Павел кулешов материнское сердце – Куляшов, Павел Фёдорович | Наука

Содержание

Куляшов, Павел Федорович - Материнское сердце [Текст] ; Камская оратория : Докум. повести


Поиск по определенным полям

Чтобы сузить результаты поисковой выдачи, можно уточнить запрос, указав поля, по которым производить поиск. Список полей представлен выше. Например:

author:иванов

Можно искать по нескольким полям одновременно:

author:иванов title:исследование

Логически операторы

По умолчанию используется оператор AND.
Оператор AND означает, что документ должен соответствовать всем элементам в группе:

исследование разработка

author:иванов title:разработка

оператор OR означает, что документ должен соответствовать одному из значений в группе:

исследование OR разработка

author:иванов OR title:разработка

оператор NOT исключает документы, содержащие данный элемент:

исследование NOT

разработка

author:иванов NOT title:разработка

Тип поиска

При написании запроса можно указывать способ, по которому фраза будет искаться. Поддерживается четыре метода: поиск с учетом морфологии, без морфологии, поиск префикса, поиск фразы.
По-умолчанию, поиск производится с учетом морфологии.
Для поиска без морфологии, перед словами в фразе достаточно поставить знак "доллар":

$исследование $развития

Для поиска префикса нужно поставить звездочку после запроса:

исследование*

Для поиска фразы нужно заключить запрос в двойные кавычки:

"исследование и разработка"

Поиск по синонимам

Для включения в результаты поиска синонимов слова нужно поставить решётку "#" перед словом или перед выражением в скобках.
В применении к одному слову для него будет найдено до трёх синонимов.
В применении к выражению в скобках к каждому слову будет добавлен синоним, если он был найден.
Не сочетается с поиском без морфологии, поиском по префиксу или поиском по фразе.

#исследование

Группировка

Для того, чтобы сгруппировать поисковые фразы нужно использовать скобки. Это позволяет управлять булевой логикой запроса.
Например, нужно составить запрос: найти документы у которых автор Иванов или Петров, и заглавие содержит слова исследование или разработка:

author:(иванов OR петров) title:(исследование OR разработка)

Приблизительный поиск слова

Для приблизительного поиска нужно поставить тильду "~" в конце слова из фразы. Например:

бром~

При поиске будут найдены такие слова, как "бром", "ром", "пром" и т.д.
Можно дополнительно указать максимальное количество возможных правок: 0, 1 или 2. Например:

бром~1

По умолчанию допускается 2 правки.
Критерий близости

Для поиска по критерию близости, нужно поставить тильду "~" в конце фразы. Например, для того, чтобы найти документы со словами исследование и разработка в пределах 2 слов, используйте следующий запрос:

"исследование разработка"~2

Релевантность выражений

Для изменения релевантности отдельных выражений в поиске используйте знак "^" в конце выражения, после чего укажите уровень релевантности этого выражения по отношению к остальным.
Чем выше уровень, тем более релевантно данное выражение.
Например, в данном выражении слово "исследование" в четыре раза релевантнее слова "разработка":

исследование^4 разработка

По умолчанию, уровень равен 1. Допустимые значения - положительное вещественное число.
Поиск в интервале

Для указания интервала, в котором должно находиться значение какого-то поля, следует указать в скобках граничные значения, разделенные оператором TO.
Будет произведена лексикографическая сортировка.

author:[Иванов TO Петров]

Будут возвращены результаты с автором, начиная от Иванова и заканчивая Петровым, Иванов и Петров будут включены в результат.

author:{Иванов TO Петров}

Такой запрос вернёт результаты с автором, начиная от Иванова и заканчивая Петровым, но Иванов и Петров не будут включены в результат.
Для того, чтобы включить значение в интервал, используйте квадратные скобки. Для исключения значения используйте фигурные скобки.

search.rsl.ru

Материнское сердце
Федор Абрамов

Федор Абрамов, автор рассказа «Материнское сердце» — известный советский писатель. Это не должно смущать наших читателей, если мы вспомним, что aпостол Павел цитировал языческих философов и стихотворцев.

«Материнское сердце» — глубоко психологический рассказ. Он учит любить и ценить матерей.

Ни одного не осталось, все там… А какой лес был! Петя, Ваня. Павел, Егор, Степа… Пять мужиков! Я, бывало, время рожать подходит, не про то думаю, как их всех прокормить да одеть, а про то, как за столом рассадить. Стол-то, вишь, у свекра был небольшой, на себя с хозяйкой, да на сына делан, а меня в дом взяли — засыпало ребятами.

Ну, о старших я уж не говорю — тех война съела. На одном году три похоронки получила — вот как по мне война-то проехалась. И Егор тоже через войну нарушился — в плену у германца был. А Степа-то! Мизинец то мой желанный! Тот уж на моей совести, того я сама упустила… Вот и не просыхаю. Какой уж — двадцать седьмой пошел, а все точу себя, все думаю: ох, кабы спохватилась ты тогда пораньше, Офимья, не куковала бы теперь одна на старости. Ложусь и встаю с тем.

Ты когда из дому-то уехал? До войны еще? В тридцать восьмом? Ну, дак Степу-то ты и не помнишь. Я его в тридцать четвертом на беду родила. Все дети у меня хорошие были — ни на одного не пообижусь, а такого не было. Чистое золото! Сколько ему — девяти годков не было — помер, а мы с девкой не знали дров да воды. Все он. За скамейку станет — его не видно, только пила зыкает. И за грибами так, за ягодами — не надо посылать, сам бежит…

Вот это-то его старанье и сбило меня с толку. Я уж тогда на него глаза раскрыла, когда он кровью заходил. Как-то раз вышла утром за хлев — не знаю, из-за чего дома до бела света задержалась, так-то все и на работу и с работы в потемках, ребят в лицо по неделям не видишь — вот как мы в войну-то побили, а тут не знаю чего — задержалась. Смотрю — на, господи, снег-то в отхожем месте за хлевом весь в крови, и на бревнах тоже кровь намерзла.

Я в избу:

— Ребята, кто счас за хлев бегал?

Молчат. И девка молчит, и парень.

— Признавайтесь, говорю, неладно ведь у вас. К дохтуру надо.

Тут Степанушка у меня и повинился:

— Я, мама.

А я уж и сама догадалась, что он. Парень уж когда, с самой осени, небаской с лица. И день в школу сходит да три лежит. А раз прихожу домой — по сено ездила:

— Мама, говорит, ко мне сегодня птичка прилетала. Я лежу на лавке, а она села на стволочек рамы да клювиком в стекло тук-тук, и все смотрит, смотрит мне в глаза. Чего ей от меня надо?

— То, говорю, замерзла она, в тепло просится. Вишь ведь, говорю, стужа-то какая — бревна рвет.

А птичка-то, оказывается, не простая — смертная. С предупрежденьем прилетала: готовься, мол, скоро по твою душеньку прилечу.

В те поры, когда он, Степа-то, про эту птичку рассказывал, я и в yм не взяла: вся устала, примерзла — птички ли мне? А вот когда я кровь-то за хлевом при белом сеете увидела, тут я и про птичку вспомнила.

Побежала к бригадиру:

— Так и так, говорю, Павел Егорович, у меня парень порато болен — дай лошади в район к дохтурам cъездить.

А бригадир, царство ему небесное, — помнишь, наверное, Паху-рожу, нехороший человечишко был, через каждое слово матюк:

— В лес, в лес, мать-перемать!.. Чтоб через час духу твоего здесь не было!

— Нет, говорю, Павел Егорович, кричи — не кричи, а повезу парня в больницу. Ты, говорю, и правов таких не имеешь, чтобы меня задерживать

Павел Егорович стоптал ногами, войной меня гнуть: «Я, что ли, войну выдумал?», а потом видит, война не помогает — бух мне в ноги:

— Что ты, Офимья, опомнись! Парень твой как-нибудь недельку промается, а мне ведь, говорит, за то, что лошадь в простое — решка…

Я пришла домой, плачу.

— Ребята, говорю, что мне делать-то? Бригадир в лес гонит…

А ребята — что! Разве можно в таком деле ребят спрашивать?

— Поезжай, мама! Надо помогать братьям.

В ту пору у нас еще все живы были: и Петя, и Ваня, и Паша, и Егор.

Ну, поехала. Как не поедешь. Тогда ведь не просто робили — деньгу в лесу зашибали, а лесную битву с врагом вели. Так у нас про лесозаготовки внушали — и взрослым, и школьникам. Терпите! Поможем нашим сыновьям и братьям на фронте…

Ох, что пережито! Теперь начнешь вспоминать, не всяк и верит. Как, говорят, можно целую зиму прожить, и чтобы без хлеба? А мы не видали в ту зиму хлебного — все, до зернышка, на войну загребли. Да и картошки-то было не досыта. Одного капустного листа было вволю. Вот Степа-то у меня через этот капустный лист и простудился, на нем здоровье потерял.

В Покров прибегает из школы — как раз в ту пору затайка сделалась, на полях снег водой взялся:

— Мама, говорит, люди на колхозном капустнике лист собирают. Нам бы, говорит, тоже надо.

— Надо бы, говорю, парень, да матерь-то у тебя из упряжки не вылезает.

А вечером-то с работы прихожу — на, изба-то у меня полнехонька листу. Анка сидит с лучиной, в корыте моет. А кто наносил, не надо спрашивать, — Степа. Лежит на печи — только стукоток стоит, зуб на зуб не попадает, начисто промерз. Сам знаешь, каково на осеннем капустнике по воде да по грязи бродить. Да в нашей-то обутке.

И вот сколько у меня тогда ума было. В лесу два сухаря на день давали — радуюсь. Ладно, думаю, нет худа без добра. Я хоть Степу немножко поддержу. Может, он у меня оттого и чахнет, что хлебного не видит… А вернулась из лесу — Степа-то у меня уж совсем худ. Я сухари на стол высыпала; Степа, Степонька родимый! Ешь ты, Бога ради, сколько хочешь. Хоть все зараз съешь…

А Степа за сухарь обеими руками ухватился, ко рту поднес, а разгрызть и силы нету.

— Я, говорит, мама, в другой раз.

Ну, я и лошадь не отводила на конюшню. Судите, хоть расстреливайте на месте — повезу парня в больницу!

Не довезла… Одну версту не довезла… Спуск-то перед районом помнишь? Большущая лиственница стоит, комель обгорелый. Ну дак у этой лиственницы Степина жизнь кончилась.

Стужа была, мороз, я все одежки, какие дома были, на него свалила, а тут, у листвы, немного приоткрыла.

— Степа, говорю, к району подъезжаем. Можешь ли, говорю, посмотреть-то?

А он меня сам просил: «Мама, скажи, когда к району подъезжать будем». Ребенок ведь! Нигде не бывал дальше своей деревни — охота на белый свет посмотреть.

И вот Степанушка у меня голову приподнял:

— Мама, говорит, как светло-то. Какой район-то у нас красивый…

Да и все — кончился. Так на руках у матери дух и испустил.

www.lio.ru

Кулешов, Павел Павлович Википедия

В Википедии есть статьи о других людях с фамилией Кулешов.

Павел Павлович Кулешов

(1923—2009) — подполковник МВД СССР, участник Великой Отечественной войны, Герой Советского Союза (1944).

Биография

Павел Кулешов родился 16 сентября 1923 года в деревне Новокунаково (ныне — в черте города Луховицы Московской области). После окончания десяти классов школы работал на заводе в Электростали. В декабре 1941 года Кулешов был призван на службу в Рабоче-крестьянскую Красную армию. В 1943 году он окончил Горьковское танковое училище. С того же года — на фронтах Великой Отечественной войны[1].

К июлю 1944 года гвардии младший лейтенант Павел Кулешов командовал танком «Т-34» 63-й гвардейской танковой бригады 10-го гвардейского танкового корпуса 4-й танковой армии 1-го Украинского фронта. Отличился во время освобождения Львовской области Украинской ССР. 21-23 июля 1944 года Кулешов участвовал в боях на подступах ко Львову и непосредственно в самом городе, уничтожив несколько танков, артиллерийских орудий и автомашин, большое количество вражеских солдат и офицеров. Когда танк Кулешова был подбит, танкист продолжал сражаться в составе стрелкового подразделения, был ранен, но до окончания боя остался в строю[1].

Указом Президиума Верховного Совета СССР от 23 сентября 1944 года за «образцовое выполнение боевых заданий командования и проявленные при этом геройство и мужество» младший лейтенант Павел Кулешов был удостоен высокого звания Героя Советского Союза с вручением ордена Ленина и медали «Золотая Звезда» за номером 2034[1].

Участвовал в Параде Победы. В 1946 году он окончил Ленинградскую высшую офицерскую школу. С того же года служил в органах государственной безопасности и внутренних дел. В 1973 году в звании подполковника Кулешов был уволен в запас. Проживал в Алупке, работал инспектором отдела кадров в одном из санаториев. В 2000 году ему было присвоено звание генерал-майора Вооружённых Сил Украины. Скончался 27 июня 2009 года, похоронен в Ялте[1].

Почётный гражданин Ялты. Был также награждён орденами Красного Знамени и Отечественной войны 1-й степени, двумя орденами Красной Звезды, рядом медалей[1].

Примечания

Литература

  • Герои Советского Союза: Краткий биографический словарь / Пред. ред. коллегии И. Н. Шкадов. — М.: Воениздат, 1987. — Т. 1 /Абаев — Любичев/. — 911 с. — 100 000 экз. — ISBN отс., Рег. № в РКП 87-95382.
  • Герои огненных лет. Книга 5. М.: Московский рабочий, 1982.
  • Добровольцы Урала. 2-е изд., доп. Свердловск, 1980.
  • Звёзды доблести боевой. — Львов: Каменяр, 1968.

wikiredia.ru

Советский рассказ. Том второй. Содержание - Федор Абрамов Материнское сердце

Через несколько дней в министерство вызвали Окюму-ханум и сообщили ей о назначении ее директором на место Кальбиева. Когда же потрясенный Кальбиев задал свой единственный вопрос: «Почему?!» — ему ответили: «Ты не честолюбив, чины тебе ни к чему. Иди и работай инженером!..» Кальбиев хотел сказать подходящую к случаю пословицу, но язык не послушался его. Сгорбленный, придавленный, незаметный, вышел он из министерства и пошел… Нет, не в управление — домой.

Кальбиев занемог. Он слег в постель и пролежал больше месяца. Когда через месяц он вышел на работу, это снова был тихий, незаметный человек — «скромный» Кальбиев…

1969

Федор Абрамов

Материнское сердце

Ни одного не осталось, все там… А какой лес был! Петя, Ваня, Павел, Егор, Степа… Пять мужиков! Я, бывало, время рожать подходит, не про то думаю, как их всех прокормить да одеть, а про то, как за столом рассадить. Стол-то, вишь, у свекра был небольшой, на себя с хозяйкой да на сына делан, а меня в дом взяли — засыпала ребятами.

Ну, о старших я уж не говорю — тех война съела. На одном году три похоронки получила — вот как по мне война-то прошлась. И Егор тоже через войну нарушился — в плену у германца был. А Степа-то! Мизинец-то мой желанный! Тот уж по моей совести, того я сама упустила… Вот и не просыхаю. Какой уж — двадцать семой пошел, а я все точу себя, все думаю: ох, кабы спохватилась ты тогда пораньше, Офимья, не куковала бы теперь одна на старости. Ложусь и встаю с тем.

Ты когда из дому-то уехал? До войны еще? В тридцать восьмом? Ну, дак Степу-то ты и не помнишь. Я его в тридцать четвертом на беду родила. Все дети у меня хорошие были — ни на одного не пообижусь, а такого не было. Чистое золото! Сколько ему — девяти годков не было — помер, а мы с девкой не знали дров да воды. Все он. За скамейку станет — самого не видно, только пила зыкает. И за грибами там, за ягодами — не надо посылать, сам бежит…

Вот это-то его старанье и сбило меня с толку. Я уж тогда на него глаза раскрыла, когда он кровью заходил. Как-то раз вышла утром за хлев — не знаю, из-за чего дома до бела света задержалась, так-то все и на работу и с работы в потемках, ребят в лицо по неделям не видишь — вот как мы в войну-то робили, а тут не знаю чего — задержалась. Смотрю — на, господи, снег-то в отхожем месте за хлевом весь в крови, и на бревнах тоже кровь намерзла.

Я в избу:

— Ребята, кто сичас за хлев бегал?

Молчат. И девка молчит и парень.

— Признавайтесь, говорю, неладно ведь у вас. К дохтуру надо.

Тут Степанушко у меня и повинился: «Я, мама».

Я уж и сама догадалась, что он. Парень уж когда, с самой осени, небаской с лица. И день в школу сходит да три лежит. А раз прихожу домой — по сено ездила:

— Мама, говорит, ко мне сегодня птичка прилетала. Я лежу на лавке, а она села на стволочек рамы да клювиком в стекло тук-тук и все смотрит, смотрит мне в глаза. Чего ей от меня надо?

— То, говорю, замерзла она, в тепло просится. Вишь ведь, говорю, стужа-то какая — бревна рвет.

А птичка-то, оказывается, не простая — смертная. С предупреждением прилетала: готовься, мол, скоро по твою душеньку прилечу.

В те поры, когда он, Степа-то, про эту птичку рассказывал, я и в ум не взяла: вся устала, примерзла — до птички ли мне? А вот когда я кровь-то за хлевом при белом свете увидела, тут я про птичку вспомнила.

Побежала к бригадиру.

— Так и так, говорю, Павел Егорович, у меня парень порато болен — дай лошади в район к дохтурам съездить.

А бригадир, царство ему небесное — помнишь, наверно, Паху-рожу, — нехороший человечишко был, через каждое слово матюк:

— В лес, в лес! мать-перемать!.. Чтобы через час духу твоего здесь не было!

— Нет, говорю, Павел Егорович, кричи — не кричи, а повезу парня в больницу. Ты, говорю, и правов таких не имеешь, чтобы меня задерживать.

Павел Егорович стоптал ногами, войной меня гнуть: «Я, что ли, войну выдумал?», а потом видит, война не помогает — бух мне в ноги:

— Что ты, говорит, Офимья, опомнись! Парень твой как-нибудь недельку промается, а мне ведь, говорит, за то, что лошадь в простое, — решка…

Я пришла домой, плачу:

— Ребята, говорю, что мне делать-то? Бригадир в лес гонит…

А ребята — что! Разве можно в таком деле ребят спрашивать?

— Поезжай, мама! Надо помогать братьям.

В ту пору у нас еще все живы были: и Петя, и Ваня, и Паша, и Егор.

Ну, поехала. Как не поедешь. Тогда ведь не просто робили — деньгу в лесу зашибали, а лесную битву с врагом вели. Так у нас про лесозаготовки внушали — и взрослым и школьникам. Терпите! Поможем нашим сыновьям и братьям на фронте…

Ох, что пережито! Теперь начнешь вспоминать, не всяк и верит. Как, говорят, можно целую зиму прожить, и чтобы без хлеба? А мы не видели в эту зиму хлебного — все до зернышка на войну загребли. Да и картошки-то было недосыта. Одного капустного листа было вволю. Вот Степа-то у меня через этот капустный лист и простудился, на нем здоровье потерял.

В покров прибегает из школы — как раз в ту пору затайка исделалась, на полях снег водой взялся:

— Мама, говорит, люди на колхозном капустнике лист собирают. Нам бы, говорит, тоже надо.

— Надо бы, говорю, парень, да матерь-то у тебя из упряжки не вылезает.

А вечером-то с работы прихожу — на, изба-то у меня полнехонька листу. Анка сидит с лучиной, в корыте моет. А кто наносил, не надо спрашивать, — Степа. Лежит на печи — только стукоток стоит, зуб на зуб не попадет, начисто промерз. Сам знаешь, каково на осеннем капустнике по воде да по грязи бродить. Да в нашей-то обутке.

И вот сколько у меня тогда ума было. В лесу два сухаря на день давали — радуюсь. Ладно, думаю, нет худа без добра. Я хоть Степу немножко поддержу. Может, он у меня оттого и чахнет, что хлебного тело не получает… А вернулась из лесу — Степа-то у меня уж совсем худ. Я сухари на стол высыпала: Степа, Степонька родимый! Ешь ты, бога ради, сколько хочешь. Хоть все зараз съешь…

А Степа за сухарь обеими руками ухватился, ко рту поднес, а разгрызть и силы нету.

— Я, говорит, мама, в другой раз.

Ну, я и лошадь не отводила на конюшню. Судите, хоть расстреляйте на месте — повезу парня в больницу!

Не довезла… Одну версту не довезла… Спуск-то перед районом помнишь? Большущая лиственница стоит, комель обгорелый. Ну, дак у этой вот лиственницы Степина жизнь кончилась.

Стужа была, мороз, я все одежки, какие дома были, на него свалила, а тут, у листвы, немного приоткрыла.

— Степа, говорю, к району подъезжаем. Можешь ли, говорю, посмотреть-то?

А он сам меня просил: «Мама, скажи, когда к району подъезжать будем». Ребенок ведь! Нигде не бывал дальше своей деревни — охота на белый свет посмотреть.

И вот Степанушко у меня голову приподнял:

— Мама, говорит, как светло-то. Какой район-то у нас красивый…

Да и все — кончился. Так на руках у матери дух и испустил.

Не знаю, не знаю, что бы тогда со мной было, наверно, заревелась бы тут, у лиственницы, а не то замерзла — страсть какой холодина был. Да хорошо, на мое счастье или несчастье, Таисья Тихоновна попалась, председатель сельсовета. Из района домой попадает. Пешочком. Так председатели-то тогда ездили. На своих. Лошадей-то на весь колхоз три-четыре оставляли, а остальных в лес, на всю зиму.

Хорошая у нас была председательница. Бывало, поблажки от ей не жди — в лес там, на другую какую работу сама гонит, а у кого горе в доме, похоронка, чего другое — там уж она завсегда. Первая причитальщица. Бывало, так и говорила: «Нечем мне вам, бабы, пособить, ничего сейчас у советской власти нету, кроме слез да жалости». Ну и плакала, не жалела себя. А в другой раз, видит, слезой да жалостью человека не пронять, и поругает, побранит. Меня тогда не один день жучила.

— Сколько, говорит, еще реветь будешь? Сыновья на фронте, голодные, холодные, может, — рев им твой надо? Не забывай, говорит: ты матерь, да и над тобой мать есть. Всем матерям мати…

www.booklot.org

В. М. Шукшин, "Материнское сердце": анализ. "Материнское сердце" (Шукшин В. М.): сюжет и герои рассказа

Что может быть сильнее любви? Только материнская любовь. Этому чувству советский писатель, сценарист и режиссер посвятил небольшое произведение, глубину которого сможет раскрыть художественный анализ. «Материнское сердце» Шукшин создал с необыкновенным мастерством художника, способного слышать даже самые тонкие струны человеческой души.

О чем рассказ Шукшина?

С чего можно начать анализ? «Материнское сердце» Шукшин начал с невеселой истории из жизни простого деревенского парня. Звали его Витькой Борзенковым. К характеристике образа этого героя и стоит приступить, излагая краткое содержание и художественный анализ. Материнское сердце Шукшин назвал мудрым, не преминув отметить, что всяческую логику оно не признает. Что имел в виду автор, можно понять, прочитав рассказ.

Простой деревенский парень

Витька собирался жениться, а потому ему нужны были срочно деньги. Затем, чтобы раздобыть средства на свадьбу, он поехал в город продавать сало. В рассказе этот герой играет не главную роль. Значимым является образ матери Витьки. Однако раскрывается характер этой женщины именно благодаря истории, которая случилась с ее сыном.

Витя Борзенков – типичный сельский житель. Он беззлобен, не особенно целеустремлен, любит выпить. В состоянии опьянения он теряет порой над собой контроль, что может привести к печальным последствиям. Нечто подобное произошло с ним во время поездки. Такова характеристика главного героя рассказа, без которой невозможно сделать общий художественный анализ. «Материнское сердце» Шукшин, однако, посвятил не злоключениям Борзенкова, а беспредельной любви, которую испытывала к нему мать.

В городе

Он распродал сало, но по наивности своей стал жертвой мошенниц, которые напоили, а затем и обобрали его до нитки. Стоит сказать, что когда на базаре к нему подошла незнакомая девушка, он с ней весьма охотно разговорился. Затем не менее охотно Витька принял предложение скоротать время за бутылкой крепленого вина. Действия эти характеризуют героя как человека чрезвычайно легкомысленного. Ведь он даже не вспомнил, что дома его ожидает невеста, ради которой и осуществлялась эта поездка в город.

Неприятное пробуждение

Когда на следующий день Витька очнулся где-то далеко от дома Риты (так звали новую знакомую), у него жутко гудела голова. Денег не было. Но в потайном кармане он все же нашел червонец. То, что произошло далее, и послужило раскрытию простого женского характера, которому посвятил Шукшин «Материнское сердце». Анализ произведения следует продолжить характеристикой матери Витьки.

После того как Борзенков осознал случившееся, он разозлился на всех: на Риту, на город и на весь свет. А потому потратил на выпивку последний червонец, после чего затеял драку, в которой пострадали несколько человек. Среди них был даже сотрудник милиции. Витьку отправили в КПЗ, а мать его прибыла в город, как только узнала о беде, в которой оказался ее любимый сын. Далее изложено характеристика главной героини и анализ рассказа Шукшина.

Материнское сердце

Витькина мать рано осталась вдовой, родила пятерых детей, но выжили только трое. В произведении типичный образ русской деревенской женщины изобразил Шукшин. «Материнское сердце», анализ которого – это, прежде всего, характеристика героини – повествует о стремлении матери вызволить сына из тюрьмы несмотря ни на что. Ее не интересует очевидная вина Витьки. Она не думает о людях, которые оказались в больнице по его вине. Она руководствуется лишь тем, что подсказывает ей ее любовь. И в этом заключается главная идея, которую ввел в рассказ Шукшин. «Материнское сердце», анализ которого следует делать, основываясь на специфическом общении женщины с сотрудниками правоохранительных органов, – это рассказ о необыкновенной активности, силе, упорстве.

В милиции

Когда она явилась в отделение, там как раз обсуждали недавнее происшествие. Каким изобразил Шукшин материнское сердце? Анализ произведения позволяет сделать вывод, что понятие это хотя и абстрактное, но применимо к необыкновенной силе, которой может обладать лишь женщина. К тому же только та, чей ребенок оказался в беде. Не играет роли, сколько лет этому ребенку, преступник он или порядочный человек. Делая анализ рассказа Шукшина «Материнское сердце», следует обратить внимание на сцену в милиции. Мать Витьки вошла, тут же упала на колени и запричитала громко.

У прокурора

Милиционеры – люди, несклонные к жалости. Но даже они разжалобились и посоветовали женщине наведаться к прокурору. Какой идее посвятил Василий Шукшин «Материнское сердце»? Анализ рассказа говорит о том, что это произведение о тяжелой женской судьбе, которую помочь пережить может лишь безграничная любовь к детям и слепая надежда на человеческое участие и понимание.

Прокурор проявил твердость и не проникся трогательной историей о доброте Витьки, который «тверезым и мухи не обидит». Но мать и на этот раз не сдалась, и лишь сделала вывод, что этот человек «обиделся за своего». Добившись разрешения на свидание с сыном, она отправилась снова в милицию.

Разговор с сыном

По дороге мать Витьки думала о том, как отправится в краевые организации. Она всю жизнь надеялась на помощь и понимание людей. Ей верить больше было не на что. Она вытирала слезы и молча плакала, но не замедляла шага. Мать Витьки Борзенкова всю жизнь только тем и занималась, что пыталась справиться со своим героем. В ее душе неистребимо жила вера в добрых людей, которые помогут.

Она ни разу не подумала о том, что ее сын совершил преступление, что существует закон, на который нельзя закрыть глаза. А когда увидела его похудевшим, осунувшегося, вдруг в мире перестали существовать и милиция, и безжалостный прокурор. Мать поняла, насколько страшная беда приключилась с сыном, и знала теперь точно, что только она сможет его спасти.

В краевые органы

Увидев его беспомощность, она принялась все описывать в радужных красках. И милиционеры, и прокурор якобы посоветовали ей отправиться в краевые органы. Мать рассказывала и сама в это верила, что выпустить Витьку они вовсе не против, да только прав не имеют. Но там, в областном центре, есть люди, от которых все зависит. Они то Витю не оставят в беде. На прощание мать посоветовала сыну помолиться, приговаривая: «Будем со всех сторон заходить». А затем вышла из камеры и пошла, опять ничего перед собой не видя из-за слез. Она должна была спешить, и теперь точно знала, что если понадобится, пройдет все инстанции, но вызволит сына. Она отправится в краевые организации даже пешком, если нужно, но Витя ее выйдет на свободу.

Таково краткое содержание рассказа, который создал В. М. Шукшин. «Материнское сердце», анализ которого изложен был в этой статье, посвящен всепоглощающей материнской любви.

fb.ru

В. М. Шукшин, "Материнское сердце": краткое содержание. "Материнское сердце" (Шукшин): литературный анализ произведения

Рассказы Василия Шукшина – это небольшие истории из жизни простых людей. «Материнское сердце» повествует о самом сильном чувстве, на которое способен человек. Чувство это безгранично. Оно порою не знает ни логики, ни здравого смысла. В этой статье изложены анализ произведения и его краткое содержание. «Материнское сердце» Шукшин посвятил женщинам, которые способны пройти все немыслимые преграды и преодолеть всевозможные трудности ради своих детей.

Произведения этого советского писателя исключительно просты и понятны. В них изображены обычные жизненные ситуации. Глубокое понимание человеческой души, которым обладал Шукшин, делает его прозу особенно интересной для широкого круга читателей.

Краткое содержание

Материнское сердце… Шукшин о нем говорит следующее: «Оно мудрое, но если замаячила беда, мать не способна воспринимать разум, логика здесь ни при чем». Героиня рассказа, которому посвящена эта статья, готова на все ради того, чтобы спасти своего сына.

Краткое содержание рассказа Шукшина «Материнское сердце» не дает представления о силе таланта этого писателя, который с помощью простого понятного языка мог донести до читателя свое тонкое понимание человеческой души. И все же следует изложить вкратце сюжет.

Главный герой произведения, о котором идет речь, – обычный деревенский парень. Зовут его Виктор Борзенков. Однажды, отправляясь в город с целью продать сало, поскольку предстоит свадьба, он сталкивается с мелкими мошенницами. Одну из них он угощает вином недалеко от рынка и, принимая ее приглашение, следует к ней домой. Там девушка вместе со своей подругой опаивают деревенского простачка. Просыпается он уже где-то под забором. Нестерпимо болит голова, и заработанных денег, разумеется, уже нет. Но Виктор не отправляется в огорчении в родную деревню.

В гневе на городских жителей и на весь мир он снова напивается на последние деньги и устраивает драку. И в результате дебоша трое человек оказываются в больнице. Один из них милиционер. А сам Витя – в камере предварительного заключения. Вот и все краткое содержание.

Материнское сердце Шукшин, однако, воспринимал как некую силу, которой неподвластны ни законы логики, ни законы правосудия. По крайней мере, женщина, с чьим ребенком случилась беда, не считается ни с чем. Такова и мать Виктора. Она идет в милицию, к прокурору, затем собирается в более высокие инстанции. Ее цель – вызволить Витю. Она ему нужна. Только мать может спасти сына. А добрые люди непременно помогут. Эта незамысловатая история и есть краткое содержание.

Материнское сердце

Шукшин умел лаконично и емко описать душевные переживания человека. Упорство матери, которая во что бы то ни стало добивается освобождения своего сына, вызывает смешанные чувства у других персонажей рассказа. Здесь есть и жалость, и легкое раздражение. Она появляется в отделении милиции и сразу же падает на колени перед сотрудниками этого учреждения. Но когда после проникновенных, как ей кажется, просьб, ее сына все же не выпускают, она не теряется и отправляется прямо к прокурору. Неимоверное упрямство любящего человека нарисовал в своем произведении В. М. Шукшин. «Материнское сердце», краткое содержание которого представляет собой небольшой по объему текст, является рассказом чрезвычайно глубоким. Оно подталкивает на размышления. Первое, что приходит в голову: материнская любовь не похожа ни на какое иное чувство.

Эгоизм

Мать Виктора полагает, что ее сына нужно выпустить, поскольку тюрьма искалечит его судьбу. С этим сложно спорить. Но женщина не думает о том, что Виктор – преступник. В ней не просыпается сочувствие по отношению к людям, которые оказались по его вине в больнице. А ведь они тоже чьи-то сыновья. Она знает лишь одно: ее Витя - хороший сын. А то, что случилось – нелепое происшествие, из-за которого он может пострадать несправедливо.

Аргументы

Она пытается добиться помощи от милиционеров. И то, что у нее ничего не выходит, наводит ее на мысль, что они «обиделись за своего». Прокурор также не может ей помочь. И здесь она не принимает его доводов о необходимости наказывать преступника. Ее аргументы: сын был пьян, невеста не дождется его из тюрьмы и так далее. А то, что есть закон, и у каждого, даже самого страшного преступника, есть мать, она в расчет не берет.

Сила

Необыкновенной энергией обладает женщина, которая стремится помочь своему сыну. Мать Виктора не заплакала и не опустила рук. Она полна решимости и вселяет оптимизм даже в сына. Если нужно, она пойдет в краевые организации пешком. И она верит, что добрые люди ей помогут.

Любовь не поддается логике. Но разве может быть это чувство разумным, если оно настоящее? Истиной любви посвящен рассказ, который написал Василий Шукшин. «Материнское сердце», краткое содержание которого изложено в этой статье, – это произведение о самом иррациональном и сильном чувстве. О том, которое не требует взаимности и существует попреки всем нормам и законам – о материнской любви.

fb.ru

Отправить ответ

avatar
  Подписаться  
Уведомление о