Невский проспект гоголь дата написания – Краткое содержание повести «Невский проспект» Н. В. Гоголя | сочинение, анализ, биография, характеристика, тест, отзыв, статья, реферат, ГДЗ, книга, пересказ, сообщение, доклад, литература | Читать онлайн

История создания повести "Невский проспект" Гоголя |LITERATURUS: Мир русской литературы

Пирогов и блондинка.
Художник Д. Кардовский
Произведение "Невский проспект" принадлежит к числу Петербургских повестей Николая Гоголя.

В этой статье представлены интересные факты об истории создания повести "Невский проспект".

Смотрите: Все материалы по повести "Невский проспект"

История создания повести "Невский проспект" Гоголя


В течение трех лет - с 1830 по 1833 гг. - Гоголь посещал занятия в Академии художеств в качестве вольноприходящего студента.

Впечатления от этих уроков и от общения с художниками нашли отражение в повести "Невский проспект".

Об учебе в Академии художеств Гоголь рассказывал следующее:

"...после обеда в пять часов отправляюсь я в класс, в Академию художеств, где занимаюсь живописью, которую я никак не в состоянии оставить, — тем более что здесь есть все средства совершенствоваться в ней, и все они кроме труда и старания ничего не требуют. По знакомству своему с художниками, и со многими даже знаменитыми, я имею возможность пользоваться средствами и выгодами, для многих недоступными. Не говоря уже об их таланте, я не могу не восхищаться их характером и обращением; что это за люди! Узнавши их, нельзя отвязаться от них навеки, какая скромность при величайшем таланте! Об чинах и в помине нет, хотя некоторые из них статские и даже действительные советники. В классе, который посещаю я три раза в неделю, просиживаю два часа..." 
(письмо Гоголя матери, 3 июня 1830 г.)
В Петербурге Гоголь общался с такими художниками, как А. Г. Венецианов. Н. Мокрицкий, К. П. Брюллов, с вице-президентом Академии художеств графом Ф. П. Толстым, секретарем Общества поощрения художников В. И. Григоровичем.

Позднее писатель также близко сошелся с такими художниками, как А. А. Иванов (автор картины "Явление Христа народу"), Ф. А. фон Моллером, Ф. И. Иорданом и др.

Замысел "Невского проспекта" относится к 1831 г., когда Гоголь сделал несколько незаконченных набросков с описанием пейзажей Петербурга.

Работа над повестью была завершена в октябре 1834 г., а цензурное разрешение было получено 10 ноября 1834 г.

Повесть "Невский проспект" Гоголя была впервые напечатана в сборнике "Арабески. Разные сочинения Н. Гоголя" в 1835 г.

Это была история создания повести "Невский проспект" Гоголя, интересные факты об истории создании произведения.

www.literaturus.ru

Невский проспект (повесть) — Википедия. Что такое Невский проспект (повесть)

«Не́вский проспе́кт» — повесть Николая Васильевича Гоголя. Входит в цикл Петербургские повести. Написана в 1833—1834 годах.

Впервые напечатана в книге «Арабески. Разные сочинения Н. Гоголя», ч. 2-я, СПб, 1835. Замысел «Невского проспекта» относится ещё к 1831 году, когда Гоголь сделал несколько незаконченных набросков, рисующих пейзаж Петербурга.

Сохранилось два наброска: «Страшная рука. Повесть из книги под названием: лунный свет в разбитом окошке чердака» и «Фонарь умирал…». Оба наброска, относящиеся к 1831—1833 годам, связывают с замыслом «Невского проспекта»[1].

Сюжет

Повесть начинается со слов «Нет ничего лучше Невского проспекта, по крайней мере в Петербурге; для него он составляет всё». Далее следует описание того, как Невский проспект меняется с раннего утра до поздней ночи.

Два молодых человека — поручик Пирогов и художник Пискарёв — ухлёстывают вечером за гуляющими по Невскому проспекту дамами. Художник следует за брюнеткой, лелея на её счет романтическую влюблённость. Они доходят до Литейной и, поднявшись на верхний этаж ярко освещенного четырёхэтажного дома, оказываются в комнате, где находятся ещё три женщины, по виду которых Пискарев с ужасом догадывается, что попал в публичный дом. Небесный облик его избранницы никак не соотносится в его сознании ни с этим местом, ни с её глупым и пошлым разговором. Пискарёв в отчаянии выбегает на улицу. Придя домой, долго не может успокоиться, но лишь задремал, как в дверь стучит лакей в богатой ливрее и говорит, что дама, у которой он только что был, прислала за ним карету и просит немедленно быть у неё в доме. Пораженного Пискарёва привозят на бал, где среди танцующих дам всех прекраснее его избранница. Они заговаривают, но её куда-то увлекают, Пискарёв тщетно ищет её по комнатам и… просыпается у себя дома. Это был сон! Он теряет покой, желая увидеть её. Опиум позволяет ему обрести возлюбленную в своих грёзах. Однажды ему представляется его мастерская, он с палитрой в руках и она, его жена, рядом. «А почему бы нет?» — думает он, очнувшись. Пискарёв с трудом отыскивает нужный дом, и — о чудо! — именно она открывает ему дверь и мило сообщает, что, несмотря на два часа дня, только проснулась, поскольку её лишь в семь утра привезли сюда совершенно пьяной. Пискарёв говорит семнадцатилетней красавице о пучине разврата, рисует картины счастливой семейной жизни с ним, но она с презрением отказывается, она смеется над ним. Пискарёв бросается вон, где-то бродит, а вернувшись домой, запирается в комнате. Через неделю, выломав дверь, находят его с перерезанным бритвой горлом. Хоронят его на Охтинском кладбище. Пирогова нет на похоронах, поскольку и сам поручик, в свою очередь, попал в историю

[2]. Он, преследуя блондинку, попадает в квартиру некоего немца-жестянщика Шиллера, который в этот момент, будучи сильно пьян, просит пьяного же сапожника Гофмана отрезать ему сапожным ножом нос. Помешавший им в этом поручик Пирогов, наткнувшись на грубость, ретируется. Но лишь для того, чтобы, вернувшись наутро, продолжить своё любовное приключение с блондинкой, оказавшейся женой Шиллера. Он заказывает жестянщику сделать себе шпоры и, пользуясь случаем, продолжает осаду, возбуждая, впрочем, в муже ревность. В воскресенье, когда Шиллера нет дома, Пирогов является к его жене, танцует с ней, целует её, и как раз в этот момент является Шиллер с Гофманом и столяром Кунцом. Пьяные рассерженные ремесленники хватают поручика Пирогова за руки, за ноги и сотворяют над ним нечто столь грубое и невежливое, что автор не находит слов, чтобы это действие описать. Лишь черновая рукопись Гоголя, не пропущенная в этом месте цензурой, позволяет нам прервать свои догадки и узнать, что Пирогова — высекли! В бешенстве поручик вылетает из дома, суля жестянщику плети и Сибирь, по меньшей мере. Однако по дороге, зайдя в кондитерскую, съев пару пирожков и почитав газету, Пирогов охладился, а отличившись вечером у приятелей в мазурке, и вовсе успокоился
[2]
.

Примечания

wiki.sc

История создания повести Невский проспект Гоголя

На протяжении трех лет с 1830 года Гоголь ходил на занятия, которые проводились на территории Академии искусств. Там он был вольноприходящим студентом, поэтому посещал далеко не все мероприятия и занятия, а только те, которые вызывали у него неподдельный интерес. Именно посещение этих занятий отражается на произведении «Невский проспект», которое появляется в печати намного позже.

Сам Гоголь о том, как он посещал академию искусств пишет следующее. Туда он отправлялся только после пяти часов, где на протяжении долгого времени наслаждался занятиями по живописи. Ему особенно нравилось место занятий, потому что там, он мог совершенствоваться, а труда и старания для этого было больше чем достаточно. Он старается точно передать все, что ему преподают, поэтому проводит в заведении достаточно времени и радуется тому, что может приобщаться к высокому искусству.

Там он познакомился со многими учеными и деятелями искусства, которые помогали ему, он считал знакомство с ними достаточно выгодным и приятным, а также возможностью расширять свои литературные горизонты. Он с особой любовью относится к занятиям, которые он посещает с регулярностью, ведь никто не заставляет его посещать занятия, он приходит, когда у него есть потребность. Там же он общается с другими людьми, которые помогают ему создать собственный профессиональный опыт и разнообразить его тем, как окружающие люди воспринимают окружающий мир.

Вовремя обучение и общения с разными великими людьми, возможностью созерцать искусство и создавать его своими руками, в 1831 году у него появляется замысел произведения, который он начинает потихоньку развивать.

Говорят, что основой становиться несколько нарисованных картин, на которых он изображает невские пейзажи. Он завершает работу над повестью в 1834 году, при этом получает цензурное разрешение от государственных властей, которое позволяет публиковать данное произведение для широкой публики.

Впервые печатается произведение в сборнике, который получил название «Арабески». Потом оно будет опубликовано еще и в других сборниках, где будут собраны и другие произведения Гоголя.

История создания повести Невский проспект

Интересные ответы

  • Вальс - сообщение доклад

    Вальс – один из самых известных и распространённых танцев на планете. При всей своей простоте, движения, используемые в нём, невероятно элегантны. Этот танец буквально искрится романтикой и взаимным притяжением.

  • Какое значение имеют растения для животных?

    Для животных растения играют немаловажную роль.Благодаря им большинство животных пользуются кислородом который выделяют представители флоры.

  • Литературный язык Пушкина анализ особенностей

    Предтечами к окончательному формированию русского литературного языка были Радищев и Карамзин, которые являлись как бы пороками «предсказывающими» Пушкина, который в свою очередь выполнил роль мессии и завершил формирование новой литературной нормы

  • Разное
  • Математика

sochinite.ru

Невский проспект (повесть) — Википедия (с комментариями)

Ты - не раб!
Закрытый образовательный курс для детей элиты: "Истинное обустройство мира".

http://noslave.org

Материал из Википедии — свободной энциклопедии

«Не́вский проспе́кт» — повесть Николая Васильевича Гоголя. Входит в цикл Петербургские повести. Написана в 1833—1834 годах.

Впервые напечатана в книге «Арабески. Разные сочинения Н. Гоголя», ч. 2-я, СПб, 1835. Замысел «Невского проспекта» относится ещё к 1831 году, когда Гоголь сделал несколько незаконченных набросков, рисующих пейзаж Петербурга[1].

Сохранилось два наброска: «Страшная рука. Повесть из книги под названием: лунный свет в разбитом окошке чердака» и «Фонарь умирал…». Оба наброска, относящиеся к 1831—1833 годам, связывают с замыслом «Невского проспекта»[2].

Сюжет

Повесть начинается со слов «Нет ничего лучше Невского проспекта, по крайней мере в Петербурге; для него он составляет всё». Далее следует описание того, как Невский проспект меняется с раннего утра до поздней ночи.

Два молодых человека — поручик Пирогов и художник Пискарёв — ухлёстывают вечером за гуляющими по Невскому проспекту дамами. Художник следует за брюнеткой, лелея на её счет романтическую влюблённость. Они доходят до Литейной и, поднявшись на верхний этаж ярко освещенного четырёхэтажного дома, оказываются в комнате, где находятся ещё три женщины, по виду которых Пискарев с ужасом догадывается, что попал в публичный дом. Небесный облик его избранницы никак не соотносится в его сознании ни с этим местом, ни с её глупым и пошлым разговором. Пискарёв в отчаянии выбегает на улицу. Придя домой, долго не может успокоиться, но лишь задремал, как в дверь стучит лакей в богатой ливрее и говорит, что дама, у которой он только что был, прислала за ним карету и просит немедленно быть у неё в доме. Пораженного Пискарёва привозят на бал, где среди танцующих дам всех прекраснее его избранница. Они заговаривают, но её куда-то увлекают, Пискарёв тщетно ищет её по комнатам и… просыпается у себя дома. Это был сон! Он теряет покой, желая увидеть её. Опиум позволяет ему обрести возлюбленную в своих грёзах. Однажды ему представляется его мастерская, он с палитрой в руках и она, его жена, рядом. «А почему бы нет?» — думает он, очнувшись. Пискарёв с трудом отыскивает нужный дом, и — о чудо! — именно она открывает ему дверь и мило сообщает, что, несмотря на два часа дня, только проснулась, поскольку её лишь в семь утра привезли сюда совершенно пьяной. Пискарёв говорит семнадцатилетней красавице о пучине разврата, рисует картины счастливой семейной жизни с ним, но она с презрением отказывается, она смеется над ним. Пискарёв бросается вон, где-то бродит, а вернувшись домой, запирается в комнате. Через неделю, выломав дверь, находят его с перерезанным бритвой горлом. Хоронят его на Охтинском кладбище. Пирогова нет на похоронах, поскольку и сам поручик, в свою очередь, попал в историю

[3]. Он, преследуя блондинку, попадает в квартиру некоего немца-жестянщика Шиллера, который в этот момент, будучи сильно пьян, просит пьяного же сапожника Гофмана отрезать ему сапожным ножом нос. Помешавший им в этом поручик Пирогов, наткнувшись на грубость, ретируется. Но лишь для того, чтобы, вернувшись наутро, продолжить своё любовное приключение с блондинкой, оказавшейся женой Шиллера. Он заказывает жестянщику сделать себе шпоры и, пользуясь случаем, продолжает осаду, возбуждая, впрочем, в муже ревность. В воскресенье, когда Шиллера нет дома, Пирогов является к его жене, танцует с ней, целует её, и как раз в этот момент является Шиллер с Гофманом и столяром Кунцом. Пьяные рассерженные ремесленники хватают поручика Пирогова за руки, за ноги и сотворяют над ним нечто столь грубое и невежливое, что автор не находит слов, чтобы это действие описать. Лишь черновая рукопись Гоголя, не пропущенная в этом месте цензурой, позволяет нам прервать свои догадки и узнать, что Пирогова — высекли! В бешенстве поручик вылетает из дома, суля жестянщику плети и Сибирь, по меньшей мере. Однако по дороге, зайдя в кондитерскую, съев пару пирожков и почитав газету, Пирогов охладился, а отличившись вечером у приятелей в мазурке, и вовсе успокоился[3].

Напишите отзыв о статье "Невский проспект (повесть)"

Примечания

  1. //www.litportal.ru/genre8/author221/book24633.html
  2. [gogol.gatchina3000.ru/otryvki_04.htm Мелкие отрывки / Гоголь Николай Васильевич]
  3. 1 2 [lit.1september.ru/articlef.php?ID=200501412 Языковые средства изображения «города-обмана» в повести Н. В. Гоголя «Невский проспект»]

Отрывок, характеризующий Невский проспект (повесть)

Он читал и читал всё, что попадалось под руку, и читал так что, приехав домой, когда лакеи еще раздевали его, он, уже взяв книгу, читал – и от чтения переходил ко сну, и от сна к болтовне в гостиных и клубе, от болтовни к кутежу и женщинам, от кутежа опять к болтовне, чтению и вину. Пить вино для него становилось всё больше и больше физической и вместе нравственной потребностью. Несмотря на то, что доктора говорили ему, что с его корпуленцией, вино для него опасно, он очень много пил. Ему становилось вполне хорошо только тогда, когда он, сам не замечая как, опрокинув в свой большой рот несколько стаканов вина, испытывал приятную теплоту в теле, нежность ко всем своим ближним и готовность ума поверхностно отзываться на всякую мысль, не углубляясь в сущность ее. Только выпив бутылку и две вина, он смутно сознавал, что тот запутанный, страшный узел жизни, который ужасал его прежде, не так страшен, как ему казалось. С шумом в голове, болтая, слушая разговоры или читая после обеда и ужина, он беспрестанно видел этот узел, какой нибудь стороной его. Но только под влиянием вина он говорил себе: «Это ничего. Это я распутаю – вот у меня и готово объяснение. Но теперь некогда, – я после обдумаю всё это!» Но это после никогда не приходило.
Натощак, поутру, все прежние вопросы представлялись столь же неразрешимыми и страшными, и Пьер торопливо хватался за книгу и радовался, когда кто нибудь приходил к нему.
Иногда Пьер вспоминал о слышанном им рассказе о том, как на войне солдаты, находясь под выстрелами в прикрытии, когда им делать нечего, старательно изыскивают себе занятие, для того чтобы легче переносить опасность. И Пьеру все люди представлялись такими солдатами, спасающимися от жизни: кто честолюбием, кто картами, кто писанием законов, кто женщинами, кто игрушками, кто лошадьми, кто политикой, кто охотой, кто вином, кто государственными делами. «Нет ни ничтожного, ни важного, всё равно: только бы спастись от нее как умею»! думал Пьер. – «Только бы не видать ее , эту страшную ее ».

В начале зимы, князь Николай Андреич Болконский с дочерью приехали в Москву. По своему прошедшему, по своему уму и оригинальности, в особенности по ослаблению на ту пору восторга к царствованию императора Александра, и по тому анти французскому и патриотическому направлению, которое царствовало в то время в Москве, князь Николай Андреич сделался тотчас же предметом особенной почтительности москвичей и центром московской оппозиции правительству.
Князь очень постарел в этот год. В нем появились резкие признаки старости: неожиданные засыпанья, забывчивость ближайших по времени событий и памятливость к давнишним, и детское тщеславие, с которым он принимал роль главы московской оппозиции. Несмотря на то, когда старик, особенно по вечерам, выходил к чаю в своей шубке и пудренном парике, и начинал, затронутый кем нибудь, свои отрывистые рассказы о прошедшем, или еще более отрывистые и резкие суждения о настоящем, он возбуждал во всех своих гостях одинаковое чувство почтительного уважения. Для посетителей весь этот старинный дом с огромными трюмо, дореволюционной мебелью, этими лакеями в пудре, и сам прошлого века крутой и умный старик с его кроткою дочерью и хорошенькой француженкой, которые благоговели перед ним, – представлял величественно приятное зрелище. Но посетители не думали о том, что кроме этих двух трех часов, во время которых они видели хозяев, было еще 22 часа в сутки, во время которых шла тайная внутренняя жизнь дома.
В последнее время в Москве эта внутренняя жизнь сделалась очень тяжела для княжны Марьи. Она была лишена в Москве тех своих лучших радостей – бесед с божьими людьми и уединения, – которые освежали ее в Лысых Горах, и не имела никаких выгод и радостей столичной жизни. В свет она не ездила; все знали, что отец не пускает ее без себя, а сам он по нездоровью не мог ездить, и ее уже не приглашали на обеды и вечера. Надежду на замужество княжна Марья совсем оставила. Она видела ту холодность и озлобление, с которыми князь Николай Андреич принимал и спроваживал от себя молодых людей, могущих быть женихами, иногда являвшихся в их дом. Друзей у княжны Марьи не было: в этот приезд в Москву она разочаровалась в своих двух самых близких людях. М lle Bourienne, с которой она и прежде не могла быть вполне откровенна, теперь стала ей неприятна и она по некоторым причинам стала отдаляться от нее. Жюли, которая была в Москве и к которой княжна Марья писала пять лет сряду, оказалась совершенно чужою ей, когда княжна Марья вновь сошлась с нею лично. Жюли в это время, по случаю смерти братьев сделавшись одной из самых богатых невест в Москве, находилась во всем разгаре светских удовольствий. Она была окружена молодыми людьми, которые, как она думала, вдруг оценили ее достоинства. Жюли находилась в том периоде стареющейся светской барышни, которая чувствует, что наступил последний шанс замужества, и теперь или никогда должна решиться ее участь. Княжна Марья с грустной улыбкой вспоминала по четвергам, что ей теперь писать не к кому, так как Жюли, Жюли, от присутствия которой ей не было никакой радости, была здесь и виделась с нею каждую неделю. Она, как старый эмигрант, отказавшийся жениться на даме, у которой он проводил несколько лет свои вечера, жалела о том, что Жюли была здесь и ей некому писать. Княжне Марье в Москве не с кем было поговорить, некому поверить своего горя, а горя много прибавилось нового за это время. Срок возвращения князя Андрея и его женитьбы приближался, а его поручение приготовить к тому отца не только не было исполнено, но дело напротив казалось совсем испорчено, и напоминание о графине Ростовой выводило из себя старого князя, и так уже большую часть времени бывшего не в духе. Новое горе, прибавившееся в последнее время для княжны Марьи, были уроки, которые она давала шестилетнему племяннику. В своих отношениях с Николушкой она с ужасом узнавала в себе свойство раздражительности своего отца. Сколько раз она ни говорила себе, что не надо позволять себе горячиться уча племянника, почти всякий раз, как она садилась с указкой за французскую азбуку, ей так хотелось поскорее, полегче перелить из себя свое знание в ребенка, уже боявшегося, что вот вот тетя рассердится, что она при малейшем невнимании со стороны мальчика вздрагивала, торопилась, горячилась, возвышала голос, иногда дергала его за руку и ставила в угол. Поставив его в угол, она сама начинала плакать над своей злой, дурной натурой, и Николушка, подражая ей рыданьями, без позволенья выходил из угла, подходил к ней и отдергивал от лица ее мокрые руки, и утешал ее. Но более, более всего горя доставляла княжне раздражительность ее отца, всегда направленная против дочери и дошедшая в последнее время до жестокости. Ежели бы он заставлял ее все ночи класть поклоны, ежели бы он бил ее, заставлял таскать дрова и воду, – ей бы и в голову не пришло, что ее положение трудно; но этот любящий мучитель, самый жестокий от того, что он любил и за то мучил себя и ее, – умышленно умел не только оскорбить, унизить ее, но и доказать ей, что она всегда и во всем была виновата. В последнее время в нем появилась новая черта, более всего мучившая княжну Марью – это было его большее сближение с m lle Bourienne. Пришедшая ему, в первую минуту по получении известия о намерении своего сына, мысль шутка о том, что ежели Андрей женится, то и он сам женится на Bourienne, – видимо понравилась ему, и он с упорством последнее время (как казалось княжне Марье) только для того, чтобы ее оскорбить, выказывал особенную ласку к m lle Bоurienne и выказывал свое недовольство к дочери выказываньем любви к Bourienne.

wiki-org.ru

Невский проспект (повесть) Википедия

«Не́вский проспе́кт» — повесть Николая Васильевича Гоголя. Входит в цикл Петербургские повести. Написана в 1833—1834 годах.

Впервые напечатана в книге «Арабески. Разные сочинения Н. Гоголя», ч. 2-я, СПб, 1835. Замысел «Невского проспекта» относится ещё к 1831 году, когда Гоголь сделал несколько незаконченных набросков, рисующих пейзаж Петербурга.

Сохранилось два наброска: «Страшная рука. Повесть из книги под названием: лунный свет в разбитом окошке чердака» и «Фонарь умирал…». Оба наброска, относящиеся к 1831—1833 годам, связывают с замыслом «Невского проспекта»[1].

Сюжет

Повесть начинается со слов «Нет ничего лучше Невского проспекта, по крайней мере в Петербурге; для него он составляет всё». Далее следует описание того, как Невский проспект меняется с раннего утра до поздней ночи.

Два молодых человека — поручик Пирогов и художник Пискарёв — ухлёстывают вечером за гуляющими по Невскому проспекту дамами. Художник следует за брюнеткой, лелея на её счет романтическую влюблённость. Они доходят до Литейной и, поднявшись на верхний этаж ярко освещенного четырёхэтажного дома, оказываются в комнате, где находятся ещё три женщины, по виду которых Пискарев с ужасом догадывается, что попал в публичный дом. Небесный облик его избранницы никак не соотносится в его сознании ни с этим местом, ни с её глупым и пошлым разговором. Пискарёв в отчаянии выбегает на улицу. Придя домой, долго не может успокоиться, но лишь задремал, как в дверь стучит лакей в богатой ливрее и говорит, что дама, у которой он только что был, прислала за ним карету и просит немедленно быть у неё в доме. Пораженного Пискарёва привозят на бал, где среди танцующих дам всех прекраснее его избранница. Они заговаривают, но её куда-то увлекают, Пискарёв тщетно ищет её по комнатам и… просыпается у себя дома. Это был сон! Он теряет покой, желая увидеть её. Опиум позволяет ему обрести возлюбленную в своих грёзах. Однажды ему представляется его мастерская, он с палитрой в руках и она, его жена, рядом. «А почему бы нет?» — думает он, очнувшись. Пискарёв с трудом отыскивает нужный дом, и — о чудо! — именно она открывает ему дверь и мило сообщает, что, несмотря на два часа дня, только проснулась, поскольку её лишь в семь утра привезли сюда совершенно пьяной. Пискарёв говорит семнадцатилетней красавице о пучине разврата, рисует картины счастливой семейной жизни с ним, но она с презрением отказывается, она смеется над ним. Пискарёв бросается вон, где-то бродит, а вернувшись домой, запирается в комнате. Через неделю, выломав дверь, находят его с перерезанным бритвой горлом. Хоронят его на Охтинском кладбище. Пирогова нет на похоронах, поскольку и сам поручик, в свою очередь, попал в историю[2]. Он, преследуя блондинку, попадает в квартиру некоего немца-жестянщика Шиллера, который в этот момент, будучи сильно пьян, просит пьяного же сапожника Гофмана отрезать ему сапожным ножом нос. Помешавший им в этом поручик Пирогов, наткнувшись на грубость, ретируется. Но лишь для того, чтобы, вернувшись наутро, продолжить своё любовное приключение с блондинкой, оказавшейся женой Шиллера. Он заказывает жестянщику сделать себе шпоры и, пользуясь случаем, продолжает осаду, возбуждая, впрочем, в муже ревность. В воскресенье, когда Шиллера нет дома, Пирогов является к его жене, танцует с ней, целует её, и как раз в этот момент является Шиллер с Гофманом и столяром Кунцом. Пьяные рассерженные ремесленники хватают поручика Пирогова за руки, за ноги и сотворяют над ним нечто столь грубое и невежливое, что автор не находит слов, чтобы это действие описать. Лишь черновая рукопись Гоголя, не пропущенная в этом месте цензурой, позволяет нам прервать свои догадки и узнать, что Пирогова — высекли! В бешенстве поручик вылетает из дома, суля жестянщику плети и Сибирь, по меньшей мере. Однако по дороге, зайдя в кондитерскую, съев пару пирожков и почитав газету, Пирогов охладился, а отличившись вечером у приятелей в мазурке, и вовсе успокоился[2].

Примечания

wikiredia.ru

Невский проспект (повесть), сюжет

НазваниеНевский проспект
Жанрповесть
АвторНиколай Васильевич Гоголь
Язык оригиналарусский
Написан1833—1834
Публикация1835

«Невский проспект» — повесть Николая Васильевича Гоголя. Входит в цикл Петербургские повести. Написана в 1833—1834 годах.

Впервые напечатана в книге «Арабески. Разные сочинения Н. Гоголя», ч. 2-я, СПб, 1835. Замысел «Невского проспекта» относится ещё к 1831 году, когда Гоголь сделал несколько незаконченных набросков, рисующих пейзаж Петербурга.

Сохранилось два наброска: «Страшная рука. Повесть из книги под названием: лунный свет в разбитом окошке чердака» и «Фонарь умирал…». Оба наброска, относящиеся к 1831—1833 годам, связывают с замыслом «Невского проспекта».

Сюжет

Повесть начинается со слов «Нет ничего лучше Невского проспекта, по крайней мере, в Петербурге; для него он составляет всё». Далее следует описание того, как Невский проспект меняется с раннего утра до поздней ночи.

Два молодых человека — поручик Пирогов и художник Пискарёв — ухлестывают вечером за гуляющими по Невскому проспекту дамами. Художник следует за брюнеткой, лелея на её счет романтическую влюблённость. Они доходят до Литейной и, поднявшись на верхний этаж ярко освещенного четырехэтажного дома, оказываются в комнате, где находятся ещё три женщины, по виду которых Пискарев с ужасом догадывается, что попал в публичный дом. Небесный облик его избранницы никак не соотносится в его сознании ни с этим местом, ни с её глупым и пошлым разговором. Пискарёв в отчаянии выбегает на улицу. Придя домой, долго не может успокоиться, но лишь задремал, как в дверь стучит лакей в богатой ливрее и говорит, что дама, у которой он только что был, прислала за ним карету и просит немедленно быть у нее в доме. Пораженного Пискарёва привозят на бал, где среди танцующих дам всех прекраснее его избранница. Они заговаривают, но её куда-то увлекают, Пискарёв тщетно ищет её по комнатам и… просыпается у себя дома. Это был сон! Он теряет покой, желая увидеть её. Опиум позволяет ему обрести возлюбленную в своих грёзах. Однажды ему представляется его мастерская, он с палитрой в руках и она, его жена, рядом. «А почему бы нет?» — думает он, очнувшись. Пискарёв с трудом отыскивает нужный дом, и — о чудо! — именно она открывает ему дверь и мило сообщает, что, несмотря на два часа дня, только проснулась, поскольку её лишь в семь утра привезли сюда совершенно пьяной. Пискарёв говорит семнадцатилетней красавице о пучине разврата, рисует картины счастливой семейной жизни с ним, но она с презрением отказывается, она смеется над ним. Пискарёв бросается вон, где-то бродит, а вернувшись домой, запирается в комнате. Через неделю, выломав дверь, находят его с перерезанным бритвой горлом. Хоронят его на Охтинском кладбище. Пирогова нет на похоронах, поскольку и сам поручик, в свою очередь, попал в историю.

Он, преследуя блондинку, попадает в квартиру некоего немца жестянщика Шиллера, который в этот момент, будучи сильно пьян, просит пьяного же сапожника Гофмана отрезать ему сапожным ножом нос. Помешавший им в этом поручик Пирогов, наткнувшись на грубость, ретируется. Но лишь для того, чтобы, вернувшись наутро, продолжить своё любовное приключение с блондинкой, оказавшейся женой Шиллера. Он заказывает жестянщику сделать себе шпоры и, пользуясь случаем, продолжает осаду, возбуждая, впрочем, в муже ревность. В воскресенье, когда Шиллера нет дома, Пирогов является к его жене, танцует с ней, целует её, и как раз в этот момент является Шиллер с Гофманом и столяром Кунцом. Пьяные рассерженные ремесленники хватают поручика Пирогова за руки, за ноги и сотворяют над ним нечто столь грубое и невежливое, что автор не находит слов, чтобы это действие описать. Лишь черновая рукопись Гоголя, не пропущенная в этом месте цензурой, позволяет нам прервать свои догадки и узнать, что Пирогова — высекли! В бешенстве поручик вылетает из дома, суля жестянщику плети и Сибирь, по меньшей мере. Однако по дороге, зайдя в кондитерскую, съев пару пирожков и почитав газету, Пирогов охладился, а отличившись вечером у приятелей в мазурке, и вовсе успокоился.

www.cultin.ru

Невский проспект (повесть) - это... Что такое Невский проспект (повесть)?

«Невский проспект» — повесть Николая Васильевича Гоголя. Входит в цикл Петербургские повести. Написана в 1833—1834 годах.

Впервые напечатана в книге «Арабески. Разные сочинения Н. Гоголя», ч. 2-я, СПб, 1835. Замысел «Невского проспекта» относится ещё к 1831 году, когда Гоголь сделал несколько незаконченных набросков, рисующих пейзаж Петербурга[1].

Сохранилось два наброска: «Страшная рука. Повесть из книги под названием: лунный свет в разбитом окошке чердака» и «Фонарь умирал…». Оба наброска, относящиеся к 1831—1833 годам, связывают с замыслом «Невского проспекта»[2].

Сюжет

Повесть начинается со слов «Нет ничего лучше Невского проспекта, по крайней мере, в Петербурге; для него он составляет всё». Далее следует описание того, как Невский проспект меняется с раннего утра до поздней ночи.

Два молодых человека — поручик Пирогов и художник Пискарёв — ухлестывают вечером за гуляющими по Невскому проспекту дамами. Художник следует за брюнеткой, лелея на её счет романтическую влюблённость. Они доходят до Литейной и, поднявшись на верхний этаж ярко освещенного четырехэтажного дома, оказываются в комнате, где находятся ещё три женщины, по виду которых Пискарев с ужасом догадывается, что попал в публичный дом. Небесный облик его избранницы никак не соотносится в его сознании ни с этим местом, ни с её глупым и пошлым разговором. Пискарёв в отчаянии выбегает на улицу. Придя домой, долго не может успокоиться, но лишь задремал, как в дверь стучит лакей в богатой ливрее и говорит, что дама, у которой он только что был, прислала за ним карету и просит немедленно быть у нее в доме. Пораженного Пискарёва привозят на бал, где среди танцующих дам всех прекраснее его избранница. Они заговаривают, но её куда-то увлекают, Пискарёв тщетно ищет её по комнатам и… просыпается у себя дома. Это был сон! Он теряет покой, желая увидеть её. Опиум позволяет ему обрести возлюбленную в своих грёзах. Однажды ему представляется его мастерская, он с палитрой в руках и она, его жена, рядом. «А почему бы нет?» — думает он, очнувшись. Пискарёв с трудом отыскивает нужный дом, и — о чудо! — именно она открывает ему дверь и мило сообщает, что, несмотря на два часа дня, только проснулась, поскольку её лишь в семь утра привезли сюда совершенно пьяной. Пискарёв говорит семнадцатилетней красавице о пучине разврата, рисует картины счастливой семейной жизни с ним, но она с презрением отказывается, она смеется над ним. Пискарёв бросается вон, где-то бродит, а вернувшись домой, запирается в комнате. Через неделю, выломав дверь, находят его с перерезанным бритвой горлом. Хоронят его на Охтинском кладбище. Пирогова нет на похоронах, поскольку и сам поручик, в свою очередь, попал в историю[3]. дщд Он, преследуя блондинку, попадает в квартиру некоего немца жестянщика Шиллера, который в этот момент, будучи сильно пьян, просит пьяного же сапожника Гофмана отрезать ему сапожным ножом нос. Помешавший им в этом поручик Пирогов, наткнувшись на грубость, ретируется. Но лишь для того, чтобы, вернувшись наутро, продолжить своё любовное приключение с блондинкой, оказавшейся женой Шиллера. Он заказывает жестянщику сделать себе шпоры и, пользуясь случаем, продолжает осаду, возбуждая, впрочем, в муже ревность. В воскресенье, когда Шиллера нет дома, Пирогов является к его жене, танцует с ней, целует её, и как раз в этот момент является Шиллер с Гофманом и столяром Кунцом. Пьяные рассерженные ремесленники хватают поручика Пирогова за руки, за ноги и сотворяют над ним нечто столь грубое и невежливое, что автор не находит слов, чтобы это действие описать. Лишь черновая рукопись Гоголя, не пропущенная в этом месте цензурой, позволяет нам прервать свои догадки и узнать, что Пирогова — высекли! В бешенстве поручик вылетает из дома, суля жестянщику плети и Сибирь, по меньшей мере. Однако по дороге, зайдя в кондитерскую, съев пару пирожков и почитав газету, Пирогов охладился, а отличившись вечером у приятелей в мазурке, и вовсе успокоился[3].

Примечания

dic.academic.ru

Отправить ответ

avatar
  Подписаться  
Уведомление о