сотрудничества и гармонии, о котором мечтал С.Трубецкой и к чему всегда стремилось и стремится все человечество.

 

 

 1Трубецкой С.Н. Учение о Логосе в его истории // Сочинения. М., 1994. С. 1.

 2Там же. С. 80-81.

 3Там же. С. 124.

 4Там же.

 5Там же. С. 210.

 6Там же. С. 263-264.

 7Там же. С. 293.

 8Там же. С. 332.

 9Там же. С. 403.

10Там же. С. 444-445.

11Там же. С. 452.

12Там же.

13Там же. С. 463.

14Там же. С. 468.

15Там же. С. 477.

16Там же. С. 478.

17Там же. С. 49.

%d0%9b%d0%be%d0%b3%d0%be%d1%81 перевод на испанский | Glosbe

Рабочая группа согласилась с тем, что текст проекта статьи 92, как он содержится в документе A/CN.9/WG.III/WP.81, является приемлемым и будет дополнен необходимыми данными.

El Grupo de Trabajo convino en que el texto del artículo 92 en A/CN.9/WG.III/WP.81 era aceptable y se completaría conforme fuera preciso.

UN-2

В течение отчетного периода было в общей сложности проведено 41 учебно-оперативное мероприятие (29 — для Армии Республики Сербской и 12 — для Армии Федерации) и 81 мероприятие, связанное с переброской сил (63 — для Армии Республики Сербской и 18 — для Армии Федерации).

En el mismo período, hubo un total de 41 actividades operativas y de instrucción (29 del Ejército de la República Srpska y 12 del Ejército de la Federación de Bosnia y Herzegovina) y 81 movimientos de tropas (63 del Ejército de la República Srpska y 18 del Ejército de la Federación de Bosnia y Herzegovina).

UN-2

Предполагая, что такие вкладчики находят держателей FE желающих приобрести их BE, то вырисовывается значительный курс BE к FE, который зависит от размера сделки, относительного нетерпения держателей BE и ожидаемой продолжительности контроля над движением капитала.

Asumiendo que tal depositante encuentre a alguien que posea euros FE y que dicha persona esté dispuesta a comprar sus euros BE, surge una significativa tasa de cambio entre euros BE y euros FE, misma que varía de acuerdo con el tamaño de la transacción, la urgencia que tienen los poseedores de euros BE, y la duración esperada de los controles de capital.

ProjectSyndicate

Был подан 81 бюллетень, среди которых недействительных бюллетеней не было; 81 бюллетень был признан действительным; в голосовании приняло участие 81 государство-участник; требуемое большинство в две трети составляло 54 голоса.

Se emitieron 81 votos, de los que ninguno fue nulo y 81 fueron válidos; el número de Estados Partes que votaron fue de 81, y la mayoría de dos tercios requerida era de 54 votos.

UN-2

принимая во внимание соответствующие резолюции Комиссии по правам человека о консультативном обслуживании и техническом сотрудничестве в области прав человека, в том числе ее последнюю резолюцию 2004/81 от 21 апреля 2004 года по этому вопросу

Teniendo presentes las resoluciones pertinentes de la Comisión de Derechos Humanos sobre los servicios de asesoramiento y la cooperación técnica en materia de derechos humanos, incluida la resolución 2004/81, de 21 de abril de 2004, la más reciente sobre la cuestión

UN-2

Микросоставляющие (Sb, As, Ba, Be, Bi, Ca, F, Ga, Au, Mg, Pd, Ru, Sr, S, Y, Zr)

Microcomponentes (Sb, As, Ba, Be, Bi, Ca, F, Ga, Au, Mg, Pd, Ru, Sr, S, Y, Zr)

UN-2

Доклад Генерального секретаря о товарах, вредных для здоровья и окружающей среды (A/59/81-E/2004/63)

Informe del Secretario General sobre productos perjudiciales para la salud y el medio ambiente (A/59/81-E/2004/63)

UN-2

В период с 1 июня по 16 августа подразделения афганской полиции по борьбе с наркотиками провели 597 операций, в результате которых было арестовано 529 подозреваемых, демонтированы 16 подпольных лабораторий по изготовлению героина, изъято 4460 кг прекурсоров, 13 295 кг опиума, 105 кг семян мака, 654 кг героина, 2642 кг гашиша, 2165 кг стимуляторов амфетаминового ряда, 2 кг морфия, 81 автотранспортное средство и 66 единиц оружия различных типов.

Entre el 1 de junio y el 16 de agosto, la Policía de Lucha contra la Droga del Afganistán llevó a cabo 597 operaciones, en las que detuvo a 529 sospechosos, desmanteló 16 laboratorios ilícitos de heroína e incautó 4.460 kg de precursores químicos, 13.295 kg de opio, 105 kg de semillas de adormidera, 654 kg de heroína, 2.642 kg de hachís, 2.165 kg de anfetaminas, 2 kg de morfina, 81 vehículos y 66 armas de distintos tipos.

UN-2

Расчет 81, скорая всё ещё на переезде.

Camión 81, los demás siguen atascados detrás de un tren.

OpenSubtitles2018.v3

Расчет 81, Спасатель 3,

Camión 81, Escuadrón 3,

OpenSubtitles2018.v3

Такие песни, как «This Love», «Makes Me Wonder» и «Misery» имеют более циничный тон, часто выражая недовольство отношениями, в то время как их более проникновенные и эмоциональные песни, такие как «She Will Be Loved» и «Never Gonna Leave This Bed» выражают стремление к романтическим отношениям.

El tema en todas sus canciones es el amor, que frecuentemente pierden; canciones como «This Love», «Makes Me Wonder» y «Misery» tienen un tono muy cínico, a menudo expresando insatisfacción con la relación, mientras que hay canciones más sinceras y emocionales como «She Will Be Loved» y «Never Gonna Leave This Bed», que expresan el anhelo de una relación romántica.

WikiMatrix

Особенно высок уровень оппозиции среди женщин, имеющих среднее или более высокое образование (81 процент).

La oposición a esta práctica es especialmente pronunciada en las mujeres que han hecho estudios secundarios o superiores (81%).

UN-2

Председатель говорит, что по пунктам 19, 80, 81, 82 и 12 и 83 повестки дня, касающимся деколонизации, будут проведены одни общие прения при том понимании, что проекты резолюций и/или предложения будут рассматриваться раздельно.

El Presidente dice que se celebrará un debate general que abarcará los temas 19, 80, 81, 82 y 12 y 83 del programa, relativos a la descolonización, en el entendimiento de que los proyectos de resolución y las propuestas se examinarán por separado.

UN-2

В марте 2004 года группы «D» провели совместное совещание, на котором они рассмотрели вопрос о целесообразности подготовки рекомендаций о присуждении компенсации в отношении этих претензий категории «D1» (отъезд).

Los Grupos «D», reunidos en marzo de 2004, consideraron si sería apropiado recomendar indemnización en el caso de estas reclamaciones D1 (salida).

UN-2

Бронебойный гранатомет (средний, калибр 81–100 мм)

Lanzacohetes antitanque (medio, 81 a 100 mm)

UN-2

В ответ на просьбу Консультативного комитета (см. A/59/736, пункт 8) Комиссия проанализировала сроки вынесения своих предыдущих рекомендаций, которые еще не были выполнены полностью, и отметила, что из 15 частично выполненных и 1 невыполненной рекомендации 1 рекомендация (6 процентов) относилась к периоду 2000–2001 годов; 2 (13 процентов) — к периоду 2004–2005 годов, а 13 (81 процент) — к периоду 2006–2007 годов, как это указано на диаграмме I.

En respuesta a la solicitud de la Comisión Consultiva (véase A/59/736, párr. 8), la Junta evaluó el tiempo transcurrido desde que se hicieron las recomendaciones anteriores aún no aplicadas plenamente y señaló que de 15 recomendaciones en vías de aplicación y 1 no aplicada, 1 (el 6%) databa del ejercicio 2000-2001; 2 (el 13%) de 2004-2005, y 13 (el 81%) de 2006-2007, como se indica en el gráfico I.

UN-2

Было также предложено полностью исключить взятый в скобки текст «[юрисдикции или]» из проекта статьи 81 бис, поскольку положения о юрисдикции не являются распространенными в отрасли нелинейных перевозок, а цель этого предложения заключается в сохранении статус–кво.

También se sugirió que se suprimieran por completo las palabras “[para recurrir a los tribunales o]” del proyecto de artículo 81 bis, dado que las cláusulas de jurisdicción no eran comunes en el ramo de los transportes no regulares, y la intención de la propuesta era preservar el statu quo.

UN-2

81 процент стран (58 стран, представивших доклады) включают вопросы просвещения по проблемам СПИДа в программу обучения средней школы, при этом 74 процента стран обеспечивают просвещение по вопросам СПИДа в рамках программы обучения начальной школы.

El 81% de los países (de 58 que respondieron) incluye enseñanza sobre el SIDA en sus programas de educación secundaria y el 74% ofrece enseñanza sobre el SIDA como parte de los programas de educación primaria.

UN-2

Она распространяет миллионы [19 миллионов каждого выпуска] экземпляров своего материала примерно на 60 [в настоящее время на 81] языках, в том числе на языках пиджин, хилигайнон и зулу.

Distribuye [19] millones de ejemplares [de cada número] en unos sesenta idiomas [exactamente 81], entre ellos pidgin, hiligaynon y zulú.

jw2019

В соответствии с положениями правил 80 и 81 правил процедуры Комитета все документы и отчеты о заседаниях Комитета, касающиеся его функций по статье 8 Факультативного протокола, являются конфиденциальными, а все заседания, посвященные работе по этой статье, — закрытыми.

Según lo dispuesto en los artículos 80 y 81 del reglamento del Comité, todos los documentos y procedimientos del Comité relativos a sus funciones de conformidad con el artículo 8 del Protocolo Facultativo tendrán carácter confidencial y todas las sesiones en que se lleven a cabo procedimientos de conformidad con ese artículo serán privadas.

UN-2

«Reservations may be accepted, according to the Vienna Convention, in three ways: in advance, by the terms of the treaty itself, in accordance with Article # » [«Оговорка может быть принята, согласно Венской конвенции, тремя способами: заранее, по условиям самого договора, в соответствии с пунктом # Статьи # «]

«Reservations may be accepted, according to the Vienna Convention, in three ways: in advance, by the terms of the treaty itself, in accordance with Article # » [De conformidad con la Convención de Viena, las reservas pueden ser aceptadas de tres maneras: por anticipado, a tenor del tratado mismo, sobre la base del párrafo # del artículo

MultiUn

Более 90 процентов респондентов обоего пола сообщили, что им известно, где можно приобрести презервативы (в 1981 году этот показатель для женщин составлял 81 процент).

Más del 90% de los encuestados de ambos sexos, manifestaron saber dónde conseguir preservativos, en mayor proporción que el 81% observado entre las mujeres en el 86.

UN-2

В Европе самая высокая доля стран, в которых есть закон, гарантирующий пособия для отцов в связи с рождением ребенка (81 процент), за этим регионом следуют страны Американского континента (53 процента), Африки (52 процента), Азии (43 процента) и Океании (29 процентов).

Europa es la región con la mayor proporción de países que tienen una ley que garantiza prestaciones relacionadas con la paternidad (81%), seguida de América (53%), África (52%), Asia (el 43%) y Oceanía (el 29%).

UN-2

Эксплуатация и обслуживание 81 линии голосовой связи Е1 между миссиями, 52 линий голосовой связи Е1 через коммерческую сеть, 14 арендованных линий связи и 6 высокоскоростных линий Интернета

Funcionamiento y mantenimiento de 81 líneas de voz E1 entre misiones, 52 líneas de voz comerciales E1, 14 líneas arrendadas y 6 conexiones de Internet de alta velocidad

UN-2

Показатель материнской смертности вырос (с 81 случая на 100 000 живорождений в 2012 году до 87 случаев на 100 000 живорождений в 2013 году) и существенно превышает целевой показатель для страны в 50 случаев на 100 000 живорождений, установленный в рамках целей в области развития, сформулированных в Декларации тысячелетия.

La tasa de mortalidad materna ha aumentado (de 81 por cada 100.000 nacidos vivos en 2012 a 87 por cada 100.000 en 2013), y está muy por encima de la meta del país en relación con ese Objetivo de Desarrollo del Milenio, que es de 50 por cada 100.000 nacidos vivos.

UN-2

В.Ф. Асмус. Античная философия : ФИЛОН ИЗ АЛЕКСАНДРИИ

505

ФИЛОН ИЗ АЛЕКСАНДРИИ

В развитии учения о звене, посредствующем между богом и миром, видная роль принадлежит еврейскому мыслителю Филону из Александрии. В это время Александрия была уже крупным центром философской,

506

филологической и религиозной мысли. Здесь была колоссальная библиотека, в которой хранилось множество древних рукописей. Филон жил в Александрии приблизительно от 30 г. до н. э. до 50 г. н. э. В 40 г. н. э. он прибыл в Рим в качестве посла к императору Калигуле от александрийской еврейской общины.

Философия Филона есть опыт сочетания иудаизма с греческой философией. В основе воззрений Филона — Пятикнижие Моисея, которое комментирует в собственных писаниях. В Пятикнижии он видит источник всей греческой мудрости. Одна ко, для понимания этой мудрости необходимо аллегорическое толкование. Филон осуществляет его с помощью эклектической философии пифагорействующего платонизма, привлекая также идеи аристотелизма и Стои. Этот эклектизм, однако, во всем подчинен у него еврейскому вероучению.

Цель философии, согласно учению Филона, познание Бога. Однако даже при помощи ума мы можем познать не существо Бога, а лишь его отображение в Логосе. Чувственное отображение Логоса — Космос, который есть третий предмет философского постижения и познается с помощью чувственного восприятия.

Бог определяется у Филона как сущее — единое и безусловно простое, неизменное, непреходящее и не имеющее связи ни с чем, кроме него самого. Сущее не пребывает ни в мире, ни в пространстве, оно обнимает в себе все остальное и есть чистая бескачественная субстанция. Оно несказанно, никакое слово не может его сполна и точно выразить — ни даже «Бог», ни «благо». Над благостью и могуществом, охватывая их обоих, стоит как посредствующее звено логос. Как в душе архитектора налицо план дома, который он намеревается строить, так в Боге — в божественном Логосе, на границе между создающим и созданным — содержится духовный первообраз творения, который впоследствии будет воспроизведен в материи. Божественный логос есть умопостигаемое место умопостигаемого мира.

Но хотя умопостигаемый мир содержит в себе идеи всех существ, принадлежащих к чувственному миру, это не «чистые» идеи Платона. Филон называет их логосами, силами, даже душами и ангелами. Логос есть первый ангел, перворожденный сын Бога, посредник между Богом и смертными.

507

У Филона не было ясного понятия о способе возникновения логоса и умопостигаемого мира. Но у него был все же неясный зародыш последующего учения неоплатоников и гностиков об эманации, посредствующем «излучении» из первоединого неоскудевающего первоначала. Бог действует, как действует свет, не претерпевая при этом никакого изменения и никакого истощения светоносной силы.

Эклектическая онтология Филона, в которой ее философское содержание подчиняется религиозному, завершается космологией, также эклектической и несамостоятельной. Материалы для нее Филон черпал из учений Платона, Стои и новопифагорейской мистики чисел. Руководящей идеей для него должен был оставаться основной догмат иудаизма — догмат о- сотворении мира Богом. Поэтому для него было неприемлемо учение Аристотеля о вечном и безначальном существовании мира. И пространство, и время возникли вместе с миром. Мир сотворен, но он непреходящ. Однако возникновение мира не следует, понимать в буквальном смысле, и рассказ о «днях творения» Моисеевой Книги Бытия не следует понимать как) повествование о реальных промежутках времени, а только как пояснение порядка и последовательности, в какой моменты творения представляются философской мысли.

Психология и антропология Филона также полны неясностей и противоречий. Человек — высшее из всех творений. Он принадлежит и чувственному и сверхчувственному миру. По отношению к неразумной части души Филон принимает стоический материализм, запутываясь при этом в противоречиях.. Так, согласно его учению, человеческий ум одновременно и совершенен и несовершенен, и образует единство с Богом и часто отпадает от этого единства.

Этика Филона эклектична, как и все в целом его учение, и представляет собой сочетание идей стоицизма, трансцендентной телеологии Платона и учения стоицизма о необходимости полного искоренения страстей (стоическая «апатия»). Важной чертой философии Филона было то, что теоретическую жизнь он предпочитал практической с еще, большей силой и настойчивостью, чем Аристотель. Однако теория (qewria), о которой говорит Филон, по сути ограничивается только познанием Бога и отношением к нему человека. Филон

508

не верит в познавательные силы человека. Его высказывания о возможности познания часто граничат с совершенным скептицизмом.

«ДАО И ЛОГОС (встреча культур)»

В Греции «все есть», как в «семенах» Анаксагора, значит, речь может идти лишь о господствующей форме сознания, которое, сколько ни опирается на мнения, в конечном счете движимо Истиной. В Греции «все есть», но «колесо дхармы», повинуясь закону «отрицания отрицания», или, попросту говоря, духу противоречия, вращалось быстрее, чем ему положено вращаться по законам Природы.

У Платона и Аристотеля акцент (доминанта) смещается с Целого на соединенные в нем противоположности, что и позволило Аристотелю сказать:

«Платон был до известной степени прав, когда указывал, что не-сущее – это область софистики… а ведь очевидно, что привходящее есть нечто близкое к не-сущему»

(«Метафизика», VI, 2).

Вспомним софиста Горгия, «дерзнувшего говорить, что ничто из существующего не существует». А Исократ дополняет: «Горгий же (учил, что) совершенно нет никакого бытия». По свидетельству Секста, в сочинении «О несуществующем, или О природе» Горгий устанавливает три главных положения: первое – «ничто не существует»; второе – что если (что-либо) и существует, то оно непознаваемо для человека; третье – что если оно и познаваемо, то все же оно непередаваемо и необъяснимо для ближнего.

У Платона и Аристотеля «ничто» есть «иное», противоположное Бытию (которое они понимали как единство эйдосов). Плотин же отождествляет ничто и зло, видя во зле недостаток бытия. Он возрождает Единое как первоначало сущего, отождествляет его с Богом, однако Сущее находится «за пределами сущности». Сущему противоположна темная и бесформенная материя, низшая граница бытия, источник зла. Материя повинна в переходе от высшего уровня иерархии универсума к низшему, есть не-сущее, небытие.

Вслед за Плотином Августин, обращавшийся к «Эннеадам», видел в «ничто» материю, из которой сотворен мир:

«То, из чего бог создал все, не имеет никакого вида и никакой формы, есть не что иное, как ничто. Ибо то, что по сравнению с совершенным называется бесформенным, если только оно имеет сколько-нибудь формы, хотя бы самую малость, хотя бы в зачаточном состоянии, не есть уже ничто; а по тому самому и оно, насколько существует, существует не иначе как от Бога.

Поэтому если даже мир создан из какой-нибудь бесформенной материи, то сама эта материя создана совершенно из ничего; ибо и то, что еще не получило формы, однако так или иначе находится в зачатке, чтоб могло оформиться, – и оно способным к форме делается по благости Божией»

(Августин. «Об истинной религии», XVIII).

В схоластике акцент и вовсе смещается на Бытие: «Бог есть бытие» («Deus est esse»). Это доказуемо с точки зрения Фомы Аквинского (1225-1274). В «Сумме теологии» он выводит бытие Бога из бытия вещей, опираясь на интерпретацию священных текстов и на авторитет Аристотеля, пытаясь силой интеллекта упорядочить множество в единство. И богословы упрекали его за то, что «таинства веры» он подменяет логическими доказательствами.

Неудивительно, что уже через два-три десятилетия акцент в сфере мышления смещается в противоположную сторону (по закону маятника, но каждое новое отрицание вело к следующему витку спирали, не всегда по восходящей, но всегда к другому, соединяя и то, и это; по прямой же туда-обратно, говорят, передвигается лишь нечистая сила, неспособная к восхождению по вертикали). Всякое утверждение, достигая своего предела, порождает свое отрицание, о чем свидетельствует и учение немецкого мистика Иоганна Экхарта (Мейстер Экхарт, ок. 1260-1327), положившее начало немецкой апофатической мистике XIV-XVII вв. (Николай Кузанский, Лютер, Бёме) и оказавшее влияние на немецкую философию (Фихте, Гегель, Шеллинг), на Хайдеггера [ 43 ].

С одной стороны, Экхарт придерживался тезиса схоластики – «Бог есть бытие», с другой, – продолжая линию апофатического богословия, развивал учение о божественном Ничто: оно выше всякого бытия, являя вечный творческий принцип мира, к которому неприложимы какие-либо определения. Сказать: бог – это «то» или «это» – значит отрицать бога. Экхарт вводит понятие «основа» (Grunt), но «основа» сущего чужда всему ей основанному и сама по себе является «безосновной», бездной (abgrunt). Божественное Ничто и есть единство праосновы (Urgrunt) и бездны. Экхарту же принадлежит мысль о присущности человеку божественной сути, божьей «искорки» – «безосновной» основы души, подобно тому как божество есть «безосновная» основа Бога. Это делает возможным «прорыв» души человека к божественному Ничто – в воспарении духа «узреть» Истину [ 44 ].

Так или иначе, учение Экхарта, объявленное ересью, послужило толчком для нового направления мысли. Шеллинг (1775-1854) развивает учение о двойной природе Бога. Зло возникает вследствие отпадения «я» от Абсолюта, но, значит, в Абсолюте есть нечто, что не есть Бог. Или в боге кроме самого бога таится некая темная, иррациональная основа, бессознательная воля, которую Шеллинг называет «бездной», «безосновностью» (Ungrund). Абсолют, таким образом, ни дух, ни природа, а полное безразличие, Ничто, наподобие центральной точки между двумя полюсами магнита, которая, будучи совершенно нейтральной, содержит в себе все возможные формы.

«Но так как не может быть что-либо вне бога, то это противоречие может быть уничтожено лишь тем, что вещи имеют свою основу в том, что в самом боге не есть сам бог, т.е. в том, что есть основа его существования. Если мы хотим сделать эту сущность понятнее для человеческого представления, мы можем сказать: это – ощущаемое вечным Единым влечение к саморождению. Это влечение не есть само Единое, но вечно слито с ним» [ 45 ].

Природа в боге приводит к самораздвоению первоосновы и к возникновению зла, материя есть не что иное, как бессознательная часть бога. Принято считать, что идея темной природы в Боге идет от Бёме, но, думается, и этот. взгляд имеет более ранние истоки, восходит к древнегреческим представлениям о Хаосе как первозданной, всепорождающей и всепоглощающей силе – «Из ничего ничто не возникает», смещаются лишь акценты, мифологические структуры дают о себе знать и в христианском видении мира. Каков человек, таков и мир, им воссозданный.

Человек не может смириться с бесчеловечностью мира, его к нему равнодушием, не может не испытывать тоску по любви и участию, на то он и человек. И это, видимо, имеет свой космический смысл – в конечном счете человек призван облагородить, одухотворить материю, в чем Шеллинг видел цель Истории. Свободная воля самоутверждается через раздвоение Абсолюта и отпадение от него, с тем чтобы в процессе исторического очищения воссоединиться с ним и воссоединить сам Абсолют.

Отсюда взгляд на Природу как сущее, целесообразное Целое, форму бессознательной жизни Разума, назначение которой – порождать сознание [ 46 ].

«Греческие боги, – по Шеллингу, – находились еще внутри природы. Их власть не была незримой, недоступной человеческой свободе… Чем страшнее представлялась грекам область сверхъестественного, тем ближе к природе были они сами. Чем слаще грезит народ о сверхчувственной силе, тем презреннее, тем дальше от природы он сам» [ 47 ].

Уже не выглядит столь безусловной ветхозаветная максима:

«И сотворил Бог человека по образу Своему, по образу Божию сотворил его; мужчину и женщину сотворил их. И благословил их Бог, и сказал им Бог: плодитесь и размножайтесь, и наполняйте землю, и обладайте ею, и владычествуйте над рыбами морскими, (и над зверями), и над птицами небесными, (и над всяким скотом, и над всею землею), и над всяким животным, пресмыкающимся по земле» (Быт., I, 27, 28).

И не хочет человек совсем лишиться права господства над природой, хотя и начинает осознавать это право иначе, как .обратную связь с природой, с Космическим целым. Начинает признавать не только право, но и обязанность, перестраивать свои отношения С природой и с тем, что. Над нею, ибо то, что Над нею, есть и в Ней. «Все единое» – это ощущение не оставляло Шеллинга.

«Пока человек пребывает в области природы, он в собственном смысле слова – господин природы, так же как он может быть господином самого себя. Он отводит объективному миру определенные границы, которые ему не дозволено преступать. Представляя себе объект, придавая ему форму и прочность, он властвует над ним. Ему нечего его бояться, ведь он сам заключил его в определенные границы. Однако, как только он эти границы устраняет, как только объект становится уже недоступным представлению, т. е. как только человек сам преступает границу представления, он ощущает себя погибшим. Страхи объективного мира преследуют его. Ведь он уничтожил границы объективного мира, как же ему преодолеть его? Он уже не может придать форму безграничному объекту, неопределенный, он носится перед его взором; как остановить его, как схватить, как положить границы его могуществу?

До тех пор, пока греческое искусство остается в границах природы, нет народа, который был бы ближе к природе, но нет народа и ужаснее, как только оно преступает эти границы!» [ 48 ].

Шеллинг, прошедший путь от «философии тождества», «всеединства» до «философии откровения», в самой Природе видит высшую цель, в ее способности к восхождению: «Величайшая цель и тенденция целого состоит в том, чтобы природа перешла в духовное». Этапы, которые проходит сознание, суть следующие: «От первоначального ощущения до продуктивного созерцания, – комментирует учение Шеллинга А. В. Гулыга; – от продуктивного созерцания до рефлексии; от рефлексии до акта воли – на этом завершается теоретическая философия. «Практическая» философия проходит ступени морали, права, религии, искусства. Искусство возвращает человека к природе, к изначальному тождеству объекта и субъекта».

Все предшествующие философские учения, по Шеллингу, были «негативными», объясняли мир исходя из логических взаимосвязей. Грядет время «позитивной» философии. «Негативная философия – это только philosophia ascendens (поднимающаяся снизу)… позитивная философия – philosophia descendens (спускающаяся сверху). Лишь обе вместе они завершают полный круг философии».

В философском завещании (1853 г.) Шеллинг проясняет свою мысль:

«В негативной философии, т.е. в науке разума, первичным является сущее, а содержание сущего (бог) вторично. Конец негативной философии наступает тогда, когда Я требует перестановки, которая вначале представляет собой простой акт воли… Эта воля только начало. Воля, поднявшаяся над сущим, и наука о ней (позитивная философия) оказываются новым сущим, которое теперь выступает уже как вторичное и производное» [ 49 ].

Но этой перспективе, моменту Встречи, предугаданной Шеллингом «перестановки», которую требует Я и которая лишь накануне III тысячелетия н.э. становится если не фактом сознания, то тенденцией развитого ума, предшествовала еще не завершившаяся до сих пор эпоха «нигилизма», подытожившая в лице Ницше путь «негативной» философии. Вместе с тем всеобъемлющий нигилизм по-своему расчистил путь новому сознанию, которое предвосхитил гений Шеллинга. Этому свидетельство и русская философия. Согласуется с Экхартом мысль С. Л. Франка о том, что не только человек рождается в боге, но и бог рождается в человеке; лишь в богочеловечестве реализуется полнота человечности («Свет во тьме», Париж, 1949 г.). И в последней своей книге «Реальность и человек. Метафизика человеческого бытия» (Париж, 1956 г.) русский философ, вслед за Бёме и Шеллингом, видит источник зла человеческого мира в раздвоенности абсолюта, в духе учения о «безосновности» (Ungrund).

И это характерно для русских философов, по крайней мере тех, кто объединился вокруг книгоиздательства «Путь» (Г. А. Рачинский, Е. Н. Трубецкой, В. Ф. Эрн, С. Н. Булгаков, П. А. Флоренский), тех, кто был причастен к обществу памяти В. Соловьева. Явственно звучат эти мотивы в «Философии свободы» Н. Бердяева, относящейся к тому же, 1911 г., когда вышла и книга Эрна «Борьба за логос».

«Отпала от Бога мировая душа, носительница соборного единства творения, и потому все и всё в мире участвовали в преступлении богоотступничества и ответственны за первородный грех, в нем свободно участвовало каждое существо и каждая былинка».

Мнимая свобода привела к отпадению от Абсолютного Разума, к образованию стихии иррациональной и хаотической.

«Это отпадение разделяет субъект и объект и делает восприятие мира смутным и нездоровым. Но отпадение не есть полная потеря связи с Абсолютным Разумом, с Логосом; связь эта остается, и в ней дан выход к бытию и познанию бытия в его абсолютной реальности. Всякое знание абсолютного бытия есть акт самоотречения отпавшего индивидуального разума во имя Разума универсального, и благодать интуиции дается этим смирением, отказом от самоутверждения в состоянии, отпавшем от Логоса. Мы познаем абсолютную действительность, лишь приобщаясь к абсолютному Разуму» [ 50 ].

ЛОГОС В РОССИИ

Как сердцу высказать себя?
Другому как понять тебя?
Поймет ли он, чем ты живешь?
Мысль изреченная есть ложь,
Взрывая, возмутишь ключи, –
Питайся ими – и молчи

(Тютчев)

Русская философия, естественно, принимала в немецкой то, что было ей созвучно, и не случайно именно Шеллинг оказался ей близок. А. В. Гулыга отводит этому целую главу «Шеллинг и Россия» во Вступительном слове к т. 1. Сочинений философа, говоря о его влиянии на духовную жизнь России. Не потому ли, что сам Шеллинг, по словам А. Григорьева, есть «жизнь, а не теория». Ни один из классиков немецкой философии, по мнению А. В. Гулыги, «не относился к России с таким интересом и с такой любовью», предрекая ей великое будущее [ 51 ]. Что-то глубинное роднило его с русскими. Может быть, чувство Природы, ощущение ее всеприсущности, интуиция Целого, стремление предотвратить отпадание от Бытия человека:

«Существует только одна судьба всех вещей, одна жизнь, одна смерть; ничто не опережает другое, существует лишь единый мир, единое растение, и все, что есть, составляет лишь его листья, цветы и плоды, отличающиеся друг от друга не своей сущностью, а ступенью своего развития» [ 52 ].

Вместе с тем русская философия противостояла процессу «обезбоживания» мира (прежде чем преградить путь «нечистой силе» физически, она сделала попытку противостоять ей духовно). Это стремление подвигло Эрна на книгу «Борьба за логос» (М., 1911 г.). На ней и на более поздних работах мне хотелось бы остановиться, чтобы понять причину вспыхнувшего в России интереса к Логосу, тем более что речь идет о проблемах насущнейших для нашего времени. Эрн предчувствовал приближение всемирной катастрофы, видя в милитаризации Германии следствие философского феноменализма, т.е. той самой односторонности, зацикленности на земном, отпадении от Небесного, которое настраивает ум на вседозволенность. Ничего святого – значит, все дозволено, – святотатство издревле страшило: теряя душу, человек уподобляется зверю. («Небо и земля не связаны, будет упадок» – «Ицзин».) Бездуховность захватывает все сферы культуры и опустошает жизнь.

Есть несомненная связь между «смертью бога» и тем, что вскоре произошло в Германии. Что-то умерло в человеке, что развязало ему руки. Эрн произнес речь на публичном заседании Религиозно-философского общества памяти В. Соловьева 6 октября 1914 г., т.е. вскоре после начала войны, и назвал ее «От Канта к Круппу»:

«В плане истории теоретическое богоубийство… неизбежно приводит к посюстороннему царству силы и власти, к великой мечте о земном владычестве и о захвате всех царств земных и всех богатств земных… Если весь внешний опыт абсолютно феноменалистичен, тогда на арене истории ничего не значит святыня, ничего не значит подлинная онтологическая Справедливость, ничего не значит божественный Промысел».

Они оттеснены идеей мирового господства. Мы как-то странным образом обходим вниманием мировоззренческие или психологические предпосылки фашизма, хотя многих бед можно было бы избежать, поняв его природу, осознав его неслучайный характер, предвидя его приход (издержки определенного типа цивилизации). Можно не разделять запальчивость Эрна (еще бы ее не было, когда сознание потрясено безумием войны). Разве образ мышления не предопределяет образ действия? («Каков человек, таков и мир», – говорит другой великий немец.) И Эрн, естественно, ведет речь не о врожденном свойстве немецкого мышления, а о его временном недуге, от которого не гарантирована ни одна нация (нам ли этого не знать!). Более того, он говорит о недуге всемирного масштаба:

«И это величавое трагическое зрелище, в котором участвует in corpore (в полном составе) чуть ли не стомиллионный народ, имеющий за спиной своей века напряженной и интенсивной культуры, полно глубочайшего вселенского смысла. Путь германского народа, приводящий к неминуемой катастрофе, есть достояние и внутренний опыт всего человечества. Люциферианская энергия с крайним напряжением, особенно в последнем столетии, аккумулировалась в немецком народе – и вот, когда теперь нарыв прорывается, все человечество в согласном порыве ощущает всемирно-исторический катарсис (оптимизм по-русски! – Т.Г. )» [ 53 ].

Но путь был предуготован, ни одно, тем более масштабное, явление не возникает на пустом месте.

Помните: «Свободен от чего? Какое дело до этого Заратустре! Но пусть ответит мне свет очей твоих: свободен для чего?» И то, что подготавливали предшественники, «в истекающем кровью Ницше переходит в трагическое безумие». Безумие Ницше закономерно, фатально – доказывал Эрн за несколько лет до начала войны, о чем свидетельствует его «Борьба за логос». Попрание святости карается онтологической Справедливостью, или самим Бытием, внутренним Законом человека, если жива его душа («Всякая неупорядоченная душа сама в себе несет свое наказание» – любимая мысль Августина). И то же самое происходит с нацией, народом, как и с отдельным человеком.

Потому русская мысль на рубеже веков и восстала против отпадения от духовного мира, предрекая явление Антихриста, и так настойчиво призывала к возвращению в лоно Бытия, к Единому. Она направляла к Реальности «стрелу» разума, устремленную фаустовским духом в бесконечность, предоставив Жизнь на попечение рассудка. Началась «борьба за логос» во имя спасения гена жизни. Эрн восстал против онтологического нигилизма, или меонизма, парализовавшего Разум, как парализует его всякая односторонность.

Его книга не была неожиданностью для русских. С. Н. Трубецкой в «Учении о Логосе в его истории» определил конечную цель человеческого существования, как преодоление меона:

«Те, кто верят в прогресс и в разум, видят в муках человечества родовые муки и верят, что оно породит из себя всечеловеческое Великое Существо, которое осуществит в себе конечный идеал.

С такой точки зрения работа народов представляется как теургическая работа, а исторический процесс – как длинный мучительный теогонический процесс, завершением которого должно быть рождение последнего высшего божественного зона мира. Древние теогонии указывали начало этого процесса в хаосе и тьме, из которых родились и первые боги народов; он протекает через ряд эонов, через поколения борющихся богов, исполинов и чудовищ, которые побеждали друг друга, царствовали та. падали, сменяя друг друга во власти над миром» [ 54 ].

Эрн верил в восхождение к высшему эону – от цивилизации к культуре. Для этого и начал борьбу за Логос, который имманентен миру, но от которого мир отпал. И в этой борьбе он был не одинок. В те же годы Н. Бердяев обратился к Логосу:

«В основе мышления и в основе бытия лежит тот же Логос, Логос – субъект и объект, тождество субъекта и объекта. Все великие философы древнего: и нового мира признавали Логос как начало субъективное и объективное, как основу мышления и бытия… Логос не есть отвлеченное рациональное начало, Логос – органичен, в нем процесс познания есть функция живого целого, в нем мышление есть само бытие».

И все же Логос в понимании людей со временем утратил свою универсальность, связь с истинно-сущим, ноуменальным миром. Рационалисты уподобили его функции, отвлеченному понятию. Ум отошел от Логоса – человечество избегло самопознания, как некогда Зевс предотвратил рождение Мудрости Метидой. Теперь русская мысль стала на защиту Логоса:

«Учение о Логосе, составляющее душу онтологической гносеологии, сталкивается с иррациональностью и греховностью бытия, которые для гегелевского панлогизма были непостижимы… Разум по природе своей интуитивен, а не дискурсивен, и в нем созерцается действительность».

Предчувствуя недоброе, явление Антихриста, который «есть новый бог творения, тварь, подменившая Творца» [ 55 ], философы начали борьбу с бездуховностью, отвлеченностью, голой рациональностью во имя спасения Целого. На Западе Эрн отрицал не историю, «не великие культурные достижения – как настойчиво не понимает… С. Франк, а лишь рационализм – начало… антикультурное». Причину гибели духовности Эрн видит в господстве рационализма, равнодушного ко всему, кроме самого себя, в отрицании ноуменального, истинно-сущего, всего, что выходит за рамки абстракции. «Если бы я не видел в рационализме – этом кумире современности – смерти и величайшей духовной опасности, я бы не боролся с ним столь настойчиво и упорно». Он ведет борьбу действительно настойчиво и упорно, ибо бездуховность, феноменализм равносильны смерти, угрожают всему миру, и России в том числе. Не случайно «последние гении» Запада – Гюисманс, Бодлер, Ибсен, Ницше – отвергали эту действительность. Судьба Ницше символизирует судьбу европейской культуры:

«Над Европой восстала трагическая фигура Фридриха Ницше. Магистраль исторического развития всегда идет через гениев… В нем творит, вздыхает и болеет душа мира, – проницает философ истоки недуга. – Болезнь гения страшнее холеры, чумы, самой губительной эпидемии. Она свидетельствует, что самые истоки, от которых все мы пьем, поражены недугом. Болезнь гения всегда есть скрытая наша болезнь… Безумие Ницше обосновано всей историей новой философии. Основной принцип этой философии ratio в корне своем поражен болезнью дурной отвлеченности.

Минуя действительность, ratio с необходимостью вовлекается дурной своей логикой в пустой схематизм… Философия становится абсолютно вне-жизненной, вне-действительной… Гносеологический дуализм принимает небывалые абсолютные формы.

И этот дуализм коррелятивен с безумием Ницше».

Таково предощущение Эрна, пронизавшее книгу, а может быть, всю русскую философию на рубеже веков, которая жива Интуицией, предвестием Целого. В односторонности рационализма они видят причину всеобщего кризиса. Есть нечто обнадеживающее в их бунте против заземленности мысли, против понятий, оторванных от Реальности. Если мысль отпадает от Бытия, зачем она?

«Кардинальный, конструктирующий его (меонизма – Т.Г. ) признак (по содержанию) – отрицание природы как сущего. Спиноза в своей философии меоничен, ибо отрицает природу, как Сущее своим смешением природы с Богом. Deus sive natura. Бог или природа! Для Спинозы природа не самостоятельна по отношению к Богу и потому не есть Сущее наряду с Богом, т.е. природы как самостоятельно Сущего нет. Природа для Спинозы геометрична, механична, мертва и потому призрачна».

Истоки меонизма Эрн находит у Беркли, Декарта, Канта. Именно Декарт, по мысли Эрна, закладывает основы того «механического созерцания, которое в продолжении трех столетий лишь развивается и детализируется» [ 56 ].

Вспомним, что и Шеллинг упрекал европейскую философию в отчуждении от Природы:

«Общий недостаток всей новоевропейской философии, начиная с учения Декарта, в том, что для нее не существует природы и что у нее нет живой основы. Реализм Спинозы благодаря этому так же абстрактен, как и идеализм Лейбница. Идеализм есть душа философии; реализм – ее тело; лишь в своем сочетании они образуют живое целое. Реализм никогда не сможет дать философии ее принцип, но он должен быть основой и средством осуществления идеализма, его претворения в плоть и кровь. Если у какой-либо философии нет этой живой основы… она разменивается на те системы, жалкие понятия которых о самосущности, модификациях и тому подобное находятся в самом резком контрасте с жизненной мощью и полнотой действительности. Там же, где идеальное начало действительно избыточествует, но не может найти примиряющей и посредствующей основы, оно порождает темный и дикий энтузиазм, выливающийся в самоуничтожение или, как у жрецов фригийской богини, в самооскопление, в области философии проявляющееся в отречении от разума и науки» [ 57 ].

Апофатизм таких мыслителей, как Абеляр, Альберт Великий, Эриген, Мейстер Экхарт, Николай Кузанский, не смог, по выражению греческого богослова X. Яннарса, изменить, «исторический курс западного атеизма», превратившего бога в разумную причину, нравственный первопринцип, прогресс, в двигателя «машины мира». Взгляд на Бога как стража миропорядка, а после Декарта – гаранта субъекта и индивида предрешил «смерть» Бога и подвел западную историю к порогу Ничто [ 58 ]. Любовь к Небу не знает корысти, а если знает, то не любовь, и все тем и кончается, с чего началось,

Собственно, дуализм претил духу и гегелевской диалектики:

«Картезианская философия выразила в философской форме повсюду распространившийся дуализм культуры, характерный для повой истории нашего северо-западного мира, дуализм, который означал гибель всей прежней жизни» [ 59 ].

Не вина великих мыслителей, что их идеи выворачиваются наизнанку обыденным сознанием, что частный, односторонний разум видит лишь частное, одну сторону вещей. Сколь бы ни были благими намерения овладеть неведомым, но, если они направлены против природы, они направлены и против человека. Отпадение человека от Природы привело к отпадению человека от самого себя, к разобщению всего со всем, ибо единство – монада, некий разум, а разделенность – диада, «это гнев в преступлениях и похоть в пороках («Исповедь Блаженного Августина», IV, 14, 24).

Если Природа не есть сущее, значит, есть нечто не-существенное, что можно отбросить. И отбросили. Теперь спохватились, если еще не поздно. Предвидя последствия распада, породившего нравственное варварство, Эрн настойчиво напоминал, что Природа есть сущее, что она полна творческих энтелехий, сперматических логосов, а не исчерпывается тем, что в ней видит человек, ведет самостоятельную глубоко скрытую и таинственную жизнь. Теряя связь с Природой, человек неизбежно теряет себя. Видя в Природе средство, он сам становится средством. Ф. Бэкон провозгласил:

«Наша главная цель – это заставить природу служить делам и потребностям человека для того, чтобы человек простер свою власть над природой, которая ему принадлежит по божественному дару» [ 60 ].

Природа как субъект для Бэкона не существует, она лишь объект, на ниве которого можно делать открытия, увеличивающие господство человека над природой. Но оборотная сторона господства есть рабство. В борьбе за власть все теряет смысл, становится функцией-фикцией – и властители и подвластные. Стремление покорить материю приводит к покоренности материей. По закону парадокса, односторонность, доведенная до крайности, превращается в свою противоположность, разрешается взаимоуничтожением сторон, или меонизмом, по Эрну.

Таково неизбежное следствие неравенства, в смысле не-равного отношения: господства-подчинения, господства субъекта над объектом, центра над периферией – моноцентризма любого рода. При таком отношении субъект неизбежно становится объектом. Этот закон отсутствует в Природе, он приписан ей человеком. В результате все переворачивается вверх дном, сама мыслимая структура бытия: материя господствует над духом, хаос над логосом, энтропия над эктропией, объект над субъектом. Все приносится в жертву всему, разъятая материя лишает человека надежды на то, что когда-то Хаос сменится Космосом. Исходящее из Хаоса к нему возвращается. Так завершается путь Власти, берущий начало в стремлении древних греков покорить природу и богов, прислушиваясь к собственным «даймонам».

Развивая принципы философии Беркли, Юм с неизбежной логичностью приходит к признанию, что душевная субстанция не существует совершенно так же, как и материальная: «Материя не существует – вот последовательный, парадоксальнейший вывод, неизбежно вытекающий из Бэконо-Декартовского отрицания природы, как сущего» [ 61 ]. Рационализм, утверждает Эрн, приводит к расцвету универсального меонизма.

Идеал всеединства обернулся практикой всеотрицания. Значит, что-то неверно, что-то нарушено в самом подходе; в том, как человек воспринимает мир и строит с ним свои отношения. Выход философ видит в обращении к изначальному Логосу, к полноте Бытия: в воссоединении человека с природой, ума и сердца, в снятии дуализма, порождающего губительную односторонность, в полном совпадении субъективно-переживаемого с объективным порядком и строем Вселенной (то, что Н. Бор назвал «согласовать наше положение как зрителей и как действующих лиц в великой драме существования»). Животворящий Логос может оживить сущее, противостоять рационализму, почти завершившему круг своего развития, дойдя до «чистого хаоса и безумия».

Логос не есть абстракция, «мир в самых тайных недрах своих логичен», т.е. сообразен и соразмерен Логосу. Жизнь, утратившая связь с Логосом, утрачивает смысл, форму, уподобляется чистому Хаосу. Не тому, «зиждительному, родному» хотя и страшному», который воспевается Тютчевым, не первоначальному Хаосу, темной мощи творящей природы, «живому корню всякого бытия», как в космогонии древних греков. Нет, новоявленный Хаос, по мнению философа, – уже абсолютная тьма, погашение жизни в мертвящей атмосфере меонизма. Этот Хаос уже ничего не рождает, но все уничтожает, все сводит на нет, чему свидетельство философия и культура, ибо «рационализм не понимает в культуре самого главного. Ведь корень культуры – Творчество. Созидается культура лишь Творчеством» [ 62 ]. Рационализм лишил даже Хаос его творческих потенций, а культуру – живительной силы.

Истинная философия, по Эрну, таит в себе две стороны: Эрос и Логос (платоновские веяния). Эрос в своем стремлении рождать и творить оплодотворяется лишь Логосом, который имеет три аспекта: космический, божественный и дискурсивно-логический. Логос божественный открывается индивиду через искусство, поэтическое слово, звук, цвет; Логос космический – через «натуральные религии». В поэтической интуиции, в акте «умственной воли» мысль восходит к абсолютному смыслу вселенского бытия. В процессе Эволюции совершается проникновение Логоса во все сферы и элементы существующего – происходит одухотворение материи [ 63 ].

Но есть и те, кто противится всемирной Эволюции, кто вызывает из темных недр земли зверя – Антихриста. Из носителей духа Антихриста нарождается «стадо людей без человеческих душ, которое будет куплено хлебом». И лишь человеческой Личности под силу снять извечное противоречие между царством свободы и царством природы (необходимости), ибо в своей ноуменальной сущности она принадлежит к царству свободы.

Человек – средоточие энергий – может и должен, явиться действительным посредником между двумя, мирами, той точкой, в которой оба мира реально соприкасаются, а без этого, без признания именно за человеком назначения утвердить царство свободы в царстве необходимости, не может быть осмыслен процесс вселенского освобождения, ибо это освобождение совершается через людей.

В. Эрн, как и Н. Бердяев, видевший смысл Истории в поступательном движении к богочеловечеству, возлагал надежды на Россию, единственную наследницу Логизма. Именно Россия, с его точки зрения, в состоянии осуществить идеал христианского социализма в силу ее общинного уклада, духа соборности, того, что Достоевский называл «вселенскостью», а Е. Н. Трубецкой – «интуицией всеединого сознания». России, по убеждению Эрна, назначено восстать против бездуховности века, всепоглощающего онтологического нигилизма (меонизма), вернуть веру в сущее, в Разум-Логос, в целого Человека. «Историческое столкновение ratio и Логоса, неминуемое и неизбежное, может произойти лишь в России».

И потому, что философская мысль России избегала «дурной отвлеченности», была всегда существенно конкретна, т.е. проникнута онтологизмом, естественно вытекающим из основного принципа Логоса, она достигает «всечеловеческих вершин» в глубоко философском творчестве Тютчева, Достоевского, Толстого. Отсутствие стремления к «дурной отвлеченности» обусловливает любопытную черту: отсутствие систем. «Всякая система искусственна, лжива и, как плод кабинетности, меонична». В порабощенности схемой Эрн видел «корень всех искажений».

Русская мысль, так уж повелось, искала Правду и Истину но столько в научных штудиях, сколько в духовном подвижничестве, «духовидении», православном строительстве, что отразилось на трепетном Слове философов. Эрн верит в перспективу русской философии, именно в силу ее принципиального онтологизма, ориентированности на Целого человека, которого жаждала душа Г. С. Сковороды.

Русская мысль, по словам философа, дорога ему «не потому, что она русская, а потому, что во всей современности, во всем теперешнем мире она одна хранит живое, зацветающее наследие антично-христианского мировоззрения» [ 64 ].

У каждого народа свое назначение, свой Путь. Но, в самом деле, все рождающееся в душе, «будучи истечением единой силы, составляет одно большое целое, и все единичное, словно овеянное тою же силой, должно нести на себе признаки связи с этим целым». Иначе немыслимо всечеловечество, если какой-то из голосов заглохнет. У каждого народа свой звездный час, своя мелодия. Иначе зачем он со своей неповторимой судьбой?

Естественно, речь идет не о преимуществах какого-то народа или какого-то пути (кому дано судить об этом?), хотя мне ближе по духу русская философия, как русскому человеку, так же как немцу ближе немецкая. Но вряд ли кто станет оспаривать, что чувство целостности, поиск Целого человека характерны для русской философии, и в этом основная причина интереса к ней. Это не значит, что Человек этот уже есть, это значит, что по нему тосковала душа Сковороды: «Мы целого человека лишены».

Для украинского философа П. Д. Юркевича (1826-1874), учителя В. Соловьева, именно сердце – глубочайшая духовно-нравственная основа человека, источник знания; «не древо познания есть древо жизни», лишь целостная душа рождает знание: ум есть вершина, а не корень духовной жизни человека [ 65 ].

Эрн, стало быть, продолжал не им начатое, делал «общее дело», предназначенное остановить надвигавшийся хаос псевдознания. К этой теме обращался мощный ум В. Соловьева (1853-1900). Его магистерская диссертация 1874 г. так и называлась – «Критика западной философии (против позитивистов)», а докторская – «Критика отвлеченных начал». Пафос его работ так же направлен против рациональности, дискурсивного ума, признающего лишь механическую причинность. Истина теряется оттого, что сущее подменяется его предикатами, Целое – частью. В этом суть.

Древний смысл

Континуум Логоса: Древний смысл

«Когда все началось, Слово уже было. Бог, и кем был Бог, было Слово. Слово тогда было с Богом в начало, и через него все произошло; ничего не было создан без него. Все, что возникло, было живым с его жизнью, и эта жизнь была светом людей. В темноте светит свет, и тьма никогда не овладела этим.»[Пролог к ​​Евангелию от Иоанна: 1-5]

Это «Слово», которое мы чаще всего слышим с точки зрения описания Логотипы. Но это еще не все.

Ссылаясь на Логотипы только с точки зрения понятия «Слово» считается неадекватным серьезными учеными. Лучший способ взять себя в руки о Логосе, исследуя, как он использовался в греческой философии, в Ветхий Завет (где это София) и в раннем христианстве.

Принимая во внимание египетские герметические писания, «вероятно, самые ранние предшествующий идее Логоса пришел от … Гериклита «. концептуальная вселенная постоянно менялась, вселенная в постоянном движение, движимое всепроникающим Разумом, которое Гераклит сравнивал с божественный огонь или энергия.

После Гераклита философ Анаксагор считал «божественным Разум », который был имманентен тварному порядку… [Джон А. Сэнфорд, МИСТИЧЕСКОЕ ХРИСТИАНСТВО: ПСИХОЛОГИЧЕСКИЙ КОММЕНТАРИЙ К ЕВАНГЕЛИЮ ОТ ИОАННА, Перекресток, 1995, с. 19]

Сэнфорд упоминает идею Платона о «духовной реальности, которая давала в сотворенный мир его форму и бытие «. Это было воображаемое царство Платонических форм, архетипического царства неизменных и универсальных паттернов. из которых «материальный мир является лишь несовершенным представлением». По мнению Сэнфорда, Логос «причастен к природе этого архетипа. реальность.»[Там же, стр. 19]

Аристотель считал, что материя и форма всегда существуют вместе. Следовательно, для него люди имели не только материальное тело, но и душу в в котором обитает божественная искра, которую душа разделяет с Богом. «Этот искра божественности в человеческой природе — это элемент божественного Логоса — формирование духовной силы и сущности Бога — вечно и безлично ». [Там же, стр. 20]

Сэнфорд подчеркивает, что концепция Логоса была наиболее полно выражена философами-стоиками.Стоицизм считал, что Вселенная состоит из два вида материи: грубая или грубая материя; и дело очень тонкое, который практически неотличим от идеи духа. Материал, Таким образом, созданный порядок пронизан духовной субстанцией, но он также пронизан жизненным элементом — таким как энергетический огонь Гераклита, — который сформировал, гармонизировал и пронизал все вещи.

Для стоиков это было не что иное, как умный, застенчивый мировая душа, пребывающий в нем Логос.Считая Логос Богом и источник всей жизни и всей мудрости — тогда наш человеческий разум причастен по своей природе, потому что этот Логос обитает внутри нас. По этой причине мы можем следовать за Богом внутри и называть себя потомками Бога ». [Там же, стр.20]

Фиделер упаковывает эти древние концепции Логоса следующим образом: «Логос обозначает силу «разума»; образец или порядок вещей; в принцип родства; и артикуляция чего-то.«

В целом, логотипы имеют следующие значения: 1.) Порядок или узор. 2.) Соотношение или пропорция. 3.) Беседа, артикуляция или отчет, даже «проповедь». 4.) Разум, как в смысле рациональности, так и в смысле формулировки причины чего-либо. 5.) Принцип или причина (logoi = принципы, соотношения, причины). 6.) Принцип посредничества и гармонии между крайностями ». [Дэвид Фиделер, ИИСУС ХРИСТОС БОЖИЕ СОЛНЦЕ: ДРЕВНЯЯ КОСМОЛОГИЯ И РАННЕЕ ХРИСТИАНСТВО СИМВОЛИЗМ, Quest Books, 1993, стр.38]

Далее, обсуждая значение Логоса, Сэнфорд также подчеркивает «не менее важное влияние литературы Мудрости в Древнем Завещание. В Ветхом Завете мы находим представление о творческом духе Бога. имманентно внутри творения и пребывает даже в человеческой душе, которая так же стара — или, возможно, старше — как греки ». [МИСТИЧЕСКОЕ ХРИСТИАНСТВО, п. 21]

В некоторых частях Ветхого Завета именно София олицетворяет и символизирует женский аспект Бога.София разделила порождающую силу который создал мир. София «пребывала имманентно в мире, и которая также пребывала в человеческом сердце … «София считалась источник всех человеческих знаний, физических, психологических или духовных — «знание, которую она также может передать, потому что она хозяйка души «. [Там же, стр. 22]

Философы ранней церкви видели во Христе воплощение София, а также Воплощение Логоса.

Для этих ранних христианских мыслителей … было ясно, что сказать «Христос Слово должно было приписать Христу глубоко мистический и далеко идущий реальность. Это означало, что совершенно трансцендентный Бог … сотворил мир. через это самовыражение, называемое Логосом, и что этот Логос, или Творческое Слово Бога имманентно внутри всего творения ». [Там же, п. 23]

Эти ранние христианские философы также верили в предсуществование Христа.Христос как Логос или Премудрость Бога должен был существовать с самого начала, прежде чем воплощение могло иметь место.

Сэнфорд красиво резюмирует: «Создавающий мир Логос мог бы быть замеченным в движении небесных тел, в величии небес, в великом океане с его изобилием жизни, но также может быть видно в мельчайшей единице жизни … Но самое главное место, где Слово Божье нужно было найти, потому что первые христиане находились в сама душа, где она жила как * imago dei *, как источник воды из которого вытекало знание о Боге.»[Там же, стр. 23]

Что такое логотипы? | GotQuestions.org

Ответ

Логос — греческий термин, переводимый как «слово», «речь», «принцип» или «мысль». В греческой философии это также относилось к универсальному божественному разуму или разуму Бога.

В Новом Завете Евангелие от Иоанна начинается так: «В начале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Бог. Он был в начале с Богом. Все вещи были сделаны через него, и без него не было сделано ничего.В нем была жизнь, и жизнь была свет человеков »(Иоанна 1: 1-4). Здесь ясно, что «Слово» или Логос относится к Иисусу Христу.

Иоанн утверждает, что Иисус, Слово или Логос, вечен и есть Бог. Кроме того, все творение возникло через Иисуса, который представлен как источник жизни. Удивительно, но этот Логос пришел и жил среди нас: «И Слово стало плотью и обитало среди нас, и мы видели славу Его, славу, как единственного Сына от Отца, полного благодати и истины» (Иоанна 1:14) .

Евангелие от Иоанна начинается с использования греческой идеи «божественного разума» или «разума Бога» как способа связаться с читателями его времени и представить им Иисуса как Бога. Греческая философия, возможно, использовала это слово в отношении божественного разума, но Иоанн использовал его для обозначения многих качеств Иисуса. В использовании Иоанном концепции Логоса мы находим, что

— Иисус вечен («В начале было Слово»)
-Иисус был с Богом до прихода на землю («Слово было у Бога»)
-Иисус есть Бог («Слово было Бог.”)
-Иисус — Творец («Все было создано через Него»)
-Иисус — Податель жизни («В Нем была жизнь»)
-Иисус стал человеком, чтобы жить среди нас («Слово стало плотью и обитало между нами»)

Более того, начало Евангелия от Иоанна поразительно похоже на Бытие 1: 1.

« В начале , Бог сотворил небо и землю » (Бытие 1: 1).

« В начале было Словом , и Слово было с Богом, и Слово было Богом.Он был в начале с Богом. Все через Него сотворилось… »(Иоанна 1: 1).

(Соответствующая тема «свет» также используется как в Бытии 1, так и в Иоанна 1.)

Логос используется во многих смыслах, но в Евангелии от Иоанна Логос является явной ссылкой на Иисуса, Бога, Который оба создали нас и жили среди нас. Логос стал богословским термином, важным для христиан в ранней церкви, и остается концепцией значительного влияния сегодня.

Концепция логотипов | Classical Wisdom Weekly

Написано Visnja Bojovic, соавтором, Classical Wisdom

Когда я был ребенком, меня очень смутило предложение: «В начале было Слово, и Слово было с Богом и Богом. было Слово ». Что все это значило? Почему слова ? На самом деле, я всегда любил слова и знал, что слова сильны, но это было слишком запутанным.

Моя следующая встреча с этим словом произошла, когда я поступила в среднюю филологическую школу и обнаружила, что слово филолог означает любитель слов (φίλος + λόγος).Мне посчастливилось изучать древнегреческий еще в старшей школе, поэтому вскоре я начал понимать, что концепция логотипов намного шире, чем просто значение как слова . Фактически, я довольно скоро узнал, что в греческом есть совершенно другое слово, производное от той же основы (λέξις).

Конечно, слова значимы сами по себе, и они часто всемогущи, но мы должны отдать должное логотипам и попытаться пролить свет на его безумно широкий и сложный характер.

Как и почти все древнегреческие слова, логотип имеет много значений, наиболее важными из которых являются слова , высказывания , рассказ , мысль , принцип , причина и речь . Его можно использовать в техническом, специализированном смысле или как общий термин.

При техническом использовании значение будет зависеть от контекста, но необходимо сделать два основных различия. Это может относиться либо к человеческому разуму / речи, либо к некоему универсальному разуму / принципу.

Первым, кто использовал логотипы в специализированном смысле, был один из пионеров философии, которого мы все знаем: Пифагор.

Пифагор, Дж. Август Кнапп, около 1926 г.

Он считал, что мир основан на трех основных принципах. Первую он назвал Монада , и она представляла собой объединение всей реальности, сингулярность всего. Второй назывался Dyad , принцип диверсификации и дифференциации. Эти принципы могут показаться противоречивыми, пока вы не посчитаете в третьем, под названием Harmony . Harmony представляет собой отношение одного предмета к другому, выраженное пропорцией между числами, геометрическими формами или тонами. Гармония основана на логотипах , роль которых объединяет эти два принципа.

У Гераклита была очень своеобразная доктрина, которая сосредоточивалась вокруг логоса в особом смысле. Большинство читателей, вероятно, знают о знаменитом утверждении Гераклита о том, что нельзя дважды войти в одну и ту же реку, поскольку все постоянно меняется.

Гераклит

Однако неизменным мы считаем принцип, лежащий в основе идей Гераклита об изменениях. Для Гераклита этот принцип — логотипа . Таким образом, для него мир — это совокупность единых вещей, объединенных в структуру, упорядоченную логотипами . Человеческая мудрость призвана понять этот принцип, поскольку все наши действия зависят от участия в этом божественном логотипе .

С Платоном история становится немного сложнее, поскольку он использовал этот термин по-разному.Возможно, наиболее простым было бы понимание логотипов в отличие от мифов (μῦθος), где логотипов воспринимается как истинное, аналитическое объяснение.

Мраморная статуя древнегреческого философа Платона. Академия Афин, Греция.

В Phaedo Платон объяснил, что характеристика истинного знания — это способность дать отчет, logos , того, что известно. В Theatetus Сократ описал логотипа как отличительную характеристику вещи.

С Аристотелем мы подходим к определению логотипов , которое близко к латинскому соотношению , а также к современному понятию логотипов . Аристотель понимал logos как разум и рациональность, особенно в этическом смысле. Мы можем увидеть это в некоторых английских словах, таких как рациональный или рационализм .

Картина Аристотеля

Он также использовал его в значении математической пропорции, которую мы можем видеть в английском слове ratio , но это, вероятно, восходит к Пифагору.

И последнее, но не менее важное: мы рассмотрим стоическую интерпретацию этого термина. Для стоиков восприятие логотипа очень похоже на восприятие Гераклита. Это творческая сила во Вселенной, также материальная, как ее воспринимал Гераклит, отождествляемая с огнем, а также с природой и Зевсом. Существовала также стоическая лингвистическая теория, которая проводила различие между внутренним и внешним логотипом и логотипом .

Судя по всем этим рассказам, мы можем сделать вывод, что это загадочное «слово» в библейском предложении было больше, чем просто словом, и это тоже не было христианским изобретением.Мы видим, что логотип был за пределами слов, но в то же время отмечал силу слов и человеческого выражения.

Сохраняя веру: Логос Иисус | Богословие

Отличительной чертой Евангелия от Иоанна является описание Иисуса Христос как Слово или Логос Бога (Иоанна 1: 1). В греческой философии термин логотипы использовался для обозначения разума Бога, который также считается принцип, который упорядочил вселенную. Иоанн берет этот греческий термин и употребляет его в традиция еврейской литературы, как и книга Притчей, олицетворяющая мудрость.Например, в Притчах 8: 22–31 говорится, что мудрость произошла от вечность. Точно так же Иисус, Логос, был в начале «с Богом».

Использование Иоанном греческого слова Логос также для обозначения Христа подчеркивает Его роль как того, кто открывает Отца. В другом месте в Джоне Евангелие Иисус говорит Своим ученикам: «Всякий, видевший Меня, видел Отца» (Иоанна 14: 9). Иисус — это «слово» от Отца. Он является высшим выражением каков Бог.Джон делает важное различие, когда отмечает, что это Иисус был одновременно «с Богом» и «был Богом». Иисус открывает Отца, но Он не отец. Он — Логос, «ставший плотью». Иисус открывает Бога Отца, и Сам Он тоже Бог. Иоанн изображает Иисуса как божественного Сына, второго член Троицы, который уже существовал вначале и стал плотью в Воплощение.

Следовательно, богословие Логоса Иоанна воплощение.Иисус не просто открыл Отца как богословского построить. Вместо этого Он «обратил лицо» к Богу. Иисус показывает нам, каков Бог в человеческие термины. Поскольку Он — Бог во плоти, Иисус может служить мост между Богом и человеком. Евангелие от Иоанна содержит одно из самых ярких утверждений роли Иисуса как посредника. В Иоанна 14: 6 Иисус заявляет: «Я есмь путь, и правда и жизнь. Никто не приходит к Отцу, кроме как через меня ».

Автор характеризуя Иисуса как Слово Божье, Иоанн подчеркивает центральную роль Христос в плане искупления.Когда дело доходит до познания Бога, Иисус является одновременно объяснил и объяснил. Он раскрывающий и суть того, что открывается. Мы не можем понять, кто такой Бог, не глядя на Иисуса. Мы не можем знать Бога лично помимо веры в Иисуса. Только в Иисусе мы находим словарь для понимание и выражение природы и цели Бога (ср. Откр. 1: 8, 21: 6).

ДЛЯ ДАЛЬНЕЙШЕГО ЧТЕНИЯ

Юджин Петерсон обсуждает важность Слова Божьего и значение слов Иоанна описание Иисуса как Слова Божьего в Eat This Book: A Conversation in Искусство духовного чтения (Eerdmans).

Д-р Джон Кесслер

Доктор Джон Кесслер, вышедший на пенсию с должности почетного профессора из Библейского института Муди, ранее работал в отделе прикладного богословия и церковного служения. Джону и его жене Джейн нравится жить в городке на берегу озера в Мичигане. Книги Джона, плодовитого писателя, включают Опасные добродетели: как следовать за Иисусом, когда зло маскируется под добро (Moody Publishers), Радикальное стремление к покою, (InterVarsity), Удивительная благодать разочарования, (Муди) и . Истинное ученичество (Муди).Джон — пишущий редактор и обозреватель журнала Сегодня в Word .

логотипов: Божественный разум — Оксфордская стипендия

Страница из

НАПЕЧАТАНО ИЗ ОНЛАЙН-СТИПЕНДИИ ОКСФОРДА (oxford.universitypressscholarship.com). (c) Авторские права Oxford University Press, 2021. Все права защищены. Отдельный пользователь может распечатать одну главу монографии в формате PDF в OSO для личного использования. дата: 12 ноября 2021 г.

Глава:
(п.141) 3 Логотипы: Божественный разум
Источник:
Философия Кольриджа
Автор (ы):

Мэри Энн Перкинс

Издатель:
Oxford University Press

DOI: 10.104093 / acprof

Четвертое Евангелие провозглашает, что жизнь, источником которой является Логос, также является «светом человеческим». Сам Кольридж взял на себя эту идентификацию света и Логоса. Для него «свет людей» был разумом, «коммуникативным интеллектом».Кольридж считает, что Разум, по крайней мере в некоторых смыслах, подчинен божественной Воле (Бог-Отец). Его философия, несмотря на ее упор на Разум, не может быть адекватно классифицирована как идеалистическая или рационалистическая из-за первенства, которое он приписывает Воле. Кольридж, как и большинство философов после Юма, признавал, что стремление к объективно истинному знанию внешней реальности было в конечном итоге безнадежным, если не было продемонстрировано, что структура и процессы человеческого разума каким-либо образом соответствуют этой реальности.

Ключевые слова: объединяющий принцип, закон, воля, Четвертое Евангелие, идеалист, Кольридж

Для получения доступа к полному тексту книг в рамках службы для получения стипендии

Oxford Online требуется подписка или покупка. Однако публичные пользователи могут свободно искать на сайте и просматривать аннотации и ключевые слова для каждой книги и главы.

Пожалуйста, подпишитесь или войдите для доступа к полному тексту.

Если вы считаете, что у вас должен быть доступ к этой книге, обратитесь к своему библиотекарю.

Для устранения неполадок, пожалуйста, проверьте наш FAQs , и если вы не можете найти там ответ, пожалуйста связаться с нами .

Значение логотипов в Библии — греческий лексикон Нового Завета

Номер Стронга: 3056 Обзор лексикона
Оригинальное слово Word Origin logo из (3004)
Транслитерированное слово Запись TDNT
логотипы 4: 69,505
Фонетическое правописание

log’-os
Существительное Мужское
Определение
  1. речи
    1. слово, произнесенное живым голосом, воплощает идею или идею
    2. то, что кто-то сказал
      1. слово
      2. слова Бога
      3. указ, приказ или приказ
      4. моральных заповедей, данных Богом
      5. Ветхозаветное пророчество, данное пророками
      6. то, что провозглашается, мысль, заявление, афоризм, веское высказывание, изречение, максима
    3. дискурс
      1. акт разговора, речь
      2. способность речи, навыки и практика в разговоре
      3. вид или стиль речи
      4. непрерывный говорящий дискурс — инструкция
    4. учение, обучение
    5. все, о чем сообщается в речь; повествование, повествование
    6. предмет обсуждения, предмет разговора, дело, предмет спора, дело, судебный иск
    7. предмет, о котором говорилось или говорилось; событие, поступок
  2. его использование только в отношении РАЗУМА
    1. разум, умственная способность думать, медитировать, рассуждать, вычислять
    2. счет, т.е.е. рассмотрение, рассмотрение
    3. счет, то есть расчет, оценка
    4. счет, т.е. ответ или объяснение в отношении решения
    5. отношение, то есть с кем как судья мы находимся в отношении
      1. причина
    6. причина, причина, основание
  3. В Евангелии от Иоанна обозначает существенное Слово Божье, Иисуса Христа, личную мудрость и силу в союзе с Богом, его служителя в творении и управлении вселенной, причину всей жизни мира, как физической, так и этической, которая для обретение спасения человека наделило человеческую природу в лице Иисуса Мессии, второго лица в Божестве, и явным образом проявилось в Его словах и делах.
Греческий философ по имени Гераклит впервые использовал термин Логос около 600 г. до н. Э. для обозначения божественного разума или плана, координирующего изменяющуюся вселенную. Это слово хорошо соответствовало цели Джона в Иоанна 1.
Использование слов в NAS — Всего: 332
счет 7, счет * 1, бухгалтерский учет 2, счета 2, ответ 1, внешний вид 1 , жалоба 1, увещевание * 1, необходимо выполнить 1, инструкция 1, длина * 1, вопрос 4, вопросы 1, сообщение 10, новость 3, проповедь 1, вопрос 2, причина 2, обоснованно 1, замечание 1, отчет 1, сказал 1, скажем 1, говорю 4, высказывания 1, говорящий 1, речь 10, утверждение 18, рассказ 1, разговор 1, обучение 2, вещь 2, вещи 1, высказывание 2, что он говорит 1, что * 1, слово 179 , слов 61

Lego Значение в Библии — греческий лексикон Нового Завета

Слово 90 294 lego
Номер Стронга: 3004 Обзор лексикона
Происхождение слова
корневое слово
Транслитерированное слово TDNT Entry
Lego 4: 69,505
Фонетическое правописание leg’-o Глагол
Определение
  1. сказать, говорить
    1. подтвердить, поддерживать
    2. , чтобы научить
    3. наставлять, советовать , прямой
    4. указать словами, намерен, означает, означает сказать
    5. позвонить по имени, позвонить, назвать
    6. , чтобы высказаться, поговорить, упомянуть
NAS Word Usage — Всего: 2303
адрес 1, согласен * 1, спрашивает 1, спрашивает 3, спрашивает 4, предъявляет обвинения 1, звонит 8 , вызывается 34, вызывает 1, вызывает 3, заявляет 1, требует 2, команда 3, обозначается 1, следует за 1, дает 1, дает 1, приветствует * 1, делает 1, означает 2, означает 3, означает 1, упоминает 1, названо 3, заказано 2, цитируется 1, указано 1, отмечено 1, сказано 1083, сказано сказал 1, скажем 364, сказано 440, говорит 102, кричит 1, так называемое 3, говорит 22, говорит 17, говорит 6, говорит 18 , высказанный 26, заявленный 1, заявленный 2, говорящий 5, говорящий 71, говорящий 18, высказанный предмет 1, высказанный предмет 1, мысль 1, сказанный 35, использование 1
.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.