Байрон произведения список – Список книг и других произведений Джордж Гордон Байрон Сортировка по году написания

Лучшие книги Джорджа Гордона Байрона: список из 22 шт.

  • 1.

    125

    поднять опустить

    «Чайльд Гарольд» – восхитительная поэма, которая принесла небывалую славу ее творцу – великому английскому поэту Джорджу Байрону (англ. George Noel Gordon Byron, 1788 – 1824).*** Это произведение написано после длительного путешествия поэта по странам Средиземноморья. Чайльд Гарольд – молодой человек, уставший от беззаботной жизни и постоянного веселья, отправляется в дальнее странствие на поиски приключений. Другими известными произведениями лорда Байрона являются «Каин», «Паризина», «Марино Фальеро», «Корсар», «Беппо», «Шильонский узник», «Лара», «Мазепа». Джордж Гордон Байрон считается символом европейского романтизма, «Прометеем нового времени». В творчестве этой загадочной личности пессимизм и мотивы «мировой скорби» удивительным образом сочетаются со свободолюбием и революционным духом. Его произведения переведены на многие языки мира и уже несколько веков продолжают покорять сердца читателей. ... Далее

  • 2.

    125

    поднять опустить

    «Мазепа» – романтическая поэма гениального английского поэта Джорджа Байрона (англ. George Noel Gordon Byron, 1788 – 1824).*** Украинский гетман Иван Мазепа рассказывает королю Карлу XII историю своей жизни. Главный эпизод – о том, как юного Мазепу, тогда еще королевского пажа, в наказание за порочную связь с супругой одного вельможи привязывают голым к спине лошади и отпускают в поле… Произведение является обязательной частью школьной программы. «Корсар», «Абидосская невеста», «Лара», «Марино Фальеро», «Пророчество Данте», «Гяур», «Манфред», «Дон Жуан», «Вальс». Джордж Гордон Байрон считается символом европейского романтизма, «Прометеем нового времени». В творчестве этой загадочной личности пессимизм и мотивы «мировой скорби» удивительным образом сочетаются со свободолюбием и революционным духом. Его произведения переведены на многие языки мира и уже несколько веков продолжают покорять сердца читателей. ... Далее

  • 3.

    125

    поднять опустить

    Драматическая поэма «Манфред» вышла из-под пера великого английского поэта Джорджа Байрона (англ. George Noel Gordon Byron, 1788 – 1824).*** Манфреда мучит чувство вины за какой-то загадочный поступок, совершенный им много лет назад и связанный со смертью его возлюбленной Астарты. В отчаяньи он взывает к семи духам, которых он просит помочь ему все забыть… Другими известными произведениями лорда Байрона являются «Двое Фоскари», «Беппо», «Корсар», «Осада Коринфа», «На тему из Горация», «Оскар Альвский», «Каин», «Преображенный урод», «Гяур». Джордж Гордон Байрон считается символом европейского романтизма, «Прометеем нового времени». В творчестве этой загадочной личности пессимизм и мотивы «мировой скорби» удивительным образом сочетаются со свободолюбием и революционным духом. Его произведения переведены на многие языки мира и уже несколько веков продолжают покорять сердца читателей. ... Далее

  • 4.

    125

    поднять опустить

    «Пророчество Данте» – великолепная поэма знаменитого на весь мир английского поэта Джорджа Байрона (англ. George Noel Gordon Byron, 1788 – 1824).*** Автор говорит устами великого итальянского поэта Данте Алигьери. Данте предупреждает своих соотечественников о предстоящих бедствиях, ожидающих Италию, призывает к объединению, а также рассуждает о поэтическом искусстве и о поэтах, которые прославят имя Италии. Из-под пера лорда Байрона вышли такие произведения, как «Абидосская невеста», «Мазепа», «Дон Жуан», «Оскар Альвский», «Беппо», «Корсар», «Шильонский узник», «Лара». Джордж Гордон Байрон считается символом европейского романтизма, «Прометеем нового времени». В творчестве этой загадочной личности пессимизм и мотивы «мировой скорби» удивительным образом сочетаются со свободолюбием и революционным духом. Его произведения переведены на многие языки мира и уже несколько веков продолжают покорять сердца читателей. ... Далее

  • 5.

    125

    поднять опустить

    «Сонет до Шільйону» Джорджа Гордона Байрона – поезія, в якій постає образ Шільйонського замку-в’язниці***. Переклад був здійснений видатним українським митцем Дмитром Павличком. ... Далее

  • 6.

    125

    поднять опустить
  • 7.

    125

    поднять опустить

    Книга содержит лучшие образцы лирики Джорджа Байрона (1788–1824) – выдающегося английского поэта-романтика. Жажда любви, свободы и подвига – ключевые темы творчества Байрона. Бурная, гордая и страстная душа поэта, стремление вырваться за границы общепринятых норм и условностей, воплотились в характеры героев его стихотворений. Поэзия Байрона отразила потребность человека в праве на собственные выстраданные мысли и чувства, породила тип поведения и переживания реальности, названный в честь автора байроническим. ... Далее

  • 8.

    125

    поднять опустить

    «Абидосская невеста» – великолепное произведение из цикла «Восточные поэмы» величайшего английского поэта Джорджа Байрона (англ. George Noel Gordon Byron, 1788 – 1824).*** Зулейка, дочь старого султана, бежит со своим возлюбленным братом Селимом от отца, который хочет выдать ее замуж за другого. Но Селим предстает пред ней в совсем другом обличии… На написание этой романтической поэмы поэта вдохновило его путешествие по странам Востока. Поэма полна ярких описаний прекрасной восточной природы и неповторимого местного колорита. Всемирную славу Джорджу Байрону принесли также произведения «Манфред», «Шильонский узник», «Пророчество Данте», «Чайльд Гарольд», «Мазепа», «Корсар», «Дон Жуан», «Каин», «Марино Фальеро». Джордж Гордон Байрон считается символом европейского романтизма, «Прометеем нового времени». В творчестве этой загадочной личности пессимизм и мотивы «мировой скорби» удивительным образом сочетаются со свободолюбием и революционным духом. Его произведения переведены на многие языки мира и уже несколько веков продолжают покорять сердца читателей. ... Далее

  • 9.

    125

    поднять опустить
  • 10.

    125

    поднять опустить
  • 11.

    125

    поднять опустить
  • 12.

    125

    поднять опустить

    Высокородный граф – и анахорет-чернокнижник; властный сеньор – и наделенный таинственным знанием повелитель духов… Таков Манфред. Одинокий герой романтической философской драмы Байрона с неукротимой гордыней ощущает в себе «Прометееву искру» и не соглашается «купить» душевный покой… ... Далее

  • 13.

    120

    поднять опустить

    «Я видел сон, не вовсе бывший сном. Потухло, мнилось, солнце, без лучей По беспредельности блуждали звезды, И хладная земля чернелась в мрачной, Безлунной тверди. Наступил час утра, Прошел, настал опять – дня нет, как нет!..» ... Далее

  • 14.

    117

    поднять опустить

    «Шильонский узник» – романтическая поэма великого английского поэта Джорджа Байрона (англ. George Noel Gordon Byron, 1788 – 1824).*** Франсуа де Бонивар рассказывает историю своей жизни – о трагической смерти его родных, о заточении в Шильонском замке и обо всем, что ему довелось пережить. Сюжет основан на реальных событиях, имевших место в XVI веке. Лорд Байрон прославился многими блестящими произведениями, среди которых «Паризина», «Чайльд Гарольд», «Сарданапал», «Пророчество Данте», «Мазепа», «Английские барды и шотландские обозреватели», «Манфред», «Проклятие Минервы». Джордж Гордон Байрон считается символом европейского романтизма, «Прометеем нового времени». В творчестве этой загадочной личности пессимизм и мотивы «мировой скорби» удивительным образом сочетаются со свободолюбием и революционным духом. Его произведения переведены на многие языки мира и уже несколько веков продолжают покорять сердца читателей. ... Далее

  • 15.

    107

    поднять опустить

    «Не трепещи! Не помышляй, Что отбыл дух, во мне витавший! Вином сосуд сей наполняй, Сосудом скорби быть преставший!..»

  • 16.

    106

    поднять опустить

    «…На троне Царь. Среди палат Вельможи, в пышном одеянье, При свете тысячи лампад, С ним разделяют ликованье. Все радостью оживлено – И в чашах древних, драгоценных, Эгове прежде посвященных, Кипит безбожника вино!..» ... Далее

  • 17.

    105

    поднять опустить

    «Корсар» – захватывающая восточная поэма гениального английского поэта Джорджа Байрона (англ. George Noel Gordon Byron, 1788 – 1824).*** Конрад – бесстрашный предводитель пиратов, бунтарь и отщепенец. Но на самом деле он очень одинокий человек, у которого нет друзей, и единственным его утешением в жизни является его возлюбленная Медора… В поэме очень интересно представлен романтический образ героя, его душевные переживания и непростой характер. Не зря ее называют шедевром английской поэзии. Другими известными произведениями Дж. Байрона являются «Вернер и наследство», «Синие чулки», «Сарданапал», «Двое Фоскари», «Небо и земля», «Лара», «Беппо», «Осада Коринфа». Джордж Гордон Байрон считается символом европейского романтизма, «Прометеем нового времени». В творчестве этой загадочной личности пессимизм и мотивы «мировой скорби» удивительным образом сочетаются со свободолюбием и революционным духом. Его произведения переведены на многие языки мира и уже несколько веков продолжают покорять сердца читателей. ... Далее

  • 18.

    101

    поднять опустить

    «Она идет, блистая красотою, Цветущая земли роскошной дочь, Одетая сиянием и тьмою, Как дивная полуденная ночь…»

  • 19.

    101

    поднять опустить

    «Не блеском мил мне сердолик! Один лишь раз сверкал он, ярок, И рдеет скромно, словно лик Того, кто мне вручил подарок…»

  • 20.

    100

    поднять опустить

    Перед вами книга из серии «Классика в школе», в которой собраны все произведения, изучающиеся в начальной школе, средних и старших классах. Не тратьте время на поиски литературных произведений, ведь в этих книгах есть все, что необходимо прочесть по школьной программе: и для чтения в классе, и для внеклассных заданий. Избавьте своего ребенка от длительных поисков и невыполненных уроков. Поэма Дж.Г. Байрона «Паломничество Чайльд-Гарольда» изучается на уроках литературы в 10-11 классах. Это – самая блестящая из книг английского романтизма. Книга, которая в свое время произвела самый грандиозный скандал за всю историю британской литературы XIX в. Это – книга, которой отчаянно восхищались и столь же отчаянно возмущались. Поэма, что потрясла основы основ морали и нравственности своей эпохи и подарила миру одного из знаменитейших литературных героев человечества – героя, без которого не существовало бы ни пушкинского Онегина, ни лермонтовского Печорина. Это – просто «Паломничество Чайльд-Гарольда». ... Далее

  • 21.

    1

    поднять опустить

    Вниманию читателей предлагаются блистательные поэмы и стихи великого английского поэта, герои которого бросали вызов обществу, мстили за зло и несправедливость, трагически переживали разлад с миром и с собой, но женщин любили самозабвенно и возвышенно. ... Далее

  • 22.

    1

    поднять опустить
  • knigi-avtora.ru

    Байрон «Избранные произведения»

    Описание:

    Избранные произведения.

    Иллюстрация на обложке А. Ермакова.

    Содержание:

    1. А. Елистратова. Джордж Гордон Байрон (статья), стр. 3-22
    2. Лирика и эпиграммы
      1. Джордж Гордон Байрон. При отъезде из Ньюстэдского аббатства (стихотворение, перевод Вяч. Иванова), стр. 25
      2. Джордж Гордон Байрон. Подражание Катуллу (Елене) (стихотворение, перевод А. Блока), стр. 25
      3. Джордж Гордон Байрон. Эмме (стихотворение, перевод И. Грушецкой), стр. 25-26
      4. Джордж Гордон Байрон. Каролине («Не безучастен, не суров...») (стихотворение, перевод Б. Лейтина), стр. 26
      5. Джордж Гордон Байрон. Первое лобзанье любви (стихотворение, перевод Вяч. Иванова), стр. 26
      6. Джордж Гордон Байрон. Отрывок (стихотворение, перевод А. Блока), стр. 27
      7. Джордж Гордон Байрон. Любви последнее прости (стихотворение, перевод Вяч. Иванова), стр. 27
      8. Джордж Гордон Байрон. Оскар из Альвы (стихотворение, перевод Э. Левонтина), стр. 27-32
      9. Джордж Гордон Байрон. Лэчин-и-Гэр (стихотворение, перевод Вяч. Иванова), стр. 32
      10. Джордж Гордон Байрон. Строки, адресованные преподобному Бичеру в ответ на его совет чаще бывать в обществе (стихотворение, перевод Л. Шифферса), стр. 32
      11. Джордж Гордон Байрон. Воспоминание (стихотворение, перевод А. Родионова), стр. 33
      12. Джордж Гордон Байрон. Джорджу, графу Делавару (стихотворение, перевод В. Рогова), стр. 33
      13. Джордж Гордон Байрон. Когда б я мог в морях пустынных (стихотворение, перевод В. Левика), стр. 33
      14. Джо Гордрджон Байрон. Стихи, написанные под старым вязом на кладбище Харроу (стихотворение, перевод В. Левика), стр. 34
      15. Джордж Гордон Байрон. К Анне (стихотворение, перевод В. Рогова), стр. 34
      16. Джордж Гордон Байрон. Тщеславной леди (стихотворение, перевод Л. Шифферса), стр. 34-35
      17. Джордж Гордон Байрон. Расставание (стихотворение, перевод С. Маршака), стр. 35
      18. Джордж Гордон Байрон. Надпись на чаше из черепа (стихотворение, перевод Л. Шифферса), стр. 35
      19. Джордж Гордон Байрон. Ну что ж! Ты счастлива (стихотворение, перевод Б. Лейтина), стр. 35-36
      20. Джордж Гордон Байрон. Даме, спросившей автора о причине его отъезда из Англии (стихотворение, перевод Д. Файнберг), стр. 36
      21. Джордж Гордон Байрон. Так ты оплачешь боль мою? (стихотворение, перевод Вяч. Иванова), стр. 36
      22. Джордж Гордон Байрон. Наполняйте стаканы! (стихотворение, перевод В. Левика), стр. 36-37
      23. Джордж Гордон Байрон. Тех дней забыть мне не дано (стихотворение, перевод Л. Шифферса), стр. 37
      24. Джордж Гордон Байрон. Девушка из Кадикса (стихотворение, перевод Л. Мея), стр. 37
      25. Джордж Гордон Байрон. К Флоренс (стихотворение, перевод Б. Лейтина), стр. 38
      26. Джордж Гордон Байрон. В альбом (стихотворение, перевод М. Лермонтова), стр. 38
      27. Джордж Гордон Байрон. Стансы, написанные при проходе мимо Амвракийского залива (стихотворение, перевод Т. Щепкиной-Куперник), стр. 38
      28. Джордж Гордон Байрон. Стихи, написанные после пересечения вплавь Дарданелл между Сестосом и Абидосом (стихотворение, перевод И. Пузанова), стр. 38-39
      29. Джордж Гордон Байрон. Эпитафия самому себе (стихотворение, перевод А. Арго), стр. 39
      30. Джордж Гордон Байрон. Песня греческих повстанцев (стихотворение, перевод С. Маршака), стр. 39
      31. Джордж Гордон Байрон. Перевод греческой песни (стихотворение, перевод Вяч. Иванова), стр. 39-40
      32. Джордж Гордон Байрон. Прощанье с Мальтой (стихотворение, перевод Вяч. Иванова), стр. 40
      33. Джордж Гордон Байрон. Эпитафия Джозефу Блэкету (стихотворение, перевод А. Арго), стр. 40
      34. Джордж Гордон Байрон. Не надо слов, не надо слов (стихотворение, перевод Вяч. Иванова), стр. 41
      35. Джордж Гордон Байрон. Забыть тебя! Забыть тебя! (стихотворение, перевод Вяч. Иванова), стр. 41
      36. Джордж Гордон Байрон. К времени (стихотворение, перевод Вяч. Иванова), стр. 41
      37. Джордж Гордон Байрон. Перевод греческой любовной песни (стихотворение, перевод Вяч. Иванова), стр. 42
      38. Джордж Гордон Байрон. Ода авторам билля против разрушителей станков (стихотворение, перевод О. Чюминой), стр. 42
      39. Джордж Гордон Байрон. Подражание португальскому (стихотворение, перевод И. Козлова), стр. 42
      40. Джордж Гордон Байрон. На посещение принцем-регентом королевского склепа (стихотворение, перевод С. Маршака), стр. 43
      41. Джордж Гордон Байрон. Валтасару (стихотворение, перевод Б. Лейтина), стр. 43
      42. Джордж Гордон Байрон. Еврейские мелодии
        1. Джордж Гордон Байрон. 1. Она идет во всей красе (стихотворение, перевод С. Маршака), стр. 43
        2. Джордж Гордон Байрон. 7. Дочь Иевфая (стихотворение, перевод П. Козлова), стр. 43
        3. Джордж Гордон Байрон. 9. Душа моя мрачна (стихотворение, перевод М. Лермонтова), стр. 43-44
        4. Джордж Гордон Байрон. 10. Ты плачешь (стихотворение, перевод С. Маршака), стр. 44
        5. Джордж Гордон Байрон. 11. Ты кончил жизни путь... (стихотворение, перевод А. Плещеева), стр. 44
        6. Джордж Гордон Байрон. 13. Песнь Саула перед последней битвой (стихотворение, перевод Д. Файнберг), стр. 44
        7. Джордж Гордон Байрон. 16. Видение Валтасара (стихотворение, перевод А. Полежаева), стр. 44-45
        8. Джордж Гордон Байрон. 17. Солнце бессонных (стихотворение, перевод С. Маршака), стр. 45
        9. Джордж Гордон Байрон. 22. Поражение Сеннахериба (стихотворение, перевод А.К. Толстого), стр. 45
      43. Джордж Гордон Байрон. На бегство Наполеона с острова Эльбы (стихотворение, перевод А. Арго), стр. 45
      44. Джордж Гордон Байрон. Ода с французского (стихотворение, перевод В. Луговского), стр. 45-46
      45. Джордж Гордон Байрон. Звезда Почетного Легиона (стихотворение, перевод Вяч. Иванова), стр. 46-47
      46. Джордж Гордон Байрон. Прощание Наполеона (стихотворение, перевод В. Луговского), стр. 47
      47. Джордж Гордон Байрон. Прометей (стихотворение, перевод В. Луговского), стр. 47-48
      48. Джордж Гордон Байрон. Надпись на обороте разводного акта в апреле 1816 г. (стихотворение, перевод А. Арго), стр. 48
      49. Джордж Гордон Байрон. Послание к Августе (стихотворение, перевод Б. Лейтина), стр. 48-49
      50. Джордж Гордон Байрон. Стансы к Августе (стихотворение, перевод В. Левика), стр. 49-50
      51. Джордж Гордон Байрон. Стансы к Августе (стихотворение, перевод Б. Пастернака), стр. 50
      52. Джордж Гордон Байрон. Стансы («Ни одна не станет в споре...») (стихотворение, перевод Н. Огарева), стр. 50
      53. Джордж Гордон Байрон. Стансы для музыки (стихотворение, перевод А. Родионова), стр. 50-51
      54. Джордж Гордон Байрон. Сон (стихотворение, перевод М. Зенкевича), стр. 51-53
      55. Джордж Гордон Байрон. Тьма (стихотворение, перевод М. Зенкевича), стр. 53
      56. Джордж Гордон Байрон. Песня для луддитов (стихотворение, перевод Н. Холодковского), стр. 54
      57. Джордж Гордон Байрон. К бюсту Елены, изваянному Кановой (стихотворение, перевод А. Арго), стр. 54
      58. Джордж Гордон Байрон. Томасу Муру (стихотворение, перевод Л. Шифферса), стр. 54
      59. Джордж Гордон Байрон. Стихи, написанные в шутку (стихотворение, перевод В. Лихачёва), стр. 54
      60. Джордж Гордон Байрон. Томасу Муру (стихотворение, перевод М. Зенкевича), стр. 54
      61. Джордж Гордон Байрон. «Не бродить нам вечер целый...» (стихотворение, перевод С. Маршака), стр. 54
      62. Джордж Гордон Байрон. Эпилог (стихотворение, перевод В. Мазуркевича), стр. 55
      63. Джордж Гордон Байрон. Стансы (стихотворение, перевод С. Маршака), стр. 55
      64. Джордж Гордон Байрон. Стансы, написанные по дороге между Флоренцией и Пизой (стихотворение, перевод Б. Лейтина), стр. 55
      65. Джордж Гордон Байрон. Эпитафия Вильяму Питту (стихотворение, перевод Н. Холодковского), стр. 55
      66. Джордж Гордон Байрон. В день моей свадьбы (стихотворение, перевод С. Маршака), стр. 55
      67. Джордж Гордон Байрон. Эпиграмма (стихотворение, перевод Д. Файнберг), стр. 55
      68. Джордж Гордон Байрон. Эпиграмма на Вильяма Коббетта (стихотворение, перевод С. Маршака), стр. 55
      69. Джордж Гордон Байрон. Из Марциала (стихотворение, перевод С. Маршака), стр. 55
      70. Джордж Гордон Байрон. На смерть поэта Джона Китса (стихотворение, перевод С. Маршака), стр. 56
      71. Джордж Гордон Байрон. На самоубийство британского министра Кэстлери (стихотворение, перевод С. Маршака), стр. 56
      72. Джордж Гордон Байрон. Песнь к сулиотам (стихотворение, перевод А. Блока), стр. 56
      73. Джордж Гордон Байрон. Из дневника в Кефалонии (стихотворение, перевод А. Блока), стр. 56
      74. Джордж Гордон Байрон. Последние слова о Греции (стихотворение, перевод Н. Холодковского), стр. 56
      75. Джордж Гордон Байрон. В день моего тридцатишестилетия (стихотворение, перевод Л. Шифферса), стр. 56-57
    3. Поэмы и сатиры
      1. Джордж Гордон Байрон. По стопам Горация (поэма, перевод Н. Вольпин), стр. 61-70
      2. Джордж Гордон Байрон. Проклятие Минервы (поэма, перевод М. Зенкевича), стр. 71-74
      3. Джордж Гордон Байрон. Паломничество Чайльд-Гарольда (поэма, перевод Г. Шенгели), стр. 75-135
      4. Джордж Гордон Байрон. Гяур (стихотворение, перевод Г. Шенгели), стр. 136-148
      5. Джордж Гордон Байрон. Корсар (поэма, перевод Г. Шенгели), стр. 149-169
      6. Шильонский узник
        1. Джордж Гордон Байрон. Сонет к Шильону (стихотворение, перевод Г. Шенгели), стр. 170
        2. Джордж Гордон Байрон. Шильонский узник (поэма, перевод В. Жуковского), стр. 170-174
      7. Джордж Гордон Байрон. Беппо (поэма, перевод В. Левика), стр. 175-185
      8. Джордж Гордон Байрон. Пророчество Данте (поэма, перевод Г. Шенгели), стр. 186-194
      9. Джордж Гордон Байрон. Ирландская аватара (поэма, перевод М. Зенкевича), стр. 195-196
      10. Джордж Гордон Байрон. Видение суда (поэма, перевод Г. Шенгели), стр. 197-208
      11. Джордж Гордон Байрон. Бронзовый век (в отрывках) (поэма, перевод В. Луговского), стр. 209-212
    4. Драмы и мистерии
      1. Джордж Гордон Байрон. Манфред (поэма, перевод Г. Шенгели), стр. 215-233
      2. Джордж Гордон Байрон. Марино Фальеро, дож венецианский (пьеса, перевод Г. Шенгели), стр. 234-281
      3. Джордж Гордон Байрон. Двое Фоскари (пьеса, перевод Г. Шенгели), стр. 282-320
      4. Джордж Гордон Байрон. Сарданапал (пьеса, перевод Г. Шенгели), стр. 321-370
      5. Джордж Гордон Байрон. Каин (пьеса, перевод Г. Шенгели), стр. 371-400
      6. Джордж Гордон Байрон. Преображенный урод (пьеса, перевод Г. Шенгели), стр. 401-424
    5. Речи, статьи, дневники и письма
      1. Выступления в парламенте
        1. Джордж Гордон Байрон. Речь в Палате Лордов по поводу билля о станках февраля 27-го дня 1812 года (произведение (прочее), перевод М. Богословской, С. Боброва), стр. 427-430
        2. Джордж Гордон Байрон. Речь в Палате Лордов апреля 21 дня 1812 года по поводу предложения лорда Дономора о назначении комиссии для рассмотрения претензий католиков (произведение (прочее), перевод М. Богословской, С. Боброва), стр. 430-435
      2. Из литературно-критического наследства
        1. Джордж Гордон Байрон. Некоторые замечания по поводу статьи в Эдинбургском журнале «Блэквуд'с Мэгэзин» № 29, 1819 г. (в сокращении) (статья, перевод М. Богословской, С. Боброва), стр. 436-442
        2. Джордж Гордон Байрон. Из письма издателю Дж Мэррею, опубликованного в 1821 г. по поводу критических рассуждений Боулса о жизни и творчестве Попа (в сокращении, перевод М. Богословской, С. Боброва), стр. 442-444
      3. Дневники и письма
        1. Джордж Гордон Байрон. Обращение к неаполитанским повстанцам (перевод М. Богословской, С. Боброва), стр. 445
        2. Джордж Гордон Байрон. Из дневника (1821 г.) (перевод М. Богословской, С. Боброва), стр. 445-456
        3. Джордж Гордон Байрон. Из переписки (1821-1823 гг.)
          1. Томасу Муру, 28 апреля 1821 г. (перевод М. Богословской, С. Боброва), стр. 456-457
          2. Томасу Муру, 5 июля 1821 г. (перевод М. Богословской, С. Боброва), стр. 457
          3. Джону Мэррею, 14 июля 1821 г. (перевод М. Богословской, С. Боброва), стр. 457-458
          4. Ричарду Белгреву Гоппнеру, 23 июля 1821 г. (перевод М. Богословской, С. Боброва), стр. 457-458
          5. Джону Мэррею, 4 сентября 1821 г. (перевод М. Богословской, С. Боброва), стр. 458-459
          6. Джону Мэррею, 12 сентября 1821 г. (перевод М. Богословской, С. Боброва), стр. 459-460
          7. Джону Мэррею, 24 сентября 1821 г. (перевод М. Богословской, С. Боброва), стр. 460-461
          8. Августе Ли, 7 ноября 1822 г. (перевод М. Богословской, С. Боброва), стр. 461-462
          9. Эдварду Блэкуайру, 5 апреля 1823 г. (перевод М. Богословской, С. Боброва), стр. 462
          10. Лорду Блессингтону, 23 апреля 1822 г. (перевод М. Богословской, С. Боброва), стр. 462
          11. Анри Бэйлю, 29 мая 1823 г. (перевод М. Богословской, С. Боброва), стр. 462-463
          12. Джону Боурингу, 7 июля 1823 г. (перевод М. Богословской, С. Боброва), стр. 463
          13. Иоганну Вольфгангу фон Гете, 24 июля 1823 г. (перевод М. Богословской, С. Боброва), стр. 463
        4. Джордж Гордон Байрон. Кефалонский дневник (1823 г.) (перевод М. Богословской, С. Боброва), стр. 464-467
        5. Джордж Гордон Байрон. Из последних писем (1823-1824 гг.)
          1. Греческому правительству, 30 ноября 1823 г. (перевод М. Богословской, С. Боброва), стр. 467
          2. Томасу Муру, 27 декабря 1823 г. (перевод М. Богословской, С. Боброва), стр. 467-468
          3. Полковнику Листеру Стэнхопу, 31 декабря 1823 г. (перевод М. Богословской, С. Боброва), стр. 468
          4. Чарльзу Хэнкоку, 13 января 1824 г. (перевод М. Богословской, С. Боброва), стр. 468-469
          5. Томасу Муру, 4 марта 1824 г. (перевод М. Богословской, С. Боброва), стр. 469
          6. Андреасу Лондосу, без даты (перевод М. Богословской, С. Боброва), стр. 469
        6. Письма о смерти Байрона
          1. Письмо Вильяма Флетчера Джону Мэррею, 21 апреля 1824 г. (перевод М. Богословской, С. Боброва), стр. 470
          2. Письмо Маврокордато Августе Ли, 1 мая 1824 г. (перевод М. Богословской, С. Боброва), стр. 470
      4. В. Хинкис, Ю. Шведов. Примечания, стр. 471-496

    Примечание:

    Составление и редакция переводов Р.М. Самарина.

    Переводчик В. Лихачёв в книге дан как В. Лихачов.

    Информация об издании предоставлена: k2007

    fantlab.ru

    Биография, стихотворения, поэмы, драмы, лирика

    Байрон (1788 - 1824) - великий английский поэт, родоначальник названного по его имени байронического течения в европейской литературе XIX в.

    Первым крупным произведением Байрона были две первые песни поэмы «Чайльд-Гарольд», появившиеся в печати в 1812 г. Это были путевые впечатления из путешествия Байрона по европейскому востоку, чисто внешним образом объединенные вокруг личности Чайльд-Гарольда. Основные черты этого образа повторялись в дальнейшем в центральных фигурах всех произведений Байрона, развивались и осложнялись, отражая на себе эволюцию душевной жизни самого поэта, и в целом создали образ носителя мировой скорби, «байронического» героя, господствовавший в европейской литературе первые три десятилетия XIX века. Сущность этого характера, как и всего европейского романтизма, составляет восходящий к Руссо протест человеческой личности против стесняющего ее общественного строя. Байрона отделяют от Руссо три десятилетия, заполненные величайшими событиями новой истории. За это время европейское общество пережило вместе с французской революцией эпоху грандиозных замыслов и пылких надежд и полосу самых горьких разочарований.

    Правящая Англия и сто лет тому назад, как сейчас, стояла во главе политической и общественной реакции, а английское «общество» требовало от каждого своего члена безусловного внешнего подчинения официально признанному кодексу моральных и светских правил. Все это в связи с необузданной и страстной природой самого поэта способствовало тому, что у Байрона протест Руссо превратился в открытый вызов, непримиримую войну с обществом и сообщил его героям черты глубокой горечи и разочарования. В произведениях, появившихся непосредственно за первыми песнями Чайльд Гарольда и также отразившими на себе впечатления востока, образы героев становятся все мрачнее. Они отягощены загадочным преступным прошлым, тяжело лежащим на их совести, и исповедуют мщение людям и судьбе. В духе этой «разбойничьей романтики» написаны герои «Гяура», «Корсара» и «Лары».

    Политическое вольномыслие Байрона и свобода его религиозных и нравственных воззрений вызвали против него настоящее гонение всего английского общества, воспользовавшегося историей его неудачного брака, чтобы заклеймить его как неслыханного грешника. Байрон с проклятием порывает все связи со старой жизнью и отечеством и отправляется в новое путешествие по Швейцарии. Здесь им были созданы третья песня Чайльд-Гарольда и «Манфред». Четвертая и последняя песня этой поэмы написана Байроном уже в Италии. Она воссоздавала его странствия среди руин античной Италии и была проникнута таким горячим призывом к освобождению итальянского народа, что явилась в глазах реакционных правительств Италии опасным революционным актом.

    В Италии Байрон примкнул к карбонарскому движению, стремившемуся в 20-х годах XIX в. к освобождению Италии от австрийского владычества и тирании собственных правительств и к национальному объединению. Он скоро становится главой одной из деятельнейших карбонарских секций и основывает в Лондоне орган для распространения идей карбонаризма и поддержки обще-европейского либерального движения. В эти годы Байроном была создана оставшаяся неоконченной поэма «Дон Жуан», блестящая сатира на все цивилизованное общество. В 1823 г. сторонники освобождения Греции предложили Байрону стать во главе восставшей Греции. Байрон последовал этому призыву, собрал добровольческий отряд и отправился в Грецию. Среди работ по организации греческой армии он заболел и умер в Миссолунги в 1824 г. Поэзия Байрона оказала большое влияние на поэтическое творчество Пушкина и особенно Лермонтова.

    Джордж Гордон Байрон родился в Лондоне 22 января 1788 года. По линии отца, гвардейского офицера Джона Байрона Байрон происходил из высшей аристократической знати. Брак родителей не удался, и вскоре после рождения Гордона мать увезла маленького сына в Шотландию в город Абердин. Байрон вернулся в Лондон в 1791 году, когда его отец, разорив семью, скончался. После смерти деда Байрон стал лордом, и по наследству ему перешло родовое поместье — Ньюстедское аббатство где он и поселился.

    В 1801 году Байрон поступил в Хэрроу, закрытую школу для детей из богатых и знатных семей. Старшие мальчики насмехались над его хромотой, и Гордон чувствовал себя несчастным. Байрон проводил школьные каникулы в Саусвелле, недалеко от Ноттингема. Там началась его юношеская безответная любовь к своей старшей кузине Мэри Чаворт, которая была к тому времени помолвлена. Этот горький опыт повлиял на все романтические устремления Байрона в будущем.

    Байрон провел в Лондоне 1808 год в развлечениях, отдаваясь «бездне чувственности», как говорил об этом сам поэт.

    В 1809 году вместе с другом по Тринити-Колледжу Джоном Кэмом Хобхаузом Байрон предпринял длительную поездку в Португалию, Испанию, Албанию, Грецию и Константинополь. Это путешествие изменило его жизнь. Поэт влюбился в природу Средиземноморья, людей, его населяющих, и их образ жизни, который после Англии казался ему простым, естественным, раскрепощенным.

    Появившиеся в 1812 году первые две песни «Паломничества Чайльд-Гарольда», созданные во время путешествия по Средиземному морю, принесли Байрону известность. У поэта был бурный роман с леди Кэролайн Лэм, он также вкусил «осенних чар» леди Оксфорд, которая поддерживала его радикальные политические настроения. В 1813 году Байрон безрассудно увлекся своей сводной сестрой Августой Лей. Чтобы выпутаться из создавшегося положения, спустя два года Байрон женится на Аннабелле Мильбенк. Однако уже через год жена ушла от поэта. Последующий скандал вынудил Байрона навсегда покинуть Англию в апреле 1816 года. Осень 1816 года застала Байрона в Венеции где, помимо романов с замужними и незамужними женщинами, поэт начал писать «Дон Жуана», остроумное описание подвигов легендарного и неутомимого героя-любовника. Позднее, он перезжает в Пизу.

    В июле 1823 года Байрон направился на остров Иония в Кефалонии. Однако еще до наступления греков на турок у Байрона начался приступ лихорадки. Поэта не стало 19 апреля 1824 года. Байрон был легендой своего времени и остается таковым в наше время. Он был романтиком, однако в отличие от своих собратьев по перу его романтизм был окрашен в более прагматичные тона, поскольку поэт придерживался несколько иных взглядов на ту непреодолимую пропасть, которая разделяет наши идеалы и реальность. Герой Байрона презирает условности, его судьба предрешена, он страстен.

    Основные разделы сайта:
    | | | | | | | | | |

    byron.velchel.ru

    Краткое содержание рассказов Джорджа Байрона за 2 минуты

    В 1778 году в одной из знатных английских семей появился на свет будущий знаменитый поэт Джордж Гордон Байрон. Он станет одним из значимых литературных деятелей своего времени.

    В поэзии Байрона нашли свое отражение все проблемы общества, современного поэту. Отреагировал он и на все значимые события той эпохи. Так, высказывал он свое мнение и по поводу Французской революции, и о том, что происходило и в родной его стране, и во всей Европе.

    Направление поэзии Байрона – романтизм. Его стихи раскрывали очень хорошо его внутренний мир. Посвящал он их не только происходящим событиям, но и любви, теме творчества и предназначения человеческого, и свободе. Причем, писал он о свободе и духовной, и общественной. Он реагировал на каждое движение за свободу человека, страны, нации, социального класса.

    Хорошо отражена в стихах Байрона противоречивость необходимости перемен и подготовленности к ним общества. Утопические идеи того времени считал поэт несоответственными действительности и настоящему положению дел. Признавая их величие, он, все же, сомневался в возможности претворения их в жизнь.

    Первые лирические произведения Байрона, вошедшие в сборник “Часы досуга”, не совсем еще совершенные, носили характер подражания своим предшественникам.

    Но, ничто не стоит на месте. И поэтический талант Байрона совершенствовался и раскрывался все больше. В других уже его произведениях все проникнуто мыслью литературного гения, своеобразного и индивидуального.

    Полностью раскрылся он в “Странствиях Чарльза Гарольда”. В основу этого произведения легли записи, сделанные поэтом во время своего путешествия по Европе. Каждая страна в нем – индивидуальность со всеми своими достатками и несовершенствами, традициями и порядками. В этом произведении он очень хорошо описал ту обстановку, в которой находились и вели свое существования на то время европейские государства.

    Творчество Байрона было разнообразным по тематикам. Но, писатель, обладая немалой наблюдательностью, умом и талантом, прекрасно видел и понимал все происходившее и в его стране, и в мире, давая верную оценку всем событиям. Он видел и всю необходимость общественных перемен, и понимал все несовершенство того, что приходит на смену.

    2minutki.ru

    Георг БрандесБайрон и его произведения

    I

    Когда вы войдете в музей Торвальдсена в Копенгагене, то первым скульптурным произведением, которое по правую руку бросится в глаза, будет мраморный бюст красивого молодого человека с тонкими, благородными чертами лица, с чудными кудрями, бюст лорда Байрона. Такой же бюст, но только гипсовый, вы увидите и в зале № XII; бюст этот по смерти Байрона послужил моделью для его статуи, которую вам нетрудно будет отыскать в зале № XIII. Если вы остановитесь перед гипсовым бюстом, который вне всякого сравнения отличается наибольшею выразительностью, то прежде всего вы будете поражены изяществом и осмысленностью его красоты, а затем жизнью, которая запечатлена в нем, и в особенности тревожными думами, расположившимися на его челе, подобно тучам, вот-вот готовым разразиться страшною грозою, и, наконец, мощною, подавляющею силою взгляда. Чело это носит на себе печать непоколебимой энергии.

    Если подумать о разнице в характерах Байрона и Торвальдсена и припомнить при этом, что последний, по всему вероятию, во всю жизнь не прочел ни единой строки английского поэта, и Байрон представлялся Торвальдсену далеко не в выгодном свете, то нельзя не подивиться результату встречи этих двух великих людей. Правда, бюст передает слабо и недостаточно, но за то правдиво и прекрасно, одну из преобладающих черт байроновского характера, которая так далека была от торвальдсеновской: область, в которой Торвальдсен был действительно велик, – идиллия; когда он изображает въезд Александра в Вавилон, то пастухи, овцы, рыбак, дети и женщины, вся обстановка торжественной процессии удаются ему несравненно лучше, нежели сам герой; героическое не всегда по плечу Торвальдсену; но его дело и изображение проявлений мятежного духа в той сложной, новейшей форме, которую назвали демонической. И все таки он прекрасно понял дух Байрона. Своим бюстом он воздвиг поэту памятник, который, правда, не пришелся по вкусу ни графине Гвитчиоли (Guiccioli), ни Томасу Луру, тем не менее вполне достоин и поэта, и художника. Знай последний Байрона лично, произведение его, наверное, больше выиграло-бы и лучше передавало-бы тот открытый, приятный характер, который так очаровывал всех, кто был знаком с поэтом. Но этого-то и нет в бюсте. Как-бы то ни было, датскому художнику вполне удалось под мрачным выражением, которое он придал бюсту, по его признанию, совершенно случайно, воспроизвести реальное, глубоко-своеобразное выражение скорби, тревоги, гениальной мысли, благородной и страшной силы.

    Несомненно, что это тот самый Байрон, каким его знали по музею и с которым выросло прежнее поколение; но, не смотря на это, относительно бюста упорно держался анекдот о посещении поэтом мастерской Торвальдсена и восклицании его, что он хотел-бы казаться, менее несчастным, и все невольно дивились, что такой великий человек не мог быть вполне естественным. Таким образом, уже с самого начала мы стали к Байрону в неестественные, ложные отношения. В подобные странные отношения стало к нему и новое поколение в течение последнего пятидесятилетия, протекшего со смерти поэта. Он слишком далек от того, чтобы быть героем наших дней. Все, что так интересовало в нем наших дедушек и бабушек, и интересовало их даже более, чем его поэтический гений, все это отвергнуто нынешним поколением. Нынешнее поколение уже не интересуется ни легендами о нем, ни многочисленными преданиями, которые связаны с историей его жизни и мешают беспристрастно взглянуть на нее; для него поэт уже не театральный герой, галстук которого служил моделью для всех франтов, не романический горой, никогда не расстававшийся с своими пистолетами, герой, любовные похождения которого были не менее известны, чем его произведения, не тот, наконец, аристократ, громкий титул которого был так дорог ему, но увы! уже не производил импонирующего действия на его демократическое потомство. Наш практический положительный век невысоко ставит человека, считавшего за честь быть Байроном, в житейских же делах бывшего диллетантом. Для него было делом чести заниматься своим искусством только в качестве любителя и диллетанта. В предисловии к своим первым стихотворениям, молодой поэт замечает, что его положения и стремления становятся крайне неправдоподобными, и что он никогда более не возьмется за перо. В апреле 1814 года, находясь ужо на вершине славы, которую создали ему его первые поэтические произведения, он решается более не писать и написанное им раньше уничтожить. Спустя месяц, он пишет «Лару», и когда Джефри замечает, что характер героя обработан очень старательно, он (в одном из писем 1822 года) говорит: «Что подразумевают рецензенты под выражением: «старательно обработан»? Лару писал я, раздеваясь по возвращении с карнавалов и маскарадов 1814 года, на которые я так любил ходить.» Отсюда легко видеть, что он особенно подчеркивал небрежность, своего творчества и отсутствие плана – неизбежное последствие этой небрежности: прежде всего, ему хотелось быть светским человеком и не поэтом по профессии, а диллетантом в поэзии, чего не дозволял ему его гений. Стараясь всеми силами казаться диллетантом в своей области, где он никогда не мог им быть, и не отдавая, к великому нашему сожалению, должного своему таланту, он, напротив, был чистейшим диллетантом на том поприще, где ему этого отнюдь не хотелось, а именно – в политике. Сколько ни выказывал он практического смысла, выступая на политическое поприще, политикою его, собственно говоря, руководила только жажда приключений, безразлично: принимал ли он участие в заговоре карбонариев в Равенне, или стоял во главе сулиотов в Миссолунги. Так, едва порешив ехать в Грецию, он, прежде всего, позаботился о том, чтобы заказать для себя и своих товарищей золоченые шлемы с аристократическими девизами. Политик нашего времени – это человек, который имеет определенный план действий, твердо придерживается его, год из году развивает и, наконец, выполняет с твердостью и энергией поистине геройскими, отнюдь не прибегая при этом к каким-нибудь внешним аттрибутам. Наконец, целый рой байроновских поклонников и подражателей стал между ним и нами, и образ великого человека помрачился, и впечатление от него потускнело. Ему приписывали их качества и ставили в вину их ошибки. С наступлением в литературе реакции против тех, которые вполовину или совсем ложно понимали его, против людей, разбитых жизнью, разочарованных и интересничавших, имя великого поэта, вместе с именами его подражателей, звезда которых уже угасла, было отодвинуто на задний план, хотя и заслуживало лучшей участи.

    Джордж Гордон Байрон родился 22 января 1788 года от страстной и несчастной матери, которая не задолго перед тем разошлась с своим грубым, беспутным мужем, капитаном Байроном, долгое время служившим в Америке, гвардейским офицером; за свою бесшабашную, разгульную жизнь в молодости этот капитан был всюду известен под именем «сумасбродного Джэка Байрона». За увоз жены маркиза Кармартена (Carmarthen) капитан был привлечен к суду; дело кончилось разводом, и он женился на маркизе. Промотав состояние жены, он обращался с ною так грубо, что та вскоре умерла от горя. Затем, вместе с своей маленькой дочерью, он отправился в Англию и, единственно из денежных расчетов, женился на богатой шотландской наследнице, мисс Катарине Гордон, впоследствии матери того ребенка, слава которого гремит теперь по всему миру. Почти тотчас-же после женитьбы, капитан Байрон начал точно так-же распоряжаться состоянием своей второй жены, как первой, и через год, от её 24,000 фунтов стерлингов оставалось всего 3,000. Она покинула его во Франции и родила в Лондоне свое первое и единственное дитя. При рождении нога дитяти выла вывихнута или Повреждена.

    Через два года, мать с ребенком перебрались в Шотландию, в Эбордин, куда повременам, отдыхая от своих кутежей, заглядывал и капитан Байрон, в надежде выманить у жены последние гроши. Мистрисс Байрон зачастую принимала его очень радушно; посещения становились все чаще и чаще; наконец, чтобы избегнуть преследований докучных кредиторов, он вынужден был бежать во Францию, где вскоре и умер. Когда известие о его смерти дошло до жены, которая никогда не переставала его любить, она до того огорчилась, что рыдания её огласили всю улицу. У обоих родителей Байрона мы встречаем одну общую характерную черту, которая выразилась у них только не в одинаковой степени и форме, – необыкновенную страстность, соединенную с значительным недостатком самообладания.

    Обращаясь к восходящим линиям, мы найдем у предков обоих семейств одни и те-же черты: у родственников матери – попытки самоубийства и отравления, у родственников отца – геройскую храбрость и какую-то дикость в образе жизни. Дед Байрона с отцовской стороны, адмирал Джон Байрон, известный везде под именем смелого Байрона, «hardy Byron», принимал участие в морской войне с испанцами и французами, плавал по Тихому океану с целью открытий, объехал вокруг земного шара, испытал массу опасностей, приключений и кораблекрушений. Так как у него ни одно путешествие не обходилось без страшных бурь, то матросы дали ему кличку «foul-weather-Taek». Байрон сравнивает свою судьбу с судьбой этого родственника. У брата последнего, деда Виллиама, характерные родовые черты тоже ясно выступают наружу. Это был развращенный забияка, убивший ни с того, ни с сего, на дуэли без секундантов, своего соседа Чэворта (Chaworth.) Только благодаря своему английскому пэрству, удалось ему избегнуть должной кары за намеренное убийство; он поселился теперь в своем Ньюсгедском аббатстве и жил там, избегаемый всеми, как прокаженный. Домашние ненавидели его; супруга покинула; суеверные деревенские жители рассказывали самые отвратительные истории о совершенных им будто-бы убийствах.

     

    Беспокойная кровь текла в жилах поэта, но кровь эта за то была старинною, аристократическою кровью. С материнской стороны он находился в родстве с Стюартами и мог довести свой род до короля Иакова II. С отцовской стороны происходил он (все-же единственный незаконный сын в родовом дереве – обстоятельство, о котором сам Байрон никогда не упоминает) от древнего норманнского дворянского рода, один из предков которого, известный Радульф де-Бурун, принимал участие в завоевании Англии норманнами. Так как упомянутый дедушка лишился своего единственного сына, а затем, в 1794 году, и своего единственного внука, то представлялась возможность, что его ньюстедское имение, а вместе с ним и пэрские права и титул, должны будут перейти к ребенку, которого он в глаза не видал и которого обыкновенно называл «мальчиком, живущим в Эбердине».

    Хромой малютка рос, таким образом, с блестящею перспективою впереди. Горд и упрям был он от природы. Когда его еще совсем миленького побранили за то, что он запачкал свое новое платье, он, не говоря ни слова, бледный, как смерть, вцепился себе в грудь обеими руками и в припадке ярости (впоследствии нередком) разорвал на себе платье сверху до ниву. Воспитание, данное ему матерью, носило такой характер, что она то осыпала ребенка всевозможной бранью, то расточала всевозможные ласки, то обвиняла его в несправедливостях, которые причинял ей отец, то попрекала уродством. Она больше всех виновата в том, (что это уродство с самых юных лет набросило мрачную тень на душу ребенка. Не раз мать в глаза называла его уродом. От ортопедических машин и бинтований дело нисколько не улучшалось; нога болела, и мальчику нужно было много усилий, чтобы скрыть боль и хромоту. Подчас он решительно не выносил ни малейших намеков на свой недостаток, подчас же с горьким юмором сам подсмеивался над своей «косой лапой».

    Не отличаясь большим прилежанием в школе, ребенок едва научился читать, как с жаром принялся за исторические сочинения и в особенности за путешествия. Таким образом, его страстному стремлению на восток было положено начало еще в самом раннем детстве. Он сам говорит, что не имея еще и 10 лет от роду, он прочел более десятка больших книг о Турции, кроме того, несколько путешествий и арабские сказки. Излюбленным романом мальчика был «Зелуко», Джона Мура, герой которого, вследствие дурного воспитания, полученного от матери, и после смерти отца, предается всевозможнейшим прихотям своей фантазии, а характер ого, в конце концов, становится «так-же легко воспламеним, как ружейный порох». Ребенок видел себя, как в зеркале, в этом герое романа, напоминающем Вилльяма Лоуэлля. Между особенностями, игравшими впоследствии решающую роль в жизни поэта, страстное влечение к женщинам уже началось с самого раннего детства. Всего еще пяти лет от роду, он до такой степени влюбился в маленькую девочку Марию Дёф, что был как громом поражен, когда однажды, одиннадцать лет спустя, услыхал об её замужестве.

    К гордости, страстности, меланхолии и фантастической жажде путешествий присоединилась еще очень важная характеристическая черта – пламенная любовь к истине, наивная правдивость, сказавшаяся еще в детстве того, кому выпало на долю бороться с общественным лицемерием в Европе. Его склонность противоречить была только одною из форм его любви к истине. Следующий анекдот из его детства доказывает, как горячо он любил правду. Раз нянька взяла его в театр на «Укрощение строптивой» Шекспира, и когда актеры дошли до той сцены, где Катарина говорит: «Это месяц», а Петручио, чтобы укротить ее, возражает: «Э! Да как же ты завираешься, это – солнышко красное», мальчик, возмущенный неправдою, вскочил с места и крикнул актеру: «А я говорю вам, милостивый государь, что это – месяц».

    Когда Джорджу минуло десять лет, умер его дед. Первым движением мальчика было бежать к матери и спросить ее, не заметила-ли она в нем какой-нибудь перемены, так как он теперь стал лордом. Когда на другой день в школе перекликали учеников и к его имени, к общему удовольствию товарищей, был прибавлен титул dominus, он до того был растроган, что залился слезами и не мог произнести обычного adsum.

    Осенью 1798 года миссис Байрон отправилась с своим маленьким сыном в Ньюстед. Когда они подъехали к шоссейной заставе Ньюстеда, миссис Байрон, делая вид, будто не знает местности, спросила женщину, подымавшую шлагбаум, кому принадлежат парк и замок. Женщина сказала, что последний владелец аббатства умер несколько месяцев тому назад, – «А кто же его наследник?» спросила она вне себя от радости. – «Да, должно быть, тот мальчуган, который живот в Эбердине».

    Тогда нянька, у которой сидел на коленях маленький Байрон, не могла сдержать себя от радости и торжественно воскликнула: «Вот он, вот он, и да благословит его Господь Бог»!

    В 1801 году, мальчика отдали в школу в Гарроу (Harrou), одну из английских национальных школ, которые так жаловала высшая аристократия. Преподавание греческого и латинского яз. отличалось и сухостью, и педантизмом и не имело особенного действия на Байрона, который обыкновенно находился в крайне натянутых отношениях с своими учителями, заводя самую романическую дружбу с своими товарищами: «Моя школьная дружба», говорит он в своем дневнике 1821 года, «была формальной страстью, ибо я всегда был очень неспокоен». Он всегда был великодушным другом и защитником слабых. Когда однажды на Пиля, впоследствии министра, напал один из взрослых товарищей и начал его немилосердно колотить, Байрон прорвал расходившагося бойца просьбою уделить ему половину ударов, назначенных его товарищу. Когда один из младших учителей обжог раскаленным железом руку маленькому лорду Горту за то, что тот плохо поджарил ему хлеб, и мальчик, когда дело дошло до разбирательства, наотрез отказался назвать имя виновного, то Байрон пригласил его жить вместе с собою в одной комнате, обещая, что впредь ему некого будет бояться. «Я стал под его защиту», говорит лорд Горт (см. Мемуары графини Гвитчиоли (Guiccioli), «был крайне счастлив, что приобрел такого доброго и великодушного начальника, который постоянно дарил мне пирожки и всякия лакомства и снисходительно переносил все мои ошибки…» В своих «Часах Досуга» Байрон вспоминает о школьной жизни в прекрасных стихах, обращенных к своему любимому товарищу, герцогу Дорсету.

    Когда Байрон приезжал на праздники домой, мать накидывалась на него со всею своею раздражительностью, но знавшею никаких пределов; но вместо того, чтобы трепетать от страха, он частенько не мог удержаться от смеху, видя эту слабость маленькой толстой женщины. Мало того, что она в припадке бешенства колотила всякую посуду, она иногда обращала своего сына в бегство, преследуя его со щипцами или ножем в руках.

    Вообразите себе, после одной из подобных сцен, появление молодой белокурой девушки, одним взглядом усмирявшей упрямого мальчика, и вам представится живая картина, вероятно, не раз происходившая в замке Аннеслей, в семействе Чэвортс (предок этой семьи был убит на дуэли дедушкой Байрона Вилльямом), когда мать и сын гостили в нем, а юная мисс Мэри Анна Чэвортс хоть на мгновенье останавливала свои глаза на Джордже. Ей было семнадцать лет, ему пятнадцать. Он страстно любил ее и ревновал. На балах, где она блистала, ему, по принимавшему участия в танцах, вследствие своей хромоты, приходилось с болью в сердце смотреть, как её стан обвивали чужия руки. Наконец, в один прекрасный вечер, ему удалось услыхать, как, разговаривая с горничной, намекнувшей ей о Байроне и его видах на нее, она ответила: «Неужели ты думаешь, что меня интересует этот хромой мальчишка?» Он проглотил обиду и ретировался. Тридцать лет спустя, обливаясь слезами, написал он в вилле Диодати, на Женевском озере; свое стихотворение «Сон», которое говорить об этой любви и служит доказательством, как близко к сердцу принял он это юношеское разочарование.

    Отношения между матерью и сыном становились тем более неестественными, чем с большим спокойствием и насмешкою относился Байрон к припадкам бешенства своей матери. Дело дошло до того, что однажды вечером они оба отправились в аптеку с просьбой отпустить безвредной микстуры, если кто-нибудь из них спросит себе яду. Угрожали-ли они друг другу самоубийством? С горьким юмором говорить молодой Байрон в своих письмах о прогулках, благодаря которым он нередко избегал домашних сцен и о которых он ни слова не говорил из страха, по его выражению, «перед обычными материнскими буйными завываниями».

    В 1805 году Байрон поступил в Кэмбриджский университет, где проводил свое время не столько в занятиях университетскими науками, сколько в телесных упражнениях, которым он еще с детских лет отдался с особенным жаром, чтобы как-нибудь загладить свой физический недостаток, езда верхом, плаванье, нырянье, стрельба, бокс, игра в крокет и попойки – вот искусства, которые он считал своим священным долгом изучить во всей полноте. В нем уже начал немного проглядывать денди. Из одного мальчишеского хвастовства ходил он обыкновенно гулять в сопровождении хорошенькой девушки, которую одевал пажем и выдавал за своего младшего брата; раз даже он дошел до того, что под этим именем представил ее одной незнакомой даме на водах в Брайтоне.

    Ньюстедское аббатство отдавалось в наймы; лишь только наемщик оставил его, Байрон не замедлил переселиться туда. Это – старинное готическое аббатство с трапезною и кельями, заложенное еще в 1170 году, обнесенное кругом стеною, с парком, озером и готическим колодцом на дворе. Здесь, вместе со своими товарищами, наперекор всем правилам, он вел самую бесшабашную жизнь, отличавшуюся тем же характером и оригинальностью, которые так часто встречаются у гениальных юношей, еще не вполне совпавших задачи и цели своего существования. Вставали обыкновенно в замке часа в два по-полудни, затем фехтовали, играли в волан, стреляли из пистолетов, а после обеда к великому ужасу богобоязненных соседей, пили круговую из черепа, наполненного бургонским вином. Черен этот, случайно вырытый садовником и, вероятно, принадлежавший какому-нибудь монаху, по нелепой прихоти Байрона, был оправлен в серебро и служил поэту и его товарищам вместо чаши, когда они, из чистого ребячества, одевались в монашеские рясы и обвешивались четками и крестами. Не следует, однако, смотреть на эту проделку с черепом, как на юношеский цинизм, нередко обнаруживаемый, например, молодыми медиками. Характер, подобный Байроновскому, по всему вероятию, чувствовал мучительное наслаждение, имея во время пирушки перед глазами такое своеобразное memento mori. В стихах, которые Байрон написал на кубке говорится, что прикосновение губ человеческих для мертвеца, во всяком случае, менее противно, чем прикосновение червя. Однако, его странные выходки отнюдь не вытекали из одного необузданного высокомерия. Им овладевала не только та грусть, которая так часто встречается у выдающихся натур в их первой молодости, вследствие сознания, что им, наделенным еще неиспытанными способностями и силами, предстоит стать лицом к лицу с труднейшими вопросами жизни, – ему присуща была еще меланхолия, вследствие его склада характера, воспитания и его бурных страстей. Из этого периода его жизни рассказывают два анекдота, от которых биографы его обыкновенно приходят в восторг. Первый касается его собаки.

     

    В 1808 году, на могиле своей любимой собаки он сделал в высшей степени мизантропическую надпись, в которой превозносил собаку на счет всего человечества и в то-же время сделал завещание (.впоследствии уничтоженное), в котором высказывал желание быть похороненным рядом с этой собакой, своим единственным другом. Другое свидетельство одиночества, испытанного им, относится к тому, каким образом он отпраздновал день своего рождения в 1809 году. В этот день ему исполнился 21 год, и по английским законам он сделался совершеннолетним. День этот в Англии считается величайшим торжеством; аристократия празднует его танцами, иллюминацией, фейерверком и угощением всех фермеров. Байрон был так беден, что только за лихвенные проценты мог раздобыть денег, чтобы зажарить, по обычаю, целого быка и сделать своим людям бал. Ни ряда экипажей с именитыми поздравителями не было видно у ворот его замка 22-го января 1809 года, ни мать, ни сестра, ни опекун, ни кто-либо из родственников не явились к нему с визитом, и он провел этот день в одной из лондонских гостинниц. В одном из его писем за 1822 год говорится: «Разве я не рассказывал вам, как я в день своего совершеннолетия ел за обедом яичницу с вядчиной и запивал ее бутылочкой эля? Это мое любимое кушанье и мой любимый напиток. Но так как мой желудок не выносит ни того, ни другого, то я позволяю себе эту роскошь только раз в четыре или пять лет, да и то по большим праздникам». Понятное дело, приятнее быть богатым, чем бедным, и более льстит самолюбию, если приходится принимать всякия родственные и неродственные поздравления, чем если чувствуешь себя в полнейшем одиночестве, но в сравнении с теми трудностями, лишениями и унижением, с которыми приходится бороться каждому современному молодому плебею в начале своего жизненного, поприща, горе этого юного патриция едва-ли может быть принято во внимание. Оно имеет свое значение только в том отношении, что заблаговременно указало Байрону, который, как аристократ, мог бы очень легко занестись в своих сословных чувствах, как нередко единичная, изолированная личность нуждается в посторонней помощи.

    Ни одно из величайших политических событий того периода, ни общий энтузиазм, ни общее негодование против исторических катастроф, которыми так богато было то время, не могли оторвать Байрона от его беспорядочной, безтактной жизни в Ньюстеде. События, как смерть Фокса или как позорное для Англии бомбардирование Копенгагена, не заинтересовали юношу, которого, как человека, должно было бы волновать всякое политическое событие, будь оно хорошо или преступно. Только благодаря личной литературной неудаче, произошел переворот в его жизни. Во время своего пребывания с лета 1806 до лета 1807 года в маленьком городке Соутвеле, Байрон написал свои первые поэтические опыты, которые были встречены весьма сочувственно младшими членами семейства Пиго (Pigot), которое жило по соседству с ним. В марте 1807 года появился сборник его стихотворений, под заглавием «Hours of idleness» («Часы досуга»). Между этими стихотворениями редкое обладает какими-либо достоинствами; те из них, которые проникнуты живою энергией или неподдельным чувством, теряются в массе ученических попыток, частью переводов и подражаний прочитанным в школе классическим поэтам и Оссиану, частью сентиментальных, слабых в стилистическом отношении стихотворений, воспевающих дружбу и любовь. Впрочем, некоторые стихотворения ясно указывают нам будущего Байрона, как по своему характеру, так и по слогу. Так, в стихотворении «То а lady» («К даме»), посвященном Мэри Чэвортс, встречаются истинно байроновские строфы.

    В действительности-же, стихотворения эти прошли почти неаамеченными, а так как они к тому-же сопровождались ребяческими и безтолковыми примечаниями, предисловием с большими претензиями и сверх всего к имени автора, красовавшемуся на заглавном листе, было прибавлено «несовершеннолетний», то этот сборник послужил богатым материалом для насмешки и сатиры. В январе 1808 г., в «Edinburgh Review», одном из лучших критических органов того времени, был помещен крайне едкий разбор этих стихотворений, сделанный, по всему вероятию, лордом Вруном (Brougham). «Несовершеннолетие, говорится там, можно видеть и на заглавном листе, и даже на переплете… Если-бы кому-нибудь пришло в голову посетовать на лорда Байрона за изданную им массу стихов, то этот судья, на верное, уж не признает их за истинную поэзию… Он мог-бы это объяснить несовершеннолетием поэта, но так так товар предлагается добровольно»… и т. д. Затем, рецензент снова продолжает: «Очень возможно, что автор желает сказать: смотрите, как мальчик может писать! И вправду, вот стихотворение 18-ти летнего молодого человека, а вот и 16-ти летнего. Будучи далеки от мысли, что эти жалкие стишонки написаны в промежуточное время между гимназией и университетом, мы, напротив, склонны думать, что из десяти английских гимназистов девять в состоянии написать точно также, а десятый напишет даже лучше самого лорда Байрона… Мы считаем своим долгом ему заметить, что удачная рифма и правильный размер, – и это, впрочем, но всегда у него удается – далеко еще не составляют всего того, что требуется от поэта. Для поэта нужна еще некоторая фантазия и т. д.» Затем, – рецензент советует Байрону распроститься навсегда с поэзией и воспользоваться своими способностями и преимуществами своего положения для чего-нибудь иного, более полезного. Рецензия эта, направленная против одного из величайших поэтов нашего века человеком, задавшимся мыслью критически разбирать и ценить произведения человеческого ума, не смотря на некоторую долю правды, была, надо сознаться, весьма и весьма неловкою шуткой. Но она наиболее всего послужила Байрону на пользу. Она раздразнила его, как дерзкий вызов; она смертельно ранила его тщеславие и пробудила в нем гордость, которой суждено было пережить это тщеславие. Приятель, посетивший его тотчас после того, как статья эта побывала уже в руках у Байрона, уверяет, что глаза поэта светились таким чудным выражением злобы и гордости, что художник, который пожелал-бы изобразить оскорбленное божество, вряд ли бы отыскал лучший образец для изображения страшной красоты. От своей среды он скрыл, как глубоко он был оскорблен; в одном из писем того времени он сожалеет, что на его мать эта рецензия подействовала так сильно. Он говорит, что ему эта статья не испортила ни сна, ни аппетита, и прибавляет, что эти бумажные пули только научили его твердо стоять под выстрелами. Лет десять с небольшим спустя, он пишет: «Я еще очень живо помню, какое впечатление произвела на меня Эдинбургская критика: это была чистейшая ярость, решимость дать отпор и отомстить за себя, но отнюдь не малодушие или отчаяние. Безжалостная критика – это яд для начинающего писателя; она сбила меня с ног, но я поднялся снова… и решился, во что-бы то ни стало, заставить умолкнуть это воронье карканье и вскоре снова заговорить о себе». Таким образом, толчек, данный извне, заставил страстную и разбитую душу молодого человека сосредоточиться на одном чувстве, на одной идее. С твердою решимостью и упорною настойчивостью начал он работать, спал днем, вставал после солнечного заката, чтобы иметь больше покоя, и писал в продолжение нескольких месяцев целые ночи напролет, вплоть до рассвета, свою знаменитую сатиру «Английские барды и шотландские обозреватели».

    1. Thiele: Thorwaldsen in Rom. Bd. I, 312.2. Д'Израэли, нынешний премьер-министр, весьма живо и правдоподобно изобразил в своем романе «Венеция» эти отношения между матерью и сыном.3. Крайне интересно, как мать, дни года после того, как Байрон уже оставил всякую надежду, сообщила ему о том, что мисс Чэвортс выходит замуж. Они получила известие как раз к то время, когда у неё были гости. «Байрон! сказала они сыну: у меня есть для тебя новость!» – Что такое? – «Достань себе платок, он тебе понадобится». – Байрон сделал, что было ему приказано. Когда затем мать сообщила ему, что мисс Чэвортс вышла замуж, он быстро сунул платок в карман и с искусным равнодушием и холодностью сказал: «Только-то?» в то время, как лицо его страшно побледнело. На замечание матери, что это известие, как они полагала, причинит ему страшное горе, он ничего не отвечал и заговорил совсем о другом. Чем меньше находил он в своей матери друга, с которым мог бы отвести душу, тем большую испытывал он необходимость поверять свои чувства и заботы бумаге.5. Теперешний владелец Ньюстеда из религиозных побуждений велел похоронить этот череп.

    fictionbook.ru

    Байрон Джордж Гордон (Byron George Gordon)

    Разделы сайта: 

    Оглавление

    Введение
    Лорд Джордж Гордон Байрон.
    Байронизм в России.
    Байронизм в творчестве Пушкина.
    Анализ элегии А.С. Пушкина «К морю» (1824).
    Заключение.

    Список литературы

    Байрон родился 22 января 1788 года в знатной, но обедневшей семье. Детские годы он провел в Шотландии, в небольшом городке Эбердине. Первые впечатления мальчика были связаны с дикой шотландской природой, жизнью и преданиями горцев. Они послужили основой для целого ряда юношеских стихотворений, в которых воспета суровая природа горной Шотландии с ее водопадами, ущельями, с ее морем («Хочу я быть ребенком вольным…», «Лакин-и-Гар» и др.).
    Когда Байрону было 10 лет, он унаследовал титул лорда и фамильный замок Ньюстед (в прошлом католический монастырь), пожалованный предкам Байрона во время Реформации. Полуразрушенный замок - Ньюстедское аббатство, его тенистый парк впоследствии не раз упоминается в поэзии Байрона.
    В 1801 году мальчик поступил в школу. Местечко Харроу, где была расположена школа, с его холмами и рекой составляла полную противоположность мрачному Ньюстедскому аббатству. В школе Байрон изучает латинский и греческий языки, знакомиться с историей античного мира, занимается английской литературой. Он много читает; книги становятся его страстью. Его пытливый ум начинают привлекать идеи французских мыслителей XVIII века. В школьные годы обнаружились многие черты характера Байрона, которые он сохранил на всю жизнь: серьезность, способность глубоко задумываться над событиями окружающей жизни и вместе с тем веселость, порывистость, жизнерадостность.
    В раннем детстве Байрон был малоподвижным, болезненным ребенком; в школе он вырос и окреп физически, с увлечением занимался спор- том: греблей, верховой ездой, стрельбой и плаванием. Его слава спортсмена, отличного наездника и превосходного пловца утвердилась позднее, в университете, и особенно после того, как в 1810 году, во время первого путешествия, он переплыл пролив Дарданеллы. Итальянцы, друзья Байрона, прозвали его «англичанин-рыба».
    В школе Байрон всегда брал под свое покровительство младших, более слабых товарищей, защищая их от нападок старших школьников. Верный друг и хороший товарищ - таким был он в школьные годы, таким он оставался и в течение всей своей жизни.
    В 1805 году, окончив школу в Харроу, Байрон поступил в университет. В годы студенчества появился первый сборник его лирических стихотворений - «Часы досуга», в который он включил свои юношеские произведения.
    Официальная пресса недоброжелательно встретила первую книгу Байрона. Но юный поэт принял вызов и ответил своим противникам сатирой «Английские барды и шотландские обозреватели». Он подверг резкой критике современную английскую литературу, связанную с интересами собственников, прежде всего ее наиболее реакционное крыло - поэтов так называемый «озерный школы»: Вордсворта, Кольриджа и Саути.
    Появление названия «Озерная школа» было связано с пристрастием этих поэтов к одному из районов северо-западной Англии, где еще сохранялись старые, патриархальные условия жизни, воспевавшиеся реакционными романтиками. В этом «краю озер» част бывали Вордсворт и его друзья. Их объединяли общие реакционные политические и литературные взгляды: страх перед революционным движением, боязнь народа, проповедь искусства, враждебного передовым идеям современности. Своей сатирой Байрон нанес сокрушительный удар признанным певцам буржуазно-аристократической Англии - удар, который ему не могли простить.
    Когда, отпраздновав свое совершеннолетие, Байрон в 1809 году впервые появился в парламенте, он был враждебно встречен палатой лордов. Конфликт между поэтом и реакционным английским обществом постепенно нарастал.
    Летом того же года Байрон отправился в первое свое путешествие в страны Ближнего Востока; покидая родину, он, как и герой написанных в результате этого путешествия первых двух песен поэмы «Паломничество Чайльд Гарольда», грустит о близких ему людях; среди них - мать и любимая сестра Августа, верная дружба которой осталась для Байрона неизменной опорой в течение всей жизни.
    Во время путешествия Байрон посещает Лиссабон, затем вместе с од- ним из друзей верхом пересекает юго-западную Испанию, из Гибралтара отправляется на остров Мальта, странствует по Албании и Греции.
    Результатом путешествия были первые две песни «Паломничества Чайльд Гарольда» - поэмы, которая принесла молодому поэту мировую известность.
    «Паломничество Чайльд Гарольда» занимает особое место среди произведений Байрона. Эта поэма с большой и злободневной общественной темой, проникнутая глубоким лиризмом. «Паломничество Чайльд Гарольда» - не только рассказ о судьбе романтического героя, но политическая поэма. Жажда политической свободы, ненависть к тирании составляют главное ее содержание.
    Чайльд Гарольд стал нарицательным именем романтического героя, молодого человека, разочарованного, неудовлетворенного и одинокого. Он не верит ни в возвышенные чувства, ни в привязанности; по его мнению, нет ни истинной любви, ни истинной дружбы. Причина разочарования Чайльд Гарольда - столкновение с обществом. Общество становится для Чайльд Гарольда тюрьмой, а жизнь в Англии страшнее ада:
    Он звал печаль, весельем пресыщен,
    Готов был в ад бежать, но бросить Альбион.

    Чайльд Гарольд отправляется в путешествие. Прощаясь с родными берегами, он испытывает горе разлуки, но безрадостно его прошлое, у него нет надежды и на будущее:

    Мне ничего не жаль в былом,
    Не страшен бурный путь,
    Но жаль, что, бросив отчий дом,
    Мне не о ком вздохнуть.

    В первых двух песнях мы видим героя в Португалии, Испании, Албании и Греции - в тех странах, где побывал Байрон. Чайльд Гарольд жаждет личной свободы и, не находя ее в окружающем его мире «богатств и жалкой нищеты», мечтает об одиночестве. Он избегает людей, уходит далеко в горы, слушает плеск морской волны, его восхищает разбушевавшаяся стихия. Лишь простые люди, мужественные и свободолюбивые, привлекают к себе Чайльд Гарольда. С особой теплотой вспоминает он о сынах Албании. Албанцы - суровый и отважный народ, они надежны в дружбе, гостеприимны:

    В суровых добродетелях,
    Албанец твердо свой закон блюдет.
    Он горд и храбр, от пули не бежит он,
    Без жалоб трудный выдержит поход.
    Он - как гранит его родных высот:
    Храня к отчизне преданность сыновью,
    Своих друзей в беде не придает
    И, движим честью, мщеньем иль любовью,
    За нож хватается, чтоб смыть обиду кровью

    Чайльд Гарольд неудовлетворен жизнью, но протест его пассивен: он размышляет о причинах своего недовольства, но не стремится вмешаться в жизнь, принять участие в освободительной борьбе.

    И постепенно, по мере развития сюжета поэмы, образ Чайльд Гарольда все решительнее отодвигается на второй план. Образ бессильного и не- способного бороться с опостылевшей ему жизнью героя все больше и больше заслоняют полные драматизма исторические события, в которых сам автор начинает выступать не только как современник и наблюдатель, но и как активный их участник. В поэме появляется второй, не менее важный образ - образ борющегося народа.

    Во время пребывания в Испании Байрон стал свидетелем знаменательных событий. Наполеон I в 1808 году, стремясь захватить страну, ввел в ее приделы свои войска и, пользуясь поддержкой испанского дворянства, объявил королем Испании своего брата, Жозефа Бонапрта. Национально- освободительное движение охватило значительную часть страны. Испанские партизаны, герильясы, начали народную войну. Одним из самых героических эпизодов ее явилась оборона Сарогоссы. Жители в течении восьми месяцев обороняли свой город. Другой твердыней сопротивления стал город Кадикс.
    Об этих событиях рассказывает Байрон в первой песне своей поэмы. С необычайной поэтической силой рисует он картины народного патриотического подъема, уровнявшего в отваге женщину и закаленного бойца. Он создает образ нежной испанской девушки, которая становится бесстрашной народной героиней, « Сарагосской девой»:

    Та, кто, иголкой палец уколов
    Или заслышав крик совы, бледнело,
    По грудам мертвых тел, под лязг штыков
    Идет Минервой там, где дрогнуть Марс готов!

    Байрон подчеркивает решимость восставших довести борьбу до конца. Он приводит ответ одного из генералов народной армии, заявившего врагу, что испанцы будут сражаться с захватчиками «хоть на ножах».

    В центре второй песни поэмы - порабощенная Греция, утратившая свою свободу и былое величие. Байрон клеймит колонизаторскую деятельность Англии, которая вместе с феодальной Турцией наложила на греческий народ двойные цепи рабства. Так, в первых двух песнях «Паломничества Чайльд Гарольда» Байрон приветствует выступления прогрессивных сил, подъем народных масс, в защиту свободы.
    Последующие, третья и четвертая песни отделены от первых двух несколькими годами. Они непосредственно связаны с пребыванием Байрона в Швейцарии и Италии, где он жил в 1816 - 1823 годах, окончательно покинув Англию.

    В третьей песне, опубликованной в 1816 году, Байрон касается важно го вопроса - об отношении к французской революции конца XVIII века. Говоря о засилье в анархической реакции, особенно после образования Священного союза в 1815 году, он твердо убежден, что идеалы свободы, провозглашенные революцией, непременно должны восторжествовать; человечество многому научилось, поверило в свои силы, и пусть тираны, ныне оказавшиеся у власти, знают, что их победа временно и час расплаты не за горами.
    В заключительных строфах четвертой песни Байрон рисует образ моря и образ отважного пловца - поэта, с детства сроднившегося с вольной стихией. Разбушевавшаяся и непокоренная морская стихия олицетворяет неисчерпаемые силы народов и как бы содержит в себе предупреждение Байрона всем тиранам:

    Нет, не ему поработить, о море,
    Простор твоих бушующих валов!
    Твое презренье тот узнает вскоре,
    Кто землю в цепи заковать готов.
    Сорвав с груди, ты выше облаков
    Швырнешь его, дрожащего от страха,
    Молящего о пристани богов,
    И, точно камень, пущенный с размаха,
    О скалы раздробишь и кинешь горстью праха.

    Это одна из тех совершенных картин, которая позволила Пушкину сказать о Байроне:

    Он был, о море, твой певец.
    Твой образ был на нем означен,
    Он духом создан был твоим:
    Как ты, могущ, глубок и мрачен,
    Как ты, ничем не укротим.

    Прогрессивные, свободолюбивые мотивы четвертой песни поэмы высоко оценили итальянцы-патриоты. Австрийское правительство изъяло итальянский перевод песни и подвергло преследованию переводчика. Еще больший успех мели поэмы «Гяур», «Абидосская невеста», «Корсар» «Лара», «Осада Коринфа», «Паризина», появившиеся между 1813 и 1816 годами. Байрон создает особый жанр романтической поэмы и характерный образ романтического героя. Поэта интересуют острые драматические события прошлого, жизнь экзотических стран Востока.

    Герои романтических бунтарских поэм Байрона не имеют положительных идеалов. Они борются, не веря в победу, они понимают, что не могут победить общество, которое сильнее их, но до конца остаются ему враждебны. «Лучше быть змеей, - говорит Конрад, - чем червем». Герои Байрона остаются бунтарями-одиночками. В них привлекают сила протеста, непримиримый дух борьбы, но отсутствие связи героя с массой, на- рода, с общими интересами, индивидуализм героя - свидетельство слабости самого Байрона.
    Байрон - вдохновенный певец природы. С большой поэтической силой он раскрывает личные чувства человека, и все-таки Байрон, прежде всего блестящий мастер политической, гражданской лирики.

    Бунтарская, насыщенная социально-политическим значением поэзия Байрона была главной причиной организованной травли поэта со стороны реакционных кругов английского общества. Против него ополчилась вся реакционная печать.

    Байрон решил покинуть родину. В 1816 году он уезжает в Швейцарию, затем в Италию.
    Где бы поэт не находился - в Швейцарии, Италии, Греции, - политическая и литературная борьба, происходящая на родине, неизменно волнует его.

    Байрон с нетерпением ждал революционного подъема в Англии и не раз заявлял, что в этом случае он вернулся бы на родину, чтобы принять личное участие в борьбе.

    Уехав из Англии, Байрон вначале поселился в Швейцарии, близ Женевы. Здесь он встретился и сблизился с поэтом и передовым английским общественным деятелем Шелли. Творчество обоих поэтов получило признание у демократического читателя. «Байрона и Шелли, - писал Энгельс, читают почти только низшие сословия; ни один «респектабельный» человек, если он не желает заслужить самой ужасной репутации, не смеет держать сочинения Шелли на своем столе».

    Дружба связала обоих поэтов, и Шелли оказал благотворное влияние на формирование мировоззрения Байрона. Тяжело пережил Байрон преждевременную смерть Шелли, который погиб во время морской прогулки летом 1822 года в Италии.

    В Швейцарии, помимо третьей песни «Паломничества Чайльд Гарольда», была написана поэма «Шильонский узник». Почти закончена драма «Манфред», созданы такие стихотворения, как «Сон», «Тьма»,«Прометей».

    По сравнению с поэмами первого периода «Шильонский узник» - не проповедь смирения, а негодующий протест против угнетения личности. Она пробуждает ненависть к деспотизму, лишающему человека самого дорогого - свободы.

    В стихотворении «Прометей» звучит призыв к сопротивлению тирании, возвеличивается благородный подвиг титана - защитника и покровителя людей.

    Пессимистическая оценка действий деятельности в «Манфреле», и в стихотворении «Тьма» была кратковременной. Непосредственное участие в национально-освободительной борьбе народов Италии и Греции помогают Байрону в ближайшие годы постепенно преодолевать мотивы пессимизма в своем творчестве.

    В Швейцарии Байрон пробыл недолго. В конце 1816 года он переехал на север Италии, в Венецию, откуда вскоре совершил путешествие в Рим.

    Северная Италия изнемогала под пятой Австрии; центральная и южная ее части были раздроблены на ряд деспотических государств, в которых господствовали феодальные порядки. Байрон сближается с членами тайного общества карбонариев, при участии которого готовилось вооруженное восстание. «Италия заряжена, у многих чешутся руки дернуть за спусковой крючок», - сообщает Байрон в одном из писем. Он принимает самое активное политическое участие в карбонарском движении, помогает итальянским патриотам деньгами, в его доме прячет оружие, готовясь к восстанию. Освобождение Италии для Байрона становится «великим делом». В «Стансах», написанных в 1820 году он выразил свое горячее стремление стать участником этой борьбы:

    Кто драться не может за волю свою,
    Чужую отстаивать может.
    За греков и римлян в далеком краю
    Он буйную голову сложит.

    За общее благо борись до конца,
    И будет тебе воздаянье.
    Тому, кто избегнет петли и свинца,
    Пожалуют рыцаря званье.

    В жизни и творчестве поэта наступает период подъема. Здесь, в Италии, он создает свои крупнейшие произведения: драмы «Марино Фальеро» и «Каин», сатирические поэмы «Беппо», «Ирландская аватара», «Видение суда» и «Бронзовый век», пишет сатирическую эпопею в стихах «Дон-Жуан».

    К числу наиболее зрелых творений Байрона принадлежит его мистерия «Каин». Это произведение обладает большой силой философского обобщения, касаясь как бы судеб всего человечества, и вместе с тем оно проникнуто острой политической злободневностью.
    Написанный в 1821 году, в пору разгула политической и церковной реакции в Европе, «Каин» был смелым вызовом официальному и общественному мнению.

    Борьба Байрона против политической и идеологической реакции нашла особенно яркое выражение в его сатирических произведениях.

    Байрон был мастером политической сатиры. Сатирическая направленность его творчества проявляется со всей силой именно в годы пребывания в Италии. «Шутливая» поэма «Беппо» резко разоблачает пороки буржуазного общества. Она наносит удары церкви, реакционной литературе Англии. «Беппо» открывают блестящую серию сатир Байрона.

    Призывом возмущения звучит «Ирландская аватара», написанная в 1821 году. Само название ее сатирично: «аватара» в древнейшей мифологии - воплощение бога в образе человека. Байрон иронически отождествляет Георга IV, безжалостного угнетателя ирландского народа, с богом, сошедшим на землю. Георг IV - «четвертый дурак», носящий имя Георга, - «подлец и тиран».Этот едкий политический памфлет смог полностью появиться в печати только в 1831 году, через 10 лет после его написания.

    «Видение суда» явилось острой пародией на одноименную поэму придворного поэта Саути, лицемерно восхвалявшую английского короля Георга III. Жало своей сатиры Байрон направляет на реакционную внешнюю и внутреннюю политику Англии, разоблачает лжедемократию конституционно-монархического строя.
    Разоблачению деятельности реакционного Священного союза посвящена сатира «Бронзовый век» (1823).
    Сатира Байрона была откликом на конгресс участников этого союза в Вероне. Перед читателем появляется галерея монархов, среди которых - русский цaрь Александр I, игравший в Священном союзе решающую роль испанский король Фердинанд VII, французский король Людовик XVIII. Их власть бессмысленно жестока и безумна, она опирается не на справедливость, а на силу.

    Значение «Бронзового века» заключалось не только в разоблачении реакции, но и в противопоставлении реакционному лагерю прогрессивных сил.

    В сатирической эпопее «Дон-Жуан» действие переносится в XVIII век. Герой произведения, Жуан, из Испании попадает в Грецию, затем в Турцию, Россию, Польшу, Германию, Англию… По замыслу автора, «совершив путешествие по Европе, испытав всякого рода осады, битвы и приключения», Жуан должен был закончить свои странствия «участием во французской революции».

    По мере развития сюжета углубляется и социальный смысл сатирических разоблачений Байрона.

    Дон Жуан бежит из турецкого рабства и попадает под стены осажденного Измаила, становясь невольным участником русско-турецкой войны. Отдавая должное храбрости русских воинов, Байрон одновременно показывает кровавые ужасы войны, приносящие горе и страдания миллионам простых людей; он клеймит захватнические войны.

    Попав в Петербург в качестве посланца Суворова, Жуан знакомится с жизнью русского двора и светского общества. Как и в «Бронзовом веке», Байрон подчеркивает античеловечность феодально-крепостнических форм угнетения.

    Мир, по которому проходит Жуан, - это мир угнетения, мир социальной несправедливости, жестокости, морального падения.

    Но идейный смысл этого крупнейшего произведения Байрона состоит не только в страстном разоблачении. Байрон защищает в нем идеалы свободы, рисует картину пробуждения народных сил и с надеждой смотрит на это пробуждение.

    Его мечта устремляется вперед, в светлое будущее. Он твердо верит, что наступит время, когда люди, наконец, добьются свободы и будут жить в «новом веке», с ужасом вспоминая, а позорном прошлом, как о какой-то чудовищной допотопной поре.

    До конца своей жизни Байрон остался поэтом-борцом. Когда в 1821 - 1822 годах движение карбонариев было разгромлено, он обратил свои взоры к Греции, где разгоралось национальное восстание, ставившее своей целью освобождение страны от турецкого ига.

    В июне 1823 года Байрон выезжает из Генуи на снаряженном им на свои средства военном корабле «Геркулес». Он останавливается на острове Кефалония, затем переезжает в Миссолунги. Байрон становится одним из вождей борьбы за национальную независимость Греции, ведет большую работу по сплочению сил греческих повстанцев. Современники поэта свидетельствуют о его блестящих способностях организатора и военного руководителя. Он пользуется любовью и популярностью в народе. Байрон охвачен одним порывом служения высокому идеалу свободы.
    В своем последнем стихотворении, написанном не задолго до смерти Байрон, утверждает, что смысл жизни заключается в борьбе во имя свободы.

    Внезапная болезнь и преждевременная смерть оборвала его общественную и творческую деятельность. 19 апреля 1824 года Байрона не стало. Умирая, он думал о Греции и с гордостью сказал: «Я ей отдал мое время, деньги, здоровье. Что я могу ей еще дать?
    Теперь отдаю жизнь».

    Смерть Байрона болью отозвалась в душе греческого народа, в сердцах всех передовых людей мира. В день смерти поэта-борца, по выражению Пушкина - «оплаканного свободой», был объявлен греческими повстанцами днем национального траура.

    gumfak.ru

    Джордж Байрон (1788—1824)

    Английский писатель Джордж Байрон появился на свет в 1788 году в столице Англии в бедной, но титулованной семье. Мать развелась с мужем и уехала с маленьким Джорджем к себе на родину (в Шотландию) сразу после рождения сына. Начальное образование будущий писатель получил в приватной школе. Затем он продолжил обучение в гимназии под руководством доктора Глени. Именно в гимназии у Джорджа проснулась любовь к чтению и тяга к литературе. В этот период юноша пробует писать свои первые стихи.

     

    В 1789 году он получает наследство от своего покойного дядюшки и титул лорда с поместьем в Ньюсленде. В 1807 году печатается первая лирика Джорджа Байрона. Сначала выходит собрание «Поэмы на разные случаи жизни», затем собрание «Часы досуга». Через год поэзия начинающего писателя была жестоко раскритикована и Байрон ей в ответ пишет сочинение «Английские барды и шотландские критики».

    Джордж много путешествует и как результат издает свое самое знаменитое произведение «Чайльд-Гарольд», которое принесло автору мировую известность. Вслед за поэмой выходят другие сочинения автора – «Лора», «Корсар» и другие. В 1815 году популярный писатель женится на леди Милбек, руку которой он просил 2 раза. Но их брак не состоялся, и пара развелась с рождением дочери.

    Через год Байрон покидает Англию. Он живет сначала в Швейцарии, затем в Венеции и Италии. В эти годы он издает произведения «Каин», «Мариино Фальеро», «Дон-Жуан», «Видение страшного суда», «Пророчество Данта», «Остров», «Вернер» и многие другие. В Женеве Джордж знакомится с обворожительной графиней Гвиччиоли, с которой несколько лет прожил душа в душу.

    Писатель едет в Грецию сразу после начала восстания. Он искренне пытается помочь этой стране и продает свое имущество в Англии. Борьбе греков за свои права Байрон посвятил стихотворения «Последние слова о Греции» и "Песнь к сулиотам". После этих событий Байрон подхватил простуду и умер в 1824 году.

    koglib.ru

    Добавить комментарий

    Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *