Соловьева история россии: История России с древнейших времен | Соловьев Сергей Михайлович

Содержание

История России с древнейших времен — профессор Сергей Михайлович Соловьев

Содержание

Предисловие

Том 1 Глава первая Глава вторая Глава третья Глава четвертая Глава пятая Глава шестая Глава седьмая. Владимир Святой. Ярослав I Глава восьмая. Внутреннее состояние русского общества в первый период его существования Том 2 Глава первая. О княжеских отношениях вообще Глава вторая. События при жизни сыновей Ярослава I (1054 – 1093) Глава третья. События при внуках Ярослава I (1093 – 1125) Глава четвертая. События при правнуках Ярослава I, борьба дядей с племянниками в роде мономаха и борьба святославичей с мономаховичами до смерти Юрия Владимировича Долгорукого (1125 – 1157) Глава пятая. События от смерти Юрия Владимировича до взятия киева войсками Андрея Боголюбского (1157 – 1169) Глава шестая. От взятия киева войсками Боголюбского до смерти Мстислава Мстиславича Торопецкого (1169 – 1228) Дополнения ко второму тому Том 3 Глава первая. Внутреннее состояние русского общества от смерти Ярослава I до смерти Мстислава Торопецкого (1054–1228) Глава вторая.
От смерти Мстислава Торопецкого до опустошения Руси татарами (1228–1240) Глава третья. От Батыева нашествия до борьбы между сыновьями Александра Невского (1240–1276) Глава четвертая. Борьба между сыновьями Александра Невского (1276–1304) Глава пятая. Борьба между москвою и тверью до кончины великого князя Иоанна Даниловича Калиты (1304–1341) Глава шестая. События в княжение сыновей Иоанна Калиты (1341–1362) Глава седьмая. Княжение Димитрия Иоанновича Донского (1362–1389) Том 4 Глава первая. Княжение Василия Димитриевича (1389–1425) Глава вторая. Княжение Василия Васильевича Темного (1425–1462) Глава третья. Внутреннее состояние русского общества от кончины князя Мстислава Мстиславича Торопецкого до кончины великого князя Василия Васильевича Темного (1228–1462) Том 5 Глава первая. Новгород Великий Глава вторая. София Палеолог Глава третья. Восток Глава четвертая. Литва Глава пятая. Внутреннее состояние русского общества во времена Иоанна III Глава шестая. Псков Глава седьмая.
Смоленск Глава восьмая. Дела внутренние Том 6 ГЛАВА ПЕРВАЯ. Правление великой княгини Елены Глава вторая. Правление боярское Глава третья. Казань, Астрахань, Ливония Глава четвертая. Опричнина Глава пятая. Полоцк Глава шестая. Стефан Баторий Глава седьмая. Строгановы и Ермак Дополнения I. Заметка относительно завоевания Сибири II. О мире с Баторием Том 7 Глава первая. Внутреннее состояние русского общества во времена Иоанна IV Глава вторая. Царствование Феодора Иоанновича Глава третья. Продолжение царствования Феодора Иоанновича Глава четвертая. Продолжение царствования Феодора Иоанновича Глава пятая. Окончание царствования Феодора Иоанновича Том 8 Глава первая. Царствование Бориса Годунова Глава вторая. Продолжение царствования Бориса Годунова Глава третья. Царствование Лжедимитрия Глава четвертая. Царствование Василия Ивановича Шуйского Глава пятая. Продолжение царствования Василия Ивановича Шуйского Глава шестая. Окончание царствования Василия Ивановича Шуйского Глава седьмая.
Междуцарствие Глава восьмая. Окончание междуцарствия Том 9 Глава первая. Царствование Михаила Феодоровича Глава вторая. Продолжение царствования Михаила Феодоровича Глава третья. Продолжение царствования Михаила Феодоровича. 1619 – 1635 Глава четвертая. Продолжение царствования Михаила Феодоровича. 1635 – 1645 Глава пятая. Внутреннее состояние московского государства в царствование Михаила Феодоровича О статье г. Костомарова «Иван Сусанин» Том 10 Глава первая. Состояние западной России в конце XVI и в первой половине XVII века Глава вторая. Царствование Алексея Михайловича Глава третья. Продолжение царствования Алексея Михайловича Глава четвертая. Продолжение царствования Алексея Михайловича Том 11 Глава первая. Продолжение царствования Алексея Михайловича Глава вторая. Продолжение царствования Алексея Михайловича Глава третья. Продолжение царствования Алексея Михайловича Глава четвертая. Продолжение царствования Алексея Михайловича Глава пятая. Продолжение царствования Алексея Михайловича Дополнение к тому одиннадцатому Том 12 Глава первая.
Продолжение царствования Алексея Михайловича Глава вторая. Продолжение царствования Алексея Михайловича Глава третья. Продолжение царствования Алексея Михайловича Глава четвертая. Продолжение царствования Алексея Михайловича Глава пятая. Окончание царствования Алексея Михайловича Дополнение к тому двенадцатому Том 13 Глава первая. Россия перед эпохою преобразования Глава вторая. Царствование Феодора Алексеевича Глава третья. Московская смута 1682 года Дополнения Том 14 Глава первая. Правление царевны Софии Глава вторая. Падение Софии. Деятельность царя Петра до первого азовского похода Глава третья. Окончание двоевластия. Царствование Петра I Алексеевича Глава четвертая. Продолжение царствования Петра I Алексеевича Дополнения Том 15 Глава первая. Царствование Петра I Алексеевича Глава вторая. Продолжение царствования Петра I Алексеевича Глава третья. Продолжение царствования Петра I Алексеевича Глава четвертая. Продолжение царствования Петра I Алексеевича Дополнения к тому 15 Том 16 Глава первая.
Продолжение царствования Петра I Алексеевича Глава bторая. Продолжение царствования Петра I Алексеевича Глава третья. Продолжение царствования Петра I Алексеевича Дополнения к тому 16 Том 17 Глава первая. Продолжение царствования Петра I Алексеевича Глава вторая. Продолжение царствования Петра I Алексеевича Глава третья. Продолжение царствования Петра I Алексеевича Приложения к тому 17 Том 18 Глава первая. Царствование императора Петра Великого Глава вторая. Продолжение царствования императора Петра Великого Глава третья. Окончание царствования императора Петра Великого Глава четвертая. Царствование императрицы Екатерины I Алексеевны Дополнения к тому 18 Приложения к тому 18 Том 19 Глава первая. Окончание царствования императрицы екатерины I Алексеевны Глава вторая. Царствование императора Петра II Алексеевича Глава третья. Царствование императрицы Анны Иоанновны Приложения к тому 19 Том 20 Глава первая. Продолжение царствования императрицы Анны Иоанновны Глава вторая.
Продолжение царствования императрицы Анны Иоанновны Глава третья. Продолжение царствования императрицы Анны Иоанновны Глава четвертая. Окончание царствования императрицы Анны Иоанновны Приложения к тому 20 Том 21 Глава первая. Брауншвейгская фамилия Глава вторая. Царствование императрицы Елисаветы Петровны. Конец 1741 и 1742 год Глава третья. Продолжение царствования императрицы Елисаветы Петровны. 1743 год Глава четвертая. Продолжение царствования императрицы Елисаветы Петровны. 1744 год Том 22 Глава первая. Продолжение царствования императрицы Елисаветы Петровны. 1745 год Глава вторая. Продолжение царствования императрицы Елисаветы Петровны. 1746 год Глава третья. Продолжение царствования императрицы Елисаветы Петровны. 1747 год Глава четвертая. Продолжение царствования императрицы Елисаветы Петровны. 1748 год Глава пятая. Продолжение царствования императрицы Елисаветы Петровны. Образованность в России в первые семь лет царствования Елисаветы. 1741–1748 гг. Приложение к тому 22.
Записка графа Петра Ивановича шувалова о своей деятельности Том 23 Глава первая. Продолжение царствования императрицы Елисаветы Петровны. 1749 и 1750 годы Глава вторая. Продолжение царствования императрицы Елисаветы Петровны. 1751 и 1752 годы Глава третья. Продолжение царствования императрицы Елисаветы Петровны. 1753 год Глава четвертая. Продолжение царствования императрицы Елисаветы Петровны. 1754 год Глава пятая. Продолжение царствования императрицы Елисаветы Петровны. 1755 год Глава шестая. Продолжение царствования императрицы Елисаветы Петровны. Состояние образованности в России во второе семилетие царствования Елисаветы. 1749–1755 годы Дополнение. Показание графа Чернышева Захара Том 24 Глава первая. Продолжение царствования императрицы Елисаветы Петровны. 1756 год Глава вторая. Продолжение царствования императрицы Елисаветы Петровны. 1757 год Глава третья. Продолжение царствования императрицы Елисаветы Петровны. 1758 год Глава четвертая. Продолжение царствования императрицы Елисаветы Петровны.
1759 год Глава пятая. Продолжение царствования императрицы Елисаветы Петровны. 1760 год Глава шестая. Окончание царствования императрицы Елисаветы Петровны. 1761 год Дополнение Том 25 Глава первая. Царствование императора Петра III Феодоровича. 25 декабря 1761 – 28 июня 1762 года Глава вторая. Царствование императрицы Екатерины II Алексеевны. 1762 год Глава третья. Продолжение царствования императрицы Екатерины II Алексеевны. 1763 год Дополнения к тому 25 Приложения к тому 18 Том 26 Глава первая. Продолжение царствования императрицы Екатерины II Алексеевны. 1764 год Глава вторая. Продолжение царствования императрицы Екатерины II Алексеевны. 1765 год Глава третья. Просвещение в России от основания московского университета до смерти Ломоносова. 1755–1765 годы Дополнения к тому 26 Том 27 Глава первая. Продолжение царствования императрицы екатерины II Алексеевны. 1766 и первая половина 1767 года Глава вторая. Продолжение царствования императрицы екатерины II Алексеевны Глава третья.
Продолжение царствования императрицы екатерины II Алексеевны. 1766, 1767, 1768 годы Дополнения к тому 27 Том 28 Глава первая. Продолжение царствования императрицы екатерины II Алексеевны. Конец 1768 и 1769 год Глава вторая. Продолжение царствования императрицы екатерины II Алексеевны. 1770 год Глава третья. Продолжение царствования императрицы екатерины II Алексеевны. 1771 год Глава четвертая. Продолжение царствования императрицы екатерины II Алексеевны, 1772 год Том 29 Глава первая. Продолжение царствования императрицы екатерины II Алексеевны Глава вторая. Продолжение царствования императрицы екатерины II Алексеевны Дополнение  
 
Предисловие

Русскому историку, представляющему свой труд во второй половине XIX века, не нужно говорить читателям о значении, пользе истории отечественной; его обязанность предуведомить их только об основной мысли труда.

Не делить, не дробить русскую историю на отдельные части, периоды, но соединять их, следить преимущественно за связью явлений, за непосредственным преемством форм, не разделять начал, но рассматривать их во взаимодействии, стараться объяснить каждое явление из внутренних причин, прежде чем выделить его из общей связи событий и подчинить внешнему влиянию – вот обязанность историка в настоящее время, как понимает ее автор предлагаемого труда.

Русская история открывается тем явлением, что несколько племен, не видя возможности выхода из родового, особного быта, призывают князя из чужого рода, призывают единую общую власть, которая соединяет роды в одно целое, дает им наряд, сосредоточивает силы северных племен, пользуется этими силами для сосредоточения остальных племен нынешней средней и южной России. Здесь главный вопрос для историка состоит в том, как определились отношения между призванным правительственным началом и призвавшими племенами, равно и теми, которые были подчинены впоследствии; как изменился быт этих племен вследствие влияния правительственного начала – непосредственно и посредством другого начала – дружины, и как, в свою очередь, быт племен действовал на определение отношений между правительственным началом и остальным народонаселением при установлении внутреннего порядка или наряда. Замечаем именно могущественное влияние этого быта, замечаем другие влияния, влияние греко-римское, которое проникает вследствие принятия христанства от Византии и обнаруживается преимущественно в области права. Но, кроме греков, новорожденная Русь находится в тесной связи, в беспрестанных сношениях с другим европейским народом – с норманнами: от них пришли первые князья, норманны составляли главным образом первоначальную дружину, беспрестанно являлись при дворе наших князей, как наемники участвовали почти во всех походах, – каково же было их влияние? Оказывается, что оно было незначительно. Норманны не были господствующим племенем, они только служили князьям туземных племен; многие служили только временно; те же, которые оставались в Руси навсегда, по своей численной незначительности быстро сливались с туземцами, тем более что в своем народном быте не находили препятствий к этому слиянию. Таким образом, при начале русского общества не может быть речи о господстве норманнов, о норманском периоде.

Выше замечено, что быт племен, быт родовой могущественно действовал при определении отношений между правительственным началом и остальным народонаселением. Этот быт долженствовал потерпеть изменения вследствие влияния новых начал, но оставался еще столько могущественным, что в свою очередь действовал на изменявшие его начала; и когда семья княжеская, семья Рюриковичей, стала многочисленна, то между членами ее начинают господствовать родовые отношения, тем более что род Рюрика, как род владетельный, не подчинялся влиянию никакого другого начала. Князья считают всю Русскую землю в общем, нераздельном владении целого рода своего, причем старший в роде, великий князь, сидит на старшем столе, другие родичи смотря по степени своего старшинства занимают другие столы, другие волости, более или менее значительные; связь между старшими и младшими членами рода чисто родовая, а не государственная; единство рода сохраняется тем, что когда умрет старший или великий князь, то достоинство его вместе с главным столом переходит не к старшему сыну его, но к старшему в целом роде княжеском; этот старший перемещается на главный стол, причем перемещаются и остальные родичи на те столы, которые теперь соответствуют их степени старшинства. Такие отношения в роде правителей, такой порядок преемства, такие переходы князей могущественно действуют на весь общественный быт древней Руси, на определение отношений правительственного начала к дружине и к остальному народонаселению, одним словом, находятся на первом плане, характеризуют время.

Начало перемены в означенном порядке вещей мы замечаем во второй половине XII века, когда Северная Русь выступает на сцену; замечаем здесь, на севере, новые начала, новые отношения, имеющие произвести новый порядок вещей, замечаем перемену в отношениях старшего князя к младшим, ослабление родовой связи между княжескими линиями, из которых каждая стремится увеличить свои силы на счет других линий и подчинить себе последние уже в государственном смысле. Таким образом, чрез ослабление родовой связи между княжескими линиями, чрез их отчуждение друг от друга и чрез видимое нарушение единства Русской земли приготовляется путь к ее собиранию, сосредоточению, сплочению частей около одного центра, под властию одного государя.

Первым следствием ослабления родовой связи между княжескими линиями, отчуждения их друг от друга было временное отделение Южной Руси от Северной, последовавшее по смерти Всеволода III. Не имея таких прочных основ государственного быта, какими обладала Северная Русь, Южная Русь после татарского нашествия подпала под власть князей литовских. Это обстоятельство не было гибельно для народности юго-западных русских областей, потому что литовские завоеватели приняли русскую веру, русский язык, все оставалось по-старому; но гибельно было для русской жизни на юго-западе соединение всех литовско-русских владений с Польшею вследствие восшествия на польский престол литовского князя Ягайла: с этих пор Юго-Западная Русь должна была вступить в бесплодную для своего народного развития борьбу с Польшею для сохранения своей народности, основою которой была вера; успех этой борьбы, возможность для Юго-Западной Руси сохранить свою народность условливались ходом дел в Северной Руси, ее самостоятельностью и могуществом.

Здесь новый порядок вещей утверждался неослабно. Вскоре по смерти Всеволода III, по отделении Южной Руси от Северной, явились и в последней татары, опустошили значительную ее часть, наложили дань на жителей, заставили князей брать от ханов ярлыки на княжение. Так как для нас предметом первой важности была смена старого порядка вещей новым, переход родовых княжеских отношений в государственные, отчего зависело единство, могущество Руси и перемена внутреннего порядка, и так как начала нового порядка вещей на севере мы замечаем прежде татар, то монгольские отношения должны быть важны для нас в той мере, в какой содействовали утверждению этого нового порядка вещей. Мы замечаем, что влияние татар не было здесь главным и решительным. Татары остались жить вдалеке, заботились только о сборе дани, нисколько не вмешиваясь во внутренние отношения, оставляя все как было, следовательно, оставляя на полной свободе действовать те новые отношения, какие начались на севере прежде них. Ярлык ханский не утверждал князя неприкосновенным на столе, он только обеспечивал волость его от татарского нашествий; в своих борьбах князья не обращали внимания на ярлыки; они знали, что всякий из них, кто свезет больше денег в Орду, получит ярлык преимущественно перед другим и войско на помощь. Независимо от татар обнаруживаются на севере явления, знаменующие новый порядок, – именно ослабление родовой связи, восстания сильнейших князей на слабейших мимо родовых прав, старание приобрести средства к усилению своего княжества на счет других. Татары в этой борьбе являются для князей только орудиями, следовательно, историк не имеет права с половины XIII века прерывать естественную нить событий – именно постепенный переход родовых княжеских отношений в государственные – и вставлять татарский период, выдвигать на первый план татар, татарские отношения, вследствие чего необходимо закрываются главные явления, главные причины этих явлений.

Борьба отдельных княжеств оканчивается на севере тем, что княжество Московское вследствие разных обстоятельств пересиливает все остальные, московские князья начинают собирать Русскую землю: постепенно подчиняют и потом присоединяют они к своему владению остальные княжества, постепенно в собственном роде их родовые отношения уступают место государственным, удельные князья теряют права свои одно за другим, пока, наконец, в завещании Иоанна IV удельный князь становится совершенно подданным великого князя, старшего брата, который носит уже титул царя. Это главное, основное явление – переход родовых отношений между князьями в государственные – условливает ряд других явлений, сильно отзывается в отношениях правительственного начала к дружине и остальному народонаселению; единство, соединение частей условливает силу, которою новое государство пользуется для того, чтобы победить татар и начать наступательное движение на Азию; с другой стороны, усиление Северной Руси вследствие нового порядка вещей условливает успешную борьбу ее с королевством Польским, постоянною целию которой становится соединение обеих половин Руси под одною державою; наконец, соединение частей, единовластие, окончание внутренней борьбы дает Московскому государству возможность войти в сношения с европейскими государствами, приготовлять себе место среди них.

В таком положении находилась Русь в конце XVI века, когда пресеклась Рюрикова династия. Начало XVII века ознаменовано страшными смутами, грозившими юному государству разрушением. Крамолами людей, питавших старинные притязания, нарушена была духовная и материальная связь областей с правительственным средоточием: части разрознились в противоположных стремлениях. Земля замутилась; своекорыстным стремлениям людей, хотевших воспользоваться таким положением дел для своих выгод, хотевших жить на счет государства, открылось свободное поприще. Несмотря, однако, на страшные удары, на множество врагов внутренних и внешних, государство спаслось; связь религиозная и связь гражданская были в нем так сильны, что, несмотря на отсутствие видимого сосредоточивающего начала, части соединились, государство было очищено от врагов внутренних и внешних, избран государь всею Землею. Так юное государство со славою выдержало тяжкое испытание, при котором ясно выказалась его крепость.

С новою династией начинается приготовление к тому порядку вещей, который знаменует государственную жизнь России среди европейских держав. При первых трех государях новой династии мы видим уже начало важнейших преобразований: является постоянное войско, обученное иностранному строю, приготовляется, следовательно, важнейшая перемена в судьбе древнего служивого сословия, так сильно отозвавшаяся в общественном строе; видим начатки кораблестроения; видим стремление установить нашу торговлю на новых началах; иностранцам даются привилегии для учреждения фабрик, заводов; внешние сношения начинают принимать другой характер; громко высказывается необходимость просвещения, заводятся училища; при дворе и в домах частных людей являются новые обычаи; определяются отношения церкви к государству. Преобразователь воспитывается уже в понятиях преобразования, вместе с обществом приготовляется он идти только далее по начертанному пути, докончить начатое, решить нерешенное. Так тесно связан в нашей истории XVII век с первою половиною XVIII, разделять их нельзя. Во второй половине XVIII века замечаем новое направление: заимствование плодов европейской цивилизации с исключительною целию материального благосостояния оказывается недостаточным, является потребность в духовном, нравственном просвещении, потребность вложить душу в приготовленное прежде тело, как выражались лучшие люди эпохи. Наконец, в наше время просвещение принесло свой необходимый плод – познание вообще привело к самопознанию.

Таков ход русской истории, такова связь главных явлений, в ней замечаемых.

Соловьёв Сергей Михайлович — Алфавитный каталог — Электронная библиотека Руниверс

Создание «Истории России с древнейших времён» явилось главным делом жизни знаменитого историка С. М. Соловьева. На создание этого колоссального произведения ученый затратил долгих 30 лет неустанной ежедневной работы. В 1851-79 вышло 28 тт., а последний, 29-й, доведённый до 1775, вышел посмертно.

«История России» создавалась в противовес «Истории государства Российского» Н. М. Карамзина, считавшейся в 1-й половине 19 в. официальной. Субъективистским взглядам Карамзина Соловьев противопоставил идею исторического развития. Человеческое общество представлялось Соловьеву целостным организмом, развивающимся «естественно и необходимо». Он отказался от выделения «норманнского» и «татарского» периодов в русской истории и стал считать главным не завоевание, а внутренние процессы развития (колонизационное движение, возникновение новых городов, изменение взгляда князей на собственность и характер своей власти). Соловьев первым поставил процесс государственной централизации в тесную связь с борьбой против монголо-татарского ига. Попытался вскрыть исторический смысл опричнины как борьбы против «удельных» устремлений боярства, одновременно осуждал жестокость царя.

Соловьев впервые выдвинул и осветил массу важнейших явлений русского прошлого, которых раньше не замечали вовсе. Например, вопрос о делении русской истории на эпохи и влияние природных условий территории на исторические судьбы русского народа. Соловьёв первый из русских историков (совместно с Кавелиным, одновременно высказывавшим ту же мысль) осмыслил всё наше прошлое, объединив отдельные моменты и события одной общей связью. Для него нет эпох более или менее интересных или важных: все имеют одинаковый интерес и важность, как неразрывные звенья одной великой цепи. Соловьёв указал, в каком направлении должна вообще идти работа русского историка, установил исходные точки в изучении нашего прошлого. Он первый высказал настоящую теорию в приложении к русской истории, внеся принцип развития, постепенной смены умственных и нравственных понятий и постепенного роста народного — и в этом одна из важнейших заслуг Соловьёва.

«История России» доведена до 1774 г.

Книга «История России с древнейших времен.

Сочинение С. Соловьева. В 29 томах. В 6 книгах. Репринтное издание 1893–1896 гг.» Соловьев С М Аннотация к книге «История России с древнейших времен. Сочинение С. Соловьева. В 29 томах. В 6 книгах. Репринтное издание 1893–1896 гг.» Соловьев С. М.:
Сергей Михайлович Соловьев (1820–1879) — знаменитый русский историк, член Петербургской Академии наук, ректор Московского университета (1871–1877 гг.).
Был учеником Т. Н. Грановского и М. П. Погодина, работал под их руководством. В 1847 г. Соловьев защитил докторскую диссертацию на тему «История отношений между русскими князьями Рюрикова дома», после чего в 1850 г. назначен на должность ординарного профессора Московского университета.
«История России с древнейших времен» — фундаментальный труд, ставший делом всей жизни Соловьева. Великий историк посвятил этому произведению около 30 лет: с 1851 по 1879 год вышло 28 томов, последний, двадцать девятый том вышел посмертно. В XIX веке образцовым сочинением по истории России считалась «История государства Российского» Н. М. Карамзина. Соловьев с самого начала принялся за работу над «Историей России» с целью создать новое обширное описание истории Отечества, в котором бы последовательно прослеживалась идея исторического развития общества. Историк полагал, что основной предпосылкой развития государства являются не внешние факторы, такие как вражеские угрозы и завоевание земель, а естественные процессы — изменения, закономерно происходящие внутри государства и общества. Поэтому Соловьев отказывается от деления истории на периоды, отдавая первостепенное значение логическим связям явлений, «непосредственным преемствам форм».
В «Истории России с древнейших времен» изложены события до 1775 года. Это произведение является основополагающим трудом по истории России.
Ограниченный тираж.

ЦВЕТ ПЕРЕПЛЕТА МОЖЕТ ОТЛИЧАТЬСЯ ОТ ПРЕДСТАВЛЕННОГО. Читать дальше…

Историк России: Сергей Михайлович Соловьёв (1820–1879)

С 22 января до 21 февраля в Румянцевском зале открыта выставка, посвящённая 200-летию со дня рождения историка Сергея Михайловича Соловьёва. На выставке представлены творческие рукописи из личного архива учёного, его письма к выдающимся современникам, документы, связанные с общественной и научной деятельностью Соловьёва, и другие уникальные экспонаты.

 

 

В 2020 году исполняется 200 лет со дня рождения выдающегося русского историка, ректора Московского университета, академика Сергея Михайловича Соловьёва. Современники называли Соловьёва самым плодовитым из учёных и писателей своей эпохи, отличавшимся светлым умом, обширной эрудицией, необыкновенным трудолюбием. Его фундаментальные научные труды и, прежде всего, непревзойдённая 29-томная «История России с древнейших времён» не потеряли своего значения и в наши дни, взрастили не одно поколение русских историков.

На выставке представлены творческие рукописи из личного архива Сергея Михайловича Соловьёва: автограф одного из томов «Истории России с древнейших времён», тетради лекций по древней русской истории, автограф «Публичных чтений о Петре Великом», проходивших в 1872 году в Политехническом музее, статьи: «В века незапамятные, покрытые мраком неизвестности…», «Наблюдения над исторической жизнью народов», программы по кафедре русской истории для историко-филологического факультета Московского государственного университета.
 

 

 

Целый раздел выставки посвящён переписке Сергея Михайловича Соловьёва с выдающимися деятелями культуры Константином Сергеевичем Аксаковым, Николаем Алексеевичем Некрасовым, Фёдором Ивановичем Буслаевым, Владимиром Фёдоровичем Одоевским, Павлом Йозефом Шафариком и другими.

Представлены документы, связанные с общественной и научной деятельностью Сергея Михайловича Соловьёва: его участием в организации Исторического отдела Политехнической выставки, в Московском обществе истории и древностей Российских.

Сергей Михайлович Соловьёв был преподавателем русской истории у Великого князя Александра Александровича (будущего императора Александра III), Великого князя Сергея Александровича, Великого князя Николая Константиновича. Документы, связанные с преподавательской деятельностью Соловьёва, также экспонируются на выставке.
 

 

 

Уникальны семейные, биографические документы Сергея Михайловича Соловьёва: «Дело о наследстве Михаила Васильевича Соловьёва, протоиерея», отца историка, «Формулярный список о службе Ординарного профессора Императорского Московского университета С. М. Соловьёва», «Бумаги по опеке над наследниками С. М. Соловьёва».

Завершающий раздел выставки посвящён детям Сергея Михайловича. У выдающегося историка было 12 детей. Их имена хорошо известны: известный философ, поэт Владимир Сергеевич Соловьёв, романист Всеволод Сергеевич Соловьёв, детская писательница, художница Поликсена Сергеевна Соловьёва. Именно для них он написал воспоминания «Мои записки для детей моих, а, если можно, и для других», также представленные на выставке.

Выставка представляет интерес для посетителей, увлекающихся историей России.

 


Фото: Мария Говтвань, РГБ

 

 

История России с древнейших времен. Тома 1, 2 (Соловьёв Сергей)

Описание

Знаменитый труд великого русского историка Сергея Михайловича Соловьева (1820-1879) является крупнейшим достижением русской исторической науки XIX в. Соловьев — «первый среди равных» в плеяде блестящих русских историков, в которую входят Н. Карамзин, В. Ключевский, Н. Костомаров, А. Пресняков, Т. Грановский, С. Платонов и многие другие.

Первый том обширного 29-томного труда охватывает период от истории славянских племен, на территориях проживания которых возникла древняя Русь, до конца правления князя Ярослава I (1054 год).

Том 1. Содержание

Содержание книги 1
Историк Соловьёв Сергей Михайлович
Предисловие
Глава 01. Природа Русской государственной области и ее влияние на историю.
Равнинность страны. — Соседство ее с Среднею Азией. — Столкновение кочевников с оседлым народонаселением. — Периоды борьбы между ними. — Козаки. — Племена славянские и финские. — Славянская колонизация. — Значение рек на великой равнине. — Четыре главные части древней России. — Озерная область Новгородская. — Область Западной Двины. — Литва. — Область Днепра. — Область Верхней Волги. — Путь распространения русских владений. — Область Дона. — Влияние природы на характер народный.
Глава 02. Постепенное распространение сведений о Северо-Восточной Европе в древности.
Быт народов, здесь обитавших. — Скифы. — Агатирсы. — Невры. — Андрофаги. — Меланхлены. — Будины. — Гелоны. — Тавры. — Сарматы. — Бастарны. — Аланы. — Греческие колонии на северном берегу Понта. — Торговля. — Характер азиатского движения.
Глава 03. Славянское племя.
Его движение. — Венеды Тацита. — Анты и сербы. — Движение славянских племен, по русскому начальному летописцу. — Родовой быт славян. — Города. — Нравы и обычаи. — Гостеприимство. — Обращение с пленными. — Брак. — Погребение. — Жилища. — Образ ведения войны. — Религия. — Финское племя. — Литовское племя. — Ятвяги. — Готское движение. — Гунны. — Авары. — Козары. — Варяги. — Русь.
Глава 04. Призвание варягов-руси северными племенами славянскими и финскими.
Следствия этого явления. — Обзор состояния европейских народов, преимущественно славянских, в половине IX века.
Глава 05. Предания о Рюрике, об Аскольде и Дире.
Олег, его движение на юг, поселение в Киеве. — Строение городов, дани, подчинение племен. — Греческий поход. — Договор Олега с греками. — Смерть Олега, значение его в памяти народной. — Предание об Игоре. — Походы на Константинополь. — Договор с греками. — Печенеги. — Смерть Игоря, его характер в преданиях. — Свенельд. — Походы руссов на Востоке.
Глава 06. Правление Ольги.
Месть древлянам. — Значение предания об этой мести. — Характер Ольги в предании. — Ее уставы. — Принятие христианства Ольгою. — Характер сына ее Святослава. — Его походы на вятичей и козаров. — Святослав в Дунайской Болгарии. — Печенеги под Киевом. — Смерть Ольги. — Распоряжение Святослава относительно сыновей. — Возвращение его в Болгарию. — Война с греками. — Смерть Святослава. — Характер его в предании. — Усобица между сыновьями Святослава. — Владимир в Киеве. — Усиление язычества. — Буйство варягов, уход их в Грецию. (946 — 980)
Глава 07. Владимир Святой. Ярослав I
Несостоятельность язычества. — Известие о принятии христианства Владимиром. — Распространение христианства на Руси при Владимире. — Средства к утверждению христианства. — Влияние духовенства. — Войны Владимира. — Первое столкновение с западными славянами. — Борьба с печенегами. — Смерть Владимира, его характер. — Усобица между сыновьями Владимира. — Утверждение Ярослава в Киеве. — Отношения к Скандинавии и Польше. — Последняя греческая война. — Борьба с печенегами. — Внутренняя деятельность Ярослава. (980 — 1054)
Глава 08. Внутреннее состояние русского общества в первый период его существования
Значение князя. — Дружина, ее отношение к князю и к земле. — Бояре, мужи, гриди, огнищане, тиуны, отроки. — Городовые и сельские полки. — Тысяцкий. — Способы ведения войны. — Городское и сельское народонаселение. — Рабы. — Русская Правда. — Нравы эпохи. — Обычаи. — Занятие жителей. — Состояние религии. — Монашество. — Управление и материальные средства церкви. — Грамотность. — Песни. — Определение степени норманского влияния.


Второй том охватывает период от конца правления Ярослава I до конца правления Мстислава Торопецкого (1054-1228).

Том 2. Содержание

Глава 01. О княжеских отношениях вообще
Завещание Ярослава I. — Нераздельность рода. — Значение старшего в роде, или великого князя. — Права на старшинство. — Потеря этих прав. — Отчина. — Отношение волости младшего князя к старшему.
Глава 02. События при жизни сыновей Ярослава I (1054 — 1093)
Линии Рюрикова рода, Изяславичи и Ярославичи. — Распоряжения последних насчет своих волостей. — Движения Ростислава Владимировича и гибель его. — Движения Всеслава полоцкого и плен его. — Нашествие половцев. — Поражение Ярославичей. — Восстание киевлян и бегство великого князя Изяслава из Киева. — Возвращение его и вторичное изгнание. — Вторичное возвращение Изяслава и смерть его в битве против обделенных племянников. — Характер первых усобиц. — Княжение Всеволода Ярославича в Киеве. — Новые движения обделенных князей. — Усобицы на Волыни. — Борьба с Всеславом полоцким. — Смерть великого князя Всеволода Ярославича. — Печальное состояние Руси. — Борьба с половцами, торками, финскими и литовскими племенами, болгарами, поляками. — Дружина Ярославичей.
Глава 03. События при внуках Ярослава I (1093 — 1125)
Прежние причины усобиц. — Характер Владимира Мономаха. — Он уступает старшинство Святополку Изяславичу. — Характер последнего. — Нашествие половцев. — Олег Святославич в Чернигове. — Борьба с ним Святополка и Владимира. — Неудача Олега на севере. — Послание Мономаха к Олегу. — Съезд князей в Любече и прекращение борьбы на востоке. — Новая усобица на западе вследствие ослепления Василька Ростиславича. — Прекращение ее на Витичевском съезде. — Распоряжение насчет Новгорода Великого. — Судьба Ярослава Ярополковича, племянника великого князя. — События в Полоцком княжестве. — Войны с половцами. — Борьба с другими соседними варварами. — Связь с Венгриею. — Смерть великого князя Святополка. — Киевляне избирают Мономаха в князья себе. — Война с минским князем Глебом и с волынским Ярославом. — Отношение к грекам и половцам. — Смерть Мономаха. — Дружина при внуках Ярослава I.
Глава 04. События при правнуках Ярослава I, борьба дядей с племянниками в роде Мономаха и борьба Святославичей с Мономаховичами до смерти Юрия Владимировича Долгорукого (1125 — 1157)
Сыновья Мономаха. — Мстислав, великий князь. — Усобица между Святославичами черниговскими. — Княжество Муромское. — Присоединение Полоцка к волостям Мономаховичей. — Война с половцами, чудью и литвою. — Смерть великого князя Мстислава Владимировича. — Брат его Ярополк — великим князем. — Начало борьбы дядей с племянниками в племени Мономаховом. — Святославичи черниговские вмешиваются в эту борьбу. — События в Новгороде Великом. — Смерть Ярополка Владимировича. — Всеволод Ольгович черниговский изгоняет Вячеслава Владимировича из Киева и утверждается здесь. — Отношения между Мономаховичами; война с ними Всеволода Ольговича. — Отношения его к родным и двоюродным братьям. — Ростиславичи галицкие. — Война великого князя Всеволода с Владимирком Володаревичем галицким. — Князья городенские, полоцкие, муромские. — События в Новгороде Великом. — Вмешательство русских князей в дела польские. — Морской разбой шведов. — Борьба русских с финнами и половцами. — Предсмертные распоряжения великого князя Всеволода Ольговича. — Смерть его. — Изгнание из Киева Игоря Ольговича. — Изяслав Мстиславич Мономашич княжит в Киеве. — Плен Игоря Ольговича. — Раздор между Святославичами черниговскими. — Союз Изяслава Мстиславича с Давыдовичами черниговскими; союз Святослава Ольговича с Юрием Владимировичем Мономашичем, князем ростовским, против Изяслава Мстиславича. — Первое упоминовение о Москве. — Отступление Давыдовичей черниговских от Изяслава Мстиславича. — Киевляне убивают Игоря Ольговича. — Мир Изяслава Мстиславича с Святославичами черниговскими. — Сын Юрия ростовского, Ростислав, переходит к Изяславу Мстиславичу. — Изяслав в Новгороде Великом; поход его на волости дяди Юрия. — Изгнание Ростислава Юрьевича из Киева. — Движение отца его, Юрия, на юг. — Победа Юрия над племянником Изяславом и занятие Киева. — За Изяслава вступаются венгры и поляки; галицкий князь Владимирко за Юрия. — Подвиги сына Юриева, Андрея. — Он хлопочет о мире между отцом своим и Изяславом Мстиславичем. — Непродолжительность мира. — Изяслав изгоняет Юрия из Киева, но должен уступить старшинство другому дяде, Вячеславу. — Война Изяслава с Владимирком галицким. — Юрий изгоняет Вячеслава и Изяслава из Киева. — Изяслав с венграми опять изгоняет Юрия из Киева и опять отдает старшинство Вячеславу, под именем которого княжит в Киеве. — Продолжение борьбы Изяслава с Юрием. — Битва на реке Руте и поражение Юрия, который принужден оставить юг. — Два других неудачных похода его на юг. — Война Изяслава Мстиславича в союзе с венгерским королем против Владимирка галицкого. — Клятвопреступление и смерть Владимирка. — Война Изяслава с сыном Владимирковым, Ярославом. — Смерть Изяслава, его характер. — Вячеслав вызывает к себе в Киев брата Изяславова, Ростислава, из Смоленска. — Смерть Вячеслава. — Ростислав уступает Киев Изяславу Давыдовичу черниговскому. — Юрий ростовский заставляет Давыдовича выехать из Киева и сам окончательно утверждается здесь. — Усобицы между Святославичами в Черниговской волости и Мономаховичами на Волыни. — Союз князей против Юрия. — Смерть его. — События полоцкие, муромские, рязанские, новгородские. — Борьба с половцами и финскими племенами. — Дружина.
Глава 05. События от смерти Юрия Владимировича до взятия Киева войсками Андрея Боголюбского (1157 — 1169)
Изяслав Давыдович вторично княжит в Киеве; причины этого явления. — Перемещения в Черниговской волости. — Неудачный поход князей на Туров. — Изяслав Давыдович заступается за галицкого изгнанника Ивана Берладника. Это вооружает против него многих князей. — Неудачный поход Изяслава на князей Ярослава галицкого и Мстислава Изяславича волынского. — Он принужден оставить Киев, куда Мстислав Изяславич волынский перезывает дядю своего Ростислава Мстиславича из Смоленска. — Уговор дяди и племянника насчет двоих митрополитов-соперников. — Война с Изяславом Давыдовичем. — Смерть последнего. — Ссора великого князя Ростислава с племянником, Мстиславом волынским. — Смерть Святослава Ольговича черниговского и смута по этому случаю на восточной стороне Днепра. — Смерть великого князя Ростислава; характер его. — Мстислав Изяславич княжит в Киеве. — Неудовольствие князей на него. — Войско Андрея Боголюбского изгоняет Мстислава из Киева и опустошает этот город. — Смерть Ивана Берладника. — Смуты полоцкие. — События в Новгороде Великом. — Борьба новгородцев со шведами. — Война Андрея Боголюбского с камскими болгарами. — Борьба с половцами. — Дружина.
Глава 06. От взятия Киева войсками Боголюбского до смерти Мстислава Мстиславича Торопецкого (1169 — 1228)
Андрей Боголюбский остается на севере: значение этого явления. — Характер Андрея и его поведение на севере. — Владимир-на-Клязьме. — Брат Андрея, Глеб княжит в Киеве. — Война его с Мстиславом Изяславичем. — Смерть обоих соперников. — Андрей Боголюбский отдает Киев Роману Ростиславичу смоленскому. — Ссора Ростиславичей с Андреем. — Мстислав Ростиславич Храбрый. — Неудачный поход рати Андреевой против Ростиславичей. — Ярослав Изяславич княжит в Киеве. — Борьба его с Святославом Всеволодовичем черниговским. — Убиение Андрея Боголюбского и следствия этого события. — Соперничество Ростова и Владимира; соперничество дядей Юрьевичей и племянников Ростиславичей северных. — Торжество Михаила Юрьевича над племянниками и Владимира над Ростовом. — Возобновление борьбы по смерти Михаила. — Торжество Всеволода Юрьевича над племянниками и окончательное падение Ростова. — На юге усобица между Мономаховичами и Ольговичами. — Поход Святослава Всеволодовича черниговского на Всеволода Юрьевича суздальского. — Святослав утверждается в Киеве. — Слабость киевского князя перед суздальским. — Борьба Ярослава галицкого с боярами. — Смерть его. — Усобица между его сыновьями, Владимиром и Олегом. — Бояре изгоняют Владимира и принимают к себе Романа Мстиславича волынского. — Венгерский король Бела III вмешивается в эту усобицу и сажает в Галиче сына своего Андрея. — Гибель Берладникова сына Ростислава. — Насилия венгров в Галиче. — Владимир Ярославич с помощью поляков утверждается здесь. — Смерть Святослава Всеволодовича киевского. — Рюрик Ростиславич занимает его место по воле Всеволода суздальского. — Последний ссорит Рюрика с зятем его, Романом волынским. — Участие Романа в польских усобицах. — Война Мономаховичей с Ольговичами. — Роман волынский утверждается в Галиче по смерти Владимира Ярославича. — Он изгоняет Рюрика Ростиславича из Киева. — Рюрик опять в Киеве и отдает его на разграбление половцам. — Роман постригает Рюрика в монахи. — Роман гибнет в битве с поляками; его характер. — Малолетние сыновья его, Даниил и Василько, окружены врагами. — Рюрик снова в Киеве и воюет против Романовичей. — Последние должны бежать из Галича. — Галицкие бояре призывают к себе на княжение Игоревичей северских. — Бедственная судьба маленьких Романовичей. — Венгры овладевают Галичем и свирепствуют здесь. — Игоревичи северские изгоняют венгров, но вооружают против себя бояр, которые с помощью венгров возводят на престол Даниила Романовича. — Новые волнения бояр и бегство Даниила. — Боярин Владислав княжит в Галиче. — Венгры и поляки делят между собою Галич. — Продолжение усобицы между Мономаховичами и Ольговичами за Киев; Мономахович в Чернигове. — Усиление Всеволода III Юрьевича на севере. — Отношения его к Рязани, Смоленску и Новгороду Великому. — Деятельность Мстислава Храброго на севере. — Смерть его. — Перемены в Новгороде Великом. — Мстислав Мстиславич Торопецкий, сын Храброго, избавляет Новгород от Всеволода III. — Предсмертные распоряжения Всеволода III. — Кончина его. — Усобица между его сыновьями Константином и Юрием. — Мстислав торопецкий вмешивается в эту усобицу и Липецкою победою дает торжество Константину. — Смерть последнего. — Юрий опять великим князем во Владимире. — События рязанские и новгородские. — Деятельность Мстислава Торопецкого в Галиче. — Перемены в Киеве, Чернигове и Переяславле. — Дружина. — Немцы в Ливонии. — Смуты в Новгороде и Пскове. — Войны новгородцев с ямью. — Их заволоцкие походы. — Борьба суздальских князей с болгарами. — Основание Нижнего Новгорода. — Войны с Литвою, ятвягами и половцами. — Татарское нашествие. — Общий обзор событий от кончины Ярослава I до кончины Мстислава Торопецкого.
Дополнения ко второму тому
Комментарии к тому 1
Комментарии к тому 2

Поделиться аудиокнигой

200 лет назад родился великий русский историк Сергей Соловьев — Российская газета

Двести лет назад, 17 мая (нового стиля) 1820 года, родился великий русский историк Сергей Михайлович Соловьев.

Обстоятельства его рождения, воспитания, образования и начала его научной, педагогической деятельности весьма характерны для России XIX столетия, когда духовенство как социальная каста выдвигало из своей среды немало выдающихся людей в сферах светской культуры. Но для того, чтобы эти люди могли реализоваться в этих сферах, им необходимо было на определенном этапе своего развития покинуть свою касту. Тем не менее, духовенство таким образом выступало некой «базой» для развития в том числе и светской культуры. И личность Сергея Михайловича Соловьева — яркий тому пример.

Он родился в семье протоиерея и в то же время законоучителя Московского коммерческого училища М. В. Соловьева. Мать историка происходила из семьи мелкого чиновника, выслужившего дворянство, но тоже вышедшего из духовного сословия. Она была племянницей архиепископа Ярославского и Ростовского Авраама (Шумилина).

В детстве отец обучал сына не только Закону Божьему, но и древним языкам. По обычаю духовенства, сначала определил сына в духовное училище, но с условием, что светские предметы он будет проходить в коммерческом училище, а экзамены по ним сдавать в духовном. В итоге он все-таки перевел сына в третий класс московской гимназии, которую тот окончил с серебряной медалью и поступил в московский университет на историко-филологический факультет. Это тоже очень важный момент: в то время история и словесность воспринимались как очень близкие дисциплины.

Главным наставником в университете студента Сергея Соловьева стал Михаил Петрович Погодин, читавший курс русской истории. Первый ученик на факультете, Соловьев был допущен разбирать богатейший архив Погодина, где и сделал свое первое открытие: нашел пятую часть «Истории Российской» Татищева. Но считается, что с большим воодушевлением он слушал лекции не «славянофила» Погодина, а «западника» Грановского. Возможно, это и определило его будущее мировоззрение: «западник» по убеждениям, он был одновременно и «государственником», рассматривая русскую историю как движение от разобщенного родового строя к государственному управлению. В то же время его священническим происхождением объясняется особый интерес историка к религиозной жизни народов.

Значение С. М. Соловьев для русской исторической науки переоценить невозможно. Можно сказать, что он-то и заложил основы этой науки, если не сказать — создал ее. Его отроческая любовь к Н. М. Карамзину (подростком он несколько раз перечитал его «Историю государства Российского») сменилась достаточно критическим отношением к принципу описания русской истории как смены великих правителей. Одновременно С. М. Соловьева не устраивал «живописный» принцип Карамзина, когда история описывается как художественное полотно без попыток ее научного объяснения.

Среди условий развития Руси на первое место С. М. Соловьев ставил «природу страны», на второе — «быт племен, вошедших в новое общество», на третье — «состояние соседних народов и государств». С особенностями географии страны Соловьев связывал и особенности зарождения русской государственности: борьба «леса со степью», ход колонизация русскими восточных земель, взаимоотношения Руси с соседними народами. Первым в русской историографии Соловьев обосновал тезис об исторической обусловленности реформ Петра I, постепенном сближении России с Западной Европой. При этом он не был «апологетом» Петра I. Петр, с его точки зрения, был исторически обусловленный «вождь» народа, двинувший Россию в сторону Запада после решения страной восточного вопроса. Но «дело» Петра творил не он, а народ.

Вообще отношение Соловьева к пресловутой роли личности в истории было спокойным и определенным и, кстати, очень актуальным для нынешних «взволнованных» споров на эту тему. Так, Соловьев считал неуместными, при изображении деятельности исторического лица, «как чрезмерные похвалы, так и неумеренные порицания». Он считал неисторичным подходом, когда «деятельность одного исторического лица отрывалась от исторической деятельности целого народа; в жизнь народа вводилась сверхъестественная сила, действовавшая по своему произволу». Прислушаемся к этим словам во времена наших баталий вокруг фигур Ивана Грозного и Иосифа Сталина.

Но Соловьев не был таким «кабинетным» историком, которого совсем уж не волнуют общественные события. В 1877 году, когда появилось открытое письмо 35 ученых против намечавшихся реформ, Соловьев принял решение заявить об отставке с поста ректора Московского университета, а также оставил профессуру и числился в университете «сторонним преподавателем».

Поражает масштаб его трудов. Он прожил всего 59 лет, написав при этом около 300 научных произведений и 29-томную «Историю России с древнейших времен», которая начала выходить в 1851 году, и с тех пор каждый год выходил строго один том (впоследствии была сведена в шесть томов с комментариями), являлся преподавателем и ректором университета, академиком Санкт-Петербургской Академии наук по отделению русского языка и словесности, тайным советником и учителем будущего императора Александра III.

Остается добавить, что его жена, Поликсена Владимировна Соловьева (урожденная Романова), родила ему 12 детей. Четверо из них умерли еще в детском возрасте. Из остальных трое стали выдающимися людьми с ярко выраженными литературными талантами. Всеволод — известный и очень популярный исторический романист, Мария — детская писательница и мемуаристка, Поликсена — поэт и художник. И наконец, его сын Владимир стал великим русским философом — основоположником того, что называется «новой русской религиозной философией» (Бердяев, Булгаков, Флоренский и др.) Кроме того поэт Владимир Сергеевич Соловьев считается предтечей и «отцом русского символизма».

Но если он «отец символизма», Сергея Михайловича можно считать его «дедушкой».

Шутка, конечно.

Историк России: Сергей Михайлович Соловьёв (1820–1879)

В январе – феврале 2020 г. в Румянцевском зале Российской государственной библиотеки работала выставка, посвящённая 200-летию историка Сергея Михайловича Соловьёва. На выставке, организованной Отделом рукописей РГБ были представлены творческие рукописи из личного архива учёного, его письма, документы, связанные с общественной и научной деятельностью.

17 февраля 2020 г. студенты бакалавриата Института филологии (группа литература и история) вместе со своим преподавателем Галиной Владимировной Аксеновой в рамках изучаемого курса истории российской культуры провели практические занятия в Отделе рукописей Российской государственной библиотеки, читальные залы и хранения которого расположились в одном из самых красивых зданий Москвы – Доме Пашкова. Занятие было посвящено выдающемуся русскому историку С.М. Соловьеву, чьи фундаментальные научные труды и, прежде всего, непревзойденная 29-томная «История России с древнейших времён» не потеряли своего значения и в наши дни, взрастили не одно поколение русских историков

Студенты смогли увидеть представленные на экспозиции уникальные материалы: автограф одного из томов «Истории России с древнейших времён», тетради лекций по древней русской истории, автограф «Публичных чтений о Петре Великом», программы по кафедре русской истории для историко-филологического факультета Московского государственного университета, письма К. С.Аксакову, Н.А.Некрасову, Ф.И.Буслаеву, В.Ф.Одоевскому и др.; документы, связанные с общественной и научной деятельностью С.М. Соловьёва; уникальные семейные, биографические документы С.М. Соловьёва.

Завершающий раздел выставки посвящён детям Соловьева. У выдающегося историка было 12 детей, среди них известный философ, поэт Владимир Сергеевич Соловьёв, романист Всеволод Сергеевич Соловьёв, детская писательница, художница Поликсена Сергеевна Соловьёва.

Путешествие по залам и помещениям, разговор о коллекциях Н.П. Румянцева и создании первого в Москве Публичного музея завершилось знакомством с сокровищами. Студенты увидели пергаменные рукописные русские и западноевропейские книги XIII-XV веков, автографы М.Ю. Лермонтова, Н.В. Гоголя, Ф.М. Достоевского, С.А. Есенина, М.А. Булгакова.

Аудиокнига недоступна | Audible.com

  • Эвви Дрейк начинает больше

  • Роман
  • От: Линда Холмс
  • Рассказал: Джулия Уилан, Линда Холмс
  • Продолжительность: 9 часов 6 минут
  • Полный

В сонном приморском городке штата Мэн недавно овдовевшая Эвелет «Эвви» Дрейк редко покидает свой большой, мучительно пустой дом спустя почти год после гибели ее мужа в автокатастрофе. Все в городе, даже ее лучший друг Энди, думают, что горе держит ее взаперти, и Эвви не поправляет их. Тем временем в Нью-Йорке Дин Тенни, бывший питчер Высшей лиги и лучший друг детства Энди, борется с тем, что несчастные спортсмены, живущие в своих самых страшных кошмарах, называют «криком»: он больше не может бросать прямо и, что еще хуже, он не может понять почему.

  • 3 из 5 звезд
  • Что-то заставило меня продолжать слушать….

  • От Каролина Девушка на 10-12-19

Аудиокнига недоступна | Audible.

com
  • Эвви Дрейк начинает больше

  • Роман
  • От: Линда Холмс
  • Рассказал: Джулия Уилан, Линда Холмс
  • Продолжительность: 9 часов 6 минут
  • Полный

В сонном приморском городке штата Мэн недавно овдовевшая Эвелет «Эвви» Дрейк редко покидает свой большой, мучительно пустой дом спустя почти год после гибели ее мужа в автокатастрофе. Все в городе, даже ее лучший друг Энди, думают, что горе держит ее взаперти, и Эвви не поправляет их. Тем временем в Нью-Йорке Дин Тенни, бывший питчер Высшей лиги и лучший друг детства Энди, борется с тем, что несчастные спортсмены, живущие в своих самых страшных кошмарах, называют «криком»: он больше не может бросать прямо и, что еще хуже, он не может понять почему.

  • 3 из 5 звезд
  • Что-то заставило меня продолжать слушать….

  • От Каролина Девушка на 10-12-19

Соловьев и Ларионов

Об авторе

Евгений Водолазкин  родился в Киеве, с 1990 года работает в отделе древнерусской литературы Пушкинского дома. Специалист по средневековой русской истории и фольклору. « Соловьев и Ларионов » — его дебютный роман. Laurus (Oneworld, 2015), его второй роман, но первый, переведенный на английский язык, получил Национальную премию «Большая книга» и премию Льва Толстого «Ясная поляна» и был переведен на восемнадцать языков. Его третий роман « Авиатор » (Oneworld, 2018) вошел в шорт-листы Российской Букеровской премии и Национальной премии «Большая книга». Он живет в Санкт-Петербурге.

Lisa C. Hayden переводы с русского языка включают перевод Евгения Водолазкина Laurus , получивший премию Read Russia Award в 2016 году и также вошедший в шорт-лист премии Оксфорд-Вайденфельд вместе с ее переводом Вадима Левенталя Masha Regina . В ее блоге «Книжная полка Лизок» исследуется современная русская художественная литература. Она живет в штате Мэн, США.

отзывов

«[A] ироничный и причудливо-юмористический исторический детектив. ‘ 

Times Literary Supplement

«Увлекательные, мрачно-остроумные, пропитанные историей страницы для любителей литературной и исторической фантастики».

Library Journal: Reading Around The World: 12 лучших весенних наименований для библиотечного рынка

«Водолазкин создал романтизированный геройский квест, утверждающий «нераздельность и гармонию» истории и личной судьбы. Перед лицом огромного числа погибших он настаивает на том, чтобы освободить место для мифологии.

Wall Street Journal

«Просто нельзя игнорировать… Умный и часто юмористический отчет о современной российской жизни, который несколько раз напомнил мне документальную литературу его соотечественницы Светланы Алексиевич».

LitHub

«Здесь есть задорная, смешная сатира, а под ней — удивительная жилка остроты».

Киркус

«Амбициозный первый роман. К чести Водолазкина, ему это удалось, создав содержательную, привлекательную работу, которая вовлекает читателя на нескольких уровнях, включающих в себя детективную историю, исторические события и даже немного романтики.

The Herald, Scotland

«Больше, чем красиво написанная история взросления… один из лучших романов, которые я читал за последние годы».

World Literature Today

«Повествование от третьего лица, круговая структура и архетипические персонажи придают этому прекрасно написанному литературному детективу ощущение современной басни. [Мы] рекомендуем медленно разворачивающуюся историю Водолазкина читателям, которые предпочитают подробное исследование, искусно многослойные описания и прозрения персонажей острым ощущениям.’

Booklist

‘Очень уникальная смесь литературных жанров. .. Я был очарован этой русской сказкой со всеми ее историями в истории. Это настоящий русский роман».

Книжный мир Марджори

‘Карьеры Соловьева и Ларионова переплетены настолько искусно, что роман можно воспринимать как академическую сатиру, частично как историческую возню… штук, от академических боев за первенство до конфликтов из-за имущества в коммуналке.’

LA Review of Books

‘Отмеченный наградами автор Водолазкин органично сплетает воедино жизни двух своих героев… [но] эта история взросления предлагает читателю гораздо более богатый опыт, чем просто биография.’

Общество исторических романов

«Я не мог оторваться».

Блог «Книжный тип»

«Водолазкин — один из самых интересных современных писателей».

Russia Beyond, «5 великих русских книг для вашего летнего списка чтения»

«Я нашел Соловьева и Ларионова такой же хорошей книгой, как Авиатор  в ее прекрасном написании, ее мысли- провоцирующее повествование и его удивительно атмосферное ощущение места и времени. Я вижу, что буду размышлять над этим довольно долго…»

Книжные бредни Каггси

Была ли советская политика продиктована силой или слабостью империи? (Рабочий лист)

Сводная карта СССР, 1968 г. ПРЕДОСТАВЛЕНИЕ: Библиотека Конгресса США

К 1981 году экономика Советского Союза находилась в застое в течение многих лет, но он оставался мировой сверхдержавой благодаря своей военной мощи. Эта, казалось бы, неустойчивая комбинация побудила писателей российского происхождения Владимира Соловьева и Елену Клепикову задаться вопросом: «Что, если бы сегодня [1981] последняя великая империя на земле была не чем иным, как фикцией, пытающейся изо всех сил убедить себя и других в своей реальности? Важнее всего, какой фактор преобладает сегодня в Российской империи — ее сила или ее слабость?»

Чтобы ответить на эти вопросы, авторы обращаются к русской истории и культуре, которые подчеркивают значение империи и военного дела — как чувства гордости, так и практического оборонительного феномена.

Выдержка из , прикрепленная к правой боковой панели , служит ценным ресурсом для учащихся, помогающим понять непрекращающиеся темы, определяющие российскую политику: гордость за империю, страх перед вторжением и аллергия на инопланетян. Полную статью можно найти здесь.

Вопросы для обсуждения:
1. В 1981 г. Соловьев и Клепикова задались вопросом: «…какой фактор преобладает сегодня в Российской империи — ее сила или слабость?» Как бы вы ответили на этот вопрос о современной России?

2.«Что, если бы сегодня последняя великая империя на земле была не более чем фикцией, пытающейся изо всех сил убедить себя и других в своей реальности?» Согласны ли вы с этим утверждением о Советском Союзе в 1981 году? Используйте доказательства, подтверждающие ваше утверждение.

3. Можете ли вы провести какие-либо параллели между тем, как Соловьев и Клепикова описывают Россию в 1981 году, и политикой или военными традициями других стран — в прошлом или настоящем? Объясните похожие темы или действия.

4. «Россия кажется в том же состоянии [в 1981 году], в каком застал ее маркиз де Кюстин в 1839 году, когда он сказал: «Сегодня русский народ не способен ни на что, кроме завоевания мира.«Отсюда катастрофический контраст между экономическим и военным развитием». Верно ли это утверждение и сегодня в России? Объясните.

Это упражнение хорошо работает в классе глобальной истории, всемирной истории или сравнительного государственного управления.

Краткий экскурс в историю возникновения русского символизма

[Журнальная статья]

Аннотация

Известный ныне как Серебряный век русской литературы, русский символизм представляет собой неординарное явление духовной жизни конца XIX – начала XX веков.В данном эссе ставится задача изучить возникновение и развитие русского символизма в результате переоценки цен… подробнее

Известный ныне как Серебряный век русской литературы, русский символизм представляет собой неординарное явление духовной жизни конца XIX – начала XX веков. В данном эссе ставится задача изучить возникновение и развитие русского символизма в результате переоценки культурных ценностей в философии/искусстве и стимулирования соответствующего подъема тех эстетических систем, которые нашли воплощение в литературных произведениях того периода.Настоящее исследование предлагает новый подход к зарождению этого направления и представляет новые тенденции в русском символистском романе, выходящие за рамки художественных течений той эпохи. Истоки символистской литературы прослеживаются в принципах эзотерической теории и ее основных постулатах. Результаты исследования и полученные выводы подтверждаются прямыми текстуальными отсылками к романам писателя, являющегося родоначальником литературы яркой мистической направленности…. смотреть меньше

Ключевые слова
Россия; современность; Ницше, Ф.; символ; символизм; социокультурные факторы

Классификация
Фундаментальные исследования, общие понятия и история науки о коммуникации
Философия, этика, религия

Бесплатные Ключевые слова
Модернизм; философия Ф. Ницше; Философия Вл. Соловьев; русский символизм; Социокультурный контекст; Романы-символисты Вс. Соловьев

Язык документа
английский

Год публикации
2015

Страница/Страницы
стр.151-217

Журнал
International Letters of Social and Humanistic Sciences (2015) 63

ISSN
2300-2697

Статус
Опубликованная версия; экспертная оценка

Лицензия
Creative Commons — Атрибуция 4.0

Неопалимая купина

отзывов

«Неопалимая купина Григория Глазова: сочинения о евреях и иудаизме » Владимира Соловьева — прекрасно задуманный и искусно выполненный том.Джудит Дойч Корнблатт оказала большую услугу современной религиозной философии, объединив соловьевские сочинения в один изящный том. Глазов сделал то же самое с сочинениями Соловьева по иудаизму».

«В последнее время появился ряд переводов и комментариев к основным философским, поэтическим и общественно-политическим произведениям Владимира Соловьева, но работа Григория Глазова заполняет явный пробел, давая нам окончательный анализ (как с переводами, так и с комментариями) Соловьева. отношение к русским евреям.Исследование Глазова представляет собой уникально оригинальный вклад в свою область. Насколько мне известно, другой такой книги нет», — Борис Яким, переводчик книг Владимира Соловьева, Павла Флоренского, Сергия Булгакова, Федора Достоевского и других русских мыслителей

«Эта «мозаика источников», искусно переведенная и аннотированная Григорием Юрием Глазовым, является как свидетельством, так и комментарием интереса Владимира Соловьева к евреям на протяжении всей его жизни.Вместе стихи, письма и эссе объясняют, почему Соловьев обратился к еврейской истории и текстам, чтобы помочь ему разобраться в том, что он называл неизменно проблематичным «христианским вопросом». Введение Глазова включает эссе о. Александр Мень и указывает на постоянную применимость — и безотлагательность — сосредоточения Соловьева на динамичном взаимодействии христианства и евреев до наших дней».

«Глазов.. . заслуживает похвалы за спасение Соловьева, которого он называет «русским аналогом святого Фомы Аквинского и первопроходцем для русских православных христиан, стремящихся к единству с Западом и католицизмом», — от забвения в этом всеобъемлющем томе. Это как биография и комментарии, так и собрание первоисточников, касающихся сочинений Соловьева о евреях и иудаизме». — Publishers Weekly

«Поэт, богослов и философ Соловьев (1853-1900) был ответственен за возрождение русской философии и поэзии в начале 20-го века.. . . Глазову удается привнести в западную науку еще один аспект соловьевской мысли. Основополагающая работа для русофилов ХХ века.» — Журнал библиотеки

«Глазов» предлагает обширную историю вопроса об отношениях евреев с русскими христианами, а также значительный комментарий работ Соловьева по христианской проблеме отношений евреев, каждое из которых получает свой раздел перед текстами Соловьева, позволяющий незнакомому читателю понять контекст произведений Соловьева. Это действительно то, что делает работу важным вкладом в историю антисемитизма, а также в культурологические исследования, показывая, как людей можно легко вывести из себя ненавистническими высказываниями, чтобы они в конечном итоге были готовы совершить великие злодеяния во имя безопасность.» — Патеос

«Кабинет Григория Глазова… просто бесподобен.Нет другого издания, которое так полно собирало бы и представило всю жизнь Соловьева стремление понять иудаизм и еврейский народ». — Русское обозрение

Project MUSE — «Грехи России», «Протест» и «Некролог Иосифу Рабиновичу» Владимира Соловьева: исторические (и часто игнорируемые) тексты в католической интеллектуальной традиции с современными комментариями и размышлениями

, российский аналог Санкт-Петербурга.Фома Аквинский и Бл. Кардинал Джон Генри Ньюман также появился в начале 1880-х годов как ведущий голос в защиту иудаизма и гражданских прав евреев. Настоящая статья предназначена для ознакомления с некоторыми менее известными работами Соловьева по еврейско-христианским отношениям и для того, чтобы побудить читателя глубже погрузиться в эту часть его творчества. 1

Семья и друзья проследили любовь Соловьева к евреям до его созерцания Христа как еврея и его раннего отвращения к евреям как к нехристианскому.Его отец, один из крупнейших историков России, также завещал ему универсальное мировоззрение, которое освободило его от юдофобии, поразившей многих современных ему русских патриотов, находившихся под влиянием панславизма, идеологии действия. и политика, популяризированная Николаем Данилевским (1822–85). В книге Данилевского « Россия и Европа » предполагается, что славянские народы находились в процессе ковки одиннадцатой исторической цивилизации благодаря своему многогранному, всепоглощающему универсальному человечеству.Соловьев высмеивает восхваление Достоевским книги как «будущей настольной книги каждого русского», называя ее «Кораном всех негодяев и дураков». Ключевое различие между его собственным патриотизмом и патриотизмом панславистов он указывает далее в красноречивой критике Страхова, главного представителя Данилевского в 1880-х годах: «Вы смотрите на историю как на китайский буддизм, и для вас нет смысла в моем Еврейско-христианский вопрос: благоприятен или вреден нынешний интеллектуальный климат для богочеловеческой задачи на земле, в настоящий исторический момент ? И кстати, как теория Данилевского может объяснить, что чисто русская (так как она православная) национальная культура, которую мы разделяем, не мешает вам быть китайцем, а мне евреем?» Слова, выделенные курсивом в этом отрывке, подчеркивают, что для Соловьева история представляет людей, отдельных людей и нации в равной степени божественными призваниями, освящающими не только продолжительность жизни или век, но и настоящий момент.В последнем вопросе, более сложном для понимания, Соловьев подчеркивает неспособность националистического детерминизма Данилевского объяснить, как Страхов и Соловьев могут быть русскими православными, но придерживаться таких разных философий — Страхов к тому, что Соловьев считал синтезом западного декадентского механизма и буддийского пассивизма. , а Соловьева — к библейской вере в человеческую потребность различать божественное призвание в каждый настоящий момент и сотрудничать с ним. 2

Представление Соловьева о нациях и их истории коренилось в библейском постулате о том, что народы мира — это семья наций, для каждой из которых, — сказал он, адаптируя Быт. 2:18, — «нехорошо быть одному.Руководствуясь далее своим христианским пониманием Бога как Троицы и Любви, Соловьев считал, что национальные призвания требуют братского сотрудничества и любви к другому — другому, который, будучи братом, неизбежно является соперником и потенциально трудным для жизни. [End Page 133] Но подобно тому, как пророк Исаия предвидел, что божественная задача благословения земли будет выполнена через сотрудничество Израиля с его традиционными врагами Египтом и Ассирией (Ис 19:24), так и Соловьев утверждал, что Россия, как Нееврейская православная нация должна развивать свое мессианское призвание, сотрудничая с Израилем, богоизбранным народом, и с его западными католическими братьями, представленными Польшей.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.