Алексей адашев характеристика: Алексей Адашев — краткая биография, этапы карьеры

Содержание

Алексей Адашев — краткая биография, этапы карьеры

Адашев Алексей Фёдорович (?—1561), русский государственный деятель.

Происходил из небогатых костромских дворян. По словам историка Н. И. Костомарова, Адашев «случайно попал в число тех, которых Иван приближал к себе ради забавы». В этой среде Алексей Фёдорович резко выделялся умом, честностью и высокой нравственностью. Как позже писал хорошо знавший его князь А. М. Курбский: «Посреди грубых людей он, можно сказать, был подобен ангелу».

Возвышение Адашева при царском дворе происходило в 1547—1550 гг., когда Иван IV Грозный находился под влиянием настоятеля Благовещенского собора Московского Кремля Сильвестра, оценившего незаурядные достоинства Алексея Фёдоровича.

Сильвестр и Адашев, завоевав безграничное доверие царя, возглавили правительство страны. По свидетельству Курбского, царь не мог «без их совету ничего устроити или мыслити».

Впоследствии Иван Грозный обвинял обоих приближённых в том, что они совершенно устранили его от власти.

Правительство, созданное Адашевым, вошло в историю под названием Избранной рады и действовало примерно с 1549 по 1560 г. Царь пожаловал Алексея Фёдоровича в почётный чин окольничего и поручил ему важный Челобитенный приказ. Оттуда Адашев вскоре перешёл в Казённый приказ, где за успешную службу получил чин государственного казначея.

Под руководством Адашева правительство Избранной рады добилось выдающихся результатов как во внутренней, так и во внешней политике. Были успешно проведены многочисленные реформы.

В 1550 г. издан новый «Царский судебник».

В 1555 г. суд и сбор податей, которыми прежде ведали наместники, отправляемые центральной властью на места, были переданы в руки выборных из местного населения. Появились особые финансовые учреждения — «чети», или «четверти», между которыми были распределены города и уезды государства.

Изданное в 1556 г. особое уложение точно определило обязанности служилых людей в зависимости от размеров их земельных участков.

В 1552 г. была покорена Казань, в 1556 г. — Астрахань, московское подданство приняли башкиры, Ногайская Орда, Кабарда. Территория государства увеличилась вдвое.

Однако в 1558 г. между Иваном IV и Адашевым вспыхнул серьёзный конфликт из-за того, что роль самого царя в управлении государством становилась всё более формальной.

В конце 1560 г. Адашев был отставлен от руководства правительством, отправлен воеводой в Ливонию в город Феллин (Вильян), а затем заключён в городе Юрьеве (ныне Тарту в Эстонии), где спустя два месяца умер.

Сегодня популярно:

Комментарии:

Исторический портрет. Историческая эпоха. Задание 25 ЕГЭАдашев А.Ф.. Пример исторического портрета

Адашев А.Ф.

Пример исторического портрета

 

 

 

 

 

 

 

Годы жизни ( ? – 1561)

Из биографии

  • Алексей Фёдорович Адашев — один из видных государственных деятелей эпохи правления Ивана Грозного. Играл ведущую роль в управлении в первый период деятельности царя, в период реформирования страны.
  • Это был очень обаятельный, добродушный человек, гуманист по натуре и филантроп. Будучи на немного старше царя, он был его другом и долгое время входил в круг ближайших единомышленников.
  • По сохранившимся источникам можно понять, каким был Адашев: суровым, властным, требовавшим беспрекословного подчинения, но в то же время Андрей Курбский называл его «подобным земному ангелу» за аскетичность, религиозность, справедливость. Историк Карамзин Н.М. считал Адашева « красой века и человечества»

 

Основные направления деятельности Адашева А.Ф.и их результаты

Одним из направлений деятельности Адашева А. была государственная служба. Выходец из рода костромских дворян, «не  слишком знатного, но доброго», благодаря своим личным качествам — трудолюбию, таланту, преданности царю — он с молодости занимал высокие посты в управлении: начал со стряпчего и спальника, а в 1550 году стал постельничим и возглавлял Челобитный приказ, принимая жалобы от угнетённых и оскорблённых людей.

Возглавляя Челобитный приказ , Адашев снискал популярность своей неподкупностью, сам строго карал тех, кто чинил волокиту в приказах, вплоть до бояр, то есть не взирая на лица. Адашев возглавлял с 1550 ещё и Финансовое ведомство.

Но, несомненно, Адашев прославился как руководитель Избранной рады — неофициального круга людей, которые проводили реформы в стране в первый период правления Ивана Грозного с 1547 года. С именем А.Ф.Адашева связаны многие реформы, которые были проведены в первый период правления царя: созван Земский собор, Стоглавый собор, Адашев принимал самое непосредственное участие при отмене кормлений, составлении Судебника 1550 года, проводил реформирование  армии. Иван Грозный настолько доверял Адашеву, что поручил ему хранить государеву печать и личный архив . Кроме того, А.Ф.Адашев руководил написанием Государева родословца, разрядных книг.

Результатом данной деятельности стало реформирование России, подготовка и проведение при  участии и непосредственном руководстве Адашева  преобразований  практически во всех сферах жизни страны, что значительно укрепило власть царя, силу и могущество государства.

Другим направлением его деятельности была военная служба, руководство армией в ряде походов, предпринимаемых Иваном Грозным. С 1547 года он был участником практически всех военных походов царя.  Среди них покорение Казани в 1552 году, во время которого Адашев ставил пушки против города, делал подкоп в тайник, откуда осаждённые казанцы брали воду.

Велика роль Адашева в проведении  внешней  политики Ивана Грозного. Он руководил дипломатической подготовкой присоединения к России крупнейших территорий- Казанского и Астраханского ханств. Он даже предложил царю начать политику присоединения Крымского ханства. Однако царь начал Ливонскую войну. Адашев активно подключился к участию в этой войне, безоговорочно выполняя все приказания Грозного. Подозрительность царя, донос на Адашева и его людей. якобы виновных в гибели жены Грозного- Анастасии Романовны, привели к опале, Адашева сослали в Дерпт ( Тарту) в 1560 году, где он умер всего через два месяца. Причина смерти так и не была выяснена.

Результат данной деятельности – активная внешняя политика России. присоединение Казанского и Астраханского ханства, усиление армии. Однако Адашев не смог противостоять планам Грозного по поводу ведения Ливонский войны, был не согласен с этим решением, хотя и участвовал в военных действиях и как военачальник , и как дипломат.

Таким образом, Адашев — один из ярких и талантливых государственных и военных деятелей в истории России, сделавший много для реформирования государства, способствуя укреплению его силы и мощи. Не случайно Адашев был изображён Микешиным М.О. на памятнике «1000- летие России» в Новгороде в 1862  в знак признания заслуг этого удивительного человека.

Материал подготовила: Мельникова Вера Александровна

Алексей Федорович Адашев на памятнике «1000-летие России» в Великом Новгороде. Микешин М.О. 1862

характеристика исторической личности. Смотреть что такое «Адашев, Алексей Фёдорович» в других словарях

Глава 18 СИЛЬВЕСТР И АДАШЕВ По смерти Василия, за малолетством нового государя, правление перешло в руки вдовствующей великой княгини; дела решались, под ее властью, боярской думой. В Московском государстве еще в первый раз верховная власть сосредоточилась в руках

автора Давыдов Алил Нуратинович

Наш скромный друг, учитель наш В нашем городе, – рассказывает поэтесса из Буйнакска Зухра Акимова, хорошо знавшая Булача Имадутдиновича, бывавшая в нескольких туристических походах с ним и принимавшая активное участие в проводимых им мероприятиях. – жил замечательный

К.В.ВОРОТНОЙ

Исследовательская работа

АЛЕКСЕЙ АДАШЕВ

Адашевы были коренными костромскими вотчинниками, из рода Ольговых, то есть, потомков какого-то Олега. В середине XV в. жил в Костроме дворянин Иван Голова Ольгов, одним из сыновей которого был Григорий Адаш, который и стал родоначальником собственно Адашевых. Усадьба Адашевых находилась на так называемом “Гноище”, в конце улицы Мшанской (сейчас – ул.Островского), на берегу реки Костромы, ныне здесь расположен комплекс зданий фабрики “Х Октябрь”…

У Григория Ивановича Адаша Ольгова (ум. 1510 г.), дослужившегося до “сына боярского”, был сын Федор Адашев (родился около 1490 г.

). В правление великой княгини Елены Глинской он переселился в Москву вместе с семьей, проявил себя талантливым дипломатом, в 1538-39 годах возглавлял русское посольство в Турции, что было весьма непросто, справился с этим поручением очень успешно, за что получил чин окольничего, а вскоре звание боярина. Умер он в 1556 году…

Около 1520 года в семье Федора Адашева родился сын, которого нарекли Алексеем, в недалеком будущем ему суждено было стать одним из самых выдающихся деятелей в истории Русского государства. Может быть, сыграло роль то, что отец взял его в Турцию, где при русском посольстве он получил хорошее воспитание и образование.

Впервые А.Адашев упоминается в 1547 году на свадьбе только что повенчанного на царство великого князя Ивана Васильевича, которая состоялась 3 февраля, в должности ложничего и мовника, т.е. он стлал брачную постель государя и сопровождал новобрачного в баню. Большим влиянием на царя Адашев стал пользоваться вместе со знаменитым священником Благовещенского собора Сильвестром после страшных московских пожаров (в апреле и в июне 1547) и убийства возмутившимся народом царского дяди Юрия Глинского.

С этого времени царь, находившийся до того в фактическом подчинении знатных бояр, и приблизил к себе этих двух неродовитых людей.

Уже в молодые годы Алексей Федорович проявил себя умным политиком и дипломатом, стал постоянным участником царских походов, в частности, весной 1548 года ходил на Казань. Поход оказался неудачным, город устоял, русские войска сожгли только пригороды. Через полгода казанцы попытались отомстить, напали на Галичскую волость под начальством знаменитого воеводы Арака, но костромской наместник Яковлев перебил всю рать татарскую, а самого Арака убил.

В 1550 году царь пожаловал Адашева в окольничие и при этом сказал ему слова, по которым лучше всего можно судить об отношениях царя к его любимцу: «Алексей! взял я тебя из нищих и из самых молодых людей. Слышал я о твоих добрых делах, и теперь взыскал тебя выше меры твоей ради помощи душе моей; хотя твоего желания и нет на это, но я тебя пожелал, и не одного тебя, но и других таких же, кто б печаль мою утолил и на людей, врученных мне Богом, призрел.

Поручаю тебе принимать челобитные от бедных и обиженных и разбирать их внимательно. Не бойся сильных и славных, похитивших почести и губящих своим насилием бедных и немощных; не смотри и на ложные слезы бедного, клевещущего на богатых, ложными слезами хотящего быть правым: но все рассматривай внимательно и приноси к нам истину, боясь суда Божия; избери судей правдивых от бояр и вельмож» (Брокгауз и Эфрон. СПб. 1898 г., т.1, ст. «Адашев А.Ф.»).

Начало удачной карьеры чуть было не обернулось опалой. В 1553 году царь серьезно заболел, готовился к смерти, потому приказал всем присягать его сыну, трехлетнему Дмитрию, написали даже особую грамоту. Алексей Адашев, воспротивился этой идее, и лишь после долгих раздумий молча положил руку на грамоту, упорно сопротивлялся и Федор Адашев, не желая присягать царевичу, только долгие уговоры заставили его сделал это.

Карьера Алексея Федоровича была стремительной — окольничий, начальник Челобитного приказа, постельничий, в ведении которого находился и личный архив царя вместе с печатью “для скорых и тайных дел”. Вполне возможно, Адашев имел доступ и к знаменитой царской библиотеке. Именно ему было поручено руководить работами по составлению официальной разрядной книги и “государева родословца”, а также редактировать материалы официальной летописи — “Летописец начала царства”.

Алексей Адашев был выдающимся дипломатом, ему поручались самые сложные переговоры, которые он с успехом выполнял: с казанским царем Шиг-Алеем (1551 и 1552), ногайцами (1553), Ливонией (1554, 1557, 1558), Польшей (1558, 1560), Данией (1559). Именно Адашев занимался дипломатической подготовкой присоединения к Московскому царству Казанского (1552 г.) и Астраханского ханств (1556 г.), он провел такие успешные переговоры с Турцией, что последняя заняла нейтральную позицию по этому вопросу, хотя данные ханства входили в круг важнейших стратегических интересов Турецкой империи.

Именно Алексей Адашев подал царю Ивану Грозному идею создать некую службу, которая бы занималась исключительно внутренней безопасностью государства. Он брал в пример турецкого султана, который “янычар при себе держит, гораздых стрельцов, и жалование им дает. Для того, чтобы ему в его земли недруг не явился и измены бы не учинил”. А в знаменитом “Сказании о Магмете-салтане”, автором которого был либо сам Адашев, либо человек его круга, прямо говорится о необходимости создания специальных воинских частей, состоящих на государственном жаловании, для охраны государства от внутренней измены, призыв к царю быть грозным и беспощадным в отношении провинившихся подданных.

Время фактического правления Адашева и Сильвестра было временем разносторонней деятельности правительства: созыв первого земского собора для утверждения судебника в 1550 году, созыв церковного собора Стоглава в 1551 году, покорение Казани в 1552 году и Астрахани в 1556; дарование уставных грамот, определивших самоуправление общин; большое расширение поместий, упрочившее содержание служилых людей. Отметим, что и Адашев, и Сильвестр были категорически против закрепощения крестьянства.

Реформы, проведенные Избранной Радой под руководством А.Адашева, намного опередили свое время: земская предусматривала создание местного самоуправления, судебная – верховенство закона, военная – единую армию с централизованным управлением. После разгона правительства царем Иваном Грозным и опалы реформаторов многие их начинания были ликвидированы. Судебные установления оказались настолько прогрессивными, что только судебная реформа 1864 года смогла подняться до уровня реформ 1551 года. А о местном самоуправлении вспомнили и того позже – уже в наши дни.

Будь идеи Алексея Адашева по реформированию системы управления Русского государства продолжены и развиты, страна пошла бы по пути совсем иному – сословно-представительной монархии, которая постепенно реформировалась бы в буржуазное государство. Тем более, что Адашев, пытаясь реформировать экономику страны, делал ставку на зажиточное торгово-промысловое население. Подтверждением его дальновидной политики стал небывалый расцвет торговли, ремесел именно в годы деятельности Избранной Рады, что отмечают практически все исследователи, изучающие времена Ивана Грозного.

Алексею Адашеву принадлежит еще одна идея — соединить Волгу и Северную Двину. Именно он первый обосновал целесообразность создания хороших путей сообщения, поскольку они могут принести немалую выгоду стране, как в торговом, так и военном отношении. Русь не имела выхода к Балтийскому морю, была фактически отрезана от Европы, от торговых путей, и потому самый северный порт Руси — Архангельск на Белом море, приобретал важнейшее значение. Вот и возникла идея соединить его с Волгой, дабы не тащить волоком по суше не одну сотню верст корабли до Северной Двины от Волги и её притоков. После долгих прикидок наиболее удачным был признан проект соединения притоков рек Костромы и Сухоны — Монзы и Лежи. Даже началось строительство канала между этими реками, но предприятие закончилось неудачей — потребовались деньги на другие нужды, работы свернули, да и сам А.Адашев оказался в опале…

В 1557 году вместе с дьяком И.Висковатовым, Адашев занялся дипломатической подготовкой к Ливонской войне, дабы соседи — Ржечь Посполита, Швеция и Пруссия не вмешивались в эту кампанию. Несмотря на то, что война началась удачно для Москвы, над Алексеем Адашевым сгустились тучи. Посланный в Ливонию, он хорошо проявил себя при осаде и взятии города Вильянди, сразу став первым воеводой. Но там же он понял, что война эта Руси не нужна, и стал активно противиться её продолжению.

В мае 1560 года отношения между царем и его советниками настолько обострились, что Адашев нашел неудобным оставаться при дворе и отправился в почетную ссылку в Ливонию, третьим воеводой большого полка, предводимого князем Мстиславским и боярином Морозовым. Вскоре последовало объяснение с царем, разгон последним правительства Адашева – Сильвестра, и отправка Адашева в Дерпт (Юрьев). Там он был взят под стражу и посажен под домашний арест. А вскоре умер при странных обстоятельствах, скорее всего, был отравлен.

Были репрессированы и родственники Алексея Федоровича. Казнены Данила Адашев, его сын 12 лет и его тесть Туров, трое братьев Сатиных, сестра которых была замужем за Алексеем Адашевым, И. Шишкин с женой и детьми, князь М.Репнин, а также князь Дм.Овчина-Оболенский, племянник знаменитого Ивана Оболенского. Сосланы в монастырь, а потом убиты князь Дм.Курлятев с женой и детьми…

Алексей Адашев был женат на Анастасии, дочери Захария Андреевича Постника Сатина. Их дочь — Анна (ум. 1612 г.) — выдана за Ивана Петровича Большого Головина…

Вот что пишет об Алексее Адашеве известный российский историк Н.П.Лихачев: «Личность эта, может быть, и менее талантливая, чем некоторые из современных ему политических дельцов, сияет таким ярким светом доброты и непорочности, является таким образцом филантропа и гуманиста XVI века, что не трудно понять ее обаяние на все окружающее».

К сожалению, не удалось обнаружить какого-либо рисованного изображения или словесного описания внешности А.Ф.Адашева. Может быть, оно и было, но вполне возможно, после его опалы царь Иван Грозный приказал все его портреты уничтожить. Что касается характеристики этого выдающегося государственного деятеля, то, наверное, лучше всего сказал о нем историк Н. И.Костомаров: «Долговременная близость его к царю и управление государственными делами давали ему возможность приобрести большие богатства, но он не оставил после себя никакого состояния, все, что приобретал, раздавал он нуждающимся» (Н.И.Костомаров. Господство Дома св.Владимира. М. 1993. с.465).


Алексей Федорович Адашев

Адашев Алексей Федорович (?-1560) — крупный государственный деятель в царствование Ивана Грозного , сын Ф.Г. Адашева. В конца 40-х годов XVI века — один из влиятельнейших советников царя, член Избранной рады. Под его руководством были проведены в жизнь важные реформы, укрепившие центральную власть. Среди важнейших титулов и должностей были следующие: окольничий, начальник Челобитного приказа, постельничий и хранитель личного архива царя вместе с печатью «для скорых и тайных жел». Руководил работами по составлению официальной разрядной книги «государева родословца», редактировал сатериалы официальной летописи — «Летописца начала царства». При его активном участии к Русскому государству были присоединены ханства: Казанское (1552) и Астраханское (1556). Вместе с дьяком И.М. Висковатым руководил дипломатической подготовкой Ливонской войны 1558-1583 годов. В 1560 году послан третьим воеводой с большим полком в Ливонию, к Вильянди, после осады и взятия которого оставлен там первым воеводой. В том же году попал в опалу из-за противодействия продолжению войны. В Юрьеве (Дерпте) был сначала взят под стражу, затем посажен под домашний арест и вскоре умер.

Использованы материалы из кн.: Богуславский В.В., Бурминов В.В. Русь рюриковичей. Иллюстрированный исторический словарь.

Адашев Алексей Федорович (ум. 1561, Юрьев (Тарту) — гос. деятель. Происходил из костромских дворян — рода не слишком знатного, но «доброго». Один из руководителей Избранной рады — правительства царских «советников, мужей разумных и совершенных», возникшего около . Был известен аскетизмом, глубокой религиозностью. Проводил политику реформ, отражавших интересы широких кругов феодалов и способствовавших централизации власти. Провел преобразования в армии: ограничил местничество, положил начало стрелецкому войску. Участвовал в создании Судебника 1550 . В это время продолжилось начатое при Иване III создание органов управления отраслями гос. жизни — приказов. Высшим контрольным органом — Челобитным приказом — управлял сам Адашев. Он был суров и властен: однажды распорядился не подчинившегося ему человека отправить на службу «сковав». Адашев был и постельничим, ведавшим личным архивом Ивана IV и редактировавшим материалы официальной летописи — «Летописца начала царства». Около 1550 стал казначеем, возглавил финансовое ведомство. С этого же года постоянно участвовал в переговорах с иностранными послами. Проводил активную внешнюю политику, руководил дипломатической подготовкой присоединения Казанского и Астраханского ханств, инженерными работами во время осады Казани в 1552. В 1560 Адашев, заподозренный в отравлении царицы Анастасии, был отстранен царем от власти и отправлен на службу в Ливонию, где умер от «огненного недуга». Формально правительство Адашева пало в результате разногласий с Иваном IV в проведении внешней политики. На самом деле была подведена черта под давним соперничеством между царем и реформаторами, не желавшими ускоренной централизации с неизбежным террором.

Использованы материалы кн.: Шикман А.П. Деятели отечественной истории. Биографический справочник. Москва, 1997 г.

Адашев Алексей Федорович (ск. 1561), государственный деятель. Происходил из костромских дворян, связанных родством с московским боярством. С к. 1540-х — один из руководителей правительства Избранной рады, образовавшегося в результате роста антифеодального движения в стране и проводившего политику компромисса между всеми прослойками класса феодалов, выгодную прежде всего дворянству. Адашев явился проводником этой политики, способствуя осуществлению важнейших реформ, укреплявших центральную власть (Судебник 1550, оформление приказов, отмена кормлений, военные и финансовые реформы). Адашев был начальником Челобитного приказа и постельничим, ведавшим личным архивом царя Ивана IV и хранившим печать «для скорых и тайных дел». Руководил работой по составлению официальной разрядной книги и «государева родословца», редактировал материалы официальной летописи — «Летописца начала царства».

Адашев руководил дипломатической подготовкой присоединения Казанского и Астраханского ханств; в 1552 возглавлял инженерные работы во время осады Казани. Совместно с И.М. Висковатым вел дипломатическую подготовку Ливонской войны 1558-1583 и ведал внешними сношениями России в первые годы войны. Способствовал заключению невыгодного для России перемирия с Ливонией весной 1559. В мае 1560 был послан воеводой в Ливонию. Адашев противился дальнейшей активизации Ливонской войны, а также усилению влияния Захарьиных — родственников царицы, что могло явиться поводом для его опалы. В 1560 был заключен под стражу в Юрьеве, где и умер.

Использованы материалы сайта Большая энциклопедия русского народа — http://www. rusinst.ru

Адашев, Алексей Фёдорович (ум. 1561)-костромской дворянин, при Иване IV возглавлял правительство, известное под названием «Избранной рады». Вместе с И. М. Висковатым (…) Адашев руководил внешней политикой и вёл в 1550-х годах непосредственные переговоры с Казанью, ногайцами, Ливонией, Данией, Польско-Литовским государством и Швецией, причём проявлял большое дипломатическое искусство. Адашев был сторонником активной внешней политики в отношении татарских ханств и после присоединения Казани и Астрахани настаивал на походе в Крым. До разрешения татарской проблемы он считал невозможным приступить к другой, ещё более неотложной задаче, стоявшей перед Московским государством, — борьбе за выход к Балтийскому морю. Поэтому он возражал против войны с Ливонией. Разногласия между царём и Адашевым вынудили последнего в 1560 году уйти в отставку.

Дипломатический словарь. Гл. ред. А. Я. Вышинский и С. А. Лозовский. М., 1948.

Адашев, Алексей Федорович (1530 гг. — начало 1561) — любимец Ивана Грозного, сын незначительного по происхождению служилого человека Федора Григорьевича. А. впервые упоминается в 1547 году: на царской свадьбе исполнял должности ложничего и мовника (стлал брачную постель государя и сопровождал его в баню). После московских пожаров, ставших поводом для бунта москвичей (1547), вместе с игуменом Сильвестром и митр. Макарием вошел в число особо доверенных приближенных царя. Время деятельности так называемого правительства Адашева («Избранной рады», как назвал его А. М. Курбский) стало периодом реформ (первый Земский собор, Судебник 1550 года, церковный Стоглавый собор 1551 года, покорение Казани в 1552 году и Астрахани в 1557 году; реформы местного и центрального управления, учреждение системы приказов, отмена кормлений, поместная реформа). В 1550 Иоанн пожаловал А. в окольничие. А. заведовал государственным архивом, вел летопись, участвовал в составлении разрядных книг и Государева родословца, вел переговоры с казанским царем Шиг-Алеем (1551 и 1552), ногайцами (1553), Ливонией (1554, 1557, 1558), Польшей (1558, 1560), Данией (1559).

После болезни царя в 1553, когда отец Алексея, окольничий Федор А. отказался целовать крест (присягать) малолетнему царевичу Дмитрию, опасаясь, что власть перейдет к родственникам жены царя, Анастасии Романовой, отношения А. с Иваном IV испортились. В мае 1560 А. отправился в почетную ссылку на Ливонскую войну, третьим воеводой большого полка. После смерти царицы Анастасии (7 августа 1560) царь приказал перевести А. в Дерпт и посадить под стражу. Здесь А. заболел горячкой и через 2 месяца умер.

Т. А Бахарева.

Российская историческая энциклопедия. Т. 1. М., 2015, с. 150-151.

Адашев Алексей Федорович (ум. в 1561) — русский государственный деятель. Происходил из костромских дворян, связанных родством с московским боярством. С конца 40-х годов 16 века — один из руководителей правительства Избранной рады, образовавшегося в результате роста антифеодального движения в стране и проводившего политику компромисса между всеми прослойками класса феодалов, выгодную прежде всего дворянству. Адашев явился проводником этой политики, способствуя осуществлению важнейших реформ, укреплявших центральную власть (Судебник 1550 года, оформление приказов, отмена кормлений, военная и финансовая реформы). Адашев был начальником Челобитного приказа и постельничим, ведавшим личным архивом царя Ивана IV и хранившим печать «для скорых и тайных дел». Руководил работой по составлению официальной разрядной книги и «государева родословца», редактировал материалы официальной летописи — «Летописца начала царства».

Сторонник активной внешней политики в отношении татарских ханств, Адашев руководил дипломатической подготовкой присоединения Казанского и Астраханского ханств; возглавлял инженерные работы во время осады Казани в 1552 году. Совместно с И. М. Висковатым вел дипломатическую подготовку Ливонской войны 1558-1583 годов и ведал внешними сношениями России в первые годы войны. Способствовал заключению невыгодного для России перемирия с Ливонией весной 1559 года. В мае 1560 года был послан воеводой в Ливонию. Адашев противился дальнейшей активизации Ливонской войны, а также усилению влияния Захарьиных — родственников царицы, что могло явиться поводом для его опалы. В 1560 году был заключен под стражу в Юрьеве (Тарту), где и умер. Главная причина падения Адашева была в том, что политика «Избранной рады» перестала соответствовать интересам дворян — социальной опоры Ивана IV, а сам Адашев постепенно сблизился с боярской реакционной группировкой.

С. О. Шмидт. Москва.

Советская историческая энциклопедия. В 16 томах. — М.: Советская энциклопедия. 1973-1982. Том 1. ААЛТОНЕН – АЯНЫ. 1961.

Литература: Бахрушин С. В., «Избранная рада» Ивана Грозного, в кн.: Науч. труды, т. 2, М., 1954; Шмидт С. О., Правительств. деятельность А. Ф. Адашева, «Уч. зап. МГУ», 1954, в. 167; Смирнов И. И., Очерки политич. истории Рус. гос-ва 30-50-х гг. XVI в., М.-Л., 1958; Зимин А. A., И. С. Пересветов и его современники, М., 1958; его же, Реформы Ивана Грозного, М., 1960.

Далее читайте:

Адашев Даниил Федорович (+ 1562 или 1563), брат Алексея.

Литература:

Зимин А. А. Реформы Ивана Грозного. М., 1960; Зимин А. А. Опричнина. 2-е изд. М., 2001;

Скрынников Р. Г. Начало опричнины. Л., 1966;

Скрынников Р. Г. Опричный террор. Л., 1969;

Скрынников Р. Г. Царство террора. Спб., 1992;

Скрынников Р.Г. Царство террора. СПб., 1993. Гл. 4 — 6.

Кобрин В. Б. Иван Грозный. М., 1989;

Шмидт С.О. Правительственная деятельность А.Ф.Адашева // Уч.зап. МГУ. Вып. 167. М. 1954;

Шмидт С. О. Правительственная деятельность А. Ф. Адашева // Шмидт С. О. Россия Ивана Грозного. М., 1999;

Филюшкин А. И. История одной мистификации: Иван Грозный и избранная Рада. М., 1998;

де Мадариага, И. Иван Грозный: Первый русский царь. М., 2007.

Данных о времени и месте рождения в биографии Алексея Федоровича Адашева не сохранилось. Известно, что он происходил из не очень знатного рода костромских дворян, связанных с московским боярством.

Первые сведения об Алексее Адашеве относятся к 1547 году и связаны с его участием в царской свадьбе в должности ложничего, то есть ответственного за постель новобрачных. Особое место при царе он получил во время московского пожара того же года. Именно в это время искал для себя людей не очень родовитых, но преданных. Неординарные способности, а главное, преданность помогли Адашеву попасть в число руководителей Избранной рады, которая со временем стала неофициальным правительством. Избранная рада решала многие вопросы по руководству страной и на время оттеснила Боярскую думу от управления. Адашев и священник Благовещенского собора Московского Кремля Сильвестр, по сути, стали крупнейшими государственными деятелями того времени. Этот период связан с широкой и плодотворной деятельностью самого царя и правительства.

Именно Адашев стал инициатором и проводником ряда реформ, укрепивших царскую власть и упрочивших положение служилых людей.

Избранная рада и лично Адашев участвовали в разработке , и тогда же Алексей Федорович был произведен в сокольничие.

В то время Адашев возглавлял и высший контрольный орган — Челобитный приказ. Он лично рассматривал многие челобитные, поступавшие с мест. Сохранившиеся данные характеризуют его как сурового и властного руководителя.

Политика Адашева способствовала проведению военной реформы и отмене кормлений. Доверие царя к Адашеву было настолько велико, что Алексею Федоровичу поручили хранение личного архива и государственной печати.

Кроме того, Адашев стал главным казначеем, возглавив финансовое управление, руководил написанием официальных Разрядных книг и Государева родословца, а также «Летописца начала царства».

Адашев зарекомендовал себя и прекрасным дипломатом. Его участие в переговорах с иностранными послами приводило к положительным результатам. Он занимался также подготовкой дипломатических решений по присоединению Казанского и Астраханского ханств.

Отношения между царем и Адашевым дали трещину после болезни первого в 1553 году. Проблема была в том, кому присягать в случае смерти царя. Алексей Адашев выполнил волю государя и присягнул его малолетнему сыну Дмитрию. Однако отец Адашева Федор заявил, что не будет повиноваться Романовым, которые правят страной по малолетству Дмитрия.

Царю это не понравилось, и после выздоровления его отношение к семье Адашевых изменилось, и не в лучшую сторону. Постепенно Адашев все дальше отодвигался от государственного управления и, несмотря на прошлые заслуги, перевелся на дипломатическую работу. Сначала он вел переговоры по обоснованию присоединения Астраханского ханства, а позже — по поводу начавшейся . Царская опала во многом была связана и с возросшей подозрительностью Ивана Грозного, а также с тем, что Избранная рада уже не в полной мере отражала интересы растущего дворянства.

После смерти своей жены Анастасии Захарьиной-Юрьевой Иван IV обратил внимание на слухи о том, что к ее смерти причастны люди Адашева. По приказу царя Адашев был выслан в Дерпт (Тарту), там за ним велся негласный надзор. Через два месяца Адашев скончался при невыясненных обстоятельствах. Это произошло в 1561 году.

Иван Васильевич Грозный

Иван IV Васильевич Грозный

Далее читайте

Сочинения:

Царево государево послание во все его Российское царство об измене клятвопреступников — князя Андрея Курбского с товарищами (документ).

Второе послание Ивана Грозного Курбскому (документ).

Послание английской королеве Елизавете  (документ).

Ответ Ивана Грозного Яну Роките  (документ).

Первое послание шведскому королю Юхану III. (документ).

Второе послание шведскому королю Юхану III. (документ).

Послание Полубенскому   (документ).

Послание Яну Ходкевичу (документ).

Послание Ивана Грозного Василию Грязному (документ).

Послание Польскому королю Стефану Баторию (документ).

Стоглавый собор (документ).

Судебник Ивана IV (документ).

Духовная грамота царя Ивана Васильевича. 1572 г.

Документы:

Исаак Масса. Краткое известие о начале и происхождении современных войн и смут в Московии, случившихся до 1610 года за короткое время правления нескольких государей.

Андрей Курбский. История о великом князе Московском (документ).

Генрих Штаден. “Записки немца-опричника”. 

Антоний Поссевин. Moscovia. Беседы о вере с царем Иоанном Васильевичем. 1582 г.

Учреждение опричнины. (по Никоновской летописи).

Литература:

Белов Е.А. Предварительные замечания к истории царствования Иоанна Грозного. Журнал Министерства Народного Просвещения, 1891. (Файл PDF, размер — 3,5 МГб).

Виппер Р. Ю. Иван Грозный. — М-Л.: Издательство Академии Наук СССР, 1944. — 160 с. — (Научно-популярная серия). / 3-е дополненное издание.

Ключевский В.О. Курс русской истории Лекция XXX. Характеристика царя Ивана Грозного.

Кожинов В.В. История Руси и русского слова. Москва. «Алгоритм». 1999.Глава 1. Пути русского исторического самосознания. (о Иване Грозном).

Рыжов К. Все монархи мира. Россия. 600 кратких жизнеописаний. Москва, 1999 г. Глава Иван Грозный.

Николай Шахмагонов. Не посох, а сулема. «Красная Звезда» 18 марта 2009 г.

Вячеслав Манягин Яд аспида. (Глава из книги  «Апология Грозного Царя»)

Вячеслав Манягин. Отравители. (Глава из книги «Правда Грозного царя»).

Тюрин Александр. Если бы Иван Грозный победил. — 24.02.2008

Андрей Игнатов. Иван Грозный и колдовские процессы.

Тюрин А.В. Война и мир Ивана Грозного; Москва;  изд-во Яуза, Эксмо; ISBN:978-5-699-32093-6.  (Файл в формате .FB2 для электронных книг — Tyurin_Voyna_i_mir_Ivana_Groznogo.187960.zip)

Скрынников P. Г. Бегство Курбского (статья).

Скрынников P. Г. «Наследие Грозного» (глава 1).

Скрынников P. Г. «Наследие Грозного» (глава 2).

Соловьев С.М. «Учебная книга по Русской истории» глава 27.

Окружение Ивана IV:

Адашев Алексей Федорович (+ 1561), крупный государственный деятель.

Адашев Даниил Федорович (+ 1562-1563), окольничий и воевода.

Анастасия Романовна (?-1560), московская царица, первая жена Ивана Грозного.

Анна Ивановна Колтовская.

Борис Годунов.

Василий III, отец.

Василиса Мелентьева.

Висковатый Иван Михайлович (?-1570), один из крупных деятелей правительства Ивана IV.

Гермоген (не позднее 1530 — 1612) святой, патриарх, духовный писатель

Дмитрий Иванович, сын Ивана Грозного.

Елизавета I Тюдор (Elizabeth I) (1533-1603), королева Англии с 1558 года

Елена Глинская.

Иван Иванович, царевич (1554-1581), старший сын царя Ивана IV.

Курбский Андрей Михайлович (1528 — 1583).

Макарий Московский (ок. 1481/1482 — 1563), митрополит.

Мария Долгорукая.

Мария Темрюковна Кученей.

Мария Федоровна Нагая.

Марфа Васильевна Собакина.

Сильвестр (ум. ок. 1566).

Стефан Баторий (1533-1586), польский полководец и король (1576-1586).

Темрюк Идарович (Айдарович).

Федор Иванович (1557-1598), сын Ивана Грозного.

Филипп (в миру Колычев Федор Степанович) (1507-1569).

Литература:

Андреев. А, «Неизвестное Бородино. Молодинская битва 1572 года», М., 1997.

Белов Е.А. Предварительные замечания к истории царствования Иоанна Грозного. Журнал Министерства Народного Просвещения, 1891.

Белов Е.А. «Об историческом значении русского боярства», Спб., 1886.

Белов Е.А. «Русская история до реформ Петра Великого» 1896.

Беляев И. Д.   Земский строй на Руси,  2004, ISBN — 5-02-026864-X

Беляев И. Д. Судьбы земщины и выборного начала на Руси. М., 1905; 

Беляев И. Д. Земские соборы на Руси. 1-е изд. М., 1867; 

Беляев И. Д. Крестьяне на Руси. М., 1860.

Бестужев-Рюмин К.Н. «Русская история»  ISBN:  978-5-9533-1518-0

Зимин А. А. Опричнина Ивана Грозного. М., 1964.

Кобрин В. Б. Иван Грозный. М., 1989.

Королюк В. Д., Ливонская война, М., 1954.

Скрынников Р. Г. Царство террора. СПб., 1992.

Скрынников P. Г. Начало опричнины. Л., 1966.

Скрынников P. Г. Переписка Грозного и Курбского. Парадоксы Эдварда Кинана. Л. 1973.

Фомин С.В. Правда о первом русском Царе: Кто и почему искажает образ Государя Иоанна Васильевича (Грозного). — М.: Русский издательский центр. 2012. — 464 с.

Фроянов И. Я. «Драма русской истории: на путях к Опричнине». М.: «Парад», 2007.

 

Вернуться: Иван IV Васильевич Грозный (Биографические материалы — главная страница).

 

правда или миф» (рассмотрение проблемного вопроса истории)

«Избранная рада: правда или миф»

Учитель истории и обществознания

МБОУ Кубинской средней общеобразовательной школы № 1

имени Героя Российской Федерации И.В. Ткаченко

Морозова Ольга Аркадьевна

Кубинка, 2018 г.

ОГЛАВЛЕНИЕ

ВВЕДЕНИЕ……………………………………………………………. ………….3

Глава I: Избранная Рада – «большая дума» или «ближняя дума»?…………….5

Глава II: Отрицание существования Избранной Рады …………………………9

Глава III: Состав Избранной Рады…………………………………….…………12

Глава IV: А.М. Курбский об Избранной Раде………………………….…..…..14

Глава V: Роль Сильвестра и Адашева в Избранной Раде…………….…………16

Глава VI: Деятельность А.Ф. Адашева………………………………….………22

Глава VII: Политические устремления Сильвестра..………………….….……26

ЗАКЛЮЧЕНИЕ………………………………………………………….……….31

Список использованной литературы……………………………………..……..32

ВВЕДЕНИЕ:

Восстание, произошедшее в Москве в 1547 году, показало, что Русь нуждается в преобразованиях по укреплению государственности, централизации власти. В результате осознания этой необходимости в период 49-50-х годов под мнимым предводительством Ивана IV Грозного проводится целая серия необходимых реформ. Был созван первый Земский собор – орган сословного представительства, обеспечивающий связь центра и мест (1549 г.). Судебник 1550 г. усовершенствовал содержание Судебника Ивана III: теперь он ограничивал власть наместников и волостелей, усиливал контроль царской администрации, вводил единый размер судебных пошлин, сохранял права крестьян на переход в Юрьев день, устанавливал систему приказного управления. Далеко немаловажной была и военная реформа 1556 года – принятие Уложения о службе, ограничивающего местничество на период военных действий, помимо конного поместного ополчения, организовано постоянное войско (стрельцы, пушкари), введен единый порядок военной службы. В 1556 году была проведена реформа местного управления (отмена система кормлений). Все изложенные реформы наметили путь к укреплению, централизации государства, способствовали формированию сословно-представительного государства.

Проведены были реформы кругом лиц, представляющим неформальное правительство при Иване Грозном – «Избранной радой». Термин («Избранная рада») встречается в сочинении А.М. Курбского, тогда как русские источники того времени не дают этому кругу доверенный лиц никакого официального названия. Следовательно, введен он был непосредственно самим князем.

Но проблема Избранной рады в отечественной историографии была и остается дискуссионной. Что же из себя представляло это учреждение, когда она возникло в точности, каково его место в системе органов власти Руси середины XVI века – вопросы, до сих пор не нашедшие решения, несмотря на упорное желание многих историков добраться до сути.

Целью моей работы является выяснение происхождения и сущности Избранной рады, что за группа управленцев в действительности была названа данным термином, какую роль играли отдельные исторические деятели в этом объединении.

Глава I: Избранная Рада – «большая дума» или «ближняя дума»?

Что же из себя представляла Избранная рада? Многие исследователи отожествляли Избранную раду с уже существующими государственными институтами. Так, еще Н. П. Загоскин усматривал в ней «не что иное, как государеву думу, очищенную и обновленную в своем составе»1. По словам В. О. Ключевского, «трудно разобрать, что разумел князь Курбский под «избранной радой». Но, вероятнее всего, он «имел в виду Большую думу»2.

Помимо старой, традиционной Боярской Думы («Большой думы»), имеющей давнюю историю, письменные источники времени Ивана Грозного упоминают Ближнюю думу. «С царствования Грозного, — говорит В. О. Ключевский, — Ближняя дума не раз мелькает в своих и иностранных известиях о высшем московском управлении»3. Например, «в грамоте цесаревым послам 475 г. царь пишет о Н. Р. Юрьеве, кн. В. А. Сицком и дьяке ближнем А. Щелкалове, что посылал к ним, послам, для переговоров «бояр, ближнюю свою думу»; думные дворяне Зюзин и Черемисинов, бывшие в числе уполномоченных при заключении перемирия с Баторием в 1578 г., названы «ближние думы дворянами». Понятие Ближняя дума неоднократно встречается в письменных и устных заявлениях митрополита Макария, относящихся к середине XVI века4. Неудивительно, что некоторые историки в Избранной раде увидели Ближнюю думу. Уже В. О. Ключевский, склонный рассматривать Избранную раду как «большую думу», замечал при этом, что ее «название напоминает Ближнюю думу»5.

Другие ученые, в отличие от В. О. Ключевского, обнаружили в Избранной раде полное соответствие Ближней думе. Что рождает полемику среди ученых. С. В. Бахрушин спрашивал: «Не следует ли в «Избранной раде» видеть «Ближнюю думу» официальных источников»? Ответ у него был утвердительный. Избранную раду С. В. Бахрушин представлял в качестве «правительственного кружка», проводившего реформы 1550-х годов6.

С догадкой С. В. Бахрушина согласился А. А. Зимин. Он писал: «В литературе уже ставился вопрос о так называемой Избранной раде, которая, по словам Курбского, в 50-е годы XVI в. осуществляла правительственные мероприятия. С. В. Бахрушин показал, что это название было переводом термина «Ближняя дума». С этим объяснением в целом можно согласиться. Выделение Ближней думы было одним из следствий расширения состава Боярской думы»10. А. А. Зимин, как и С. В. Бахрушин, усматривал в Избранной раде «правительственный кружок, осуществлявший в 50-х годах XVI в. важнейшие реформы государственного аппарата»7.

В русле бахрушинских идей размышлял об Избранной раде и В. М. Панеях, наблюдавший, как вокруг царя Ивана в период с 1547 по 1549 г. сложилась «немногочисленная группа советников», из которой образовался «правительственный кружок», названный князем Андреем Курбским Избранной радой. В. М. Панеях не исключает того, что «Андрей Курбский заменил этим термином синонимические термины «Ближняя дума», «Тайная дума». Несомненно, Ближняя дума в еще меньшей мере, чем Боярская дума, может быть охарактеризована как институционализированный орган государственной власти или управления»8.

Мысль С. В. Бахрушина об Избранной раде как Ближней думе разделял в ранней своей работе Р.  Г. Скрынников. «Высшим правительственным органом в середине XVI в., — говорил он, — была «ближняя дума», выделившаяся из Боярской думы. Ближняя дума 50-х гг. известна в исторической литературе под названием Избранной рады. Впервые она получила это наименование в сочинениях Курбского»9.

Получается, что Курбский, рассказывавший об истории правления Ивана IV, ввел в заблуждение доверчивых историков, соблазнив их тем, чего в действительности не было, — мифической Избранной радой. Правда, Р. Г. Скрынников не решается сказать об этом прямо и потому оставляет читателя с чувством неопределенности. Это чувство по прочтении главы еще больше обостряется, поскольку в ней нет ни определения Избранной рады как института10, ни описания ее функциональной роли. Мы узнаем только, что Избранная рада вроде бы существовала11, что она, кажется, не совпадала с Ближней думой.

Неожиданно Р. Г. Скрынников отождествляет Избранную раду с «синклитом» царя Ивана, а этот «синклит» — с Боярской Думой. Но тут же вхождение Курлятева в Раду истолковывает как его приобщение к кругу ««избранных» друзей царя»12. Выходит, что Избранная рада — это не Боярская Дума («синклит»), а небольшая группа «избранных», находящихся в дружбе с государем.

По словам Курбского, Адашеву и придворному священнику Сильвестру удалось с помощью бояр и митрополита Макария «отогнать» от царя бояр Захарьиных и составить из мудрых бояр новое правительство — Избранную раду. По словам Грозного, это сонмище (рада) состояло сплошь из изменников — бояр.

В последнее время И. П. Ермолаев развивал мысль об Избранной раде как «кружке приближенных» Ивана IV, который он вслед за другими историками называл правительством царя.

В.Б. Кобрин полагал, что Избранная рада носила неофициальный характер. Именно неформальный характер данного государственного института позволяет понять многое в его загадочной и во многом темной истории.

Глава II: Отрицание существования Избранной Рады

Если вышеперечисленные исследователи, вопреки расхождениям во взглядах на Избранную раду, все же признавали ее реальность, то в лице И.  И. Смирнова, А. Гробовского и А. И. Филюшкина мы встречаемся с историками, подвергающими сомнению сам факт ее существования.

И. И. Смирнов, рассмотрев ряд исследований, затрагивающих проблему Избранной рады, пишет: «Обзор литературы вопроса показывает, что независимо от имеющихся у тех или иных авторов различий во взглядах на «избранную раду», общей чертой всех исследователей этого вопроса является то, что все они берут за исходный момент своих исследований понятие «избранная рада» как нечто наперед данное и подлежащее лишь истолкованию и расшифровке. Изучив соответствующие исторические данные, И. И. Смирнов пришел к выводу о том, что «рассказ Курбского об «Избранной раде», содержащийся в «Истории о великом князе Московском» и являющийся основным источником по вопросу об «Избранной раде», представляет собою образец применения Курбским своих теоретических воззрений к освещению событий политической истории Русского государства и не может быть правильно оценен вне общей теории Курбского о принципах управления государством»13. Концепцию Избранной рады надлежит, следовательно, рассматривать как отражение этой теории, а самое раду — как некий идеальный тип государственного учреждения, существующий в теории, а не в жизни.

Идея И. И. Смирнова была принята А. Н. Гробовским, который полностью отрицал существование Избранной рады как некоего государственного органа, считая ее историографической легендой. «Избранная рада с ее обширным составом, программами и политикой, — писал он, — не что иное, как чистый вымысел»14.

Пример А. Н. Гробовского увлек А. И. Филюшкина, который, рассмотрев переписку Ивана Грозного с Курбским, а также «Историю и великом князе Московском», написанную беглым князем, пришел к следующему выводу: «До известий ППГ (Первого послания Грозного. — И.Ф.) о «Раде» Курбский не знал о существовании такого правительства. Все его известия вторичны, представляют собой вывернутые наизнанку идеи Грозного»15. Использование Курбским термина «Рада» доказывает, по Филюшкину, лишь одно: «выдуманность этого правительства»16.

Современные историки по-разному относятся к построениям А. Н. Гробовского и А. И. Филюшкина. Кто-то положительно, кто-то отрицательно. А. П. Павлов, например, вслед за этими исследователями серьезно сомневается «в самом факте существования особого правительства реформаторов — так называемой «Избранной рады». Скорее всего, под «Избранной радой» у Курбского следует понимать собирательный, литературный образ «добрых», «избранных» советников, прежде всего Адашева и Сильвестра, в противовес «злым» советникам, которые подтолкнули царя Ивана к установлению единодержавного тиранического правления»17.

Тем не менее, мнения А. Н. Гробовского и А. И. Филюшкина были критикованы со стороны других известных историков русского Средневековья. По словам И. Грали, труд Гробовского действительно вызывает интерес, но недостатки, которые серьезно ослабляют многие приведенные автором аргументы. А. Л. Хорошкевич, оценивая наблюдения А. Н. Гробовского и А.  И. Филюшкина в области изучения истории Избранной рады, говорит: «Попытка современного английского историка А. Н. Гробовского пересмотреть вопрос о существовании Избранной рады и преуменьшить значение Алексея Адашева, поддержанная А. И. Филюшкиным, предпринявшим чисто формальное исследование политической элиты России середины XVI в., основана на полном недоразумении, игнорировании нарративных и некоторых делопроизводственных источников». Далее А. Л. Хорошкевич замечает: «Отрицая роль Сильвестра в государственной деятельности и его влияние на царя, А. Гробовский не использовал посольских дел. То же самое проделал и А. И. Филюшкин, формально, как и А. Н. Гробовский, рассматривающий кадровые передвижки в составе Боярской думы».

Глава III: Состав Избранной Рады

По словам С. Ф. Платонова, Избранная рада формировалась постепенно за спиной Ивана Грозного, по молодости лет не занимавшегося государственными делами, «из людей, привлеченных временщиками Сильвестром и Адашевым». Историк вынужден признать, что «состав этого собрания, к сожалению, точно не известен. Но ясно, что он не совпадал ни с составом думы «бояр всех», исконного государева совета, ни с Ближней думою.

Поэтому состав Избранной рады также остается дискуссионным. Однозначно в «Раде» участвовали священник Благовещенского собора Кремля, духовник царя Сильвестр и молодой деятель из не слишком знатного рода Алексей Адашев. Н. М. Карамзин включает в состав митрополита Макария, а также «мужей добродетельных, опытных, в маститой старости ещё усердных к отечеству». Участие князей Курбского и Курлятева также неоспоримо. Кроме этих двух, Н. И. Костомаров перечисляет Воротынского, Серебряного, Горбатого, Шереметевых.

В. И. Сергеевич, отвечая на вопрос, из кого состояла Рада, замечал, что в нее «входили не все думные чины, а только некоторые из них, избранные». М. Н. Покровский, касаясь сюжета об управлении государством «в дни молодости Грозного», говорил, что во главе этого управления «стояла не вся дума, а небольшое совещание отчасти думных, а отчасти, может быть, и не думных людей, но члены этого совещания были избраны не царем, а кем-то другим. В пылу полемики Грозный даже утверждал потом, что туда нарочно подбирались люди для него неприятные, но из его же слов видно, что неприятны они были своей самостоятельностью по отношению к царской власти, и возможно, что именно этот признак и решал выбор. Если понимать слова Курбского буквально, то это совещание и называлось «советом выборных» — Избранной радой, выборных, разумеется, от полного состава боярской думы, хотя и не всегда из этого состава. Повинуясь обстоятельствам, бояре должны были допустить сюда людей, не принадлежавших к их корпорации…»18.

Не следует всех советников, составивших Избранную Раду, относить лишь к одной княжеско-боярской знати{156}. Принадлежность к Раде Сильвестра и Адашева{157}, людей вовсе неродовитых, характеризует ее в качестве надсословной организации (в рамках привилегированных сословий), представители которой присутствовали в различных правительственных учреждениях — Ближней Думе, Боярской Думе, приказах и пр. Эта организация не приобрела формальный статус государственного учреждения, являясь неформальным образованием, действующим приватно, если не скрытно, то без широкой огласки. По убеждению Филюшкина, остается до сих пор отчасти актуальным определение, данное Избранной раде С. Ф. Платоновым. «Это был, — говорил ученый, — частный кружок, созданный временщиками для своих целей и поставленный ими около царя не в виде учреждения, а как собрание «доброхотающих» друзей»19.

Вместе с тем, в состав Ближней Боярской Думы входили лица, враждебные руководителям царской «синклитии», как чаще всего именует «Избранную раду» сам Грозный, — посольский дьяк Иван Висковатов и казначей Никита Фуников-Карцев. 

«Злобесный совет» — так позднее стал называть Иван IV «синклитию» — обладал реальной властью и сосредоточил в своих руках все нити управления страной.

Глава IV: А.М. Курбский об Избранной Раде

Конечно же, «советников», обступивших вместе с Адашевым и Сильвестром царский престол, нельзя рассматривать как доброхотствующих царю искренних друзей. То были замаскированные недруги русского царства и, следовательно, Ивана Грозного. Негативное их отношение к самодержавной власти отразилось в самом названии Избранная рада, приводимом Андреем Курбским. Правда, некоторые историки объясняют использование Курбским термина Избранная рада тем, что беглый боярин писал свою Историю, рассчитывая якобы на польских и литовских читателей, и поэтому стремился обставить ее привычными и понятными для заграничной читательской аудитории словами. Отсюда у него и этот полонизм. Однако более основательной представляется точка зрения Р. Ю. Виппера, обратившего внимание на то, что «Курбский очень характерно называет тесную думу, в которой он и сам участвовал, «избранной радой». Ни у кого другого этого названия не встречаем; а русский эмигрант, разумеется, применяет его недаром: у него перед глазами высший совет, ограничивающий власть польского короля, «паны-рада». Представитель старинного княжеского рода, родня литовских и польских панов, естественно увлекается примером олигархии у западного соседа. Называя именем этой верхней палаты аристократической республики тесную думу при московском царе, Курбский только подтверждает правильность жалоб Ивана IV на то, что советники отстранили его от дел, «снимали его власть», приводили «в противословие» бояр, раздавали самовольно чины и земли и т. п.»20. Значит, не для удобства заграничных читателей князь Курбский прибегал к понятию Избранная рада с целью подчеркнуть особую роль Избранной рады, ограничивающей русское самодержавие и тем существенно отличающейся от традиционных политических институтов Руси, призванных укреплять самодержавную власть, а не сковывать ее действие. Вот почему Избранную раду необходимо рассматривать как новое явление в политической системе Русского государства, ранее не известное и занесенное в Московское царство со стороны, с Запада. Это, собственно, и объясняет, почему А. М. Курбский воспользовался для его обозначения «иноземным» термином «Рада», позволяющим более точно (сравнительно с любым русским термином) определить функциональное предназначение Избранной Рады21.

Глава V: Роль Сильвестра и Адашева в Избранной раде

Заслуживает пристального внимания свидетельство Ивана Грозного о политике Сильвестра и Адашева, приводящей в «самовольство» бояр царя. Если оно соответствовало действительности, то придется признать, что реформаторы, возглавляемые Сильвестром и Адашевым, склонялись к переустройству русского служилого сословия на манер литовско-польского шляхетства, воспринимавшего своего короля как первого среди равных, но отнюдь не как Богом данного государя. Речь, в конечном счете, шла об изменении политического строя Руси. Причем о таком изменении, какое в исторических условиях той поры, характеризуемых смертельной угрозой извне, было бы, несомненно, гибельным для страны. Но, чтобы добиться успеха, реформаторы должны были заставить самодержца поделиться с ними властью. И, казалось, они здесь преуспели. Во всяком случае, Иван Грозный писал Андрею Курбскому, напоминая ему о Сильвестре, Адашеве и Курлятеве, которые «от прародителей наших данную нам власть от нас отъяша, еже вам бояром нашим по нашему жалованию честию и преседанием почтенным быти; сия убо вся по своей власти, а не в нашей положиша, яко же вам годе, и яко же кто как восхощет; потом же утвердися дружбами, и всю власть во всей своей воли имый, ничто же от нас пытая, аки несть нас, вся строения и утвержения по своей воле и своих советников хотения творяще».

В биографиях сообщается, что Алексей Федорович Адашев — выходец из богатой, но не родовитой семьи костромских дворян, наживших состояние на торговле солью. Это так, только биографы часто забывают отметить одну важную, но существенную деталь — Адашевы были дальними родственниками окольничего Романа Юрьевича Захарьина, на дочери которого Анастасии в 1547 году женился молодой царь. Первый брак Ивана IV возвысил и родню первой русской царицы, в том числе и Алексея Адашева. Благодаря уму, блестящим организаторским способностям он вскоре добился исключительного доверия государя. Став, таким образом, ближайшим советником царя, Алексей Федорович собрал вокруг себя единомышленников, стремившихся к созданию мудрого и справедливого порядка в стране, основанного на сотрудничестве власти и «земли», то есть всех сословий Московского государства. Ближайшим товарищем Адашева стал священник Сильвестр, обладавший огромным даром убеждения. Вдвоем они и возглавили «Избранную раду» – правительственный орган, управлявший Россией в течение 10 лет (с 1549 по 1560 год).

В «Истории о великом князе московском» Курбский рассказывает, как Сильвестр и Адашев собирают вокруг царя Ивана «советников, мужей разумных и совершенных, во старосте мастите сущих, благочестием и страхом Божиим украшенных, других же, аще и во среднем веку, тако же предобрых и храбрых, и тех и онех в военных и земских вещах по всему искусных. И сице ему их в приязнь и в дружбу усвояют, яко без их совету ничесоже устроити или мыслити… И нарицалися тогда оные советницы у него избранная рада. Воистину, по делом и наречение имели, понеже все избранное и нарочитое советы своими производили, сиречь суд праведный, нелицеприятен яко богатому, так и убогому, еже бывает в царствие наилепшее, и ктому воевод искусных и храбрых мужей сопротив врагов избирают и стратилацкие чины устрояют, яко над езными, так и над пешими. И аще кто явитца мужественным в битвах и окровил руку во крови вражий, сего даровании почитано, яко движными вещи, так и недвижными. Некоторые же от них, искуснейшие, того ради и на высшние степени возводились. А парозитов, или тунеядцев, сиречь подобедов или товарищей трапезам, яже блазенством или шутками питаются и кормы хают, не токмо тогда не дарованно, но и отгоняемо, вкупе с скомрахи и со иными прелукавыми и презлыми таковыми роды. Но токмо на мужество человеков подвизаемо и на храбрость всякими роды даров или мздовоздаянми, каждому по достоянию»22.

Курбский очень высоко, в отличие от Грозного, ставил Сильвестра и Алексея Адашева, называя первого «блаженным презвитером», а второго — «благородным юношей». И царь Иван, и князь Андрей согласно говорят о появлении возле трона Сильвестра и Адашева в окружении советников, о приобретении ими огромного влияния на самодержца. Они оба рассказывают о том, как царские любимцы вместе со своими советниками лишили самостоятельности государя, так что без их совета (указания) он не мог ничего предпринять. Вместе с тем Курбский утверждает такое, во что очень трудно поверить.

Например, он говорит, будто Сильвестр и Адашев «утверждают царя». Если под этим утверждением подразумевалось венчание на царство Ивана IV, то надо признать, что Курбский, случалось, перевирал факты. И все же многие из его сообщений находят подтверждение со стороны Ивана Грозного. Однако Грозный и Курбский решительно расходятся, когда надо охарактеризовать личности Сильвестра и Адашева или когда необходимо оценить их деятельность. Так, по Андрею Курбскому, Сильвестр — «блаженный презвитер», а по Ивану Грозному — «поп-невежа», Адашев, по Курбскому, — «благородный юноша», а по Грозному, — «собака». Радикальным образом ученые расходятся в оценке деятельности Сильвестра и Адашева с «единомышленниками»: у царя она резко отрицательная, а у князя-изменника положительная.

Пытаясь понять душевное состояние Ивана, подчинившегося Сильвестру и Адашеву после событий 1547 (венчание Ивана Грозного на царство и «великий пожар»), а также другим деятелям Избранной рады, историки нередко придавали особое значение впечатлениям, которые он вынес из столичных пожаров и народного бунта. По мнению В. О. Ключевского, например, царь сам отдался в руки своих советников, «испуганный событиями 1547 года». Другой исследователь русской старины, М. К. Любавский, говорил: «Страшный пожар и народный мятеж произвели сильное впечатление на молодого царя. Напоенный библейскими представлениями о царской власти, Иван пришел к заключению, что Бог покарал народ за его, царя, грехи, и сильно был удручен этим сознанием… Этим настроением, как мы знаем от Курбского, и воспользовалось духовенство и благомыслящая часть боярства. Нравственную поддержку удрученному царю оказал сначала придворный священник Сильвестр, а затем митрополит Макарий и другие мужи, «пресвитерством почтенные». К ним присоединился царский постельничий Алексей Адашев, а за ним и некоторые бояре…»23.

И.Я. Фроянов считает, и В. О. Ключевский и М.К. Любавский чересчур преувеличивают воздействие на психику царя Ивана событий, связанных с пожаром и восстанием москвичей лета 1547 года. Однако не с этих событий начался его душевный переворот, сопровождаемый осознанием своего божественного предназначения как истинно православного царя. Венчание Ивана на царство в январе 1547 года, предпринятое им по собственному желанию и при активном содействии митрополита Макария, показывает, что это осознание уже пришло к нему. Поэтому летние события 1547 года, способствуя, безусловно, углублению самосознания самодержца, послужили преимущественно толчком к переходу его от умозрительных воззрений к практическому строительству русского православного царства. И в этом великом строительстве ему, конечно же, нужны были помощники. Душой Иван был открыт к сотрудничеству с ними. Этим состоянием царя и воспользовались умело Сильвестр с Адашевым, а также те, кто помогал им. Предварительно они убрали с политической арены Глинских, спровоцировав против них мятеж московских черных людей. Молодой и неопытный государь приблизил к себе Адашева и Сильвестра, наделил этих людей огромной властью. Об этом, как мы знаем, сохранились свидетельства Ивана Грозного и Андрея Курбского. Но среди некоторых историков эти свидетельства субъективные и недостоверные. Так, для А. А. Зимина тенденциозный характер высказываний царя Ивана о Сильвестре и Адашеве очевиден: «Иван IV хотел задним числом обосновать свою опалу на когда-то всесильных временщиков». Но и Курбский, по словам А. А. Зимина, «не менее субъективен, чем Грозный». Твердых оснований для подобного рода заключений нет. Во имя справедливости, однако, надо сказать, что А. А. Зимину хватило объективности, чтобы оценить данные свидетельства Ивана Грозного и Андрея Курбского как одинаково неудовлетворительные. Другие же исследователи, явно нерасположенные к Ивану IV, всю свою источниковедческую критику адресуют только ему, оставляя вне ее царского оппонента. С. Б. Веселовский, к примеру, находит у Курбского «чрезвычайно важные и достоверные сведения», тогда как высказывания Грозного, будучи полемическими, малозначимы и тенденциозны24. В аналогичном ключе рассуждает Д. Н. Альшиц. Логика, посредством которой Д.  Н. Альшиц так эффектно «пригвоздил» царя Ивана, применима и к Андрею Курбскому, правда, с противоположным смыслом. В самом деле, если Грозному понадобилось очернить «своих бывших соратников», чтобы оправдать поворот к Опричнине, то Курбскому надо было возвысить сподвижников Ивана, чтобы осудить этот поворот. Как видим, и у того и у другого имелись веские причины исказить «в данном пункте прошлое». При таком логическом раскладе отдавать предпочтение Ивану Грозному или Андрею Курбскому — значит проявить предвзятость. Д. Н. Альшиц несколько поспешил, когда призвал «освободить изучение Избранной рады от влияния ее первого историка — царя Ивана Грозного». С тем же основанием можно взывать о необходимости освободить изучение Избранной Рады от влияния князя Курбского.

Куда важнее иное: совпадение фактов, приводимых Грозным и Курбским, что вызывает у отдельных историков некоторое замешательство. «Как это ни парадоксально, — замечал А. А. Зимин, — идейный противник Ивана IV — князь Андрей Курбский дает сходную с ним характеристику роли царя в проведении реформ середины XVI в. : царь выступает лишь как простое орудие предначертаний Сильвестра и Адашева, которые окружили его советниками…»25. Фроянов утверждает, что тут нет ничего парадоксального, поскольку и царь Иван и князь Курбский описывали реально существовавший факт всевластия Сильвестра и Адашева. Их согласие в изложении фактов повышает доверие к тому, о чем они повествовали в своих сочинениях. Кроме того, существуют другие источники, подтверждающие правдивость Ивана Грозного и Андрея Курбского в передаче фактической стороны дела, касающейся властных полномочий Сильвестра и Адашева.

Глава VI: Деятельность А.Ф. Адашева

В Пискаревском летописце (первая половина XVII века) говорится об Адашеве следующее: «А как он был во времяни, и в те поры Руская земля была в великой тишине и во благоденстве и управе. А кому откажет, тот вдругорядь не бей челом: а кой боярин челобитной волочит, и тому боярину не пробудет без кручины от государя; а кому молвит хомутовкою, тот больши того не бей челом, то бысть в тюрьме или сослану. Да в ту же пору был поп Селивестр и правил Рускую землю с ним заодин, и сидели вместе в ызбе у Благовещения, где ныне полое место межу полат».

О. А. Яковлева, нашедшая и опубликовавшая в середине 50-х годов прошлого столетия этот летописный памятник, говоря о предполагаемом авторе его, замечала: «В царствование Грозного человек этот был ребенком или подростком, так как описал это царствование в основном по рассказам людей более старшего, чем он, возраста и лишь в небольшой степени по своим собственным воспоминаниям… Сведения, сообщаемые москвичом-современником, его суждения и оценки, вошедшие в «Пискаревский летописец», имеют большую историческую ценность». Эти предположения О. А. Яковлевой вызвали сомнение у М. Н. Тихомирова, который писал: «Прежде всего вызывает сомнение само определение записей Пискаревского летописца как «воспоминаний» москвича, так как невозможно приписать одному и тому же автору разнородные по стилю и политической направленности летописные записи нашего источника. Перед нами текст, явно написанный разными людьми в разное время»26. И все же, что касается рассказа Пискаревского летописца об Алексее Адашеве, то перед нами, по словам М. Н. Тихомирова, «действительно, «воспоминание» москвича, записанное, однако, не по личным наблюдениям, а по рассказам»27. Но «это очень интересное припоминание, хорошо характеризующее Адашева как всесильного временщика, который «правил Русскую землю», заслонив собою царя»28.

Иную позицию занимает А. И. Филюшкин, отрицающий доброкачественный характер известий Пискаревского летописца о политической деятельности А. Ф. Адашева. Рассмотрев сообщения Пискаревского летописца об этой деятельности, автор приходит к следующим выводам: «ПЛ — позднее по происхождению произведение компилятивного характера; его рассказ о деятельности правительства Адашева — Сильвестра содержит ряд фактических неточностей; он написан в соответствии с историографическими воззрениями, сходные (сходными?) с концепцией «Избранной рады» Курбского, которая, возможно, в трансформированном виде (в качестве слуха, пересказа) была источником данной статьи ПЛ; вследствие этого известие ПЛ о правительстве Адашева — Сильвестра не может считаться безусловным свидетельством существования «Избранной Рады» и нуждается в подтверждении другими, независимыми источниками»29.

М. Н. Тихомирову считал известия, содержащиеся в Пискаревской летописи, о государственной деятельности Адашева чрезвычайно интересными и соответствующими исторической реальности. Они также не стали помехой другим историкам, изучавшим служебную биографию Алексея Адашева, пользоваться сведениями этого источника.

Высокую оценку Пискаревскому летописцу как источнику, освещающему начальный период придворной жизни Адашева и Сильвестра, дал А. А. Зимин.

В Москве после смерти Ивана IV курсировали сведения об Алексее Адашеве, в которых он как правитель Руси уподоблялся Борису Годунову. Перед нами, следовательно, еще один, хотя и своеобразный, по-видимому, устный, но самостоятельный источник, подтверждающий правдивость характеристики правительственной роли Алексея Адашева, данной Иваном Грозным и Андреем Курбским.

А. И. Филюшкин упрекает С. О. Шмидта, который якобы опустил невыгодный ему текст посольской книги, содержащий ответ посла Новосильцева архиепископу Карнковскому, попытавшемуся сравнить Адашева с Годуновым. Русский посол, оказывается, «категорически опроверг заявление С. Карнковского», указав ему на то, что «статус Адашева» «гораздо ниже статуса Годунова», что Адашев «не являлся временщиком» и не был «политически весомым («великим») человеком».

О могуществе Адашева можно судить по некоторым обстоятельствам, всплывшим в ходе местнического спора князя А. Д. Хилкова с Ф. М. Ласкиревым. Последний в своей челобитной писал: «По недружбе Алексей Одашев отца моего послал в Казань в городничие, сковав». Отсюда С. О. Шмидт верно заключил: «А. Ф. Адашев был настолько всемогущ, что имел возможность неугодного ему служилого человека («по недружбе») назначить на низкую в местническом отношении должность и послать его туда силой («сковав»)»..

Следует, наконец, сказать о непосредственном участии Алексея Адашева в распределении по службе служилых людей «государева двора», отраженном в Дворовой тетради 50-х годов XVI века. Это давало возможность Адашеву с единомышленниками обзавестись сторонниками в придворной служилой среде и тем самым укрепить свое положение и власть.

Итак, есть основания говорить о том, что Иван Грозный и Андрей Курбский, характеризуя Алексея Адашева как всесильного временщика, рисовали его реальный, а не вымышленный образ.

И. И. Смирнов, изучавдшй политическую биографию А. Ф. Адашева, обратил внимание на два типа временщиков, властвовавших по-разному в зависимости от конкретных обстоятельств.

По мнению историка, «ярким представителем последнего типа временщика-правителя может служить Борис Годунов, не только правивший именем Федора Ивановича, но и фактически заменивший во главе государства слабоумного царя. Напротив, в отношении Адашева вряд ли можно его «правительство» рассматривать как некую личную диктатуру молодого костромского дворянина. И гораздо правильнее объяснить размеры власти Адашева и характер его влияния тем, что в своей деятельности Адашев выступал именно как доверенное лицо Ивана IV, как проводник той политики укрепления централизованного государства, идеологом и вдохновителем которой был сам Иван IV».

Разумеется, А. Ф. Адашев не сразу покусился на власть. Приближенный и обласканный царем, он какое-то время действительно выступал в качестве доверенного лица Ивана IV и проводника его политики. Вскоре, однако, Адашев вместе с Сильвестром и другими деятелями Избранной рады, пользуясь расположением молодого и неопытного государя, перетянули высшую власть на себя, оставив за Иваном роль номинального или титульного правителя. В результате была установлена своеобразная групповая диктатура во главе с Адашевым и Сильвестром, ограничившая власть царя посредством сосредоточения ее в руках царских советников, о чем говорил в своих посланиях князю Курбскому Иван Грозный, а Курбский — в своей «Истории о великом князе московском».

Глава VII: Политические устремления Сильвестра

Сведения о Сильвестре-политике очень скудны. Но это объясняется двумя обстоятельствами. Во-первых, Сильвестр являлся священником, которому по сану не положено было вторгаться в мирскую жизнь. Поэтому он предпочитал не афишировать свои занятия политикой. Во-вторых, благовещенский поп, будучи неформальным лидером группы, именуемой Избранной радой, и влиятельной придворной персоной, имевшей прямой выход на государя, старался держаться в тени, чтобы не обнаружить свои подлинные замыслы относительно реформирования религиозно-политического строя Руси. Да и сам царь вряд ли был заинтересован в огласке столь необычного влияния, которое оказывал на него рядовой придворный священник. Вот почему, надо полагать, о Сильвестре сохранилось так мало данных. Но кое-что все дошло до ученых-историков.

По мнению Р. Г. Скрынникова, политической фигурой благовещенский поп сделался не сразу. Лишь сближение с главным деятелем реформ А. Адашевым открыло перед Сильвестром более широкое поле деятельности. Об их сближении упоминается не только в Переписке Грозного с Курбским, но и в Пискаревском летописце. Вопреки мнению А. Гробовского, нет доказательств того, что автор названного летописца черпал сведения из писем Грозного или «Истории» Курбского. Летописец знал такие подробности о жизни названных лиц (например, о поездке Адашевых в Турцию), которые отсутствуют в сочинениях царя и Курбского. Пискаревский летописец подтверждает сведения о дружбе двух царских советников: «В ту пору был поп Сельвестр и правил Рускую землю с ним заодин, и сидели вместе в ызбе у Благовещения». Воспоминания, записанные летописцем, не отличались точностью. Сильвестр служил, как и положено попу, в Благовещенском соборе, а Адашев судил в приказной избе, стоявшей напротив названного собора. Однако основной факт — тесное их сотрудничество — летописец, по-видимому, уловил верно». Надо заметить, что не все приведенные суждения Р. Г. Скрынникова одинаково равноценны. Важным является признание исследователем возможности использования Пискаревского летописца в качестве независимого источника, запечатлевшего реальные моменты политической истории Руси середины XVI века. Но сказать о том, что Пискаревский летописец подтверждает сведения о дружбе и тесном сотрудничестве двух царских советников (Адашева и Сильвестра), — значит, задержаться на полуслове. Ибо главное, о чем сообщает летописец, заключается в совместном правлении Адашева и Сильвестра Русским государством.

Таким образом, Пискаревский летописец наделяет Сильвестра ролью одного из двух правителей Русской земли.

Участие Сильвестра в судьбе старца Артемия тоже говорит о многом. Известно, что Артемий принадлежал к радикальному направлению нестяжателей. Это он, Артемий, обращался к Стоглавому собору с призывом «села отнимати у манастырей». Кроме того, Артемий, как установил церковный собор 1553–1554 гг., сочувствовал еретикам и даже сам был заражен ересью. Во всяком случае, его богословские взгляды «давали возможность для критики официальной церкви». Все это в Артемии привлекало Сильвестра, и он, присмотревшись к старцу, рекомендовал его на пост игумена Троице-Сергиева монастыря.

Сильвестру давались поручения, в которых он был непосредственно заинтересован и, надо думать, по собственной инициативе взялся их исполнить, хотя внешне это выглядело как задание царя и собора. Следовательно, «реальные масштабы власти» и влияния Сильвестра являлись таковыми, что позволяли ему брать в свои руки любое дело, если того требовали интересы Избранной Рады.

Еще один момент, опровергающий, согласно И. И. Смирнову, идею всевластия благовещенского попа, — «это общая незначительность количества сведений о Сильвестре. Слишком уж мало для «всемогущего» правителя государства отложилось в источниках следов его деятельности». Однако Сильвестр, по нашему убеждению, действовал в рамках неформальной власти, приводя в движение других людей, посредством которых добивался поставленных целей. Вынашивая планы, не подлежащие оглашению, Сильвестр старался держаться в тени, предпочитая скрытность открытости, тайное явному. Поэтому источники так скупы на сведения о нем.

И. И. Смирнов полагает, что источником власти Сильвестра являлось благоволение к нему Ивана IV. «Степень веса и влияния Сильвестра как политика, — говорит он, — должна быть поставлена в прямую связь и зависимость с тем, что в своих действиях Сильвестр опирался на авторитет царской власти, действуя от имени этой власти». Это верно, но отчасти, поскольку И. И. Смирнов, как нам кажется, фиксирует лишь один из моментов превращения Сильвестра во всемогущего временщика. Необходимо понять, что Сильвестр и Адашев всесильными стали не сразу, а пройдя несколько этапов на пути к своему могуществу. Сначала надо было ближе познакомиться с царем, попасть в его окружение, вызвать у него расположение к себе и стать царским любимцем.

Под влиянием исследования И. И. Смирнова и особенно работ С. Б. Веселовского в современной исторической науке сложилось нечто вроде стереотипа в оценке политической характеристики Сильвестра, данной Царственной книгой. «Исследователи справедливо отмечают, что эта характеристика полна тенденциозных преувеличений», — говорит новейший автор труда об Иване Грозном. Полагаем, однако, что высказанные нами соображения позволяют признать исторически достоверным образ Сильвестра, запечатленный Царственной книгой. Быть может, в ней кое-что и преувеличено. Но главное, а именно то, что Сильвестр обладал властью, стесняющей власть самодержца и ограничивающей ее, Царственная книга уловила верно. Важно отметить, что Сильвестр, по рассказу летописца, «владеяше всем» не единолично, а в компании со «своими советники», т. е. вместе с группой лиц, именуемых Избранной радой.

Если Пискаревский летописец и Царственная книга недвусмысленно и прямо свидетельствуют о могуществе Сильвестра, то некоторые другие источники содержат косвенные указания на сей счет. К ним относится послание Сильвестра казанскому наместнику князю А. Б. Горбатому-Шуйскому, отправленное адресату где-то в конце 1552 года или в начале (январь — февраль) 1553 года, скорее всего до марта 1553 года, т. е. до болезни царя Ивана. Это послание кремлевского попа являлось ответом на письмо к нему Горбатого-Шуйского, в котором наместник просил Сильвестра сообщить ему, как оценивает царь его службу в Казани, о которой он извещал Ивана IV в специальном послании-отчете. В ответ Сильвестр писал: «А еже убо издалека зрех и овогда слышах благоразумное твое и премудрое писание к Царю и к ближним твоим, насладихся сего и порадовахся, и всячески удивихся многим твоим трудом и великим подвигом, иже строеши и утвержаеши град и живущих в нем, по Царскому наказу, и по своему, Богом дарованному, разуму. Велми о сем Государь и вси ближний благодарят твоего разума делу о всем. И о воинстве також устраяеши». Отсюда следует, что Сильвестр был в курсе вопросов, связанных с управлением страной. Он имел даже доступ к служебной переписке, в частности к посланиям, приходящим на царское имя.

Сильвестр в своем письме к Горбатому вторгается в «широкий круг вопросов, связанных с положением в Казани и Казанском крае, а также с деятельностью казанского наместника и других представителей властей»{260}, высказывая при этом нечто вроде предписаний по управлению покоренной земли. Подобные вещи имел, наверное, в виду Грозный, когда говорил о Сильвестре: «И тако вместо духовных, мирская нача советовати». И конечно же, Сильвестр в своих внушениях казанскому наместнику предстает перед нами весьма важной персоной в московских правящих кругах середины XVI века. Это подтверждает и тот факт, что послание Сильвестра носило далеко не частный характер. Не случайно Сильвестр рекомендует Горбатому-Шуйскому прочесть его «прочим Государьским Воеводам, советным ти о Государеве деле, и священному чину, и Христоимянитому стаду». Следовательно, в компетенцию Сильвестра-правителя входили все российские подданные, находящиеся в Казани.

Наставления и рекомендации, адресованные Сильвестром князю Горбатому-Шуйскому, касались не только светских, но и духовных дел.

Затронул данный сюжет и Б. Н. Флоря, который говорил, что «деятельность Сильвестра далеко выходила за рамки того, что мог позволить себе рядовой священник, даже если бы он и являлся царским духовником.»

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Таким образом, я прихожу к выводу, что точек зрения, касательно происхождения и правдивости существования Избранной рады и ее членов очень много. Все они расходятся. Есть множество, казалось бы, неоспаримых доказательств, что Рада действительно существовала, пусть и наименовалась по-разному (напомню, что термин «Избранная рада» был введен князем Курбским). Но некоторые ученые придерживаются и альтернативной точки зрения – что ее не было и в помине, а особо доверенные лица, окружавшие царя Ивана Грозного – лишь миф.

Но я склонна к первой точке зрения. Некое неформальное правительство при Иване IV действительно было. В противном случае царю не удалось бы в одиночку провести целую серию значимых реформ.

Я выяснила происхождение и сущность Избранной рады. Узнала многих представителей этого учреждения и тех, кто являлись непосредственно лидерами. Мной была выявлена также и деятельность отдельных лиц в этом объединении.

Список использованной литературы

  1. Библиотека литературы Древней Руси. Т. II. XVI век. – Изд-во «Наука. Ленинградское отделение», 2005. – 864.

  2. Виппер Р.Ю. Иван Грозный. – М-Л.: Изд-во «Академии Наук СССР», 1944. – 160 с.

  3. Веселовский С.Б. Исследования по истории опричнины. – М.: Академия Наук СССР, 1963. –539 с.

  4. Волков В.А. Избранный в «Избранной раде». 2007.

  5. Зимин А. А. Реформы Ивана Грозного: Очерки социально-экономической и политической истории России середины XVI в. – М.: Соцэкгиз, 1960. – 511 с.

  6. Ключевский В.О. Боярская дума древней Руси. – М.: Изд-во Синодальная Типография, 1902. – 555 с.

  7. Платонов С.Ф. Иван Грозный. – Пг. : Брокгауз-Ефрон, 1923. – 160 с.

  8. Покровский М.Н. Избранные произведения: В 4-х книгах. – М., 1966. Кн. 1. – 726 с.

  9. Скрынников Р.Г. Начало опричнины. – Л.: Изд-во ЛГУ, 1966. – 418 с.

  10. Смирнов И. И. Очерки политической истории Русского государства 30–50-х годов XVI века. – Изд-во Академия наук СССР. М.-Л., 1958. – 516 с.

  11. Тихомиров М.Н. Русское летописание. – М.: Наука, 1979. – 556 с.

  12. Филюшкин А.И. История одной мистификации: Иван Грозный и «Избранная Рада». – М., 1998. – 354 с.

  13. Фроянов И. Я. Грозная опричнина. – М.: Эксмо: Алгоритм, 2009. – 560 с.

1 Загоскин Н. П. История права Московского государства. Т. II. Центральное управление Московского государства. Вып. I. Дума Боярская. Казань, 1879. С. 31.

2Ключевский В. О. Боярская дума Древней Руси. М., 1882. С. 342.

3Ключевский В. О. Боярская дума Древней Руси. М., 1902. С. 322.

4Смирнов И. И. Очерки политической истории Русского государства 30–50-х годов XVI века. М.-Л., 1958. С. 151–152.

5Ключевский В. О. Боярская дума древней Руси. 1882. С. 342.

6Бахрушин С. В. Научные труды. Т. II. М., 1954. С. 331.

7Зимин А. А. Реформы Ивана Грозного. Очерки социально-экономической и политической истории России середины XVI в. М., 1960. С. 318. См. также: Очерки истории СССР. Период феодализма. Конец XV в. — начало XVII в. М., 1955. С. 293; История СССР. С древнейших времен до Великой Октябрьской социалистической революции. Т. II. М., 1966. С. 160; Зимин А. А., Хорошкевич А. А. Россия времени Ивана Грозного. М., 1982. С. 44.

8 Власть и реформы. От самодержавной к советской России. СПб., 1996. С. 58–59.

9Скрынников Р. Г. Начало опричнины. Л.,1966. С. 74–75.

10 Р. Г. Скрынников замечает, что историки, как правило, «использовали понятие «Избранная рада» для обозначения правительства реформ 1550-х гг.» (Там же). Но дальше этого не идет, заявляя лишь, что «обращение к «Истории» Курбского позволяет выявить ошибку в исходном пункте всех рассуждений о раде» (Там же). Этим как бы утверждается мысль о необходимости переоценки «всех рассуждений» отечественных исследователей об Избранной Раде.

11Скрынников Р. Г. Царство террора. СПб., 1992. С.117, 118.

12Скрынников Р. Г. Царство террора. С. 118.

13Смирнов И. И. Очерки… С. 145–146.

14Гробовский А. Н. Иван Грозный и Сильвестр (История одного мифа). Лондон, 1987. С. 62.

15Филюшкин А. И. История одной мистификации: Иван Грозный и «Избранная Рада». М., 1998. С. 231.

17 Правящая элита Русского государства IX — начала XVIII вв.: Очерки истории. СПб., 2006. С. 204.

18Покровский М. Н. Избранные произведения: В 4-х книгах. М., 1966. Кн. 1. С. 294.

19Платонов С. Ф. Иван Грозный. С. 45.

20Виппер Р. Ю. Иван Грозный. С. 154.

21Филюшкин А. И. История одной мистификации… С. 241.

22 Библиотека литературы Древней Руси. Т. II. XVI век. С. 318, 320.

23 Библиотека литературы Древней Руси. Т. II. XVI век. С. 318, 320.

24Веселовский С. Б. Исследования по истории опричнины. М., 1963. С. 103, 105, 108.

25 Зимин А. А. Реформы Ивана Грозного… С. 323–324.

26Тихомиров М. Н. Русское летописание. М., 1979. С. 233.

28 Там же. С. 235–236.

29Филюшкин А. И. История одной мистификации… С. 256.

Глава I ИСТОРИОГРАФИЯ. ОБЗОР ИСТОЧНИКОВ

Глава I

ИСТОРИОГРАФИЯ. ОБЗОР ИСТОЧНИКОВ

Дореволюционная историография

Первую развернутую оценку событиям политической жизни России середины XVI в. дали в своих сочинениях Иван Грозный и Андрей Курбский. Страстная полемика этих двух виднейших политических деятелей своего времени, остро чувствовавших и зорко всматривавшихся в российскую действительность, оказала сильнейшее воздействие на всю последующую историографию. При этом позднейшие историки не всегда давали себе отчет в том, что пристрастные суждения обоих публицистов рождены были суровой обстановкой опричных лет, которая расцвечивала различными и порой причудливыми красками воспоминания прежних соратников по борьбе за сильное и единое государство.

Говоря, что русские самодержцы «изначяла сами владеют своими государьствы, а не боляре и не вельможи», Иван Грозный в первом послании Курбскому (1564 г. ) подвергает язвительной критике всю совокупность мероприятий, осуществлявшихся правительством 50-х годов XVI в. Оказывается, поп Сильвестр и Алексей Адашев лукавством и чародейством на время подчинили своей власти царя. Таков тот несложный прием, применяя который Грозный пытается снять с себя ответственность за преобразования 50-х годов XVI в.[1] Мало того, бояре, виновные во всех злодеяниях, творившихся в малолетство царя, «наустиша народ» во время московского восстания 1547 г. Когда пришли к власти Сильвестр и Адашев, то и они «всех бояр начаша в самовольство приводити». Царь негодует, что правители раздавали вотчины, «ветру подобно», ставили своих «угодников» на государственные должности, «все строения» проводили «по своей воле»[2]. Сторонник самодержавия, отвечавшего в целом дворянским интересам, Иван Грозный выступал против всяких попыток ограничения царской власти.

Совершенно иную картину рисует Курбский в своей «Истории о великом князе московском», написанной к лету 1573 г. , когда стоял вопрос о кандидатуре Ивана на польский престол. Беспросветному мраку, террору «кромешников», бессмысленному «мародерству» периода опричнины Курбский картинно противопоставляет идиллически лучезарное время правления Избранной рады. Это название правительственного кружка (полонизированный вариант Ближней думы) позднее широко вошло в научный обиход. Князь Андрей отнюдь не защитник боярского самовольства, как такового. Недвусмысленно осуждая боярских правителей «несовершенных лет» царя, он вместе с другими дальновидными представителями боярства склонен был идти на компромисс с дворянством в целях укрепления централизованного аппарата власти. Его идеал — Избранная рада во главе с Адашевым и Сильвестром и их «разумными советниками». «Суд праведный» (т. е. Судебник 1550 г.), устроение «стратилатских чинов» (военные преобразования), присоединение Казани — вот те стороны деятельности правительства 50-х годов, горячим сторонником которых выступает Курбский[3]. Начало заката Рады публицист связывает с 1553 г. , когда Иван Грозный побывал у «прелукавого осифлянина» Вассиана Топоркова, нашептавшего царю, чтобы тот не держал около себя «советника ни единаго мудрейшего собя, понеже сам еси всех лутчши». Окончательно были устранены от власти Адашев и Сильвестр уже после смерти Анастасии, в 1560 г., когда их обвинили в «очаровании» и в убийстве царицы[4].

После того как отгремели битвы с иноземными полчищами, налетевшими с запада и севера на Русь в начале XVII в., после того как были подавлены основные очаги крестьянской войны, современники попытались найти ответ на волновавший всех вопрос о причинах «смутного времени». И совершенно понятно, что их взоры обратились к годам правления царя Ивана Васильевича, когда завязывались те узлы противоречий, которые остро проявились в их время.

Официальную трактовку правления Избранной рады дает Хронограф 1617 г., сложившийся в кругу деятелей Посольского приказа. В этом памятнике царствование Ивана Грозного резко делится на две половины: до и после смерти царицы Анастасии Романовой. Пророма-новский привкус опенки событий в Хронографе сочетался с вельможно-боярской ее сущностью. Если для Курбского смерть Анастасии была лишь внешним поводом. положившим конец правлению Избранной рады, то по Хронографу Анастасия наставляла царя «на всякия добродетели», а потому ее смерть оказала самое решающее воздействие на исторические судьбы России. Потеряв столь «мудрую» супругу, верную опору в жизненных бурях, царь «нача сокрушати от сродства своего многих, такоже и от велмож синклитства своего». В Хронографе при рассказе о событиях 50-х годов XVI в. главным образом подчеркиваются воинские подвиги Ивана IV, его благочестие и мудрость.

Панегирик деятельности Адашеву содержит так называемый Пискаревский Летописец, составленный в первой четверти XVII в. Период фавора Адашева («как он был во времяни») автор считает временем расцвета страны: «в те поры Руская земля была в великой тишине и во благоденстве и управе». Начало всех бед, постигших Русскую землю, летописец связывает с учреждением опричнины и с опалой Адашева[5]. Заслугу Адашева и Сильвестра автор Пискаревского Летописца видит в том, что они упорядочили судопроизводство, ведали приемом челобитий и боролись с судебной волокитой бояр.

По весьма правдоподобной гипотезе М. Н. Тихомирова, автора сведений середины XVI в. Пискаревского Летописца следует искать в среде, близкой к Шуйским и враждебной к Романовым (которым летописец вменяет в вину учреждение опричнины)[6]. Если это так, то и апология деятельности Адашева понятна: Адашев пришел к власти после того, как Шуйским в ходе восстания 1547 г. удалось отстранить от дел родичей молодого царя Ивана — Глинских.

Если v писателей XVI — начала XVII в. события середины XVI столетия проходили перед глазами или волновали их воображение в рассказах очевидцев, то уже в начале XVIII в. Иван IV был в полной мере героем исторического повествования. В. Н. Татищев в своей «Истории Российской» создал законченную схему русского исторического процесса, альфой и омегой которого было русское самодержавие, воплощавшееся в мудрой деятельности монархов. Время правления Ивана IV должно было, по его представлению, включаться в четвертую часть истории России, начинающуюся княжением Ивана III, который «прежде падшую монархию восставил»[7]. Иван IV, продолжая деятельность своего деда и отца, привел монархию «в лучшее состояние»[8]. Для Татищева Иван IV был одним из идеальных монархов. Он «Казань и Астрахань себе покорил… и есть ли бы ему некоторых беспутных вельмож бунты и измены не воспрепятствовали, то бы, конечно, не трудно ему было завоеванную Ливонию и часть немалую Литвы удержать»[9]. Современник победоносной Северной войны, Татищев обращал внимание читателя на то, что вопрос о присоединении Прибалтики встал еще во время войны Ивана IV за Ливонию.

К сожалению, изложение истории России XVI в. не было доведено Татищевым до конца и осталось в виде предварительных материалов, не вполне обработанных автором. В основу своего рассказа он положил конспективное изложение текста Львовской летописи, внеся в нее только небольшие изменения. Очень интересна лишь вставка под 1544 г. об издании Судебника (1550 г.), которое Татищев объяснял тем, что великий князь стремился искоренить «в судех неправды и грабления». для чего собрал «от городов добрых по человеку» и Боярскую думу (т. е. Земский собор). Усилил Татищев и оценку боярского мятежа 1553 г., введя характеристику бояр как отступивших «от правды»[10].

Очень интересовал В. Н. Татищева, занимавшегося более 15 лет изучением и подготовкой к печати «древних законов», Судебник 1550 г.[11] Тщательно выполненный комментарий к Судебнику дает прекрасный образец рационалистической критики исторических источников. Здесь мы находим и объяснение терминов («боярин», «окольничий» и др.), для чего привлекаются различные дополнительные материалы; перевод и истолкования неясных оборотов. В комментарии к статье о крестьянском отказе В. Н. Татищев «выступает с рассуждениями в защиту крепостничества»[12]

Различные оценки деятельности Ивана Грозного, а именно к ней тогда сводили важнейшие перемены в истории России XVI столетия, впервые в историографии непосредственно столкнулись друг с другом в конце XVIII в.

Представитель вельможной аристократии князь М. М. Щербатов дал противоречивую характеристику времени правления Ивана IV, выделяя этот период в особый (пятый) том своей «Истории Российской». Середина XVI в. рассматривается автором в первой части тома (от вступления на престол Ивана IV до присоединения Астрахани). Щербатов высоко оценивает стремление Ивана Грозного укрепить самодержавие. Он осуждает «беспорядки», происходившие в малолетство царя «от распри и злобы боярской»[13]. Царь Иван, по его мнению, имел дальновидный разум, достиг крупных внешнеполитических успехов и ввел справедливое законодательство[14]. Но, как бы продолжая линию Андрея Курбского, Щербатов считал, что самодержавная власть должна считаться с требованиями аристократии и с законностью, «ибо всякие законы суть лучше, нежели самовластно употребляемые обычаи». Он, в частности, подчеркивал, что Иван IV сочинил Судебник «не самовластием своим», а созвав родичей и бояр[15]. Смысл ограничения местничества Щербатов усматривал не в ущемлении прав княжат, а в стремлении паря «привести младых людей к повиновению чиновным людям»[16]. Он оправдывал деятельность бояр в 1553 г., которые, «яко рожденные советники царские и блюстители престола», выдвигая кандидатуру князя Владимира Старицкого, хотели избежать повторения распрей, происходивших в малолетство царя. Казни и ужасы периода опричнины Щербатов объясняет непомерным честолюбием царя Ивана и «низостью его сердца»[17].

Безоговорочно позитивную оценку деятельности Ивана Грозного дал дворянский историк И. Н. Болтин, который резко выступил против исторической концепции Щербатова. Впервые в русской историографии Болтин сравнил Ивана IV с французским королем Людовиком XI[18]. У Болтина, защитника абсолютной власти монарха, положительное содержание мероприятий Грозного сводится к уничтожению «самодержавных владений» вельмож, присоединению обширных владений, введению единого судопроизводства — Судебника 1550 г.[19]

Взгляды Н. М. Карамзина (1766–1820 гг.) на русский исторический процесс складывались в обстановке растущего крестьянского движения и представляли собою попытку обосновать необходимость для России крепкой самодержавной власти, как надежной опоры дворянства. Россия, по мнению Карамзина, всегда спасалась «мудрым самодержавием». Но если «без монарха — нет дворянства», то и «без дворянства — нет монарха»[20]. С этих консервативно-охранительных позиций он и подходил к оценке событий XVI в. Для него история России сводится прежде всего к истории самодержавия, воплощенного в деяниях монархов. Примыкая по своим основным оценкам деятельности Ивана IV к Щербатову, Карамзин облекает их в такую образную и эмоционально убедительную форму, что они долгие годы продолжали влиять на умы многих историков и литераторов.

У Карамзина более четко, чем у Щербатова, изложена мысль, встречающаяся еще в Хронографе 1617 г. и лишь отчасти у Курбского, о делении времени правлении Ивана Грозного на два периода: до и после смерти Анастасии Романовой. После борьбы властолюбивых бояр Шуйских, правление которых было наполнено всевозможными беззакониями, с князем Бельским, отличавшимся человеколюбием и справедливостью, после боярского мятежа 1547 г. началась «эпоха Иоанновой славы» — ко власти пришли «смиренный иерей» Сильвестр и «прекрасный молодой человек» Адашев, которые не жалели своих сил ради пользы отечества: «мудрая умеренность, человеколюбие, дух кротости и мира сделались правилом для царской власти»[21]. Судебник 1550 г., ограничение местничества, Стоглав, присоединение Казани — вот неполный перечень тех славных деяний, которые совершены были в эти счастливые дни Иоанна да и всей России. Затем, по смерти Анастасии, когда Иван Грозный лишился «не только супруги, но и добродетели», началась мрачная пора в русской истории. Как и Щербатов, Карамзин рисует «загадочный образ» Ивана Грозного, в котором сочетались страсти «неистового кровопийцы» и недюжинные способности государственного преобразователя.

Но карамзинская концепция уже в начале XIX в. вызывала к себе настороженное отношение представителей нарождающейся буржуазной историографии. Так, Н. С. Арцыбашев, подвергнув критике источниковедческую базу Карамзина (его излишнее доверие к сказаниям иностранцев и к сочинениям князя Курбского)[22], писал, что Иван IV был вынужден прибегнуть «к излишней строгости» для обуздания своевольных бояр и их поборников. Бояре были «причиною слабостей государя, бессмертия достойного»[23].

Непосредственным предшественником так называемого государственного направления в историографии был Иоганн Густав Эверс (1781–1830 гг.), рассматривавший историю как процесс развития человечества от семьи и рода к государству. В отличие от дворянских историографов Эверс сравнительно большое место уделял истории права, в частности изучению Судебника 1550 г., законодательству о крестьянах, и другим явлениям внутренней жизни России XVI в. Он отметил исторические заслуги Ивана IV, содействовавшего развитию русской торговли, культуры и просвещения.

Законодательные нововведения Ивана Грозного и меры по укреплению самодержавия, говоря словами Эверса, доставили серьезные неприятности боярам и духовенству[24].

Если М. М. Щербатов и Н. М. Карамзин осуждали крайности борьбы самодержавия с княжеско-боярской аристократией XVI в., то с совершенно иных позиций выступили представители передовой исторической мысли конца XVIII — начала XIX в. — А. Н. Радищев и декабристы. В историческом прошлом нашей страны дворянские революционеры искали примеры, которые могли бы служить делу борьбы с самодержавием и крепостничеством. Борьбу Ивана Грозного с боярством они рассматривали как проявление тирании кровожадного монарха, осуждая которую, они произносили приговор и самодержавию вообще[25]. Это не мешало им видеть и положительные стороны в борьбе Ивана IV за укрепление единого государства.

Радищев осуждал политику Ивана Грозного по отношению к Новгороду, рассматривая ее как проявление деспотизма в борьбе с новгородским народоправством[26]. «Неистовым тираном» называет Ивана Грозного К. Ф. Рылеев[27], осуждают его деятельность М. С. Лунин[28] и М. А. Бестужев[29]. Движимые чувством глубокой любви к русскому народу и ненавистью к угнетателям, декабристы гневно говорили об ужасах «неограниченного самодержавия»[30], а не только осуждали его «излишества».

Вместе с тем в делах и днях Ивана IV, этого «зверского, но умного властителя», Радищев усматривал и положительные черты, к которым он относил присоединение Казани и Астрахани, преодоление боярских усобиц, наведение порядка в суде и в воинских делах. Благодаря всему этому Иван «положил основание того величества, которого Россия достигла»[31]. А. О. Корнилович писал, что «Иоанн Грозный прилагал более стараний, нежели все его предшественники, к образованию народа»; он набирал за границей зодчих, оружейников, содействовал развитию медицины, создал в 1553 г. типографию и т. п.[32] Н. А. Бестужев признавал большое Значение для России завоевания Казани и Астрахани, а Н. М. Муравьев отметил, что Иван IV созвал первые земские соборы, дав им право решать вопросы о войне и мире[33].

В 40-е годы XIX в. стало складываться буржуазно-либеральное так называемое государственное направление в русской историографии, к которому принадлежали К. Д. Кавелин, Б. Н. Чичерин и частично С. М. Соловьев. Стремясь рассмотреть исторический процесс как явление закономерное, Кавелин (1818–1885 гг.) и Соловьев (1820–1879 гг.) считали, что в XVI в. происходила борьба государственного начала с родовым, окончившаяся победой первого из этих начал во время правления Ивана Грозного[34]. Поэтому и столкновение царя Ивана с боярством являлось не проявлением личной тирании грозного правителя, а закономерным результатом возвышения «служилого сословия»[35].

Правда, отказ от карамзинской концепции исторического процесса был делом трудным, поэтому в «Истории России» Соловьева легко обнаруживаются следы психологического объяснения поступков Ивана IV. По мнению Соловьева, в 1547 г. под влиянием боярских свар, во время которых интересы государственные жертвовались во имя личных, после инспирированного боярами выступления «черни» в молодом Иване происходит «нравственный переворот»: он решил «покончить окончательно с князьями и боярами, искать опоры в лицах другого происхождения»[36]. Окончательно порвал Иван с прошлым только в 1550 г., когда наступил конец боярского правления. Соловьева, как и дворянских историков XVIII — первой половины XIX в., интересуют по преимуществу вопросы политической борьбы и внешних сношений. Недаром «дела внутренние» он отделил от истории Ивана IV, поместив их отдельно от прагматической истории XVI в. Говоря о падении Адашева и Сильвестра, Соловьев в отличие от Карамзина центр тяжести переносил со смерти Анастасии (1560 г.) на боярский мятеж 1553 г.: во время болезни царя, по его мнению, выяснилось, что Адашев и Сильвестр не оправдали надежд Ивана IV, что предрешило их падение[37].

Общая схема истории XVI в., данная Соловьевым, представляла собою значительный шаг вперед по сравнению с дворянской исторической мыслью, но она все же оказалась недостаточно связанной с конкретным изложением событий.

После выхода в свет VI тома «Истории России» Соловьева, в котором давалась характеристика истории России XVI в., в 1856 г. выступил с рецензией на этот труд идеолог славянофильства К. С. Аксаков (1817–1860 гг.). В силу своей идеалистической концепции Аксаков представлял историю России как некое единение царской власти и народа: «Правительству — сила власти, Земле — сила мнения» — таково было соотношение основных моментов и в русской истории середины XVI в., когда «при первом русском царе созван был первый Земский собор»[38]. Понятно, что при таком подходе не оставалось места ни для классовой, ни для политической борьбы в истории России XVI в. «Бояре, — писал Аксаков, — противупоставляли Иоанну одно терпение» и вообще «ничему не противодействовали»[39]. Борьба с ними была порождена лишь «художественной натурой» Грозного.

При всей надуманности исторической схемы Аксакова в его критике Соловьева был один момент, который заслуживал внимания. Это — упрек в невнимании Соловьева к истории народа, ко внутренним процессам, происходившим в XVI в. в русском обществе. Аксаков верно подметил слабость «государственного направления», сводившего исторический процесс к изложению событий политической истории. Капитальный труд другого славянофильского историка, И. Д. Беляева (1810–1873 гг.), о крестьянах на Руси[40] в какой-то мере заполнял имевшийся в историографии существенный пробел по истории основного производящего класса XVI в.

Историки официального направления в XIX в. при освещении событий середины XVI в. продолжали карамзинскую традицию. Это относится прежде всего к М. П. Погодину (1800–1875 гг.), неоднократно писавшему о деятельности Ивана IV. По его словам, Иван Грозный «никогда не был велик». Государственные преобразования 50-х годов XVI в. были проведены не им, а Адашевым и Сильвестром, которые руководствовались «чувством любви к отечеству»[41] «Причудливость нравов» в деятельности Ивана Грозного видел Н. Г. Устрялов (1805–1870 гг.)[42].

Дворянской и либеральной буржуазной исторической науке второй четверти XIX в. противостояла революционно-демократическая историография.

Подвергнув решительной критике взгляды дворянских историков и в первую очередь Карамзина на историю России XVI в., В. Г. Белинский подчеркнул прогрессивный характер борьбы Ивана IV с боярством. Значение Ивана IV он усматривал в том, что во время его правления в стране довершалось уничтожение уделов[43]. Сам Иван, несмотря на бездну совершенных им преступлений, был душою энергичной, глубокой и даже гигантской, стремившейся воплотить идею самовластия и самодержавия[44]. Находясь на идеалистических позициях в вопросе о роли личности в истории, Белинский непомерно преувеличивал исторические заслуги Ивана IV, видя в нем то «падшего ангела», то человека с «колоссальным характером». Адашев и Сильвестр, эти «люди народа», якобы действуют «благородно и бескорыстно, умно и удачно, но они оковывают волю царя»[45]. События 1553 г. и смерть Анастасии произвели сильное воздействие на Ивана IV, а в последовавших жестокостях Ивана Грозного оказались повинными «крамольные» бояре[46].

Более разносторонней была характеристика Ивана IV, содержавшаяся в трудах А. И. Герцена. И для него Грозный, как завоеватель Казани, — «герой и предтеча Петра»[47], «самое трагическое лицо в истории человечества», в котором сочетался великий ум с сердцем гиены[48]. А. И. Герцен отмечал стремление Ивана IV в 50-е годы XVI в. использовать общинные учреждения в местном управлении, исправить Судебник «в духе старинных вольностей». Общинные свободы, однако, не возрождались по зову всемогущего, но жестокого царя[49]. В событиях середины XVI в. большую роль сыграл Сильвестр, который, по словам Герцена, «пересоздал на двадцать лет гениального изверга»[50].

У Герцена нет того безоговорочного оправдания всех поступков Ивана IV, которое мы встречаем у Белинского. Герцен стремился показать как позитивные, так и негативные стороны деятельности Ивана. Двойственность оценки процесса укрепления самодержавия звучит и в словах о том, что тирания Ивана Грозного может «оправдаться государственными целями»[51]. «Москва, — пишет Герцен, — спасла Россию, задушив все, что было свободного в русской жизни»[52]. Постепенно все более и более Герцен стал подчеркивать безграничный деспотизм Ивана IV как одно из ярких проявлений ужасов самодержавия вообще[53].

Остановившись в изучении общественной жизни перед историческим материализмом[54], Герцен, как и Белинский, непомерно преувеличивая роль личности в истории, не смог понять основных причин, вызвавших укрепление Русского государства в XVI в.

Н. Г. Чернышевский и Н. А. Добролюбов в своих сочинениях выдвигали на первый план народ в качестве творца исторического процесса. Н. Г. Чернышевский отмечал стремление русского народа к национальному единству как одну из важных причин, способствовавших созданию централизованного государства[55], причем установление единовластия на Руси он относил ко времени Ивана IV[56]. Он понимал также, что «всегдашним правилом власти было опираться на дворянство». Большое внимание революционные демократы уделяли вопросу о вековой эксплуатации русского крестьянства. Ссылаясь на Судебник 1550 г., Добролюбов ярко изобразил систему гнета и насилия, которой опутывали князья и бояре народные массы Руси[57].

Чернышевский высмеивал концепцию С. М. Соловьева, якобы открывшего «гениальность и благотворность в действиях Иоанна IV Васильевича»[58].

Справедливо критикуя концепцию Соловьева, сводившего по существу историю России к истории Русского государства, Чернышевский и Добролюбов вместе с тем не сумели понять прогрессивного значения политики Ивана IV, направленной на укрепление централизованного аппарата власти. Оставаясь еще на уровне домарксовой социологии, они переносили свое отношение к самодержавно-крепостническому строю России XIX в. на оценку деятельности Ивана Грозного. Правильно изображая царскую власть как носительницу гнета и насилия, чуждую народным массам, революционные демократы в то же время упускали из поля зрения относительно прогрессивную роль самодержавия на определенном этапе его развития.

Своеобразными были взгляды на русский исторический процесс Н. И. Костомарова (1817–1885 гг.), во многом близкого к славянофильскому направлению в историографии, которое объясняло историческую судьбу народа его духовными свойствами[59]. За яркими характеристиками отдельных исторических деятелей, за художественным воспроизведением эпохи у Костомарова не чувствуется стремления изложить закономерный ход исторических событий. Так, в борьбе Ивана IV с боярством, в событиях середины XVI в. он усматривал в первую очередь столкновение отдельных исторических личностей. Тирании Ивана IV он противопоставлял деятельность Адашева («человек большого ума и в высокой степени нравственный и честный») и Сильвестра, с которыми он связывает преобразования, проведенные Избранной радой[60]. Реформы середины XVI в., по его мнению, отличаются «духом общинности, намерением утвердить широкую общительность и самодеятельность русского народа». В частности, в Судебнике 1550 г., где «являются две отличные, хотя взаимно действующие стихии— государство и земщина», проявилось стремление Избранной рады обеспечить народ от произвола[61]. Падение Рады Костомаров объяснял деятельностью ее врагов, главным образом Романовых[62]. Буржуазный либерал по политическим взглядам, Н. И. Костомаров в своих сочинениях давал много материала для критики русского самодержавия. В его специальных работах о «еретике» Матвее Башкине и его сподвижниках были нарисованы образы передовых русских деятелей середины XVI в.

В ряде исторических трудов, вышедших в 60–80-х годах XIX в., давались различные оценки событий середины XVI в., но эти оценки не опирались на специальное изучение эпохи и не были подкреплены фактическим материалом. Так, Н. И. Хлебников (1840–1880 гг.) называл период с 1547 г. по 1560 г. временем владычества церкви, когда «духовенство овладевает государственной властью и пытается устроить теократию»[63] С другой стороны, для Е. А. Белова, стремившегося доказать прогрессивный характер деятельности Ивана IV, Сильвестр был лидером боярской партии, а Иван IV «отвратил от России опасность господства олигархии»[64].

В 70–80-х годах XIX в. сложилась концепция одного из крупнейших буржуазных историков — В. О. Ключевского (1841–1911 гг.). Пытаясь дополнить соловьевскую схему истории России XVI в. указанием на роль экономического фактора, Ключевский оставил в центре внимания все же проблему развития великокняжеской, а позднее царской власти. Создание национального великорусского государства представлялось Ключевскому, как и Соловьеву, по существу процессом превращения «вотчины» в «государство». Русское государство в XVI в. было, по мнению Ключевского, абсолютной монархией, но с аристократическим управлением[65]. В середине XVI в. по указанию «умных руководителей царя» — Макария и Сильвестра из среды боярства была создана Избранная рада, которая провела ряд важных государственных мероприятий[66]. В творчестве В. О. Ключевского наибольший интерес представляет не его общая схема исторического процесса, а его конкретные исследования. Труды по истории землевладения, холопства и крестьянства, по истории государственных учреждений (Боярской думы и земских соборов), обстоятельные разборы монографий Н. А. Рожкова и Н. Д. Чечулина содействовали освещению важнейших вопросов социально-экономической и политической истории середины XVI в.

Период империализма в России был временем глубокого кризиса буржуазной исторической науки. Этот кризис, в частности, выражался в воскрешении старых концепций, в возврате к так называемому государственному направлению, в уходе от широких обобщений, в исследовании малозначительных тем и т. д.

Идейный тупик, в который зашла буржуазная историография в конце XIX — начале XX в., сказался в трудах С. Ф. Платонова. Выступая с попыткой обосновать на историческом материале незыблемость самодержавия, испытывая страх перед нараставшим революционным движением, реакционная дворянская и либерально-буржуазная историография все чаще обращала свое внимание ко времени укрепления централизованного государства.

Создавая свою апологию опричнине и деятельности Ивана Грозного, который якобы отстаивал «принцип единовластия, как основание государственной силы и порядка»[67], Платонов черными красками рисует боярское правление и деятельность Избранной рады. При этом он исходит из той характеристики, которая была дана правлению Адашева и Сильвестра самим Иваном IV. Платонов не видит никаких закономерных предпосылок для тех боярских усобиц, которыми заполнены 30–40-е годы XVI в. Столкновение бояр «представляются результатом личной или семейной вражды, а не борьбы партий или политических организованных кружков»[68]. Избранная рада, по Платонову, — «боярский кружок, захвативший в руки всю власть»[69]. Адашев и Сильвестр видели «наиболее пригодную для государственного управления среду… в потомстве удельных князей». Опека тяготила царя, и после расхождений с Радой по внешнеполитическим вопросам он к 1557 г. освободился от ее влияния[70].

Представления С. Ф. Платонова о событиях середины XVI в. повторяют наиболее идеалистические представления дворянско-буржуазных апологетов самодержавия.

В трудах Н. П. Павлова-Сильванского (1869–1908 гг.) был поставлен вопрос о том, что Россия, подобно другим европейским странам, пережила стадию феодализма. Но Павлов-Сильванский рассматривал феодализм на Руси в формально-юридическом аспекте, прежде всего как раздробление верховной власти, систему вассальной иерархии и господства крупного землевладения[71]. Конкретное изучение русского исторического процесса он зачастую подменял механическим сопоставлением русских феодальных институтов с западноевропейскими. Период феодализма на Руси историк искусственно доводил лишь до середины XVI в., когда якобы он был заменен сословной монархией[72]. Верное наблюдение об утверждении сословно-представительной монархии в России сочеталось у Павлова-Сильванского с историческим противопоставлением этой монархии «феодальному порядку». Известный интерес представляли специальные исследования Павлова-Сильванского о составе господствующего класса XV–XVI вв. и о кабальных людях[73].

В борьбе с буржуазной историографией несомненная заслуга принадлежит М. Н. Покровскому (1868–1932 гг.). Однако взгляды самого Покровского на историю России середины XVI в. не отличались достаточной четкостью и их методологической основой был скорее экономический материализм, чем материализм исторический. Признавая наличие на Руси XVI в. феодальных отношений, Покровский двигателем русского исторического процесса в этот период считал торговый капитал. В первой половине XVI в., по его мнению, складывались экономические предпосылки опричнины, происходил «аграрный переворот», сущность которого сводилась к переходу «феодального вотчинника к денежному хозяйству»[74].

Уже в 30–40-е годы XVI в., в годы выступления князей Шуйских, тесно связанных с посадом, сложился «союз посадских и боярства»[75] Во время реформ середины XVI в. установился «компромисс между феодальной знатью, буржуазией и мелкими помещиками», державшийся примерно до 1560 г.[76]. Сильвестр у Покровского выступал как «представитель буржуазного течения», выдвинутый посадом после событий 1547 г.[77]. Если губная реформа соответствовала интересам служилых людей, то земская реформа выросла из посадской программы[78]. Падение Адашева Покровский связывал с тем, что он «обоярился» после событий 1553 г., стал идти «на поводу за своими родовитыми коллегами»[79]. Сильвестр потерял популярность тем, что протестовал против выгодной для торговцев Ливонской войны[80]. Несмотря на ряд верных наблюдений (в частности, о компромиссном характере политики Избранной рады), в целом концепция Покровского отдавала вульгарным социологизмом, непомерным преувеличением степени развития денежных отношений в XVI в.[81]

Почти одновременно с Покровским Г. В. Плеханов в июне 1914 г. опубликовал свой первый том «Истории русской общественной мысли», где высказал сходную оценку деятельности Избранной рады как компромиссной. Время господства Избранной рады в управлении государством, по мнению Плеханова, «было временем компромисса между боярством, духовенством и дворянством». Боярству этот компромисс был выгоден во всяком случае потому, что «отсрочил наступательный против него союз духовенства и дворянства с царем». С другой стороны, представители духовенства и дворянства могли рассматривать этот союз с боярами полезным «для вразумления Ивана». Этот компромисс был нарушен происками «осифлянского» духовенства. Он не был прочным, потому что Россия «все более и более превращалась в вотчинную монархию восточного типа»[82]. Существо «компромисса» середины XVI в. Плеханов объясняет не сложными условиями обострения классовой борьбы, а переплетением отношений внутри самого господствующего класса.

С позиций экономического материализма освещал ход исторического процесса Н. А. Рожков (1868–1927 гг.). Чисто экономический фактор, механически понимаемый им вне рассмотрения взаимодействия базиса и надстройки, выдвигался в качестве ведущего при изучении явлений общественной жизни. «Н. Рожков, — отметил В. И. Ленин, — … заучил ряд положений марксизма, но не понял их»[83]. Этим в частности, объясняется то, что вслед за Павловым-Сильванским Рожков ограничивал период феодализма на Руси серединой XVI в. Конец феодализма и начало периода «дворянской революции» Н. А. Рожков относил ко времени опричнины и связывал их с переходом от натурального к денежному хозяйству[84].

Вслед за Соловьевым Рожков видел в борьбе Шуйских и Бельских не просто борьбу за власть, а проявление центробежных и центростремительных сил. Шуйские, по его мнению, умели связаться с посадскими людьми, а Бельские тяготели к родовому дворянству. Политику Избранной рады Рожков рассматривал, ссылаясь на Покровского, как компромиссную. Феодальная аристократия вынуждена была в середине XVI в. делиться властью с дворянами (Адашев) и нестяжательским духовенством (Сильвестр). Как компромисс между дворянством и знатью расценивал Рожков земскую реформу и преобразования центрального государственного аппарата[85].

В конце XIX — начале XX в. вышел в свет ряд больших монографий, освещающих разнообразные вопросы Экономической жизни и политического строя Русского государства XVI в. Для них, как правило, характерно было широкое привлечение архивных материалов и сравнительно узкая постановка темы, не содержавшая широких исторических обобщений. Н. А. Рожков обстоятельно исследовал сельское хозяйство России[86]. После краткого рассказа о климатических и почвенных условиях различных районов страны автор рассматривает сельскохозяйственное производство, цены на продукты сельского хозяйства, распределение продуктов и торговлю ими, наконец, делает интересные наблюдения о составе населения и распределении земельной собственности. Работа Рожкова, основанная на большом актовом и писцовом материалах, при всех ее недостатках (гипотетичность выводов, полученных из сравнения часто несопоставимых данных, относящихся к разным районам страны) сохраняет свое научное значение и до настоящего времени.

В исследовании Н. Д. Чечулина о русских городах XVI в. содержится тщательно обработанный материал писцовых книг и сотных записей[87]. Автор отметил особенности состава городского населения новгородских и псковских пригородов, городов по южной и юго-восточной окраине страны. Поскольку Чечулин не использовал приходо-расходных книг монастырей и актовый материал, торговля и городское ремесло были раскрыты им явно недостаточно.

Историю служилого землевладения избрал предметом своей монографии С. В. Рождественский[88]. Автор подробно анализирует правовые формы поместного и вотчинного землевладения, разбирает земельное законодательство XVI в., состав и распределение землевладения в разных районах Русского государства. Однако в силу буржуазной методологии С. В. Рождественский не ставил вопроса о феодальной земельной собственности как основы производственных отношений при феодализме.

Работы Рожкова, Чечулина, Рождественского и некоторые другие[89] при всем их положительном значении имели серьезные недочеты еще и потому, что не выделяли этапов в развитии экономики и социальных отношений в русской истории XVI в. В частности, сведения о первой половине и середине XVI в., как правило, тонули в общей массе данных, относящихся ко второй половине и в особенности к концу века[90].

Наиболее остро ощущается этот недостаток в исследованиях по истории государственного аппарата. После книги В. О. Ключевского о Боярской думе и его статьи о земских соборах XVI в. появился ряд обстоятельных монографий о центральных и местных правительственных учреждениях.

Особенно надо отметить труд Н. П. Лихачева о разрядных дьяках XVI в., вышедший еще в 80-х годах XIX в.[91] Для написания этой монографии автор привлек огромный материал, в значительной степени неопубликованный (разрядные книги, родословцы и т. п.), и сделал ряд ценных наблюдений по истории Разрядного приказа. Историки продолжают обращаться и по настоящее время к конкретным материалам Лихачева. К книге Лихачева близки по своему характеру исследования В. И. Сергеевича о государственных учреждениях древней Руси[92], С. А. Белокурова и В. И. Саввы о Посольском приказе XVI в.[93], С. А. Шумакова о губных учреждениях[94]. Весьма интересны исследования о русских финансах (организация обложения, состав налогов и т. п.)[95]. В этих работах содержалось много интересных архивных данных, до тех пор неизвестных исследователям. Но представление о государстве как о надклассовом явлении помешало авторам исследований о русских финансах понять классовый смысл тяжелого податного гнета, который ложился на плечи трудящегося населения страны.

Советская историография

Основоположниками научного социализма К. Марксом и Ф. Энгельсом было дано всестороннее подлинно научное освещение важнейших проблем истории образования централизованных государств в Европе. Этот процесс в конечном счете объясняется социально-экономическими предпосылками, выражавшимися в росте производительных сил, общественного разделения труда, товарно-денежного обращения и подъема городов. Складывавшиеся и укреплявшиеся в XV–XVI вв. феодальные монархии отражали интересы дворянства и находили поддержку со стороны городов, заинтересованных в прекращении феодальных усобиц. «Объединение более обширных областей в феодальные королевства являлось потребностью как для земельного дворянства, так и для городов»[96].

Развивая марксистское учение о причинах образования централизованных государств, В. И. Ленин показал исторические особенности этого процесса в России, где очень долго сохранялась экономическая раздробленность. Характеризуя «эпоху московского царства», В. И. Ленин писал, что тогда «.. государство основывалось на союзах совсем не родовых, а местных: помещики и монастыри принимали к себе крестьян из различных мест, и общины, составлявшиеся таким образом, были чисто территориальными союзами. Однако о национальных связях в собственном смысле слова едва ли можно было говорить в то время: государство распадалось на отдельные «земли», частью даже княжества, сохранявшие живые следы прежней автономии, особенности в управлении, иногда свои особые войска (местные бояре ходили на войну со своими полками), особые таможенные границы и т. д.» [97]

Эта яркая ленинская характеристика России накануне «нового периода» ее истории позволяет понять основную линию исторического развития страны в XVI в., которая связана с борьбой с остатками феодальной раздробленности.

Появление и распространение марксизма произвело переворот в исторической науке.

Советские ученые в основу изучения истории Русского централизованного государства положили важнейшие марксистско-ленинские положения о классовой природе и социально-экономических корнях феодального государства, являвшегося орудием угнетения помещиками-крепостниками крестьянства. Это — коренное отличие от всей предшествующей буржуазно-дворянской историографии, которая, сосредоточивая свое внимание на надстроечных явлениях, рассматривала государство как некий надклассовый орган.

Классики марксизма-ленинизма подчеркивали, что в период разложения феодализма создание централизованных монархий по сравнению с феодальной раздробленностью было прогрессивным явлением в жизни стран Восточной и Западной Европы. В том, чтобы «централизовать», сломать многочисленные феодальные перегородки, мешавшие экономическому и политическому развитию страны, и состояла, по словам Маркса, «цивилизаторская деятельность» абсолютной монархии[98].

Рассматривая события русской истории середины XVI в., Маркс подчеркивал большое значение активной внешней политики правительства Ивана IV, явившейся результатом проведения государственных преобразований. Он писал, что «весь период этих успехов, так же как и в области законодательства, совпадает со временем управления Адашева [99]»[100].

Создание централизованного государственного аппарата, имея в виду укрепление власти господствующего класса над эксплуатируемым населением, отражало резкое обострение социальных противоречий. «Мы всегда учили и учим, — писал В. И. Ленин, — что классовая борьба, борьба эксплуатируемой части народа против Эксплуататорской лежит в основе политических преобразований и в конечном счете решает судьбу всех таких преобразований»[101].

Изучение хода реформ середины XVI в. раскрывает во всем многообразии это важнейшее ленинское положение о решающем влиянии антифеодальной борьбы крестьянства и посада на ход и исход государственных преобразований.

Становление централизованного государства в России, как неоднократно отмечали классики марксизма-ленинизма, имело свои специфические черты, ибо происходило еще в обстановке неликвидированного феодализма. Далее, здесь, как и в ряде других стран Восточной Европы, сложилось не национальное, а многонациональное государство. Роль объединителя национальностей в России выпала на долю русского народа, находившегося на более высокой ступени социально-экономического и культурного развития; в руках феодалов находился довольно развитый государственный аппарат.

В результате ликвидации Казанского и Астраханского ханств в середине XVI в. к России были присоединены чуваши, мари, татары и башкиры. Народы Поволжья попали под тяжелый гнет царизма. Вместе с тем появились новые возможности для их дальнейшего экономического и культурного развития в единении с русским народом. «…Россия, — писал Энгельс, — действительно играет прогрессивную роль по отношению к Востоку». «…Господство России играет цивилизующую роль для Черного и Каспийского морей и Центральной Азии, для башкир и татар…»[102]

Вооруженная марксистско-ленинским историческим материализмом советская наука достигла значительных успехов в изучении истории России середины XVI в. В первую очередь это относится к вопросам социально-экономического развития страны, которые в дореволюционной историографии, как правило, оставались в тени, когда дело заходило о реформах Ивана Грозного.

В диссертации Н. А. Горской тщательно и всесторонне изучены вопросы истории земледелия и зернового хозяйства второй половины XVI — начала XVII в.; есть в этой работе сведения, относящиеся и к середине XVI в.[103] В отличие от книги Н. А. Рожкова в работе II. А. Горской широко привлечены к изучению ужинно-умолотные книги XVI в. и другие документы вотчинных монастырских архивов, что обогатило ее исследование ценным фактическим материалом.

В капитальном исследовании академика Б. Д. Грекова по истории крестьянства до XVII в. получили отражение кардинальные проблемы по истории крестьян XVI в.[104] Б. Д. Греков установил, что в середине XVI в. происходил рост собственно барского хозяйства, увеличение господской запашки и барщины в условиях распространения поместного землевладения. Он показал формы зависимости отдельных разрядов сельского населения в XVI в. К сожалению, для первой половины века им было использовано сравнительно мало материала, причем далеко не равномерно по различным категориям населения. Так, например, сведения о холопьем труде им, как правило, опускались. Это тем более досадно, что в большой монографии А. И. Яковлева о холопстве[105] из материалов XVI в. использованы в основном законодательные источники, а актовые (главным образом духовные грамоты) также выпали из поля зрения исследователя[106].

Б. Д. Греков и другие советские историки положили в основу своих исследований ленинскую концепцию исторических судеб крепостного права в России. Это позволило им на большом конкретно-историческом материале показать, как жило и боролось за свою свободу русское крестьянство — основной производящий класс феодального общества.

Для того чтобы выяснить конкретные черты состояния экономики России XVI в., советские историки обратили свое внимание на развитие производительных сил и производственных отношений в феодальной деревне. Одной из особенностей сохранившихся источников этого периода экономического характера является то, что большинство из них относится к фондам монастырей-вотчинников. Поэтому изучение экономики XVI в. в советской науке в значительной степени основывалось на исследовании монастырского хозяйства[107].

Б. Д. Греков продолжил начатые им еще до Великой Октябрьской революции исследования хозяйства крупнейшего новгородского феодала — Софийского дома[108].

Очень полезное исследование о хозяйстве Соловецкого монастыря XVI–XVII вв. написано А. А. Савичем, который основное внимание уделял промысловой деятельности этого вотчинника, в широких размерах занимавшегося соледобычей[109].

Небольшую, но весьма содержательную статью о хозяйстве Иосифо-Волоколамского монастыря XVI в. на новых материалах написал М. Н. Тихомиров[110]. Вышли в свет также работы по истории вотчинного хозяйства Кирилло-Белозерского и Болдина-Дорогобужского монастырей[111].

Николай Кленов. ГРОЗНЫЙ КАК ИТОГ ЭВОЛЮЦИИ РУССКОГО ГОСУДАРСТВА [Ч.I]


    Часть вводная.

 Самой любимой для меня (хотя и не обязательно лучшей) эпохой в отечественной истории являются XIV–XVII века, время Великого княжества Тверского, Великого княжества Московского и Московского Царства. Такие предпочтения, мягко говоря, не слишком распространены. Кто-то считает лучшим временем советский период нашей истории, кто-то – петербургский, кто-то любит домонгольскую княжью Русь, кто-то покорен «легендарным» догосударственным временем, кто-то считает мерзостью и пакостью все государства, все общества, существовавшие на наших землях.

Моих же единомышленников в этом вопросе можно пересчитать по пальцам, и токое отношение к этой эпохе можно понять. Да, я понимаю, что XIV–XVII века не были славнейшей эпохой отечественной военной истории. На каждую яркую победу этого времени приходится хотя бы одно обидное, жестокое поражение. Были тогда Вожа, Непрядва, Ока, снова Ока, Угра, Казань, Ведроша, Гельмед, Смоленск, снова Казань, Полоцк, Молоди, Псков, Москва, Шепелевичи. Но были и Тростна, Москва, Белев, Суздаль, Орша, Улла, Москва, Венден, Полоцк, Кромы, Клушино, Смоленск, Чуднов.

Да, социальное и политическое устройство Великого княжества Московского и Московского Царства лично у меня не вызывает особого восторга.

Да, я не вижу в то тяжелое время в России и никакого особого «расцвета духовности».

Наконец, по такому критерию, как количество «русских людей» и качество их жизни, рассматриваемая эпоха, по моему скромному мнению, была не лучшей в нашей истории.

Так что мифическая интегральная характеристика времени, складывающая из социальных и демографических показателей, культурных и военных успехов народа и государства, именно где-то между XIV и XVII веками проходит через минимум.

И именно поэтому такая эпоха неизбежно должна была стать моей «любимицей». Уж очень прочно забита в мою голову простая мысль: сила, прикладываемая к «телу» в некоторый момент времени, определяет его УСКОРЕНИЕ в этот момент, то есть вторую производную по времени от упомянутой мифической интегральной характеристики. И, следовательно, эпоха, когда «качество» нашей жизни прошло через минимум, а производная от этого «качества» поменяла знак – это время наиболее продуктивного приложения к нашей истории «положительных» сил.

Действительно, семейное дело Рюриковичей со времен Владимира Святославича «Святого» медленно, но верно, поколение за поколением, теряло силу и драйв.

Сначала «Русь» ушла с Черного моря, затем – из циркумпонтийского региона, оставив земли на юг от днепровских порогов печенегам и куманам-половцам. Степняки, что во времена Святослава Старого драпали от Киева от одной лишь тени княжеской дружины, со временем вошли во вкус и принялись ходить к русским столицам как на работу. Отступали Рюриковичи к XIII веку и на севере, отдав Прибалтику практически без боя. Отступали и на западе, где всерьез встал вопрос о переходе Галицкой земли в состав Венгерского королевства. Яркие лидеры, вроде Владимира Всеволодовича «Мономаха», на время задерживали процесс деградации бывших «русских Славиний», но после их смерти кризис набирал новую силу.

Об общих причинах кризиса средневековой Руси сказано много разумных слов. Но я бы здесь хотел сосредоточиться на одной, но ключевой проблеме. На проблеме противоречий между интересами государства, концентрированным выражением которого и являлся сакральный род облеченных властью потомков Рюрика, — и интересами конкретных земель и населяющих эти земли «людей».

Причем эта важнейшая проблема обычно как-то теряется на фоне рассуждений о бедах «феодальной раздробленности». А ведь подлинной бедой стало не неизбежное формирование относительно самостоятельных и устойчивых «земель», но формирование устойчивого порядка вещей, в котором князь некоторой «земли» бился не за её расширение, не за торговые интересы её «людей», а за своё продвижение на новые, более престижные и богатые столы. Иллюстрировать этот тезис можно практически бесконечно. Мне хватит лишь указания на то, что в 1152 году, как раз во время активной войны ростово-суздальского князя Юрия Долгорукого на юге за родной Остерский городок, «приидоша болгаре по Волзе к Ярославлю и оступиша градок… » [1], и чудом его не взяли. Князь занят борьбой за новые столы, тогда как в его земле хозяйничают страшные и ужасные булгары. По мне — яркая картина упадка княжьей Руси.

Этот порядок вещей привел Русь к катастрофе. И именно в XIV веке этот катастрофический порядок был, наконец, сломан. Литовские князья сформировали ядро своего полиэтничного государства и заключили «союз» хотя бы со своими элитами. Со времен Гедемина и его сына Ольгерда (первая половина XIV века) Литва приступает к масштабной экспансии в интересах своих князей и своего общества, и противостоять таким объединенным усилиям князья и земли Руси не могут, да иногда и не хотят. В это же время на Северо-Востоке (в Твери, в Суздале, в Галиче, в Стародубе, в Москве) ряд Рюриковичей сообразил, что «дальше так жить нельзя» и также заключил союз с элитами своих княжеств. Символично, что именно с началом XIV столетия начинается эпопея московских «примыслов», верный признак того, что правители тогда еще не «белокаменной» и вполне «резиновой» оставили надежду найти себе новые почетные столы и принялись всячески укреплять имеющийся. На Северо-Востоке и Северо-Западе нужда привела к тому, что интересы и цели князей и «людей» в ключевых вопросах совпали. Как следствие, с XIV века появляются новые и новые земли, где живут потомки «людей» из «русских Славиний» (Великое Княжество Литовское колонизует Подолию, Москва – Тулу, Мещеру, Пермскую землю). В XVI веке этот процесс приобретает лавинообразный характер.

Неформальный «союз» между государством и обществом привел также к медленной, но верной эволюции политических и социальных структур в направлении к «служилому государству», о котором тут стоит сказать особо. Я уже говорил выше о том, что социальное и политическое устройство Великого княжества Московского и Московского Царства лично у меня не вызывает особого восторга. Уж больно оно, устройство это, «сурово». Но и «справедливо», этого не отнять. Это и не удивительно, ведь суровые времена требуют справедливых и рациональных решений.

Служилому сословию России времен Ренессанса (в отличие от дворянства XVIII–XIX веков) не было нужды выдумывать сложные обоснования своего привилегированного положения. Всем и так было понятно, что часть от крестьянского тягла они получают за службу, за то, что рискуют жизнью на «берегу», защищая тяглых, за то, что по два-три месяца в походе спят под войлочным пологом и жрут овсяную болтушку. Тяглое сословие, отдающее часть своих трудов в обмен на безопасность, – это тоже участник упомянутого союза «государство-общество», пусть и «младший».


Но и господарь в XIV–XVII веках тоже участвует в союзе государства и общества. И этот «абсолютный» монарх, как правило, крепко связан путами традиций. Вопреки распространенному мнению, российский господарь в «темные монгольские времена» никогда не почитался в качестве «живого бога». Великий князь и царь в средневековой России – это лишь высший исполнитель нормы, но никоим образом не её источник. Хотя этот принцип за редчайшими исключениями нигде не формулируется специально (как и вообще все наиболее глубокие и потому как бы самоочевидные основы общественной жизни), его можно выявить по специфической реализации множества элементарных ситуаций, введенных в качестве нормативных в летописный или публицистический нарратив.

Так, воля господаря никогда не ставилась выше норм традиционной морали, а оценка деятельности царя или князя с точки зрения этой морали не является сама по себе мятежом. Об этом нам последовательно сообщает огромное количество источников, начиная с произведений «борисоглебского» цикла, решительно осуждающих «злого» князя, и заканчивая творчеством Ивана Грозного. Этот правитель, ближе всех подошедший к идее «святости» и принципиальной надморальности «царской власти», все же оставил нам следующие строки:

«Увы мне, грешному! Горе мне, окаянному!.. подобает вам, нашим государям, нас, заблудившися во тьме гордости и находящихся в смертной обители обманутого тщеславия… просвещать. А я, пес смердящий, кого могу учить и чему наставлять и в чем просветить? Сам вечно в пьянстве, блуде, прелюбодеянии, скверне, убийствах, грабежах, воровстве и ненависти… » [2].

Никогда не существовало и реальной традиции приписывать господарям непогрешимость и отрицать саму возможность принятия коллективных решений. Напротив, князья даже в совершенно «нормативных» текстах сплошь и рядом проявляют неблагоразумие, а тема «злых» и «добрых» советов князю красной нитью проходит через все летописные своды XIV–XVII веков. Причем исходить эти советы в нарративе могут и от ближних бояр и дружины, и от городской общины в целом, и от представителей сословий и группировок. Так, в известной истории о том, как Всеволод Юрьевич Большое Гнездо расправился со своими родственниками-конкурентами, летописец спокойно «передает» инициативу владимирцам:

«Бысть мятежь велик в граде Володимери. Всташа бояре и купци, рекуще: княже, мы тебе добра хочемъ, и за тя головы свое складываемъ, а ты держишь ворогы свое просты. А се ворози твои и наши – суждалци и ростовци, любо и казни, любо и слепи, але даи намъ» [3]. Характерный момент: в данном случае мятеж как таковой не возмущает пристрастного, как мне кажется, летописца.

Со временем сам процесс «совещаний» упорядочился и формализовался, что зафиксировано, например, в летописном рассказе о подготовке к «новгородскому» походу 1471 года:
на первом этапе планирования стратегическое решение обсуждается в узком окружении великого князя, в который входит в данном случае мать-княгиня, митрополит, «сущии боаре», которые и «советуют ему [господарю] исполнити мысль свою над Новгородци за их неисправление и отступление». Затем принятое стратегическое решение выносится на обсуждение господарем перед «братью своею,… все епископи земли своея, … князи,… бояре, … воеводы, и по вся воя своя» для выработки оптимальной тактики, чтобы «люди многы [не] истерял».

Наконец, не вызывало никаких сомнений существование не формализованного, но неоспоримого права на восстание общества против власти «неправедного», «злого царя». Это право четко сформулировано уже в упомянутом выше «борисоглебском» цикле, когда Святополк Окаянный был свергнут, как утверждает «Чтение и житии и погублении святую страстотерпцу романа и Давида», благодаря «правильному» народному восстанию:

«Бог сведыи таины сердечныя, и хотя всем человеком спастися и в разумъ истиныи приити, не попусти окаянному тако сътворити, нъ потреи от земли сея. Крамоле бывшеи от людии и изгнану ему сущю не токмо из града ны изъ области всея…» [4].

Таких «правильных» восстаний только в домонгольский период книжники XIV–XVII веков перечисляли бы десятками. После же нашествия тема праведного противостояния «злой» верховной власти со временем вообще занимает одно из центральных мест в прагматичной «идеологии» русского Ренессанса, подчиненной интересам общества (а не подчиняющей общество себе).

Таким образом, господарь в средневековой России – всего лишь высший функционер, первый слуга страны, этой «службой» (т. е. своим главным предназначением) он оказывается в некотором роде объединен со своими собственными подданными, представая в какой-то степени их коллегой, хотя бы и старшим (с большим отрывом). Для подобной власти есть точная и последовательная аналогия: это власть главнокомандующего на войне (он также наделен не ограниченными формально полномочиями, но и он, и его подчиненные твердо знают, что сделано это исключительно ради самих подчиненных и их дела — не армия для командующего, а он для армии; он также считается членом той же военной корпорации, что и его подчиненные, их коллегой, «первым солдатом армии»).* Для обсуждаемого русского «служилого» государства, заключившего в целях выживания союз с обществом, такая аналогия особенно актуальна.

Наконец, стоит признать, что описанный «союз» общества и государства, равно как и рациональное, потребительское отношение общества к верховной власти и государству в целом – это то, чего, как мне кажется, больше всего не хватает современной России. И опыт первого и единственного в нашей истории «коренного перелома» XIV–XVII веков кажется мне для решения этой проблемы весьма полезным.

Вот только опыт этот не стоит ничего без понимания ответа на простой вопрос: откуда есть пошла традиция рассуждений о «русском рабстве», о «необходимости самовластья и прелестях кнута»? Ведь должно же быть что-то под этой давней и основательной историографической, историософской, идеологической традицией!

И даже самому далекому от отечественной историографии человеку при попытке ответить на этот вопрос придет в голову имя Ивана Грозного, «прозванного за жестокость Васильевичем».

Что ж, попробуем понять, откуда взялся действительно страшноватый промежуточный итог развития русского государства в виде «грозной опричины».

И сразу придется признать, что центральные персонажи «грозной истории» — Царь, Митрополит, Коварные/Честные Бояре — существуют в том самом общественном сознании (далеком от реальной отечественной истории) в некоем  призрачном пространстве, царстве теней, что полностью меняет смысл всех событий той эпохи, превращая многие и многие суждения о ней в очередные притчи о том, как «власть развращает, а абсолютная власть развращает абсолютно». Притчи эти, может, выходят и красивыми. Но к жизни они, видимо, по всей Земле не имеет отношения вот уже несколько тысяч лет. Просто потому что нет и не может быть абсолютной власти у человека над человеком в структуре, хоть немного превосходящей размерами и сложностью первобытное племя. И основным моим побудительным мотивом при написании данной статьи стало желание попытаться исправить эту несправедливость, если и не рассказать о людях той эпохи (мне эта задача явно не по силам), то хотя бы показать краски той жизни в нескольких смачных эпизодах. Ну а если удастся показать вам, читатели, как глупы попытки приладить к нашей нынешней жизни опыт трагических ошибок из иного, невероятно чужого нам мира — то и совсем хорошо. (Здесь несогласные с этим тезисом, равно как и уставшие от букв, могут перейти к 14 выводам данной статьи.)

    Часть первая. Отважные «злодеи».

В истории гибели средневековой Москвы невероятно интересны и «злодеи», и «жертвы». Эти фигуры второго плана даже интересней талантливого «главного героя», что так долго исполнял роль «государя по Божию изволению, а не многомятежному человеческому хотению».

Возьмем для примера «архизлодея», Алексея Даниловича Басманова-Плещеева. Да, того самого, из-за которого в 1565 году  «… попущением Божием за грехи наши возъярился царь и великий князь Иван Васильевич всеа Руси на все православное християнство по злых людей совету Василия Михайлова Юрьева да Олексея Басманова и иных таких же, учиниша опришнину разделение земли и градом» [5]. И увидим следующие примечательные факты биографии представителя элиты XVI века:

1552 год. Сентябрь месяц. Ворота царствующей Казани. И лютая сеча, жуткая свалка вокруг подтащенных к самым воротам русских тур. В обеденное время, когда многие русские ушли с переднего края, чтобы перекусить в относительно спокойной обстановке, крупный отряд казанцев, воспользовавшись секретными выходами из города, неожиданной атакой почти сумел захватить столь важные для осаждающих укрепления. Воевода большого полка князь Михаил Иванович Воротынский в этом безумии ранен в лицо и выжил лишь благодаря отменным доспехам. Тяжело ранены окольничий Петр Морозов и князь Юрий Кашин. Но русские выстояли в этом аду. И ключевым моментом этого важнейшего эпизода всего Казанского взятия стал своевременный контрудар резерва из государева полка под командованием молодого окольничего Алексея Басманова-Плещеева.

1558 год. С небольшим отрядом свежеиспеченный боярин приходит в пограничный Ивангород… и получает удивительный подарок судьбы. В расположенной за рекой ливонской Нарве начинается крупный пожар, и русский отряд под командованием Басманова, воспользовавшись подручными средствами для переправы, обеспечивает третье по значимости (после Казани и Полоцка) взятие «грозного» царства.

1564 год. Матерый политик и администратор на отдыхе под Рязанью —
«На Рязани были во государевом жалованье в поместье боярин Олексей Данилович Басманов Плещеев да сын его Федор, и слыша многие крымские люди приход на Рязанскую Украину, они же со своими людьми… крымских людей побили и языки поимали… Те языки сказали, что пришел крымский царь Девлет-Гирей, а с ним дети его: то первая весть про царя, безвестно убо бяше пришел… сам Олексей и сын его Федор сели в городе на Рязани со владыкой Филофеем и ту сущих во граде людей обнадежили, не сущу бо тогда служилым людей никому… Татары же…многажду прихождаху и хотяху взятии град, … ничто успеша и от града отступиша в свои страны» [6].

Такой вот злодей, с немногими своими людьми сорвавший форменный ужас под названием «безвестный выход основных крымских сил в центр России». Стивен Сигал отдыхает. И обратим внимание на то, что взятие Нарвы и оборона Рязани представляют старшего Басманова-Плещеева человеком не только лично отважным (этим тогда никого особо было не удивить), но и решительным полководцем, умеющим принимать и проводить в жизнь нестандартные решения в экстремальных обстоятельствах. Этот исторический деятель никак не похож на жалкую, рабскую душонку. Скорее уж А. Д. Басманов-Плещеев напоминает не отвратительного в своей мелкой мерзости исполнителя, а организатора и вдохновителя террора уровня как минимум робеспьеровского.

   Часть вторая. Властные «жертвы».

Не менее яркие и колоритные персонажи встречались среди жертв «грозной» трагедии 60-70-ых годов XVI века. И таких людей представляют в виде безгласных «чучел», способных лишь с кряхтением принимать несправедливые / «исторически обоснованные» кары! А ведь многие из этих людей пришли во власть благодаря вооруженному мятежу 1547 года. Да кое-кто из них (например, потомственный глава Конюшенного приказа И. П. Федоров-Челяднин) этот переворот, убравший с политической арены семью Глинских, и организовал. Как раз в 1547–1549 годах произошло масштабное расширение Боярской Думы, основными выгодополучателями которого оказалось семейство Романовых Захарьиных-Юрьевых. В 1549 году Д. Р. Юрьев и В. М. Юрьев получили боярство вместе со своими родичами З. П. Яковлевым и М. В. Яковлевым, братья Юрьевы получили под свой контроль Большой, Тверской и Казанский дворцы; контроль над реальным управлением государством этот клан захватил благодаря союзу с такими яркими администраторам как Н. А. Фуников и И. М. Висковатый. Эти люди управляли государством и сражались за влияние друг с другом. Так, довольно скоро после 1549 года основная власть начала переходить от Захарьиных в руки двух неродовитых и ярких политиков: Алексея Федоровича Адашева, обязанного началом своей карьеры дальнему родству все с теми же Романовыми, и священника из Благовещенского храма Сильвестра. Да, вот она, пресловутая «Избранная Рада», предмет острых и непонятных для непосвященных нас споров. И ведь о чем спорить, если источники, казалось бы, вполне ясны и непротиворечивы. Вот что говорит сам царь:

«вина и главизна всем делом вашего злобесного умышления, понеже с попом положесте совет, дабы аз словом был государь, а вы б с попом делом (владели)» [7].

А вот Иван Васильевич уточняет свою позицию:

Поп Сильвестр и Алексей Адашев «сдружились и начаша советовати отаи нас… и честию вас мало не с нами равняющее… всю власть во всей своей воле имый, ничто же от нас пытая, аки несть нас, все строения и утверждения по своей воле и своих советников хотения творяще» [8]

И Курбский, что характерно, даже не пытается ловить оппонента на слове, он практически соглашается с ключевыми для нас утверждениями Грозного, лишь меняя знак всех эмоциональных пропагандистских оценок. Естественно, вполне согласны с эпистолами Ивана Грозного и приписки к Царственной книге:

«Бысть же сей священник Селиверст у государя в великом жаловании и в совете духовном и в думном, и бысть яко всемогий, все его послушаху и нкито же смеяше ни в чем противися ему… » [9]

А вот свидетельство более позднего летописца, не зависящего лично ни от воли Ивана, ни от воли Курбского и его «литовских» покровителей: «А когда он [Алексей Адашев] был во времяни, и в те поры Руская земля была в великой тишине и во благоденствии и в управе… Да в ту же пору был поп Селивестр и правил Рускую землю с ним заодин, и сидели вместе в ызбе у Благовещенья…»[10].

Наконец, состоявшийся спустя четверть века после смерти Адашева разговор между московским послом к цесарю Лукой Новосильцевым и гнезненским архиепископом Станиславом Карнковским демонстрируют представления «заинтересованных» соседей о роли Алексея Адашева в управлении страной:  «Сказывали нам вязни наши: есть на Москве шурин государской Борис Федорович Годунов, правитель земли… а прежь сего был у прежнего государя Алексей Адашев, и он государство Московское тако же правил…»

Существование влиятельной группировки Адашева-Сильвестра в отечественном политикуме 50-ых годов XVI очевидно, равно как и очевидна безнадежность попыток найти отчеты, отправленные на имя «Избранной Рады». Филюшкин эту очевидность, как положено настоящему ученому, продемонстрировал, что не дает оснований для радикальных утверждений о том, что «реформы 1550-х годов были делом того же самого русского правительства, что было и до и после».

Продолжение  — следует…
__________________________________________

[1] ПСРЛ, т. 24, стр. 77
[2] Послание в Кирилло-Белозерский монастырь, Послания Ивана Грозного, ПЛДР
[3] Лаврентьевский список, стр. 385
[4] Богуславський С., Украино-русские памятники XI–XVIII веков о князьях Борисе и Глебе, стр. 194 (укр.)
[5] Пискаревский летописец, ПСРЛ, т. 34
[6] Продолжение Александро-Невской летописи, ПСРЛ, т. 29, с. 339
[7] Первое письмо Грозного Курбскому
[8] Переписка Ивана Грозного с Андреем Курбским
[9] ПСРЛ, т. 13, продолжение
[10] Пискаревский летописец, ПСРЛ, т. 34

Другие статьи цикла

Николай Кленов. ГРОЗНЫЙ КАК ИТОГ ЭВОЛЮЦИИ РУССКОГО ГОСУДАРСТВА [Ч.II]


Алексей Адашев — приближенный Ивана Грозного: биография, семья

Вспоминая историю прошлых веков, мы часто говорим о правителях, забывая, что государь вряд ли сможет успешно править без преданных исполнителей и советников. Именно на них держалась значительная часть забот о государстве. Одним из виднейших государственных деятелей эпохи Ивана Грозного был Алексей Адашев. Краткая биография этого сподвижника великого русского царя и будет предметом нашего исследования.

ранние годы

О ранних годах Алексея Адашева практически ничего не известно. Даже дата его рождения остается для нас загадкой. Поэтому точные годы жизни назвать нельзя.

В то же время известно, что Алексей был сыном боярина и воеводы Федора Григорьевича Адашева, происходящего из не очень знатного костромского рода Ольговых. Имя матери также является загадкой. Кроме того, у Алексея был младший брат Даниил.

Первое упоминание об Алексее Адашеве в летописях относится уже к его зрелому возрасту, а именно к 1547 году.

Первые шаги на службе Государю

Итак, как уже было сказано выше, Алексей Адашев впервые попал в поле зрения летописцев в 1547 году, когда исполнил на свадьбе царя Ивана Грозного положение развилки и фальши , чья обязанность заключалась в том, чтобы покрыть брачное ложе. Там же упоминается его жена Анастасия.

После этого события Алексей Адашев стал неизменным персонажем различных летописей и хроник, все более продвигался по службе, приближаясь к государю и влияя на него.

Решающие события

Поворотным моментом, окончательно определившим сближение Алексея Адашева и Ивана Грозного, стал знаменитый московский пожар 1547 года и последующие события.

Разразившийся летом «большой пожар» уничтожил более 25 тысяч домов москвичей. Люди стали обвинять в «казне божьей» род Глинских, родственников короля Иоанна по матери, имевших к тому времени на него огромное влияние. Недовольство народа выплеснулось в восстание, в результате которого один из представителей рода Глинских был растерзан толпой, а имущество рода было разграблено.

В конце концов повстанцев удалось уговорить прекратить бесчинства. Но тем не менее это восстание произвело на молодого Ивана Грозного значительное впечатление и заставило его коренным образом пересмотреть свою политику. Он оттолкнул Глинских и других знатных бояр, но привел новых людей, не имевших такого высокого происхождения. Среди них был Алексей Адашев.

Деятельность правительства

После этих событий начался стремительный взлет Алексея Адашева. Вместе с ним к королю подошел еще один знатный человек — священник Сильвестр.Они оказывали значительное влияние на государя и помогали ему в управлении страной.

В 1549 году Адашев стал главой выборного Совета. Это было своего рода правительство, которое только что создал Иван Грозный. Годы работы Избранной Рады ознаменовались рядом проводимых реформ. Именно в это время был созван первый в России Земский собор — сословный представительный орган, чем-то напоминающий современный парламент. В 1551 году в церкви состоялся Стоглавый собор.Кроме того, Адашев Алексей Федорович принимал активное участие в разработке Судебника, который был издан в 1550 году. В том же году Иван Грозный пожаловал ему титул окольничего.

Алексей Адашев также отличился в дипломатической деятельности. Он вел переговоры с Казанским ханством, Ливонским орденом, Ногайской Ордой, Польским королевством и Данией. Кроме того, он принял активное участие во взятии Казани в 1552 г., руководя инженерными работами.

Противостояние с Романовыми

В это время, благодаря женитьбе царя Иоанна на Анастасии Романовне, возвысился род Захарьиных, позже известный как Романовы, давший России целую череду королей и императоров.Они стали жестко соперничать в борьбе за влияние на царя с Адашевым и Сильвестром.

Переломным моментом в этой борьбе стал 1553 год, когда тяжело заболел царь Иван Васильевич. Тогда он потребовал от всех придворных присягнуть как будущий царь его сыну от Анастасии Романовны — Дмитрию. Это должен был сделать, между прочим, двоюродный брат царя Владимир Андреевич Старицкий, который по старому обычаю имел первое право на престол.Приближенный государь разделился на две партии: одна беспрекословно присягала на верность царевичу, а другая присоединилась к Владимиру Старицкому.

Адашев Алексей Федорович сразу присягнул Дмитрию, но отец его Федор Григорьевич отказался это сделать, опасаясь дальнейшего усиления Романовых. После этого случая и выздоровления Ивана Грозного царь перестал относиться к семье Адашовых с такой же благосклонностью.

Несмотря на холода в отношении царя Ивана Васильевича к Алексею Адашеву, последний долгое время имел значительное влияние на государственные дела.

Опал

Тем не менее, такое положение вещей не могло продолжаться все время, и Алексей Федорович это прекрасно понимал. Его не ввело в заблуждение даже то, что его отец вскоре после выздоровления Ивана Грозного получил чин боярина. Романовы все больше укрепляли свои позиции, а Адашев и Сильвестр отошли на второй план. Несмотря на смерть царевича Дмитрия в том же 1553 году, Романовы стали еще больше влиять на императора.

Предел жары между царем и Алексеем Адашевым пришелся на 1560 год. Незадолго до начала Ливонской войны в Прибалтике Алексей Федорович предпочитал ехать туда, подальше от двора. Это событие можно было бы считать своеобразной почетной справкой. Алексею Адашеву присвоено звание губернатора. Его непосредственным командиром был князь Мстиславский.

Но Алексей Федорович не мог снискать воинских почестей на полях Ливонии, так как в том же году умерла царица Анастасия, что еще больше озлобило царя Иоанна в отношении Адашевых.Поэтому Алексей Адашев был отправлен в крепость Дерпт на территории современной Эстонии и заключен в тюрьму.

Смерть

Именно в тюрьме в Дерпте умер в 1561 году Алексей Адашев. Смерть наступила из-за лихорадки, которой бывший глава Избранной Рады болел два месяца. На момент его смерти вместе с Алексеем Федоровичем не было ни родственников, ни родственников, ни друзей. Так закончились годы жизни одного из самых деятельных людей нашей Родины своего времени.

Однако такая смерть, вполне возможно, спасла его от более тяжелой участи, которую он уготовил царю Ивану Грозному и Романовым. Свидетельством тому может быть то, что вскоре после смерти Алексея Адашева его брат Даниил был казнен вместе с сыном Тархом. Аналогичная участь постигла и других членов семьи Адашевых, которые практически прекратили свое существование. Отец Алексея и Даниила Адашевых, Федор Григорьевич, умер еще в 1556 году естественной смертью.

Оценка деятельности

Конечно, не всякая фигура XVI века была столь яркой в ​​русской истории, как Алексей Адашев.Характеристика его деятельности большинством историков дается скорее положительная. Ему приписывают создание ряда государственных учреждений и обширную практику реформ. Правда, на этот раз длилось недолго. Особенно по контрасту с периодом активной деятельности Адашева вырисовывается эпоха опричнины и разгула мракобесия, наступившего после отстранения его от государственных дел.

Безусловно, дела на благо Отечества Алексея Адашева, как и его биография, заслуживают подробного изучения.

Адашев Басманов Курбский виски кто лишний. Алексей Адашев

Видное место в Избранной Раде занимали думный дворянин А.Ф. Адашев, придворный священник Сильвестр, митрополит Макарий, думный дьяк И.М. Висковатый, князь А.М. Курбский. И. п. (совет элиты) использовал книгу. А. Курбский в истории великого князя Московского. Массовый антифеод.

Русское государство в конце 1540-1550-х гг. В Избранную Раду входили приближенные царя Ивана IV Грозного.Во внешней политике внимание Избранного Раба вначале было приковано к востоку (присоединение Казанского и Астраханского ханств), позже стала оккупировать борьба за Прибалтику. Важность Сильвестра и Адашева при дворе создала для них врагов, главными из которых были Захарьины, родственники царицы Анастасии.

Рада обсуждала планы государственных реформ, внешней политики и руководила их реализацией. Некоторые участники И. р. сблизился с боярами — оппозиционерами, выступавшими против продолжения Ливонской войны 1558-83 (См. Ливонская война 1558-83).ИЗБРАННАЯ РАДА — круг лиц, приближенных к царю Ивану IV Грозному, по сути бывших неофитов. 40 50-е годы 16 века Польша. Иван находил в них, как и в царице Анастасии Романовне и в митрополите Макарии, нравственную опору и опору и направлял свои мысли на благо России.

Опасно болен, царь написал духовную грамоту и потребовал от своего двоюродного брата, князя Владимира Андреевича Старицкого, и бояр присягнуть его сыну, младенцу Дмитрию. Но Владимир Андреевич отказался приносить присягу, отстаивая собственные права на престол после смерти Иоанна и пытаясь образовать для себя партию.

Переписка Андрея Курбского с Иваном Грозным

Джон выздоровел и стал другими глазами смотреть на своих бывших друзей. Точно так же сторонники Сильвестра теперь потеряли благосклонность королевы Анастасии, которая могла заподозрить их в нежелании видеть ее сына на троне. Естественная смерть спасла его от царских репрессий, так как в ближайшие годы все родственники Адашева были расстреляны.

Усачев А.С. Летописец о начале царства и митрополии видит в середине 16 в.// Проблемы отечественной истории и историографии XVII-XX веков: сборник статей, посвященный 60-летию Я. Г. Солодкин. Один из братьев покойного государя, Юрий, по подозрению был брошен в тюрьму и там умер от голода. Другой брат, Андрей, испугавшись той же участи, бежал; ради собственного спасения замышлял восстание, но был схвачен и задушен; его жена и сын были заключены в тюрьму.

Дядя Елены, Михаил Львович Глинский, стал упрекать племянницу за ее родство с Телепневым; за это он был отправлен в тюрьму и умер от голода.Его сестру Аграфену заковали в кандалы и бросили в темницу. Молодому государю в 1544 году исполнилось тринадцать лет. На него повлияли братья Елена: Юрий и Михаил Васильевичи Глинские.

По наущению своих дядей юноша Иван приказал схватить Андрея Шуйского и отдать его гончим, которые тут же растерзали его. Федор Скопин-Шуйский и другие бояре его партии были сосланы. Его скитания по Русской земле, как благочестивые, так и грешные, тяжело отзывались на жителей.Между тем, отведав крови у Шуйского, он вошёл во вкус, и Глинские воспользовались этим и подтолкнули его дать волю своей впечатлительной натуре.

Говорили, что Владимир Мономах завещал эти регалии своему сыну Юрию Долгорукому и велел хранить их из поколения в поколение, пока Бог не воздвигнет в России достойного самодержца.

В начале 1547 года по царскому повелению были собраны девицы со всего государства, и молодой царь выбрал из них дочь покойного Романа Юрьевича Захарьина.Всем заправляли его родственники Глинские, везде сидели их воеводы, нигде не было справедливости, всюду имели место насилие и грабежи. Ивану Васильевичу это так не понравилось, что он приказал раздеть псковичей, положить на землю, обрызгать горячим вином и прижечь свечами волосы и бороды.

Компромиссная политика Избранной Рады в сфере распространения прав и привилегий бояр на дворянство, несмотря на непоследовательность, была выгодна дворянству.С этого времени царь, питавший отвращение к знатным боярам, ​​приблизил к себе двух неродившихся, но лучших людей своего времени, Сильвестра и Адашева.

1. Внутренняя политика Ярослава Мудрого включает:

А) Крещение Руси.
Б) Начало создания письменного свода законов.
В) Разгром печенегов.
Г) Заключение династических браков.

Ответ: 2

2. Назовите кого из исторических деятелей:

А) Вдохновил отряд словами: «Мёртвым не стыдно!»
Б) Осуществили крещение Руси?
В) По легенде он носил шапку, ставшую впоследствии символом царской власти на Руси?

Ответ: А) Князь Святослав Б) Князь Владимир В) Владимир Мономах

3. Расположите события в хронологическом порядке.

А) Взятие Бату Рязань.
Б) Ледовое побоище.
В) Взятие Киева монголами.
Г) Поход Тохтамыша на Москву.

Ответ: 1-A, 2-C, 3-B, 4-D

4. Как формируются ряды? Дайте краткий ответ.

А) 1147, 1255, 1703
Б) Тевтоны, Госпитальеры, Мечники, Тамплиеры.
С) Алексей Адашев, Сильвестр, Андрей Курбский, Иван Висковатый.
Г) Дубленка, кушак, утеплитель, порты.

Ответ: А) Год первого упоминания о Москве, основания Кенигсбергского замка, основания Санкт-Петербурга; возможен вариант: основание названных городов. Б) Члены духовных и рыцарских орденов. C) Члены Избранного счастливы. Г) Предметы одежды в России.

5. Что или кто лишний в ряду? Подчеркните лишнее слово.

А) Новгородское вече: объявляло войну и мир, провозглашало или изгоняло князя из Новгорода, избирало глав Новгородской республики, определяло размер княжеского земельного владения.
Б) Значение победы русских войск в Куликовской битве: подъем национального самосознания русского народа, Москва становится лидером в процессе объединения и освобождения России, походах Орды против Руси прекратились.
C) Кенигсбергский университет («Альбертина») в 16 веке. состоял из следующих факультетов: богословского, юридического, экономического, медицинского и философского.

Ответ: А) Определен размер княжеского земельного владения.Б) Прекратились походы Орды на Русь. С) Экономический.

6. Соотнести имя правителя с правовым актом (событием)

1. Анна Иоанновна
2. Екатерина II
3. Елизавета Петровна
4. Павел I
5. Петр I
6. Петр III

А) Манифест о вольности дворян
Б) Разрешение фабрикантам покупать крестьян для работы на фабриках
В) Освобождение дворян от обязательной службы рядовыми в армии
Г) Разрешение открывать фабрики независимо от сословия.
Д) Запрет выезда на барщину по воскресеньям
Е) Предоставление помещикам права ссылки крестьян в Сибирь 6-А

7. Прочитайте отрывок из работы историка Е. Ф. Шмурло, ответьте на вопрос и выполните задания.

А) Укажите прозвище лица, о котором идет речь в этом отрывке.
B) Назовите два события, которые имеют последствия в этом отрывке.
В) Что такое «латинская «ересь»»?

«Шведы и немцы были тогда врагами русского народа и русской веры.Таким образом, заслуга Александра в глазах современников состояла в том, что он: а) отстаивал политическую самостоятельность Русской земли — не допустил вторгнуться на нее иноземцев и б) отстоял чистоту русской веры — не допустил «латинского» ересь для искажения истинного православия. И раньше духовная связь России с Западной Европой была слабой — теперь рвались последние нити.

Ответ: А) Невский. Б) Невская битва и Ледовое побоище. В) Католицизм.

8. Закончите предложение, вставив значимые понятия, даты, имена.

А) Среди претендентов на русский престол в Смутное время был польский князь…
Б) XVII век историки называют «…………………..».

В) Первое высшее учебное заведение в Москве было основано в ………………

Ответ: А) Владислав. Б) «мятежный». В) 1687

9. Прочитайте текст и вставьте пропущенные слова.

Один день из жизни Петра I. Обычно он вставал и летом, и зимой в…. (четыре, восемь, одиннадцать) часов и, не одеваясь, в брезентовой куртке и ночном колпаке, садился за письменный стол и изучал: ………………., …………………., ……… …………….. (составление указов, еда, столярка, правка переводов, правка вышедшего номера газеты). В это время к нему с докладами приходили ………….. (министры, дьяки, дьяки). Затем он, быстро позавтракав, отправился в …………………….., …………………, ……………….. (Сенат, коллегия, столовая, корабельные мастерские). После обеда, который он занял ……………. (много, мало) времени, я ушел отдыхать на полтора-два часа. После сна…………(гуляли по Петербургу, снова занимались делами). Обычно собственноручно писал указы и грамоты, слушал бумаги, составленные по ……………. (утром, вечером) замечания. Его любимыми занятиями в минуты отдыха были ……………….., …………………., (Работа на токарном станке, игра в шахматы, посещение храмов, охота и рыбалка).

Ответ: Он вставал обыкновенно и летом, и зимой в четыре часа и, не одеваясь, в холщовой куртке и ночном колпаке, садился за письменный стол и был занят: составлением указов, проверкой переводов, исправлением вышел номер газеты. В это время к нему с докладами приходили министры. Затем он, быстро позавтракав, отправился в Сенат, коллегии, корабельные мастерские. После обеда, который занимал у него немного времени, он шел отдыхать часа на полтора-два.После сна я вернулся к делу. Обычно он собственноручно писал указы и письма, слушал бумаги, составленные на основании сделанных с утра замечаний. Его любимыми занятиями в минуты отдыха были работа на токарном станке, игра в шахматы.

10. Как зовут этого полководца и как минимум тремя знаменитыми победами в русско-турецкой войне 1878-1791 гг.?

стр. 1
ОЛИМПИАДА ШКОЛЬНИКОВ

ПО ИСТОРИИ. ШКОЛЬНАЯ ЭТАП.10 КЛАСС.

Фамилия, имя ___________________________________________ Класс ______

Время выполнения заданий 135 минут. Общая сумма баллов 100.
Задание 1. Выберите 1 правильный ответ в каждом задании и занесите выбранные ответы в таблицу:

1.1. Что из перечисленного относится к особенностям системы государственного управления в России конца XV ​​- начала XVI веков?

а) практика сбора полюдья;

б) обычай местничества;

в) наличие развитой системы заказов;

г) функционирование сословно-представительных органов власти.

1.2. Кто из известных российских исторических деятелей мог быть автором этой грамоты: « Полковники и все рыцарство… кто в Кремле сидит. Мы знаем, что вы, находясь в осажденном городе, терпите безмерный голод и великую нужду, ожидая со дня на день своей смерти…. не медлите послать нас к нам, сохраните в целости головы и животы, а я будем умолять всех ратных людей: кто из вас хочет идти в свою землю, тех без понятия отпустим, а кто хочет служить государю московскому, будем чтить ».

а) А.С. Она в; б) А.Д. Меньшиков; в) А.Л. Ордин-Нащокин; г) Д.И. Пожарский.

1.3. Какие земли были присоединены к России в первой половине XIX века?

а) Бессарабия, Финляндия, территория Варшавского герцогства;

б) Бессарабия, Западная Украина, Финляндия;

в) Западная Украина, территория Великого княжества Литовского, Финляндия;

г) Крымский полуостров, Финляндия, Казахстан.

1.4. Что из перечисленного было проявлением холодной войны в период руководства КПСС Н.С. Хрущев?

а) проведение фестиваля молодежи и студентов в г. Москве

б) строительство стены вокруг Западного Берлина

в) реализация программы «Союз-Аполлон»

г) отказ стран Восточной Европы от участия в «плане Маршалла»

Задание 2. По какому принципу формируются ряды? Дайте краткий ответ.

2.1. 1708, 1709, 1714, 1720 _________________________________________________________

2.2. Реабилитация, совнархозы, оттепель, мирное сосуществование

2.3 А.Н. Бенуа, К.А. Сомов, Л.С. Бакст, Э. Э. Лансер _____________________________
Задание 3. Что или кто лишний в ряду? Дайте КРАТКИЙ ответ:

3.1. Казаки, мещане, крестьяне, пролетариат, дворяне ___________________________

_____________________________________________________________________________

3.2. Адашев А.Ф., Басманов А.Ф. , утра Курбский И.М. Виски

____________________________________________________________________________


Задание 4. Расположите исторические события в хронологическом порядке.

1) Бой на р. Калка

2) Организация военных поселений.

3) Перевод крестьян на обязательный выкуп

4) Созыв Законодательной комиссии

5) Присоединение Новгорода к Московскому княжеству

6) Создание колледжей

7) Свадьба на царство Ивана Грозного

Задача 5. Установите правильность или ложность утверждений (ДА или НЕТ), занесите свой ответ в таблицу.

5.1 … Новый торговый устав А. Л. Ордина-Нащокина отменил привилегии иностранных купцов в России.

5.2 … Должность обер-прокурора Синода была названа государевым оком.

5.3 … Россия по замыслу Н.М. Муравьёвой должна была стать демократической республикой.

5.4 … Восстание крестьян Тамбовской губернии против советской власти в 1920-1921 гг. получил название «Махновщина»

5,5 … Парад Победы в июне 1945 года на Красной площади принимал Г.К. Жуков

Задание 6 … Кому даны эти клички? Поясните свой ответ.

6.1. «Граф Полусахалинский» ________________________________________________

_______________________________________________________________________________

6.2. «Бунтарь хуже Пугачева» ____________________________________________

_______________________________________________________________________________

6.3. «Повелитель половинной власти» _____________________________________________

_______________________________________________________________________________

6.4. «Белый генерал» ______________________________________________________________

_______________________________________________________________________________
Задача 7. Какие исторические события описаны ниже? Назовите не менее двух известных исторических личностей, связанных с каждым событием.

7.1. № «В России началось печатание церковных, богослужебных и других душеспасительных книг. До тех пор были написаны книги в Москве и по всей Русской земле. В написанных книгах, конечно, было много опечаток, неточностей и противоречий: в одной книге сказано об Иисусе Христе — «рожденный, несотворенный», а в другой — «рожденный, и несотворенный».Одни брали этот аз , а другие отмахивались… Печатному станку, проработавшему почти столетие, пришлось мирить все эти споры: пресс намеревался придерживаться одного — и счел этот аз излишним.

Люди, привыкшие слышать от своего шрифта в Символе веры этот аз , встали за него. »

_______________________________________________________________________________

_____________________________________________________________________________

7.2. «При дворе говорили с насмешкой: у княжны собрания с Преображенскими гренадерами. Сама эта великая императрица отправилась в казармы этого полка и собрала там преданных ей, со словами: «Дети мои, вы знаете, чья я дочь, идите со мной». Сделка была согласована, и офицеры и солдаты, предупрежденные о том, о чем идет речь, ответили: «Мы все готовы, мы их всех убьем».

________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________


Задача 8. Заполните пронумерованные пробелы в тексте. Вставляемые названия, понятия, географические названия занесите под соответствующими порядковыми номерами в таблицу.

Барклай де Толли начал свою службу унтер-офицером в возрасте пятнадцати лет. В 1778 году произведен в корнеты и только через восемь лет — в очередной офицерский чин — __ 1__ .

Отсутствие влиятельных родственников повлияло на прохождение службы. Барклай-де-Толли выдвинулся во время войны 1805-1807 годов против наполеоновской Франции, Во время русской __2__ Войну года 1808-1809 годов Барклай командовал одним из корпусов, действовавших в Финляндии, дослужился до генерала от инфантерии.Затем до конца войны был главнокомандующим всеми русскими войсками в Финляндии.

В январе 1810 года Барклай был назначен __3__ министра и на этом посту направляет мероприятия по укреплению армии и подготовке ее к уже назревающей новой войне с __4__ .

Весной 1812 года он стал главнокомандующим 1-й Западной армией. В начале Отечественной войны основное бремя ответственности за успех военных действий легло на Барклая.Его положение осложнялось его присутствием в армии __5__ с многочисленными придворными «советниками».

Только после того, как 1-я армия, отходя от западной границы, вышла из злополучного __6__ лагерь и пошел на восток, король ушел и Барклаю была предоставлена ​​свобода действий.

Умело возглавив отход своих войск, Барклай 20 июля вывел их на __7__ , куда через два дня подошла армия с юга __8__ , вошедшего в __________ под командованием Барклая.После ожесточенных боев русские войска продолжали отступать на восток. Но если раньше необходимость отступления была очевидна, то дальнейшее отступление Барклая, не желавшего рисковать армией в преждевременном генеральном сражении, вызвало в войсках открытый ропот. 17 __9__ он передал командование прибывшему в войска Кутузову. Пользуясь полным доверием нового главнокомандующего, Барклай остался во главе 1-й армии.

При Бородине Барклай-де-Толли руководил __10__ фланг и центр русских войск.Словно бросая вызов смерти, он появлялся в самых опасных местах. Под ним было убито и ранено пять лошадей. За Бородинское сражение Барклай награжден орденом __11__ 2-я степень. В __12__ , он подал рапорт об увольнении по болезни с должности главнокомандующего 1-й армией, и ушел в тыл. Незабываемой заслугой Барклая-де-Толли является сохранение армии в первый, самый тяжелый период войны.

В Санкт-Петербурге, в сквере напротив __13__ , есть памятники Кутузову и Барклаю-де-Толли.И портрет Барклая-де-Толли работы Доу, который, как и портрет Кутузова, в __14__ Галерея Зимнего дворца является одним из лучших произведений художника.




Вставка



Вставка

1

8

2

9

3

10

4

11

5

12

6

13

7

14

Задача 9. Внимательно изучите карту и выполните для нее задания.

9.1. Назовите период русской истории, некоторые события которого отражены на данной карте и укажите его хронологические рамки ________________________________

9.2 … Укажите год, к которому относятся события, изображенные на карте ___________________

9.3 … Введите название города, указанное на карте цифрой 1 __________________

9.4. Как зовут командующего Западным фронтом во время событий, изображенных на карте__________________________

9.5. Указать наименование государства, против которого были направлены действия Западного и Юго-Западного фронтов в указанных на карте событиях ___________________________

9.6. Введите название города, указанное на карте цифрой 2 __________________

9.7. Как зовут командующего Южным фронтом во время событий, изображенных на карте ______________________________________

9.8. Укажите фамилию командующего армией противника, против которой действовали войска Южного фронта ____________________________
Задание 10. Перед вами высказывания историков и современников о событиях и деятелях русской истории. Выберите один из них, который станет темой вашего реферата.

Ваша задача — сформулировать свое отношение к этому утверждению и обосновать его аргументами, которые кажутся вам наиболее существенными.При выборе темы исходите из того, что вы:

1. Четко понимаете смысл высказывания (не обязательно полностью и даже частично соглашаться с автором, но необходимо понимать, что именно он утверждает).

2. Вы можете выразить свое отношение к высказыванию (обоснованно согласиться с автором или полностью или частично опровергнуть его высказывание).

3. Иметь конкретные знания (факты, статистика, примеры) по данной теме.

4.Знать термины, необходимые для грамотного изложения своей точки зрения.

1. «Созданная борьбой с татарами самодержавная власть Московского Государя не уменьшалась, а возрастала, ибо наше политическое положение в то время было таково, что Московское государство больше походило на военный лагерь, чем на мирное общество народа, объединившегося во имя гражданского благоденствия». ( Н.И. Хлебников)

2. «Пётр не передавал России готовых плодов чужих знаний и опыта, теории и техники», а стремился «самые корни пересадить на своей земле, чтобы они дали свои плоды дома»… Это была вечная мысль Петра, его главная и самая плодотворная мысль. реформы». ( В.О.Ключевский).

3. «Смутное время особенно любопытно и памятно тем, что оно полностью раскрыло русскую жизнь со всех сторон. Она полностью раскрыла русский общественный характер, русскую политическую мысль и в то же время обнаружила до полной наготы все русские пороки и добродетели. ( Забелин И.Е.)

4. «Чья это победа? На мой взгляд, ничья.Ни Наполеон, ни Кутузов не достигли главных целей в Бородинском сражении. Французский полководец намеревался разгромить русскую армию и заставить Россию заключить выгодный для него мир. Кутузов поставил задачу отстоять Москву. ( Абалихин Б.С.)

5. «Россия отнюдь не была побеждена. Армия могла продолжать сражаться. Но… Петербург «устал» от войны больше, чем армия» ( А.И. Деникин об окончании Русско-японской войны)

6.«Одна из главных ошибок немцев объясняется тем, что они заблуждались в своих расчетах на несплоченность многонационального советского государства и недооценивали патриотическую готовность русских к борьбе за Родину». ( Из английского журнала, 1945 г.)

7. «Величие Н.С. Хрущева в том, что он решил сказать правду о сталинских преступлениях и взял курс на обновляющий, гуманизирующий социализм. Его слабости – непоследовательность, нерешительность, вера в собственную непогрешимость.( А.Е. Бовин ).

ОТВЕТЫ
1 .


1.1.

1.2.

1.3.

1.4.

б

р

б

б

2. 2.1. — сражения в период Северной войны 1700 — 1721

2.2. — художники


3. 3.1. — лишние: пролетариат, возникший в России в 60-х — 70-х годах XIX века.

3.2. — лишние: А. Ф. Басманов, не входивший в Избранную Раду царя Ивана IV.


4. 1, 5, 7, 4, 6, 2, 3
5.

5.1.

5.2.

5.3.

5.4.

5.5.

да

да

нет

нет

да

6 . 6.1 … Летом 1905 г. С.Ю. Витте был послан императором в США для заключения Портсмутского мирного договора с Японией.Поскольку в результате Япония отошла половине Сахалина (она претендовала на весь), он получил шутливое прозвище «Граф Полусахалинский».

6.2 … Прочитав книгу А.Н. Радищева «Путешествие из Петербурга в Москву» Екатерина II заявила об авторе, что он «бунтарь хуже Пугачева».

6.3 …Александр Данилович Меншиков (1673-1729), ближайший сподвижник Петра I. Выражение иногда служит основой для однотипных словосочетаний, с соответствующей заменой «гнездовой» принадлежности.

6.4 … Михаил Дмитриевич Скобелев — вошел в историю с прозвищем «Белый генерал», которое всегда с ним связано, и не только потому, что он участвовал в боях в белом мундире и на белом коне.

7. 7.1. — начало книгопечатания в России. Первопечатник И. Федоров, царь Иван IV Грозный.

7.2. — Дворцовый переворот 1741 года. Елизавета I Петровна, герцог Бирон, А. Ф. Разумовский.


8. 1 — лейтенант 8 — Багратион

3 — военный 10 — правый

4 — Франция 11 — Джордж

5 — Александра 1 12 — Тарутинский

6 — Вильненский 13 — Казанский

7 — Смоленская 14 — военная
9. 9.1. — Гражданская война 1918 — 1920 гг. 9.5. — Польша

9.2. — 1920 9.6. — Севастополь

9.3 — Варшава 9.7. — М.В. Фрунзе

9.4. — М. Тухачевский 9.8. — Барон Врангель
стр.1

Вдохновителем первой русской перестройки был Алексей Адашев

В русской истории имя Алексея Адашева неразрывно связано с событиями первых лет царствования Ивана IV.Затем, в ходе реформ, решительно проводимых молодым царем и его ближайшим окружением — кругом единомышленников из «Избранной Рады», стала создаваться новая модель государственного, общественного и военного управления России. У начала этой грандиозной работы стоял окольничий, начальник челобитного приказа и царский постельник Алексей Адашев.

В его непосредственном ведении находился личный архив государя. Заведовал печатью «для быстрых и тайных дел», руководил работой по составлению казенного разрядника «Государь родословия», редактировал материалы казенного «Летописца начала Царства».Должности, как видим, серьезные, ответственность огромная, но Алексей Адашев справился с поставленными перед ним задачами настолько успешно, что сам царь впоследствии стал завидовать ему и его помощникам, заявив: «С меня отняли всякую власть, а они сами правили, как хотели». Кем был такой выдающийся человек в русской истории середины XVI века, какого рода он был племени, как смог добиться значительных чинов и значительного влияния в Московском государстве?

Вхождение в царский синклит

В биографиях этого видного политика обычно сообщается, что Алексей Федорович Адашев происходит из богатой, но не родовитой семьи костромских дворян, наживших состояние на торговле солью.Это так, только биографы часто забывают отметить одну важную, но существенную деталь — Адашевы были дальними родственниками окольного Романа Юрьевича Захарьина, на дочери которого Анастасии молодой царь женился в 1547 году. Первый брак Ивана IV также возвысил родственников первая русская царица, в том числе Алексей Адашев. Благодаря своему уму, блестящим организаторским способностям он вскоре добился исключительного доверия государя, который, по словам князя Андрея Курбского, не мог без совета Адашева «устроиться или подумать».Став, таким образом, ближайшим советником царя, Алексей Федорович собрал вокруг себя, как сказали бы теперь, команду единомышленников, стремящихся создать в стране мудрый и справедливый порядок, основанный на сотрудничестве правительства и «земли». , то есть все имения Московского государства. Ближайшим другом Адашева был священник Сильвестр, обладавший большим даром убеждения. Вместе они возглавили «Избранную Раду» — орган власти, правивший Россией 10 лет (с 1549 по 1560).Термин «Избранная Рада» впервые употребил князь Курбский, впавший в опалу и бежавший, опасаясь за свою жизнь, за пределы России. Находясь в Литве, он написал книгу «Повесть о великом князе Московском», в которой рассказал о времени, когда царь Иван Васильевич правил страной по соглашению со своими советниками — «Избранная Рада».

Большинство исследователей считают, что именно так Курбский на польский лад называл государственный орган, который на самом деле носил другое, русское название. Вопрос действительно очень сложный — делопроизводство «Избранной Рады» не сохранилось и ее существование не отражено в летописях.Возможно, поэтому историк С.В. Бахрушин предложил Курбскому назвать Ближнюю Боярскую думу «Избранной Радой». Но при внимательном изучении состава Думы и органа, известного как «Избранная Рада», становится ясно, что речь идет о разных царских «советах». Ведь только о трех приближенных бояринах Ивана IV — князе Д.И. Курлятев, И.В. Шереметев и М.Я. Морозов — знаем, как насчет лидеров «Избранной Рады». Более того, принимая активное участие в деятельности этого «правительственного круга», как историки иногда называют «Избранную Раду», князь Андрей Курбский был пожалован в боярский сан лишь в 1556 году (в возрасте 28 лет).А бесспорное участие митрополита Макария и иерея Сильвестра в делах «Избранной Рады» свидетельствует о более сложном составе царского синклита. Если учесть то немаловажное обстоятельство, что главой казенного учреждения является отнюдь не родовитый боярин, а простой дворянин Алексей Адашев, то становится ясно, что «Избранная Рада» — не польское название Ближней Боярской думы. . Сказанное, конечно, не исключает тесного взаимодействия двух «синклитов».В середине 50-х годов XVI века Адашев и Курбский стали членами Ближней Боярской думы и вместе с князем Д.И. Курлятев, И.В. Шереметев, М.Я. Морозов и, возможно, князь Д.Ф. Палецкого, составляют ее стабильное большинство. В то же время именно в эти годы в состав Среднебоярской думы вошли враждебные лидерам царской «синклиты» лица, как чаще всего называет «Избранную Раду» сам Грозный, — посольский дьяк Иван Висковатов и казначей Никита Фуников. -Карцев.Так что можно с полным основанием говорить о существенном отличии «Избранной Рады» от сложившейся в России системы государственного управления.

«Злой совет» — как впоследствии Иван IV стал называть «синклити» — обладал реальной властью и сосредоточивал в своих руках все нити управления страной. Это не могло не ограничивать властных прерогатив короля. Тот же беглый князь Курбский, как о должном порядке вещей, писал, что без совета «синклита» царь ничего не мог устроить и придумать.Эта особенность «Избранной Рады» является ответом на вопрос о причинах падения и опалы руководителей столь могущественного и авторитетного государственного органа.

Реформатор

Деятельность «Избранной Рады» известна нам, прежде всего, по реформам 50-х годов XVI века, направленным на укрепление государства и укрепление авторитета центральной власти, павшего в ходе годы боярского княжения. Политическая система России нуждалась в приспособлении к новым условиям жизни, в существенном обновлении государственно-правового строя.

Наиболее значимым событием «Избранной Рады» считается составление нового Судебника – свода основных законов, пришедших на смену устаревшему Судебнику 1497 года. Решение о внесении изменений и дополнений в старые законы Новые статьи внес первый в русской истории Земский собор, созванный 28 февраля 1549 г. и названный «Собором примирения».

Основную работу по подготовке Свода законов взял на себя Алексей Адашев. Оставив неизменными нормы, определявшие отношения между землевладельцами и крестьянами-пашнями, авторы новых законов изменили правовую базу, регулирующую деятельность центральной и местной власти.Таким образом, судебная и административная власть заводчиков (должностных лиц, осуществляющих власть на местном уровне) была ограничена. Для этого они разработали предписание об обязательном участии в суде земских старост и земских «лучших людей». Судебник был принят 9 июля 1550 г. и стал основным сводом законов Московского государства почти на 100 лет. С его принятием впервые в российское уголовное право было введено наказание за взятки и судебный подлог чиновниками и служащими.В тесной связи с новой правительственной линией, выработанной при подготовке Судебника, шла ликвидация подкормки — системы содержания царских наместников и волостей за счет местного населения.

Вторым значительным актом «Избранной Рады» было правовое регулирование местничества как системы распределения государственных, военных и придворных чинов с учетом знатности рода любого лица, служебного положения, занимаемого его предками, и , не в последнюю очередь, степень его личных заслуг.Местничество не раз становилось причиной неудачных назначений, что пагубно сказывалось на положении дел в государстве. Январский указ 1550 г., распределявший воевод по чинам и устанавливавший в ряде случаев служебные назначения «без мест», сделал первый шаг к ограничению местничества, тормозившего развитие военной мощи Русского государства. Следует отметить, что укрепление и развитие русской армии было, безусловно, одной из главных забот правительства Адашева.С этой целью, помимо ограничения местнических споров между воеводами, было проведено переформирование эскадронов биперов в стрелецкое войско, ставшее костяком вооруженных сил страны. Стрельцкие ордена (полки) формировались, первоначально из вольного посадского и уездного населения, позже служба стрельцов стала наследственной и пожизненной.

В октябре 1550 г. было принято решение разместить в Московском и окрестных уездах отборную тысячу дворян, «лучших слуг», которые стали экономической, политической и военной опорой правительства.

Завершена военная реформа «Уложения о службе» 1555/1556, определившая объем и характер служебных обязанностей помещиков в строгой зависимости от их поместий и поместий. Подросшие «низкорослые» — юные дворяне и боярские дети назначались на службу с 15 лет. С этого момента им составлялось местное и денежное жалование в зависимости от происхождения, имущественного положения и личных заслуг. Обычный местный оклад «новика» (принятого на службу «недоростка») составлял от 100 до 300 четвертей пашни и денежное жалованье от 4 до 7 рублей в год.В последующем жалованье и жалованье служилого человека поднялось в среднем до 700 четвертей земли и 14 руб. По Уложению владелец поместья должен был посылать в войско вооруженного конного воина из каждых 100 четвертей земли.

Наряду с составлением Судебника и военной реформой 1550-х гг. происходит организация приказов — постоянно действующих органов центрального управления. И хотя первые учреждения приказного типа появились в конце XV века, однако только в середине 50-х годов XVI века — с образованием Поместного, Увольнительного, Посольского и других приказов — единой системы была создана государственная администрация.Местные органы власти также сильно изменились. В 1555 г. в Московском государстве розыск и задержание «лихих людей» повсеместно были переданы в руки выборных батраков, в ведении которых находились дела о «татбе» — грабежах и кражах и «убийствах» — убийствах. В то же время в 1555-1556 годах в городах и уездах с черномоховым (зависимым непосредственно от государства, а не от частников) населением и в дворцовых волостях была проведена земская реформа, окончательно ликвидировавшая откорм система.Отныне его сменило земское самоуправление, представителями которого на местах были земские старосты («любимые головы»), киселовальники и земские судьи, избираемые из числа тягостного населения городов и черноволосых крестьян. Они ведали сбором налогов, разбором мелких судебных дел, поддержанием порядка на территории прихода или города.

Однако наиболее значительными были достижения «Избранной Рады», связанные с внешней политикой Московского государства того времени.Его острие было направлено на усиление русского влияния на юго-восточных рубежах. Завоевание Казанского и Астраханского ханств, враждебная линия по отношению к Крымскому ханству, ставшему с 1475 г. вассалом Османской (Турецкой) империи, заставили Адашева, руководившего в 1553-1560 гг. спокойствие на западной границе. Война с Ливонским орденом, начатая Иваном IV в январе 1558 г., грозила серьезными осложнениями с европейскими соседями России, мешала активной политике на Востоке и Юге.Этого не одобрил ни Адашев, ни его соратники. «Именно их несогласие с теми, кто, потакая честолюбивым желаниям царя, в ответ на отказ Ливонии платить старую «юрьевскую» дань России, советовал ему захватить прибалтийские земли, и явилось формальной причиной падения» Избранная Рада».

Падение с Олимпа

После смерти в 1560 году первой жены Ивана IV Анастасии Романовны Захарьиной в ее отравлении были обвинены руководители «Избранной Рады» Адашев и Сильвестр.Сильвестру пришлось принять постриг в Кирилло-Белозерском монастыре, где он и умер около 1577 года. А Алексей Адашев был сослан в воеводство в Юрьев-Ливонский (ныне эстонский город Тарту) и умер там от «огненной болезни» накануне наложенные на него репрессии. Позже, в 1561-1564 годах, опала и казни обрушились на головы остальных членов «Избранной Рады», их родственников и друзей. Их сменили другие люди — А.Д. Басманов, В.М. Юрьев-Захарьин, князь А.И.Вяземского, стремившегося во что бы то ни стало укрепить самодержавие царя, придать совершенно иной смысл понятию «самодержавие», под которым прежде подразумевалось лишь то, что сам великий князь, без ханского ярлыка, «держит» русскую землю . Это не могло произойти без ожесточенной борьбы. Нужно было не только запугать тех, кто выступал против царской воли, нужно было искоренить всякую, хотя бы малейшую, нелояльность к королю. Опричный террор, по мнению многих русских историков, кровавый и бессмысленный, явно и зримо отличающийся от предшествующего времени — правления «Избранной Рады», был попыткой установить в стране абсолютное, неограниченное самодержавие царя Ивана Васильевич Грозный.

Специально для века

Перефразируя великого мыслителя, можно сказать, что вся история человечества была историей предательства. С момента возникновения первых государств и даже раньше появлялись личности, которые по личным причинам переходили на сторону врагов своих соплеменников.

Россия не исключение из правил. Отношение наших предков к предателям было гораздо менее терпимым, чем у передовых европейских соседей, но и здесь всегда хватало людей, готовых перейти на сторону врага.

Князь Андрей Дмитриевич Курбский среди предателей России стоит особняком. Возможно, он стал первым из предателей, попытавшихся подвести под свой поступок идеологическую основу. Причем это обоснование князь Курбский предъявил не кому-нибудь, а предавшему его монарху — Ивану Грозному.

Князь Андрей Курбский родился в 1528 году. Род Курбских возник из ветви ярославских князей в 15 веке. По родовой легенде род получил свою фамилию от села Курба.

Князья Курбские хорошо зарекомендовали себя на военной службе, участвуя почти во всех войнах и походах. Куда сложнее было Курбским с политическими интригами — предки князя Андрея, участвуя в борьбе за престол, несколько раз оказывались на стороне тех, кто впоследствии терпел поражение. В результате Курбские играли при дворе гораздо менее важную роль, чем можно было предположить, учитывая их происхождение.

Храбрый и дерзкий

Молодой князь Курбский не надеялся на свое происхождение и славу, богатство и почет собирался добыть в бою.

В 1549 году 21-летний князь Андрей в чине стольника принял участие во втором походе царя Ивана Грозного на Казанское ханство, зарекомендовав себя с лучшей стороны.

Вскоре после возвращения из Казанского похода князь был отправлен в воеводство в Пронск, где охранял юго-западные границы от татарских набегов.

Очень быстро князь Курбский завоевал симпатии царя. Этому способствовало то, что они были почти ровесниками: Иван Грозный был всего на два года моложе храброго князя.

Курбскому начинают доверять дела государственной важности, с которыми он успешно справляется.

В 1552 году русское войско отправилось в новый поход на Казань, и в этот момент крымский набег на русские земли года хана Давлет-Гирея. Навстречу кочевникам отправлена ​​часть русской армии во главе с Андреем Курбским. Узнав об этом, Давлет-Гирей, дошедший до Тулы, хотел избежать встречи с русскими полками, но был настигнут и разбит. В отражении нападения кочевников особенно отличился Андрей Курбский.

Герой штурма Казани

Князь проявил завидное мужество: несмотря на тяжелые раны, полученные в бою, вскоре он присоединяется к основному русскому войску, идущему на Казань.

Во время штурма Казани 2 октября 1552 года Курбский вместе с воеводой Петром Щенятевым командовал полком правой руки. Князь Андрей возглавил атаку на Елабугины ворота и в кровопролитной битве выполнил задачу, лишив татар возможности отступить от города, после того как в него ворвались основные силы русских.Позднее Курбский возглавил преследование и разгром тех остатков татарского войска, которым все же удалось уйти из города.

И снова в бою князь проявил личное мужество, врезавшись в толпу врагов. В какой-то момент Курбский рухнул вместе с лошадью: и свои, и чужие считали его мертвым. Очнулся воевода лишь некоторое время спустя, когда его уже собирались увести с поля боя, чтобы достойно похоронить.

После взятия Казани 24-летний князь Курбский стал не просто видным русским военачальником, но и ближайшим сподвижником царя, проникнувшимся к нему особым доверием.Князь входил в ближайшее окружение монарха и имел возможность влиять на важнейшие правительственные решения.

Во внутреннем кругу

К сторонникам

Курбского присоединились священник Сильвестр и окольный Алексей Адашев , наиболее влиятельные лица при дворе Ивана Грозного в первый период его царствования.

Позднее в своих записках князь назовет Сильвестра, Адашева и других сподвижников царя, повлиявших на принимаемые им решения, «Избранной Радой» и всячески будет отстаивать необходимость и действенность такой системы правления в Россия.

Весной 1553 года Иван Грозный тяжело заболел, и возникла угроза жизни монарха. Царь добивался от бояр присяги на верность малолетнему сыну, но приближенные, в том числе Адашев и Сильвестр, отказались. Курбский, однако, был среди тех, кто не собирался сопротивляться воле Грозного, что способствовало укреплению позиций князя после выздоровления царя.

В 1556 году Андрей Курбский, удачливый воевода и близкий друг Ивана IV, был пожалован боярином.

Под угрозой расправы

В 1558 году, с началом Ливонской войны, князь Курбский принял участие в важнейших операциях русской армии. В 1560 году Иван Грозный назначает князя командующим русскими войсками в Ливонии, и тот одерживает ряд блестящих побед.

Даже после нескольких неудач воеводы Курбского в 1562 году доверие царя к нему никоим образом не пошатнулось, он по-прежнему находится на пике своего могущества.

Однако в это время в столице происходят перемены, которые пугают принца. Сильвестр и Адашев теряют влияние и оказываются в опале, на их сторонников начинаются гонения, переходящие в расстрелы. Курбский, принадлежавший к побежденной придворной партии, зная характер царя, начинает опасаться за его безопасность.

По мнению историков, эти опасения были беспочвенными. Иван Грозный не отождествлял Курбского с Сильвестром и Адашевым и сохранил ему доверие.Правда, это вовсе не значит, что царь впоследствии не мог пересмотреть своего решения.

Побег

Решение бежать не было для князя Курбского спонтанным. Позже польские потомки перебежчика опубликовали его переписку, из которой следовало, что он вел переговоры с польским королем Сигизмундом II о переходе на его сторону. Соответствующее предложение было сделано Курбскому одним из наместников польского короля, и князь, заручившись весомыми гарантиями, принял его.

В 1563 году князь Курбский в сопровождении нескольких десятков приближенных, но оставив жену и других родственников в России, перешел границу. У него было 30 червонцев, 300 золотых, 500 серебряных талеров и 44 московских рубля. Эти ценности, однако, были увезены литовской гвардией, а сам русский сановник был арестован.

Вскоре, однако, недоразумение разрешилось — по личному указанию Сигизмунда II перебежчик был освобожден и доставлен к нему.

Царь выполнил все свои обещания — в 1564 году князю были переданы обширные владения в Литве и на Волыни. И позднее, когда представители дворянства подавали жалобы на «русских», Сигизмунд неизменно их отвергал, объясняя это тем, что земли, пожалованные князю Курбскому, были переданы по важным государственным причинам.

Родственники поплатились за предательство

Князь Курбский честно отблагодарил благодетеля. Беглый русский полководец оказал неоценимую помощь, раскрыв многие тайны русской армии, что обеспечило литовцам проведение ряда успешных операций.

Более того, начиная с осени 1564 г., он лично принимал участие в действиях против русских войск и даже выдвигал планы похода на Москву, которые, однако, не были поддержаны.

Для Ивана Грозного бегство князя Курбского было страшным ударом. Его болезненная подозрительность зримо подтвердилась — предал его не просто военачальник, а близкий друг.

Царь обрушил репрессии на всю семью Курбских. Пострадала жена предателя, его братья, верой и правдой служившие России, и другие совершенно невиновные в предательстве родственники.Не исключено, что предательство Андрея Курбского также повлияло на усиление репрессий в стране в целом. Земли, принадлежавшие князю на Руси, были конфискованы в пользу казны.

Пять букв

Особое место в этой истории занимает переписка Ивана Грозного с князем Курбским, растянувшаяся на 15 лет с 1564 по 1579 год. В переписке всего пять писем — три написаны князем и два царем. Первые два письма были написаны в 1564 году, вскоре после бегства Курбского, затем переписка прервалась и продолжалась более десяти лет спустя.

Нет сомнения, что Иван IV и Андрей Курбский были умными и образованными людьми для своего времени, поэтому их переписка представляет собой не сплошной набор взаимных оскорблений, а реальную дискуссию о путях развития государства.

Курбский, инициатор переписки, обвиняет Ивана Грозного в разрушении государственных устоев, авторитаризме, насилии над представителями имущих классов и крестьянства. Князь высказывается в поддержку ограничения прав монарха и создания при нем совещательного органа, «Избранной Рады», то есть считает наиболее эффективной систему, установившуюся в первые периоды царствования Ивана Великого. Ужасный.

Царь, в свою очередь, настаивает на самодержавии как единственно возможной форме правления, ссылаясь на «божественное» установление такого порядка вещей. Иван Грозный цитирует апостола Павла, что всякий противящийся власти противится Богу.

Действия важнее слов

Для царя это был поиск оправдания жестоким, кровавым методам укрепления самодержавной власти, а для Андрея Курбского — поиск оправдания совершенному предательству.

Оба, конечно, лукавили. Кровавые действия Ивана Грозного не всегда могли быть как-то оправданы государственными интересами, иногда бесчинства опричников переходили в насилие во имя насилия.

Размышления князя Курбского об идеальном государственном устройстве и необходимости заботы о простом народе были лишь пустой теорией. Современники князя отмечали, что беспощадность к низам, характерная для той эпохи, была присуща Курбскому и в России, и в польских землях.

В Речи Посполитой князь Курбский бил жену и занимался рэкетом

Не прошло и нескольких лет, как бывший русский воевода, пополнив ряды дворянства, стал активно участвовать в междоусобных распрях, пытаясь захватить земли своих соседей. Пополняя собственную казну, Курбский промышлял тем, что сейчас называется рэкетом и захватом заложников. Князь без угрызений совести истязал богатых купцов, не желавших платить за свою свободу.

Скорбя о жене, погибшей в России, князь был дважды женат в Польше, причем первый его брак в новой стране закончился скандалом, так как жена обвинила его в побоях.

Второй брак с волынской дворянкой Александрой Семашко был более удачным, и от него у князя родились сын и дочь. Дмитрий Андреевич Курбский , родившийся за год до смерти отца, впоследствии принял католицизм и стал видным государственным деятелем Речи Посполитой.

Князь Андрей Курбский скончался в мае 1583 года в своем имении Миляновичи близ Ковеля.

Его личность до сих пор вызывает споры.Одни называют его «первым русским диссидентом», указывая на справедливую критику царского правительства в переписке с Иваном Грозным. Другие предлагают полагаться не на слова, а на дела — военачальника, перешедшего во время войны на сторону врага и сражавшегося с оружием в руках против вчерашних товарищей, опустошающего земли родной Родины, не может быть считается кем угодно, только не гнусным предателем.

Ясно одно — в отличие от гетмана Мазепы , возведенного в сан героя на современной Украине, Андрей Курбский на своей родине никогда не будет в числе почитаемых исторических личностей.

Ведь отношение россиян к предателям все же менее терпимо, чем у их европейских соседей.

скилит | Статья — Две старины – один полис: «Дерптская дань» и «Три […]

Две древности – одна политика: «дань дерпта» и «дань казани» в русской дипломатии и исторической мысли 1550–60-х гг.

Филипп Дмитриевич Подберезкин

Abstract: В начале 1550-х годов дипломаты русского царя Ивана IV впервые использовали легенду о «казанской дани» и «дерптской дани» для оправдания исторического господства над Казанью и немецкой Ливонией.Рассказ о «казанской дани» впервые получил широкое распространение при Иване IV; однако «Дерптская дань» упоминается в русско-ливонских договорах 15 века – ее происхождение до сих пор неизвестно. В этой статье впервые в историографии сравниваются две истории. Автор рассматривает источники обеих легенд, их автора, роль в обосновании преемственности древней Руси Рюриковичей и Московской Руси Ивана IV, соотношение терминов «отчина», «дань». (дань), «земля» (земля).С 1470-х годов Москва начала переосмысливать даннические отношения, установившиеся в монголо-тюркском политическом пространстве. Это вылилось в попытку прекратить выплаты крымскому хану (1473 г.) и потребовать дань с епископа Дерптского (рус. Юрьев, 1474 г.). На основании Текста «Изначальной летописи» русские интеллектуалы утверждали тождество Волжской Булгарии и Казани, древнерусского Юрьева и Германского Дерпта в тексте Никоновской летописи. Основным критерием наследственного господства над территорией была «земля» как политическая категория, независимо от этнической принадлежности и вероисповедания ее населения.Автор приходит к выводу, что придворный Алексей Адашев редактировал рассказ о «Дерптской дани» по примеру рассказа «Казанская дань». Таким образом, между двумя рассказами существует прямая интертекстуальная зависимость.

Ключевые слова: исторический / русский / текст / Москва / Дань / Казань / Дерпт / Юрьев

Оповещение Scifeed о новых публикациях
Никогда не пропускайте статьи , соответствующие вашему исследованию от любого издателя
  • Получайте оповещения о новых статьях, соответствующих вашему исследованию
  • Ознакомьтесь с новыми статьями избранных авторов
  • Ежедневное обновление для 49 000+ журналов и 6000+ издателей
  • Определите свой Scifeed сейчас
Нажмите здесь, чтобы посмотреть статистику по «Журналу Белорусского государственного университета.История» .

Период реформы выборного совета. Реформы избранного счастья: необходимость, сущность и результаты

). Это было время реформ.

В начале своего правления Иван IV окружил себя дальновидными и умными людьми, которым доверял. Среди них были дворянин Адашев, митрополит Макарий, священник Сильвестр, глава Посольского приказа Иван Висковатый. Они вошли в историю под названием «Избранная Рада».

Термин «Избранная Рада» ввел князь Курбский. Князь Андрей Михайлович Курбский — выдающийся полководец, один из образованных людей своего времени. Он был личным другом Ивана IV, служил ему «верой и правдой». Историк Н. М. Карамзин писал о нем: «Боялся ли он под Тулой, под Казанью, в степях Башкирии, на полях Ливонии, везде победа украшала его человека своими лаврами». За подвиг под Казанью Курбский получил землю в Подмосковье и чин боярина.

Родственники царя Ивана Грозного из рода Глинских заслужили всеобщую ненависть своей наглостью и своеволием. Летом 1547 года, после сильного пожара в Москве, против них вспыхнуло народное восстание. Дядя царя Юрия Глинского был убит толпой на Соборной площади в Кремле. Испугавшись, Иван укрылся в своей загородной резиденции на Воробьевых горах. Имения Глинских были разграблены, а сами бежали из столицы. Властям с трудом удалось навести порядок в городе.

Московское восстание потрясло и напугало царя Ивана. Он понял, что ему срочно нужны советники, которые смогли бы вовремя уберечь его от ошибок и объяснить механизмы верховной власти. Не доверяя боярам, ​​Иван решил прибегнуть к помощи людей не слишком благородных, но честных и знающих свое дело. Так при малолетнем царе Иване IV, помимо Боярской думы, возникла своего рода «высшая дума» — Избранная Рада.

В Избранный Совет вошли Митрополит Макарий , ординарец Алексей Адашев , царский духовник священник Сильвестр , глава Посольского приказа дьяк Иван Висковатый , молодой воевода князь 8 Андрей Курбский

Члены Избранной Рады были выдающимися деятелями той эпохи.

Адашев Алексей Федорович

Адашев Алексей Федорович костромской помещик. Он заведовал царским архивом, был хранителем государственной печати, руководил мелким порядком, имел придворный чин спального мешка, то есть был одним из приближенных к царю людей. Русский историк Н. М. Карамзин отзывался о нем так: «Красота века и человечества».

Сильвестр

Сильвестр — священник Благовещенского собора в Кремле.Родом из Новгорода, он был образованным человеком, собрал богатую библиотеку. Он был одним из авторов и составителей книги по домоводству — «Домостроя».

Митрополит Макарий

Митрополит Макарий с детства заботился об Иване IV и оказывал на него благотворное влияние. Он много сделал для обучения духовенства. При его участии и с его благословения в Москве была открыта первая типография и выпущена первая печатная книга «Апостол».

При Избранной Раде в стране был проведен ряд реформ. Материал с сайта

В конце 50-х гг. XVI века отношение царя к членам Избранного Совета изменилось. Адашев был отправлен губернатором в Ливонию, где вскоре умер. Сильвестра сослали в Соловецкий монастырь, где он и умер. Князь Курбский, опасаясь расправы, бежал из страны и поступил на службу к польскому королю.

Историки считают, что главную причину охлаждения царя к его сподвижникам следует искать в реформах, которые они начали проводить.Преобразования, начатые Избранной Радой, протекали медленно, и результаты появились не сразу. Иван IV, как человек нетерпеливый, обвинял своих сподвижников в том, что они ничего не делают для государства, а только пытаются отобрать у него власть.

После падения «Избранной Рады» начался второй период царствования Ивана IV (опричнина). Централизация власти в стране стала осуществляться насильственным путем.

А). 1547 — созыв 1-го Земского собора

Земский собор — сословно-представительное учреждение (середина 16 века — 17 век).В него вошли представители всех сословий России. Земские соборы решали важнейшие вопросы государственной жизни. Деятельность Земских соборов является попыткой договориться между различными слоями российского общества и объединить их вокруг центральной власти.

Б). 1550 — создан новый Свод законов:

Утвержден порядок перехода крестьян на Юрьев день, но увеличен «старец» — плата крестьян феодалу за право выхода от него;

Усилено наказание за нарушение права собственности на землю;

Ограничены права губернаторов — урегулирован порядок взимания пошлин и сборов;

Судебные права воевод были ограничены, ими управляли царские чиновники, целовавшиеся люди присутствовали при рассмотрении судебных дел;

Целующийся мужчина — выборное лицо, которое избиралось из черноволосых крестьян и посадских людей для участия в судебных делах.Дал присягу — крест целовал.

Право высшего суда принадлежало королю;

Предусмотрено наказание за должностные преступления для бояр и дьяков;

За разбой предусмотрена смертная казнь.

В). В 1550 году было организовано стрелецкое войско.

Стрелец — это служилые люди «по устройству», пехотинцы с огнестрельным оружием, они составляли постоянную армию.Их набирали из свободного городского населения и получали за службу жалованье. В мирное время им разрешалось заниматься ремеслом и торговлей. Служба стрельцов была пожизненной и наследственной.

Военная реформа проведена в 1550-56 гг. Основу войска составляло дворянское ополчение: 1 человек на 150 десятин земли. Служба дворянина начиналась с 15 лет и передавалась по наследству. Земельный надел для службы составлял 150-450 десятин.

Г). 1551 — Созван Стоглавый Церковный Собор — собрание представителей духовенства со всей России; Собор был инициирован митрополитом Макарием.Собор определял нормы внутренней жизни духовенства и его отношения с государством, ограничивал церковные владения и финансовые привилегии. Стоглав — документ, который был принят этим собором и состоял из 100 глав.

Д). 1553 — 1560 — формируется система заказов.

Заказ — (аналог современных министерств) — центральный орган государственной власти. Царь поручил (приказал) одному из своих приближенных возглавить определенную ветвь власти.До 1568 года вместо слова «порядок» употреблялось слово «изба». Существовали следующие приказы:

Челобитная изба — приказ, принимавший челобитные, т.е. жалобы, обращения, просьбы населения. Он также курировал деятельность других государственных органов.

Посольский приказ ведал внешней политикой.

Местным приказом распределялись вотчины и поместья бояр и служилых людей.

Приказом о чинах ведал службой в армии, назначал воевод, определял численность дворянского ополчения.

Разбойный Орден — криминальный отдел.

Ямский приказ ведал почтовой службой.

Чети и Большой приход — Податное ведомство и др.

Приказом руководил назначенный царем боярин. Всю делопроизводство выполняли клерки.

Клерк — государственный служащий, начальник канцелярии, делопроизводитель. Фактически он ведал делами ордена или иного учреждения.

Э). 1555-56 — отменена система подачи , воеводы стали получать зарплату.

Местничество ограничено: его отменили во время войны.

Около 1549 г. из приближенных к юному Иоанну людей было образовано новое правительство, названное впоследствии князем А. Курбским Избранной Радой. В него входили: Алексей Адашев, представитель неблагородных, но крупных помещиков, возглавлявший Избранную Раду, князь Андрей Курбский, иерей Сильвестр, митрополит Макарий, дьяк Иван Висковатый.

Рада не была официальным государственным органом, но фактически в течение 13 лет являлась правительством и управляла государством от имени царя.

Реформы Избранной Рады. Новому уровню политической организации страны, сложившемуся к середине XVI в., должны были соответствовать новые государственные институты — сословные и представительные, отстаивавшие интересы крупных регионов. Таким органом стал Земский собор.

Собор 1549 г. был первым Земским собором, то есть собранием сословных представителей с законодательными функциями. Его созыв отразил установление в России сословно-представительной монархии.Однако первый Совет еще не был выборным, и на нем не присутствовали представители торгово-ремесленного населения города и крестьян. Однако обе эти категории населения не играли большой роли в соборах в дальнейшем.

С 1550 по 1653 год было созвано 16 соборов, и после закрытия последнего из них не осталось ни живой памяти, ни сожаления.

Принятие нового свода законов. Несомненно, самым крупным начинанием правительства Ивана Грозного был новый законодательный свод, составленный в июне 1550 г., который заменил устаревший Судебник 1497 г.Из 99 статей свода законов 37 были совершенно новыми, а остальные подверглись кардинальной переработке. Социальное законодательство, вошедшее в Судебник 1550 г., занимается двумя крупными вопросами — землевладением и зависимым населением (крестьянами и рабами). Впервые в своде законов появилась глава о царе, в которой оговаривались права царя, титул, форма правления. Также был введен пункт о государственной измене.

Новый Судебник полностью отвечал требованиям времени.Впервые введено наказание за взяточничество, появляются нормы права, которые существуют до сих пор.

Реформы местного самоуправления. Особое значение суждено было приобрести земской реформе — введению земских учреждений и переходу к отмене подкормок. Земли, не закрепленные за княжеским дворцом, входили в круг местного самоуправления. Это управление осуществляли наместники и волости. Должность управляющего называлась кормящей, так как он питался за счет управляемых.Наместничество давалось не за государственную работу, а за придворную службу.

Реформа должна была привести к окончательной ликвидации власти наместников путем замены ее органами местного самоуправления, избираемыми из зажиточного черносемянного крестьянства и горожан. Земская реформа, задуманная как общегосударственная, была полностью осуществлена ​​только в чернолесных территориях Русского Севера. В результате ликвидации откормочной системы и создания сословно-представительских учреждений на местах российское правительство смогло добиться решения важнейших задач по укреплению централизованного аппарата власти.В результате реформы основная масса дворянства была освобождена от «кормленных» функций, что повысило боеспособность и увеличило личный состав русской армии; дворянство укрепило свои позиции — они получали регулярное вознаграждение за надлежащее несение военной службы.

Армейские реформы. С Казанской войной была связана и реформа армии, начавшаяся в 1556 году. В результате нескольких неудачных походов стало ясно, что старый способ организации армии для такого государства уже не годится, т. е. армия нуждается в преобразованиях.

Армия уже комплектовалась не только из русских солдат. Во второй половине XVI века в армию пошли казаки, жившие на Дону. Казаков использовали для несения пограничной службы.

Создав такую ​​систему комплектования, Иван получает прочную базу для дальнейших изменений в структуре армии. Ядром армии становится кавалерийское ополчение дворянства.

Появляется постоянный тип войск — лучники. Они формировались как постоянные контингенты пехоты (частично кавалерии), вооруженные огнестрельным оружием.Им предоставлялись коллективно земля, городские дворы (не облагаемые налогом), небольшая денежная пожалование, при этом сохранялось право на мелкую торговлю и ремесла.

Модернизация и хорошие бытовые условия для стрелков во второй половине XVI века сделали постоянную стрелковую армию самой мощной боевой силой Российского государства.

Благодаря изменениям, проведенным в армии, ее вооружение приобрело некоторое единообразие. У каждого воина был железный шлем, доспех или кольчуга, меч, лук и стрелы.

К изменениям в армии добавлено появление артиллерии. Увеличивается артиллерийский парк, обслуживающий пушки и пищали.

Военная реформа включает также запрещение приходских споров между воеводами, теперь все они подчинялись одному главнокомандующему. Назначения на высшие воеводские должности по принципу «породности» и дворянства приводили к катастрофическим последствиям на поле боя. Новые законы позволяли назначать в товарищи главнокомандующему менее знатных, но более смелых и опытных командиров.

В результате реформ была создана мощная боеспособная армия, способная противостоять сильному и крупному противнику.

Церковные реформы. Религиозная реформа началась с собора русской церкви 1551 года, который в истории известен как Стоглавый собор. У стоглавого собора правительство поставило вопрос о дальнейшей судьбе монастырского землевладения, что встретило решительное противодействие со стороны воинствующих церковников — иосифлян.В мае 1551 г. был издан указ о конфискации всех земель и владений, переданных Боярской думой епископам и монастырям после смерти Василия III. Реализация нового земельного законодательства позволила правительству пополнить фонд помещичьих владений.

Церковная реформа была направлена ​​и на воспитание «грамотных» служителей церкви, изменение самого богослужения, его унификацию, ибо внутри самой церковной организации существовали различия в составе «святых» и не было строгого порядка в совершение церковных обрядов, отсутствовала строгая система внутреннего распорядка.

Изменения в налоговой системе. Период реформ 50-х годов совпадает с Казанской войной. Как известно, война и реформы требовали огромных средств и поэтому проводятся различные финансовые преобразования. Кроме того, Россия унаследовала налоговую систему времен раздробления государства на княжества, которая морально устарела и не отвечала требованиям времени.

Налоговая реформа шла по нескольким направлениям. Первая реформа больнее всего ударила по монастырям.В 1548-1549 годах началась, а в 1550-1551 годах была осуществлена ​​отмена финансовых изъятий на уплату основных налогов и различных дорожных и торговых пошлин — основного источника доходов монастырей.

Установлена ​​единая мера определения рентабельности — «плуг» — земельная единица. Вводятся не только новые налоги («продовольственные деньги», «полный налог»), но и увеличиваются старые. Например, происходит повышение ставок одного из основных земельных налогов («ямских денег»).

По налоговым изменениям можно сделать вывод, что они были направлены на увеличение доходов государства. Происходит резкое и заметное усиление денежного налогового пресса. Эти преобразования отличались завершенностью и конструктивностью. В результате реформ власти добились единообразия в налоговой сфере.

Итоги реформы. Это были реформы Ивана Грозного, выработанные совместно с членами Избранной Рады.Главной особенностью преобразований в период правления Избранной Рады была хаотичность их осуществления и в то же время их сложность. Реформы нельзя назвать неудачными, так как основные учреждения и институты, основные регулирующие нормы пережили и опричнину, и самого Ивана IV, а значит, достигли своей цели. В результате реформ Россия получила новый свод законов — Судебник 1550 г., новую систему управления на местах и ​​в центре.Система воинской повинности приобрела свой окончательный вид и стала основой русской монархии. Реформы были подкреплены развитием торговых и дипломатических отношений с Западом. Развиваются наука и искусство, государство процветает, и если бы реформы не встретили противодействия со стороны аристократии, права которой ущемлялись, они привели бы к еще большим результатам. Но неприязнь бояр приводит к опричнине.

Крупные реформы выборной Рады

Бурные события, произошедшие в 1547 году, вызвали необходимость коренных государственных реформ.Молодой царь, а также его окружение создали, как назвал ее один из ее участников (князь Курбский), Избранную Раду

Во главе этого политического круга служилых придворных и дворян стояли протоиерей Сильвестр (Благовещенский собор Кремля), а также довольно богатый дворянин из невежественного рода А. Ф. Адашев. К ним присоединились такие знатные князья, как Воротынский, Одоевский, Курбский и другие. Кроме того, в состав Избранной Рады входил первый глава Польского приказа Висковатый, а также активный член этого кружка митрополит Макарий.

Формально не являясь государственным учреждением, Рада в течение тринадцати лет фактически оставалась правительством России, управляя государством от имени самого царя и осуществляя ряд значительных крупных реформ.

В середине шестнадцатого века Избранная Рада установила для всего государства единую меру сбора податей под названием «плуг».

Военная реформа

С целью усиления вооружения страны в 1550 году Иван Грозный начал проводить военные реформы.Именно тогда было отменено местничество — порядок замещения должностей в армии по степени дворянства (на время походов).

Также в Московском уезде по указу царя от 1 октября 1550 г. была введена «избранная тысяча» (более тысячи провинциальных дворян, составляющих ядро ​​дворянского ополчения, а также опора самодержавная власть). Но этот проект не был полностью реализован.

Определен один порядок обслуживания: по устройству (по набору) и по стране (по происхождению).Боярские дети и дворяне служили в отечестве. Военная служба регулировалась «Служебным кодексом», переходя по наследству и начиная с пятнадцатилетнего возраста (дворянин, не достигший этого возраста, считался низкорослым). Дворяне и бояре должны были выставлять воина, а если этого не делалось, то каралось большим штрафом.

Создание стрелецкой армии

Также в 1550 г. было сформировано стрелецкое войско (из числа служилых людей), вооруженное как холодным (сабли и бердыши), так и огнестрельным (писклявым) оружием.В самом начале в эту армию было набрано три тысячи человек, расформированных в шесть отдельных «орденов» (полков). Именно они составляли личную царскую гвардию.

Кроме того, правительство Избранной Рады усилило царский государственный аппарат, улучшив систему приказов и тем самым увеличив бюрократический аппарат.

Популярные выступления показали, что стране нужны реформы для укрепления государственности и централизации власти. Иван IV встал на путь структурных преобразований.

Дворянство проявляло особую заинтересованность в проведении реформ. Своеобразным ее идеологом был талантливый публицист того времени дворянин Иван Семенович Пересветов. Исходя из интересов дворянства, И.С. Пересветов резко осудил боярский произвол. Идеал государственного устройства он видел в сильной королевской власти, основанной на дворянстве. «Государство без грозы, как лошадь без уздечки», — И.С. Пересветов.

Избранный рад. Около 1549 года вокруг молодого Ивана Г.которая была названа Избранной Радой. В работе Избранного Совета принимали участие представители различных слоев правящего класса. Князья Д. Курлятев, А. Курбский, М. Воротынский, митрополит Московский Макарий и священник Кремлевского Благовещенского собора (домашнего храма московских царей), царский духовник Сильвестр, писарь Посольского приказа И. Висковатый. Состав Избранной Рады как бы отражал компромисс между различными слоями господствующего класса. Избранный совет просуществовал до 1560 г .; она провела преобразования, названные реформами середины XVI века.

Политическая система. В январе 1547 года Иван IV, достигнув совершеннолетия, был официально обвенчан с царством. Церемония принятия царского титула состоялась в Успенском соборе Кремля. Из рук московского митрополита Макария, разработавшего обряд венчания на царство, Иван IV получил шапку Мономаха и другие знаки царской власти. Отныне великий князь Московский стал называться царем.

В период становления централизованного государства, а также в период междуцарствия и междоусобиц Боярская дума играла роль законодательного и совещательного органа при великом князе, а затем и при царе.В царствование Ивана IV «состав Боярской думы был расширен почти втрое, чтобы ослабить в ней роль старой боярской аристократии».

Появился новый орган власти — Земский собор. Земские советы собирались нерегулярно и занимались важнейшими государственными делами, прежде всего внешней политикой и финансами. В период междуцарствия на земских соборах избирались новые цари. По оценкам специалистов, состоялось более 50 Земских Соборов; последние Земские соборы были собраны в России в 80-х годах XVII века.В их число входила Боярская дума. Освященный собор — представители высшего духовенства; на заседаниях земских советов присутствовали также представители дворянства и верхушки слободы. Первый Земский собор был созван в 1549 г. Он решил составить новый Судебник (утвержден в 1550 г.) и наметил программу реформ.

Еще до реформ середины XVI в. отдельные ветви государственного управления, а также управление отдельными территориями стали возлагаться («приказаны», как тогда говорили) боярам.Так появились первые приказы учреждения, курирующего ветви власти или отдельные регионы страны. В середине XVI в. было уже два десятка заказов. Военными делами руководил Разрядный приказ (заведующий местной армией). Пушкарский (артиллерийский), Стрелецкий (лучники). Оружейная палата (Арсенал). Иностранными делами заведовал Посольский приказ, финансами — Великий приходской приказ; государственные земли распределялись между дворянами, Поместным приказом, крепостными слугами приказа.Были приказы, в ведении которых находились отдельные территории, например, приказ Сибирского дворца управлял Сибирью, приказ Казанского дворца — присоединенным Казанским ханством.

Приказ возглавлял боярин или дьяк, крупный государственный чиновник. Приказы ведали администрацией, сбором налогов и судом. С усложнением задач государственного управления количество заказов росло. Ко времени петровских реформ в начале XVTII в. их было около 50.Формализация системы приказов позволила централизовать управление страной.

Начала формироваться единая система местного управления. Ранее сбор податей возлагался на бояр-кормителей, они были фактическими правителями отдельных земель. Все средства, собранные сверх необходимых налогов, поступали в казну, т.е. «кормились» за счет землеустройства. В 1556 году кормление было отменено. На местном уровне управление (следствие и суд по особо важным государственным делам) было передано в руки губных старост (губинских округов), избираемых из местных дворян, земских старост из числа зажиточных слоев черносеянного населения. где не было дворянского землевладения, городских дьяков или любимых голов.в городах. Таким образом, в середине XVI в. аппарат государственной власти формировался в форме сословно-представительной монархии.

Судебник 1550 г. Общая тенденция к централизации страны вызвала необходимость издания нового свода законов Судебника 1550 г. Взяв за основу Судебник Ивана III, составители нового Судебника внесли в него изменения, связанные с усилением центральной власти. Он подтвердил право крестьян переселяться на ул.Юрьева дня и увеличили выплаты «пожилым людям». За преступления крестьян теперь отвечал феодал, что усиливало их личную зависимость от господина. Впервые введено наказание за взяточничество должностных лиц.

Еще при Елене Глинской была начата денежная реформа, согласно которой московский рубль стал основной валютой страны. Право взимания торговых пошлин перешло в руки государства. Население страны было обязано нести налоговый комплекс натуральных и денежных повинностей.В середине XVI в. для всего государства была установлена ​​единая единица сбора налогов — большой плуг. В зависимости от плодородия почвы, а также социального положения владельца земли, соха составляла 400-600 десятин земли.

Военная реформа. Ядро армии составляло дворянское ополчение. Под Москвой на землю была посажена «избранная тысяча» из 1070 провинциальных дворян, которые, по замыслу царя, должны были стать его опорой. Впервые был составлен «Служебный кодекс».Собственник имения или помещик мог начать службу с 15 лет и передать ее по наследству. Из 150 десятин земли и бояре, и дворянин должны были выставить по одному воину и явиться на показах «на конях, теснимых и вооруженных».

Стоглавый собор. В 1551 году по инициативе царя и митрополита был созван Собор Русской Церкви, получивший название Стоглавый, так как его решения были сформулированы в ста главах. В решениях церковных иерархов отразились изменения, связанные с централизацией государства.Собор одобрил принятие Судебника 1550 г. и реформы Ивана IV. Был составлен общероссийский список из числа местных святых, почитаемых в отдельных русских землях.

Ритуалы были упорядочены и унифицированы по всей стране. Даже искусство подлежало регламентации: предписывалось создавать новые произведения по утвержденным лекалам. Было решено оставить в руках церкви все земли, приобретенные ею до Стоглавского собора. В дальнейшем духовенство могло покупать землю и получать ее в дар только с царского разрешения.Таким образом, в вопросе о монастырском землевладении устанавливалась линия ограничения и контроля его со стороны царя.

Реформы 50-х годов XVI века. способствовало укреплению русского централизованного многонационального государства. Они усилили власть царя, привели к реорганизации местного и центрального управления, укрепили военную мощь страны3.

Марк Смит Статистика ММА, фотографии, новости, видео, биография

Событие Истребители Метод Р Время
UFC Fight Night 199 — Льюис vs.Даукаус
18 декабря 2021
Джеральд
Мершарт
победа

Средний вес
Дастин
Штольцфус
потеря
Подача (удушение сзади) 3 2:58
UFC Fight Night 199 — Льюис vs.Даукаус
18 декабря 2021
Чарльз
Журден
победа

Полулегкий вес
Андре
Юэлл
потеря
Решение (единогласное) 3 5:00
UFC 269 — Оливейра vs.Пуарье
11 декабря 2021
Джефф
Нил
победа

Полусредний вес
Сантьяго
Понзиниббио
проигрыш
Решение (разделение) 3 5:00
UFC 269 — Оливейра vs.Пуарье
11 декабря 2021
Тай
Туиваса
победа

Тяжеловес
Аугусто
Сакаи
потеря
КО (Удары) 2 0:26
UFC 269 — Оливейра vs.Пуарье
11 декабря 2021
Тони
Келли
победа

Легчайший вес
Рэнди
Коста
потеря
ТКО (локти) 2 4:15
UFC на ESPN 31 — Font vs.Альдо
Декабрь / 04 / 2021
Джамахал
Хилл
победа

Полутяжелый вес
Джимми
Крутая потеря
КО (Удары) 1 0:48
UFC на ESPN 31 — Font vs.Альдо
Декабрь / 04 / 2021
Душко
Тодорович
победа

Средний вес
Маки
Питоло
потеря
ТКО (удары руками) 1 4:34
UFC на ESPN 31 — Font vs.Альдо
Декабрь / 04 / 2021
Клаудио
Пуэльес
победа

Легкий
Крис
Грутземахер
потеря
Подача (колено) 3 3:25
UFC Fight Night 198 — Виейра против.Тейт
ноябрь / 20 / 2021
Рани
Яхья
победа

Легчайший вес
Кён
Хо
Кан
потеря
Решение (единогласное) 3 5:00
UFC Fight Night 198 — Виейра против.Тейт
ноябрь / 20 / 2021
Пэт
Сабатини
победа

Полулегкий вес
Такер
Лутц
проигрыш
Решение (единогласное) 3 5:00
UFC Fight Night 198 — Виейра против.Тейт
ноябрь / 20 / 2021
Luana
Pinheiro
победа

Соломенный вес
Сэм
Хьюз
потеря
Решение (единогласное) 3 5:00
UFC Fight Night 197 — Холлоуэй против.Родригес
ноябрь / 13 / 2021
Felicia
Спенсер
победа

Полулегкий вес
Лия
Летсон
потеря
ТКО (локти и удары руками) 3 4:25
UFC Fight Night 197 — Холлоуэй против.Родригес
ноябрь / 13 / 2021
Андреа
Ли
победа

Наилегчайший вес
Синтия
Кальвильо
потеря
ТКО (Угловой) 2 5:00
UFC Fight Night 197 — Холлоуэй против.Родригес
ноябрь / 13 / 2021
Рафаэль
Алвес
победа

Легкий
Марк
Дьякизе
потеря
Подача (удушение гильотиной) 1 1:48
Dana White’s Contender Series — Contender Series 2021: неделя 9
26 октября 2021 г.
Кристиан
Хинонес
победа

Легчайший вес
Лонг
Сяо
потеря
Решение (единогласное) 3 5:00
Dana White’s Contender Series — Contender Series 2021: неделя 9
26 октября 2021 г.
Карине
Сильва
победа

Наилегчайший вес
Цихуэй
Ян
потеря
Подача (удушение гильотиной) 2 1:44
Dana White’s Contender Series — Contender Series 2021: неделя 9
26 октября 2021 г.
Оливье
Мурад
победа

Полулегкий вес
Се
Бин
потеря
Решение (разделение) 3 5:00
UFC Fight Night 195 — Лэдд против.Дюмон
16 октября 2021 г.
Джим
Миллер
победа

Легкий
Эрик
Гонсалес
поражение
КО (Удар) 2 0:14
UFC Fight Night 195 — Лэдд против.Дюмон
16 октября 2021 г.
Дэнни
Робертс
победа

Полусредний вес
Рамазан
Эмеев
потеря
Решение (разделение) 3 5:00
Dana White’s Contender Series — Contender Series 2021: неделя 7
12 октября 2021 г.
Мартин
Будай
победа

Тяжеловес
Лоренцо
Худ
потеря
ТКО (Колено) 1 4:56
Dana White’s Contender Series — Contender Series 2021: неделя 7
12 октября 2021 г.
Вячеслав
Борщев
победа

Легкий
Крис
Дункан
потеря
КО (Удар) 2 0:28
UFC Fight Night 194 — Дерн против.Родригес
Октябрь / 09 / 2021
Александр
Романов
победа

Тяжеловес
Джаред
Вандераа
потеря
ТКО (удары руками) 2 4:43
UFC Fight Night 193 — Сантос против.Уокер
02.10.2021
Нико
Цена
побед

Полусредний вес
Алекс
Оливейра
потеря
Решение (единогласное) 3 5:00
UFC Fight Night 193 — Сантос против.Уокер
02.10.2021
Александр
Эрнандес
победа

Промежуточный вес
Майк
Бриден
потеря
КО (Удар) 1 1:20
UFC Fight Night 193 — Сантос против.Уокер
02.10.2021
Стефани
Эггер
победа

Легчайший вес
Шанна
Молодая
потеря
ТКО (локоть) 2 2:22
Dana White’s Contender Series — Contender Series 2021: неделя 5
28 сентября 2021 г.
Caio
Borralho
победа

Средний вес
Аарон
Джеффри
потеря
Решение (единогласное) 3 5:00
Dana White’s Contender Series — Contender Series 2021: неделя 5
28 сентября 2021 г.
Ризван
Куниев
победа

Тяжеловес
Эдиван
Сантос
потеря
ТКО (удары руками) 3 1:00
UFC 266 — Волкановски vs.Ортега
25 сентября 2021 г.
Кертис
Блэйдс
победа

Тяжеловес
Жаирзиньо
Розенстрайк
поражение
Решение (единогласное) 3 5:00
UFC 266 — Волкановски vs.Ортега
25 сентября 2021 г.
Крис
Даукаус
победа

Тяжеловес
Шамиль
Абдурахимов
проигрыш
ТКО (удары руками и локтями) 2 1:23
UFC 266 — Волкановски vs.Ортега
25 сентября 2021 г.
Мэтью
Земельсбергер
победа

Полусредний вес
Мартин
Сано
потеря
КО (Удар) 1 0:15
Dana White’s Contender Series — Contender Series 2021: неделя 4
21 сентября 2021 г.
Майкл
Моралес
победа

Полусредний вес
Николай
Веретенников
потеря
Решение (единогласное) 3 5:00
Dana White’s Contender Series — Contender Series 2021: неделя 4
21 сентября 2021 г.
Клейдсон
Родригес
победа

Наилегчайший вес
Санто
Куратоло
потеря
Решение (единогласное) 3 5:00
UFC Fight Night 192 — Смит против.Spann
18 сентября 2021 г.
Ariane
Lipski
победа

Наилегчайший вес
Мэнди
Бом
потеря
Решение (единогласное) 3 5:00
UFC Fight Night 192 — Смит против.Spann
18 сентября 2021 г.
Хоакин
Бакли
победа

Средний вес
Антонио
Арройо
потеря
КО (Удары) 3 2:26
UFC Fight Night 192 — Смит против.Spann
18 сентября 2021 г.
Ракель
Пеннингтон
победа

Легчайший вес
Pannie
Kianzad
потеря
Решение (единогласное) 3 5:00
UFC Fight Night 192 — Смит против.Spann
18 сентября 2021 г.
Carlston
Harris
победа

Полусредний вес
Импа
Касанганай
потеря
ТКО (удары руками) 1 2:38
Dana White’s Contender Series — Contender Series 2021: неделя 3
14 сентября 2021 г.
Мо
Миллер
победа

Легчайший вес
Брэндон
Льюис
поражение
Решение (единогласное) 3 5:00
Dana White’s Contender Series — Contender Series 2021: неделя 3
14 сентября 2021 г.
Лукаш
Бжески
NC

Тяжеловес
Дилан
Поттер
Северная Каролина
Нет конкурса (отменено) 3 3:51
Dana White’s Contender Series — Contender Series 2021: неделя 3
14 сентября 2021 г.
Жасмин
Ясудавичюс
победа

Наилегчайший вес
Юлия
Поластри
потеря
Решение (единогласное) 3 5:00
UFC Fight Night 191 — Брансон vs.До
сентября / 04 / 2021
Том
Aspinall
победа

Тяжеловес
Сергей
Спивак
потеря
ТКО (локоть и удары руками) 1 2:30
UFC Fight Night 191 — Брансон vs.До
сентября / 04 / 2021
Пэдди
Пимблетт
победа

Легкий
Луиджи
Вендрамини
потеря
КО (Удары) 1 4:25
UFC на ESPN 30 — Барбоза против.Чикадзе
28 августа 2021
Рикки
Турсиос
победа

Легчайший вес
Brady
Hiestand
потеря
Решение (разделение) 3 5:00
UFC на ESPN 30 — Барбоза против.Чикадзе
28 августа 2021
Джеральд
Мершарт
победа

Средний вес
Махмуд
Мурадов
потеря
Подача (удушение сзади) 2 1:49
UFC на ESPN 30 — Барбоза против.Чикадзе
28 августа 2021
Пэт
Сабатини
победа

Полулегкий вес
Jamall
Эммерс
потеря
Подача (пяточный крючок) 1 1:53
UFC на ESPN 29 — Каннонье против.Гастелум
21 августа 2021
Паркер
Портер
победа

Тяжеловес
Чейз
Шерман
потеря
Решение (единогласное) 3 5:00
UFC на ESPN 29 — Каннонье против.Гастелум
21 августа 2021
Александр
Пантоха
победа

Наилегчайший вес
Брэндон
Ройвал
потеря
Подача (удушение сзади) 2 1:46
UFC на ESPN 29 — Каннонье против.Гастелум
21 августа 2021
Игнасио
Багамондес
победа

Легкий
Рузвельт
Робертс
потеря
KO (Удар прялкой) 3 4:55
UFC на ESPN 28 — Холл против.Стрикленд
31 июля 2021
Cheyanne
Vlismas
победа

Соломенный вес
Глория
де
Паула
потеря
ТКО (удары руками и ногами в голову) 1 1:00
UFC на ESPN 28 — Холл против.Стрикленд
31 июля 2021
Мелсик
Багдасарян
победа

Полулегкий вес
Коллин
Энглин
потеря
KO (Удары руками и ногами) 2 1:50
UFC на ESPN 28 — Холл против.Стрикленд
31 июля 2021
Зарух
Адашев
победа

Наилегчайший вес
Райан
Бенуа
потеря
Решение (единогласное) 3 5:00
UFC на ESPN 27 — Сандхаген против.Диллашоу
24 июля 2021 г.
Даррен
Элкинс
победа

Полулегкий вес
Дэррик
Миннер
проигрыш
ТКО (удары руками) 2 3:48
UFC на ESPN 27 — Сандхаген против.Диллашоу
24 июля 2021 г.
Нассурдин
Имавов
победа

Средний вес
Ян
Хайниш
потеря
ТКО (удары руками) 2 3:09
UFC на ESPN 27 — Сандхаген против.Диллашоу
24 июля 2021 г.
Сиджара
Юбэнкс
победа

Наилегчайший вес
Элиза
Рид
потеря
ТКО (удары руками) 1 3:49
UFC on ESPN 26 — Махачев vs.Мойзес
17 июля 2021 г.
Миша
Тейт
победа

Легчайший вес
Марион
Рено
потеря
ТКО (удары руками) 3 1:53
UFC on ESPN 26 — Махачев vs.Мойзес
17 июля 2021 г.
Билли
Quarantillo
победа

Полулегкий вес
Габриэль
Бенитес
поражение
ТКО (удары руками) 3 3:40
UFC 264 — Порье против.Макгрегор 3
июль / 10 / 2021
Тай
Туиваса
победа

Тяжеловес
Грег
Харди
потеря
КО (Удары) 1 1:07
UFC 264 — Порье против.Макгрегор 3
июль / 10 / 2021
Мишель
Перейра
победа

Полусредний вес
Нико
Цена
убыток
Решение (единогласное) 3 5:00
UFC на ESPN 25 — корейский зомби против.Игэ
19 июня 2021
Сергей
Спивак
победа

Тяжеловес
Алексей
Олейник
потеря
Решение (единогласное) 3 5:00
UFC на ESPN 25 — корейский зомби против.Игэ
19 июня 2021
Сын
Ву
Чхве
победа

Полулегкий вес
Джулиан
Эроза
потеря
КО (Удары) 1 1:37
UFC на ESPN 25 — корейский зомби против.Игэ
19 июня 2021
Джош
Парижанин
победа

Тяжеловес
Роке
Мартинес
потеря
Решение (разделение) 3 5:00

Опричный террор

Опричниной в Российском государстве назывался удел царя Ивана Грозного в период с 1565 года по 1572 год.Территория, где жил правитель, имела свою армию и казну, а также отдельное государственное устройство. Опричнина включала в себя достаточно репрессивные меры управления народом, но цель всего этого — централизация русских земель — была благая.

Фон
После смерти любимой жены царя Анастасии Романовой, скончавшейся в расцвете сил, Иван стал подозревать боярское окружение в ее отравлении. Это было одной из причин начала опричнины.Царь уехал в Александровскую слободу, откуда и начал править. При этом Москва оставалась под ответственностью бояр.

Ваш прибор
Опричнина была учреждена по образцу монашеского ордена в Александровской слободе, что находится во Владимирской области. Помимо централизации земли, у Ивана была еще одна цель. Он хотел отделить добрых православных людей от еретиков, живших в то время по всей Европе. Первоначально штат опричников состоял всего из тысячи человек, но впоследствии их число увеличилось в несколько раз.По внешнему виду опричники почти не отличались от монахов, так как были одеты в черные одежды. Однако монахи не применяли оружие против населения России. Каждому опричнику приходилось приносить присягу царю и отказываться от всякого общения с земными людьми. Главой опричного штаба был игумен, роль которого исполнял сам царь. У него было несколько монашеских обязанностей. По количеству полномочий после игумена, келаря, эта роль досталась Афанасию Вяземскому.Малюта Скуратов позже стал главным гвардейцем. Царь подал пример всем опричникам, и около полудня помолился. 9 часов в сутки.
Опричники имели особое деление на гвардейские и орденские. Постельный порядок отвечал за уход за дворцом и его полное содержание. Бронный приказ курировал выдачу оружия опричникам, Конюшенный приказ ведал всем конным хозяйством, а Удовлетворительный приказ отвечал за постоянное наличие продовольствия для опричников.У опричников была очень заметная черта. С шеи лошади опричника свисала собачья голова, а к кнуту была привязана метла. Эти два предмета — символ того, что опричник сначала укусит, а потом выметет из России все чуждое. Историки до сих пор спорят, реальны они или нет. на шеях лошадей вешали головы собак, или это метафора или образ. На самом деле точных данных нет, но все же большинство историков склонны воспринимать это явление буквально.

История опричного террора
Все началось с того, что Иван неожиданно покинул Москву и после нескольких недель скитаний остановился в Александровской Слободе. В 1565 году в следующем году царь отрекся от московского престола в пользу своего старшего сына Ивана. Царь лишь оставил сообщение о боярской измене, что сильно разозлило москвичей, поэтому боярская дума была вынуждена просить Грозного вернуться, но он был непреклонен. 1566 год рукоположения Филиппа в сан митрополита.Он обещал поддерживать все действия Ивана, но через два года стал требовать отмены опричнины. В ответ на такие действия митрополита опричники перебили все его окружение, а самого Филиппа сослали в Тверской монастырь. Земство, возмущенное действиями опричников, готовило заговор против царя, поэтому Иван был вынужден просить убежища у английской королевы. Однако точных доказательств того, что заговор действительно имел место, нет. После этого все подозреваемые в измене были казнены.
Особый гнев пал на неподкупного судью Федора Челядина, прежде верно служившего царю. Репрессии были беспорядочными, и опричники время от времени убивали тех, кто знал Челядина или имел к нему отношение. Также в опале к царю находился его бывший товарищ по Избранной Раде Алексей Адашев. Его родственники также были казнены. Достаточно было простого доноса, и никаких расследований не было. Иван Грозный лично зарезал одного из обвиняемых, а затем оставил его на растерзание опричникам.
В  1569 прошлом году при невыясненных обстоятельствах умер Владимир Старицкий, приходившийся царю двоюродным братом. По боярскому заговору, после убийства Ивана Владимир Андреевич должен был стать московским и русским царем. Есть версия, что Старицкий был отравлен по приказу Ивана Грозного. Существует легенда, что Владимиру, его жене и дочери принесли чашу с отравленным вином и велели пить из нее всем троим. Вскоре вся семья ушла из жизни. Мать Владимира, Ефросинья, также была убита.Она неоднократно участвовала в боярских заговорах, и Иван простил ее, но терпению его пришел конец. 1569 В прошлом году в Тверском монастыре главный опричник Ивана Грозного Малюта Скуратов задушил митрополита Филиппа за его неодобрение похода на Новгород. Родственников и друзей Филиппа постоянно преследовали, и Иван издал указ о казни некоторых из них.

Журнал истории Белорусского государственного университета

Статья посвящена отечественной историографии кредитно-финансовой системы Российской империи второй половины XIX – начала XX века.Ее цель – изучить основные методологические подходы к исследованию кредитно-финансовой системы Российской империи второй половины XIX – начала XX века в дореволюционной, советской и современной историографии путем выявления основных подходов и характерных черт. особенности исследования данной темы в разные историографические периоды, выявление наиболее ярких представителей и наиболее популярных проблемных вопросов отечественной историографии, выявление ключевых методов исследования на разных этапах.Актуальность статьи определяется освещением различных точек зрения на проблемы развития кредитно-финансовой системы Российской империи второй половины XIX – начала XX веков, касающиеся финансирования крупных инфраструктурных проектов. , модернизация, использование новых финансовых инструментов для увеличения государственных доходов, стабилизация неблагоприятных макроэкономических проблем контекста. Эта информация может быть использована для решения современных стратегических задач государства и рационального использования финансовых ресурсов.Новизна исследования определяется тем, что для изучения историографии кредитно-финансовой системы Российской империи второй половины XIX – начала XX вв. впервые была применена институционально-эволюционная теория. В публикации выявляются основные черты дореволюционной историографии (эмпиризм, отражение идеологии своей социальной группы, плюрализм мнений, глубокая эрудиция авторов), советской (ведение исследований в рамках формационного подхода, официально утвержденная методологическая принципы, критика и репрессии инакомыслящих), модерн (отказ от формационного подхода, использование информационных технологий, применение экономических методов исследования, изучение объекта в контексте новых направлений).

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.