Осада саладином иерусалима – Сарацинский реванш. Как Саладин взял Иерусалим

Сарацинский реванш. Как Саладин взял Иерусалим

В 1099 году Иерусалим, город обетованный, был освобождён воинами креста. Сарацины жаждали отмщения. Но дождаться его было суждено лишь их правнукам, когда вызов крестоносцам бросил султан Египта и Сирии Салах-ад-Дин, увековеченный в европейских хрониках под именем Саладина.

4 июля 1187 года мусульмане одержали безоговорочную победу над крестоносцами. У склонов Рогов Хаттин Саладин взирал на горы тел, павших в бою. Суровое восточное солнце пекло с небосклона, и от подожжённых сарацинами травы и кустарников шёл нестерпимый жар. В плен были захвачены король Ги Лузиньян и многие знатные бароны. Лишь немногим удалось спастись, укрывшись в городе Тире. Почти 200 тамплиеров и госпитальеров были убиты по приказу Саладина. Барону Рено Шатильонскому султан лично отрубил голову мечом. Вот как описывал произошедшее средневековый хронист Оттон:

«…Крест Господень, о, горе!, оказался захвачен, а христиане обращены в бегство. Король и светлейший князь Райнальд вместе с другими христианами попали в плен, и их угнали в Дамаск. Там короля и упомянутого князя обезглавили за приверженность истинной вере»

Препятствий к возвращению Святой земли более не было. Город за городом сдавались на милость Саладина. Единственной непокорной крепостью оказался Тир. Но султан решил не тратить времени и сил на его осаду, стремясь на Иерусалим. Оставшийся в тылу город стал пристанищем для беженцев из других селений, и креп день ото дня.

Обороной Иерусалима руководил рыцарь Балиан д’Ибелин. Выжив в побоище при Хаттине, он оказался, по сути, единовластным правителем королевства. Балиан прибыл в город к своей супруге – византийской принцессе Марии Комниной, находившейся там с детьми. Он сознавал, что защитить и удержать Иерусалим едва ли не удастся. Заполнившие город беженцы мало годились для сражений, запасы продовольствия таяли. Однако жители были готовы дать отпор сарацинам.

Балиан решительно взялся за дело. С благословения духовенства он пустил золотое убранство часовни Святого Гроба на переплавку и чеканку монет. Это не смущало и мирян: ведь деньги служили защите места, где умер и воскрес сам Господь.

Иерусалиму более всего недоставало опытных воинов. Балиан посвятил в рыцари 60 юношей из числа местной знати. Правда, титул не прибавил им навыков и опыта.

Саладин же не медлил, и 20 сентября его армия начала осаду священного города. Лагерь султана вначале расположился на западной стороне Иерусалима, где 88 лет назад стояло войско Раймунда Тулузского. Сарацины начали обстрел стен города, пытались идти на приступ, но им помешал… солнечный свет. Солнце слепило воинов Саладина и они отступили. Вечером бои возобновились, но вновь не дали результатов. Защитники Иерусалима отбивали атаки раз за разом 8 дней подряд.

Средневековая миниатюра, изображающая осаду Иерусалима

Саладин пошёл на хитрость. Очередной штурм начался с восходом Солнца, когда оно светило в лица христиан. Сами сарацины были экипированы лопатками, которыми подбрасывали пыль и песок в глаза врагов. Но и это не помогло – оборона Иерусалима держалась. Вдобавок христиане предпринимали ночные вылазки, срывая арабам инженерные работы.

Тогда султан сменил позицию и перебрался на северную сторону, где в стенах не было ни ворот, ни ходов для вылазок. Там были установлены камнеметательные машины, тотчас же начавшие обстрел. Саладин разделил воинов на три отряда, и те, прикрытые щитами и лучниками из арьергарда, подошли вплотную к стенам Иерусалима. За два следующих дня они подрыли стены на 15 локтей, подперли их бревнами и подожгли. Подпорки прогорели и рухнули; стены и башни на этом участке были готовы обвалиться. Христиане пали духом. На улицах Иерусалима люди устраивали процессии, стеная и взывая к милосердию Господа.

29 сентября войскам Саладина удалось проделать брешь в стенах Иерусалима. Люди Балиана заделали её, но их уже постигло осознание неминуемого конца. В стенах города созрел заговор греческих и сирийских христиан. Они с трудом переносили своё подчинение католикам, выказывая недовольство их церковными ритуалами. Греки передали Саладину, что откроют ворота Иерусалима при условии, что султан будет милосерден и освободит их. Эти планы были вовремя раскрыты, но заговор оказался предан огласке. Это окончательно сломило дух жителей Иерусалима.

«Победоносный Саладин». Гюстав Доре, XIX век

Христиане Иерусалима готовы были выйти из стен города на последний бой. Однако патриарх Ираклий увещевал отчаявшихся защитников: «На каждого человека в городе приходится до 50 женщин и детей; если же мы падём, то сарацины захватят их и не убьют, а обратят в веру Магомета, и они будут потеряны для Бога».

Балиан решил пойти на переговоры с Саладином. Однако сперва султан скептически отнёсся к предложению сдать ему город. Он уже не нуждался в капитуляции Иерусалима, будучи в состоянии взять его без каких-либо условий. К тому же, ранее он уже предлагал городу покориться и, получив отказ, дал страшную клятву: разрушить стены Иерусалима и истребить всех его жителей. Переговоры затянулись, в городе росло отчаяние. Наконец, султану было объявлено, что если нельзя сдаться ему на милость, то в противном случае он не получит ничего. Город обетованный и все мусульманские святыни в нём превратят в груду развалин и огромную могилу.

Решение Саладина исходило из планов на будущее этих земель. Он намеревался включить Палестину в состав своей державы, а, как известно, управлять благодарными подданными куда проще. Излишняя свирепость могла лишь навредить ему самому. И Саладин согласился — он даровал христианам жизнь и возможность выкупить свою свободу. Оставалось лишь договориться об умеренной плате. В итоге цена за свободу мужчины составила 10 золотых, за свободу женщины — 5 золотых, а за свободу ребенка — 1 золотой.

Балиан д’Ибелин сдаёт Иерусалим на милость победителя, султана Саладина.

Средневековая миниатюра

Саладину вручили ключи от города. Но ступить в пределы Иерусалима он решил именно 2 октября. Это число в 1187 году совпало с двадцать седьмым днём месяца Раджаб – годовщиной странствия Мухаммада, завершившегося восхождением по небесной лестнице к трону самого Аллаха.

Сарацины водрузили свои знамена на башне Давида и закрыли все врата, кроме одних. У них была выставлена стража, контролирующая выход выкупивших свою свободу. Саладин отвёл на это 40 дней, а для контроля за массовым оттоком беженцев он организовал перепись по улицам.

Но в Иерусалиме было много бедняков, и заплатить за свободу могли, конечно, не все. Балиан сумел сторговаться на тридцать тысяч золотых за свободу семи тысяч христиан. Людям было позволено взять с собой то имущество, которое они считали нужным.

Миниатюра XV века, изображающая преподнесение Саладину ключей от Иерусалима

http://www.lessingimages.com

В день исхода христиан за стены города Саладин восседал на главной площади и наблюдал за их печальным шествием. Женщины и дети рыдали, страшась неизвестности. Мужчины несли не только свои пожитки, но и раненых. Брат Саладина, Сальфедин, не выдержал этого зрелища. Он обратился с просьбой к султану подарить ему 1000 рабов за участие в битве с правом распорядиться с ними, как ему будет угодно. Саладин согласился, и новые рабы его брата получили свободу.

Следом взмолились патриарх и Балиан. После того как Ираклий освободил семь сотен бедных, а Балиан — 500, султан решил явить и свою милость. Он повелел открыть ворота и выпустить всех бедняков с условием предварительного осмотра их имущества. Обманщика, бывшего в состоянии купить себе свободу, но пожалевшего денег, ждала кара.

Табор освобождённых был огромен и неповоротлив, а потому разделился натрое. Особняком шли тамплиеры и госпитальеры, а третью группу возглавил Балиан. Обездоленные странники нуждались в защите. Однако что в Триполи, что в Тире их не приняли. Беженцев нарекли предателями, ограбили и изгнали. Некоторые нашли прибежище, вернувшись в земли мусульман, другим удалось добраться до Европы. С ними туда пришла и весть о падении Иерусалима.

Саладин не потерял голову от победы и не стал чинить грабежей и массовых убийств. Сарацины отнеслись к православным христианам Иерусалима весьма терпимо, и им было дозволено остаться. Дома тамплиеров же отмывали и орошали розовой водой, мечеть аль-Акса была освящена заново. Очевидец этих событий повествовал королю Генриху II Английскому о падении Иерусалима и о «низвержении креста Храма Господа Нашего». Крест пронесли по всему городу и били его дрекольем.

В ноябре, обосновавшись в городе, Саладин решил разделаться с Тиром. Разведчики сообщали о постоянном притоке туда сил и припасов. Опасаясь прибытия подкреплений из Европы, султан счёл дальнейшее промедление недопустимым.

Тир был окружён не только высокими стенами, но и морем. Ни обстрел из осадных орудий, ни действия сарацинских галер не дали ожидаемого результата. Саладин, зная, что обороной Тира руководит маркграф Конрад Монферратский, вызволил из темницы его отца, пленённого в Иерусалиме. Сарацины водили старика по берегу и угрожали, что станут прилюдно пытать его. Но Конрад не уступил, гордо заявив, что долг перед Богом ему дороже сыновнего. Саладин оценил по достоинству такой ответ, и сохранил Вильгельму V Старому жизнь. После двухмесячной осады султан был вынужден отступить от Тира.

Миниатюра XV века, изображающая осаду Тира

http://www.wikiwand.com

Однако Иерусалимское королевство пало. В руках крестоносцев остались лишь Тир, Триполи да крепость иоаннитов Крак де Шевалье в Сирии. В следующем, 1188 году величайшие европейские монархи эпохи, король Англии Ричард I Львиное Сердце и германский император Фридрих II Барбаросса, вновь занесли молот войны над Ближним Востоком. Так начался Третий, но не последний крестовый поход.

Клип на песню Криса де Бурга «Крестоносец»Певец Крис де Бург посвятил кануну и истории Третьего крестового похода песню «Crusader» (рус. «Крестоносец») с рефреном «Иерусалим потерян». Снятый на эту песню масштабный клип открывают кадры с пилигримом, доставившим весть о падении Иерусалима, и триумфом Саладина в захваченном городе.


Источники и литература:

  1. История средних веков в её писателях и исследованиях новейших учёных. Т. III. СПб., 1887.
  2. Мишо Г. История крестовых походов. М., 2001.
  3. Салимбене де Адам. Хроника. М., 2004.
  4. Хилленбранд К. Крестовые походы – взгляд с Востока: мусульманская перспектива. СПб., 2008.
  5. Andrea А. J. Contemporary sources for the fourth crusade. Brill. Leiden-Boston-Köln. 2000.
  6. Otto von St. Blasien. Marbacher Annalen. Ausgewählte Quellen zur deutschen Gechichte des Mittelalters. Bd. 18a. Darmstadt, 1998.

warspot.ru

Осада Иерусалима, 1187

Crusades: Siege of Jerusalem, 1187

Вслед за победой в битве при Хаттине в июле 1187, где большая часть рыцарства Иерусалимского королевства во главе с королем Ги де Лузиньяном была захвачена в плен, Саладин (Салах ад-Дин) провел успешную кампанию на христианских территориях Святой земли и захватил Акру, Наблус, Яффу, Торон, Сидон, Бейрут и Аскалон. Среди тех христианских рыцарей, которым удалось спастись в битве при Хаттине, был Балиан Ибелин (также Бальян д’Ибелен, фр. Balian d’Ibelin, ок. 1142 – 1193), который сначала бежал в Тир, единственный город который был в состоянии выстоять против Саладина. Немногим позже Балиан направился к Саладину просить у султана позволения пройти в Иерусалим, чтобы забрать оттуда свою жену Марию Комнину (вдову Амори I, короля Иерусалимского) и их детей. Саладин дал согласие на эту просьбу в обмен на клятву, что Балиан не поднимет против него оружие и пробудет в городе только один день.

По прибытии в Иерусалим, Балиан немедленно был призван королевой Сибиллой и патриархом Ираклием, которые предложили ему возглавить оборону города. Будучи обеспокоенным по поводу своей клятвы Саладину, в конечном счете Балиан поддался убеждениям патриарха Ираклия, который утверждал, что он должен остаться ради христианства и предложил освободить его от обязанностей перед предводителем мусульман. Чтобы предупредить Саладина об изменениях в его намерениях, Балиан отправил в Аскалон к султану депутацию горожан. Там их попросили начать переговоры о сдаче города. Отказавшись, они сообщили Саладину о решении Балиана и уехали.

Хотя Саладин и был возмущен решением Балиана, однако он предоставил Марии и остальной семье безопасный проезд в Триполи и даже дал им сопровождение из своих воинов. Как самый знатный барон из остававшихся в Иерусалиме, по словам историка Ибн аль-Асира, Балиан рассматривался сарацинами “более или менее равным королю”.

Ситуация в Иерусалиме была тяжелой и Балиан принялся решать стоящие перед ним задачи. Город был наполнен ежедневно прибывающими беженцами, спасающимися от Саладина. Во всем городе было только четырнадцать рыцарей.В дополнение к заготовке провианта, денег (он начал чеканить монету для выплаты жалования рыцарям и сержантам) и других запасов, он посвятил в рыцари шестьдесят оруженосцев и горожан, чтобы укрепить слабые стороны обороны.

20 сентября 1187 года, после короткой и неудачной осады Тира, Саладин со своей армией, собранной в Египте и Сирии, прибыл под стены Иерусалима. Не желая дальнейшего кровопролития, Саладин сразу же предложил провести переговоры о мирной капитуляции. Посредником выступал православный священник Юсуф Батит, однако переговоры оказались безрезультатными.

Как только переговоры закончились, Саладин начал осаду города. Первоначально его атаки были направлены на башню Давида и Дамасские ворота. Лучники непрестанно обстреливали бастионы. В течении нескольких дней воины султана штурмовали стены при помощи различных осадных машин, но крестоносцы систематически отбивали их атаки. Сарацины несли тяжелые потери, тогда как крестоносцы потеряли всего несколько человек.

После шести дней неудачных атак Саладин перенес их направленность на участок стены недалеко от Елеонской горы. На этом участке не было ворот, и люди Балиана не могли здесь делать вылазки против нападавших. В течении трех дней в стену непрестанно били при помощи требушетов, баллист и катапульт, кроме того были сделаны подкопы. 29 сентября часть стены рухнула. Ринувшись сквозь брешь, воины Саладина встретили ожесточенное сопротивление со стороны христиан. Хотя Балиан смог воспрепятствовать прорыву мусульман в город, чтобы выбить их из бреши в стене сил у него не хватало. Сарацины многократно превосходили крестоносцев числом, и вскоре осталось несколько десятков рыцарей и горстка мужчин, способных держать оружие и защищать стены.

Жители были в великом отчаянии, духовенство организовало Крестный ход, чтобы отвратить от города гнев Божий. Видя, что положение безнадежно, Балиан с посольством выехал, чтобы встретиться с Саладином. Он заявил своему противнику, что готов капитулировать на тех условиях, которые Саладин предложил в самом начале. Саладин отказался, видя, как во время их разговора его люди взобрались на стены и водрузили свои знамена. Вскоре, однако, крестоносцы их атаку отразили. Саладин уступил и согласился на мирную смену власти в городе, что предотвратит бойню, подобную той, которая произошла в 1099 году, когда Иерусалим захватили крестоносцы.

С окончанием боевых действий лидеры сторон начали торговаться о деталях капитуляции, таких как выкуп. После продолжительных переговоров Саладин согласился снизить выкуп до 10 безантов за мужчину, 5 безантов за женщину и один за ребенка. Те, кто не заплатят будут проданы в рабство. Балиан утверждал, что многие не смогут заплатить, так как в городе около 20 тысяч беженцев со всего Иерусалимского королевства. Саладин предложил освободить всех за 100 000 безантов. В конце концов, Балиану удалось выкупить 7 000 бедняков за 30 000 безантов.

2 октября 1187 года Балиан вручил Саладину ключи от Башни Давида. Было объявлено, что для уплаты выкупа назначен срок в сорок дней. В акте милосердия Саладин отпустил еще 500 христиан, его брат Ал-Адил получил в свое распоряжение 1 000 пленников и тот час их освободил. Патриарх выпросил у Саладина 700 человек. Балиан, патриарх и другие дворяне-христиане многих выкупили из своих собственных средств. Побежденные христиане покидали город тремя колонами. Первые две вели тамплиеры и госпитальеры, третью Балиан и патриарх Ираклий. Ираклию позволили увезти ряд церковных сокровищ. Балиан в конечном счете воссоединился с семьей в Триполи.

Взяв под свой контроль город, Саладин разрешил христианским паломникам посещать Иерусалим и оставил церковь Гроба Господня в руках христиан. 29 октября, еще не зная о падении города, Папа Григорий VIII в своей булле призвал к Третьему Крестовому походу. В центре внимания этого Крестового похода, который начался в 1189 году, вскоре стало возвращение Иерусалима. Его возглавили английский король Ричард I Львиное Сердце, Король Франции Филипп II Август и император Священной Римской империи Фридрих I Барбаросса.

thiswas.ru

Саладин захватывает Иерусалим. Крестовые походы. Священные войны Средневековья

Саладин захватывает Иерусалим

[215]

Святой город Иерусалим был осажден 20 сентября. Он был со всех стороны окружен неверующими, которые выпускали по нему стрелы. Стрельба сопровождалась бряцанием ужасного оружия, пронзительными звуками труб и отвратительными выкриками. Город был поднят создаваемым варварами шумом. Жители стали кричать: «Истинный Святой крест! Гроб Господа нашего! Спасите город Иерусалим и его обитателей!»

Потом началось сражение. Обе стороны бились храбро. Мы не станем перечислять все турецкие атаки, которые не прекращались в течение двух недель и совершенно измотали христиан. <…> Все это время казалось, что Господь заботится о городе. Кто может сказать, почему один человек, который был ранен, умирает, а другой спасается? Стрелы сыпались дождем, так что невозможно было высунуть из-за укрытия даже палец. Раненых было столько, что все лекари города занимались только извлечением разных метательных снарядов из тел пострадавших. Сам я был ранен в лицо стрелой, которая ударила меня в переносицу. Деревянную часть вынули, а металлический наконечник остался в моем теле до сих пор. Жители Иерусалима храбро сражались неделю, а враг в это время расположился напротив башни Давида[216].

Саладин видел, что не может добиться успеха и покорить город. Поэтому он и его помощники принялись кружить вокруг города и выискивать слабые места. Они хотели найти такое место, где можно будет установить осадные машины, не опасаясь отпора христиан, и откуда ему будет легче нападать на город. <…> На рассвете определенного дня[217] египетский царь (то есть Саладин) приказал без шума перенести лагерь. Он велел ставить палатки в Иосафатской долине, на Масличной горе (горе Олив) и на горе Радости[218], а также на других возвышенностях региона. Когда утром жители Иерусалима открыли глаза и рассеялась тьма, они увидели, что сарацины собирают палатки, словно готовятся уйти. Горожане возликовали и сказали: «Король Сирии бежит, потому что не может уничтожить город, как того хотел». Когда же стало известно истинное положение дел, радость сменилась плачем и причитаниями.

Тиран[219] сразу приказал строить машины и баллисты. Он также велел собирать ветки оливковых и других деревьев и складывать их в кучи между машинами и городом. В тот вечер он приказал армии взяться за оружие, а инженерам[220] следовать со своими железными инструментами, так чтобы раньше, чем христиане успеют опомниться, они уже все оказались под стенами города. Жесточайший из тиранов также собрал до десяти тысяч конных рыцарей с луками и копьями, чтобы блокировать горожан, если они попытаются напасть. Он поместил еще десять тысяч или даже больше людей, до зубов вооруженных луками и стрелами, под прикрытием щитов. Остальные остались с ним у машин.

Когда все было сделано, на рассвете они начали ломать угол башни и атаковать соседние стены. Лучники пускали стрелы, а те, кто был у машин, целеустремленно забрасывали город камнями.

Горожане ничего подобного не ожидали и оставили городские стены без стражи. Утомленные и измученные, они спали до самого утра, ибо, «если Господь не охранит города, напрасно бодрствует стража»[221]. Когда поднялось солнце, те, кто спал в башнях, были разбужены шумом, создаваемым варварами. Когда они увидели, что происходит, то были охвачены ужасом и страхом. Словно безумные, они стали кричать в городе: «Спешите, жители Иерусалима! Торопитесь! Помогите! Стены уже проломлены! Чужаки входят в город!» Они делали все, что могли, но им не удавалось прогнать сирийцев со стен ни копьями, стрелами и камнями, ни расплавленным свинцом и бронзой.

Турки непрерывно швыряли камни. Между стенами и внешними укреплениями они бросали камни и так называемый греческий огонь, который поджигал дерево, камни и все, чего касался. Повсеместно лучники выпускали стрелы без меры и без конца, а другие смело ломали стены.

А жители Иерусалима держали совет. Они решили, что все, у кого есть лошади и соответствующее оружие, должны выйти из города через ворота, ведущие на Иосафатскую долину. Тем самым с Божьей помощью они смогут оттеснить врага подальше от стен. Но этим планам помешали турецкие всадники, которые нанесли жителям Иерусалима решающее поражение. <…>

Халдеи[222] яростно сражались в течение нескольких дней и одержали победу. К этому времени было убито столько христиан, что стены защищали не более двадцати или тридцати человек. Во всем городе невозможно было найти человека, который осмелился бы остаться на страже ночью даже за плату в сто безантов[223]. Собственными ушами я слышал голос глашатая между стеной и внешними укреплениями, который обещал от имени владыки патриарха и городской знати, что, если найдется пятьдесят храбрых мужчин, которые добровольно вооружатся и останутся ночью охранять угол башни, который уже был сломан, они получат пять тысяч безантов. Желающих не нашлось. <…>

Тем временем к сирийскому королю были посланы легаты. Его просили смирить свой гнев и принять их в качестве послов, как он поступал с другими. Он отказался и, как утверждают, дал следующий ответ: «Я часто слышал от наших мудрецов, факихов[224], что Иерусалим может быть очищен только кровью христиан, и хочу посоветоваться с ними об этом». Так что послы вернулись ни с чем. Тогда послали других, Балиана и Ренье Неапольских[225] и Томаса Патрика, с предложением ста тысяч безантов. Саладин не принял их, и они тоже вернулись ни с чем. Их послали обратно, требуя, чтобы Саладин сказал, какого соглашения он хочет добиться. Если это возможно, жители Иерусалима согласятся, если нет – будут стоять насмерть.

Саладин держал совет, после которого изложил следующие условия для жителей Иерусалима: каждый мужчина старше десяти лет должен заплатить ему выкуп десять безантов, женщины – пять безантов, мальчики моложе семи лет – один. Тот, кто пожелает, будет освобожден после уплаты выкупа и сможет уйти и унести свои пожитки. Горожане, которые не примут этих условий, или те, у кого нет данной суммы, становились военной добычей и подлежали умерщвлению мечами. Это соглашение удовлетворило владыку патриарха и всех, у кого были деньги. <…>

В пятницу 2 октября оно было зачитано на улицах Иерусалима, так что каждый в течение сорока дней должен был позаботиться о себе и заплатить Саладину выкуп за свою свободу. Когда люди услышали эти условия, толпы людей в городе подняли крик и плач: «Горе нам, бедным людям! У нас нет золота! Что нам делать? Кто бы мог подумать, что такое зло могло быть совершено христианами?» <…>

Но, увы, руками преступных христиан Иерусалим был отдан нечестивым. Ворота были закрыты, возле них поставлена стража. Факихи и кадисы[226], исполнители греховного заблуждения, которых сарацины считали епископами и священниками[227], пришли для молитв и религиозных обрядов сначала в храм Господа нашего, который они назвали Бейтхалла[228] и в котором они совершают богослужения. Они верили, что очищают его, и нечистыми и ужасными воплями осквернили его. Они кричали грязными губами мусульманскую заповедь: «Аллах акбар!»[229]

Наши люди удерживали город Иерусалим восемьдесят девять лет. <…> Саладин очень быстро завоевал почти все Иерусалимское королевство. Он возвеличил закон Магомета и показал, что на этот раз он превзошел христианскую религию.

* * *

Захватив Иерусалим, Саладин и его войско ушли с поля боя, оставив уцелевших защитников Святой земли в Тире, единственном значительном латинском городе на Востоке[230]. Удерживать и дальше войско было невозможно, и кроме того, представлялось весьма маловероятным, что Тир со своим гарнизоном может явиться большой проблемой для нового хозяина Святой земли. Саладин мог позволить себе отложить нападение на Тир до более удобного времени.

Новость о трагедии в Святой земле быстро достигла Запада. Крах намерений западного христианства удержать в своих руках святыни Земли обетованной был очевиден, и спасти ситуацию могли только героические подвиги. 29 октября 1187 года папа Григорий VIII призвал к организации нового Крестового похода, причем это случилось даже раньше, чем он узнал о захвате Иерусалима Саладином. Папа также предписал всем верующим отказаться от мяса по пятницам на пять лет во искупление грехов, которые принесли катастрофу на Востоке.

Раньше, чем весь масштаб катастрофы стал очевиден на Западе, были сделаны попытки подключить трех великих европейских монархов к организации большой крестоносной экспедиции в Палестину. Речь шла о германском императоре Фридрихе Барбароссе, французском короле Филиппе-Августе и английском короле Генрихе II. Препятствия к совместной экспедиции этих монархов были колоссальными. Барбаросса был немолод и провел большую часть своей жизни в конфликте с папством. Филипп-Август не был энтузиастом экспедиции, и, более того, он почти постоянно находился в состоянии войны с Генрихом II. Ожидать, что французский король или его английский коллега отправятся на Восток, оставив своего соперника в Европе, вряд ли стоило. Или оба должны были отправиться на Восток, или оба остаться.

Хотя организация взаимодействия между ними в случае отъезда обоих тоже представлялась смутно.

В январе 1188 года французский и английский короли встретились в Жизоре, чтобы обсудить ситуацию. После долгих обсуждений была достигнута договоренность, которая обязывала монархов, каждого со своей армией, следовать на Святую землю вместе. Однако заключить мир между королевствами оказалось не так просто. Еще до конца года война между ними вспыхнула снова, потом, в июле 1189 года, когда война еще продолжалась, Генрих II умер. Восшествие на трон его сына Ричарда улучшило перспективы экспедиции. Последовала еще одна встреча монархов, и было достигнуто новое соглашение о Крестовом походе.

Тем временем Барбаросса организовал свою часть экспедиции, и в мае 1189 года германская армия выступила в Крестовый поход. Силы Барбароссы были велики, хорошо оснащены и отлично управляемы. Германская армия следовала наземным маршрутом через Балканы и Малую Азию на Святую землю. Если не считать нескольких незначительных инцидентов в районе Константинополя, германская армия прошла весь путь практически без трудностей. В Малой Азии германцев время от времени подгоняли турецкие солдаты, но имело место лишь одно существенное сражение – в районе Коньи 17 мая 1190 года. Люди Барбароссы одержали победу, и его армия прошла из Коньи через горы Тавр на равнины Селевкии.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

history.wikireading.ru

Осада Иерусалима (1187) Википедия

Осада Иерусалима происходила с 20 сентября по 2 октября 1187 года после поражения основных сил Иерусалимского королевства при Хаттине[1]. Завершилась капитуляцией христиан перед войсками Айюбидов на условиях выхода жителей из города за выкуп. Падение города стало поводом к началу Третьего крестового похода[2].

Предыстория

Войска Иерусалимского королевства, ослабленного внутренними распрями, были разгромлены в битве при Хаттине 4 июля 1187 года. Большинство баронов были взяты в плен, в том числе король Ги де Лузиньян. Тысячи мусульманских пленников были освобождены[3][4][5]. К середине сентября Салах ад-Дин взял Акру, Наблус, Яффу, Торон, Сидон, Бейрут и Аскалон. Те, кто пережил битву, и другие беженцы нашли пристанище в Тире — единственном городе, ещё не сдавшемся Салах ад-Дину благодаря прибытию Конрада Монферратского.

Ситуация в Иерусалиме

В Тире Балиан II Ибелин попросил Салах ад-Дина разрешить ему безопасный проход в Иерусалим, чтобы забрать свою жену Марию Комнину и семью. Салах ад-Дин удовлетворил его просьбу, при условии, что Балиан не поднимет против него оружия и будет пребывать в Иерусалиме не более одного дня. Однако по прибытии в город патриарх Ираклий Иерусалимский, королева Сибилла и остальные жители просили Балиана взять на себя ответственность по обороне города. Ираклий указал ему, что он обязан остаться ради веры, и предложил освободить его от клятвы Салах ад-Дину. Балиан согласился.

Он известил о своём решении Салах ад-Дина через депутацию горожан, которые прибыли в Аскалон и отвергли предложения о капитуляции Иерусалима. Салах ад-Дин при этом организовал сопровождение Марии Комнины и её детей в Триполи (Ливан). Поскольку Балиан Ибелин имел самое знатное происхождение и авторитет среди всех баронов, оставшихся в Иерусалиме, мусульмане, по словам летописца Ибн аль-Асира, воспринимали его «более или менее равным королю».

Балиан нашёл ситуацию в Иерусалиме плачевной. Город был наполнен беженцами, спасавшимися от мусульманской армии, и их число росло. В городе оставалось всего 14 рыцарей, поэтому он даровал рыцарские титулы 60 оруженосцам и мещанам. Балиан готовился к неизбежной осаде, запасая провиант и накапливая деньги. Собрав армию из сирийцев и египтян, Салах ад-Дин после короткой и неудачной осады Тира прибыл к стенам Иерусалима 20 сентября.

Осада

Салах ад-Дин инициировал переговоры с Балианом Ибелином, при посредничестве Юсуф Батита, одного из православных священнослужителей, которые рассчитывали получить больше привилегий, если бы город был возвращён мусульманам. Салах ад-Дин рассчитывал взять город без кровопролития и предложил щедрые условия[6], однако власти города отказались капитулировать, и осада началась.

Дамасские ворота Иерусалима.

Армия Салах ад-Дина стояла перед башней Давида и Дамасскими воротами. Сарацинские лучники не прекращали обстрел крепостных стен. Осадные башни подкатывали к стенам, но защитники не позволяли мусульманам закрепиться у стен. В течение шести дней стычки велись с незначительными результатами. Силы Салах ад-Дина несли тяжёлые потери после каждого штурма, в то время как крестоносцы потеряли всего несколько человек. 26 сентября Салах ад-Дин перевёл свой лагерь на другую часть города, к Масличной горе, где не было крупных ворот, из которых крестоносцы могли бы контратаковать. Стены были под постоянным обстрелом из катапульт, баллист, требюше и арбалетов. Часть стены удалось заминировать, и она рухнула 29 сентября. Крестоносцы не смогли заделать пролом, но и сарацины не смогли войти в город через него. Между тем Балиану удалось рекрутировать всего несколько десятков рыцарей и горстку ополченцев, способных носить оружие и защищать стены, больше желающих не было, несмотря на обещанную огромную плату.

Горожане были в отчаянии. Согласно Вильгельму Тирскому, духовенство организовало босое шествие вдоль стен, как было сделано (только снаружи) в 1099 году. На горе Голгофе женщины обрезали своим детям волосы, погружая их по подбородок в бассейны с холодной водой. Эти епитимьи были направлены на отвращение гнева Божьего от города, но «…Наш Господь не изволил услышать молитвы и шума, который был сделан в городе. Зловоние от прелюбодеяний, расточительности и греха против природы не позволило их молитвам подняться к Богу».

В конце сентября Балиан отправился к Салах ад-Дину с предложением о капитуляции города. Салах ад-Дин согласился, и стороны договорились о том, что город будет передан мусульманам мирно, чтобы не допустить резни, произошедшей в 1099 году, когда крестоносцы захватили город. Для франков Салах ад-Дин установил выкуп в 20 безантов для мужчин, 10 — для женщин и 5 для детей, но те, кто не мог заплатить, должны были быть проданы в рабство. Местные христиане и православные могли остаться в городе[7].

После возвращения Балиана Ибелина в город было решено, что 7000 бедняков будут выкуплены из казённых денег, которые прислал Генрих II Плантагенет и которые находились под охраной госпитальеров. Эти деньги были предназначены для паломничества английского короля или на нужды крестового похода, который собирался организовать король в качестве покаяния за убийство Томаса Бекета. Но король так и не прибыл в Святую Землю, а эти деньги уже однажды использовались в качестве платы наёмникам перед битвой при Хаттине.

Балиан вновь встретился с Салах ад-Дином, и султан согласился снизить выкуп до 10 безантов для мужчин, 5 — для женщин и 1 для детей. Балиан утверждал, что это всё равно слишком много для горожан, и Салах ад-Дин затребовал выкуп в 100 тысяч безантов за всех жителей. Балиан заявил, что это не реалистично, тогда лидер сарацин сказал, что не снизит сумму выкупа ниже чем до 50 000 безантов. Наконец, было решено, что Салах ад-Дин освободит 7000 жителей за 30 000 безантов. Двум женщинам или десяти детям было разрешено занять место одного мужчины по той же цене. Брат Салах ад-Дина затем отпустили ещё 3000 человек, не способных заплатить выкуп. Наконец, Салах ад-Дин сам освободил всех пожилых людей, не имевших средств[8].

Сдача Иерусалима

Балиан Ибелин сдал башню Давида 2 октября. Было объявлено, что каждый житель имеет один месяц, чтобы оплатить свой выкуп. Салах ад-Дин освободил некоторых рабов, как и его брат Сафадин. Балиан и Ираклий выкупили многих жителей за личные деньги. Беженцев выстроили в три колонны: тамплиеры и госпитальеры вели первые две, Балиан и патриарх вели третью. Балиан воссоединился с семьёй в Триполи. Согласно мусульманскому летописцу Имадуддину аль-Исфахани, Ираклий взял с собой церковные сокровища и реликвии.

Некоторые из беженцев пошли сначала в графство Триполи, которое было под контролем крестоносцев. Однако им было отказано во въезде. Другие отправились в Антиохию, Киликию, Византию и Египет. Некоторые сели на итальянские суда, направлявшиеся в Европу.

Салах ад-Дин разрешил христианские паломничества в Иерусалим и оставил в христианских руках Храм Гроба Господня. Чтобы укрепить мусульманские претензии на Иерусалим, многие святые места, в том числе храм, позже известный как мечеть Аль-Акса, ритуально омывали розовой водой. После этого Салах ад-Дин пошёл на захват ряда замков, которые всё ещё не были в его руках, — Бельвуара, Керака и Монреаля, а затем вернулся к Тиру и вновь его осадил.

Между тем архиепископ Тира Йоския, а также другие паломники и путешественники, привезли в Европу известие о катастрофическом поражении при Хаттине и захвате мусульманами остатков королевства крестоносцев к осени 1187 года. Немедленно созрели планы нового крестового похода. 29 октября папа Григорий VIII выпустил буллу Audita tremendi, ещё не зная о падении Иерусалима. В Англии и Франции была введена «десятина Саладина» для финансирования расходов на поход. Третий крестовый поход начался в 1189 году.

В массовой культуре

  • Битва при Хаттине и осада Иерусалима изображены (не очень достоверно) в историко-приключенческом фильме «Царство небесное».
  • Также битва при Хаттине и осада Иерусалима показаны в компьютерной стратегии в реальном времени «Stronghold Crusader».
  • События описываются в романе Жюльетты Бенцони “Тибо, или потерянный крест” (первая книга серии “Рыцари/Шевалье”).

Примечания

Литература

  • Amin Maalouf, The Crusades Through Arab Eyes. London, 1984.
  • «Crusades.» Encyclopædia Britannica. Encyclopædia Britannica Online. Encyclopædia Britannica, 2011. Web. 24 Oct. 2011. <http://www.britannica.com/EBchecked/topic/144695/Crusades>.
  • James A. Brundage, The Crusades: A Documentary Survey. Marquette University Press, 1962.
  • Kenneth Setton, ed. A History of the Crusades, vol. I. University of Pennsylvania Press, 1958 ([3]).
  • Peter W. Edbury, The Conquest of Jerusalem and the Third Crusade: Sources in Translation. Ashgate, 1996.
  • P. M. Holt, The Age of the Crusades: The Near East from the Eleventh Century to 1517. Longman, 1986.
  • R. C. Smail, Crusading Warfare, 1097—1193. Cambridge University Press, 1956.
  • Steven Runciman, A History of the Crusades, vol. II: The Kingdom of Jerusalem and the Frankish East, 1100—1187. Cambridge University Press, 1952.

wikiredia.ru

Осада Иерусалима (1187) — Википедия

Осада Иерусалима происходила с 20 сентября по 2 октября 1187 года после поражения основных сил Иерусалимского королевства при Хаттине[1]. Завершилась капитуляцией христиан перед войсками Айюбидов на условиях выхода жителей из города за выкуп. Падение города стало поводом к началу Третьего крестового похода[2].

Предыстория

Войска Иерусалимского королевства, ослабленного внутренними распрями, были разгромлены в битве при Хаттине 4 июля 1187 года. Большинство баронов были взяты в плен, в том числе король Ги де Лузиньян. Тысячи мусульманских пленников были освобождены[3][4][5]. К середине сентября Салах ад-Дин взял Акру, Наблус, Яффу, Торон, Сидон, Бейрут и Аскалон. Те, кто пережил битву, и другие беженцы нашли пристанище в Тире — единственном городе, ещё не сдавшемся Салах ад-Дину благодаря прибытию Конрада Монферратского.

Видео по теме

Ситуация в Иерусалиме

В Тире Балиан II Ибелин попросил Салах ад-Дина разрешить ему безопасный проход в Иерусалим, чтобы забрать свою жену Марию Комнину и семью. Салах ад-Дин удовлетворил его просьбу, при условии, что Балиан не поднимет против него оружия и будет пребывать в Иерусалиме не более одного дня. Однако по прибытии в город патриарх Ираклий Иерусалимский, королева Сибилла и остальные жители просили Балиана взять на себя ответственность по обороне города. Ираклий указал ему, что он обязан остаться ради веры, и предложил освободить его от клятвы Салах ад-Дину. Балиан согласился.

Он известил о своём решении Салах ад-Дина через депутацию горожан, которые прибыли в Аскалон и отвергли предложения о капитуляции Иерусалима. Салах ад-Дин при этом организовал сопровождение Марии Комнины и её детей в Триполи (Ливан). Поскольку Балиан Ибелин имел самое знатное происхождение и авторитет среди всех баронов, оставшихся в Иерусалиме, мусульмане, по словам летописца Ибн аль-Асира, воспринимали его «более или менее равным королю».

Балиан нашёл ситуацию в Иерусалиме плачевной. Город был наполнен беженцами, спасавшимися от мусульманской армии, и их число росло. В городе оставалось всего 14 рыцарей, поэтому он даровал рыцарские титулы 60 оруженосцам и мещанам. Балиан готовился к неизбежной осаде, запасая провиант и накапливая деньги. Собрав армию из сирийцев и египтян, Салах ад-Дин после короткой и неудачной осады Тира прибыл к стенам Иерусалима 20 сентября.

Осада

Салах ад-Дин инициировал переговоры с Балианом Ибелином, при посредничестве Юсуф Батита, одного из православных священнослужителей, которые рассчитывали получить больше привилегий, если бы город был возвращён мусульманам. Салах ад-Дин рассчитывал взять город без кровопролития и предложил щедрые условия[6], однако власти города отказались капитулировать, и осада началась.

Дамасские ворота Иерусалима.

Армия Салах ад-Дина стояла перед башней Давида и Дамасскими воротами. Сарацинские лучники не прекращали обстрел крепостных стен. Осадные башни подкатывали к стенам, но защитники не позволяли мусульманам закрепиться у стен. В течение шести дней стычки велись с незначительными результатами. Силы Салах ад-Дина несли тяжёлые потери после каждого штурма, в то время как крестоносцы потеряли всего несколько человек. 26 сентября Салах ад-Дин перевёл свой лагерь на другую часть города, к Масличной горе, где не было крупных ворот, из которых крестоносцы могли бы контратаковать. Стены были под постоянным обстрелом из катапульт, баллист, требюше и арбалетов. Часть стены удалось заминировать, и она рухнула 29 сентября. Крестоносцы не смогли заделать пролом, но и сарацины не смогли войти в город через него. Между тем Балиану удалось рекрутировать всего несколько десятков рыцарей и горстку ополченцев, способных носить оружие и защищать стены, больше желающих не было, несмотря на обещанную огромную плату.

Горожане были в отчаянии. Согласно Вильгельму Тирскому, духовенство организовало босое шествие вдоль стен, как было сделано (только снаружи) в 1099 году. На горе Голгофе женщины обрезали своим детям волосы, погружая их по подбородок в бассейны с холодной водой. Эти епитимьи были направлены на отвращение гнева Божьего от города, но «…Наш Господь не изволил услышать молитвы и шума, который был сделан в городе. Зловоние от прелюбодеяний, расточительности и греха против природы не позволило их молитвам подняться к Богу».

В конце сентября Балиан отправился к Салах ад-Дину с предложением о капитуляции города. Салах ад-Дин согласился, и стороны договорились о том, что город будет передан мусульманам мирно, чтобы не допустить резни, произошедшей в 1099 году, когда крестоносцы захватили город. Для франков Салах ад-Дин установил выкуп в 20 безантов для мужчин, 10 — для женщин и 5 для детей, но те, кто не мог заплатить, должны были быть проданы в рабство. Местные христиане и православные могли остаться в городе[7].

После возвращения Балиана Ибелина в город было решено, что 7000 бедняков будут выкуплены из казённых денег, которые прислал Генрих II Плантагенет и которые находились под охраной госпитальеров. Эти деньги были предназначены для паломничества английского короля или на нужды крестового похода, который собирался организовать король в качестве покаяния за убийство Томаса Бекета. Но король так и не прибыл в Святую Землю, а эти деньги уже однажды использовались в качестве платы наёмникам перед битвой при Хаттине.

Балиан вновь встретился с Салах ад-Дином, и султан согласился снизить выкуп до 10 безантов для мужчин, 5 — для женщин и 1 для детей. Балиан утверждал, что это всё равно слишком много для горожан, и Салах ад-Дин затребовал выкуп в 100 тысяч безантов за всех жителей. Балиан заявил, что это не реалистично, тогда лидер сарацин сказал, что не снизит сумму выкупа ниже чем до 50 000 безантов. Наконец, было решено, что Салах ад-Дин освободит 7000 жителей за 30 000 безантов. Двум женщинам или десяти детям было разрешено занять место одного мужчины по той же цене. Брат Салах ад-Дина затем отпустили ещё 3000 человек, не способных заплатить выкуп. Наконец, Салах ад-Дин сам освободил всех пожилых людей, не имевших средств[8].

Сдача Иерусалима

Балиан Ибелин сдал башню Давида 2 октября. Было объявлено, что каждый житель имеет один месяц, чтобы оплатить свой выкуп. Салах ад-Дин освободил некоторых рабов, как и его брат Сафадин. Балиан и Ираклий выкупили многих жителей за личные деньги. Беженцев выстроили в три колонны: тамплиеры и госпитальеры вели первые две, Балиан и патриарх вели третью. Балиан воссоединился с семьёй в Триполи. Согласно мусульманскому летописцу Имадуддину аль-Исфахани, Ираклий взял с собой церковные сокровища и реликвии.

Некоторые из беженцев пошли сначала в графство Триполи, которое было под контролем крестоносцев. Однако им было отказано во въезде. Другие отправились в Антиохию, Киликию, Византию и Египет. Некоторые сели на итальянские суда, направлявшиеся в Европу.

Салах ад-Дин разрешил христианские паломничества в Иерусалим и оставил в христианских руках Храм Гроба Господня. Чтобы укрепить мусульманские претензии на Иерусалим, многие святые места, в том числе храм, позже известный как мечеть Аль-Акса, ритуально омывали розовой водой. После этого Салах ад-Дин пошёл на захват ряда замков, которые всё ещё не были в его руках, — Бельвуара, Керака и Монреаля, а затем вернулся к Тиру и вновь его осадил.

Между тем архиепископ Тира Йоския, а также другие паломники и путешественники, привезли в Европу известие о катастрофическом поражении при Хаттине и захвате мусульманами остатков королевства крестоносцев к осени 1187 года. Немедленно созрели планы нового крестового похода. 29 октября папа Григорий VIII выпустил буллу Audita tremendi, ещё не зная о падении Иерусалима. В Англии и Франции была введена «десятина Саладина» для финансирования расходов на поход. Третий крестовый поход начался в 1189 году.

В массовой культуре

  • Битва при Хаттине и осада Иерусалима изображены (не очень достоверно) в историко-приключенческом фильме «Царство небесное».
  • Также битва при Хаттине и осада Иерусалима показаны в компьютерной стратегии в реальном времени «Stronghold Crusader».
  • События описываются в романе Жюльетты Бенцони “Тибо, или потерянный крест” (первая книга серии “Рыцари/Шевалье”).

Примечания

Литература

  • Amin Maalouf, The Crusades Through Arab Eyes. London, 1984.
  • «Crusades.» Encyclopædia Britannica. Encyclopædia Britannica Online. Encyclopædia Britannica, 2011. Web. 24 Oct. 2011. <http://www.britannica.com/EBchecked/topic/144695/Crusades>.
  • James A. Brundage, The Crusades: A Documentary Survey. Marquette University Press, 1962.
  • Kenneth Setton, ed. A History of the Crusades, vol. I. University of Pennsylvania Press, 1958 ([3]).
  • Peter W. Edbury, The Conquest of Jerusalem and the Third Crusade: Sources in Translation. Ashgate, 1996.
  • P. M. Holt, The Age of the Crusades: The Near East from the Eleventh Century to 1517. Longman, 1986.
  • R. C. Smail, Crusading Warfare, 1097—1193. Cambridge University Press, 1956.
  • Steven Runciman, A History of the Crusades, vol. II: The Kingdom of Jerusalem and the Frankish East, 1100—1187. Cambridge University Press, 1952.

wiki2.red

Иерусалим. Осада города Саладином – Flying Over

На этих новогодних праздниках как-то ночью Первый канал показывал “Царство небесное”. Убойный фильм, на мой взгляд. Все, наверное, смотрели? Если нет, вот вам трейлер:

С исторической точки зрения фильм не очень ценен. Зато там красочно показана осада и взятие Иерусалима Саладином в 1187 году.

На следующий день я полез в Википедию, почитать об этой осаде подробнее. И что вы думаете? Там всего три строчки! В английской есть, но мы ведь любим по русски.

На просторах интернета тоже не особо много по этому эпизоду истории  Крестовых походов. Пара внятных статей, остальное копипаст. Правда, я искал только через Гугл и не лез дальше первой страницы.

Короче говоря, я решил восполнить этот недостаток.

А так как подзаголовок моего сайта “Переводы с буржуйский сайтов”, я взялся переводить. И вот, что получилось.

Если коротко, то вот что происходило на Святой земле в 1187 году.

После смерти Балдуина IV Прокаженного и недолго царствования его малолетнего племянника (сына Сибиллы, героини фильма), корону Иерусалимского королевства получила Сибилла, сестра Прокаженного. Хотя бароны были против, она короновала своего мужа Ги де Лузиньяна. В фильме он показан моральным уродом, но на самом деле таковым не был.

Кому война, а кому мать родна(с). Не буду судить о причинах начавшейся войны. Во всяком случае явно, что Саладин хотел завладеть Иерусалимом, который крестоносцы захватили еще в 1099, и вообще выбить крестоносцев со Святой земли. Рыцари-крестоносцы тоже прибыли туда не маслины выращивать.

Крестоносцы отбывают в Святую Землю, манускрипт XV века

 

В июле 1187 года крестоносцы на совете баронов обсуждали новый крестовый поход, когда прибыло известие, что Саладин осадил город Тиверию. Армия выступила уже утром, а на следующий день произошла катастрофа при Хаттине, “разверзлись облака смерти, и померк свет в этот день скорби, страдания, горя и разрушений”. Кто не погиб, тот попал в плен, в том числе и король Ги де Лузиньян.

Спастись удалось не многим и среди улизнувших был Балиан д’Ибелин (главный герой фильма). Он быстро возвратился в Иерусалим и возглавил оборону города. Балиану в то время было около сорока пяти, он не был кузнецом и бастардом, скорее наоборот. В Иерусалиме он оказался самым знатным бароном и сарацины рассматривали его как “более или менее равным королю”. Его падчерица Изабелла была сестрой королевы Сибиллы.

Балиан д’Ибелин не крутил любовь с Сибиллой, как показано в фильме. У Балиана была жена – вдова Амори I, отца Прокаженного, и несколько детей. А Сибилла, по видимому, любила Ги де Лузиньяна. По крайней мере за его свободу она отдала город Аскалон. А роман у нее был со старшим братом Балиана Балдуином.

Балиан сдал Иерусалим Саладину 2-го октября 1187 года. Саладин за выкуп согласился даровать жителям свободу. Кто не смог заплатить отправился в рабство в Сирию и Египет. Многих бедняков выкупили из казны королевства и из личных средств.

Королева Сибилла, конечно же, не отправилась, как в фильме, с Балианом во Францию. Выкупив Ги из плена она вместе с ним, собрав отряд рыцарей, отправилась осаждать Акру, где позже к ним присоединились французский король Филипп Август, Ричард Львиное Сердце и прочие участники Третьего крестового похода. Осада Акры длилась два года и летом 1190 в лагере вспыхнула эпидемия дизентерии. Сибилла умерла в возрасте 30-ти лет, на несколько дней пережив двух своих дочерей. С ее смертью Ги лишился прав на корону.

Балиан д’Ибелин тоже никуда не уехал. Когда Ги начал осаду Акры Балиан, как нормальный крестоносец, к нему присоединился. В 1190 году на падчереце Балиана, получившей после смерти Сибиллы право на корону, женился Конрад Монферратский, благодаря которому Саладин не смог взять Тир. В 1192-м было решено, что Конрад станет королем Иерусалимского королевства. 28-го апреля того же года в Тире его убили ассасины (играли в игру?). Балиан в это время тоже находился в Тире. По одному из источников, Балиан был крестным отцом одного из двух убийц Конрада (крестным второго был сам Конрад), а другой источник подтверждает, что этот ассасин жил в тирском доме Балиана.

Балиан д’Ибелин участвовал в переговорах о перемирии Ричарда Львиное Сердце с Саладином. А арабские источники сообщают, что он был среди тех, кто приносил клятву за Ричарда при утверждении текста договора.

Последний год жизни Балиан провел как главный советник нового правителя королевства (и нового мужа его падчерицы Генриха Шампанского) в Акре, где и умер в 1193 году. Его потомки еще долгое время играли видную роль в Святой земле и занимали высокие должности.

В Википедии про эту осаду писать не буду. Они там забанили мой сайт, теперь пускай сами корпят.

Когда смотрел фильм, понял, чего мне не хватает. Более-менее нормального телека. Широкоформатного. У меня сейчас с квадратным экраном, 21″. Уже подобрал. LG 42CS560, 42″, около 16 штук.

Всем счастья и радости!

Оригинал записи и комментарии на LiveInternet.ru

googenote.livejournal.com

Саладин и падение Иерусалима | Железный век

Саладин и падение Иерусалима

Новый завоеватель Египта, Саладин, назвал себя продолжателем дела Зенги и Нуреддина. Халиф Багдадский предоставил Саладину во имя Пророка властвовать над городами, покоренными его оружием, не исключая даже и города Алеппо, где нашел себе последнее убежище Малик-Шах, слабый наследник Нуреддина. С этих пор Саладин был провозглашен султаном Дамасским и Каирским, и имя его стало упоминаться в молитвах во всех мечетях Сирии и Египта.

В конце 1178 г. Саладин, видя, что силы крестоносцев направлены против Антиохии, выступил в поход, чтобы произвести нападение на Палестину. Услыхав об этом, король Балдуин IV в сопровождении рыцарей, которых он успел собрать, поспешил отправиться в Аскалон.

Войско Саладина расположилось лагерем по соседству с этим городом. Рассчитывая на легкую победу, мусульмане рассеялись по равнине и опустошили ее до Рамлы и Лидды. Христиане Аскалона, не остались безучастными — однажды утром они вышли из города, и по морскому берегу, обошли лагерь Саладина, скрываясь за песчаными наносами, а потом напали на него врасплох.

Балдуина сопровождали только 375 всадников, но поражение мусульман было полное, и дороги покрылись их трупами и пожитками. Саладин, без всякой свиты, умчался в степь верхом на верблюде. Но эта победа, хотя и значительная, не могла, однако же, успокоить встревоженное настроение тех, кто внимательно следил за ходом дел и действительно, Саладин скоро вновь появился, с новой армией и вновь угрожал христианским городам.

Вскоре в Сирию пришел голод. Последовало перемирие с Саладином на двухлетний срок, но оно было внезапно нарушено действиями Рено Шатильонского.

Сделавшись владетелем Крака и Монреаля вследствие вступления во вторичный брак с вдовою Жоффруа Торонского, Рено Шатильонский попытался, вопреки договору, вторгнуться в неприятельские пределы около Красного моря и не побоялся выступить с оружием против священных городов Мекки (!) и Медины.

Рено Шатильонский (с шикарным прозвищем «мясник»), стал личным врагом Саладина и своими действиями, вверг королевство в войну, последствия которой были настоящей катастрофой для христианских владений Святой земли.

На беду, Балдуин IV, был к тому времени уже очень плох и, потеряв зрение, вынужденный бороться и с болезнью, и с дворцовыми интригами, согласился назначить регентом королевства Ги Люсиньяна, человека, не пользовавшегося ничьим доверием.

Между тем, могущество Саладина с каждым днем возрастало. Все князья месопотамские были в союзе с ним или платили ему дань. Однако случай победить Саладина, войска которого опустошали Галилею, все же представился.

Войско христианское, состоявшее из 1300 рыцарей и более чем 20.000 пехоты, могло бы напасть на неприятеля, расположившегося лагерем между горой Гельвуе и древним Скифополем, но Ги Люсиньянский, командовавший армией, поколебался вдруг в виду опасности или, вернее, в виду победы. Это возбудило против него общее негодование, Балдуин лишил его власти и хотел даже отнять у него графства Аскалонское и Яффское. Он передал регентство графу Триполийскому и возложил корону на голову пятилетнего ребенка, рожденного от второго брака Сибиллы с маркизом Монферратским.

Новый король вступил на престол под именем Балдуина V. В этом опасном положении Святая земля всю свою надежду возлагала на помощь Запада. Патриарх Ираклий и великие магистрыхрамовников и иоаннитов были посланы просить помощи у западных христиан. Но колеблемая смутами, Европа не могла тогда заботиться о защите Иерусалима.

Балдуин IV, умер, окруженный презренными партиями, оспаривавшими друг у друга право на верховную власть. Вскоре после того внезапно умер и Балдуин V, слабая и ненадежная опора христиан. Он оказался последним из королей, погребенных у подножия Голгофы.

Ги Люсиньянский и супруга его Сибилла были торжественно помазаны на царство во храме Святого Гроба вопреки желанию баронов. Граф Триполийский, со скорбью видя, в каких руках оказалось управление Святой землей, удалился в Тивериаду, владение, доставшееся ему через брачный союз.

Падение Иерусалимского королевства, преданного в неискусные руки, казалось неизбежным; но доблести христианской суждено было покрыть славой воспоминания о его последних днях.

1 мая 1187 г. на 7000 мусульманских всадников, двинувшихся в Галилею, напали в окрестностях Назарета 130 воинов, среди которых были рыцари-храмовники и иоанниты. Мусульманской кавалерией командовал Афдал, сын Саладина.

Защитники Креста не поколебались вступить в неравный бой. Современные летописи, наполненные воспоминаниями о подвигах этого дня, в особенности описывают славную смерть магистра храмовников. Этот непоколебимый защитник креста выдержал бой верхом на белом коне и только после невероятных, чудесных подвигов борьбы был побежден.

Сарацины приняли его за св. Георгия, который часто представлялся христианам спускающимся с неба во время их битв. В сражении, происходившем на площади, которая до сих пор существует близ селения Эль-Махед, погиб весь христианский отряд, включая великого магистра храмовников и двух его рыцарей. Через два месяца после этого предстояло совершиться еще большим несчастьям в стране Галилейской.

Саладин двинулся к Тивериаде во главе 80.000 войска. На совете в Иерусалиме решено было соединиться всем христианским силам на равнине Сефурийской. В христианской армии оказалось до 50.000 воинов. Сюда собрались все могущие владеть оружием, гарнизоны были выведены из крепостей королевства, и в городах остались только женщины, дети и старики.

Вскоре пришла весть, что Саладин занял Тивериаду и что мусульмане осаждают крепость, в которой нашла убежище жена графа Триполийского. Был собран большой совет, чтобы решить, идти ли на помощь Тивериаде. Когда все вожди высказали свои мнения, граф Раймунд, хотя и наиболее заинтересованный в этом деле, посоветовал забыть в эту минуту о Тивериаде и остаться в Сефури, где близка была вода и не имелось недостатка в продовольствии.

Он заявил, что было бы гибельным неблагоразумием завести громадное количество людей и лошадей в бесплодные пустыри, где они могут подвергнуться страданиям от голода, жажды и солнечного зноя. Раймунд предполагал, что после взятия Тивериады неприятель двинется навстречу христианам и что он потеряет много людей, проходя по пустынной и выжженной земле между Тивериадой и Сефури. В заключение он прибавил, что народ христианский, имея в изобилии продовольствие и воду, с большим успехом может сопротивляться мусульманской армии. Раймунд предпочитал потерю Тивериады потере королевства.

Мнение графа Триполийского было предусмотрительно и мудро. Но великий магистр храмовников оказался противоположного мнения. Слабость Ги Люсиньянского погубила все: был отдан приказ выступать против неприятеля.

Утром 3 июля христианская армия выступила из своего лагеря в Сефури. Граф Триполийский со своим отрядом составлял авангард, в арьергарде были король Иерусалимский, рыцари-храмовники и иоанниты. Древо Честного Креста несли избранные воины, поставленные в центре войска. Христиане подошли к селению Марескальция, в трех милях от Тивериады.

Тут встретили их стрелы сарацин, тут пришлось им испытать жажду и зной. Чтобы добраться до Галилейского озера, им нужно было проходить через тесные проходы и скалистые местности, граф Триполийский послал сказать королю, чтобы он поспешил пройти через селение не останавливаясь, чтобы успеть дойти до Галилейского озера.

Люсиньян отвечал, что он будет следовать за графом. Но вдруг мусульмане напали на арьергард и привели в смятение храмовников и иоаннитов. Король, не зная, что делать, решился остановиться, и из уст его вырвались слова: «Увы! Увы! Все для нас кончено, мы все погибли, и королевство потеряно!».

Христиане провели тут ужасную ночь — неприятель поджег равнину, покрытую сухой травой и кустарником, дым, пламя, тучи стрел, голод и жажда начали одолевать воинов Креста.

На другой день христиане решились перебраться через утесистые возвышенности, отделявшие их от озера Галилейского, но Саладин, вышедший на рассвете из Тивериады, приближался, чтобы вступить в битву с христианской армией.

Авангард графа Раймунда уже направлялся к холмам, которые сарацины начали занимать. Завидев сарацин, христианская пехота, выстроившись клином, поспешила занять вершины холмов и, таким образом, отделилась от отряда короля, который напрасно посылал к ней одного гонца за другим, призывая ее на защиту древа Животворящего Креста. Так началась битва при ХаттинеХрамовники, иоанниты и остальная часть арьергарда мужественно выдержали первый натиск мусульман, но, обессиленные наконец все возрастающим в числе неприятелем, они стали призывать короля на помощь. Король же не придумал ничего лучшего, как расставить палатки и предать себя Божьему милосердию.

Отряды, под командованием Люсиньяна, храмовников и иоаннитов, пришли в смятение и рассеялись вокруг хоругви Святого Креста. При виде такого расстройства граф Раймунд в отчаянии пробил себе путь сквозь неприятельские ряды и бежал по направлению к Триполи со своим авангардом. Отряды Саладина бурей налетели на то место, где находился Иерусалимский король. Древо Креста, которое столько раз служило путеводным знаменем латинских воинов к победе, попало во власть неприятеля, король был взят в плен, храмовники и иоанниты — перебиты или тоже уведены в плен.

Главные сцены этой ужасной битвы разыгрались на холме Хаттин, том самом, который в Евангелии известен под названием «Горы блаженства». Поле битвы представляло повсюду следы страшного кровопролития. Веревок со всех мусульманских палаток было недостаточно, чтобы связать всех забранных в плен христиан. Число пленников было так велико, что победоносные сарацины не находили для них покупателей, и одного христианского рыцаря обменяли на пару обуви.

Ги Люсиньян и главные вожди христианской армии, попавшие в руки неверных, были приведены в палатку, поставленную посреди лагеря Саладина. Султан обошелся благодушно с королем и предложил ему освежиться напитком, охлажденным снегом.

Король, отпив из чаши, предложил ее Рено Шатильонскому, находившемуся возле, но султан остановил его и сказал: «Этот изменник не должен пить в моем присутствии, так как для него у меня нет пощады». И, обращаясь к Рено, он упрекнул его в нарушении договоров и пригрозил ему смертью, если он не примет веры Пророка, которого он оскорбил.

Рено отвечал ему на это, как подобало со стороны христианского воина. Раздраженный султан ударил его мечом, и мусульманские воины, по знаку своего властелина, отрубили голову рыцарю.

На другой день Саладин, восседая на троне, повелел умертвить рыцарей храмовников и иоаннитов, заключенных в оковы. Султан помиловал только великого магистра храмовников, вероятно, ради того, что благодаря его неблагоразумным советам христианская армия предана была в руки сарацин.

Последствием этой роковой для латинских владений победы было то, что султан подчинил своей власти один за другим города Птолемаиду, Наплусу, Иерихон, Рамлу, Кесарию, Арсур, Яффу, Бейрут. Только прибрежные города Тир, Триполи и Аскалон остались во владении христиан.


Источник — Компиляция на основе книги Жозефа Мишо, «История крестовых походов», и других материалов находящихся в свободном доступе 
Выложил — Мэлфис К.

ageiron.ru

Отправить ответ

avatar
  Подписаться  
Уведомление о