Рассказ чудик шукшина – Анализ рассказа Шукшина «Чудик»: сочинение-характеристика главного героя Василия Князева

Рассказ Шукшина “Чудик” — Шукшин

Возьмем, “классический” рассказ “Чудик” и зададим для начала себе вопрос: а можно ли принимать его название за чистую монету, то есть считает ли Шукшин своего героя “чудиком” в собственном смысле слова? На первый взгляд кажется, что да, считает. “Чудик обладал одной особенностью: с пим постоянно что-нибудь случалось. Он не хотел этого, страдал, но то и дело влипал в какие-нибудь истории – мелкие, впрочем, но досадные”. Учитывая такое предуведомление, следует как будто представить себе одного из тех людей, про которых говорят: “двадцать два несчастья”, ну что-нибудь вроде чеховского Епиходова. И первые приключения, случающиеся с ним во время поездки к брату, как будто подтверждают такое мнение – история с пятидесятирублевкой, например, принадлежит к числу чистых, так сказать, “фатальных” случайностей.
Однако уже разговор с соседом в самолете и история с телеграммой заключают в себе определенный подтекст, который побуждает нас подумать о том, что все не так просто, как кажется, и что невезучесть Василия Егорыча – не столько его судьба, сколько его натура. Прежде всего нам ясно: добрейший Василий Егорыч простодушен и непосредствен до… глупости. Да, именно до глупости – приходится это признать, ибо и текст его телеграммы, и разговор с телеграфисткой – вполне на уровне его “шутки” насчет жареной блесны,


Еще один штрих и тоже весьма показательный. В поезде, наслушавшись разных дорожных историй, Чудик решает внести в общую беседу и свой вклад и рассказывает историю, по его понятиям, тоже достаточно забавную: “У нас в соседней деревне один дурак тоже… Схватил головешку – и за матерью. Пьяный. Она бежит от него и кричит: “Руки, – кричит, – руки-то не обожги, сынок!” О нем же и заботится. А он прет, пьяная харя. На мать. Представляете, каким па-до быть грубым, бестактным…”
Василий Егорыч, разумеется, не знает, что его “история” – это широко известная у многих народов мира легенда, поэтичная и мудрая притча о матери, о святости материнских чувств. Но дело не в том, что не знает. Хуже другое: он, как видим, даже и не чувствует смысла того, о чем рассказывает, поскольку вся эта история в его глазах – не более, чем забавный случай, почти анекдот. Туповат, определенно туповат добрый и непосредственный Василий Егорыч…
Причины “фатальной” невезучести Чудика, таким образом, начинают для нас проясняться: они в том, что представления его об окружающей действительности во многом не соответствуют тому порядку вещей, который в ней объективно наличествует. Но кто же виноват в этом? Чудику ли надо подняться до уровня действительности или же она сама должна проявить какое-то особое, дополнительное “понимание”, чтобы с Василием Егорычем наконец перестали случаться всякие истории? От этих вопросов никуда не уйти, ибо от ответа па них зависит, в сущности, оценка самой идейно-гуманистической направленности рассказа.
Василий Егорыч не переменится – это ясно. По-прежнему он будет соваться к людям со своей радостной готовностью к общению, со своим искренним непониманием того, что людям-то общение с ним далеко не всегда доставляет удовольствие. Но ведь не все же его поступки нелепы! В каких-то может же оп рассчитывать если уж по на понимапне, то по крайней мере на простую человеческую снисходительность? Понимание его стремлений, его добрых побуждений должно же в каких-то случаях взять верх над привычным неприятием их курьезных результатов. И не есть ли это привычное неприятие, особенно в тех случаях, когда оно является именно привычным, грех несравненно больший, нежели неумелая и глуповатая доброта Чудика?
Вот этот-то вопрос и ставит Шукшин, выводя на сцепу Софью Ивановну, сноху Чудика. И отвечает на него совершенно однозначно. Какою бы несуразной ни выглядела история с детской коляской, все же абсолютная человеческая правота бесспорно на стороне Чудика. “Смягчающие обстоятельства” его неуклюжей услужливости гораздо серьезнее, чем его вина. И страдает здесь Василий Егорыч уже не столько вследствие своей очередной промашки, сколько оттого, что люди на этот раз не проявили элементарной человеческой чуткости. Сто крат непонятый, что называется, “поделом”, в этом случае он сам судит человеческое непонимание.
Так кто же все-таки он такой, Василий Егорыч Князев? “Естественный человек”, который уже самим фактом своего существования укоряет очерствевшее в ходе цивилизации общество? “Чудик”, чудаковатость которого проявляется тем определеннее, чем очевиднее его неординарность?
Не будем спешить представлять его как некоего праведника, доброта и непосредственность которого должна заставить нас задуматься о нашем собственном, еще достаточно ощутимо дающем о себе знать нравственном несовершенстве. Не будем делать из него ни Акакия Акакиевича, ни князя Мышкина. Тем более что и сам Шукшин не заканчивает рассказ на этой “сострадательной” ноте. За драматической кульминацией следует эпилог, и эпилог этот вносит последний и чрезвычайно характерный штрих в портрет Чудика. “Домой Чудик приехал, когда шел рясный парной дождик. Чудик вышел из автобуса, снял новые ботинки, побежал по теплой мокрой земле – в одной руке чемодан, в другой ботинки.
И что же о нем сказать в заключение, как не то, что сказал сам Шукшин: “Звали его Василий Егорыч Князев. Было ему тридцать девять лет от роду. Он работал киномехаником в селе. Обожал сыщиков и собак. В детстве мечтал быть шпионом”. Похоже на эпитафию, не правда ли? И те же в ней контрасты, что и в его натуре. И то же единство. Обожал собак – по своей природной доброте и потому еще, конечно, что встречал с их стороны полное “понимание”; обожал сыщиков – по своей полной неспособности быть похожим на них; и по той же причине – “в детстве мечтал быть-шпионом”. Натура, как видим, вполне заурядная. В обычной повседневной жизни мы могли бы его и не заметить, как, собственно, и не замечали до шукшинского рассказа. И если здесь, в рассказе, он все же выглядит фигурой весьма колоритной, то главным образом потому, что писатель как бы поставил его “под высокое напряжение”, которое и проявило его натуру во всем ее противоречивом единстве и характерности.

rus-lit.com

Чудики в рассказах Шукшина

Министерство образования и науки Удмуртской Республики

ГОУ СПО «Дебесский политехникум»

Реферат

На тему: «Чудики в рассказах Шукшина»

Преподаватель: Ившина Наталья Владимировна

Выполнил: студент 2 курса группы «Б»

Спиридонов Денис

с. Дебесы, 2009г.

Содержание

Введение

1. Биография писателя

2. Обзор творчества писателя

3. Место выбранного произведения в творчестве писателя

4. Анализ выбранного произведения

Заключение

Список литературы

Приложения

Введение

В современной русской литературе рассказы Шукшина остались неповторимым художественным явлением – оригинальной образностью и живой, естественной в своей простоте стилистикой. Едва ли не в каждом своем произведении Шукшин многогранен и отнюдь не так «прост», как может показаться читателю, следящему лишь за развитием сюжета. Читая его рассказы, нужно вдумываться в их суть, вникать в каждое слово, чувствовать и слышать то, что чувствуют его герои. Главные герои большинства его рассказов – деревенские и городские простые люди. Писателя в них восхищает их непохожесть, нестандартность, ершистость, чувство собственного достоинства. Именно эти качества делают его героев близкими, родными нам.

Мы смеемся, читая многие рассказы Шукшина, а заканчивая чтение, задумываясь над прочитанным, уже не знаем: веселиться нам или горевать, оставаться спокойным или негодовать?

Шукшин почти не дает портретов своих героев, не рассказывает подробно об их прошлом, с ними чаще всего ничего особенного не происходит. Но писатель стремится заставить нас полюбить их, очаровать их простотой, но в то же время он хорошо знает, что в жизни не одни лишь «светлые души», понимая, что борьба добра со злом остается напряженной. Именно в этой борьбе и участвуют его «чудики».

1. Биография писателя

Василий Макарович Шукшин (25.07.29 – 2.10.74) родился 25 июля 1929 года в селе Сростки Алтайского края. Семья потеряла кормильца и уже с 6 лет мальчику пришлось работать в колхозе. Уже в школьные годы он начинал писать, тогда сверстники звали его «Гоголь». После восьми классов поступил в Бийский автотехникум, но вскоре его оставил. Работал на стройках, в колхозе. И уже тогда, под его кроватью лежал мешок с рукописями. Десятый класс средней школы закончил экстерном. Работал слесарем-такелажником в Калуге, Владимире. Служил во флоте (1949-1952гг.), и даже там его матросы называли поэтом. Вернувшись в родное село, был секретарем сельского райкома комсомола, работал директором в вечерней школе деревни Сростки. В 1954 году поступил на режиссерский факультет Всесоюзного государственного института кинематографии. Учился в классе известного кинорежиссера Михаила Ромма. Впервые выступил в печати в 1959 году в журнале «Смена».

Шукшин долгое время считал своим основным призванием кино и работал как режиссер и актер. Актер, снявшийся в 24 кинокартинах, знаменитый режиссер, постановщик, сценарист, писатель. Фильмы с его участием в качестве режиссера, сценариста, актера – «Живет такой парень», «Странные люди», «Печки-лавочки», «Калина красная», «Они сражались за Родину» — стали значительным событием советского киноискусства последних десятилетий. В 1964г. кинофильм «Живет такой парень» получил награду Венецианского международного фестиваля «Золотого льва св. Марка».

Шукшин – автор романов «Любавины» и «Я пришел дать вам волю» — о Степане Разине. Им написаны повести «Там, вдали», «Калина красная», «До третьих петухов», пьеса «Энергичные люди», многие рассказы, составившие сборники – «Сельские жители», «Земляки», «Характеры», «Беседы при ясной луне».

Василий Макарович Шукшин умер 2 октября 1974 года.

2. Обзор творчества писателя, основные темы творчества, основные произведения

Свой материал для своих произведений писатель брал везде, где живут люди. Какой это материал, какие герои? Тот материал, и те герои, которые редко раньше попадали в сферу искусства. Видимо, так нужно было, чтобы явился из глубин народных большой талант, чтобы с любовью и уважением рассказал о своих земляках простую, строгую правду. А правда эта стала фактом искусства, вызвала любовь и уважение к самому автору.

Тема деревенского человека, вырванного из привычной среды и не нашедшего новой опоры в жизни, стала одной из главных тем рассказов Шукшина.

Рассказы Шукшина, относясь «к деревенской прозе», отличались от ее основного потока тем, что внимание автора было сосредоточенно не столько на основах народной нравственности, сколько на сложных психологических ситуациях, в которых оказывались герои. Город и притягивал шукшинского героя, как центр культурной жизни, и отталкивал своим равнодушием к судьбе отдельного человека. Шукшин ощущал эту ситуацию как личную драму. «Так у меня вышло к сорока годам. Не городской до конца, и не деревенский уже. Ужасно не удобное положение. Это даже не между двух стульев, а скорее так – одна нога к берегу, другая – в лодке. И не плыть нельзя, и не плыть вроде как страшновато…»

Эта ситуация и определила необычное поведение героев Шукшина, которых он называл «странными, непутевыми людьми». В сознании читателей и критиков прижилось название «чудик». Именно «чудики» являются главными героями рассказов, объединенных Шукшиным в один из лучших сборников «Характеры». Каждый из героев назван по имени и фамилии – автор словно подчеркивает их абсолютную жизненную достоверность. «Чудики» — Коля Скалкин, выплеснувший чернила на костюм начальника («Ноль-ноль целых»), Спиридон Расторгуев, пытающийся добиться любви чужой жены («Сураз») и др. – не вызывают авторского осуждения. Они наоборот умиляют их, делают ближе к простому человеку.

3. Место выбранного произведения в творчестве писателя

Хочешь быть мастером, макай свое перо в правду. Ничем другим больше не удивишь. В. М. Шукшин

Читая рассказы Шукшина, удивляешься порой на чудачества героев писателя, однако веришь «правде человеческих характеров, испытываешь радость общения с живым человеком».

Шукшин не идеализирует деревенских жителей, но ищет в характерах людей из деревни светлые, здоровые стороны. Нравственные идеалы добра и справедливости характеризуют творчество писателя.

«Чудики» Шукшина не знают за что борются, не понимают своей чудности, но продолжают вести свою борьбу. Борьба эта порой смешна, но каждый раз приводит читателя к великим выводам. В неумении выразить себя, во внешне смешном бунте простого человека Шукшин видел духовное содержание, искаженное бессмысленной действительностью и отсутствием культуры, отчаяние людей не умеющих противостоять житейской злобе, агрессивности. При этом Шукшин не идеализировал своих персонажей. Но не смотря на это каждый его «чудик» был для него родным, да и для читателей тоже.

4. Анализ выбранного произведения

Рассказ «Чудик» (1967г.).

Много чудных поступков совершает Василий Князев, по прозвищу Чудик, начиная с 50-рублевкой, которую он с «остроумными» словами («Хорошо живете, граждане!»), кладет на прилавок, так как «хозяина нет», и кончая разрисованной детской колясочкой племянника. Рисовал и думал; как будет приятно изумлена сноха, а кончилось все скандалом.

Рассказ «Микроскоп»(1969г.).

Еще один «чудик» — Андрей Ерин. Утаив зарплату от жены, стерпев побои, он покупает микроскоп. Рассматривая в микроскоп, каплю воды, обнаруживая в ней кишащих микробов, он радуется как дитя, и мечтает избавить человечество от болезней. Но «мечта» терпит крах от столкновения с бытом: жена едет в город и продает микроскоп, потому что «детям надо купить шубки».

Рассказ «Срезал» (1970г.).

В этом рассказе с помощью «чудика» — Глеба Капустина, Шукшин раскрывает проблему конфликта между городом и деревней.

Зачем мужики водят Глеба Капустина «начитанного и ехидного», к приезжим знаменитостям и устраивают «спектакль», наблюдая, как Глеб в очередной раз «срежет» интеллигента?

На первый взгляд, писатель держит в конфликте нейтралитет, но по прочтении рассказа чувствуешь, что ни автор, ни мужики не любят Глеба. Автор говорит об этом в конце рассказа прямо: «Глеб их по-прежнему удивлял. Хотя любви, положим, тут не было. Глеб жесток, а жестокость никто, никогда, нигде не любил еще».

А «спектакль», устраиваемый кандидату, — это как бы проверка на истинную интеллигентность. Ведь деревня насмотрелась на кичливую причастность к культуре и поэтому в мужиках и возникает враждебная настороженность к знаменитостям, особенно к тем, кто оторвался от родной земли и смотрит на бывших односельчан свысока. Стал бы истинный интеллигент откровенно и снисходительно посмеиваться над Глебом, а потом довольно грубо «ТЫКАТЬ» ему, как это делает Журавлев? Следовательно, в этом конфликте нет правых.

Вообще «чудики» В. Шукшина (а их список можно продолжить) – не «маленькие люди» русской классической литературы.

Каждого из них Шукшин делает по-своему значительным, ибо они гуманны, человеколюбивы. И хотя автор посмеивается над ними, он относится к ним с уважением.

Рассказы Шукшина – это целая энциклопедия типов и проблем времени.

Заключение

Ночью 2 октября 1974 года Василию Макаровичу стало плохо. Он принял лекарство, но оно ему не помогло. На утро его обнаружили мертвым. А на столе в каюте лежала раскрытая тетрадь с почти готовой новой повестью для театра: «А по утру они проснулись»…

Эти строки говорят нам о том, что не смотря на болезнь, муки и тяжести которые пережил писатель, он творил. И делал это как будто назло тем, кто не верил в него, кто уже думал, что его ничем не вернешь. Но нет! Даже перед смертью он оставил о себе память – очередную повесть.

Он прожил 45 лет. Но и этого хватило для того чтобы остаться на веки в сердцах людей, чтобы не уйти бесследно из жизни.

«Чудики» Шукшина – яркие образы современной жизни. Кажется, что рассказы, написанные около 40 лет назад, никак не могут войти в нашу жизнь, найти в ней отголоски героев. Но Шукшин был очень умен. Рассказы его уместны до сих пор. До сих пор живут на нашей земле «чудики» — люди, которые умиляют своей глупостью и учат нас трудностям жизни, дают пример жизненной силы.

mirznanii.com

Рассказ Шукшина «Чудик» (Чудик Шукшин)

Возьмем, «классический» рассказ «Чудик» и зададим для начала себе вопрос: а можно ли принимать его название за чистую монету, то есть считает ли Шукшин своего героя «чудиком» в собственном смысле слова? На первый взгляд кажется, что да, считает. «Чудик обладал одной особенностью: с пим постоянно что-нибудь случалось. Он не хотел этого, страдал, но то и дело влипал в какие-нибудь истории — мелкие, впрочем, но досадные». Учитывая такое предуведомление, следует как будто представить себе одного из тех людей, про которых говорят: «двадцать два несчастья», ну что-нибудь вроде чеховского Епиходова. И первые приключения, случающиеся с ним во время поездки к брату, как будто подтверждают такое мнение — история с пятидесятирублевкой, например, принадлежит к числу чистых, так сказать, «фатальных» случайностей.

Однако уже разговор с соседом в самолете и история с телеграммой заключают в себе определенный подтекст, который побуждает нас подумать о том, что все не так просто, как кажется, и что невезучесть Василия Егорыча — не столько его судьба, сколько его натура. Прежде всего нам ясно: добрейший Василий Егорыч простодушен и непосредствен до… глупости. Да, именно до глупости — приходится это признать, ибо и текст его телеграммы, и разговор с телеграфисткой — вполне на уровне его «шутки» насчет жареной блесны,

Еще один штрих и тоже весьма показательный. В поезде, наслушавшись разных дорожных историй, Чудик решает внести в общую беседу и свой вклад и рассказывает историю, по его понятиям, тоже достаточно забавную: «У нас в соседней деревне один дурак тоже… Схватил головешку — и за матерью. Пьяный. Она бежит от него и кричит: „Руки, — кричит, — руки-то не обожги, сынок!” О нем же и заботится. А он прет, пьяная харя. На мать. Представляете, каким па-до быть грубым, бестактным…»

Василий Егорыч, разумеется, не знает, что его «история» — это широко известная у многих народов мира легенда, поэтичная и мудрая притча о матери, о святости материнских чувств. Но дело не в том, что не знает. Хуже другое: он, как видим, даже и не чувствует смысла того, о чем рассказывает, поскольку вся эта история в его глазах — не более, чем забавный случай, почти анекдот. Туповат, определенно туповат добрый и непосредственный Василий Егорыч…

Причины «фатальной» невезучести Чудика, таким образом, начинают для нас проясняться: они в том, что представления его об окружающей действительности во многом не соответствуют тому порядку вещей, который в ней объективно наличествует. Но кто же виноват в этом? Чудику ли надо подняться до уровня действительности или же она сама должна проявить какое-то особое, дополнительное «понимание», чтобы с Василием Егорычем наконец перестали случаться всякие истории? От этих вопросов никуда не уйти, ибо от ответа па них зависит, в сущности, оценка самой идейно-гуманистической направленности рассказа.

Василий Егорыч не переменится — это ясно. По-прежнему он будет соваться к людям со своей радостной готовностью к общению, со своим искренним непониманием того, что людям-то общение с ним далеко не всегда доставляет удовольствие. Но ведь не все же его поступки нелепы! В каких-то может же оп рассчитывать если уж по на понимапне, то по крайней мере на простую человеческую снисходительность? Понимание его стремлений, его добрых побуждений должно же в каких-то случаях взять верх над привычным неприятием их курьезных результатов. И не есть ли это привычное неприятие, особенно в тех случаях, когда оно является именно привычным, грех несравненно больший, нежели неумелая и глуповатая доброта Чудика?

Вот этот-то вопрос и ставит Шукшин, выводя на сцепу Софью Ивановну, сноху Чудика. И отвечает на него совершенно однозначно. Какою бы несуразной ни выглядела история с детской коляской, все же абсолютная человеческая правота бесспорно на стороне Чудика. «Смягчающие обстоятельства» его неуклюжей услужливости гораздо серьезнее, чем его вина. И страдает здесь Василий Егорыч уже не столько вследствие своей очередной промашки, сколько оттого, что люди на этот раз не проявили элементарной человеческой чуткости. Сто крат непонятый, что называется, «поделом», в этом случае он сам судит человеческое непонимание.

Так кто же все-таки он такой, Василий Егорыч Князев? «Естественный человек», который уже самим фактом своего существования укоряет очерствевшее в ходе цивилизации общество? «Чудик», чудаковатость которого проявляется тем определеннее, чем очевиднее его неординарность?

Не будем спешить представлять его как некоего праведника, доброта и непосредственность которого должна заставить нас задуматься о нашем собственном, еще достаточно ощутимо дающем о себе знать нравственном несовершенстве. Не будем делать из него ни Акакия Акакиевича, ни князя Мышкина. Тем более что и сам Шукшин не заканчивает рассказ на этой «сострадательной» ноте. За драматической кульминацией следует эпилог, и эпилог этот вносит последний и чрезвычайно характерный штрих в портрет Чудика. «Домой Чудик приехал, когда шел рясный парной дождик. Чудик вышел из автобуса, снял новые ботинки, побежал по теплой мокрой земле — в одной руке чемодан, в другой ботинки.

И что же о нем сказать в заключение, как не то, что сказал сам Шукшин: «Звали его Василий Егорыч Князев. Было ему тридцать девять лет от роду. Он работал киномехаником в селе. Обожал сыщиков и собак. В детстве мечтал быть шпионом». Похоже на эпитафию, не правда ли? И те же в ней контрасты, что и в его натуре. И то же единство. Обожал собак — по своей природной доброте и потому еще, конечно, что встречал с их стороны полное «понимание»; обожал сыщиков — по своей полной неспособности быть похожим на них; и по той же причине — «в детстве мечтал быть-шпионом». Натура, как видим, вполне заурядная. В обычной повседневной жизни мы могли бы его и не заметить, как, собственно, и не замечали до шукшинского рассказа. И если здесь, в рассказе, он все же выглядит фигурой весьма колоритной, то главным образом потому, что писатель как бы поставил его «под высокое напряжение», которое и проявило его натуру во всем ее противоречивом единстве и характерности.

www.allsoch.ru

Рассказ Шукшина “Чудик” — Шукшин В. М

Возьмем, “классический” рассказ “Чудик” и зададим для начала себе вопрос: а можно ли принимать его название за чистую монету, то есть считает ли Шукшин своего героя “чудиком” в собственном смысле слова? На первый взгляд кажется, что да, считает. “Чудик обладал одной особенностью: с пим постоянно что-нибудь случалось. Он не хотел этого, страдал, но то и дело влипал в какие-нибудь истории – мелкие, впрочем, но досадные”. Учитывая такое предуведомление, следует как будто представить себе одного из тех людей, про которых говорят: “двадцать два несчастья”, ну что-нибудь вроде чеховского Епиходова. И первые приключения, случающиеся с ним во время поездки к брату, как будто подтверждают такое мнение – история с пятидесятирублевкой, например, принадлежит к числу чистых, так сказать, “фатальных” случайностей.
Однако уже разговор с соседом в самолете и история с телеграммой заключают в себе определенный подтекст, который побуждает нас подумать о том, что все не так просто, как кажется, и что невезучесть Василия Егорыча – не столько его судьба, сколько его натура. Прежде всего нам ясно: добрейший Василий Егорыч простодушен и непосредствен до. глупости. Да, именно до глупости – приходится это признать, ибо и текст его телеграммы, и разговор с телеграфисткой – вполне на уровне его “шутки” насчет жареной блесны,


/>
Еще один штрих и тоже весьма показательный. В поезде, наслушавшись разных дорожных историй, Чудик решает внести в общую беседу и свой вклад и рассказывает историю, по его понятиям, тоже достаточно забавную: “У нас в соседней деревне один дурак тоже. Схватил головешку – и за матерью. Пьяный. Она бежит от него и кричит: “Руки, – кричит, – руки-то не обожги, сынок!” О нем же и заботится. А он прет, пьяная харя. На мать. Представляете, каким па-до быть грубым, бестактным.”
Василий Егорыч, разумеется, не знает, что его “история” – это широко известная у многих народов мира легенда, поэтичная и мудрая притча о матери, о святости материнских чувств. Но дело не в том, что не знает. Хуже другое: он, как видим, даже и не чувствует смысла того, о чем рассказывает, поскольку вся эта история в его глазах – не более, чем забавный случай, почти анекдот. Туповат, определенно туповат добрый и непосредственный Василий Егорыч.
Причины “фатальной” невезучести Чудика, таким образом, начинают для нас проясняться: они в том, что представления его об окружающей действительности во многом не соответствуют тому порядку вещей, который в ней объективно наличествует. Но кто же виноват в этом? Чудику ли надо подняться до уровня действительности или же она сама должна проявить какое-то особое, дополнительное “понимание”, чтобы с Василием Егорычем наконец перестали случаться всякие истории? От этих вопросов никуда не уйти, ибо от ответа па них зависит, в сущности, оценка самой идейно-гуманистической направленности рассказа.
Василий Егорыч не переменится – это ясно. По-прежнему он будет соваться к людям со своей радостной готовностью к общению, со своим искренним непониманием того, что людям-то общение с ним далеко не всегда доставляет удовольствие. Но ведь не все же его поступки нелепы! В каких-то может же оп рассчитывать если уж по на понимапне, то по крайней мере на простую человеческую снисходительность? Понимание его стремлений, его добрых побуждений должно же в каких-то случаях взять верх над привычным неприятием их курьезных результатов. И не есть ли это привычное неприятие, особенно в тех случаях, когда оно является именно привычным, грех несравненно больший, нежели неумелая и глуповатая доброта Чудика?
Вот этот-то вопрос и ставит Шукшин, выводя на сцепу Софью Ивановну, сноху Чудика. И отвечает на него совершенно однозначно. Какою бы несуразной ни выглядела история с детской коляской, все же абсолютная человеческая правота бесспорно на стороне Чудика. “Смягчающие обстоятельства” его неуклюжей услужливости гораздо серьезнее, чем его вина. И страдает здесь Василий Егорыч уже не столько вследствие своей очередной промашки, сколько оттого, что люди на этот раз не проявили элементарной человеческой чуткости. Сто крат непонятый, что называется, “поделом”, в этом случае он сам судит человеческое непонимание.
Так кто же все-таки он такой, Василий Егорыч Князев? “Естественный человек”, который уже самим фактом своего существования укоряет очерствевшее в ходе цивилизации общество? “Чудик”, чудаковатость которого проявляется тем определеннее, чем очевиднее его неординарность?
Не будем спешить представлять его как некоего праведника, доброта и непосредственность которого должна заставить нас задуматься о нашем собственном, еще достаточно ощутимо дающем о себе знать нравственном несовершенстве. Не будем делать из него ни Акакия Акакиевича, ни князя Мышкина. Тем более что и сам Шукшин не заканчивает рассказ на этой “сострадательной” ноте. За драматической кульминацией следует эпилог, и эпилог этот вносит последний и чрезвычайно характерный штрих в портрет Чудика. “Домой Чудик приехал, когда шел рясный парной дождик. Чудик вышел из автобуса, снял новые ботинки, побежал по теплой мокрой земле – в одной руке чемодан, в другой ботинки.
И что же о нем сказать в заключение, как не то, что сказал сам Шукшин: “Звали его Василий Егорыч Князев. Было ему тридцать девять лет от роду. Он работал киномехаником в селе. Обожал сыщиков и собак. В детстве мечтал быть шпионом”. Похоже на эпитафию, не правда ли? И те же в ней контрасты, что и в его натуре. И то же единство. Обожал собак – по своей природной доброте и потому еще, конечно, что встречал с их стороны полное “понимание”; обожал сыщиков – по своей полной неспособности быть похожим на них; и по той же причине – “в детстве мечтал быть-шпионом”. Натура, как видим, вполне заурядная. В обычной повседневной жизни мы могли бы его и не заметить, как, собственно, и не замечали до шукшинского рассказа. И если здесь, в рассказе, он все же выглядит фигурой весьма колоритной, то главным образом потому, что писатель как бы поставил его “под высокое напряжение”, которое и проявило его натуру во всем ее противоречивом единстве и характерности.

.

studentguide.ru

Анализ рассказа В.М. Шукшина «Чудик»

    Шукшин искал своих героев среди простого народа. Его привлекали обычные люди с необычными характерами. Такие образы всегда сложны для понимания, но, вместе с тем, близки каждому русскому человеку. 

    Именно такой характер Шукшин рисует в рассказе «Чудик». Чудиком «иногда ласково» называет главного героя жена. Весь рассказ — описание отпускной поездки Чудика к своему брату на Урал. Для него это становится большим, так долго ожидаемым событием – как-никак, с братом они не виделись целых 12 лет.

    Чудик — типичный деревенский житель. Но он «обладал одной особенностью: с ним постоянно что-нибудь случалось. Он не хотел этого, страдал, но то и дело влипал в какие-нибудь истории – мелкие, впрочем, но досадные». Первое происшествие случается с героем еще по пути на Урал. В районном магазине, где Чудик покупает гостинцы племянникам, он случайно замечает на полу пятидесятирублевую бумажку: «Чудик даже задрожал от радости, глаза загорелись. Второпях, чтоб его не опередил кто-нибудь, стал быстро соображать, как бы повеселее, поостроумнее сказать этим, в очереди, про бумажку». Молча поднять ее у героя не хватает наглости…

    Природная честность, зачастую присущая всем сельским жителям, толкает его на то, чтобы неудачно пошутить. Чудик совсем не умел острить, но ему ужасно хотелось. В этой ситуации герой, обратив на себя внимание всех, оказался непонятым. Очередь молчала. Чудик положил деньги на прилавок и ушел. По дороге он обнаружил, что «бумажка»-то была его. Но он постеснялся вернуться и забрать ее. А ведь деньги были сняты с книжки, долго копились, и их потеря – большой урон для героя. Настолько большой, что ему приходится вернуться домой. Хотел было Чудик возвратиться в магазин, объяснить очереди, оправдать как-то свою рассеянность. Но вместо этого он долго ругает себя: «Да почему же я такой есть-то?» Дома Чудик «получил по голове» от жены шумовкой, снял деньги снова и поехал к брату. 

    Главному герою странна и непонятна та реакция, которую он вызывает почти у всех людей, встречающихся на его жизненном пути. По его представлениям, он ведет себя естественно, так, как надо себя вести. Но люди не привыкли к такой открытости и искренности, поэтому смотрят на героя как на самого настоящего чудика. 

    И вот Чудик наконец в самолете. Он немного побаивается, так как не совсем доверяет этому чуду техники. Пытается заговорить с новым соседом, но тому более интересна газета. Скоро приземление, стюардесса просит пристегнуть ремни. Хотя сосед и отнесся к Чудику с недоброжелательностью, герой, осторожно тронув его, говорит, что стоило бы пристегнуться. Но не послушался самоуверенный «читатель с газетой», упал.… И поблагодарить бы он должен Чудика за заботу, но вместо этого накричал на него за то, что тот, помогая искать его вставную челюсть, потрогал ее руками (чем же еще?). Другой бы на месте героя обиделся – такая благодарность за заботу. А он приглашает соседа к брату домой, чтобы прокипятить, продезинфицировать челюсть. «Читатель удивленно посмотрел на Чудика и перестал кричать» — не ожидал такого ответа на свою грубость. 

    В аэропорту Чудик пишет телеграмму жене: «Приземлились. Ветка сирени упала на грудь, милая Груша меня не забудь. Васятка». Телеграфистка переправляет текст на короткий «Долетели. Василий». И вновь Чудик не понимает, почему он не должен писать любимой жене подобного в телеграммах. Герой предельно открыт, даже в общении с совершенно незнакомыми людьми. 

    Знал Чудик, что есть у него брат, что есть племянники, а вот о том, что есть еще и сноха, и подумать не мог. Не мог он также подумать, что невзлюбит она его с первого же дня знакомства. Но герой не обижается. Он снова желает сделать доброе дело, да такое, чтобы понравилось негостеприимной родственнице. На следующий день после приезда Чудик расписывает детскую коляску. А потом, довольный собою, идет покупать подарок племяннику. 

    За это «чудачество» сноха выгоняет героя из дома. Ни ему самому, ни даже его брату Дмитрию непонятно, за что так зла Софья Ивановна на простых людей. Они приходят к выводу, что она «помешалась на своих ответственных». Похоже, это удел всех городских людей. Должность, положение в обществе – вот мерила человеческого достоинства для «образованных», а душевные качества стоят для них на последнем месте. Чудик уехал… Дмитрий ничего не сказал…

    Домой герой приехал, когда шел парной дождик. Чудик вышел из автобуса, снял новые ботинки, побежал по теплой мокрой земле.

    И лишь в самом конце рассказа Шукшин говорит, что Чудика зовут Василий Егорыч Князев, что работает он киномехаником в селе, что обожает сыщиков и собак, что в детстве мечтал быть шпионом. Да и не так это важно. Важно то, что поступает он так, как подсказывает ему сердце, ибо именно такое решение — единственно правильное и искреннее.

    Все это Шукшин описывает трогательно и предельно просто. На нашем лице может появиться лишь умиленная улыбка, грустная, но добрая. Иногда Чудика становится жаль. Но это не оттого, что автор пытается вызвать сочувствие. Нет, Шукшин никогда не идеализирует своих героев. Он показывает человека таким, каков он есть. 

    Герой рассказа взят из деревенской среды, потому что, считает Шукшин, лишь простой человек из глубинки сохранил в себе все положительные качества, данные изначально человеку. Ему больше всего присуща та искренность, доброта и наивность, которой так не хватает современным городским людям, изуродованным прогрессом и так называемой цивилизацией.

reshebnik5-11.ru

Чудики в рассказах Шукшина

Министерство образования и науки Удмуртской Республики

ГОУ СПО «Дебесский политехникум»

Реферат

На тему: «Чудики в рассказах Шукшина»

Преподаватель: Ившина Наталья Владимировна

Выполнил: студент 2 курса группы «Б»

Спиридонов Денис

с. Дебесы, 2009г.

Содержание

Введение

1. Биография писателя

2. Обзор творчества писателя

3. Место выбранного произведения в творчестве писателя

4. Анализ выбранного произведения

Заключение

Список литературы

Приложения

Введение

В современной русской литературе рассказы Шукшина остались неповторимым художественным явлением – оригинальной образностью и живой, естественной в своей простоте стилистикой. Едва ли не в каждом своем произведении Шукшин многогранен и отнюдь не так «прост», как может показаться читателю, следящему лишь за развитием сюжета. Читая его рассказы, нужно вдумываться в их суть, вникать в каждое слово, чувствовать и слышать то, что чувствуют его герои. Главные герои большинства его рассказов – деревенские и городские простые люди. Писателя в них восхищает их непохожесть, нестандартность, ершистость, чувство собственного достоинства. Именно эти качества делают его героев близкими, родными нам.

Мы смеемся, читая многие рассказы Шукшина, а заканчивая чтение, задумываясь над прочитанным, уже не знаем: веселиться нам или горевать, оставаться спокойным или негодовать?

Шукшин почти не дает портретов своих героев, не рассказывает подробно об их прошлом, с ними чаще всего ничего особенного не происходит. Но писатель стремится заставить нас полюбить их, очаровать их простотой, но в то же время он хорошо знает, что в жизни не одни лишь «светлые души», понимая, что борьба добра со злом остается напряженной. Именно в этой борьбе и участвуют его «чудики».

1. Биография писателя

Василий Макарович Шукшин (25.07.29 – 2.10.74) родился 25 июля 1929 года в селе Сростки Алтайского края. Семья потеряла кормильца и уже с 6 лет мальчику пришлось работать в колхозе. Уже в школьные годы он начинал писать, тогда сверстники звали его «Гоголь». После восьми классов поступил в Бийский автотехникум, но вскоре его оставил. Работал на стройках, в колхозе. И уже тогда, под его кроватью лежал мешок с рукописями. Десятый класс средней школы закончил экстерном. Работал слесарем-такелажником в Калуге, Владимире. Служил во флоте (1949-1952гг.), и даже там его матросы называли поэтом. Вернувшись в родное село, был секретарем сельского райкома комсомола, работал директором в вечерней школе деревни Сростки. В 1954 году поступил на режиссерский факультет Всесоюзного государственного института кинематографии. Учился в классе известного кинорежиссера Михаила Ромма. Впервые выступил в печати в 1959 году в журнале «Смена».

Шукшин долгое время считал своим основным призванием кино и работал как режиссер и актер. Актер, снявшийся в 24 кинокартинах, знаменитый режиссер, постановщик, сценарист, писатель. Фильмы с его участием в качестве режиссера, сценариста, актера – «Живет такой парень», «Странные люди», «Печки-лавочки», «Калина красная», «Они сражались за Родину» — стали значительным событием советского киноискусства последних десятилетий. В 1964г. кинофильм «Живет такой парень» получил награду Венецианского международного фестиваля «Золотого льва св. Марка».

Шукшин – автор романов «Любавины» и «Я пришел дать вам волю» — о Степане Разине. Им написаны повести «Там, вдали», «Калина красная», «До третьих петухов», пьеса «Энергичные люди», многие рассказы, составившие сборники – «Сельские жители», «Земляки», «Характеры», «Беседы при ясной луне».

Василий Макарович Шукшин умер 2 октября 1974 года.

2. Обзор творчества писателя, основные темы творчества, основные произведения

Свой материал для своих произведений писатель брал везде, где живут люди. Какой это материал, какие герои? Тот материал, и те герои, которые редко раньше попадали в сферу искусства. Видимо, так нужно было, чтобы явился из глубин народных большой талант, чтобы с любовью и уважением рассказал о своих земляках простую, строгую правду. А правда эта стала фактом искусства, вызвала любовь и уважение к самому автору.

Тема деревенского человека, вырванного из привычной среды и не нашедшего новой опоры в жизни, стала одной из главных тем рассказов Шукшина.

Рассказы Шукшина, относясь «к деревенской прозе», отличались от ее основного потока тем, что внимание автора было сосредоточенно не столько на основах народной нравственности, сколько на сложных психологических ситуациях, в которых оказывались герои. Город и притягивал шукшинского героя, как центр культурной жизни, и отталкивал своим равнодушием к судьбе отдельного человека. Шукшин ощущал эту ситуацию как личную драму. «Так у меня вышло к сорока годам. Не городской до конца, и не деревенский уже. Ужасно не удобное положение. Это даже не между двух стульев, а скорее так – одна нога к берегу, другая – в лодке. И не плыть нельзя, и не плыть вроде как страшновато…»

Эта ситуация и определила необычное поведение героев Шукшина, которых он называл «странными, непутевыми людьми». В сознании читателей и критиков прижилось название «чудик». Именно «чудики» являются главными героями рассказов, объединенных Шукшиным в один из лучших сборников «Характеры». Каждый из героев назван по имени и фамилии – автор словно подчеркивает их абсолютную жизненную достоверность. «Чудики» — Коля Скалкин, выплеснувший чернила на костюм начальника («Ноль-ноль целых»), Спиридон Расторгуев, пытающийся добиться любви чужой жены («Сураз») и др. – не вызывают авторского осуждения. Они наоборот умиляют их, делают ближе к простому человеку.

3. Место выбранного произведения в творчестве писателя

Хочешь быть мастером, макай свое перо в правду. Ничем другим больше не удивишь. В. М. Шукшин

Читая рассказы Шукшина, удивляешься порой на чудачества героев писателя, однако веришь «правде человеческих характеров, испытываешь радость общения с живым человеком».

Шукшин не идеализирует деревенских жителей, но ищет в характерах людей из деревни светлые, здоровые стороны. Нравственные идеалы добра и справедливости характеризуют творчество писателя.

«Чудики» Шукшина не знают за что борются, не понимают своей чудности, но продолжают вести свою борьбу. Борьба эта порой смешна, но каждый раз приводит читателя к великим выводам. В неумении выразить себя, во внешне смешном бунте простого человека Шукшин видел духовное содержание, искаженное бессмысленной действительностью и отсутствием культуры, отчаяние людей не умеющих противостоять житейской злобе, агрессивности. При этом Шукшин не идеализировал своих персонажей. Но не смотря на это каждый его «чудик» был для него родным, да и для читателей тоже.

4. Анализ выбранного произведения

Рассказ «Чудик» (1967г.).

Много чудных поступков совершает Василий Князев, по прозвищу Чудик, начиная с 50-рублевкой, которую он с «остроумными» словами («Хорошо живете, граждане!»), кладет на прилавок, так как «хозяина нет», и кончая разрисованной детской колясочкой племянника. Рисовал и думал; как будет приятно изумлена сноха, а кончилось все скандалом.

Рассказ «Микроскоп»(1969г.).

Еще один «чудик» — Андрей Ерин. Утаив зарплату от жены, стерпев побои, он покупает микроскоп. Рассматривая в микроскоп, каплю воды, обнаруживая в ней кишащих микробов, он радуется как дитя, и мечтает избавить человечество от болезней. Но «мечта» терпит крах от столкновения с бытом: жена едет в город и продает микроскоп, потому что «детям надо купить шубки».

Рассказ «Срезал» (1970г.).

В этом рассказе с помощью «чудика» — Глеба Капустина, Шукшин раскрывает проблему конфликта между городом и деревней.

Зачем мужики водят Глеба Капустина «начитанного и ехидного», к приезжим знаменитостям и устраивают «спектакль», наблюдая, как Глеб в очередной раз «срежет» интеллигента?

На первый взгляд, писатель держит в конфликте нейтралитет, но по прочтении рассказа чувствуешь, что ни автор, ни мужики не любят Глеба. Автор говорит об этом в конце рассказа прямо: «Глеб их по-прежнему удивлял. Хотя любви, положим, тут не было. Глеб жесток, а жестокость никто, никогда, нигде не любил еще».

А «спектакль», устраиваемый кандидату, — это как бы проверка на истинную интеллигентность. Ведь деревня насмотрелась на кичливую причастность к культуре и поэтому в мужиках и возникает враждебная настороженность к знаменитостям, особенно к тем, кто оторвался от родной земли и смотрит на бывших односельчан свысока. Стал бы истинный интеллигент откровенно и снисходительно посмеиваться над Глебом, а потом довольно грубо «ТЫКАТЬ» ему, как это делает Журавлев? Следовательно, в этом конфликте нет правых.

Вообще «чудики» В. Шукшина (а их список можно продолжить) – не «маленькие люди» русской классической литературы.

Каждого из них Шукшин делает по-своему значительным, ибо они гуманны, человеколюбивы. И хотя автор посмеивается над ними, он относится к ним с уважением.

Рассказы Шукшина – это целая энциклопедия типов и проблем времени.

Заключение

Ночью 2 октября 1974 года Василию Макаровичу стало плохо. Он принял лекарство, но оно ему не помогло. На утро его обнаружили мертвым. А на столе в каюте лежала раскрытая тетрадь с почти готовой новой повестью для театра: «А по утру они проснулись»…

Эти строки говорят нам о том, что не смотря на болезнь, муки и тяжести которые пережил писатель, он творил. И делал это как будто назло тем, кто не верил в него, кто уже думал, что его ничем не вернешь. Но нет! Даже перед смертью он оставил о себе память – очередную повесть.

Он прожил 45 лет. Но и этого хватило для того чтобы остаться на веки в сердцах людей, чтобы не уйти бесследно из жизни.

«Чудики» Шукшина – яркие образы современной жизни. Кажется, что рассказы, написанные около 40 лет назад, никак не могут войти в нашу жизнь, найти в ней отголоски героев. Но Шукшин был очень умен. Рассказы его уместны до сих пор. До сих пор живут на нашей земле «чудики» — люди, которые умиляют своей глупостью и учат нас трудностям жизни, дают пример жизненной силы.

Читая рассказы Шукшина, я задумался над нашей жизнью, над людьми… Ведь герои шукшинских рассказов так близки нам. Они есть всегда и везде – будь то город или деревня. Хочется верить что на примере «чудиков» люди нашей грубой и жестокой жизни станут мягче и добрее, откроют для себя новый мир – мир добра и красоты.

Список литературы

  1. Бахтина Н. М. «Светлые души» чудиков // Уроки литературы. – 2009. — № 6. с. 7-8.

  2. Чернов Ф. Радость и тревоги бытия. Уроки по творчеству В. М. Шукшина. // Литература в школе. — 1999, №5.

  3. Шукшин В. М. Рассказы. – М.: Дет. Лит., 1990. – 254 с.

coolreferat.com

Чудики в рассказах Шукшина

Чудики в рассказах Шукшина

Министерство образования и науки Удмуртской Республики

ГОУ СПО «Дебесский политехникум»

Реферат

На тему: «Чудики в рассказах Шукшина»

Преподаватель: Ившина Наталья Владимировна

Выполнил: студент 2 курса группы «Б»

Спиридонов Денис

с. Дебесы, 2009г.

Содержание

Введение

1. Биография писателя

2. Обзор творчества писателя

3. Место выбранного произведения в творчестве писателя

4. Анализ выбранного произведения

Заключение

Список литературы

Приложения

Введение

В современной русской литературе рассказы Шукшина остались неповторимым художественным явлением – оригинальной образностью и живой, естественной в своей простоте стилистикой. Едва ли не в каждом своем произведении Шукшин многогранен и отнюдь не так «прост», как может показаться читателю, следящему лишь за развитием сюжета. Читая его рассказы, нужно вдумываться в их суть, вникать в каждое слово, чувствовать и слышать то, что чувствуют его герои. Главные герои большинства его рассказов – деревенские и городские простые люди. Писателя в них восхищает их непохожесть, нестандартность, ершистость, чувство собственного достоинства. Именно эти качества делают его героев близкими, родными нам.

Мы смеемся, читая многие рассказы Шукшина, а заканчивая чтение, задумываясь над прочитанным, уже не знаем: веселиться нам или горевать, оставаться спокойным или негодовать?

Шукшин почти не дает портретов своих героев, не рассказывает подробно об их прошлом, с ними чаще всего ничего особенного не происходит. Но писатель стремится заставить нас полюбить их, очаровать их простотой, но в то же время он хорошо знает, что в жизни не одни лишь «светлые души», понимая, что борьба добра со злом остается напряженной. Именно в этой борьбе и участвуют его «чудики».

1. Биография писателя

Василий Макарович Шукшин (25.07.29 – 2.10.74) родился 25 июля 1929 года в селе Сростки Алтайского края. Семья потеряла кормильца и уже с 6 лет мальчику пришлось работать в колхозе. Уже в школьные годы он начинал писать, тогда сверстники звали его «Гоголь». После восьми классов поступил в Бийский автотехникум, но вскоре его оставил. Работал на стройках, в колхозе. И уже тогда, под его кроватью лежал мешок с рукописями. Десятый класс средней школы закончил экстерном. Работал слесарем-такелажником в Калуге, Владимире. Служил во флоте (1949-1952гг.), и даже там его матросы называли поэтом. Вернувшись в родное село, был секретарем сельского райкома комсомола, работал директором в вечерней школе деревни Сростки. В 1954 году поступил на режиссерский факультет Всесоюзного государственного института кинематографии. Учился в классе известного кинорежиссера Михаила Ромма. Впервые выступил в печати в 1959 году в журнале «Смена».

Шукшин долгое время считал своим основным призванием кино и работал как режиссер и актер. Актер, снявшийся в 24 кинокартинах, знаменитый режиссер, постановщик, сценарист, писатель. Фильмы с его участием в качестве режиссера, сценариста, актера – «Живет такой парень», «Странные люди», «Печки-лавочки», «Калина красная», «Они сражались за Родину» — стали значительным событием советского киноискусства последних десятилетий. В 1964г. кинофильм «Живет такой парень» получил награду Венецианского международного фестиваля «Золотого льва св. Марка».

Шукшин – автор романов «Любавины» и «Я пришел дать вам волю» — о Степане Разине. Им написаны повести «Там, вдали», «Калина красная», «До третьих петухов», пьеса «Энергичные люди», многие рассказы, составившие сборники – «Сельские жители», «Земляки», «Характеры», «Беседы при ясной луне».

Василий Макарович Шукшин умер 2 октября 1974 года.

2. Обзор творчества писателя, основные темы творчества, основные произведения

Свой материал для своих произведений писатель брал везде, где живут люди. Какой это материал, какие герои? Тот материал, и те герои, которые редко раньше попадали в сферу искусства. Видимо, так нужно было, чтобы явился из глубин народных большой талант, чтобы с любовью и уважением рассказал о своих земляках простую, строгую правду. А правда эта стала фактом искусства, вызвала любовь и уважение к самому автору.

Тема деревенского человека, вырванного из привычной среды и не нашедшего новой опоры в жизни, стала одной из главных тем рассказов Шукшина.

Рассказы Шукшина, относясь «к деревенской прозе», отличались от ее основного потока тем, что внимание автора было сосредоточенно не столько на основах народной нравственности, сколько на сложных психологических ситуациях, в которых оказывались герои. Город и притягивал шукшинского героя, как центр культурной жизни, и отталкивал своим равнодушием к судьбе отдельного человека. Шукшин ощущал эту ситуацию как личную драму. «Так у меня вышло к сорока годам. Не городской до конца, и не деревенский уже. Ужасно не удобное положение. Это даже не между двух стульев, а скорее так – одна нога к берегу, другая – в лодке. И не плыть нельзя, и не плыть вроде как страшновато…»

Эта ситуация и определила необычное поведение героев Шукшина, которых он называл «странными, непутевыми людьми». В сознании читателей и критиков прижилось название «чудик». Именно «чудики» являются главными героями рассказов, объединенных Шукшиным в один из лучших сборников «Характеры». Каждый из героев назван по имени и фамилии – автор словно подчеркивает их абсолютную жизненную достоверность. «Чудики» — Коля Скалкин, выплеснувший чернила на костюм начальника («Ноль-ноль целых»), Спиридон Расторгуев, пытающийся добиться любви чужой жены («Сураз») и др. – не вызывают авторского осуждения. Они наоборот умиляют их, делают ближе к простому человеку.

3. Место выбранного произведения в творчестве писателя

Хочешь быть мастером, макай свое перо в правду. Ничем другим больше не удивишь. В. М. Шукшин

Читая рассказы Шукшина, удивляешься порой на чудачества героев писателя, однако веришь «правде человеческих характеров, испытываешь радость общения с живым человеком».

Шукшин не идеализирует деревенских жителей, но ищет в характерах людей из деревни светлые, здоровые стороны. Нравственные идеалы добра и справедливости характеризуют творчество писателя.

«Чудики» Шукшина не знают за что борются, не понимают своей чудности, но продолжают вести свою борьбу. Борьба эта порой смешна, но каждый раз приводит читателя к великим выводам. В неумении выразить себя, во внешне смешном бунте простого человека Шукшин видел духовное содержание, искаженное бессмысленной действительностью и отсутствием культуры, отчаяние людей не умеющих противостоять житейской злобе, агрессивности. При этом Шукшин не идеализировал своих персонажей. Но не смотря на это каждый его «чудик» был для него родным, да и для читателей тоже.

4. Анализ выбранного произведения

Рассказ «Чудик» (1967г.).

Много чудных поступков совершает Василий Князев, по прозвищу Чудик, начиная с 50-рублевкой, которую он с «остроумными» словами («Хорошо живете, граждане!»), кладет на прилавок, так как «хозяина нет», и кончая разрисованной детской колясочкой племянника. Рисовал и думал; как будет приятно изумлена сноха, а кончилось все скандалом.

Рассказ «Микроскоп»(1969г.).

Еще один «чудик» — Андрей Ерин. Утаив зарплату от жены, стерпев побои, он покупает микроскоп. Рассматривая в микроскоп, каплю воды, обнаруживая в ней кишащих микробов, он радуется как дитя, и мечтает избавить человечество от болезней. Но «мечта» терпит крах от столкновения с бытом: жена едет в город и продает микроскоп, потому что «детям надо купить шубки».

Рассказ «Срезал» (1970г.).

В этом рассказе с помощью «чудика» — Глеба Капустина, Шукшин раскрывает проблему конфликта между городом и деревней.

Зачем мужики водят Глеба Капустина «начитанного и ехидного», к приезжим знаменитостям и устраивают «спектакль», наблюдая, как Глеб в очередной раз «срежет» интеллигента?

На первый взгляд, писатель держит в конфликте нейтралитет, но по прочтении рассказа чувствуешь, что ни автор, ни мужики не любят Глеба. Автор говорит об этом в конце рассказа прямо: «Глеб их по-прежнему удивлял. Хотя любви, положим, тут не было. Глеб жесток, а жестокость никто, никогда, нигде не любил еще».

А «спектакль», устраиваемый кандидату, — это как бы проверка на истинную интеллигентность. Ведь деревня насмотрелась на кичливую причастность к культуре и поэтому в мужиках и возникает враждебная настороженность к знаменитостям, особенно к тем, кто оторвался от родной земли и смотрит на бывших односельчан свысока. Стал бы истинный интеллигент откровенно и снисходительно посмеиваться над Глебом, а потом довольно грубо «ТЫКАТЬ» ему, как это делает Журавлев? Следовательно, в этом конфликте нет правых.

Вообще «чудики» В. Шукшина (а их список можно продолжить) – не «маленькие люди» русской классической литературы.

Каждого из них Шукшин делает по-своему значительным, ибо они гуманны, человеколюбивы. И хотя автор посмеивается над ними, он относится к ним с уважением.

Рассказы Шукшина – это целая энциклопедия типов и проблем времени.

Заключение

Ночью 2 октября 1974 года Василию Макаровичу стало плохо. Он принял лекарство, но оно ему не помогло. На утро его обнаружили мертвым. А на столе в каюте лежала раскрытая тетрадь с почти готовой новой повестью для театра: «А по утру они проснулись»…

Эти строки говорят нам о том, что не смотря на болезнь, муки и тяжести которые пережил писатель, он творил. И делал это как будто назло тем, кто не верил в него, кто уже думал, что его ничем не вернешь. Но нет! Даже перед смертью он оставил о себе память – очередную повесть.

Он прожил 45 лет. Но и этого хватило для того чтобы остаться на веки в сердцах людей, чтобы не уйти бесследно из жизни.

«Чудики» Шукшина – яркие образы современной жизни. Кажется, что рассказы, написанные около 40 лет назад, никак не могут войти в нашу жизнь, найти в ней отголоски героев. Но Шукшин был очень умен. Рассказы его уместны до сих пор. До сих пор живут на нашей земле «чудики» — люди, которые умиляют своей глупостью и учат нас трудностям жизни, дают пример жизненной силы.

Читая рассказы Шукшина, я задумался над нашей жизнью, над людьми… Ведь герои шукшинских рассказов так близки нам. Они есть всегда и везде – будь то город или деревня. Хочется верить что на примере «чудиков» люди нашей грубой и жестокой жизни станут мягче и добрее, откроют для себя новый мир – мир добра и красоты.

Список литературы

1. Бахтина Н. М. «Светлые души» чудиков // Уроки литературы. – 2009. — № 6. с. 7-8.

2. Чернов Ф. Радость и тревоги бытия. Уроки по творчеству В. М. Шукшина. // Литература в школе. — 1999, №5.

3. Шукшин В. М. Рассказы. – М.: Дет. Лит., 1990. – 254 с.

diplomba.ru

Отправить ответ

avatar
  Подписаться  
Уведомление о