А не знаете ли вы какого нибудь вашего приятеля: Мертвые души. Поэма. — Гоголь Николай Васильевич (стр. 1)

Содержание

Мертвые души. Поэма. — Гоголь Николай Васильевич (стр. 1)

Dead Souls, by Nikolai Gogol

Гоголь Николай Васильевич

Translation by D.
J.
Hogarth

Мертвые души.
Поэма.

Part I

Том первый.
«Полное собрание сочинений в четырнадцати томах»: Издательство АН СССР, 1937-1952; Том 6

To the door of an inn in the provincial town of N. there drew up a smart britchka — a light spring-carriage of the sort affected by bachelors, retired lieutenant-colonels, staff-captains, land-owners possessed of about a hundred souls, and, in short, all persons who rank as gentlemen of the intermediate category.

В ворота гостиницы губернского города NN въехала довольно красивая рессорная небольшая бричка, в какой ездят холостяки: отставные подполковники, штабс-капитаны, помещики, имеющие около сотни душ крестьян, словом, все те, которых называют господами средней руки.

In the britchka was seated such a gentleman — a man who, though not handsome, was not ill-favoured, not over-fat, and not over-thin.
Also, though not over-elderly, he was not over-young.

В бричке сидел господин, не красавец, но и не дурной наружности, ни слишком толст, ни слишком тонок; нельзя сказать, чтобы стар, однако ж и не так, чтобы слишком молод.

His arrival produced no stir in the town, and was accompanied by no particular incident, beyond that a couple of peasants who happened to be standing at the door of a dramshop exchanged a few comments with reference to the equipage rather than to the individual who was seated in it.

Въезд его не произвел в городе совершенно никакого шума и не был сопровожден ничем особенным; только два русские мужика, стоявшие у дверей кабака против гостиницы, сделали кое-какие замечания, относившиеся, впрочем, более к экипажу, чем к сидевшему в нем.

“Look at that carriage,” one of them said to the other.

«Вишь ты», сказал один другому, «вон какое колесо!

“Think you it will be going as far as Moscow?”

Что ты думаешь, доедет то колесо, если б случилось в Москву, или не доедет?» —

“I think it will,” replied his companion.

«Доедет», отвечал другой.

“But not as far as Kazan, eh?”

«А в Казань-то, я думаю, не доедет?» —

“No, not as far as Kazan.”
With that the conversation ended.

«В Казань не доедет», отвечал другой. — Этим разговор и кончился.

Presently, as the britchka was approaching the inn, it was met by a young man in a pair of very short, very tight breeches of white dimity, a quasi-fashionable frockcoat, and a dickey fastened with a pistol-shaped bronze tie-pin.

Да еще, когда бричка подъехала к гостинице, встретился молодой человек в белых канифасовых панталонах, весьма узких и коротких, во фраке с покушеньями на моду, из-под которого видна была манишка, застегнутая тульскою булавкою с бронзовым пистолетом.

The young man turned his head as he passed the britchka and eyed it attentively; after which he clapped his hand to his cap (which was in danger of being removed by the wind) and resumed his way.

Молодой человек оборотился назад, посмотрел экипаж, придержал рукою картуз, чуть не слетевший от ветра, и пошел своей дорогой.

On the vehicle reaching the inn door, its occupant found standing there to welcome him the polevoi, or waiter, of the establishment — an individual of such nimble and brisk movement that even to distinguish the character of his face was impossible.

Когда экипаж въехал на двор, господин был встречен трактирным слугою, или половым, как их называют в русских трактирах, живым и вертлявым до такой степени, что даже нельзя было рассмотреть, какое у него было лицо.

Running out with a napkin in one hand and his lanky form clad in a tailcoat, reaching almost to the nape of his neck, he tossed back his locks, and escorted the gentleman upstairs, along a wooden gallery, and so to the bedchamber which God had prepared for the gentleman’s reception.

The said bedchamber was of quite ordinary appearance, since the inn belonged to the species to be found in all provincial towns — the species wherein, for two roubles a day, travellers may obtain a room swarming with black-beetles, and communicating by a doorway with the apartment adjoining.
True, the doorway may be blocked up with a wardrobe; yet behind it, in all probability, there will be standing a silent, motionless neighbour whose ears are burning to learn every possible detail concerning the latest arrival.

Он выбежал проворно с салфеткой в руке, весь длинный и в длинном демикотонном сюртуке со спинкою чуть не на самом затылке, встряхнул волосами и повел проворно господина вверх по всей деревянной галдарее показывать ниспосланный ему богом покой. — Покой был известного рода; ибо гостиница была тоже известного рода, то-есть именно такая, как бывают гостиницы в губернских городах, где за два рубля в сутки проезжающие получают покойную комнату с тараканами, выглядывающими, как чернослив, из всех углов, и дверью в соседнее помещение, всегда заставленною комодом, где устроивается сосед, молчаливый и спокойный человек, но чрезвычайно любопытный, интересующийся знать о всех подробностях проезжающего.

«Если ты сдохнешь, нам все равно». Как в Беларуси издеваются над задержанными

  • Елизавета Фохт, Анна Пушкарская, Оксана Чиж
  • Би-би-си

18+. Внимание: текст содержит описания сцен насилия

Для просмотра этого контента вам надо включить JavaScript или использовать другой браузер

Подпись к видео,

“Мне положили в штаны гранату». Что делают с задержанными в Беларуси

В Беларуси после акций протеста, которые начались после президентских выборов, задержаниям, арестам и издевательствам подверглись тысячи людей. Многих избивали, унижали и морили голодом. Би-би-си поговорила с несколькими людьми, которые подверглись жестокому обращению в белорусских автозаках, тюрьмах и отделах милиции.

Алина Береснева, 20 лет

С 9 на 10 августа мы с друзьями возвращались из центра Минска и попали под раздачу ОМОНа. В акции протеста мы не участвовали, но меня все равно повалили на землю — на руке еще остались царапины — и нас упаковали в автобус.

Нас привезли на улицу Окрестина (в центр изоляции правонарушителей ГУВД Мингорисполкома — Би-би-си). На входе стоял мужчина, он приговаривал: «Суки, быстрее пошли!». Я спрашиваю: «За что вы так с нами разговариваете?» Он взял меня за шею и пнул в стену, сказав: «Суки, осматривайте пол, будете знать, где ходить, где гулять».

Нас, 13 девочек, посадили в камеру на четверых. Мы спрашивали сотрудника, можно ли нам сделать звонок, можно ли позвать адвоката, на что он нам отвечал: «Вы что, насмотрелись американских фильмов? Это вам не Америка, вам ничего не положено».

Автор фото, Getty Images

Подпись к фото,

Разгонами мирных акций занимались спецподразделения, натренированные на борьбу с террористами

Прошла ночь, примерно в 12 часов дня нас начали пересчитывать, спрашивали имя и фамилию. Мы понимаем, что не ели уже больше суток — у всех скрутило животы, все были голодные, мы начали просить еду. Мы были готовы заплатить. На что нам ответили: «Нет, суки, будете знать, за кого голосовать». Мы были в жутком шоке, что нам так отвечают. Это было ужасно.

Потом настал вечер, и мы начали замечать — а у нас была щель между кормушкой и дверью — что людей выводят и заставляют подписывать что-то, хотя они кричали и возмущались. Подошла наша очередь подписывать эти протоколы. Мы с девочками договаривались отказываться от того, что нам приписывают.

Я попыталась ознакомиться с протоколом, начала его читать, Говорю: «Дайте мне, пожалуйста, ознакомиться, под чем я подписываюсь». Мне в ответ: «Я тебе, сейчас, сука, расскажу, давай быстро подписывай, а то я тебя ****** [изнасилую] и еще на 20 суток засажу». У меня был шок, у меня текли слезы, их следы остались на том протоколе. Я подписала: «согласна», поставила свою подпись, даже не знала, за что я подписываюсь.

Нам обещали, что отпустят сегодня же. Мы думали, что забудем про всё, как про страшный сон, но не тут-то было. Нас завели обратно в камеры, потом переместили в другую, где уже было 20 девушек — всего нас стало 33. Это было полное издевательство.

Когда не было еды — это самый страшный момент. Я сама по себе сильный человек. Но меня в тот момент сломали. Я просто сидела, у меня настолько скручивался живот, что я не знала, что мне делать. Ты сидишь и понимаешь, как твой организм пытается справиться с этим, но не получается. И ты сидишь просто как маленький ребенок. Ты озлоблен, но у тебя нет сил, и тебе никто не поможет.

Автор фото, Natalia Fedosenko/TASS

Подпись к фото,

Родственники задержанных во время акций протеста у одного из изоляторов в Минске

Я не знала, что мне делать, просто сидела, свернувшись в кулек, у меня пошел холодный пот, и мне позвали врача. Я еле встала и через эту кормушку говорю: «Понимаете, я не могу стоять, мне плохо, у меня кружится голова». Она говорит: «Будешь знать, где ходить в следующий раз». Мне в итоге дали таблетку валидола — на голодный желудок. Я ее пить, конечно, не стала, чтобы не сделать себе еще хуже.

Прошла еще одна ночь. Мы решили, что если нам не принесут еду, то мы уже начнем кричать и звать на помощь. К 11 августа к нам приехали еще автозаки. Мы через окно видели, как над парнями издеваются. Они стояли почти полуголые на коленях попой кверху, руки у них были за головами. Если кто-то шевелился, то они били их палками.

У одной из наших девочек начались месячные. Она попросила: «Дайте, пожалуйста, туалетную бумагу». Ей сказали: «Майкой своей подтирайся». В итоге она просто снимала нижнее белье, стирала его и ходила, пока оно снова не пачкалось. Потом, когда была пересменка, пришла женщина, которая в итоге принесла нам бумагу. Мы ее просто боготворили.

Окна выходили на улицу. Мы видели людей, которые кричали: «Отпустите наших детей!». В соседней камере был мужчина, который сильно кричал, у него были проблемы с ногой. Ему три дня не могли вызвать «скорую», он не выдержал и начал кричать в окно, чтобы люди его услышали. Так сотрудник милиции открыл дверь — это было хорошо слышно, — начал его бить и говорить: «Сука, разминай свою жопу, сейчас я тебе кровь обратно в очко запихну».

Если бы была возможность как-то наказать тех людей, я бы с удовольствием это сделала. Все это разделило жизнь на до и после. Я раньше хотела поступать в МВД, быть сотрудником милиции, защищать народ, права человека, но после того как я побыла там, я больше не хочу этого. Теперь я просто хочу уехать из этой страны, забрать всех родных и близких, чтобы здесь не оставаться.

Сергей (имя изменено по просьбе героя), 25 лет

Меня задержали на третий день акций, 11 августа, около торгового центра. Работал не просто ОМОН, это был спецотряд «Алмаз» — элита, которая борется с террористами.

Когда мы увидели, как к нам идет колонна спецтехники, мы поняли, что можно только прятаться. Я сидел в укромном месте, какое-то время найти меня не могли. Так вышло, что я видел, как на площадке перед ТЦ на коленях стоят люди, которых избивают. Один из них упал, к нему наклонился омоновец, он поднял глаза, и мы встретились взглядом. В тот момент я подумал, что мне ***** [конец].

Меня тоже вывели на площадку. Тех, кто что-то говорил, били. Меня положили, немножко побили. У меня был с собой рюкзак с респираторами, масками. Один из офицеров посмотрел на него и сказал: «О, это какой-то организатор». Начали искать владельца.

Я решил не признаваться — понимал, что будет применяться дополнительное насилие. После нескольких минут избиения меня опять спросили, мой ли рюкзак. Я сказал, что не мой. Меня вывели за угол торгового центра три человека из спецназа. Руки у меня были связаны. Достали боевую гранату — я знаю, чем они внешне отличаются от светошумовых — и сказали, что сейчас достанут чеку, положат мне в трусы, я подорвусь, а они потом скажут, что я подорвался на самодельном взрывном устройстве. Что никто ничего не докажет и им ничего не будет.

Я продолжал говорить, что рюкзак не мой. Они положили мне в штаны гранату, отбежали. Потом вернулись и сказали, что я ****** [обнаглел], снова начали бить. Били в пах, били по лицу. Рюкзак велели нести в зубах. Пока мы шли в автозак, они продолжали меня бить руками по лицу. Если ронял рюкзак — били. У меня сейчас в итоге сколы на зубах.

Меня завели в автозак, там было человек 20. Нас кидали одного на одного. Сверху стоял омоновец, который ходил по людям. Ноги ставили на шею, начинали душить. У людей отекали руки из-за стяжек — кто жаловался, того били по рукам. В нашей машине был астматик, он начал задыхаться. Омоновец подошел к нему, положил ногу на горло, начал душить и сказал: «Если ты сдохнешь, нам всё равно».

Когда нас вывели на улицу, на земле была разлита краска. Мне обмазали ей лицо, пометили таким образом. Потом меня пересадили в другую машину. Там были четыре сотрудника с дубинками. Тебя кладут на пол, и они бьют тебя по ногам, приговаривая: «Это чтобы не бегал! Добегался!» Там я был один, возможно, туда водили и других. Девушек при мне не били.

Автор фото, Valery Sharifulin/TASS

Подпись к фото,

Омоновцы на акции протеста 11 августа

Потом меня вернули в общий автозак. Там были две девушки лет 18. Их провинность была в том, что они поднимали голову и обращали внимание на то, что кому-то в салоне стало плохо. После нескольких таких обращений к одной из них подошел омоновец, начал на нее кричать, схватил за волосы. Он каким-то образом отбрил у нее часть волос и сказал: «Вы — шлюхи, мы вас вывезем в СИЗО, закинем в камеру к мужикам, вас там ****** [изнасилуют], а потом в лес увезем».

Был парень, который не хотел разблокировать телефон. Его раздели догола и сказали, что если он не скажет пароль, его изнасилуют палками. Тогда он согласился, его кинули лежать к остальным.

Нас привезли на какой-то переправочный пункт. Мы вышли из автозака. Там был коридор из 40 человек до другого автобуса. Когда идешь по нему, тебя бьют. Падаешь — бьют, пока не встанешь — по ноге, головам. Когда я дошел до автобуса, я упал от удара. На меня опять обратили внимание спецназовцы, потому что у меня была майка солидарности с российскими политзаключенными. Меня дополнительно побили, а потом взяли за руки и за ноги и кинули в автобус, как мешок.

На меня орали, говорили ползти в определенную точку. Я полз медленно, меня снова били. Когда я дополз, я уже просто не мог двигаться. Ко мне подошел другой сотрудник, поставил ногу на спину и начал бить по голове дубинкой — но уже не простой резиновой, а с металлическим стержнем. Я это понял, потому что после первого удара меня выключило. Я перестал что-то чувствовать.

Он бил какое-то время. Потом сверху меня навалились люди. Мне было тяжело дышать. Тех, кто был сверху, продолжали избивать. Был странный выбор, непонятно, где хуже — наверху, где ты с воздухом, но бьют, или внизу, где ты задыхаешься, но тебя не бьют.

Потом нас высадили, был еще один «коридор», где били, нас пересадили в автозак в камеру «стакан». Он был рассчитан на три человека, туда затолкали восемь. Я был прижат к стене и увидел кровь — только тогда я понял, что у меня разбита голова. В какой-то момент я потерял сознание, это повторилось несколько раз.

Когда нас довели до учреждения, из-за травм и духоты я просто не мог стоять. Я вывалился из камеры. Они сказали: «Кажется, этот уже готов». Меня выкинули из автозака и бросили. Ко мне сразу подошли медики, они сказали, что у меня рассечена голова, все побито, точно есть сотрясение. Меня тошнило, изо рта шли слюни. После этого меня уже не трогали. Уже сами омоновцы стояли и рассуждали — умру я или нет.

Для просмотра этого контента вам надо включить JavaScript или использовать другой браузер

Подпись к видео,

«Настя, мама тут». Истории от изолятора в Минске

«Скорых», чтобы всех вывезти, не хватало, я лежал час. В итоге за мной приехали. В «скорой» я просил отвезти меня домой, а не в больницу, потому что оттуда участников акций забирают. Но из-за разбитой головы и подозрения на перелом ноги меня все же увезли в больницу.

Врачи понимают, что людей пытают, они стараются вывезти, кого могут. Суммарно мне наложили 12 швов на три раны, сделали операции, снимки. Через несколько часов меня из больницы забрали друзья. Из-за того, что у меня не было ни паспорта, ни телефона, мою личность так и не установили.

Пока меня били, я большую часть времени ни о чем не думал. Мне было страшно, я не ждал такого насилия. Я думал о том, чтобы сгруппироваться, чтобы сохранить здоровье. Но если честно, еще думал про эмиграцию. Что если ничего не изменится, мне будет страшно жить в стране, где тебя могут в любой момент убить, и никто не будет наказан. Страшно думать, что рядом с нами живут сотрудники этих структур, которые пытают людей и продолжают жить обычной жизнью.

Олег, 24 года (имя изменено по просьбе героя)

Я дальнобойщик, к политике никак не отношусь, не враг народа. Приехал неделю назад из рейса из Сибири. Посмотрел, что творится в интернете. Увидел, что дети выходят, бабушки. Я подумал — что я, молодой парень и буду дома отсиживаться? И пошел тоже.

Меня задержали [в ночь] с 10 на 11 августа, ближе к полуночи. Был хлопок недалеко от меня. Меня оглушило. Я увидел, что на земле лежит парень. Я хотел помочь подняться — а у него практически была оторвана нога. Ему светошумовая граната попала прямо в чашечку, колена уже не было.

Телефон куда-то завалился, я побежал искать «скорую». Мимо одна проезжала, я попросил медиков подъехать. Они попросили меня и еще нескольких парней остаться помочь. Метрах в двадцати стояли сотрудники ОМОНа — со щитами, оружием, автоматами.

Они нас не забирали, передавали другим нас не трогать. А потом подбежали со спины, положили быстренько, ударили по ногам. Завели руки за голову, избивали ногами. Врач пытался объяснить, кричал: «Что вы творите, мы тут не справимся, люди помогают!»

Нас сначала подняли, а потом через полторы минуты опять подбежали, избили дубинками. По пути в автозак били, в автозаке тоже били, кричали: «Ах вы твари конченые». Были ногами, руками, прилетало по всему телу. С нами сидел мужчина лет пятидесяти, инвалид второй группы. Он попросил таблетку, сказал, что ему плохо. Его постоянно избивали.

Когда большая камера в автозаке заполнилась, нас начали сортировать по маленьким — по шесть человек. Нечем было дышать, была только маленькая форточка. Мы полтора часа сидели в этой дымовухе. После этого нас отвезли на Окрестина. Когда мы выбегали, выстроился коридор из сотрудников милиции и ОМОНа. Мы бежали к забору — они нас избивали. Улыбались, говорили: «Хотели перемен? Будут вам перемены!»

Автор фото, Getty Images

Подпись к фото,

Сотрудники ОМОНа разгоняют акцию протеста в Минске 9 августа

Полтора часа мы стояли с опущенной головой на коленях перед бетонным забором. Там были камни, у меня до сих пор колени все синие. Если кто-то возмущался — избивали. Один человек кричал, что он офицер ФСБ. Его окружили, дали в солнечное сплетение, его человек пять месили дубинками. Репортера из России избивали, он кричал просто до ужаса. Били за любой вопрос.

Я пока стоял, не думал ни о чем. Было очень жалко людей, которых избивали. Мне периодически тоже прилетало. Потом нас завели в здание, пока мы бежали, чтобы сдать вещи, нас продолжали бить дубинками. После нас загнали в прогулочный дворик- там было человек сто тридцать, все стояли один на другом. Раз в два часа по десять человек водили в туалет и еще раз в час давали по две двухлитровых бутылки воды. Некоторые на них посмотреть не успевали, как они уже заканчивались.

Потом нас опять повели на улицу — по пути избивали, — поставили на колени и допрашивали. Затем всех отправили в камеру, пока мы туда бежали, нам продолжало прилетать. В камере — 120 человек, за сутки дали только воду и одну буханку хлеба на всех.

На следующее утро были суды, нас к тому моменту в камере осталось около 25 человек. Меня на суде согласились освободить, арест не назначили. Но после этого еще продержали до вечера. Мои личные вещи так и не нашли, пообещали отдать потом. Вывели на улицу, я видел толпу парней, лежащих лицом вниз. Их избивали, они кричали. А через забор стояли их родственники.

Сам милиционер, который с нами стоял, говорил, что это ужас, это страшно. Когда нас выводили через задний двор, нам сказали, что если мы подойдем к толпе, где были родственники и пресса, нас заберут, и мы будем синего цвета. Но когда мы вышли, люди к нам подбежали как к героям — предложили сигарет, дали позвонить родственникам. В итоге у меня полностью отбиты ноги, спина и лопатки.

Марыля, 31 год

12 августа мы с друзьями после 23 часов возвращались домой на машине по пустому проспекту — в Минске уже не было пробок, как в первые дни протестов, когда машины блокировали. И недалеко от Стелы, где народ собирался в день выборов, нас остановил гаишник и велел съехать к обочине. Кроме машины ГАИ там стояло несколько «бусиков» (микроавтобусов — Би-би-си). Подошли люди в черной защитной форме, в черных балаклавах — кажется у них были нашивки МВД, но точно я не разглядела. Их было много, только на нашу машину было человека три. Они не представились, сказали, чтобы мы вышли из машины.

Нам сказали разблокировать телефоны, потом сотрудники стали смотреть, какие у нас есть фото и видео. Меня отвели в сторону, а парней поставили руками на машину. Парни открыли телефоны, и в галерее у всех были видео с предыдущих ночей — как машины стоят в пробке и гудят и так далее. Мы знаем, что по закону не обязаны это показывать, но когда около тебя стоит куча черного народа с автоматами или каким-то другим оружием… Они начали материться, кричали: «Вы хотели перемен? Мы сейчас покажем вам перемены!». Начали обсуждать, что с нами делать, решили везти в РУВД.

Забрали ключи от нашей машины, завели в бус, лицо водителя мы тоже не видели. С нами сели двое с оружием, и кто-то ехал сзади в нашей машине. Тут вспомнили про меня, сказали набрать пароль от телефона. Я говорю: «У меня руки трясутся». Один из них даже сказал: «Отстань от нее, зачем тебе это нужно». Второй — самый агрессивный — все же забрал у меня телефон и тоже начал говорить: «Вот, там видео с протестов…».

Нас завели во внутренний двор РУВД — там уже лежали на асфальте парни c машины, которую привезли перед нами, и девушка стояла возле стены. Меня поставили недалеко от нее тоже лицом к стене, а парней — вдоль другой стены. И я услышала удары и поняла, что бьют моего мужа — потому что тот, кто бил, говорил: «Зачем тебе белый браслет?». Это был белый резиновый браслет у мужа на руке — символ того, что мы за Тихановскую и за мирные перемены. Я хотела посмотреть, но те, кто стояли за мной, сказали: «Не дергай головой».

Пришли переписывать данные. Ко мне подошел сотрудник, видимо РУВД, без маски и в гражданской одежде — его лицо рассмотреть я тоже не могла, потому что стояла лицом к стене. Он сказал мне ввести пароль на телефоне, но говорил: «Машенька», «Если что нужно, обращайтесь», — такой супердобрый полицейский.

Пока я разблокировала телефон, успела удалить из него «Телеграм» и что-то еще, потому что слышала, как они говорили, что будут смотреть наши подписки. Он сказал: «Я сейчас посмотрю, что вы удалили», но у него не получилось.

Автор фото, Valery Sharifulin/TASS

Подпись к фото,

Участница акции протеста в Минске 11 августа

Ребят с девушкой из другой машины увели куда-то и потом нас тоже начали вызывать по фамилии. Пока я шла, тот, кто похож на омоновца, стал кричать, чтобы я опустила голову. А сотрудник в гражданской одежде говорит: «Не лезь к ней, все нормально». И тут произошла такая история. Нам уже сказали забрать свои вещи, отдали телефоны — но одному из друзей все время звонила жена, а у него была установлена на рингтоне песня Цоя «Перемен!». Ему велели выключить звук, а кто-то сзади сказал: «Не увозите их, они еще не выучили свой урок».

Нас повели и поставили лицом к другой стене двора. Парней — с руками за головой, я держала руки просто за спиной. Мужа, за то что он хмыкнул, ударили по ногам, сказали расставить ноги шире. Мне сначала сказали, что я могу стоять как хочу, но потом подошел еще один омоновец и сказал, чтобы я тоже поставила ноги шире. Все время давали разные команды и сложно было понять, чего они хотят. Парню, у которого затекли ноги, один омоновец разрешил поприседать, а другой подошел, ударил его ногой по ногам и велел встать к стене опять.

Стояли у нас за спиной и издевались, говорили: «Сидели бы дома». У нашего друга онемела рука, ему запрещали шевелить ею, но стали говорить: «Чего ты шляешься по протестам, если такой хилый». Говорили в основном теми же фразами, которые я уже слышала от знакомых, которых задерживали: «Вы в нас кидаете коктейли Молотова», «это Запад все оплачивает».

В конце мы услышали, как привезли еще какого-то парня, и ритмичные звуки дубинок о тело — несколько людей его очень жестоко избивали. Он просил не бить, но они матерились и били. Это было очень страшно. Потом его увели, а нам сказали, что будем стоять до семи утра, конца их смены. Потом кто-то подошел и спросил: «Кто тут самый буйный? Только не девушка». Его коллеги стали смеяться и показали на нашего друга. И его заставили отжиматься, под счет, говорили, чтобы он застыл в самой неудобной позиции, и обещали, что если не отожмется нормально, будут бить — все с издевкой и матом. Потом сказали приседать.

Потом нам сказали, что отпустят без протокола: «Надеемся, вы больше нигде не будете участвовать». Мы вернулись домой примерно в 2 часа ночи. У парней большие синяки от резиновых палок. Но мы останавливаться не собираемся, потому что это была их главная цель — запугать, но они сами нас боятся и воспринимают больше как врагов.

Я пошел в магазин, мне нужно было купить одежду, потому что после предыдущих акций у меня предыдущая поизносилась. Взял пакет с вещами. Доехал до улицы Дворец спорта и на полпути я увидел, что всех молодых людей, которые выходят из автобуса, сразу с остановки пересаживают в автозаки. Я начал это описывать для редакции. В момент, когда я это делал, ко мне подъехал автобус, оттуда выбежали люди, схватили меня за руки.

У меня выхватили телефон. Решили, что раз я что-то пишу и у меня есть интернет, я координатор. Они увидели фотографии спецтехники, предыдущих акций. Погрузили в машину и отвезли к автозак, в котором я просто сидел два часа. Я пытался объяснить, что я журналист, это их не очаровало.

Жесть началась возле РУВД «Московский», куда нас привезли. Автозаки открывают, людям заламывают руки. Если голова выше, чем надо — сразу прилетает по затылку либо дубинкой, либо щитом. Тащат волоком. Я увидел, что парня, которого вели передо мной, просто ради шутки со всего размаха долбанули головой о дверной косяк. Он закричал, поднял голову, ему еще привело.

Для просмотра этого контента вам надо включить JavaScript или использовать другой браузер

Подпись к видео,

«Журналистов не трогать». Что говорят в МВД Беларуси о нападениях на журналистов

Дальше то, что меня больше всего поразило — «людской ковер». Нас завели на этаж и первое что я вижу — люди, которые просто лежат на полу. По ним идут как омоновцы, так и ты. Мне пришлось наступить на мужчину, потому что когда я пытался его обойти, мне опять прилетело.

На полу кровь, испражнения. Тебя бросают на пол, голову поворачивать нельзя. Мне повезло, что у меня была маска. Рядом был парень, который попытался повернуться, ему со всего размаху берцами прилетело по голове, хотя он и до этого уже был сильно избит. Были люди с перебитыми руками, которые не могли ими шевелить.

Людей заставляли молиться. Завели парня, который молил: «Дяденьки, не бейте». Ему сказали, что его сейчас уроют, начнут зубы считать. Несколько ударов. Он уже захлебывается кровью, и омоновец ему говорит — «Читай «Отче наш!». И вот ты сидишь и слышишь, как парень разбитым ртом читает: «Отче наш, иже еси́ на небесех».

Самый страшный момент — это когда ты сидишь, а людей в коридорах, этажом ниже, избивают до такой степени, что они не могут говорить и воют. Ты поворачиваешь голову — на полу кровь, кричат люди, а на стене доска почета с улыбающимися милиционерами, которые это творят. Ты понимаешь, что попал в ад.

После пересменки выяснилось, что два человека из задержанных пропали. Они поняли, что уже путают людей, нас спустили в одиночные камеры — в каждую по 20-30 человек. Вентиляции не было, стоять можно было около стены. Через час от испарений все было мокрым. Тем, кто был в возрасте, становилось плохо, один парень потерял сознание.

Автор фото, Getty Images

Подпись к фото,

Сотрудники ОМОНа избивают задержанного на акции протеста в Минске 9 августа

Потом примерно через 16 часов после прибытия в РУВД нас стали очень жестко выводить и закидывать в автозак. Сидеть запрещалось, людей складывали штабелями в три слоя. Некоторые люди с травмами оказались внизу, им было нечем дышать. Они кричали от боли, к ним просто подходили, били их по голове дубинками, унижали. Это напоминало пытки гестапо, в обычной жизни невозможно представить, что это возможно.

Ходить в туалет было нельзя. Тем, кто просил, говорили ходить под себя. В итоге люди действительно ходили под себя, в том числе по большому. К тому моменту все уже перестали что-то просить — еще в РУВД поняли, что помощи не будет. Тех, кто жаловался, жесточайше избивали.

Когда автозак двинулся, людям разрешили расползтись. Но если кто пытался опираться на сиденья или поднимал голову — сразу прилетало. Потом омоновцам стало скучно и они сказали встать на колени и петь гимн Беларуси. Это снимали на телефон. Когда автозак ехал, окружающие машины сигналили. Но если бы водители знали, что творится внутри, они бы не сигналили — штурмом бы брали эти автозаки.

Я потерял самообладание через полтора часа. Я говорил: «Извините, я российский журналист, что я такого сделал?» Мне начало прилетать по почкам, шее, голове, ответа я не получил. Со мной был один парень, который говорил: «Пожалуйста, расстреляйте нас, зачем вы нас мучаете». А ему отвечали, что расстреливать никого не будут, потому что в тюрьме нас ждет еще больше боли и «петушить» нас будут по очереди.

Когда нас привезли в [изолятор] Жодино, нам сказали: «Прощайтесь с жизнью, тут вас будут убивать». Но к нашему удивлению, нас там приняли нормально. Сотрудники колонии проявляли жестокость только пока СОБРовцы не уехали. Люди были рады, что попали в тюрьму — больше всего они боялись, что их автозаками повезут обратно в Минск.

Там я оставался три-четыре часа. За мной пришел полковник, меня вывели, пошли искать мои вещи. Те, с кем я был, были рады, что меня отпускают и я смогу рассказать о том, что происходит. На выходе нас встретил представитель консульства. Меня выслали из Беларуси с запретом въезда на пять лет и увезли в Смоленск.

Если бы запрета не было, я бы вернулся работать в Беларусь. Там уникальные люди. Они воспринимают перемены со знаком плюс и объединены одной целью.

Наталья, 34 года

Мы шли по улице без приключений с подругами. Потом позади нас появилась толпа людей, убегавших от ОМОНа, затем и сам ОМОН. Несколько омоновцев пробежали мимо нас, а один, видимо, который устал бегать, прицепился к нам с подругой. Он говорил: «Че ты ржешь? Я вижу, тебе весело. А то, что милиционеру сегодня лицо порезали осколком бутылки, тебе тоже смешно, да?». А я не смеялась, я хотела, чтобы он с миром от нас ушел.

Но почему-то его это разозлило, он потащил меня в микроавтобус. В микроавтобусе уже были люди. Нас спрашивали: «Что, нравится быть мясом? Где ваша Тихановская? Где ваша Цепкало?»

Для просмотра этого контента вам надо включить JavaScript или использовать другой браузер

Подпись к видео,

«Пацаны, это уже позор»: в Беларуси бывшие силовики публично выбрасывают форму

Мы приехали в РУВД «Советское». На улице всех поставили лицом к забору, руками на забор. И мы возле этой стены простояли до утра следующего дня. Нас периодически переставляли. Отвели в подвал, где изъяли вещи, телефон забрали, отправили опять к этой стенке.

Кто-то [за стеной] подъезжал на машине и пытался включить Цоя «Перемен». И мы слышали, как милиция переговаривается между собой, что надо их тоже затащить сюда — вместе с «переменами». Какая-то девушка искала парня. Она, наверное, встала на крышу машины, потому что мы видели ее лицо за заборчиком. И менты переговаривались между собой: «Смотри, там какая-то кобыла стоит, иди сгони ее оттуда!». Они вот так про людей говорят.

Парней били. Одному парню сломали ребро, судя по всему. Девочка была с перебитой ногой — это ее [травмировали], когда брали, видимо. В первую очередь получали самые дерзкие. Потом подъехали автозаки и туда начали грузить парней. Там явно кого-то били. Видимо, туда грузили помногу человек, и я слышала: «Ноги под себя! Ноги под себя!», и слышны были удары и крики. Целыми автозаками их увезли куда-то.

Остались девчонки. Нас начали вызывать в здание РУВД и предлагать подписать протокол. В протоколе был написан бред — что я активное участие в митинге принимала и выкрикивала лозунги «Стоп, таракан!». Я решила, что я его подписывать не буду. Тех, кто подписал, отпустили сразу домой. Тех, кто нет — повезли на Окрестина в центр изоляции правонарушителей (ЦИП).

Автор фото, Valery Sharifulin/TASS

Подпись к фото,

Женщина с ребенком наблюдают за акцией протеста в Минске 10 августа

На самом деле там не все уроды. Нам попался «добрый милиционер», который сказал: «Так-так, пока никто не видит, можете написать смски домой». Не знаю, это роль такая или он действительно хороший, но хочется думать, что что-то есть человеческое в них.

В связи с наплывом огромного количества людей там была полная неразбериха. Нас должны были поместить в ЦИП, но оказалось, что там нет места и нас решили поместить в изолятор временного содержания. В ИВС тоже не было места и временно нас решили определить в так называемый «стакан» — помещение метр на меньше метра, нас туда засунули вчетвером.

Затем нас поместили в камеру на двух человек. Выдали один матрас. Из поверхностей помимо кроватей, уже занятых двумя женщинами, был стол, скамеечка и пол. Мы спали кто где: кто на столе — можно сказать на книжной полке — кто на матрасе поперек. Сутки мы, наверное, не ели, но потом начали кормить.

Когда подходили к концу наши третьи сутки и мы говорили, что нас должны выпустить, нам отвечали: «Вам тут никто ничего не должен». С тобой там говорят, будто ты какой-то зверь. Да даже разве со зверями можно так? Это другой какой-то формат людей, который и с нами общается, как с уголовниками, и друг с другом.

Спустя 74 часа, в ночь на 13 августа, нам сказали выйти из камеры, вывели на улицу, поставили лицом к стенке. Сказали, что вещи не отдадут — а в моем случае это телефон, паспорт, права, деньги. У кого-то это были единственные ключи от квартиры. Две девчонки продолжали возмущаться, тогда их ударили и сказали, что они идут назад в камеру.

Я повернулась на них и спросила: «Что вы делаете?», за что получила удар по лицу рукой и дубинкой по ногам. Злой мент спросил: «Кому тут еще вещи?», потом сказал убегать. У всех ботинки без шнурков, но нужно бежать к выходу. Нам говорили: «У нас там оцепление, попадете в него — вернетесь назад».

10 Советов по изучению Английского языка

Для начинающих:

Чтобы изучение английского было эффективным и быстро принесло результаты, сначала определите цель занятий. Сделать это можно по следующему алгоритму:

  1. Задайте себе конкретную цель. Она должна быть четко сформулирована, измерима и при этом укладываться в определенный срок достижения. Например: через 3 месяца поддержать 15-минутный разговор на английском на свободную тему. 
  2. Определите навыки для развития. Подумайте, что у вас развито слабее — аудирование, говорение, чтение или письмо — и сосредоточьтесь на этом. Или можно сделать акцент на том навыке, который соответствует вашим целям. Так, в случае с целью из первого пункта лучше сосредоточиться на прокачке навыков
    Speaking
    и Listening.
  3. Соблюдайте четкий режим занятий. Например, выделите утром 30 минут для изучения лексики и грамматики, в обеденный перерыв практикуйте аудирование, после работы повторяйте материал, который освоили утром, а вечером посмотрите любимый сериал в оригинале. Кроме того, два-три часа в неделю лучше всего посвятить разговорной практике с преподавателем или носителем языка. Интенсивность и продолжительность занятий определяйте сами, но следите за регулярностью: лучше заниматься полчаса каждый день, чем 2 раза в неделю по 1,5 часа.

Чтобы заговорить на английском даже на начальном уровне, изучите самые популярные слова и выражения, которых будет достаточно для повседневного общения. Как правило, это те существительные, прилагательные, местоимения и глаголы, без которых не обойтись при разговоре. Придумывайте раз за разом предложения с ними и освойте нужные грамматические конструкции, чтобы грамотно их использовать. После этого вы сможете быстро заводить разговоры на самые базовые темы.

Как выглядит список из 100 самых популярных слов в английском и как их лучше учить, можно посмотреть по ссылке:

Если за один день вызубрить длинный список незнакомых иностранных слов, то через месяц вы не будете помнить и трети из них. К такому выводу пришел немецкий психолог Герман Эббингауз еще в 1885 году, когда экспериментировал со списками бессмысленных слогов. 

Как же запоминать лексику быстро и надолго? Ваш лучший помощник — карточки со словами для запоминания. Идеальная карточка содержит слово с картинкой-иллюстрацией на одной стороне, транскрипцию, перевод и примеры использования на другой.  Именно так они выглядят, например, в приложении

Skyeng. Существуют также приложения Anki и Supermemo, где вы можете создавать карточки на свой вкус и учить не только лексику, но и грамматику и правила произношения. 

В чем эффективность метода карточек? В его основе заложена система интервальных повторов (Spaced Repetition System). Работает она очень просто: 

  • Каждый день приложение тестирует вас на знание материала из карточек. Сначала показывает вам слово, например dog (собака), и спрашивает перевод. 
  • Отвечаете правильно — карточка переносится в конец списка. Вместе с тем увеличивается интервал времени, через которое вы ее снова увидите.  Допускаете ошибку — слово вскоре опять выплывет перед вами. 
  • Чем лучше вы запомните слово, тем реже карточка с ним будет появляться в списке лексики на повторение. Однако совсем оно оттуда не исчезнет: SRS-система работает таким образом, что будет выдавать давно выученное слово так часто, чтобы вы не забывали его спустя время.

Таким образом, материал будет откладываться в памяти быстро и сохраняться там намного дольше, чем если бы вы прибегали к традиционной зубрежке.

Подробнее о том, как легко учить и запоминать лексику, вы можете посмотреть в этом видео: https://www.youtube.com/watch?v=KsLRu_kOb_w 

Еще один проверенный способ прокачать словарный запас на английском: вы клеите стикеры со словами на предметы, которые они обозначают. Легче всего это сделать дома. Например: в качестве объекта можно выбрать кухню и украсить стол стикером «table», на кухонный шкафчик наклеить «cupboard», а к посудомоечной машине прилепить «dishwasher». Ограничений почти никаких: вы сами решаете, какой теме вам нужно уделить внимание.

Чтобы лучше запоминать лексику с помощью стикеров, следуйте следующим правилам:

  • Продумывайте списки слов для изучения. Для этого определитесь с нужной вам тематикой.  Бытовая техника, мебель, элементы декора, стройматериалы, предметы личной гигиены, столовые приборы — исходите из собственных интересов. Можете изучать только части предметов: например, в спальне на кровать можно наклеить стикеры
    bedhead
    (изголовье), а на дверь — door handle (дверная ручка).
  • Используйте контекст: добавляйте к существительным глаголы и прилагательные. Например, на кухне к стикеру oven (духовка) добавьте to bake (выпекать) и to roast (запекать), а на наклейке chair (стул) в гостиной напишите wicker (плетеный), padded (мягкий) или clear (прозрачный). Грамотные примеры позволят запоминать новую лексику максимально легко и быстро.
  • Следите за прогрессом. Каждую неделю намечайте себе те слова, которые планируете изучить, и отмечайте те, что уже выучили.

Для продолжающих:
  • Выбирайте для просмотра те фильмы и сериалы, которые вы уже видели в переводе. Идеальный вариант — смотреть свое любимое кино, сюжет которого вы хорошо знаете. 
  • Еще одна возможная альтернатива — смотреть оригинальные версии знаменитых русских сериалов-адаптаций. Например, The Nanny («Моя прекрасная няня»), Who’s the Boss («Кто в доме хозяин»), Everybody Loves Raymond («Воронины»), Married…with Сhildren («Счастливы вместе»). Польза состоит в том, что вы уже знаете об основных сюжетных линиях и героях и вам будет понятен основной смысл, даже если не уловите каждое произнесенное слово. Так вы сможете тренировать навыки восприятия речи на слух и обогатить словарный запас интересными разговорными фразами.
  • Во время просмотра старайтесь выписывать реплики персонажей, которые вам понравились больше всего, и в дальнейшем используйте их в своей речи. Поначалу включайте субтитры на английском. Потом вы сможете понимать слова героев и без сопроводительного текста.

Лучший способ научиться звучать как носители языка — как можно точнее воспроизводить их речь. Как сделать это грамотно, читайте ниже:

  • Для начала определитесь, с каким акцентом вы хотите говорить. Например, любимые сериалы «Секс в большом городе» или «Друзья» подойдут, если вы хотите говорить с американским произношением. А если хотите звучать подобно английской королеве, лучше выбирайте BBC.
  • Убедитесь, что к аудио идет транскрипт с расшифровкой речи, а к видео — субтитры. 

Далее постройте тренировки следующим образом:

  1. Сначала просто прослушайте материал, чтобы понять основную идею. Лучше всего работать с небольшими видео- и аудиофрагментами продолжительностью 2–3 минуты. При необходимости повторите запись несколько раз;
  2. В транскрипте или субтитрах найдите незнакомые слова или выражения и узнайте их значения;
  3. Слушайте речь, нажимайте на паузу и повторяйте услышанное;
  4. Затем старайтесь повторять почти одновременно со спикером, на этот раз пытайтесь как можно точнее перенять темп речи, интонацию и паузы. Обращайте внимание на смысловые акценты и ударения;
  5. Когда будете знать текст практически наизусть, повторяйте одновременно со спикером. Не забывайте добавлять эмоции и включать воображение! Например, представьте, что проходите кастинг в тот же самый сериал.

Почему метод теневого повтора действительно работает? Во-первых, вы звучите естественнее, так как перенимаете интонацию носителей языка и шаблоны иностранных слов и фраз. Во-вторых, вы обогащаете лексикон сленгом и различными идиомами, которые характерны для англоязычной страны. В итоге имитация речи актеров позволит вам быстро овладеть живым, разговорным английским, а заодно подкорректировать свое произношение.

Если хотите быстро перейти на новый уровень владения языком, стоит начать на нем думать. Мы все любим вести внутренние монологи, когда проводим время в одиночестве, почему бы не делать это на английском? 

  1. Для начала переводите свои мысли. Проще всего это делать сразу после занятий с преподавателем или разговора с вашим другом-иностранцем, когда еще свежи в памяти языковые конструкции. Лучше всего метод работает, когда мы думаем о предстоящих делах или проблемах, с которыми сталкиваемся. Например: 
    • I have a gazillion things to do: go grocery shopping, do my laundry and feed the cat. — У меня миллион дел: сходить за продуктами, постирать белье и накормить кота. 
    • I don’t think I can handle this: working has become very stressful. — Думаю, я не справлюсь с этим: работа стала очень стрессовой.
  2. В дальнейшем можете вести воображаемые разговоры с друзьями в различных ситуациях на любые темы. Например, когда идете в спортзал, в перерывах между упражнениями подумайте о том, как бы вы рассказывали о своих тренировках другу-носителю языка, если бы он пришел туда вместе с вами.
  1. Пользуйтесь англо-английскими словарями, где определения слов даются с помощью самой общеупотребительной лексики. Можете использовать такие ресурсы, как: Free Dictionary, Cambridge Dictionary, Dictionary by Merriam Webster. 

    Также читайте литературу от первого лица. Ориентируйтесь на направление young adult (подростковая литература). Довольно часто в таких книгах повествование идет от первого лица. Из самых известных примеров: Джон Грин «Виноваты звезды», «Сумерки» Стефани Майер, «Голодные игры» Сьюзан Коллинз. Следите за тем, как персонажи формулируют свои мысли (как строят предложения, какую лексику используют) и берите на вооружение, когда будете сами описывать события из своей жизни в голове. Такой подход позволит вам учиться сразу думать на языке, а не переводить.

Нет никакого смысла в том, чтобы учить язык и не практиковать его как можно чаще. Час разговора с носителем языка можно запросто приравнять к нескольким онлайн-урокам и 5 часам аудио-курса. Друзья-иностранцы помогут вам лучше тренировать восприятие речи на слух, разнообразить вокабуляр полезными фразочками, а самое главное: использовать язык по его прямому назначению — общаться.

Самый простой способ завести англоязычного друга — найти человека, который изучает ваш родной язык, и наладить с ним языковой обмен. Для этого можете использовать такие ресурсы, как Italki и Tandem. Вот несколько правил того, как сделать встречи со своим языковым партнером продуктивными:

  1. Встречайтесь регулярно. В идеале 2–3 раза в неделю минимум по 30 минут. Заранее договоритесь о формате ваших разговоров: сколько времени будете практиковать английский, сколько русский.
  2. Определитесь с темами ваших встреч. Поначалу вы можете отрабатывать материалы своих уроков: разыгрывать по ролям диалоги из учебника, практиковать грамматику и лексику. В дальнейшем вы можете выбрать одну или несколько тем, которые вас интересуют и обсуждать их на протяжении всей встречи.
  3. Когда будет ваша очередь языковой практики с партнером, старайтесь большую часть времени говорить на английском и не переходить на русский. 
  4. Не бойтесь совершать ошибки. Ваша главная цель: поддерживать разговор, а не концентрироваться на ваших пробелах в знании английского, вы ведь не на уроке. Если заходите в тупик, используйте фразу «How do you say…» («Как сказать?») + слово, которое вам нужно перевести. 

Для продвинутых:

Настало время окружить себя языком. Выполняйте привычные вам действия на английском. Как можно подчинить свой распорядок дня изучению языка (на примере графика офисного сотрудника):

  1. Утро посвятите прокачке навыков аудирования. Выбирайте то, что вам больше нравится: новости BBC, сериалы на Netflix, видео на Youtube, подкасты на Spotify, радиопередачи. Ориентируйтесь на такие материалы, за просмотром или прослушиванием которых вы можете неторопливо позавтракать, но вместе с тем узнать что-то новое. 
  2. По дороге на работу можете послушать любимую музыку на английском или все те же радиошоу или подкасты.
  3. В перерывах на чай-кофе можете повторять ранее изученные слова в Anki или Skyeng и выучить новые.
  4. В обеденный перерыв прочитайте главу из любимой книги или статью из журнала. Самое главное, чтобы материал вам был интересен и не приходилось себя заставлять. Выбирайте неадаптированную литературу и американские или британские онлайн-издания (The Economist, Atlantic, New York Times, The Guardian). Если нет времени читать, пройдите несложные развлекательные тесты на английском: например, BuzzFeed Quizzes или Zimbio.
  5. В течение дня можете переписываться с другом-иностранцем по удобному мессенджеру (WhatsApp, Viber, Telegram). Кстати, раскладку в своем смартфоне заранее поменяйте на английскую. А вечером можете с ним созвониться и поболтать о том, как прошел день.
  6. Вечером можете потренировать письменные навыки: пообщаться на разные темы в Reddit, опубликовать минипост в Instagram или прокомментировать чье-то видео в TikTok. Если чувствуете в себе потенциал, можете завести свой англоязычный блог и регулярно публиковать там посты. 
  7. По выходным уделить больше внимания какой-либо активности из вышеперечисленных или найти новую: например, найти рецепт на английском и приготовить по нему что-нибудь вкусненькое.

Определите перспективную для себя экспертную область и обучайтесь в ней на английском. Работаете психологом? Читайте профессиональную литературу в оригинале, проходите обучающие курсы от лучших университетов мира на Coursera.org, посещайте мероприятия, на которых выступают эксперты-экспаты. Хотите получить новую профессию? Обучайтесь у зарубежных преподавателей, и в дальнейшем используйте полученные знания в работе. 

Бонусный совет: have fun! 

Самое главное — что бы вы ни делали на английском, вам должно это нравиться. Ищите людей, с которыми вам интересно общаться. Выбирайте книги, которые будете читать на одном дыхании. Смотрите те сериалы, от которых не сможете оторваться (но не переусердствуйте). Участвуйте в мероприятиях, где сможете практиковать язык и заводить интересные знакомства. Общайтесь на темы, которые интересны лично вам. Английский язык невозможно выучить раз и навсегда, его изучение — путь длиною в жизнь, поэтому этим путешествием нужно наслаждаться.

Хватит спрашивать «как дела?». 5 правил успешного диалога

Фото: HIVAN ARVIZU

«Как дела?» — два самых бесполезных слова в мире общения. Давайте будем честны: спрашивающий не то чтобы действительно хочет знать ответ на этот вопрос, а отвечающий едва ли будет честен. В итоге получается обмен бессмысленной информацией. Кажется, не стоит долго останавливаться и на том, что благодаря этому заезженному вопросу не получится выстроить нормальную связь с собеседником.


Но как стать харизматичным человеком и научиться вести продуктивную беседу с малознакомыми людьми и новыми приятелями? Ответ на этот вопрос нашли ученые Гарвардского университета. Они сформулировали 5 советов, благодаря которым каждый сможет научиться поддерживать приятный диалог.

Рассматривать случайную новость в качестве темы для разговора с малознакомым человеком — не лучшая идея. Сводки о спорте, погоде и других общих темах не помогут вам наладить нормальную связь с собеседником. Скорее наоборот, вынужденный разговор о том, что на самом деле никого не интересует, посеет напряжение и неловкость.

Но есть, конечно, и исключения. Если ваш босс или коллега действительно увлечены, например, футболом, то можно поговорить с ними и об этом. Правда, убедитесь для начала, что вам действительно есть что сказать и вы хотя бы немного разбираетесь в спорте.

Откройте глаза, прежде чем открыть рот. Найдите вокруг себя то, за что можно зацепиться. Например, картины на стенах, интересный гаджет, фотографии, разбросанные монеты из разных стран и другие сувениры, стоящие в кабинете. У разговора об этих вещах есть все шансы перерасти в хорошую светскую беседу, наполненную уникальными вопросами и ответами.

Сдержанная, но уместная искренность еще никого не подводила. Если у вас есть какие-то впечатления и вы понимаете, что можете поделиться ими с коллегами или новыми знакомыми, — сделайте это. Например, если вы знаете, что ваши собеседники только недавно стали родителями, а вам как раз есть что рассказать о своих детях, — поговорите про это.

Главное не быть навязчивым. Если вы только вернулись, например, из путешествия, но в офисе все сосредоточенно работают над сложным проектом, то лучше дождаться момента, когда коллеги освободятся, —например во время обеда.

Иногда важнее содержания беседы становится ее форма. Вряд ли кто-то станет спорить с тем, что внимательный слушатель имеет намного больше шансов расположить к себе собеседника, чем тот, кто просто кивает головой, смотрит в сторону и, в лучшем случае, периодически отвечает что-нибудь в духе «угу».

Задавайте вопросы и развивайте диалог. Не стоит зацикливаться на односложных ответах. В конце концов, вы вообще слушаете своего собеседника? Неужели у нас не осталось дополнительных вопросов? Но не забывайте про искренность, иначе диалог может превратиться в пытку для вас обоих.

Безусловно, эмпатия и вовлеченность — два главных правила, при соблюдении которых вам почти гарантирована удачная беседа. Правда, не стоит забывать о мимике и жестах. Старайтесь следить за тем, чтобы их использование было адекватно тому, что говорите вы или ваш собеседник.

Конечно, лучше не проявлять слишком бурные эмоции с малознакомыми людьми. Однако общаться с каменным выражением лица тоже не следует. Найдите золотую середину — улыбайтесь, будьте открытыми и не поворачивайтесь к собеседнику спиной. Это поможет вам расположить к себе новых знакомых.

»Довлатов – добрый мой приятель»


Иван Толстой: В Петербурге закончились довлатовские дни: литературно-научная конференция, названная Вторые Довлатовские чтения (Первые проходили 13 лет назад – в 98-м году), несколько выставок (одна из них в редакции журнала »Звезда» – фотопортреты работы Нины Аловерт, изображающие самого писателя и его окружение, другая выставка в Ахматовском музее – »Нью-Йорк Сергея Довлатова» с громадными воспроизведениями первых полос газеты »Новый Американец»). Было документальное кино режиссера Сергея Коковкина, прошло вручение Довлатовской премии (которая с этого года стала всероссийской, а не только петербургской), вероятно, были и другие мероприятия, связанные с именем писателя. Писателя, который (такое впечатление) разом заменил всех классиков русской литературы. Довлатовская популярность исключительна. Причем, любят не только его самого, но и его друзей. Не удивлюсь, если со временем в легенду войдут и друзья друзей. Что говорить. Если ежедневная бесплатная газета »Metro» (такая издается во всех городах мира и народнее ее уже ничего не бывает) помещает на первой полосе самым крупным своим шрифтом заголовок: »Друзья вспоминают Сергея Довлатова». А фотография президента Медведева стоит ниже и шрифт под ней раз в пять мельче.

И поскольку число довлатовских знакомых заметно превышало число академических специалистов по его творчеству, я решил в качестве заглавия взять название известной мемуарной книги Людмилы Штерн »Довлатов – добрый мой приятель». Это точнее, нежели Вторые Довлатовские чтения.

О самих петербургских мероприятиях мне уже пришлось рассказывать по ходу действия (и наши слушатели и читатели могут заглянуть на наш сайт www.svobodanews.ru, а сейчас мы перейдем, как говорят новостники, к подробному изложению.

Мой первый собеседник – профессор Петербургского университета Игорь Сухих. Под его редакций сейчас издается комментированный четырехтомник Довлатова.

Игорь Сухих
Игорь Сухих: Можно сказать, что он не издается, а практически уже издан. Это действительно была моя идея, и я рад, что с помощью издательства »Азбука» ее удалось осуществить. Это первый опыт не полного, но насквозь комментированного Сергея Довлатова. Я называю этот опыт, эти книжки — »собранием сборников». Это будет четыре больших сборника, куда войдут главные вещи Довлатова, некоторые периферийные вещи Довлатова. Это книги, переиздание со своей концепцией, потому что я попытался для читателя, который только начинает знакомство с Довлатовым, выделить центр и периферию. В первых двух томах — то, что я называю шестикнижием Довлатова. Это »Зона», »Компромисс» и »Заповедник». Первый том называется »Лишний».
Во второй том входит уже скорее американская часть довлатовской эпопеи, эпопеи его героя — это »Наши», »Чемодан» и »Филиал». В третий том входят экспериментальные тексты, вроде »Иной жизни», »Ослик должен быть худым» — сентиментальных вещей, поздние рассказы, которые не стали книгами, потому что единица мышления для Довлатова — это книга.
И вот еще любопытно (хотя это вопрос сложный, но он был согласован с наследниками) — впервые, хотя этого многие хотели, в эту книгу включены два советских текста, которые Довлатов опубликовал в журналах »Нева» и »Юность».

Иван Толстой: Не те ли это самые тексты, против издания которых выступал Сергей Довлатов?

Игорь Сухих: Не конкретно против этих текстов, но вообще известно, что Сергей Довлатов запретил публиковать тексты, не отредактированные им в американский период. Повторяю, что эти переговоры вело издательство и оно согласовало проблемы с наследниками. Но мне представляется, и вы тоже, Иван Никитич, хорошо это знаете, что такого рода запрещения или ограничения для истории литературы, с одной стороны, привычны, а с другой стороны, регулярно, скажем мягко, корректируются. Я уж не хочу упоминать случай Кафки, но, предположим, случай Бунина. Если бы публиковали только те произведения, которые он считал необходимым включить в собрание своих сочинений, то мы бы, наверное, трети бунинских текстов не знали. Поэтому тут — как в этом анекдоте про »неуловимого Джо»: если такого рода ограничения в завещании, такое авторское вето существует, то оно, как правило, не нарушается, если интерес к этому автору невелик, а если это не так, если автор становится классиком, будь то Кафка, Гончаров, Бунин, а в нашем случае — Сергей Довлатов, мне представляется, что нужно принять это к сведению. Ведь мы хорошо помним, что и Пушкин считал лучшей своей вещью »Анджело», а не то, что мы считаем. Нужно принять это к сведению, но проверить это уже своим собственным чтением, тем более, что скрывать эти вещи было бы странно.
Мой любимый вопрос в последние дни, я задам его и вам, знаю, что ошибетесь, но мне любопытен порядок. Как вы думаете, каким тиражом выходил журнал »Юность» в 1976 году, когда там была опубликована повесть Сергея Довлатова »Интервью» с тем самым знаменитом портретом, по которому он сам прошелся:

Портрет красив, годится для кино,
Но текст — беспрецедентное…

(Дальше шла рифма к слову »кино»)

Иван Толстой: Мне кажется, что 100 тысяч экземпляров.

Петр Вайль, Сергей Довлатов, Виктор Некрасов, Александр Генис. Нью-Йорк, 1980
Игорь Сухих: Вот повторяю, мне интересен был порядок ошибки. Тираж этого журнала был 2 миллиона 600 экземпляров! То есть одна довлатовская повесть »Интервью» опубликована бОльшим тиражом, чем все последующие довлатовские издания, эмигрантские и российские. Так что уже в рецензиях на первый том, комментированный и подготовленный, мы уже встречались с такого рода пожеланием: хорошо было бы это прочесть. И мне представляется, что из этих двух текстов, коль мы сосредоточились на них, если этот рассказ из »Невы» »Завтра будет новый день» такая вполне дюжинная производственная вещь, хотя с вполне любопытными деталями, то »Интервью», вопреки мнению даже самого автора, это вещь блестящая, по ней вы можете сделать некую радиопьесу, потому что и написана она, скорее, в поэтике радиопьесы. Вначале идет короткое описательное вступление, а потом идет, наверное, лист или больше печатного листа сплошной эффектный такой диалог, который ведут между собой эти два персонажа — кутенок корреспондент и такой передовой рабочий, который играет с ним, как кошка с мышкой. Надеюсь, когда этот рассказ (совсем скоро) смогут прочесть желающие, они увидят, что ни в коей мере репутацию Довлатова писателя это не роняет и, может быть, даже наоборот.

Иван Толстой: А если продолжать нарушать довлатовскую последнюю волю и издать те тексты, которые написал автор »Филиала», то есть Радио Свобода, и издать его свободовские миниатюры, которые он все называл беспощадной халтурой, тем не менее, среди которых попадаются и шедевры, то его собрание сочинений явно вырастет, как минимум, в два раза.

Игорь Сухих: Я думаю, что для любителей Довлатова, которых, как вы видите, довольно много, это будет праздник. Мне кажется, издание такого собрания (у меня, кстати, есть его план, ну, не в два раза, но, наверное, томов на семь-восемь), издание такого рода собрания, мне кажется, было бы чрезвычайно любопытно и с точки зрения читательской, и с точки зрения филологической. Хотя это нужно делать корректно, нужно какие-то вещи просто цитировать в комментариях. И, конечно, ни я, ни вы не захотите перепечатать заметки из газеты “За кадры верфям», но прокомментировать их нужно. Но мне представляется, что такое издание было бы очень любопытно, потому что мы с вами как филологи хорошо знаем, что это необходимый элемент канонизации писателя — вот такого рода собрание, комментарий. И для репутации, для памяти Довлатова-писателя, мне представляется, в этом нет ничего странного, ничего роняющего эту самую репутацию. Но возможно ли такое издание — зависит, прежде всего, от наследников. Хотя уже некоторые тесты, о которых вы упоминали, со »Свободы», и какие-то тексты из »Нового Американца» Екатерина Довлатова перепечатала в книге, которую она сделала несколько лет назад.
И еще любопытно, что проблемы с завещанием тоже достаточно неопределенны. В интервью упомянутой мной Екатерины Сергеевны Довлатовой, дочери Сергея, в последнем предъюбилейном интервью, есть такая любопытная фраза. Когда корреспондентка спрашивает Катю о завещании, она отвечает: »А откуда вы знаете, что в завещании? Это завещание не видел никто, кроме близких, и нашего американского адвоката». Так что в данном случае решающее слово принадлежит наследницам. Наследникам, впрочем, тоже, поскольку есть сын. Но мой опыт знакомства, пока очень локального, с архивом Довлатова показывает, что это может быть чрезвычайно интересно.
Хочу сказать, хотя не отвечу на вопрос »где?», что я, наконец, прочитал неопубликованный роман Довлатова, он назывался, как и его книга таллинская »Пять углов».

Иван Толстой: Или »Один на ринге».

Игорь Сухих: Да. Там несколько частей, одна из них — »Один на ринге». Это очень любопытный текст и, мне кажется, что фрагментарное знакомство читателей с ним (просто читателей, не филологов) было бы тоже чрезвычайно любопытно.

Иван Толстой: Игорь Николаевич, в ваших ответах несколько раз прозвучало слово »комментарии». Вот те четыре тома, о которых вы вначале сказали, собственно, в них самое главное не довлатовские тексты, в данном случае (уж простите нас, Сергей Донатович), но те комментарии.

Игорь Сухих: Я цитировал Антона Павловича Чехова — »главное не Шекспир, а примечания к нему». Я думаю, что, конечно, для кого-то – довлатовские тексты, а для нас с вами самое главное не довлатовские тексты только потому, что тексты мы и так знаем наизусть, в этом дело.

Иван Толстой: Скажите, пожалуйста, какой вы комментатор? Комментаторы бывают разные. Вот вы какой, к какому числу себя относите или, наоборот, из какого числа себя исключаете?

Игорь Сухих: Это, наверное, скажут возможные читатели этого комментария, сегодня об этом я и делал в значительной степени свой доклад. Во-первых, мне хотелось бы, чтобы это был комментарий, работающий не против автора, а за автора, в соавторстве, такое своеобразное дополнение для тех, кому это интересно.
Во-вторых (и для меня это было неожиданно), комментарий к Довлатову получился достаточно обширным — я уже упоминал, что в этих четырех томах примерно 14 печатных листов комментария, это больше 200 страниц. Это не потому, что я старался нагнать объем, а так реально оказалось, что эта проза многослойна. Если коротко отвечать на вопрос, мне хотелось бы быть таким комментатором-соратником. Там есть такого рода вещи и собственные какие-то блестки мемуаров — вспоминаю, как я купил книжку »Демарш энтузиастов», это тоже небезлюбопытно для ее творческой судьбы. В Петербурге, через много лет после того как она вышла там, здесь продавалась уже совершенно по бросовым ценам, потому что книга »Демарш энтузиастов» совместно издавалась в издательстве »Синтаксис» с большими трудами, с большими проблемами. Вот судьба ее читательская тоже была, судя по всему, очень сложна, вряд ли кто-то подозревал, что эти книжки станут раритетными, что один из этих авторов станет тем, о ком мы говорим сегодня. Поэтому мне хотелось бы быть комментатором-соратником и делать комментарий, который был бы интересен для тех, кому интересен сам автор, который было бы интересно читать. Насколько это получилось — совсем скоро мы сможем в этом убедиться.

Андрей Арьев и Сергей Довлатов Иван Толстой: Как известно, комментарии бывают самых разных типов. Это и историко-литературный комментарий, это и текстологический комментарий, это и достаточно вольный, тот жанр, который избирает сам комментатор. Какие законы вы перед собой поставили, то есть по каким законам вас судить как комментатора?

Игорь Сухих: Поскольку, как я уже это упомянул, это комментарий первый… Кстати, 15 лет назад в первом издании своей книжки о Довлатове я написал примерно так: будущему комментатору Сергея Довлатова придется кейфовать, потому что множество писательских имен, какие-то анекдоты, какой-то литературный быт, топография Петербурга, Пушкинские горы и все анекдоты, которые оттуда. Поскольку за эти 15 лет, не потому, что я очень хотел это сделать, а за эти 15 лет человека, которому захотелось бы над этим поработать, не нашлось, мне пришлось кейфовать самому. Поэтому в данном случае, если говорить о жанре, это комментарий, скорее, предварительно-синтетического типа. Я понимаю, что сегодня уже об этом начался разговор, возможна какая-то полемика, дополнения и так далее. Но, с другой стороны, мне хотелось бы сделать такой набросок полноценного комментария к этим текстам. То есть как обычно, каждая публикация начинается с точного указания на первоначальный источник, с краткой, иногда даже пространной филологической справки о творческой истории, о том как, когда. Кстати, это многие наши представления меняет и случай как раз, который мы уже обсуждали с »Филиалом» тоже очень любопытен. Потому что традиционно считается, что »Филиал» — одна из последних вещей, 90-й год стоит дата, но ведь теперь-то мы с вами знаем, что треть »Филиала» — это текст, который написан в начале 70-х годов, это первая часть романа »Пять углов» »Один на ринге». Так что этот комментарий, в котором есть элементы творческой истории, конечно, по возможности и необходимости — реальный комментарий, и только с незначительными выходами к свободному комментированию. Потому что мне кажется, что для Довлатова, с одной стороны, это еще рано, а, с другой стороны, с самим автором »Записных книжек» состязаться в такого рода автокомментировании тоже сложно. Поэтому это предварительный набросок такого синтетического комментария, где есть реальный комментарий, есть творческая история, есть цитатный фон, есть все, что удалось обнаружить и найти.

Иван Толстой: Я думаю, что нашим слушателям было бы любопытно услышать от вас один или два примера комментирования: что нужно прокомментировать, на чем вы спотыкались, где испытывали какие-то сложности?

Игорь Сухих: Много разных здесь возникает сюжетов и вопросов. Спотыкался я, прежде всего, вот на чем. Я уже упоминал, это многие помнят, этот афоризм Довлатова — »фактические ошибки — часть моей поэтики». Спотыкался на том, что очень часто (и чем раньше, тем это очевиднее), что, скажем, описывая в »Иной жизни» топографию Стокгольма, Довлатов упоминает, по всей вероятности, многое из того, что, естественно, он не знал или придумывал наряду с реальными топонимами. Или, описывая историю архива Бунина, он явно ее трансформирует иронически, потому что реальную историю он, с одной стороны, не знал, с другой стороны, она была не очень интересна. Или вот я уже упомянул, что, оказывается, в »Компромиссе» герои едут на эстонскую станцию, на которой никогда не было железной дороги. То есть такого рода какие-то несоответствия, фактические ошибки, хотя часто они не ошибки, а часть структуры.
Или еще очень любопытно — срез вот этот джазовый, множество упоминаний джазовых композиций, джазовых музыкантов. Кстати, у Довлатова есть в »Новом Американце» незаконченные очерки о джазе очень любопытные. Но он их оборвал, потому что ушел навсегда из этой, созданной им, газеты.
Так что такого рода лакун, белых пятен, пробелов в комментариях тоже достаточно много, и мне приходится писать: »источник или цитата не установлена», или »в топографии Таллина этого топонима, этого здания или этого упоминания не обнаружено». Но самым интересным для меня был, скорее, такой интересный цитатный фон, часто неожиданный, не только первый ряд, но какие-то неизвестные песни. Скажем, я вдруг нашел »Какой-то шатер Казахстана» — песню узницы Акмолинского лагеря, которая каким-то образом попадает в его рассказ, такая полуфольклорная песня. Или, скажем, все хорошо знают Геннадия Шпаликова »Утонул я в Западной Двине», у Довлатова — в »Северной Двине». Иногда это выдают за блатную, шансонную песню, а на самом деле это Геннадий Шпаликов, и, скорее всего, Довлатов это знал.
Но из нескольких изюминок, которые наиболее любопытны, вот еще про что я мог бы вспомнить и рассказать. Как раз в одной из повестей Довлатова, по-моему »Заповедник», когда герой подходит к автомату, бросает туда пятикопеечную монетку (и это уже приходится комментировать, что автомат работал от монетки пять копеек), оттуда »раздаются истошные вопли Анатолия Королева» и дальше идет текст, три-четыре строки: »Мне город протянул ладони площадей, но как найду я лучшие слова…. ». Так вот, как вы думаете, что истошно вопит этот некогда известный эстрадный певец Анатолий Королев? Анатолий Королев вопит слова песни халтурной, которую написал Сергей Довлатов. Выяснилось, что он не только для себя писал стихи, но вот была такая одна в жизни его удача — он написал для композитора Якова Дубравина слова песни »Свидание с Ленинградом», ее пели не только такие люди как Анатолий Королев, но люди рангом повыше, вроде Муслима Магомаева. И вот выясняется, что за эту вполне халтурную работу в советское время он получил гораздо больше, чем за все опубликованные здесь и в других журналах рецензии крошечные, включая и публикацию в »Юности».

Иван Толстой: Было ли его имя указано на этой песне?

Игорь Сухих: Нет. Желающие могут найти и даже послушать в интернете. Мне кажется, вполне такая дюжинная барабанная музыка, не только слова. Подписаны слова этой песни »Владимир Сергеев». Сергеев — понятно, а Владимир — потому что принимал некоторую роль в создании этого текста, как я нашел в мемуарах, его приятель, может просто сидел при нем, как мы с вами, а Сергей писал.

Иван Толстой: Грубин?

Игорь Сухих: Совершенно верно. Все-таки более или менее люди одного круга. Поэтому Валерий Сергеев, потому что был Валерий Грубин.

Иван Толстой: Скажите, каких-то подступов к комментированию огромного корпуса »Нового Американца» у вас нет?

Игорь Сухих: Это, конечно, самая сложная проблема. В этом интервью, которое я упоминал чуть раньше, Катя любопытно говорит, что еще один пункт завещания был такой: никогда не выносить из квартиры »Новый Американец». Опустевшую квартиру Сергея Довлатова в Нью-Йорке подшивка »Нового Американца» не должна покидать. Этого здесь почти нет, это самая сложная вещь, как и другие американские издания, скажем, »Панорама», в котором печатался первый вариант »Филиала».
Ведь что еще важно, шаг в сторону, опять, наверное, вы со мной согласитесь, что автор, о котором мы беседуем, это третий по значимости источник цитат вообще, который просто ушел в фольклор. Ведь долгое время понимающие обменивались между собой цитатами из Ильфа и Петрова, потом на какое-то время таким цитатным автором стал Михаил Афанасьевич Булгаков, а сейчас, если мы откроем самые неожиданные вещи, какой-нибудь сайт в интернете, — »Широко жил партизан Боснюк». Понимающий сразу улыбнется. И таких рода случаев десятки. Так что это самое сложное.
И на ваш вопрос проще всего ответить довлатовским же анекдотом, помните, про молнию в Таллине? Он входит в магазин, спрашивает, есть ли молнии, ему отвечают, что нет, а когда он спрашивает, где ближайший магазин, где можно купить молнии, ему отвечают: »В Хельсинки». Вот примерно там же можно найти не полный, но ближайший комплект »Нового Американца». Большую часть его я смотрел в Хельсинки, в замечательной славистской библиотеке, которую знаете и вы, но там он не полон. Это чрезвычайно интересно, это тоже нуждается в комментировании.
Но для того, чтобы эти часто разнообразные, интересные, халтурные, всякие разные тексты выявить, собрать, перепечатать, для этого нужна предварительная воля и предварительное разрешение, потому что это тоже тексты, хотя и американские, но входят в тот круг, который, как вы уже упоминали, автор »Филиала» воспроизводить не хотел.

Иван Толстой: Довлатов – добрый мой приятель. В Петербурге закончились довлатовские дни: литературно-научная конференция, несколько выставок, показ документальное фильма, вручение Довлатовской премии. О Довлатове говорили писатели, из которых большая часть оказалась его приятелями, исследователи (они же — бывшие собутыльники) и персонажи его книг. Словом, Довлатов по-прежнему с нами. Тем более, что на выставке в Ахматовском музее, при воспроизведении первой полосы газеты »Новый Американец» уж не знаю каким образом вкралась опечатка: газета, вышедшая в 1980-м году, была помечена 2006 годом. Загробный привет.
Искусствовед и корреспондент Сергея Довлатова Эра Коробова выступала с докладом »Грани портрета». В данном случае – автопортрета, таллинского и нью-йоркского. Что такое Довлатов-художник?

Эра Коробова
Эра Коробова: Это, прежде всего, его ощущение формы, это выдает художника. Как он относится не к мотиву изображения, а к трансформации этого мотива в произведение искусства. Но о том, что он делает произведение искусства, он никогда не думал. Он получал просто большое удовольствие от движения карандаша. Так же как к слову — как известно, была игра, чтобы не было на одну букву, — так и здесь. Какие-то вещи у него стабильны, он не хочет их менять, потому что как Китайская стена, а другие — он очень острый.
К сожалению, я мало знала. Я не была в Таллине, а мне сказали, что там была какая-то выставка и были даже рисунки Довлатова. Потому что здесь точно он никому ничего такого не посылал, а там, может быть, что-то делал. Я выбрала эти вещи и мне кажется, что они очень интересны в том плане, о котором я и говорила. Во-первых, он ничего не придумывает, а, во-вторых, он вполне в традиции такой настоящей метафоры, если можно так сказать, согласны вы со мной?

Иван Толстой: Да, и очень видно, что каждый рисунок тщательно обдуман, как каждый довлатовский рассказ.

Эра Коробова: Ничего случайного нет, у него никогда нет ничего случайного. Мне кажется, даже в его жизненных поступках у него тоже нет ничего случайного. Все — иллюзия. Он здорово работал над тем, чтобы обмануть даже самого себя, может быть.

Иван Толстой: И в рисунке видна, как и в любом из его рассказов, тщательно подготовленная легкость и непринужденность.

Эра Коробова: Вот это я не знаю. То, чего не знаю, об этом я предпочитаю не говорить. Я думаю, что все-таки он просто видит лист бумаги, и это уже волнует, потому что надо посадить на него изображение так, чтобы оно, прежде всего, композиционно было точно, как гвоздь, на том самом месте. Во-вторых, он думает о штрихе, об эстетике штриха, и вот такая штука многого стоит. Поэтому, когда он говорит Матисс, он, который терпеть не мог музеев, как известно…. Меня, конечно, очень тронуло то, что Петр Вайль, помните, говорит, такой тонкий, такой все понимающий, а за 12 лет ни разу не был ни в Метрополитен, нигде абсолютно он не был, а, между тем, Довлатов говорит, что он боится скопления народа — он считает глупым помещать более одного Рембранта в помещение. Это уже очень серьезное отношение к искусству.
Также он делает свои выборы, он говорит Ксане Мечик, что лучшая книга об искусстве — это письма Ван Гога. Значит, он, прежде всего, в искусстве ценит внутренний текст. Все непросто. А когда там говорит, что Ботичелли миловиден и доброжелателен, чего никогда не скажешь о неврастеничных идеалах Ботичелли, то это значит, что он просто равнодушен к этому. Во всем можно видеть вот такой рисунок и речь об искусстве они человека не прячут.

Иван Толстой: Вы не могли бы для наших слушателей прокомментировать таллинский и нью-йоркский автопортреты на фоне городов.

Эра Коробова: Из письма ко мне появился »вертикальный город», который стал формулой — ему хотелось это писать. И вот этот »вертикальный город», который он очень полюбил, он мне так его показывал дивно, хотя я там знаю каждый закоулочек в Таллине, но было интересно. Так вот, на этом рисунке три таких сюжета — это старый Таллин с его шпилями, шпицами, черепицам, изяществом, гармонией какой-то и, вдруг — торчащий жуткий длинный прямоугольник — отель »Выру», на который облокачивается Довлатов, демонстрируя себя таким, каким его воспринимают.
Что тут важно? Мне представляется, это важно. Что он делает не себя, какой он есть, а он сделает себя таким, каким его представляют. И эту модель он не хочет разрушать. Это грустная такая забавность — стоящий в свитере, с длиннющими ногами, с огромными ступнями (47, кажется, у него был размер, он об этом пишет) и сквозь брюки подчеркнута худоба этих ног. То есть, он как бы самоуничижается несколько — короткое тело и короткие руки. Да, этот рисунок вдруг превратился в судьбу, потому что в Нью-Йорке он оставляет это, но уже это безобразие превращается в эстетику другую. И на этом фоне эти дивные линии старого Таллина — вдруг, кривые, образующие самого Довлатова, как бы сдающего свои позиции мужские. Но сам по себе рисунок просто замечательный. Матиса он хорошо знает, потому что он делает так, и в это он играет. Потому что это замечательная эстетика. И как он машинку вписал сюда. Вот как бы соединение прямых и кривых, противоположных друг другу, а выстроил такую замечательную уравновешенность. И эта птичка, которая заняла интервал, без нее было бы скучно и туповато. Мы можем с вами по-разному видеть, но часть души это, наверное, точно.

Иван Толстой: Литературовед Виктор Кулле – о восприятии Довлатова новым поколением.

Виктор Кулле
Виктор Кулле: Уже выросло целое поколение людей, для которых Довлатов — некая реальная классика, как Пушкин, Тургенев, Чехов. Вспомним, что первая книжка Довлатова »Заповедник» вышла в 1990 году, и из этой книжки большинство русских читателей узнало о его смерти, потому что туда в последний момент вставили микронекролог. То есть, уже 21 год прошел, люди родились с этим. Для нас когда-то Довлатов — это был такой краденый воздух. Сейчас история литературы постепенно устаканивается и объединяются все потоки — печатается все, что было подпольного здесь, естественно, напечатано практически все достойное, что есть в эмиграции. И каким-то чудесным образом оказалось, что Довлатов неимоверно популярен. У нас в стране был период, когда Довлатов печатался рекордными тиражами, хотя это были и пиратские тиражи, насколько я знаю, до сих пор судебные процессы идут, Лену обокрали практически на этом деле, но он был популярнее всех Марининых вместе взятых. И это, конечно, не может не радовать, потому что Довлатов — блистательный и замечательный писатель.
Но меня заинтересовал феномен — как его читают молодые сейчас. И я услышал фразу, которую сказала дочка моей подруги. Ей 15 или 14 лет было, ей жаловалась на разбитую любовь какая-то подружка, девченочьи дела, мальчик не так посмотрел, другую на танцы пригласил, она говорит: »Да не парься! Вот почитай Довлатова, все будет хорошо».
И я был потрясен этим, потому что, с одной стороны, замечательно, что они читают Довлатова, а не кого-то другого, с другой стороны, вот это »не парься» для меня было странным. Известно, что из любого текста люди извлекают что-то свое. Был период, когда, читая »Мастера и Маргариту», кто-то читал только похождения Коровьева и Бегемота, а кто-то, напротив, чистую любовную лирику «Мастера». Но вот это восприятие Довлатова как некоего легкого чтива, беспроблемного, мне кажется серьезной, реальной проблемой.
Довлатов, действительно, абсолютно не морализаторский. Волга впадет в Каспийское море, а Довлатов не читает моралей никому. Довлатов как бы не пытается, на первый взгляд… Вот всегда была некая функция искусства — чуточку приподнять человека над чем-то. Подразумевается, что тот посмотрел картинку, прочитал стишок, послушал музыку и стал чуточку лучше. Довлатов даже с некоторой декларативностью пытается этого избежать, но на самом деле, конечно, нет. То есть, когда Довлатов пишет о том, что нет ангелов и нет демонов, нет грешных и нет праведных, когда он отказывается облачаться в мантию судьи, он тоже все равно делает некий этический поступок, но при этом этот поступок абсолютно завуалирован, и, поскольку все обернуто в некую оболочку отсутствия вообще каких бы то ни было моральных претензий — все могут быть уродами, а вдруг обстоятельства сложатся так-то… То есть, некая степень этической необязательности, которая может быть вычитана из Довлатова, она обманчива.
И вот мне показалось, что есть подобная опасность такого восприятия его, как некоей апологии собственной определенной этической инфантильности.
Но одна вещь, которая мне кажется чрезвычайно важной (надеюсь, этим когда-нибудь займутся лингвисты), это чисто на уровне эмпирическом, может быть, мне так кажется, может быть, я ошибаюсь, но мне кажется, что за последние два десятилетия, которые прошли с момента смерти Сергея Донатовича, мы все немножечко говорим его речью. Не вся страна, а определённый пласт читающих людей, культурных людей, мы каким-то образом строим фразу саму, обязательно пытаясь как-то сумничать, спарадоксалить, что-то подобное, и сама даже каденция какая-то фонетическая немножечко строится под Довлатова, под каким-то таким камертоном. Может быть, я идеализирую. Но абсолютно точно я вижу это, когда в приличном журнале (понятно, интернет — это большая помойка, там есть все, что угодно, в том числе и злобные тролли), но если приличные люди друг с другом общаются, они пытаются каким-то образом бессознательно обезьянничать. То есть, определенная лексическая мода есть. И это для меня является огромным утешением, потому что, если эти молодые, пусть даже изначально уцепившись за Довлатова на уровне абсолютной степени собственной необязательности, но »коготок увяз — всей птичке пропасть», то есть, рано или поздно они будут его перечитывать и все-таки дочитаются до реальности.

Иван Толстой: В рамках довлатовских дней в пушкинском музее на Мойке 12 был а авторской версии показан документальный фильм режиссера Сергея Коковкина.

Сергей Коковкин
Сергей Коковкин: Фильм называется »Демарш энтузиаста», он был снят в течение двух даже может быть трех лет, в смысле летних периодов моего пребывания в США, я объехал шесть штатов и снял всех друзей Довлатова — и сотрудников, которые вместе с ним работали, и Лена Довлатова приняла участие в съемках. Дело в том, что даже ушли уже некоторые участники — Вагрич Бахчанян и Леша Лосев.
Картина была готова, она была принята каналом »Культура» на демонстрацию, мне помогли в смысле монтажа, я работал и сдал ее в начале лета, уехав ставить спектакль в США. И пока меня не было, картина была подвергнута очень серьезным изменениям, сокращениям и, даже, изменили название. Картина получила название »Ушел, чтобы остаться». У него есть такая фраза в одном из рассказов — »И я ушел. Вернее, остался». Но смысл немножко другой. Несмотря на мое удивление я написал письмо продюсеру, что все авторские права была уничтожены и я получил картину, которую я не знаю, не видел и не подписывал. Я просил приостановить ее демонстрацию по телевидению — она должна была идти именно 3 сентября, в день рождения Довлатова. Но она была показана раньше — несколько дней назад ее показали по телевидению. И вот остается мой вопрос: как это могло произойти? Я свой авторский вариант все -таки, слава богу, смог спасти, показал его в Нью-Йорке, показал всем участникам фильма, которые снимались, и Лене Довлатовой, и показал его сейчас в Таллине, и сегодня показываю в Петербурге.

Иван Толстой: Документальных фильмов о Довлатове уже несколько, в одной горсти не удержать, снимали и эстонские кинематографисты, и московские, и кто-то из петербуржцев это делал, и в Нью-Йорке, конечно же, им очень интересовались. Да, в общем, повсюду. Довлатов — общенародная фигура и интересна она всем. Как же решен ваш фильм, какие основные принципы вашего подхода? Может быть, даже до этого вопроса нулевой вопрос: вы с Довлатовым были знакомы?

Сергей Коковкин: Да, я был знаком с Довлатовым. Сегодня шел сюда, в редакцию »Звезды», вспомнил дом, где мы встречались, вот здесь, недалеко от Пантелеймоновской церкви. И я был знаком потому, что я учился с Борей Довлатовым вот здесь же, на Моховой, в Театральном институте. Ездили вместе на целину. Мы были достаточно хорошо знакомы, Сережа прибегал к нам, потому что он был более молод по отношению к нам, студентам — он заканчивал школу.
Я Сережу знаю давно. Мы встречались и потом и в Таллине, и он писал рецензии на мои спектакли, так что у нас были еще сближения дальнейшие, и в день смерти Довлатова я был в Нью-Йорке, так что это все совпало. Так что 24 августа прошлого года, в день, когда было 20 лет со дня смерти Довлатова, мы с оператором и с Еленой Довлатовой приехали на кладбище, не было ни одного человека, я снимал ее монолог именно в полном вакууме. Мне хотелось восстановить память о Довлатове, особенно его американский период, который ушел из под внимания российских исследователей. И я счастлив, что мне удалось воссоединить какие-то связи и доверительный тон найти в разговоре с теми людьми, которые были дружны и близки с Довлатовым. И я услышал исповедальные истории. Я был поражен этому. Нина Аловерт говорила потрясающе, вспоминая какие-то сны.
У меня тоже был сон, сон во время съемок. Едет черный огромный лимузин официозный, с затемненными окнами, останавливается около меня (наверное, это Нью-Йорк), опускается затемненное стекло и я вижу, что там лежит Сережа. Он говорит: »Ложись». Я говорю: »Ты же там». Он говорит: »Я подвинусь». И я просыпаюсь. Что-то очень для меня дорогое было в этом воспоминании о Довлатове, в этой попытке восстановить его облик и, наверное, поэтому была сделана эта картина.

Иван Толстой: Теперь я перехожу к вопросу о том, каковы ваши подходы. Есть линейный, круговой какой-то путь, змея, кусающая себя за хвост, есть какая-то сложная розочка… Как вы подаете своего героя?

Сергей Коковкин: Вы понимаете, история достаточно линейна, как это ни странно. Предыдущую картину я сделал в прошлом году о Бродском, там был фантастический совершенно мне подсказ самой жизнью. Я приехал к Косте Кузьминскому и было наводнение, которое потоком воды вынесло в реку, а потом в океан его архивы, в том числе архивы и рукописи Довлатова. И Кузминский в этом фильме говорит: »Все утопло! Все утопло!». Но там был пейзаж с наводнением и, действительно, вот этот вынесенный архив явился каким-то основным течением картины.
Здесь этого не было. Я нашел образ неожиданный — образ стула. Стул, как необходимый предмет для писателя, просто производственная необходимость — сидит человек на стуле и пишет. И этот стул в какие-то моменты переживает судьбу Довлатова — его выбрасывают из университета, он сваливается, подкошенный алкоголем, стул сваливается с этой лестницы в финале фильма. Лестницу я снимал в редакции журнала »Звезда» в особняке Оболенских. И бесконечное движение стула, к падению.
И возникла мысль совершенно неожиданная. Я в прошлом году был на кинофестивале в Нью-Йорке, где показывали фильм о Бродском. Там был объявлен одним литературным журналом конкурс на лучший рассказ, а главный приз был — стул Довлатова. И когда я уловил этот мотив, который родился как стул Довлатова, а я нашел стул Довлатова в редакции »Нового Американца», и этот кадр есть, то судьба стула и судьба писателя как-то у меня соединились, и эта метафора мне очень помогла.

Иван Толстой: А какой стул Довлатова вручали победителю?

Сергей Коковкин: Я не знаю, было ли это вручение, может быть, это был рекламный ход, но для меня он был толчком.

Иван Толстой: А где же вы нашли редакционный стул?

Сергей Коковкин: Вы знаете, теперь туда не пускают. Слава богу, я смог прорваться — мои друзья там имели студию, и какая-то мебель из редакции »Нового Американца» осталась и этот стул там — единственный, оставшийся от того времени.

Иван Толстой: Невероятно! Через много лет! В Америке же все быстро заменяют на новое.

Сергей Коковкин: Но это стул, если вы посмотрите фильм, вы увидите.

Иван Толстой: Это где, на Юнион Сквер?

Сергей Коковкин: На Юнион Сквер, 1.

Иван Толстой: И на этом мы заканчиваем наш рассказ о довлатовских днях в Петербурге. В передаче принимали участие Эра Коробова, Сергей Коковкин, Виктор Кулле и Игорь Сухих. В качестве музыкального сопровождения мы выбрали песню в исполнении Анатолия Королева, слова для которой написал, а затем и высмеял сам Сергей Довлатов.

Почему с возрастом все сложнее заводить друзей

В детстве и юности мы легко обзаводимся новыми знакомствами, склонны каждого второго человека называть своим другом, и каждый пятый друг имеет серьезный шанс стать

лучшим. «Коллекция друзей» имеет свойство расширяться до примерно 25 лет, после чего начинается спад. Приближаясь к тридцатилетию, мы все реже заводим новых друзей и даже близких приятелей, а уже существующие связи проходят через серьезную ревизию. «Теории и практики» разбираются, с чем это связано и есть ли шанс на дружбу, если вы — взрослый.

Представьте: вам 30+ лет, сегодня — пятничный вечер, который вы планируете провести в гордом одиночестве за чтением хорошей книги или парой-тройкой серий на Netflix. Вы предвкушаете часы покоя, как вдруг вам звонит давний друг — вы дружите более 15 лет, еще со школы — и предлагает выйти в город, встретиться с какими-то людьми, которых вы не знаете. Вы не очень хотите, но вас уговаривают, вы сдаетесь, с тяжелым сердцем выбираетесь на встречу, и — бац! — вечер оказывается одним из лучших в вашей жизни. Вам интересно с этими новыми людьми, вы веселитесь, оказывается, что у вас масса общих тем, интересов, увлечений. Наконец, вы френдитесь в фейсбуке, обмениваетесь телефонами, чтобы написать друг другу в телеграм, и уходите домой в предвкушении начала новой прекрасной дружбы.

Проходит четыре года, за это время вы виделись дважды и случайно: вновь пересеклись в общей компании. Зато вы с завидной регулярностью лайкаете посты друг друга в социальных сетях и даже пишете комментарии.

Эта история не уникальна, наверняка в такой или очень похожей ситуации оказывались многие. И самое обидное в ней то, что вы-то, может быть, и хотите видеться или общаться с новым человеком, просто жизнь постоянно вносит свои коррективы.

Когда человек перешагивает порог 30 лет, он часто с удивлением замечает, что людей вокруг становится не меньше, а даже наоборот: коллеги, друзья друзей, взрослые с детских площадок и кружков, куда вы водите своих отпрысков, мастера по маникюру и педикюру, с которыми так приятно пообщаться в процессе… Людей, которых вы со временем могли бы назвать своими друзьями, по-прежнему много. Однако настоящими близкими людьми, к которым вы пойдете в кризисной ситуации, они становятся очень редко — таковыми остаются те, кого вы узнали 10 и более лет назад. И их, как правило, мало.

По мере того как человек приближается к середине своей жизни, исследовательский дух постепенно уходит в прошлое. Расписание все жестче, приоритеты меняются, а сам человек становится все более требовательным к своим друзьям, зачастую прощая ошибки только тем, кого знает с детства

Независимо от того, сколько друзей вы успеете и захотите завести в зрелом возрасте, период формирования связей по типу «Ты мой лучший друг», как это было в подростковом возрасте или юности, отныне закончен. Теперь вы заводите «как бы друзей» — приятелей, знакомых, близких людей — и часто сами не понимаете, какой эпитет дать тому или иному человеку. Коллега с работы, с которой вы ходите по ресторанам на выходных, но редко обсуждаете глубоко личные проблемы: она подруга или все же приятельница? А тот ваш приятель, с которым вы тесно дружили годами, пока не переехали в другой город: он все еще друг или уже просто знакомый? Можно ли по-прежнему считать его другом, если вы все реже встречаетесь лично, хотя и продолжаете поддерживать связи в соцсетях?

Старый друг лучше новых двух

Принято считать, что настоящих, действительно близких друзей, с которыми в огонь и в воду, не может быть много. Зачастую из-за этого подспудного ощущения, которое накладывается на прочие аспекты взрослой жизни, вырастая, мы не стремимся вкладывать слишком много ресурсов в укрепление и формирование новых дружеских связей.

А затем, в серьезной жизненной ситуации — скажем, столкнувшись с разводом или переездом, — осознаем, насколько мы были неправы, забывая регулярно пополнять запасы своих друзей. Вдруг оказывается, что, когда вы хотите закатить вечеринку по поводу своего юбилея, вы совсем не уверены, удастся ли вам собрать более или менее адекватное количество людей, несмотря на 500+ друзей в фейсбуке.

В среднем больше всего друзей люди заводят в старших классах школы, на первых курсах вуза и на первой работе. Как правило, этот процесс значительно замедляется к 25–27 годам

Друзья теряются, когда мы чрезмерно сосредотачиваемся на других аспектах нашей жизни, которые в возрасте 30+ начинаем считать более важными. Работа, семья, дети — вот основные точки, на которые мы направляем все свои усилия. Дружба отходит на второй план, однако, что интересно, это высказывание справедливо только для новых друзей.

Так, в своих исследованиях Лаура Карстенсен, профессор психологии и директор Стэнфордского центра долголетия в Калифорнии, заметила, что по мере продвижения к середине жизни мы склонны взаимодействовать с меньшим количеством людей, но при этом становимся ближе с теми друзьями, которых успели завести в юности. Даже если в этих отношениях имел место период «заморозки», люди чаще возвращаются к укреплению прежних дружеских связей, чем стремятся формировать новые.

Карстенсен предполагает, что у нас есть своего рода внутренний будильник, который срабатывает в возрасте около 30 лет: он напоминает о том, что временные горизонты сокращаются, наступает время забросить исследования и сосредоточиться на здесь и сейчас, на том багаже, который уже был накоплен.

По мере изменения внешних жизненных обстоятельств взрослым людям становится все труднее соблюдать три важных условия, которые социологи еще в 1950-х годах назвали основополагающими для формирования крепкой дружбы: близость, регулярные незапланированные взаимодействия друг с другом и ситуации, которые стимулируют людей постепенно опускать свои защитные барьеры и начинать все больше доверять другим. Как правило, все эти три условия сходятся в идеальную комбинацию, когда мы проживаем свои студенческие годы.

Дом — работа — дом — работа

В профессиональном мире трудно поддерживать «близость», поскольку коллеги периодически переназначаются, переходят из отдела в отдел или уходят на другую работу. К тому же на рабочем месте может начаться конкуренция, усложняют ситуацию и различия в профессиональном статусе и доходах. Дружба на работе часто приобретает временный и нестабильный характер: сложно сказать, где заканчивается пусть близкое, но все же просто общение, и начинается настоящая дружба.

Нелегко завести новые дружеские отношения и тогда, когда у вас уже есть постоянный партнер. Как правило, в этом случае само собой разумеется, что друзья обеих сторон так или иначе будут смешиваться, старые компании объединяться в одну общую, а новые люди будут приходить в вашу жизнь как бы одновременно для дружбы и с вами, и с вашим партнером. Именно поэтому пары стремятся завести дружбу с другими парами, даже если их не связывает общий интерес вроде воспитания детей. Просто вдвоем проще.

Но это только с одной стороны, потому что с другой формирование дружбы между парами начинает напоминать какое-то бесконечное сватовство всех со всеми. Теперь вам надо думать не только о том, комфортно ли вам будет общаться с той женщиной, но и о том, комфортно ли с вами ее мужу, комфортно ли ему с вашим мужем, комфортно ли вашему мужу с этими двумя…

Добавьте в эту гремучую смесь запутанных связей детей, и станет еще веселее. Внезапно вы обнаружите себя в окружении нового круга друзей-родителей, эмоциональные связи с которыми в лучшем случае будут слабыми. В худшем же они будут отсутствовать вовсе, потому что ваш главный интерес и забота — просто поговорить о чем-нибудь, пока теперь уже ваши дети формируют свои потенциальные дружеские связи на всю жизнь.

Даже когда у друзей-родителей возникает крепкая связь, получающиеся дружеские отношения могут быть мимолетными — и очень вероятно, что они будут подчиняться прихотям ваших детей.

Внешние факторы не единственное препятствие: после 30 лет люди часто испытывают внутренние изменения в том, как они подходят к дружбе. Самопознание приводит к самосознанию, поэтому с годами мы склонны все придирчивее относиться к тем, кем себя окружаем. И новая планка, как правило, располагается в разы выше той, которая существовала в юности, когда мы были готовы встретиться за коктейлем почти с кем угодно. Все, кто сейчас доставляет нам хоть какой-то дискомфорт, больше не воспринимаются как «интересные, уникальные личности», которых хочется держать рядом ради разнообразия, и потому крайне быстро вычеркиваются из круга общения.

Обзаведясь жизненным опытом, многие люди приобретают более фаталистический взгляд на дружбу

Когда мы моложе, мы больше склонны вдаваться в крайности, определяя для себя, что значит быть друзьями. Отсюда, например, придумывание различных дружеских клятв — друзья воспринимаются как люди, которые нам зачастую ближе, чем даже родные братья и сестры. И что-либо хоть немного меньшее, чем полная лояльность с их стороны, предполагает разрыв отношений. Все или ничего!

Однако ко взрослому возрасту, когда человек уже проходит через пару-тройку близких отношений (часто неудачных), понимает, что мир и мы все не идеальны, а заодно обрастает опытом и обязанностями, он становится более осторожным в вопросах своей эмоциональной доступности для новых людей. Это не означает, что стандарты относительно того, что считать дружбой, снижаются, но означает, что отныне слово «друзья» вы будете использовать менее свободно.

Поэтому в завершение остается сказать только две вещи. Во-первых, поблагодарите тех людей, которые остались вашими друзьями, несмотря на годы. Во-вторых, прямо сейчас напишите тому знакомому, которому давно хотели предложить встретиться вечером после работы. В конце концов, именно то, что с возрастом мы склонны лучше понимать, что хотим видеть в других людях и что можем дать им мы сами, есть все шансы сформировать крепкую дружбу и в 30, и в 40, и в 80 лет. Главное — попробовать.

как мы влияем друг на друга

Народная мудрость «Скажи мне, кто твой друг, и я скажу, кто ты» может скрывать в себе больше, чем мы привыкли думать. Влияние на то, кем мы являемся, оказывают не только наши ближайшие друзья, но и друзья друзей: они помогают нам бросить курить или способствуют тому, что мы толстеем, они же делают нас счастливыми или одинокими. Правда, справедливости ради, мы сами тоже влияем на людей, которых даже можем не знать напрямую. Подготовили сокращенный перевод статьи журналиста Клайва Томпсона для

The New York Times, посвященной исследованию и критике теории социальных связей и «заразного» поведения.

74-летняя Эйлин Беллоли старается поддерживать свои дружеские связи. Она родилась в городке Фрамингем, в штате Массачусетс, и там же познакомилась со своим будущим мужем — 76-летним Джозефом. Они оба никогда не покидали Фрамингем, как и многие из друзей Эйлин, оставшихся еще со времен начальной школы, поэтому даже спустя 60 лет они по-прежнему собираются вместе каждые шесть недель.

В прошлом месяце я посетил семью Беллоли и спросил Эйлин о ее друзьях: она тут же вытащила папку, где хранились все фотографии со школьных лет и встреч класса. Эйлин рассказала мне, что каждые пять лет она помогает организовать встречу и каждый раз им удается собрать группу из примерно 30 человек. Листая фотографии, я мог видеть, что Беллоли и их друзья поддерживали свое здоровье на высоком уровне на протяжении многих лет. По мере старения они в основном оставались стройными, даже несмотря на то, что многие другие жители Фрамингема умерли от ожирения. Эйлин особенно гордится тем, что остается активной. Пожалуй, ее единственным пороком было курение: обычно сразу после окончания учебного дня (Эйлин работала учителем биологии) она шла в ближайшее кафе, где выпивала две чашки кофе и выкуривала две сигареты. В то время ее пристрастие к сигаретам не казалось проблемой: большинство ее друзей также курили. Но в конце 1980-х некоторые из них начали бросать эту плохую привычку, и довольно скоро Эйлин стало неловко держать сигарету в руках. Она тоже бросила курить, и спустя несколько лет в ее кругу совсем не осталось людей, кто продолжал бы это делать.

На фотографиях со школьных встреч был только один человек, здоровье которого с годами заметно ухудшалось. Когда он был моложе, этот мужчина выглядел таким же здоровым, как и все остальные, но с каждым годом он становился все крупнее. Он не остался друзьями со своими одноклассниками, его единственной точкой соприкосновения с ними были эти встречи, которые он продолжал посещать до прошлого года. Позже оказалось, что он умер.

История этого человека показалась мне особенно актуальной, потому что Эйлин и Джозеф участвуют в научном исследовании, которое может помочь объяснить его судьбу. Framingham Heart Study — самый амбициозный национальный проект по изучению причин сердечных заболеваний, начавшийся еще в 1948 году и охвативший три поколения семей городка. Каждые четыре года врачи исследуют каждый аспект здоровья испытуемых и оценивают частоту сердечных сокращений, вес, уровень холестерина в крови и многое другое. На протяжении десятилетий исследование Фрамингема было золотой жилой информации о факторах риска сердечных заболеваний…

…но два года назад пара социологов, Николас Кристакис и Джеймс Фаулер, использовали информацию, собранную за эти годы о Джозефе, Эйлин и нескольких тысячах их соседей, чтобы сделать открытие совершенно иного порядка

По словам Кристакиса и Фаулера, анализируя данные Фрамингема, они впервые нашли прочную основу для потенциально мощной теории социальной эпидемиологии: хорошее поведение — например, отказ от курения, позитивный настрой или сохранение стройности — передается от друга к другу почти так же, как если бы речь шла о заразных вирусах. Согласно имеющимся данным, участники исследования Фрамингема влияли на здоровье друг друга обычным общением. Но то же самое относилось и к плохому поведению: группы друзей, казалось, «заражали» друг друга ожирением, несчастьем и курением. Похоже, что хорошее здоровье — это не только вопрос ваших генов и диеты, но и отчасти результат вашей непосредственной близости к другим здоровым людям.

Десятилетиями социологи и философы подозревали, что поведение может быть «заразным». Еще в 1930-х годах австрийский социолог Якоб Морено начал рисовать социограммы, маленькие карты того, кто кого знает, и обнаружил, что форма социальных связей широко варьируется от человека к человеку. Некоторые были социометрическими «звездами», которых многие выбрали в друзья, в то время как другие были «изолированными», фактически лишенными друзей. В 1940-х и 1950-х годах одни социологи начали анализировать, как форма социальной сети может влиять на поведение людей; другие же исследовали, каким образом информация, сплетни и мнения распространяются внутри этой сети. Одним из пионеров направления был Пол Лазарсфельд, социолог из Колумбийского университета, который проанализировал, как становится популярным коммерческий продукт. Лазарсфельд утверждал, что рост популярности товара — это двухэтапный процесс, в котором люди с широкими связями сначала поглощают рекламу продукта в СМИ, а затем рассказывают о продукте своим многочисленным друзьям.

Источник: LM CHABOT / bechance.net

Сейчас принято говорить о социальных изменениях как об эпидемиях (например, об «эпидемии ожирения») и о «суперсвязях», которые настолько тесно взаимодействуют между собой, что оказывают огромное влияние в обществе, почти единолично способствуя появлению тех или иных тенденций.

Однако ни в одном из этих тематических исследований ученые не наблюдали за процессом «заражения» непосредственно в действии. Они, конечно, реконструировали его постфактум: социологи или маркетологи проводили интервью, чтобы попытаться восстановить, кто кому и что рассказал. Но это, конечно же, предполагает ошибку восприятия: люди могут не помнить, как на них повлияли или на кого повлияли они, или помнить не совсем правильно. Плюс подобные исследования были сосредоточены на небольших группах людей (максимум несколько сотен), а это значит, что они не обязательно отражают то, как «заразное» поведение распространяется — если оно вообще это делает — среди широкой общественности. Действительно ли важны «суперконнекторы», люди с максимальным количеством связей? Сколько раз кому-то нужно столкнуться с тенденцией или поведением, прежде чем «подхватить» их? Конечно, ученые и так знали, что человек может влиять на ближайшего коллегу, но может ли это влияние распространиться дальше? Несмотря на веру в существование социального заражения, никто толком не знал, как оно работает.

[…]

Николас Кристакис сформировал совершенно новый взгляд на этот вопрос в 2000 году после посещения неизлечимо больных пациентов в рабочих кварталах Чикаго. Кристакис — врач и социолог из Гарвардского университета — был отправлен в Чикагский университет и сделал себе имя, изучая «эффект вдовства», хорошо известную склонность супругов умирать вскоре после смерти своих партнеров. Одной из его пациенток была неизлечимо больная пожилая женщина с деменцией, которая жила со своей дочерью — последняя выполняла роль сиделки. Дочь была утомлена заботой о матери, а муж дочери заболел из-за сильного стресса жены. И вот однажды в офис Кристакиса позвонил друг мужа, попросив о помощи и объяснив, что он тоже чувствует себя подавленным из-за этой ситуации. Болезнь одной женщины распространилась наружу «через три степени разделения»: на дочь, на мужа, на друга этого мужчины. После этого случая Кристакис задался вопросом о том, как можно было бы изучать данное явление дальше.

В 2002 году общий друг познакомил его с Джеймсом Фаулером, в то время аспирантом Гарвардского факультета политологии. Фаулер исследовал вопрос о том, может ли решение голосовать на выборах за того или иного кандидата вирусным образом передаваться от одного человека к другому. Кристакис и Фаулер согласились, что социальное заражение является важной областью исследования, и решили, что единственный способ ответить на множество вопросов, оставшихся без ответа, — это найти или собрать огромный пул данных, в котором были бы представлены тысячи людей. Сначала они думали, что проведут собственное исследование, но впоследствии отправились на охоту за уже существующим набором данных. Они не были оптимистичны: несмотря на то что существует несколько крупных опросов о здоровье взрослых, исследователи-медики не имеют привычки думать о социальных сетях, поэтому они редко интересуются тем, кто кого знает из их пациентов.

И тем не менее фрамингемское исследование выглядело многообещающим: оно проводилось более 50 лет и хранило данные более 15 000 человек в трех поколениях. По крайней мере теоретически оно могло предоставить нужную картину, но как отслеживать социальные связи? Кристакису повезло. Во время своего визита в Фрамингем он спросил у одного из координаторов исследования, как ей и ее коллегам удавалось поддерживать контакт с таким количеством людей так долго. Женщина полезла под стол и вытащила зеленый лист — это была форма, которую сотрудники использовали для сбора информации от каждого участника каждый раз, когда они приходили на обследование. Спрашивали все: кто ваш супруг, ваши дети, родители, братья и сестры, где они живут, кто ваш врач, где вы работаете, живете и кто ваш близкий друг. Кристакис и Фаулер могли использовать эти тысячи зеленых форм, чтобы вручную восстановить социальные связи Фрамингема на десятилетия назад.

В течение следующих нескольких лет ученые руководили командой, которая тщательно просматривала записи. Когда работа была закончена, они получили карту того, как были связаны 5124 субъекта: это была сеть из 53 228 связей между друзьями, семьями и коллегами. Затем они проанализировали данные, начав с отслеживания закономерностей того, как и когда жители Фрамингема полнели, и создали анимированную диаграмму всей социальной сети, где каждый житель был изображен в виде точки, которая становилась больше или меньше по мере того, как человек набирал или терял вес за последние 32 года. Анимация позволила увидеть, что ожирение распространялось группами. Люди толстели не просто так.

Социальный эффект оказался весьма мощным. Когда один житель Фрамингема заболевал ожирением, склонность к ожирению его друзей возрастала до 57%. Еще более удивительным для Кристакиса и Фаулера было то, что эффект на этом не останавливался: житель Фрамингема примерно на 20% чаще страдал ожирением, если аналогичная проблема была у друга его друга, а сам близкий друг оставался в прежнем весе.

«Возможно, вы не знаете его лично, но сослуживец мужа вашего друга может сделать вас толстыми. А парень подруги твоей сестры может сделать тебя худой», — напишут Кристакис и Фаулер в своей будущей книге «Связанные одной сетью».

Источник: LM CHABOT / bechance.net

Ожирение было только началом. В течение следующего года социолог и политолог продолжали анализировать данные Фрамингема, находя все больше и больше примеров заразного поведения. Точно таким же образом распространялось в обществе и пьянство, а еще — счастье и даже одиночество. И в каждом случае индивидуальное влияние простиралось на три ступени, прежде чем исчезало совсем. Ученые назвали это правилом «трех степеней влияния»: мы связаны не только с теми, кто нас окружает, но и со всеми другими людьми в этой паутине, которая простирается гораздо дальше, чем мы думаем.

[…]

Но как именно ожирение или счастье могли распространяться по такому количеству звеньев? Некоторые заразные формы поведения, такие как курение, кажутся вполне объяснимыми. Если вокруг вас курит много людей, на вас будет оказано давление со стороны сверстников, а если никто не будет курить, у вас больше шансов бросить. Но простое объяснение через давление со стороны сверстников не работает со счастьем или ожирением: мы не часто призываем людей вокруг нас есть больше или стать счастливее.

Чтобы объяснить феномен, Кристакис и Фаулер выдвинули гипотезу о том, что такое поведение частично распространяется через подсознательные социальные сигналы, которые мы получаем от окружающих и которые служат своего рода подсказками к тому, что сейчас считается нормальным поведением в обществе. Эксперименты показали, что, если человек сидит рядом с тем, кто ест больше, он тоже будет есть больше, невольно корректируя свое восприятие того, что является нормальной едой. Кристакис и Фаулер подозревают, что по мере того как друзья вокруг нас становятся тяжелее, мы постепенно меняем свое представление о том, как выглядит «ожирение», и молчаливо позволяем себе прибавлять в весе. В случае же счастья эти двое утверждают, что заражение может быть даже более глубоко подсознательным: по их словам, распространение хороших или плохих чувств может быть частично вызвано «зеркальными нейронами» в нашем мозгу, которые автоматически имитируют то, что мы видим на лицах людей вокруг нас.

Подсознательная природа эмоционального отражения может объяснить один из наиболее любопытных результатов исследования: если вы хотите быть счастливым, самое важное — иметь много друзей. Исторически мы привыкли думать, что наличие небольшой группы близких давних друзей имеет решающее значение для чувства счастья. Но Кристакис и Фаулер обнаружили, что самыми счастливыми людьми во Фрамингеме были те, у кого было больше всего связей, даже если отношения не были глубокими. Причина, по которой эти люди были самыми счастливыми, вероятно, заключается в том, что счастье возникает не только от глубоких задушевных разговоров. Оно также формируется благодаря тому, что вы ежедневно сталкиваетесь со множеством маленьких моментов заразительного счастья других людей.

Конечно, опасность тесных связей со множеством людей заключается в том, что вы рискуете встретить большое количество людей в их плохом настроении. Однако игра на повышение общительности всегда окупается по одной удивительной причине: счастье заразительнее, чем несчастье. Согласно статистическому анализу ученых, каждый дополнительный счастливый друг повышает ваше настроение на 9%, в то время как каждый дополнительный несчастный друг тянет вас вниз только на 7%.

Выводы по результатам исследования во Фрамингеме также предполагают, что разные заразные формы поведения распространяются по-разному. Например, коллеги, в отличие от близких друзей, не передают друг другу счастье, зато передают отношение к курению. […] Своя особенность была и у ожирения: супруги не так сильно влияют друг на друга, как друзья. Если мужчина-субъект из Фрамингема имел друга-мужчину, который потолстел, риск удваивался, но если потолстела жена субъекта, риск увеличивался лишь на 37%. Вероятно, это связано с тем, что, когда дело касается образа тела, мы сравниваем себя в первую очередь с людьми своего пола (а в исследовании во Фрамингеме все супруги были противоположного пола). Точно так же разнополые друзья не передавали ожирение друг другу вообще: если мужчина становился толстым, его подруги от этого совершенно не страдали, и наоборот. Точно так же родственники одного пола (два брата или две сестры) больше влияют на вес друг друга, чем родственники противоположного пола (брат и сестра).

Когда дело дошло до выпивки, Кристакис и Фаулер обнаружили гендерный эффект другого рода: женщины из Фрамингема были значительно более влиятельными, чем мужчины. Женщина, которая начала много пить, увеличивала риск употребления алкоголя окружающими, в то время как пьющие мужчины оказывали меньшее влияние на других людей. Фаулер считает, что женщины имеют большее влияние именно потому, что обычно они меньше пьют. Поэтому, когда женщина начинает злоупотреблять алкоголем, это является сильным сигналом для окружающих. […]

Работа исследователей вызвала ряд реакций со стороны других ученых. Многие эксперты в области здравоохранения были в восторге. После долгих лет наблюдения за пациентами они, конечно, подозревали, что модель поведения распространяется в обществе, но теперь у них появились данные, подтверждающие это. […] Но многие из тех, кто изучает сети, были более осторожны в своих реакциях. В отличие от медицинских экспертов, эти ученые специализируются на изучении самих сетей — от районов, связанных электросетью, до подростков, дружащих в Facebook, — и они хорошо знакомы с трудностью установления причин и следствий в таких сложных конструкциях. Как они отмечают, исследование во Фрамингеме обнаружило интригующие корреляции в поведении людей, но это не доказывает, что социальное заражение вызывает распространение того или иного явления.

Есть как минимум два других возможных объяснения. Одно из них — «гетеро/гомофилия»,❓Эмоциональное тяготение преимущественно к лицам противоположного или собственного пола, не имеющее выраженного эротического характера — выбор, с кем человек предпочитает дружить, кому он изливает душу и так далее; психологический, установочный аспект «поведенческой» гетеро/гомосоциальности. своего рода склонность людей тяготеть к себе подобным. Люди, которые набирают вес, вполне могут предпочесть провести время с другими людьми, которые также набирают вес, точно так же как счастливые люди могут искать других счастливых. Второе возможное объяснение состоит в том, что общая среда — а не социальная инфекция — может заставлять жителей Фрамингема обмениваться поведением внутри групп. Если McDonald’s откроется в одном из районов Фрамингема, это может привести к тому, что группа людей, живущих поблизости, наберет вес или станет немного счастливее (или грустнее — в зависимости от того, что они думают о McDonald’s). […]

Одним из самых ярких критиков Кристакиса и Фаулера является Джейсон Флетчер, доцент кафедры общественного здравоохранения Йельского университета: он и экономист Итан Коэн-Коул даже опубликовали две статьи, в которых утверждалось, что Кристакис и Фаулер не исключили из своих расчетов всевозможные гетеро- и гомофильные эффекты. Первоначально Флетчер хотел повторить анализ данных, проведенный Кристакисом и Фаулером, но у него не было доступа к их источнику. Столкнувшись с этим препятствием, Флетчер и его коллега решили вместо этого протестировать математические методы Кристакиса и Фаулера на другом наборе данных — исследовании Add Health, проекте федерального правительства, в котором отслеживалось состояние здоровья 90 118 учеников в 144 средних школах в период между 1994 и 2002 годом. Среди распространенных исследователями вопросников был один, в котором студентам предлагалось перечислить до 10 своих друзей — это позволило Флетчеру построить карты того, как были связаны друзья в каждой школе, и получить набор небольших социальных сетей, на которых можно было проверить математику Кристакиса и Фаулера.

Когда Флетчер проанализировал формы, используя статистические инструменты, по его словам, аналогичные тем, которые использовали Кристакис и Фаулер, он обнаружил, что социальное заражение действительно существует, однако поведение и условия, которые были заразными, оказались совершенно неправдоподобными: они включали прыщи, рост и головные боли. Как вы можете стать выше, общаясь с более высокими людьми? Это, заключил Флетчер, поставило под сомнение, действительно ли статистические методы Кристакиса и Фаулера устраняют гетеро/гомофилию или влияние окружающей среды и, по его словам, означает, что результаты исследования во Фрамингеме столь же сомнительны.

Флетчер сказал, что верит в реальность эффекта социального заражения, но доказательства Кристакиса и Фаулера его просто не впечатляют

Другие ученые указали на еще одно важное ограничение в работе Кристакиса и Фаулера, заключающееся в том, что их карта, показывающая связи между людьми Фрамингема, обязательно является неполной. Когда участники исследования во Фрамингеме проверялись каждые четыре года, их просили перечислить всех членов своей семьи, но назвать только одного человека, которого они считали близким другом. Возможно, это могло означать, что названные трехступенчатые эффекты влияния могли быть иллюзией.

Источник: LM CHABOT / bechance.net

[…] Когда я выразил свою озабоченность Кристакису и Фаулеру, они согласились, что их карта дружбы несовершенна, но сказали, что считают, что в их карте связей во Фрамингеме гораздо меньше дыр, чем утверждают критики. Когда Кристакис и Фаулер подводили итоги «зеленых листов», им часто удавалось установить отношения между двумя людьми, которые не указали друг друга как знакомых, что уменьшило количество ложных трехуровневых ссылок.

Они также признали, что невозможно полностью устранить проблемы гетеро/гомофилии и воздействия окружающей среды, но это не означает, что они согласны с Флетчером. […] И Кристакис, и Фаулер указывают на два других вывода, чтобы подтвердить свою позицию в пользу социальной заразы, а не воздействия на окружающую среду. Во-первых, во фрамингемском исследовании ожирение могло переходить от человека к человеку даже на большие расстояния. Когда люди уезжали в другой штат, их набор веса все еще влиял на друзей в Массачусетсе. В таких случаях, по словам Кристакиса и Фаулера, местная среда не могла заставить обоих набирать вес.

Другой их вывод более интригующий и, возможно, более значительный: они обнаружили, что поведение, по-видимому, распространяется по-разному в зависимости от типа дружбы, существующей между двумя людьми. В исследовании Фрамингема людей просили назвать близкого друга, но дружба не всегда была симметричной. Хотя Стивен мог называть Питера своим другом, Питер мог не думать о Стивене так же. Кристакис и Фаулер обнаружили, что эта «направленность» имеет большое значение: по их данным, если Стивен станет толстым, это никак не повлияет на Питера, потому что он не считает Стивена своим близким другом. Но, напротив, если Питер набирает вес, риск ожирения Стивена возрастает почти на 100%. И если двое мужчин будут считать друг друга друзьями обоюдно, эффект будет огромным: один из них наберет вес, что почти утроит риск другого. Во Фрамингеме Кристакис и Фаулер обнаружили этот эффект направленности даже у людей, которые жили и работали очень близко друг к другу. А это, как они утверждают, означает, что люди не могут становиться более толстыми только из-за окружающей среды, поскольку среда должна была бы в равной степени влиять на каждого, но этого не происходило.

Эффект направленности, кажется, имеет очень большое значение, и этот факт, в свою очередь, поддерживает аргументы в пользу существования социальной инфекции

[…] По сути, работа Кристакиса и Фаулера предлагает новый взгляд на общественное здоровье. Если они правы, инициативы в области общественного здравоохранения, направленные только на помощь пострадавшим, обречены на провал. Чтобы по-настоящему бороться с распространяющимся плохим социальным поведением, вы должны одновременно сосредоточиться на людях, которые настолько далеки, что даже не осознают, что влияют друг на друга.

[…] Соблазнительно подумать, столкнувшись с работами Кристакиса и Фаулера, что лучший способ улучшить свою жизнь — это просто разорвать связи с людьми с плохим поведением. И очевидно, что это возможно, ведь люди меняют друзей часто, иногда резко. Но изменить свою социальную сеть может быть сложнее, чем изменить свое поведение: в исследованиях есть убедительные доказательства того, что мы не имеем такого большого контроля, как мы могли бы думать, над тем, как мы связаны с другими людьми. Например, наше местоположение в социальной сети или то, какое количество наших друзей знают друг друга, являются относительно стабильными шаблонами наших жизней.

Кристакис и Фаулер впервые заметили этот эффект, когда исследовали свои данные о счастье. Они обнаружили, что люди, глубоко опутанные кругами дружбы, обычно были намного счастливее, чем «изолированные», те, у кого мало связей. Но если «изолированной» девушке действительно удавалось обрести счастье, у нее не возникало внезапных новых связей и не происходило миграции в положение, в котором она была бы более тесно связана с другими. Верно и обратное: если человек с хорошими связями становился несчастным, он не терял своих связей и не становился «изолированным». Другими словами, ваше место в сети влияет на ваше счастье, но ваше счастье не влияет на ваше место в сети. […]

Наука о социальных сетях в конечном итоге предлагает новый взгляд на извечный вопрос: в какой степени мы — независимые личности?

Взгляд на общество как на социальную сеть, а не как на совокупность людей, может привести к некоторым тернистым выводам. В колонке, опубликованной в The British Medical Journal, Кристакис написал, что строго утилитарная точка зрения предполагает, что мы должны оказывать лучшую медицинскую помощь людям с хорошими связями, потому что они с большей вероятностью передадут эти преимущества другим людям. «Этот вывод, — писал Кристакис, — меня тревожит».

Тем не менее, как утверждают двое ученых, в идее о том, что мы связаны так тесно, есть что-то вдохновляющее. «Даже если на нас влияют другие, мы можем влиять на других, — сказал мне Кристакис при первой встрече. — И поэтому возрастает важность совершения действий, которые приносят пользу другим. Таким образом, сеть может действовать в обоих направлениях, подрывая нашу способность иметь свободную волю, но увеличивая, если хотите, важность наличия свободы воли».

Как заметил Фаулер, если вы хотите улучшить мир своим хорошим поведением, математика на вашей стороне. Большинство из нас в пределах трех ступеней связаны с более чем 1000 человек — это все те, кому мы теоретически можем помочь стать более здоровыми, бодрыми и счастливыми просто благодаря своему собственному поразительному примеру.

Любой твой друг — моя потенциальная подруга

Джон Мастон

Ты знаешь, что ты мой мужчина. Серьезно. Мы через многое прошли вместе, и я знаю, что вы хорошие люди. Точно так же вы общаетесь с хорошими людьми. Я уважаю это. И я хочу, чтобы вы знали, что любой из ваших друзей — моя потенциальная девушка.

Серьезно, в этом нет ничего страшного. Я сделаю все возможное для любой женщины, которая действительно важна для вас. Если они достаточно хороши для вас, они достаточно хороши для меня, чтобы прогуляться по городу, напиться, вернуться домой к себе домой и заняться с ними сексом.Я готов оказать такую ​​же любезность буквально любой женщине, которую вы попадете в мое поле зрения. Коллеги по работе, соседи наверху и внизу, девушки, которых вы даже не знаете, но считаете милыми — я с радостью покажу любой из них, как хорошо провести время.

Я всегда рядом, чтобы потусоваться у вас дома, выпить несколько ваших любимых напитков, съесть что-нибудь из блюд, которые вы любите готовить, и посмотреть игру на большом экране телевизора. И когда дело доходит до того, что рядом есть кто-то, кто подсовывает сосиску вашим близким подругам, я тоже с вами.

Я даже не возражаю, что многие женщины, с которыми ты дружишь, не так хороши. Если вы уважаете их как своих платонических друзей, я более чем способен заглянуть сквозь поверхность и увидеть в них потенциальную часть задницы, внутри которой они находятся.

Серьезно, если вы говорите, что девушка действительно хороший человек, чья дружба много значит для вас, это все, что мне нужно услышать, чтобы заставить ее действовать.

G / O Media может получить комиссию

Надеюсь, вы знаете, что всякий раз, когда к вам приезжает подруга из другого города, которой нужно место для аварии, она всегда может переночевать со мной на моем диване.Mi casa es su amiga’s casa, верно, брат? Если они просто хотят с кем-нибудь поговорить, дверь в мою спальню всегда открыта, чувак. Я счастлива быть плечом, на котором можно плакать, если это приводит к половому акту в тот же вечер. Это действительно не проблема.

Вот почему мы друзья, да? Если что-то пойдет не так, у меня будет твоя спина, и я знаю, что у тебя есть моя. Одна рука моет другую. Или, в данном случае, вы представляете меня своим милым друзьям, и я использую ситуацию для собственной плотской выгоды.

Что бы ни происходило между мной и твоими друзьями, я хочу, чтобы ты знала, как сильно я забочусь о нашей дружбе .Если я могу побыть с тобой на минуту, чувак, это намного важнее, чем любые отношения, которые могут быть у тебя с какой-нибудь женщиной, от которой я позже получил ручную работу.

Помнишь ту психопатку на твоей вечеринке, с которой я познакомился, а потом она подумала, что какое-то время беременна? (Ширли? Шелли? Это не имеет значения.) Просто потому, что вы знаете ее со школы и очень близки с ее семьей и всем остальным, это не значит, что у вас был какой-либо способ узнать, что она окажется такой сумасшедший, когда я перестал ей перезванивать.Я не виню тебя за эмоции твоих подруг, чувак.

Иногда трудно сказать, кто ваши настоящие друзья. Тот факт, что Дженнифер и Элли полностью перевернулись после того, как узнали, что я трахнул их обоих за одну ночь, просто доказывает, что они не из тех девушек, которые вам нужны в качестве ваших постоянных наперсниц.

Теперь я понимаю, что ни один из них больше не разговаривает с вами, и вы дружили с ними обоими уже много лет, но я буду держаться с вами во всех отношениях.Я здесь надолго, приятель. Ты и я, еще долго после того, как все дамы ушли. И это обещание.

Я в основном считаю вас семьей. Я не называю тебя братаном, если это не имеет значения. Кстати о семье — в тот раз с твоей сестрой? Забудь это. Для чего друзья, мужик? Я был рядом с ней, когда она нуждался в ком-то, и убирался оттуда, как только это стало волосатым. Точно так же, как мы говорили: Bros before hos. Я не хочу, чтобы ты чувствовал себя виноватым из-за того, что после этого она сошла с ума. Вы не можете винить себя, потому что ваша нестабильная разведенная сестра не может наладить свою жизнь.Поверьте мне: двигайтесь дальше.

Или та цыпочка Минди, та девушка, которую ты действительно любил? Мне неприятно думать, что мне потребовалось потрогать ее на твоем дне рождения, чтобы ты осознал, насколько она распущена, — но, эй, Господь действует таинственным образом.

Никаких благодарностей не требуется. Я просто счастлив, что помог раскрыть ее истинный характер до того, как ты подошел слишком близко и не получил травму. И, кстати, если вы хотите увидеть фотографии ее обнаженной, у меня был мой телефон с камерой втихомолку.

Любой твой друг — наш друг! : Section 101

Любой твой друг — наш друг!

Это было самое быстрое лето в истории или только я? Похоже, мы все моргнули и перешли от планирования корпоративных барбекю к работе над нашими инициативами за 4 квартал и завершили год!

В последнее время мы были очень довольны всеми замечательными и положительными отзывами, которые мы получали от клиентов Раздела 101.Итак, мы начали программу «Спасибо»: если было сделано направление, мы благодарим вас, предоставляя как клиенту Раздела 101, так и его рефералу один бесплатный месяц хостинга веб-сайтов и обслуживания клиентов. Также нет ограничений на количество бесплатных месяцев, которые вы можете получить — поэтому, если вы передадите 4 друзей клиентам Раздела 101 с активными веб-сайтами, вы получите ЧЕТЫРЕ бесплатных месяца хостинга веб-сайтов и обслуживания клиентов.

Артист Джейми Кент, у которого есть музыкальный веб-сайт с разделом 101, не только воспользовался нашей программой благодарности, но и поблагодарил нас, сказав: «Когда я нахожу что-то действительно великое в этой музыкальной индустрии, я чувствую, что Мне нужно рассказать всем, кого я знаю.Что ж, Раздел 101 — один из самых замечательных. Это как большая семья; они подталкивают нас, художников … Я уверен, что вы не можете сказать этого о любой другой компании, занимающейся веб-разработкой ».

Не так давно менеджер Pentatonix, Джонатан Калтер, сказал: «Секция 101 смогла создать высокофункциональный, хорошо спроектированный микросайт, не нарушая при этом темпов разработки и запуска полноценного сайта. Добавьте это к персональному обслуживанию, экспертной дизайнерской работе и возможности веб-сайта, позволяющей руководству / художнику редактировать и добавлять из дома, я без колебаний использую Раздел 101 для других моих художников или рекомендую их кому-либо.”

И мы были очень взволнованы, когда автор и гуру фитнеса Стив Эттингер воскликнул: «Работа с Разделом 101 — одно из лучших решений, которые я когда-либо принимал. Им удалось не только создать потрясающе выглядящий сайт, но и создать платформу, которая делает обновление намного проще, чем все, что я использовал раньше. В тех редких случаях, когда у меня возникают вопросы, их команда всегда работает быстро, дружелюбно и очень помогает ».

Я хочу закончить свой «Блог хвастовства», искренне поблагодарив всех ВАС.Без вас нас бы не было, и ваши отзывы и предложения сделали нашу компанию лучше во всех отношениях. Нам не терпится увидеть, что принесет 2015 год (до которого всего 4,5 месяца !!!!)

Как ответить: «Как бы вас описали ваши друзья?» (С примерами) — Zippia

«Как бы вас описали ваши друзья?»

Если вы похожи на меня, то этот вопрос может вызвать довольно разные ответы, в зависимости от того, кого из моих друзей вы спрашиваете, но позвольте мне дать вам небольшой совет: вам не нужно полностью откровенничать о том, что вы пьете в колледже мнение партнера о вас.

Это один из самых распространенных вопросов на собеседовании, и он особенно полезен для менеджеров по найму, которые хотят узнать, какие мягкие навыки вы сможете использовать.

Когда вы рассказываете интервьюеру о себе, вы естественным образом переходите к квалификации и достижениям. Но когда вам нужно ответить на вопрос о том, как ваши друзья описали бы вас, вы вынуждены отказаться от чисто профессиональных качеств, которыми обладаете.

Мы расскажем, что хотят услышать интервьюеры, дадим советы по подготовке вашего ответа и предоставим образцы ответов, чтобы связать все наши советы воедино.

Почему интервьюеры спрашивают: «Как бы вас описали ваши друзья?»

Интервьюеры спрашивают, как бы вас описали друзья, чтобы получить представление о вашем самосознании и оценить, насколько ваши межличностные навыки соответствуют компании, отделу и должности, на которую вы претендуете.

Менеджеры по найму и рекрутеры надеются получить представление о вашей личности — им наплевать на честное мнение вашего друга. Фактически, большинство работодателей сознательно просят вас не указывать друзей в качестве рекомендаций в ваших заявках.

Формулировка этого вопроса на самом деле — уловка. Если бы они прямо спросили вас, что вы думаете о себе, они бы открылись для целой кучи резюме, которое они ненавидят читать на регулярной основе.

Они уже знают, что вы все равно собираетесь нарисовать себя в радужной картине, но заставляя вас на мгновение отстраниться от позиции собеседника и подсознательно сопереживать точке зрения другого человека, они побуждают вас быть немного более реалистичными. .

Этот вопрос — проверка вашего самовосприятия и честная оценка того, как мир видит вас, а не только то, как вы видите себя. Ваш ответ также покажет, какие некарьерные качества вы считаете ценными в себе и других.

Кроме того, некоторые менеджеры по найму и рекрутеры могут сравнить ваш ответ с тем, как ваши рекомендации описали вас, чтобы оценить точность вашей самооценки. И они хотят большего, чем просто несколько прилагательных (хотя ваш выбор прилагательного должен быть продуманным и осознанным).

Интервьюеры хотели бы услышать короткий анекдот, подтверждающий, почему ваши друзья использовали бы эти слова. Ваш ответ покажет, насколько хорошо ваш стиль межличностного общения и набор навыков межличностного общения будут соответствовать корпоративной культуре.

Как ответить: «Как бы вас описали ваши друзья?»

При любом вопросе на собеседовании я всегда стараюсь думать о том, что интервьюер на самом деле хочет узнать обо мне. В таком вопросе, как «как бы ваши друзья описали вас?», Я рассматриваю это как возможность поговорить о чем-то, выходящем за рамки обычного ответа на вопрос «каковы ваши самые сильные стороны?».Ответ должен демонстрировать, кто вы как человек вне работы, а не только на бумаге! Вы действительно хотите дать интервьюеру уверенность в том, что вы хорошо вписываетесь в корпоративную культуру. В конечном счете, ответ должен оставить у интервьюера ощущение, что вы были искренни в своем ответе и что вы могли бы даже быть его другом за пределами офиса.

Как ответить: «Как бы вас описали ваши друзья?»

Ответ на этот вопрос интервью — отличный способ поделиться своими лучшими личностными качествами.

  1. Оставайтесь актуальными. Используйте несколько гуманизирующих слов, но это не профиль знакомств, поэтому вы также хотите, чтобы это было связано и с рабочим местом: настойчиво, практично, новаторски.

  2. Ближе к делу. Избегайте двусмысленности и продавайте себя. Кроме того, не говорите: «Они сказали бы вам, что я самый скромный человек в мире».

  3. Будьте честны. Не лгите — мы так часто говорим, но вы не хотите, чтобы вас наняли, потому что вы сказали: «Они сказали бы, что я говорю на самом впечатляющем греческом и мандаринском языках, которые они когда-либо слышали», когда вы на самом деле не говорите т.

  4. Будьте профессиональны. Это может быть немного спорным, потому что в некоторых лагерях говорят, что вы всегда должны продавать себя как наемного работника, но вы также не можете быть просто роботом в этой ситуации.

    Интервьюеры уже знают, каковы ваши возможности, это возможность показать, какой будет ваша личность.

  5. Выберите симпатичные черты характера. Насколько легко с вами ладить, — довольно важный фактор, когда они принимают свои решения.Всегда безопасно оставаться непостижимым, чтобы не облажаться. Но если у кого-то есть аналогичные навыки, но он более симпатичен, вы можете догадаться, каким путем пойдет менеджер по найму.

  6. Сосредоточьтесь на позиции. Говорите о своих лидерских качествах уклончиво, если это уместно, но всегда сосредотачивайте свой ответ на типе должности. Если это продажи, подчеркните свои коммуникативные навыки. Если это руководство, укажите, насколько вы полезны и надежны, когда дело доходит до звонка:

Краткий пример ответов
  • «Он сказал, что я всегда первым выказываю волонтерство и иду впереди, когда приходит время действовать.”

  • «Она определенно скажет вам, что в тяжелые времена для всех, а не только для одного из нас, я всегда рядом, чтобы довести дело до конца».

  • «Что я организованный, внимательный и надежный».

Как ответить: «Как бы вас описали ваши друзья?»

Используйте интервью как способ общения на личном уровне. Если вам удобно, ответьте на этот вопрос с чувством юмора. Вы можете сказать что-то вроде: «Друзья говорят мне, что у меня на столе что-то взорвалось.Но я говорю им, что в моем безумии есть метод! » Это отличный способ сломать лед в том, что обычно является стрессовой ситуацией.

Распространенных ошибок, которых следует избегать при ответе «Как бы ваши друзья описали вас?»

Отвечая на этот вопрос, избегайте этих распространенных ошибок:

  • Не переусердствуйте. Когда вы отвечаете на этот вопрос, будет предвзятость. Рекрутеры это знают. Но это не дает вам свободы говорить о том, насколько вы милы, задумчивы и красивы.

    Если бы они этого захотели, они бы спросили, что о вас думает ваша мать.

  • Не вводите себя в заблуждение. Так что это не возможность для вас начать быть нереалистичным. Если вы суровы, дисциплинированы и производите впечатление скованности и упорядоченности, не говорите: «О, они скажут вам, что я — жизнь вечеринки, я вхожу в каждую комнату с азартом и азартом, и Я в основном народный человек ».

  • Не зацикливайтесь на слабых местах. Будьте уверены в своем ответе. Вы пытаетесь произвести впечатление на рекрутеров и менеджеров по найму своими навыками межличностного общения, поэтому не говорите о том, что с вами могут быть проблемы.

  • Не используйте слишком профессиональный язык. Как упоминалось ранее, это проверка того, насколько вы искренне думаете, что общаетесь с людьми, которые вас хорошо знают, поэтому не используйте деловой жаргон и жаргон менеджеров:

    Плохой пример ответов
    • «Мой лучший друг с дошкольного возраста, Тимми, сказал бы, что я командный игрок, ориентированный на детали.”

    • «Шафер на моей свадьбе однажды сказал мне, что моя способность чутко управлять своими подчиненными в первую очередь вдохновила его на женитьбу».

    • «Мое большое женское общество описывает меня как перфекциониста, который всегда хочет остаться допоздна».

    Однако, если вы используете это последнее как способ показать, что вы действительно умеете заказывать напитки прямо перед последним звонком, чтобы вы могли пить, пока бар не закроется, это своего рода круто.

Советы для ответа на вопрос «Как бы вас описали ваши друзья?»

  1. Будьте проще. Хотя обычно вы хотите давать запоминающиеся ответы, ответ на этот вопрос на самом деле является исключением, поскольку вы не хотите, чтобы ваш собеседник запомнил его — потому что, если он это делает, то, вероятно, не по уважительной причине.

    Это потому, что у вашего интервьюера, вероятно, есть ответ, который они хотели бы услышать, но есть вероятность, что они просто не хотят слышать ничего, что заставляет вас походить на дикое животное.

  2. Сопоставьте свой ответ с описанием должности. Если вы видите, что одно прилагательное часто встречается в описании должности, попробуйте использовать его или синоним. Вы получаете бонусные баллы, если ваши личные качества естественным образом соответствуют занимаемой должности.

    Не пытайтесь вставить ключевые слова в свой ответ, но укажите, что вы знаете, какие качества компания ищет в вашем ответе.

  3. Расскажите вкратце. Прилагательные дешевы, но рассказы могут усилить ваш ответ.Вспомните анекдоты о тех случаях, когда ваши личные качества играли большую роль в том, что было сделано.

    Например, если вы решаете проблемы, расскажите о случае, когда вы помогли другу с трудной проблемой.

  4. Оглянитесь назад. Учитывайте оценки эффективности и прошлые беседы, которые у вас были с коллегами. Обратите внимание на то, за что вас хвалили. Вы также можете спросить коллег или друзей, как они вас описали.

    Если вы хотите честно понять, как люди воспринимают вас, это хорошие места для начала.

  5. Изучите компанию. Убедитесь, что вы описываете себя так, как вам нравится в компании, в которой вы проводите собеседование.

    Прочитав это, готовьте свой ответ к каждому собеседованию — но при подготовке к это интервью вам следует заглянуть на веб-сайт компании, чтобы лучше понять, что их волнует.

    Обычно на веб-сайте компании можно понять, что они ценят и как им нравится представлять себя публике, а если нет, то переходить на LinkedIn — если работники здесь представляют себя лучшими друзьями, которые заботятся о своих клиентах и ​​мире в целом. , постарайтесь соответствовать этим характеристикам.

    Рисунок:

    • Специальные инициативы, которые они спонсируют, такие как благотворительность и гонки на 5 км

    • Их ориентация на инновации или традиции

    • Интересные проекты и инициативы, недавно получившие прессу для

    Вы можете обнаружить, что эта компания ценит отправку своих сотрудников за границу или в благотворительные поездки — даже если это то, что вы цените только в некоторой степени, опишите себя, кто это тоже ценит:

    Совместите свое описание с компанией

    «Они говорят, что я ценю свою роль в мире мира, всегда выражаю благодарность за благословения, которые у меня есть, и нахожу способы дать ответ, что у меня есть чувство ответственности перед сообществом.”

    Здесь главное — иметь возможность позиционировать себя как идеального кандидата в этот самый момент времени, и вы делаете это, говоря, кто вы сейчас.

    Ни вы, ни ваш интервьюер не знаете, что сказали бы ваши друзья, но вы оба надеетесь, что это отражает тип сотрудников, которых ценит компания.

    Лучше всего дать общий ответ, не привязывающий вас к какой-либо конкретной карьере, и не использовать синонимы для обозначения одного и того же. Помимо того, что вы скучны, вы не хотите переоценивать один набор качеств и рисовать карикатуры.

  6. Не называйте себя слишком амбициозным. Вы хотите представить себя лидером и впечатляющей личностью с замечательными устремлениями, но это была бы странная дружба, если бы вы всегда руководили своими друзьями, и они говорили вам, что им нравится ваше искреннее стремление к мировому господству.

  7. Сделайте его правдоподобным для вашего резюме и очевидной индивидуальностью. Как мы уже говорили, ваши друзья могут лгать вам, чтобы вы хорошо выглядели, и ваш интервьюер мог бы предположить, что это предубеждение существует, но вы не хотите, чтобы вы производили впечатление полного его предубеждения.

    Кроме того, если интервьюер плохо разбирается в людях, он сможет определить, соответствует ли личность, свидетелем которой она является, тем словам, которые вы используете для описания себя.

Как ответить: «Как бы вас описали ваши друзья?»

Выделите как свои сильные стороны, так и области, которые необходимо улучшить в своем ответе. Например, вы можете ответить, что работаете быстро, но эффективно. Быть реалистичным! Рекрутеры и специалисты по персоналу понимают, что никто не идеален, поэтому добавление доли смирения к вашему ответу выделит вас из общей массы.

Пример ответов на вопрос «Как бы вас описали ваши друзья?»

Давайте посмотрим на примеры ответов в действии:

  1. Пример ответа 1: Разработчик программного обеспечения

    «Мои друзья называют меня вечным оптимистом. Я никогда не позволяю маленьким разочарованиям отбрасывать меня назад, и я всегда ищу решения прямо сейчас. Когда мы с друзьями заблудились в Риме во время семестра за границей, я взял на себя ответственность и использовал то немногое итальянского, которое знал, чтобы спросить дорогу.

    «Я не боюсь паниковать в новых ситуациях, и мне нравится решать головоломки и узнавать что-то по ходу дела».

  2. Пример ответа 2: Менеджер по персоналу

    «Мои друзья описали бы меня полезным и общительным. Мне не очень нравится свободное время, поэтому, когда другу нужна помощь в чем-то, я ухватываюсь за возможность заняться чем-нибудь. Также у меня действительно открытое честное общение с друзьями. Мне удавалось избежать многих конфликтов благодаря откровенному разговору до того, как дело доходит до критической точки.”

  3. Пример ответа 3: Офис-менеджер

    «Мои друзья всегда шутят, что я« мама »группы. Когда мы отправляемся в большие или маленькие поездки, у меня есть план и все необходимое на все случаи жизни. Даже когда это просто поход, я тот, кто приносит бутерброды, намечает все тропы с лучшими живописными местами и имеет запасные носки на случай, если кто-то ступит в лужу ».

  4. Пример ответа 4: Учитель

    «Они сказали бы, что я сострадательный и чуткий.Мои друзья могут рассчитывать на то, что я буду правильно читать комнату и направить беседы в позитивное русло. Мои друзья знают, что я не могу чувствовать себя комфортно на 100%, если все вокруг меня тоже не чувствуют себя комфортно.

    «Еще говорят, что я любопытный человек, который любит учиться и делиться интересными историями. Я тот парень, который до сих пор вырезает вырезки из журналов, когда вижу что-то, что, как мне кажется, может заинтересовать друга «.

Последние мысли

Отступление назад, чтобы понять, как другие воспринимают вас, — стоящее занятие, вопрос собеседования или нет.Хотя ваши идеи могут быть интересными, не забудьте сфокусировать свой ответ на собеседовании на качествах, которые имеют отношение к работе, на которую вы претендуете.

Это распространенный вопрос на собеседовании для понимания ваших навыков межличностного общения и способности к сочувствию. Менеджеры по найму и рекрутеры не хотят нанимать кого-то, кто просто технически опытен; они хотят нанять сотрудника, с которым коллегам будет приятно находиться.

Корпоративная культура — это отчасти органичная вещь, которая развивается на основе решений о найме.Продайте себя как человека, который может внести свой вклад в существующую культуру и улучшить ее, и вы с большей вероятностью получите предложение о работе.

Никогда не упускайте возможность, которая подходит именно вам.
Начать

Советы для разговора с другом

Первые шаги

Говорите! Начните с рассказа другу о том, что вы заметили и почему это вас беспокоит. Выберите удобное, знакомое, но уединенное место, где вы двое можете поговорить и вас не отвлекают.

Дайте знать другу, что вы заботитесь о них и беспокоитесь о них.

Укажите конкретные причины вашего беспокойства, а не спрашивайте: «Как дела?» или «Что-то не так?» От подобных вопросов легко отказаться. Подумайте об изменениях, которые вы в них заметили. «Я заметил, что ты выглядишь _____ (в последнее время очень расстроен, несчастен, взволнован), и я беспокоюсь за тебя».

Возможные ответы:

Ваш друг может ответить, сказав, что все в порядке.

Ничего страшного — им может потребоваться несколько попыток, прежде чем они научатся говорить. Но теперь он будет знать, что вы заметили разницу и обеспокоены. Повторите попытку через несколько дней.

Ваш друг говорит вам, что он не знает, что с ним происходит.

Предложите им в качестве первого шага ознакомиться с некоторыми самопроверками в разделе «Психическое здоровье и употребление психоактивных веществ». Предложите посидеть с ними, если они хотят поддержки, но не отвечайте за них, поскольку результаты не будут очень точными.Или, если они предпочитают делать это самостоятельно, отправьте им ссылку на этот раздел.

Вашему другу неудобно разговаривать с кем-то из своих знакомых.

Сообщите им, что на foundrybc.ca они могут узнать о ресурсах по телефону и онлайн-чату, и им не нужно будет называть, кто они.

Ваш друг хочет поговорить с вами.

  • Позвольте другу делиться столько или меньше, сколько они хотят.
  • Дайте понять, что вы не обвиняете их в их проблемах.Не осуждайте.
  • Постарайтесь не думать, что вы знаете, что не так. Не пытайтесь диагностировать их мысли или чувства или пересматривать их. Просто будьте рядом, слушайте и предлагайте поддержку.
  • Задайте вопросы, чтобы помочь вам обоим лучше понять, через что они проходят. Убедите друга, что ему не придется отвечать на вопросы, которые заставляют его чувствовать себя неловко.

Имейте в виду … Может быть очень сложно говорить о личных вещах. Ваш друг может не понимать чувства и мысли, которые он испытывает.Они могут чувствовать себя виноватыми или смущаться из-за того, что с ними это происходит. Они могут быть разочарованы тем, что не могут просто преодолеть это, или бояться, что их сочтут отличными от всех остальных.

Еще несколько советов, как поддержать друга:
  • Не задавайте вопросов. Скажите: «Можете ли вы сказать мне, как вы себя чувствуете?» а не «Тебе грустно?» Дайте другу время ответить.
  • Иногда достаточно просто сказать о своих проблемах, чтобы почувствовать себя лучше.
  • Спросите: «Как я могу вам помочь или поддержать?» вместо того, чтобы прыгать с собственными решениями.
  • Возможно, вы услышите нечто, требующее большей поддержки, чем вы можете оказать. Спросите своего друга, думали ли они о том, чтобы обратиться за помощью. Предложите зайти в раздел «Получить поддержку» на сайте foundrybc.ca или поговорить с доверенным лицом.
  • Не обещайте хранить секреты, особенно если ваш друг говорит о том, чтобы навредить себе.
  • Будьте готовы услышать информацию, которая может вас расстроить.Это может быть сложно, поэтому не забывайте заботиться о себе. Поговорите со взрослым, которому доверяете, или вы всегда можете использовать телефон и онлайн-чат, чтобы связаться с обученным профессионалом или волонтером.

Если вы очень переживаете за друга, сообщите об этом взрослому. Это может быть один из ваших родителей, школьный психолог или другой взрослый, которому вы доверяете. Они могут помочь вам выяснить, какие ресурсы доступны и каковы могут быть следующие шаги.

Как быть хорошим другом — 9 вещей, которые нужно знать

Как я могу быть замечательным другом?

Дружба — один из лучших подарков, которые может предложить жизнь.Быть хорошим другом — значит прилагать усилия, чтобы показать друзьям, что вы заботитесь о них. Быть восторженным слушателем, проводить время с пользой, рассылать поощрительные открытки или подарки; все это может иметь большое значение для укрепления дружбы. Если ваш друг переживает тяжелые времена, предложите поддержку. Если вы не знаете, что делать, или чувствуете, что им нужна дополнительная помощь, чем вы можете предложить, существуют организации поддержки, наставники и консультанты, с которыми ваш друг может связаться. Дружба также включает в себя обучение тому, как устанавливать и сохранять здоровые границы.Никто из нас не может быть всем или делать все, даже для самых близких людей. Это нормально — попросить побыть одному или не отвечать на звонки или текстовые сообщения сразу. Вы также должны сообщить другу, что вам нужно, когда вам больно, и как они могут помочь, если вы переживаете трудные времена. Крепкая дружба — это улица с двусторонним движением, где между вами есть здоровые компромиссы. Если вам сложно завести друзей или разрешить конфликты в дружбе, вам может помочь найти поддержку у кого-то, кому вы доверяете, или помощь наставника или консультанта.

Я никогда не думал, что буду писать в блоге о том, как стать хорошим другом. Но меня поражает, сколько людей называют мое шоу «Доусон Макаллистер Лайв», кто в глубине души одинок и нуждается в хороших друзьях. Дело в том, что мы все настроены на значимые отношения. Исследования показывают, что если у вас на протяжении всей жизни есть хорошие друзья, вы проживете дольше.

В расхожей поговорке «» много правды. Чтобы иметь хорошего друга, нужно сначала быть им .

Итак, как вы можете научиться быть хорошим другом? Что для этого потребуется?

Вот некоторые качества хорошего друга.Когда вы научитесь быть хорошим другом, вы, в свою очередь, научите своих друзей, как стать лучше.

Вот 9 способов стать хорошим другом:
  1. Будьте реальными. Людей отталкивают те, кто постоянно пытается быть кем-то, кем они не являются. Нам наиболее комфортно с другими людьми, которые чувствуют себя комфортно в своей собственной шкуре. Так что просто будь собой. Даже если вы не совершенны, то, как вы со смирением и уверенностью справляетесь со своими сильными сторонами и недостатками, также позволит другим людям быть реальными и расслабленными с вами.Настоящие друзья расслаблены друг с другом.
  2. Будьте честны. Выполняйте свои обещания и делайте то, что обещаете. Будьте надежны. Никто не хочет дружить с тем, кто лжет. И у лжи всегда есть способ выйти на свет. Кроме того, друзья будут говорить друг другу правду, даже когда это тяжело. Самый мудрый человек в Библии, царь Соломон, сказал: Верны раны друга, но поцелуи врага обманчивы. Шеннон увлеклась расстройством пищевого поведения, пока ее подруга не позвонила ей: Я пристрастился к тому, чтобы быть худой и выглядеть абсолютно безупречно.Я никогда по-настоящему не понимал, что я на самом деле делаю с собой, пока мой хороший друг не поговорил со мной об этом.
  3. Интересуйтесь подробностями жизни вашего друга, будучи хорошим слушателем. Не смотрите телевизор или текстовые сообщения, пока друг чем-то с вами делится. В большинстве случаев людям нужно больше, чем хороший совет, им нужен кто-то, кто выслушает их, когда они будут говорить о своих чувствах. Спросите их, что происходит в их жизни и как они себя чувствуют. Мари прокомментировала: Кайлер — мой лучший друг, потому что он слушает.Независимо от того, что происходит, ему искренне интересно, как я себя чувствую. Он всегда поддерживает меня и все бросит, если я буду нуждаться в нем.
  4. Найдите время для своего друга. Время — один из величайших даров, которыми мы обладаем. Когда мы проводим дополнительное время с другом, мы возвращаем ему этот подарок. Никакая дружба не может развиться в одночасье. Это займет время. Настоящий друг займет это время.
  5. Храните свои секреты. Докажите, что вы достойный доверия человек, который будет хранить свои секреты своей жизнью.Хороший способ доказать, что вы заслуживаете доверия, — это поделиться некоторыми своими секретами с другом. Царь Соломон также сказал: Друзья приходят и уходят, но настоящий друг остается с вами, как семья. Вы готовы стать таким другом?
  6. Ободрите вашего друга. Всем нужна поддержка. Найдите конкретные способы ободрить друга. Даже в глубине их борьбы покажите им то, что вы видите в них особенного, и будьте готовы поднять их, когда они в депрессии или чувствуют, что жизнь давит на них со всех сторон.
  7. Будьте верны своему другу. Это безоговорочное принятие, даже если ваш друг совершает ошибку или действительно облажается. Будьте рядом, когда они переживают свои самые высокие и самые низкие точки. Смейтесь с ними, плачьте с ними, не говорите просто о том, чтобы всегда быть рядом. Докажите это в повседневной жизни! Делейни написала мне и сказала: У меня есть отличные друзья, которые всегда рядом со мной и всегда знают, как сделать меня счастливым.
  8. Будьте готовы работать через конфликт. Любые отношения рано или поздно столкнутся с «лежачим полицейским». Покажите другу, что вы готовы пережить трудные времена недопонимания и обид. Иногда в трудные времена дружба крепнет. Не отказывайтесь от друга только потому, что у вас возникли трудности.
  9. Берегитесь своего друга. Когда вы видите, что ваш друг попадает в опасную ситуацию, будь то из-за наркотиков или алкоголя, или, может быть, даже из-за разрушительных отношений, наберитесь смелости, чтобы вмешаться и защитить своего друга от вреда, который вы видите на их пути.Комментарий Нарды: Моя лучшая подруга больше, чем лучшая подруга, она больше похожа на сестру. И она чувствует то же самое. Мы оба вернулись друг к другу сейчас и навсегда.

5 советов — что делать, когда ваш лучший друг злится на вас

Чтобы стать хорошим другом, нужно много работать и целеустремленно. Но оно того стоит. Имейте в виду, что вокруг вас есть люди, которые ищут друзей. Так что продолжайте заводить хороших друзей, и ваша жизнь станет намного лучше от этого.

Заведение друзей может быть очень сложной задачей для некоторых. Вам сложно заводить друзей? Вот 4 шага, которые помогут вам завести друзей.

Твой друг,

Испытываете ли вы проблемы с дружбой? Загрузите бесплатную электронную книгу для получения дополнительной помощи:

100 самых популярных вопросов, которые стоит задать новому другу, чтобы лучше узнать его

Общение с незнакомцами — отличный способ найти новых друзей.Некоторые незнакомцы становятся друзьями на всю жизнь, с которыми вы делитесь своими трудностями и счастливыми моментами. Чтобы легко заводить новых друзей, вам нужно начать разговор. У вас могут быть вопросы, которые вы можете задать новому другу, чтобы лучше узнать его. Вопросы, которые вы задаете новому другу, должны быть простыми и не должны вызывать у него неловкость.

Два человека разговаривают. Фото: Eye for Ebony
Источник: UGC

Если вы хотите задать другу свои вопросы, начните с забавных вопросов, которые помогут вам узнать больше.Поскольку вы незнакомец, разговор должен начинать один человек, и если вы достаточно уверены в себе, вы можете взять на себя инициативу.

Ваш новый друг освоится со временем и даже откроется для некоторых вещей, о которых вы, возможно, не знали раньше. Вы можете начать с обычного разговора о погоде, прокомментировать мероприятие, которое вы посетили, если вы встретились на мероприятии, или просто сделать общее наблюдение.

Читайте также

50+ отличных вопросов об отношениях, которые можно задать своему партнеру

Личные вопросы, чтобы задать новому другу

Личные вопросы для знакомства с кем-то не обязательно должны быть интимными или глубокими.Вопросы призваны помочь вам понять нового друга за пределами поверхностного уровня. Формулируя ознакомительные вопросы, выбирайте темы, не вызывающие жарких споров.

Вы можете спросить их мнение об основных вещах, таких как вкус мороженого, которое им нравится, или спросить их, думают ли они, что все должны уметь плавать. В своем списке вопросов, которые можно задать друзьям, избегайте таких тем, как политика, религия или личные философские взгляды.

  • Какой самый лучший отпуск вы когда-либо проводили и почему?
  • Вы когда-нибудь были в Африке или Австралии? Если нет, можете ли вы добавить их в свой список желаний?
  • Чем вы увлекаетесь и как вы им увлеклись?
  • Вам нравились подростки или двадцать лет?
  • Как вам нравится проводить выходные?
  • Сколько жанров музыки вам нравится?
  • Какую последнюю хорошую книгу вы прочитали?
  • Вы интроверт или экстраверт?
  • Вам нравится толпа?
  • Какая ваша любимая начинка для мороженого?
  • Какое последнее телешоу вы смотрели с запоем?
  • Вам нравятся политические шоу? Почему или почему нет?
  • Вам нравятся подкасты? Кто твой любимый подкастер?
  • Любимый праздник? Почему или почему нет?
  • Если бы вы могли есть только одну пищу до конца своей жизни, что бы это было?
  • Вы любите ходить в кино или предпочитаете смотреть дома?
  • Какое у вас любимое положение для сна?
  • Вы чутко или крепко спите?
  • Что вам нравится?
  • Вы любите пляж или кемпинг?
  • Когда вы в последний раз ходили в поход?
  • 18.Какая ваша любимая цитата из телешоу или фильма?
  • Ваши любимые авторы?
  • Вам нравится слушать радио?
  • Кто ваша знаменитость в Голливуде?
  • Что может мгновенно сделать ваш день лучше?
  • Что вас раздражает?
  • Какая еда ваша любимая: завтрак, обед или ужин?
  • Какая песня всегда заводит тебя на танцполе?
  • Приходилось ли вам когда-нибудь в жизни есть корочку на бутерброде?
  • Что бы вас сразу успокоило, если бы вы нервничали?
  • В идеале, как бы вы провели свой день рождения?
  • Чем вы занимаетесь по дороге на работу / с работы?
  • Как часто вы занимаетесь спортом?
  • У вас есть любимый вид упражнений?
  • Какое ваше любимое время года и почему?
  • Считаете себя смешным?
  • Какие три приложения на вашем телефоне вы проверяете ежедневно?
  • Вам нравится готовить или делать заказы?
  • Вы когда-нибудь что-то не любили, а потом передумали?
  • Как часто вы меняете свое мнение?
  • Какая ваша любимая настольная игра?
  • Как вы пьете кофе?
  • Что вы больше всего цените и почему?
  • Есть ли что-нибудь, без чего нельзя выйти из дома?
  • Вы спите с простыней? Почему или почему нет?
  • Если бы у вас было какое-нибудь экзотическое животное в качестве домашнего питомца, какое бы это было?
  • Что бы вы сделали в первую очередь, если бы выиграли в лотерею?

Читайте также

Более 100 забавных гипотетических вопросов, которые можно задать, когда вам скучно

Карьерные вопросы, которые можно задать новому другу

Две улыбающиеся женщины.Фото: Каталог мыслей
Источник: UGC

У каждого работающего взрослого есть карьерная цель. Задавать вопросы об их карьере — отличный способ узнать кого-то на более глубоком уровне. Вы также узнаете о разных карьерах, отличных от вашей.

Вопросы, которые следует задавать друзьям, должны быть в положительном свете, даже когда они задают вопросы. Не пытайтесь заставить их переживать по поводу выбранной ими карьеры вопросами, чтобы узнать друзей.

  • Вы больше работаете, чтобы жить, или человек, который предпочитает работать?
  • Доставляет ли вас радость и удовлетворение ваша работа? Почему или почему нет?
  • Как бы ваше 10-летнее «я» отреагировало на то, что вы делаете сейчас?
  • Что вы больше всего ненавидели в своей первой работе?
  • Что вам больше всего понравилось в вашей первой работе?
  • Была ли ваша первая работа идеальной первой работой?
  • Сколько вам было лет, когда вы начали работать?
  • Родители помогли вам устроиться на первую работу?
  • Сменили бы вы карьеру сейчас, если бы представился шанс?
  • Что вам больше всего нравится в вашей нынешней работе?
  • Что вас больше всего раздражает в карьере?
  • Каким достижением в карьере вы гордитесь больше всего?
  • Как вы думаете, как долго вы останетесь на своем нынешнем концерте?
  • Какую роль вы хотите взять на себя после этой?
  • Считаете ли вы, что заслуживаете повышения?
  • Какая у тебя самая худшая работа?
  • Что было источником вдохновения в вашей нынешней сфере работы?
  • Со сколькими побочными действиями вы можете справиться на своем текущем рабочем месте?
  • Какая ваша любимая часть рабочего дня?
  • Какое лучшее карьерное решение вы когда-либо принимали?
  • Какое самое худшее карьерное решение вы когда-либо принимали?
  • У вас хорошо получается нетворкинг?
  • Какой карьерный совет вы дали бы себе в молодости?
  • У вас пятилетний или десятилетний план?
  • Как вы совмещаете социальную и профессиональную жизнь?
  • Когда вы узнаете, что «сделали это»?
  • Вы с нетерпением ждете выхода на пенсию или планируете работать как можно дольше?
  • У вас когда-нибудь был синдром самозванца?
  • Вы трудоголик? Если нет, что вы думаете о трудоголиках?
  • Какие качества вы ищите в начальнике?
  • Считаете ли вы, что начальство может быть слишком дружелюбным со своим персоналом?
  • У вас есть профессиональный наставник? Если нет, хотите?
  • Должны ли лучшие друзья работать для всех?
  • Как вам лучше всего расслабиться после долгого рабочего дня?
  • Повзрослев, вы думали, что закончите эту карьеру?
  • Были ли ошибки, допущенные вами при выборе карьеры?
  • Как заставить себя стать лучше в своей работе?
  • Какой лучший карьерный совет вы когда-либо слышали?
  • Какой самый худший совет карьеры вы когда-либо получали?
  • Можете назвать два шока, с которыми вы столкнулись, когда впервые начали работать на нынешнем концерте?
  • Как вы восстановите силы после ошибки на работе?
  • Вы когда-нибудь наживали заклятых врагов на работе?
  • Какую работу вы хотите выполнить в следующем году?
  • Кто оказал наибольшее влияние на ваш выбор карьеры?
  • Что ваша семья думает о вашей карьере?
  • Назовите что-нибудь, чему вы научились на своей нынешней должности?

Читайте также

Интересные игровые вопросы молодоженов, чтобы узнать своего партнера подробнее

Семейные вопросы, которые нужно задать новому другу

Пять смеющихся женщин.Фото: подгузник
Источник: UGC

Семья для многих значит все. Спросите об их семье, чтобы лучше понять, откуда появился ваш новый друг. Используя семейные вопросы, чтобы узнать друга, вы узнаете его любимого брата и сестру и как часто они видятся.

Ваш вопрос, чтобы узнать меня, не должен быть навязчивым, чтобы их расстроить. Разговор о семье приносит радость многим людям, и это может улучшить настроение вашего разговора.

  • Как часто вы видите свою семью?
  • С кем вам больше всего нравится проводить время и почему?
  • Были ли вы близки со своей семьей в детстве?
  • Как вы сейчас определяете свою семью?
  • Что делает членов вашей семьи уникальными?
  • Сколько у вас братьев и сестер?
  • Кому из братьев или сестер вы ближе всего и почему?
  • Хотите создать собственную семью?
  • Какая ваша любимая семейная традиция?
  • Каково было расти как младший / старший / средний / единственный ребенок?
  • Вы вместе отдыхаете с семьей?
  • Является ли ваша семья религиозной?
  • Какое ваше любимое семейное воспоминание о детстве?
  • Какое семейство телевизоров больше всего вам напоминает вашу собственную?
  • Вы когда-нибудь хотели, чтобы вас воспитывали по-другому?
  • Ваша семья много переезжала, когда росла?
  • Какой лучший совет вам дал член семьи?
  • Хотите, чтобы у вас было больше братьев и сестер? Если да, то почему?
  • Вы когда-нибудь скрывали что-нибудь от родителей или лгали им?
  • Если бы у вас был семейный бизнес, что бы это было?
  • У вас и членов вашей семьи есть друг для друга прозвища?
  • Какой ваш любимый способ провести время с семьей?
  • Считаете ли вы, что семейные воссоединения необходимы?
  • Какой самый важный отпуск вы проводите с семьей и почему?
  • Кто из ваших родителей, по вашему мнению, круче?
  • Что такого не знает о вас никто из членов вашей семьи?
  • Какому члену семьи вы доверяете больше всего?
  • Знаете ли вы какие-нибудь семейные секреты?
  • Как вы справляетесь с ссорами между членами семьи?
  • Что важнее: семья или друзья?

Читайте также

Интересные вопросы, которые стоит задать любимому человеку

Неважно, интроверт вы или экстраверт.Вышеупомянутые вопросы, которые следует задать новому другу, чтобы лучше узнать его, помогут вам начать разговор с потенциальным другом. Никогда не знаешь, как этот друг может навсегда остаться в твоей жизни. Относитесь к новому другу тепло и открыто отвечайте, когда он задает вам похожие вопросы «Узнай меня». Также не забывайте навязывать им свое мнение, если они дают противоположный ответ.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ: 20 забавных вопросов, которые можно задать своей девушке

Legit.ng поделился 20 забавными вопросами, которые можно задать своей девушке.Многие хотят произвести хорошее впечатление в общении. Если вы один из них, эти вопросы помогут сделать вашу беседу приятной, поскольку вы сможете больше узнавать друг друга.

Может быть, вы и ваша девушка говорили почти обо всем на свете и хотели бы немного изменить ситуацию. Мы надеемся, что вопросы, которые мы задали вашей девушке, помогут вам поддержать разговор.

Читайте также

Вопросы, заставляющие задуматься, которые побудят ваш разум мыслить нестандартно

Источник: Legit.ng

Работа с ядовитой дружбой

Итак, вы поняли, что есть некоторые составляющие конкретной дружбы, которые токсичны и заставляют вас чувствовать себя дерьмом. Но никому из нас не нравится идея потерять друга, а некоторые люди заслуживают второго шанса, поэтому стоит попытаться обсудить это с ними.

Помните, что вы не заслуживаете плохого обращения, особенно со стороны друга, и что они не могут так себя вести. Если вы не уверены, вредна ли ваша дружба, пройдите этот тест, чтобы понять это.

Разберитесь в ситуации

Как вы себя чувствуете и чего хотите?

Осознание того, что происходит, поможет вам определить, чего вы хотите, и решить, что делать дальше. Попробуйте записать свои мысли, чтобы прояснить ситуацию.

  • Что вам не нравится в том, как ваш друг обращается с вами? Как ты себя чувствуешь?
  • Вам нравится дружить с этим человеком?
  • Вы просто хотите прекратить такое поведение или тоже хотите извинений?

Как вы думаете, ваш друг изменится, если вы расскажете ему, как вы себя чувствуете?

Возможно, ваш друг на самом деле не знает, что то, как он обращается с вами, обидно.Например, если они не отвечают на ваши сообщения и кажется, что они вас игнорируют, возможно, они просто заняты или просто забыли ответить.

Как вы думаете, ваш друг намеренно пытается причинить вам боль или унизить? Как вы думаете, они остановятся или изменит то, что делают, если вы дадите им понять, что это причиняет вам боль?

Вы можете попробовать поговорить с членом семьи или взрослым, которому вы доверяете, чтобы узнать другую точку зрения.

Подумайте о своем поведении

Определите, что вы можете, а что не можете контролировать

Когда кажется, что кто-то намеренно причиняет боль, легко увлечься, сосредоточив внимание на нем.Вы можете потратить много времени, просматривая свои воспоминания о них, просматривая их социальные сети или спрашивая о них других друзей и семью.

Требуется много энергии, чтобы так много думать о ком-то, чьи действия вы не можете изменить. Узнайте больше о том, как научиться принимать вещи, которые вам неподвластны.

Вместо того, чтобы оттачивать действия друга ( сосредотачивается на другом человеке ), вы можете подумать о том, как вы, , хотите реагировать на конкретное поведение ( сосредотачиваетесь на себе, ).Это могло бы выглядеть так:

  • Сосредоточение внимания на другом человеке: Она дерьмовый друг, потому что присылает мне скверные сообщения.
  • Сосредоточение внимания на себе: Я устанавливаю границы, когда другие говорят мне грубые вещи. Я не заслуживаю такого обращения.

Наличие этих принципов и границ для себя в отношении того, как вы действуете в отношениях, — полезный способ снова переключить ваше внимание на то, что вы, , можете сделать, , а не на то, что вы, , не можете, .

Вы уважаете?

Следует помнить о том, что, рассказывая другу о его поведении, вы, возможно, сами проявляете некоторую токсичность. Следите за этим, чтобы избежать этого. Например:

  • DO: игнорировать скверные сообщения от вашего друга.
    ЗАПРЕЩАЕТСЯ: намеренно не позволяйте другу участвовать в групповых чатах.
  • НЕОБХОДИМО: избегать или сокращать контакты с тем, кто плохо с вами обращается.
    ЗАПРЕЩАЕТСЯ: побуждайте общих друзей не посещать их.
  • DO: поговорите о проблемах дружбы с другими друзьями, если вам нужно узнать другое мнение.
    НЕ: распространять слухи о них.
  • DO: противостоять тому, кто плохо с вами обращается.
    ЗАПРЕЩАЕТСЯ: оскорбляйте их или называйте их именами.

Обрабатывать вещи, когда они случаются

Может показаться довольно сложным вызвать кого-то из-за их поведения.Однако, если вы сделаете это вежливо и уважительно, это может быть суперэффективным способом установить границы и, возможно, даже улучшить вашу дружбу. Например, если они:

  • отправить вам оскорбительный текст или сообщение — скажите им: «Это было неуместно».
  • говорят о вас за вашей спиной или распространяют слухи — говорят: «Необязательно любить меня все время, но нехорошо говорить обо мне за моей спиной».
  • просит вас сделать то, чего вы не хотите — сказать: «Нет, мне это не нравится.’
  • опубликуйте вашу фотографию / видео без вашего разрешения или отметьте вас чем-то грубым — отправьте им DM и попросите удалить это.
  • называют вас именами, оскорбляют или закрывают вас — говорят: «Вы не возражаете, чтобы не делать этого?»
  • игнорируют вас — спрашивают: «Все в порядке?»

Если вы нервничаете по поводу того, чтобы сказать что-то сразу, вы можете отправить им текст позже.

Поговорить

Если говорить, когда что-то происходит, не помогает или вы думаете, что есть более серьезная проблема, попробуйте поговорить с другом.Хотя это может быть страшно, прямое и открытое обсуждение может позволить вам обсудить ситуацию с другом и выразить свои мысли. Открытость и честность также поможет избежать вовлечения других людей и обострения проблем.

Узнайте, как поговорить с другом о проблемах дружбы здесь.

Установить новые границы

Поговорив с другом, вы можете подумать об установлении некоторых границ. Они могут быть конкретными или нечеткими, в зависимости от того, что вам нужно.

Уменьшить контакт

Если некоторая часть негативного поведения проявляется в тексте, легко установить границу, чтобы ваш друг знал, что вы не можете писать ему столько, сколько раньше, потому что это влияет на вашу успеваемость в школе, университете или на работе.

Если вы просто хотите сделать шаг назад в целом, то, возможно, вы не имеете в виду конкретную границу, и это нормально. Вы можете сообщить другу, что, хотя вы все еще хотите пообщаться, вы не можете делать это так часто, как раньше, потому что другие дела в вашей жизни отнимают у вас больше времени.

Сделайте перерыв

Вы также можете попросить перерыв в дружбе. Попробуйте сказать: «У меня сейчас много дел, и я не смогу оставаться на связи в течение нескольких недель.’Это даст вам время разобраться во всем.

Если вы ходите в ту же школу, не заставляйте себя останавливаться и болтать с ними, когда вы их видите. Необязательно проявлять враждебность или создавать драму, но вам также не нужно дружить — подход с улыбкой и кивком может сработать. Сначала будет неловко — позвольте себе почувствовать эти чувства. Постарайтесь примириться с ситуацией и знайте, что скоро все будет в порядке.

Что дальше?

Требуется много сил, чтобы постоять за себя и подойти к партнеру, чтобы поговорить о том, что его поведение вызывает у вас чувства.Если эти стратегии не работают, не думайте, что вы потерпели неудачу. Вернитесь к этому человеку, если он не останавливается. Если они по-прежнему не уважают то, что вы им сказали, или отказываются вести прямой разговор, возможно, пришло время подумать о прекращении этой токсичной дружбы.

Пока все это происходит, помните, что вы ничего этого не заслуживаете.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.