Ужасный век не знаешь что начать все умудрились не по летам: Недопустимое название — Викитека

Содержание

Цитаты героев “Горе от ума” (таблица) 🤓 [Есть ответ]

Герой

Цитаты

Чацкий

“…Блажен, кто верует, тепло ему на свете!..”

“…И дым Отечества нам сладок и приятен!..”

“…Как с ранних пор привыкли верить мы, что нам без немцев нет спасенья!..”

“…Служить бы рад, прислуживаться тошно…”

“…Ах! тот скажи любви конец, кто на три года вдаль уедет…”

“…Дома новы́, но предрассудки стары…”

“…А судьи кто?..”

“…Судьба любви – играть ей в жмурки…”

“…Я странен, а не странен кто ж? тот, кто на всех глупцов похож…”

“…Но чтоб иметь детей, кому ума недоставало? …”

“…Чины людьми даются, а люди могут обмануться…”

“…Мы с вами не ребяты, зачем же мнения чужие только святы?..”

“…Старушки все – народ сердитый…”

“…О! если б кто в людей проник: что хуже в них? душа или язык?..”

“…Уж коли горе пить, так лучше сразу, чем медлить, – а беды медленьем не избыть…”

“…Карету мне, карету!…”

“…Поверили глупцы, другим передают, старухи вмиг тревогу бьют – и вот общественное мненье!…”

“…А чем не муж? Ума в нем только мало; но чтоб иметь детей, кому ума недоставало?…”

“…Когда в делах – я от веселий прячусь, когда дурачиться – дурачусь, а смешивать два эти ремесла есть тьма искусников, я не из их числа…”

“…А впрочем, он дойдет до степеней известных, ведь нынче любят бессловесных…”

“…Чуть свет — уж на ногах! И я у ваших ног…”

“…Послушай! Ври, да знай же меру…”

“…И в многолюдстве я потерян, сам не свой…”

“…Хорош! Пустейший человек, из самых бестолковых…”

“…Молчалины блаженствуют на свете!…”

“…Мне в петлю лезть, а ей смешно…”

“…Я езжу к женщинам, да только не за этим…”

Софья

“…Счастливые часов не наблюдают…”

“…Подумаешь, как счастье своенравно!..”

“…Делить со всяким можно смех…”

“…А горе ждет из-за угла …”

“…Мне все равно, что за него, что в воду…”

“…Да хоть кого смутят вопросы быстрые и любопытный взгляд…”

“…В вас меньше дерзости, чем кривизны души…”

“…Да этакий ли ум семейство осчастливит…”

Фамусов

“…Не надобно иного образца, когда в глазах пример отца…”

“…Вам, людям молодым, другого нету дела, как замечать девичьи красоты́…”

“…Что за комиссия, создатель, быть взрослой дочери отцом!..”

“…Упал он больно, встал здорово…”

“…Как станешь представлять к крестишку ли, к местечку, ну как не порадеть родному человечку!..”

“…Кто беден, тот тебе не пара…”

“…Подписано, так с плеч долой…”

“…Ужасный век! Не знаешь, что начать! Все умудрились не по летам…”

“…Читай не так, как пономарь, а с чувством, с толком, с расстановкой…”

“…Спросили бы, как делали отцы? Учились бы на старших глядя…”

“…Не служит, то есть в том он пользы не находит, но захоти – так был бы деловой…”

“…Чтоб наших дочерей всему учить, всему – и танцам! и пенью! и нежностям! и вздохам! Как будто в жены их готовим скоморохам…”

“…Ученье – вот чума, ученость – вот причина, что нынче пуще, чем когда, безумных развелось людей, и дел, и мнений…”

“…Не весел я!.. В мои лета не можно же пускаться мне вприсядку! …”

“…Вот, например, у нас уж исстари ведется, что по отцу и сыну честь…”

“…Бывают странны сны, а наяву страннее…”

Молчалин

“…Злые языки страшнее пистолета…”

“…Мы покровительство находим, где не метим…”

“…День за день, нынче, как вчера…”

“…В мои лета не должно сметь свое суждение иметь…”

“…Так: частенько там мы покровительство находим, где не метим…”

“…Свой талант у всех…”

“…Не повредила бы нам откровенность эта…”

Лиза

“…Кому назначено-с, не миновать судьбы…”

“…И кто влюблен – на всё готов…”

“…Грех не беда, молва не хороша…”

“…Вы баловник, к лицу ль вам эти лица!…”

“…И золотой мешок, и метит в генералы…”

“…Шутить и он горазд, ведь нынче кто не шутит!…”

“…Скажите лучше, почему Вы с барышней скромны, а с горнишной повесы?…”

“…Минуй нас пуще всех печалей
и барский гнев, и барская любовь…”

кому принадлижат эти слова ужасный век не знаешь что начать​

мог 2. Охарактеризуйте главных героев повести И.С.Тургенева «Ася» по данному эпизоду. С помощью каких художественных средств и приемов автор выражает … отношение к героям? «Прощайте, мы не увидимся более. Не из гордостня уезжаю нет, мне нельзя наче. Вчера, когда я Пакала перед вами, если б вы мне сказали одно слово, одно только слово я бы осталась. Вы его не сказали. Видно, так лучше… Прощайте навсегда!» Одно слово… О. я безумец! Это слово… я со слезами повторял его накануне, храсточал его на ветер, я Твердил его средн пустых полей… но я не сказал его ей, я не сказал ей, что я люблю ее… Да ян и |не произнести тогда это слово. Когда я встретился с ней в той роковой комнате, во мне еще не было ясного сознания моей любви, оно не проснулось даже тогда, когда я сидел с ее братом в бессмысленном и тягостном молчани… оно вспыхнуло с неудержимой силой лишь несколько мгновений спустя, когда, Испуганный возможностью несчастья, я стал искать и Звать ее… но уж тогда было поздно. Да это невозможно!» скажут мне, не знаю, возможно ли это, знаю, что это правда. Ася бы не уехала, если бы ней была хоть тень кокетства и если б ее положение не было ложно. Она не могла вынести того, что всякая другая снесла бы, этого не понял. Недобрый мой гений останоБНТ признание на устах мох при последнем CEHдании с Гагнным перед потемнеБШНІМ окном, ни последняя Нить, за которую я еще мог ухватиться, ЕБСкользнула 13 рук MOLX.​

Дайте развернутый ответ на вопрос. Объем письменной работы — 110-130 слов. Простил ли смотритель свою дочь. Если нету даже 100 слов то не пишите.​

р Творческая лаборатория Задание 66 • Прочитайте текст-ответ Г. Бельгера на вопрос: «Что Вы вкладываете в понятие “Родина”? Напишите аннотацию на текс … т. • Самостоятельно найдите в СМИ и прочитайте интервью Г. Бельгера, которые он дал на казахском языке. Какие проблемы волновали писателя? v, Какие вопросы вы задали бы Герольду Бельгеру? Составьте текст интервью. Напишите очерк о жизни и творчестве писателя и публициста.​

Написать сжатое изложение исходя из данного текста (прошу писать свои мысли): Какой бы интересной ни была домашняя и школьная жизнь ребенка, не … прочти он драгоценных книг – он обделен. Такие утраты невосполнимы. Это взрослые могут прочесть книжку сегодня или через год – разница невелика. В детстве счет времени ведется иначе, тут каждый день – открытия. И острота восприятия в дни детства такова, что ранние впечатления могут влиять потом на всю жизнь. Впечатления детства – самые яркие и прочные впечатления. Это фундамент будущей духовной жизни, золотой фонд. В детстве посеяны семена. Не все прорастут, не все расцветут. Но биография человеческой души – это постепенное прорастание семян, посеянных в детстве. Последующая жизнь сложна и многообразна. Она состоит из миллионов поступков, определяющихся многими чертами характера и, в свою очередь, формирующих этот характер. Но если проследить и найти связь явлений, то станет очевидным, что всякая черта характера взрослого человека, всякое качество его души и, может быть, даже всякий его поступок были посеяны в детстве, имели с тех пор свой зародыш, свое семечко.​

1. Укажите точное определение сонета как жанра. А) стихотворение, состоящее из 14 стихов, расположенных в особом порядке В) стихотворная форма, допуск … ающая свободное построение С) произведение, посвященное теме дружбы D) народная песня о несчастной любви 2.Определите род произведений «Ася» И.Тургенева, «Цыганы» А.Пушкина, «Олеся» А.Куп А) лирика, эпос, драма В) эпос, лирика, драма C) драма, драма, эпос D) эпос, лирика, 3. Назовите художественные средства, использованные в отрывке: Что бросил я? Измен волненье, Предрассуждений приговор, Толпы безумное гоненье или блистательный позор. А) метафора, эпитет В) эпитет, сравнение C) олицетворение, гипербола D) гипербола 4. Укажите пример использования оксюморона. А) «…с забавной важностью роняя несколько капель воды, ярко блестевших на с В) «…продолжала сидеть неподвижно, подобрав под себя ноги и закутав голову кисейн C) «…стройный облик ее отчетливо и красиво рисовался на ясном небе…». D) «На одном опасном месте она нарочно вскрикнула и потом захохотала…». 5. Какой эпизод является кульминацией повести «Ася» И. Тургенева? А) встреча с Гагиными на студенческом празднике В) свидание Аси и Н.Н. в доме С) внезапный отъезд Гагиных D) рассказ Н.Н. о пребывании в немец о вопроса 1 2 3 4 Ответ​

С кем вышел на дуэль А.С.Пушкин?​

Анализ произвидения о развечиках георгия егорова!!

Охарактеризуйте персонажей из отрывка а куприна

эссе на тему «мой любимый сериал Игра в кальмара»» на 150 слов, используйте художественноизобразительные средства​

Задание 2. Охарактеризуйте персонажей данного отрывка из повести И.С.Тургенева «Ася». С помощью каких художественных средств и приемов автор выражает … отношение к героям (минимум 2 средства)? Объясните, с какой целью их использует автор. [5] Он ушел, ая бросился на диван и закрыл глаза. Голова у меня ходила кругом: слишком много впечатлений в нее нахлынуло разом. Я досадовал на откровенность Гагина, я досадовал на Асю, ее любовь меня и радовала и смущала. Я не мог понять, что заставило ее всё высказать брату; неизбежность скорого, почти Мгновенного решения терзала меня… «Жениться на семнадцатилетней девочке, с ее нравом, как это можно!» сказал я, вставая. Одно слово… О, я безумец! Это слово… я со слезами повторял его накануне, я расточал его на ветер, я твердил его среди пустых полей… но я не сказал его ей, я не сказал ей, что я люблю ее… Да я и не мог произнести тогда это слово. Когда я встретился с ней в той роковой комнате, во мне еще не было ясного сознания моей любви; оно не проснулось даже тогда, когда я сидел с ее братом в бессмысленном и тягостном молчании… оно вспыхнуло с неудержимой силой лишь несколько мгновений спустя, когда, испуганный возможностью несчастья, я стал искать и звать ее… но уж тогда было поздно. «Да это невозможно!» скажут Мне; не знаю, возможно ли это, знаю, что это правда. Ася бы не уехала, если б в ней была хоть тень кокетства и если б ее положение не было ложно. Она не могла вынести того, что всякая другая снесла бы; я этого не понял. Недобрый мой гений остановил признание на устах моих при последнем свидании с Гагиным перед потемневшим окном, и последняя нить, за которую я еще мог ухватиться, выскользнула из рук моих. -​

Цитаты Фамусова из «Горе от ума»

Павел Афанасьевич Фамусов является одним из самых ярких персонажей комедии «Горе от ума».  Павел Афанасьевич Фамусов — дворянин, мужчина в возрасте. Несмотря на свой возраст и седину, Фамусов еще вполне свеж и бодр. В этом разделе собраны лучшие цитаты Фамусова из «Горе от ума».

Что говорит! И говорит, как пишет!

Тогда не то, что ныне.

Кто беден, тот тебе не пара.

Не надобно иного образца, когда в глазах пример отца.

Вам, людям молодым, другого нету дела, как замечать девичьи красоты́.

Подписано, так с плеч долой.

Вам, людям молодым, другого нету дела, как замечать девичьи красоты́.

Ужасный век! Не знаешь, что начать! Все умудрились не по летам.

Уж коли зло пресечь:

Забрать все книги бы да сжечь.

Читай не так, как пономарь, а с чувством, с толком, с расстановкой.

Хоть душу отпусти на покаянье!

Вам, людям молодым, другого нету дела, как замечать девичьи красоты.

Ученье – вот чума, ученость – вот причина, что нынче пуще, чем когда, безумных развелось людей, и дел, и мнений.

Спросили бы, как делали отцы? Учились бы на старших глядя.

Не надобно иного образца, когда в глазах пример отца.

Не служит, то есть в том он пользы не находит, но захоти — так был бы деловой.

Как станешь представлять к крестишку ли, к местечку,

Ну как не порадеть родному человечку!

Чтоб наших дочерей всему учить, всему — и танцам! и пенью! и нежностям! и вздохам! Как будто

В жены их готовим скоморохам.

Ученье — вот чума, ученость — вот причина, что нынче пуще, чем когда, безумных развелось людей, и дел, и мнений.

Один Молчалин мне не свой, и то затем, что деловой.

Не весел я!.. В мои лета не можно же пускаться мне вприсядку!

Вот, например, у нас уж исстари ведется, что по отцу и сыну честь.

Как станешь представлять к крестишку ли, к местечку,

Ну как не порадеть родному человечку!

Что за комиссия,  Создатель,

Быть взрослой дочери отцом!

Бывают странны сны, а наяву страннее.

Безумных развелось людей, и дел, и мнений.

Оттуда моды к нам, и авторы, и музы: губители карманов и сердец! Когда избавит нас творец от шляпок их! чепцов! и шпилек! и булавок! и книжных и бисквитных лавок!

За пяльцами сидеть, за святцами  зевать.

И знать вас не хочу, разврата не терплю.

Поделиться в социальных сетях

Фамусовское общество в комедии Грибоедова «Горе от ума»

Москва 20-х годов XIX века – это общество после войны 1812 года. Именно оно является предметом отображения в комедии Грибоедова, названным автором «московским барством». Характеристика персонажей «фамусовского общества» дается и самим поэтом, и остальными действующими героями.

«Век минувший» и «век нынешний» — антагонизм в московском обществе того времени

Фамусов –

А наши старички? – как их возьмет задор,

Засудят о делах, что слово – приговор…

А дамы?-…

Судьи всему, везде, над ними нет судей…

А дочек кто видал…

Словечка в простоте не скажут, все с ужимкой…

Чацкий –

Тот и славился, чья чаще гнулась шея…

Прямой был век покорности и страха…

Дома новы, но предрассудки стары…

Представители фамусовского общества

1. Павел Афанасьевич Фамусов

  • управляющий в казенном доме, член Английского клуба
  • не обременяет себя трудом

Подписано, так с плеч долой

  • на службе окружает себя родственниками

При мне служащие чужие очень редки, все больше сестрины, свояченицы детки

  • ценит деловые качества Молчалина
  • негативно относится к образованию

Ужасный век! Не знаешь, что начать! Все умудрились не полетам…

  • мировоззрение Фамусова – мировоззрение екатерининского вельможи, образцы

Кузьма Петрович — …был почетный камергер, с ключом, и сыну ключ умел доставить, богат и на богатой был женат

Максим Петрович – достигший чинов, благодаря угодничеству —

… упал он больно, встал здорово… на серебре, на золоте едал…

— идеал будущего мужа Софьи

… Будь плохонький, да если наберется душ тысячки две родовых, — тот и жених…

  • все новое для Фамусова сомнительно. На речи Чацкого он отвечает «Под суд!»
  • спорит только с теми, кто ниже его по табели о рангах
  • считается с тем, что будут говорить о нем и его семье окружающие

Что станет говорить княгиня Марья Алексеевна!

  • неприязненно относится к иностранному как к западной чуме

А все Кузнецкий мост и вечные французы…

Губители карманов и сердец!

  • хлебосольный хозяин

Кто хочет к нам пожаловать – изволь, дверь отперта для званых и незваных, особенно для иностранных…

  • Фамусов – типичный московский барин

2. Сергей Сергеич Скалозуб

Известный человек, солидный, и знаков тьму отличья нахватал; не по летам и чин завидный, не нынче-завтра генерал

  • солдафон, карьерист

Довольно счастлив я в товарищах моих, вакансии как раз открыты: то старших выключат иных, другие, смотришь, перебиты

  • цель жизни – генеральский чин

Да, чтоб чины добыть, есть многие анналы; Об них как истинный философ я сужу: мне только бы досталось в генералы

  • противник образования и вольнодумия

Ученостью меня не обморочишь

  • желанный гость и желанный жених в доме Фамусова

3. Антон Антонович Загорецкий

— завсегдатай московских богатых домов

Человек он светский

  • человек низких моральных качеств

Лгунишка он, картежник, вор (Хлестова)

Отъявленный мошенник, плут (Горич)

  • всегда в курсе всех событий, готов поддержать любую сплетню

А знаю, помню, слышал, как не знать?

4. Алексей Степанович Молчалин

  • секретарь Фамусова

Безродного пригрел и ввел в мое семейство, дал чин асессора и взял в секретари

  • Чацкий пророчит ему удачное карьерное будущее

…дойдет до степеней известных… ведь нынче любят бессловесных

  • льстит и лицемерит в силу своего положения

Ведь надо же зависеть от других… в чинах мы небольших

В мои лета не должно сметь свое суждение иметь…

  • «враг дерзости»
  • из-за своего положения изображает любовника Софьи – робок, не смел
  • развязен в отношении к низшим (отношения с Лизой)
  • основные черты в характеристике Софьи

Там моську вовремя огладит! Тут в пору карточку вотрет!, … безмолвием обезоружит, … от старичков не ступит на порог

  • жизненные принципы в самохарактеристике

Во-первых, угождать всем людям без изъятья –

Хозяину, где доведется жить, Начальнику, с кем буду я служить, Слуге его, который чистит платье, Швейцару, дворнику, для избежанья зла, Собаке дворника, чтоб ласкова была

5. Софья Павловна Фамусова

  • дочь хозяина дома
  • неоднозначный образ
  • воспитана на французских романах
  • восхищается Молчалиным, видя в нем героя, подобного героям французских романов
  • равноправный соперник Чацкого в иронии и сарказме

Заметьте, что вы желчь на всех излить готовы

  • горда (узнав о вероломстве Молчалина, прогоняет его)
  • именно она пускает сплетню о сумасшествии Чацкого, желая отомстить ему за его язвительные замечания

6. Репетилов

  • фамилия от французского «повторять»
  • его отрицательно характеризуют

Пустомеля, плут

  • знается с «умнейшими людьми», является членом «секретного союза»

— говорит обо всем секретном буквально с любым собеседником «князь Григорий «чудак единственный, нас со смеху уморит», Левон и Боренька «чудесные ребята! Об них не знаешь, что сказать»

  • цель жизни, как и у многих в фамусовском обществе, — карьера и богатство

И я в чины бы лез, да неудачи встретил, как, может быть, никто и никогда; По статской я служил, тогда барон фон Клоц в министры метил, а я – к нему в зятья… приданого взял – шиш, по службе – ничего

Общие черты фамусовского общества

  •  отношение к богатству и чинам

О Скалозубе-

Известный человек, солидный, и знаков тьму отличья находил; не по летам и чин завидный; не нынче- завтра генерал

  • отношение к службе

А у меня, что дело, что не дело, обычай мой такой: подписано, так с плеч долой

  • отношение к образованию

Ученье – вот чума, ученость – вот причина

  • отношение к иностранному

А все Кузнецкий мост и вечные французы, отсюда моды к нам, и авторы, и музы, губители карманов и сердец

  •  консерватизм

Спросили бы, как делали отцы? Учились бы, на старших глядя…

Заключение:

«Вся пьеса представляется каким-то кругом знакомых читателю лиц… И общее, и детали, все это не сочинено, а так целиком взято из московских гостиных и перенесено в книгу и на сцену» (И.А.Гончаров)

Вам понравилось? Не скрывайте от мира свою радость — поделитесь

Комедия “Горе от ума” 👍

Бог с вами, остаюсь опять с моей загадкой.
А. Грибоедов
Александр Сергеевич Грибоедов вошел в русскую литературу как автор одного произведения, но оно поистине гениально. Комедия “Горе от ума” разлетелась на крылатые фразы, четверостишья, выражения, еще не успев стать общеизвестной. Это ли не истинное признание. Мы часто говорим: “А судьи кто?”, “Чуть свет уж на ногах!

И я у ваших ног”, “Ужасный век!”, “Друг, нельзя ли для прогулок подальше выбрать закоулок”, не задумываясь, что это фразы из гениальной комедии

“Горе от ума”.
Грибоедов не только точно и правдиво изобразил характеры героев первой четверти XIX века, но и подарил прекрасный кладезь мудрости, искрометного юмора, из которого мы черпаем более ста лет сокровища, а он все не истощается. Не менее гениально создана картина жизни московского барства.
В образе Павла Афанасьевича Фамусова мы видим типичного московского барина. Он богат, самовлюблен, вполне доволен жизнью, где все подчинено ему, установленному им порядку. Так иллюзорно мыслит Фамусов.

Павел Афанасьевич хлопочет день целый. По его словам:
“По должности, по службе хлопотня.
Тот

пристает, другой, всем дело до меня!”
Фамусов возмущен нравами, когда молодежь пытается учить старших, вмешиваться в жизнь:
“Ужасный век! Не знаешь что начать!
Все умудрились не по летам!
А пуще дочери, да сами добряки”.
Он видит причину этому в чрезмерной свободе нравов и распространении образованности. Иностранцы заводят свои беспорядки, и Павел Афанасьевич громко протестует:
“А все Кузнецкий мост, и вечные французы,
Оттуда моды к нам, и авторы, и музы:
Губители карманов и сердец!
Когда избавит нас творец
От шляпок их! чепцов и шпилек!
И булавок,
И книжных и бисквитных лавок!”
Фамусов приверженец старинного образа жизни, он постоянно вспоминает “золотой век” Екатерины, когда патриархальность защищала права главы семьи. В беседах с дочерью, гостями, многочисленными домочадцами Павел Афанасьевич высказывает свои взгляды на брак:
“Ах, матушка, не довершай удара!
Кто беден, тот тебе не пара”,-
говорит он Софье. Это глубокое убеждение самого Фамусова. На отношение к делу он смотрит более чем легкомысленно:
“А у меня, что дело, что не дело.
Обычай мой такой: Подписано, так с плеч долой”.
Павел Афанасьевич считает себя вправе всех учить, всем давать наставления. Он богат, а значит считает себя хозяином жизни, дающим приют, работу, способ существовать многочисленным людишкам. Он их презирает, уважая только вышестоящих, завидуя умению некоторых возвыситься, мгновенно разбогатеть.

Причем способы его не смущают, все хорошо для достижения “высокой цели”, считает Павел Афанасьевич. Его идеалом является Максим Петрович:
“В чины выводит кто и пенсии дает!”
а также полковник Скалозуб:
“Известный человек, солидный, и знаков тьму отличья нахватал; не по летам и чин завидный”.
В этом обществе ценятся не душевные качества человека, о них просто никто не думает, а толстый кошелек, возможность приблизиться к “кормушке”, обойдя более нерасторопных или менее удачливых. Патриотизм, чувство долга, желание служить делу, а не людям кажутся в этом обществе мыслями опасными, безумными, способными раскачать и разрушить устои этого общества. Поэтому все члены фамусовского круга объединяются против Чацкого. Они видят в нем символ нового времени, перемен, которые сметут устоявшийся и устраивающий их “беспорядок”, лишат этих людей источников
дохода.
Фамусовское окружение сплетничает и злословит друг о друге, подсмеивается над окружающими, но оно удивительно единодушно объединяется против Чацкого, видя в нем главное зло – разрушителя устоев и канонов этого общества. Оно так же боится Александра Андреевича, как и ненавидит.
Комедия актуальна и в наши дни. Борьба нового со старым есть закон жизни, и пока существует эта борьба, жизнь будет двигаться вперед, трудно, болезненно, преодолевая препятствия. Комедия зовет смелых и сильных вперед, в будущее, отметая со своего пути все старое, отжившее, косное.

цитаты главных героев комедии Грибоедова Горе от ума. Фамусов – Вот то-то, все вы гордецы

Блажен, кто верует, тепло ему на свете! Чацкий

Когда ж постранствуешь, воротишься домой, и дым Отечества нам сладок и приятен! Чацкий

Кто беден, тот тебе не пара. Фамусов

Счастливые часов не наблюдают. София

Служить бы рад, прислуживаться тошно. Чацкий

Минуй нас пуще всех печалей и барский гнев, и барская любовь. Лиза

Не надобно иного образца, когда в глазах пример отца. Фамусов

Свежо предание, а верится с трудом. Чацкий

Делить со всяким можно смех. София

Подписано, так с плеч долой. Фамусов

А горе ждет из-за угла. София

Хлопочут набирать учителей полки, числом поболее, ценою подешевле? Чацкий

Мне все равно, что за него, что в воду. София

Ужасный век! Не знаешь, что начать! Все умудрились не по летам. Фамусов

Кто служит делу, а не лицам… Чацкий

О! если б кто в людей проник: что хуже в них? душа или язык? Чацкий

Читай не так, как пономарь, а с чувством, с толком, с расстановкой. Фамусов

Как все московские, ваш батюшка таков: желал бы зятя он с звездами, да с чинами. Лиза

Кому нужда: тем спесь, лежи они в пыли, а тем, кто выше, лесть, как кружево, плели. Чацкий

И золотой мешок, и метит в генералы. Лиза

Вам, людям молодым, другого нету дела, как замечать девичьи красоты. Фамусов

Да хоть кого смутят вопросы быстрые и любопытный взгляд… София

Поверили глупцы, другим передают, старухи вмиг тревогу бьют — и вот общественное мненье! Чацкий

Мне завещал отец: во-первых, угождать всем людям без изъятья — Хозяину, где доведется жить, Начальнику, с кем буду я служить, Слуге его, который чистит платья, Швейцару, дворнику, для избежанья зла, Собаке дворника, чтоб ласкова была. Молчалин

Написал А.А. Бестужеву: «О стихах я не говорю, половина – должны войти в пословицу».

Многие афоризмы Грибоедова вошли в повседневную речь:

Мы пользуемся крылатыми выражениями, уже не думая об их авторстве.

Конечно, цитаты из «Горя от ума » получили популярность не только благодаря таланту Грибоедова . После переворота 1917 г. обличительную пьесу включили в школьные программы и репертуары театров.

Крылатые фразы Грибоедова, приведённые ниже, соотнесены с действующими лицами пьесы. Получились их характеристики через крылатые фразы. Всего в списке восемьдесят пословиц.

В заголовки вынесены наиболее популярные, а, следовательно, наиболее соответствующие данному лицу пословицы.

Лиза – Минуй нас пуще всех печалей и барский гнев, и барская любовь

Фамусов – Вот то-то, все вы гордецы!

Ей сна нет от французских книг,
А мне от русских больно спится.

А все Кузнецкий мост , и вечные французы.

Не надобно иного образца,
Когда в глазах пример отца.

Ужасный век! Не знаешь, что начать!

Ах! матушка, не довершай удара!
Кто беден, тот тебе не пара.

Упал он больно, встал здорово.

Что за комиссия, Создатель,
Быть взрослой дочери отцом!

Читай не так, как пономарь,
А с чувством, с толком, с расстановкой.

Пофилософствуй – ум вскружится.

Что за тузы в Москве живут и умирают!

Именьем, брат, не управляй оплошно,
А, главное, поди-тка послужи.

Вот то-то, все вы гордецы!

Обычай мой такой:
Подписано, так с плеч долой.

Не быть тебе в Москве, не жить тебе с людьми;
В деревню, к тётке, в глушь, в Саратов.

Он вольность хочет проповедать!

При мне служащие чужие очень редки;
Все больше сестрины, свояченицы детки.

Ну как не порадеть родному человечку!..

Вы повели себя исправно:
Давно полковники, а служите недавно.

Поспорят, пошумят, и… разойдутся.

Ну вот! великая беда,
Что выпьет лишнее мужчина!
Ученье – вот чума, учёность – вот причина.

Уж коли зло пресечь:
Забрать все книги бы да сжечь.

Ба! знакомые все лица!

Что говорит! и говорит, как пишет!

Ах! Боже мой! что станет говорить
Княгиня Марья Алексевна!

София – Герой не моего романа

Чацкий – А судьи кто?

Чуть свет уж на ногах! и я у ваших ног.

И вот за подвиги награда!

Ах! тот скажи любви конец,
Кто на три года вдаль уедет.

Где ж лучше? (София)
Где нас нет. (Чацкий)

Когда ж постранствуешь, воротишься домой,
И дым Отечества нам сладок и приятен!

Числом поболее, ценою подешевле?

Господствует ещё смешенье языков:
Французского с нижегородским?

Свежо предание, а верится с трудом.

Велите ж мне в огонь: пойду как на обед.

Служить бы рад, прислуживаться тошно.

А впрочем, он дойдёт до степеней известных,
Ведь нынче любят бессловесных.

Кто служит делу, а не лицам…

Когда в делах – я от веселий прячусь,
Когда дурачиться – дурачусь,
А смешивать два эти ремесла
Есть тьма искусников, я не из их числа.

Дома новы, но предрассудки стары.

А судьи кто?

Кричали женщины: ура!
И в воздух чепчики бросали!

Но чтоб иметь детей,
Кому ума недоставало?

Чины людьми даются,
А люди могут обмануться.

Блажен, кто верует, тепло ему на свете!

Помилуйте, мы с вами не ребяты,
Зачем же мнения чужие только святы?

Не поздоровится от эдаких похвал.

Нет! недоволен я Москвой.

Рассудку вопреки, наперекор стихиям.

Хоть у китайцев бы нам несколько занять
Премудрого у них незнанья иноземцев.

Послушай! ври, да знай же меру.

Вон из Москвы! сюда я больше не ездок.
Бегу, не оглянусь, пойду искать по свету,
Где оскорбленному есть чувству уголок!..
Карету мне, карету!

Скалозуб – По моему сужденью, пожар способствовал ей много к украшенью

Молчалин – Ах! злые языки страшнее пистолета

Хлестова – Все врут календари

Репетилов – Взгляд и нечто

Княгиня – Он химик, он ботаник

Чинов не хочет знать! Он химик, он ботаник…

Скромна, а ничего кроме

Проказ и ветру на уме.

(Фамусов , действ. 1, явл. 2 )

Минуй нас пуще всех печалей

И барский гнев, и барская любовь.

(Лиза, действ. 1, явл. 2)

Счастливые часов не наблюдают .

(София, действ. 1, явл. 3)

Друг. Нельзя ли для прогулок

Не надобно иного образца,

Когда в глазах пример отца.

(Фамусов , действ. 1, явл. 4)

Шел в комнату, попал в другую.

(София, действ. 1, явл. 4)

Ах! матушка, не довершай удара!

Кто беден, тот тебе не пара.

(Фамусов , действ. 1, явл. 4)

Обычай мой такой:

Подписано, так с плеч долой.

(Фамусов , действ. 1, явл. 4)

Грех не беда, молва не хороша.

(Лиза, действ. 1, явл. 5 )

Вот, например, полковник Скалозуб:

И золотой мешок, и метит в генералы.

(Лиза, действ. 1, явл. 5 )

Он слова умного не выговорил сроду, —

Мне все равно, что за него, что в воду.

(София, действ. 1, явл. 5)

Делить со всяким можно смех.

(София, действ. 1, явл. 5)

Ах! если любит кто кого,

Зачем ума искать и ездить так далеко?

(София, действ. 1, явл. 5)

Чуть свет уж на ногах! и я у ваших ног.

(Чацкий, действ. 1, явл. 7)

Блажен, кто верует, тепло ему на свете! –

(Чацкий, действ. 1, явл. 7)

— Где ж лучше?

— Где нас нет.

(Софья, Чацкий, действ. 1, явл. 7)

Сам толст, его артисты тощи.

(Чацкий, действ. 1, явл. 7)

Когда ж постранствуешь, воротишься домой,

И дым Отечества нам сладок и приятен!

(Чацкий, действ. 1, явл. 7)

Числом поболее, ценою подешевле?

(Чацкий, действ. 1, явл. 7)

Господствует еще смешенье языков:

Французского с нижегородским?

(Чацкий, действ. 1, явл. 7)

А, впрочем, он дойдет до степеней известных,

Ведь нынче любят бессловесных.

(Чацкий, действ. 1, явл. 7)

Но если так: ум с сердцем не в ладу.

(Чацкий, действ. 1, явл. 7)

Три года не писал двух слов!

И грянул вдруг как с облаков.

(Фамусов , действ. 1, явл. 9)

Хотел объехать целый свет,

И не объехал сотой доли.

(Чацкий, действ. 1, явл. 9 )

Что за комиссия, * Создатель,

Быть взрослой дочери отцом!

(Фамусов , действ. 1, явл. 10 )

Читай не так, как пономарь, *

А с чувством, с толком, с расстановкой.

Постой же. — На листе черкни на записном,

Противу будущей недели:

К Прасковье Федоровне в дом

Во вторник зван я на форели.

(Фамусов , действ. 2, явл. 1)

Что за тузы в Москве живут и умирают!

(Фамусов , действ. 2, явл. 1)

Она не родила, но по расчету

По моему: должна родить…

(Фамусов , действ. 2, явл. 1)

— Пусть я посватаюсь, вы что бы мне сказали?

— Сказал бы я, во-первых: не блажи,

Именьем, брат, не управляй оплошно,

А, главное, поди-тка послужи.

— Служить бы рад, прислуживаться тошно.

— Вот то-то, все вы гордецы!

Спросили бы, как делали отцы?

Учились бы на старших глядя:

(Чацкий, Фамусов, действ. 2, явл. 2)

Свежо предание, а верится с трудом,

(Чацкий, действ. 2, явл. 2)

Что говорит! и говорит, как пишет!

(Фамусов , действ. 2, явл. 2)

— Кто служит делу, а не лицам…

— Строжайше б запретил я этим господам

На выстрел подъезжать к столицам.

(Чацкий, Фамусов, действ. 2, явл. 2)

Пожало-ста при нем не спорь ты вкривь и вкось

И завиральные идеи эти брось.

(Фамусов , действ. 2, явл. 3)

— Как вам доводится Настасья Николавна?

— He знаю-с, виноват;

Мы с нею вместе не служили.

(Фамусов, Скалозуб , действ. 2, явл. 5)

Вы повели себя исправно:

Давно полковники, а служите недавно.

— А, батюшка, признайтесь, что едва

Где сыщется столица, как Москва.

— Дистанции * огромного размера.

— Вкус, батюшка, отменная манера;

(Фамусов, Скалозуб , действ. 2, явл. 5)

Возьмите вы от головы до пяток,

На всех московских есть особый отпечаток.

(Фамусов , действ. 2, явл. 5)

К военным людям так и льнут.

А потому, что патриотки.

(Фамусов , действ. 2, явл. 5)

Прошедшего житья подлейшие черты.

(Чацкий, действ. 2, явл. 5)

Когда из гвардии, иные от двора

Сюда на время приезжали, —

Кричали женщины: ура!

И в воздух чепчики бросали!

(Чацкий, действ. 2, явл. 5)

Шутить и он горазд, ведь нынче кто не шутит!

(Лиза, действ. 2, явл. 11)

Ах! злые языки страшнее пистолета.

(Молчалин, действ. 2, явл. 11)

Скажите лучше, почему

Вы с барышней скромны, а с горнишной повесы?

(Лиза, действ. 2, явл. 12)

Ну! люди в здешней стороне!

Она к нему, а он ко мне,

А я… одна лишь я любви до смерти трушу, —

А как не полюбить буфетчика Петрушу!

(Лиза, действ. 2, явл. 14)

Я странен, а не странен кто ж?

Тот, кто на всех глупцов похож;

(Чацкий, действ. 3, явл. 1)

Мне весело, когда смешных встречаю,

А чаще с ними я скучаю.

(Чацкий, действ. 3, явл. 1)

Но чтоб иметь детей,

Кому ума недоставало?

(Чацкий, действ. 3, явл. 3)

К перу от карт? и к картам от пера?

(Чацкий, действ. 3, явл. 3)

— Нет-с, свой талант у всех…

— У вас?

— Два-с:

Умеренность и аккуратность.

— Чудеснейшие два! и стоят наших всех.

(Молчалин, Чацкий, действ. 3, явл. 3)

Чины людьми даются,

А люди могут обмануться.

(Чацкий, действ. 3, явл. 3)

Так: частенько там

Мы покровительство находим, где не метим.

Когда в делах — я от веселий прячусь,

Когда дурачиться — дурачусь,

А смешивать два эти ремесла

Есть тьма искусников, я не из их числа.

(Чацкий, действ. 3, явл. 3)

Пустейший человек, из самых бестолковых.

(Чацкий, действ. 3, явл. 3)

Я глупостей не чтец,

А пуще образцовых.

(Чацкий, действ. 3, явл. 3)

В мои лета не должно сметь

Свое суждение иметь.

(Молчалин, действ. 3, явл. 3)

Шампанское стаканами тянул.

— Бутылками-с, и пребольшими

— Нет-с, бочками сороковыми.

— Ну вот! великая беда,

Что выпьет лишнее мужчина!

Ученье — вот чума, ученость — вот причина,

(Хлестова, Наталья Дмитриевна, Загорецкий (с жаром ), Фамусов, действ. 3, явл. 21)

Чинов не хочет знать! Он химик, он ботаник,

(Княгиня, действ. 3, явл. 21)

— Сергей Сергеич, нет! Уж коли зло пресечь:

Забрать все книги бы да сжечь.

— Нет-с, книги книгам рознь. А если б, между нами,

Был ценсором * назначен я,

На басни бы налег; ох! басни — смерть моя!

Насмешки вечные над львами! над орлами!

Кто что ни говори:

Хотя животные, а все-таки цари.

(Фамусов, Загорецкий (с кротостию), действ. 3, явл. 21)

Все врут календари.

(Хлестова, действ. 3, явл. 21)

Воскреснем ли когда от чужевластья мод?

Чтоб умный, бодрый наш народ

Хотя по языку нас не считал за немцев.

(Чацкий, действ. 3, явл. 22)

Послушай! ври, да знай же меру;

(Чацкий, действ. 4, явл. 4)

Да умный человек не может быть не плутом.

(Репетилов, действ. 4, явл. 4)

Мне завещал отец:

Во-первых, угождать всем людям без изъятья —

Хозяину, где доведется жить,

Начальнику, с кем буду я служить,

Слуге его, который чистит платья,

Швейцару, дворнику, для избежанья зла,

Собаке дворника, чтоб ласкова была.

(Молчалин, действ. 4, явл. 12)

Бывало, я с дражайшей половиной

Чуть врознь — уж где-нибудь с мужчиной!

В деревню, к тетке, в глушь, в Саратов,

(Фамусов, действ. 4, явл. 14)

Карету мне, карету!

(Чацкий, действ. 4, явл. 14)

Ах! Боже мой! что станет говорить

Княгиня Марья Алексевна!

(Фамусов, действ. 4, явл. 15)

Дома новы, но предрассудки стары. Чацкий

Чины людьми даются, а люди могут обмануться. Чацкий

День за день, нынче, как вчера. Молчалин

А чем не муж? Ума в нем только мало; но чтоб иметь детей, кому ума недоставало? Чацкий

Спросили бы, как делали отцы? Учились бы на старших глядя. Фамусов

И кто влюблен — на все готов. Лиза

Уж коли горе пить, так лучше сразу, чем медлить, — а беды медленьем не избыть. Чацкий

Ах! злые языки страшнее пистолета. Молчалин

Не служит, то есть в том он пользы не находит, но захоти — так был бы деловой. Фамусов

Шутить и он горазд, ведь нынче кто не шутит! Лиза

Когда в делах — я от веселий прячусь, когда дурачиться — дурачусь, а смешивать два эти ремесла есть тьма искусников, я не из их числа. Чацкий

Чтоб наших дочерей всему учить, всему — и танцам! и пенью! и нежностям! и вздохам! Как будто в жены их готовим скоморохам. Фамусов

Хотел объехать целый свет, и не объехал сотой доли. Чацкий

Ученье — вот чума, ученость — вот причина, что нынче пуще, чем когда, безумных развелось людей, и дел, и мнений. Фамусов

В мои лета не должно сметь свое суждение иметь. Молчалин

Не весел я!.. В мои лета не можно же пускаться мне вприсядку! Фамусов

Скажите лучше, почему Вы с барышней скромны, а с горнишной повесы? Лиза

Вот, например, у нас уж исстари ведется, что по отцу и сыну честь. Фамусов

София: — «Где ж лучше?»

Чацкий: — «Где нас нет.»

А впрочем, он дойдет до степеней известных, ведь нынче любят бессловесных. Чацкий

Так: частенько там мы покровительство находим, где не метим. Молчалин

Написал А.А. Бестужеву: «О стихах я не говорю, половина – должны войти в пословицу».

Многие афоризмы Грибоедова вошли в повседневную речь:

Мы пользуемся крылатыми выражениями, уже не думая об их авторстве.

Конечно, цитаты из «Горя от ума » получили популярность не только благодаря таланту Грибоедова . После переворота 1917 г. обличительную пьесу включили в школьные программы и репертуары театров.

Крылатые фразы Грибоедова, приведённые ниже, соотнесены с действующими лицами пьесы. Получились их характеристики через крылатые фразы. Всего в списке восемьдесят пословиц.

В заголовки вынесены наиболее популярные, а, следовательно, наиболее соответствующие данному лицу пословицы.

Лиза – Минуй нас пуще всех печалей и барский гнев, и барская любовь

Фамусов – Вот то-то, все вы гордецы!

Ей сна нет от французских книг,
А мне от русских больно спится.

А все Кузнецкий мост , и вечные французы.

Не надобно иного образца,
Когда в глазах пример отца.

Ужасный век! Не знаешь, что начать!

Ах! матушка, не довершай удара!
Кто беден, тот тебе не пара.

Упал он больно, встал здорово.

Что за комиссия, Создатель,
Быть взрослой дочери отцом!

Читай не так, как пономарь,
А с чувством, с толком, с расстановкой.

Пофилософствуй – ум вскружится.

Что за тузы в Москве живут и умирают!

Именьем, брат, не управляй оплошно,
А, главное, поди-тка послужи.

Вот то-то, все вы гордецы!

Обычай мой такой:
Подписано, так с плеч долой.

Не быть тебе в Москве, не жить тебе с людьми;
В деревню, к тётке, в глушь, в Саратов.

Он вольность хочет проповедать!

При мне служащие чужие очень редки;
Все больше сестрины, свояченицы детки.

Ну как не порадеть родному человечку!..

Вы повели себя исправно:
Давно полковники, а служите недавно.

Поспорят, пошумят, и… разойдутся.

Ну вот! великая беда,
Что выпьет лишнее мужчина!
Ученье – вот чума, учёность – вот причина.

Уж коли зло пресечь:
Забрать все книги бы да сжечь.

Ба! знакомые все лица!

Что говорит! и говорит, как пишет!

Ах! Боже мой! что станет говорить
Княгиня Марья Алексевна!

София – Герой не моего романа

Чацкий – А судьи кто?

Чуть свет уж на ногах! и я у ваших ног.

И вот за подвиги награда!

Ах! тот скажи любви конец,
Кто на три года вдаль уедет.

Где ж лучше? (София)
Где нас нет. (Чацкий)

Когда ж постранствуешь, воротишься домой,
И дым Отечества нам сладок и приятен!

Числом поболее, ценою подешевле?

Господствует ещё смешенье языков:
Французского с нижегородским?

Свежо предание, а верится с трудом.

Велите ж мне в огонь: пойду как на обед.

Служить бы рад, прислуживаться тошно.

А впрочем, он дойдёт до степеней известных,
Ведь нынче любят бессловесных.

Кто служит делу, а не лицам…

Когда в делах – я от веселий прячусь,
Когда дурачиться – дурачусь,
А смешивать два эти ремесла
Есть тьма искусников, я не из их числа.

Дома новы, но предрассудки стары.

А судьи кто?

Кричали женщины: ура!
И в воздух чепчики бросали!

Но чтоб иметь детей,
Кому ума недоставало?

Чины людьми даются,
А люди могут обмануться.

Блажен, кто верует, тепло ему на свете!

Помилуйте, мы с вами не ребяты,
Зачем же мнения чужие только святы?

Не поздоровится от эдаких похвал.

Нет! недоволен я Москвой.

Рассудку вопреки, наперекор стихиям.

Хоть у китайцев бы нам несколько занять
Премудрого у них незнанья иноземцев.

Послушай! ври, да знай же меру.

Вон из Москвы! сюда я больше не ездок.
Бегу, не оглянусь, пойду искать по свету,
Где оскорбленному есть чувству уголок!..
Карету мне, карету!

Скалозуб – По моему сужденью, пожар способствовал ей много к украшенью

Молчалин – Ах! злые языки страшнее пистолета

Хлестова – Все врут календари

Репетилов – Взгляд и нечто

Княгиня – Он химик, он ботаник

Чинов не хочет знать! Он химик, он ботаник…

«Горе от ума» / Честное пионерское / Русский пионер

33 цитаты: «Горе от ума»

15 января 2015 13:30

Сегодня 220 лет со дня рождения Александра Сергеевича Грибоедова. Мы перечитали бессмертную пьесу «Горе от ума» и решили выяснить, есть ли в этом произведении хоть пара строк, не растащенных на цитаты. «Дым отчества», «служить бы рад», «карету мне, карету» — мы оставили школьным учебникам и выбрали 33 цитаты, которые не на слуху.


Ей сна нет от французских книг,

А мне от русских больно спится.

  

 

Молчать!

Ужасный век! Не знаешь, что начать!

Все умудрились не по летам.



Вдруг милый человек, один из тех, кого мы

Увидим — будто век знакомы,

Явился тут со мной; и вкрадчив, и умен,

Но робок… Знаете, кто в бедности рожден…

  

 

А у меня, что дело, что не дело,

Обычай мой такой:

Подписано, так с плеч долой.



 

В глазах темно, и замерла душа;

Грех не беда, молва не хороша.



 

Ах! Если любит кто кого,

Зачем ума искать и ездить так далеко?

 


 

Как с ранних пор привыкли верить мы,

Что нам без немцев нет спасенья!



 

А впрочем, он дойдет до степеней известных,

Ведь нынче любят бессловесных.



 

Велите ж мне в огонь: пойду как на обед.


Кто служит делу, а не лицам…

 

 

Как станешь представлять к крестишку ли, к местечку,

Ну как не порадеть родному человечку!..



 

Возьмите вы от головы до пяток,

На всех московских есть особый отпечаток.

 

Французские романсы вам поют

И верхние выводят нотки,

К военным людям так и льнут.

А потому, что патриотки.

 

Мундир! Один мундир! Он в прежнем их быту

Когда-то укрывал, расшитый и красивый,

Их слабодушие, рассудка нищету;

И нам за ними в путь счастливый!



 

Не знаю для кого, но вас я воскресил!


   

Ах! Злые языки страшнее пистолета.

 

 

Я странен, а не странен кто ж?

Тот, кто на всех глупцов похож…

 

Ах! Боже мой! Неужли я из тех,

Которым цель всей жизни — смех?

Мне весело, когда смешных встречаю,

А чаще с ними я скучаю.


 

Конечно нет в нем этого ума,

Что гений для иных, а для иных чума,


 

А чем не муж? Ума в нем только мало;

Но чтоб иметь детей,

Кому ума недоставало?


 

Чины людьми даются,

А люди могут обмануться.



 

Когда в делах — я от веселий прячусь,

Когда дурачиться — дурачусь,

А смешивать два эти ремесла

Есть тьма искусников, я не из их числа.

 


 

В мои лета не должно сметь

Свое суждение иметь.

  


 

Ну, постоянный вкус! В мужьях всего дороже!



 

А, Чацкий! Любите вы всех в шуты рядить,

Угодно ль на себя примерить?

  

 

Ученье — вот чума, ученость — вот причина,

Что нынче пуще, чем когда,

Безумных развелось людей, и дел, и мнений.

 

Чтоб истребил Господь нечистый этот дух

Пустого, рабского, слепого подражанья;

Чтоб искру заронил он в ком-нибудь с душой,

Кто мог бы словом и примером

Нас удержать, как крепкою вожжой,

От жалкой тошноты по стороне чужой.


 

Как платья, волосы, так и умы коротки!..

Ах! Если рождены мы все перенимать,

Хоть у китайцев бы нам несколько занять
Премудрого у них незнанья иноземцев.

Воскреснем ли когда от чужевластья мод?



 

Бал вещь хорошая, неволя-то горька;

И кто жениться нас неволит!


 

Зови меня вандалом: 

Я это имя заслужил.

Людьми пустыми дорожил!

 

О! Если б кто в людей проник:

Что хуже в них? Душа или язык?


 

Молчалины блаженствуют на свете!



 

Вы правы: из огня тот выйдет невредим,

Кто с вами день пробыть успеет,

Подышит воздухом одним,

И в нем рассудок уцелеет.

Почему хорошие компании портятся

Вкратце об идее

Многие ведущие компании падают с вершины успеха до глубины провала при изменении рыночных условий. Потому что они парализованы? Напротив, потому что они слишком много занимаются — деятельностью неправильного типа. Страдая от активной инерции, они застревают в своей проверенной деятельности, даже несмотря на резкие изменения в окружающей среде. Вместо того, чтобы выкапывать себя из ямы, они копают глубже.

Такие компании являются жертвами собственного успеха: они настолько успешны, что полагают, что нашли формулы успеха. Но эти же формулы становятся жесткими и перестают работать, когда рынок значительно меняется.

Когда компании понимают, что действие может быть врагом, они с меньшей вероятностью пополнят ряды павших. Прежде чем спросить: «Что нам делать?» и сразу же приступив к действиям, менеджеры должны спросить: «Что нам мешает?» Им следует внимательно изучить предположения, которые они делают о своем бизнесе и отрасли.И им следует обратить особое внимание на признаки активной инерции: стратегические рамки становятся шорами, процессы превращаются в рутину, отношения становятся оковами, а ценности превращаются в догмы.

Идея на практике

Следующие примеры демонстрируют катастрофические последствия активной инерции:

  • Стратегические рамки становятся шорами. Стратегические рамки определяют то, как менеджеры видят свой бизнес; они помогают менеджерам оставаться сосредоточенными.Но эти рамки также могут закрывать глаза менеджерам на новые варианты и возможности.

Пример:

После семи десятилетий непрерывного роста компания Firestone безраздельно властвовала в шинной промышленности США в 1970-х годах. Затем Michelin представила более безопасную и экономичную радиальную шину. Firestone конкурировала с Michelin в Европе лицом к лицу, но не видела угрозы для своего основного рынка США, и поэтому продолжала производить только обычные шины. Firestone потеряла значительную долю рынка и была приобретена десятью годами позже.Пример:

McDonald’s построил свой успех на стандартизированных процессах, продиктованных штаб-квартирой. Неукоснительно следуя этим процедурам в 1990-е годы, McDonald’s уступила долю рынка Burger King и Taco Bell, которые гораздо быстрее удовлетворяли изменяющиеся желания клиентов в отношении более здоровой пищи. Пример:

Видение Apple технически элегантных компьютеров и ее культура свободы действий привлекли самых творческих инженеров мира. Однако, когда компьютеры стали предметом потребления, здоровье компании стало зависеть от сокращения затрат и ускорения производственного времени.Но инженеры Apple отказались меняться, и отношения компании со своими «звездными» сотрудниками подорвали ее способность реагировать на изменения рынка. Пример:

Polaroid придает очень большое значение передовым исследованиям — до такой степени, что они определяют себя. В конце концов, эта ценность превратилась в догматическое пренебрежение к маркетингу, финансам и даже предпочтениям клиентов. Целеустремленность компании чуть не разрушила его.

Одно из наиболее распространенных бизнес-явлений также является одним из самых запутанных: когда успешные компании сталкиваются с большими изменениями в своей среде, они часто не могут эффективно реагировать.Не имея возможности защитить себя от конкурентов, вооруженных новыми продуктами, технологиями или стратегиями, они наблюдают, как их продажи и прибыль падают, их лучшие люди уходят, а их акции падают. Некоторым в конечном итоге удается восстановиться — обычно после болезненных раундов сокращения и реструктуризации, — но многим это не удается.

Почему хорошие компании портятся? Часто думают, что проблема в параличе. Столкнувшись с нарушением условий ведения бизнеса, компании останавливаются; их ловят, как пресловутого оленя в свете фар.Но это объяснение не соответствует действительности. Изучая когда-то процветающие компании, которые боролись перед лицом перемен, я обнаружил мало свидетельств паралича. Наоборот. Руководители осажденных компаний обычно рано распознают угрозу, тщательно анализируют ее последствия для своего бизнеса и в ответ выдвигают ряд инициатив. Однако, несмотря на всю активность, компании по-прежнему колеблются.

Проблема не в неспособности принять меры, а в неспособности предпринять соответствующие действия.У проблемы может быть много причин — от упрямства менеджеров до полной некомпетентности, — но одна из самых распространенных — это состояние, которое я называю активной инерцией . Инерция обычно ассоциируется с бездействием — представьте себе бильярдный шар, покоящийся на столе, — но физики также используют этот термин для описания тенденции движущегося объекта сохранять свою текущую траекторию. Активная инерция — это склонность организации следовать установленным образцам поведения даже в ответ на резкие изменения окружающей среды.Застряв в образах мышления и работы, которые приносили успех в прошлом, лидеры рынка просто ускоряют все свои проверенные временем действия. Пытаясь выбраться из ямы, они просто углубляют ее.

Поскольку активная инерция настолько распространена, важно понимать ее источники и симптомы. В конце концов, если руководители предполагают, что противник парализован, они автоматически приходят к выводу, что лучшая защита — это действия. Но если они увидят, что действие само по себе может быть врагом, они более глубоко изучат все свои предположения, прежде чем действовать.В результате они получат более четкое представление о том, что на самом деле нужно сделать, и, что не менее важно, что может им помешать. И они значительно снизят шансы пополнить ряды павших лидеров.

Жертвы активной инерции

Чтобы увидеть разрушительный потенциал активной инерции, рассмотрим примеры Firestone Tire & Rubber и Лауры Эшли. Обе компании были ведущими игроками в своих отраслях, и обе не смогли справиться с проблемой перемен — не потому, что они не действовали, а потому, что они действовали неправильно.

Когда Firestone вступила в 1970-е годы, она пережила семь десятилетий непрерывного роста. Она стояла на вершине процветающей шинной промышленности США, наряду со своим конкурентом из города Акрон, штат Огайо, Goodyear. Менеджеры Firestone имели четкое представление о позиционировании и стратегии своей компании. Они видели большую тройку автопроизводителей Детройта в качестве своих ключевых клиентов, они видели в Goodyear и других ведущих производителях шин США своих конкурентов и видели свою задачу в том, чтобы просто не отставать от постоянно растущего спроса на шины.

Компания стала памятником собственному успеху. Ее культура и деятельность отражали видение ее основателя Харви Файерстоуна-старшего, который настаивал на том, чтобы относиться к клиентам и сотрудникам как к членам «семьи Файерстоун». Загородный клуб Firestone был открыт для всех сотрудников, независимо от ранга, и сам Харви поддерживал тесные дружеские отношения с высшими руководителями крупных автомобилестроительных компаний. (Фактически, его внучка вышла замуж за внука Генри Форда.) Файерстоун сформировал очень лояльных менеджеров, пропитав их семейными ценностями компании и ее мировоззрением, ориентированным на Акрон.

Операционные процессы и процессы распределения капитала компании были разработаны для использования растущего спроса на шины за счет быстрого ввода в эксплуатацию новых производственных мощностей. Например, в процессе составления бюджета капиталовложений рядовые сотрудники выявляли рыночные возможности и переводили их в предложения об инвестировании в дополнительные мощности. Затем менеджеры среднего звена выбрали наиболее многообещающие предложения и представили их топ-менеджерам, которые, как правило, быстро одобряли рекомендации менеджеров среднего звена.

Многолетний успех Firestone дал компании сильное и единое представление о ее стратегии и ценностях, ее отношениях с клиентами и сотрудниками, а также ее операционных и инвестиционных процессах. Короче говоря, у компании была четкая формула успеха, которая хорошо служила ей с начала века.

Затем, почти в мгновение ока, все изменилось. Французская компания Michelin представила радиальную шину на рынке США. Благодаря революционному дизайну, радиальные шины были более безопасными, долговечными и более экономичными, чем традиционные диагональные шины.Они уже заняли доминирующее положение на европейских рынках, и когда в 1972 году Ford заявил, что все его новые автомобили будут иметь радиальные диски, было ясно, что они будут доминировать и на рынке США.

Firestone не был удивлен появлением радиалов. Благодаря своим крупным операциям в Европе, компания воочию стала свидетелем того, как европейские рынки быстро освоили радиальные шины в 1960-х годах. И он разработал прогнозы, которые ясно указывали на то, что радиалы будут быстро приняты США.автопроизводители и потребители. Firestone предвидела появление радиальных шин и незамедлительно приняла меры: она инвестировала почти 400 миллионов долларов — более 1 миллиарда долларов в сегодняшних ценах — в производство радиальных шин, строительство нового завода по производству радиальных шин и преобразование нескольких существующих заводов.

Хотя ответ компании Firestone был быстрым, он далек от эффективности. Даже вкладывая средства в новый продукт, компания придерживалась своих старых методов работы. Вместо того чтобы модернизировать свои производственные процессы, компания просто повозилась с ними, несмотря на то, что производство радиальных шин требовало гораздо более высоких стандартов качества.Кроме того, компания отложила закрытие многих своих заводов, производивших диагональные шины, несмотря на явные признаки их надвигающегося устаревания. Активная инерция возобладала.

К 1979 году у Файерстоун были серьезные проблемы. Его заводы работали на слабых 59% мощности, он арендовал склады для хранения непроданных шин, его мучили дорогостоящие и неудобные отзывы продукции, а его внутренний шинный бизнес израсходовал более 200 миллионов долларов наличными. Хотя в целом продажи шин в США стабилизировались, в основном из-за того, что радиальные шины служат в два раза дольше, чем диагональные шины, генеральный директор Firestone придерживался предположения о постоянно растущем спросе, заявив совету директоров, что он не видит необходимости закрывать заводы.В конце концов, все тщательные анализы и действия Файерстоун оказались напрасными. Компания уступила большую часть своей доли рынка США иностранным корпорациям, и она пережила два недружественных поглощения, прежде чем в 1988 году была окончательно приобретена японской компанией Bridgestone.

Производитель женской одежды Лаура Эшли также пала жертвой активной инерции. Одноименная основательница компании провела свою юность в Уэльсе, и она начала бизнес со своим мужем Бернардом в 1953 году, чтобы воссоздать настроение британской сельской местности.Одежда компании, созданная для того, чтобы вызвать романтическое представление об английских дамах, которые ухаживают за розами в своих загородных поместьях, вызвала отклик у многих женщин в 1970-х годах. Бизнес быстро вырос от единственного печатного станка в лондонской квартире Лоры и Бернарда до крупного розничного продавца с сетью из 500 магазинов и влиятельным брендом во всем мире.

Лаура Эшли расширила свой крошечный бизнес не для того, чтобы максимизировать прибыль, а для защиты и продвижения традиционных британских ценностей, которые, как она чувствовала, находились под угрозой секса, наркотиков и мини-юбок в 1960-х годах.С самого начала она и Бернард строго контролировали все аспекты бизнеса, сохраняя дизайн, производство, распространение и розничную торговлю внутри компании. Пара открыла центральный производственный и распределительный центр в Уэльсе и с гордостью назвала свою одежду «Сделано в Уэльсе». Они обеспечивали своих сотрудников щедрой заработной платой и льготами, тем самым избегая трудовых волнений, которые нанесли вред многим британским отраслям промышленности на протяжении 1970-х годов. Они также установили тесные отношения со своими франчайзи и клиентами, которые стали яростно лояльны к продуктам компании и воплощенным в них ценностям.

Когда Лора умерла в 1985 году, Бернар оставил компанию на том курсе, который установила его жена. Однако мода изменилась. По мере того, как все больше женщин попадали на рынок труда, они все чаще предпочитали практичную профессиональную одежду романтической одежде Лоры Эшли. Конкуренты публично отвергли стиль Лауры Эшли как более подходящий для доярок в 1880-х, чем для генеральных директоров в 1980-х. В то же время производство одежды претерпевало изменения. С падением торговых барьеров модные дома поспешили перенести производство за границу или полностью передать его на аутсорсинг, резко сократив свои операционные расходы.Лаура Эшли, напротив, продолжала придерживаться устаревшего дизайна и дорогих производственных процессов, которые так хорошо служили ей в прошлом.

Однако компания не пострадала от паралича. К концу 1980-х годов внешний консультант определил основные проблемы, с которыми сталкивается Лора Эшли, и наметил меры по их устранению. Признавая необходимость действовать, совет директоров под председательством Бернарда пригласил нескольких новых генеральных директоров, попросив каждого разработать и выполнить план реструктуризации, который увеличит продажи и сократит расходы.Новые планы вызвали волну активности, но ни один из них не пошел достаточно далеко в пересмотре стратегии компании. Оставалось неясным, была ли Лаура Эшли брендом, производителем, розничным продавцом или интегрированной модной компанией. Эти планы также не обновили традиционные ценности компании, чтобы привести их в соответствие с рынком. Страдая от активной инерции, Лора Эшли сменила семь генеральных директоров за десять лет, но падение компании продолжалось. Американский телеевангелист Пэт Робертсон недавно вошел в совет директоров в качестве внешнего директора, что привело один финансовый журнал к выводу, что компания искала божественного вдохновения для решения своих земных проблем.

Четыре признака активной инерции

Чтобы понять, почему успешные компании, такие как Firestone и Laura Ashley, терпят неудачу, необходимо изучить истоки их успеха. Большинство ведущих предприятий обязаны своим процветанием свежей формуле конкуренции — отличительной комбинации стратегий, процессов, отношений и ценностей, которая выделяет их из толпы. По мере того, как формула оказывается успешной, клиенты умножаются, талантливые работники собираются подавать заявки, инвесторы повышают цену на акции, а конкуренты отвечают самой искренней формой лести — имитацией.Вся эта положительная обратная связь укрепляет уверенность менеджеров в том, что они нашли единственный лучший способ, и дает им смелость сосредоточить свои усилия на совершенствовании и расширении своей системы выигрыша.

Свежее мышление, которое привело к первоначальному успеху компании, часто заменяется твердой приверженностью статус-кво.

Однако часто система начинает затвердевать. На смену свежему мышлению, приведшему к первоначальному успеху компании, приходит жесткая приверженность статус-кво.А когда на рынках компании происходят изменения, формула, которая привела к успеху, вместо этого приводит к неудаче. (См. Экспонат «Динамика неудач».) В частности, происходят четыре вещи:

Динамика неудач Ведущие компании могут застрять в образах мышления и работы, которые принесли им их первоначальный успех. Когда бизнес-условия меняются, их некогда выигрышные формулы вместо этого приводят к провалу.

Стратегические рамки становятся шорами.

Стратегические рамки — это ментальные модели, образ мышления, которые определяют то, как менеджеры видят мир.Рамки дают ответы на ключевые стратегические вопросы: чем мы занимаемся? Как мы создаем ценность? Кто наши конкуренты? Какие клиенты имеют решающее значение, а какие мы можем игнорировать? И они концентрируют внимание менеджеров на том, что важно среди беспорядка необработанных данных, которые ежедневно проходят через их столы и экраны компьютеров. Стратегические рамки менеджеров Firestone, например, сосредоточили свое внимание на своих конкурентах в Акроне и на их клиентах в Детройте. Фреймы также помогают менеджерам видеть закономерности в сложных данных, помещая информацию в устоявшуюся модель.В период расцвета Лоры Эшли ее стратегические рамки позволяли руководителям быстро оценивать потенциальные расширения продуктов на основе их соответствия традиционному английскому стилю.

Но хотя рамки помогают менеджерам видеть, они также могут их ослепить. Постоянно фокусируя внимание менеджеров на определенных вещах, фреймы могут заставить их поверить в то, что это единственное, что имеет значение. Фактически, рамки могут сужать периферийное зрение, не позволяя людям замечать новые возможности и возможности.Хотя Firestone конкурировала с Michelin в Европе и была свидетелем стремительного роста продаж радиальных шин там, ее руководители все еще не видели во французской компании серьезного конкурента на своем основном внутреннем рынке. По мере того как стратегическая структура становится более жесткой, менеджеры часто встраивают неожиданную информацию в существующую схему или вообще игнорируют ее. Менеджеры Лауры Эшли неоднократно отвергали снижение продаж как временные колебания, а не как показатель основных сдвигов в женской моде.

По мере того, как стратегическая структура становится более жесткой, менеджеры часто встраивают неожиданную информацию в существующую схему или вообще игнорируют ее.

К сожалению, превращение стратегических рамок в шоры — правило, а не исключение в большинстве человеческих дел. Рассмотрим катастрофическую эволюцию военной стратегии Франции в первой половине этого века. На рубеже веков французская военная доктрина прославляла нападение, отражая веру в то, что élan vital возобладает над всеми трудностями.Но стратегия атаки любой ценой оказалась катастрофой в окопах Первой мировой войны. В результате военные страны изменили свои стратегические рамки и заняли чисто оборонительную позицию, которая приняла конкретную форму в линии Мажино, серии исправлены укрепления, возведенные для защиты границ Франции от немецкого вторжения. Эти фиксированные защиты, однако, оказались бесполезными при отражении атак блицкрига. Трудно извлеченный урок Первой мировой войны стал трагической ослепой во время Второй мировой войны.

Когда стратегические рамки становятся жесткими, компании, как и страны, склонны продолжать вести последнюю войну.Когда руководство Xerox рассматривало поле конкурентной борьбы в 1970-х годах, оно рассматривало IBM и Kodak как врагов, 40 000 торговых и сервисных представителей — как своих войск, а запатентованные технологии — как непреодолимую защиту. Рамы Xerox позволили компании отбиваться от традиционных врагов, используя устоявшуюся тактику, и отражать неоднократные попытки IBM и Kodak атаковать ее основной рынок. Но стратегические рамки не позволили Xerox увидеть новую угрозу, исходящую от партизан, таких как Canon и Ricoh, которые нацелены на частных лиц и небольшие компании за их высококачественные компактные копировальные устройства.

Как только руководство Xerox осознало масштабы угрозы, исходящей от новичков, оно запоздало, но агрессивно запустило серию качественных программ, призванных обыграть японцев в их собственной игре. Эти инициативы действительно предотвратили потерю акций Xerox, и о победе компании над японцами возвещали книги с такими названиями, как Xerox: American Samurai . Однако стремление победить японцев отвлекло руководство Xerox от надвигающейся битвы за персональный компьютер.В то время исследовательский центр Xerox в Пало-Альто был пионером в нескольких технологиях, которые вызвали революцию в области персональных компьютеров, включая графический интерфейс пользователя и мышь. Но Xerox не смогла воспользоваться новыми возможностями, поскольку они выходили за рамки ее стратегических рамок.

Процессы превращаются в рутину.

Когда компания решает сделать что-то новое, сотрудники обычно пробуют несколько различных способов осуществления деятельности. Но как только они нашли способ, который работает особенно хорошо, у них появятся сильные стимулы, чтобы зафиксировать выбранный процесс и прекратить поиск альтернатив.Сосредоточение внимания на одном процессе освобождает время и силы людей для решения других задач. Это приводит к повышению производительности, поскольку сотрудники приобретают опыт выполнения процесса. А также обеспечивает операционную предсказуемость, необходимую для координации деятельности сложной организации.

Но, как и в случае со стратегическими рамками, устоявшиеся процессы часто начинают жить собственной жизнью. Они перестают быть средством для достижения цели и становятся самоцелью. Люди следят за процессами не потому, что они эффективны или действенны, а потому, что они хорошо известны и удобны.Они просто «так устроены». Как только процесс становится рутиной, он мешает сотрудникам рассматривать новые способы работы. Альтернативные процессы никогда не рассматриваются, а тем более не пробуются. Наступает активная инерция.

В Firestone рутинность процессов была одним из основных препятствий на пути эффективного реагирования на радиальные технологии. Компания столкнулась с проблемами производства и качества, потому что пыталась приспособить радиальное производство, просто настроив существующие процессы.Fire-Stone производила шины, которые никому не нужны, потому что ее процесс капитального бюджета способствовал ненужным инвестициям в производственные мощности — капитальные затраты были вызваны непосредственными менеджерами, которые, что вполне понятно, не хотели добровольно предлагать закрытие собственных заводов. И ему не удалось привлечь людей со свежими взглядами, потому что его процессы найма и продвижения по службе были сосредоточены на укреплении лояльности и формировании единого мировоззрения. Даже когда компания боролась с переменами, она продолжала нанимать и продвигать «таких, как мы».«В 1972 году все топ-менеджеры Firestone всю свою карьеру проработали в компании, две трети родились и выросли в Акроне, а одна треть пошла по стопам своих отцов в качестве руководителей Firestone.

McDonald’s — еще один пример компании, чьи привычки притупляют реакцию на меняющиеся рыночные условия. В начале 1990-х годов руководство по эксплуатации гиганта быстрого питания состояло из 750 страниц, в которых подробно описывались все аспекты ресторанного бизнеса. В течение многих лет неустанная ориентация компании на стандартизованные процессы, продиктованные штаб-квартирой, позволила ей быстро развернуть свою формулу успеха на рынке за рынком, обеспечивая последовательность и эффективность, которые привлекали клиентов и разочаровывали соперников.

Однако к 1990-м годам McDonald’s находился в упадке. Потребители искали другую и более здоровую пищу, а такие конкуренты, как Burger King и Taco Bell, извлекали выгоду из сдвига во вкусовых качествах, выпуская новые пункты меню. Однако McDonald’s не сразу отреагировал на изменения. Его историческая сила — целенаправленное стремление к совершенствованию процессов массового производства — превратилась в слабость. Требуя, чтобы решения по меню передавались через штаб-квартиру, компания подавляла инновации и откладывала действия.Его центральная кухня разработки, удаленная от настоящих ресторанов и их клиентов, производила ряд продуктов, таких как McPizza, McLean и Arch Deluxe, но все они не смогли соблазнить посетителей.

Отношения становятся оковами.

Чтобы добиться успеха, каждая компания должна строить прочные отношения — с сотрудниками, клиентами, поставщиками, кредиторами и инвесторами. Лаура и Бернард Эшли усердно работали, чтобы завоевать сердца новых клиентов, франчайзи и инвесторов на каждом этапе расширения своей компании.Харви Файерстоун-старший поддерживал тесные дружеские отношения со своими клиентами, предоставлял ссуды из собственного кармана борющимся дилерам шин во время Великой депрессии и общался со многими руководителями своей компании. Файерстоун и Эшли, как и многие успешные руководители, сплели основу экономических транзакций с тканью социальных отношений, чтобы укрепить структуру своих компаний.

Однако при изменении условий компании часто обнаруживают, что их отношения превратились в оковы, ограничивающие их гибкость и приводящие к активной инерции.Необходимость поддерживать существующие отношения с клиентами может помешать компаниям в разработке новых продуктов или сосредоточении внимания на новых рынках. 1 Kirin Brewery, например, получила контроль над устрашающей долей в 60% на послевоенном японском рынке пива, построив прочные отношения с бизнесменами, многие из которых получали лагер компании как часть своего пайка в армии. В 1980-х годах Kirin не хотел отталкивать своих основных потребителей, предлагая модное сухое пиво, которое предпочитали молодые пьющие.Медленная реакция Кирин позволила Asahi Breweries наверстать упущенное, а затем превзойти ее в качестве лидера отрасли.

Менеджеры также могут оказаться ограниченными своими отношениями с сотрудниками, о чем наглядно свидетельствует сага об Apple Computer. Видение Apple технически элегантных компьютеров и ее свободная корпоративная культура привлекли некоторых из самых творческих инженеров в мире, которые продолжили разработку ряда потрясающих продуктов, включая Apple II, Macintosh и PowerBook.Когда компьютеры стали предметом потребления, Apple знала, что ее дальнейшее здоровье зависит от ее способности сократить расходы и ускорить вывод продуктов на рынок. Однако установление необходимой дисциплины противоречило культуре Apple, и высшее руководство разочаровывалось всякий раз, когда оно пыталось усилить контроль. Инженеры просто отказались менять свой образ действий. Отношения с творческими сотрудниками, которые позволили Apple быстро развиваться, в конечном итоге помешали ей реагировать на изменения окружающей среды.

Banc One — еще одна компания, которой мешали отношения с сотрудниками, в частности, с менеджерами.Banc One, начавший свою карьеру скромно, в начале 1990-х годов стал самым прибыльным банком США с рыночной капитализацией, которая превысила капитализацию American Express и J.P. Morgan. Его формула успеха заключалась в приобретении здоровых местных банков, удержании их действующих менеджеров и предоставлении этим менеджерам значительной автономии в управлении своим бизнесом. Эти «необычные партнерства», как Banc One назвал эти отношения, побудили менеджеров действовать как предприниматели и реагировать на местные рыночные условия.

Но когда консолидация и дерегулирование изменили банковскую отрасль, Banc One начал бороться. Многие из его лучших клиентов были украдены новыми агрессивными конкурентами, такими как Fidelity Investments, а высокая стоимость его децентрализованных, локально ориентированных операций ставила его в невыгодное положение по сравнению с более эффективными конкурентами, такими как First Union и NationsBank. Banc One не спешил стандартизировать свои продукты и централизовать операции бэк-офиса, потому что знал, что такие шаги ограничат автономию менеджеров местных банков.Он восстановил свой восходящий импульс только после того, как его генеральный директор Джон Б. Маккой решил полностью отказаться от заветных необычных партнерских отношений.

Отношения с дистрибьюторами тоже могут обернуться оковами. Dell Computer опередила конкурирующих производителей ПК, продавая их напрямую клиентам. Такие компании, как Hewlett-Packard и IBM, не спешили копировать модель Dell, опасаясь негативной реакции со стороны торговых посредников, на которые в настоящее время приходится подавляющая часть их продаж. Такие авиакомпании, как Lufthansa, British Airways и KLM, сталкиваются с аналогичной дилеммой.Они не спешат продвигать прямые продажи — например, через Интернет, — потому что не хотят противодействовать турагентам, которым они полагаются при заполнении мест.

Ценности превращаются в догмы.

Ценности компании — это набор глубоко укоренившихся убеждений, которые объединяют и вдохновляют ее людей. Ценности определяют то, как сотрудники видят себя и своих работодателей. «Человек Firestone», например, олицетворяет лояльность компании и глубокую приверженность обществу. Ценности также обеспечивают центростремительную силу, которая поддерживает разветвленную деятельность компании.Франчайзи Laura Ashley сплотились вокруг традиционных ценностей компании, помогая создать сильную идентичность бренда во всем мире.

Однако по мере взросления компаний их ценности часто превращаются в жесткие правила и нормы, имеющие законную силу просто потому, что они закреплены в прецеденте. Как окаменевшее дерево, некогда живые ценности постепенно заменяются холодным камнем догмы. Когда это происходит, ценности перестают вдохновлять, и их объединяющая сила вырождается в реакционную тенденцию кружить по кругу перед лицом угроз.Результатом снова является активная инерция.

Неуклонный спад

Polaroid показывает, как некогда яркие ценности могут окостенеть. Компания Polaroid, основанная изобретателем Эдвином Лэндом, приобрела известность благодаря внедрению ряда захватывающих технологий, таких как мгновенная фотография, а ее сотрудники гордились лидерством компании в области исследований и разработок. Но со временем преданность Polaroid отличным исследованиям превратилась в пренебрежение к другим видам бизнеса. В частности, маркетинг и финансы считались относительно неважными, пока компания располагала передовыми технологиями.Превыше всего ценив технологические прорывы, менеджеры Polaroid продолжали вкладывать значительные средства в исследования, не учитывая должным образом реакцию клиентов. Неудивительно, что продажи остались на прежнем уровне. Сегодня стоимость компании составляет лишь треть от того, что предлагал участник торгов при попытке приобретения в 1989 году.

Royal Dutch / Shell — еще одна компания, чьи ценности стали помехой. В 1930-х годах в Shell доминировал Анри Детердинг, сильный лидер и симпатизирующий нацистам. Другие руководители Shell в конце концов вынудили Детердинга уйти, и этот болезненный эпизод наложил на компанию отвращение к централизованному контролю — ценность, которая проникла в ее культуру и привела к созданию чрезвычайно независимых менеджеров по стране.Децентрализованная структура позволила Shell использовать возможности роста по всему миру. Но когда в 1990-х годах цены на нефть упали, вера в децентрализованную власть помешала компании быстро рационализировать свою деятельность и сократить расходы.

Обновление, а не революция

Успех порождает активную инерцию, а активная инерция порождает неудачи. Но является ли неудача неизбежным следствием успеха? По крайней мере, в бизнесе ответ — нет. Пока Firestone терпела неудачу, Goodyear плавно перешла на радиальные шины, став одной из трех мировых держав в шинной промышленности.В то время как Лаура Эшли продолжала движение вниз, Gucci выправлялась после короткого спотыкания. История показывает много таких пар лидеров отрасли, судьбы которых разошлись, когда они были вынуждены реагировать на изменения окружающей среды. Вспомните General Electric и Westinghouse, Volkswagen и Renault, Samsung и Hanjin Group, Southwest Airlines и People Express.

Успешные компании могут избежать или, по крайней мере, преодолеть активную инерцию. Однако сначала они должны освободиться от предположения, что их злейший враг — паралич.Им нужно понять, что одно действие ничего не решает. На самом деле, это часто только усугубляет ситуацию. Вместо того, чтобы торопиться спрашивать: «Что нам делать?» менеджеры должны сделать паузу, чтобы спросить: «Что нам мешает?» Этот вопрос фокусирует внимание на правильных вещах: стратегических рамках, процессах, отношениях и ценностях, которые могут подорвать действие, направив его в неправильном направлении.

Большинство компаний, испытывающих трудности, хорошо понимают, что им нужно делать. У них есть стопки отчетов от внутренних аналитиков и сторонних консультантов, наполненных однотипными рекомендациями.Руководители Firestone были хорошо осведомлены о превосходстве радиальных шин, а руководители Лауры Эшли знали, что все больше и больше женщин присоединяются к рабочей силе. Их проблема заключалась в том, что им не хватало четкого понимания того, как их старые формулы успеха помешают им отреагировать на изменения.

Даже после того, как компания пришла к пониманию препятствий, с которыми она сталкивается, она должна сопротивляться импульсу стремиться вперед. Некоторые бизнес-гуру призывают менеджеров изменять все аспекты своей компании одновременно, чтобы вызвать революцию в своих организациях.Предполагается, что старые формулы нужно выбросить на ветер — и чем раньше, тем лучше. Но ветераны программ изменений, с которыми я разговаривал, возражают против такого подхода. Они говорят, что, пытаясь изменить все сразу, менеджеры часто разрушают важнейшие компетенции, разрывают ткань социальных отношений, на создание которых уходили годы, и дезориентируют как клиентов, так и сотрудников. Революция шокирует систему, но иногда шок оказывается фатальным.

Посмотрите, что произошло, когда Firestone наконец распознала препятствия, мешавшие ей добиться успеха.В 1980 году в совет директоров компании Firestone вошел генеральный директор, известный своими талантами в области карьерного роста. Новый генеральный директор не терял времени зря. Он закрыл пять из 14 заводов компании в стране, разорвал давние отношения с несколькими клиентами, заменил процесс составления бюджета снизу вверх строгим подходом сверху вниз и заполнил ключевые управленческие должности командой посторонних. (См. Вставку «Изнутри-аутсайдер как лидер изменений».)

Революция, произведенная новым генеральным директором, спасла Firestone от банкротства, но оставила компанию в плохом положении для будущего роста.Команда внешних менеджеров продала несколько наиболее многообещающих предприятий Firestone и вложила значительные средства в розничную продажу шин, несмотря на предупреждения опытных инсайдеров о том, что магазины шин никогда не были прибыльными. Дни Firestone как независимой компании сочтены.

Goodyear, напротив, пошла по совершенно иному пути. Уважая свое корпоративное наследие, но не будучи обязанным ему, Goodyear адаптировалась к новой конкурентной среде через серию тщательно спланированных изменений, избегая необходимости в революции.Компания сократила свои производственные мощности по выпуску традиционных шин, продемонстрировав уважение к своим давним обязательствам перед работниками и обществом. Везде, где это было возможно, он преобразовал существующие фабрики в радиальное производство или построил новые радиальные сооружения рядом с закрытыми заводами, сохранив большую часть сотрудников и, таким образом, смягчив разрушение сообществ. И в то время как Firestone радикально снизила уровень обслуживания клиентов, Goodyear продолжала инвестировать в отношения с клиентами, создавая основу для будущего роста.

Если когда-либо и появлялся кандидат на революцию, то это была IBM в 1993 году. Когда Лу Герстнер покинул RJR Nabisco, чтобы возглавить IBM, он вошел в компанию, которая за три года потеряла более 16 миллиардов долларов и была отмечена как динозавр от Fortune, и находился в процессе разделения на 13 частей, которые можно было продать кусками. Герстнер всколыхнул замкнутую культуру IBM и сократил расходы, но он также сохранил и взрастил многие традиционные сильные стороны IBM.Вместо того, чтобы подражать свободному стилю компаний Кремниевой долины, Герстнер подчеркнул репутацию IBM в области стабильности и ответственности. Он заверил корпоративных клиентов, что они могут положиться на Big Blue, чтобы помочь им перейти в мир сетевых компьютеров. Вместо того, чтобы отказаться от бизнеса IBM по производству мэйнфреймов, Герстнер расширил спектр услуг и приобрел программное обеспечение, которое дополнило тяжелый металл IBM, что позволило компании предлагать «комплексные решения» для удовлетворения потребностей клиентов в информационных технологиях. Стратегия Герстнера по преобразованию IBM посредством обновления, а не революции превзошла все ожидания, привела к более чем четырехкратному увеличению стоимости акций компании и позиционированию ее как лидера отрасли в следующем столетии.

Радикальный поворот IBM является важным уроком для любой успешной компании, сталкивающейся с большими изменениями. Активная инерция существует из-за сильной тяги прошлого. Попытка сломать это сопротивление через радикальный акт организационной революции оставляет людей дезориентированными и бесправными, отрезанными от прошлого, но неподготовленными к будущему. Менеджерам лучше уважать наследие компании. Им следует опираться на основы прошлого, даже когда они учат сотрудников тому, что старые стратегические рамки, процессы, отношения и ценности должны быть изменены для решения новых задач.

Версия этой статьи появилась в выпуске журнала Harvard Business Review за июль – август 1999 г.

Долгих часов для людей и компаний

Менеджеры хотят, чтобы сотрудники работали долгие дни, отвечали на их электронные письма в любое время и охотно жертвовали нерабочее время — ночи, выходные, отпуск — без жалоб. Подчиненные в этом уравнении мало контролируют; перегружать каскады от вершины организационной пирамиды к основанию.По крайней мере, это рассказ о переутомлении. В этой версии мы работаем сверхурочно, потому что начальство говорит нам об этом. (Эта версия наиболее широко представлена ​​в недавнем опусе New York Times на Amazon.)

Но есть и другие объяснения. Есть еще один, который говорит, что все мы, включая старших менеджеров, по сути своей являемся обломками, которых трясет водоворотом экономических стимулов, корпоративной культуры и технологий, которые держат офис на расстоянии одного прикосновения. В этой версии никто не диктует нормы; мы все просто реагируем на макросилы, находящиеся вне нашего контроля.

Тогда есть версия, которая смотрит на нашу психологию. В этом мы проводим слишком много часов из-за сочетания внутренних движущих сил, таких как амбиции, мачизм, жадность, беспокойство, вина, удовольствие, гордость, тяга к краткосрочным вознаграждениям, желание доказать, что мы важны или чрезмерно развитое чувство долга. Некоторые из них отрицательны (см .: вина, беспокойство), но многие — положительны. Фактически, несколько исследователей обнаружили, что работа на меньше стресса, чем наша домашняя жизнь. Для некоторых работа может быть убежищем, местом, где можно чувствовать себя уверенно и все под контролем.

По сути, если вы подумаете о переутомлении как о Moby-Dick , первое объяснение сосредоточится на Ахаве и Пекоде; второй на самом берегу океана; и последний на ките. И хотя взглянуть на историю со всех этих разных точек зрения, безусловно, лучше, чем выбрать только одну, это не скажет вам, является ли Moby-Dick хорошей книгой или просто дверным упором на 700 страниц.

Итак, более серьезный вопрос, который мы должны себе задать по поводу переутомления, заключается не просто в том, «Кто виноват?» но более простой: «Это работает?» Действительно ли переутомление делает то, что мы предполагаем, — приводит к большему и лучшему результату? Действительно ли мы делаем больше?

Существует большое количество исследований, которые показывают, что вне зависимости от причин, по которым мы работаем сверхурочно, переутомление нам не помогает.Во-первых, похоже, что это не приведет к увеличению производительности. В исследовании консультантов Эрин Рид, профессора бизнес-школы Questrom при Бостонском университете, менеджеры не смогли отличить сотрудников, которые на самом деле работали по 80 часов в неделю, и тех, кто просто делал вид. В то время как менеджеры наказывали сотрудников, которые открыто заявляли о том, что они меньше работают, Рид не смог найти никаких доказательств того, что эти сотрудники на самом деле достигли меньшего, или каких-либо признаков того, что перегруженные сотрудники достигли большего.

Имеются многочисленные свидетельства того, что переутомление не просто нейтрально — оно вредит нам и компаниям, в которых мы работаем. Многочисленные исследования Марианны Виртанен из Финского института гигиены труда и ее коллег (а также другие исследования) показали, что переутомление и связанный с ним стресс могут привести к разного рода проблемам со здоровьем, включая нарушение сна, депрессию, пьянство, диабет и т. Д. нарушение памяти и болезни сердца. Конечно, это плохо само по себе. Но они также ужасны для прибыли компании, проявляясь в виде прогулов, текучести кадров и роста расходов на медицинское страхование.Даже самый скруджий из работодателей, который не заботился о благополучии своих сотрудников, должен найти здесь убедительные доказательства того, что когда сотрудники тратят сумасшедшие часы, возникают реальные балансовые расходы.

Если ваша работа основана на межличностном общении, вынесении суждений, чтении лиц других людей или управлении собственными эмоциональными реакциями — это почти все, что требуется в современном офисе, — у меня еще плохие новости. Исследователи обнаружили, что переутомление (и сопровождающие его стресс и истощение) могут усложнить все это.

Даже если вам нравится ваша работа и вы работаете много часов добровольно, у вас просто больше шансов совершить ошибку, когда вы устали, и большинство из нас устает быстрее, чем мы думаем. Только 1-3% населения могут спать пять или шесть часов в сутки без некоторого снижения производительности. Более того, на каждые 100 человек, считающих себя членами этой бессонной элиты, на самом деле таковыми являются только пять человек. Одно только исследование влияния бессонницы на снижение производительности должно заставить всех увидеть безумие бессонницы.

Если слишком много работать, то вы упускаете из виду общую картину. Исследования показали, что по мере того, как мы выгораем, мы с большей вероятностью теряемся в сорняках.

В общем, история переутомления — это буквально история об уменьшении отдачи: продолжайте переутомляться, и вы постепенно будете работать более глупо над задачами, которые становятся все более бессмысленными.

Это то, чему бизнес впервые научился очень давно. В 19 веке, когда организованная рабочая сила впервые вынудила владельцев фабрик ограничить рабочий день 10 (а затем и восемью) часами, руководство с удивлением обнаружило, что объем производства на самом деле увеличился на , а на уменьшились дорогостоящие ошибки и несчастные случаи.Это эксперимент, который Лесли Перлоу и Джессика Портер из Гарвардской школы бизнеса повторили более века спустя с работниками умственного труда. Это все еще оставалось верным. Предсказуемый необходимый отпуск (например, ночи и выходные) на самом деле сделал команды консультантов более продуктивными.

Это не значит, что у нас никогда не будет длинного дня. Мы просто не можем делать это регулярно. Большинство исследований, которые я видел, показывают, что люди могут потратить неделю или две из 60 часов, чтобы разрешить настоящий кризис. Но это отличается от хронического переутомления.

Так почему мы продолжаем это делать? Почему мы не можем отложить книгу?

Это могло быть незнанием. Может быть, большинство людей просто не знает, насколько серьезна переутомление, объективно говоря.

Это может быть скептицизм. Может быть, они видели исследование, но просто не купились на него (или решили действовать в соответствии с ним).

Или что-нибудь посильнее. Может быть, когда вы объединяете экономические стимулы, авторитетные фигуры и глубоко укоренившиеся психологические потребности, вы создаете коктейль, который просто слишком пьянящий, чтобы его можно было преодолеть.

Что происходит, когда мы все доживем до 100 лет?

На протяжении тысячелетий, если бы не эоны — антропология постоянно отодвигает время происхождения человека — продолжительность жизни была короткой. Считалось, что немногие состарившиеся люди из-за своих лет заслужили благосклонность богов. Обычному человеку повезло достичь 40 лет.

Начиная с 19 века ситуация постепенно изменилась. С 1840 года ожидаемая продолжительность жизни при рождении с каждым годом увеличивалась примерно на три месяца. В 1840 году ожидаемая продолжительность жизни при рождении в Швеции, стране, хорошо изученной благодаря ведению учета, составляла для женщин 45 лет; сегодня ему 83 года.Примерно такая же тенденция наблюдается в США. В начале ХХ века ожидаемая продолжительность жизни при рождении в Америке составляла 47 лет; теперь новорожденные доживут до 79 лет. Если с каждым годом продолжать прибавлять около трех месяцев, то к середине этого столетия ожидаемая продолжительность жизни в Америке при рождении составит 88 лет. К концу века ему исполнится 100 лет.

В глобальном масштабе увеличение продолжительности жизни кажется независимым от какого-либо одного конкретного события. Это не сильно ускорилось, поскольку антибиотики и вакцины стали обычным явлением.Да и во время войн или вспышек болезней он не отступал. График глобальной продолжительности жизни с течением времени выглядит как плавно поднимающийся эскалатор. Эта тенденция сохраняется в большинстве лет в отдельных богатых и бедных странах; весь мир едет на эскалаторе.

Прогнозы увеличения продолжительности жизни не предполагают невероятных медицинских открытий — скорее, поездка на эскалаторе просто продолжается. Если будут найдены антивозрастные препараты или генетические методы лечения, подъем может ускориться. Столетники могут стать нормой, а не раритетом, который становится заголовком в местной газете.

Пирог в небе? На зеленом склоне холма в округе Марин, Калифорния, где обитают хипстеры и высокие секвойи, место, к которому ведет мост Золотые Ворота, находится Институт Бака, первое частное независимое исследовательское учреждение, посвященное увеличению продолжительности жизни человека. С 1999 года ученые и постдоки изучали способы заставить организмы жить намного дольше и с лучшим здоровьем, чем это было бы естественно. Ученые института уже в пять раз увеличили продолжительность жизни лабораторных червей.Большинство американцев никогда не слышали об Институте Бака, но когда-нибудь это место может стать очень известным.

Бак не одинок в своем преследовании. Мичиганский университет, Техасский университет и Калифорнийский университет в Сан-Франциско изучают способы замедления старения, как и клиника Мэйо. В конце 2013 года Google вложил в игру свои деньги, основав дочернее предприятие под названием California Life Company (известное как Calico), специализирующееся на исследованиях долголетия. Через шесть месяцев после объявления устава Calico Крейг Вентер, предприниматель в области биотехнологий, который в 1990-х годах провел драматическую гонку против правительственных лабораторий с целью секвенирования генома человека, также основал стартап, который ищет способы замедлить старение.

Если исследования обнаружат прорыв в продолжительности жизни, доля пожилого населения США, которому в любом случае суждено вырасти, учитывая снижение рождаемости, выход на пенсию бэби-бумеров и продолжающийся подъем эскалатора, может вырасти еще больше. . Очевидная привлекательность более продолжительной жизни, но она влечет за собой социальные риски. В политике могут доминировать старики, которые могут проголосовать за еще более щедрые льготы, за которые молодые должны платить. Социальное обеспечение и частные пенсии могут оказаться обременительными, намного превышающими то, что предлагают текущие актуарные таблицы.Если увеличение продолжительности жизни просто приводит к увеличению количества лет, в течение которых пенсионеры становятся инвалидами и требуют дорогих услуг, расходы на здравоохранение могут возрасти как никогда раньше, в то время как другие социальные потребности останутся неудовлетворенными.

С каждым годом новорожденные живут примерно на три месяца дольше, чем родившиеся в предыдущем году.

Но у этой истории может быть счастливый конец. Если медицинские вмешательства, направленные на замедление старения, приведут к дополнительным годам хорошей физической формы, жизнь может продлиться оптимистично, при этом большинство мужчин и женщин будут жить дольше в хорошей физической форме, а также работать дольше, сохраняя под контролем пенсии и субсидии на здравоохранение.Действительно, самая захватывающая работа, проводимая в области науки о долголетии, касается того, чтобы сделать последние годы яркими, а не просто добавить время в конце.

Послевоенные медицинские исследования были сосредоточены на конкретных условиях: есть лаборатории болезней сердца, онкологические институты и так далее. Традиционные исследования предполагают, что хронические заболевания более позднего возраста, которые являются одними из основных убийц в стране, — сердечно-сосудистая блокада, инсульт, болезнь Альцгеймера — возникают индивидуально и требуют индивидуального лечения. Что, если вместо этого старение является основной причиной многих хронических заболеваний, и старение можно замедлить? Может увеличиться не только продолжительность жизни, но и «продолжительность здоровья».

Лекарства, продлевающие продолжительность жизни, становятся для исследователей-медиков тем же, чем вакцины и антибиотики были для предыдущих поколений в лаборатории: их Граалем. Если исследования, связанные со здоровьем, окажутся успешными, могут появиться такие же замечательные фармацевтические препараты, как и предыдущие поколения лекарств. В ходе этого процесса общество может узнать ответ на древнюю загадку: учитывая, что каждая клетка в организме млекопитающего содержит ДНК-образец здоровой молодой версии самого себя, почему мы вообще стареем?

Подсчет дрожжей

«Здесь, в наших морозильных камерах, у нас есть около 100 соединений, которые продлевают жизнь беспозвоночных», — говорит Гордон Литгоу, генетик из Института Бака.Он ходит со мной по лабораториям, расположенным в кампусе модернистских зданий, из которых открывается сказочный вид на залив Сан-Пабло и поощряются сказочные мысли. 100 соединений в морозильной камере? «Мы не знаем, работают ли они в людях».

В Институте Бака полно молодых исследователей. Джинсы и бейсболки San Francisco 49ers являются обычным явлением — это мог бы быть запуск программного обеспечения в Кремниевой долине, если бы микроскопы, клетки и камеры биологической изоляции не были повсеместными. Институт назван в честь Леонарда и Берил Бак, пары из округа Марин, которые передали нефтяные акции фонду, который, помимо прочего, занимался изучением причин старения людей.Когда институт открылся, медицинские исследования, направленные на замедление старения, считались донкихотскими — о чем говорят хиппи-хиппи, потягивая вино и наблюдая за закатом. Всего за 15 лет своего существования Институт Бака находится на гребне волны биологии.

В одной лаборатории исследователи кропотливо вмешиваются в хромосомы дрожжей. Дрожжи целесообразно использовать в качестве объекта исследования, потому что они живут всю жизнь на глазах аналитика, а также потому, что треть генов дрожжей похожи на гены человека.Удаление некоторых генов убивает дрожжи; удаление других заставляет дрожжи жить дольше. Почему удаление некоторых генов продлевает жизнь, неизвестно — исследователи Бака пытаются выяснить это в надежде, что затем они смогут перенести этот эффект на млекопитающих. Работа кропотливая, четыре микроскопа используются не менее 50 часов в неделю.

Бак использует аппараты электрокардиограммы Lilliputian и компьютерные томографы игрушечного размера для исследования внутренних органов мышей, поскольку цель состоит не только в том, чтобы они жили дольше, но и в том, чтобы они дольше оставались здоровыми, с меньшим количеством рака или сердечных заболеваний.Исследователи, интересующиеся вопросами старения, в основном работают с мышами, червями, мухами и дрожжами, потому что они маленькие и легко размещаются, а также потому, что они недолговечны, поэтому увеличение продолжительности жизни становится заметным быстро. «Двадцать лет назад продление жизни червей было действительно большим делом. Теперь это может сделать любой постдок », — говорит Саймон Мелов, генетик Бак. Эксперименты, финансируемые Национальным институтом старения, показали, что лекарства могут продлить жизнь мыши примерно на четверть, а исследователи Бака смогли обратить вспять возрастную сердечную дисфункцию у того же животного.Подумайте, как бы мир перевернулся, если бы человеческая продолжительность жизни резко подскочила еще на 25 процентов.

Каучук встретит дорогу испытаниями на людях. «Мы надеемся найти от 5 до 10 небольших молекул, которые увеличивают продолжительность здоровой жизни мышей, а затем проведем испытания на людях», — говорит Брайан Кеннеди, генеральный директор Buck Institute. Препарат под названием рапамицин, который проходит испытания в институте и в других местах, кажется наиболее близким к стадии испытаний и имеет революционный потенциал. Но помимо того, что испытания на людях вещества, продлевающего жизнь, являются этически сложными, они будут дорогостоящими и могут занять десятилетия.Внедрение миллиардов Google в эту область повышает вероятность испытаний на людях. Калико умалчивает о своих планах — компания согласилась позволить мне посетить, но отказалась.

Что знают киты, а мы — нет?

Исследования по борьбе со старением не обходятся без предшественников, некоторые из которых содержат предостережения. Поколение назад Лайнус Полинг, лауреат Нобелевской премии по химии, предположил, что мегадозы витамина С замедляют старение. Оказалось, что при мегадозах витамины могут стать токсичными.Если вы принимаете витамины, проглатывайте количество, рекомендованное Управлением по санитарному надзору за качеством пищевых продуктов и медикаментов.

Десять лет назад биотехнологический стартап под названием Sirtris стремился изобрести лекарства, имитирующие предполагаемые полезные свойства красного вина. GlaxoSmithKline купила Sirtris за 790 миллионов долларов в сегодняшних деньгах, деньги, которые компания может пожелать вернуть: эксперименты с Sirtris еще не привели к созданию какого-либо практического продукта.

Около 15 лет назад Брюс Эймс, опытный ученый из Калифорнийского университета в Беркли, предположил, что ацетилкарнитин, регулирующий митохондрии клеток, в сочетании с антиоксидантом может замедлять старение при лечении легкой формы болезни Альцгеймера. Антиоксидант стал модным словом в маркетинге пищевых добавок и шарлатанстве в стиле доктора Оз. Слишком много антиоксидантов вредно для здоровья, поскольку окисление важно для дыхания организма. Эймс подумал, что он нашел соединение, которое безопасно снижает скорость, с которой клетки изнашиваются. Он начал принимать ацетилкарнитин и продолжает работать в Беркли в возрасте 85 лет; Неизвестно, смог бы он в любом случае прожить такое долголетие. Фармацевтические компании не проявили особого интереса к идее Эймса — ацетилкарнитин встречается в природе, поэтому его нельзя запатентовать, и, что еще хуже, с точки зрения Big Pharma, это вещество недорогое.

Сегодня результаты лабораторных исследований показывают четкую взаимосвязь между диетой с ограничением калорий и продолжительностью жизни мышей. То, что меньшее употребление пищи увеличивает продолжительность жизни мелких млекопитающих, является самым убедительным открытием исследований по борьбе со старением на данный момент. Ограничительная диета, кажется, переводит мышиные клетки в состояние, отдаленно напоминающее спячку; Неизвестно, сработает ли ограничение калорийности у людей. Может показаться, что кампания против калорий имеет широкую практическую привлекательность, поскольку то, что рекомендуется — есть меньше — ничего не стоит.Но если мышки являются показателем, нужно съесть на на меньше, снизив потребление калорий до уровня, при котором человек испытывает приступы голода в течение дня. «Ограничение калорийности — модная диета в Северной Калифорнии, — сказал мне Мелов. «К нам в институт приехала группа ограничения калорийности пищи. Они не выглядели здоровыми ».

Большинство исследований предполагает, что возникают хронические заболевания, и их нужно лечить индивидуально. Что, если вместо этого старение является основной причиной многих хронических заболеваний, и старение можно замедлить?

Недавно отдельные группы из Гарварда, Стэнфорда и Калифорнийского университета в Сан-Франциско сообщили, что переливание крови мышей-подростков старым, истощенным мышам имело омолаживающий эффект на последних.Мысль о том, что старые богатые покупают кровь у молодых бедняков, омерзительна на многих уровнях. Цель исследования — определить, какой химический аспект молодой крови приносит пользу зрелым тканям. Возможно, соединения в подростковой крови возбуждают спящие стволовые клетки, и можно было бы разработать лекарство, которое запускало бы эффект без переливания.

Институт Бака и другие лаборатории занимались поиском ДНК здорового человека, которая может существовать у других млекопитающих. Киты гораздо реже, чем люди, заболевают раком.Белые медведи потребляют пищу с очень высоким содержанием жиров, но при этом не образуют артериальных бляшек. Если бы были поняты биологические пути появления таких качеств, можно было бы разработать лекарство, которое запускало бы эффект у людей. Подражание тому, что уже разработала природа, кажется более многообещающим, чем попытки изобрести новую ДНК.

У червей гены, называемые daf-2 и daf-16, могут изменяться таким образом, что беспозвоночные живут вдвое дольше естественной и имеют хорошую энергию. Молекулярный биолог по имени Синтия Кеньон, одна из первых нанятых в Calico, сделала это открытие более двух десятилетий назад, когда она была исследователем в Калифорнийском университете в Сан-Франциско.Манипулируя теми же генами у мышей, Кеньон смог заставить их жить дольше, с меньшим количеством раковых заболеваний, чем у мышей в контрольной группе, то есть с лучшим периодом здоровья. Ген daf-16 похож на человеческий ген foxo3, вариант которого связан с исключительной продолжительностью жизни. По слухам, препарат, имитирующий этот вариант foxo3, входит в число первых проектов Calico.

Прошло много времени с момента эврики Кеньона о генах червя, а она все еще далека от доказательства того, что это понимание может помочь людям.Но темп работы, которую она выполняет, ускоряется. Двадцать лет назад генетическое секвенирование и аналогичные формы исследования ДНК отнимали мучительно много времени. Новые методы и оборудование изменили это: например, одна из фирм из Силиконовой долины, предоставляющая лабораторные услуги, Sequetech, рекламирует: «Переходите от колонии [клетки] к последовательности» за один день. Ускоренные темпы сбора генетической информации могут пригодиться для исследований, связанных со здоровьем.

Институт Бака проявил осторожный оптимизм в отношении рапамицина, когда его свойства продления жизни были замечены в дрожжах.Лабораторные мыши, которым вводили рапамицин, умирают медленнее, чем естественным образом, и многие из старых мышей выглядят энергичными и молодыми. Разработанный для предотвращения отторжения пересаженных органов, рапамицин, кажется, изменяет некоторые химические процессы, связанные с клеточным старением. (Подробнее об этом позже.) Если окажется, что это лекарство замедляет старение у людей, это будет величайшее фармацевтическое применение не по прямому назначению за всю историю. Но не спрашивайте у врача рецепт — до оздоровительной терапии на основе рапамицина, если она вообще когда-нибудь случится, уйдут годы.Кеннеди, генеральный директор Института Бака, не принимает дозу рапамицина, побочные эффекты которого не изучены.

Курите, ешьте красное мясо, доживайте до 100

Исследователи из Института Бака худощавы: проблемы ожирения в обществе отсутствуют. Все поднимаются по лестнице; лифты рассматриваются как строго для посетителей. Если на территории площадью 488 акров есть автомат с конфетами, он хорошо спрятан. Я встретился с некоторыми исследователями за обедом в конференц-зале из стекла и хрома (здания Бака были спроектированы И.М. Пей и справедливо кричат ​​«Дайте мне архитектурную награду!»). Обед был аскетичным: вода и небольшой бутерброд с зеленью; никаких бокалов, газировки или печенья. Кеннеди говорит, что редко ест обед и каждую неделю пробегает до 20 миль. Тем не менее, даже если он все делает правильно с учетом текущих предположений о том, как предотвратить старение, в 47 лет Кеннеди имеет морщинки вокруг глаз.

За исключением инфекционных заболеваний, медицинские причины и следствия, как известно, трудно определить. Кофе, соль, масло: хорошо, плохо или ни то, ни другое? Исследования неубедительны.Почему у некоторых людей развиваются сердечные заболевания, а у других с такими же привычками — нет? Фрамингемское исследование сердца, проводящееся 66-й год и следящее за третьим поколением испытуемых, все еще борется с такими вопросами. Вам следует следить за своим весом, есть больше зелени и меньше сахара, регулярно заниматься спортом и хорошо высыпаться. Но вы должны поступать так, потому что это здравый смысл, а не потому, что есть неопровержимые доказательства того, что они помогут вам жить дольше.

Неопределенность, присущая медицинской практике, усиливается, когда речь идет о долголетии, потому что могут пройти десятилетия, прежде чем кто-нибудь узнает, приносит ли пользу конкретное лекарство или изменение образа жизни.Некоторые исследователи надеялись, что изучение очень старого не было золотой жилой. «Изучение образа жизни долгожителей может по-настоящему озадачить», — говорит Кеннеди. «Они курят больше и пьют меньше, чем мы можем предположить. Мало кто из вегетарианцев. Ничто не является окончательной причиной их долгой жизни ».

Среди первых широкомасштабных попыток понять геронтологию было Балтиморское лонгитюдное исследование старения, начатое федеральными исследователями в 1958 году и продолжающееся. Его нынешний директор Луиджи Ферруччи говорит: «Исследование показало, что инвалидность среди пожилых людей часто имеет тревожные признаки, которые могут быть обнаружены в молодости, и это понимание может привести к вмешательствам в раннем возрасте, которые уменьшают хронические заболевания в позднем возрасте.Но по некоторым важным вопросам, например, вызвано ли долголетие в основном генами или в основном образом жизни и окружающей средой, мы просто не имеем ни малейшего представления ».

Исследования близнецов показывают, что около 30 процентов долголетия передается по наследству. Это один из факторов, который вселяет в исследователей оптимизм: если 30 процентов долголетия передаются по наследству, возможно, лаборатории смогут разработать соединение, которое заставит химический состав крови любого человека имитировать то, что происходит в телах тех, кто родился с ДНК на долгую жизнь.«Но когда мы секвенируем геном, кажется, что только 1 процент связан с долголетием», — сказал мне Ферруччи. «Остальные 99 процентов предполагаемого генетического эффекта необъяснимы».

На медицинских конференциях Ферруччи любит показывать врачам и исследователям подробный медицинский профиль анонимного пациента, а затем просить их угадать ее возраст. «Предположения отклоняются на целых 20 лет выше или ниже, — говорит он. «Это потому, что с медицинской точки зрения мы не знаем, что такое« возраст ». Единственный способ определить возраст — спросить дату рождения.Вот на каком базовом уровне все еще находится это исследование ».

За исключением инфекционных заболеваний, медицинские причины и следствия, как известно, трудно определить. Кофе, соль, масло: хорошо, плохо или ни то, ни другое?

Старение, конечно же, влечет за собой старение. Клеточное старение, подмножество общего явления, является предметом восхищения в исследованиях долголетия.

Ткани и органы, из которых состоит наше тело, склонны к травмам, а клетки — к сбоям, из которых наиболее заметным является рак.Когда необходимо вылечить травму или остановить деление раковой ткани, соседние клетки передают химические сигналы, которые запускают восстановление поврежденных клеток или гибель злокачественных. (Очевидно, это упрощение.) У молодых система работает довольно хорошо. Но когда клетки стареют, они начинают посылать ложные срабатывания. Исцеляющая способность организма ослабевает, поскольку избыточное производство сигнала восстановления приводит к стойкому воспалению, которое является основой сердечных заболеваний, болезни Альцгеймера, артрита и других хронических заболеваний, связанных с течением времени.Машины изнашиваются, потому что не могут отремонтировать сами; наши тела изнашиваются, потому что теряют способность к самовосстановлению. Если бы потеря нашей способности к самовосстановлению замедлилась, здоровье в наши последующие годы улучшилось: более длительная гарантия, по аналогии с автомобилем.

«Если мы сможем выяснить, как избавиться от стареющих клеток или отключить их секрецию, — говорит Джудит Кампизи, руководящая исследованиями Института Бака по этой теме, — мы сможем предотвратить или уменьшить влияние многих хронических заболеваний старения».Неслучайно заболеваемость этими хроническими заболеваниями резко возрастает после 50 лет, когда количество стареющих клеток также увеличивается. Если вы верите, как и многие ученые, что старение является первопричиной многих хронических заболеваний, важно, чтобы мы понимали накопление стареющих клеток ». Рапамицин восхищает исследователей долголетия, потому что, похоже, он отключает сигнал репарации, ошибочно посланный стареющими клетками. Исследователи клиники Мэйо изучают другие вещества, ослабляющие эффекты клеточного старения; некоторые из них поддерживают мышей в форме дольше, чем обычно, что продлевает срок их здоровья.Многие пожилые люди переходят в годы прогрессирующей инвалидности, а затем становятся инвалидами. Если бы вместо этого большинство людей до самого конца пользовались разумной энергией, это было бы так же интересно для общества, как увеличение продолжительности жизни на годы.

Большие медицинские усилия обычно структурируются как нападения на определенные условия — «войну с раком» и так далее. Одна из причин — психологическая: богатый человек, переживший сердечный приступ или потерявший одного из родителей, создает основу для изучения проблемы. Другая причина носит символический характер: мы склонны рассматривать болезни как вызовы, брошенные нам природой, которые нужно преодолевать одну за другой.Если время само по себе окажется проблемой, междисциплинарное исследование старения может обогнать подход, основанный на отдельных заболеваниях. Еще поколение назад казалось совершенно безумным предположить, что старение можно «вылечить». Теперь лечение старения кажется, ну, только несколько безумным.

Споры об эскалаторах

Эскалатор продолжительности жизни на протяжении почти двух столетий повышался примерно по три месяца в год, несмотря на две мировые войны, пандемию гриппа 1918 года, эпидемию СПИДа и семикратный рост населения мира — последнее обманчиво важно, потому что считается, что стесненные условия более легко передают болезнь.Продолжится ли увеличение продолжительности жизни независимо от того, что может произойти в биотехнологиях? Позиция «да» представлена ​​Джеймсом Вопелем, основателем Немецкого института демографических исследований Макса Планка; против Джея Ольшанского, профессора общественного здравоохранения Иллинойского университета в Чикаго.

В 2002 году Ваупель опубликовал влиятельную статью в журнале Science , в которой задокументировал устрашающее линейное увеличение продолжительности жизни с 1840 года. Вопель пришел к противоречивому выводу, что «снижение смертности не следует рассматривать как разрозненную последовательность неповторимых революций, а скорее как обычное явление. поток непрерывного прогресса.«Никакие конкретные разработки или открытия не привели к росту: улучшения в области питания, общественного здравоохранения, санитарии и медицинских знаний — все помогли, но оперативным стимулом стал« поток непрерывного прогресса ».

Ваупель назвал это «разумным сценарием», согласно которому рост продолжится, по крайней мере, до тех пор, пока ожидаемая продолжительность жизни при рождении не превысит 100. Его взгляды не изменились. «Данные по-прежнему подтверждают выводы статьи 2002 года. Линейный рост продолжительности жизни продолжается », — сказал мне Ваупель в начале этого года.В недавнем отчете Центры по контролю и профилактике заболеваний обнаружили, что скорректированный по возрасту коэффициент смертности в США снизился до рекордно низкого уровня в 2011 году. Сегодня первыми четырьмя причинами смерти в Соединенных Штатах являются хронические возрастные заболевания: болезни сердца. , рак, хронические заболевания нижних дыхательных путей и инсульт. По мнению Ваупеля, до тех пор, пока уровень жизни будет улучшаться, продолжительность жизни будет увеличиваться.

На противоположной стороне этой медали Ольшанский сказал мне, что рост продолжительности жизни «скоро ударит по стене, если этого еще не произошло.Он отметил: «Большая часть увеличения продолжительности жизни в 20 веке была достигнута за счет снижения младенческой смертности, и это было разовое достижение». Младенческая смертность в Соединенных Штатах отстает от показателей некоторых других стран, но снизилась настолько — до одного случая на 170, — что остается мало возможностей для улучшения. «Спасение молодых оказывает огромное статистическое влияние на продолжительность жизни, — говорит Ольшанский. «Снижение детской смертности спасает всю жизнь человека. Предотвращение смертности среди молодых людей — скажем, с помощью вакцины — спасает большую часть жизни человека.Изменения в медицине или образе жизни, которые продлевают жизнь стариков, мало что добавляют к цифрам ». Ольшанский подсчитал, что если бы рак был устранен, продолжительность жизни в Америке увеличилась бы всего на три года, потому что на его место поджидает множество других хронических смертельных заболеваний. Он считает, что в 21 веке средняя продолжительность жизни увеличится «еще на 10 лет или около того» с бонусом в виде большей продолжительности жизни. Тогда прирост заметно замедлится или остановится.

«Предотвращение смертности молодых людей — скажем, с помощью вакцины — спасает большую часть жизни человека.Изменения в медицине или образе жизни, которые продлевают жизнь стариков, мало что добавляют к цифрам ».

Может ли человеческий возраст иметь биологический предел, не имеет значения в этой дискуссии. У француженки, жившей с 1875 по 1997 год, Жанна Кальман, была самая длинная подтвержденная продолжительность жизни — 122 года. Она явно выделяется, и, хотя выбросы мало что говорят нам, они намекают на то, что возможно. Ее возраст на момент смерти был намного выше средней продолжительности жизни, которую Ваупель или Ольшанский рассматривают в своих анализах.И в любом случае различные эксперты в разное время на протяжении последнего столетия утверждали, что продолжительность жизни приближалась к потолку, но это было доказано, что они ошибались.

Очевидно, что сокращение курения и вождения в нетрезвом виде способствовало снижению смертности. Количество убийств стало настолько значительным — количество перестрелок не обязательно прекратилось, но улучшенная реакция на травмы спасает больше жертв — что убийство больше не входит в число 15 основных причин смерти в Соединенных Штатах. Другие показатели здоровья тоже кажутся положительными. Все виды вредных выбросов в атмосферу и воду, за исключением парниковых газов, в долгосрочной перспективе сокращаются.Уменьшение количества смога, кислотных дождей и переносимой по воздуху сажи способствует долголетию — пожилые люди чувствительны к респираторным заболеваниям — в то время как снижение уровня промышленных токсинов может способствовать снижению заболеваемости раком. Ожидаемая продолжительность жизни может быть на 18 лет короче в округах США с низким доходом, чем в округах с высоким доходом, но Obamacare должна исправить некоторые из этого дисбаланса: Romneycare, принятый в 2006 году и во многих отношениях предшественник Obamacare, снижение смертности в малообеспеченных слоях населения. Округа Массачусетса. Эти и многие другие элементы «потока непрерывного прогресса» Ваупеля, похоже, способствуют долголетию.То же самое и с изменением климата: люди дольше живут в теплом климате, чем в холодном, и мир становится теплее.

Популярное внимание уделяется тому, определяет ли то, что мы съедаем, продолжительность нашей жизни: следует ли людям принимать рыбий жир и покупать органический пробиотический кефир? Не менее важно то, как устроены наши дома, семьи и дружба. Томас Перлз, профессор Бостонского медицинского центра, который анализирует геномы долгожителей, отмечает, что ожидаемая продолжительность жизни адвентистов седьмого дня примерно на десять лет больше, чем у сверстников того же возраста: «Они не пьют и не курят, большинство из них — вегетарианцы, они регулярно занимайтесь спортом, даже в старости, и отдыхайте еженедельно.Но что действительно поражает Перлза в адвентистах седьмого дня, так это то, что они поддерживают большие социальные группы. «Постоянное взаимодействие с другими людьми может раздражать, но в целом, кажется, мы поддерживаем интерес к жизни».

В течение многих лет американская социальная тенденция была далека от «постоянного взаимодействия с другими людьми» — меньшее количество семей с двумя родителями, меньшее количество детей в доме, сокращение участия в религиозной и общественной деятельности, бабушки и дедушки, живущие самостоятельно, электронное взаимодействие заменяет лицом к лицу во всем, от работы до свиданий.Процветание ассоциируется с небольшими домохозяйствами, но большой дом из нескольких поколений может быть лучшим для долгой жизни. Есть некоторые признаки того, что Великая рецессия увеличила количество людей, живущих в нескольких поколениях. Это может увеличить продолжительность жизни, по крайней мере, на время.

Единственный лучший критерий для измерения вероятной продолжительности жизни человека — это образование. Джон Роу, профессор политики в области здравоохранения Колумбийского университета и бывший генеральный директор Aetna, говорит: «Если бы кто-нибудь вошел в мой офис и попросил меня предсказать, сколько он проживет, я бы спросил две вещи: сколько вам лет и сколько лет ты получил образование? »

Последнее исследование Джея Ольшанского показывает, что продолжительность жизни американских женщин, не имеющих аттестата о среднем образовании, с 1950-х годов увеличилась относительно незначительно, в то время как продолжительность жизни высокообразованных женщин с тех пор резко выросла.Сегодня наиболее образованные американцы в среднем живут на 10–14 лет дольше, чем наименее образованные. «Из данных ничего не видно, как связь между образованием и продолжительностью жизни», — говорит Ольшанский. «Хорошая новость заключается в том, что доля менее образованного населения Америки постепенно сокращается. Плохая новость заключается в том, что отсутствие образования кажется даже более смертоносным, чем это было в прошлом ».

Образование не синхронизируется с продолжительностью жизни, потому что чтение Достоевского снижает кровяное давление; колледж — это прокси для других аспектов жизни человека.По сравнению с менее образованными людьми со степенью бакалавра доход выше, они меньше курят, реже страдают избыточным весом и с большей вероятностью будут следовать указаниям врачей. Выпускники колледжей с большей вероятностью вступят в брак и останутся в браке, а брак полезен для вашего здоровья: женатые страдают меньше сердечных приступов и инсультов, чем одинокие или разведенные.

Многие из социальных достижений, которые увеличивают продолжительность жизни — улучшение санитарии, уменьшение загрязнения, улучшенные отделения неотложной помощи — предоставляются всем на эгалитарной основе.Но сегодняшние государственные средние школы ужасны во многих городских районах и в целом по штатам, включая Калифорнию. Законодательные органы сокращают поддержку государственных университетов, а стоимость высшего образования растет быстрее, чем инфляция. Эти вопросы обсуждаются с точки зрения справедливости; возможно, к обсуждению следует добавить здоровье. Если образование — главный козырь долголетия, верхний квинтиль может оторваться от остальных.

Старение и политика

В обществе доминируют старые — старые политические лидеры, старые судьи.С каждым годом по мере увеличения продолжительности жизни усугубляется межпоколенческий дисбаланс. Старые требуют льгот, за которые молодежь должна платить, в то время как люди в возрасте от 20 лет разочаровываются, чувствуя, что колода складывается против них. Государственный долг растет угрожающими темпами. Инновации и свежее мышление исчезают по мере того, как энергия тратится на защиту нынешних договоренностей о разрезании пирогов.

Это не предсказание будущего Соединенных Штатов, а, скорее, описание Японии прямо сейчас.Страна восходящего солнца — самая серая нация в мире. Средний возраст уже составляет 45 лет (для сравнения, в США — 37), а к 2040 году он вырастет до 55 лет. Как отметил Николас Эберштадт, демограф из Американского института предпринимательства, средний возраст в пенсионном убежище составляет Палм-Спрингс, Калифорния, в настоящее время 52 года. Япония становится целой нацией жителей Палм-Спрингс.

Число американцев в возрасте 65 лет и старше может достигнуть 108 миллионов в 2050 году. Это все равно, что добавить еще три Флорида, населенных исключительно пожилыми людьми.

Серость Японии проистекает из очень низкого уровня фертильности — нехватки младенцев, чтобы снизить средний возраст — и строгих барьеров для иммиграции. Соединенные Штаты остаются нацией иммигрантов, и из-за постоянного притока молодежи средний возраст в США не выйдет из строя даже при увеличении ожидаемой продолжительности жизни: согласно оценке Организации Объединенных Наций «Мировые демографические перспективы», средний возраст в США будет увеличиваться. вырастет до 41 к середине века.

Тем не менее, то, что Япония стала первой крупной страной, поседевшей и имеющей самые большие долги, не обнадеживает.Когда-то Японию опасались как Годзиллу мировой торговли, но когда она стала серой, ее экономика вступила в длительный цикл мягкого роста. В 2012 году центристская Демократическая партия Японии, в то время возглавлявшая сейм, поддержала налог, цель которого заключалась не в выплате того, что страна должна, а просто в замедлении темпов заимствования. Партия сразу получила одобрение избирателей. В прошлом году государственный долг Японии составил 10 триллионов долларов, что вдвое превышает ВВП страны.

Шейла Смит, специалист по Японии в Совете по международным отношениям, сказала мне: «У молодых людей в Японии один из самых низких показателей участия в выборах в мире.Они думают, что старая система настолько настроена в их пользу, что в политической деятельности нет смысла. Молодежь не радует будущее ». В новостные сообщения о том, что молодые японцы стали настолько апатичными, что они потеряли интерес к сексу, трудно поверить, но они могут содержать некоторую долю правды.

Молодые городские японцы наверняка знают, что их старшие звонят по счетам, чтобы передать им, но они также знают, что если финансирование пенсионеров сократится, бабушка может захотеть переехать в их очень маленькую квартиру.По мере увеличения продолжительности жизни японец, вступающий в беззаботную фазу раннего взросления, может обнаружить, что родители, бабушки и дедушки ожидают, что о них будут заботиться. Поскольку единственный ребенок является обычным явлением в новом поколении Японии, большая часть стареющих людей может обратиться к одному молодому человеку за финансовой поддержкой или уходом, или за обоими. Доступ к государственным займам, возможно, стал для молодых японцев способом удержать старшее поколение подальше от квартиры — даже если это означает сокрушение государственного долга в будущем.

То, что Америка может стать больше похожей на Японию — неуклонно стареть, с растущим долгом и замедлением экономического роста — вызывает тревогу. Со второй половины правления администрации Джорджа Буша до 2013 года государственный долг США увеличился более чем вдвое. Федеральное правительство занимало деньги, как будто завтра не наступило. Выплата долгов, в которой виноваты лидеры обеих политических партий, была прелюдией к уходу на пенсию бэби-бумеров. Завтра может наступить.

Предположим, что эскалатор замедляется, и преобладают консервативные предположения о продолжительности жизни.В исследовании 2009 года Ольшанский прогнозировал будущую демографию по сценарию «удар в стену». Число американцев в возрасте 65 лет и старше, которое сегодня составляет 43 миллиона, может достигнуть 108 миллионов в 2050 году — это все равно, что добавить еще трех Флорида, населенных исключительно пожилыми людьми. «Самая старая старая» когорта, люди 85 лет и старше, может увеличиться как минимум в пять раз, до более чем 6 процентов граждан США. Ольшанский прогнозировал, что к 2050 году ожидаемая продолжительность жизни увеличится на три-восемь лет по сравнению с возрастом, используемым Управлением социального обеспечения для оценки платежеспособности своей системы, при этом прогнозируя, что к 2050 году Medicare и Social Security вырастут на 3 доллара.2 трлн 8,3 трлн долларов нефинансируемых обязательств. (Государственные и местные органы власти имеют еще не менее 1 триллиона долларов в виде нефинансируемых пенсионных обязательств.) Эти обескураживающие цифры исходят от ведущего аналитика, который считает, что рост продолжительности жизни замедляется.

Когда президент Обама вступил в должность, попечители Службы социального обеспечения заявили, что текущая структура пособий финансируется до 2037 года. Теперь бюджетное управление Конгресса заявляет, что год расплаты может наступить уже в 2031 году. Штаты могут «финансировать» свои пенсионные обязательства с использованием нечеткой математики : Нью-Йорк выпускает векселя; Иллинойс и Нью-Джерси продают долговые инструменты, очень похожие на мусорные облигации.Многие частные пенсионные планы недофинансированы, и Корпорация по гарантиям пенсионных пособий, которая на бумаге, кажется, страхует их, — это несчастный случай, ищущий место, где произойти. Дважды за последние три года Конгресс голосовал за разрешение корпорациям откладывать отчисления в пенсионные планы. Это заставляет их платить больше налогов в текущем году, что дает Конгрессу больше средств, а в дальнейшем усугубляет проблемы. Фонд социального обеспечения по инвалидности может обанкротиться уже в конце 2016 года. Расходы на медицинское обслуживание растут быстрее, чем расходы на социальное обеспечение, и их труднее предсказать.Прогнозы показывают, что основной компонент Medicare, его больничный фонд, обанкротится к 2030 году.

Если хронические заболевания, связанные со старением, можно предотвратить или значительно отсрочить, дорогостоящие статьи в Medicare могут не исчезнуть.

Бюджетное управление Конгресса оценивает, что в течение следующего десятилетия весь рост федеральных расходов на будет происходить за счет выплат — в основном социального обеспечения и медицинской помощи — и процентов по государственному долгу. Беспартийный аналитический центр Third Way подсчитал, что в начале президентства Кеннеди федеральное правительство потратило 2 доллара.50 на государственные инвестиции — инфраструктуру, образование и исследования — на каждый доллар, потраченный на выплату пособий. К 2022 году, по прогнозам Third Way, правительство потратит 5 долларов на пособия на каждый доллар государственных инвестиций. Инфраструктура, образование и исследования ведут к экономическому росту; Правовые субсидии просто позволяют нации идти по воде.

Если продолжительность здоровья может быть улучшена, затраты на инвалидность, связанную со старением, станут управляемыми. Не так давно огромные суммы тратились на «железные легкие» и санатории для лечения полиомиелита: профилактика болезни оказалась намного дешевле, чем ее лечение.Если хронические заболевания, связанные со старением, можно предотвратить или значительно отложить, дорогостоящие статьи в Medicare могут не сойти с рельсов.

Но если продолжительность жизни не улучшится, увеличение продолжительности жизни может превратить инвалидность по мере старения в экономический кризис. Сегодня Medicare и Medicaid ежегодно тратят около 150 миллиардов долларов на пациентов с болезнью Альцгеймера. При отсутствии прогресса в борьбе со старением количество людей с болезнью Альцгеймера может утроиться к 2050 году, когда общество будет платить за лечение болезни Альцгеймера столько же, сколько из текущего бюджета на оборону.

Многие виды инвалидности, связанные с преклонным возрастом, не могут быть решены с помощью фармацевтических препаратов или высокотехнологичных процедур; требуются опекуны. Оказание личного ухода за инвалидом в возрасте — задача, которую мало кто хочет брать на себя. Уже сейчас многие списки профессий с наибольшим количеством вакансий возглавляются «опекуном» или «помощником медсестры», профессиями с высокой текучестью.

По мере увеличения продолжительности жизни увеличивается и количество живых бабушек и дедушек. Семьи, в которых когда-то мог быть один «старший старый» родственник, оказываются с тремя или четырьмя, и все они ждут ухода или денег.В то же время традиционные генеалогические деревья заменяются схемами, напоминающими карты лондонского метро. Будут ли дети из смешанных семей чувствовать такую ​​же обязанность заботиться о стареющих приемных родителях, как они чувствуют себя биологическими родителями? Одно только вхождение фразы биологический родитель в национальный лексикон говорит о масштабах изменения.

Поскольку Япония находится на переднем крае увеличения продолжительности жизни, ее интерес к робототехнике может быть пугающим. Foxconn, азиатский гигант электроники, производит для японского рынка жуткую механизированную вещь под названием Pepper, которая призвана обеспечивать компанию пожилым людям.Возможно, появятся более сложные устройства. Будущее, в котором большое количество очень старых, недееспособных людей смотрят вдаль, пока роботы-помощники щелкают и гудят, было бы плохим научно-фантастическим фильмом, если бы у него не было серьезных шансов на существование.

Проблема старения руководства

По мере старения населения растут и действующие политические силы — и они стареют на месте. Компьютеризированный поэтапный анализ голосования и бесстыдное мошенничество — новый шестой избирательный округ Мэриленда — такой странной формы, что он поставил бы в неловкое положение Элбриджа Джерри — как никогда ранее закрепившие за действующими лицами власть.Законы о финансировании избирательных кампаний, кажется, продвигают реформы, но на самом деле они были сфальсифицированы, чтобы отпугнуть противников. С учетом увеличения продолжительности жизни и усиления власти обе палаты Конгресса стали старейшими из когда-либо существовавших: среднему сенатору 62 года; средний представитель — 57.

Ожидается, что седеющий Конгресс будет в первую очередь озабочен защитой статус-кво. Правительство может склеротировать в тот самый момент, когда старение населения требует новых идей.«У должности уже есть огромное преимущество», — сказал мне один опытный политический деятель. «По мере того, как люди живут дольше, действующие игроки будут укрепляться. Стром Турмонд больше не может быть необычным. Многие с обеих сторон могли слишком долго цепляться за власть, замораживая свежее мышление. Это не пойдет на пользу демократии ». Оратор не был звездным радикалом: это был Карл Роув.

Девять судей первого Верховного суда заседали в среднем девять лет; последние девять уезжают, в среднем 27 лет.

Теперь подумайте о Верховном суде, поскольку продолжительность жизни увеличивается. Девять судей первого суда заседали в среднем девять лет; последние девять уезжают, в среднем 27 лет. Джон Пол Стивенс, вышедший на пенсию последним, был судьей 35 лет. Если Кларенс Томас доживет до актуарной ожидаемой продолжительности жизни мужчины его нынешнего возраста, он мог бы быть судьей Верховного суда в течение 40 лет.

Создатели были бы ошеломлены идеей о том, что небольшая группа неизбранных властителей будет господствовать над политическим телом на протяжении десятилетий.Когда писалась Конституция, никто не мог предположить, насколько увеличится продолжительность жизни и сколько власти получит Верховный суд. Чтобы демократия продолжала развиваться по мере старения общества, законы о кампаниях должны измениться, чтобы помочь претендентам иметь шанс противостоять действующим президентам, а также необходимо внести поправки в Конституцию, чтобы наложить ограничение на срок полномочий Верховного суда, чтобы утверждение в качестве судьи перестало быть пожизненным назначением на должность судьи. роялти.

Новый взгляд на пенсию

В 1940 году типичный американец, достигший 65 лет, в конечном итоге провел на пенсии около 17 процентов своей жизни.Сейчас эта цифра составляет 22 процента и продолжает расти. Тем не менее, социальное обеспечение остается структурированным, как если бы долголетие застряло в прошлом веке. Вариант досрочного выхода на пенсию, добавленный Конгрессом в 1961 году — начать рисовать в возрасте 62 лет, хотя и с меньшими выплатами — привлекателен, если жизнь коротка, но имеет неприятные последствия по мере увеличения продолжительности жизни. Люди, выбравшие раннее социальное обеспечение, могут дожить до 80 лет, потратив свои сбережения, и столкнутся с годами жизни на небольшую сумму, а не на полную выгоду, которую они могли бы получить.Опросы показывают, что американцы постоянно недооценивают свою продолжительность жизни — удобное предположение, которое оправдывает досрочный выход на пенсию и расходы сейчас, в то же время вызывая зависимость в долгосрочной перспективе.

Джеймс Вопел предупредил, что отказ признать устойчивый рост долголетия «искажает решения людей о том, сколько сберегать и когда выходить на пенсию», и дает «право политикам откладывать болезненные изменения в системе социального обеспечения». Рональд Рейган был последним президентом, принявшим закон, учитывающий изменения продолжительности жизни.Его администрация увеличила будущий возраст для получения полных пособий по социальному обеспечению с 65 до 66 или 67 лет, в зависимости от года рождения. Возможно, 99 процентов членов Конгресса согласятся в частном порядке, что пенсионная экономика должна измениться; никто не коснется этого третьего рельса. Получение большего дохода от системы социального обеспечения за счет снятия верхнего предела налога на заработную плату, который в настоящее время составляет 117 000 долларов, является единственным политически привлекательным вариантом, поскольку это затронет только обеспеченные слои населения. Но Бюджетное управление Конгресса недавно пришло к выводу, что даже этот вариант «замочить богатых» недостаточен для предотвращения банкротства социального обеспечения.Требуется по крайней мере еще одно изменение, например, более поздний выход на пенсию или пересмотр формулы расчета стоимости жизни. Справедливо предположение, что правительство ничего не предпримет в отношении реформы социального обеспечения, пока не разразится кризис, а затем предпримет панические, необдуманные шаги, которых можно было бы избежать благодаря дальновидности.

Американцы могут осуждать тупиковую ситуацию в правительстве, но они не могут обвинять кого-либо в своих решениях. Пенсионные сбережения людей просто должны увеличиваться, хотя это означает финансовую самодисциплину, которой американцы не славятся.Помимо этого, большинству людей, вероятно, потребуется по-новому взглянуть на то, каким должен быть выход на пенсию: не тумблер — без работы вообще после нескольких лет работы на полную ставку, — а континуум, по которому человек постепенно переключается на неполный рабочий день. , а затем работать время от времени. Давайте назовем это «выходом на пенсию», а не выходом на пенсию: фаза продолжения зарабатывать и откладывать по мере того, как заканчивается работа на полную ставку.

Широкое распространение пенсионных программ потребует изменений в государственной политике и в отношениях работодателей.Банки не думают о небольших ссудах, чтобы помочь человеку во второй половине жизни начать домашний бизнес, но такое кредитование может быть жизненно важным для седеющего населения. Многие работодатели обязаны продолжать предлагать медицинское страхование тем, кто остается на работе после 65 лет, даже если они имеют право на участие в программе Medicare. Надбавки работодателей для этих работников намного выше, чем для молодых работников, а это значит, что у работодателей может быть логическая причина требовать отчисления на заработную плату любому человеку старше 65 лет. Отмена этого требования сделает пожилых людей более привлекательными для работодателей.

Многие люди могут посчитать, что продолжение работы, но в менее стрессовых обстоятельствах неполной занятости предпочтительнее золотых часов, чем безделья. Постепенное переключение на более низкую передачу могло бы помочь пожилым людям стать волонтерами, в которых дела никогда не заканчиваются. Выход на пенсию может быть более привлекательным, чем традиционный выход на пенсию. Для того, чтобы это стало возможным, необходимо более длительное время здорового образа жизни.

Более долгая жизнь в соответствии с направленной эволюцией

Понимание эволюционной биологии старения может помочь в поисках улучшения продолжительности жизни.Каждая клетка тела содержит код ДНК для свежей, здоровой клетки, но этот план не используется, когда мы стареем. Эволюционисты, включая Альфреда Рассела Уоллеса, играли с идеей запрограммированной смерти — представлением о том, что естественный отбор «хочет» смерти старых животных, чтобы высвободить ресурсы для молодых животных, которые могут нести развитые генетические структуры. Современные взгляды склонны считать, что вместо того, чтобы пытаться заставить старых животных умереть, естественный отбор просто не имеет механизма вознаграждения за долголетие.

Фелипе Сьерра, исследователь из Национального института старения, говорит: «Эволюция не заботится о том, чтобы вы вышли из репродуктивного возраста. Он не хочет, чтобы вы ни жили дольше, ни умирали, ему все равно. С точки зрения естественного отбора, животное, которое завершило размножение и выполнило начальную стадию выращивания молодняка, могло также быть чем-то съедено, поскольку любое благоприятное генетическое качество, которое проявляется в более позднем возрасте, не может быть передано ». Поскольку мутация, способствующая долголетию, не может повысить вероятность воспроизводства животного, давление отбора действует только на детенышей.

Поколение назад теоретики подозревали, что менопауза была эволюционной адаптацией исключительно для рода Homo — женщины перестают тратить энергию на вынашивание детей, чтобы они могли дольше заботиться о тех, кто уже родился, как матери и бабушки. Согласно теории, это увеличивает шансы детей на выживание, позволяя им передавать семейные гены. Тем не менее, недавние исследования показали, что животные, в том числе львы и павианы, также проходят через менопаузу, которая все больше похожа на неисправность стареющих клеток, чем на качество, вызванное давлением отбора.Что касается идеи о том, что бабушки и дедушки помогают своим внукам процветать, способствуя долголетию — «эффект бабушки», — это тоже не получило результатов в исследованиях.

«Эволюция не заботится о том, чтобы вы вышли из репродуктивного возраста. Он не хочет, чтобы вы ни жили дольше, ни умерли, ему просто все равно ».

Ключевой момент: если ничего не происходит после того, как человек воспроизводит медведей, на которых процветают гены, значит, природа никогда не отбирала качества, продлевающие продолжительность жизни. Эволюция благоприятствует силе, интеллекту, рефлексам, сексуальной привлекательности; он не способствует длительной работе организма.Например, растущему организму нужен кальций, поэтому природа выбрала его по способности усваивать этот элемент. В более позднем возрасте кальций вызывает жесткость артерий — проблему, которую эволюция не имеет механизма, чтобы исправить, поскольку затвердевшие артерии не возникают, пока не станет слишком поздно для естественного отбора принять сторону какой-либо полезной мутации. Тестостерон необходим молодому мужчине; у стареющего мужчины это может быть фактором рака простаты. Эволюция никогда не защищалась от этого.

Подобных примеров предостаточно; наиболее важными могут быть стареющие клетки.Естественный отбор, вероятно, отдает предпочтение чертам, снижающим риск рака, потому что рак может поразить детенышей до достижения репродуктивного возраста. Старение не происходит до тех пор, пока эволюция перестает быть в игре, поэтому естественный отбор оставил все тела млекопитающих с дефектом, который приводит к старению и смерти.

Если бы старение можно было замедлить, вряд ли мужчины и женщины стали бы бессмертными. Насилие, несчастные случаи и заразные болезни по-прежнему убивают. Даже если мы избавимся от хронических заболеваний, в конечном итоге наши тела выйдут из строя.

Но предположение, что лекарства или даже генетическая терапия могут изменить человеческое тело таким образом, чтобы продлить его жизнь, не является легковерным футуризмом. Брайан Кеннеди из Института Бака отмечает: «Поскольку естественный отбор не помог нам в старении, есть шанс на быстрое улучшение. Последние BMW близки к совершенству. Как инженер может их улучшить? Но сейчас Model T будет легко улучшить. В молодости генетически мы — BMW. По мере старения мы становимся Моделью Ц. Эволюционные улучшения еще не начались.

Более серое, спокойное, лучшее будущее

В дикой природе молодых животных больше, чем старых; человечество движется к обществу, в котором пожилых людей больше, чем недавно прибывших. Такой мир будет отличаться от сегодняшнего во многих внешних аспектах. Места с теплой погодой, вероятно, станут еще более популярными, хотя с изменением климата к местам с теплой погодой можно отнести Буффало, штат Нью-Йорк. Рейтинги громкого и агрессивного футбола могут упасть, в то время как бейсбол и театр переживают ренессанс.Возврат к городам, инициированный образованной молодежью, может уступить место еще одной фазе роста пригородов и пригородов, ориентированной на автомобили.

Университет, важный аспект современной экономики, столетия назад был местом, где новенькие были подготовлены к короткой жизни; сегодня университет — это место, где взрослые смотрят, как дети и внуки идут к Pomp and Circumstance . Университет будущего может быть тем, который обслуживает все возрасты. Колледжи изменят свою экономическую позицию, так как они будут предлагать пожилым людям столько же, сколько и подросткам: курсы будут оцениваться индивидуально для тех, кто ищет новые знания; множество мероприятий в кампусе, интересных для студентов, родителей и общества в целом; приятная атмосфера студенческого городка, где можно уединиться.В ближайшие десятилетия профессора колледжей смогут обращаться к студентам в возрасте от 18 до 80 лет.

Продукция, предназначенная для пожилых людей, уже широко используется на телевидении, особенно во время выпусков новостей и прогнозов погоды. Реклама, адресованная пожилым людям, может занять доминирующее положение в эфире, если все еще есть телевидение. Но потребительство может снизиться. Неврологические исследования здоровых стареющих людей показывают, что части мозга, связанные с поиском награды, со временем светятся все меньше.Будь то горячая новая мода или мороженое с мороженым, пожилые люди в целом не желают приобретений так сильно, как молодые и люди среднего возраста. На протяжении поколений осуждаемый писателями и духовенством, вопиющий избыток отражал все нападения. Увеличение продолжительности жизни может, наконец, стать противовесом материализму.

Если период здоровья увеличивается, нуклеарная семья может считаться менее центральной. Вынашивание и воспитание детей перестало бы быть всеохватывающим событием в жизни.

Могут быть и более глубокие изменения.Люди в возрасте от подросткового возраста до позднего 20-летнего возраста гораздо чаще совершают преступления, чем люди других возрастов; По мере того, как общество сереет, снижение преступности должно продолжаться. Насилие во всех проявлениях также должно продолжаться вниз. Ужасные заголовки из Афганистана или Сирии — исключения из общей тенденции к уменьшению количества войн и конфликтов меньшей интенсивности. Как Стивен Пинкер показал в своей книге « Лучшие ангелы нашей природы » 2011 года, общее количество боевых потерь, включая косвенные потери от экономического ущерба, связанного с боевыми действиями, снижается, несмотря на рост населения планеты.В 1950 году один человек из 5000 во всем мире погиб в результате боевых действий; к 2010 году этот показатель снизился до одного человека из 300 000. В последние годы в автокатастрофах погибло гораздо больше людей, чем в результате боевых действий. Одновременно сократились военные расходы на душу населения. Моя любимая статистика о мире: Стокгольмский международный институт исследования проблем мира сообщает, что с учетом сегодняшних долларов глобальные военные расходы на душу населения снизились на одну треть за последнюю четверть века.

Окончание «холодной войны» и порожденные ею конфликты, которые она порождает, оказывают очевидное влияние на прекращение войны, равно как и экономическая взаимосвязанность.Но старение также может быть фактором. Несмотря на оптику контркультуры, опросы показали, что молодежь с большей вероятностью поддержит войну во Вьетнаме, чем старики; молодые люди с большей вероятностью также поддержали вторжение в Ирак в 2003 году. Исследования Джона Мюллера, политолога из Университета штата Огайо, показывают, что с возрастом люди теряют энтузиазм по поводу войны. Возможно, это потому, что пожилые люди, как правило, мудрее молодых — и разве мир не может использовать больше мудрости?

Пожилые люди также сообщают социологам и психологам о большем чувстве благополучия, чем молодые и люди среднего возраста.На последних этапах жизни материальные и романтические желания были достигнуты или от них отказались; страсти остыли; и для большинства накоплен богатый запас воспоминаний. Одно из основных утверждений исследования благополучия психолога из Принстонского университета Дэниела Канемана состоит в том, что «в конце концов, воспоминания — это все, что вы храните» — то, что в уме, имеет большее значение, чем то, что у вас есть. Независимо от собственного капитала, пожилые люди в этом смысле состоятельны.

Если большое количество людей проживет более долгую жизнь при достойном здоровье, общее благосостояние человеческой семьи может существенно повыситься.В «Как вам это понравится», Жак заявляет: «Человек в свое время играет много ролей, его действия — семь возрастов». Первые пять воплощают обещание и силу — младенец, школьник, любовник, солдат и успех. Поздние фазы полностью негативны — pantaloon, период шуток о том, что они выглядят старыми и становятся бессильными; затем второе ребячество, переход к старческой зависимости. По мере увеличения продолжительности жизни и продолжительности здоровья семь возрастов могут потребовать пересмотра, при этом поздние фазы жизни будут рассматриваться как положительный опыт кульминации и удовлетворения.

Далее, возможно, следует переосмысление жизни как более структурированной вокруг дружбы, чем вокруг семьи, основной ячейки человеческого общества со времен доисторических туманов. За короткую жизнь прошлых веков все, на что могли надеяться мужчина или женщина, — это рожать и растить детей; последовало расслабление. Сегодня жизнь длиннее, но экономика, основанная на образовании, требует больших вложений в детей — современные родители по-прежнему помогают детям в возрасте до 20 лет. Как и раньше, когда воспитание детей окончательно прекращается, начинается упадок.

Но если период здоровья увеличится, нуклеарная семья может стать менее центральной. Для большинства людей вынашивание и воспитание детей перестало бы быть всепоглощающим событием в жизни. После воспитания детей может ожидаться фаза десятилетий дружбы — потенциально более удовлетворяющая, чем эмоционально заряженные, но быстро горящие узы юности. Подобные изменения могут иметь более серьезные последствия для общества, чем изменения в графике работы или экономике здравоохранения.

Независимо от того, куда ведет рост ожидаемой продолжительности жизни, направление будет в неизведанное — для общества и для мира природы.Фелипе Сьерра, исследователь из Национального института старения, говорит об этом так: «Человеческое этическое убеждение в том, что смерть следует откладывать как можно дольше, не существует в природе — от чего мы сейчас, в любом случае, отходим».

3. Человечество у пропасти; на кону его будущее

В следующих разделах представлены подборки комментариев технологических экспертов и футурологов, которые подробно рассказывают о том, как использование Интернета повлияло на человечество за последние 50 лет, и рассматривают потенциальное будущее цифровой жизни.Они собраны в рамках общих, всеобъемлющих идей, а не привязаны к конкретным темам, выделенным выше. Многие ответы касаются нескольких аспектов цифрового будущего и не заключены в рамки, поскольку затрагивают только одну часть истории. Некоторые ответы слегка отредактированы для удобства чтения.

Осторожный оптимизм, выраженный многими экспертами, опрошенными для этого отчета, вырос из общей веры в человечество. Многие описали текущее состояние techlash как катализатор, который приведет к более инклюзивному и привлекательному Интернету.Некоторые из этих комментариев включены ниже.

Мика Альтман , старший научный сотрудник Брукингского института и главный научный сотрудник программы по информатике в библиотеках Массачусетского технологического института, написал: «Покойный историк Мелвин Кранцберг проницательно заметил:« Технологии не являются ни хорошими, ни плохими; и при этом он не нейтрален ». За последние 50 лет Интернет произвел революционные преобразования. В ближайшие 50 лет информационные, коммуникационные и ИИ-технологии станут еще более заметными.Считают ли историки будущего это хорошим или плохим, будет зависеть от того, сможем ли мы сделать общественный выбор и внедрить демократические ценности и права человека в разработку и внедрение этих систем ».

Хуан Ортис Фройлер , политический сотрудник, и Нненна Нваканма , временный директор по политике в Африке в Web Foundation, написали: «Если мы не увидим в ближайшее время радикальный сдвиг, Интернет, каким мы его знаем, вероятно, будет отозван как упущенная возможность. История подчеркнет, что это могло быть основой для радикально инклюзивных обществ, в которых сетевые сообщества могли бы активно определять свое коллективное будущее.Инструмент, который мог бы расширить возможности людей, но стал инструментом массового наблюдения и контроля над населением. Инструмент, который мог бы укрепить социальную основу, позволив людям узнать друг друга и поделиться своими историями, но из-за этого выросло огромное неравенство между подключенными и не подключенными как на местном уровне, так и между странами ».

Стивен Миллер , проректор и профессор информационных систем Сингапурского университета менеджмента, сказал: «В целом будущее будет в основном к лучшему.И если это в основном не к лучшему, причины НЕ будут связаны с технологиями как таковыми. Причины будут связаны с выборами, людьми и обществом — политическим выбором, выбором в соответствии с тем, как мы управляем обществом, выбором в соответствии с тем, как мы заботимся о потребностях нашего населения и общества. Это люди и политические вопросы, а не технологические. Это факторы, которые будут иметь решающее значение в зависимости от того, стало ли людям лучше или хуже ».

Пол Джонс , профессор информатики Университета Северной Каролины, Чапел-Хилл, ответил: «Хотя Интернет с самого начала создавался как открытый и расширяемый, он опирается на сообщества, пользующиеся доверием.Как мы видим, такая зависимость имеет серьезные недостатки — фишинг, фальшивые новости, чрезмерную настройку и трайбализм для начинающих. Добавление систем доверия, начиная с обещаний блокчейна, будет и должно устранить этот недостаток. Усилит ли следующий Интернет позитивные стороны индивидуализма, равенства и сотрудничества, или мы станем не более чем Морлоками и Элоями? Я по-прежнему оптимистичен, поскольку мы решаем не только инженерные задачи, но и возникающие человеческие и социальные проблемы. Все инструменты, включая медиа, являются продолжением человека.«Мы придаем форму нашим инструментам, а затем наши инструменты формируют нас», — замечает Маклюэн. Ничего не может быть более верным в отношении следующего Интернета и нашей жизни в отношении доступа к информации. Можем ли мы творить способами, которые сейчас неизвестны, если мы меньше полагаемся на запоминание и расчет? Сможем ли мы лучше решать проблемы, которые создаем для себя? Я отвечаю громким «Да!», Но все еще жду личный реактивный ранец, который мне обещали в детстве ».

Рэй Шредер , заместитель вице-канцлера по онлайн-обучению в Университете Иллинойса, Спрингфилд, написал: «В масштабе открытия огня, колеса и выращивания сельскохозяйственных культур взаимосвязь людей будет считаться очень важной. шаг к тому, чтобы стать существами вселенной, которыми нам суждено быть.”

Чарли Файерстоун , исполнительный директор программы по коммуникациям и обществу и вице-президент Aspen Institute, прокомментировал: «Через пятьдесят лет будет научная фантастика. Ничего не скажешь о квантовых вычислениях, искусственном интеллекте, блокчейне, виртуальной реальности, широкополосной связи (10G?), Генной инженерии, робототехнике и других интересных разработках, влияющих на нашу жизнь и окружающую среду… Еще слишком далеко, чтобы представить, будем ли мы в цифровой феодальной системе или в высшей степени демократичной.Но я действительно предполагаю, что мы могли бы быть на пути к воссозданию с помощью генетики, робототехники и искусственного интеллекта, объединенных, чтобы сделать нас, в сегодняшнем образе, сверхчеловеческими. Я понимаю, что есть много способов, которыми технологии могут привести к ухудшению жизни, особенно со способностью организаций использовать практически любую из технологий и заменять рабочие места. Однако достижения медицины, продлевающие жизнь, способность снижать потребление энергии, а также использование робототехники и искусственного интеллекта для решения наших проблем очевидны. И мы должны верить, что наши преемники предпочтут способы улучшить и расширить человеческий вид, а не уничтожить его или изменить вид.”

Эдвард Томчин , пенсионер, сказал: «Человеческие существа, homo sapiens, являются наиболее замечательным видом, который легко увидеть в сравнении с тем, как далеко мы продвинулись за короткое время с тех пор, как спустились с деревьев и вышли из него. из наших пещер. Скорость, с которой мы продвигаемся в настоящее время, оставляет будущее открытым для широкого круга спекуляций, но мы преодолели многое в прошлом и будем продолжать делать это в погоне за своим будущим. Я горжусь своим видом и уверен в нашем будущем.”

Гарланд Маккой , основатель и директор по развитию Технологического образовательного института, написал: «Я надеюсь, что через 50 лет Интернет по-прежнему будет китайским фейерверком, а не британским порохом».

Анжелика Хедберг , старший аналитик по корпоративной стратегии в RTI International, сказала: «Если мы выберем будущее, которое хотим через 50 лет, и будем работать над его созданием, существует ненулевая вероятность того, что мы достигнем версии этого будущего. В этом ключе мы увидим волны компаний-платформ, которые изменят наш образ жизни и удовольствие от жизни.Платформенные компании, существующие сегодня, исчезнут, как и последующие. Это не потому, что они терпят поражение, а, скорее, потому, что они добиваются успеха. Мы найдем способ принимать решения в сети решений. Через 50 лет несколько поколений семьи соберутся на ужин и поделятся видами, запахами, звуками, вкусами и прикосновениями, даже если они находятся в разных полушариях, странах и часовых поясах. Вы будете участвовать в общественной деятельности ребенка, и он услышит голоса всех тех, кто его любит (и критикует).Вы попрощаетесь со стареющими близкими, даже если они вас не слышат. Все это произойдет с помощью технологий (некоторые из которых встроены в наш мозг), которые знают наши желания и потребности лучше, чем мы знаем свои собственные. Определение того, что значит быть человеком, будет развиваться, и за ним последуют законы и нормативные акты, хотя и не совсем прямым образом. Мы будем ценить правительства по-новому и по-разному и будем ожидать большего от наших технологических платформ. Поток данных внесет новый вклад в модели принятия решений для платформ, внесет большую ясность в краткосрочные выгоды и долгосрочные риски, взамен сделав финансовые решения более социальными, экологическими и моральными.Там, где законы и постановления могут поставить нижнюю границу, они сделают это. Там, где закон и постановления не могут, планета вмешается и отрегулирует избыток ».

Даниэль Риера , профессор информатики Университета Оберта Каталонии, прокомментировал: «Все будет связано; автоматизация будет везде; большая часть работы будет выполняться машинами. Общество полностью изменится, чтобы адаптироваться к новой реальности: люди должны будут осознать важность устойчивости и равенства.Чтобы достичь этой точки, технология, этика, философия, законы и экономика, среди других областей, приложат большие совместные усилия. У нас есть очень хорошая возможность. Воспользоваться этим будет зависеть от нас. Я надеюсь и верю, что мы это сделаем. В противном случае мы исчезнем ».

Джефф Ливингстон , писатель и футуролог, прокомментировал: «Это великий переходный период. Интернет заставил нас столкнуться с худшими аспектами нашей человечности. Поддадимся ли мы как общество этим недостаткам характера или нет, еще предстоит увидеть.”

Брэд Темплтон , заведующий кафедрой вычислительной техники в Университете Сингулярности, архитектор программного обеспечения и бывший президент Electronic Frontier Foundation, ответил: «Это был долгий путь истории к лучшему. Конечно, есть вероятность кошмаров, а также огромная негативная реакция на перемены, в том числе насильственные. Но последние 10 000 лет можно делать ставки на улучшение ».

Мэри Чайко , автор книги «Сверхподключение: Интернет, цифровые медиа и техно-социальная жизнь» и профессор Школы коммуникации и информации Рутгерса, сказала: «Первые 50 лет Интернета были ориентированы на технологии, как множество технологических инноваций стало неотъемлемой частью почти каждого аспекта повседневной жизни.Следующие 50 лет будут определяться знаниями, поскольку наше понимание «догонит» технологии. И технологии, и знания, конечно, будут продолжать развиваться, но именно более глубокое взаимодействие с наиболее важными качествами и воздействиями Интернета — понимание, которое может прийти только со временем, опытом и размышлениями, — действительно станет характерной чертой следующих 50 лет. Мы станем «умнее» население во всех смыслах ».

Иветт Вон , директор лаборатории социального взаимодействия и эксперт по взаимодействию человека и компьютера в Технологическом институте Нью-Джерси, прокомментировала: «Технологии всегда имели и всегда будут иметь положительные и отрицательные последствия, но положительные стороны будут неотъемлемой частью нашей жизни, что возвращение назад не будет вариантом.Машины приносят загрязнение, шум и заторы, но это не значит, что мы вернемся к лошади и повозке. Мы находим новые решения, инновации ».

Боб Франкстон , пионер инноваций в программном обеспечении и технолог из Северной Америки, написал: «Для многих любое изменение будет к худшему, потому что оно незнакомо. С положительной стороны, новые возможности дают возможность расширить возможности людей и найти решения социальных проблем, если мы не поддаемся магическому мышлению.”

Мэтт Мейсон , робототехник и бывший директор Института робототехники Университета Карнеги-Меллона, написал: «Новая технология откроет возможности для кардинальных изменений в нашем образе жизни. Хотя вполне возможно, что человеческое общество будет коллективно вести себя нерационально и выберет путь, наносящий ущерб его благополучию, я не вижу причин думать, что это более вероятный исход ».

Стюарт А. Амплби , профессор и директор исследовательской программы в области социального и организационного обучения в Университете Джорджа Вашингтона, написал: «В будущем люди будут все больше жить в мире идей, концепций, впечатлений и интерпретаций.Мир материи и энергии будет опосредован информацией и контекстом. Наш опыт с едой уже опосредован мыслями о калориях, безопасности, происхождении, жизни рабочих и т. Д. Представьте себе, что вся жизнь имеет эти дополнительные измерения. Потребуются методы, чтобы справиться с дополнительной сложностью ».

Джон Маркофф , научный сотрудник Центра перспективных исследований в области поведенческих наук Стэнфордского университета и автор книги «Машины любящей благодати: поиск точек соприкосновения между людьми и роботами», написал: «Размышления о природе общества в разные периоды времени. полвека полностью попадает в сферу научной фантастики.И я уверен, что писатели-фантасты будут лучше всех размышлять об обществе через полвека. Как человек, писавший о Кремниевой долине более четырех десятилетий, у меня есть два практических правила: технологии нереальны, пока они не появятся в Fry’s Electronics, а провидцы (почти) всегда ошибаются. Я действительно чувствую, что ответом может быть и подбрасывание монеты. Я решил быть оптимистом просто потому, что за последнее столетие технологии улучшили качество жизни человека.”

Старший управляющий Исполнительный директор крупного глобального фонда написал: «Интернет войдет в число основных технологических движений в мировой истории, таких как порох, водопровод и электричество. И, как и все они (за исключением, возможно, внутренней сантехники), его возможное вооружение не должно было вызывать удивления ».

Брайан Джонсон , основатель и генеральный директор Kernel, ведущего разработчика передовых нейронных интерфейсов, и OS Fund, венчурной компании, сказал: «Люди играют в предсказательные игры, но это упражнение по своей сути непродуктивно.Более полезным упражнением было бы подумать о том, в какие очень влиятельные технологии мы можем вложить свое текущее время, которые дадут нам инструменты, необходимые для процветания в таком очень сложном будущем. Прогноз до 2050 года считается нездоровой пищей. Это то, о чем люди больше всего любят мечтать, но не о том, о чем мы должны думать для здоровья вида и планеты ».

Этика и более широкая картина вырисовываются в цифровом будущем

Как оптимистичные, так и пессимистичные респонденты сходятся во мнении, что человеческое вмешательство повлияет на траекторию цифровой жизни.Многие респонденты заявили, что их больше всего беспокоит то, что будущее каждого в цифровую эпоху зависит от способности людей отдавать предпочтение долгосрочному развитию общества над краткосрочными индивидуальными выгодами.

Уильям Уриккио , медиа-исследователь и профессор сравнительных медиа-исследований в Массачусетском технологическом институте, прокомментировал: «Изменения в цифровой жизни вызваны человеком; технология только усилит социальные структуры, которые ее создали. Мой пессимизм проистекает из поляризации власти, знаний и богатства, которая характерна для большей части мира в начале 21-го века, а также из-за быстро растущего давления, очевидного в росте населения и экологической деградации.Цифровые технологии могут быть потрясающими инструментами, но остается вопрос, что именно? Чьего видения? Каких ценностей? Это, как мне кажется, определяющие вопросы ».

Джонатан Свердлофф , консультант и специалист по системам данных компании Driven Inc., написал: «За первые 50 лет существования подключенного Интернета человечество выросло от отсутствия доступа к постоянно включенным подключенным устройствам, отслеживающим их жизненные признаки. Я ожидаю, что в следующие 50 лет устройства уменьшатся до крошечных размеров и будут интегрированы в наши личности.Тогда будет две точки перегиба. Первый — разделение на технологически имущих и неимущих. Те, у кого есть технология, извлекут из нее выгоду, а те, у кого ее нет, не смогут. Чем более продвинутыми становятся технологии, тем больше это будет иметь место. Хотя мне хотелось бы верить в утопическое видение ИИ, который борется с изменением климата и распределяет продукты питания и богатство, чтобы никто не голодал — будущее «Джетсонов», если хотите, — история не поддерживает эту точку зрения. Второй — моральная эволюция.Конфиденциальность, как это было задумано в эпоху до появления Интернета, почти мертва, несмотря на попытки Европейского Союза и Калифорнии сдержать волну. Количество информации, которую люди передают о своей личной жизни, быстро растет. Соизмеримая эволюция морали, чтобы идти в ногу с технологическим развитием, будет требоваться, чтобы не отставать, иначе наступит хаос. Моральные структуры, сформировавшиеся, когда люди могли скрывать свою генетику, личные привычки и домашнюю жизнь, не соответствуют постоянно действующему паноптикуму, который знает, чем кто-то занимается каждый день в течение всего дня.Человеческая природа почти неизменна — мораль должна наверстать упущенное…. Все, что происходит в обществе, может быть увеличено с помощью технологий. Я надеюсь, что мой пессимизм ошибочен. Уже есть некоторые свидетельства моральной эволюции — миллениалы и поколение, стоящее за ними, свободно делятся в Интернете способами, которые бумеры и поколение X считают странными. Неизвестно, приведет ли это к значительной моральной реакции через 50 лет ».

Сьюзан Мернит , исполнительный директор The Crucible, соучредитель и член правления Hack the Hood, ответила: «Меня интересует, как будут развиваться носимые, встроенные и постоянно включенные персональные устройства и приложения.Технологии станут более важным инструментом помощи и управления здоровьем, а также примут новые формы с точки зрения обучения и просвещения людей. Но мне интересно, насколько возрастет пассивность людей во все более контролируемой и постоянно включенной вселенной, и мне интересно, насколько владельцы и повелители этой технологии будут использовать ее, чтобы сегментировать и ограничивать знания, мобильность и выбор людей. Я хочу верить, что расширение и развитие технологий будет и дальше повышать ценность жизни людей, но я боюсь, как с их помощью можно сегментировать и ограничивать группы людей и как прогнозное моделирование может стать отрицательной силой.”

Чарльз Эсс , профессор-эксперт по этике факультета средств массовой информации и коммуникаций Университета Осло, Норвегия, сказал: «В целом мое представление о зарождающемся Интернете вещей и его последующем развитии связано с растущим спектром технологий, которые все более обволакивающий, но и еще более невидимый (передовые технологии — это магия, если вспомнить Артура Кларка), тем самым усложняя нам критическое внимание к таким новым разработкам и, возможно, перенаправлять или устранять их, когда это этически / социально значимые.”

Ставрос Трипакис , адъюнкт-профессор информатики в университете Аалто (Финляндия) и адъюнкт в Калифорнийском университете в Беркли, написал: «Дезинформация и недостаток образования будут продолжаться и расти. Усилится и полицейская работа. Человечеству необходим качественный скачок в образовании (в широком смысле), чтобы вырваться из нынешнего политического и экономического состояния. Для этого недостаточно пятидесяти лет ».

Кеннет Р. Флейшманн , доцент Школы информации Остина Техасского университета, ответил: «Ключевые вопросы:« Какие люди? »И« Чем лучше / хуже? »Воздействие на разных людей будут разными, и каждый будет интерпретировать эти изменения по-своему.Один из основных факторов — это то, что люди ценят или считают важным в жизни. Если люди ценят конфиденциальность и подвержены цифровому паноптикуму, тогда их жизнь может быть хуже; однако они, вероятно, также ценят удобство и могут найти в этом отношении существенные улучшения. Разные люди пойдут на этот компромисс по-разному, в зависимости от того, что они ценят. Таким образом, понимание влияния технологии — это не только прогнозирование будущего технологий, но и прогнозирование будущего того, что мы ценим, и эти два соображения, конечно, являются взаимно конституирующими, поскольку технологии формируются на основе ценностей и В то же время со временем (особенно поколениями) технологии формируют ценности.”

Джастин Райх , исполнительный директор лаборатории обучающих систем Массачусетского технологического института и научный сотрудник Управления цифрового обучения Массачусетского технологического института, ответил: «Шекспир написал три вида пьес: трагедии, в которых дела шли хуже, комедии, когда дела шли лучше, и истории, с комбинацией победителей и проигравших. Технический прогресс мало что меняет в чистом человеческом счастье, потому что большая часть счастья определяется относительными сравнениями с соседями. Первичные факторы, определяющие, улучшится ли жизнь людей, будут заключаться в том, сможем ли мы построить надежные социальные институты, которые распределяют власть широко и равномерно между людьми, и поддерживают ли эти институты значимые отношения между людьми.”

Мишель Линаарс , директор по стратегии NLnet Foundation и директор нидерландского отделения Internet Society, ответил: «Как будет выглядеть Интернет через 50 лет, во многом будет зависеть от того, как мы будем действовать сегодня. Тим Бернерс-Ли в своей речи Тьюринга в 2018 году назвал текущую ситуацию «антиутопией», и это кажется адекватным общим описанием. В отрасли преобладают чрезвычайно распространенные, но очень прибыльные методы ведения бизнеса, которые являются глубоко неэтичными, движимыми извращенными краткосрочными стимулами продолжать идти по этому пути.Мрачная зеркальная версия Интернета на ускоренном курсе, посвященном демократии и благополучию человечества в целом. Это будущее, которое я не очень хочу экстраполировать даже на следующие 10 лет. Моя целевая версия Интернета через 50 лет — та, которую, я считаю, стоит развивать — вращается вокруг открытого исходного кода, открытого оборудования, открытого контента, а также помогает людям жить осмысленной жизнью, опираясь на непрерывное образование и интересные идеи. Беспредельные инновации являются необходимым предварительным условием для обслуживания человеческого потенциала, но также важны критическое размышление и здоровый социальный диалог, избегающий персонализированных пузырей, предвзятости ИИ и информационной перегрузки.Открытость сети и, в частности, мобильной экосистемы ужасны, а внимание и концентрация — это исчезающие человеческие черты. Но я считаю, что это можно изменить. Каждый день мы можем переосмысливать и реконструировать Интернет. Информационная эра может и должна быть эрой, которая раскрывает все самое лучшее во всех нас, но это не произойдет само по себе. Итак, я надеюсь и верю, что Интернет через 50 лет будет таким же сложным, как и ранний Интернет — и тяжелым трудом для многих людей, которые хотят увидеть это будущее.”

Саймон Биггс , профессор междисциплинарных искусств в Эдинбургском университете, сказал: «Учитывая нашу историю как биологический вид и наше нынешнее поведение в Интернете, я подозреваю, что наша деятельность (в более продвинутой форме Интернета) будет состоять из виртуального смоделированного секса (в форме интерактивной порнографии — так что это не совсем секс, а игра во власть) и убийства виртуальных игроков в массовых онлайн-играх (больше игры за власть). В этом смысле все будет так же, как сейчас.Учитывая текущие тенденции, вполне вероятно, что Интернет больше не будет «Интернетом» в том смысле, что он задумывался как сеть всех сетей. Сетевые информационные и коммуникационные технологии будут территориализированы, разделены и принадлежат в окружении стен (этот процесс уже достаточно продвинулся). Доступ будет привилегированным не для потребителя, а для производителя. Первый период Интернета был отмечен демократизацией доступа к средствам производства, но этого не произойдет в будущем.Подавляющая часть интернет-пользователей будет пассивными потребителями, которым предлагается иллюзия свободы действий в системе, чтобы предоставить их в качестве ресурса тем, кто получает прибыль от потребительских игр. Мы уже видим это в Facebook и других компаниях. То, как пользовательские данные из Facebook и других источников используются в демократическом процессе, чтобы повлиять на результаты в пользу тех, кто платит за данные, указывает на то, куда движется Интернет. Я ожидаю, что Интернет станет гораздо более распространенным, чем сегодня, и наш опыт прожитой жизни всегда опосредован.Вопрос только в том, до какой степени будет опосредована наша эмпирическая жизнь. Я подозреваю, что к 2030 году он будет более или менее полным. В первую очередь, мои рассуждения основаны на ожидании того, что человеческое поведение приведет к негативным последствиям, вытекающим из нашего технологического развития. Эти последствия могут быть довольно серьезными. Считаю ли я, что нашему выживанию как вида угрожает наша технологическая эволюция? да. Думаю, мы выживем? Наверное, потому что мы живучий зверь. Думаю, стоит ли выжить в таком мире? Возможно нет.Считаю ли я, что мир стал бы лучше, если бы мы, как вид, не выжили? Абсолютно. Это единственное, на что мы могли бы надеяться — что мы покончим с собой, вымрем. Даже если нас заменит наши машины, мир, вероятно, станет лучше без нас ».

Роберт Белл , соучредитель форума Intelligent Community Forum, придерживался другой точки зрения, чем Биггс, предсказывая: «Мы создали нечто, что стало монстром, а затем научились его приручать».

Джефф Джонсон , профессор информатики в Университете Сан-Франциско, ранее работавший в Xerox, HP Labs и Sun Microsystems, ответил, что важно иметь более широкий взгляд на то, что может произойти дальше.Он писал: «Технологические изменения сами по себе не приведут к значительным изменениям в жизни людей. То, что происходит вместе с технологическими изменениями, повлияет на то, как технологические изменения повлияют на общество. Будущее принесет значительно улучшенные пользовательские интерфейсы с речевым управлением, прямые интерфейсы мозг-компьютер, биологические вычисления, достижения в области искусственного интеллекта и гораздо более широкую полосу пропускания за счет увеличения мощности компьютера (в результате квантовых вычислений). Если национальные политические системы во всем мире не изменятся таким образом, чтобы способствовать более справедливому распределению богатства, будущее также принесет усиленное расслоение общества, подпитываемое потерей рабочих мест и ограничением доступа к качественному образованию для низших социально-экономических классов.Наконец, повышение уровня моря и опустынивание сделают большие территории непригодными для проживания, что вызовет огромные социальные миграции и (для некоторых) рост бедности ».

Адъюнкт-профессор информатики в университете США прокомментировал: «Люди плохо адаптировались к жизни в технологическом обществе. Подумайте об ожирении, потраченном времени на некачественные развлечения, пристрастие к целому ряду наркотиков и многом другом. По мере того, как увеличивается шум в информационном потоке, среднестатистическому человеку становится все труднее извлекать цельную картину жизни и избегать противопехотных мин, связанных с опасным или нездоровым поведением.Генетика, культурные изменения, социальные и правовые структуры не меняются экспоненциально, но совокупные знания меняются. Это несоответствие является важным осознанием. Как отметил Реджинальд Бретнор в «Решающей войне», коэффициент убийства для оружия не только увеличивается, но и увеличивается его способность владеть индивидуумом. Так обстоит дело с большинством вещей в технологически развитом обществе. Но развили ли люди необходимую мудрость, чтобы использовать то, что доступно, для улучшения самих себя? Глядя на американское общество, я бы в целом пришел к выводу, что нет.”

Директор по маркетингу технологической компании сказал: «Я готов к инновациям и повышению уровня жизни всего человечества. Однако … нам нужно быть более бдительными в отношении нашего увлечения технологиями и потворства своим слабостям. Да, это рисует более мрачную картину и требует более осторожного подхода, но от некоторых из нас требуется сделать это ради более сбалансированного и справедливого будущего для всего человечества. Я один из счастливчиков, родился в Европе с очень высоким уровнем жизни.То же самое и с людьми, стоящими за этим исследованием. Давайте будем бдительны в отношении наших действий и того, как мы формируем будущее. Последние 100 лет мы ведем постоянную борьбу с природой и ресурсами. С исторической точки зрения это был важный скачок вперед в образовании, подключении, путешествиях, эффективности и т. Д. Но в то же время мы все совершаем экологическое самоубийство и ведем себя так, как будто завтрашнего дня нет — только мгновенное удовольствие от технологий. Завтра не наступит, если мы продолжим игнорировать причины и следствия нашей однополярной одержимости технологиями и потаканием своим слабостям.”

Мигель Морено-Муньос , профессор философии, специализирующийся в области этики, эпистемологии и технологий в Университете Гранады, Испания, сказал: «Мобильность и легкий доступ к недорогим базам данных и платформам услуг для большинства граждан станут более важными; Системы электронного правительства, прозрачность и подотчетность будут улучшены. Разработка определенных приложений, если параллельно с разработкой новых типов систем лицензирования и управления интеллектуальной собственностью, может революционизировать образование и доступ к знаниям и культуре.Но для этого требуются открытые рамки для международного сотрудничества, которое сейчас во многих отношениях находится под угрозой ».

Сэм Грегори , директор WITNESS и активист в области цифровых прав человека, ответил: «Моя точка зрения исходит из рассмотрения Интернета и гражданской активности. Мы находимся на поворотном этапе с точки зрения того, дает ли Интернет возможность большего разнообразия гражданских голосов, организации и взглядов, или это в значительной степени управляемая и контролируемая машина наблюдения. Мы также стремительно движемся к миру повсеместного и постоянного свидетельствования, где все мгновенно просматривается и видно с помощью повсеместных камер, встроенных в нашу среду и в наши личные технологии, и где мы можем взаимодействовать с этими реальностями с помощью телеприсутствия, совместного присутствия и замещающий виртуальный опыт.Это палка о двух концах. Распространение роботов телеприсутствия позволит нам испытать реальности, которые мы никогда не смогли бы испытать физически. Этот удаленный опыт может раскрыть лучшее и худшее в нашей природе. С одной стороны, у нас будет все больше возможностей сознательно отворачиваться от того, чтобы испытывать безграничную боль страданий мира. Мы могли бы сделать это по лучшему из причин — чтобы защитить нашу способность сохранять сочувствие ближе к дому и использовать так называемое «избегание сочувствия», психологический защитный механизм, который включает в себя ограждение себя от эмоциональной реакции на страдания других.Мы также можем войти в золотую середину, которую Олдос Хаксли захватил в «О дивном новом мире», где наркотизирующие мультисенсорные переживания, «чувства» отвлекают и развлекают, а не вовлекают людей в мир. Здесь, давая возможность людям интуитивно, но не осмысленно переживать множественные измерения других кризисов, мы увековечиваем существующие тенденции в активизме рассматривать страдания других людей как theatrum mundi , разыгрываемую из-за наших заместительных слез, проливаемых в безопасности наших физически окруженных стенами. прочь и безопасные места.С другой стороны, с помощью этих технологий у нас будет все больше возможностей напрямую взаимодействовать и решать вопросы, которые нас волнуют. Когда мы смотрим на будущее организации и на необходимость более эффективной поддержки активизма на местах, становится критически важным подумать о том, как оптимизировать. У нас также есть потенциальное будущее, в котором правительства будут полностью кооптировать эти общие виртуальные / физические пространства, превратив виртуальный активизм в кооптированный правительством Pokémon Go, поисковую систему по идентификации человека, прочесывающую виртуальные и физические пространства в поисках диссиденты.В более ярком будущем виртуальное / физическое соприсутствие имеет захватывающий потенциал, чтобы стать мощным усилителем гражданской солидарности за пределами географических границ, бросая вызов власти национальных правительств несправедливо диктовать своим гражданам ».

Марк Ротенберг , директор крупной цифровой организации гражданских прав, прокомментировал: «Нет никаких сомнений в том, что Интернет изменил общество. Сегодня мы живем в мире, гораздо более взаимосвязанном, чем в прошлом. И у нас почти мгновенный доступ к широкому спектру информации и услуг.Но преобразование не обошлось без затрат. Увеличилась концентрация богатства. Рынки труда были разорваны. Журналистика находится в упадке, а демократические институты подвергаются нападкам. И растет желание пожертвовать свободной волей человечества ради алгоритмов машины. Я не знаю, переживем ли мы следующие 50 лет, если не сможем контролировать свою судьбу ».

Адам Попеску , писатель, часто пишущий для New York Times, Washington Post, Bloomberg Businessweek, Vanity Fair и BBC, писал: «К тому времени мы либо будем в космосе, либо снова будем в деревьях.Ящик Пандоры может наконец сжечь нас. Никто не знает, что произойдет через пять лет, не говоря уже о 50. Теперь очевидно, что оптимизм, с которым мы устремились в Интернет, был ошибкой. Возникла темная сторона сети, и она принесла слишком человеческие условия, которые, как утверждали вундеркинды, они уничтожат. Учитывая направление последних пяти лет, превращение Интернета в оружие, он будет все больше и больше двигаться в этом направлении, что в конечном итоге означает регулирование и серьезные изменения по сравнению с тем, чем он является сейчас.Возможно, в этот период нас вообще не будет в Интернете — он, вероятно, будет гораздо более интегрирован в нашу повседневную жизнь. Это ожидающий научно-фантастический фильм. Я считаю, что с электронной почтой, постоянным расписанием и смертью социальных манер мы достигли или близки к нашему пределу технологических возможностей. Наша пристрастие к нашим смартфонам породило поколение, которое боится личного общения и страдает во многих отношениях психологически, социально и даже физически, чего мы еще не осознали.Это отразится на обществе не в лучшую сторону. Манеры, настроение, память, базовое качество жизни — все это негативно сказывается ».

Изменения в политике сегодня заложат фундамент Интернета будущего

Многие респонденты охарактеризовали следующие несколько лет как поворотное время для государственного регулирования, корректировки политики технологических компаний и других реформ. Они говорят, что такие решения, которые будут приняты в ближайшие несколько лет, скорее всего, определят курс цифровой жизни на следующие полвека.Некоторые предупреждают, что регулирование может быть скорее вредным, чем полезным, если его потенциальные последствия не будут тщательно оценены заранее.

Марк Сурман , исполнительный директор Mozilla Foundation, ответил: «Я вижу два пути в ближайшие 50 лет. На первом пути власть продолжает консолидироваться в руках нескольких компаний и стран. В конечном итоге мир превращается в балканизированный, организованный в блоки, а общества жестко контролируются и неравноправны. С другой стороны, мы осознаем, что нынешняя консолидация власти вокруг нескольких платформ угрожает открытому глобальному порядку, который мы построили, и мы принимаем законы и создаем технологии, которые способствуют постоянной конкуренции, инновациям и разнообразию.”

Лори Орлов , главный аналитик Aging in Place Technology Watch, писала: «Интернет, такой крутой вначале, такой разрушительный позже, похож на введение колеса — это основа и основа для хорошего, плохо и некрасиво. Как колесо предшествовало системе автомагистралей между штатами, так и Интернет стал системой информационных магистралей. И, как и дороги, он потребует большего количества стандартов, контроля и надзора, чем сегодня ».

Хуан Ортис Фройлер и Нненна Нваканма из Web Foundation написали: «Если позволить людям все больше проводить время в цифровой среде, это может ограничить неожиданные социальные встречи, которые являются ключом к развитию эмпатии и укреплению социальных волокон.Подобно тому, как джентрификация физических кварталов часто создает препятствия для понимания людьми потребностей и желаний других, цифровая среда может сгущать контуры этих пузырей, в которых обитают различные социальные группы. Параллельно с этим этот процесс позволяет участникам, которые проектируют и контролируют эти виртуальные среды, накапливать большую мощность. Если в прошлом существовала озабоченность по поводу силы фрейминга СМИ, то в будущем новые информационные брокеры будут иметь больший контроль над информацией, которую получают люди, и будут получать постоянный поток данных о том, как люди реагируют на эти стимулы.Становится актуальной разработка процессов, обеспечивающих прозрачность работы этих субъектов. Сюда входят ценности, которые они продвигают, соответствуют ценностям сообществ, которым они служат, и позволяют людям эффективно контролировать работу этих систем. Правительству необходимо обновить институты демократии, если оно хочет оставаться актуальным ».

Леонардо Трухильо , профессор-исследователь в области компьютерных наук в Технологическом институте Тихуаны, Мексика, ответил: «Я обеспокоен тем, что развивающиеся сегодня цифровые экосистемы ограничат доступ людей к информации, увеличат слежку и пропаганду и подтолкнут к ограничению. социальное взаимодействие и организация, особенно если текущие политические тенденции сохранятся.”

Джоли МакФи , президент нью-йоркского отделения Internet Society, прокомментировал: «Сегодняшний день станет переломным моментом — концом начальной« открытой »эры и началом второй».

Профессионал, занимающийся установлением веб-стандартов , написал: «Заглядывая вперед, на 50 лет, я ожидаю, что ИИ будет либо более равномерно и справедливо интегрирован во все общества, либо возникнут вызванные ИИ бедствия, которые поставят под угрозу людей и других людей. животная жизнь, или, возможно, уже уничтожили жизнь.С более позитивной стороны и сосредоточившись на медицинских исследованиях, я ожидал бы, что исследования и моделирование искусственной жизни, основанные на искусственном интеллекте, включая познание, предоставили бы инструменты для лечения большинства болезней, а также для развития человеческих способностей с помощью бионической аугментации. С другой стороны, я ожидал, что искусственный интеллект в сочетании с быстро растущими возможностями биоинженерии и устойчивыми социопатологическими тенденциями небольшого меньшинства населения мог бы привести к бесконтрольной кибервойне, управляемой ИИ, или биологическому опустошению.Ключевым определяющим фактором, разделяющим эти два варианта будущего, может быть размер социальных инвестиций в надежную этическую основу для приложений ИИ и постоянный упор на развитие справедливого общества с сетями социальной защиты, чтобы помочь снизить риски развития социопатического поведения, которое было бы особенно опасно с легким доступом к ИИ ».

Бенджамин Шестакофски , доцент социологии Пенсильванского университета, специализирующийся на влиянии цифровых технологий на работу, сказал: «1)« Уберизация »всего не будет происходить так быстро и равномерно, как многие сейчас. предсказывать.Платформенные компании, которые способствуют обмену товарами и услугами, будут продолжать сталкиваться с реальностью, заключающейся в том, что продвижение идиосинкразии человеческой деятельности через цифровые платформы является сложным и дорогостоящим делом. 2) Работодатели будут продолжать расширять использование подключенных технологий для мониторинга своей рабочей силы. Тем не менее, работники также будут продолжать искать способы подорвать надзор и контроль со стороны работодателя. На многих рабочих местах работодателям будет сложно преобразовать большие данные о деятельности сотрудников в практические идеи.Тем не менее, законодатели должны действовать, чтобы ограничить масштабы слежки за сотрудниками и угрозы их частной жизни ».

Профессор информатики написал: «Когда я чувствую себя антиутопией, я вижу мир, который слишком похож на« мистера Лорда ». Робот »или« заинтересованное лицо », когда государственные или частные организации слишком много знают о нас и слишком сильно контролируют нас. Я хотел бы верить, что взаимосвязь могла бы вместо этого предоставить нам более повсеместный доступ к информации и возможность устанавливать связи и предоставлять услуги в пространстве и времени.”

Стивен МакДауэлл , профессор коммуникации Университета штата Флорида, эксперт в области новых медиа и управления Интернетом, прокомментировал: «В области права и политики уже наблюдаются некоторые серьезные проблемы при работе с сетевыми подключенными системами данных, помимо систем искусственного интеллекта. Право и политика часто рассматриваются в индивидуальном порядке и в каждом конкретном случае, рассматривая вопросы, правовые традиции и прецеденты изолированно. Эти проблемы могут включать речь, конфиденциальность, собственность, информированное согласие, конкуренцию и безопасность.Это уже имеет слабые места в сетевом мире, где крупные обучающие фирмы предлагают платформы, поддерживающие широкий спектр услуг, и отслеживают поведение пользователей по услугам…. Если мы добавим к этому набору системы с большей обучающей и предсказательной способностью, будет важно разработать новые концепции, выходящие за рамки сегментированного подхода к законодательству и политике, которые мы пытаемся использовать для управления взаимодействием в Интернете в настоящее время. Нам нужно бороться со всеми отношениями между пользователем и поставщиком услуг, а не реагировать на отдельные инциденты и нарушения.Нам необходимо найти компромисс между предложением бесплатных услуг и возможностью сбора данных пользователями с минимальным пониманием их согласия. Мы также должны рассмотреть более строгие ограничения на использование личных данных в машинном обучении и прогнозном моделировании. Компании, которые автоматизируют функции, чтобы сэкономить на вводимых затратах и ​​позволить масштабное предложение услуг для получения частных выгод от инноваций, также должны взять на себя ответственность за непредвиденные последствия и возможности, которые они создали.”

Тоби Уолш , профессор искусственного интеллекта в Университете Нового Южного Уэльса, Австралия, сказал: «Как и промышленная революция до нее, Интернет-революция улучшила социальную, экономическую и политическую жизнь людей, но только после этого. были введены правила и меры контроля для защиты от рисков ».

Джонатан Таплин , заслуженный директор лаборатории инноваций Анненберга Университета Южной Калифорнии, написал: «Ответ на этот вопрос полностью зависит от готовности регулирующих органов и политиков переосмыслить свои представления об антимонопольной политике в цифровую эпоху.Если текущие стандарты благосостояния потребителей и дальше будут использоваться, существующие интернет-монополии (Facebook, Google и Amazon) станут более доминирующими в эпоху искусственного интеллекта. Они будут больше и иметь больше данных, чем любое правительство или другое посредническое учреждение. Они были бы вне контроля. Они будут определять наше будущее, и политика будет бесполезна…. Я могу представить себе мир, в котором технологии являются благом для человеческого прогресса, но этого не может быть, пока в Интернете во всем мире доминируют три фирмы (с двумя китайскими конкурентами в Азии).Возможно, что текущие усилия по блокчейну или новая работа Тима Бернерса-Ли могут привести к более децентрализованной сети. Считайте меня скептиком.

Дуг Шеперс , главный технолог Fizz Studio, сказал: «Технология менее важна, чем законы, политика и социальные нормы, которые мы как общество примем, чтобы адаптироваться к ней».

Рэнди Гебель , профессор компьютерных наук и разработчик партнерства Университета Альберты с DeepMind, написал: «Задача для все более взаимосвязанного и информированного мира состоит в том, чтобы отличить совокупное от индивидуального.«Для большего блага» требует постоянно развивающегося понятия и консенсуса относительно того, что такое «большее». Точно так же, как законы о ремнях безопасности продиктованы сложным балансом общественного блага (имущественные и человеческие издержки), нам придется выработать общепланетный консенсус в отношении того, что подходит для «великого» блага ».

Уильям Даттон , профессор медиа и информационной политики в Университете штата Мичиган, прокомментировал: «Мы все еще находимся в переходном периоде, когда так много времени и усилий сосредоточено на подключении и использовании технических достижений.Я мог представить себе такое количество устройств, которые усложняют современную жизнь, таких как мобильный смартфон, исчезнут, поскольку они станут ненужными для выполнения своих функций. Тем не менее, будущее будет во многом зависеть от разумных ответных мер политики, даже больше, чем от технических достижений ».

Луис Перейра , доцент кафедры электроники и нанотехнологий, Universidade Nova de Lisboa, Португалия, ответил: «Благодаря объединению новых инструментов будет широко распространен сбор данных о людях, их деятельности, связях, окружающей среде и окружающей среде. Интернет вещей.Будет усилено продвижение платформ гиг-экономики и целенаправленное нацеливание на людей с консьюмеризмом и идеологией. Если для разработчиков приложений, продавцов продуктов, пользователей данных, автономного программного обеспечения и роботов не будут установлены моральные ценности и этические правила, люди будут вынуждены работать в ящиках кластеров. Вырастет конкурентная и растущая гонка ИИ за контроль над прибылями и политикой, в том числе гонка цифрового оружия, если вместо этого не будет найден способ содействовать сотрудничеству на основе регулируемых и контролируемых обязательств (подобных глобальным климатическим соглашениям) в интересах человечество и планета.Необходимо разработать методы сертификации программного обеспечения, которое соответствует таким обязательствам. Люди будут обучать машины тому, как заменять себя и других на возрастающих уровнях познания. Безопасность будет серьезной проблемой. Технологические разработки превзойдут человеческую адаптируемость и поднимут вопросы, которые у нас нет средств для понимания или решения ».

Хари Шанкер Шарма , эксперт в области нанотехнологий и нейробиологии из Упсальского университета, Швеция, сказал: «Технологии — это инструмент для улучшения жизни.Цель жизни — счастье, удовлетворение. Оба требуют набора ценностей, чтобы оставаться хорошими или стать злыми. Интернет объединил мир. Приложения — это инструменты для простого выполнения задач. Интернет вещей соединит все живое и неживое. Но темная сторона человеческой натуры — жажда власти, владения и контроля, которая привела к войнам и терроризму, — не может быть исправлена ​​с помощью Интернета или приложений. Необходимо выявить зло в человеческой природе и защитить простых, добрых и благонамеренных людей от того, чтобы они стали его добычей.Зло часто опережает добро. Возможно, это можно предсказать по функциям, которые проверяют психологию людей, сведения о преступлениях и другое прошлое поведение, чтобы блокировать определенные действия или предупреждать других. Биометрическая идентификация уже используется для электронной безопасности — например, для распознавания лиц — и можно было бы иметь считыватели биологических функций, чтобы обнаруживать злонамеренных или тех, кто может стать злонамеренным, и проводить проверки безопасности на месте. места опасности. Экспертные системы для чтения по лицу, чтения по чертам лица, чтения природы и анализа могут дать предупреждение.Трекеры могут быть установлены для изолированных узлов и передавать данные правоохранительным органам. Ни один злоумышленник не согласится с такими проверками и осторожностью, но люди должны быть защищены от финансового мошенничества в Интернете, изнасилований со стороны преследователей в социальных сетях, убийств пользователей электронных систем и т. Д., Которые не подлежат проверке, потому что не существует эффективной системы предупреждения. Сегодняшний закон бесполезен. Электронные преступления должны преследоваться и наказываться без ограничений. Интернету необходимы глобальное право и глобальное управление, чтобы стать удобными для пользователей.Глобальная связь становится орудием преступников, в то время как у тех, кто просто добр, нет сил бороться со злом ».

Эми Уэбб , основатель Future Today Institute и профессор стратегического предвидения в Нью-Йоркском университете, прокомментировала: «Я надеюсь, что через 50 лет историки вынесут вердикт о том, что мы сделали правильный выбор в 2018-2020 годах, чтобы переосмыслить доступ к Интернету, владение данными и алгоритмическая прозрачность, тем самым устанавливая для всего человечества лучший курс на будущее.”

Директор интернет-реестра ответил: «Будет продолжаться радикальное развитие, благодаря которому биология на физическом и молекулярно-генетическом уровне будет интегрирована с цифровыми технологиями. Мы можем предположить, что это будет широко распространено во всем обществе, но как приложения, так и затраты и условия, при которых они могут быть доступны, непредсказуемы. Важнейшим определяющим фактором в общем результате будет политический, а не технологический, с диапазоном результатов от утопического до совершенно антиутопического.”

Андреа Ромаоли Гарсия , юрист-международник, активно участвующий в дискуссиях по управлению Интернетом, прокомментировал: «Облако — это новый мир, который перемещается в международных водах. А поскольку это ново, законы должны следовать нововведению. Однако я наблюдал, как все страны принимают законы, ориентируясь на традиционные модели регулирования. Это не правильно. Законы должны быть международными. Интерпретация инновационного сценария должна применяться вводными средствами новых законов.Слово «разрушительный» следует толковать как применимое к новым законам. Когда мы используем старые модели законов и только мы вносим изменения, чтобы соответствовать новой модели ведения бизнеса или повседневной жизни, мы создаем искалеченное существо, которое движется отвратительно. Я назвал его «судебным Франкенштейном». Это означает, что законы, которые будут применяться к облачной среде, но никогда не будут идеальными, и юридическая безопасность окажется под угрозой ».

Стюарт А. Амплби , профессор и директор исследовательской программы в области социального и организационного обучения в Университете Джорджа Вашингтона, написал: «Управление Конгресса по оценке технологий было упразднено Ньютом Гингричем, чтобы поставить компании, а не Конгресс, отвечает за технологии.Учитывая безудержный прогресс в области цифровых и биологических технологий, сейчас нам нужен такой офис как никогда ».

Дивина Фрау-Мейгс , профессор медийной социологии Университета Сорбонна Нувель, Франция, и кафедра устойчивого цифрового развития ЮНЕСКО, ответила: «В настоящее время отсутствует управление Интернетом как таковое. Кейсы, подобные Cambridge Analytica, будут становиться все более и более распространенными. Они покажут, что Интернет нельзя доверять исключительно монополистическим корпорациям и их руководителям, которые не желают учитывать непредвиденные последствия своих решений, которые в основном определяются рыночной конкуренцией).Необходимо разработать глобальную систему управления Интернетом с механизмами с участием многих заинтересованных сторон, которые включают голоса общественности. Он должен включать гибкие консультации по многим темам, чтобы люди могли влиять на то, как их цифровое присутствие может повлиять или нет на их реальную жизнь ».

Дженнифер Дж. Сноу , офицер по инновациям ВВС США, написала: «Интернет будет продолжать развиваться удивительным образом. Возникнут новые формы управления, финансов и религии, которые выходят за рамки физических вестфальских границ и бросят вызов существующим структурам государственного управления.Интернет снова развалится, поскольку те основатели, которые стремятся вернуть его к его первоначальному положительному использованию, создают и контролируют свои собственные «огороженные сады», приглашая лишь немногих избранных присоединиться к ним и контролируя определенные части Сети отдельно от национальных государств. Для решения этих изменений и связанных с ними проблем потребуются новые политика и нормативные акты. В результате развития Интернета появятся новые типы войн, но также появятся новые возможности для совместного продвижения общества вперед в позитивном ключе.Государства больше не будут иметь преимущества в отношении власти, а негосударственные субъекты, корпорации и группы смогут использовать власть на государственном, национальном и региональном уровнях новыми и неожиданными способами. Это будет тревожное время и опасное, если не удастся правильно ориентироваться, но оно также может привести к некоторым из величайших достижений человечества ».

Пэн Хва Анг , профессор коммуникаций Технологического университета Наньян и автор книги «Порядок хаоса: регулирование Интернета», прокомментировал: «Мы знаем, что будущее не линейно. мазки.1) Законы. Наконец-то признается, что законы необходимы для бесперебойного функционирования Интернета. Это кардинальное изменение по сравнению с тем временем, когда Интернет был представлен широкой публике более 20 лет назад. В будущем правительства будут все больше чувствовать себя вправе регулировать законы в своих политических, культурных, социальных и экономических целях. То есть страны будут регулировать Интернет таким образом, чтобы выражать свой суверенитет. Будет большая область общности. Но также будет значительная область, где законы расходятся через границы.2) В течение 50 лет должно быть одно общее торговое соглашение для цифровой экономики. Трудно представить себе, что Китай действует на своих условиях. Вместо этого более вероятно, что Китай позволит иностранным компаниям работать без цензуры при условии, что эти компании не «вторгаются» на политическую арену. 3) Трудно представить, чтобы Facebook продолжал существовать через 50 лет. 4) Вред от постоянного присутствия будет признан, и пользователи будут проводить меньше времени в сети. Часть времени, которое в настоящее время проводят пользователи, займут боты ИИ.”

Девин Фидлер , футуролог и основатель Rethinkery Labs, прокомментировал: «За последние 50 лет мы построили базовую нервную систему. Теперь задача состоит в том, чтобы развить его, чтобы наилучшим образом поддержать человеческое общество. Отличное место для начала — это , множество положительных и отрицательных внешних факторов, которые были задокументированы при развертывании сети. Простое увеличение положительных преимуществ сетевой активности для общества и ограничение сетевой активности, которая ложится нефинансируемым бременем на общество в целом, может стать отличной основой для создания сетевого общества, которое реализует огромный потенциал, который раскрывают эти инструменты.Ожидайте усиления регулирования во всем мире, поскольку общества пытаются уравновесить это уравнение разными способами ».

Дэвид А. Бэнкс , младший аналитик Исследовательского совета социальных наук, сказал: «Характер и функциональность Интернета будут и дальше соответствовать политическим и социальным прихотям основных влиятельных игроков отрасли. Если эти компании будут продолжать монополистическую практику без грамотного и продуманного регулирования, мы можем ожидать окостеневшую и высоко коммерциализированную цифровую сеть.Если что-то серьезное изменится, мы можем ожидать чего-то кардинально другого ».

Луис Герман Родригес Леал , преподаватель и исследователь Центрального университета Венесуэлы и консультант по технологиям для развития, сказал: «Новый Интернет будет сочетаться с человеко-машинными интерфейсами, ИИ, блокчейном, большими данными, мобильными платформами и данными. визуализация как главные технологии. Они создадут надежный и широко доступный Интернет вещей. С другой стороны, это будет означать разрушительный подход к повседневной деятельности, такой как образование, управление, здравоохранение, бизнес или развлечения, среди многих других.Следовательно, для каждого из них срочно требуются инновационные нормативно-правовые базы ».

Джулиан Джонс , респондент, не предоставивший идентифицирующих данных, сказал: «Безопасность данных будет иметь жизненно важное значение, как и конфиденциальность. Важно, чтобы люди могли лучше контролировать контекст, в котором используются их данные. В отсутствие этого законодательства последствия для общества могут быть катастрофическими ».

Фред Бейкер , независимый консультант по сетевым технологиям, давний руководитель Инженерной группы Интернета и научный сотрудник Cisco, прокомментировал: «Я подозреваю, что распространение телефонных технологий и законодательства будут способствовать этому обсуждению.Закон США о связи 1934 года был разработан, чтобы приручить регулируемого монопольного оператора связи и предотвратить худшее из того, что этот оператор может сделать с технологией, находящейся в его распоряжении. За последние несколько десятилетий Федеральная комиссия по связи пыталась интерпретировать Интернет через призму этого постановления. По большей части это не удалось, по крайней мере, по двум причинам. Во-первых, Интернет — это не регулируемая монополия. Это — это набор компаний, пытающихся достичь различных целей, некоторые из которых (в частности, Google, Facebook и их родственники) стали очень влиятельными и могут потребовать соответствующего регулирования или регулирующих действий, чтобы руководствоваться общественными интересами.Закон, предназначенный для регулирования монополии, и опыт его применения могут послужить основой для будущего закона, но не заменят его. Во-вторых, FCC [Федеральная комиссия по связи] отчаянно пытается понять, что в Интернете есть две вещи: способ передачи сообщений от входа к выходу без их проверки или изменения (телекоммуникационная услуга) или способ доступа к приложению ( информационная служба). Это ни то, ни другое, и то и другое. Пока у нас не будет закона, который может следовать этой разнице в модели обслуживания в Интернете, мы обнаружим различия между Интернетом в том виде, в каком он реализован, и Интернетом в соответствии с законодательством.”

Дженнифер Джаррат , владелец консалтинговой компании Leading Futurists, прокомментировала: «Сейчас нам нужны новые правила, которые могут защитить пользователей и цифровой мир от самих себя. С ними у нас также могло бы быть полностью цифровое правительство, которое могло бы справиться с некоторыми большими проблемами планеты. Ожидайте также новой активности и новых социальных порядков. В следующие 50 лет технологические изменения приведут к значительным изменениям — но, возможно, не так сильно, как мы ожидаем или хотели бы. К тому времени в мире станет труднее жить, так что мы будем надеяться, что у технологий есть ответы на некоторые вопросы.”

Оскар Ганди , почетный профессор коммуникации в Университете Пенсильвании, ответил: «В не столь отдаленном будущем вся концепция связи будет пересмотрена. Когда мы расширяем процессы, посредством которых миниатюризация сочетается со скоростью обработки и отделением от персональной памяти на основе устройства, возможности для подключения / взаимодействия / контроля и то, что мы подразумеваем под интеллектом, недоступны никому, кроме авторов научно-фантастических романов ( Думаю, это исключает тех из нас, кто считает себя «футуристами»).Я думаю, что наиболее интересными являются те возможности, которые фактически устраняют (или, кажется, исключают) необходимость владения устройствами для использования того, что мы в настоящее время называем связью. Это означает, что все, что нам нужно, это доступ к интеллектуальной сети — уровень доступа, который не требует каких-либо действий вручную; Могу даже представить, что использование этой сети даже не будет зависеть от запросов, сделанных голосом — достаточно мысли. Итак, я не знаю, каким будет необходимый « интерфейс », но я считаю, что что-то вроде датчиков, взаимодействующих с имплантированными чипами, будет обычным явлением, без чипов, с ощущением мозга, которое мы бы охарактеризовали как разумный разговорный расстояние от датчика (-ов) будет достаточным.Конечно, для исследователя приватности это большой скачок по сравнению с нашими нынешними представлениями о доступе и контроле над нашими личными мыслями. Следовательно, это будет областью большой работы в отношении законодательства, регулирования и контроля этих разработок и их использования другими для определенных законных целей ».

Дженнифер Кинг , директор по вопросам конфиденциальности в Центре Интернета и общества Стэнфордской юридической школы, сказала: «Последние 10 лет продемонстрировали риски, связанные с распространением Интернета на общество без учета общественной ответственности.Я предсказываю, что в западных демократиях мы увидим больший толчок к усилению регулирования и корпоративной ответственности за влияние технологий. В тоталитарных государствах мы увидим концентрированный социальный контроль с помощью технологий. И в целом, я подозреваю, что будет все труднее жить жизнью вне досягаемости технологий ».

Трейси П. Лорио , доцент кафедры критических медиа и больших данных в Школе журналистики и коммуникации Карлтонского университета, прокомментировала: «Мы уже наблюдаем конвергенцию платформ и перепродажу данных платформы третьим лицам, с которыми мы не работаем. иметь прямые отношения.Мы уже знаем, что брокерские компании по обработке данных не регулируются, а в отношении компаний, занимающихся скорингом кредитов, существует очень мало регулирования. Кроме того, мы уже начинаем видеть, как за алгоритмами прячется ошибочная социальная наука, мало чем отличающаяся от того, что мы видели в начале эпохи Просвещения, и мы даже не начали рассматривать социально-технические и политические последствия мусорного ИИ / социальных наук ( то есть нахождение геев или преступников с помощью распознавания лиц — вспоминая старые плохие времена евгеники и измерения черепа).Общий регламент Европейского Союза о защите данных о праве на доступ к информации поможет, но на данный момент индивидуальная и совокупная защита практически не обеспечивается. Кроме того, будут ли компании частного сектора, которые собирают, покупают и продают наши данные, которые создают индивидуальные тени данных или двойников данных, которые становятся нашими представителями в этом мире данных, будут знать о нас больше, чем мы знаем о себе? Какое влияние они окажут на принятие более широких политических решений? Принятие решений в нашей жизни? Как исправить эти системы, если они ошибочны? Как мы выносим решения и сопоставляем вопиющие «основанные на данных решения» в судах с действующим законодательством об интеллектуальной собственности? А как насчет личного суверенитета и государственного суверенитета? А как насчет других систем принятия решений, таких как социальные баллы в Китае? Как защитить бедных, пожилых людей и инвалидов от автоматизированного принятия решений о социальном обеспечении и поддержке, если у них нет уверенности в том, что они принимают правильные решения? А как насчет ненужного кодирования, которое сохраняется и не удаляется, а просто продолжает генерировать неверные решения? Кто проводит аудит? Кто несет ответственность? И станут ли они новыми губернаторами? Будущее здесь, и мы не знаем, что с ним делать.ЕС начинает решать эти проблемы и привлекать эти компании к ответственности, но наши граждане в Северной Америке не так хорошо осведомлены, и, возможно, наши губернаторы в целом менее заинтересованы в нашем благополучии или, возможно, более не осведомлены о последствиях. ”

Андреас Кирш , сотрудник Newspeak House, ранее работавший в Google и DeepMind в Цюрихе и Лондоне, написал: «Регулирование заставит открывать закрытые платформы. Информация будет более свободно перемещаться между службами. Интернет-сервисы снова станут более децентрализованными, поскольку пропускной способности сети будет недостаточно для объемов данных, которые к тому времени будут производить пользователи.Приложения и сервисы больше не будут связаны с устройствами, а будут свободно следовать за нами в разных контекстах (общая машина, дом, работа, мобильные устройства) ».

Анонимные респонденты сказали:

  • «Дело не в самой технологии … дело в отсутствии регулирования со стороны учреждений и их непонимании широкой публикой».
  • « С каждым достижением возникают опасения по поводу нарушения конфиденциальности и политических злоупотреблений, и их необходимо будет решать с помощью технологий и инноваций в политике и законах.”
  • «Руководителям Facebook будет предъявлено обвинение, и суд над ними положит начало процессу реформирования. Как только мы преодолеем мысль о том, что технические руководители могут совершать чудовищные преступления, и будем привлекать их к ответственности, мир технологий начнет процесс изменений ».

Интернет везде, как воздух, которым дышишь

Когда респондентов попросили заглянуть в 2069 год, респонденты в основном согласились с тем, что возможности подключения будут более распространенными и менее заметными. Большая часть респондентов предсказывала, что люди и сетевые устройства будут беспрепятственно обмениваться данными, и концепция «выхода в Интернет» будет казаться архаичной.Они ожидают, что Интернет будет «существовать повсюду», превратив планету Земля в киберсферу, в которой возможность подключения является такой же естественной, как дыхание.

Альф Рен , профессор инноваций, дизайна и менеджмента в инженерной школе Университета Южной Дании, прокомментировал: «Любопытно, по всей вероятности, насколько мы не будем знать об Интернете через 50 лет. Сегодня мы по-настоящему задумываемся об электричестве и водопроводе только тогда, когда они выходят из строя. В других случаях они просто там, так же самоочевидно, как воздух.Я считаю, что мы будем смотреть на цифровые инструменты примерно так же. Мы заходим в комнату и включаем цифровые потоки так же, как зажигаем свет. Мы задаемся вопросом, сколько денег находится на нашем банковском счете, и просто спрашиваем воздух, и стена отвечает («Вы немного перетянули. Не стоило покупать ту обувь. Я же вам говорил»). Мы начинаем готовить, и наша кухня мягко предлагает нам прекратить готовить тайское рыбное тушеное мясо, потому что мы забыли сказать кухне, что хотим это сделать, поэтому они не заказали свежий лимонник. Вместо этого мы приготовим блюдо из средиземноморской форели.Единственный раз, когда мы размышляем над этим, — это когда Сеть по какой-то причине отключается. Обычно это длится всего несколько минут, но в эти минуты мы становимся как дети, спотыкаясь, не зная, что делать, когда не окружены бесконечно полезными технологиями ».

Скотт Берли , инженер-программист и пионер межгалактического интернета, писал: «Межмашинные сетевые коммуникации станут повсеместными, а компьютерное оборудование будет иметь доступ ко всей человеческой информации; по мере того, как оборудование становится интеллектуальным и произвольным, оно заменяет людей практически во всех сферах.Возможности людей получить выгоду от этого прогресса будут ограничены в основном нашей неспособностью придумать адекватные интерфейсы — графические пользовательские интерфейсы — это тупик, голос просто раздражает, и никто не набирает достаточно быстро. Аппаратное обеспечение все знает и не сможет нам это передать ».

Адам Пауэлл , старший научный сотрудник Центра коммуникационного лидерства и политики Анненберга Университета Южной Калифорнии, писал: «Прогнозирование на 50 лет изначально рискованно (видите все эти летающие машины над головой?).Но, исключая катастрофу — эпидемию, войну — экстраполяция из недавней истории предполагает, что Интернет станет более распространенным, более мощным и менее дорогим. Подумайте об электричестве или электродвигателях; они распространены повсеместно, их замечают в основном, когда они перестают функционировать ».

Джон Лэрд , профессор информатики и инженерии в Мичиганском университете, ответил: «Интернет-инфраструктура исчезнет из поля зрения общественности. Он будет вездесущим, всегда включен, всегда доступен и невидим.Доступ будет по всему миру. Что изменится, так это наши средства взаимодействия с ним. Дополненная реальность станет повсеместной (гораздо раньше, чем через 50 лет), по сути, все будет взаимосвязано, включая человеческое тело и, возможно, человеческий разум. Существует множество рисков и способов злоупотребления повсеместным подключением, но в целом это улучшит жизнь людей. Мы будем проходить через взлеты и падения, но в сфере безопасности мы добьемся значительных успехов ».

Старший аналитик данных и системный эксперт по сложным сетям ответил: «Я думаю, что это область, в которой некоторые писатели-фантасты, такие как Джон Бруннер, видели будущее.Будущая версия Интернета будет более повсеместной и более цельной (основанная на Интернете вещей), но она также будет гораздо менее безопасной, поскольку люди будут ежедневно страдать от различных видов взлома. Однако это отсутствие безопасности постепенно станет «новой нормой», и возмущение утихнет ».

Найджел Хиксон , эксперт по разработке технологической политики ICANN из Брюсселя, ответил: «Я не думаю, что мы будем говорить об Интернете через 50 лет.Поскольку Интернет становится повсеместным, это просто стимулирующая сила, такая как воздух или вода; становится более важным то, что мы делаем с этим: сила используется во благо, для улучшения общества, расширения свободы и выбора, или она используется для порабощения? Интернет нельзя отделить от прогресса самого общества. В условиях просвещенной демократии влияние Интернета будет положительным, увеличивая свободу и выбор, но в условиях диктатуры все может быть наоборот ».

От «Интернета вещей» к «Интернету всего»

В 1982 году аспиранты факультета информатики Университета Карнеги-Меллона подключили торговый автомат кока-колы к ARPANET, создав первое «интеллектуальное устройство».«Рост сетевых устройств, известных под общим названием« Интернет вещей », был доминирующей темой в отчете исследовательского центра Pew Research Center о влиянии Интернета к 2025 году за 2014 год. В 2069 году эти эксперты-респонденты предсказали дальнейшее развитие сетевых устройств и расширили концепцию, включив в нее техническую гибридизацию мира природы.

Эдсон Престес , профессор и директор по робототехнике в Федеральном университете Риу-Гранди-ду-Сул, Бразилия, написал: «Я считаю, что Интернета больше не будет в том виде, в каком мы его видим сегодня.Невозможно будет рассматривать Интернет как огромную сеть подключенных устройств, но вместо этого он будет чем-то уникальным, которое работает повсеместно и прозрачно — как воздух, который существует повсюду, поэтому мы забываем о его существовании. Мы будем использовать окружающую среду для передачи информации через растения, почву, воду и т. Д. Мы будем разрабатывать новые процессы, чтобы использовать все ресурсы, доступные в окружающей среде, например, мы могли бы использовать биохимические процессы растений для поддержки обработки данных.Люди будут естественно адаптироваться к этой повсеместной среде. Некоторые люди будут использовать протезы для получения / передачи / визуализации и обработки информации, возможно, подключенные непосредственно к мозгу и работающие в унисон с долями мозга. Информацию, полученную из окружающей среды, можно рассматривать как «новый сенсорный ввод». Таким образом, все интерфейсы и инструменты будут полностью изменены: без мыши, без меню, без «синих экранов смерти». Другие, из «старой школы», ‘будет использовать носимые устройства plug-and-play ».

Валари Белл , специалист по вычислительной социологии из Университета Северного Техаса, прокомментировала: «В ближайшие десятилетия у нас будет одно« устройство », если оно вообще будет.Все будет активировано голосовой печатью и / или активированным био-сканером (сканирование сетчатки глаза), поэтому пароли и данные для входа станут неактуальными. Это сделает кражу личных данных более сложной, но не невозможной, поскольку независимо от того, какую систему или технологию создают люди, другие люди немедленно разработают способы отклонения или взлома. Все устройства в домах, скорее всего, будут работать на солнечной энергии или иначе, чем электричество 20-го века. Персональные кредитные карты, водительские права и другая портативная документация, которую вы носите в своем кошельке, будут синхронизированы с единой облачной учетной записью, доступной через биосканируемые системы.Чтобы покупать продукты, просто используйте приложение для домашнего бакалейного магазина, чтобы открыть свою учетную запись в кладовой, морозильной камере или холодильнике, чтобы заказывать то, что у вас нет. Затем роботы упакуют ваш заказ, а беспилотные автомобили с роботами-доставщиками пополнят вашу кухню. Позже продукты появятся на вашей кухне примерно так же, как капитан Кирк и мистер Спок обычно передавали Энтерпрайз в «Звездном пути». Вместо того, чтобы учить своих маленьких детей читать, завязывать им обувь, делать уроки. или убирать свою комнату, такие помощники, как Alexa, которые более развиты и могут работать в нескольких комнатах дома, сделают это.Люди продолжают отказываться от своих обязанностей и ответственности перед устройствами и машинами, поскольку мы стали более эгоистичными и зацикленными на себе. Сайты социальных сетей, такие как Facebook, будут голографическими. У людей, скорее всего, будет один или несколько имплантатов, которые позволят им получить доступ к Интернету и получить доступ к любому компьютеру будущего. Люди не будут печатать на компьютерах. Возможно, вы сможете придумать, что вы хотите напечатать, и ваша система будет печатать это за вас, пока вы обедаете, смотрите телевизор, гуляете в парке или едете в своем беспилотном автомобиле.Также важно помнить, что прошлые прогнозы, сделанные 50 лет назад, никогда не предсказывали Интернет, но предсказывали множество технологий, которых даже сейчас у нас нет. Так что мы можем ожидать того же от наших прогнозов ».

Стивен Абрам , директор Lighthouse Consulting Inc., написал: «Через 50 лет мы выйдем далеко за рамки приложений и Интернета. Сетевая информация, развлечения и социальный мир будут полностью интегрированы в биологические и сетевые устройства (не тостеры, а полный спектр новых устройств, которые могут быть автономными, как Google Home, но, скорее всего, будут полностью интегрированными устройствами в архитектуру и пространство).”

Ли Макнайт , доцент Школы информационных исследований Сиракузского университета, прокомментировал: «В 2069 году Интернет охватит почти 100% людей, лесов, полей и ручьев, а также большинство нечеловеческих видов. Интернет вещей вырастет до триллионов вещей — и всех заводов, городов и сообществ…. Я действительно ожидаю, что всплывающие сети позволят людям даже в самых удаленных местах или сообществах с ограниченными возможностями получать доступ и совместно использовать услуги и пропускную способность Интернета буквально из любой точки этой планеты, а также из наших марсианских колоний и лунных баз.Что, вы думали, будет только один? Прогнозирование того, как мы взаимодействуем с программным и аппаратным обеспечением, — это слишком ограниченная отправная точка, поскольку мы должны предполагать, что биохимия (влажное ПО) также все больше будет занимать свое место в средах и платформах взаимодействия человека с машиной. В то время как научная фантастика может легко придумывать всевозможные сценарии, реалист во мне может видеть только хорошее, плохое и уродливое программное обеспечение, взаимодействующее со всеми нами во все времена, в 2069 году ».

Мичел О Фоглу , технический директор подразделения DevOps Code Pillar в Google, Мюнхен, сказал: «Заглядывать вперед на 50 лет практически невозможно.Я думаю, что самая большая тенденция, которую мы можем ожидать от сегодняшнего дня, заключается в том, что огромный рост межмашинного взаимодействия, Интернета вещей, изменит ландшафт. Это будет означать, что все электронные устройства будут иметь некоторую форму встроенного интеллекта, и многие системы будут располагаться поверх этой массивно взаимосвязанной интеллектуальной сети ».

Питер Eachus , директор департамента психологии и общественного здравоохранения Университета Солфорда, Великобритания, ответил: «Самым фундаментальным изменением будет способ нашего взаимодействия с этой подключенной технологией.Не будет планшетов, смартфонов или экранов. Мы сможем просто придумать вопрос, и ответ сразу придет в голову! Mindternet — это будущее! »

A Профессор и директор крупного американского университета сказал: «Хотя Интернет вещей будет рекламироваться как экономящий время и труд, он создаст дополнительные проблемы из-за отвлечения внимания и, кроме того, снизит качество внутриличностных отношений. для добавления уязвимостей безопасности.”

A Член редакционной коллегии журнала ACM для автономных и адаптивных систем прокомментировал: «Я предполагаю, что миллиарды устройств и объектов локально взаимодействуют друг с другом, извлекая уроки из своей деятельности, использования и отзывов пользователей и мгновенно обеспечивая, услуги по запросу без предварительной кодировки или предварительной разработки. Эти службы являются результатом коллективного взаимодействия, происходящего локально без центральных серверов. Этика и конфиденциальность [предоставляются] по умолчанию. Когда запрос или потребность пользователя не может быть удовлетворена, устройства / объекты предоставляют недостающее программное обеспечение (самокодирование) или запрашивают недостающее оборудование.”

Дополнительно анонимных респондентов заявили, что ожидают:

  • «Мы будем гораздо меньше знать об Интернете, потому что он будет органично вплетен в нашу повседневную жизнь».
  • «Полная интеграция человеческих входов (восприятий) и выходов (действий) с Интернетом и окружающими их объектами и инструментами».
  • «Бесплатный доступ в Интернет во всем мире будет рассматриваться как одно из основных прав человека».
  • «Люди будут беспрепятственно и непрерывно связаны между собой без использования каких-либо устройств.”
  • «Все будет храниться в облачном хранилище. Датчики будут везде, от парковок до сельскохозяйственных полей ».
  • «Все больше и больше наших сфер — даже наших тел — будут все больше и больше интегрироваться в сеть».
  • «Будет безналичное общество. Электронные покупки будут доминировать в жизни людей. Интернет вещей станет частью нас — например, встроенным в одежду, термосы, системы отопления и т. Д. »
  • «Из-за отсутствия прозрачности и понимания алгоритмических систем и их владельцев, индивидуальная автономия и свобода действий людей будут уменьшаться.”
  • «Больше подключенных объектов и взаимосвязанных возможностей позволит преодолеть« цифровой разрыв »и позволит каждому получать прибыль от цифрового образа жизни. В то же время достижения в области «зеленых» технологий также позволят не производить подключение в ущерб окружающей среде ».
  • «Ваш табель успеваемости может быть подключен, скажем, к приложению ресторана, которое будет бронировать столик для вас, когда вы получите хорошие оценки».

Отключить будет невозможно

Доля респондентов изучали возможности и проблемы жизни в полностью сетевом мире, где трудно или даже невозможно отключиться.Следующие ниже комментарии проливают свет на некоторые из их ожиданий от будущего постоянно связанной жизни.

Стивен Полунски , директор Центра исследований транспортной политики Алабамы Университета Алабамы, сказал: «Мы все знаем, к чему это приведет. Мы находимся на самых ранних этапах создания «умных» устройств, таких как электрические и водосчетчики, и интеграции домашних аксессуаров с функциями Интернета. Вопрос в том, будет ли разрешено людям — путем регулирования или практической деятельности — отказаться от участия, и каковы будут последствия этого действия, а также какие усилия потребуются для предоставления услуг тем, кто находится на периферии.Есть ли у правительства обязательства, например, приведшие к созданию Управления электрификации сельских районов или Essential Air Service, которые распространяются на требования или предоставление широкополосной связи и не только на услуги, которые она предоставляет? »

Хелена Драганик , профессор Гданьского университета, Польша, ответила: «Правила / законы Интернет-коммуникации будут унифицированы во многих странах, что ограничит свободу выражения мнений. Будет расти зависимость от больших платформ (например,g., Facebook) и углубление монетизации наших обычаев и привычек. Маркетинговая индустрия будет расти. Интернет станет еще одним средством, зависящим от маркетинга — в виде прессы или телевидения. Да, в будущем появится множество приложений и товаров для информационных технологий и искусственного интеллекта, которые упростят нашу жизнь. Но не исключено, что без них мы не сможем нормально функционировать ».

Эксперт по конвергентным технологиям в оборонном институте написал: «Интернет через 50 лет не будет выглядеть так, как сегодня.Физическая инфраструктура будет полностью повсеместной и беспроводной (возможно, не электронной), а цифровые элементы будут напрямую связаны с человеческим мозгом. И умы разных людей могут быть напрямую связаны. Это будет новая эра для человечества, о которой сложно строить предположения ».

Кристофер Ю , профессор права, коммуникаций, информатики и информатики юридического факультета Университета Пенсильвании, ответил: «Если бы мне пришлось предсказать (и взять на себя сопутствующий риск и неизбежную вероятность того, что некоторые из этих прогнозов окажутся чтобы ошибаться), я ожидаю, что все больше пользователей будут все больше полагаться на свои мобильные устройства и полагаться на них в мобильных платежах и других функциях.Подобно тому, как облачные вычисления привели к дезинтеграции операционных систем ПК и созданию новых ключевых посредников, таких как VMWare, лидера в области гипервизоров, эти новые функции встряхнут существующие отрасли и неизбежно вытеснят традиционных операторов, которые слишком медленно внедряют инновации ».

Нэнси Гринвальд , респондентка, не предоставившая идентифицирующих подробностей, написала: «Я начала работать в раннем Интернете в 1983-84 годах на« Диалоге »с коммутируемым соединением. Теперь я разговариваю со своими устройствами, даю инструкции, диктую и т. Д.Я ожидаю увидеть растущее количество задач, которые мы можем выполнять через Интернет, постоянное увеличение числа платформ для совместной работы с увеличением значительно улучшенного типа интеграции программ с открытым API, а также увеличение способов взаимодействия с этой технологией. (наша носимая технология грубая), поэтому мы постоянно на связи. У меня уже есть ощущение, что одно из моих чувств отключается, когда я не могу подключиться к Интернету. Я ожидаю, что это чувство способности / зависимости возрастет.”

Известный писатель и редактор, который задокументировал ранний бум Интернета в 1990-х годах , написал: «Мы будем принимать всеведение над состоянием мира как должное, потому что мы всегда будем связаны со всем и всегда. Таким образом, мы с большей вероятностью будем отвлекаться от того, чтобы задавать действительно важные вопросы. В целом, более глубокие знания приводят к большему счастью, хотя на этом пути нужно много отвлекаться ».

Профессор электронной инженерии и инновационных исследований, базирующийся в Европе , прокомментировал: «Произойдет радикальное изменение взглядов людей на взаимодействие человека с машиной и человека с человеком.Люди будут полностью зависеть от информационных систем, точно так же, как наше поколение привыкло зависеть от электричества или транспортных систем. Кроме того, ожидайте радикальных нововведений в нейронных связях (например, человеческий мозг, интегрированный с компьютерами). Последствия этого остаются в высшей степени непредсказуемыми ».

Замедление темпов инноваций в Интернете

Хотя значительное большинство респондентов ожидали, что темпы технологического прогресса останутся стабильными или увеличатся в следующие 50 лет, меньшинство высказывало мнение, что человечество, возможно, вступает в период охлаждения, когда дело доходит до цифровой эволюции.

Ли Смолин , профессор Института теоретической физики Периметра и участник Edge.org, ответил: «Многие технологии развиваются быстро, пока не достигнут функциональной зрелости, после чего то, как они функционируют для нас, меняется медленно. Я подозреваю, что Интернет уже достиг или скоро достигнет этого состояния ».

Кен Бирман , профессор кафедры информатики Корнельского университета, ответил: «Технологический бум принимает форму S-образных кривых.В любой технической области мы наблюдаем медленное освоение, а затем своего рода экспоненту, в которой пределы кажутся бесконечными, но к тому времени все часто уже замедляются. Для меня нынешний бум облачных вычислений создал иллюзию неограниченного технического расширения в определенных областях, но на самом деле мы можем быстро достичь своего рода устойчивого состояния. К 2050 году я думаю, что в центре внимания будет робототехника в сельском хозяйстве и, возможно, контроль климата, космическая инженерия, революционный прогресс в науке о мозге и других биологических науках.Это не означает, что мы перестанем видеть ошеломляющий прогресс в Интернете и облаке, а скорее о том, что революции, которые мы переживаем сегодня, созреют и уступят место другим революциям в новых измерениях, они, безусловно, будут использовать сеть, но, возможно, больше не быть настолько сетецентрическим «.

Зоэтанья Суджон , старший преподаватель, специализирующийся на цифровой культуре Лондонского университета искусств, прокомментировала: «Основываясь на циклических историях печатного станка, телефона, Интернета, виртуальной реальности и искусственного интеллекта, я считаю, что все технологии подчиняются волны, часто характеризующиеся брожением / ранним развитием, громкими заявлениями и волнением, будь то положительные или отрицательные, и если они достигнут мейнстрима, они также переживут эпоху зрелости, отмеченную институционализацией, и «эпохой доминирующего дизайна».«После этого момента технологии, вероятно, устареют, адаптируются или объединятся, или будут претерпевать постепенные изменения — все это скорее похоже на циклы знаний и продуктов».

Ведущий инженер по обеспечению качества в технологической группе сказал: «Двадцать лет назад кто-то сказал мне, что в будущем все наши приложения и данные будут онлайн. Я не поверил … и вот мы сегодня. Достижения в области технологий основаны на постоянной доступности электроэнергии, которая делает возможными технологии и возможности подключения.У меня такое чувство, что, несмотря на то, что было сделано много достижений, некоторые в нашем обществе захотят отделиться. Как и в 1950-х годах, самыми популярными были консервы и блюда быстрого приготовления, а сейчас, 50 ​​лет спустя, многие возвращаются к приготовлению пищи с нуля ».

Пионер Интернета написал : «Если история — это путеводитель, 10 самых ценных компаний в мире через 50 лет будут отличаться от сегодняшних». Этим новым игрокам удастся рецентрализовать то, что децентрализовали предыдущие поколения.Возможно, мы вернемся к доминированию одного поставщика настольных / мобильных телефонов. В сочетании с интерфейсами человек-компьютер перспектива контроля со стороны одного поставщика над операционной системой значительной части вашего мозга довольно пугает. Что касается самого ядра Интернета — я подозреваю, что на самом деле он не сильно изменится. Так же, как железные дороги или автомагистрали, инфраструктура видит короткие периоды больших инноваций, а затем длительное плато. Я не думаю, что за последние 10 лет в Интернете произошли большие изменения, кроме того, что он стал больше, холоднее, резче и наполнен большим количеством плохих актеров, поэтому я подозреваю, что это плато будет продолжаться более или менее еще 50.”

A Главный исследователь одной из пяти ведущих мировых технологических компаний прокомментировал: «Какие технологии станут возможными через 50 лет, зависит от того, какая технология существует через 50 лет. Будут ли распространены закон Мура и связанные с ним ускорения полупроводников за счет квантовых, оптических или каких-либо других вычислений? Прорыв в этом направлении в ближайшие 20 лет приведет к невообразимым последствиям через 50 лет. Но более вероятно, что этого не произойдет, поэтому можно ожидать медленной реализации всех возможностей технологии, качественно не отличающейся от сегодняшней.Это оставляет значительные возможности для расширения возможностей, поскольку облачные вычисления и Интернет вещей развиваются при скромной помощи со стороны науки о данных и машинного обучения, а также по мере того, как баланс нашего внимания смещается от новизны и привлекательного визуального дизайна к полезности и производительности ».

Видения будущего: «О дивный новый мир», «1984» или «Джетсоны».

Ряд респондентов поделились красочными описаниями того, каким, по их мнению, может быть мир в 2069 году.

Гарланд Маккой , основатель и директор по развитию Технологического образовательного института, написал: «В первый день аналоговый голос был, и вот, это было хорошо.На второй день были данные / контент, созданные людьми, и они понравились людям. На третий день машины начали разговаривать напрямую с машинами, и это было действительно замечательно. На четвертый день машины начали проектировать свою собственную сеть сетей (например, LoRaWAN, архитектуру «устройство-устройство»), и увидели, как высокая эффективность распространяется по всей стране. На пятый день люди начали покидать свои дома и собираться на городской площади, чтобы поговорить между собой лицом к лицу, и это принесло огромную радость многим.На шестой день, как и предсказывали мудрецы из Ассоциации полупроводниковой промышленности, мир не смог выработать достаточно электричества, чтобы питать все чипы / устройства, созданные мудрецами, и тьма опустилась на землю. На седьмой день люди отдыхали, потому что это все, что они могли сделать. И на этом урок ».

Баратунде Терстон , футурист, бывший директор по цифровым технологиям в The Onion и соучредитель комедийного / технологического стартапа Cultivated Wit, написал: «Благодаря земле и серверам Amazon смогла ускорить слияние пространств, ранее называвшихся «Интернет» и царство, когда-то называвшееся «мясным пространством» или «в реальной жизни», так что больше нет различия — все это теперь называется «Первичная сеть».«… После того, как в 2045 году было доказано, что гибридный человеческий сетевой интеллект может управлять и разрабатывать законы намного лучше, чем непоследовательные и бесконечно коррумпированные люди, Конгресс США был заменен динамической сетевой моделью, учитывающей интересы граждан, но связанных ограниченными ресурсами и установленные законы. Это произошло слишком поздно, чтобы спасти Майами, который теперь доступен только для автоматизированных подводных лодок, исторических туров или воссоздания виртуальной реальности, но это помогло собрать ресурсы, необходимые для остановки Десятилетнего ожога в Калифорнии и восстановления большей части Нижнего Манхэттена.В настоящее время американцы проводят примерно 30 процентов своего времени бодрствования в условиях симуляции реальности (SR). Многие проводят это время заново, перечитывая пересмотренные личные истории, которые делают их самыми популярными учениками в старших классах, даже несмотря на то, что промышленные школьные фермы были упразднены 25 лет назад и заменены персонализированными Пленарными заседаниями по психическому обучению, которые динамически адаптируются к стилям обучения и потребностям каждого ученика. Еще 20% часов бодрствования тратятся на пассивное изучение иммерсивных повествований, адаптированных для каждого человека.Однако, чтобы поддерживать социальную сплоченность, эти персонализированные повествования имеют пересекающихся персонажей, сюжетные моменты и темы, чтобы людям было о чем поговорить, когда они встречают своих собратьев. Остальное время американцы делят между едой, сбором мусора и работой в обязательных комитетах по алгоритмическому надзору. Реклама запрещена. После того, как мы запустили проект бухгалтерского учета 360, чтобы измерить влияние почти всех человеческих усилий и оценить их по различным элементам, было обнаружено, что практика рекламы дает отрицательную социальную, финансовую, эмоциональную, экологическую и моральную отдачу от инвестиций.Любой человек или гибрид, занимающийся рекламой, отключается от сети Prime на шесть часов при первом нарушении, на один день при втором нарушении и навсегда при третьем нарушении. Amazon освобожден от запрета на рекламу в соответствии с Условиями обслуживания, которые регулируют все граждане Prime ».

Ямайс Кашио , научный сотрудник Института будущего, написал: «Я представляю три широких сценария развития ИИ через 50 лет. № 1, EVERYWARE, — это мир антикризисного управления, который пытается предотвратить климатическую катастрофу.Автономные системы под руководством институтов управления (которые могут не являться фактическими правительствами) будут адаптировать наше физическое пространство и поведение, чтобы иметь возможность справляться с устойчивыми волнами тепла, засухой, лесными пожарами, ураганами категории 6 и т. Д. стремлением к минимальной занимаемой площади и необходимостью принимать более обоснованные долгосрочные решения. Возможно, это не совсем «зеленый фашизм», но это будет обычная инвектива. Доминирующим языком дизайна здесь является * видимый контроль * — над общественными пространствами, экономическим поведением, личными взаимодействиями и т. Д.AI — это защитник климата Джимини Сверчок с особым настроем. № 2, ABANDONWARE, также вызван кризисом, но здесь различные экологические, экономические и политические кризисы сильно ограничивают роль ИИ в нашей жизни. Будет недоверие к системам на основе ИИ и решительный отпор любым видам перемещения людей. Это, вероятно, является результатом политических и экономических катастроф в 2040-х годах, связанных с предоставлением слишком большого контроля системам на основе ИИ: институциональные решения, основанные на стратегиях максимизации прибыли и контроля при минимизации неопределенности и рисков.Искусственный интеллект, который вмешивается в выборы, отменяет решения сообщества или иным образом устраняет нечеткое эмоциональное мышление с помощью алгоритмической логики, быстро превращается из временного раздражающего режима в до безумия банальность. Здесь доминирующим языком дизайна для ИИ является покорный . ИИ все еще здесь, но обычно хнычет в углу. № 3, SUPERWARE, — это мир, описанный в первом ответе (ИИ обычный, но в значительной степени невидимый), увеличенный до 11. В этом сценарии системы ИИ сосредоточены на том, чтобы помочь людям жить хорошо и с минимальным вредом для других.К 2069 году единственная работа, выполняемая людьми в постиндустриальном, постинформационном мире, требует значительного эмоционального труда, уникальных творческих способностей или просто выполняется ради удовольствия от их выполнения. Новый развитый мир все еще адаптируется, но то, что составляет индустриальный капитализм конца 19 века, вызывает эти изменения. Системы на основе искусственного интеллекта имеют дело с климатом, глобальным здоровьем и т. Д., Но таким образом, чтобы повысить благосостояние людей в долгосрочной перспективе. Большинство людей года рождения, рожденных до 2020 года, ненавидят , считая это «государственным социализмом роботов-нянек» и «подрывающим человеческое достоинство», даже если они пользуются преимуществами.Здесь доминирующим языком дизайна для ИИ является «забота». Машины любящей благодати, нравится вам это или нет ».

Эбенезер Болдуин Боулз , автор, редактор и журналист, ответил: «Следующие 50 лет? Временные рамки заканчиваются в 2069 году? Как сказал бы дедушка: «Не могу представить». Но мы должны попробовать, иначе замолчать. 1) Лучшие и самые умные будут общаться от мозга к мозгу через имплантаты, связанные с синапсами, измененными квантовой хирургией. Это радикальное выражение желания общаться, зашифрованное и доставленное с помощью гибридной углеродно-силиконовой технологии, создаст новые системы власти и контроля правящего класса планеты.2) Глобальные национальные государства, наделенные железными кулаками контроля над электронными СМИ и финансовыми системами, защищенные полицейскими дронами и роботами с помощью систем непрерывного наблюдения и поддерживаемые желающим населением, будут контролировать легионы рабочих, приверженных поддержанию власти. класс 1%. 3) Развитие бесплатных репликаторных станций в районе предоставит каждому неограниченный доступ к питательной пище, удобной одежде, подходящей для местного климата, всем мыслимым предметам, необходимым для домашнего хозяйства, и личным потребностям, связанным с популярными концепциями комфорта и развлечений. .Репликаторная система, передовое воплощение сегодняшней технологии 3D-печати, будет служить средством контроля над рабочими и профессиональными классами — цыпленок в каждом горшке, умноженный на 10. Итак, роботы и дроны с Дурным глазом будут наблюдать и контролировать людей. . Неограниченное количество еды, одежды и крова, чтобы довести массы до счастливого рабства. Полная зависимость от искусственного интеллекта и его побуждений в обеспечении самого необходимого для жизни. Какое чудо можно увидеть в 2069 году. Вспомните 1969 год. Даже самые творческие мыслители упустили один важный аспект цифрового управления повседневной жизнью в 2018 году: камеру наблюдения.Кто тогда мог представить себе полную потерю конфиденциальности и личной независимости, с которой мы живем сегодня? Сейчас мы поглощены цифровыми влияниями. Через 50 лет влияния превратятся в тотальный контроль, и мир, который мы знаем сейчас, будет поглощен электрическими нулями и единицами, один за другим в стремительном марше к распаду ».

Джерри Михальски , основатель организации Relationship Economy eXpedition, сказал: «Большинство подключенных к Интернету устройств были p0wn3d и находятся в Dark Net, что делает большинство систем пугающими и нестабильными.Сверхмалые дроны изменили методы ведения войны и правоохранительные органы, сделав скрытие трудным и дорогостоящим. Любой, кто чувствует себя в опасности, путешествует в автономной камере, чтобы избежать проникновения. Между тем четверть человечества догадалась, как слышать друг друга и жить в достатке, но им нужно держаться подальше от радаров… За 50 лет многое изменится, но действующие силы толкают общество в негативном направлении. Люди, которые хотят лучшего, добьются прогресса, но я вижу мрачное будущее для большей части человечества.”

Ученый-исследователь, работающий в Google , сказал: «Вам нужен прогноз на 50 лет? Я не знаю, что сказать. Google всего 20 лет — могли бы вы предсказать это (и все побочные эффекты) еще в 1968 году (50 лет назад)? Точно так же Amazon через 24 года. Я считаю, что предсказать технические изменения в онлайн-пространстве и программном обеспечении действительно очень сложно. Помните подъем (и падение, и подъем?) Обнесенных стеной садов? Кто-нибудь предсказал падение AOL, когда это была крупнейшая компания? Я могу с уверенностью предсказать несколько вещей: 1) Появятся новые бизнес-модели, о которых мы еще не знаем.Amazon стал возможен благодаря множеству технологий, которых не существовало в 1968 году. Играйте в ту же мелодию вперед. 2) Будет негативная реакция на Интернет вещей. Просто говорю’. 3) В конце концов, мы выясним, как обеспечить достаточно высокую частоту кадров и точность регистрации, чтобы VR / AR действительно работала. Оба будут интересны; у обоих есть возможность изменить мир. (Но я еще не знаю, как это произойдет. Возможно, это произойдет так, как мы еще не понимаем.) 4) Пропускная способность в конечном итоге дойдет до всего третьего мира. Этот изменит онлайн-ландшафт так же сильно, как когда ARPANET стала открытой для коммерческих целей. (То есть драматически.) 5) Социальные эффекты подключения (особенно в третьем мире) + пропускная способность + радикализованные группы людей сделают текущие битвы в Интернете кажущимися сдержанными. Искусственный интеллект будет важен, но не станет главным двигателем ».

Директор по маркетингу технологической компании сказал: «Интернет вещей и искусственный интеллект в геометрической прогрессии помогут автоматизировать и упорядочить общество и мир в целом, улучшая существующую инфраструктуру и вводя инновации в новую.”

Анонимный респондент написал: «Широко распространенные сетевые вычисления рухнут через 50 лет, как и общество».

экспертов по плюсам и минусам алгоритмов

(filistimlyanin / iStock.com)

Алгоритмы — это инструкции для решения проблемы или выполнения задачи. Рецепты — это алгоритмы, как и математические уравнения. Компьютерный код алгоритмичен. Интернет работает на алгоритмах, и весь онлайн-поиск осуществляется с их помощью. Электронная почта знает, куда обращаться, благодаря алгоритмам.Приложения для смартфонов — это не что иное, как алгоритмы. Компьютерные и видеоигры — это алгоритмическое повествование. Сайты онлайн-знакомств, рекомендаций по книгам и путешествий не могли бы работать без алгоритмов. Картографические системы GPS доставляют людей из точки A в точку B с помощью алгоритмов. Искусственный интеллект (ИИ) — это не что иное, как алгоритмы. Материалы, которые люди видят в социальных сетях, передаются им с помощью алгоритмов. Фактически, все, что люди видят и делают в сети, является продуктом алгоритмов. Каждый раз, когда кто-то сортирует столбец в электронной таблице, задействуются алгоритмы, и большинство финансовых транзакций сегодня выполняется с помощью алгоритмов.Алгоритмы помогают гаджетам реагировать на голосовые команды, распознавать лица, сортировать фотографии, строить и водить автомобили. Взлом, кибератаки и алгоритмы взлома криптографического кода. Сейчас появляются самообучающиеся и самопрограммируемые алгоритмы, поэтому вполне возможно, что в будущем алгоритмы будут писать много, если не большинство алгоритмов.

Алгоритмы часто представляют собой элегантные и невероятно полезные инструменты, используемые для выполнения задач. В основном это невидимые помощники, невероятно улучшающие человеческие жизни.Однако иногда применение алгоритмов, созданных с добрыми намерениями, приводит к непредвиденным последствиям. Последние новости связаны с этими проблемами:

  • Британский фунт упал в цене на 6,1% за секунды 7 октября 2016 года, отчасти из-за валютных торгов, инициированных алгоритмами.
  • Инженеры Microsoft создали Twitter-бота под названием «Tay» прошлой весной в попытке поболтать с миллениалами, отвечая на их запросы, но в течение нескольких часов он извергал расистские, сексистские и отрицательные твиты, основанные на алгоритмах, которым он «учился». как отвечать другим, основываясь на том, что было написано в Твиттере.
  • Facebook попытался создать функцию, чтобы выделять популярные темы со всего сайта в лентах пользователей. Во-первых, команда людей отредактировала функцию, но споры разгорелись, когда некоторые обвинили платформу в предвзятом отношении к консерваторам. Итак, Facebook передал работу алгоритмам только для того, чтобы обнаружить, что они не могут отличить настоящие новости от фейковых.
  • Кэти О’Нил, автор книги Оружие разрушения математики: как большие данные увеличивают неравенство и угрожают демократии , указала, что прогнозная аналитика, основанная на алгоритмах, имеет тенденцию наказывать бедных, на примере алгоритмической практики найма.
  • Созданные из лучших побуждений алгоритмы могут быть саботированы злоумышленниками. 21 октября 2016 года на восточном побережье США произошел спад интернета после того, как хакеры забросали Dyn DNS, обработчик интернет-трафика, информацией, которая перегружала его сети, что открыло новую эру интернет-атак с подключенных к Интернету устройств. Это произошло после того, как в сентябре эксперт по интернет-безопасности Брюс Шнайер предупредил, что «кто-то учится отключать интернет». А злоупотребление алгоритмом ленты новостей Facebook и всеобщее распространение фейковых новостей в Интернете стали предметом споров, поскольку в 2016 году U.С. Президентские выборы продолжились.
  • Исследователь Эндрю Тутт призвал к «Управлению по контролю за продуктами и лекарствами для алгоритмов», отметив: «Рост все более сложных алгоритмов требует критического осмысления того, как наилучшим образом предотвращать, сдерживать и компенсировать вред, который они причиняют…. Алгоритмическое регулирование потребует единообразия на федеральном уровне, экспертной оценки, политической независимости и предпродажной проверки, чтобы предотвратить — не подавляя инновации — внедрение на рынок неприемлемо опасных алгоритмов.”
  • В октябре 2016 года Белый дом опубликовал два отчета, в которых подробно описываются прогресс алгоритмов и искусственного интеллекта и планы решения связанных с этим проблем, а также опубликован декабрьский отчет, в котором излагаются некоторые потенциальные последствия автоматизации, основанной на искусственном интеллекте, на рынке труда США и других странах. экономия.
  • 17 января 2017 года Институт будущего жизни опубликовал список из 23 принципов полезного искусственного интеллекта, составленный собранием заинтересованных исследователей на конференции в Асимолар, в Пасифик-Гроув, Калифорния.Среди более 1600 подписантов были Стивен Хокинг, Илон Маск, Рэй Курцвейл и сотни ведущих мировых исследователей искусственного интеллекта.

Использование алгоритмов распространяется по мере того, как предприятия и правительства создают, собирают и анализируют огромные объемы данных. Некоторые называют это веком алгоритмов и предсказывают, что будущее алгоритмов связано с машинным обучением и глубоким обучением, которое будет становиться все лучше и лучше все более быстрыми темпами.

В то время как многие из 2016 U.В ходе вскрытия президентских выборов в С. отмечалось революционное влияние веб-инструментов на их исход. Генеральный директор XPrize Foundation Питер Диамандис предсказал, что «пять крупных технологических тенденций сделают эти выборы скучными». Он сказал, что достижения в области квантовых вычислений и быстрое развитие ИИ и агентов ИИ, встроенных в системы и устройства в Интернете вещей, приведут к гипер-преследованию, влиянию и формированию избирателей, а также гиперперсонализированной рекламе, а также создадут новые способы искажать реальность и увековечивать ложь.

Аналитики, такие как Аниш Аниш из Стэнфордского университета, предвидят, что алгоритмы возьмут на себя государственную и частную деятельность в новую эру «альгократического управления», которое вытеснит «бюрократические иерархии». Другие, такие как Шошана Зубофф из Гарварда, описывают возникновение «капитализма наблюдения», который организует экономическое поведение в «информационной цивилизации».

Чтобы прояснить текущее отношение к потенциальному воздействию алгоритмов в следующем десятилетии, Исследовательский центр Pew Research Center и Imagining the Internet Center Университета Илона провели широкомасштабный опрос экспертов в области технологий, ученых, корпоративных практиков и руководителей правительств.На вопрос о том, что будет в следующем десятилетии, ответили около 1302 человека:

Будет ли суммарный эффект алгоритмов положительным для людей и общества или отрицательным для людей и общества?

Ненаучный опрос показал, что 38% этих респондентов предсказали, что положительное влияние алгоритмов перевесит отрицательное для отдельных лиц и общества в целом, в то время как 37% заявили, что отрицательное влияние перевесит положительное; 25% сказали, что общее влияние алгоритмов будет примерно 50-50, положительное-отрицательное.[См. «Об этом опросе экспертов» для получения дополнительной информации об ограничениях этого образца.]

Участников попросили объяснить свои ответы, и большинство из них написали подробные пояснения, которые дают представление о обнадеживающих и тревожных тенденциях. Респондентам было разрешено ответить анонимно; они составляют незначительное большинство письменных разработок. Эти результаты не отражают всех точек зрения, которые возможны для подобного вопроса, но они раскрывают широкий спектр ценных наблюдений, основанных на текущих тенденциях.

В следующем разделе мы предлагаем краткое описание семи ключевых тем, обнаруженных в письменных разработках. После этого вводного раздела дается более подробный анализ мыслей респондентов по каждой из тем. Все ответы слегка отредактированы по стилю.

Тема 1: Алгоритмы будут продолжать распространяться повсюду

Среди этих респондентов существует довольно единое мнение о том, что алгоритмы, как правило, невидимы для публики и что в следующем десятилетии их влияние будет расти в геометрической прогрессии.

Репрезентативное заявление об этой точке зрения поступило от Барри Чудакова , основателя и директора Sertain Research и StreamFuzion Corp. Он ответил:

«Если бы каждый алгоритм внезапно перестал работать, это был бы конец света, каким мы его знаем» (Педро Доминго The Master Algorithm ). Факт: Мы уже перевели наш мир на машинное обучение и алгоритмы. Теперь вопрос в том, как лучше понять и управлять тем, что мы сделали?

«Алгоритмы — полезный артефакт, чтобы начать обсуждение более широкой проблемы влияния помощи с технологией на нашу жизнь.А именно, как мы можем увидеть их в работе? Рассмотреть и оценить свои предположения? И что наиболее важно для тех, кто не создает алгоритмы для жизни — как мы узнаем, как они работают, где они действуют, какие допущения и предубеждения им присущи и как сделать их прозрачными? Как рыбы в аквариуме, мы можем видеть, как они плавают, и не спускать с них глаз.

Факт: мы уже перевели наш мир на машинное обучение и алгоритмы. Теперь вопрос в том, как лучше понять и управлять тем, что мы сделали?
Барри Чудаков

«Алгоритмы — новые арбитры принятия человеческих решений практически в любой области, которую мы можем себе представить, от просмотра фильма (распознавание эмоций Affectiva) до покупки дома (Zillow.com) на беспилотные автомобили (Google). Deloitte Global прогнозирует, что к концу 2016 года более 80 из 100 крупнейших мировых компаний-разработчиков программного обеспечения будут иметь когнитивные технологии, опосредованные алгоритмами, интегрированные в свои продукты. Как пишут Брайан Кристиан и Том Гриффитс в книге Algorithms to Live By , алгоритмы обеспечивают «лучший стандарт, с которым можно сравнивать само человеческое познание.» Они также являются стимулом для рассмотрения того же самого познания: как мы думаем и что значит думать с помощью алгоритмов, опосредующих наш мир?

«Главный положительный результат этого — лучшее понимание того, как принимать рациональные решения, и в этой мере лучшее понимание самих себя.В конце концов, алгоритмы генерируются методом проб и ошибок, путем тестирования, наблюдения и приведения к определенным математическим формулам относительно выбора, который делался снова и снова — и это может быть использовано для трудных выборов и проблем, особенно когда интуитивно мы не можем легко увидеть ответ или способ решения проблемы. Правило 37%, оптимальная остановка и другие алгоритмические выводы — это основанные на фактах руководства, которые позволяют нам использовать мудрость и математически подтвержденные шаги для принятия лучших решений.

«Дополнительным положительным результатом является возможность подключения. В технологическом повторении того, что духовные учителя говорили на протяжении веков, наши вещи демонстрируют, что все связано — или может быть — связано со всем остальным. Алгоритмы с настойчивостью и повсеместностью насекомых автоматизируют процессы, которые раньше требовали человеческих манипуляций и мышления. Теперь они могут управлять основными процессами мониторинга, измерения, подсчета или даже просмотра. Наша машина может сказать нам, чтобы мы притормозили.Наши телевизоры могут предложить фильмы для просмотра. В продуктовом магазине на ужин можно предложить здоровое сочетание мяса и овощей. Siri напоминает вам, что у вас годовщина.

«Основные негативные изменения сводятся к простому, но теперь довольно сложному вопросу: как мы можем увидеть и полностью понять значение алгоритмов, запрограммированных в повседневных действиях и решениях? Загвоздка вот в чем: чей это вообще разум? … В наших системах нет, и нам необходимо встроить то, что Дэвид Гелернтер назвал «верхним взглядом», — способность не только создавать технологические решения, но также видеть и исследовать их последствия, прежде чем мы построим бизнес-модели, компании и рынки на их сильных сторонах, и особенно об их ограничениях.”

Чудаков добавил, что это особенно необходимо, потому что в следующем десятилетии и далее: «За счет расширения сбора и анализа данных и последующего применения этой информации к процессам и объектам, которые ранее не применялись, добавляется уровень интеллекта или манипуляции мышлением. этот слой. Так что возможности предсказания преследуют нас, как домашнее животное. Результат: по мере того, как информационные инструменты и прогнозная динамика получают более широкое распространение, наша жизнь будет все больше зависеть от их внутренних выводов и повествования, которые они порождают.”

«Общее влияние повсеместных алгоритмов в настоящее время невозможно подсчитать, потому что присутствие алгоритмов в повседневных процессах и транзакциях сейчас настолько велико и в основном скрыто от общественности. Все наши системы расширенного мышления (алгоритмы подпитывают программное обеспечение и возможности взаимодействия, которые создают системы расширенного мышления) требуют большего, а не меньшего, и более глобальной перспективы, чем нам удавалось ранее. Расширяющийся сбор и анализ данных и, как следствие, применение этой информации может вылечить болезни, уменьшить бедность, принести своевременные решения людям и местам, где больше всего нужды, и развеять тысячелетние предрассудки, необоснованные выводы, бесчеловечные практики и игнорирование всего. виды.Наши алгоритмы теперь переопределяют то, что мы думаем, как мы думаем и что мы знаем. Нам нужно попросить их подумать о своем мышлении — обратить внимание на подводные камни и врожденные предубеждения, прежде чем они усвоятся и их будет труднее устранить.

«Чтобы создать надзор, который оценил бы влияние алгоритмов, сначала нам нужно увидеть и понять их в контексте, для которого они были разработаны. Это само по себе является сложной задачей, требующей от беспристрастных экспертов обратного отслеживания процесса разработки технологий для поиска моделей и формул, на основе которых были созданы алгоритмы.Затем, сохраняя все знания под рукой, экспертам необходимо трезво оценить преимущества и недостатки или риски, которые создают алгоритмы. Кто готов к этому? У кого есть время, бюджет и ресурсы, чтобы исследовать и рекомендовать полезные варианты действий? Это описание работы 21 века — и рыночная ниша — поиск реальных людей и компаний. Чтобы сделать алгоритмы более прозрачными, циркуляры с информацией о продуктах и ​​продуктах могут включать схему алгоритмических предположений, сродни боковой панели по питанию, которая сейчас встречается на многих упакованных пищевых продуктах, которые будут информировать пользователей о том, как алгоритмы влияют на интеллект в данном продукте, и краткое описание последствий этих предположений.”

Тема 2: впереди хорошие дела

Ряд респондентов отметили множество способов, которыми алгоритмы помогут разобраться в огромных объемах данных, отметив, что это вызовет прорыв в науке, новые удобства и человеческие возможности в повседневной жизни, а также все большую способность связывать людей с информация, которая им поможет. Они выполняют, казалось бы, чудесные задачи, которые люди не могут сделать, и они будут продолжать значительно увеличивать человеческий интеллект и помогать в достижении великих дел.Типичным сторонником этой точки зрения является Стивен Даунс , исследователь Национального исследовательского совета Канады, который перечислил следующие положительные изменения:

«Примеры:
Банки . Сегодня банки предоставляют кредиты на основании очень неполных данных. Это правда, что многие люди, которые сегодня имеют право на получение ссуд, не получат их в будущем. Однако многие люди — и, возможно, намного больше людей — смогут получить ссуды в будущем, поскольку банки отказываются использовать такие факторы, как раса, социально-экономическое положение, почтовый индекс и т. Д., Для оценки соответствия.Более того, с большим объемом данных (и с более интерактивными отношениями между банком и клиентом) банки могут снизить свои риски, тем самым предоставляя больше кредитов, в то же время предоставляя ряд услуг, индивидуально направленных на то, чтобы реально улучшить финансовое состояние человека.

«Поставщики медицинских услуг . Здравоохранение — это значительные и растущие расходы не потому, что люди становятся менее здоровыми (на самом деле, в обществе, наоборот, верно), а из-за значительных накладных расходов, необходимых для поддержки все более сложных систем, включая рецепты, страхование, помещения и многое другое.Новые технологии позволят поставщикам медицинских услуг переложить значительную часть этой нагрузки на человека, который (с помощью систем личной поддержки) будет лучше управлять своим здоровьем, координировать и управлять своим собственным лечением и создавать меньшую нагрузку на систему. . По мере того, как общие затраты на здравоохранение снижаются, становится все более возможным предоставлять медицинское страхование с одним плательщиком для всего населения, которое, как известно, имеет положительные последствия для здоровья и эффективность.

«Правительства .Значительная часть государственного управления основана на регулировании и мониторинге, которые больше не потребуются с развертыванием автоматизированных систем производства и транспортировки, а также сенсорных сетей. Это включает в себя многие из повседневных (и часто неприятных) взаимодействий, которые мы имеем сегодня с правительством, начиная с нарушений правил дорожного движения, проявления гражданского недовольства, несправедливого обращения в коммерческих и юридических процессах и т. Д. Простой пример: одна из самых серьезных политических проблем в Соединенных Штатах — это подтасовка политических границ в пользу действующих лиц.Избирательные подразделения, созданные с помощью алгоритма, в значительной степени исключают подтасовку (и, когда они открыты и обсуждаются, могут быть изменены для улучшения этого результата) ».

Выборка дополнительных ответов от анонимных респондентов:

Эффективность алгоритмов приведет к большему творчеству и самовыражению.

  • «Алгоритмы находят знания в автоматическом режиме намного быстрее, чем это обычно возможно».
  • «Алгоритмы могут обрабатывать базы данных достаточно быстро, чтобы избавиться от бюрократии и бюрократии, которые в настоящее время замедляют прогресс.”
  • «Мы увидим меньше загрязнения, улучшим здоровье людей, меньше экономических отходов».
  • «Алгоритмы могут уравнять доступ к информации».
  • «Эффективность алгоритмов приведет к большему творчеству и самовыражению».
  • «Алгоритмы могут уменьшить проблемы с транспортировкой; они могут определить заторы, а также альтернативные времена и пути ».
  • «Беспилотные автомобили могут значительно сократить количество несчастных случаев в год, а также улучшить качество жизни большинства людей.”
  • «Более адресная доставка новостей, услуг и рекламы».
  • «Больше научно-обоснованных социальных наук, использующих алгоритмы для сбора данных из социальных сетей и переходов по ссылкам».
  • «Улучшенная и более активная работа полиции, направленная на районы, где можно предотвратить преступность».
  • «Меньше слаборазвитых областей и больше международных коммерческих обменов».
  • «Алгоритмы уменьшают трения при принятии решений, покупке, транспортировке и многих других действиях.”
  • «Боты будут следовать приказам покупать ваши акции. Цифровые агенты найдут нужные вам материалы ».
  • «Все ошибки можно исправить. Это будет означать, что алгоритмы со временем станут только более эффективными в соответствии с желаниями человечества ».

Темы, освещающие проблемы и проблемы

Участники этого исследования были в значительной степени согласны с тем, что многочисленные положительные стороны ускорения зависимости от кода будут продолжать стимулировать распространение алгоритмов; однако, как и во всех великих технологических революциях, у этой тенденции есть и обратная сторона.Большинство респондентов указали на проблемы, главная из которых заключалась в последних пяти основных темах настоящего отчета; у всех есть подтемы.

Тема 3: Человечество и человеческие суждения потеряны, когда данные и прогнозное моделирование приобретают первостепенное значение

Прогресс в области алгоритмов позволяет технологическим корпорациям и правительствам собирать, хранить, сортировать и анализировать массивные наборы данных. Эксперты, участвовавшие в этом опросе, отметили, что эти алгоритмы в первую очередь написаны для оптимизации эффективности и прибыльности без особых размышлений о возможных социальных последствиях моделирования и анализа данных.Эти респонденты утверждали, что люди считаются «вкладом» в этот процесс и не рассматриваются как реальные, мыслящие, чувствующие, изменяющиеся существа. Они говорят, что это создает ошибочное, логически управляемое общество и что по мере развития процесса, то есть когда алгоритмы начинают писать алгоритмы, люди могут оказаться вне цикла, позволяя «роботам решать». Представитель этой точки зрения:

Барт Книжненбург , доцент кафедры ориентированных на человека вычислений в Университете Клемсона, ответил: «Алгоритмы будут извлекать выгоду из удобства и прибыли, тем самым дискриминируя определенные группы населения, но также разрушая опыт всех остальных.Целью алгоритмов является соответствие некоторым нашим предпочтениям, но не обязательно всем из них: по сути, они представляют собой карикатуру на наши вкусы и предпочтения. Я больше всего опасаюсь, что, если мы не настроим наши алгоритмы на самоактуализацию , людям будет просто слишком удобно следовать советам алгоритмов (или слишком сложно выходить за рамки таких советов), превращая эти алгоритмы в себя. -исполнение пророчеств и превращение пользователей в зомби, которые потребляют исключительно легкие в употреблении предметы.”

Анонимный футуролог сказал: «Это происходит с самого начала промышленной революции. Каждый раз, когда вы создаете человеческую систему, оптимизированную для повышения эффективности или прибыльности, вы дегуманизируете персонал. Эта дегуманизация теперь распространилась на наше здравоохранение и социальные службы. Когда вы удаляете человечество из системы, в которую включены люди, они становятся жертвами ».

Другой анонимный респондент написал: «Мы просто не можем зафиксировать каждый элемент данных, который представляет обширность человека и его потребности, желания, надежды и желания.Кто какие данные собирает? Знают ли вообще люди, отраженные в точках данных, или они просто согласились с условиями обслуживания, потому что у них не было реального выбора? Кто зарабатывает на данных? Как кто-нибудь может узнать, как его / ее данные обрабатываются и для каких целей, чтобы оправдать какие цели? Нет прозрачности, а надзор — фарс. Все это скрыто от глаз. Я всегда буду убежден, что данные будут использоваться для обогащения и / или защиты других, а не отдельных лиц. Это основная природа экономической системы, в которой мы живем.”

Выборка отрывков, связанных с этой темой, от других респондентов (подробнее см. Более полные версии в полном тексте отчета):

Алгоритмы обладают способностью формировать решения людей, даже не подозревая об этом, предоставляя тем, кто контролирует алгоритмы, несправедливое положение власти.

  • «Потенциал добра огромен, но вероятность неправильного использования и злоупотребления — преднамеренного и непреднамеренного — может быть больше».
  • «Компании стремятся максимизировать прибыль, а не максимизировать общественное благо.Хуже того, они переупаковывают стремление к прибыли как общественное благо. Мы приближаемся к пику волны, минусом которой является новая этика манипуляции, маркетинга, почти полное отсутствие конфиденциальности ».
  • «Уже сегодня мы видим, что на практике такие вещи, как« дифференцированное ценообразование », не помогают потребителю; это помогает компании, которая продает вещи и т. д. »
  • «Отдельные люди будут пастись, как скот, с предсказуемо разрушительными последствиями для верховенства закона, социальной справедливости и экономики.”
  • «Есть стимул только для дальнейшего сокрытия присутствия и операций алгоритмического формирования коммуникационных процессов».
  • «Алгоритмы… усиливают негативное влияние пробелов и исключений данных».
  • «Алгоритмы обладают способностью формировать индивидуальные решения, даже если они этого не знают, что дает тем, кто контролирует алгоритмы, несправедливую власть».
  • «Тот факт, что с помощью алгоритмов можно использовать Интернет для почти чтения наших мыслей, означает, [что] те, кто имеет доступ к алгоритмам и их базам данных, имеют широкие возможности для манипулирования большими группами населения.”
  • «Пугает отсутствие подотчетности и полная непрозрачность».
  • «Судя по утилитарным метрикам, у алгоритмического принятия решений нет недостатков; тот факт, что это приводит к постоянной несправедливости по отношению к тем самым классам меньшинств, которые он создает, будет проигнорирован. Общее Благо стало дискредитированным, устаревшим пережитком Прошлого ».
  • «В экономике, в которой все больше доминирует крошечная, очень привилегированная и изолированная часть населения, это будет в значительной степени воспроизводить неравенство в их интересах.Критика будет преуменьшена и отвергнута из-за того, что весь процесс прикрывается цифровой «логикой» ».
  • «Алгоритмы — это новое золото, и трудно объяснить, почему средний« хороший »расходится с индивидуальным« хорошим »».
  • «Мы будем интерпретировать негативное индивидуальное воздействие как необходимый сопутствующий ущерб от« прогресса »».
  • «Это убьет местный интеллект, местные навыки, языки меньшинств, местное предпринимательство, потому что большая часть доступных ресурсов будет истощена глобальными конкурентами.”
  • «В прошлом алгоритмы создавались программистом. В будущем они, вероятно, будут развиваться с помощью интеллектуальных / обучающихся машин…. Люди потеряют свободу выбора в мире ».
  • «Будет только хуже, потому что нет« кризиса », на который нужно реагировать, и, следовательно, нет не только мотивации к изменениям, но и всех причин для продолжения, особенно со стороны заинтересованных влиятельных кругов. Нас ждет кошмар ».
  • «Веб 2.0 обеспечивает больше удобства для граждан, которым нужно отвезти домой, но в то же время — и было бы наивно думать, что это совпадение — он также является монетизированным, корпоративным, лишающим возможности, каннибализирующим предвестником Конца времен.(Я преувеличиваю для эффекта. Но ненамного.) »
Тема 4: Предубеждения существуют в алгоритмически организованных системах

Здесь соединяются две нити мышления. Во-первых, создатели алгоритмов (авторы кода), даже если они стремятся к инклюзивности, объективности и нейтральности, встраивают в свои творения свои собственные взгляды и ценности. Во-вторых, наборы данных, к которым применяются алгоритмы, имеют свои ограничения и недостатки. Даже наборы данных с миллиардами единиц информации не отражают полноты жизни людей и разнообразия их опыта.Более того, сами наборы данных несовершенны, потому что они не содержат входных данных от всех или репрезентативной выборки всех. В этих ответах раскрываются две темы:

Джастин Райх , исполнительный директор Лаборатории обучающих систем Массачусетского технологического института, заметил: «Алгоритмы будут в первую очередь разработаны белыми и азиатскими мужчинами — на основе данных, выбранных этими же привилегированными участниками — для пользы потребителей, подобных им самим. Большинство людей, занимающих высокие посты, сочтут эти новые инструменты удобными, безопасными и полезными.Вред от новых технологий больше всего пострадает те, кто уже находится в неблагоприятном положении в обществе, где рекламные алгоритмы предлагают объявления о залоге, которые предполагают, что читатели являются преступниками, заявки на получение ссуды, которые наказывают людей за доверенных лиц, настолько связанных с расой, что они эффективно наказывают людей на основе расы, и похожие проблемы ».

Дадли Айриш , инженер-программист, заметил: «Все, позвольте мне повторить, — все данных обучения содержат ошибки. По большей части это связано либо с расой, либо с классом, с изрядной долей простого наказания людей за то, что они не используют стандартный диалект английского языка.Перефразируя Иммануила Канта, из кривых бревен этих наборов данных никогда не было сделано ничего прямого ».

Выборка цитат других респондентов, связанных с этой темой (подробности см. В полном тексте отчета):

Одной из величайших проблем следующей эпохи будет балансирование защиты интеллектуальной собственности в алгоритмах с защитой субъектов этих алгоритмов от несправедливой дискриминации и социальной инженерии.

  • «Алгоритмы по определению обезличены и основаны на общих данных и обобщенных предположениях.Люди, пишущие алгоритмы, даже те, которые основаны на данных, не являются репрезентативной подмножеством населения ».
  • «Если вы начнете с места неравенства и используете алгоритмы, чтобы решить, какой вероятный исход для человека / системы, вы неизбежно усилите неравенство».
  • «Со всеми нами будут плохо обращаться как с более однородными, чем мы есть».
  • «Результатом может быть институционализация предвзятых и вредных решений под предлогом:« Решение принял компьютер, поэтому мы должны его принять.’”
  • «Алгоритмы будут отражать предвзятое мышление людей. Мусор на входе, мусор на выходе. Это затронет многие аспекты жизни, но лишь немногим поможет. Надзор будет очень трудным или невозможным ».
  • «Алгоритмы ценят эффективность выше правильности или справедливости, и со временем в их развитии будут сохраняться те же приоритеты, которые были изначально сформулированы».
  • «Одной из величайших проблем следующей эпохи будет балансировка защиты интеллектуальной собственности в алгоритмах с защитой субъектов этих алгоритмов от несправедливой дискриминации и социальной инженерии.”
  • «Алгоритмы претендуют на то, чтобы быть справедливыми, рациональными и беспристрастными, но просто навязывают предрассудки без возможности обращения».
  • «Если алгоритмы в основном не имеют открытый исходный код и, как таковые, могут быть изменены по отзывам пользователей в некоторой справедливой манере, то власть, с которой вероятные производители алгоритмов (корпорации и правительства) должны делать выбор, благоприятный для себя, будь то в отношении интернет-условий обслуживания или договоренности о приверженности или политические предубеждения привнесут в алгоритмы как сознательные, так и бессознательные предубеждения.”
Тема 5: Углубление алгоритмической категоризации делит

В ответах многих респондентов были очевидны две взаимосвязанные идеи об общественных делениях. Во-первых, они предсказали, что будущее, основанное на алгоритмах, увеличит разрыв между разбирающимися в цифровых технологиях (преимущественно самыми обеспеченными, которые являются наиболее желаемой демографической группой в новой информационной экосистеме) и теми, кто не настолько связан или не может участвовать. . Во-вторых, они сказали, что социальное и политическое разделение будет поддерживаться алгоритмами, поскольку категоризация и классификации, основанные на алгоритмах, направляют людей в эхо-камеры повторяющегося и усиленного медиа и политического контента.Два наглядных ответа:

Райан Хейс , владелец Fit to Tweet, прокомментировал: «Двадцать лет назад мы говорили о« цифровом разрыве », когда люди имеют доступ к компьютеру дома по сравнению с теми, у кого его нет, или теми, у кого есть доступ к нему. Интернет против тех, кто этого не сделал…. Однако через десять лет жизнь человека, чьи возможности и восприятие мира дополнены датчиками, обрабатываются мощным ИИ и подключен к огромным объемам данных, будет сильно отличаться от жизни тех, у кого нет доступа. к этим инструментам или знанию того, как их использовать.И этот разрыв будет сохраняться постоянно, когда те, у кого меньше возможностей, будут более уязвимыми во многих отношениях для тех, у кого больше ».

Адам Гисмонди , приглашенный ученый из Бостонского колледжа, написал: «Я опасаюсь, что, поскольку пользователи изолированы в определенных идеологических областях, человеческая способность к сочувствию может пострадать. Сопротивление противоположным точкам зрения бросает нам вызов, и если мы сможем (активно или пассивно) избегать других с другими точками зрения, это негативно повлияет на наше общество.Будет интересно увидеть, какие функции наши крупные компании в области социальных сетей добавят в ближайшие годы, поскольку они будут иметь огромную власть над структурой информационного потока ».

Выборка цитат других респондентов, связанных с этой темой (подробности см. В полном тексте отчета):

Общий эффект для некоторых людей будет положительным. Это будет плохо для бедных и необразованных. В результате цифровой разрыв и неравенство в уровне благосостояния будут расти.Это будет чистым негативом для общества.

  • «Если нынешний экономический порядок останется на месте, то я не вижу роста алгоритмов, основанных на данных, которые принесут большую пользу кому-либо, кроме самых богатых в обществе».
  • «Предположительно, социальное неравенство станет овеществленным».
  • «Главный риск заключается в том, что менее регулярные пользователи, особенно те, которые объединяются на одном или двух сайтах или платформах, не разовьют эту функцию навигации и выбора и окажутся в невыгодном положении.”
  • «Алгоритмы делают дискриминацию более эффективной и обеззараженной. Положительный эффект будет заключаться в увеличении прибыли для организаций, способных избежать рисков и затрат. Негативные последствия будут иметь все, что алгоритмы сочтут рискованными или менее прибыльными ».
  • «Общество будет расслоено в зависимости от того, какой провайдер доверия / идентификации может позволить себе / иметь право работать. Уровень конфиденциальности и защиты будет разным. « Jackson’s Whole » Лоис Макмастер [Буджолд] внезапно кажется немного более пугающе реалистичным.”
  • «У нас есть радикально расходящиеся наборы ценностей, политических и других, и алгоритмы всегда основаны на системах ценностей их создателей. Таким образом, сценарий представляет собой один из огромных открытий возможностей — экономических и иных — под контролем либо таких, как Цукерберг, либо седых движителей глобального капитала, либо… ».
  • «Общий эффект будет положительным для некоторых людей. Это будет плохо для бедных и необразованных. В результате цифровой разрыв и неравенство в уровне благосостояния будут расти.Это будет чистым негативом для общества ».
  • «Расовая изоляция в потребительском таргетинге. Исключение по признаку пола в таргетинге на потребителей. Исключение класса в таргетинге на потребителей…. Националистическое исключение в потребительском таргетинге ».
  • «Если алгоритмы, управляющие потоком новостей, подавляют противоречивую информацию — информацию, которая бросает вызов предположениям и ценностям отдельных людей — мы можем увидеть усиление крайностей разделения мировоззрений среди быстро расходящихся субпопуляций».
  • «Возможно, мы движемся к потокам информации с наименьшим общим знаменателем.”
  • «Эффективность и приятность, а также серотонин, которые исходят от предписаний, сильно переоценены. Важно сохранить в нашей жизни некоторый хаос ».

Ряд участников этого опроса выразили озабоченность по поводу изменений в информационных диетах общественности, «атомизации СМИ», чрезмерного акцента на крайних, уродливых, странных новостях и предпочтения «правдивости» над чем-то еще. фактический материал, который может иметь жизненно важное значение для понимания того, как быть ответственным гражданином мира.

Тема 6: Безработица вырастет

Распространение искусственного интеллекта (ИИ) может вызвать серьезную безработицу и все ее последствия.

Анонимный генеральный директор сказал: «Если задача может быть эффективно представлена ​​алгоритмом, то ее можно легко выполнить с помощью машины. Негативная тенденция, которую я здесь вижу, заключается в том, что с развитием алгоритма люди будут заменены машинами / компьютерами для выполнения многих работ / задач. Какая же тогда будет судьба Человека? »

Выборка цитат других респондентов, связанных с этой темой (подробности см. В полном тексте отчета):

Я предвижу, что алгоритмы заменят почти всех рабочих без реальных возможностей для замененных людей.

  • «Искусственный интеллект и роботы могут подорвать рабочую силу до потенциальной 100% безработицы среди людей. Они будут умнее, эффективнее, продуктивнее и дешевле, поэтому для корпораций и бизнеса имеет смысл двигаться в этом направлении ».
  • «Значительный рост производительности за счет автоматизации увеличит разрыв между рабочими и владельцами капитала».
  • «Современное западное общество построено на социальной модели, согласно которой Капитал обменивается на Труд для обеспечения экономического роста.Если лейбористы больше не будут участвовать в этом обмене, последствия будут огромными ».
  • «Отсутствие работы, рост населения и меньшая потребность в автономном функционировании среднестатистического человека. Какая часть этого теплая и нечеткая? »
  • «Я предвижу, что алгоритмы заменят почти всех рабочих без реальных возможностей для замененных людей».
  • «В долгосрочной перспективе это может быть хорошо для людей, если они откажутся от малоценных повторяющихся задач и мотивируют их выполнять те, которые создают более высокую ценность.”
  • «Надеюсь, страны ответят введением форм минимального гарантированного прожиточного минимума и бесплатного образования после K-12; в противном случае самые умные будут использовать онлайн-ресурсы, чтобы быстро превзойти обычных людей, а самые богатые будут использовать свою экономическую мощь для получения большего политического преимущества ».
Тема 7: Растет потребность в алгоритмической грамотности, прозрачности и надзоре

Респонденты этого опроса предложили различные идеи о том, как отдельные люди и культура в целом могут реагировать на алгоритмизацию жизни.Они выступали за то, чтобы общественное образование воспитывало у широкой публики грамотность о том, как работают алгоритмы. Они также отметили, что те, кто создает и развивает алгоритмы, не несут ответственности перед обществом, и утверждали, что должен быть какой-то метод, с помощью которого они несут ответственность. Комментарии представителя:

Сьюзан Этлингер , отраслевой аналитик Altimeter Group, сказала: «Так же, как мы все чаще хотим знать место и условия производства нашей еды и одежды, мы также должны задаться вопросом, как принимаются наши данные и решения.Какова цепочка поставок этой информации? Есть ли четкое руководство и контрольный журнал? Были ли предположения основаны на частичной информации, ошибочных источниках или нерелевантных контрольных показателях? Достаточно ли мы обучили наши данные? Были ли задействованы нужные заинтересованные стороны, и чему мы научились на своих ошибках? Результатом всего этого является то, что в следующем десятилетии весь наш способ управления организациями будет перевернут. Способность создавать и изменять реальность будет заключаться в технологиях, которые по-настоящему понимают лишь немногие.Таким образом, чтобы гарантировать, что мы успешно используем алгоритмы, будь то финансовая или человеческая выгода или и то, и другое, нам необходимы структуры управления и подотчетности. Легче сказать, чем сделать, но если когда-либо было время объединить самые умные умы в отрасли с самыми умными умами в академических кругах для решения этой проблемы, то сейчас самое время ».

Крис Кутарна , автор книги Age of Discovery и сотрудник Оксфордской школы Мартина, писал: «Алгоритмы — это явная форма эвристики, способ систематизировать определенные выборы и решения, чтобы мы не постоянно пили из огня. гидрант сенсорных входов.Эта стратегия выживания всегда развивалась вместе с человечеством и со сложностью наших социальных систем и сред данных. Явное осознание наших упрощающих предположений и эвристики — важный момент, на котором наш интеллект и влияние созревают. Что изменилось сейчас, так это растущие возможности явного программирования этой эвристики для выполнения упрощения за пределами человеческого разума, в машинах и платформах, которые доставляют данные миллиардам людей.Нам потребуется некоторое время, чтобы развить мудрость и этику, чтобы понять и направить эту силу. Между тем, мы, честно говоря, не знаем, насколько хорошо и безопасно это применяется. Первым и наиболее важным шагом является повышение социальной осведомленности о том, кто, как и где это применяется ».

Выборка цитат других респондентов, связанных с этой темой (подробности см. В полном тексте отчета):

Нам нужна какая-то радужная коалиция, чтобы выработать правила, которые не позволят встроенной предвзятости и групповому мышлению влиять на результаты.

  • «Кто охраняет стражей? И, в частности, какие «опекуны» что и для кого делают, используя обширный массив информации? »
  • «В капитализме нет стимулов бороться с пузырями фильтров, профилированием и негативными эффектами, а государственное / международное управление практически бессильно».
  • «Механизмы надзора могут включать более строгие протоколы доступа; подписать этические кодексы для цифрового управления и назначить хранителей информации; онлайн-отслеживание повторного использования информации отдельными лицами; функции отказа; установка сроков доступа; запрещена продажа третьим лицам без согласия.”
  • «Если не приложить больше усилий, чтобы сделать настоящую информационную грамотность частью базового образования, будет класс людей, которые могут использовать алгоритмы, и класс, используемый алгоритмами».
  • «Потребители должны быть информированы, образованы и, по сути, должны быть активными в своей ориентации на что-то тонкое. В этом суть компьютерной грамотности в 21 веке ».
  • «Решающее значение будет иметь поиск основы для обеспечения прозрачности и оценки результатов. Также необходимо иметь широкое понимание алгоритмической «цепочки создания стоимости», и эти данные являются ключевым фактором и столь же ценны, как и алгоритм, который они обучают.”
  • «Алгоритмическая подотчетность — это масштабный проект, требующий навыков теоретиков и практиков, юристов, социологов, журналистов и других. Это неотложная глобальная задача, за поддержкой которой нуждаются целеустремленные и мобилизованные эксперты ».
  • «В конце концов, закон об ответственности за программное обеспечение будет признан нуждающимся в реформе, поскольку прямо сейчас программисты могут избежать наказания за убийство».
  • «Закон непредвиденных последствий указывает на то, что возрастающие уровни социальной и технической сложности, закодированные в алгоритмах, гарантируют, что произойдут непредвиденные катастрофические события — вероятно, не те, о которых мы беспокоились.”
  • «В конечном итоге мы будем развивать механизмы, чтобы дать потребителям больший контроль, что должно привести к большему пониманию и доверию…. Противодействие будет неизбежным, но необходимым и в конечном итоге приведет к балансу, который будет более выгодным для всех нас ».
  • «Нам нужна какая-то радужная коалиция, чтобы выработать правила, которые не позволят встроенной предвзятости и групповому мышлению влиять на результаты».
  • «Алгоритмы слишком сложны, чтобы быть прозрачными или полностью безопасными.Эти факторы будут и дальше влиять на направление нашей культуры ».
  • «Я ожидаю, что будут разработаны метаалгоритмы, чтобы попытаться противостоять негативам алгоритмов».

Анонимные респонденты поделились следующими комментариями по теме:

  • «Золотое правило: тот, кто владеет золотом, устанавливает правила».
  • «Плохие парни, кажется, намного опережают хороших парней».
  • «Сопротивление бесполезно».
  • «Алгоритмы определяются людьми, которые хотят продать вам что-то (товары, услуги, идеологии) и будут искажать результаты в пользу этого.”
  • «Алгоритмы, безусловно, полезны, но, вероятно, недостаточны, если они не сочетаются с человеческими знаниями и политической волей».

Наконец, это предсказание анонимного участника, который видит вероятную конечную точку как одну из двух крайностей:

«Общий удар будет утопией или концом человеческого рода; золотой середины не предвидится. Я подозреваю, что это утопия, учитывая, что мы пережили по крайней мере один экзистенциальный кризис (ядерный) в прошлом и что наш путь к миру, хотя и медленный, но прочный.”

Мнения ключевых экспертов о будущем влиянии алгоритмов

Ниже приводится краткая подборка комментариев нескольких из многих ведущих аналитиков, участвовавших в опросе:

«Направление людей к полезной информации»

Винтон Серф , член Зала славы Интернета, вице-президент и главный евангелист в Интернете в Google: «Алгоритмы в основном предназначены для того, чтобы направлять людей к полезной информации, и я считаю это чистым положительным моментом».

Остерегайтесь «непроверенных, неотслеживаемых, необработанных моделей»

Кори Доктороу , писатель, активист по информатике в MIT Media Lab и совладелец Boing Boing, ответил: «Выбор в этом вопросе слишком ограничен.Правильный ответ: «Если мы будем строго использовать модели машинного обучения, они улучшат ситуацию; если мы будем использовать их, чтобы скрыть несправедливость прикрытием машинного эмпиризма, будет хуже ». Amazon использует машинное обучение для оптимизации своих стратегий продаж. Когда они вносят изменение, они делают прогноз о его вероятном результате в продажах, а затем используют данные о продажах из этого прогноза для уточнения модели. Подрядчики в пенитенциарной системе Америки используют машинное обучение для оптимизации рекомендаций по вынесению приговора.Их модель также делает прогнозы о вероятных исходах (при повторном преступлении), но не отслеживает, дает ли их модель хорошие прогнозы, и нет никаких уточнений. Это позволяет им делать ужасные прогнозы без последствий. Эта характеристика непроверенных, неотслеживаемых, неотработанных моделей присутствует во многих местах: в списках наблюдения террористов; модели профилирования для уничтожения дронов; современные системы красной черты / Джима Кроу, ограничивающие кредит; алгоритмы прогнозирования полиции; и т. д. Если мы санкционируем или установим нормативные ограничения в отношении методов, которые исправляют это подлое поведение, то мы можем использовать эмпиризм для исправления предвзятости и повышения справедливости и беспристрастности фирм и государства (а также государственно-частных партнерств).Если же, с другой стороны, практика продолжается как есть, она заканчивается своего рода кошмаром в кафкианском стиле, когда мы делаем что-то «потому что компьютер так говорит», и мы называем их справедливыми, «потому что компьютер так говорит».

«Будет преобладать общая тенденция к положительным результатам»

Джонатан Грудин , главный исследователь Microsoft, сказал: «Мы наконец достигли состояния симбиоза или партнерства с технологиями. Алгоритмы не контролируются; люди создают и корректируют их.Однако положительные эффекты для одного человека могут быть отрицательными для другого, а отследить причины и следствия может быть сложно, поэтому нам придется постоянно работать, чтобы понять и скорректировать баланс. В конечном счете, большинство ключевых решений будут политическими, и я оптимистичен, что общая тенденция к положительным результатам будет преобладать, учитывая огромный потенциал роста использования технологий. Меня меньше беспокоит преобладание плохих актеров, чем непреднамеренные и незамеченные негативные последствия, подкрадывающиеся к нам.”

«Безликие системы больше заинтересованы в наблюдении и рекламе, чем в реальных услугах»

Док Сирлс , журналист, спикер и директор Project VRM в Центре Беркмана Гарвардского университета, написал: «Самая большая проблема с алгоритмами сегодня — это природа черного ящика некоторых из самых крупных и важных алгоритмов. Примером может служить тот, который использовался Dun & Bradstreet для определения кредитоспособности. Методы, лежащие в основе принимаемых им решений, совершенно непонятны не только для тех, чья репутация оценивается, но и для большинства людей, управляющих алгоритмом.Только программисты могут знать наверняка, что делает алгоритм, и даже они могут не понимать, что происходит. В некоторых случаях невозможно точно сказать, почему и как достигается решение алгоритма. И даже если ответственные стороны точно знают, как работает алгоритм, они будут называть это коммерческой тайной и держать в секрете. Уже есть отпор непрозрачности алгоритмов, а иногда и огромных систем, стоящих за ними. Многие законодатели и регулирующие органы также хотят, чтобы, например, обширные серверные фермы Google и Facebook были более известны и поняты.Эти объекты имеют размер, масштаб и в некотором смысле важность атомных электростанций и нефтеперерабатывающих заводов, но почти не контролируются регулирующими органами. Это изменится. В то же время изменится размер сущностей, использующих алгоритмы. Они будут становиться все меньше и многочисленнее, поскольку больше ответственности за жизнь отдельных людей уходит от безликих систем, более заинтересованных в наблюдении и рекламе, чем в фактическом обслуживании ».

Запрос на #AlgorithmicTransparency

Марк Ротенберг , исполнительный директор Информационного центра электронной конфиденциальности, заметил: «Основная проблема с алгоритмическим принятием решений — это отсутствие подотчетности.Машины буквально превратились в черные ящики — даже разработчики и операторы не до конца понимают, как производятся выходные данные. Проблема усугубляется «цифровым сциентизмом» (моя фраза) — непоколебимой верой в надежность больших данных. «Алгоритмическая прозрачность» должна стать фундаментальным требованием для принятия всех решений на основе ИИ. Существует более серьезная проблема с увеличением результатов, основанных на алгоритмах, за пределами риска ошибки или дискриминации — возрастающая непрозрачность принятия решений и растущее отсутствие подотчетности со стороны человека.Нам нужно противостоять реальности, что власть и власть переходят от людей к машинам. Вот почему #AlgorithmicTransparency — одна из величайших проблем нашей эпохи ».

Данные «будут использоваться не по назначению»

Ричард Столмен , член Зала славы Интернета и президент Фонда свободного программного обеспечения, сказал: «Люди будут вынуждены передать все личные данные, которые будут оценивать алгоритмы. Накопленные данные будут использоваться различными способами — компаниями, которые их собирают, мошенниками, взломщиками, которые крадут данные с сайта компании, и государством с помощью писем национальной безопасности.Я слышал, что люди, которые отказываются от использования Facebook, подвергаются некоторой дискриминации. Возможно, скоро им будет отказано во въезде, например, в США. Даже если США на самом деле этого не сделают, люди будут опасаться, что они это сделают. Сравните это с оценкой китайского социального послушания для интернет-пользователей ».

Люди должны жить с результатами алгоритмов, «даже если они боятся рисков»

Дэвид Кларк , член Зала славы Интернета и старший научный сотрудник Массачусетского технологического института, ответил: «Я вижу, что положительные результаты перевешивают отрицательные, но проблема будет в том, что определенные люди пострадают от отрицательных последствий, возможно, очень серьезных, и общество пострадает. должны решить, как бороться с этими результатами.Эти результаты, вероятно, будут различаться по характеру и по нашей способности понять, почему они произошли, и эта реальность напугает некоторых людей. Но, как мы видим сегодня, люди чувствуют, что они должны использовать Интернет, чтобы стать частью общества. Даже если они опасаются последствий, люди соглашаются с тем, что они должны жить с результатами этих алгоритмов, даже если они опасаются рисков ».

«Это затронет КАЖДУЮ область жизни. Каждый. Одинокий. Один. ’

Баратунде Терстон , научный сотрудник MIT Media Lab, обозреватель Fast Company и бывший директор по цифровым технологиям The Onion, написал: «Основные положительные изменения: 1) Отговорка о незнании вещей будет значительно уменьшена по мере того, как информация станет еще более связанной и полный.2) Ошибки, возникающие в результате ошибок в человеческих суждениях, «знаниях» или времени реакции, будут значительно сокращены. Назовем это принципом «роботы ездят лучше людей». Сегодняшние водители будут ныть, но через 50 лет никто не захочет водить машину, если они смогут использовать это время, чтобы испытать неотличимую от реальности иммерсивную виртуальную среду, наполненную кучей ботов Бейонсе.

«3) Коррупция, которая существует сегодня в результате человеческого обмана, значительно сократится — взяток, взяточничества, кумовства.Если алгоритмы построены хорошо и надежно, возможность добавить эту неэффективность (например, нанять какого-нибудь идиота, потому что он ваш кузен) должна уменьшиться. 4) В целом, мы должны добиться гораздо более эффективного распределения ресурсов, включая дорогие (в долларах или экологических издержках) ресурсы, такие как ископаемое топливо. По сути, алгоритмическое понимание начнет влиять на дизайн наших домов, городов, транспортных сетей, уровни производства, переработку отходов и многое другое. В мире, где у каждого американца есть машина, которой она никогда не пользуется, много избыточности.Мы должны стать намного более энергоэффективными, если уменьшим дублирование процессов, создаваемых людьми.

«Но будут негативные изменения: 1) Увеличится скорость взаимодействия и объем обрабатываемой информации — все станет быстрее. Ни один из результатов повышения эффективности, достигнутых технологиями, никогда не приводил к большему количеству досуга, отдыха или счастья. Мы просто будем больше делать покупки, больше работать, решать больше вещей, потому что наши возможности делать все это увеличатся. Это похоже на добавление полос на шоссе в качестве решения для управления дорожным движением.Когда вы делаете это, вы просто поощряете больше людей водить машину. Настоящая уловка состоит в том, чтобы не добавлять больше автомобильных полос, а построить мир, в котором меньше людей нуждаются или хотят водить машину.

«2) Будет алгоритмическое и ориентированное на данные угнетение. Учитывая, что эти системы будут созданы явно несовершенными и предвзятыми людьми, мы, вероятно, создадим новые и гораздо менее заметные формы дискриминации и угнетения. Создатели этих алгоритмов и сборщики данных, используемых для их тестирования и первичной обработки, не имеют ни малейшего представления о всестороннем понимании культуры, ценностей и разнообразия.Они забудут проверить свое распознавание изображений на темной коже или свои медицинские диагностические инструменты на азиатских женщинах или их транспортных моделях во время крупных спортивных мероприятий в сильном тумане. Мы предположим, что машины умнее, но мы поймем, что они такие же тупые, как и мы, но лучше скрывают это.

«3) Целые группы людей будут исключены, и они, скорее всего, не узнают о параллельной реальности, с которой они не сталкиваются. Это затронет все сферы жизни. Каждый. Одинокий. Один.»

Призыв к «реформе отрасли» и «более разумным режимам регулирования»

Технолог Анил Даш сказал: «Лучшие части алгоритмического влияния сделают жизнь лучше для многих людей, но худшие излишества действительно непредсказуемо нанесут вред наиболее маргинальным слоям населения.Нам потребуется как отраслевая реформа внутри технологических компаний, создающих эти системы, так и гораздо более продуманные режимы регулирования, чтобы справиться со сложными возникающими проблемами ».

«Мы — общество, которое берет свое жизненное направление с ладони»

Джон Маркофф , автор книги Машины любящей благодати: поиск точек соприкосновения между людьми и роботами и старший писатель The New York Times, заметил: «Меня больше всего беспокоит отсутствие алгоритмической прозрачности.Все чаще мы являемся обществом, которое берет свое жизненное направление с ладони — наших смартфонов. Руководство по всему, от лучшего корейского барбекю до того, кого выбрать для супруга, генерируется алгоритмически. Однако мало что известно о ценностях и мотивах разработчиков этих систем ».

Исправьте «организационный, общественный и политический климат, который мы создали»

Дана Бойд , основатель Data & Society, прокомментировал: «Алгоритм сам по себе ничего не значит.На карту поставлено то, как создается и используется «модель». Модель состоит из набора данных (например, обучающих данных в системе машинного обучения) вместе с алгоритмом. Алгоритм — ничто без данных. Но модель тоже ничто без варианта использования. Эту же технологию можно использовать для расширения прав и возможностей людей (например, для выявления людей, находящихся в группе риска) или для нанесения им вреда. Все зависит от того, кто использует информацию для каких целей (например, социальные службы или полиция). Я с сожалением подозреваю, что из-за нездоровой динамики власти в нашем обществе результаты будут гораздо более проблематичными — это механизмы, ограничивающие возможности людей, сегрегация и разделение людей на неравные группы, а также использование слежки, чтобы вынудить людей попадать в более тяжелые ситуации.Но так быть не должно. То, что поставлено на карту, не имеет ничего общего с технологиями; это напрямую связано с созданным нами организационным, общественным и политическим климатом ».

У нас уже есть алгоритмическая проблема: Кредитный рейтинг

Хеннинг Шульцринне , член Зала славы Интернета и профессор Колумбийского университета, отметил: «У нас уже были первые индикаторы трудностей с алгоритмическим принятием решений, а именно кредитные рейтинги. Их вычисления непрозрачны, и затем они использовались для всех видов целей, далеких от предоставления ссуд, таких как принятие решений о приеме на работу или сегментирование клиентов для различного обращения.Они приводят к утечке большого количества частной информации и раскрываются, намеренно или по неосторожности, организациям, которые действуют не в лучших интересах потребителя. Исправление данных сложно и требует много времени, поэтому они вряд ли будут доступны лицам с ограниченными ресурсами. Неясно, как предлагаемые алгоритмы решают эти хорошо известные проблемы, учитывая, что они часто не регулируются никакими правилами. Во многих областях входные переменные либо грубые (и часто являются косвенными показателями гонки), например домашний почтовый индекс, либо крайне инвазивны, например, поминутно отслеживают поведение при вождении.Учитывая отсутствие законов о конфиденциальности, в целом, есть все стимулы для организаций, которые могут наблюдать за нашим поведением, таких как рекламные брокеры, для монетизации поведенческой информации. Как минимум, учреждения, оказывающие широкое влияние на общество, должны будут раскрывать используемые входные переменные, то, как они влияют на результат, и подлежат проверке, а не только индивидуальные исправления в записях. Честный, поддающийся проверке анализ затрат и выгод, позволяющий измерить повышение эффективности или лучших результатов в отношении потери конфиденциальности или непреднамеренной дискриминации, позволит избежать принятия решений типа «доверься нам, это будет прекрасно, и это ИИ!».”

Алгоритмы «создают ценность и сокращают расходы» и будут улучшены

Роберт Аткинсон , президент Фонда информационных технологий и инноваций, сказал: «Как практически все технологии прошлого, алгоритмы будут создавать ценность и сокращать затраты, намного превышающие любые затраты. Более того, по мере того, как организации и общество приобретут больше опыта в использовании алгоритмов, появятся естественные силы для улучшения и ограничения любых потенциальных проблем ».

«Цель должна заключаться в том, чтобы помочь людям усомниться в авторитете»

Джудит Донат из Гарвардского центра Беркмана Кляйна по Интернету и обществу ответила: «Данные могут быть неполными или неправильными, а алгоритмы могут содержать ложные предположения.Опасность увеличения использования алгоритмов заключается в том, что процесс принятия решений становится оракульным: непрозрачным, но бесспорным. Решение — дизайн. Процесс должен быть не черным ящиком, в который мы вводим данные и получаем ответ, а прозрачным процессом, предназначенным не только для получения результата, но и для объяснения того, как он пришел к этому результату. Системы должны иметь возможность создавать четкий, разборчивый текст и графику, которые помогут пользователям — читателям, редакторам, врачам, пациентам, соискателям ссуды, избирателям и т. Д.- понять, как было принято решение. Системы должны быть интерактивными, чтобы люди могли исследовать, как изменение данных, предположений и правил повлияет на результаты. Алгоритм не должен быть новым авторитетом; цель должна состоять в том, чтобы помочь людям усомниться в авторитете ».

Делайте больше для обучения программистов с разнообразным мировоззрением

Эми Уэбб , футуролог и генеральный директор Future Today Institute, написала: «Чтобы наши машины думали, мы, люди, должны помогать им учиться. Наряду с другими предварительно запрограммированными наборами данных для обучения наши личные данные используются, чтобы помочь машинам принимать решения.Однако нет стандартных этических требований или предписаний для разнообразия, и в результате мы уже начинаем видеть более мрачное будущее, разворачивающееся в настоящем. Приведу слишком много примеров, но я перечислю несколько: потенциальные заемщики отказываются обращаться к банкам, лица с черными именами видят себя в рекламе, разыскивающей преступников, люди, которым отказывают в страховании и медицинском обслуживании. В большинстве случаев эти проблемы возникают из-за ограниченного мировоззрения, а не потому, что кодировщики по своей природе расисты.У алгоритмов есть отвратительная привычка делать именно то, что мы им говорим. Итак, что происходит, когда мы приказываем нашим машинам учиться у нас? И начать принимать решения самостоятельно? Единственный способ решить проблему алгоритмической дискриминации в будущем — это инвестировать в настоящее. Подавляющее большинство кодеров — белые и мужчины. Корпорации должны делать больше, чем публиковать отчеты о прозрачности своих сотрудников — они должны активно инвестировать в женщин и цветных людей, которые скоро станут следующим поколением работников.И когда настанет день, они должны выбрать новых сотрудников как по своим навыкам, так и по своему мировоззрению. Университеты должны удвоить свои усилия не только для набора разнообразных студентов — администраторы и преподаватели должны поддерживать их до окончания учебы. И не только студенты. Университеты должны диверсифицировать свои факультеты, чтобы студенты видели свое отражение в своих учителях ».

Влияние в краткосрочной перспективе будет отрицательным; в долгосрочной перспективе будет положительным

Ямайс Касио , выдающийся научный сотрудник Института будущего, заметил: «Влияние алгоритмов на раннем этапе перехода будет в целом отрицательным, поскольку мы (люди, человеческое общество и экономика) пытаемся научиться интегрировать эти технологии. .Предвзятость, ошибки, коррупция и многое другое сделают реализацию алгоритмических систем хрупкой и сравнительно легко сделают использование этих ошибок для злого умысла, политической власти или лулзов. К тому времени, когда произойдет переходный период — вероятно, через 20 лет, а может, и чуть меньше — многие из этих проблем будут преодолены, и вспомогательные адаптации (например, потенциальное повышение универсального базового дохода) начнут приносить общую пользу. Другими словами, краткосрочный (это десятилетие) отрицательный, долгосрочный (следующее десятилетие) положительный.”

История будет меняться

Майк Либхольд , старший научный сотрудник и выдающийся научный сотрудник Института будущего, прокомментировал: «Будущее влияние алгоритмов на нашу жизнь будет меняться со временем по мере того, как мы осваиваем новые компетенции. Темпы принятия и распространения будут крайне неравномерными и будут зависеть от естественных переменных географических регионов, окружающей среды, экономики, инфраструктуры, политики, социологии, психологии и, что наиболее важно, образования. Рост преимуществ машинного интеллекта для человека будет больше всего сдерживаться нашей коллективной компетенцией в области проектирования и эффективного взаимодействия с машинами.Как минимум, нам нужно научиться формировать эффективные вопросы и задачи для машин, как интерпретировать ответы и как просто обнаруживать и исправлять машинную ошибку ».

Сделайте алгоритмы «понятными, предсказуемыми и управляемыми»

Бен Шнейдерман , профессор информатики в Университете Мэриленда, писал: «Хорошо спроектированные алгоритмы усиливают человеческие способности, но они должны быть понятными, предсказуемыми и управляемыми. Это означает, что они должны быть прозрачными, чтобы пользователи могли понимать последствия их использования, и они должны подвергаться постоянной оценке, чтобы критики могли оценить предвзятость и ошибки.Каждой системе требуется ответственное контактное лицо / организация, которая поддерживает / обновляет алгоритм и социальную структуру, чтобы сообщество пользователей могло обсуждать свой опыт ».

В ключевых случаях передать управление пользователю

Дэвид Вайнбергер , старший научный сотрудник Гарвардского центра Беркмана Кляйна по Интернету и обществу, сказал: «Масштабный алгоритмический анализ может выявить взаимосвязи, которые являются предсказательными и полезными, даже если они находятся за пределами человеческих возможностей их понять.Это нормально, когда ставки низкие, например, рекомендация книги. Там, где ставки высоки, например, при алгоритмической фильтрации новостной ленты, нам нужно быть гораздо более осторожными, особенно когда стимулы для создателей не соответствуют интересам отдельных лиц или более широким социальным благам. В этих последних случаях рекомендуется предоставить пользователю больший контроль ».

Проблемное наследие Джеймса Бьюкенена на посту президента

23 апреля отмечается день рождения Джеймса Бьюкенена, человека, которого многие историки считают одним из худших — если не худшим — президентами всех времен.Так что же сделал Бьюкенен, чтобы заслужить неуважение стольких людей?

Сегодня большинство людей знают Бьюкенена по трем причинам: он был холостым на протяжении всего своего президентства; он единственный президент из Пенсильвании; и он был президентом до Авраама Линкольна. Это тот последний момент, который был длительной частью президентства Бьюкенена с его очевидным безразличием к началу гражданской войны.

Конечно, Линкольну было непросто предшествовать или следовать за ним. И Бьюкенен пришел к власти в несколько традиционных, но сложных обстоятельствах.Он был пятикратным членом Палаты представителей, государственным секретарем при президенте Джеймсе Полке и министром США в Великобритании. На съезде демократов в Цинциннати в 1856 году Бьюкенен взял на себя инициативу действующего президента Франклина Пирса в первом туре голосования, а затем сразился с сенатором Стивеном Дугласом из Иллинойса за выдвижение на пост президента. Бьюкенен выиграл 17-й тур голосования и победил Джона К. Фремонта из недавно сформированной Республиканской партии на президентских выборах 1856 года.

С этого момента для президента Бьюкенена все пошло под откос. Он сильно заболел и чуть не умер от болезни, которая распространилась по всему его отелю в Вашингтоне, куда он ездил на собрания в качестве избранного президента.

В своей инаугурационной речи Бьюкенен назвал территориальный вопрос рабства «к счастью, но не имеющим практического значения». Он был проинформирован о решении Верховного суда по делу Дред Скотт против Сэндфорда , которое было вынесено вскоре после инаугурация.Бьюкенен поддерживал теорию о том, что штаты и территории имеют право определять, допускают ли они рабство. (Были также сообщения, что Бьюкенен мог повлиять на решение суда.) Решение Dred Scott разозлило и укрепило республиканских оппонентов Бьюкенена и вбило клин в Демократическую партию. По мере приближения гражданской войны страна также переживала экономический спад.

К 1860 году стало очевидно, что Бьюкенен не собирается быть кандидатом на переизбрание.В течение трех месяцев после выборов семь штатов покинули Союз, поскольку Бьюкенен оставался президентом-хромой уткой до тех пор, пока Линкольн не смог вступить в должность в марте 1861 года. В своем послании Конгрессу о состоянии Союза Бьюкенен сказал, что считает отделение Юга несостоятельным. Это законно, но у федерального правительства не было полномочий остановить это.

«Все, за что когда-либо боролись рабовладельческие государства, должно быть оставлено в покое и разрешено управлять своими внутренними учреждениями по-своему. Как суверенные государства они и только они несут ответственность перед Богом и миром за рабство, существующее между ними.За это народ Севера не несет большей ответственности и борется за вмешательство не больше, чем с аналогичными учреждениями в России или Бразилии », — сказал Бьюкенен.

Бьюкенен также объяснил, почему он не принимал активного участия в битве за отделение в качестве президента. «Восстановить мир и согласие между государствами не под силу ни одному президенту, какими бы ни были его политические пристрастия. Будучи мудро ограниченным и сдержанным, какова бы ни была его власть в соответствии с нашей Конституцией и законами, он один может мало что сделать ни во благо, ни во зло в таком важном вопросе.Во время своего президентства у него были и другие проблемы, в том числе одержимость Кубой и полемика, связанная с войной с мормонскими поселенцами на территории Юты.

Бьюкенен удалился в свое поместье в центральной Пенсильвании и дожил до конца Гражданской войны. Незадолго до своей смерти в 1868 году он сказал: «История оправдает мою память от всякого несправедливого клеветы».

Технологии меняют наш образ жизни, но необходимо изменить то, как мы работаем


Что вы думаете, когда слышите слово «технология»? Вы думаете о реактивных самолетах, лабораторном оборудовании и подводном земледелии? Или вы думаете о смартфонах и алгоритмах машинного обучения?

Венчурный капиталист Питер Тиль предполагает, что это второе.Когда серьезный диктор на CNBC говорит, что «акции технологических компаний сегодня падают», мы все знаем, что он имеет в виду Facebook и Apple, а не Boeing и Pfizer. Для Тиля это сигнализирует о более глубокой проблеме в американской экономике, об уменьшении нашей веры в то, что возможно, о пессимизме в отношении того, что действительно может стать лучше. Наше определение того, что такое технология, сузилось, и он считает, что это сужение не случайно. Это механизм выживания в эпоху технологических разочарований.

«Технология определяется как« то, что быстро меняется », — говорит он.«Если другие вещи не определены как« технологии », мы их отфильтровываем и даже не смотрим на них».

Тиль не отрицает важность iPhone, ноутбуков и социальных сетей. Он основал PayPal и Palantir, был одним из первых инвесторов в Facebook, и теперь его состояние оценивается в миллиарды. Мы разговаривали в его элегантной квартире с окнами от пола до потолка и видом на Манхэттен — дворец, построенный на вершине богатств ИТ-революции. Но для него очевидно, что мы переживаем длительный технологический застой.«Нам обещали летающие машины, мы получили 140 символов», — любит говорить он.

Цифры подтверждают его. Наиболее близким к измерению технического прогресса экономическая профессия является показатель, называемый совокупной факторной производительностью, или СФП. Это немного странная концепция: она измеряет прирост производительности, оставшийся после учета роста рабочей силы и капитальных вложений.

Когда TFP растет, это означает, что такое же количество людей, работающих с тем же количеством земли и техники, может зарабатывать больше, чем было раньше.Это наша лучшая попытка измерить сложный набор инноваций и улучшений, которые способствуют повышению уровня жизни. Это означает, что мы выясняем, как, согласно знаменитой формулировке Стива Джобса, работать умнее. Если TFP упадет, то и уровень жизни тоже.

И TFP в последние десятилетия не изменились — или, по крайней мере, упали. С 1970 года TFP вырос примерно на треть по сравнению с темпами роста с 1920 по 1970 год. Если это звучит сухо и технически, то моя ошибка: это означает, что мы беднее, работаем дольше и оставляем худший мир для наших внуков. чем мы иначе были бы.В экономическом отчете президента за 2015 год отмечалось, что если бы рост производительности продолжал стремительно расти темпами 1948–1973 годов, доход среднего домохозяйства был бы сегодня на 30 000 долларов выше.

Роберт Гордон, «Экономический рост в США закончился: краткосрочная перспектива встречает долгую»

Чего Тиль не вполне может понять, так это того, почему его коллеги-основатели и венчурные капиталисты не видят того, что видит он, почему они так чертовски оптимистичны и самодовольны в условиях очевидной катящейся катастрофы на благо человечества.

Может быть, размышляет он, это просто корысть на работе; разочарования в других сферах экономики сделали Кремниевую долину богаче, важнее и более ценимой. При таком небольшом количестве других достижений, конкурирующих за освещение в прессе и инвестиционные доллары, деньги и престиж текут в тот сектор экономики, который сильно продвигается вперед. «Если вы работаете в ИТ-секторе, вы как фермер в разгар голода», — говорит Тиль. «А быть фермером во время голода может быть очень прибыльным делом.«

А может это простая близорукость. Возможно, развитие наших телефонов отвлекло нас от застоя в наших сообществах. «Вы можете осмотреться в Сан-Франциско, и увидите, что жилью здесь 50-60 лет», — продолжает Тиль. «Вы можете осмотреться в Нью-Йорке, а метро насчитывает более 100 лет. Вы можете осмотреться в самолете, и это немного отличается от того, что было 40 лет назад — может быть, это немного медленнее, потому что безопасность в аэропорту низкая — tech и работает не очень хорошо, хотя экраны есть везде.Может быть, они отвлекают нас от нашего окружения, а не заставляют смотреть на то, что нас окружает ».

Но у коллег Тиля из Кремниевой долины есть другое, более простое объяснение. Для многих из них цифры просто неправильные.

Чего не понимает Ларри Саммерс

Если и было хоть какое-то вдохновение для этой статьи, то это была речь Ларри Саммерса, произнесенная Ларри Саммерсом на Гамильтонском проекте в феврале 2015 года. Саммерс известен своими уверенными объяснениями экономических явлений, а не своим недоумением.Но в тот день он был сбит с толку.

«С одной стороны, — начал он, — у нас есть огромное количество анекдотических свидетельств и визуальных свидетельств, указывающих на то, что технологии оказывают огромное и всеобъемлющее влияние».

Назовите это , но все знают это аргумент . Всем известно, что технологические инновации меняют мир быстрее, чем когда-либо прежде. Доказательство находится в наших карманах, которые теперь содержат крошечное устройство, в котором хранится что-то близкое к сумме знаний человечества, и оно есть у наших детей, которые проводят весь день, глядя на экраны, и это на нашем фондовом рынке, где Apple и Google конкурируют. для самой высокой оценки любой компании на Земле.Как можно смотреть на все это и сомневаться в том, что мы живем в эпоху, в которой господствуют чудеса техники?

«С другой стороны, — продолжил Саммерс, — статистика производительности за последние десять лет мрачна. Любая полностью удовлетворительная точка зрения должна согласовывать эти два наблюдения, а я не слышал, чтобы она удовлетворительно согласовывалась».

У многих в Кремниевой долине есть простой способ согласовать эти взгляды. Статистика производительности, мол, просто ломается.

«Хотя я и сторонник технологического прогресса», — написал венчурный капиталист Марк Андреессен в своем твиттере, — также кажется, что прогресс носит дефляционный характер, поэтому даже быстрые технологии могут не отображаться в статистике ВВП или производительности.«

Хэл Вариан, главный экономист Google, также настроен скептически. «Вопрос в том, измеряет ли [производительность] неправильные вещи», — сказал он мне.

Билл Гейтс соглашается. Во время нашего разговора он рассказал о некоторых способах улучшения нашей жизни за последние годы — цифровых фотографиях, более простом бронировании отелей, дешевом GPS, почти бесплатном общении с друзьями. «То, как рассчитываются показатели производительности, не очень хорошо отражает эти улучшения качества обслуживания», — сказал он.

В пользу этого аргумента можно многое сказать. Показатели производительности основаны на общей сумме товаров и услуг, которые экономика производит для продажи. Но многие продукты цифровой эпохи раздаются бесплатно, и поэтому у них никогда не будет возможности проявить себя в статистике ВВП.

Возьмите карты Google. У меня дерьмовое чувство направления, поэтому без преувеличения можно сказать, что Google Maps изменил мою жизнь. Я платил за продукт сотни долларов в год. На практике я ничего не плачу.Что касается прямого вклада в ВВП, Google Maps стимулирует рекламный бизнес Google, возвращая мои данные в компанию, чтобы они могли более эффективно таргетировать рекламу, и, вероятно, это увеличивает сумму денег, которую я вкладываю в Verizon за свой тарифный план. Но это не стоит сотен долларов для Google или для экономики в целом. В результате данные о ВВП могут недооценивать ценность Google Maps, но не преуменьшать ценность, скажем, устройств Garmin GPS.

Это, как утверждает Вариан, системная проблема, связанная с тем, как мы измеряем ВВП: это хорошо для бизнеса, но плохо для частных лиц.«Когда автотранспортные компании и логистические компании внедрили технологию GPS, производительность в этом секторе практически увеличилась вдвое, — говорит он. «[Затем] цена снижается практически до нуля с помощью Карт Google. Это используется домашними хозяйствами. Поэтому разумно полагать, что производительность домашних хозяйств выросла. Но на самом деле это не измеряется в нашей статистике производительности».

Разрыв между тем, что я плачу за Google Maps, и ценой, которую я получаю от них, называется «излишком потребителя», и это лучшая защита Кремниевой долины от мрачной истории, рассказываемой статистикой производительности.Аргумент состоит в том, что мы нарушили статистику производительности нашей страны, потому что многие из наших замечательных новых технологий бесплатны или почти бесплатны для потребителя. Когда Генри Форд начал откачивать машины, люди покупали его машины, и поэтому их стоимость отражалась в ВВП. В зависимости от дня, когда вы проверяете, фондовый рынок обычно удостоверяет Google — извините, Alphabet — как самую дорогую компанию в мире, но немногие из нас когда-либо получали чек Ларри Пейджу или Сергею Брину.

Это то, что имеет в виду Андриссен, когда говорит, что инновации Кремниевой долины «носят дефляционный характер»: такие вещи, как Google Maps, толкают цены вниз, а не вверх, и это противоречит нашим оценкам.

Другая проблема, которую поднимают скептики в области производительности, — это так называемые «ступенчатые изменения» — новые товары, которые представляют собой такие огромные изменения в благосостоянии людей, что попытки учесть их, измеряя цены и инфляцию, кажутся смешными. Экономист Дайан Койл оценивает этот колодец как . Она отмечает, что в 1836 году Натан Майер Ротшильд умер от абсцесса зуба. «Сколько мог бы самый богатый человек в мире в то время заплатить за антибиотики, если бы они были изобретены?» Конечно, больше, чем реальная стоимость антибиотика.

Возможно, — предполагает она, — мы живем в эпоху поэтапных изменений — продукты, которые мы используем, становятся настолько лучше, намного быстрее, что обычные способы учета технологических усовершенствований ломаются. «Невероятно, чтобы статистика фиксировала ступенчатые изменения качества жизни, вызванные всеми новыми технологиями, — пишет она, — так же, как цена антибиотика отражает ценность жизни».


Одна проблема с гипотезой неправильного измерения: всегда было неправильное измерение

«Да, показатели производительности упускают из виду инновации и улучшения качества», — вздыхает Джон Фернальд, экономист Федерального резервного банка Сан-Франциско, который тщательно изучал статистику производительности.«Но им всегда этого не хватало».

Это вызов гипотезе неправильного измерения: у нас никогда не измеряли продуктивность точно . Нас всегда сбивали с толку излишки потребителей и ступенчатые изменения. Чтобы объяснить недостаточную продуктивность последних десятилетий, вы должны показать, что проблема усугубляется — показать, что излишек потребителей становится больше, а ступеньки меняются все глубже. Вы должны доказать, что Facebook предлагает больше излишков потребителей, чем когда-то автомобили; эти показатели инфляции лучше отслеживали переход от туалетов к уборным, чем переход от телефонов к смартфонам.Оказывается, это очень сложный случай.

Снова возьмем Google Maps. Это правда, что использование приложения бесплатное. Но прирост производительности, который он дает, должен проявиться в других частях экономики. Если мы получаем места быстрее и надежнее, это должно позволить нам делать больше вещей, проводить больше встреч, устанавливать больше связей, создавать больше ценности. Так было с автомобилями и поездами — их реальная ценность для экономики заключалась не просто в продаже автомобилей, билетов или бензина, а в том, как они произвели революцию в нашей работе и жизни.

Или возьмем точку зрения Койла о ступенчатом изменении, предлагаемом антибиотиками. Есть ли что-нибудь в нашей недавней истории, что хоть отдаленно можно сравнить с достижениями медицины 20-го века? Или достижения в области санитарии конца 19 века? Если это так, то это, конечно, не очевидно из наших данных о продолжительности жизни: рост ожидаемой продолжительности жизни резко замедлился в эпоху информационных технологий. Серьезное понимание ступенчатых изменений предполагает, что наши показатели производительности могли упустить больше в 20-м веке, чем в 21-м.

Другая проблема с гипотезой неправильного измерения: она не соответствует фактам

Гипотеза неправильного измерения также не выдерживает более конкретных тестов. В январе Чад Сиверсон, экономист из Школы бизнеса Бута Чикагского университета, опубликовал статью , которая, выражаясь заниженным языком экономических исследований, является сокрушительным опровержением тезиса.

Сайверсон рассуждал, что если рост производительности систематически искажается в странах, зависящих от информационных технологий, то производительность будет лучше в странах, экономика которых определяется другими секторами.Вместо этого он обнаружил, что снижение производительности, которое очевидно в любой развитой экономике, «не связано с относительным размером информационных и коммуникационных технологий в экономике страны».

Затем он перешел к аргументу о потребительском излишке. Возможно, лучший способ оценить достижения цифровой эпохи — это попытаться оценить время, которое мы тратим на такие вещи, как Facebook. Сайверсон использовал чрезвычайно щедрые предположения о ценности нашего времени и считал само собой разумеющимся, что мы будем использовать онлайн-сервисы, даже если нам придется за них платить.Даже тогда он обнаружил, что излишек потребителя заполняет лишь треть разрыва в производительности. (И это прежде, чем вы вернетесь и предложите те же самые щедрые предположения, чтобы полностью оценить ценность прошлых инноваций, которые увеличили бы разрыв, который необходимо ликвидировать сегодняшним технологиям!)

В мартовской статье года Дэвида Бирна, Джона Фернальда и Маршала Рейнсдорфа был использован другой подход, но были сделаны аналогичные выводы. «Основные« затраты »для потребителей Facebook, Google и т.п. — это не широкополосный доступ, услуги сотовой связи, телефон или компьютер; скорее, это альтернативная стоимость времени», — заключили они.«Но эти затраты времени … сродни излишку потребителя, полученному от телевидения (старое изобретение экономики) или от игры в футбол со своими детьми».

Конечно, играть в футбол с детьми имеет реальную ценность — это просто не та ценность, которую экономисты пытаются измерить статистикой производительности.

Это ключевой момент, на котором стоит остановиться подробнее: когда экономисты измеряют прирост производительности, они измеряют, какого рода технологические достижения приводят к экономическим успехам.Это говорит о том, что даже если бы мы неверно измеряли производительность, мы бы увидели эффекты повышающих производительность технологических изменений в других показателях экономического благосостояния.

Вы можете представить себе мир, в котором зарплаты выглядят плоскими, но работники чувствуют себя богаче, потому что их зарплаты обеспечивают им чудеса, выходящие за рамки их прежнего воображения. В этом мире восприятие людьми своего экономического положения, состояния экономики в целом и перспектив для их детей было бы более радужным, чем, казалось, оправдывали экономические данные.Мы живем не в этом мире.

Согласно Pew Research Center , последний раз большинство американцев оценивали свое финансовое положение как «хорошее или отличное» в 2005 году. Gallup обнаружил , что в последний раз большинство американцев были удовлетворены тем, как идут дела. в стране был 2004 год. В последний раз американцев были уверены, что жизнь их детей будет лучше, чем их собственная, был в 2001 году. Черт, Дональд Трамп успешно работает под лозунгом «Сделаем Америку снова великой» — «снова» наводит на мысль о многих людях. не чувствую, что их жизнь становится все лучше и лучше.

Почему все эти технологии не улучшают экономику? Потому что это не меняет того, как мы работаем.

Существует простое объяснение разрыва между тем, насколько кажется, что технологии изменили нашу жизнь, и тем, насколько это отсутствует в наших экономических данных: это больше меняет то, как мы играем и отдыхаем, чем то, как мы работаем и производим.

Как мой коллега Мэтью Иглесиас написал как : «Цифровые технологии преобразили несколько отраслей в сфере медиа / развлечений, которые занимают столько внимания, сколько их общее экономическое значение несоизмеримо.Роботы не забирают нашу работу; они забирают у нас досуг «.

«Данные исследования использования времени в Америке , — продолжает он, — показывают, что в среднем американцы проводят около 23 процентов своего времени бодрствования за просмотром телевизора, чтением или играми. С Netflix, HDTV, Kindles, iPad и т. Д. в остальном, это, безусловно, виды деятельности, которые в 2015 году резко отличаются на , чем в 1995 году, и могут легко создать впечатление, что жизнь была революционизирована с помощью цифровых технологий.«

Но, как отмечает Иглесиас, на индустрию развлечений и издательское дело приходится гораздо меньше 23 процентов рабочей силы. Работники розничных продаж и кассиры составляют самый крупный транш американских рабочих, и вам достаточно ввести ближайший к вам разрыв, чтобы увидеть, как мало изменились эти рабочие места за последние десятилетия. Почти десятая часть всех рабочих занимается приготовлением пищи, и даже самый поверхностный визит на кухню вашего местного ресторана показывает, что технологии также не сильно повлияли на эту отрасль.

Это часть сужения того, что считается технологическим сектором. «Если бы вы были пилотом самолета или стюардессой в 1950-х, — говорит Тиль, — вы чувствовали бы себя частью футуристической индустрии. Большинство людей чувствовали себя так, как будто они работали в футуристической индустрии. У большинства людей была работа, которой не существовало 40 или 50 лет назад «.

Сегодня у большинства из нас есть работа, которая существовала 40 или 50 лет назад. Конечно, мы используем в них компьютеры, и это настоящая перемена. Но это изменение, которое в основном произошло в 1990-х и начале 2000-х годов, поэтому в этот период произошло временное повышение производительности (и заработной платы, и ВВП).

Вопрос в том, находимся ли мы во временном технологическом спаде или в постоянном.


Причина пессимизма: последние 200 лет были уникальными в истории человечества

Самый страшный аргумент экономиста Роберта Гордона также является самым бесспорным аргументом, который он приводит: нет никаких гарантий непрерывного экономического роста. Нас должен удивлять прогресс 20-го века, а не относительная медлительность последних нескольких десятилетий.

Экономический историк Ангус Мэддисон, умерший в 2010 году, подсчитал, что ежегодные темпы экономического роста в западном мире с 1 по 1820 год нашей эры составляли 0,06 процента в год — это далеко от 2 до 3 процентов, к которым мы привыкли. в последние десятилетия.

Сверхмощный рост последних веков является результатом выдающегося технического прогресса — прогресса, такого типа и темпов, которые не были известны ни в одну другую эпоху в истории человечества. Урок этого прогресса, как пишет Гордон в книге The Rise and Fall of American Growth , прост: «Некоторые изобретения более важны, чем другие», и в 20-м веке были собраны действительно очень важные изобретения.

Это было в 19-м и особенно 20-м веках, когда мы действительно придумали, как использовать ископаемое топливо для выработки энергии, ну, почти все. «Новорожденный ребенок в 1820 году вошел в мир, который был почти средневековым, — пишет Гордон, — в тусклый мир, освещенный свечами, в котором народные средства лечили проблемы со здоровьем и в котором путешествие было не быстрее, чем можно было бы на копыте или парусе».

Правнуки этого новорожденного знали, что мир изменился:

Когда электричество сделало возможным создавать свет одним щелчком выключателя, а не зажиганием спички, процесс создания света изменился навсегда.Когда электрический лифт позволил зданиям расширяться вертикально, а не горизонтально, сам характер землепользования был изменен, и была создана городская плотность. Когда небольшие электрические машины, прикрепленные к полу или удерживаемые в руке, заменили огромные и тяжелые паровые котлы, которые передавали энергию с помощью кожаных или резиновых ремней, возможности замены человеческого труда машинами расширились до неузнаваемости. Так было и с автомобилями, заменяющими лошадей в качестве основного вида внутригородских перевозок; Обществу больше не приходилось выделять четверть своих сельскохозяйственных угодий на кормление лошадей или содержать значительную рабочую силу для удаления их отходов.

Затем, конечно, были медицинские достижения эпохи: санитария, анестезия, антибиотики, хирургия, химиотерапия, антидепрессанты. Многие из самых смертоносных бедствий 18-го века были всего лишь раздражением для 20-го века. Некоторые, например, оспа, были полностью ликвидированы. Ничто так не улучшает экономическую продуктивность человека, как то, что он остается в живых.

Более примечательным было то, как быстро все это произошло. «Хотя в 1880 году ни одно домашнее хозяйство не было подключено к электричеству, почти 100 процентов U.К 1940 году в городских домах С. была проведена электромонтажная работа, и за тот же период процент городских домов с чистой водопроводной водой и канализационными трубами для удаления отходов достиг 94 процентов, — пишет Гордон. — Более 80 процентов городских домов в 1940 году. имели внутренние туалеты со смывом, у 73 процентов был газ для отопления и приготовления пищи, у 58 процентов было центральное отопление, а у 56 процентов были механические холодильники ».

Гордон отвергает идею о том, что он пессимист. Он не отрицает ценности портативных компьютеров, GPS, Facebook, Google, iPhone и Teslas.Он просто говорит, что их совокупность не равна электричеству, автомобилям, самолетам, антибиотикам, сантехнике, небоскребам и межгосударственной автомагистрали.

Но трудно не чувствовать пессимизма, читая его. Гордон не просто утверждает, что сегодняшние инновации отстают от вчерашних. Он также убедительно утверждает, что в ближайшие годы экономика столкнется с серьезными препятствиями, которые варьируются от стареющей рабочей силы до чрезмерного регулирования и высокого неравенства.Наши инновации тоже должны все это преодолеть.

Повод для оптимизма

Взгляды Гордона, мягко говоря, разделяются не всеми. Когда я спросил Билла Гейтса о The Rise and Fall of American Growth , он был безжалостен. «Эта книга будет сочтена довольно ироничной», — ответил он. «Это как книга« Мир наступает », написанная в 1940 году. Оказывается, это пророчество».

Гейтс считает, что последние 20 лет были взрывом научных достижений.В ходе нашей беседы он восхищался достижениями в области редактирования генов, машинного обучения, дизайна антител, беспилотных автомобилей, материаловедения, роботизированной хирургии, искусственного интеллекта и многого другого.

Эти открытия реальны, но им нужно время, чтобы появиться в новых продуктах, в полезных медицинских методах лечения, в инновационных стартапах. «Мы увидим драматические последствия этих событий в течение следующих 20 лет, и я говорю это с невероятной уверенностью», — говорит Гейтс.

И хотя Гордон прав насчет встречных ветров, есть и попутные ветры.Похоже, что нам не грозят мировые войны, захлестнувшие 20-й век, и у нас на миллиарды больше людей, которые образованы, связаны и работают над изобретением будущего, чем мы это делали 100 лет назад. Легкость, с которой могут сотрудничать исследователь из Стэнфорда и исследователь из Шанхая, должна чего-то стоить.

По правде говоря, у меня нет никакого способа разрешить спор о технологиях, которые изменят мир через 20 или 40 лет. Но если вы сосредоточены на достижениях в течение следующих пяти, 10 или даже 20 лет — а для людей, которым в ближайшее время понадобится помощь, эти достижения имеют значение — то у нас, вероятно, есть все необходимые технологии.Нам не хватает всего остального.


Будет ли второй бум ИТ?

К 1989 году компьютеры быстро стали повсеместными на предприятиях и в домах. Они кардинально изменили работу любого количества отраслей — от журналистики до банковского дела и розничной торговли. Но трудно было увидеть революцию в сфере информационных технологий, глядя на экономические показатели. Легендарный экономист Роберт Солоу пошутил: «Компьютерный век можно увидеть везде, кроме статистики производительности.«

Так продолжалось недолго: революция в сфере информационных технологий привела к росту производительности с 1995 по 2004 год.

Урок здесь простой и глубокий: рост производительности часто отстает от технологий. Поскольку у Чада Сиверсона есть задокументированных , то же самое произошло с электричеством. На рубеже 20-го века электричество изменило жизни людей, не сильно изменив экономику. Затем, начиная с 1915 года, произошло десятилетнее повышение производительности, поскольку экономические субъекты начали прививать электричество в свои операции.Однако этот бум быстро пошел на убыль.

Но в случае электрификации был бум производительности секунд на , который прибыл некоторое время спустя. Это был бум, который возник, когда заводы, компании и целые отрасли промышленности были перестроены с учетом возможностей электричества — бум, который наступил только после того, как сложные организации поняли, как электроэнергия может преобразовать их деятельность. «История показывает, что рост производительности, обусловленный технологиями общего назначения, может происходить несколькими волнами», — пишет Сайверсон.

Чад Сайверсон, «Повторится ли история?» Комментарии на тему «Революция информационных технологий окончена?»

Может ли то же самое быть и с ИТ?

Тайлер Коуэн, экономист из Университета Джорджа Мейсона и автор книги The Great Stagnation , так считает. «Я думаю, что Интернет только начинается, хотя это звучит безумно».

Первый этап, утверждает он, был Интернетом как «надстройкой». Это Best Buy, позволяющая вам заказывать стереосистемы с веб-сайта или компаний, использующих рекламу в Facebook для таргетинга на клиентов.Это крупные компании, добивающиеся некоторого прироста производительности, добавляя ИТ в свой существующий бизнес.

Вторая фаза, по его словам, будет состоять из новых компаний, построенных снизу доверху вокруг ИТ — и эти компании будут использовать свою высокую производительность, чтобы уничтожить своих конкурентов, произвести революцию в отраслях и продвинуть экономику вперед. Примеров предостаточно: представьте, что Amazon разрушает сектор розничной торговли, Uber разрушает индустрию такси или Airbnb захватывает отели. А теперь представьте, что в году каждый сектор экономики — что произойдет, если Alphabet выпустит беспилотные автомобили, работающие на огромных массивах данных, организованных в Google Maps, или если телемедицина произведет революцию в сельском здравоохранении, или если MOOC (массовые открытые онлайн-курсы) действительно могут снизить стоимость высшего образования?

Это большой скачок вперед — и в большинстве случаев у нас есть или скоро будут технологии, чтобы сделать это.Но это не значит, что они будут созданы.

У нас есть технологии. Нам нужно все остальное.

Крис Диксон, венчурный капиталист Andreessen Horowitz, имеет полезную основу для размышления над этим аргументом. «В 2005 году несколько компаний предложили мне идею Uber», — говорит он. «Но поскольку они следовали ортодоксальному мышлению, они полагали, что будут создавать программное обеспечение, но позволят другим людям управлять машинами».

Это была доминирующая идея на этапе расширения Интернета: Силиконовая долина должна производить программное обеспечение, а затем продавать его компаниям, имеющим опыт во всех других сферах бизнеса.И это сработало какое-то время. Но до этого можно было только зайти.

«Проблема заключалась в следующем», — продолжает Диксон. «Вы создаете программный уровень Uber. Затем вы стучите в дверь компании такси. Это семейный бизнес. Они не знают, как оценивать, покупать или внедрять программное обеспечение. У них нет бюджета на И даже если вы можете сделать их клиентами, опыт будет не очень хорошим. В конце концов Uber, Lyft и подобные компании поняли, что, контролируя весь опыт и полный продукт, вы можете улучшить взаимодействие с конечным пользователем.»(Должен отметить, что фирма Диксона является инвестором Lyft, хотя, к их вечному сожалению, они отказались от Uber.)

Дело в том, что по-настоящему воспользоваться ИТ в компании оказывается очень, очень сложно. Проблемы не просто технические; это кадровые проблемы, проблемы с рабочим процессом, организационные проблемы, проблемы регулирования.

Единственный способ решить эти проблемы (и, таким образом, повысить производительность труда от их решения) — это создавать компании, предназначенные для решения этих проблем.Однако это более сложный и медленный процесс, чем заставить потребителей переключаться с одного экрана на другой или с аренды DVD на использование Netflix.

В этом рассказе нашу экономику сдерживает не столько недостаток технологических достижений, сколько трудности с превращением уже имеющихся достижений в компании, которые могут их действительно использовать.

В сфере здравоохранения, например, технологий более чем достаточно, чтобы перевернуть наши отношения с врачами, но это смесь предвзятого отношения к статус-кво со стороны пациентов, путаницы со стороны поставщиков медицинских услуг, нормативных барьеров, отпугивающих или препятствующих новым участникам , а антиконкурентное поведение со стороны должностных лиц означает, что у большинства из нас даже нет врача, который хранит наши медицинские записи в электронной форме, к которой другие поставщики медицинских услуг могут легко получить доступ и прочитать.А если мы даже этого не сделаем, как мы будем переходить на телемедицину?

Великолепное новшество

Uber было связано не столько с программным обеспечением, сколько с его наглостью использовать лазейки в правилах такси, а затем мобилизовать довольных клиентов, чтобы отпугнуть влиятельные группы интересов и разгневанных местных политиков. В ближайшей перспективе повышение производительности будет обеспечиваться такими компаниями, как Uber, — компаниями, чья компетенция не столько в технологиях, сколько в том, чтобы понять, как применить существующие технологии в устойчивых отраслях.

«Оказывается, самое сложное в компаниях — не создавать технологии, а заставлять людей правильно их использовать», — говорит Диксон.

Я думаю, это ответ на тайну, раскрытую Саммерсом. Да, нас окружают новые технологии, и некоторые из них очень важны. Но разработать технологию оказывается намного проще, чем заставить людей — и особенно компании — использовать ее должным образом.

Эта история является частью The new Economy , серии о том, что 21 век имеет для того, как мы живем, путешествуем и работаем.

.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.