Циклоп полифем и одиссей – Одиссей и циклоп Полифем – краткое содержание — rus-koldovstvo.ru

Одиссей и циклоп Полифем – краткое содержание — rus-koldovstvo.ru

Вскоре флотилия Одиссея приплыла к острову, на котором паслось множество коз. Греки сытно угостились их мясом. На следующий день Одиссей с одним кораблём отправился осматривать остров. Вскоре выяснилось, что на нём обитают свирепые великаны-циклопы. каждый из которых имел лишь один глаз посреди лба. Не умея обрабатывать землю, циклопы жили пастушеством. У них не было ни городов, ни властей, ни законов. Циклопы жили поодиночке – каждый в своей пещере среди скал. Увидев вход в одну из таких пещер, Одиссей и его спутники вошли туда, не зная, что это было обиталище циклопа Полифема, сына морского бога Посейдона. свирепого людоеда. Греки развели огонь, стали жарить найденных в пещере козлят и поедать сыр, развешанный по стенам в корзинах.

Вечером вдруг появился Полифем. Он загнал в пещеру свое стадо и заложил выход камнем, который был так огромен, что грекам не было никакой возможности его сдвинуть. Осмотревшись, циклоп заметил эллинов. Одиссей объяснил Полифему, что он и его люди плывут на родину с долгой Троянской войны, и попросил гостеприимства. Но Полифем зарычал, схватил за ноги двух спутников Одиссея, убил их ударом головами оземь и сожрал, не оставив даже костей.

Одиссей в пещере циклопа Полифема. Художник Я. Йорданс, первая половина XVII века

Окончив своё кровожадное пиршество, циклоп громко захрапел. Греки не могли выбраться из пещеры, так как выход закрывал громадный камень. Поднявшись утром, Полифем разбил головы еще двум спутникам Одиссея, позавтракал ими и ушёл пасти стадо, заперев греков в пещере тем же камнем. Но пока он отсутствовал, Одиссей взял ствол дикой маслины, заострил его конец, обжег на огне и спрятал под кучей навоза. Вечером циклоп возвратился и поужинал еще двумя людьми Одиссея. Прикинувшись вежливым, Одиссей поднёс Полифему полную чашу крепкого вина. Никогда раньше не пробовавшему вина циклопу этот пьянящий напиток очень понравился. Опорожнив еще одну чашу, Полифем спросил у Одиссея его имя. «Меня зовут Никто», – ответил Одиссей. «Ну, тогда, Никто, в знак моего расположения я съем тебя последним», – расхохотался Полифем.

Пьяный циклоп быстро заснул мёртвым сном, а Одиссей и его ещё не съеденные товарищи раскалили ствол на костре, вонзили в единственный глаз великана и начали вращать.

Одиссей ослепляет циклопа Полифема. Чернофигурная ваза из Лаконики, середина VI в. до Р. Х.

Полифем громко завопил. На его крик сбежались другие циклопы, спрашивая у соседа, что с ним стряслось.

– Никто, друзья мои: по своей оплошности я гибну. Никто силой не мог бы повредить мне! – кричал Полифем.

– Если никто, – отвечали другие циклопы, – чего же ты так ревешь? Если ты болен, то попроси помощи у отца своего, бога Посейдона.

Циклопы ушли. Утром Полифем убрал камень от входа в пещеру, стал рядом и начал выпускать на пастьбу своё стадо. При этом он шарил руками, чтобы схватить греков, если те попробуют выйти. Тогда Одиссей связал по три барана и прикрепил своих людей им под брюхо по одному. Сам он поместился под животом у вожака бараньего стада, держась снизу за шерсть руками.

Полифем, выпуская баранов, ощупывал их спины, чтобы убедиться, что никто не едет на животных верхом. Под брюхо баранам циклоп просунуть руки не додумался. Одиссей и его спутники выехали под баранами из пещеры и сели на корабль. Отплывая, Одиссей крикнул Полифему, что, став теперь слепым, он больше не сможет пожирать несчастных скитальцев. Разъярённый Полифем швырнул в море огромную скалу, которая упала впереди корабля и подняла волну, едва не выбросившую судно обратно на берег. Оттолкнувшись от суши шестом, Одиссей прокричал:

– Знай, циклоп, что тебя ослепил сокрушитель городов, царь Итаки Одиссей!

Бегство Одиссея с острова Полифема. Художник А. Бёклин, 1896

Полифем взмолился к своему отцу, богу морей Посейдону, прося, чтобы Одиссей по пути до дома претерпел множество напастей. Циклоп швырнул вослед грекам ещё одну скалу. На сей раз она упала за кормой корабля, и поднятая ею волна вынесла судно Одиссея в море. Собрав вокруг себя остальные корабли, Одиссей покинул остров циклопов. Но бог Посейдон услышал просьбу своего сына Полифема и поклялся исполнить её.

Одиссей на острове Эола

Герои «Одиссеи» вскоре прибыли на острова Эола – бога-повелителя ветров. Эол целый месяц чествовал мореплавателей. Перед их отплытием в дальнейший путь он вручил Одиссею завязанный серебряной нитью мех. В этом мехе Эол поместил все подвластные ему бурные ветры, кроме ласкового западного Зефира, который должен был нести корабли Одиссея в сторону его родной Итаки. Эол сказал, что Одиссей не должен развязывать серебряную нить на мешке до того, как приплывёт домой.

Путешествие стало спокойным. Одиссей уже приближался к Итаке и даже мог различить огни пылавших на ней костров, но в этот момент он от сильной усталости погрузился в сон. Спутники Одиссея, полагавшие, что в мешке Эола находятся данные их вождю богатые дары, украдкой развязали серебряную нить. Ветры вырвались и понеслись домой к Эолу, гоня корабль Одиссея впереди себя. Герои «Одиссеи» вскоре вновь оказались на острове Эола и стали просить у него помощи, но разгневанный бог прогнал их.

Одиссей и лестригоны

Подробнее — см. в отдельной статье Лестригоны

Покинув Эола, Одиссей приплыл в страну страшных великанов лестригонов. Подобно циклопам, они были людоедами. Ещё не зная, куда их занесло, греки вошли в бухту с узким входом, окруженную острыми скалами, и причалили у места, где к воде подходила дорога. Сам Одиссей из осторожности не ввёл своего корабля в бухту. Он послал трех человек узнать, что это за остров. Гомер сообщает, что эти люди повстречали громадного роста деву, которая повела их в дом своего отца, вождя лестригонов Антифата.

Одиссей и лестригоны. Стенная живопись конца I в. до Р. Х.

У дома на трёх спутников Одиссея напала толпа великанов. Они сожрали одного из них, двое других убежали. Ринувшиеся за ними людоеды стали бросать со скал камни на суда флотилии Одиссея. Все стоявшие у кромки суши корабли были разбиты. Спустившись на берег, лестригоны, как рыб, нанизали убитых на колья и понесли с собой на съеденье. Одиссей едва спасся с одним-единственным стоявшим вне бухты кораблём. Избегая смерти, он и его товарищи работали вёслами что есть сил.

Одиссей и волшебница Цирцея

Подробнее — см. в отдельной статье Одиссей и богиня Цирцея

Устремившись по морю на восток, они вскоре достигли острова Эи, где жила колдунья Цирцея, дочь бога солнца Гелиоса. По отцу она была сестрой коварного царя Колхиды Эета. у которого аргонавты добывали золотое руно. Как и этот её брат, как и её племянница Медея. Цирцея была искушена в колдовстве и не любила людей. Друг Одиссея Эврилох и с ним ещё 22 человека пошли осмотреть остров. В центре его, на широкой поляне, они увидели дворец Цирцеи, вокруг которого бродили волки и львы. Хищники, однако, не напали на людей Эврилоха, а стали ластиться к ним, махая хвостами. Греки не знали, что эти звери на самом деле были людьми, заколдованными Цирцеей.

Сама Цирцея тоже вышла к грекам и, приветливо улыбаясь, предложила им трапезу. Все согласились, кроме осторожного Эврилоха. Он не пошёл в дом Цирцеи, а стал подглядывать в окна за тем, что там происходило. Богиня поставила перед путешественниками вкусные яства с добавленным в них волшебным зельем. Поэма Гомера сообщает, что когда греки отведали его, Цирцея прикоснулась к ним волшебным жезлом, превратила их в свиней и со злорадной ухмылкой загнала в свинарник.

Плачущий Эврилох вернулся к Одиссею и рассказал о происшедшем. Одиссей бросился выручать товарищей. По пути ему явился бог Гермес и дал средство, которое могло предохранить от колдовства Цирцеи. Это был пахучий белый цветок «моли» с черным корнем. Когда Одиссей добрался до дома Цирцеи, она и его пригласила к столу. Однако, поедая её угощенье, герой, по совету Гермеса, всё время нюхал волшебный цветок.

Цирцея протягивает Одиссею чашу с колдовским зельем. Картина Дж. У. Уотерхауса

Цирцея прикоснулась к Одиссею своим жезлом со словами: «Иди и свиньею валяйся в закуте». Но колдовство не подействовало. Одиссей вскочил и занёс над Цирцеей меч. Колдунья стала просить пощады, суля, что будет хорошо обращаться с Одиссеем и разделит с ним супружеское ложе.

Одиссей и Цирцея. Греческий сосуд ок. 440 до Р. Х.

Взяв клятву, что Цирцея не причинит ему никакого вреда, герой Гомера возлёг с ней. Он не отвечал на любовные ласки Цирцеи, пока она не сняла своих чар не только с его товарищей, но и со всех прежде заколдованных ею мореплавателей. Одиссей долго прожил на острове Цирцеи. Она родила от него трёх сыновей: Агрия, Латина и Телегона.

Одиссей сходит в царство Аида

Подробнее — см. в отдельной статье Одиссей в царстве Аида

Первой к месту жертвоприношения явилась тень Эльпенора – спутника Одиссея, который несколько дней назад пьяным упал с крыши дворца Цирцеи и разбился насмерть. Одиссей удивился, что Эльпенор добрался до царства Аида, скорее, чем его товарищи, плывшие туда на быстроходном корабле. Строго следуя словам Цирцеи, Одиссей, превозмогая в себе жалость, отогнал душу Эльпенора от крови зарезанных коровы и барана. Он отогнал от неё даже тень собственной матери, Антиклеи, которая тоже прилетела туда, где стоял её сын.

Одиссей в царстве Аида, окружённый тенями умерших товарищей

Наконец явился Тиресий Фивский. Вволю напившись крови, он рассказал Одиссею, что бог Посейдон будет жестоко преследовать его за ослепление сына, циклопа Полифема. Тиресий убеждал Одиссея всеми силами удерживать своих спутников от похищения быков солнечного бога Гелиоса на острове Тринакрия (Сицилия). Он сообщил, что на Итаке Одиссея ждут большие беды, но ему удастся отомстить расхитителям его добра. Но и по возвращении на родину странствия Одиссея не кончатся. Он должен взять корабельное весло и путешествовать, пока не встретит людей, никогда не видевших моря. Там, где весло Одиссея примут за лопату, его странствия окончатся. Там ему следует принести жертву умилостивлённому Посейдону, а потом вернуться на Итаку. Дожив там до глубокой старости, Одиссей получит смерть из-за моря.

Выслушав Тиресия, Одиссей, наконец, разрешил и своей матери попить крови. Затем к ней приникли тени умерших жён и дочерей славных героев. По словам Гомера, Одиссей заметил среди них знаменитую Антиопу, мать Елены Прекрасной Леду, жен Тесея Федру и Ариадну. а также Эрифилу – виновницу походов на Фивы Семерых и

эпигонов .

Одиссей поговорил и с душами своих умерших соратников по Троянской войне: Агамемнона, Ахилла. Недоброжелательный к нему Аякс Теламонид не стал вести беседы и ушел в мрачном молчании. Одиссей видел, как выносит приговоры теням умерших судья подземного царства Минос. как охотится Орион. страдают Тантал и Сизиф. видел и смертную душу великого Геракла .

Одиссей и сирены

Подробнее — см. в отдельной статье Одиссей у острова cирен

Прежде чем продолжить путь на Итаку, Одиссей вернулся на остров Цирцеи. Волшебница предупредила героя, что ему придется проплывать мимо острова сирен, кровожадных женщин с телом и ногами птиц (некоторые легенды повествуют, правда, что сирены имели рыбьи тело и хвосты). Прекрасным, чарующим пением они завлекали моряков на свой волшебный остров и предавали лютой смерти, разрывая на куски. Говорят, что сирен превратила в птиц богиня любви Афродита за то, что эти надменные девы никому не позволяли лишить себя девственности. На лугу их острова виднелись груды человеческих костей. Цирцея посоветовала Одиссею залепить своим людям уши воском, чтобы они не слышали, как поют сирены. Если же сам Одиссей хочет насладиться их прекрасным пением, то пусть прикажет своим спутникам крепко привязать себя к мачте и не отвязывать, несмотря ни на какие просьбы.

Одиссей и сирены. Аттическая ваза, ок. 480-470 до Р. Х.

Корабль Одиссея вскоре приблизился к острову сирен. Одиссей поступил так, как велела Цирцея. Он приказал своей команде залепить воском уши, а себя привязать к мачте. Сладостными песнями сирены манили Одиссея направить судно к их острову.

Между Сциллой и Харибдой

Теперь Одиссею нужно было пройти между двумя близко стоящими посреди морских вод утесами, на которых жили два отвратительных чудовища – Сцилла и Харибда. Огромная Харибда («водоворот»), дочь бога Посейдона, трижды в день всасывала у своего утёса массы воды и потом со страшным шумом извергала ее. На противоположной скале обитала Сцилла, дочь ужасных монстров Ехидны и Тифона. Это было чудовище с шестью жуткими собачьими головами и двенадцатью ногами. Оглашая всю округу душераздирающим визгом, Сцилла свешивалась со своей скалы, ловила проплывавших мимо моряков, ломала им кости и пожирала.

Корабль Одиссея между Сциллой и Харибдой. Итальянская фреска XVI века

Чтобы спастись от Харибды, Одиссей направил своё судно чуть ближе к утёсу Сциллы, которая шестью пастями схватила шесть его спутников. Несчастные, болтаясь в воздухе, с криками протягивали руки к Одиссею, но спасти их было уже невозможно.

Одиссей на острове Гелиоса Тринакрии

Вскоре глазам мореплавателей предстала Тринакрия (Сицилия), остров солнечного бога Гелиоса. который пас там семь стад прекрасных быков и многочисленные отары овец. Помня о пророчествах Тиресия Фивского, Одиссей взял со своих товарищей клятву не похищать ни быка, ни барана. Но, по рассказу Гомера, пребывание греков на Тринакрии затянулось. Противный ветер дул тридцать дней, запасы еды исчерпывались, а охота и рыбная ловля почти ничего не давали. Раз, когда Одиссей заснул, его мучимый голодом друг Эврилох уговорил сотоварищей зарезать несколько отборных быков, говоря, что в благодарность они воздвигнут Гелиосу храм на Итаке. Моряки поймали нескольких быков, зарезали их и до отвала наелись мяса.

Проснувшись и узнав об этом, Одиссей пришел в ужас. Гелиос пожаловался на самоуправство путешественников Зевсу. Когда корабль Одиссея вышел с Тринакрии в море, Зевс наслал на него сильный ветер и ударил в палубу молнией. Судно пошло ко дну, и все, кто плыл на нем, за исключением самого Одиссея, утонули – как и предсказывал в царстве Аида Тиресий Фивский. Одиссей кое-как связал ремнем плававшие по воде мачту и киль и держался на них. Вскоре он понял, что волны несут его к скале Харибды. Зацепившись за корни росшей на утёсе смоковницы, он провисел на них до тех пор, пока Харибда вначале не поглотила с водой мачту и киль, а потом не выпустила их обратно. Снова ухватившись за мачту и начав грести руками, Одиссей отплыл от водоворота.

Одиссей у Калипсо

Девять дней спустя он оказался у острова Огигия, местожительства нимфы Калипсо, покрытого лугами с цветами и злаками. Калипсо жила там в огромной пещере, заросшей тополями, кипарисами и диким виноградом. Красавица-нимфа приветствовала Одиссея, накормила его и уложила с собой спать. Вскоре она родила от мореплавателя близнецов Навсифоя и Навсиноя.

Одиссей и Калипсо. Художник Ян Стыка

Семь лет Одиссей жил у Калипсо на Огигии. Но он не переставал тосковать по родной Итаке и часто проводил время на берегу, смотря в морскую даль. Наконец, Зевс велел Калипсо освободить Одиссея. Узнав об этом, Одиссей связал плот, простился с гостеприимной нимфой и поплыл на родину.

Но лёгкое судно героя случайно увидел его ненавистник, бог Посейдон, ехавший по морю на крылатой колеснице. Направив на плот огромную волну, Посейдон смыл Одиссея за борт. Мореход едва выплыл на поверхность и кое-как вновь забрался на плот. Рядом с ним опустилась с неба в образе птицы-нырка милосердная богиня Левкотея (Ино). В клюве она держала чудесное покрывало, которое обладало свойством спасать от гибели в морской пучине тех, кто заворачивался в него. Посейдон потряс плот Одиссея второй волной страшной высоты. Думая, что на сей раз герою уже не спастись, Посейдон поехал в свой подводный дворец. Однако покрывало Левкотеи не дало Одиссею утонуть.

Одиссей на острове феаков

Через два дня, вконец ослабев от борьбы с водной стихией, он добрался до острова Дрепана, на котором жило племя феаков. Здесь, на берегу, Одиссей уснул крепким сном.

Одиссей при дворе царя феаков Алкиноя. Художник Франческо Айец, 1814-1815

На следующее утро Навсикая, дочь царя и царицы феаков (Алкиноя и Ареты), пришла со служанками к ручью стирать одежды. После работы девушки стали играть в мяч и громко закричали, когда он упал в воду. Этот крик разбудил Одиссея. Прикрыв свою наготу ветками, он вышел к девицам и искусной речью вызвал к себе симпатию у Навсикаи. Царская дочь повела его во дворец, к отцу и матери. Царь Алкиной выслушал историю путешествий Одиссея, одарил его и повелел отвезти героя по морю на Итаку.

Находясь уже близ родного острова, Одиссей вновь заснул. Бывшие с ним феаки не стали будить мореплавателя, а отнесли его спящим на берег, сложив рядом дары Алкиноя. Когда феаки возвращались на корабле в свою пристань, рассерженный их помощью Одиссею Посейдон ударил по судну ладонью и превратил его вместе с командой в камень. Алкиною он стал грозить, что разрушит все порты на острове феаков, засыпав их обломками большой горы.

Одиссей и женихи

Возвращение Одиссея на Итаку

Проснувшись на Итаке, Одиссей пошёл вдаль от морского берега и встретил по пути богиню Афину. принявшую образ пастуха. Не зная, что перед ним Афина, Одиссей поведал ей выдуманный рассказ, назвав себя критянином, который бежал с родины из-за убийства и случайно попал на Итаку. Афина рассмеялась и открыла Одиссею своё истинное обличье. Богиня помогла герою спрятать в гроте подарки царя Алкиноя и сделала его неузнаваемым. Кожа Одиссея покрылась морщинами, голова полысела, одежды его превратилась в жалкие отрепья. В таком виде Афина отвела его к хижине служителя царей Итаки, верного старого свинопаса Евмея. Сын Одиссея и Пенелопы, Телемах незадолго перед этим ездил к соратнику Одиссея по Троянской войне спартанскому царю Менелаю. На обратном пути от стен Трои Менелай тоже претерпел немало приключений и несчастий. был даже и в Египте. Телемах спрашивал недавно вернувшегося домой Менелая, не слышал ли он где-нибудь вестей об Одиссее.

На Итаке все думали, что Одиссей погиб, и 112 знатных юношей с этого и соседних островов, стали нагло ухаживать за его женой, Пенелопой. Путём женитьбы на ней каждый из этих молодых людей надеялся получить местный царский трон. Женихи ненавидели Телемаха и собирались убить его, когда он вернётся из Спарты.

Женихи, повествует Гомер, просили Пенелопу избрать в мужья одного из них. Она вначале отказывалась наотрез, говоря, что её муж Одиссей, без сомнения, ещё жив. Но уговоры юношей были очень настойчивы, и Пенелопа внешне согласилась избрать нового супруга. Однако она сказала, что сделает это лишь после того, как соткет саван на случай смерти старого отца Одиссея, Лаэрта. Три года Пенелопа сидела над саваном. Храня верность мужу и обманывая женихов, она днём ткала, а вечером тайком распускала всю сделанную за день работу. Женихи же на протяжении трёх этих лет пировали во дворце Одиссея: пили его вино, резали и ели принадлежащий ему скот, расхищали его имущество. font-size: medium;_blankЖенихи, повествует Гомер, просили Пенелопу избрать в мужья одного из них. Она вначале отказывалась наотрез, говоря, что её муж Одиссей, без сомнения, ещё жив. Но уговоры юношей были очень настойчивы, и Пенелопа внешне согласилась избрать нового супруга. Однако она сказала, что сделает это лишь после того, как соткет саван на случай смерти старого отца Одиссея, Лаэрта. Три года Пенелопа сидела над саваном. Храня верность мужу и обманывая женихов, она днём ткала, а вечером тайком распускала всю сделанную за день работу. Женихи же на протяжении трёх этих лет пировали во дворце Одиссея: пили его вино, резали и ели принадлежащий ему скот, расхищали его имущество.

Встретив тёплый приём у Евмея, Одиссей пока не стал раскрывать ему своего настоящего имени и назвался чужеземным странником. В это время на Итаку из Спарты вернулся Телемах. Мысль поспешить домой внушила ему богиня Афина. Она же привела Телемаха в хижину Евмея, где находился его отец. Во время их встречи Афина на время вернула Одиссею прежний облик, и сын с отцом узнали друг друга. Одиссей решил действовать против женихов неожиданностью и поэтому не разрешил Телемаху никому говорить о том, кто он. Телемах не должен был посвящать в эту тайну даже свою мать, Пенелопу.

Одиссей и женихи Пенелопы

Вновь приняв образ нищего бродяги, Одиссей пошёл в свой дом, где пировали женихи. По пути его никто не узнавал, а грубый козопас Меланфий даже накинулся на законного царя Итаки с бранью. На дворцовом дворе Одиссей увидел свою верную охотничью собаку, Аргуса, когда-то сильную и прыткую, а теперь умиравшую от старости на куче навоза. Узнав хозяина, Аргус вильнул хвостом, пошевелил мордой – и умер.

Евмей привел Одиссея в залу, где шёл пир женихов. Присутствовавший здесь же Телемах, притворился, что не знает пришельца, и ласково пригласил его к столу. Продолжая прикидываться нищим, Одиссей пошёл вдоль стола, прося у женихов объедки. Но эти жадные и наглые юноши бесцеремонно гнали его. Самый бесстыдный из женихов, Антиной, бросил в Одиссея скамейкой, на которую перед этим ставил ноги. Местный нищий Ир, боясь, что незнакомец станет теперь соперничать с ним за оставляемые женихами остатки пищи, начал гнать Одиссея из залы. Пыжась выставить себя храбрецом, Ир вызвал Одиссея на кулачный бой. Наглец Антиной, услышав это, захохотал и пообещал угостить победителя драки козьими желудками. Одиссей скинул с себя верхнюю часть лохмотьев и пошёл на Ира. Увидев мощную мускулатуру Одиссея, попрошайка страшно перепугался. Одиссей свалил его на землю первым же ударом кулака. Смотря на стычку двух старых бродяг, женихи умирали от смеха. Потом они продолжили пировать, а вечером разошлись по домам. Когда в зале никого не осталось, Одиссей велел Телемаху снять и спрятать в кладовой висевшее на стенах оружие женихов.

Тем временем Пенелопа, проведав о пришедшем в её дом незнакомце, позвала его к себе и спрашивала, не слышал ли он вестей о её пропавшем муже Одиссее. Одиссей пока не стал открываться ей, сказав только, что муж её жив и должен скоро вернуться. Пенелопа велела старой кормилице Одиссея, Евриклее, обмыть страннику ноги. Принеся воды, Евриклея вдруг увидела на бедре Одиссея знакомый ей старый шрам. Она вскрикнула от радости и удивления, но Одиссей приложил ей палец к губам, давая понять, что время открыть его присутствие Пенелопе ещё не пришло.

Служанка Эвриклея омывает ноги Одиссею

На следующий день вновь собравшиеся пировать женихи стали шумно требовать, чтобы Пенелопа сделала окончательный выбор и назвала одного из них своим мужем. Пенелопа объявила, что выйдет за того, у кого хватит сил натянуть крепкий лук её бывшего мужа Одиссея и выстрелить из него так метко, чтобы стрела пролетела через отверстия в двенадцати топорах. Лук, о котором идёт речь, был некогда подарен Одиссею Ифитом, сыном того героя Эврита, который состязался в стрельбе с самим Гераклом. Несколько женихов попробовали согнуть лук, но не смогли. Это смог бы сделать Телемах, но Одиссей взглядом велел ему отложить лук в сторону и сам взялся за него. Телемах увёл мать из залы во внутренние комнаты, схватил лук, легко натянул его и метко выстрелил. Пущенная им стрела пролетела через отверстия двенадцати топоров.

Одиссей стал с луком и стрелами у входа в зал, а Телемах – рядом с ним, держа копье и меч. Убив следующим выстрелом Антиноя, Одиссей назвал женихам своё истинное имя. Женихи бросились к стенам за тяжёлым оружием, но увидели, что его там нет. Большинство их них, однако, имели мечи. Обнажив их, женихи бросились на Одиссея, но он с необычайной меткостью поражал их своими стрелами. Телемах принёс из кладовой щиты, копья и шлемы для своего отца и двух его верных слуг – Евмея и Филотия, которые, узнав хозяина, стали с ним рядом. Одного за другим Одиссей убил всех женихов кроме глашатая Медона и певца Фемия. Убиты были и несколько дворцовых служанок, которые развратничали с женихами и помогали им расхищать одиссеево достояние.

Тяжба Одиссея с жителями Итаки

Гомер рассказывает далее, как Одиссей отправился к Пенелопе, открылся ей и рассказал о своих приключениях. Он встретился и со своим старым отцом, Лаэртом. Но утром ко дворцу подошли восставшие жители Итаки – родичи Антиноя и других погибших женихов. Одиссей, Телемах и Лаэрт вступили с ними в битву с ними, которую остановило лишь вмешательство богини Афины Паллады. Родственники убитых женихов начали с Одиссеем судебную тяжбу, которая была передана на решение сына великого Ахилла. эпирского царя Неоптолема. Неоптолем постановил, что Одиссей за убийства должен на десять лет покинуть Итаку, а наследники женихов – оплатить за этот срок Телемаху ущерб, который нанесли царскому имуществу сватавшиеся к Пенелопе наглецы.

Последнее странствие Одиссея и его смерть

Позднейшие сказания гласят, что Одиссей решил посвятить годы своего изгнания на то, чтобы умилостивить Посейдона, который пока так и не простил ему убийства своего сына циклопа Полифема. По совету, полученному в царстве Аида от Тиресия Фивского. Одиссей отправился странствовать с веслом на плече. Путь его лежал через годы Эпира. Когда герой достиг удалённой от моря Феспротии, местные жители, никогда не видавшие вёсел, спросили, что за лопату он тащит на плече. Одиссей принес благодарственную жертву Посейдону и был прощен им. Но срок его изгнания с родного острова ещё не истёк. Не имея пока возможности вернуться на Итаку, Одиссей женился на царице феспротов Каллидике. Она родила ему сына, Полипойта.

Через девять лет тот унаследовал феспротское царство, а Одиссей наконец отправился на Итаку, которой теперь правила Пенелопа. Телемах уехал с острова, ибо Одиссей получил предсказание, что погибнет от руки собственного сына. Смерть пришла к Одиссею, как предсказывал Тиресий, из-за моря – и действительно от руки сына, но не от Телемаха, а от Телегона, сына которого герой прижил с волшебницей Цирцеей. Странствуя по морям в поисках отца, Телегон напал на Итаку, не зная, что это за остров. Одиссей вышел отразить врага, и Телегон сразил собственного отца копьем, у которого острие заменял шип ската. Умилостив богов за невольное убийство Одиссея, Телегон женился на Пенелопе, а Телемах – на матери Телегона, Цирцее.

rus-koldovstvo.ru

Одиссей на острове циклопов. Полифем

Одиссей на острове циклопов. Полифем Легенды и мифы Древней Греции

После долгого плавания прибыл я с моими спутниками к земле свирепых циклопов, не знающих законов. Не занимаются они земледелием, но, несмотря на это, земля все дает им в изобилии сама. В пещерах живут великаны-циклопы, каждый знает лишь свою семью, не собираются они на народные собрания. Не сразу пристали мы к их земле. Мы вошли в залив небольшого острова, расположенного недалеко от острова циклопов. Ни один человек никогда не посещал этого острова, хотя он был очень плодороден. На этом острове водились в изобилии дикие козы, а так как никогда не видели эти козы человека, то не пугались они и нас. Причалив к берегу ночью, мы спокойно уснули на берегу, а утром занялись охотой на коз. На каждый из моих кораблей досталось по девяти коз, для корабля же, на котором плыл я сам, взял я их десять. Целый день отдыхали мы после охоты, весело пируя на берегу. До нас доносились с земли циклопов их голоса и блеяние их стад. На следующее утро решил я плыть на своем корабле к земле циклопов, чтобы узнать, что это за народ. Быстро переплыли мы неширокий пролив и пристали к берегу. У самого моря увидели мы пещеру, заросшую лавровыми деревьями и огороженную оградой из громадных камней. Взял я с собой двенадцать надежных товарищей, захватил мех с вином и пищей и вошел в пещеру циклопа. Как узнали мы после, этот циклоп был страшно свиреп, он жил отдельно от других и одиноко пас свои стада. Не похож он был, как и все циклопы, на остальных людей. Это был великан, обладал он чудовищной силой и имел только один глаз во лбу. Когда мы вошли к нему в пещеру, его не было дома, он пас стада. В пещере циклопа в корзинах лежало множество сыров, в ведрах и чашах стояла простокваша. В пещере были устроены ограды для ягнят и козлят. Спутники мои стали уговаривать меня, захватив лучших ягнят и козлят и взяв сыров, бежать на корабль, но я, к несчастью, не послушал их. Мне хотелась посмотреть на самого циклопа. Наконец, пришел и сам циклоп. Бросил он громадную вязанку дров на землю у входа в пещеру. Увидав циклопа, в страхе забились мы в самый темный угол пещеры. Циклоп же загнал в пещеру свое стадо, завалил скалой вход в нее и стал доить коз и овец. Подоив их, он развел огонь, чтобы приготовить себе пищу. Тут увидел он нас и грубо спросил громовым голосом:
– Кто вы такие? Откуда вы пришли? Верно, без дела скитаетесь вы по морям, причиняя всем народам несчастья?
– Все мы греки, – ответил я циклопу, – плывем из-под Трои. Нас занесло сюда бурей. Мы умоляем тебя принять нас дружелюбно, как гостей. Ведь ты знаешь, что карает Зевс того, кто обижает странников и не оказывает им гостеприимства.
– Видно, что издалека пришел ты сюда, чужеземец! – свирепо крикнул мне циклоп, – коль думаешь, что боюсь я твоих богов. Какое дело мне до Зевса! Не боюсь я гнева Зевса! Не намерен я щадить вас! Делать буду я то, что захочу! Скажи, где твои корабли!
Понял я, зачем спрашивает меня циклоп о моем корабле, и ответил ему:
– Бурей разбило мой корабль о прибрежные утесы, лишь я со своими спутниками спасся.
Ничего не ответил мне циклоп. Быстро схватил он своими громадными руками двух моих спутников, ударил их об землю и убил. Затем он сварил их, рассекши их тела на части, и съел. В неописуемый ужас пришли мы и стали молить Зевса о спасении. Циклоп же, окончив свой ужасный ужин, спокойно растянулся на земле и заснул. Я хотел убить его, обнажил меч, но, взглянув на громадную скалу, которой завален был вход, понял, что так не спастись нам. Наступило утро. Снова циклоп убил двух моих спутников. Съев их, выгнал он стадо из пещеры, а вход завалил скалой. Долго придумывал я средство, как спастись, наконец, придумал. В пещере нашел я громадное бревно, похожее на мачту. Циклоп, наверно, хотел из него сделать себе дубину. Отрубил я мечом конец бревна, заострил его, обжег на углях и спрятал. Вечером вернулся со стадом циклоп. Опять убил он двух моих спутников и, кончив свой отвратительный ужин, хотел лечь спать. Но я подошел к нему и предложил чашу вина. Выпил вино циклоп, потребовал еще, сказав мне:
– Налей мне еще да скажи, как зовут тебя, я хочу приготовить тебе подарок.
Налил я циклопу вторую чашу, он потребовал третью, налил я и третью. Подавая ее, сказал я циклопу:
– Ты хочешь знать мое имя? Меня зовут Никто.
– Ну, слушай же, Никто, тебя съем я последним, это будет моим подарком тебе, – так ответил мне со смехом циклоп. Выпил он третью чашу, охмелел, повалился на землю и заснул.
Тогда дал я знак товарищам, схватили мы заостренный конец бревна, разожгли его на костре и выжгли им глаз циклопу. Заревел он от страшной боли, вырвал из глаза дымящийся кол и стал звать на помощь других циклопов. Сбежались они и стали спрашивать:
– Что случилось с тобой, Полифем? Кто обидел тебя? Не похитили ли у тебя твои стада? Зачем ты разбудил нас?
Им отвечал, дико взревев, Полифем:
– Меня не силой, а хитростью губит Никто!
Рассердились циклопы и крикнули Полифему:
– Если никто тебя не обидел, то незачем тебе так реветь! Если же ты заболел, то такова воля Зевса, а ее никто не изменит.
С этими словами удалились циклопы.
Настало утро. С громкими стонами отодвинул от входа скалу Полифем и стал выпускать в поле стадо, ощупывая руками спину каждой овцы и каждой козы. Тогда, чтобы спасти товарищей, я связал по три барана и под среднего привязал по одному из своих товарищей. Сам же я, вцепившись руками в густую шерсть громадного барана, любимца Полифема, повис под ним. Прошли бараны с привязанными под ними моими спутниками мимо Полифема. Последним шел баран, под которым висел я. Остановил его Полифем, стал ласкать его и жаловаться на свою беду, на то, что обидел его дерзкий Никто. Наконец, пропустил он и этого барана. Так спаслись мы от верной гибели. Скорей погнали мы стадо Полифема к кораблю, где ждали нас товарищи. Не дал я товарищам оплакивать погибших. Быстро вошли мы на корабль, захватив овец Полифема, и отплыли от берега. Когда отплыли мы на такое расстояние, на которое слышен голос человека, я громко крикнул циклопу:
– Слушай, циклоп! Своей жестокостью ты сам навлек на себя кару Зевса. Больше не будешь ты убивать и пожирать несчастных странников.
Услыхал меня циклоп, в ярости поднял он утес и бросил его в море. Чуть не раздробил нос корабля утес. Взволновалось море от падения в него утеса. Громадная волна подхватила мой корабль и бросила на берег. Но шестом оттолкнул я корабль, снова поплыли мы в море. Отплыв, я крикнул Полифему:
– Знай, Полифем, что тебя ослепил Одиссей, царь Итаки.
Завыл от злости дикий циклоп и громко воскликнул:
– Сбылось пророчество, данное мне прорицателем! Я думал, что Одиссей – грозный великан, а не такой ничтожный червяк, как ты!
Стал молить Полифем отца своего Посейдона, чтобы покарал он меня за то, что лишил я его зрения. Схватил он утес еще больше первого и бросил в море. Упал утес за кормой корабля. Громадная волна подхватила мой корабль и бросила далеко в море. Так спаслись мы. Счастливо достигли мы острова, где ждали нас остальные корабли. Там принесли мы богатые жертвы богам. Проведя ночь на берегу этого острова, на следующий день отправились мы в дальнейший путь по безбрежному морю, скорбя о погибших товарищах.

Изложено по поэме Гомера «Одиссея».

 

www.miloliza.com

Остров циклопов. Одиссей и Полифем Сочинения на свободную тему

Начало странствий. Давно окончилась Троянская война. Вернулись по домам ее герои, легендами стали их деяния под стенами Трои, слагали о них свои песни певцы. Не вернулся лишь Одиссей. По воле бессмертных богов долгие годы странствовал он по морям, побывал во многих городах и странах, пережил разные приключения.

С попутным ветром отплыл он из-под Трои. Радостно было на душе: скоро достигнет он родины – острова Итаки, скоро обнимет Пенелопу, любимую жену, и сына Телемаха, которых не видел десять лет. Но недолго продолжалось спокойное плавание: наслал громовержец на корабли Одиссея северный ветер Борей. Заходили по небу темные тучи, окутала все тьма; трижды срывал бог Борей паруса с мачт кораблей. Если бы не случилось поблизости маленького островка, у берегов которого было затишье, погибли бы корабли Одиссея в морской пучине.

Остров лотофагов. Прояснилось небо, и понял Одиссей, что не знает, где находится. Наугад двинулся он вперед. Десять дней плыли корабли по неизведанным местам, пока не пристали к какому-то острову. Населял его мирный народ – лотофаги; питались они сладким лотосом – цветком, дающим забвение. Угостили своей пищей и послов Одиссея, отправившихся осмотреть местность, вмиг забыли те, куда и зачем шли, совсем уж решили остаться на земле лотофагов. С большим трудом удалось Одиссею вернуть своих товарищей на корабли; побыстрее отчалили они от острова.

Остров циклопов. И снова понеслись корабли по безбрежному морю. И вновь отважные греки увидели впереди землю. Оказалось, что это два острова, большой и поменьше. Причалили моряки к маленькому, расположились на ночлег.

Но заинтересовался Одиссей: а что же на большом острове? Оставил он одиннадцать кораблей у малого, а на двенадцатом, взяв с собой надежных товарищей, переправился на большой остров. Увидели они на том острове у самого моря огромную пещеру. Кто-то там жил: окружала ее ограда из огромных камней, а внутри стояли корзины с сырами и огромные чаны с простоквашей; по углам были сделаны загоны для овец и коз. Попали Одиссей и его спутники в жилище огромного одноглазого циклопа по имени Полифем. Ему и другим циклопам и принадлежал остров. Жили они в пещерах, разводили скот, не чтили божеских и человеческих законов; Полифем же был самым свирепым из них.

В пещере Полифема. Пока оглядывал Одиссей со спутниками пещеру, послышались тяжелые шаги, и вошел хозяин. Загнал он в пещеру свое стадо, огромным камнем задвинул вход и тут заметил незваных гостей. “Кто вы такие и откуда явились?” – спросил Полифем громовым голосом. “Нас сюда занесла буря, – отвечал Одиссей, – родом мы греки, плывем из-под Трои. Если ты почитаешь Зевса, то не обидишь странников”. – “Нет мне дела до Зевса, не боюсь я его гнева!” – проревел циклоп.

Схватил он громадными руками двоих спутников Одиссея, убил ударом о землю, сварил и съел. Окончив свой ужасный ужин, он заснул на земле. Гнев вспыхнул в сердце Одиссея. Обнажил он меч и хотел броситься на чудовище, но тут сообразил, что не смогут они сами отвалить громадную скалу, закрывавшую вход.

Хитроумный план Одиссея. Прошла ночь. Утром Полифем съел еще двоих греков и ушел. Но Одиссей уже придумал, как победить циклопа. В пещере лежало огромное бревно, – хотел Полифем сделать из него дубину. Заострил Одиссей конец этого бревна и спрятал его, а когда хозяин пещеры вернулся, подошел к нему и предложил чашу вина. Не знали циклопы вина, с удовольствием выпил Полифем веселящий напиток, а потом еще и еще… После третьей чаши захмелел Полифем. “Назови свое имя, я хочу сделать тебе ответный подарок!” – потребовал он. “Зовут меня Никто”, – ответил ему Одиссей. “Знай же, о Никто, что съем я тебя самого последнего! Это и будет мой подарок тебе!” – захохотал циклоп, повалился на землю и уснул. Одиссей с товарищами того и ждали. Подняли они бревно, подкрались к циклопу и острым концом выкололи ему глаз. Дико завыл Полифем, стал звать на помощь. Сбежались циклопы к его пещере, спрашивают: “Что с тобой, Полифем? Кто тебя обидел?” – “Никто”, – проревел ослепленный великан. – “Ну, если тебя никто не обижал, перестань кричать и беспокоить соседей!” Рассерженные циклопы разбрелись по своим пещерам досматривать сны.

Смельчаки выбираются из пещеры. Придумал Одиссей и как выскользнуть из пещеры: когда утром циклоп выпускал стадо, привязались греки под животами коз и баранов, и вынесли их животные из страшного места. В один миг добрались они до своего корабля и подняли паруса. Захотел Одиссей похвастать своим подвигом, стал он дразнить Полифема. Услышал его голос великан, отломил огромный кусок скалы и бросил в ту сторону, откуда доносился голос. Упала скала рядом с кораблем, но оттолкнулся шестом от берега Одиссей и снова крикнул: “Будут спрашивать, кто лишил тебя зрения, знай, это сделал я, Одиссей, царь Итаки!” Завыл от злости дикий циклоп и стал просить отца своего, Посейдона, чтобы покарал он Одиссея и тот никогда не вернулся домой. Но Одиссей был уже далеко и благополучно достиг острова, где ждали остальные корабли.

Плавучий остров Эола. Вскоре прибыл Одиссей на остров, где жил царь ветров Эол; плавает по морю этот остров, окруженный со всех сторон нерушимой медной стеной. Радушно встретил Эол Одиссея, и целый месяц гостили мореходы на острове. На прощанье дал Эол Одиссею большой кожаный мешок, завязанный серебряной бечевкой, и строго-настрого запретил его развязывать, пока не высадится он на родной Итаке. Легок был путь Одиссея от острова Эола: все время дул попутный ветер, все ближе и ближе родина. Вот уже показались вдали берега острова Итаки.

Мешок Эола. Но боги в это время погрузили Одиссея в глубокий сон, а спутники стали говорить между собой: “Почему все так уважают и любят нашего царя? Все дарят ему богатые подарки. Равным опасностям подвергались мы в Трое, – большую и лучшую добычу получил он. А теперь и Эол дал ему богатые дары. Давайте посмотрим, что скрыто в мешке!” Развязали они мешок, и в тот же момент вырвались из него сразу все ветры: Эол хотел облегчить возвращение греков домой и заключил ветры туда, оставив на свободе только попутный ветер! Поднялась на море страшная буря, из стороны в сторону бросало корабли; взлетали они на волнах почти до самого неба, а потом будто проваливались в мрачные бездны Тартара… Хотел Одиссей в отчаянии броситься в море, но потом покорился судьбе и, завернувшись в плащ, лег на корме своего корабля.)

Loading...

Остров циклопов. Одиссей и Полифем

ege-russian.ru

Одиссей на острове циклопов. Полифем

Изложено по поэме Гомера «Одиссея»

После долгого плавания прибыл я с моими спутниками к земле свирепых циклопов, не знающих законов. Не занимаются они земледелием, но, несмотря на это, земля все дает им в изобилии сама. В пещерах живут великаны-циклопы, каждый знает лишь свою семью, не собираются они на народные собрания. Не сразу пристали мы к их земле. Мы вошли в залив небольшого острова, расположенного недалеко от острова циклопов. Ни один человек никогда не посещал этого острова, хотя он был очень плодороден. На этом острове водились в изобилии дикие козы, а так как никогда не видели эти козы человека, то не пугались они и нас. Причалив к берегу ночью, мы спокойно уснули на берегу, а утром занялись охотой на коз. На каждый из моих кораблей досталось по девяти коз, для корабля же, на котором плыл я сам, взял я их десять. Целый день отдыхали мы после охоты, весело пируя на берегу. До нас доносились с земли циклопов их голоса и блеяние их стад. На следующее утро решил я плыть на своем корабле к земле циклопов, чтобы узнать, что это за народ. Быстро переплыли мы неширокий пролив и пристали к берегу. У самого моря увидели мы пещеру, заросшую лавровыми деревьями и огороженную оградой из громадных камней. Взял я с собой двенадцать надежных товарищей, захватил мех с вином и пищей и вошел в пещеру циклопа. Как узнали мы после, этот циклоп был страшно свиреп, он жил отдельно от других и одиноко пас свои стада. Не похож он был, как и все циклопы, на остальных людей. Это был великан, обладал он чудовищной силой и имел только один глаз во лбу. Когда мы вошли к нему в пещеру, его не было дома, он пас стада. В пещере циклопа в корзинах лежало множество сыров, в ведрах и чашах стояла простокваша. В пещере были устроены ограды для ягнят и козлят. Спутники мои стали уговаривать меня, захватив лучших ягнят и козлят и взяв сыров, бежать на корабль, но я, к несчастью, не послушал их. Мне хотелась посмотреть на самого циклопа. Наконец, пришел и сам циклоп. Бросил он громадную вязанку дров на землю у входа в пещеру. Увидав циклопа, в страхе забились мы в самый темный угол пещеры. Циклоп же загнал в пещеру свое стадо, завалил скалой вход в нее и стал доить коз и овец. Подоив их, он развел огонь, чтобы приготовить себе пищу. Тут увидел он нас и грубо спросил громовым голосом:

 

- Кто вы такие? Откуда вы пришли? Верно, без дела скитаетесь вы по морям, причиняя всем народам несчастья?

 

- Все мы греки, - ответил я циклопу, - плывем из-под Трои. Нас занесло сюда бурей. Мы умоляем тебя принять нас дружелюбно, как гостей. Ведь ты знаешь, что карает Зевс того, кто обижает странников и не оказывает им гостеприимства.

 

- Видно, что издалека пришел ты сюда, чужеземец! - свирепо крикнул мне циклоп, - коль думаешь, что боюсь я твоих богов. Какое дело мне до Зевса! Не боюсь я гнева Зевса! Не намерен я щадить вас! Делать буду я то, что захочу! Скажи, где твои корабли!

 

Понял я, зачем спрашивает меня циклоп о моем корабле, и ответил ему:

 

- Бурей разбило мой корабль о прибрежные утесы, лишь я со своими спутниками спасся.

 

Ничего не ответил мне циклоп. Быстро схватил он своими громадными руками двух моих спутников, ударил их об землю и убил. Затем он сварил их, рассекши их тела на части, и съел. В неописуемый ужас пришли мы и стали молить Зевса о спасении. Циклоп же, окончив свой ужасный ужин, спокойно растянулся на земле и заснул. Я хотел убить его, обнажил меч, но, взглянув на громадную скалу, которой завален был вход, понял, что так не спастись нам. Наступило утро. Снова циклоп убил двух моих спутников. Съев их, выгнал он стадо из пещеры, а вход завалил скалой. Долго придумывал я средство, как спастись, наконец, придумал. В пещере нашел я громадное бревно, похожее на мачту. Циклоп, наверно, хотел из него сделать себе дубину. Отрубил я мечом конец бревна, заострил его, обжег на углях Й спрятал. Вечером вернулся со стадом циклоп. Опять убил он двух моих спутников и, кончив свой отвратительный ужин, хотел лечь спать. Но я подошел к нему и предложил чашу вина. Выпил вино циклоп, потребовал еще, сказав мне:

 

- Налей мне еще да скажи, как зовут тебя, я хочу приготовить тебе подарок.

 

Налил я циклопу вторую чашу, он потребовал третью, налил я и третью. Подавая ее, сказал я циклопу:

 

- Ты хочешь знать мое имя? Меня зовут Никто.

 

- Ну, слушай же, Никто, тебя съем я последним, это будет моим подарком тебе, - так ответил мне со смехом циклоп. Выпил он третью чашу, охмелел, повалился на землю и заснул.

 

Тогда дал я знак товарищам, схватили мы заостренный конец бревна, разожгли его на костре и выжгли им глаз циклопу. Заревел он от страшной боли, вырвал из глаза дымящийся кол и стал звать на помощь других циклопов. Сбежались они и стали спрашивать:

 

- Что случилось с тобой, Полифем? Кто обидел тебя? Не похитили ли у тебя твои стада? Зачем ты разбудил нас?

 

Им отвечал, дико взревев, Полифем:

 

- Меня не силой, а хитростью губит Никто!

 

Рассердились циклопы и крикнули Полифему:

 

- Если никто тебя не обидел, то незачем тебе так реветь! Если же ты заболел, то такова воля Зевса, а ее никто не изменит.

 

С этими словами удалились циклопы.

 

Настало утро. С громкими стонами отодвинул от входа скалу Полифем и стал выпускать в поле стадо, ощупывая руками спину каждой овцы и каждой козы. Тогда, чтобы спасти товарищей, я связал по три барана и под среднего привязал по одному из своих товарищей. Сам же я, вцепившись руками в густую шерсть громадного барана, любимца Полифема, повис под ним. Прошли бараны с привязанными под ними моими спутниками мимо Полифема. Последним шел баран, под которым висел я. Остановил его Полифем, стал ласкать его и жаловаться на свою беду, на то, что обидел его дерзкий Никто. Наконец, пропустил он и этого барана. Так спаслись мы от верной гибели. Скорей погнали мы стадо Полифема к кораблю, где ждали нас товарищи. Не дал я товарищам оплакивать погибших. Быстро вошли мы на корабль, захватив овец Полифема, и отплыли от берега. Когда отплыли мы на такое расстояние, на которое слышен голос человека, я громко крикнул циклопу:

 

- Слушай, циклоп! Своей жестокостью ты сам навлек на себя кару Зевса. Больше не будешь ты убивать и пожирать несчастных странников. Услыхал меня циклоп, в ярости поднял он утес и бросил его в море. Чуть не раздробил нос корабля утес. Взволновалось море от падения в него утеса. Громадная волна подхватила мой корабль и бросила на берег. Но шестом оттолкнул я корабль, снова поплыли мы в море. Отплыв, я крикнул Полифему:

 

- Знай, Полифем, что тебя ослепил Одиссей, царь Итаки.

 

Завыл от злости дикий циклоп и громко воскликнул:

 

- Сбылось пророчество, данное мне прорицателем! Я думал, что Одиссей

 

- Грозный великан, а не такой ничтожный червяк, как ты!

 

Стал молить Полифем отца своего Посейдона, чтобы покарал он меня за то, что лишил я его зрения. Схватил он утес еще больше первого и бросил в море. Упал утес за кормой корабля. Громадная волна подхватила мой корабль и бросила далеко в море. Так спаслись мы. Счастливо достигли мы острова, где ждали нас остальные корабли. Там принесли мы богатые жертвы богам. Проведя ночь на берегу этого острова, на следующий день отправились мы в дальнейший путь по безбрежному морю, скорбя о погибших товарищах.

www.ilovegreece.ru

"Одиссей на острове циклопов. Полифем"

Древнегреческий миф "Одиссей на острове циклопов. Полифем"

Жанр: миф

Главные герои сказки "Одиссей на острове циклопов. Полифем" и их характеристика

  1. Одиссей, царь Итаки. Хитроумный, любопытный, сильный и бесстрашный.
  2. Полифем. Жестокий циклоп-людоед. Безжалостный и эгоистичный.

План пересказа сказки "Одиссей на острове циклопов. Полифем"
  1. На острове рядом с землями циклопов
  2. Пещера возле берега моря
  3. Богатая добыча и мольбы спутников
  4. Любопытство Одиссея
  5. В западне 
  6. Смерть двух греков
  7. План Одиссея
  8. Смерть еще двух греков
  9. Одиссей выжигает глаз циклопу
  10. Циклопы-соседи
  11. Побег под баранами
  12. Метание скал.

Кратчайшее содержание сказки "Одиссей на острове циклопов. Полифем" для читательского дневника в 6 предложений
  1. Корабли Одиссея приблизились к землям циклопов и Одиссей захотел увидеть великанов.
  2. Он пристал к острову и с спутниками вошел в пещеру, где было много ягнят и сыра.
  3. Они дождались циклопа, но тот завалил камнем вход и убил двух товарищей Одиссея
  4. Одиссей рассказал циклопу, что его зовут Никто, потом напоил его и выжег бревном глаз.
  5. Остальные циклопы, узнав что Полифема ослепил Никто, спокойно разошлись
  6. Одиссей и его спутники сбежали, прицепившись снизу за овец и баранов.

Главная мысль сказки "Одиссей на острове циклопов. Полифем"
Начальник не должен забывать о своей ответственности за подчиненных ему людей. И не потакать своему любопытству, если это может представлять опасность.

Чему учит сказка "Одиссей на острове циклопов. Полифем"
Сказка учит не быть излишне любопытным. Учит проявлять разумную осторожность и предусмотрительность. Учит сохранять присутствие духа в любой ситуации и везде находить выход. Учит не забывать о своей выгоде, чтобы не произошло.

Отзыв на сказку "Одиссей на острове циклопов. Полифем"
Эта сказка - отрывок из древнегреческой поэмы "Одиссея", в которой главным героем оказывается Одиссей. Это хитрый и могучий царь, которого подводит излишняя самоуверенность и любопытство. В целом это положительный персонаж, хотя конечно варвар, как и все в те жестокие времена. Но обидно, что по его вине погибли ни в чем не виноватые греки.

Пословицы к сказке "Одиссей на острове циклопов. Полифем"
Любопытной Варваре на базаре нос оторвали.
Не тычь носа в чужое просо.
Кто храбр, да стоек, тот десятерых стоит.
Хочешь жить - бейся на смерть.
Взялся за гуж, не говори, что не дюж.


Читать краткое содержание, краткий пересказ сказки "Одиссей на острове циклопов. Полифем"
После долгого плавания корабли Одиссея приблизились к острову циклопов. Там жили жестокие, не знающие правды великаны, которые пасли коз.
Одиссей со спутниками не стал сразу высаживаться к острову циклопов, а причалил к небольшому островку рядом, где водились дикие козы. Они пополнили запасы мяса и решили посмотреть на жизнь циклопов.
Одиссей взял с собой двенадцать товарищей, меха с вином, и отправился к ближайшей пещере. Циклоп, который там жил, был одинок, он был великаном с одним глазом.
Одиссей и его друзья вошли в пещеру. Циклопа не было, он пас свои стада. В пещере было много продуктов, и друзья Одиссея стали уговаривать его набрать провизии и уйти. Но Одиссей очень хотел увидеть циклопа.
И вот они дождались. Огромный циклоп принес огромную кучу дров и свалил ее у входа. Он загнал в пещеру свое стало коз и завалил вход в нее огромным камнем. Потом он развел костер и в свете огня заметил Одиссея.
Циклоп громко спросил кто они, и Одиссей представился по всем правилам и попросил быть гостеприимным, угрожая карами от Зевса.
Но циклоп только смеялся над греческими богами. Он стал расспрашивать о корабле Одиссея, и узнав, что тот разбило бурей, сразу схватил двух спутников Одиссея, стукнул их о землю и убил. Потом он съел несчастных греков. Покушав, циклоп лег спать.
Одиссей хотел было зарезать циклопа мечом, но посмотрел на камень, которым был завален вход, понял, что тот им не под силу.
Утром циклоп убил и съел еще двух греков. А Одиссей увидел в пещере большое бревно и решил ослепить циклопа. Он заострил конец бревна и обжег его на углях.
Вечером Одиссей предложил циклопу вина и тот в благодарность пообещал скушать Одиссея последним. Циклоп узнал, что Одиссея зовут Никто и после этого уснул.
Тогда Одиссей и товарищи схватили бревно и разожгли его в костре и выжгли глаз циклопу. Циклоп так сильно заревел, что сбежались другие циклопы. Но на все вопросы циклоп Полифем отвечал, что это сделал Никто и остальные циклопы плюнули на него и разошлись.
Утром циклоп стал выпускать свое стадо. Одиссей привязал своих товарищей под баранами, а сам повис снизу самого большого барана. Циклоп выпустил животных и так Одиссей спасся.
Одиссей и его спутники погнали стадо циклопа к себе на корабль и когда отплыли, Одиссей крикнул циклопу, что это Зевс наказал его за богохульство и жестокость.
А Полифем метнул в корабль скалу, но промахнулся.
Тогда Одиссей рассмеялся и сказал, что он Одиссей, царь Итаки.
Пуще прежнего взъярился Полифем и закричал, что сбыло пророчество, но думал он, что Одиссей - это грозный великан. а не маленький червяк. И бросил Полифем в корабль огромную скалу, которая упала в море рядом с кормой, но вытолкнула корабль в море.
Так спаслись спутники Одиссея и вернулись к остальным кораблям.

Рисунки и иллюстрации к сказке "Одиссей на острове циклопов. Полифем"



santyaguarundito.blogspot.com

Одиссей на острове циклопов. Полифем.

После долгого плавания прибыл я с моими спутниками к земле свирепых циклопов, не знающих законов. Не занимаются они земледелием, но, несмотря на это, земля все дает им в изобилии сама. В пещерах живут великаны-циклопы, каждый знает лишь свою семью, не собираются они на народные собрания. Не сразу пристали мы к их земле. Мы вошли в залив небольшого острова, расположенного недалеко от острова циклопов. Ни один человек никогда не посещал этого острова, хотя он был очень плодороден. На этом острове водились в изобилии дикие козы, а так как никогда не видели эти козы человека, то не пугались они и нас. Причалив к берегу ночью, мы спокойно уснули на берегу, а утром занялись охотой на коз. На каждый из моих кораблей досталось по девяти коз, для корабля же, на котором плыл я сам, взял я их десять. Целый день отдыхали мы после охоты, весело пируя на берегу. До нас доносились с земли циклопов их голоса и блеяние их стад. На следующее утро решил я плыть на своем корабле к земле циклопов, чтобы узнать, что это за народ. Быстро переплыли мы неширокий пролив и пристали к берегу. У самого моря увидели мы пещеру, заросшую лавровыми деревьями и огороженную оградой из громадных камней. Взял я с собой двенадцать надежных товарищей, захватил мех с вином и пищей и вошел в пещеру циклопа. Как узнали мы после, этот циклоп был страшно свиреп, он жил отдельно от других и одиноко пас свои стада. Не похож он был, как и все циклопы, на остальных людей. Это был великан, обладал он чудовищной силой и имел только один глаз во лбу. Когда мы вошли к нему в пещеру, его не было дома, он пас стада. В пещере циклопа в корзинах лежало множество сыров, в ведрах и чашах стояла простокваша. В пещере были устроены ограды для ягнят и козлят. Спутники мои стали уговаривать меня, захватив лучших ягнят и козлят и взяв сыров, бежать на корабль, но я, к несчастью, не послушал их. Мне хотелась посмотреть на самого циклопа. Наконец, пришел и сам циклоп. Бросил он громадную вязанку дров на землю у входа в пещеру. Увидав циклопа, в страхе забились мы в самый темный угол пещеры. Циклоп же загнал в пещеру свое стадо, завалил скалой вход в нее и стал доить коз и овец. Подоив их, он развел огонь, чтобы приготовить себе пищу. Тут увидел он нас и грубо спросил громовым голосом:

- Кто вы такие? Откуда вы пришли? Верно, без дела скитаетесь вы по морям, причиняя всем народам несчастья?

- Все мы греки, - ответил я циклопу, - плывем из-под Трои. Нас занесло сюда бурей. Мы умоляем тебя принять нас дружелюбно, как гостей. Ведь ты знаешь, что карает Зевс того, кто обижает странников и не оказывает им гостеприимства.

Ослепление Полифема.
(Рисунок на вазе.)

- Видно, что издалека пришел ты сюда, чужеземец! - свирепо крикнул мне циклоп, - коль думаешь, что боюсь я твоих богов. Какое дело мне до Зевса! Не боюсь я гнева Зевса! Не намерен я щадить вас! Делать буду я то, что захочу! Скажи, где твои корабли!

Понял я, зачем спрашивает меня циклоп о моем корабле, и ответил ему:

- Бурей разбило мой корабль о прибрежные утесы, лишь я со своими спутниками спасся.

Ничего не ответил мне циклоп. Быстро схватил он своими громадными руками двух моих спутников, ударил их об землю и убил. Затем он сварил их, рассекши их тела на части, и съел. В неописуемый ужас пришли мы и стали молить Зевса о спасении. Циклоп же, окончив свой ужасный ужин, спокойно растянулся на земле и заснул. Я хотел убить его, обнажил меч, но, взглянув на громадную скалу, которой завален был вход, понял, что так не спастись нам. Наступило утро. Снова циклоп убил двух моих спутников. Съев их, выгнал он стадо из пещеры, а вход завалил скалой. Долго придумывал я средство, как спастись, наконец, придумал. В пещере нашел я громадное бревно, похожее на мачту. Циклоп, наверно, хотел из него сделать себе дубину. Отрубил я мечом конец бревна, заострил его, обжег на углях и спрятал. Вечером вернулся со стадом циклоп. Опять убил он двух моих спутников и, кончив свой отвратительный ужин, хотел лечь спать. Но я подошел к нему и предложил чашу вина. Выпил вино циклоп, потребовал еще, сказав мне:

- Налей мне еще да скажи, как зовут тебя, я хочу приготовить тебе подарок.

Налил я циклопу вторую чашу, он потребовал третью, налил я и третью. Подавая ее, сказал я циклопу:

- Ты хочешь знать мое имя? Меня зовут Никто.

- Ну, слушай же, Никто, тебя съем я последним, это будет моим подарком тебе, - так ответил мне со смехом циклоп. Выпил он третью чашу, охмелел, повалился на землю и заснул.

Тогда дал я знак товарищам, схватили мы заостренный конец бревна, разожгли его на костре и выжгли им глаз циклопу. Заревел он от страшной боли, вырвал из глаза дымящийся кол и стал звать на помощь других циклопов. Сбежались они и стали спрашивать:

- Что случилось с тобой, Полифем? Кто обидел тебя? Не похитили ли у тебя твои стада? Зачем ты разбудил нас?

Им отвечал, дико взревев, Полифем:

- Меня не силой, а хитростью губит Никто!

Рассердились циклопы и крикнули Полифему:

- Если никто тебя не обидел, то незачем тебе так реветь! Если же ты заболел, то такова воля Зевса, а ее никто не изменит.

С этими словами удалились циклопы.

Настало утро. С громкими стонами отодвинул от входа скалу Полифем и стал выпускать в поле стадо, ощупывая руками спину каждой овцы и каждой козы. Тогда, чтобы спасти товарищей, я связал по три барана и под среднего привязал по одному из своих товарищей. Сам же я, вцепившись руками в густую шерсть громадного барана, любимца Полифема, повис под ним. Прошли бараны с привязанными под ними моими спутниками мимо Полифема. Последним шел баран, под которым висел я. Остановил его Полифем, стал ласкать его и жаловаться на свою беду, на то, что обидел его дерзкий Никто. Наконец, пропустил он и этого барана. Так спаслись мы от верной гибели. Скорей погнали мы стадо Полифема к кораблю, где ждали нас товарищи. Не дал я товарищам оплакивать погибших. Быстро вошли мы на корабль, захватив овец Полифема, и отплыли от берега. Когда отплыли мы на такое расстояние, на которое слышен голос человека, я громко крикнул циклопу:

- Слушай, циклоп! Своей жестокостью ты сам навлек на себя кару Зевса. Больше не будешь ты убивать и пожирать несчастных странников.

Услыхал меня циклоп, в ярости поднял он утес и бросил его в море. Чуть не раздробил нос корабля утес. Взволновалось море от падения в него утеса. Громадная волна подхватила мой корабль и бросила на берег. Но шестом оттолкнул я корабль, снова поплыли мы в море. Отплыв, я крикнул Полифему:

- Знай, Полифем, что тебя ослепил Одиссей, царь Итаки.

Завыл от злости дикий циклоп и громко воскликнул:

- Сбылось пророчество, данное мне прорицателем! Я думал, что Одиссей - грозный великан, а не такой ничтожный червяк, как ты!

Стал молить Полифем отца своего Посейдона, чтобы покарал он меня за то, что лишил я его зрения. Схватил он утес еще больше первого и бросил в море. Упал утес за кормой корабля. Громадная волна подхватила мой корабль и бросила далеко в море. Так спаслись мы. Счастливо достигли мы острова, где ждали нас остальные корабли. Там принесли мы богатые жертвы богам. Проведя ночь на берегу этого острова, на следующий день отправились мы в дальнейший путь по безбрежному морю, скорбя о погибших товарищах.

www.ancientmyth.ru

Одиссей на острове циклопов. Полифем

Назад к разделу

Одиссей на острове циклопов. Полифем

После долгого плавания прибыл я с моими спутниками к земле свирепых циклопов, не знающих законов. Не занимаются они земледелием, но, несмотря на это, земля все дает им в изобилии сама. В пещерах живут великаны-циклопы, каждый знает лишь свою семью, не собираются они на народные собрания. Не сразу пристали мы к их земле. Мы вошли в залив небольшого острова, расположенного недалеко от острова циклопов. Ни один человек никогда не посещал этого острова, хотя он был очень плодороден. На этом острове водились в изобилии дикие козы, а так как никогда не видели эти козы человека, то не пугались они и нас. Причалив к берегу ночью, мы спокойно уснули на берегу, а утром занялись охотой на коз. На каждый из моих кораблей досталось по девяти коз, для корабля же, на котором плыл я сам, взял я их десять. Целый день отдыхали мы после охоты, весело пируя на берегу. До нас доносились с земли циклопов их голоса и блеяние их стад. На следующее утро решил я плыть на своем корабле к земле циклопов, чтобы узнать, что это за народ. Быстро переплыли мы неширокий пролив и пристали к берегу. У самого моря увидели мы пещеру, заросшую лавровыми деревьями и огороженную оградой из громадных камней. Взял я с собой двенадцать надежных товарищей, захватил мех с вином и пищей и вошел в пещеру циклопа. Как узнали мы после, этот циклоп был страшно свиреп, он жил отдельно от других и одиноко пас свои стада. Не похож он был, как и все циклопы, на остальных людей. Это был великан, обладал он чудовищной силой и имел только один глаз во лбу. Когда мы вошли к нему в пещеру, его не было дома, он пас стада. В пещере циклопа в корзинах лежало множество сыров, в ведрах и чашах стояла простокваша. В пещере были устроены ограды для ягнят и козлят. Спутники мои стали уговаривать меня, захватив лучших ягнят и козлят и взяв сыров, бежать на корабль, но я, к несчастью, не послушал их. Мне хотелась посмотреть на самого циклопа. Наконец, пришел и сам циклоп. Бросил он громадную вязанку дров на землю у входа в пещеру. Увидав циклопа, в страхе забились мы в самый темный угол пещеры. Циклоп же загнал в пещеру свое стадо, завалил скалой вход в нее и стал доить коз и овец. Подоив их, он развел огонь, чтобы приготовить себе пищу. Тут увидел он нас и грубо спросил громовым голосом:

 

- Кто вы такие? Откуда вы пришли? Верно, без дела скитаетесь вы по морям, причиняя всем народам несчастья?

 

- Все мы греки, - ответил я циклопу, - плывем из-под Трои. Нас занесло сюда бурей. Мы умоляем тебя принять нас дружелюбно, как гостей. Ведь ты знаешь, что карает Зевс того, кто обижает странников и не оказывает им гостеприимства.

 

- Видно, что издалека пришел ты сюда, чужеземец! - свирепо крикнул мне циклоп, - коль думаешь, что боюсь я твоих богов. Какое дело мне до Зевса! Не боюсь я гнева Зевса! Не намерен я щадить вас! Делать буду я то, что захочу! Скажи, где твои корабли!

 

Понял я, зачем спрашивает меня циклоп о моем корабле, и ответил ему:

 

- Бурей разбило мой корабль о прибрежные утесы, лишь я со своими спутниками спасся.

 

Ничего не ответил мне циклоп. Быстро схватил он своими громадными руками двух моих спутников, ударил их об землю и убил. Затем он сварил их, рассекши их тела на части, и съел. В неописуемый ужас пришли мы и стали молить Зевса о спасении. Циклоп же, окончив свой ужасный ужин, спокойно растянулся на земле и заснул. Я хотел убить его, обнажил меч, но, взглянув на громадную скалу, которой завален был вход, понял, что так не спастись нам. Наступило утро. Снова циклоп убил двух моих спутников. Съев их, выгнал он стадо из пещеры, а вход завалил скалой. Долго придумывал я средство, как спастись, наконец, придумал. В пещере нашел я громадное бревно, похожее на мачту. Циклоп, наверно, хотел из него сделать себе дубину. Отрубил я мечом конец бревна, заострил его, обжег на углях Й спрятал. Вечером вернулся со стадом циклоп. Опять убил он двух моих спутников и, кончив свой отвратительный ужин, хотел лечь спать. Но я подошел к нему и предложил чашу вина. Выпил вино циклоп, потребовал еще, сказав мне:

 

- Налей мне еще да скажи, как зовут тебя, я хочу приготовить тебе подарок.

 

Налил я циклопу вторую чашу, он потребовал третью, налил я и третью. Подавая ее, сказал я циклопу:

 

- Ты хочешь знать мое имя? Меня зовут Никто.

 

- Ну, слушай же, Никто, тебя съем я последним, это будет моим подарком тебе, - так ответил мне со смехом циклоп. Выпил он третью чашу, охмелел, повалился на землю и заснул.

 

Тогда дал я знак товарищам, схватили мы заостренный конец бревна, разожгли его на костре и выжгли им глаз циклопу. Заревел он от страшной боли, вырвал из глаза дымящийся кол и стал звать на помощь других циклопов. Сбежались они и стали спрашивать:

 

- Что случилось с тобой, Полифем? Кто обидел тебя? Не похитили ли у тебя твои стада? Зачем ты разбудил нас?

 

Им отвечал, дико взревев, Полифем:

 

- Меня не силой, а хитростью губит Никто!

 

Рассердились циклопы и крикнули Полифему:

 

- Если никто тебя не обидел, то незачем тебе так реветь! Если же ты заболел, то такова воля Зевса, а ее никто не изменит.

 

С этими словами удалились циклопы.

 

Настало утро. С громкими стонами отодвинул от входа скалу Полифем и стал выпускать в поле стадо, ощупывая руками спину каждой овцы и каждой козы. Тогда, чтобы спасти товарищей, я связал по три барана и под среднего привязал по одному из своих товарищей. Сам же я, вцепившись руками в густую шерсть громадного барана, любимца Полифема, повис под ним. Прошли бараны с привязанными под ними моими спутниками мимо Полифема. Последним шел баран, под которым висел я. Остановил его Полифем, стал ласкать его и жаловаться на свою беду, на то, что обидел его дерзкий Никто. Наконец, пропустил он и этого барана. Так спаслись мы от верной гибели. Скорей погнали мы стадо Полифема к кораблю, где ждали нас товарищи. Не дал я товарищам оплакивать погибших. Быстро вошли мы на корабль, захватив овец Полифема, и отплыли от берега. Когда отплыли мы на такое расстояние, на которое слышен голос человека, я громко крикнул циклопу:

 

- Слушай, циклоп! Своей жестокостью ты сам навлек на себя кару Зевса. Больше не будешь ты убивать и пожирать несчастных странников.

 

Услыхал меня циклоп, в ярости поднял он утес и бросил его в море. Чуть не раздробил нос корабля утес. Взволновалось море от падения в него утеса. Громадная волна подхватила мой корабль и бросила на берег. Но шестом оттолкнул я корабль, снова поплыли мы в море. Отплыв, я крикнул Полифему:

 

- Знай, Полифем, что тебя ослепил Одиссей, царь Итаки.

 

Завыл от злости дикий циклоп и громко воскликнул:

 

- Сбылось пророчество, данное мне прорицателем! Я думал, что Одиссей - грозный великан, а не такой ничтожный червяк, как ты!

 

Стал молить Полифем отца своего Посейдона, чтобы покарал он меня за то, что лишил я его зрения. Схватил он утес еще больше первого и бросил в море. Упал утес за кормой корабля. Громадная волна подхватила мой корабль и бросила далеко в море. Так спаслись мы. Счастливо достигли мы острова, где ждали нас остальные корабли. Там принесли мы богатые жертвы богам. Проведя ночь на берегу этого острова, на следующий день отправились мы в дальнейший путь по безбрежному морю, скорбя о погибших товарищах. 

Назад к разделу


world-of-legends.su

Отправить ответ

avatar
  Подписаться  
Уведомление о