Юность и детство ивана 4 – IV –

Детство и юность Ивана IV.



Поиск Лекций




КОНТРОЛЬНАЯ РАБОТА №1

 

По дисциплине: Отечественная история

Тема № 14Исторический портрет Ивана Грозного

 

 

Работу выполнил: Шохирева Л.А.

Группа: 173 3С

Факультет: экономический

Шифр зачетной книжки: 337094

 

Работу проверил:

Шевченко Т.Э.

 

 

Курган 2003 год

 

Содержание работы

Введение……………………………………………………….3

Исторический портрет Ивана Грозного.………..…….3-21

 

Глава 1. Детство и юность Ивана IV …….…………………..…………..….…4

Глава 2. Адашев и Сильвестр ……………………………………………………9

Глава 3. Время “Избранной рады”…………………………………….…..…..10

Глава 4. Внешняя политика………………………………………………….14-18

 

Присвоение и освоение новых земель………………………………….…15

Южная граница………………………………………………………..……16

Ливонская война……………….……………………………………………17

 

Глава 5. Опричнина……………….……………………………………………18

 

 

Заключение……………………………………………….…22

Список литературы……………….………………………………………………23

 

История, собственно, не существует,

существуют лишь биографии.

Ралф Эмерсон


Большая часть тиранов вышла, собственно говоря,

из демагогов, которые приобрели доверие народа тем,

что клеветали на знатных.

Аристотель

 

Введение

Нет времени в истории России более противоречивого, чем вторая половина XVI века. Переломный характер российского XVI в. ощущали уже младшие современники той мрачной эпохи.

Вряд ли случайно, что почти все авторы первой половины XVII в., писавшие о смутном времени, этом калейдоскопе возводимых и свергаемых с престола царей-самозванцев, начинали свой рассказ о деятельности того царя, который «множество народу от мала до велика при царстве своём погуби и многие грады своя поплени», хотя и был «муж чудного рассуждения»

Множество историков разных времён давали свою оценку личности Ивана Четвёртого.

Н.М.Карамзин говорит о “двух Иванах”. Первый их них-“добрый и нарочитый”, от бога “препрославленный”, второй же- тиран и деспот. С.М.Соловьёв верил, что деятельность Ивана Грозного была началом государственности в России, но не оправдывал террор Ивана Четвёртого как необходимую меру того времени.

В отличие от С.М.Соловьёва, видный историк конца XIX- первой половины XX в. С.Ф.Платонов защищает Ивана Четвёртого, и говорит, что опричнина была необходима, т.к. царь вёл борьбу против боярства как главного тормоза на пути централизации.

М.Н.Покровский рассматривает опричнину как “дворянскую революцию”. Кавелин рассматривал Ивана, как передовую непонятую веком личность; Костомаров и М. Ковалевский, как человека полоумного и даже помешанного. “Для советского времени Иван Грозный – это привлекательная фигура. Личность царя Ивана импонировала всесильному Сталину. В 30-е гг. историкам была дана команда: найти аргументы для оправдания террора в эпоху Грозного. Даже апологетическая, возвеличивающая Грозного, вторая серия фильма С. Эйзенштейна об этой эпохе была осуждена в специальном постановлении ЦК ВКП(б). В этом постановлении… была дана оценка деятельности опричного войска как “прогрессивного”. Советские историки обязаны были следовать в этом русле» Лишь со второй половины 50-х гг. XX в. появилась реальная возможность писать об Иване IV иначе. Первопроходцем был А.А.Зимин, который показал, что опричнина утвердила в стране режим личной власти.



Итак, каков же он- первый российский царь Иван Васильевич IV Грозный?

 

 

Детство и юность Ивана IV.

 

Уже двадцать один год прошёл с тех пор, как из полутора тысяч знатных девиц Василий III выбрал Соломонию, дочь бояр Сабуровых. Но к великому разочарованию Василия III, выбор оказался неправильным: Соломония не могла иметь ребёнка. Василий старел, а наследника не было. Так в 1526 г. Василий развёлся с Соломонией, которая была обстрижена в монахини и отправлена в монастырь. Спустя три месяца, в январе, Василий собрался жениться на Елене- дочери выходца из Литвы князя Михаила Глинского.

По Москве поползли тёмные слухи. Уверяли, будто несправедливо обездоленная Соломония в дальнем суздальском монастыре родила сына, пророчили Василию Ивановичу недобрую жизнь с литовской княжной, ещё до свадьбы начавшей над государем волю свою проявлять и заставившей его бороду состричь, так что он “в одних усах” ходил. Но Василий был спокоен: он ждал от предстоящего брака лишь одного – наследника; мысль о сыне не покидала его нигде – ни за столом, ни в Боярской думе, ни в церкви.




Прошли годы, а наследника всё не было. Василий с княгиней странствовал пешком на молитву в дальние монастыри, воздвигал одну церковь за другой, раздавал деньги нищим. Лишь через три с лишним года после свадьбы стало известно, что великая княгиня ждёт ребёнка.

…Вечером 24 августа стемнело быстро. Небо над Москвой заволокло грозными тучами. Улицы рано опустели. К полуночи дома и сады погрузились в непроглядную тьму. Наступившая тишина нарушалась лишь лёгким шелестом листьев. Вдруг, сразу, ветер, словно сметя тишину, завыл, засвистел, загремел ставнями, захлопал калитками, заскрипел вековыми стволами. Сверкнула молния, на миг расщепив темноту, и раздался удар грома небывалой силы. Началась гроза. Огненные сабли во всех направлениях рассекали тьму. Одни исчезали в вышине, другие вонзались в землю, в дома. Вот в долгих раскатах громового удара родился новый звук – назойливый и монотонный. Били в набат. Москва засветилась в нескольких концах. Люди тушили пожары, а ветер раздувал пламя. Неожиданно, сами за собой, зазвонили колокола Спасского собора. С колокольни одной из церквей сорвался и упал на землю большой колокол. Всё это были страшные приметы. Ожидали, что в эту ночь случится большая беда… Так рассказывали потом о событиях в ночь с 24 на 25 августа 1530 года.

Когда умер великий князь московский Василий III, его наследнику, Ивану Васильевичу, было немногим более трёх лет отроду. Детство мальчика нельзя назвать счастливым. Через пять лет после смерти отца он потерял мать, великую княгиню Елену Глинскую, и в её лице – единственного родного человека, который мог бы о нём заботиться и любить его. Эти пять лет вдовствующая великая княгиня исполняла обязанности регентши (т.е. временной правительницы) при малолетнем государе и управляла страной, опираясь на Боярскую думу и “опекунский совет”, назначенный ей в помощь умиравшим супругом. В опекунский совет входили люди, обладавшие полнотой власти ближайших советников и “управляющих делами” при неопытной в вопросах государственного управления регентше.

Почти все они были представителями высших аристократических родов: князья Михаил Львович Глинский (дядя Е.Глинской), Василий Васильевич Шуйский, Иван Васильевич Шуйский, бояре Михаил Юрьев-Захарин, Михаил Тучков и другие.

Если при жизни вдовы своего покойного государя “опекуны” ещё согласовывали свои действия с волей великой княгини, то после её смерти они обращали очень мало внимания на условия жизни, желания и судьбу наследника престола. Гораздо больше энергии они проявляли в борьбе за власть. В результате детские годы будущего государя слились в единое горькое пятно. Много лет спустя давние мальчишеские обиды невыносимо жгли ему память и душу. Через три десятилетия Иван IV в своём послании к Курбскому, вспоминая, писал: “Как жестоко я страдал из-за вас… никто нам не помогал. Подданные наши достигли осуществления своих желаний – получили царство без правителя. Дворы и сёла наших дядей взяли себе. И сокровища матери нашей перенесли в Большую казну, а остальное разделили. Припомню одно: бывало мы играем в детские игры, а князь Иван Васильевич Шуйский сидит на лавке, опершись локтём о постель нашего отца и положив ногу на стул, а на нас и не взглянет, и уж совсем не как раб на господ. Сколько раз мне поесть не давали вовремя. Всё расхитили коварным образом, казну деда нашего и отца нашего забрали себе, а на деньги те наковали для себя золотые и серебряные сосуды и начертали на них имена своих родителей… окружили себя друзьями и всю власть вершили по своей воле. И так жили мы в гонении и утеснении”

Аристократические кланы в жестокой борьбе за первенствующее положение стремительно сменяют друг друга у кормила власти: первоначально её захватывают Шуйские, затем на их место приходят Бельские, потом Шуйские с помощью мятежа свергают Бельских. Благодаря деяниям бояр, дух насилия в разных формах овладевает воображением и чувствами юноши, проникая в его “плоть и кровь”. В атмосфере борьбы за власть созревал будущий деспот – мстительный, чрезвычайно нервный, вспыльчивый и жестокий. Уже в играх и забавах с товарищами, которых, к слову сказать, ему выбирали другие, Иван проявлял бесчеловечность, царившую, впрочем, в той среде, которая его окружала.

На его глазах мучили людей, он же пока ещё не мог делать этого и ограничивался животными. Большим удовольствием для него было бросать из высоких теремов дворца собак и смотреть на их предсмертные судороги. Ему не только не мешали предаваться подобным забавам, но даже поощряли это. Скоро очередь должна была наступить и для людей.

В 13-летнем возрасте приходит черёд и ему впервые “показать зубы”: в декабре 1543 г. Иван приказал своим псарям схватить самого Андрея Шуйского. Слуги повиновались и даже переусердствовали – они задушили боярина вместо того, чтобы отправить его в темницу. Иван решил, что это было сделано хорошо. Все поняли, что на Руси произошла перемена. В мае 1546 г., когда Иван IV был на охоте близ Коломны, ему преградили путь новгородские пищальники, явившиеся к нему с жалобой на наместника. Иван приказал прогнать новгородцев, произошла свалка, раздалось даже несколько выстрелов. Юный царь остался невредим, но очень перепугался: у Ивана всегда замечали недостатки физической храбрости. Простой дьяк Василий Захаров обвинил О.Воронцова и его родственников в заговоре. Грозный немедля приказал казнить Воронцова и одного из его двоюродных братьев, другие соучастники мнимого заговора подверглись ссылке.

В конце 1546 года Иван собрался более решительным способом укрепить свою независимость. 17 декабря по Москве разнеслось известие, что великий князь решил вступить в брак с одной из русских девиц.

Юному великому князю не было ещё и полных 17 лет, когда его дядя Михаил Глинский и его бабушка княгиня Анна сумели подготовить политический акт большой государственной важности. 16 января 1547 г. великий князь Московский и всея Руси Иван Васильевич торжественно был увенчан титулом царя – Иван IV.

Во время долгой (по обычаю православной церкви) и торжественной службы митрополит возложил на Ивана крест, венец и бармы, присланные якобы византийским цесарем Константином Мономахом на Русь для венчания князя Владимира Всеволодовича (Мономаха).

Устами митрополита была начертана программа деятельности царя: в союзе с церковью, которая отныне объявлялась “матерью” царской власти, должен был укрепить “суд и правду” внутри страны, вести борьбу за расширение государства. По завершении чина венчания великий князь стал “боговенчанным царём”. Дополнение короткого слова “царь” к и без того уже пышному титулу великого князя – “Государь и великий князь Московский, Владимирский и прочих земель” – делала его носителя равным по чину императору “Священной Римской империи”, ставило выше европейских королей – датского, английского, французского и многих иных, уравнивало с восточными соседями – казанским и астраханскими ханами, наследниками Золотой Орды, недавними повелителями Руси.

Таким образом, новый титул – царь – не только резко подчёркивал суверенность российского монарха во внешних отношениях, особенно с ордынскими ханствами, но и чётче, чем прежде, отделял государя от его подданных. Царский титул закрепил превращение князей-вассалов в подданных. Столица государства, Москва, отныне украсилась новым титулом – она стала “царствующим градом”, а русская земля – Российским царством. Но для народов России начинался один из самых трагических периодов его истории. Наступило “время Ивана Грозного”.

Необходимо отметить, что акт венчания на царство Ивана IV не положил конца боярскому правлению. С ним покончило лишь восстание 1547 г. Поводом к нему был страшный пожар в Москве 21 июня 1547 г., уничтоживший практически весь город. Около 4 тыс. москвичей погибли в огне пожарища. Иван IV и его приближённые, спасаясь от дыма и огня, спрятались в селе Воробьёве (нынешние Воробьёвы горы). Причину пожара искали в действиях реальных лиц. Поползли слухи, что пожар – дело рук Глинских, с именем которых народ связывал годы боярского правления.

Около Успенского собора собралось вече. Возбуждённый народ растерзал одного из Глинских; дворы их сторонников и родственников были разграблены и сожжены. С большим трудом правительству удалось подавить восстание. Неспокойно было и в городах Опочке, Пскове, Устюге, где также произошли выступления против властей.

Народные выступления показали, что страна нуждается в реформах по укреплению государственности, централизации власти. Иван IV вступил на путь проведения структурных реформ. В такой обстановке к власти пришли костромской вотчинник А.Ф.Адашев и придворный священник, автор домашнего устава москвичей “Домострой”, Сильвестр.

 

 

Адашев и Сильвестр.

 

Принимая во внимание тот факт, что эти видные политические деятели более десяти лет управляли страной практически наравне с Иваном Грозным, нельзя не остановиться на их биографии чуть подробнее.

“Священнник Благовещенского собора в Кремле Сильвестр и царский постельничий (государев дворовый чин) Алексей Фёдорович Адашев были крупнейшими государственными деятелями времён “Избранной рады”. Сильвестр приобрёл огромное влияние на молодого Ивана IV, указав тому на его пороки и на путь к их исправлению в критический, страшный для царя час – во время московского восстания 1547 г. Впоследствии Сильвестр имел в правительстве высокий авторитет, влияя как на государственные дела, так и на личную жизнь самого государя “во всех малых и ничтожных вещах, до обувания и до спанья” Так писал позднее сам Иван IV…

Алексей Фёдорович Адашев происходил из провинциального костромского рода дворян Ольговых, не отличавшихся особой знатностью, и выдвинулся благодаря своим исключительным способностям. Одно время он возглавлял Челобитный и Казённый приказы, принял активнейшее участие в подготовке всех крупных реформ времён “Избранной рады” и получил в сведетельство своих заслуг высокий думный чин окльничего. Адашеву приходилось также выполнятьфункции дипломата и воеводы. Незадолго до взятия Казани он дважды побывал там с важной дипломатической миссией, затем принял участие в самом победоносном казанском походе. В 1560 г. Адашев вместе с князем И.Ф. Мстиславским возглавлял армию, взявшую в Ливонии мощную крепость Феллин. На него же была возложена задача составления новой общегосударственной летописи.

Но с течением времени Сильвестр и Адашев потеряли доверие Ивана Грозного…

В итоге Сильвестр был сослан в далёкий Соловецкий моностырь, а Адашев оставлен городовым воеводой в завоёвонном Феллине. Затем он был переведён в Юрьев-Ливонский и взят под стражу. Там он и скончался спустя два месяца после ареста.

 

Время “Избранной рады”

 

Конечно, нельзя точно сказать, при каких обстоятельствах в конце 40-х гг. сложилось правительство, перенявшее руководство страной у Боярской думы, но можно с точностью констатировать, что ключевую роль в формировании новой правящей группы сыграло фигура митрополита Макария. Последний был “мудрый и спокойный политик, находившийся в окружении царя до и после бурных событий 1547 г., глава церкви – могущественного политического механизма, издавна поддерживавшего объединение княжеств вокруг Москвы.

При участии Макария в окружении молодого царя оказались те лица, которым суждено было в глазах современников символизировать новое правительство – “Избранную раду”. “Избранная рада” была органом, который осуществлял непосредственную исполнительную власть, формировал новый приказный аппарат и руководил им. Наиболее авторитетными политиками нового правительства стали Сильвестр и Адашев.

Бесспорно, что своим высоким положением Сильвестр и Адашев были обязаны доверию и поддержке со стороны царя и митрополита. Но надо иметь в виду, что “авторитет царя ещё только складывался. Иначе говоря, авторитет как царского титула, так и самой личности царя ещё предстояло создать. Это стало одной из важнейших политических задач времени

“Всего десятилетие суждено было существовать “Избранной раде”, всего десятилетие было отпущено исторической судьбой для деятельности решительных и энергичных реформаторов, протекавшей в условиях относительного мира между всеми классами и сословиями русского общества. Всего десятилетие! Но за этот краткий период государственное и социальное устройство России потерпело столь сильные изменения, каких не происходило за целые века спокойного развития.

Было реорганизовано местное управление. Если до этого времени в городах и землях Московского государства почти неограниченной властью располагали наместники и волостели, на определённый срок назначавшиеся великим князем, то теперь их судебные права в отношении дворян были ограничены, а на значительной территории власть наместников полностью заменялась властью выборных земских органов. Последние возглавлялись губными старостами (“губа”- округ) и излюбленными головами (в городах).

В 1550 г. был принят новый Судебник. Земская устроение явилось условием для проведения в жизнь судебной реформы. Тем самым суд становился прообразом взаимоотношений государственной власти в целом с выбираемыми от сословий. Судебник закреплял создание в Московском государстве справедливого суда, контролируемого “лучшими людьми” из данного сословия на местах. Однако, до создания постоянных верховных сословно-представительных учреждений дело не дошло.

Сформировалась развитая система “приказов”, т.е. органов центрального управления, исполнявших функции нынешних министерств. До середины 60-х гг. XVI в. приказы именовались “избами”. Каждый из приказов отвечал за определённую сферу управления: например, Посольский приказ – за дипломатическую службу, Разрядный – за большую часть военных дел, Разбойный приказ вёл борьбу против “разбоев” и “лихих людей”, Земский приказ ведал порядком в Москве, Челобитный осуществлял контроль за остальными приказами.

В 1551 г. по инициативе царя и митрополита был созван Собор русской церкви, получивший название Стоглавого, поскольку его решения были сформулированы в ста главах. Решения церковных иерархов отразили перемены, связанные с централизацией государства. Собор одобрил принятие Судебника 1550 г. и реформы Ивана IV. Из числа местных святых, почитавшихся в отдельных русских землях, был составлен общерусский список. Упорядочивалась и приводилась к единообразию обрядность на всей территории страны. Даже искусство подлежало регламентации: предписывалось создавать новые произведения, следуя утверждённым образцам. Было решено оставить в руках церкви все земли, приобретённые ею до Стоглавого собора. В дальнейшем церковники могли покупать землю и получать её в дар только с царского разрешения. Таким образом, в вопросе о монастырском землевладении утвердилась линия на его ограничение и контроль со стороны царя.

Ядро армии составляло дворянское ополчение. Под Москвой была посажена на землю “избранная тысяча” – 1070 провинциальных дворян, которые, по замыслу царя, должны были стать его опорой. Впервые было составлено “Уложение о службе”. Вотчинник или помещик мог начинать службу с 15 лет и передавать её по наследству. Со 150 десятин земли и боярин, и дворянин должны были выставлять одного воина и являться на смотры “конно, людно и оружно”. В 1550 г. было создано постоянное стрелецкое войско. На первых порах стрельцов набирали 3 тыс. человек. Кроме того, в армию стали привлекать иностранцев, число которых было незначительно. Была усилена артиллерия. Для несения пограничной службы привлекалось казачество.

Бояре и дворяне, составлявшие ополчение, назывались “служилыми людьми по отечеству”, т.е. по происхождению. Другую группу составляли “служилые люди по прибору” (т.е. по набору). Кроме стрельцов туда входили пушкари (артиллеристы), городская стража, близки к ним были казаки. Тыловые работы (обоз, строительство фортификационных сооружений) выполняла “посоха” – ополчение из числа черносошных, монастырских крестьян и посадских людей.

Все эти преобразования совершались одновременно с впечатляюшими победами в войнах и внешнеполитическими успехами. Между тем царь повзрослел, приобрёл некоторый опыт в государственных делах и уже тяготился деятельным правлением “Избранной рады”. Воля его, стеснённая в юности, теперь распрямилась, словно отпущенная пружина, стремясь к самовластию. Одной из главных черт характера Ивана IV стала неспособность сдерживать себя в чём-либо, неспособность ставить своим желаниям и планам разумные пределы. С течением времени царь стал подвержен приступам гнева, во время которых он терял над собой контроль. Через четверть века в состоянии такого припадка ему суждено было убить собственного сына, Ивана Ивановича. Придя в ярость в споре с сыном по ничтожному поводу, царь ударил того в голову концом жезла с насаженным четырёхгранным железным остриём. Царевич от раны заболел и умер, родитель его “рыдал и плакал”, придя в себя и осознав содеянное, да было поздно.

“Избранная рада” возникла не ранее 1549 г., а в 1560 г. её уже не существовало. Причиной этому послужили события 1553 г., когда царь тяжело заболел. Казалось, что он умирает. Стал вопрос о наследнике. Иван хотел, чтобы бояре присягнули как наследнику Дмитрию, которому было всего около 5 месяцев. Среди приближенных началось брожение. Самым печальным для царя было то, что среди тех, кто сомневался, присягать ли “пелёночнику”, были и некоторые деятели “Избранной рады”. Другой причиной стала смерть царицы Анастасии в августе 1560 г. Боярская группировка её родственников Захарьиных обвинила Адашева в отравлении Анастасии и колдовстве. Поводом также послужили разногласия между Сильвестром и Адашевым, с одной стороны, и царём, с другой, по поводу Ливонской войны. В результате “Избранная рада” пала, её деятели и сторонники подверглись опале и гонениям. В декабре 1563 г. скончался митрополит Макарий, и на его место был поставлен тихий, нерешительный митрополит Афанасий.

Московский государь начинает единолично руководить всей внутренней и внешней политикой. В двух словах его политический курс можно охарактеризовать как доведение личной власти до уровня неограниченного самодержавия внутри страны и максимально возможное её распространение за пределы Московского государства путём завоеваний.

 

Внешняя политика.

 

Основными задачами внешней политики России в XVI в являлись: на западе – борьба за выход к Балтийскому морю, на юге-востоке и востоке – борьба с Казанским и Астраханским ханствами и начало освоения Сибири, на юге – защита страны от набегов крымского хана.

 





Рекомендуемые страницы:

Поиск по сайту







poisk-ru.ru

Детство и юность Ивана Грозного.

    Двадцатилетний
брак великого князя Московского Василия
III с Соломонией Сабуровой был бесплоден.
Винить в этом только Соломонию нет
достаточных оснований. Известный
оппонент Ивана Грозного – изменник князь
Андрей Курбский написал, что отец его
врага Василий III искал знахарок и
колдунов, которые помогли бы ему
приобрести мужскую силу. В конце концов
великому князю с помощью митрополита
Даниила и покорной части духовенства
удалось отправить законную жену в
монастырь против ее воли и жениться на
юной обворожительной литовской княжне
Елене Глинской.
    Свадьба
состоялась в 1526 году. Иван IV, прозванный
впоследствии Грозным, появился на свет
в 1530 году, когда его отцу, Василию III,
было уже за пятьдесят. Он был ребенком
очень желанным, и его рождения ожидала
вся страна. Однако, вопреки ожиданиям,
она не имела детей ещё 3 года.  

Василий
III – отец Ивана Грозного

Этот
промежуток доставил стареющему князю
немало хлопот. И вот, наконец, Елена
оказалась беременной. Какой-то юродивый
Домитиан объявил ей, что она будет
матерью Тита, широкого ума, и 25 августа
1530 года в 7-ом часу ночи действительно
родился сын, названный затем Иваном.
Пишут, что в ту самую минуту земля и небо
потряслись от неслыханных громовых
ударов. Но это было воспринято как добрый
знак. Все города отправили в Москву
послов с поздравлениями. Но царь после
рождения сына прожил совсем недолго.
Он умер в 1534 году, и власть перешла к
Елене Глинской. В 1538 году и она скончалась,
отравленная, как принято считать,
крамольными боярами. Власть захватили
бояре во главе с Шуйскими. Ивана
воспитывали великие и гордые бояре на
свою и на детей своих беду, стараясь
угодить ему во всяком наслаждении.
    Иван
рос беспризорным, но зорким сиротой в
обстановке придворных интриг, борьбы
и насилия, проникавших в его детскую
опочивальню даже ночью. Детство осталось
в памяти Ивана как время обид и унижений,
конкретную картину которых он лет через
20 дал в своих письмах к князю Курбскому.
Особенно были ненавистны Иоанну князья
Шуйские , захватившие власть после
смерти великой княгини Елены. Устранены
были князья Иван Федорович
Овчина-Телепнев-Оболенский , пользовавшийся
влиянием при Елене, сестра его, мамка
Ивана, Челяднина, князь Иван Федорович
Бельский , сведен с кафедры митрополит
Даниил , противник переворота.
Бесконтрольное распоряжение государственным
достоянием, крайне невнимательное и
оскорбительное отношение к маленьким
великим князьям Ивану и Юрию характеризуют
двухлетнее господство Шуйских.  

Елена
Глинская – мать Ивана Грозного

В 1540
году по инициативе митрополита Иоасафа
, освобождены были князь Бельский,
занявший место князя Ивана Шуйского,
удаленного на воеводство, и удельный
князь Владимир Андреевич Старицкий с
матерью. В 1542 году – новый переворот в
пользу Шуйских, в котором погиб Бельский,
поплатился кафедрой митрополит Иоасаф,
замененный архиепископом новгородским
Макарием . Глава кружка, князь Андрей
Михайлович Шуйский, устранял возможные
на Ивана влияния со стороны не
принадлежавших к кружку лиц в крайне
грубых формах (расправа с Семеном
Воронцовым во дворце на глазах Ивана).
В 1543 году царь впервые показал свой
характер, велев схватить главного из
Шуйских – Андрея. В 1543 году 13-летний Иван
восстал против бояр, отдал на растерзание
псарям князя Андрея Шуйского, и с тех
пор бояре начали бояться Ивана. Власть
перешла к Глинским – Михаилу и Юрию,
дядям Ивана, устранявшим соперников
ссылками и казнями и вовлекавшим в свои
меры юного великого князя, играя на
жестоких инстинктах, и даже поощряя их
в Иване. Не зная семейной ласки, страдая
до перепуга от насилия в окружавшей
среде в житейские будни, Иван с 5 лет
выступал в роли могущественного монарха
в церемониях и придворных праздниках:
превращение собственной позы сопровождалось
таким же превращением ненавидимой среды
– первые наглядные и незабываемые уроки
самодержавия. Направляя мысль, они
воспитывали литературные вкусы и
читательскую нетерпеливость. В дворцовой
и митрополичьей библиотеке, Иван книгу
не прочитывал, а из книги вычитывал все,
что могло обосновать его власть и величие
прирожденного сана в противовес личному
бессилию перед захватом власти боярами.
Ему легко и обильно давались цитаты, не
всегда точные, которыми он пестрил свои
писания; за ним репутация начитаннейшего
человека XVI века и богатейшей памяти.

studfiles.net

Рождение, детство, юность. Иван Грозный

Рождение, детство, юность

Во время страшной грозы 25 августа 1530 г. родился человек, которому суждено было прожить немногим более полувека. В эти 54 года уложились громкие победы и унизительные поражения, тяжкие грехи и истовое раскаяние, великие свершения и непростительные ошибки. Он смеялся, гневался, искал любви, растил детей, убивал врагов, предавал и был преданным – и все это отзывалось на жизни миллионов людей. Потому что младенцу, рожденному в эту ночь, предстояло стать первым русским царем и остаться в истории под прозвищем Иван Грозный.

Его отец, Великий князь Московский Василий III, в личной жизни был несчастлив. В жены себе Василий выбрал Соломонию Собурову, представительницу не самого знатного рода. С ней он прожил больше 20 лет, но брак оставался бездетным. Поняв, что надежды на появление наследника не остается, князь развелся с женой, заточил ее в монастырь, а сам вскоре женился снова. Избранницей великого князя стала юная Елена Глинская, представительница не столько знатного, сколько знаменитого литовского рода, совсем недавно перебравшегося в Московское княжество. Разница в возрасте (жениху было под 50, невесте не исполнилось и 20) традиционно никого не смущала.

Род Глинских заслуживает отдельного представления. Восходит он к небезызвестному Мамаю. Родоначальник княжьего рода Глинских, бек Мансур, был сыном темника Мамая. После гибели отца Мансур выехал в Великое княжество Литовское, перекрестился там в Александра и получил в удел Глинск и Полтаву. Сам, не будучи Чингизидом, Мамай очень старался сделать своих детей «особами царской крови», и для этого женился на чистокровной Чингизидке, золотоордынской принцессе, дочери хана Бердибека. Вполне возможно, что в жилах Ивана Грозного текла кровь Чингисхана. Официально объявить его потомком «Потрясателя Вселенной» мешает только одно обстоятельство – точно неизвестно, был ли Мансур рожден от дочери Бердибека или от другой жены Мамая.

1526 г. Василий III, Великий князь Московский, вводит во дворец невесту свою, Елену Глинскую. Художник Клавдий Лебедев

Дедом Елены Глинской по матери был Стефан Якшич, военный вождь сербов, бежавших от османов и осевших на юге Венгерского королевства. Бабка Ивана по отцу – Софья Палеолог, принцесса из рода византийских императоров. Итак, кровей, в том числе и царственных, в нашем Рюриковиче соединилось немало.

Новый брак Василия III заключался явно не по расчету. Отец невесты к тому времени уже умер, а дядя, глава рода Глинских Михаил Львович, уже больше десяти лет находился в заключении. После замужества Елена Глинская все-таки выхлопотала дяде свободу. Покладистость Василия III в данной ситуации неудивительна – судя по всему, в молодую жену он был влюблен беззаветно. По просьбе привыкшей к европейской моде супруги московский князь даже сбрил бороду, что в патриархальной Москве того времени было исключительным поступком. И снова драма бездетности. Пара долго ездит по монастырям и святым местам, и лишь после четырех лет совместной жизни, когда Василию уже пошел шестой десяток, у них наконец-то появляется первенец, в крещении названный Иваном.

Еще через два года у супругов родился второй сын – Юрий, который, к несчастью, был глухонемым и слабоумным. А еще через год, в 1533-м, когда Юрию исполнился год, а Ивану – три, их отец сильно захворал и умер.

По завещанию Василия править страной до совершеннолетия Ивана должен был регентский совет, в который кроме представителей знатнейших московских фамилий был включен и недавно освобожденный Михаил Глинский. Его великий князь ввел в высший круг – естественно, для того, чтобы защитить интересы вдовствующей княгини, «что ему в родстве по жене его» [20][1]. Нравы московского боярства были суровыми, и возвысившуюся «литвинку», которой едва исполнилось двадцать, без дядиной защиты вполне могли свести в могилу. «Мамкой» малолетнего князя назначалась боярыня Аграфена Челяднина с наказом «ни пяди не отступать» от ребенка.

После смерти князя «регенты» незамедлительно начали действовать. Дело в том, что круг родственников юного князя не исчерпывался матерью и ее дядей. В живых оставались еще два дяди Ивана по отцу – князья Андрей Старицкий и Юрий Дмитровский. И если Андрей Старицкий и возглавил регентский совет, то с Юрием дело обстояло гораздо сложнее. Властитель Дмитрова почти четверть века прожил в ожидании великокняжеского стола, который должен был отойти ему после смерти бездетного Василия. В итоге всего лишь через восемь дней после смерти Василия его брата схватили и бросили в тюрьму, где он через три года умер «гладною нужею», то есть от голода.

Покончив с Юрием, члены регентского совета предсказуемо рассорились, и эти междоусобицы длились в Московском царстве все детство Ивана. Чтобы понять атмосферу, в которой рос мальчик, достаточно перечислить финальные строчки биографий всех членов регентского совета.

Первым был устранен «чужак» – Михаил Глинский. По жестокой иронии судьбы именно племянница, которую старый воин был поставлен защищать, и свела его в могилу. Вскоре после смерти Василия по Москве пошли слухи, что молодая вдова нашла утешение в объятиях князя Ивана Овчины Телепнева-Оболенского, главы одного из сильнейших московских кланов. Михаил не смолчал и потребовал от племянницы удалить фаворита, чем и спровоцировал настоящий переворот. Елена быстро доказала, что она настоящая Глинская, с помощью клана Овчины фактически разогнав первый состав регентского совета и взяв власть в свои руки.

Двое членов совета, Михаил Глинский и Михаил Воронцов, были обвинены в заговоре, отравлении Василия III и намерении выдать княжескую семью полякам. Глинского племянница уморила в тюрьме, с Воронцовым обошлась чуть мягче – он был сослан в Новгород, оттуда переведен в Мелвятицы, где и умер в 1539 г.

Один из самых могущественных «регентов», Михаил Захарьин-Юрьев, также был схвачен, но моментально осознал ситуацию и поклялся новым властителям вести себя смирно. Вскоре был освобожден и спокойно заседал в Боярской думе до самой своей смерти в 1538 г.

Глава регентского совета, последний из братьев Василия, князь Андрей Старицкий покинул Москву и укрылся в своем удельном княжестве. Тем не менее он оставался для пары влюбленных самым серьезным противником. Даже если не брать во внимание его права на трон, он владел обширной территорией и мог выставить внушительную армию. Поэтому однажды ночью московские полки двинулись к Старице. Предупрежденный Андрей бежал в Новгород, надеясь на помощь тамошних дворян. Начавшийся мятеж был подавлен в зародыше, последний претендент на престол схвачен, облачен в некое подобие железной маски – «шляпу железную» – и через полгода скоропостижно скончался в заключении в возрасте 47 лет. В это время на дороге из Москвы в Новгород еще стояли виселицы, на которых дотлевали тела дворян, откликнувшихся на призыв Андрея.

Оставшиеся члены регентского совета – братья Василий и Иван Шуйские, помилованный Захарьин-Юрьев и Михаил Тучков – держались тише воды ниже травы.

Все эти мрачные события душа Ивана, совсем еще ребенка, несомненно, впитывала как губка. Но самым страшным для него стал 1538 год. 11 апреля умирает его мать, Елена Глинская, которой было всего 30. Ее скоропостижная смерть вызвала множество толков. Ходили слухи об отравлении, которое молва приписывала братьям Шуйским. Их при свержении регентского совета, скорее всего, побоялись трогать – слишком уж могуществен был высокородный клан Рюриковичей Шуйских, которых на Западе именовали «принцами крови».

Так или иначе, но действовали Шуйские молниеносно – после смерти Елены Овчина-Телепнев сразу же был схвачен и в заключении прожил опять же недолго – Шуйские «умориша его гладом и тягостию железной» [15]. «Мамка» Ивана, Аграфена Челяднина, бывшая на свою беду родной сестрой Овчины, была сослана в Каргополь и там пострижена в монахини.

Восьмилетний Иван в одночасье лишился двух самых близких ему женщин. Мальчик остался совершенно один – единственный близкий человек, с кем он мог общаться, был его младший слабоумный брат Юрий.

Оставшихся «воспитателей» Иван ненавидел лютой ненавистью. Свои детские воспоминания о взявших власть в стране Шуйских он изложил в знаменитой переписке с Курбским:

«Нас же с покойным братом Георгием начали воспитывать, как иностранцев или как нищих. Какой только нужды ни натерпелись мы в одежде и в пище! Ни в чем нам воли не было; ни в чем не поступали с нами, как следует поступать с детьми. Припомню одно: бывало, мы играем в детские игры, а князь Иван Васильевич Шуйский сидит на лавке, опершись локтем о постель нашего отца и положив ногу на стул, а на нас и не смотрит – ни как родитель, ни как властелин, ни как слуга на своих господ. Кто же может перенести такую гордыню? Как исчислить подобные тяжелые страдания, перенесенные мною в юности? Сколько раз мне и поесть не давали вовремя. Что же сказать о доставшейся мне родительской казне? Все расхитили коварным образом…» [10].

Стоит ли удивляться, что мальчик вырос с твердым убеждением, что вокруг всегда измена и крамола и если выпустишь вожжи из рук и не ударишь первым, тебя моментально растопчут?

Шуйские довершили разгром регентского совета: через полгода после смерти Глинской регент Михаил Тучков был отправлен в ссылку в деревню, а Захарьин-Юрьев скончался в том же году. Правда, и старший Шуйский пережил его только на несколько недель. Последний оставшийся регент, Иван Шуйский, значительно уступал покойному брату во влиянии, поэтому до своей смерти в 1542 г. в основном боролся за власть с набравшим силу троюродным братом Грозного Иваном Бельским. Волей судеб скончались они почти одновременно – сосланный в Белоозеро Бельский был убит по приказу последнего члена регентского совета незадолго до смерти самого Ивана Шуйского.

Ивану в ту пору пошел тринадцатый год, а роста он выдался огромного. Оставшись без опеки «регентов» и вырвавшись из душных кремлевских покоев, подросток начал буйствовать – сбрасывал с крыш теремов кошек и собак, а чуть повзрослев, вместе с ватагой сверстников бил и грабил людей, «скачюще и бегающе всюду неблагочинно» [19]. Забавы иногда доходили до убийства, но оставшиеся бояре не смели одернуть юного князя, который через несколько лет – по всему видно – возьмет уже полную власть и тогда все вспомнит обидчикам.

А Иван, даже отметив 15 лет от роду и тем самым достигнув совершеннолетия, по-прежнему вел бурную жизнь – ради забавы пахал поле, сеял гречку, ходил на ходулях и продолжал жестокие развлечения.

16 января 1547 г. произошло важнейшее для Руси событие: 17-летний молодой князь принял титул царя и короновался. По большому счету это стало легитимизацией давно свершившегося: еще Иван III, дед Ивана Грозного, де-факто был суверенным правителем. Но закрепить этот статус де-юре не решались ни он, ни Василий III, резонно опасаясь непредсказуемой реакции со стороны иностранных держав. Молодость и здесь оказалась решительнее зрелости.

Вскоре после венчания на царство Иван IV женился. Всем боярам и дворянам, имевшим дочерей двенадцати лет и старше, было велено под страхом опалы и казни за неисполнение везти их на смотрины. Выбор юного Ивана пал на Анастасию, дочь окольничего Романа Юрьевича Захарьина-Кошкина, представительницу одного из сильнейших боярских кланов и племянницу покойного члена регентского совета Михаила Захарьина-Юрьева. Бракосочетание состоялось 3 февраля.

Венчание и принятие царского титула Иоанном IV. Художник Клавдий Лебедев

И в этом же богатом на события году, но уже летом, в Москве поднялось восстание. Дело в том, что управление страной в последние годы сосредоточилось в руках родственников царя по материнской линии. Иван страстно любил свою мать и, получив известную самостоятельность, приблизил к себе единственных людей, которым доверял, – братьев Елены, Михаила и Юрия Глинских, и ее мать, свою бабку, княгиню Анну. Но их управление вылилось в казнокрадство и неправедные поборы. Добавьте к этому еще и традиционную неприязнь москвичей к «чужакам» – и вы поймете всю глубину народного недовольства. Этот набухший нарыв рано или поздно должно было прорвать, что и произошло в июне 1547 г.

В столице вспыхнул мощный пожар – сгорел почти весь центр Москвы, в огне погибли тысячи людей, десятки тысяч остались нищими и бездомными. По городу ползли слухи, винившие в беде Глинских: дескать, «старая ведьма» Анна вымачивала в воде человеческие сердца, а потом, обернувшись сорокой, летала над городом и кропила его сверху той колдовской водой – отчего и вспыхнули пожары.

Расправа была жестокой – 26 июня толпа ворвалась в Кремль. Юрия Глинского схватили во время богослужения в Успенском соборе. Дядю царя выволокли из собора и растерзали, труп его бросили на выходе из Кремля. Михаил Глинский вместе с матерью успел выбраться из города и «хоронился по монастырем» [13]. Несколько дней город был в руках восставших, а потом в поисках Глинских процессия двинулась к селу Воробьеву, куда вывезли от пожаров царя Ивана. 17-летнему юноше пришлось выйти к вооруженным вилами людям и долго убеждать их, что ни Михаила, ни Анны у него в ставке нет.

Иван был потрясен – кланяющееся бессловесное быдло, которое он походя топтал конями во время забав, обернулось к нему другим – страшным – ликом. Бунт вскоре был подавлен, Глинские от греха подальше удалены от власти, но, как позднее признавался сам царь, «и от сего убо вниде страх в душу мою и трепет в кости моа» [10]. Жизнь продолжала лепить характер Ивана.

Однако с этим же пожаром связан случай, также повлиявший на мировоззрение Ивана, – в его жизни появился учитель. Им стал священник Благовещенского собора в Кремле по имени Сильвестр.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

history.wikireading.ru

Жестокое детство Ивана Грозного, душевнобольного царя, одержимого страстью к женщинам и обожаемого Сталиным | История | ИноСМИ

С тех пор прошло, ни много ни мало, 500 лет. В те времена, когда непобедимый британский флот потерпел поражение от Испании, а первые пехотные испанские полки положили конец эпохе тяжелой кавалерии в битве при Павии. Именно тогда, в XVI веке, на другом конце Европы первый русский царь Иван Васильевич заработал себе прозвище «Грозный». И для того были все основания. По словам различных историков, он казнил тысячи своих подданных, подверг жесточайшим пыткам многих своих приближенных, подозревая, что они хотят его свергнуть. Типичная маниакальная одержимость.

Более того, считается, что этот жуткий персонаж (который, как ни странно, покончил с коррупцией в России и засильем бояр) любил истязать женщин, а за свою жизнь лишил девственности более 1 тысячи 500 девушек.

К счастью для Европы, смерть (которая не щадит никого) забрала Ивана Грозного 28 марта 1584 года. По крайней мере, его тело, поскольку предания о его жестоких деяниях пережили века. Он запросто мог приказать бросить живого человека в кипящее масло или сварить его в кипятке.

В последующие века его имя вызывало ненависть. Подтверждением тому является то обстоятельство, что, отдавая распоряжение о строительстве памятника истории России, царь Александр II особо отметил, чтобы в нем не присутствовал Иван Грозный. Почему же он подверг его подобному историческому остракизму?

Потому что считал, что, хотя Иван IV и образовал Российскую империю, присоединив к ней многие земли, он не заслуживал памяти из-за множества жестокостей, совершенных против собственного народа.

Но все же нашелся политический лидер, который превозносил этого изверга, как будто какого-нибудь героя. Это был Иосиф Сталин, поклонявшийся венценосному тирану и в 1944 — 1945 годах распорядившийся снять художественный фильм, возвеличивающий Ивана Грозного.

Жестокое детство

Иван Васильевич родился в холодных степях России около 1530 года. Сын Василия III и Елены Глинской, он принадлежал к древнему дворянскому роду. Уже в возрасте трех лет он испытал тяготы жизни, лишившись отца. Для управления страной был назначен Опекунский совет, хотя царский трон заняла его мать, выполняя функции регента ввиду несовершеннолетия сына.

Судьба нанесла Ивану Васильевичу второй удар, когда он уже был Великим князем Московским. В 1538 году в молодом возрасте скончалась его мать. Иван заподозрил, что она была отравлена боярами.

Независимо от того, что в действительности произошло с Еленой Глинской, можно с уверенностью утверждать, что эта смерть лишила страну авторитетного лидера и усилила междоусобную борьбу между боярами. Так считает специалист по истории России Пол Бушкович (Paul Bushkovitch) в своей книге «История России»: «Крупные боярские кланы — Глинские, Шуйские, Бельские и Оболенские — боролись за влияние при дворе и без тени сомнения отправляли в ссылку проигравших. Смерть матери Ивана еще более обострила дворцовые интриги».

Le Figaro

Polonia Christiana

Aftenposten

Politico

wPolityce


Едва оправившись после смерти родителей, Иван стал объектом гонений со стороны той самой знати, которая должна была защищать его и научить, как правильно управлять своими подданными. Как утверждает Мигель Анхель Линарес (Miguel Ángel Linares) в своей книге «Плохие люди» (“Mala gente”), бояре рассматривали Ивана как помеху на пути к власти и поэтому подвергали его разного рода унижениям.

Большинство экспертов с этим согласны, хотя и расходятся во мнениях относительно того, в чем заключались эти унижения. Авторы наиболее распространенных гипотез утверждают, что его унижали, били безо всякой причины и не давали есть. Именно это утверждается в исторической документальной ленте «Иван Грозный» (2014 год), снятой при содействии российских и немецких экспертов, в частности, криминалиста бременской полиции Акселя Петерманна (Axel Petermann), судебного психиатра Хейди Кастнер (Heidi Kastner) и историка Морен Перри (Maureen Perri).

«Все детство он боялся за свою жизнь. Он не мог быть уверен, что его не бросят в колодец на верную смерть. Он чувствовал свою беспомощность и не мог никуда скрыться от этой ситуации. Он целиком зависел от милости своих мучителей и прекрасно это понимал», указывает Кастнер. Такого же мнения придерживается и Линарес, считающий, что Иван «бояре презирали Ивана», который «с трудом выжил в холодных залах Кремля».

В свою очередь, другие эксперты добавляют, что Иван значительный период своего детства Иван в буквальном смысле слова просидел под замком. Этот взгляд разделяет, в частности, Педро Гаргантилья (Pedro Gargantilla) в своей книге «Болезни, изменившие историю» (“Enfermedades que cambiaron la historia”): «Его детство было не легким. Он осиротел в малом возрасте, а бояре держали его взаперти в одной из кремлевских башен, где он испытывал голод и жестокие издевательства».

Похоже, перенесенные страдания стали первопричиной будущей неуравновешенности Ивана. Это доказывает тот факт, что будущий тиран сбрасывал собак и кошек с башни, в которой находился в заточении. И делал он этот «лишь ради того, чтобы посмотреть, как они разбивались о землю», — пишет Гаргантилья. «Издевательства над животными в столь раннем возрасте являются явным признаком расстройства психики», — заявил газете ABC криминалист Виторио Мартин Умбрия (Vitorio Martín Humbría).

Независимо от причины, очевидно, что на формирование характера Ивана Васильевича оказали влияние побои, унижения и издевательства. Возможно, именно поэтому, когда ему исполнилось всего 13 лет (14 лет, согласно другим источникам), он решил показать, кому принадлежит власть в той первобытной России. «В возрасте 13 лет он впервые показал сво1й сильный характер, отдав приказ о казни предводителя бояр князя Андрея Шуйского», — пишет Линарес. В тот день молодой правитель заложил основы того, что потом стало для него чуть ли не традицией: бросать своих врагов на растерзание своре разъяренных псов. «Собаки, которых он использовал, повиновались ему. Они были как бы продолжением его руки, вторым ‘я’, показывая всем, кто хозяин в доме», пишет Кастнер в своем исследовании.

В ранней юности у Ивана случались острые приступы гнева, во время которых у него даже шла пена изо рта, а сам наследник престола иногда бился головой или вырывал пряди волос из своей головы. «После того, как приступ вспыльчивости проходил, он долгие часы проводил в тишине, уставившись в одну точку», — пишет Гаргантилья в своем труде.

Последняя связь с действительностью

Несмотря на скрытую психическую неуравновешенность, в 1547 год стал для Ивана периодом наибольшего душевного покоя. Это стало возможным благодаря его первой жене Анастасии Романовой. Согласно преданию, он выбрал ее из 1.500 претенденток. Брак укрепил его положение во власти и позволил стать настоящим царем. Именно Иван Васильевич первым этот титул. «Его венчал на царство митрополит Московский Макарий в 1547 году в Успенском Соборе. Макарий венчал Ивана IV уже не как Великого князя, а как царя», — добавляет Бушкович.

Анастасия открыла ему, что такое настоящая любовь, благодаря ее поддержке Иван IV сумел отменить прежние законы и покончил с коррупцией среди бояр. «В эти годы Иван IV предпринял коренное реформирование Российского государства, создав «Избранную Раду», некое подобие Госсовета, состоявшую главным образом из главы Русской православной церкви митрополита Макария, его духовника Сильвестра и советника Алексея Адашева. Он создал первое регулярное войско, состоявшее из стрельцов, которое завоевало Казань (1552) и Астрахань (1556), расширив таким образом границы России до суровых сибирских земель в 1583 году», — указывает Линарес.

Первая жена Ивана IV (дочери боярина Романа Захарьина-Кошкина, родоначальника династии Романовых) родила ему шестерых детей, из которых выжили лишь двое.

В те годы Иван Васильевич был счастлив, но, как уже повелось у него с малых лет, радость эта длилась недолго. Если быть более точными, до 1560 года, когда Анастасия скончалась. Хотя впоследствии царь снова женился, его душевное здоровье оказалось надломленным из-за смерти Анастасии. Это было наихудшее, что могло произойти с ним и с Россией. Гнев окончательно овладел им, и в итоге Иван IV превратился в авторитарного, жестокого и фанатичного правителя. Утратив последнюю связь с действительностью, он приобрел те черты, из-за которых его назвали «Грозным».

Начало кошмара

После смерти Анастасии Ивану IV везде стали мерещиться направленные против него заговоры. Он стал думать, что все за его спиной пытались свергнуть его с трона. В силу этого помешательства он стал преследовать всех, кого считал предателями. Можно было числиться одним из его ближайших сподвижников, но один неверный шаг мог вызвать гнев царя. «Злоба поселилась в нем, и царь распоряжался предавать жесточайшим пыткам своих возможных или предполагаемых врагов», — пишет известный автор Хорхе Блашке (Jorge Blaschke) в своей не менее известной книге «Тайная история Сатаны: Люцифер, скрытое лицо Бога» («La historia secreta de Satán: Lucifer, la cara oculta de Dios»).

Среди его любимых наказаний были обычные, которые от этого не переставали быть варварскими: его врагам ломали кости, избивали кнутам до тех пор, пока со спины не слезала вся кожа, или просто опаливали огнем. Но были и более изощренные зверства, которым подвергали предполагаемых предателей. «Иван IV распорядился сделать огромные сковородки, на которых живьем поджаривал своих жертв. Он также приказывал поочередно опускать их в кипяток и холодную воду до тех, пока с них не слезала кожа, и они погибали. Рассказывают, что он порезал на куски многих пленников», — пишет Петерманн.

Он обычно расправлялся с женами тех, кого подозревал в предательстве и вывешивал их обнаженные тела напротив тех домов, где они жили. Пострадавшие не могли ничего поделать, даже пожаловаться. Им оставалось лишь смириться со случившимся. Причины, по которым он совершал эти бесчинства, сейчас обсуждаются, хотя Петерманн считает (и это отражено в документально фильме, снятом в 2014 году), что это мог быть самый обычный садизм: «Тут могут быть две причины. Либо агрессивное помешательство, вызванное злобой и ненавистью по отношению к людям. С другой стороны, возможно, он получал от этого сексуальное удовольствие, поскольку казни и пытки протекали очень медленно».

Кастнер придерживается именно этой гипотезы: «Незащищенность других людей подтверждает сама форма власти изверга. Ему доставляет наслаждение уже даже не боль жертв, а реакция на боль, которую он им причиняет. Для него главное услышать ‘я боюсь вас, я страдаю, и только вы можете меня спасти‘».

Однако, пытки его предполагаемых врагов были не единственным способом дать волю гневу и обеспечить преемственность власти. Иван Грозный крайне жестоко подавлял любое восстание против собственной власти. Подрывные действия, как правило, являлись плодом его воображения. Наглядным примером может послужить расправа над новгородцами в 1570 году за якобы имевший место мятеж. Иван Грозный отправился туда во главе отряда из 15 тысяч человек. «Он сравнял город с землей и убил, по разным оценкам, от двадцати пяти до шестидесяти тысяч человек. Десятки детей были брошены в холодные воды протекавшей рядом реки только ради того, чтобы посмотреть на это страшное представление. Его необузданная жестокость не знала прецедентов в мире», — пишет Гаргантилья в своем труде.

Этот автор также указывает в своей книге, что в последние годы жизни Иван Грозный дал волю своим самым извращенным сексуальным фантазиям, «лишив девственности более полутора тысяч девушек и убив младенцев, родившихся в результате этих связей».

Восхищение Сталина

18 марта 1584 года Иван Грозный умер в возрасте 52 лет при странных обстоятельствах. После этого его имя тщательно обходили молчанием в России. По крайней мере, до тех пор, пока к власти не пришел И.В. Сталин, которого очень привлекала личность этого царя, при помощи жестокости и зверств создавшего огромную империю. Теперь во главе этой империи стоял Сталин.

Так считает целый ряд экспертов, в частности, Альваро Лосано Кутанда (Álvaro Lozano Cutanda). В своей книге «Сталин, красный тиран» («Stalin, el tirano rojo») он пишет, что советский лидер всегда находил время, чтобы ознакомиться с деяниями Ивана IV. Книги, повествовавшие о жизни Грозного царя, были одними из любимых в его библиотеке, насчитывавшей более 40 тысяч томов.

При этом Сталин неоднократно заявлял, что Иван Грозный был неоправданно «мягок». «Одной из ошибок Ивана Грозного была недооценка одной из пяти крупнейших боярских семей. Если бы ликвидировал эти пять семей, то не было бы Смутного времени. Но Иван Грозный мог кого-то казнить, а затем упустить много времени в раскаянии и молитвах. В этом смысле Бог был для него помехой. Ему нужно было действовать еще с большей решительностью», — указал советский лидер.

Несмотря на это, Сталин очень восхищался Иваном Грозным. Это стало очевидно, когда он дал задание советскому режиссеру Сергею Эйзенштейну снять фильм о том, как первый царь боролся против тысяч заговорщиков ради укрепления России.

Художественный фильм был снят в 1944 — 1945 годах, чтобы обелить образ царя и покончить с тем, что вождь СССР считал очернительством его имени. Поэтому картина умалчивает о жестокостях Ивана Грозного, делая упор на его наиболее революционных начинаниях. «Сталин походил на Ивана Грозного. Суровый правитель, который не боялся предпринимать решительные меры против своих врагов, если считал, что это отвечает государственным интересам», говорит Перри в документальном фильме.

В итоге картина была удостоена Сталинской премии. И все же ей не удалось покончить с образом жестокого тирана, который неизменно возникал у людей при упоминании Ивана IV. Несмотря на то, что Иван Грозный был в высшей степени умен и образован по целому ряду вопросов, он все же предпочел творить бесчинства, оказавшись во власти темных сторон своей души.

Попытка возвеличить образ Ивана Грозного была сведена на нет Н.С. Хрущевым во времена холодной войны. Как утверждает Мигель Карлос Ибаньес Фос (Miguel Carlos Ibáñez Fos) в своей работе «Иван Грозный в российской и советской историографии» («Iván el Terrible en la historiografía rusa y soviética»), преемник Сталина сказал во время одной из встреч в Кремле: «Сталин был безумным тираном, как и Иван Грозный, с той лишь разницей, что царь убивал своих врагов, в то время как Сталин отправлял на казнь своих соратников».

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.

inosmi.ru

Детство Ивана IV. Царь Иван Грозный

Детство Ивана IV

Считается, что до рождения Ивана некий юродивый предсказал отчаявшейся уже Елене Глинской, дескать, «она будет материю Тита, широкого ума». Пишут, что в день рождения будущего Ивана Грозного была страшная, поистине знаменательная гроза.

Номинально Иван стал правителем в неполные три года. Отметим, что хотя слово «царь» периодически употреблялось уже при дедушке Ивана Грозного Иване III, но официально этот титул был введен самим Грозным в 1547 году. О том, какое принципиальное значение имела терминология, мы расскажем позже.

Василий III умер 3 декабря 1533 года, а уже через восемь дней бояре избавились от основного претендента на трон – Дмитровского князя Юрия. А дальше последовали такие перипетии борьбы за власть между различными кланами, что уже взрослым Иван Грозный в своих записках прямо признал: сиротское детство, лживость и злоба опекунов, бесконечный страх быть убитым и сделали его характер столь подозрительным, буйным и жестоким. Вот строки из его письма Андрею Курбскому.

«Остались мы с почившим в бозе братом Георгием круглыми сиротами – никто нам не помогал; оставалась нам надежда только на Бога, и на Пречистую Богородицу, и на всех святых молитвы, на благословение родителей наших. Было мне в это время восемь лет; и так подданные наши достигли осуществления своих желаний – получили царство без правителя, об нас же, государях своих, никакой заботы сердечной не проявили, сами же ринулись к богатству и славе и перессорились при этом друг с другом. И чего только они не натворили! Сколько бояр наших, и доброжелателей нашего отца, и воевод перебили! Дворы и села, и имущество наших дядей взяли себе и водворились в них. И сокровища матери перенесли в Большую казну, при этом неистово пиная ногами и тыча в них палками, а остальное разделили».

Боярин с кубком. Худ. К. Маковский

…Опекунский совет управлял страной меньше года, затем в августе 1534 года был арестован Михаил Глинский, схвачены Иван Бельский и князь Иван Воротынский с детьми. В этом же месяце был арестован и еще один член опекунского совета – Михаил Воронцов. В тюрьме окончил свои дни еще один опекун Андрей Старицкий. Когда умерла Елена, через шесть дней бояре Шуйские убили фаворита княгини. Митрополит Даниил и дьяк Федор Мищурин, убежденные сторонники централизованного государства и активные деятели правительства Василия III и Елены Глинской, были немедленно отстранены от управления государством. Митрополит Даниил был отправлен в ИосифоВолоцкий монастырь, а Мищурина бояре казнили. И можно было бы дать еще более подробные свидетельства межсемейных распрей, убийств, арестов, но для взрослеющего царя все это означало только бесконечную и устрашающую смену окружения, исчезновение родных, близких ему людей, возрастающую подозрительность и стремление защитить себя в будущем всеми возможными способами.

С детства юный Иван возненавидел Шуйских, хотя они и пытались всячески вроде бы ублажить, а на самом деле – избаловать и развратить будущего царя. «Государь, следуя обыкновению, ездил осенью молиться в Лавру Сергиеву и на охоту в Волок Ламский с знатнейшими сановниками, весело праздновал Рождество в Москве и вдруг, созвав Бояр, в первый раз явился повелительным, грозным; объявил с твердостию, что они, употребляя во зло юность его, беззаконствуют, самовольно убивают людей, грабят землю; что многие из них виновны, но что он казнит только виновнейшего: Князя Андрея Шуйского, главного советника тиранства. Князья Глинские с друзьями повелевали его именем, хотя и сказано в некоторых летописях, что „с того времени Бояре начали иметь страх от Государя“». (Н. М. Карамзин).

Полной неожиданностью для бояр стало заявление Ивана о том, что он хочет венчаться на царство и сразу же – жениться. Считается, что такое желание он высказал в декабре 1546 года в беседе с митрополитом Макарием, имевшим большое влияние на подростка и поощрявшим его стремление к единоличной власти.

Боярская дума. Худ. С. Иванов

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

history.wikireading.ru

Детство и юность Ивана Грозного

Двадцатилетний
брак великого князя Московского Василия
III с Соломонией Сабуровой был бесплоден.
Винить в этом только Соломонию нет
достаточных оснований. Известный
оппонент Ивана Грозного – изменник князь
Андрей Курбский написал, что отец его
врага Василий III искал знахарок и
колдунов, которые помогли бы ему
приобрести мужскую силу. В конце концов
великому князю с помощью митрополита
Даниила и покорной части духовенства
удалось отправить законную жену в
монастырь против ее воли и жениться на
юной обворожительной литовской княжне
Елене Глинской.

Свадьба
состоялась в 1526 году. Иван IV, прозванный
впоследствии Грозным, появился на свет
в 1530 году, когда его отцу, Василию III,
было уже за пятьдесят. Он был ребенком
очень желанным, и его рождения ожидала
вся страна. Однако, вопреки ожиданиям,
она не имела детей ещё 3 года.

Этот
промежуток доставил стареющему князю
немало хлопот. И вот, наконец, Елена
оказалась беременной. Какой-то юродивый
Домитиан объявил ей, что она будет
матерью Тита, широкого ума, и 25 августа
1530 года в 7-ом часу ночи действительно
родился сын, названный затем Иваном.
Пишут, что в ту самую минуту земля и небо
потряслись от неслыханных громовых
ударов. Но это было воспринято как добрый
знак. Все города отправили в Москву
послов с поздравлениями. Но царь после
рождения сына прожил совсем недолго.
Он умер в 1534 году, и власть перешла к
Елене Глинской. В 1538 году и она скончалась,
отравленная, как принято считать,
крамольными боярами. Власть захватили
бояре во главе с Шуйскими. Ивана
воспитывали великие и гордые бояре на
свою и на детей своих беду, стараясь
угодить ему во всяком наслаждении.

Иван
рос беспризорным, но зорким сиротой в
обстановке придворных интриг, борьбы
и насилия, проникавших в его детскую
опочивальню даже ночью. Детство осталось
в памяти Ивана как время обид и унижений,
конкретную картину которых он лет через
20 дал в своих письмах к князю Курбскому.
Особенно были ненавистны Иоанну князья
Шуйские , захватившие власть после
смерти великой княгини Елены. Устранены
были князья Иван Федорович
Овчина-Телепнев-Оболенский , пользовавшийся
влиянием при Елене, сестра его, мамка
Ивана, Челяднина, князь Иван Федорович
Бельский , сведен с кафедры митрополит
Даниил , противник переворота.
Бесконтрольное распоряжение государственным
достоянием, крайне невнимательное и
оскорбительное отношение к маленьким
великим князьям Ивану и Юрию характеризуют
двухлетнее господство Шуйских.

В
1540 году по инициативе митрополита
Иоасафа , освобождены были князь Бельский,
занявший место князя Ивана Шуйского,
удаленного на воеводство, и удельный
князь Владимир Андреевич Старицкий с
матерью. В 1542 году – новый переворот в
пользу Шуйских, в котором погиб Бельский,
поплатился кафедрой митрополит Иоасаф,
замененный архиепископом новгородским
Макарием . Глава кружка, князь Андрей
Михайлович Шуйский, устранял возможные
на Ивана влияния со стороны не
принадлежавших к кружку лиц в крайне
грубых формах (расправа с Семеном
Воронцовым во дворце на глазах Ивана).
В 1543 году царь впервые показал свой
характер, велев схватить главного из
Шуйских – Андрея. В 1543 году 13-летний Иван
восстал против бояр, отдал на растерзание
псарям князя Андрея Шуйского, и с тех
пор бояре начали бояться Ивана. Власть
перешла к Глинским – Михаилу и Юрию,
дядям Ивана, устранявшим соперников
ссылками и казнями и вовлекавшим в свои
меры юного великого князя, играя на
жестоких инстинктах, и даже поощряя их
в Иване. Не зная семейной ласки, страдая
до перепуга от насилия в окружавшей
среде в житейские будни, Иван с 5 лет
выступал в роли могущественного монарха
в церемониях и придворных праздниках:
превращение собственной позы сопровождалось
таким же превращением ненавидимой среды
– первые наглядные и незабываемые уроки
самодержавия. Направляя мысль, они
воспитывали литературные вкусы и
читательскую нетерпеливость. В дворцовой
и митрополичьей библиотеке, Иван книгу
не прочитывал, а из книги вычитывал все,
что могло обосновать его власть и величие
прирожденного сана в противовес личному
бессилию перед захватом власти боярами.
Ему легко и обильно давались цитаты, не
всегда точные, которыми он пестрил свои
писания; за ним репутация начитаннейшего
человека XVI века и богатейшей памяти.

studfiles.net

Иван IV Грозный – первый русский царь

ЖИЗНЕОПИСАНИЕ

Детство и юность Ивана Грозного.

    Двадцатилетний брак великого князя Московского Василия III с Соломонией Сабуровой был бесплоден. Винить в этом только Соломонию нет достаточных оснований. Известный оппонент Ивана Грозного – изменник князь Андрей Курбский написал, что отец его врага Василий III искал знахарок и колдунов, которые помогли бы ему приобрести мужскую силу. В конце концов великому князю с помощью митрополита Даниила и покорной части духовенства удалось отправить законную жену в монастырь против ее воли и жениться на юной обворожительной литовской княжне Елене Глинской.
    Свадьба состоялась в 1526 году. Иван IV, прозванный впоследствии Грозным, появился на свет в 1530 году, когда его отцу, Василию III, было уже за пятьдесят. Он был ребенком очень желанным, и его рождения ожидала вся страна. Однако, вопреки ожиданиям, она не имела детей ещё 3 года.

 

Василий III – отец Ивана Грозного

Этот промежуток доставил стареющему князю немало хлопот. И вот, наконец, Елена оказалась беременной. Какой-то юродивый Домитиан объявил ей, что она будет матерью Тита, широкого ума, и 25 августа 1530 года в 7-ом часу ночи действительно родился сын, названный затем Иваном. Пишут, что в ту самую минуту земля и небо потряслись от неслыханных громовых ударов. Но это было воспринято как добрый знак. Все города отправили в Москву послов с поздравлениями. Но царь после рождения сына прожил совсем недолго. Он умер в 1534 году, и власть перешла к Елене Глинской. В 1538 году и она скончалась, отравленная, как принято считать, крамольными боярами. Власть захватили бояре во главе с Шуйскими. Ивана воспитывали великие и гордые бояре на свою и на детей своих беду, стараясь угодить ему во всяком наслаждении.
    Иван рос беспризорным, но зорким сиротой в обстановке придворных интриг, борьбы и насилия, проникавших в его детскую опочивальню даже ночью. Детство осталось в памяти Ивана как время обид и унижений, конкретную картину которых он лет через 20 дал в своих письмах к князю Курбскому. Особенно были ненавистны Иоанну князья Шуйские , захватившие власть после смерти великой княгини Елены. Устранены были князья Иван Федорович Овчина-Телепнев-Оболенский , пользовавшийся влиянием при Елене, сестра его, мамка Ивана, Челяднина, князь Иван Федорович Бельский , сведен с кафедры митрополит Даниил , противник переворота. Бесконтрольное распоряжение государственным достоянием, крайне невнимательное и оскорбительное отношение к маленьким великим князьям Ивану и Юрию характеризуют двухлетнее господство Шуйских.

 

Елена Глинская – мать Ивана Грозного

В 1540 году по инициативе митрополита Иоасафа , освобождены были князь Бельский, занявший место князя Ивана Шуйского, удаленного на воеводство, и удельный князь Владимир Андреевич Старицкий с матерью. В 1542 году – новый переворот в пользу Шуйских, в котором погиб Бельский, поплатился кафедрой митрополит Иоасаф, замененный архиепископом новгородским Макарием . Глава кружка, князь Андрей Михайлович Шуйский, устранял возможные на Ивана влияния со стороны не принадлежавших к кружку лиц в крайне грубых формах (расправа с Семеном Воронцовым во дворце на глазах Ивана). В 1543 году царь впервые показал свой характер, велев схватить главного из Шуйских – Андрея. В 1543 году 13-летний Иван восстал против бояр, отдал на растерзание псарям князя Андрея Шуйского, и с тех пор бояре начали бояться Ивана. Власть перешла к Глинским – Михаилу и Юрию, дядям Ивана, устранявшим соперников ссылками и казнями и вовлекавшим в свои меры юного великого князя, играя на жестоких инстинктах, и даже поощряя их в Иване. Не зная семейной ласки, страдая до перепуга от насилия в окружавшей среде в житейские будни, Иван с 5 лет выступал в роли могущественного монарха в церемониях и придворных праздниках: превращение собственной позы сопровождалось таким же превращением ненавидимой среды – первые наглядные и незабываемые уроки самодержавия. Направляя мысль, они воспитывали литературные вкусы и читательскую нетерпеливость. В дворцовой и митрополичьей библиотеке, Иван книгу не прочитывал, а из книги вычитывал все, что могло обосновать его власть и величие прирожденного сана в противовес личному бессилию перед захватом власти боярами. Ему легко и обильно давались цитаты, не всегда точные, которыми он пестрил свои писания; за ним репутация начитаннейшего человека XVI века и богатейшей памяти.

Венчание на царство Ивана IV Грозного.

    На семнадцатом году жизни, Иван объявил митрополиту Макарию, что хочет жениться и также он выступил с речью о том, что хочет принять титул царя. 16 января 1547 года в Успенском соборе Московского Кремля состоялось торжественное венчание на царство великого князя Ивана IV. На него были возложены знаки царского достоинства: крест Животворящего Древа, бармы и шапка Мономаха. После приобщения Святых Тайн Иван Васильевич был помазан миром. Царский титул позволял занять существенно иную позицию в дипломатических сношениях с Западной Европой. Великокняжеский титул переводили как “принц” или даже “великий герцог”. Титул же “царь” или совсем не переводили, или переводили как “император”. Русский самодержец тем самым вставал вровень с единственным в Европе императором Священной Римской империи. А 3 февраля сыграли свадьбу с Анастасией Захарьиной-Романовой. Союз с такой женщиной если и не смягчил сразу буйный характер царя, то подготовил его дальнейшее преображение. На протяжении тринадцати лет брака царица оказывала на Ивана смягчающее влияние, родила ему сыновей. Но ряд крупных пожаров в Москве весной – летом 1547 года прерывают столь торжественно начавшееся царствование Ивана IV.

Восстание против Глинских.

    Убийства, интриги и насилия, окружавшие его, способствовали развитию в нем подозрительности, мстительности и жестокости. Склонность мучить живые существа проявлялась у Ивана уже в детстве, и приближенные одобряли ее. Одним из сильных впечатлений царя в юности были “великий пожар” и Московское восстание 1547 года.
Наибольшее опустошение произвел пожар 21 июня 1547 года, продолжавшийся 10 часов. Выгорела основная территория Москвы, сгорело 25 тысяч домов, погибло около 3 тысяч
человек. В бедствиях обвинили стоящих у власти Глинских. По городу разошелся слух, что бабка царя Анна Глинская, оборотясь птицей, летала по городу, “вымала сердца
человеческие да клала в воду, та тою водою, ездячи по Москве, да кропила”, от чего и был пожар.

 

Митрополит Макарий

Другой слух, подогревший страсти, – о походе на Русь крымского хана.
Царь с двором вынужден был уехать в подмосковное село Воробьево, Глинские – Михаил и Анна – бежать в подмосковные монастыри. Открытое восстание началось 26
июня. После вечевого сбора горожане двинулись в Кремль и потребовали выдачи Глинских, Были разгромлены их дворы, убит один из Глинских – Юрий.
    27-28 июня Москва по сути находилась в руках посадских людей, которые, возможно, “пытались даже создать какое-то свое управление городом” (Н.Е.Носов). 29 июня после убийства одного из Глинских, родственника царя, бунтовщики явились в село Воробьево, где укрылся великий князь, и потребовали выдачи остальных Глинских. “Вниде страх в душу мою и трепет в кости мои и смирился дух мой”, – вспоминал позже царь. Большого труда ему стоило убедить народ разойтись. Ряд выступлений в это же время произошел в некоторых других городах – причиной был неурожай, повышение налогов и злоупотребления администрации.
    Едва опасность миновала, царь приказал арестовать главных заговорщиков и казнить их. Излюбленной идеей царя, осознанной уже в юности, стала мысль о неограниченной самодержавной власти. Однако выступления 1547 года не нарушили объективного хода событий последних десятилетий. Они лишь подчеркнули необходимость дальнейших преобразований. После ряда новых начинаний рубежа XV-XVI веков и продолжения их в 30-40-х годах XVI века страна была подготовлена к проведению более масштабных реформ.

Избранная Рада.

    Планы переустройства России вынашивала небольшая группа людей, окружавших в то время Ивана IV. Одним из них был митрополит Макарий, образованнейший человек того времени, активно участвовавший в государственной деятельности 40-50-х годов. Другим приближенным стал священник придворного Благовещенского собора Сильвестр. В окружении Ивана IV находился и незнатный по происхождению дворянин
Алексей Федорович Адашев. К началу 1549 года влияние на царя Сильвестра и Адашева значительно усилилось, и последний становится, по сути, руководителем правительства,
названного впоследствии Андреем Курбским “Избранной Радой”. Сильвестр “детскими страшилами” по выражению Ивана, толкнул его на путь покаяния и попытки очистить себя и страну от всякого зла с помощью новых советников, которые были подобраны по указаниям Сильвестра и составили “избранную раду”, заслонившую собою боярскую думу в текущем управлении и законодательстве. Ее значение бесспорно для 50-х годов, но не безгранично, так как осложнялось и ослаблялось влияниями Захарьиных и митрополита Макария. В сохранившихся известиях совершенно скрыта та большая подготовительная работа, которая началась с этого времени, с 1550 года позволила осуществить ряд крупных государственных мероприятий и захватила не только самого Ивана и его сотрудников, но и в неправительственные круги общества, вызвав в нем обсуждение основных вопросов внутренней и внешней политики обновляющегося Московского царства. Затрагивались и разноречиво решались вопросы о значении светской аристократии, крупного землевладения, духовенства, монастырей, поместного класса, самодержавия, земского собора и др. Личное участие Ивана сообщило первому правительственному выступлению на пути реформ некоторый внешний драматизм и обратило его в осуждение эпохи боярского правления и малолетства царя, которая оценивалась как время государственного нестроения и народных страданий. С именем Алексея Адашева связаны все последующие реформы, а также успехи внешней политики России в середине XVI века Кроме них, в разработке и проведении реформ также участвовали “думцы” Захарьины, Д.И.Курлятев, И.В.Шереметев, А.И.Курбский.

Реформы центральных и местных органов власти при Иване Грозном.

    К февралю 1549 года относится начало деятельности на Руси Земских соборов – сословно-представительных органов. “Земские соборы, – писал Л.В.Черепнин, – это орган,пришедший на смену вечу”, воспринявший древнерусские “традиции участия общественных групп в решении правительственных вопросов”, но заменивший “элементы демократизма началами сословного представительства”.
    Первым собором обычно считается совещание, созванное царем 27 февраля. Вначале он выступил перед боярами, окольничими, дворецкими и казначеями в присутствии
церковного “освященного собора”, и в тот же день он говорил перед воеводами, княжатами и дворянами.
    Следующим шагом явилась прямая ликвидация в 1551-1552 годах наместничьего управления в отдельных областях. А в 1555-1556 годах приговором царя “о кормлениях” наместничье управление отменялось в общегосударственном масштабе. Его
место занимало местное управление, проделавшее долгий и нелегкий путь.
    

 

Сильвестр, Анастасия Захарьина и Адашев

Местное управление не представляло собой единообразия, а принимало различные формы в зависимости от социального состава той или иной местности.
    В центральных уездах, где было развито частное землевладение, вводилось губное управление, а дворяне выбирали из своей среды губных старост. Вместе с тоже выборными городовыми приказчиками они возглавили уездную администрацию. Это означало завершение губной реформы.
    Выборные власти стали появляться и в тех уездах, где не было частного землевладения. Здесь из зажиточных слоев черносошного населения выбирались земские старосты.
Впрочем, черносошные общины и прежде имели свои выборные мирские власти в лице старост, сотских, пятидесятских, десятских и т.д. Эти волостные администраторы генетически восходили к представителям старинной сотенной общинной организации Киевской Руси. Они традиционно осуществляли надзор за общинными землями, распределяли и собирали налоги, разрешали мелкие судебные дела, решали другие
вопросы, затрагивающие интересы общины в целом. И раньше мирские власти состояли из представителей наиболее зажиточного крестьянства: “лучших” и “средних” людей.
Кстати сказать, черные волости, даже становясь частновладельческими землями, сохраняли структуру мирского управления.
    Земская реформа наряду с черносошными землями затронула и города, где тоже (но из зажиточного посадского населения) выбирались земские старосты. Губные и земские старосты в отличие от кормленщиков – пришлых людей – действовали в интересах и на пользу своих уездов, городов и общин. Справедливости ради необходимо отметить, что полностью местные реформы были осуществлены лишь на Севере.
    Считается, что губная и земская реформы являются шагом на пути централизации. При этом, однако, не учитывается тот факт, что власти на местах становились выборными, а, следовательно, на местах развивалось самоуправление. Институты самоуправления XVI века представляются продолжением демократических вечевых традиций Древней Руси в новых условиях формирования единого государства. Традиции эти оказались действенными и потом – в Смутное время.
    Ко времени Избранной Рады относится усиление значения приказов как функциональных органов управления. Именно в середине XVI в. возникают важнейшие приказы. К ним
относится Челобитенный, в котором принимались жалобы на имя царя и проводилось расследование по ним. Во главе этого, по сути высшего органа контроля, стоял А.Адашев.
Посольский приказ возглавлял дьяк Иван Висковатый. Поместный приказ ведал делами поместного землевладения, а Разбойный разыскивал и судил “лихих людей”. Первый приказ военного ведомства – Разрядный – обеспечивал сбор дворянского ополчения и назначал воевод, а другой – Стрелецкий – ведал созданным в 1550 г. войском стрельцов.
Разрядным приказом некоторое время руководил дьяк И.Г.Выродков, при котором он стал как бы генеральным штабом русского войска. Финансовые дела находились в
компетенции Большого прихода и Четвертей (Четей). С присоединением Казанского и Астраханского ханств создается приказ Казанского дворца. Окончательное завершение
формирования приказной системы приходится на XVII век.

Реформы в социально-экономической сфере при Иване Грозном.

    Уже в Судебнике 1550 года затрагиваются существенные вопросы землевладения. В частности, принимаются постановления, затрудняющие дальнейшее существование вотчинных земель.
    
Особое место занимают статьи о частновладельческом населении. В целом право перехода крестьян в Юрьев день по ст. 88 сохранялось, но несколько увеличилась при этом
плата за “пожилое”. Ст. 78 определяла положение другой значительной группы населения – кабальных холопов. Запрещалось, к примеру, превращать в холопов служилых
людей, ставших должниками.
    

 

Печать Ивана Грозного

Однако главные изменения в социально-экономической сфере были направлены на обеспечение землей служилых людей – дворян. В 1551 году на Стоглавом соборе Иван IV заявил о необходимости перераспределения (“переверстания”) земель между землевладельцами: “у кого лишек, ино недостаточного пожаловати”. Под “недостаточными” подразумевались служилые люди. Для проведения упорядочения земель предпринимается их всеобщая перепись. В процессе ее осуществления прежнее
подворное налоговое обложение заменялось поземельным. На основных территориях вводилась новая единица обложения – “большая соха”. Ее размеры колебались в зависимости от социального положения землевладельца: на соху черносошного
крестьянина приходилось меньше земли, но больше налогов. Ущемлялись также интересы церкви, зато в привилегированном положении оказывались помещики.
    
Размеры земельных владений обусловливали и прежние службы дворян. “Уложение о службе” (1555) устанавливало правовые основы поместного землевладения. Каждый служилый человек имел право требовать поместье не меньше 100 четвертей
земли (150 десятин, или примерно 170 га), так как именно с такой земельной площади должен был выходить на службу “человек на коне и в доспехе полном”. Таким образом, с
первых 100 четвертей выходил сам землевладелец, а со следующих – его вооруженные холопы. Согласно “Уложению”; вотчины в отношении службы уравнивались с поместьями, а вотчинники должны были нести службу на тех же основаниях,что и помещики.
    
Изменения в положении служилых людей тесно связаны также с отменой наместничьего управления (кормлений). Вместо “кормленичего дохода”, шедшего в основном в руки
наместников и волостелей, вводился общегосударственный налог “кормленый откуп”. Этот налог поступал в государственную казну, откуда раздавался служилым людям в
качестве жалования – “помоги”. Денежную “помогу” давали тем, кто вывел больше людей, чем полагалось, или имел владение меньше нормы. Зато тот, кто вывел меньше людей,
платил денежный штраф, а неявка могла повлечь конфискацию владений и телесное наказание.

Военные преобразования при Иване Грозном.

    Основу вооруженных сил составляло теперь конное ополчение землевладельцев. Помещик или вотчинник должен был выходить на службу “конно, людно и оружно”. Кроме них, существовали служилые люди “по прибору” (набору): городская стража,
артиллеристы, стрельцы. Сохранялось и ополчение крестьян и горожан – посоха, несшая вспомогательную службу.
    
В 1550 году была предпринята попытка организации под Москвой трехтысячного корпуса “выборных стрельцов из пищали”, обязанных быть всегда наготове для исполнения
ответственных поручений. В него вошли представители знатнейших родов и верхи Государева Двора. Стрельцы представляли собой уже регулярное – войско, вооруженное
новейшим оружием и содержащееся казной. Организационное строение стрелецкого войска было позднее распространено на все войска.
    
Управление дворянским войском чрезвычайно усложнялось обычаем местничества. Перед каждым походом (а иногда и в походе) происходили затяжные споры. “С кем кого ни пошлют на которое дело, ино всякой разместничается”, – отмечал в 1550 году Иван IV. Поэтому местничество в армии воспрещалось и предписывалось несение воинской службы “без мест”. Принцип занимать высшие посты в армии родовитыми княжатами
и боярами тем самым нарушался.

Присоединение Астраханского и Казанского ханства.

    Первоочередной задачей в середине XVI века стала борьба с
Казанским ханством, непосредственно граничившим с русскими
землями и державшим в своих руках волжский торговый путь.
Первоначально казанский вопрос пытались решить
дипломатическим путем, посадив на престол московского
ставленника. Однако это закончилось неудачей, как,
впрочем, и первые походы (1547- 1548; 1549-1550).
    
В 1551 году началась подготовка к новому походу. Весной в 30
км на запад от Казани у впадения в Волгу р.Свияги строится
в кратчайший срок деревянная крепость – Свияжск,
возведением которой из заранее заготовленных блоков
руководил дьяк Разрядного приказа. И.Г.Выродков. В августе
большое русское войско (150 тыс.) осадило Казань. Осада
длилась почти полтора месяца. И вновь отличился Выродков,
подведший к стенам подвижные осадные башни “гуляй-города”,
а также осуществивший ряд подкопов под стены.

 

Трон Ивана Грозного

В результате
взрывов бочек пороха, заложенных в подкопы, был разрушен
большой участок стены, и 2 октября Казань была взята
штурмом.
    
Падение Казанского ханства предопределило судьбу другого –
Астраханского, имевшего важное стратегическое и торговое
значение. В августе 1556 года Астрахань была присоединена. В
это же время признала вассальную зависимость от России и
Ногайская орда (она кочевала между средним течением Волги
и Яиком). В 1557 году было закончено присоединение Башкирии.
    
Таким образом, земли Поволжья и торговый путь по Волге
оказались в составе России.
    
Успешные военные действия на восточном и юго-восточном
направлениях существенно ограничили возможность нападения
татар Крымского ханства, фактический руководитель внешней
политики того времени А.Адашев настаивал на активных
действиях против Крыма, однако встретил сопротивление со
стороны Ивана IV, настойчиво стремившегося решить
балтийский вопрос. Поэтому в целях обороны от крымцев в
50-е годы началось строительство Засечной черты –
оборонительной линии из лесных засек, крепостей и
естественных преград, проходившей южнее Оки, недалеко от
Тулы и Рязани. Устройство Засечной черты оправдало себя
уже в 1572 году, когда крымский хан Девлет-Гирей со
120-тысячным войском был наголову разбит в 50 км от
Москвы.

Освоение Сибири.

    Присоединение Поволжья создало также предпосылки для
дальнейшего освоения земель на востоке. Теперь путь лежал
в Сибирь, привлекавшую громадными запасами пушнины. В 50-х
годах XVI века сибирский хан Едигер признал себя вассалом
России, но пришедший затем к власти хан Кучум разорвал эти
отношения. Большую роль в продвижении в Сибирь сыграли
купцы и промышленники Строгановы, получившие обширные
владения по рекам Каме и Чусовой. Для охраны своих
владений они построили ряд городов-крепостей, создали
населенные “охочими людьми” – казаками – военные
гарнизоны. Около 1581-1582 годов (относительно этой даты
существуют разногласия) Строгановы снарядили за Урал
военную экспедицию казаков и ратных людей из городов. Во
главе этого отряда (около 600 человек) стал атаман Ермак
Тимофеевич.

 

Атаман Ермак

Перейдя Уральские горы, он дошел до Иртыша, а
под самой столицей Кучума – Кашлык – состоялось решающее
сражение. Разноплеменное ханское войско не выдержало
казачьего натиска и разбежалось. Ермак вошел в Кашлык и
стал собирать ясак (дань) с сибирских жителей. Однако
победа казаков оказалась непрочной, к тому же через
несколько лет Ермак погиб. Поход его не привел к
непосредственному присоединению Сибири, но начало этому
было положено. Уже со второй половины 80-х годов в
западной части Сибири строятся города и крепости: Тюмень,
Тобольский острог, Сургут, Томск. Административным центром
Сибири становится Тобольск, куда назначался воевода. Он
ведал сбором ясака, наблюдал за торговлей и промыслами, в
его распоряжении находились стрельцы, казаки, другие
служилые люди. В Сибирь двинулись и колонизационные потоки
русского крестьянства, принесшие с собой и традиции
русского земского самоуправления.

Судебник 1550 года.

    На первом Земском соборе, Иван IV Грозный принял решение о создании нового правового кодекса – Судебника. В основу был положен предыдущий Судебник 1497 года.
    
В Судебнике 1550 года из 100 статей большая часть посвящена вопросам управления и суда. В целом пока что сохранялись старые органы управления (центральные и местные), но в их деятельность вносились существенные изменения. Таким образом, продолжалось их эволюционное превращение в рамках формирующегося сословно-представительного государства. Так, наместники теперь лишались права окончательного суда по высшим уголовным делам, оно передавалось в центр. Судебник, вместе с тем, расширил деятельность городовых приказчиков и губных старост: к ним полностью отошли
важнейшие отрасли местного управления. А их помощники – старосты и “лучшие люди” – по постановлению Судебника обязательно должны были участвовать в наместничьем суде, что означало контроль со стороны выборных от населения за деятельностью наместников. Значение служилых людей – дворян – поднималось и тем, что устанавливалась неподсудность их суду наместников.

Стоглавый собор 1551 года.

    Процесс усиления государственной власти неизбежно вновь выдвигал вопрос о положении церкви в государстве. Царская власть, источники доходов которой были немногочисленными, а расходы велики, с завистью смотрела на богатства церквей
и монастырей.
    
На совещании молодого царя с митрополитом Макарием в сентябре 1550 года была достигнута договоренность: монастырям запрещалось основывать новые слободы в городе, а в старых слободах ставить новые дворы. Посадские люди, бежавшие от тягла в монастырские слободы, кроме того, “выводились” назад. Это было продиктовано потребностями государственной казны.
    
Однако такие компромиссные меры не удовлетворили государственную власть. В январе-феврале 1551 года был собран церковный собор, на котором были зачитаны царские
вопросы, составленные Сильвестром и проникнутые нестяжательским духом. Ответы на них составили сто глав приговора собора, получившего название Стоглавого, или
Стоглава. Царя и его окружение волновало, “достойно ли монастырям приобретать земли, получать различные льготные грамоты.

 

Иван Грозный (европейская гравюра на дереве, XVI век)

По решению собора прекратилось царское
вспомоществование монастырям, имеющим села и другие владения. Стоглав запретил из монастырской казны давать деньги в “рост” и хлеб в “насп”, т.е. – под проценты, чем
лишил монастыри постоянного дохода.
    
Ряд участников Стоглавого собора (иосифляне) встретили программу, изложенную в царских вопросах, ожесточенным сопротивлением.
    
Программу царских реформ, намеченных Избранной Радой, в наиболее существенных пунктах Стоглавый собор отклонил. Гнев Ивана IV Грозного обрушился на наиболее видных представителей иосифлян. 11 мая 1551 года (т.е. через несколько дней после
завершения собора) была запрещена покупка монастырями вотчинных земель “без доклада” царю. У монастырей отбирались все земли бояр, переданные ими туда в
малолетство Ивана (с 1533 года). Тем самым был установлен контроль царской власти над движением церковных земельных фондов, хотя сами по себе владения остались в руках у
церкви. Церковь сохраняла свои владения и после 1551 года.
    
Вместе с тем, были проведены преобразования во внутренней жизни церкви. Утверждался созданный ранее пантеон общерусских святых, унифицировался ряд церковных обрядов.
Были приняты также меры по искоренению безнравственности духовного сословия.

rulers.narod.ru

Отправить ответ

avatar
  Подписаться  
Уведомление о