Дорийское завоевание – ДОРИЙСКОЕ ПЕРЕСЕЛЕНИЕ (ИЛИ ЗАВОЕВАНИЕ) — информация на портале Энциклопедия Всемирная история

Содержание

Дорийское завоевание: начало нового строя.

На рубеже XIII – XII вв. до н. э. на территорию Эллады с севера вторгаются племена завоевателей другой этнической принадлежности – дорийцы. Это вторжение, продолжавшееся до XI в. до н. э., окончательно раздавило клонившуюся к упадку ахейскую цивилизацию и крито-микенскую культуру, основанную в том числе на раннерабовладельческих отношениях. Дорийцы подчинили себе большинство прежних племен либо вытеснили их в отдельные области прежней Эллады. Именно дорийцы стали основателями новой греческой цивилизации и государственности.

Дорийские племена не составляли внутри себя ни языкового, ни национального, ни религиозного единства. Разные группы племен по-разному осваивали области прежней ахейской цивилизации, по-разному взаимодействовали с прежним населением. Это определило различные пути формирования нового общества и новых государственно-политических укладов.

Дорийцы объединялись в племена. Их ячейки составляли семьи патриархальные, находившиеся под властью главы семейства. Племена во главе с вождями группировались вокруг городов, большинство из которых было основано еще во времена ахейцев; город-поселение подразделялся, как правило, на 3 филы-племени. Ассимилируя прежнее ахейское население, дорийцы стали оседлым земледельческим обществом, приверженным городской цивилизации. Город постепенно делался религиозным центром-святилищем (прежний бог доминирующего племени признавался общим, но сохранялось почитание других, которые образовали своего рода священную иерархию во главе с Зевсом, Аполлоном или Афиной). Правил в таком городе басилей – жрец, который означал главу и патриархальной семьи, и племени. Власть его обрела священный характер: он носил особые царские знаки – скипетр, пурпурные одеяния, корону, восседал на троне, решая общие дела. Его слово становилось как бы живым законом в городе. Власть общегородского басилея наследовалась по праву старшинства в его роде, хотя гомеровские поэмы и сохранили немало фактов об оспаривании трона другими представителями племени, мужчинами.

Роды-племена оставались вполне автономными. Их вожди собирались на совет вместе с басилеем, где решались политические вопросы. Существовало и народное собрание, называвшееся в разных союзах племен по-разному (апелла, агора, экклезиа) и группировавшееся по племенам – этериям; собрание могло отменить или одобрить решения совета вождей, здесь же решались споры между этериями-племенами. Дорийское общество практически воспроизвело многие черты прежней ахейской организации, однако сформировало и важное отличие: центром политического объединения становился по-особому организованный город.

Становление полисной организации.

К рубежу IX – VIII вв. до н. э. обновившееся дорийско-эллинское общество вступило в новый этап своей истории. Повсеместно поселения отдельных племен под влиянием внешних факторов и подчиняясь тяготению общинной жизни объединяются вокруг общих центров, где складывается единая надродовая и надплеменная администрация. 3-4 (редко больше) поселения вместе с прилежащими к ним сельскими округами вливаются в единый крупный город; это явление получило название синойкизма(слияния). Так появились крупнейшие впоследствии города-государства Эллады: Спарта, Афины, Коринф и другие.

В государственно-политическом отношении на смену примитивным царствам, представлявшим только первую ступень преобразования надобщинной администрации в протогосударство, возникает правление «лучших людей», опирающееся на землевладельческую аристократию. Появление аристократической (вместо единоличной на Ближнем Востоке) формы раннего государства стало одной из самых важных исторических особенностей становления античной государственности вообще.

К VIII в. до н. э. в большинстве ранних государств Эллады социальное расслоение населения достигло высокой степени. Образовался экономически влиятельный слой земледельческой аристократии (бывшей родовой знати, старейшин, басилеев и т. д.), многие из которых сохраняли и традиции религиозно-политического влияния соплеменников. Политическое влияние знати опиралось на ее десятикратное как минимум превосходство в размерах земельных владений, на дошедшие от прежней стадии догосударственного быта привилегии в сборе налогов, на традиционные судейские полномочия. Значительная часть земледельческого населения большинства областей Эллады попала в правовую и экономическую зависимость от аристократии. Вместе с тем исторически именно аристократия стала тем активным социальным слоем, который продвинул общий процесс становления ранних государственных форм и институтов.

В этот так называемый архаический период (IX – VI вв. до н. э.)

в большинстве образующихся полисов формируются новые предгосударственные институты, выражающие новый политический уклад. Власть басилея-царя утрачивает свое значение, он остается фигурой преимущественно религиозной и судебной. Место главенствующего политического учреждения занимаетсовет знати(булэ) , где решаются основные дела полиса, ведутся переговоры с представителями других полисов, решаются военные вопросы. Рядом с советом в той или иной форме существует народное собрание, эпизодически собирающееся на рыночной площади –агоре. Для повседневной управленческой работы советы образуют особые коллегии –притании, обладающие исполнительной властью. Некоторые города меняют царей на выборныхправителей – архонтов, которые исполняют те же функции. В каждом полисе той эпохи (а само словоpolisозначало и собственно укрепленное поселение, и новуюгосударственнуюобщину) можно было найти особые здания совета (булевтерий), управления (пританей), суда (династерий) и, конечно, площадь-агору. Реально политическая организация власти в ранних полисных государствах могла быть различной: или несколько древних аристократических родов делили власть в полисе (Афины, Мегара, Милет), или аристократическое правление обретало формуколлективного царя(Коринф, Митилены). Но отсутствие правильных и признанных правом полномочий не позволяет считать власть архаического периода вполне государственной.

Аристократическое правление опиралось на безусловное экономическое давление землевладельческой знати и простую социальную структуру: родовая знать – крестьяне-землевладельцы. Однако с началом VIII в. до н. э. положение изменилось. Началась великая греческая колонизация Средиземноморья, освоение и захваты побережья Малой Азии, Италии, островов Эгейского моря, Сицилии и других. Появился мощный военный и торговый флот, растет торговля, ремесленное производство. Вместе с этим вырос и новый социальный слой – демос. Уже не только владение землей и старые привилегии определяли богатство и вес в полисе, девизом новой эпохи, по высказыванию спартиата Аристодема, стали слова «деньги делают человека». Новый социальный слой начал предъявлять серьезные претензии к всевластию аристократии и вообще к организации власти в полисах. Это породило длительную полосу исторически затяжных и порой очень острых социальных и политических конфликтов.

Выход из этих неизбежных столкновений был в новой организации власти и в реформах социально-правовых порядков. По всей Элладе VII – VI вв. до н. э. стали временем, когда на место аристократического правления приходит ранняя тирания, илиединовластие энемнетов-законодателей. Единоличное правление устанавливается или по согласию аристократии и в общих интересах полиса – так было в Локрах, Митиленах, Афинах (650 – 540 гг. до н. э.), или тирания одного становится средством борьбы демоса со старой аристократией, как в Коринфе, Мегарах (670 – 630 гг. до н. э.). Ранниетираны– это не монархи и не прежние басилеи; их власть не наследственна, лишена религиозного значения и более напоминает диктаторскую с исключительно неограниченными полномочиями. Иногда тирания удерживала несколько десятилетий наследственное преемство власти в ряде греческих городов. Выражая интересы крестьянства и демоса, правовая политика тираний была направлена против аристократии, против разрастания имущественного неравенства, против злоупотреблений, представлявшихся несправедливыми, но которые были только выражением времени. С именами первых тиранов связано и начало регулярного законодательства в греческих полисах, переустройство государственных институтов. Первым из исторически известных древних тиранов был

Залевкв Локрах (Юж. Италия), пришедший к власти в 663 г. до н. э. Он переменил государственный уклад, запретил сделки с землей, составил жесткое по санкциям собрание уголовных законов, настолько прославившееся в Элладе, что его применяли и спустя 300 лет. Примеру Залевка последовалХарондиз Катан (на Сицилии). В других греческих городах роль тиранов выполняли особые арбитры, или законодатели, избранные на 5 – 10 лет для «наведения порядка», под которым понимался возврат к старой жизни.

Тираниям удавалось достичь своих целей только временно. Социальный уклад греческих полисов неизбежно эволюционировал в направлении общества, основанного на частной или особой корпоративной собственности. Основным результатом периода тираний стало ускоренное и завершенное оформление в полисах государственной организации.

studfiles.net

ее расцвет и упадок. Дорийское завоевание.

Поиск Лекций

Микенская цивилизация — культурный период в истории Греции с XVI по XI вв. до н.э., часть крито-микенской культуры. Микенская цивилизация является также одним из самых ярких периодов истории Эгейской цивилизации. Это первая культура на территории Греции, где доминирует собственно греческое население. Микенская цивилизация входит как часть в позднеэлладский период Элладской цивилизации.

Микенская культура возникла на материковом полуострове Пелопоннес и прилегающих районах. Получила свое название по крупнейшему городу того периода на полуострове Пелопоннес — городу Микены. Другими важными полисами были тогда Афины, Тиринф, Фивы и Пилос.

Вопрос об этническом происхождении носителей микенской цивилизации долгое время оставался одним из сложнейших. И только после расшифровки линейного письма Б утвердилось мнение, что это были греки-ахейцы, на рубеже III-II тысячелетий до н. э. вторгшиеся на Балканский полуостров с севера, из района Придунайской низменности или из степей Северного Причерноморья, где они обитали первоначально.

Микенская культура многое заимствовала от минойской цивилизации, влияние которой ощущается в культовых обрядах, светской жизни, художественных памятниках. От критян микенцы научились строить суда, заимствовали фресковую живопись, водопровод и канализацию, фасоны мужской и женской одежды, некоторые виды оружия, наконец, линейное слоговое письмо.

В отличие от минойцев, культура которых достигла расцвета благодаря мирному существованию и оживленной торговле, микенцы были завоевателями.

Самыми ранними памятниками микенской культуры считаются так называемые шахтовые могилы, первые шесть из которых были открыты в 1876 году Генрихом Шлиманом в черте стен Микенской цитадели. Археологи обнаружили в них множество драгоценных вещей, сделанных из серебра, золота, слоновой кости и других материалов. Здесь были найдены украшенные резьбой диадемы, массивные золотые перстни, браслеты, серьги, золотая и серебряная посуда, великолепно изукрашенное оружие, в том числе кинжалы, мечи, панцири из листового золота, наконец, совершенно уникальные золотые маски, скрывавшие лица погребенных.

Огромные богатства, найденные в этих могилах, показывают, что микенские цари, погребенные в великолепных усыпальницах, были воинственными и свирепыми людьми, жадными до чужих богатств. Они предпринимали далекие походы по суше и по морю ради грабежа и возвращались на родину, обремененные добычей. Едва ли сопровождавшие царственных покойников в загробный мир золото и серебро попали в их руки путем мирного обмена. Более вероятно, что оно было захвачено на войне. О воинственных наклонностях властителей Микен свидетельствуют и обилие оружия в их гробницах, и изображения кровавых сцен войны и охоты, которыми украшены некоторые из найденных вещей.

В XV—XIII вв. до н. э. ахейцы завоевали Крит и Киклады, заселили многие острова в Эгейском море. Этот период считается временем расцвета микенской цивилизации.

Ахейцы сохранили не только старые критские торговые связи, но и проложили новые морские маршруты на Кавказ, Сицилию, в Северную Африку.

Греция того времени состояла из множества вполне самостоятельных, обособленных, нередко враждовавших между собой городов-государств. Но уже тогда существовала некая рано осознанная общность, проявившаяся в едином языке, единой религии, общегреческих святилищах и празднествах. На всей этой большой территории существовала единообразная культура, представленная стандартными типами жилищ и погребений. Общими были также некоторые виды керамики, глиняные культовые статуэтки, изделия из слоновой кости и т. п.

Основными центрами микенских городов-государств, как и на Крите, были дворцы, однако важным отличием их от критских является то, что они были укреплены и представляли собой цитадели. Эти грандиозные цитадели были построены из необработанных глыб, достигающих в некоторых случаях веса до 12 тонн. Впечатляют сохранившиеся до наших дней стены Микен и Тиринфа, сложенные насухо из громадных каменных глыб, так плотно пригнанных один к другому, что создавалось впечатление монолита. Особенно поражает цитадель города Тиринфа, вся оборонительная система которой была продумана с особой тщательностью для предотвращения любого вторжения.

Дворцовый центр управлял местным чиновничьим аппаратом. Крепость контролировала окрестные города, число которых могло быть более 20. Дворец одновременно являлся и промышленно-торговым центром с множеством подразделений. Здесь трудились зодчие, плотники, каменщики, корабельные мастера, механики, оружейники, мебельщики, бронзовщики, ювелиры и многие другие. Ниже всех стояли рабы (пленники). Не существовало ни денег, ни рыночной торговли. Все получали за свой труд натурой.

Государство монополизировало важнейшие отрасли ремесленного производства, установило контроль над распределением дефицитных видов сырья, всего металла, а также наложило ограничения на кузнечное ремесло.

Общественные отношения того времени с замечательною яркостью и полнотой обрисованы в так называемых гомеровских поэмах, Илиаде и Одиссее. Благодаря этим поэмам мы узнали, что в обществе микенского периода живут ещё обломки родового строя, особенно в семейных и частно-правовых отношениях; но уже сложилась городская община, и управление ею распределено между единоличным вождём, советом старейшин и народом. У ахейцев существовала экономическая зависимость иных вождей от народа, в почете были ораторы, а сила публичного слова имела большое влияние на принятие решений.

Микенское общество далеко не однородно по своему составу: в нём различаются люди знатные и простые, кроме свободных есть рабы; в среде свободных наблюдаются различия по роду занятий и состоянию; взаимные отношения между господами и рабами носят на себе печать патриархальной близости и простоты; в отношениях мужчины и женщины замечается больше равноправности, чем это было в более позднее историческое время.

Рост могущества отдельных городов микенской цивилизации привел к неизбежным столкновениям за захват территорий и богатств. XVI - XIII вв. до н. э. - период активно передела внутренних границ. Около I235 г. до н. э. начинается Троянская война, длившаяся 10 лет.

В течение XIV - XIII вв. до н. э. микенские дворцовые царства переживали наивысший подъем. Успешно совмещая занятия торговлей с пиратством, ахейцы вскоре стали одной из самых заметных политических сил Восточного Средиземноморья.

Однако последние десятилетия XIII века до н. э. были тревожными и неспокойными. Во многих местах спешно восстанавливаются старые и возводятся новые укрепления. По всей вероятности, это было связано с вторжением дорийских племен. Микенская цивилизация не выдержала натиска варваров и исчезла безвозвратно.

Дорийское завоевание

На рубеже XIII – XII вв. до н. э. на территорию Эллады с севера вторгаются племена завоевателей другой этнической принадлежности – дорийцы. Это вторжение, продолжавшееся до XI в. до н. э., окончательно раздавило клонившуюся к упадку ахейскую цивилизацию и крито-микенскую культуру, основанную в том числе на раннерабовладельческих отношениях. Дорийцы подчинили себе большинство прежних племен либо вытеснили их в отдельные области прежней Эллады. Именно дорийцы стали основателями новой греческой цивилизации и государственности.

Дорийские племена не составляли внутри себя ни языкового, ни национального, ни религиозного единства. Разные группы племен по-разному осваивали области прежней ахейской цивилизации, по-разному взаимодействовали с прежним населением. Это определило различные пути формирования нового общества и новых государственно-политических укладов.

Дорийцы объединялись в племена. Их ячейки составляли семьи патриархальные, находившиеся под властью главы семейства. Племена во главе с вождями группировались вокруг городов, большинство из которых было основано еще во времена ахейцев; город-поселение подразделялся, как правило, на 3 филы-племени. Ассимилируя прежнее ахейское население, дорийцы стали оседлым земледельческим обществом, приверженным городской цивилизации. Город постепенно делался религиозным центром-святилищем (прежний бог доминирующего племени признавался общим, но сохранялось почитание других, которые образовали своего рода священную иерархию во главе с Зевсом, Аполлоном или Афиной). Правил в таком городе басилей – жрец, который означал главу и патриархальной семьи, и племени. Власть его обрела священный характер: он носил особые царские знаки – скипетр, пурпурные одеяния, корону, восседал на троне, решая общие дела. Его слово становилось как бы живым законом в городе. Власть общегородского басилея наследовалась по праву старшинства в его роде, хотя гомеровские поэмы и сохранили немало фактов об оспаривании трона другими представителями племени, мужчинами.

Роды-племена оставались вполне автономными. Их вожди собирались на совет вместе с басилеем, где решались политические вопросы. Существовало и народное собрание, называвшееся в разных союзах племен по-разному (апелла, агора, экклезиа) и группировавшееся по племенам – этериям; собрание могло отменить или одобрить решения совета вождей, здесь же решались споры между этериями-племенами. Дорийское общество практически воспроизвело многие черты прежней ахейской организации, однако сформировало и важное отличие: центром политического объединения становился по-особому организованный город.


Рекомендуемые страницы:



poisk-ru.ru

ДОРИЙСКОЕ ПЕРЕСЕЛЕНИЕ (ИЛИ ЗАВОЕВАНИЕ) — информация на портале Энциклопедия Всемирная история

Период греческой истории в конце II тыс. до н.э.

Оно протекало в рамках более глобального процесса движения племен и народов, которые пришли с севера и затопили древний мир в конце бронзового века (XIII–XII вв. до н.э.). Их проникновение в цивилизованные страны Средиземноморья вызвало катастрофу и привело к гибели блестящий крито-микенский мир. Таким образом, дорийское нашествие – лишь часть той сложной мозаики, которая перекроила и по-новому перемешала страны и народы в конце II-го тыс. до н.э. В этом отношении приход дорийцев нельзя считать чисто греческим феноменом. Детально реконструировать процесс переселения дорийцев в Пелопоннес и на Крит невозможно. В современной науке подчас оспаривается даже сама возможность такого переселения, но чаще споры ведутся вокруг его характера.

Вопреки античной традиции, для которой переселение дорийцев – это бесспорно военная кампания, выдвигалась теория, согласно которой дорийцы появились на территории Пелопоннеса спустя столетие после гибели микенской цивилизации и заняли давно уже пустующие земли. В этой теории момент завоевания вовсе отсутствовал. Было лишь «медленное просачивание» отдельных дорийских племен на новые земли. Теория эта основывалась исключительно на данных археологии. Дело в том, что микенские дворцы погибают в конце XIII – начале XII в. до н.э., а древнейшая раннегеометрическая керамика дорийцев относится уже к XI в. до н.э. «Все это лишает дорийское переселение хронологической определенности и заставляет прийти к выводу, что переселение это не являлось единовременным нашествием вражеского племени, а представляло собой длительное движение, продолжавшееся с некоторыми интервалами… Приход дорийцев и упадок микенской культуры не стоят в прямой причинно-следственной связи…, хотя, конечно, дорийцы ускорили угасание микенской цивилизации» (А.И. Зайков. С. 21).

В предании самое древнее упоминание о дорийском переселении встречается у Тиртея (Tyrt., fr. 2 Diehl3). Он говорит о нем очень кратко как о событии, всем хорошо известном. Античная традиция считала всех дорийцев выходцами из маленькой горной области, расположенной в средней Греции, – Дориды. Спартанцы всегда чтили Дориду как свою метрополию. В исторический период все дорийцы, населявшие Пелопоннес, Крит, Великую Грецию, сохраняли представление о каком-то родственном отношении между собой.

Они говорили на дорийском диалекте, правда, имевшем свои особенности в каждом полисе. У большинства из них засвидетельствовано деление на три дорийские филы — динамов, памфилов и гиллеев. Античная традиция обычно говорит о дорийском переселении как о возвращении Гераклидов, которые возглавили поход дорийцев в Пелопоннес, где они завоевали Мессению, Арголиду и Лаконию. Самым могущественным дорийским государством на территории Пелопоннеса стала Спарта, которая сперва захватила всю Лаконию (XI–IX вв. до н.э.), а позже, в ходе Мессенских войн (VIII и VII вв. до н.э.), – Мессению, став самым обширным (по своей территории) дорийским государством.

Исторические источники:

Страбон. География, VIII кн.;

Павсаний. Описание Эллады, III кн. 

Автор статьи: Л.Г. Печатнова

w.histrf.ru

начало нового строя. Всеобщая история государства и права. Том 1

Дорийское завоевание: начало нового строя

На рубеже XIII–XII вв. до н. э. на территорию Эллады с севера вторгаются племена завоевателей другой этнической принадлежности — дорийцы. Это вторжение, продолжавшееся до XI в. до н. э., окончательно раздавило клонившуюся к упадку ахейскую цивилизацию и крито-микенскую культуру, основанную в том числе на раннерабовладельческих отношениях. Дорийцы подчинили себе большинство прежних племен либо вытеснили их в отдельные области прежней Эллады. Именно дорийцы стали основателями новой греческой цивилизации и государственности.

Дорийские племена не составляли внутри себя ни языкового, ни национального, ни религиозного единства. Разные группы племен по-разному осваивали области прежней ахейской цивилизации, по-разному взаимодействовали с прежним населением. Это определило различные пути формирования нового общества и новых государственно-политических укладов.

Дорийцы объединялись в племена. Их ячейки составляли семьи патриархальные, находившиеся под властью главы семейства. Племена во главе с вождями группировались вокруг городов, большинство из которых было основано еще во времена ахейцев; город-поселение подразделялся, как правило, на 3 филы-племени. Ассимилируя прежнее ахейское население, дорийцы стали оседлым земледельческим обществом, приверженным городской цивилизации. Город постепенно делался религиозным центром-святилищем (прежний бог доминирующего племени признавался общим, но сохранялось почитание других, которые образовали своего рода священную иерархию во главе с Зевсом, Аполлоном или Афиной). Правил в таком городе басилей — жрец, который означал главу и патриархальной семьи, и племени. Власть его обрела священный характер: он носил особые царские знаки — скипетр, пурпурные одеяния, корону, восседал на троне, решая общие дела. Его слово становилось как бы живым законом в городе. Власть общегородского басилея наследовалась по праву старшинства в его роде, хотя гомеровские поэмы и сохранили немало фактов об оспаривании трона другими представителями племени, мужчинами.

Роды-племена оставались вполне автономными. Их вожди собирались на совет вместе с басилеем, где решались политические вопросы. Существовало и народное собрание, называвшееся в разных союзах племен по-разному (апелла, агора, экклезиа) и группировавшееся по племенам — этериям; собрание могло отменить или одобрить решения совета вождей, здесь же решались споры между этериями-племенами. Дорийское общество практически воспроизвело многие черты прежней ахейской организации, однако сформировало и важное отличие: центром политического объединения становился по-особому организованный город.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

history.wikireading.ru

Дорийское вторжение — Циклопедия

Дорийцы (Doric) населяли юг Греции и южные острова Эгейского моря.

Дорийское вторжение (katienai, katerchesthai, Δωριέων στόλος) — завоевание Пелопоннеса дорийцами.

[править] Общие сведения

Древнейшая раннегеометрическая керамика дорийцев относится к XI в. до н. э. Вероятно, в близкое к этому времени и произошло завоевание Греции дорийцами. Фукидид указывает 1104 г. до н. э. как дату дорийского завоевания:

Так, на шестидесятом году по взятии Илиона нынешние беотяне, вытесненные фессалийцами из Арны, заселили теперешнюю Беотию, прежде именовавшуюся Кадмейской землей (впрочем, отряд беотян и раньше еще жил в этой области; часть их и отправилась в поход на Илион). На восьмидесятом году доряне вместе с Гераклидами овладели Пелопоннесом[1].

Другие датируют это событие около 1300 г. до н. э. — 1200 г. до н. э.

Дорийцами был разрушен ахейский город Пилос (Мессения).

Завоёванные аборигены — ахейцы были частью перебиты, частью порабощены, а некоторые убежали в другие области Греции, например, в Афины.

Неизвестно, кем были дорийцы и откуда они пришли. Разночтение в греческих преданиях говорит о том, что даже сами древние греки не знали, откуда пришли дорийцы, но так как они заселили именно южную приморскую часть Греции и острова трудно поверить, что они пришли с севера.

Многие полагают, что дорийцы вторглись в Грецию откуда-то с севера, с Балканского полуострова, в частности из Македонии. По другой версии, дорийцы происходили из области Дорис (Дориды), недалеко от Пелопоннеса.

Родоначальником Дора, предка дорийцев, считался Эллин. Таким образом, существует версия, что дорийцы были чужеземными завоевателями, либо наоборот, природными греками, одним из греческих племён.

Однако, мнение о северном происхождение дорийцев не на чём не основано, а скорее легче предположить, что они пришли с юга, и вторглись в Грецию с моря.

Например, Гомер не упоминал дорийцев в Пелопоннесе, а указывал, что три их племени живут на Крите:

Есть такая страна посреди винно-цветного моря,
Крит прекрасный, богатый, волнами отовсюду омытый.
В нем городов — девяносто, а людям, так нету и счета.
Разных смесь языков. Обитает там племя ахейцев,
Этеокритов отважных, кидонских мужей; разделенных
На три колена дорийцев; пеласгов божественных племя[2].

Любопытно, что рядом с дорийцами упомянуты и пеласги — одно из народов моря, более известные как филистимляне. И дорийцы, и пеласги не были аборигенами Крита, так как рядом упомянуты собственно «настоящие» критяне (этеокриты). Следовательно, во времена Гомера (или в эпоху, которую он описывал), пеласги и дорийцы на Крите считались пришлым народом.

Согласно греческим мифам, Дор, родоначальник дорийцев, был отцом Тектама, который переселился на Крит, где стал царём, а его сын Астерион женился на Европе[3][4].

Так как Европа была финикийской принцессой, этот миф возможно указывает на финикийскую колонизацию Крита.

Связь с финикийцами подтверждается и тем, что дорийцы возводили свой род к Гераклу, который имел близкие черты с финикийским Мелькартом, а кроме того, как указывают, сам этот культ происходит из Беотии, области, где финикийцы основали колонию Фивы:

Геракл — вовсе не дорийское, а беотийское божество, культ которого лишь после колонизации Малой Азии распространился в соседних с Беотией областях[5].

Некоторые полагают, что с дорийцами связано названия города Дор, Финикия, ныне государство Израиль (слово дор דוֹר означает род, поколение, обитание, место бытия человека, местожительство, потомство, есть и имя Дор, имеются также и созвучные имена Дора, Дорит דורה ,דורית).

В эпоху народов моря в Доре проживали некие чекеры (ср. Колено Иссахара), которые, возможно, обосновались и на Крите, как и финикийцы. На это указывает созвучный чекерам город Zakro на Крите[6].

Финикийцы обосновавшиеся на островах Эгейского моря в давние времена совершали нападения на материковую Грецию:

Ничуть не меньше занимались разбоем и островитяне, именно карийцы и финикяне, заселившие большинство островов[7].

Им удалось завладеть, как указано выше, Фивами, но возможно, что на Фивах дело не ограничилось. Так, Диодор Сицилийский, называет вместе с финикийцем Кадмом и Даная (то есть данайцев — это племя упоминается египтянами в числе народов моря, ср. колено Дана; Данай же был выходцем из Египта, покорившим Аргос), как евреев, которые из Египта переселились в Грецию:

Самые выдающиеся и деятельные из них объединились и отправились в Элладу и в какие-то еще страны следом за прославленными предводителями, среди которых Данай и Кадм считались самыми знаменитыми. Но большинство народа отправилось в изгнание в землю, называемую ныне Иудеей[8].

Эта небольшая группа морских разбойников, видимо сначала (неизвестно откуда) вторглась в Египет, затем обосновалась в Ханаане, а позже на Крите, и наконец, завоевала Пелопоннес.

Дорийцы изначально не были племенем или народом, — это был небольшой — всего 2 тысячи воинов — отряд, который сумел завоевать часть Греции, в том числе Пелопоннес:

Обдумывая и размышляя об этом, они не только вспомнят при чтении твоей речи о древних подвигах, за которые ты воздал хвалу их предкам, но часто будут беседовать о них друг с другом; и прежде всего о том, что спартанцы совершили в те времена, когда были еще дорийским племенем. Когда они убедились, что их города лишены славы, незначительны и во многом испытывают нужду, они оставили их и выступили походом против самых могущественных городов Пелопоннеса — Аргоса, Лакедемона и Мессены. Одержав победу, они изгнали побежденных из городов и из страны. Захватив тогда все их владения, они удерживают их еще и ныне. Для того времени невозможно показать подвиг, более значительный и более достойный удивления, и деяние, более успешное и более угодное богам. Оно избавило тех, кто его осуществил, от бедности, которую они терпели у себя на родине, и сделало их хозяевами чужого богатства. Этот подвиг спартанцы совершили во время совместного похода всех дорийцев. Но, поделив страну с аргосцами и мессенцами, они устроились в Спарте по собственному усмотрению. При тех обстоятельствах спартанцы были настолько разумны — ты и сам это утверждаешь, что, хотя их было не более двух тысяч, они сочли для себя достойным сохранить жизнь только в том случае, если смогут стать господами всех пелопоннесских городов. Руководствуясь этим замыслом, спартанцы начали войну и, несмотря на многие бедствия и опасности, не отступили до тех пор, пока не подчинили себе все эти города за исключением Аргоса. Но хотя они имели уже необычайно обширные земельные владения, располагали величайшим могуществом и такой славой, которая подобает людям, совершившим столь великие подвиги, они ничуть не меньше гордились своей прекрасной репутацией, которая присуща только им одним из всех эллинов. И действительно, спартанцы могут утверждать, что только они, несмотря на свою малочисленность, никогда не были в подчинении ни у одного города с большим населением и не исполняли чужих приказов, но всегда сохраняли свою независимость. Более того, во время войны с варварами они возглавили всех эллинов. Этой чести спартанцы удостоились не без оснований: они выдержали много больше сражений, чем все их современники, ни одного из них не проиграли под предводительством царя, но во всех одержали победу[9].

Здесь дорийцы, ввиду их малочисленности, быстро ассимилировались в местном ахейском населении, став греками. Тем не менее, у них оставались смутные воспоминания о родстве с финикийцами[10] и евреями[11]. Сами же евреи считали Пелопоннес, Аргос, Коринф и Беотию «колониями Иерусалима»[12].

Дорийцы рас­се­ли­лись на Пе­ло­пон­не­се, на южных ост­ро­вах Эгей­ско­го моря (Крит, Родос, Фе­ра, Ме­лос, Кос и другие — бывшие колонии финикийцев), в юго-западной час­ти Ма­лой Азии.

Как могли 2 тысячи дорийцев захватить довольно крупный полуостров Пелопоннес, не говоря о других частях Греции? Вероятно, местным жителям было трудно отражать неожиданные нападения с моря, а кроме того, дорийцы уже владели техникой плавки железной руды, ещё неизвестной ахейцам[13]. К тому же, это завоевание шло постепенно[14].

Базой для нападения на Грецию очевидно был Крит, с которым оказываются связаны как Кадм и чекеры (жители израильского Дора), так и дорийцы:

В связи с прочтением в документах критского линейного письма А личного имени Ka-du-ma-? вопрос о вероятном приходе в Беотию знаменитого героя Кадма с его "финикийцами" с минойского Крита теперь может быть решен положительно. Античные авторы в один голос говорят о том, что Кадм, брат критской царицы Европы, явился с многочисленными спутниками в Беотию, воцарился в основанной им Кадмее, будущих Фивах, и сделался родоначальником династии фиванских царей (Herod. II. 49; V. 59; Eurip. Phoen. 638 sq.; Isocr. Orat. X. 68; XII. 80; Apoll. Rhod. III. 1178 sq.; Apollod. III. 1. 1; 4. 1-2; Diod. IV. 2. 1; V. 49. 2; Strab. VII. 7. 1; IX. 2. 3; Ovid. Met. III. 7-131; Paus. IX. 5. 1-2; 12. 1; и др.). Один из его отдаленных потомков носит минойское имя Европ (Paus. III. 15. 8). Жена Кадма, Гармония, как и ее супруг, тесно связана по своему происхождению с Критом: она считалась сестрой критских героев Дардана и Ясиона (Diod. V. 48. 2; Schol. Apoll. Rhod. I. 916)[15].

Библия сохранила смутные предания о том, что когда-то «сыны Иуды и сыны Иерусалима», через финикийские Тир и Сидон отправлялись к «сынам Еллинов», из страны которых, как обещает пророк Иоэль, Бог вернёт евреев в Эрец-Исраэль[16], следовательно, во время Иоэля в Греции уже существовали поселения евреев, связанные с финикийцами.

Таким образом, имеется два варианта развития событий:

  1. Дорийцы были либо автохтонами Греции либо Балканского полуострова. В этом случае, непонятно, какое у них может быть родство с финикийцами и евреями, неясно, почему они жили при Гомере на Крите и т. д. В этом случае, завоевание Греции происходило сушей, в ходе сухопутных переселений. Жестокость дорийцев к покорённым грекам непонятна, если считать, что дорийцы были сами изначально греками.
  2. Дорийцы были морским народом, связанным с финикийцами, может быть с Дором. Опираясь на базы на островах Эгейского моря (Кифера, Крит и т. д.) они вторглись с моря в Пелопоннес, где их первой колонией может быть стал Гитион. Откуда они продвинулись дальше вглубь материка (Фукидид, перед словами о финикийском пиратстве говорит, что из-за нападений с моря греки оставляли побережье[17]).

Второй вариант представляется более правдоподобным, так как выходцы с Балканского полуострова не могли раньше чем в Греции обосноваться на Крите. Само по себе их поселение на Крите говорит о том, что дорийцы были морским народом. Вероятно, в эпоху ранней финикийской колонизации произошло обширное вторжение в Грецию финикийцев, которые сумели обосноваться на островах и части материковой территории Греции. Среди них могли быть и дорийцы, само название которых, возможно, образовано от (их метрополии?) финикийского города Дор.

Это завоевание должно объяснить сильное финикийское влияние на греков, наиболее известным примером чему является заимствование греками финикийского алфавита. Греческие авторы прямо связывали появление в Греции алфавита с финикийской экспансией:

В те времена Данай вместе с дочерями бежал из Египта и, прибыв на Родос в Линд, был принят там местными жителями. Он воздвиг святилище в честь богини Афины и посвятил ей статую. Из дочерей Даная трое умерли от свирепствовавшего в Линде мора, а прочие сёстры отправились вместе с отцом в Аргос. Некоторое время спустя, на Родос прибыл Кадм, сын Агенора, посланный царём на поиски Европы. Во время путешествия по морю, попав в сильную бурю, он дал обет в случае спасения воздвигнуть святилище Посейдона, и, спасшись, основал на острове святилище этого бога, а для присмотра за ним оставил и часть финикийцев. Эти финикийцы смешались с жителями Ялиса, став их согражданами. Говорят, что от них и происходит род жрецов, совершающих священные обряды. Афину Линдию Кадм почтил посвятительными дарами, в числе которых был и великолепный медный котёл, изготовленный так, как это было принято в древности. На нем начертана надпись финикийскими письменами, которые, как говорят, тогда и были впервые принесены из Финикии в Элладу[18].

Итак, как говорит Диодор Сицилийский и другие авторы, финикийцы во главе с Данаем и Кадмом сначала захватили острова (Родос, Крит и т. д.), а затем вторглись в материковую Грецию, причём видимо первыми их колониями стали Аргос и Фивы. Так как Аргос и острова считались владениями дорийцев можно сделать вывод, что финикийцы это дорийцы и есть, а соответственно дорийское вторжение было собственно финикийским вторжением, поэтому дорийцы колонизировали те же острова, что ранее финикийцы, а дорийцы-спартанцы ощущали родство с Кадмом и Авраамом. Во всяком случае, нет сомнения, что порт Спарты — Гитон был финикийской колонией, основанной выходцами из Тира (ср. колено Ашера):

The reputed founders of ancient Gythium were Heracles and Apollo, who frequently appear on its coins or in other legends, and Castor and Pollux: the former of these names may point to the influence of Phoenician traders from Tyre, who, we know, visited the Laconian shores at a very early period. It is thought that Gytheio may have been the center of their purple dye trade because the Laconian Gulf had a plentiful source of murex. In classical times it was a community of Perioeci, politically dependent on Sparta, though doubtless with a municipal life of its own[19].

Таким образом, военно-морской и торговый порт Спарты основали финикийцы[20], но это же означает, что финикийцы колонизировали материковый Пелопоннес.

Из Гитиона финикийцы могли нападать на города Лаконии, постепенно покоряя полуостров подобно тому, как легендарный Данай с одним кораблём и дочерьми захватил Аргос, внушив страх местных жителям и свергнув прежнего царя. Если отбросить мифологические стороны рассказа, то видно, что некий выходец из Египта, отца которого звали семитским именем Бел (то есть Баал), захватил Аргос. Любопытно, что ему помогали лишь дочери, хотя конечно, вряд ли такое возможно, тем более как они могли достигнуть Греции, ведь нужны были сильные гребцы. В мифе имеется элемент, что у дочерей было оружие. Возможно, некоторые финикиянки активно участвовали в колонизации (ср. Европа и Элисса). Этот рассказ, хотя и окутан пеленой мифов и преданий, тем не менее фиксирует факт, что из Египта в Грецию вторглись морем связанные с Финикией завоеватели и захватили Аргос, город, который считался позднее дорийским.

Поэтому, как и Фивы, Спарта была видимо финикийской колонией[21], а значит и её жители — дорийцы — были финикийцами, а следовательно, дорийское завоевание происходило со стороны Средиземного моря, что и подтверждает Гомер: дорийцы ранее жили на Крите, а затем стали жить в Пелопоннесе.

Основание Гитиона вряд ли было бы возможно без опоры на военную силу, поэтому финикийцы в Пелопоннесе, подобно тому как и Данай в Аргосе, и Кадм в Беотии (Павсаний прямо говорит там о финикийском войске[22]), должны были бы ввязаться в войну с местными жителями, так как те не позволили бы основать Гитион, если бы финикийцы не одолели их, а если финикийцы одолели аборигенов Пелопоннеса, то значит они и есть те самые дорийцы, которые покорили этот полуостров.

Жестокость спартанцев к местным жителям-илотам[23][24][25], также скорее всего указывает на их иноземное происхождение. Но даже на пике развития спартанской империи, как пишет Л.Г. Печатнова, число илотов, несмотря на их постоянное истребление, не мене чем в 7 раз превышало число спартанцев[26]. Такая диспропорция тоже трудно объяснима, если считать спартанцев туземным племенем, или народом, переселившимся с Балкан. Зато, если это потомки небольшого числа морских разбойников и торговцев, прибывших из далёкой страны, то их численность естественно будет ниже численности аборигенов.

Так как финикийцев в Греции было мало, они, переженившись на местных жительницах вскоре ассимилировались, и отказались от финикийских обычаев, например, оставили обрезание[27], обычай, заимствованный у египтян:

Говорят также, что те, кто вышел похожим образом из Египта с Данаем, обосновались в, практически, самом старом городе Греции Аргосе, и что народ колхов на Понте, и евреи, которые расположены между Аравией и Сирией, были основаны как колонии некоторых переселенцев со своей родины; и по этой причине соблюдается такое древнее учреждение среди этих двух народов как обрезание мальчиков, — это обычай привезённый из Египта[28].

Эта волна финикийцев бесследно смешалась с греками, и более поздние общины финикийцев и евреев в Греции вероятно происходят не от них, а от каких-то новых волн переселенцев из Эрец-Исраэль. Лишь в Фивах по-видимому финикийский характер жителей сохранялся дольше. Собственно дорийцы — спартанцы — будто бы считали себя потомками Авраама, но неясно, было ли их это собственное предание, или с этим мнением они ознакомились прочитав некую книгу (тем не менее, они поверили этой неизвестной книге, и решили установить союз с Иудеей, царь которой считал Пелопоннес еврейской колонией).

Наиболее могущественным дорийским государством стала Спарта.

  1. ↑ Фукидид, История, I, 12, 3
  2. ↑ Одиссея, 19 песнь, строки 172—177
  3. ↑ Диодор Сицилийский. Историческая библиотека IV 60, 2-3
  4. ↑ Псевдо-Аполлодор. Мифологическая библиотека III 1, 2-3
  5. ↑ К.Ю. Белох. Греческая история. М., 2009.
  6. ↑ James Baikie mentioned it on pp. 166, 187 of his book The Sea-Kings of Crete, 2nd edition (Adam and Charles Black, London, 1913).
  7. ↑ Фукидид, История, I, 8, 1
  8. ↑ Диодор Сицилийский. Историческая библиотека, XL, 3
  9. ↑ Исократ, XII, 253-257
  10. ↑ Геродот, IV, 147
  11. ↑ I Мак., 12, 19−23
  12. ↑ Филон Александрийский. О посольстве к Гаю, 36
  13. ↑ К.М.Колобова, Л.М. Глускина. Очерки истории Древней Греции. Л, 1958.
  14. ↑ Пав­са­ний, Опи­са­ние Элла­ды, III, 2, 2—7
  15. ↑ А. А. Молчанов. Социальные структуры и общественные отношения в Греции II тысячелетия до н. э.
  16. ↑ Иоиль, 3, 4-6
  17. ↑ Фукидид, История, I, 7
  18. ↑ Диодор Сицилийский. Историческая библиотека, V, 58, 1-3
  19. ↑ Gytheio // Английская Википедия
  20. ↑ The harbour of ancient Gytheion
  21. ↑ Η ΣΧΕΣΗ ΤΗΣ ΑΘΗΝΑΣ ΚΑΙ ΤΗΣ ΘΗΒΑΣ ΜΕ ΤΗΝ ΑΙΓΥΠΤΟ
  22. ↑ Павсаний, Описание Эллады, IX, 5
  23. ↑ Критий fr. 37 Diels
  24. ↑ Плутарх, Lyc. 28
  25. ↑ Athen. VI, 272 a
  26. ↑ ср. Her. IX, 10, 1; 28, 2; 29, 1
  27. ↑ Геродот II, 104
  28. ↑ Диодор Сицилийский. Историческая библиотека, I, 28, 2-3

cyclowiki.org

Греция XI—IX вв. до н. э.

41

ГЛАВА III.

ГРЕЦИЯ XI—IX ВВ. ДО НАШЕЙ ЭРЫ

Вторжение дорийцев и его последствия

История Греции от времени вторжения дорийцев до начала VIII в. до н. э. может быть изложена лишь в самых общих чертах. Вторжение дорийцев в северную Грецию (около 1300 г. до н. э.) совпало по времени с продвижением в северные районы Греции — в Иллирию, Македонию и в Эпир — племен иллирийцев, также принадлежавших к индоевропейским племенам.

Продвижение дорийцев с севера на юг было длительным процессом, происходившим на протяжении, по крайней мере, ста лет. Оно было частью одновременного общего передвижения племен.

Археологические памятники (преимущественно данные погребений) свидетельствуют о пребывании дорийцев сначала в Македонии, затем в Фессалии, а позже — о проникновении их двумя путями на юг, в Пелопоннес.

Дорийцы в Греции. Как показывают археологические памятники в Эпире, Фессалии и Беотии, по пути своего продвижения дорийцы производили сильные разрушения, а это предполагает сопротивление местного населения, оказанное завоевателям.

Около 1200 г. до н. э. дорийцами, вторгшимися, по всей вероятности, из Элиды, был разрушен ахейский дворец в Пилосе (Мессе-ния). Нападение дорийцев было внезапным, как об этом свидетельствует поспешное бегство обитателей дворца. Вскоре после гибели пилосского дворца в Арголиде дорийцами же был разрушен микенский дворец.

Часть ахейской знати бежала в Аттику, в Афины. Это подтверждается и свидетельством Фукидида: «. . .вытесняемые войной или междоусобицами, самые могущественные обитатели из прочей Эллады удалялись к афинянам, так как те сидели на земле крепко, и становясь тотчас гражданами в Аттике, уже с давней поры еде-

42

лали государство еще большим по количеству населения, так что впоследствии, когда в Аттике не оказалось достаточно земли, афиняне отправили колонии даже в Ионию» (I, 2).

Часть населения, пытавшегося оказать вооруженное сопротивление дорийцам, после поражения покинула Пелопоннес, переселившись на острова Эгейского моря. Тиринф был покинут его обитателями и больше не заселялся. Началось освоение дорийцами захваченных территорий. Тогда и установилась новая система эксплуатации местного земледельческого населения и порабощение земледельцев, населявших плодородные долины.

В период выработки новых форм жизни (X—IX вв. до н. э.) завоевателями были унаследованы и основные орудия труда, которыми продолжали пользоваться земледельцы и ремесленники. Большинство ахейских поселений и после утверждения у власти новых вторгшихся племен сохранило свои прежние названия. Унаследованы были и все основные культы ахейских божеств, многие из которых к тому же имели, вероятно, общегреческое происхождение. Свидетельством глубины и ширины процесса ассимиляции является и самое существование гомеровского эпоса, уходящего корнями в ахейский период.

Сходство религиозных представлений, на основе общности происхождения и общего языка, несомненно содействовало процессу слияния культов и большей легкости заимствования технических и культурных достижений предшествующего периода.

Однако наряду с этим происходили и значительные разрушения производительных сил. Ирригационная система в Беотии пришла в упадок; искусство монументального строительства было забыто; на территории Греции выходила из употребления и забывалась письменность — слоговое письмо Б.

В течение первого столетия после вторжения дорийцев (1200— 1100 гг. до н. э.) в Греции произошли значительные изменения. Хотя не все районы греческого мира подпали под власть завоевателей, но центры наиболее могущественных ахейских государств были разгромлены и уничтожены. Территория ахейских государств, заселенная вновь прибывшими племенами, была поделена между отдельными племенными общинами завоевателей.

Ахейцы Аркадии, усиленные притоком беглецов из соседних районов Пелопоннеса, сохранили свою независимость и свой племенной состав. Аттика и Афины, заселенные племенем ионийцев, сумели отстоять свою независимость.

На рубеже XI в. до н. э. (около 1100 г.) происходило дальнейшее распространение греков на острова Эгейского моря и побережье Малой Азии.

Впоследствии здесь, особенно в Ионии, развились цветущие города греков: Милет, Эфес, Смирна, Фокея, Колофон.

Период дорийского завоевания оказал большое влияние на дальнейшую историю греческих обществ, так как с этим временем связано распространение орудий из железа. Возможно, что дорийцы

43

уже владели техником плавки железной руды, еще неизвестной ахейцам.

Население завоеванных районов как материковой, так и островной Греции, значительно превосходило завоевателей по своей численности. Чтобы удержать в повиновении массы основного производительного населения покоренных земель, дорийцам было необходимо опереться на местную землевладельческую знать, принимая ее в свою среду. Сами дорийцы, находившиеся во время вторжения на этапе первобытнообщинного строя (патриархат), не могли сразу же противопоставить порабощенному населению сильную централизованную власть, поскольку сами не знали государственного строя.

Постепенное распространение железа. Самым значительным явлением в это время было постепенное распространение железа. Изготовление в большом масштабе железных орудий труда и вооружения произвело переворот в экономических отношениях греческих обществ. Отмечая исключительно важную роль развития железной техники в истории человечества, Энгельс писал: «Человеку стало служить железо, последнее и важнейшее из всех видов сырья, сыгравших революционную роль в истории, последнее — вплоть до появления картофеля. Железо сделало возможным полеводство на крупных площадях, расчистку под пашню широких лесных пространств; оно дало ремесленнику орудия такой твердости и остроты, которым не мог противостоять ни один камень, ни один из известных тогда металлов»

Плуг, например, снабженный бронзовым лемехом, мог проводить лишь часто прерывающуюся неглубокую борозду, поэтому обязательным условием хорошей вспашки была сильная тяга молодых волов, мускульная сила и ловкость самого пахаря. Появление и распространение железных орудий труда (плуг с железным лемехом, железные серпы, пилы, топоры разных форм, мотыги, ножи) привели к расширению площади обрабатываемых полей и к более глубокой вспашке, к значительному расширению власти человека над природой. Многие достижения критян и ахейцев были унаследованы. Плуг, колесные повозки, парусные суда, прессы для выжимания оливок, гончарный круг, зачатки архитектуры (особенно храмовой и крепостной), формы орудий труда — все это послужило основой дальнейшего общественного развития. Конечно, в процессе завоевания во многих районах греческого мира происходило значительное разрушение ценностей, а следовательно, и частичное разрушение производительных сил, сопровождавшееся расстройством внешних сношений, падением морских связей, упадком ремесла и торговли, частично и земледелия; тем не менее основные техниче-

1 Ф. Энгельс, Происхождение семьи, частной собственности и государства, Госполитиздат, 1951, стр. 168. (В дальнейшем ссылки производятся на это издание.)
44

ские достижения прежних периодов были сохранены. Значительная часть накопленного трудового опыта была передана следующим поколениям производительного населения древнего мира.

Экономические и политические отношения. Завоевание наложило свою печать на экономические и политические отношения в покоренных странах. Земледельцы плодородных долин Лаконики и Мессении, Крита и Фессалии были порабощены. Система эксплуатации этого земледельческого населения была основана на самом праве завоевания, на переходе земли в собственность завоевателей. В разных районах покоренное и порабощенное земледельческое население называлось по-разному — илотами в Спарте, пенестами в Фессалии, войкеями на Крите и т. д. Пользование землей и рабами было разделено между военно-родовыми подразделениями новых хозяев. На этой основе и развилось впоследствии крупное землевладение новой знати, в руках которой сосредоточилась и политическая власть.

Падение и частичная гибель рабовладельческой правящей ахейской знати привели к оживлению общинных отношений, особенно в тех районах, где не оказалось завоевателей — дорийцев и эолийцев. В завоеванных новыми пришельцами территориях рост новых классовых отношений обычно происходил в пределах небольших общин, владения которых часто ограничивались плодородной равниной, окруженной со всех сторон горами.

Гомеровский эпос

В свете последних раскопок дворцов и поселений микенского периода все более явственно выступает перед нами древность происхождения гомеровских песен, передававшихся из поколения в поколение. В этот длительный период своего существования песни изменялись и шлифовались, одни эпические песни вытесняли Другие. После передвижения племен, в результате обработки певцами материала народных песен, предания, относящиеся к различным местностям, событиям и лицам, оказывались включенными в единый эпический цикл.

О популярности складывавшегося эпоса свидетельствует и тот факт, что в древности существовало большое количество местных вариантов гомеровских поэм, иногда существенно расходившихся с известным нам теперь текстом.

Таким образом, возникновение гомеровского эпоса, может быть, в виде отдельных песен и былин, относится еще к очень раннему времени. Но если корнями гомеровские поэмы уходят в микенский период, то развитие и окончательное оформление эпоса относится ко времени после дорийского завоевания.

Микенские корни поэм представлены миром героев-ахейцев, ставших общегреческими героями; с другой стороны, поэмы представляют и быт позднейшего времени — аристократический строй

45

родовой знати, и наличие жилищ и поселений, отличных по своему типу от ахейских.

Два мира, отделенные друг от друга временем дорийского переселения, в поэмах тесно слиты друг с другом. Это создает ложное впечатление о единстве гомеровского общества, которое в таком виде, как оно отражено в поэмах, в действительности не существовало.

Хотя «гомеровский вопрос», т. е. вопрос о происхождении эпоса, не разрешен и в настоящее время, но все более и более начинает преобладать точка зрения, что окончательным завершением эпоса явилась работа одного из гениальных поэтов, имя которого остается нам неизвестным. Исходя из результатов исследования исторических условий жизни общества в VIII в. и их отражения в поэмах, некоторые полагают, что этот поэт мог жить в VIII в. до н. э. Взяв за основу старые песни народа, поэт сумел отобрать из них наиболее ценное и переработать их в единый текст поэмы на основе своего мастерства и своего огромного дарования.

Проф. И. М. Тронский в своей книге по истории античной литературы подчеркивает, что понятия «народного» и «личного» творчества не являются понятиями взаимоисключающими друг друга. При этом И. М. Тронский вспоминает замечательные слова, принадлежащие В. Г. Белинскому: «Илиада» была столь же непосредственным созданием целого народа, сколько и преднамеренным, сознательным произведением Гомера. Мы считаем за решительно несправедливое мнение, будто бы «Илиада» есть не что иное, как свод народных рапсодов: этому слишком резко противоречит ее строгое единство и художественная выдержанность. Но в то же время нельзя сомневаться, чтобы Гомер не воспользовался более или менее готовыми материалами, чтобы воздвигнуть из них вековечный памятник эллинской жизни и эллинскому искусству. Его художественный гений был плавильной печью, через которую грубая руда народных преданий и поэтических песен и отрывков вышла чистым золотом»

Греческое общество в изображении гомеровских поэм

Вместо ахейских государств с центром на укрепленном оборонительными стенами холме основную роль играли небольшие племенные общины, члены которых жили в неукрепленных поселках. Каждое такое племя (фила) являлось объединением родов и фратрий 2, возглавляемых родовой знатью, жившей патриархальными общинами. Г лавой племени являлся басилевс — верховный военачальник, верховный судья и жрец общины. Власть басилевса —

1 В. Г. Белинский, Поли. собр. соч., т. VII, 1955, стр. 104.
2 Фратрия (буквально — братство) является объединением нескольких родов, родственных по крови между собой. Объединение фратрий составляет филу (племя).
46

племенного вождя — еще не утратила своей демократической основы. Басилевс опирался на народное собрание, которое было составлено из боеспособных мужчин каждого данного племени или, как говорит Энгельс, из «совокупности вооруженного народа». Из старейшин знатных родов (геронтов) образовалась герусия, совет старейшин, который ведал делами общины.

Земледелие. Основным занятием населения было земледелие. Частной собственности на землю здесь еще не было, но и передела земель, характерного для сельской общины в период ее расцвета, уже не производилось. Вся земля была поделена на «клеры», т. е. на «наделы, полученные по жребию» 1.

Кроме клеров, которыми владели все члены общины, существовало еще два вида земель — темены и пустоши, т. е. земли, расположенные на границах общин и составлявшие фактически ее резервный фонд.

Темены (отрубная земля) предоставлялись общиной во владение представителям родовой знати. Эти владения представлены в эпосе как очень значительные, в действительности же они не превышали, по-видимому, 20—30 га и, конечно, не могли равняться с теменами ахейских правителей, которые во много раз превосходили их по своей величине. Темены знати, кроме земли, отведенной под зерновые культуры, включали в себя также земли, отведенные под плодовые сады и виноградники, а также и огороды. Наличие сада, наряду с виноградником, было в то время признаком большого богатства. Дома родовой знати и басилевсов были расположены рядом с их земельными владениями, и поэтому Телемах, вернувшись домой после поездки на розыски отца, мог сразу осмотреть свои поля.

Клеры рядовых земледельцев были значительно меньше по размеру и состояли, преимущественно, из пахотной земли. Обработка земель на этих клерах часто производилась деревянной сохой, вырезанной иногда из одного куска дерева. Для запашки поля обычно употреблялись мулы, а в более состоятельных хозяйствах — волы. Основной сельскохозяйственной культурой был ячмень; пшеница возделывалась лишь на полях родовой знати, которой предоставлялись участки наиболее плодородной земли. При уборке урожая жнецы работали серпами, а дети помогали собирать сжатые колосья, которые затем обмолачивались на утоптанном току. Для веяния зерна употреблялась обычно шкура, сложенная в форме лопаты.

Фукидид, рассказывая о положении мелких земледельцев в отдаленные времена, писал, что тогда «каждый обрабатывал почву исключительно в меру его нужды, без владения излишком, даже без посевного запаса... Лучшая земля,— замечает он далее,— часто меняла своих хозяев» (I, 2).

1 Слово «клер» означает жребий.
47

Скотоводство. Наряду с земледелием большую роль играло скотоводство, Известны два вида пастбищ: равнинные и горные. За пределами поселка на пустующей запасной земле располагались общинные выгоны -для скота. У Гомера путник, приближаясь к Итаке, сначала видел обширные пастбища, где пасутся стада. Затем его внимание привлекали отдельные хижины пастухов, разбросанные на далеком расстоянии друг от друга. Близких соседей у пастухов не было.

Основное движимое богатство знати заключалось в обширных стадах. В этом отношении очень характерно богатство дома Одиссея, у которого на общинных выгонах паслось 12 стад быков и 60 стад мелкого рогатого скота (овец, коз) и свиней. Мелкий земледелец, или совсем не имевший крупного рогатого скота, или владевший одним волом, несколькими овцами, козами и свиньями, тем самым оттеснялся на худшие выгоны. Постепенно пустоши все более застраивались, появлялись хижины пастухов и загоны для скота, обносившиеся заборами. Так мало-помалу родовая знать захватывала пастбищные земли, присоединяя их к своим теменам.

Особую роль в скотоводческом хозяйстве занимало коневодство. В древности лошади не были рабочим скотом, ибо пахали на мулах и волах. Владение конями было доступно только членам самых богатых и знатных родов. В тот период особенно велико было значение коней в военном деле (боевые колесницы знати) и в военно-спортивных состязаниях знати. Родовая знать, владевшая конями, уделяла им большое внимание: они паслись на лучших лугах, их кормили ячменем и даже пшеницей.

Основной пищей родовой знати, кроме хлеба, были мясо, сыр и молоко, а едой сельского населения в основном была рыба. В поэмах после перечисления богатых жатв, деревьев, гнущихся под тяжестью фруктов, после указания на плодовитость овец, говорится о море, изобилующем рыбой, как утешении для мелкого люда. Именно поэтому знать называется «едоками мяса», а беднота «едоками рыбы».

По сравнению с земледелием, скотоводством и рыболовством, охота играла подчиненную роль, являясь также занятием, доступным лишь родовой знати.

Ремесло. Ремесло в этот период еще не вполне отделилось от земледелия. Самое слово «демиург» означало в то время человека, работающего на общину. К демиургам причислялись все люди, не связанные непосредственно с земледелием, т. е. ремесленники, певцы, врачеватели, прорицатели, жрецы и т. д.

Преобладающим в это время является домашнее хозяйство: рубка леса и постройка помещений для жилья и загонов для скота; производство одежды, обуви и кожаных шапок; размол хлеба и его приготовление; изготовление тетивы для лука и глиняной лепной посуды,— все это производилось дома. Известны четыре основных вида ремесла, в зависимости от материала, подвергавшегося обработке: металл, дерево, кожа и глина. Основным типом ремесленни-

48

ков, связанных с работой по металлу, были странствующие ремесленники.

Оседлым видом ремесла было только ремесло кузнеца, связанного со специальным помещением — с кузницей. Орудия труда были несложными: печь и раздувальный мех, тигель, наковальня, молот и клещи. Большой нужды в кузнецах еще не было, и одна кузница обслуживала сразу несколько поселений.

Иначе обстояло дело с ювелирными мастерами, изготовлявшими изделия из золота и серебра. С переносной наковальней они переходили из одного знатного дома в другой, работая по заказам и на материале заказчиков. Таких ремесленников встречали приветливо в домах родовой знати, хорошо кормили и после окончания работы вознаграждали обычно подарком.

Вся работа, связанная с обработкой дерева, была объединена в руках плотника. Плотник выполнял последовательно все процессы труда, начиная от рубки дерева до изготовления плота, мебели и постройки дома.

К специалисту-кожевнику обращались лишь в исключительных случаях и только представители родовой знати. Ему поручались работы, которые нельзя было выполнить дома, а именно художественное изготовление щитов, украшенных богатыми узорами.

Гончарное ремесло являлось преимущественно домашним ремеслом. Однако выделка художественной посуды, требовавшая специальных навыков, наличия гончарной печи и оборудования, была специализированной отраслью ремесла, удовлетворявшего отдельные заказы знати.

Торговля. Слабое развитие в ремесле общественного разделения труда и полное отсутствие технического разделения, наличие групп странствующих ремесленников — все это свидетельствовало об отсутствии большого спроса на изделия ремесленников, о том, что систематического обмена товарами еще не существовало и ремесло удовлетворяло ограниченные нужды потребителей преимущественно внутри общины. Это подтверждается и тем, что в поэмах еще нет слова, обозначающего «купец». Кроме того, для общества, изображаемого в поэмах, характерно наличие довольно развитого пиратства. Маркс характеризует пиратство как особую форму сношений, когда нужда в дополнительных товарах уже существовала, но регулярного обмена товарами еще не было.

Ценные металлы и предметы роскоши ввозились в Грецию обычно с Востока. В поэмах мы встречаемся преимущественно с финикийскими купцами. Они торговали вышитыми тканями и коврами, бронзой, ювелирными изделиями, благовониями, металлами. Однако и финикийская торговля была тесно связана с пиратством. Так, по рассказу Гомера, финикийцы причалили со своими товарами к острову, богатому вином, хлебом, быками и овцами. Они выставили на берегу свои товары — женские одежды, бронзовую утварь, предметы роскоши. Чтобы обменять привезенные ими товары на продукты питания, им понадобилось провести на острове целый год.

49

При этом они ходили еще и по домам родовой знати, употребляя все свое красноречие на то, чтобы склонить богачей на приобретение их товаров. Перед отъездом, уже после погрузки корабля, они старались захватить с собой, применяя насилие и хитрость, красивых девушек и юношей для продажи их в рабство в другие страны.

Люди, занимавшиеся торговлей, в глазах родовой знати того периода были недостойны знатных людей, зато пиратство расценивалось как доблесть.

Мореплавание еще не было развито. Путь из Трои в Спарту казался далекой и опасной поездкой. Плавали только в хорошую погоду, только днем, никогда не теряя из виду землю.

Наряду с пиратством постепенно развивались и формы мирного обмена. Так, например, среди родовой знати получил широкое распространение обычай гостеприимства, передающийся в каждом роде от отца к детям. Гостя принимали приветливо и радушно угощали; при отъезде хозяин дома делал своему гостю (обычно знатному) подарок, а гость обязательно делал ответный подарок хозяину.

Единицей счета был бык, к которому чаще всего приравнивали остальные предметы обмена. Цена рабыни колебалась от 4 до 20 быков; бронзовые треножники стоили 12 быков; доспехи, в зависимости от их качества и украшений, от 9 до 100 быков. Однако бык не мог стать реальной единицей обмена. Критские единицы обмена, имитировавшие в бронзе и меди шкуру быков, в гомеровском обществе неизвестны. Чаще всего здесь имел место прямой обмен. Особенно ценились слитки металла — меди, бронзы, железа, серебра и золота. Наиболее распространенной счетной единицей обмена служили бронзовые и медные котлы и треножники, оценивающиеся в одного быка.

Таким образом, торговля еще не была развита. Археологически это подтверждается почти полным отсутствием внешних связей в XII—XI вв. до н. э.

Социальное неравенство. Положение рядового общинника зависело от наличия клера, но, поскольку переделы земли давно были прекращены, мы встречаем уже и здесь появление земельного неравенства; наличие людей «многонадельных» (многоклерных) и людей, не имеющих надела (без клера). Наличие клера обеспечивало земледельцу его правовое положение в общине. Он входил в род, фратрию, филу; он был участником жертвоприношений и религиозных праздников общины, он — член народного собрания, и его личная свобода охраняется общиной. Люди, потерявшие клер в результате неурожая, многодетности, насилия или вследствие других причин, уже не могли найти себе применения в общине, потому что только незначительное количество бедняков могло найти себе средства пропитания, работая на кораблях знати в качестве гребцов. Ремесленные изделия находили мало спроса; кроме того, профессиональные навыки обычно передавались по наследству от отца к сыну. Человек, потерявший клер

50

или не получивший его, пытался искать счастья на стороне. В поэмах мы находим уже довольно большую группу людей, называемых фетами, т. е. батраками. Покинув пределы своей общины, они тем самым становились вне коллектива; их называли «безродными», «чужаками». В той общине, где они жили, они не пользовались правом защиты и покровительства; они, таким образом, были совершенно бесправны.

Кроме нужды, которая гнала людей искать счастья за пределами родной земли, источником развития слоя фетов являлась кровная месть. Кровная месть, вызванная иногда даже случайным убийством, передавалась по наследству из поколения в поколение, унося с собой бесчисленные человеческие жертвы. Избегнуть смерти можно было, лишь покинув пределы общины.

Жизнь фетов была очень тяжелой. «Скверный желудок причиняет жестокие заботы, когда блуждаешь за добычей, переходя от лишений к страданиям», говорится о фетах. Основным занятием фетов была поденная работа. Работа поденщика требовалась только в хозяйствах богатой знати. «Иноземец, говорит Одиссею знатный юноша Итаки Евримах,— если ты хочешь служить как фет, я найму тебя на работу в удаленную часть моих владений для постройки стен из камня и посадки деревьев». Когда Одиссей под видом старика-нищего возвращался домой, ему предлагали наняться на работу «сторожить хлева, подметать двор или носить зелень козам».

Феты работали в домах знати пастухами и земледельцами, особенно во время уборки урожая, когда нужна была подсобная сила. Кроме того, феты выполняли и домашнюю работу. «Я,— говорит тот же Одиссей, прикидываясь фетом,— работаю быстро и хорошо во всем, что вы захотите. . . разжечь огонь, наколоть сухих дров, нарезать мясо, зажарить его, разлить вино,— мне знакомы все услуги, которые маленькие люди делают большим».

. При найме фета на работу обычно сразу же определялся срок найма, который, если это было выгодно хозяину, мог быть продлен на ряд лет. Единственная оплата труда, известная из поэм,— оплата натурой: питанием, необходимой скромной одеждой и иногда подарком. Знатный говорил нищему: «Хочешь быть у меня фетом? Я предлагаю тебе почетные условия: я буду кормить тебя, дам тебе одежду и обувь».

Условия найма были обязательными лишь для фетов. Хозяин мог в любое время нарушить свои обещания и не отдавать фету в конце его работы обещанной награды. Так, например, наказанные Зевсом боги Аполлон и Посейдон должны были работать фетами у Ааомедона, отца троянского царя Приама, в течение года. Посейдон выстроил за это время стены Трои, а Аполлон пас стада быков.

Но, когда нам условленной платы желанные Горы Срок принесли, Лаомедон жестокий насильно присвоил Должную плату и нас из пределов с угрозами выслал.

Лютый, тебе он грозил оковать и руки и ноги,

51

И продать, как раба, на остров чужой и далекий;
Нам обоим грозился отсечь в поругание уши.
Так удалилися мы, на него негодуя душою.
(Илиада, песнь XXI, стихи 450—456).

Не все феты, однако, находили применение своей рабочей силы. Многие из них были вынуждены становиться бродягами-нищими, особенно старики. Они боролись друг с другом за лучшие места, где они могли получить подачку, за куски хлеба и объедки пищи у столов пирующей знати. Ночлегом им в зимнее время служили обычно кузницы.

Наличие в общинах людей, не находивших применения своему труду,— показатель далеко зашедшего процесса разложения всякого общественного строя. Община в гомеровских поэмах уже была пронизана социальными противоречиями, хотя эти противоречия еще не развились в классовый антагонизм.

Рабство. В гомеровских общинах уже существовало рабство, но оно не достигало тех размеров, которые нам известны по документам ахейского Кносса и Пилоса. Рабство здесь имело ограниченное развитие и носило еще домашний, патриархальный характер. Только у богатой знати были рабы, и только басилевсы имели их в большом количестве.

Основными источниками рабства являлись войны и пиратство, реже — обмен. Более ранняя по времени поэма «Илиада» еще не знала мужского рабства; мужчины военнопленные убивались. В «Одиссее» уже встречаются покупные мужчины-рабы, хотя преобладают женщины-рабыни. В прощании Гектора с Андромахой Гектор с грустью говорит о том, что Андромахе грозит порабощение, если его, Гектора, постигнет смерть и рухнет крепкостенная Троя:

Будет некогда день, и погибнет священная Троя,
С нею погибнет Приам и народ копьеносца Приама.
Но, не столько меня сокрушает грядущее горе Трои,
Приама-родителя, матери дряхлой Гекубы,
Горе тех братьев возлюбленных, юношей многих и храбрых,
Кои полягут во прах под руками врагов разъяренных,
Сколько твое, о супруга! тебя меднолатный ахеец,
Слезы лиющую, в плен повлечет и похитит свободу!
И, невольница, в Аргосе будешь ты ткать чужеземке,
Воду носить от ключей Мессеиса или Гипперея,
С ропотом горьким в душе; но заставит жестокая нужда!
(Илиада, песнь VI, стихи 448—458)

Захват и похищение людей пиратами с целью продажи их в рабство — явление широко распространенное. «День порабощения», это выражение постоянно встречается в поэмах. Ни знатность, ни богатство не спасают от опасности стать рабом. Ни один человек того времени не мог быть уверенным в том, что ему до конца жизни не грозит порабощение. Правда, представители родовой знати могли надеяться на выкуп, но у рядовых земледельцев на это не было никакой надежды.

52

Разграбить поля, похитить женщин и детей, захватить мужчин для представителей знати это было дело их доблести; для финикийских же купцов это было выгодным предприятием.

Рабыни выполняли все обязанности по домашнему хозяйству, важнейшими из которых было изготовление одежды и помол зерна. Последняя работа была самой тяжелой. В поэмах показано, как, стоя на коленях, рабыни растирают зерна между двумя каменными жерновами. Они работают всю ночь, а утро застает их за той же работой «падающими от усталости».

Мужчин, занятых в домашнем хозяйстве, было немного. Чаще они использовались в качестве пастухов. За стадами Одиссея смотрело не менее 24—30 рабов пастухов. Встречаются иногда рабы, занятые в садах и виноградниках.

Раб Одиссея, пастух Евмей, мечтал о том, что его господин, после возвращения на родину, отблагодарит его за усердие и преданность тем, что даст ему

Поле, и дом, и невесту с богатым приданым, и, словом,
Все, что служителям верным давать господин благодушный
Должен. . .
(Одиссея, перевод Жуковского, песнь XIV, стихи 62—64).

На основании этого можно предполагать, что знать находила выгодным часть рабов-мужчин использовать в сельском хозяйстве, предоставляя им в пожизненную аренду участок земли. У отца Одиссея, старика Лаерта, в винограднике работали его раб и шесть сыновей раба. Этот раб питался за одним столом с хозяевами и жил в их доме, но имел свою семью и при этом довольно многочисленную.

Раб был собственностью хозяина, и господа имели над своими рабами право жизни и смерти. С рабами жестоко расправлялись их господа, если рабы не угождали им. За то, что раб и двенадцать рабынь Одиссея в отсутствие хозяина дома перешли на сторону представителей знатных родов, собравшихся в доме Одиссея в качестве «женихов» Пенелопы, Телемах, после возвращения Одиссея, производит сам расправу с ними.

. . .канат корабля черноносого взял он и туго
Так натянул, укрепивши его на колоннах под сводом
Башни, что было ногой до земли им достать невозможно.
Там, как дрозды длиннокрылые или как голуби в сети
Целою стаей — летя на ночлег свой — попавшие (в тесных
Петлях трепещут они, и ночлег им становится гробом),
Все на канате они голова с головою повисли;
Петлями шею стянули у каждой, и смерть их постигла
Скоро: немного подергав ногами, все разом утихли.
Силою вытащен после на двор козовод был Мелантий;
Медью нещадною вырвали ноздри, обрезали уши,
Руки и ноги отсекли ему; и потом, изрубивши
В крохи, его на съедение бросили жадным собакам.
(Одиссея, песнь XXII, стихи 446—447).

53

Таким образом, неверность хозяину, хотя бы и вынужденная, вызывала беспощадное уничтожение рабов. Такое уничтожение, сопровождавшееся жестоким надругательством над человеком, не вызывало у древних чувства возмущения. С точки зрения рабовладельца такое возмездие являлось восстановлением нарушенного рабами права хозяина на преданность ему его рабов.

Начало разрушения родовой организации. Так в домах родовой знати постепенно крепнет институт рабства и право частной собственности на движимое имущество, к которому относятся и рабы. Одновременно отсутствие права частной собственности на землю позволяло знати постепенно сосредоточивать в своих руках, на правах родового владения, большие земельные участки под зерновые посевы, виноградники, огороды и сады; родовая знать захватывала также и пастбищные земли общины. Тем самым резервная земля общины постепенно все более сокращалась. Наличие безземельных членов указывает на отсутствие свободных земель у общины.

Социальное расслоение все глубже захватывало и раскалывало общину свободных. Это неравенство выступало в поэмах еще в примитивных формах: презрение человека родовитого к безродному, презрение крупного землевладельца и скотовода к мелкому общиннику, презрение рабовладельца к рабам и фетам, разделение на «больших» и «маленьких» людей.

Строй примитивной демократии постепенно отмирал. По мере экономического усиления знатных родов ослаблялась роль племенного вождя — басилевса — и одновременно народного собрания общины. За время двадцатилетнего отсутствия Одиссея народное собрание на Игаке созывалось лишь раз, да и то по настоянию сына Одиссея Телемаха для решения вопроса о его поездке в Спарту на поиски отца. Все остальное время родовая знать вершила делами острова, не интересуясь мнением народа. Таким образом, усиление знати приводило к постепенному прекращению деятельности народных собраний.

Власть в семье уже давно была закреплена за мужчиной. Наличие отдельных семей, экономически обособляющихся от рода, было признаком начала разрушения родовой организации в среде самой родовой знати. В сельской общине родовые связи между общинниками уже к этому времени давно ослабли.

Женщина в семье играла подчиненную роль, ее обязанности ограничивались домом. Муж являлся ее хозяином, в случае смерти или отсутствия мужа власть в семье переходила к сыну. Хотя экономический и социальный строй, изображенный в поэмах, не является описанием какого-либо конкретно определенного общества, тем не менее широкое полотно поэм ярко показывает период распада общинно-родового строя и процесс формирования первых общественных классов нового зарождающегося рабовладельческого строя.

54

Заключение

Вторжение новых греческих племен, живших еще в условиях родового строя, повлекло за собой не только быстрый распад ахейских государств, но и оживление родовых отношений. Основой дальнейшего развития производительных сил явилось постепенное распространение железных орудий труда и вооружения.

После завоевания на территориях бывших ахейских государств, так же как и на территориях государств, не захваченных ими, развивались мелкие самостоятельные общины. В IX в. до н. э. повсюду у власти стояли басилевсы. Родовая знать играла в тот период большую роль. Во многих местностях завоеватели владели землей на праве родовой собственности. Порабощенные землевладельцы оставались долгое время в собственности родов, распадавшихся на отдельные семьи. В районах, подвергнувшихся завоеванию, процесс порабощения сельского населения осуществлялся на основе права завоевания. В районах, не подвергшихся завоеванию, закабаление знатью крестьян происходило на основе роста долговой кабалы и концентрации земли в руках знатных родов.

Крупнейшим достижением культуры этого периода было возникновение (по-видимому, около 900 г. до н. э. или немногим позже) общегреческой письменности, основанной на алфавитном письме. В основу этого письма положен финикийский алфавит. В течение VIII в. до н. э. постепенно развился греческий алфавит из 24 букв, в котором были даны и обозначения всех гласных. Греки порвали с восточной традицией письма (справа налево). В развитом греческом письме повсюду преобладает письмо слева направо.

Переход к буквенному алфавиту имел огромное значение; благодаря ему письменность стала доступна широким кругам греческого населения и распространилась в размере, недоступном ранее, при слоговом письме, в ахейских государствах.

Таким образом, основными достижениями изучаемого периода были переход к железной технике, формирование экономически самостоятельных небольших греческих общин, тесно спаянных внутренней связью, создание греческого алфавитного письма.

Сознание общего единства всех греков проявилось уже, по-видимому, в начале VIII в. в общем наименовании всех греков эллинами, а страны — Элладой.

Все это создало предпосылки дальнейшего развития производительности труда и формирования рабовладельческих государств в более развитой форме — в форме полиса.

Подготовлено по изданию:

Колобова К.М., Глускина Л.М.
Очерки истории Древней Греции. Пособие для учителя. Л., 1958.

www.sno.pro1.ru

Дорийское завоевание: начало нового строя


На рубеже XIII – XII вв. до н. э. на территорию Эллады с севера вторгаются племена завоевателей другой этнической принадлежности – дорийцы. Это вторжение, продолжавшееся до XI в. до н. э., окончательно раздавило клонившуюся к упадку ахейскую цивилизацию и крито-микенскую культуру, основанную в том числе на раннерабовладельческих отношениях. Дорийцы подчинили себе большинство прежних племен либо вытеснили их в отдельные области прежней Эллады. Именно дорийцы стали основателями новой греческой цивилизации и государственности.

Дорийские племена не составляли внутри себя ни языкового, ни национального, ни религиозного единства. Разные группы племен по-разному осваивали области прежней ахейской цивилизации, по-разному взаимодействовали с прежним населением. Это определило различные пути формирования нового общества и новых государственно-политических укладов.

Дорийцы объединялись в племена. Их ячейки составляли семьи патриархальные, находившиеся под властью главы семейства. Племена во главе с вождями группировались вокруг городов, большинство из которых было основано еще во времена ахейцев; город-поселение подразделялся, как правило, на 3 филы-племени. Ассимилируя прежнее ахейское население, дорийцы стали оседлым земледельческим обществом, приверженным городской цивилизации. Город постепенно делался религиозным центром-святилищем (прежний бог доминирующего племени признавался общим, но сохранялось почитание других, которые образовали своего рода священную иерархию во главе с Зевсом, Аполлоном или Афиной). Правил в таком городе басилей – жрец, который означал главу и патриархальной семьи, и племени. Власть его обрела священный характер: он носил особые царские знаки – скипетр, пурпурные одеяния, корону, восседал на троне, решая общие дела. Его слово становилось как бы живым законом в городе. Власть общегородского басилея наследовалась по праву старшинства в его роде, хотя гомеровские поэмы и сохранили немало фактов об оспаривании трона другими предста

вителями племени, мужчинами.

Роды-племена оставались вполне автономными. Их вожди собирались на совет вместе с басилеем, где решались политические вопросы. Существовало и народное собрание, называвшееся в разных союзах племен по-разному (апелла, агора, экклезиа) и группировавшееся по племенам – этериям; собрание могло отменить или одобрить решения совета вождей, здесь же решались споры между этериями-племенами. Дорийское общество практически воспроизвело многие черты прежней ахейской организации, однако сформировало и важное отличие: центром политического объединения становился по-особому организованный город.

< Попередня   Наступна >

radnuk.info

Отправить ответ

avatar
  Подписаться  
Уведомление о