Смута кратко самое главное: Смутное время в России кратко, почему выстояла, хронология

Содержание

кратко и понятно. Смутное время (кратко)

Начало XVII века ознаменовалось для России серией тяжелых испытаний.

Как началась смута

После того как в 1584 году умер царь Иван Грозный, престол унаследовал его сын Федор Иванович, который был очень слабым и болезненным. Ввиду состояния здоровья он правил недолго — с 1584 г. по 1598 г. Умер Федор Иванович рано, так и не оставив наследников. Младший сын Ивана Грозного предположительно был зарезан приспешниками Бориса Годунова. Появилось много желающих взять бразды правления в свои руки. В результате этого развернулась борьба за власть внутри страны. Подобная ситуация послужила толчком к развитию такого явления, как Смута. Причины и начало данного периода в разное время толковались по-своему. Несмотря на это, можно выделить главные события и аспекты, повлиявшие на развитие этих событий.

Основные причины

Разумеется, в первую очередь это прерывание династии Рюриковичей. С этого момента центральная власть, перешедшая в руки третьих лиц, теряет авторитет в глазах народа. Постоянный рост налогов также послужил катализатором недовольства горожан и крестьян. Для такого затяжного явления, как Смута, причины копились не один год. Сюда можно отнести и последствия опричнины, хозяйственную разруху после Ливонской войны. Последней каплей стало резкое ухудшение условий жизни, связанное с засухой 1601-1603 гг. Смута стала для внешних сил наиболее удачным моментом для ликвидации государственной самостоятельности России.

Предпосылки с точки зрения историков

Не только ослабление режима монархии поспособствовало появлению такого явления, как Смута. Причины ее связаны с переплетением устремлений и действий различных политических сил и социальных масс, которые были осложнены вмешательством внешних сил. В связи с тем, что одновременно образовалось множество неблагоприятных факторов, страна погрузилась в глубокий кризис.

Для возникновения такого явления, как Смута, причины можно выделить следующие:

1. Кризис хозяйства, который приходится на конец XVI века. Он был вызван убылью крестьян в города, увеличением налогового и феодального гнета. Обострил ситуацию голод 1601-1603 гг., в результате которого погибло около полумиллиона человек.

2. Кризис династии. После смерти царя Федора Ивановича обострилась борьба различных боярских кланов за право стоять у власти. В этот период на государственном престоле побывали Борис Годунов (с 1598 г. по 1605 г.), Федор Годунов (апрель 1605 г. — июнь 1605 г.), Лжедмитрий I (с июня 1605 г. по май 1606 г.), Василий Шуйский (с 1606 г. по 1610 г.), Лжедмитрий II (с 1607 г. по 1610 г.) и Семибоярщина (с 1610 г. по 1611 г.).

3. Духовный кризис. Стремление католической религии навязать свою волю закончилось расколом русской православной церкви.

Внутренние неурядицы положили начало крестьянским войнам, мятежам городов.

Правление Годунова

Нелегкая борьба за власть между представителями высшей знати закончилась победой Бориса Годунова — царского шурина. Это был первый случай в русской истории, когда престол достался не по наследству, а в результате победы в выборах в Земском соборе. В целом, за семь лет своего правления Годунов сумел решить споры и разногласия с Польшей и Швецией, а также наладил культурные и экономические взаимоотношения со странами Западной Европы.

Его внутренняя политика также принесла свои результаты в виде продвижения России в Сибирь. Однако вскоре положение дел в стране ухудшилось. Вызвано это было неурожаями в период с 1601 г. по 1603 г.

Годуновым были приняты все возможные меры по облегчению столь нелегкого положения. Он организовывал общественные работы, дал разрешение холопам уходить от своих господ, организовал раздачу хлеба голодающим. Несмотря на это, в результате отмены в 1603 году закона о временном восстановлении Юрьева дня вспыхнуло восстание холопов, положившее начало крестьянской войне.

Обострение внутренней ситуации

Самым опасным этапом Крестьянской войны стало восстание под предводительством Ивана Болотникова. Война перекинулась на юго-запад и юг России. Повстанцы одержали победу над войсками нового царя — Василия Шуйского — перейдя к осаде Москвы в октябре-декабре 1606 года. Остановили их внутренние разногласия, в результате которых восставшие были вынуждены отступить в Калугу.

Подходящим моментом наступления на Москву для польских князей стала Смута начала 17 века. Причины попыток интервенции крылись во внушительной поддержке, оказываемой князьям Лжедмитрию I и Лжедмитрию II, которые во всем подчинялись иностранным сообщникам. Правящими кругами Речи Посполитой и католической церкви были предприняты попытки расчленения России и ликвидации ее государственной самостоятельности.

Следующим этапом раскола страны стало образование территорий, которые признали власть Лжедмитрия II, и тех, что сохраняли верность Василию Шуйскому.

По мнению некоторых историков, основные причины такого явления, как Смута, крылись в бесправии, самозванстве, внутреннем расколе страны и интервенции. Это время стало первой гражданской войной в русской истории. До того как появилась Смута в России, причины ее формировались не один год. Предпосылки были связаны с опричниной и последствиями Ливонской войны. Экономика страны к тому времени была уже разорена, а в социальных слоях росло напряжение.

Завершающий этап

Начиная с 1611 года, наблюдается рост патриотических настроений, сопровождаемый призывами к прекращению раздоров и укреплению единства. Было организовано народное ополчение. Однако лишь со второй попытки под руководством К. Минина и К. Пожарского осенью 1611 года Москва была освобождена. Новым царем был избран 16-летний Михаил Романов.

Колоссальные территориальные потери принесла Смута в 17 веке. Причины ее в основном заключались в ослаблении авторитета централизованной власти в глазах народа, формировании оппозиции. Несмотря на это, пройдя через годы потерь и лишений, внутренней разрозненности и междоусобиц под руководством Лжедмитриев-самозванцев и авантюристов, дворяне, горожане и крестьяне пришли к выводу, что сила может быть только в единстве. Последствия Смуты оказывали влияние на страну еще долгое время. Лишь спустя столетие удалось окончательно их устранить.

Смутное время в Московском государстве, было последствием тиранического правления , расшатавшего государственный и общественный строй страны. Захватывает конец XVI в. и начало XVII в., началось с прекращения династии Рюрика борьбой за престол, привело в брожение все слои русского населения, подвергло страну крайней опасности быть захваченной иностранцами. В октябре 1612 нижегородское ополчение (Ляпунов, Минин, Пожарский) освободило Москву от поляков и созвало выборных всей земли для избрания царя.

Малый энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона. СПб., 1907-09

КОНЕЦ РОДА КАЛИТЫ

Несмотря на всю неудовлетворительность показаний, содержащихся в следственном деле, патриарх Иов удовлетворился ими и объявил на соборе: «Перед государем Михайлы и Григория Нагих и углицких посадских людей измена явная: царевичу Димитрию смерть учинилась Божиим судом; а Михайла Нагой государевых приказных людей, дьяка Михайлу Битяговского с сыном, Никиту Качалова и других дворян, жильцов и посадских людей, которые стояли за правду, велел побить напрасно, за то, что Михайла Битяговский с Михайлом Нагим часто бранился за государя, зачем он, Нагой, держал у себя ведуна, Андрюшу Мочалова, и много других ведунов.

За такое великое изменное дело Михайла Нагой с братьею и мужики угличане, по своим винам, дошли до всякого наказанья. Но это дело земское, градское, то ведает бог да государь, все в его царской руке, и казнь, и опала, и милость, о том государю как Бог известит; а наша должность молить Бога о государе, государыне, о их многолетнем здравии и о тишине междоусобной брани».

Собор обвинил Нагих; но в народе винили Бориса, а народ памятлив и любит с событием, особенно его поразившим, соединять и все другие важные события. Легко понять впечатление, какое должна была произвести смерть Димитрия: и прежде гибли удельные в темницах, но против них было обвинение в крамолах, они наказывались государем; теперь же погиб ребенок невинный, погиб не в усобице, не за вину отца, не по приказу государеву, погиб от подданного. Скоро, в июне месяце, сделался страшный пожар в Москве, выгорел весь Белый город. Годунов расточил милости и льготы погоревшим: но понеслись слухи, что он нарочно велел зажечь Москву, дабы милостями привязать к себе ее жителей и заставить их забыть о Димитрии или, как говорили другие, дабы заставить царя, бывшего у Троицы, возвратиться в Москву, а не ехать в Углич для розыска; народ думал, что царь не оставит такого великого дела без личного исследования, народ ждал правды.

Слух был так силен, что Годунов почел нужным опровергнуть его в Литве чрез посланника Исленьева, который получил наказ: «Станут спрашивать про пожары московские, то говорить: мне в то время не случилось быть в Москве; своровали мужики воры, люди Нагих, Афанасья с братьею: это на Москве сыскано. Если же кто молвит, что есть слухи, будто зажигали люди Годуновых, то отвечать: это какой-нибудь вор бездельник сказывал; лихому человеку воля затевать. Годуновы бояре именитые, великие». Пришел хан Казы-Гирей под Москву, и по Украйне понесся слух, что подвел его Борис Годунов, боясь земли за убийство царевича Димитрия; ходил этот слух между простыми людьми; алексинский сын боярский донес на своего крестьянина; крестьянина взяли и пытали в Москве; он оговорил многое множество людей; послали сыскивать по городам, много людей перехватали и пытали, кровь неповинную проливали, много людей с пыток померло, иных казнили и языки резали, иных по темницам поморили, и много мест от того запустело.

Через год после углицкого происшествия у царя родилась дочь Феодосия, но в следующем году ребенок умер; Феодор был долго печален, и в Москве был плач большой; к Ирине патриарх Иов писал утешительное послание, говорил, что она может помочь горю не слезами, не бесполезным изнурением тела, но молитвою, упованием, по вере даст бог чадородие, и приводил в пример св.

Анну. В Москве плакало и говорили, что царскую дочь уморил Борис.

Через пять лет по смерти дочери, в самом конце 1597 года, царь Феодор занемог смертельною болезнию и 7 января 1598 года, в час утра, скончался. Мужеское племя Калиты пресеклось; оставалась одна женщина, дочь несчастного двоюродного брата Иоаннова, Владимира Андреевича, вдова титулярного ливонского короля Магнуса, Марфа (Марья) Владимировна, возвратившаяся по смерти мужа в Россию, но и она была мертва для света, была монахинею; пострижение ее, говорят, было невольное; у ней была дочь Евдокия; но и та умерла еще в детстве, говорят, также смертию неестественною. Оставался еще человек, который не только носил название царя и великого князя, но и действительно царствовал одно время в Москве по воле Грозного, крещеный касимовский хан, Симеон Бекбулатович. В начале царствования Феодора он еще упоминается в разрядах под именем царя тверского и первенствует пред боярами; но потом летопись говорит, что его свели в село Кушалино, дворовых людей было у него не много, жил он в скудости; наконец он ослеп, и в этом несчастии летопись прямо обвиняет Годунова.

Не пощадили Годунова и от обвинения в смерти самого царя Феодора.

УЖАСЫ ГОЛОДА

Отдадим должное Борису Годунову: он боролся с голодом как мог. Бедным раздавали деньги, организовывали для них платные строительные работы. Но полученные деньги мгновенно обесценивались: ведь хлеба на рынке от этого не прибавлялось. Тогда Борис распорядился раздавать бесплатно хлеб из государственных хранилищ. Он надеялся подать тем добрый пример феодалам, но житницы бояр, монастырей и даже патриарха оставались закрытыми. А тем временем к бесплатному хлебу со всех сторон в Москву и в крупные города устремились голодающие. А хлеба не хватало на всех, тем более что раздатчики сами спекулировали хлебом. Рассказывали, что некоторые богатые люди не стеснялись переодеваться в лохмотья и получать бесплатный хлеб, чтобы продать его втридорога. Люди, мечтавшие о спасении, умирали в городах прямо на улицах. Только в Москве было похоронено 127 тыс. человек, а хоронить удавалось не всех. Современник говорит, что в те годы самыми сытыми были собаки и воронье: они поедали непохороненные трупы.

Пока крестьяне в городах умирали в напрасном ожидании еды, их поля оставались необработанными и незасеянными. Так закладывались основы для продолжения голода.

НАРОДНЫЕ ВОССТАНИЯ ВРЕМЕН СМУТЫ

Подъем народных движений в начале XVII века был абсолютно неизбежен в условиях тотального голода. Знаменитое восстание Хлопка в 1603 году было спровоцировано самими владельцами холопов. В условиях голода владельцы изгоняли холопов, ибо им невыгодно было держать холопов у себя. Сам факт гибели воеводы И.Ф. Басманова в кровопролитном сражении конца 1603 года с холопами говорит о весьма значительной воинской организованности восставших (многие холопы, очевидно, тоже относились к разряду «служилых»). Резко снизился авторитет царской власти и лично Бориса Годунова. Служилые люди, особенно южных городов, ждали смены власти и устранения монарха нецарского рода, о чем все чаще начинали напоминать. Начиналась истинная «Смута», в которую немедленно включились и те, кто совсем недавно вынужден был покинуть Центральную Россию и искать счастья в ее пограничных, главным образом южных пределах, а также за пределами России.

МОСКВА ПОСЛЕ УБИЙСТВА ЛЖЕДМИТРИЯ

Между тем, Москва была усеяна трупами, которые несколько дней вывозили за город и там хоронили. Тело самозванца три дня лежало на площади, привлекая любопытных и желающих обругать хотя бы труп. Затем его захоронили за Серпуховскими воротами. Но и на этом преследования убитого не закончились. Неделю с 18 по 25 мая стояли сильные морозы (не так редкие в мае-июне и в наше время), наносившие большой ущерб садам и полям. За самозванцем и раньше следовал шепот о его чародействе. В условиях чрезвычайной неустойчивости бытия, суеверия разливались рекой: что-то страшное видели над могилой Лжедмитрия, и с ним связывали возникшие природные катаклизмы. Могилу раскопали, тело сожгли, а пепел, смешав с порохом, выстрелили из пушки, направив ее в ту сторону, откуда пришел Расстрига. Этот пушечный выстрел, однако, создал Шуйскому и его окружению неожиданные проблемы. В Речи Посполитой и Германии распространялись слухи, что казнен вовсе не «Дмитрий», а какой-то его слуга, «Дмитрий» же спасся и бежал в Путивль или куда-то в польско-литовские земли.

ПРОТИВОБОРСТВО С РЕЧЬЮ ПОСПОЛИТОЙ

Смутное время не закончилось в одночасье после освобождения Москвы силами Второго ополчения. Помимо борьбы против внутренних «воров», вплоть до заключения в 1618 г. Деулинского перемирия продолжались военные действия между Россией и Речью Посполитой. Ситуацию этих лет можно охарактеризовать, как широкомасштабную пограничную войну, которую вели местные воеводы, опираясь, в основном, только на местные силы. Характерной особенностью военных действий на пограничье в этот период являются глубокие опустошительные рейды на территорию противника. Эти удары были нацелены, как правило, на определенные укрепленные города, уничтожение которых приводило к утрате противником контроля над прилегающей к ним территорией. Задачей руководителей таких набегов было разрушить опорные пункты неприятеля, разорить деревни, угнать как можно больше пленников.

Смутным временем историки называют один из самых сложных периодов развития государства. Оно длилось с 1598 по 1613 годы. Государство на рубеже шестнадцатого – семнадцатого веков перенесло самый жестокий политический и экономический кризис. Ливонская война, татарское нашествие и опричнина (внутренняя политика, проводимая Иваном грозным) смогли привести к максимальному усилению различных негативных тенденций и росту общественного недовольства. Это и явилось основными причинами периода Смуты на Руси. Историками и исследователями выделяются некоторые, особо значимые даты Смутного времени.

Первый период Смуты охарактеризовался жёсткой борьбой за правящий престол среди множества претендентов. Унаследовавший власть сын Ивана Грозного был слабым правителем и управлением страной руководил Борис Годунов, приходившийся братом супруги царя. Историки считают, что именно с его политики и начались народные недовольства.

Однако фактическое начало смуте было положено явлению в Польше Григория Отрепьева, который объявил себя выжившим царевичем Дмитрием. Но и без поддержки поляков Лжедмитрия признала большая часть государства. Также он был поддержан в 1605 году воеводами Руси и самой Москвой. В июне этого же года Лжедмитрия признали царём, но его ярая поддержка крепостничества послужила причиной к восстанию в ходе которого его убили семнадцатого мая 1606 года. После этого престол занимает Шуйский, но и его власть была недолгой.

Второй период Смутного времени ознаменовался восстанием Болотникова. Так в ополчение вошли все слои общества. Участвовали в восстании как посадской люд, так и холопы, землевладельцы, казаки, крестьяне и пр. Восставшие были разбиты под Москвой, а самого Болотникова казнили. Возмущения народа нарастали.

Позже Лдедмитрий Второй бежит, а Шуйского стригут в монахи. Так в государстве начинается Семибоярщина. В итоге сговора бояр с поляками Москва присягает польскому королю. Позже Лжедмитрия убивают война на власть продолжается.

Третий, заключительный этап Смуты – борьба с интервентами. Русский народ объединяется для борьбы с поляками. Ополчение Пожарского и Минина доходит к Москве к 1612 году, освободив город и прогнав поляков.

Историки связывают окончание периода Смуты с появлением на русском троне династии Романовых. Двадцать первого февраля 1613 года на Земском соборе избирают Михаила Романова.

Смута начала XVII века, предпосылки, этапы которой будут рассмотрены далее, — исторический период, сопровождавшийся стихийными бедствиями, глубоким социально-экономическим и государственно-политическим кризисами. Сложная ситуация в стране усугублялась и польско-шведской интервенцией.

Смута 17 века в России: причины

Кризисные явления были вызваны целым рядом факторов. Первые проблемы произошли, по мнению историков, из-за прекращения и борьбы между царской властью и боярами. Последние стремились к сохранению и усилению политического влияния и приумножению традиционных привилегий. Царская власть, напротив, старалась ограничить эти полномочия. Бояре, кроме того, обходили вниманием предложения земцев. Роль представителей этого класса оценивается многими исследователями крайне негативно. Историки указывают на то, что боярские притязания превратились в прямую борьбу с царской властью. Их интриги крайне отрицательно повлияли на положение государя. Именно это создало благоприятную почву, на которой возникла Смута в России. В начале XVII век характеризовался только с экономической точки зрения. Положение страны было очень тяжелым. Впоследствии к этому кризису присоединились политические и социальные проблемы.

Экономическая ситуация

Смута в России начала 17 века совпала с завоевательными походами Грозного и Ливонской войной. Эти мероприятия требовали от производительных сил большого напряжения. Крайне негативно сказалось на экономическом положении разорение в Великом Новгороде и насильственное перемещение служилых людей. Так стала назревать Смута в России. Начало 17 века ознаменовалось также повсеместным голодом. В 1601-1603 разорились тысячи мелких и крупных хозяйств.

Социальная напряженность

Смута в России в начале 17 века подогревалась отторжением существующего строя массами беглых крестьян, обедневших посадских людей, городовых казаков и казацкой вольницы, большого количества служилых. Введенная опричнина, по мнению некоторых исследователей, существенно подорвала уважение и доверие народа к закону и власти.

Первые события

Как стала развиваться Смута в России? Начало 17 века, кратко говоря, совпало с перестановкой сил в правящих кругах. Наследник Грозного Федор Первый не обладал необходимыми управленческими способностями. Младший же сын, Дмитрий, был в то время еще младенцем. После гибели наследников династия Рюриковичей пресеклась. К власти приблизились боярские роды — Годуновы и Юрьевы. В 1598-м трон занял Борис Годунов. Период с 1601 по 1603 гг. были неурожайными. Заморозки не прекращались даже летом, а осенью, в сентябре, шел снег. Разразившийся голод унес порядка полумиллиона человек. Измученные люди шли в Москву, где им раздавали хлеб и деньги. Но эти мероприятия только усугубили экономические проблемы. Помещики были не способны прокормить слуг и холопов и выгоняли их. Оставшиеся без еды и крова люди стали заниматься грабежами и разбоем.

Лжедмитрий Первый

Смута в России в начале 17 века совпала с распространением слуха о том, что царевич Дмитрий выжил. Из этого следовало, что Борис Годунов находился на троне незаконно. Самозванец Лжедмитрий объявил о своем происхождении Адаму Вишневецкому, литовскому князю. После этого он сошелся с Ежи Мнишеком, польским магнатом, и Рагони, папским нунцием. В начале 1604 Лжедмитрий 1 получил у польского короля аудиенцию. Спустя некоторое время самозванец принял католицизм. Права Лжедмитрия были признаны королем Сигизмундом. Монарх разрешил всем желающим оказывать помощь русскому царю.

Въезд в Москву

Лжедмитрий вступил в город в 1605-м году, 20-го июня. Бояре во главе с Бельским публично признали его князем Московским и законным наследником. В ходе своего правления Лжедмитрий ориентировался на Польшу и пытался провести некоторые реформы. Однако далеко не все боярство признавало законность его царствования. Практически сразу после прибытия Лжедмитрия, Шуйский стал распространять слухи о его самозванстве. В 1606 году в середине мая оппозиция бояр воспользовалась выступлениями населения против польских авантюристов, приехавших в Москву на свадьбу Лжедмитрия, подняла восстание. В ходе него самозванец был убит. Приход к власти Шуйского, представлявшего суздальскую ветвь Рюриковичей, успокоения в государство не принес. В южных районах вспыхнуло от которого пошло движение «воров». События 1606-1607 гг. описывает Р. Г. Скрынников. «Россия в начале 17 века. Смута» — книга, созданная им на основе большого объема документального материала.

Лжедмитрий Второй

Тем не менее в стране все еще ходили слухи о чудесном спасении законного царевича. В 1607 году, летом, в Стародубе появился новый самозванец. Смута в России в начале 17 века продолжалась. К концу 1608 года добился распространения своего влияния на Ярославль, Переяславль-Залесский, Вологду, Галич, Углич, Кострому, Владимир. Самозванец осел в селе Тушино. Верными столице остались Казань, Великий Новгород, Смоленск, Коломна, Новгород, Переяславль-Рязанский.

Семибоярщина

Одним из ключевых событий, которыми ознаменована Смута в России в начале 17 века, стал переворот. Находившийся у власти Шуйский был смещен. У руководства страны встал совет семи бояр — Семибоярщина. В качестве они признали Всеволода, польского королевича. Население же многих городов присягнули Лжедмитрию 2. В их числе были и те, кто еще недавно выступал против самозванца. Реальная угроза от Лжедмитрия Второго вынудила совет бояр впустить в Москву польско-литовские отряды. Предполагалось, что они смогут свергнуть самозванца. Однако Лжедмитрий был предупрежден об этом и своевременно покинул лагерь.

Ополчения

Смута в России в начале 17 века продолжалась. Началось Оно способствовало формированию ополчений. Первым командовал дворянин из Рязани Ляпунов. Его поддерживали сторонники Лжедмитрия Второго. Среди них были Трубецкой, Масальские, Черкасские и прочие. На стороне ополчения также была и казацкая вольница, главой которой был атаман Заруцкий. Второе движение началось под руководством Он пригласил в качестве предводителя Пожарского. В весной, подмосковный стан Первого ополчения присягнул на верность Лжедмитрию Третьему. Отряды Минина и Пожарского не смогли выступить в столице в то время, как там властвовали сторонники самозванца. В этой связи они сделали своим лагерем Ярославль. В конце августа ополчение вышло к Москве. В результате ряда сражений был освобожден Кремль, польский гарнизон, занимавший его капитулировал. Спустя некоторое время был выбран новый царь. Им стал

Последствия

Сравнить Смуту в России начала 17 века по ее разрушительной силе и глубине кризиса в стране можно, наверное, только с состоянием страны в период татаро-монгольского нашествия. Этот страшный период в жизни государства завершился огромными территориальными потерями, хозяйственным упадком. Великая Смута начала 17 века унесла огромное количество жизней. Было разорено множество городов, пашен, деревень. Численность населения еще достаточно долго не могла восстановиться до прежнего уровня. Многие города перешли в руки к врагам и оставались в их власти еще несколько последующих десятилетий. Существенно сократилась площадь обрабатываемой земли.

Смутное время в России – это исторический период, который поколебал государственное устройство в самых его основах. Пришелся он на конец 16 – начало 17 веков.

Три периода смуты

Первый период называют династическим – на этом этапе претенденты боролись за московский престол, пока на него не взошел Василий Шуйский, хотя его правление также включается в эту историческую эпоху. Второй период – социальный, когда между собой боролись различные социальные классы, причем этой борьбой пользовались в своих интересах иноземные правительства. И третий – национальный – он продолжался до тех пор, пока на российский престол не взошел Михаил Романов, и тесно связан с борьбой против захватчиков-иностранцев. Все эти этапы в значительной мере повлияли на дальнейшую историю государства.

Правление Бориса Годунова

Фактически этот боярин стал править Россией еще в 1584 году, когда на престол взошел сын Ивана Грозного Федор, совершенно неспособный к государственным делам. Но юридически он был избран царем только в 1598 году после смерти Федора. Назначил его Земский собор.

Рис. 1. Борис Годунов.

Несмотря на то, что Годунов, принявший царство в сложный период социального бедствия и сложного положения России на международной арене, был хорошим государственным деятелем, трон он не наследовал, что делало его права на престол сомнительными.

Новый царь начал и последовательно продолжал курс реформ, направленных на улучшение экономики страны: купцы были освобождены от уплаты налогов на два года, землевладельцы – на год. Но это не сделало внутренние дела России проще – неурожай и голод 1601-1603 гг. вызвал массовую смертность и повышение цены на хлеб невиданных размеров. И во всем народ обвинял Годунова. С появлением в Польше “законного” наследника престола, который якобы был царевичем Дмитрием, ситуация усложнилась еще больше.

Первый период смуты

Фактически начало Смутного времени в России было положено тем, что Лжедмитрий проник в Россию с небольшим отрядом, который все увеличивался на фоне крестьянских бунтов. Довольно быстро “царевич” привлек на свою сторону простой народ, а после смерти Бориса Годунова (1605 год) был признан и боярами. Уже 20 июня 1605 года он вступил в Москву и был посажен на царство, однако удержать престол не смог. 17 мая 1606 года Лжедмитрий был убит, а на престол сел Василий Шуйский. Власть этого государя была формально ограничена Собором, но улучшения обстановки в стране не произошло.

ТОП-5 статей которые читают вместе с этой

Рис. 2. Василий Шуйский.

Второй период смуты

Он характеризуется выступлениями разных социальных слоев, но прежде всего – крестьян под предводительством Ивана Болотникова. Его войско довольно успешно продвигалось по стране, но 30 июня 1606 году потерпело поражение, и скоро сам Болотников был казнен. Волна восстаний немного пошла на спад, в пом числе благодаря усилиям Василия Шуйского по стабилизации ситуации. Но в целом его усилия не принесли результата – вскоре появился второй Лдежмитрий, который получил прозвище “тушинский вор”. Он выступил против Шуйского в январе 1608 года, а уже в июле 1609 года бояре, которые служили и Шуйскому, и Лжедмитрию, присягнули на верность польскому королевичу Владиславу и насильно постригли своего государя в монахи. 20 июня 1609 года поляки вошли в Москву. В декабре 1610 был убит Лжедмитрий, а борьба за престол продолжилась.

Третий период смуты

Смерть Лжедмитрия стала переломным моментом – у поляков больше не было фактического предлога находиться на территории России. Они становятся интервентами, для борьбы с которыми собираются первое и второе ополчение.

Первое ополчение, которое пошло на Москву в апреле 1611 года, особого успеха не добилось, так как было разобщенным. Зато второе, созданное по инициативе Кузьмы Минина и возглавляемое князем Дмитрием Пожарским, добилось успеха. Эти герои освободили Москву – произошло это 26 октября 1612 года, когда польский гарнизон капитулировал. Действия народа – вот ответ на вопрос, почему Россия выстояла в Смутное время.

Рис. 3. Минин и Пожарский.

Нужно было искать нового царя, кандидатура которого устраивал бы все слои общества. Им стал Михаил Романов – 21 февраля 1613 года он был избран Земским собором. Смутное время закончилось.

Хронология событий смуты

Следующая таблица дает представление о том, какие основные события происходили в период смуты. Они расположены в хронологическом порядке по датам.

Что мы узнали?

Из стать по истории для 10 класса мы узнали кратко о Смутном времени, рассмотрели самое главное – какие события происходили в это период и какие исторические деятели повлияли на ход истории. Узнали, что в xvii веке Смутное время закончилось восхождением на престол компромиссного царя Михаила Романова.

Тест по теме

Оценка доклада

Средняя оценка: 4.4 . Всего получено оценок: 713.

Исторический портрет. Историческая эпоха. Задание 25 ЕГЭNothing found for Ix Xvii %25D0%25B2 %25D0%25B5%25D0%25B3%25D1%258D %25D0%25B8%25D1%2581%25D1%2582%25D0%25Be%25D1%2580%25D0%25B8%25D1%258F %25D1%258D%25D0%25Bf%25D0%25Be%25D1%2585%25D0%25B0 %25D1%2581%25D0%25Bc%25D1%2583%25D1%2582%25D0%25Bd%25D0%25Be%25D0%25B3%25D0%25Be %25D0%25B2%25D1%2580%25D0%25B5%25D0%25Bc%25D0%25B5%25D0%25Bd%25D0%25B8 %25D0%25Bc

Ошибка 404: Не найдено

К сожалению, по вашему запросу ничего не найдено.

Новое на сайте


Страницы


  • Всё об исторической эпохе в одном месте. Тема № 1. Древняя Русь до раздробленности.Карты.Походы Святослава.
  • Всё об исторической эпохе в одном месте.Русь до раздробленности. ТЕРМИНЫ. Культура. Письменность, литература, образование.
  • IX — XVII в.
  • XVIII-XIX в.
  • XX-XXI в.
  • Архитекторы России. XIX век. Андрей Никифорович Воронихин (1759-1814).
  • Борис Николаевич Ельцин.
  • Виктор Павлович Кочубей (1768-1834).
  • Владимиро-Суздальское княжество (1125-1389). Список князей.
  • Всё об исторической эпохе в одном месте.
  • Всё об исторической эпохе в одном месте. Тема № 1. Древняя Русь до раздробленности. Современники княгини Ольги.
  • Всё об исторической эпохе в одном месте. Тема № 1. Древняя Русь до раздробленности. Современники князя Олега (879-912).
  • Всё об исторической эпохе в одном месте. Тема № 1. Древняя Русь до раздробленности. Русь и печенеги.
  • Всё об исторической эпохе в одном месте. Тема № 1. Древняя Русь до раздробленности. Современники князя Владимира I Святославича Святого.
  • Всё об исторической эпохе в одном месте. Тема № 1. Древняя Русь до раздробленности.Современники князя ИГОРЯ.
  • Всё об исторической эпохе в одном месте. Тема № 1. Древняя Русь до раздробленности.Современники князя Святослава (962-972).
  • Всё об исторической эпохе в одном месте. Тема № 1. Древняя Русь до раздробленности.Современники Рюрика.
  • Всё об исторической эпохе в одном месте. Культура.17 век. Русские путешественники и первопроходцы.
  • Всё об исторической эпохе в одном месте. Русь периода феодальной раздробленности.XII — начало XIIIв.
  • Всё об исторической эпохе в одном месте. Тема № 1. Древняя Русь до раздробленности.
  • Всё об исторической эпохе в одном месте. Тема № 1. Древняя Русь до раздробленности. Современники князя Владимира Мономаха.
  • Всё об исторической эпохе в одном месте. Тема № 1. Древняя Русь до раздробленности. Архитектурные памятники.
  • Всё об исторической эпохе в одном месте. Тема № 1. Древняя Русь до раздробленности. ДАТЫ.
  • Всё об исторической эпохе в одном месте. Тема № 1. Древняя Русь до раздробленности. Деятели культуры. Кирилл и Мефодий.
  • Всё об исторической эпохе в одном месте. Тема № 1. Древняя Русь до раздробленности. Деятели культуры. Нестор.
  • Всё об исторической эпохе в одном месте. Тема № 1. Древняя Русь до раздробленности. Деятели церкви. Иларион.
  • Всё об исторической эпохе в одном месте. Тема № 1. Древняя Русь до раздробленности. Деятели церкви. Феопемпт.
  • Всё об исторической эпохе в одном месте. Тема № 1. Древняя Русь до раздробленности. Карты.Походы князя Олега.
  • Всё об исторической эпохе в одном месте. Тема № 1. Древняя Русь до раздробленности. Карты.Торговые пути.
  • Всё об исторической эпохе в одном месте. Тема № 1. Древняя Русь до раздробленности. Культура. Письменность, литература, образование.
  • Всё об исторической эпохе в одном месте. Тема № 1. Древняя Русь до раздробленности.Деятели церкви.Феодосий Печерский.
  • Всё об исторической эпохе в одном месте. Тема № 1. Древняя Русь до раздробленности.Карты.Образование Древнеруссского государства.
  • Всё об исторической эпохе в одном месте. Тема № 1. Древняя Русь до раздробленности.Карты.Племена восточных славян и их соседи.
  • Всё об исторической эпохе в одном месте. Тема № 1. Древняя Русь до раздробленности.Карты.Походы Владимира и Ярослава Мудрого.
  • Всё об исторической эпохе в одном месте. Тема № 1. Древняя Русь до раздробленности.Карты.Путь «из варяг в греки».
  • Всё об исторической эпохе в одном месте. Тема № 1. Древняя Русь до раздробленности.Походы князя Игоря.
  • Всё об исторической эпохе в одном месте. Тема № 1. Древняя Русь до раздробленности.Рюрик.
  • Всё об исторической эпохе в одном месте. Тема № 1. Русь периода ига Золотой Орды – образования централизованного государства. (XIII — XV в.)
  • Всё об исторической эпохе в одном месте. Тема № 10: «Правление Александра I».
  • Всё об исторической эпохе в одном месте. Тема № 11. «Правление Николая I».
  • Всё об исторической эпохе в одном месте. Тема № 12. «Правление Александра II».
  • Всё об исторической эпохе в одном месте. Тема № 13: «Правление Александра III».
  • Всё об исторической эпохе в одном месте. Тема № 14: «Правление Николая II».
  • Всё об исторической эпохе в одном месте. Тема № 2. Русь периода феодальной раздробленности.
  • Всё об исторической эпохе в одном месте. Тема № 2. Русь периода феодальной раздробленности.Владимиро-Суздальское княжество.
  • Всё об исторической эпохе в одном месте. Тема № 2. Русь периода феодальной раздробленности.Галицко-Волынское княжество.
  • Всё об исторической эпохе в одном месте. Тема № 2. Русь периода феодальной раздробленности.Новгородская земля.
  • Всё об исторической эпохе в одном месте. Тема № 3. Русь периода ига Золотой Орды – образования централизованного государства. (XIII — XV в.). Личности эпохи. Александр Михайлович Тверской.
  • Всё об исторической эпохе в одном месте. Тема № 4. «Россия в XVI веке».
  • Всё об исторической эпохе в одном месте. Тема № 5. «Смутное время».
  • Всё об исторической эпохе в одном месте. Тема № 6. Первые Романовы.
  • Всё об исторической эпохе в одном месте. Тема № 7. «Правление Петра I».
  • Всё об исторической эпохе в одном месте. Тема № 8. «Дворцовые перевороты».
  • Всё об исторической эпохе в одном месте. Тема № 9: «Екатерина II. Павел I».
  • Всё об исторической эпохе в одном месте. Тема: «Образование единого государства». Полководцы. Даниил Васильевич Щеня.
  • Всё об исторической эпохе в одном месте. Тема: «Правление Петра I». Политика Петра Великого (1682-1725). ДАТЫ.
  • Всё об исторической эпохе в одном месте. Тема: «Смутное время». Полководцы. М.Б. Шеин. М. В.Скопин-Шуйский.Д.М. Пожарский.
  • ВСЕ ПРАВИТЕЛИ МИРА +ПРАВИТЕЛИ РОСИИ. Синхронные таблицы.
  • Всемирная история. ТЕРМИНЫ. КРАТКО. СОДЕРЖАНИЕ.
  • Всеобщая история. Личности. События.
  • Герои Великой Отечественной войны 1941-1945 гг. Командиры партизанских отрядов. Ковпак Сидор Артемьевич (1887-1967).
  • Герои Великой Отечественной войны.
  • Герои Великой Отечественной войны. Александр Матвеевич Матросов.
  • Герои Великой Отечественной войны. Алексей Петрович Маресьев.
  • Герои Великой Отечественной войны. В.С.Гризодубова.
  • Герои Великой Отечественной войны. И.Н. Кожедуб.
  • Герои Великой Отечественной войны. Михаил Петрович Девятаев.
  • Герои Великой Отечественной войны. Николай Гастелло.
  • Даты.
  • ЕГЭ 2018. История. Демонстрационный вариант (проект) Критерии оценивания и баллы за задание № 25 – историческое сочинение.
  • ЕГЭ Задание № 25. Историческое сочинение. ПЕРИОД: июнь- декабрь 1812 г.
  • ЕГЭ С6 Теория
  • ЕГЭ-2020. Задание № 25. Историческое сочинение.Требования, критерии оценивания и баллы.
  • ЕГЭ-2021. История. Задание № 25. Историческое сочинение. Требования, критерии оценивания, баллы.
  • ЕГЭ.
  • ЕГЭ. Задание 25. Материал к историческому сочинению. В.С. Черномырдин.
  • ЕГЭ. Задание 27. Материал к историческому сочинению. Евгений Максимович Примаков.
  • ЕГЭ. Задание 27. Материал к историческому сочинению. Евгений Максимович Примаков.
  • ЕГЭ. Историческое сочинение. Формат 2021 года.
  • ЕГЭ. История .Историческое сочинение. Личности периода правления Александра II. Карточка- подсказка.
  • ЕГЭ. История Историческое сочинение. Личности периода правления Александра III. Карточка- подсказка.
  • ЕГЭ. История Историческое сочинение. Личности периода правления Анны Иоанновны (1730-1740). Карточка- подсказка.
  • ЕГЭ. История Историческое сочинение. Личности периода правления Бориса Годунова (1589-1605). Карточка- подсказка.
  • ЕГЭ. История Историческое сочинение. Личности периода правления Василия Шуйского ( 1606-1610). Карточка- подсказка.
  • ЕГЭ. История Историческое сочинение. Личности периода правления Лжедмитрия I (1 июня 1605 — 17 мая 1606 г). Карточка- подсказка.
  • ЕГЭ. История Историческое сочинение. Личности периода правления Николая II (1894-1917). Карточка- подсказка.
  • ЕГЭ. История Историческое сочинение. Личности периода правления Павла I ( 1796- 1801) Карточка- подсказка.
  • ЕГЭ. История Историческое сочинение. Личности периода правления Екатерины II ( 1762-1796) Карточка- подсказка.
  • ЕГЭ. История Историческое сочинение. Личности периода правления Л.И. Брежнева (1964-1982). Карточка- подсказка.
  • ЕГЭ. История Историческое сочинение. Личности периода правления Петра III (25 декабря 1761- 28 июня 1762) .
  • ЕГЭ. История Историческое сочинение. Михаил Фёдорович Романов (1613-1645) Личности периода правления. Карточка- подсказка.
  • ЕГЭ. История России. Флотоводцы. Спиридов Григорий Андреевич. Материал к историческому сочинению по эпохе Екатерины II.
  • ЕГЭ. История. Задание 25. Сочинение в формате ЕГЭ.
  • ЕГЭ. История. Задание 29. Сочинение в формате ЕГЭ. 1801-июнь 1812 г.
  • ЕГЭ. История. Материал к историческому сочинению (формат 2021 г.) Исторический деятель: Иван IV Грозный.
  • ЕГЭ. История. Материал к историческому сочинению (формат 2021). Исторический деятель: Борис Годунов.
  • ЕГЭ. История. Задание № 29. Историческое сочинение. Личности эпохи правления Алексея Михайловича (1645-1676)
  • ЕГЭ. История. Задание 25. Историческое сочинение. Период 1813-1825 гг.
  • ЕГЭ. История. Задание 25. ПЕРИОД: 1825-1855.
  • ЕГЭ. История. Задание 29. Историческое сочинение. КЛИШЕ.
  • ЕГЭ. История. Задание № 24. Точки зрения. Александр I.
  • ЕГЭ. История. Задание № 24. Точки зрения. Правление Николая I (1825-1855).
  • ЕГЭ. История. Историческое сочинение. Личности периода правления Александра I(1801-1825).
  • ЕГЭ. История. Историческое сочинение. Личности периода правления Ивана I Калиты (1325-1340).
  • ЕГЭ. История. Историческое сочинение. Личности периода Ивана Грозного. Карточка- подсказка.
  • ЕГЭ. История. Историческое сочинение. Личности периода правления Николая I(1825-1855).Карточка- подсказка.
  • ЕГЭ. История. Историческое сочинение. Личности по эпохам (таблицы)
  • ЕГЭ. История. Материал к заданию № 29 (историческое сочинение). Роль личности в эпохе. Пахомий Лагофет.
  • ЕГЭ. История. Материал к заданию № 29 (историческое сочинение). Роль личности в эпохе.Эпоха Ивана III. Афанасий Никитин.
  • ЕГЭ. История. Термины. IX — XI вв.
  • ЕГЭ. История. Термины. XII — XIII вв.
  • ЕГЭ. История. Термины. КУЛЬТУРА. IX — XI вв.
  • ЕГЭ. Материал к историческому сочинению. Правление Л.И. Брежнева (1964-1982). Исторические деятели. П.Н. Демичев (1917-2010). Министр культуры СССР (1974-1986).
  • ЕГЭ.Задание № 24.Точки зрения, аргументы в подтверждение и опровержение.
  • Запоминаем даты.
  • Запоминаем даты. Правление Николая II.
  • Запоминаем даты. Россия в 16 веке. Правление Василия III.
  • Запоминаем даты. Россия в 19 веке. Правление Александра III.
  • Запоминаем даты. Россия в XIX веке. Правление Александра I.
  • Запоминаем даты. Россия в XIX веке. Правление Александра I. КУЛЬТУРА. Кратко.
  • Запоминаем даты. Россия в XIX веке. Правление Александра II.
  • Запоминаем даты. Россия в XIX веке. Правление Николая I.
  • Запоминаем даты. Россия в XVI веке. Правление Алексея Михайловича.
  • Запоминаем даты. Россия в XVI веке. Правление Фёдора Алексеевича.
  • Запоминаем даты. Россия в XVII веке. Правление Софьи Алексеевны (регентство).
  • Запоминаем даты. Россия в XVIII веке. Правление Анны Иоанновны.
  • Запоминаем даты. Россия в XVIII веке. Правление Екатерины I.
  • Запоминаем даты. Россия в XVIII веке. Правление Екатерины II.
  • Запоминаем даты. Россия в XVIII веке. Правление Елизаветы Петровны.
  • Запоминаем даты. Россия в XVIII веке. Правление Петра II.
  • Запоминаем даты. Россия в XVIII веке. Правление Петра III.
  • Запоминаем даты. Россия в конце XVIII — начале XIX века. Правление Павла I.
  • Знаете ли вы историю знаменитой «Катюши» — реактивного миномета БМ‑8, БМ-13и БМ-31?
  • Знаете ли вы?
  • Знаете ли вы? Почему князя Святослава Игоревича называют «Александром Македонским Восточной Европы»?
  • ЗНАЕТЕ ЛИ ВЫ? Содержание
  • Исторические личности периода правления Ивана Грозного. Иван Семёнович Пересветов.
  • История мира. ЛИЧНОСТИ. Путешественники и первооткрыватели. Христофор Колумб (1451-1506).
  • История России. XIX век. Развитие науки. МАТЕМАТИКА.
  • История России. Правление Александра I. Исторические деятели. Н.С. Мордвинов.
  • История России. Путешественники и первооткрыватели. Петр Петрович Семенов-Тян-Шанский (1827-1914 гг.)
  • История России. Путешественники и первооткрыватели. Фёдор Петрович Литке (1797-1882 гг.)
  • История России. ПУТЕШЕСТВЕННИКИ И ПЕРВООТКРЫВАТЕЛИ. XIX век. Иван Фёдорович Крузенштерн.
  • История России. ПУТЕШЕСТВЕННИКИ И ПЕРВООТКРЫВАТЕЛИ. XVII век. Василий Поярков.
  • История России. ПУТЕШЕСТВЕННИКИ И ПЕРВООТКРЫВАТЕЛИ. XVII век. Семён Иванович Дежнёв.
  • История России. ПУТЕШЕСТВЕННИКИ И ПЕРВООТКРЫВАТЕЛИ. XVIII век. Братья Лаптевы.
  • История России. ПУТЕШЕСТВЕННИКИ И ПЕРВООТКРЫВАТЕЛИ. XVIII век. Семён Иванович Челюскин.
  • История России. ПУТЕШЕСТВЕННИКИ И ПЕРВООТКРЫВАТЕЛИ. XVIII век. Степан Петрович Крашенинников
  • История России. Великая Отечественная война. Герои войны и их подвиги.
  • История России. Интересные факты.
  • История России. Министерства при Александре I.
  • История России. Путешественники и первооткрыватели. XIV век. Александр Абакумович и Степан Ляпа
  • История России. ПУТЕШЕСТВЕННИКИ И ПЕРВООТКРЫВАТЕЛИ. XIX век. Геннадий Иванович Невельской.
  • История России. ПУТЕШЕСТВЕННИКИ И ПЕРВООТКРЫВАТЕЛИ. XIX век. Михаил Петрович Лазарев
  • История России. ПУТЕШЕСТВЕННИКИ И ПЕРВООТКРЫВАТЕЛИ. XIX век. Николай Михайлович Пржевальский.
  • История России. ПУТЕШЕСТВЕННИКИ И ПЕРВООТКРЫВАТЕЛИ. XIX век. Ф.Ф. Беллинсгаузен.
  • История России. Путешественники и первооткрыватели. XV век. Афанасий Никитин.
  • История России. Развитие науки. ИСТОРИЯ (до XX века).
  • История России. ТЕРМИНЫ. КРАТКО. СОДЕРЖАНИЕ.
  • История. Всё в одном месте. Русь периода феодальной раздробленности. Владимиро-Суздальское княжество.1113-1263.
  • История. ЕГЭ -2021. ИЗМЕНЕНИЯ.
  • История. Правление Николая II. ЛИЧНОСТИ данного периода.
  • История. России. Общественно-политические деятели. Народники. Лавров Пётр Лаврович. Идеолог пропагандистского направления.
  • История. России. Общественно-политические деятели. Народники. Михаил Александрович Бакунин. Идеолог бунтарского направления в народничестве.
  • История. Термины. Период правления Николая II (1894-1917).
  • Контакты
  • КУЛЬТУРА. Исторические эпохи.
  • Культура. Эпоха Ивана Калиты. (1325-1340)
  • Личности.
  • Маршалы Великой Отечественной войны. Александр Михайлович Василевский.
  • Маршалы Великой Отечественной войны. Георгий Константинович Жуков.
  • Маршалы Великой Отечественной войны. Иван Степанович Конев.
  • Маршалы Великой Отечественной войны. Иван Христофорович Баграмян.
  • Маршалы Великой Отечественной войны. Кирилл Афанасьевич Мерецков.
  • Маршалы Великой Отечественной войны. Константин Константинович Рокоссовский.
  • Маршалы Великой Отечественной войны. Семён Константинович Тимошенко.
  • Маршалы Великой Отечественной войны. Семён Михайлович Будённый.
  • Маршалы Великой Отечественной войны. Фёдор Иванович Толбухин.
  • Мировая история. АНГЛИЯ. Хронология главных событий.
  • Мировая история. Список правителей Англии и Великобритании. Правители России. Синхронная таблица.
  • Мировая история. ФРАНЦИЯ. Все правители.
  • Мировая история. Все президенты США + правители России, СССР, РФ (синхронная таблица).
  • Мировая история. Список правителей Англии и Великобритании.
  • ПОСЛЕДНИЕ ПУБЛИКАЦИИ
  • Правление Александра II. КУЛЬТУРА. Просвещение и образование.
  • Правление Александра III. КУЛЬТУРА. Просвещение и образование.
  • ПРОВЕРЬ СВОИ ЗНАНИЯ Содержание
  • Россия в конце XIX – начале XX века. Правление Николая II. КУЛЬТУРА. Просвещение и образование.
  • Русские путешественники. XVII век. Ерофей Павлович Хабаров.
  • Русские путешественники. XVIII век. Витус Ионассен Беринг.
  • Русские путешественники. XVIIвек. Владимир Васильевич Атласов.
  • Русь периода феодальной раздробленности. ДАТЫ.
  • Термины.
  • ФРАНЦИЯ. ХРОНОЛОГИЧЕСКАЯ ТАБЛИЦА исторических событий.
  • Экзамены — 2017
  • ЭКЗАМЕНЫ — 2018
  • Экзамены — 2021.
  • ЭКЗАМЕНЫ — 2021.
  • Экзамены- 2016. Критерии
  • Эпоха Александра I. Все председатели Комитета министров.
  • Эпохи.
  • О моем сайте
  • ПРАВИТЕЛИ
  • ЛИЧНОСТИ
  • Деятели культуры
  • Деятели церкви
  • Личности из народа

Выход из Смуты. Допетровская Русь. Исторические портреты.

Выход из Смуты

Смуту начали бояре, но вовлечены в неё были все социальные слои общества. Как отмечает В. О. Ключевский, «государство превратилось в какую-то бесформенную мятущуюся массу в. В столице хозяйничали поляки. Западные области страны были ими фактически оккупированы. Среди жителей разгромленного, разграбленного поляками Смоленска были убитые и раненые. А на севере страны находились шведские войска. Вначале они за солидное вознаграждение помогали в борьбе против «тушинского вора», но затем сами превратились в оккупантов — ещё тогда, когда у царя Василия больше не осталось средств на оплату услуг наёмников. Кроме того, на города и сёла совершали набеги бродячие шайки грабителей, насильников, убийц. Казалось, что были уничтожены все христианские духовные ценности в человеке. Спасти Россию можно было, лишь объединившись на основе патриотической идеи.

Из оккупированной поляками Москвы ещё приходили грамоты патриарха Гермогена с призывами всем, вплоть до иноков, подняться на врагов России. Это вдохновляло лучших представителей народа на подвиг. А сам Гермоген умрёт в заточении у поляков от голода. Грамоты архимандрита Дионисия и келаря[191] Авраамия из Троицкого монастыря также способствовали росту патриотизма. Но одновременно монахи этого монастыря забирали к себе калек, обездоленных людей — жертв хаоса и интервенции Смутного времени, чтобы дать им крышу над головой, накормить, вылечить. Стены монастыря смогли стать их защитой во всех случаях опасности. Обитель отдаст значительную сумму и на вооружение очередного ополчения. Это были реальные факты христианской самоотверженности и патриотизма, к которым невозможно было относиться равнодушно.

Призывы грамот патриарха Гермогена, подвиги монахов Троицкой обители воспринимались как руководство к действию не только церковнослужителями, но и всеми, для кого становилось нормой поведения постоять за Родину в период её тяжкого бедствия — в «годину лихолетия», как тогда говорили. Народ словно очнулся от тяжкого сна.

Нижегородский купец (торговец мясом) Кузьма Минин, пользовавшийся огромным уважением со стороны горожан и выбранный ими земским старостой, собственным примером вдохновил многих соотечественников собрать необходимые средства на вооружение освободительной армии. Местные выборные (временные) органы власти способствовали этому порыву.

В организации сбора средств большую роль сыграл созыв совещания главных представителей нижегородсткой торговой общины в так называемой «земской избе». Здесь по «общему приговору» было решено сделать сбор «пятой деньги», т. е. пятой части имущества каждого. Было ещё постановлено: во всём Кузьму слушаться и «приговор ему на себя дали». И Минин довольно бескомпромиссно выполнял свои обязанности. Там, где толстосумы, например в Ярославле, не хотели отдавать пятую часть своих средств, насильно заставляли их это сделать. Военная казна росла. Потребовался даже ответственный за неё человек. Для заведования казной выбрали, конечно, Кузьму Минина. Были люди, которые не только пятую часть имущества жертвовали на великое дело, но отдавали всё, что имели, и вступали в ряды освободителей страны.

Раньше других, помимо нижегородцев, стали ополченцами служилые люди из Смоленска, Вязьмы, Догобужа, спасшиеся в Нижнем Новгороде от польского плена. Потом пришли бойцы из поволжских городов, из Коломны, Рязани, Вологды. Воины ополчения стекались со всех областей страны. Кузьма Минин определил и вождя этой армии — храброго, опытного суздальского князя Дмитрия Михайловича Пожарского, не запятнавшего себя какой-нибудь изменой. Три дня молилось войско народного ополчения перед Казанской иконой Божией Матери. От нижегородского храма Михаила Архангела вооружённая армия направилась к столице. Минин сам лично сражался с врагами Отечества. Сохранилось затупленное в бою его оружие. В октябре (по новому стилю в ноябре) 1612 г. Москва была освобождена от поляков.

За время Смуты четыре раза совершались безуспешные попытки основать новую царствующую династию в России. И Борис Годунов, возможно, был бы одним из самых успешных и поддерживаемых боярами правителем, если бы с самого начала дал гарантии на ограничение самодержавия. Такой вывод делают некоторые историки, например В- Б. Кобрин.

В 1613 г. после недолгих споров о претендентах на царство неожиданно была предложена кандидатура шестнадцатилетнего Михаила Романова. Он, по словам В. О. Ключевского, «не способнейший, а удобнейший», сын двоюродного брата царицы Анастасии (первой жены Ивана Грозного), был ближе всех по родству к Ивану IV. Даже существовала версия, что царь Фёдор Иванович, умирая, завещал стол отцу Михаила Романова — Фёдору. А сам Михаил позже будет называть Ивана IV своим дедом. Так или иначе, но этот смирный, юный сирота, у которого отец пропал без вести, мать находилась в монастыре, устраивал всех. А самое главное, он не принадлежал ни к одной из групп, боровшихся за власть, и потому не мог быть причиной очередной Смуты. Михаил был «удобнейший» и для амбициозной княжеско-боярской знати.

Воспринимая Смуту начала XVII в. как «утерю народом, обществом, государством согласного понимания высшего смысла своего существования», митрополит Иоанн Снычёв в своей книге «Русь соборная. (Очерки христианской государственности)» обращает внимание наших современников на факт проявления нравственной чистоты и одновременно мудрой прозорливости победителей Смуты. Для них любовь к Отчизне оказалась выше и значительнее личных амбиций: «Если бы не мудрое решение о созыве Всероссийского Собора, на котором особенно настаивал князь Дмитрий Пожарский, Смута могла бы выйти на новый виток. Слава победителей и освободителей Москвы от иноземцев как бы предоставляла вождям ополчения право решать вопрос о государстве тут же, ни с кем не советуясь. Однако на этот раз наши предки проявили завидную осмотрительность и не позволили себе обратить блистательную военную победу в сокрушительное моральное поражение. Выздоровление Руси началось».

О нет!

Справедливое предупреждение: если вы участвуете в психологическом эксперименте о смущении, вы можете начать ерзать на своем месте. Например, в одном популярном исследовании участников просят петь вслух, а затем заставляют смотреть видео, где они поют мелодию без музыкального сопровождения. Другое умное исследование утверждало, что использовалось программное обеспечение для отслеживания глаз, когда добровольцы смотрели на фотографии. Исследователи заставили добровольцев поверить в то, что они потратили чрезмерное количество времени, сосредотачиваясь на промежности парня в плавках Speedo.Cue застенчивые взгляды.

Смущение может быть болезненным для тех, кто его испытывает, но это полезная эмоция для изучения, говорит Кристин Харрис, доктор философии, психолог из Калифорнийского университета в Сан-Диего.

«Смущение довольно легко вызвать, что говорит о том, насколько мощной оно является почти для всех нас», — говорит она.

Мощный, но загадочный. Почему мы так быстро чувствуем эмоцию, которая причиняет нам такой дискомфорт? Что означает склонность к умерщвлению? Исследования психологов показывают, что это сложное чувство имеет как плюсы, так и минусы. Смущение может восстановить социальные отношения и даже продемонстрировать положительные черты характера, но в то же время эта застенчивость может привести к принятию далеко не лучших решений.

Почему красное лицо?

Смущение развилось у людей как способ смазать наши социальные взаимодействия, говорит Харрис. «Групповая жизнь была важна для нас в течение долгого времени, и даже если вы намеренно не хотите нарушать социальную норму, вы иногда это делаете. Смущение выполняет функцию немедленной и решительной демонстрации: «Ой, я не хотел сделать это.»

Недавние исследования расширили наше понимание социальной стороны смущения. Будучи докторантом, Мэтью Файнберг, доктор философии, а ныне постдокторант Стэнфордского университета, исследовал социальные преимущества смущения вместе с Калифорнийским университетом в Беркли, социальными психологами Роббом Уиллером, доктором философии, и Дачером Келтнером, доктором философии. Исследователи обнаружили, что люди, которые, как правило, выражали больше внешних признаков смущения, описывая свои смущающие моменты (например, спотыкаясь или пуская газы в общественных местах), также сообщали о тенденции быть более «просоциальными», то есть более добрыми и щедрыми ( Journal). личности и социальной психологии , 2012).И на самом деле, эти легко смущающиеся люди оказались более щедрыми в лабораторном эксперименте, в котором их попросили поделиться лотерейными билетами с незнакомцами.

В другом аспекте этого исследования Файнберг и его коллеги обнаружили, что демонстрация смущения также приносит пользу обществу. Они познакомили добровольцев с актером, который выразил либо смущение, либо гордость после того, как исследователь публично похвалил его работу на тесте. Когда актер выразил смущение, участники исследования сочли его более заслуживающим доверия и хотели больше общаться с ним.

«Очевидно, что людям не нравится смущение, — говорит Файнберг. «Но в более широкой социальной картине есть плюс».

Однако польза от смущения может зависеть от того, кто смотрит. Аня Эллер, доктор философии, адъюнкт-профессор социальной психологии в Национальном автономном университете Мексики, обнаружила, что люди с большей вероятностью смущаются, когда ошибаются перед членами своей социальной группы. Она обнаружила, что люди меньше смущаются, когда посторонние видят их глупости, особенно когда посторонние считаются более низкими по статусу, обнаружила она ( European Journal of Social Psychology, 2011).«Мы идентифицируем себя с членами своей группы и, как правило, ценим их мнение больше, чем члены чужой группы», — говорит она.

Это открытие может иметь практическое значение для межгрупповых отношений. В большинстве случаев, говорит Эллер, смущение носит адаптивный характер. Выражение эмоций имеет тенденцию восстанавливать социальные отношения и вызывать прощение. И, как показал Файнберг, признаки застенчивости могут даже рекламировать благонадежность. С другой стороны, неспособность испытать или показать сильное смущение по отношению к членам другой социальной группы может укрепить предубеждения и увеличить пропасть между «нами» и «ними».»

Однако увеличение контактов между двумя социальными группами уменьшает количество предубеждений, говорит Эллер. По мере того, как люди знакомятся с членами внешней группы, они начинают больше заботиться о том, как они их воспринимают, что повышает вероятность того, что они будут смущены в неловких ситуациях. Другими словами, когда дело доходит до преодоления социальных различий, небольшое смущение может иметь большое значение.

Быть судимым

Однако у смущения есть и темная сторона. «На первый взгляд смущение может показаться очень доброкачественной эмоцией.Но когда вы начинаете исследовать мотивационные эффекты, которые имеет смущение, появляются существенные последствия в реальном мире — даже люди рискуют своим здоровьем или жизнью», — говорит Харрис.

Показательный пример: покупка презервативов. Исследователи из Университета Дьюка обнаружили, что покупка презервативов часто вызывает смущение, потенциально подвергая людей риску заболеваний, передающихся половым путем, и нежелательной беременности, если они слишком огорчены, чтобы пройти через кассу с профилактическими средствами ( Psychology, Health & Medicine , 2006).Это лишь один из многих примеров смущения, влияющего на наше благополучие. Мужчины могут не пройти обследование простаты, женщины могут пропустить маммографию, пожилые люди могут не пользоваться слуховыми аппаратами, а люди всех мастей могут не упомянуть о неловких симптомах или вообще избегать посещения врача.

«Страх смущения заставляет людей вести себя совершенно иррационально», — говорит Харрис. «Понимание самой эмоции может помочь людям решить, когда они должны дважды подумать о смущении, которое мешает им вести себя.»

К сожалению, добавляет она, неясно, как лучше всего помочь людям справиться с эмоциями. Для некоторых людей это может стать калекой — не только в медицинских учреждениях, но и в других социальных ситуациях, от новых друзей до свиданий. «У нас нет хороших способов рассказать людям, как они могут справиться со своим смущением», — говорит она.

Хорошая новость заключается в том, что другие могут не судить нас так строго, как мы сами себя. Кеннет Савицкий, доктор философии из Колледжа Уильямс, и его коллеги попросили добровольцев представить себе социальную неудачу или публичную неудачу, например, столкнуться с одноклассниками в торговом центре, неся сумку из магазина с низким статусом, или забыть взять библиотечную книгу. тем самым сработав тревогу.Они также публично смущали испытуемых, нелестно описывая их наблюдателю. Во всех случаях исследователи обнаружили, что наблюдатели судили людей гораздо менее строго, чем ожидали смущенные люди ( Journal of Personality and Social Psychology , 2001).

Итак, в следующий раз, когда вы споткнетесь на тротуаре, забудете имя знакомого или поймете, что ваша ширинка была расстегнута весь день, сделайте глубокий вдох и попытайтесь стряхнуть ее. Ваши рубиново-красные щеки и нервная улыбка могут свидетельствовать о ваших лучших качествах.


Кирстен Вейр — независимый писатель из Миннеаполиса.

Сложная эмоция

Смущение — это то, что известно как застенчивая эмоция. В то время как основные эмоции, такие как гнев, удивление или страх, как правило, возникают автоматически, без особой когнитивной обработки, самосознательные эмоции, включая стыд, вину и гордость, являются более сложными. Они требуют саморефлексии и самооценки.

Как правило, когда человек смущен, со временем проявляется ряд поведенческих реакций: например, женщина, называющая нового знакомого неправильным именем, скорее всего, посмотрит вниз, подавит улыбку, отвернется, а затем переведет взгляд. (Покраснение также распространено, но не повсеместно, говорит Харрис.) За кулисами имеет место отчетливый физиологический паттерн. При таких эмоциях, как гнев и страх, учащается сердцебиение и повышается кровяное давление. К своему смущению, Харрис обнаружил, что эти два показателя сначала резко увеличиваются, но вскоре частота сердечных сокращений снова замедляется, а артериальное давление продолжает расти ( Journal of Personality and Social Psychology , 2001). «Эта связь может быть уникальным признаком смущения», — говорит она.

Где в мозгу возникает смущение? Недавно Вирджиния Штурм, доктор философии, доцент кафедры неврологии Калифорнийского университета в Сан-Франциско, и ее коллеги обнаружили часть серого вещества, которая, по-видимому, играет важную роль в смущении. Штурм изучал пациентов с формой лобно-височной деменции, дегенеративным заболеванием головного мозга, вызывающим глубокие изменения личности и поведения. Больные этим заболеванием часто говорят или делают социально неприемлемые вещи, не чувствуя при этом никакого унижения. Она обнаружила, что область мозга, называемая правой прегенуальной передней поясной корой, была меньше у людей, страдающих этим заболеванием.

Похоже, что эта область вызывает смущение и у здоровых людей. Штурм обнаружил, что здоровые субъекты контрольной группы, которых не так легко смутить, просматривая видеоролики о том, как они поют хит 1964 года «My Girl», имели меньшую прегенуальную переднюю поясную кору, чем здоровые контролеры, которые были более огорчены выступлением.

Психологи быстро отмечают, что между стыдом и смущением есть существенная разница.«Многие люди интуитивно считают, что между ними есть связь, что смущение — это более слабая форма стыда», — говорит Джун Тэнгни, доктор философии, психолог из Университета Джорджа Мейсона. Но, похоже, это не так.

Она обнаружила, что стыд гораздо сильнее и, скорее всего, связан с моральными проступками. И хотя большинство людей испытывают стыд в компании других, «одинокий» стыд не редкость, говорит она. Смущение, с другой стороны, обычно возникает из-за социальных промахов, и мы редко испытываем его вне социального контекста. Смущенные люди также более склонны смеяться над смущающим инцидентом. «Когда людям стыдно, — говорит она, — в этом нет никакого чувства юмора».

— Кирстен Вейр

Научные основы и влияние стыда

Все мы когда-либо испытывали чувство стыда. Может быть, нас дразнили за то, что мы неправильно произносим какое-то слово, или за то, как мы выглядим в купальнике, или, возможно, любимый человек стал свидетелем того, как мы лжем. Стыд — это неприятное ощущение, которое мы чувствуем в глубине желудка, когда кажется, что у нас нет убежища от осуждающего взгляда других.Мы чувствуем себя маленькими и плохо относимся к себе и хотим, чтобы мы могли исчезнуть. Хотя стыд является универсальной эмоцией, то, как он влияет на психическое здоровье и поведение, не самоочевидно. Исследователи добились значительных успехов в решении этого вопроса.

Вредно для вашего здоровья

По словам философа Хильге Ландвира из Свободного университета Берлина, для того, чтобы кто-то почувствовал стыд, должны сойтись определенные условия. Примечательно, что человек должен осознавать, что нарушил норму. Он или она также должны рассматривать норму как желательную и обязывающую, потому что только тогда нарушение может заставить человека чувствовать себя по-настоящему некомфортно.Не всегда даже обязательно присутствие осуждающего человека; нам нужно только вообразить чужое суждение. Часто кто-то вызывает в воображении образ родителя, спрашивающего: «Тебе не стыдно?» Действительно, мы можем усвоить такие предостережения настолько полно, что нормы и ожидания, возложенные на нас нашими родителями в детстве, продолжают влиять на нас и во взрослой жизни.

Джун Тэнгни из Университета Джорджа Мейсона десятилетиями изучает стыд. В ходе многочисленных совместных исследований с Рондой Л. Диринг из Университета Хьюстона и другими она обнаружила, что люди со склонностью к чувству стыда — черта, называемая склонностью к стыду, — часто имеют низкую самооценку (что, наоборот, означает, что определенная степень самооценки может защитить нас от чрезмерного чувства стыда). Тангни и Диринг входят в число исследователей, которые обнаружили, что склонность к стыду также может увеличить риск возникновения других психологических проблем. Связь с депрессией особенно сильна; например, один крупномасштабный метаанализ, в ходе которого исследователи изучили 108 исследований с участием более 22 000 человек, показал четкую связь.

В исследовании 2009 года Сера Де Рубейс из Университета Торонто и Том Холленштейн из Королевского университета в Онтарио специально изучали влияние этой черты на депрессивные симптомы у подростков.В проекте приняли участие около 140 добровольцев в возрасте от 11 до 16 лет, и было обнаружено, что подростки, которые проявляли большую склонность к стыду, также чаще имели симптомы депрессии. Также, по-видимому, существует связь между склонностью к стыду и тревожными расстройствами, такими как социальное тревожное расстройство и генерализованное тревожное расстройство, как сообщили в 2010 году Томас А. Фергус, работающий в настоящее время в Университете Бейлора, и его коллеги

.

Половые и возрастные различия

В 2010 году группа психологов под руководством Ульриха Орта из Бернского университета изучала чувство стыда у более чем 2600 добровольцев в возрасте от 13 до 89 лет, большинство из которых проживало в США.S. Они обнаружили не только то, что мужчины и женщины по-разному проявляют стыд, но и то, что возраст, по-видимому, влияет на то, насколько легко люди его испытывают: подростки наиболее склонны к этому ощущению; склонность к стыду снижается в среднем возрасте примерно до 50 лет; и позже в жизни люди снова становятся более легко смущенными. Авторы рассматривают эту закономерность как функцию развития личности. Идентичности подростков и молодых людей полностью не сформированы; кроме того, ожидается, что люди этой возрастной группы будут соответствовать всем нормам, определяющим их место в обществе.Неуверенность в том, как справиться с этими внешними ожиданиями, может привести к тому, что они быстрее почувствуют стыд. Напротив, к среднему возрасту наш характер более или менее устоялся, и нормы оказывают меньшее влияние. Но когда мы вступаем в старость и беспокоимся об ухудшении нашего тела и нашей внешности, мы снова начинаем чувствовать себя неловко.

Когда нам стыдно, нам часто трудно смотреть в глаза другому человеку. Кредит: Гетти Изображений

Вина и стыд: родственные, но разные

Было высказано предположение, что люди испытывают чувство стыда, потому что это дало нашим ранним предкам какое-то эволюционное преимущество.Например, это может потенциально способствовать благополучию группы, поощряя людей придерживаться социальных условностей и работать, чтобы оставаться в хорошем настроении других.

Тем не менее Тангни и другие утверждают, что стыд снижает склонность человека вести себя социально конструктивным образом; скорее двоюродный брат стыда, вина, способствует социально адаптивному поведению. Люди часто говорят о стыде и вине так, будто это одно и то же, но это не так. Как и стыд, чувство вины возникает, когда мы нарушаем моральные, этические или религиозные нормы и критикуем себя за это. Разница в том, что когда мы чувствуем стыд, мы рассматриваем самих себя в негативном свете (« я сделал что-то ужасное!»), а когда мы чувствуем вину, мы рассматриваем конкретное действие негативно («Я сделал что-то ужасное»). ужасно! »). Мы чувствуем себя виноватыми, потому что наши действия затронули кого-то другого, и мы чувствуем ответственность.

Тэнгни и ее соавторы хорошо объяснили это в статье 2005 года: «Склонный к стыду человек, получивший выговор за опоздание на работу после ночи пьянства, вероятно, подумает: «Я такой неудачник; Я просто не могу собраться», тогда как склонный к вине человек, скорее всего, подумает: «Мне очень жаль, что я опоздал».Я доставил неудобства своим коллегам.» Чувство стыда может быть болезненным и изнурительным, воздействуя на глубинное самоощущение и вызывая саморазрушительный цикл негативных аффектов… Для сравнения, чувство вины, хотя и болезненное, менее инвалидизирующим, чем стыд, и, вероятно, мотивируют человека в положительном направлении к возмещению ущерба или изменению».

Кроме того, чувство вины является признаком того, что человек может быть чутким, черта, которая важна для его способности принимать чужую точку зрения, вести себя альтруистично и иметь близкие, заботливые отношения.Действительно, мы можем испытывать чувство вины только в том случае, если можем поставить себя на место другого и признать, что наше действие причинило боль или нанесло вред другому человеку. Как и в случае с маленькими детьми, люди, неспособные к сопереживанию, не могут чувствовать вины. Чувство вины удерживает нас от причинения вреда другим и побуждает нас формировать отношения для общего блага. Когда мы чувствуем себя виноватыми, мы обращаем свой взор вовне и ищем способы обратить вспять причиненный нами вред. Когда нам стыдно, мы обращаем внимание внутрь себя, сосредотачиваясь главным образом на эмоциях, бушующих внутри нас, и меньше обращая внимания на то, что происходит вокруг нас.

В 2015 году было опубликовано одно исследование, которое четко связывает чувство вины и сочувствия. Мэтт Триби, работавший тогда в Университете Ла Троб в Мельбурне, и его коллеги сначала изучили, в какой степени испытуемые склонны к чувству стыда или вины. Затем они попросили 363 участника посмотреть на выражение лица и определить, был ли человек зол, грустен, счастлив, напуган, испытывает отвращение или стыд. Добровольцы, склонные к вине, оказались более точными в своих наблюдениях: они лучше распознавали эмоции других, чем добровольцы, склонные к стыду.

Конечно, чувство вины и стыда в какой-то степени часто сопутствуют друг другу. Вина может вызвать чувство стыда у многих людей из-за несоответствия между стандартом, которого они придерживаются, и действием, вызвавшим вину. Связь между виной и стыдом становится сильнее с увеличением преднамеренности нашего плохого поведения, количества людей, которые были свидетелями этого, и важности этих людей для нас. Стыд также усилится, если человек, которому наши действия причинили вред, отвергнет или упрекнет нас.

Призраки первородного греха

В Библии нагота является источником стыда. В книге Бытия 2:25 говорится об Адаме и Еве: «И были оба наги, мужчина и жена его, и не стыдились». Все изменилось, когда они восстали против Божьей заповеди и вкусили от дерева познания. С тех пор им стало стыдно в присутствии друг друга: «И открылись глаза у них обоих, и узнали они, что они наги; и сшили смоковные листья, и сделали себе опоясания.

Это библейское толкование наготы как постыдного до сих пор глубоко пронизывает социальные нормы и условности, определяющие, как мы относимся к человеческой телесности и сексуальности. Хотя наши представления о том, можно ли, как, где и в присутствии кого можно раздеваться, менялись на протяжении веков, стыд, который мы испытываем, когда нарушаем нормы, остался.

Избавиться от чувства вины часто легче, чем преодолеть стыд, отчасти потому, что наше общество предлагает множество способов искупления преступлений, вызывающих чувство вины, включая извинения, уплату штрафов и отбывание тюремного заключения.Некоторые религиозные ритуалы, такие как исповедь, также могут помочь нам справиться с чувством вины. Но у стыда есть реальная выносливость: гораздо легче извиниться за проступок, чем принять себя.

Некоторые виды вины могут быть столь же разрушительными, как и склонность к стыду, а именно, «свободно плавающая» вина (не привязанная к конкретному событию) и вина за события, которые человек не может контролировать. В целом, однако, кажется, что стыд часто является более разрушительной эмоцией. Из этого следует, что родители, учителя, судьи и другие лица, желающие поощрять конструктивное поведение своих подопечных, поступили бы правильно, если бы не стыдили нарушителей правил, а вместо этого помогали бы им понять последствия своих действий для других и принять соответствующие меры. чтобы искупить свои проступки.

Границы | О происхождении стыда: возникает ли стыд из эволюционировавшей архитектуры предотвращения болезней?

Введение

Традиционно стыд и отвращение считались ортогональными эмоциями. Отвращение описывается как базовая или первичная кросс-культурная эмоция (Ekman et al. , 1987), а стыд обсуждается как вторичная эмоция самосознания (Tangney et al., 2007). Однако некоторые исследователи признали связь между стыдом и отвращением (см. Gilbert, 1998; Nussbaum, 2004; Power and Dalgleish, 2008).Действительно, стыд и отвращение имеют несколько важных общих черт. Обе эмоции связаны с заботой о теле, описываются как моральные эмоции и побуждают избегать социального взаимодействия. В текущей работе был использован новый подход к пониманию возникновения самосознательной эмоции стыда. В частности, стыд может возникнуть в результате эволюции архитектуры избегания болезней. То есть стыд может быть следствием того, что первичная эмоция отвращения отражается на самом себе (т. е. восприятие себя как источника загрязнения).Если это так, то стыд должен быть однозначно связан с отвращением и когнитивными способностями избегания болезней.

Позор

Стыд в широком смысле рассматривается как эмоция, связанная с самоанализом и оценкой (Tangney, 2003). При определении стыда важно отделить его от родственной ему эмоции вины. Хотя стыд и вина имеют положительную корреляцию и часто используются взаимозаменяемо среди неспециалистов, эмпирические данные свидетельствуют о том, что они действительно являются разными эмоциональными переживаниями, которые приводят к очень разным психологическим и поведенческим результатам (Tangney, 1991).Одной из важных характеристик, отличающих стыд от вины, является объект, находящийся в центре самосознательного исследования (Lewis, 1971). В ответ на моральный проступок человек, испытывающий стыд, скорее всего, подумает: «Я плохой человек», тогда как человек, испытывающий чувство вины, скорее подумает: «Я поступил плохо» (Niedenthal et al., 1994). Переживание стыда поощряет размышления о самооценке, которые унижают достоинство и пронизывают все аспекты личности (то есть как физические, так и психологические).Таким образом, самость воспринимается как врожденно ущербная. Таким образом, стыд представляет собой негативно окрашенную эмоцию самосознания, которая приводит к глобальному самоосуждению (Tangney, 1991; Niedenthal et al. , 1994).

Стыд может быть вызван как моральными проступками, так и нарушениями социальных норм (Ferguson et al., 1991; Keltner and Buswell, 1996). Например, Фергюсон и др. (1991) продемонстрировали, что при воображении сценариев, в которых человек либо несет ответственность за повреждение чьей-либо собственности (т.э., нарушение нормы) оба вызывали стыд. Публичное разоблачение (т. е. присутствие других) также увеличивает вероятность стыда (Smith et al., 2002). Если другие станут свидетелями нарушения социальных норм, велика вероятность того, что нарушитель испытает стыд. Таким образом, стыд, по-видимому, выполняет важную социальную функцию в качестве внутренней регулирующей системы, препятствующей нарушению моральных или социальных норм.

В дополнение к социальным правилам, стыд может также быть связан с телесным, телесным я.Гилберт (1997) предположил, что стыд является эмерджентным следствием врожденного человеческого желания казаться привлекательным. Согласно Гилберту, привлекательность — это один из факторов, определяющих относительное социальное положение, а стыд — это эмоциональная реакция на потерю привлекательности и сопутствующую потерю социального взаимодействия. В поддержку этой связи данные свидетельствуют о том, что стыд играет ключевую роль в расстройствах, связанных с образом тела, таких как телесное дисморфическое расстройство (Parker, 2003), а также в возникновении и поддержании расстройств пищевого поведения (Goss and Allan, 2009).

Наконец, стыд также называют «дезадаптивным», поскольку он способствует дисфункциональному поведению, особенно поведенческому избеганию (Tangney, 1991; Niedenthal et al., 1994; Orth et al., 2006). Например, когда люди совершают моральный проступок, те, кто склонен к стыду, с большей вероятностью отреагируют гневом и избеганием, чем сочувствием и извинениями, что могло бы возместить ущерб, причиненный проступком (Tangney, 1991). Стигматизация и избегающее поведение, сопровождающие стыд, могут выполнять очень специфическую социальную функцию.Согласно Фесслеру (2004), функция стыда заключается в регулировании социальных систем и иерархий. На самом деле, он предполагает, что стыд отвечает за неприятные эффекты социального отвержения и, в конечном счете, может быть ответственным за поощрение поддержания социальных норм. Действительно, воспоминание о социальном отвержении в детстве (например, игнорировании родителями) связано с хроническим стыдом во взрослой жизни (Claesson and Sohlberg, 2002). Таким образом, стыд может играть важную роль в сохранении общественного порядка (Gilbert, 1997; Fessler, 2004).Точно так же другие предполагают, что стыд может выполнять важную адаптивную функцию с точки зрения поддержания социальных норм и морального поведения (Tangney and Stuewig, 2004).

Отвращение

Как и стыд, отвращение — это отрицательная моральная эмоция, которая связана с телесными переживаниями и имеет важные последствия для социального поведения. Дарвин (1872) первоначально определял отвращение как «нечто отвратительное, прежде всего по отношению к чувству вкуса, как реально воспринимаемое или живо воображаемое» (с.254). Совсем недавно отвращение было описано как кросс-культурная человеческая эмоция (Ekman, 1970), которая является эволюционным решением адаптивной проблемы телесного загрязнения и инфекционных заболеваний (Curtis and Biran, 2001; Oaten et al. , 2009). В частности, отвращение было описано как механизм избегания болезней и компонент поведенческой иммунной системы (BIS; Schaller, 2006; Oaten et al., 2009).

BIS представляет собой совокупность психологических реакций, которые представляют собой эволюционные решения адаптивной проблемы инфекционного заболевания (Schaller, 2006).В то время как функция биологической иммунной системы состоит в том, чтобы защищать организм от патогенов после их проникновения в организм, роль BIS заключается в том, чтобы избегать ситуаций, которые могут привести к заражению. BIS способствует профилактическим реакциям, вызывая адаптивные аффективные (например, отвращение), когнитивные (например, мысли о заражении) и поведенческие (например, избегание) реакции, когда люди подвергаются воздействию потенциально зараженных раздражителей.

Отвращение, пожалуй, наиболее изученный механизм BIS.Его можно представить как механизм, который может быть активирован (т. е. включен или выключен) рядом сенсорных данных, указывающих на загрязнение, таких как вкус кислого молока или запах мусора. Поскольку отвращение считается эволюционным решением адаптивной проблемы, большинство людей испытывают его, по крайней мере, на каком-то уровне. Однако существует значительная вариабельность чувствительности к отвращению. Таким образом, как и большинство психологических черт, отвращение можно оценить как характеристику личности.Те, кто более чувствителен к отвращению, чрезмерно обеспокоены потенциальным загрязнением. Они подвержены ошибкам типа I (т. е. верят, что что-то представляет собой угрозу болезни, когда это не так) и более чувствительны к отвратительным раздражителям. С этой точки зрения, цена чрезмерной чувствительности к отвращению — это потеря потенциально жизнеспособных ресурсов из-за страха перед заражением, тогда как преимущество — уменьшение подверженности инфекционным заболеваниям.

Отвращение было описано как моральная эмоция, относящаяся к социальным нормам, связанным с чистотой (т.г., табу; Хайдт, 2003). Вызывание отвращения путем воздействия на участников разного количества пукающего спрея (например, ни одного, четыре или восемь спреев) приводило к усилению суровости моральных суждений (например, реакция на поедание мертвой домашней собаки; Schnall et al. , 2008b). И наоборот, стимуляция чистоты (т. е. деактивация отвращения и беспокойства о загрязнении) приводила к менее строгим моральным суждениям (Schnall et al., 2008a).

Помимо моральных суждений отвращение также связано с негативным отношением и избеганием других людей.Одним из основных путей передачи болезни являются другие люди. Таким образом, люди, представляющие значительную угрозу заболевания, должны вызывать отвращение. Шаллер и Дункан (2007) утверждали, что отвращение должно побуждать людей предпочитать членов своей группы членам чужой группы, потому что члены чужой группы представляют большую угрозу заболевания (т. Е. Они могут содержать патогены, к которым у членов своей группы нет иммунитета). Действительно, индивидуальные различия и активизация отвращения были связаны с избеганием и предубеждением по отношению к широкому кругу членов чужой группы, включая людей, которые являются иностранцами, тучными, инвалидами или представителями сексуальных меньшинств (Park et al. , 2003, 2006; Фолкнер и др., 2004 г.; Наваррете и Фесслер, 2006 г.; Олатунджи, 2008 г.; Инбар и др., 2009 г.; Терриззи и др., 2010).

Также было высказано предположение, что отвращение может способствовать избеганию потенциально зараженных членов чужой группы, способствуя формированию социально консервативных систем ценностей, которые поощряют приверженность социальным нормам и традициям, а также негативное отношение к членам чужой группы и их избегание (Tangney and Stuewig, 2004; Терриззи и др., 2010). Чувствительность к отвращению предсказывает широкий спектр социально консервативных систем ценностей (Terrizzi et al., 2013). Таким образом, отвращение может играть важную роль в формировании социальных взаимодействий (например, предрассудков и избегания) и построении систем социальных ценностей (например, социальный консерватизм), поддерживающих эти взаимодействия.

Стыд и отвращение

Судя по предыдущему обзору, между стыдом и отвращением есть много общего. Обе эмоции, по-видимому, играют важную роль в социальных взаимодействиях, способствуя избеганию других, но с совершенно разными целями (Orth et al. , 2006; Оутен и др., 2009). В случае со стыдом социальное избегание служит для защиты себя от пагубных последствий нарушений социальных норм (Orth et al., 2006; Schmader and Lickel, 2006; Tangney et al., 2007), тогда как в случае с отвращением социальное избегание позволяет избежать болезни. (Фолкнер и др., 2004; Наваррете и Фесслер, 2006). В самом деле, многочисленные данные свидетельствуют о том, что отвращение формирует социальные взаимодействия 90–156 через 90–157 формирование негативного отношения к другим людям. Точно так же отвращение может играть важную роль в формировании отношения к себе (т.г., самосознательная эмоция стыда). Еще раз подчеркнув уникальную связь между стыдом и отвращением, вина не разделяет тот же паттерн поведенческого избегания. Вместо этого чувство вины характеризуется поведением подхода (например, извинением; Orth et al., 2006; Schmader and Lickel, 2006).

Стыд и отвращение, по-видимому, также выполняют сходные функции с точки зрения поддержания социальных норм. Оба были определены как моральные эмоции, которые поощряют соблюдение социальных норм и морального поведения (Haidt, 2003; Tangney et al., 2007). Действительно, оба поощряют принятие моральных решений (Tangney et al., 2007; Schnall et al., 2008a). Более того, отсутствие стыда или отвращения связано с психопатией, которая характеризуется антисоциальным пренебрежением социальными нормами (Morrison and Gilbert, 2001; Tangney et al., 2003; Tybur et al., 2009).

Некоторые теоретики утверждают, что стыд и отвращение связаны тем, что оба они связаны с телесным или самоосуждением, тогда как вина и гнев являются эмоциями, которые включают в себя осуждение действия или поведения (Roseman, 1984; Nussbaum, 2004).Гинер-Соролья и Эспиноса (2011) проверили, приведет ли воздействие на участников социальных сигналов отвращения или гнева к усилению чувства стыда и вины соответственно. В двух культурах (например, в Соединенном Королевстве и Испании) участники, которым показывали изображения с выражением отвращения на лице, испытывали больше стыда, чем вины, а участники, видевшие сердитые лица, испытывали больше вины, чем стыда.

Еще одно сходство между стыдом и отвращением заключается в языке тела и позе, которые связаны с этими двумя эмоциями.Дарвин (1872) описал стыд как отвержение тела в попытке избежать, а отвращение как отталкивание в попытке защитить себя. Wallbott (1998) обнаружил, что и стыд, и отвращение связаны с коллапсом верхней части тела и движением головы вниз, что делает тело меньшей мишенью, как будто для того, чтобы избежать вреда. При стыде изменение позы может быть попыткой избежать стигмы, сопровождающей моральный проступок, символической попыткой уберечь себя от загрязнения. С отвращением такое поведение служит более практической функции защиты себя от телесной скверны.

Кроме того, и стыд, и отвращение связаны с телом или личностью. Телесная озабоченность, связанная со стыдом, проявляется в его связи с расстройствами образа тела (Gilbert, 1997; Parker, 2003; Goss and Allan, 2009). Отвращение также связано с поддержанием тела в том смысле, что его основная функция заключается в защите телесного «я» от загрязнения (Oaten et al. , 2009). Хотя стыд и вина тесно связаны, только стыд разделяет телесную озабоченность с отвращением.

Наконец, есть некоторые исследования нейровизуализации, которые предполагают, что стыд и отвращение могут иметь физиологические общие черты. Стыд был связан с активацией передней поясной коры (ACC; Michl et al., 2014). Точно так же отвращение было связано с повышенной активацией ACC (Wicker et al., 2003; Amir et al., 2005). Отвращение также было связано с передней поясной извилиной (ACCg; Mataix-Cols et al., 2008), специфическим субрегионом ACC, который был связан с обработкой информации, связанной с социальными взаимодействиями (напр.г., затраты, выгоды, ошибки; Приложения и др., 2016). Более конкретно, индивидуальные различия в чувствительности к отвращению модулируют активацию ACCg (Mataix-Cols et al., 2008). То есть, когда участники подвергаются воздействию отвратительного стимула, те, кто более чувствителен к отвращению, испытывают большую активацию в ACCg. Визуальные исследования также показали, что и стыд, и отвращение связаны с активацией передней островковой доли (Wicker et al. , 2003; Cracco et al., 2016).

Одно из возможных объяснений очевидной связи между отвращением и стыдом состоит в том, что они являются перекрывающимися психологическими системами.Эволюция — это бессистемный, но эффективный процесс, использующий преимущества существующей архитектуры (Buss et al., 1998; Marcus, 2008). Например, считается, что перо является экзаптацией, особенностью, которая первоначально развилась для решения одной адаптивной задачи, но позже была использована для решения другой (Buss et al., 1998). Перо обеспечивает важную структурную функцию, позволяющую птицам летать, но считается, что изначально оно развилось как средство регулирования температуры. Подобно тому, как перо теперь служит другой цели, отличной от той, для которой оно первоначально эволюционировало, отвращение тоже может служить другой цели.То есть, помимо своей основной роли в поощрении избегания болезней, отвращение может играть важную роль в поддержании социальных взаимодействий, вызывая чувство стыда.

Соответственно, стыд может, по крайней мере частично, проистекать из эмоции отвращения. То есть вторичная, самосознательная эмоция стыда может испытываться, когда первичная эмоция отвращения отражается на самом себе. С этой точки зрения отвращение может служить внутренней моральной и социальной регулирующей системой, поскольку после совершения социального проступка самость воспринимается как источник загрязнения.Стигматизация, которая сопровождает отвращение к себе и загрязнение, затем служит внутренней непредвиденной ситуацией, которая может мотивировать прятаться и избегать, чтобы предотвратить дальнейшее загрязнение. Другими словами, стыд может возникнуть из отвращения. В результате этого отношения стыд должен быть связан не только с чувствительностью к отвращению, он также должен быть связан с опасениями заражения или с познаниями, позволяющими избежать болезни (например, воспринимаемая уязвимость к болезни, PVD).

Текущие исследования

Цель предлагаемых исследований состояла в том, чтобы изучить роль, которую отвращение играет в самооценке эмоции стыда. Считается, что стыд и отвращение развились для решения различных адаптивных проблем (например, установления социальной иерархии и избегания болезней, соответственно; Gilbert, 1997; Curtis et al., 2004; Fessler, 2004; Oaten et al., 2009). Однако эти две эмоции могут быть более тесно связаны, чем считалось ранее. И стыд, и отвращение описываются как нравственные эмоции (Haidt, 2003; Tangney and Stuewig, 2004; Schnall et al., 2008b), имеют схожие позы (например, сжимаются, падают в обморок, отворачиваются; Darwin, 1872; Wallbott, 1998) и поведенческие реакции (т.г., избегание; Тангни, 1991 год; Oaten et al., 2009) и связаны с заботой о теле (Gilbert, 1997; Parker, 2003; Goss and Allan, 2009; Oaten et al., 2009). Вместе эти результаты показывают, что отвращение и стыд могут быть перекрывающимися системами.

Небольшое исследование исследовало связь между отвращением и стыдом. Следовательно, цель текущих исследований состояла в том, чтобы изучить, в какой степени стыд однозначно связан с отвращением, а также в более широком смысле с проблемами избегания болезней (т. д., проблема загрязнения). Хотя стыд и вина часто сильно коррелированы (Tangney, 1991), черты, характеризующие отвращение и стыд (например, телесная забота и социальное избегание), не описывают вину. Следовательно, предлагаемая связь между отвращением и самооценкой должна конкретно приводить к стыду, а не к общим отрицательным эмоциям самосознания или вины. Чтобы гарантировать, что отношения действительно уникальны для эмоций отвращения и стыда, вина и негативный аффект были включены в качестве переменных сравнения и контроля.

Если стыд и отвращение имеют общую психологическую архитектуру, в которой переживание стыда возникает из восприятия себя как источника отвращения и загрязнения, чувствительность к отвращению и когниции, избегающие болезней (например, PVD), должны предсказывать склонность к стыду. Кроме того, если эффект специфичен для стыда, чувствительность к отвращению и познавательные способности избегания болезней не должны коррелировать с чувством вины и должны оставаться значимыми даже после учета негативного аффекта. Более того, если стыд возникает из отвращения, между двумя системами должна существовать причинно-следственная связь, так что вызывание отвращения должно приводить к повышенной склонности к стыду, но не к вине (т.е., большая вероятность реагировать на подсказки о социальных проступках реакциями, устойчивыми к стыду, такими как избегание, в отличие от ответов, устойчивых к чувству вины, таких как извинения). Таким образом, была выдвинута гипотеза, что индивидуальные различия в чувствительности к отвращению будут положительно коррелировать со склонностью к стыду, но не к вине. Более того, вызывание отвращения усилит склонность к стыду, но не к вине.

Исследование 1

Цель исследования 1 заключалась в том, чтобы выяснить, связаны ли индивидуальные различия в чувствительности к отвращению и опасениям заражения с индивидуальными различиями в склонности к стыду и чувствительности.Если стыд возникает из отвращения, чувствительность к отвращению должна положительно коррелировать со стыдом. Кроме того, стыд должен быть связан с более широкими опасениями по предотвращению болезней, поэтому стыд также должен быть связан с опасениями заражения. Чтобы гарантировать, что эти отношения не являются простым продуктом отрицательного аффекта, мы учитывали отрицательные эффекты во всех анализах. Кроме того, отношения должны быть специфическими для стыда (то есть чувствительность к отвращению не должна коррелировать с виной), поэтому мы включили показатели склонности к вине, чтобы продемонстрировать дискриминантную валидность.

Метод

Участники

В исследовании приняли участие 195 студентов-первокурсников психологии из Университета Содружества Вирджинии (71% женщин), которые приняли участие в исследовании для получения кредита за курс. Возраст участников варьировался от 18 до 47 лет ( M = 20,21, SD = 3,33). 51% выборки были белыми, 18% — афроамериканцами, 14% — азиатами, 4% — латиноамериканцами, а 13% — «другими» или неизвестными.

Меры и процедуры

Участники заполнили серию онлайн-анкет в следующем порядке. Анкеты включали показатели чувствительности к отвращению, озабоченности загрязнением, стыда и склонности к вине, настроения и демографические вопросы.

Меры против отвращения

Общая чувствительность к отвращению оценивалась с использованием шкалы отвращения (DS; Haidt et al., 1994; α = 0,81), которая представляет собой шкалу из 32 пунктов. Первые 16 пунктов оцениваются по 5-балльной шкале от 0, , полностью не согласен, , до 5, , полностью согласен, (первоначально оценивалось как верно/неверно).Остальные 16 пунктов оцениваются по 5-балльной шкале от 0, совсем не отвратительно до 5, крайне отвратительно (изначально оценивались по 3-балльной шкале). Оценки DS рассчитывались путем получения среднего значения по 32 пунктам. Пример пункта из шкалы: «При некоторых обстоятельствах я мог бы попробовать съесть мясо обезьяны».

Чувствительность к патогенам, сексуальному и моральному отвращению измерялась с использованием шкалы отвращения к трем доменам (TDDS; Tybur et al. , 2009).Шкала содержит 21 пункт, измеряемый по 7-балльной шкале от 0, совсем не отвратительно до 6, крайне отвратительно . Баллы по каждой подшкале рассчитывались путем усреднения пунктов подшкалы. Примеры заданий включают «наступить на собачьи какашки» (патоген, α = 0,83), «услышать, как два незнакомца занимаются сексом» (сексуальное, α = 0,86) и «украсть шоколадный батончик из мини-маркета» (мораль, α = 0,89).

Пересмотренная шкала склонности и чувствительности к отвращению использовалась для оценки реактивности отвращения (DPSS-R; van Overveld et al., 2010; α = 0,89). DPSS-R представляет собой шкалу из 16 пунктов, которая содержит две подшкалы из 8 пунктов: склонность к отвращению ( α = 0,78) и чувствительность к отвращению ( α = 0,79). Подшкала склонности оценивает, насколько легко у человека вызывается реакция отвращения, тогда как подшкала чувствительности измеряет эмоциональную интенсивность реакции. Ответы варьируются от 1, , никогда , до 5, , всегда . Баллы DPSS-R рассчитывались путем усреднения пунктов подшкалы.Примеры пунктов включают «Я морщусь от отвращения» (Склонность) и «От отвратительных вещей мой желудок переворачивается» (Чувствительность).

Проблема загрязнения

Страх заражения оценивался с использованием подшкалы навязчивых идей загрязнения и принуждения к стирке Падуанского опросника (PI-COWC; Burns et al., 1996; α = 0,85). PI-COWC — это подшкала из 10 пунктов (например, «Мне трудно прикасаться к мусору или грязным вещам»). Участники указывают степень своего восприятия каждого утверждения по шкале от 0 (90 156 совсем не 90 157) до 4 (90 156 очень сильно 90 157).Оценка PI-COWC была рассчитана путем усреднения пунктов.

Меры по устранению стыда и вины

Тест самосознательного аффекта (TOSCA; Tangney and Dearing, 2002) использовался для измерения стыда и склонности к вине ( α = 0,77 и 0,78 соответственно). Участники прочитали 15 сценариев (например, на работе вы ждете до последней минуты, чтобы спланировать проект, а он плохо получается) и оценили, в какой степени они отреагировали бы постыдно или виновато. Средние значения были созданы для подшкал вины и стыда TOSCA.

Шкала склонности к чувству вины и стыда (GASP; Cohen et al., 2011; α = 0,79) состоит из 20 пунктов. Варианты ответов варьируются от 1, очень маловероятно до 7, очень вероятно . GASP содержит две подшкалы стыда из 5 пунктов и две подшкалы вины из 5 пунктов. Подшкалы стыда включают в себя показатель Негативной самооценки, который оценивает глобальное самоосуждение, и показатель Ухода, который оценивает желание человека избегать контакта с другими людьми после нарушения морального или общественного договора.Подшкалы вины включают оценку отрицательного поведения, которая оценивает осуждение поведения, и меру исправления, которая оценивает вероятность просоциального поведения после нарушения морального или общественного договора. Для каждой из субшкал были рассчитаны средние значения пунктов.

Контрольная мера

Настроение контролировалось по шкале положительных и отрицательных влияний (PANAS; Watson et al. , 1988). Шкала состоит из 20 прилагательных, 10 положительных прилагательных (напр.г., заинтересованный; α = 0,90) и 10 отрицательных прилагательных (например, расстроен; α = 0,87). Для каждого прилагательного участников просят оценить, насколько они его чувствуют по 5-балльной шкале от 1 ( совсем не ) до 5 ( крайне ). Средние значения пунктов были рассчитаны для подшкал положительного и отрицательного влияния. Участникам также была задана основная демографическая информация (например, возраст, пол, этническая принадлежность).

Результаты

Средние значения, стандартные отклонения и надежность для всех показателей представлены в таблице 1.Предыдущие исследования продемонстрировали значительные половые различия в отвращении и стыде (Lewis, 1971; Druschel and Sherman, 1999), поэтому сравнивались мужчины и женщины в текущей выборке. Действительно, в текущей выборке женщины сообщили о большей чувствительности к отвращению ( M = 2,85, SD = 0,45), чем мужчины ( M = 2,30, SD = 0,45), t (174) . , p < 0,01, η = 0,23, d = 1,22. Женщины также были более склонны к стыду ( M = 3.13, SD = 0,66) По сравнению с мужчинами ( м = 2,64, SD = 0,60156 SD = 0,60), T (181) = 4,70, р <0,01, η = 0,11, d = 0,78). Учитывая эти результаты, последующие анализы проводились с учетом и без учета пола в качестве ковариации. Хотя корреляции были немного ослаблены, когда пол контролировался, они оставались значимыми и в предсказанном направлении. Таким образом, результаты представлены без включения пола в качестве ковариации.

Таблица 1 . Средние значения, стандартные отклонения и альфа Кронбаха для всех показателей в исследовании 1.

Корреляции нулевого порядка

Корреляции нулевого порядка между всеми показателями были рассчитаны для изучения общих закономерностей среди конструкций (см. Таблицу 2). Как и ожидалось, показатели чувствительности к отвращению и беспокойства о загрязнении последовательно положительно коррелировали с показателями стыда ( r с = 0,13–0,49). Кроме того, отвращение было положительно связано с чувством вины, хотя эти корреляции не были постоянными для разных показателей.Вина устойчиво коррелировала только с сексуальным отвращением ( r с = 0,13–0,38) и моральным отвращением ( r с = 0,30–0,36). Показатели стыда и вины были сильно взаимосвязаны ( r с = 0,33 и 0,57). Отрицательный аффект положительно коррелировал с некоторыми показателями отвращения (например, с подшкалами DPSS-R; r с = 0,17 и 0,21), но не коррелировал с другими показателями (например, DS и TDDS; r с = 0,01–0,06). Отрицательный аффект значимо не коррелировал со стыдом ( r с = 0.06 и 0,14), но корреляции были в ожидаемых направлениях, а некоторые приближались к значимости. Неожиданно отрицательный аффект отрицательно коррелировал с чувством вины ( r с = -0,16 и -0,17). Положительный аффект не имел значимой корреляции ни с одним из показателей отвращения ( r с = -0,01–0,07) или стыда ( r с = -0,05 и -0,10). Однако она значительно положительно коррелировала с чувством вины ( r с = 0,13 и 0,18).

Таблица 2 .Корреляции нулевого порядка для всех показателей в исследовании 1.

Частичные корреляции

Чтобы гарантировать, что связь между стыдом и отвращением была специфической для стыда, вина и негативный аффект были частично исключены из корреляций. Кроме того, были проведены отдельные анализы для изучения связи между виной и отвращением. Для этих анализов и стыд, и негативный аффект частично выпадали из корреляций. Частные корреляции представлены в таблице 3.

Таблица 3 .Частичные корреляции стыда и вины с отвращением и озабоченностью загрязнением для исследования 1.

Как и предполагалось, чувствительность к отвращению и беспокойство о заражении положительно коррелировали со стыдом даже после учета вины и негативного аффекта. Единственной мерой отвращения, которая не коррелировала со стыдом, было моральное отвращение. Эти результаты предполагают, что связь между отвращением и стыдом включает в себя физическое или телесное загрязнение, а не символическое моральное загрязнение. Интересно, что подшкала Негативной самооценки GASP, которая оценивает глобальное самоосуждение, была единственным показателем стыда, который достоверно не коррелировал с отвращением.С другой стороны, отвращение сильно коррелировало с подшкалой «Отстранение», которая оценивает желание человека избегать ситуаций, которые могут вызвать чувство стыда.

Чувство вины не всегда коррелировало с компонентами отвращения, направленными на избегание болезни (т. е. ядром/патогеном и сексуальным отвращением), при контроле стыда и негативного аффекта. Однако чувство вины постоянно положительно коррелировало с моральным отвращением. Хотя этот вывод не был выдвинут гипотезой, он согласуется с литературой, в которой вина описывается как моральная эмоция, связанная с нарушением общественного договора (Tangney et al., 2007).

Обсуждение

Исследование 1 предоставило первоначальные корреляционные доказательства того, что существует уникальная связь между отвращением и стыдом. Чувствительность к отвращению и беспокойство о загрязнении постоянно положительно коррелировали со склонностью к стыду даже после учета склонности к вине и негативного аффекта. С другой стороны, вина, как правило, не коррелировала с компонентами отвращения, направленными на избегание болезни, при контроле стыда и негативного аффекта. Эти результаты предоставили частичное доказательство того, что стыд может включать в себя отвращение.Тем не менее, исследование 1 было ограничено тем, что оно было корреляционным планом и, следовательно, не могло предоставить никаких доказательств причинно-следственной связи между отвращением и стыдом.

Кроме того, исследование 1 предоставило некоторые доказательства того, что моральное отвращение, в отличие от других показателей чувствительности к отвращению (т. е. патогенного/основного отвращения и сексуального отвращения), постоянно положительно коррелировало со склонностью к вине даже после учета склонности к стыду и отрицательного аффекта. Интересно, что моральное отвращение было единственным показателем чувствительности к отвращению, который не коррелировал со склонностью к стыду. Этот вывод согласуется с первичным различием между стыдом и виной (то есть, что стыд характеризуется самооценкой, тогда как вина характеризуется поведенческой оценкой; Niedenthal et al., 1994). Поскольку моральное отвращение является поведенческой оценкой (т. е. насколько человек испытывает отвращение к нарушениям общественного договора), имеет смысл, что моральное отвращение коррелирует со склонностью к вине, но не со склонностью к стыду.

Исследование 2

Цель исследования 2 заключалась в проверке причинно-следственной модели, в которой вызывание отвращения приводит к более высокому уровню склонности к стыду (т.е., большая вероятность реагировать на подсказки социальных проступков последовательной реакцией стыда). Если стыд — это эмоциональное переживание, возникающее из чувства отвращения к себе, вызывание отвращения должно спровоцировать чувство стыда. Опять же, было высказано предположение, что эффект специфичен для стыда, поэтому не ожидалось, что индукция отвращения повлияет на чувство вины. Более того, ожидалось, что эффект будет специфичным для отвращения, а не результатом общего отрицательного аффекта. Таким образом, была выдвинута гипотеза, что вызывание отвращения приведет к более высокому уровню стыда, чем как нейтральное состояние, так и состояние, при котором было вызвано состояние отрицательного настроения.Кроме того, поскольку люди, чувствительные к отвращению, по-видимому, более восприимчивы к манипулированию отвращением, чем те, кто менее чувствителен к отвращению (см. Terrizzi et al., 2010), был проведен анализ умеренности. Было высказано предположение, что те, кто был чувствителен к отвращению, испытывали больше стыда после манипуляции с отвращением по сравнению с теми, кто был менее чувствителен к отвращению.

Метод

Участники

Было 175 студентов-первокурсников психологии из Университета Содружества Вирджинии (62% женщин), которые получили кредит за свое участие.Их возраст варьировался от 18 до 41 года ( M = 19,29, SD = 2,61). 47 % выборки были белыми, 25 % — афроамериканцами, 17 % — азиатами, 6 % — латиноамериканцами и 5 % — «другими» или неизвестными.

Меры и процедуры

По прибытии в лабораторию участники дали информированное согласие. Затем участников случайным образом распределяли между состояниями отвращения, негатива или нейтральности, и они выполняли задачу индукции настроения, которая была замаскирована под задачу лексического решения.После индукции настроения участники заполняли тот же набор анкет, что и в исследовании 1, с добавлением шкалы PVD (Duncan et al., 2009) в качестве второго показателя беспокойства о загрязнении. Сначала участники заполнили тесты стыда и вины, затем тесты отвращения и контаминации, затем PANAS и, наконец, демографические вопросы. Наконец, участники были опрошены, отмечены заслуги и поблагодарили за участие.

Индукция настроения

Чтобы вызвать различные состояния настроения, была использована процедура подсознательного прайминга посредством задачи на лексическое решение. Предыдущие исследования показали, что это эффективная и ненавязчивая методология для запуска аффективных состояний (например, Ферре и Санчес-Касас, 2014). Участников знакомили с заданием на лексическое решение в виде словесной игры. Им сказали, что цель словесной игры — оценить их способность распознавать слова. Им предъявляли цепочки букв и просили как можно быстрее указать, является ли каждая строка букв словом или несловом. Перед каждой последовательностью букв участники подсознательно настраивались либо на нейтральные, либо на отрицательные, либо на отвратительные слова.

Следуя процедуре, использованной Dijksterhuis et al. (2008), каждое испытание включало предварительную маску 50 мс (XXXXXX), простое число 17 мс, постмаску 50 мс (XXXXXX) и целевую строку букв. В половине испытаний целевым словом была случайная последовательность букв (например, «тсерс»). Остальные пробы содержали нейтральное слово (например, книга). Участников случайным образом распределяли по одному из трех состояний (например, отвращение, отрицательное или нейтральное). Каждое условие содержало 10 простых чисел, каждое из которых повторялось пять раз, всего 50 испытаний.

Слова-праймеры максимально точно соответствовали длине (т. е. количеству букв) и начальной букве. Начальные слова для состояния отвращения были выбраны на основе межкультурных факторов, вызывающих отвращение (см. Curtis et al., 2004). Для состояния отвращения участникам давали слова, которые вызывают телесное отвращение (например, диарея, моча). Участники в негативном состоянии были подготовлены словами, которые вызывают негатив (например, разочарование, бесполезность). Наконец, те, кто находился в нейтральном состоянии, были подготовлены словами, не вызывающими эмоционального отклика (т.г., дверь, узел; полный список простых чисел см. в Приложении).

Меры против отвращения

Поскольку было показано, что чувствительность к отвращению предсказывает реакцию на отвратительные стимулы (van Overveld et al., 2010), были основания полагать, что эффективность манипуляции с отвращением может зависеть от индивидуальных различий в чувствительности к отвращению и проблем загрязнения. Таким образом, участники заполнили DS (Haidt et al., 1994) и TDDS (Tybur et al., 2009), которые использовались в исследовании 1 для оценки чувствительности к отвращению.

Проблема загрязнения

Шкала PVD использовалась для оценки отвращения к микробам ( α = 0,74) и воспринимаемой инфекционности ( = 0,87; Duncan et al., 2009). Шкала содержит две субшкалы: 8-балльную меру неприязни к микробам (например, «Я предпочитаю мыть руки вскоре после того, как потрогаю чью-то руку») и 7-балльную меру воспринимаемой инфекционности (например, «Если болезнь «ходить вокруг», я получу его»). Участникам было предложено ответить на вопросы по 7-балльной шкале от 1 ( полностью не согласны ) до 7 ( полностью согласны ).Средние значения предметов были рассчитаны для подшкал воспринимаемой инфекционности и отвращения к микробам.

Меры по устранению стыда и вины

Стыд и вина оценивались с использованием тех же показателей, что и в исследовании 1, TOSCA (Tangney and Dearing, 2002) и GASP (Cohen et al. , 2011).

Меры контроля

Настроение контролировалось с помощью ПАНАС (Watson et al., 1988). Наконец, участникам была задана основная демографическая информация (например, возраст, пол, этническая принадлежность).

Результаты

Средние значения, стандартные отклонения и достоверность для всех измерений представлены в таблице 4. Чтобы гарантировать, что манипуляция не повлияла на чувствительность к отвращению или настроение, были проведены три однофакторных ANOVA для сравнения уровней чувствительности к отвращению, отрицательного настроения и положительного настроения. настроение среди трех условий. Манипуляции с настроением не повлияли на чувствительность к отвращению на уровне черты ( F (2,172) = 0,28, p = 0,75), отрицательное влияние ( F (2,172) = 0.02, p = 0,93), либо положительный эффект ( F (2,172) = 0,73, p = 0,48). Все последующие анализы проводились с учетом и без включения пола в качестве ковариации. Однако характер результатов оставался прежним и значимым даже после учета пола. Таким образом, результаты анализа представлены без включения пола в качестве ковариации.

Таблица 4 . Средние значения, стандартные отклонения и альфа Кронбаха для всех показателей в исследовании 2.

Первичные анализы

Данные были проанализированы с использованием иерархической множественной регрессии в соответствии с процедурой, описанной Aiken and West (1991).Поскольку существовало несколько высококоррелированных индикаторов чувствительности к отвращению, стыда и вины, для каждой из конструкций были созданы составные переменные. Композитный показатель чувствительности к отвращению был создан путем стандартизации и усреднения всех компонентов избегания болезней, связанных с отвращением и озабоченностью загрязнением (т. е. DS, TDDS-патоген, TDDS-сексуальность и субшкала отвращения к микробам PVD; r с = 0,36 –0,69). Аналогичным образом были созданы индексы стыда и вины путем стандартизации и усреднения их соответствующих подшкал из TOSCA и GASP ( r = 0. 65 для меры стыда, р = 0,73 для меры вины). Две фиктивные закодированные условные переменные были созданы в соответствии с шагами, описанными в Aiken and West (1991). Для первой фиктивной закодированной переменной отвращение и отрицательные состояния были закодированы как 0, а нейтральное состояние было закодировано как 1, что проверяло основной эффект манипуляции с отвращением по сравнению с нейтральным состоянием. Для второй фиктивной закодированной переменной состояния отвращения и нейтральности были закодированы как 0, а отрицательное состояние было закодировано как 1, что проверяло основной эффект манипуляции с отвращением по сравнению с отрицательным состоянием.Поскольку обе эти фиктивные кодированные переменные разделяли контраст между отрицательными и нейтральными условиями, этот эффект был частично устранен.

Чтобы гарантировать, что эффект не был вызван общим состоянием плохого настроения, на первом этапе регрессионной модели была введена подшкала негативного влияния PANAS. Для анализа, включающего стыд в качестве зависимой переменной, вина также вводилась на первом этапе как ковариата. Для анализа, включающего вину как зависимую переменную, стыд вводился на первом этапе как ковариата.На втором этапе анализа были введены фиктивные закодированные переменные состояния и композит чувствительности к отвращению. Наконец, условия взаимодействия между условием и составными переменными чувствительности к отвращению были созданы путем стандартизации переменной чувствительности к отвращению и ее умножения на каждую переменную условия. Эти условия взаимодействия были добавлены к третьему этапу модели иерархической регрессии.

Стыд как зависимая переменная

На шаге 1 обе контрольные переменные отрицательно влияют [ β = 0.17, p = 0,02, 95% ДИ (0,02, 0,31)] и чувство вины [ β = 0,54, p < 0,05, 95% ДИ (0,42, 0,64)] стали значимыми предикторами стыда. На этапе 2 составной показатель чувствительности к отвращению был значимым предиктором стыда [ β = 0,15, p = 0,03, 95% ДИ (0,00, 0,29)], повторяя эффект, обнаруженный в исследовании 1. нет основного эффекта для состояния. Участники в состоянии отвращения не испытывали больше стыда, чем участники в нейтральном состоянии [ β = -0.01, p = 0,94, 95% ДИ (-0,16, 0,14)] или отрицательное состояние [ β = -0,03, p = 0,64, 95% ДИ (-0,18, 0,12)]. Однако на этапе 3 наблюдалось значительное взаимодействие между композитом чувствительности к отвращению и состоянием ( R 2 изменение = 0,03). В частности, при сравнении состояния отвращения с нейтральным состоянием не наблюдалось значимого взаимодействия [ β = -0,13, p = 0,12, 95% ДИ (-0,15).28, 0,02)]. При сравнении состояния отвращения с негативным состоянием взаимодействие было значимым [ β = -0,21, p = 0,01, 95% ДИ (-0,35, -0,06)]. Взаимодействие показано на рисунке 1.

Рисунок 1 . Состояние по взаимодействию чувствительности к отвращению, предсказывающее стыд в исследовании 2.

Анализ простых наклонов показал, что при высоких уровнях чувствительности к отвращению (т. е. +1 SD ) манипуляция отвращением не приводила к значительно более высокому уровню стыда по сравнению с нейтральным состоянием [ β = 0.14, p = 0,20, 95% ДИ (-0,01, 0,29)]. Однако при высоких уровнях чувствительности к отвращению манипулирование отвращением приводило к значительно более высокому уровню стыда по сравнению с негативным состоянием [ β = 0,25, p = 0,02, 95% ДИ (0,10, 0,39)]. При низких уровнях чувствительности к отвращению (т.е. -1 SD ) манипуляция отвращением не оказывала значительного влияния на чувство стыда по сравнению с нейтральным состоянием [ β = -0,13, p = 0,25, 95% ДИ ( −0.28, 0,02)] или отрицательное условие [ β = -0,19, p = 0,09, 95% ДИ (-0,33, -0,04)]. Кроме того, чувствительность к отвращению в значительной степени предсказывала стыд для участников в состоянии отвращения [ β = 0,39, p < 0,01, 95% ДИ (0,25, 0,51)], но не предсказывала уровень стыда для участников в нейтральном состоянии [ β = 0,08, p = 0,47, 95% ДИ (-0,07, 0,23)] или отрицательный [ β = -0,07, p = 0,60, 95% ДИ (-0,22, 0,23)]08)] условия. Таким образом, у тех, кто был более чувствителен к отвращению, манипуляция с отвращением усиливала чувство стыда.

Вина как зависимая переменная

На этапе 1 стыд [ β = 0,56, p < 0,01, 95% ДИ (0,45, 0,66)], но не негативный аффект [ β = -0,03, p = 0,69, 95% ДИ (-0,18, 0,12)] стал важным предиктором вины. В отличие от исследования 1, на этапе 2 совокупный показатель чувствительности к отвращению оставался значимым предиктором вины даже после учета стыда и негативного аффекта [ β = 0.17, p = 0,01, 95% ДИ (0,02, 0,31)]. Однако не было никакого основного эффекта для состояния. Участники в состоянии отвращения не испытывали большего чувства вины, чем участники в нейтральном [ β = 0,00, p = 0,99, 95% ДИ (-0,15, 0,15)] или в отрицательном состоянии [ β = 0,06, p = 0,40, 95% ДИ (-0,09, 0,21)]. На этапе 3 взаимодействие между состоянием и чувствительностью к отвращению также не было значительным, когда состояние отвращения сравнивалось с нейтральным состоянием [ β = -0. 10, p = 0,27, 95% ДИ (-0,25, 0,05)] или отрицательное состояние [ β = 0,01, p = 0,91, 95% ДИ (-0,14, 0,16)].

Обсуждение

Как и в исследовании 1, чувствительность к отвращению была важным предиктором стыда даже после учета чувства вины и негативных эмоций. Однако, в отличие от исследования 1, чувствительность к отвращению была важным предиктором вины даже после учета стыда и негативных эмоций. Хотя не было доказательств основного эффекта манипулирования отвращением, исследование 2 предоставило первоначальные доказательства того, что вызывание отвращения увеличивает чувство стыда у людей, чувствительных к отвращению.Эти результаты были значительными даже после учета негативного аффекта и чувства вины. Более того, эффект, казалось, был специфическим для стыда и отвращения. Когда вина анализировалась как зависимая переменная, не было никакого взаимодействия между состоянием и чувствительностью к отвращению при контроле стыда и негативного аффекта. Таким образом, результаты подчеркивают уникальную связь между стыдом и отвращением.

Общее обсуждение

В обоих исследованиях стыд положительно коррелировал как с чувствительностью к отвращению, так и с проблемами контаминации (т.т. е. те, кто был чувствителен к отвращению и/или беспокоился о заражении, были более чувствительны к стыду). Что еще более важно, в обоих исследованиях чувствительность к отвращению и беспокойство о заражении были значимыми предикторами стыда даже после контроля вины и негативного аффекта, подчеркивая, что связь между отвращением и стыдом уникальна. То есть связь между отвращением и стыдом не была обусловлена ​​негативным аффектом (т. е. они оба являются отрицательно окрашенными эмоциями), и та же закономерность не наблюдалась с родственной стыду эмоцией — чувством вины.

Интересно, однако, что чувство вины постоянно положительно коррелировало с моральным отвращением даже после учета стыда и негативных эмоций. Этот эффект может быть связан с тем, что стыд и вина различаются по характеру их самосознательных оценок. В случае стыда самость является объектом негативных оценок, тогда как в случае вины поведение служит объектом установки (Niedenthal et al., 1994). Таким образом, вина может быть связана с моральным отвращением, поскольку касается негативных оценок поведения (т.д., испытывая отвращение к нарушениям общественного договора).

Исследование 2 предоставило некоторую первоначальную поддержку причинно-следственной связи между отвращением и стыдом. Хотя для индукции отвращения не было основного эффекта (т. е. вызывание отвращения не увеличивало чувство стыда у всех участников), по сравнению с отрицательной индукцией манипулирование отвращением усиливало чувство стыда у людей, которые были более чувствительны к отвращению. Важно отметить, что этот эффект оставался постоянным даже после учета негативного аффекта и чувства вины.Более того, манипуляция не оказывала такого же влияния на чувство вины (т. е. вызывание отвращения не влияло на чувство вины).

В целом, эти исследования предоставляют некоторые предварительные доказательства уникальной связи между стыдом и отвращением. То есть стыд может быть связан с развитой архитектурой предотвращения болезней. Но ясно, что нужно проделать гораздо больше работы, чтобы выяснить точную природу отношений между стыдом и отвращением.

Ограничения и будущие направления

Одним из основных ограничений текущих исследований является то, что отвращение к себе напрямую не манипулировалось.Исследование 2 вызывало отвращение, но не связывало его напрямую с собой (т. е. не было ясно, было ли самоотвращение объектом отвращения). Кроме того, невозможно исключить предвзятость участников и характеристики спроса как возможные объяснения результатов исследования 2. Поскольку мы не включили предварительную оценку стыда, также невозможно исключить существовавшие ранее различия. Будущие исследования должны включать предварительные измерения и оценивать, приводит ли манипулирование отвращением к себе (например, заставляя участников представлять или вспоминать сценарии, в которых они заболели на публике), к более последовательным выводам. Если стыд переживается как отвращение к себе, манипуляции, вызывающие отвращение к себе, должны с большей вероятностью постоянно усиливать чувство стыда.

Кроме того, все исследования оценивали чувство стыда с использованием явных показателей. Социальная желательность может быть проблемой, особенно для самоотчетных показателей отношения к себе, потому что люди склонны вовлекаться в позитивные иллюзии (т. е. представлять себя в более позитивном свете; Heatherton and Wyland, 2003; Oakes et al., 2008). ). Поскольку стыд связан с негативной самооценкой, эта предвзятость к позитиву может стать проблемой для текущего исследования, поскольку она может снизить вероятность того, что люди будут сообщать о стыде.Таким образом, включение имплицитных показателей или объективных физиологических показателей (например, функциональной магнитно-резонансной томографии, фМРТ, электроэнцефалографии, ЭЭГ) может обеспечить более точную оценку стыда. Более того, имплицитные меры могут быть использованы для оценки степени, в которой люди связывают отвращение с самим собой. Если стыд переживается как отвращение к себе, люди, чувствительные к стыду, должны классифицировать отвратительные прилагательные (например, отталкивающий) быстрее, чем отрицательные прилагательные (например,г., неприятный) после самозаполнения (например, я или меня).

Наконец, несмотря на то, что текущие исследования представили последовательную положительную корреляцию между чувствительностью к стыду и отвращению и показали, что эти корреляции остаются значимыми даже после учета негативного аффекта и вины, все еще возможно, что отношения могут быть объяснены неизмеряемой третьей переменной (например, поведенческая заторможенность или невротизм). И отвращение, и стыд коррелируют с поведенческим торможением или поведенческим избеганием и невротизмом (Orth et al., 2006; Олатунджи и др., 2008 г.; Коэн и др., 2011). Более того, в текущих исследованиях мы контролировали негативное влияние на уровне состояния, а не на уровне черты. Возможно, влияние уровня черты могло бы обеспечить потенциальное альтернативное объяснение. Таким образом, будущие исследования должны оценить, сохраняется ли связь между отвращением и стыдом даже после учета поведенческого торможения, невротизма и негативного аффекта на уровне черт.

Заключение

Результаты текущего исследования предоставляют некоторые предварительные доказательства связи между стыдом и отвращением.Хотя необходимо проделать дополнительную работу, чтобы понять причинную природу этой связи, она может иметь некоторые важные клинические последствия для клиентов, страдающих психологическими расстройствами, связанными со стыдом (например, телесным дисморфическим расстройством и расстройствами пищевого поведения). Действительно, учитывая накопление доказательств связи чувствительности к отвращению с тревожными расстройствами (см. Olatunji and McKay, 2009), некоторые исследователи уже предложили уменьшить чувствительность к отвращению в качестве компонента психотерапии (Viar-Paxton and Olatunji, 2012).Если будущие экспериментальные данные подтвердят причинно-следственную связь между отвращением и стыдом (т. е. если отвращение вызывает стыд), эти типы терапии снижения отвращения могут оказаться эффективными для лечения психологических расстройств, связанных со стыдом. Кроме того, если стыд переживается как отвращение к себе, это может помочь пролить свет на более широкие проблемы, такие как стигматизация (т. е. стигма может восприниматься как самозаражение). Однако ясно, что необходимо провести дополнительные исследования, чтобы прояснить связь между отвращением и стыдом.

Заявление о доступности данных

Наборы данных, созданные для этого исследования, доступны по запросу соответствующему автору.

Заявление об этике

Исследования с участием людей были рассмотрены и одобрены IRB Университета Содружества Вирджинии. Пациенты/участники предоставили письменное информированное согласие на участие в этом исследовании.

Вклад авторов

Оба автора внесли существенный вклад в структуру исследования, и оба автора участвовали в написании рукописи.

Конфликт интересов

Авторы заявляют, что исследование проводилось при отсутствии каких-либо коммерческих или финансовых отношений, которые могли бы быть истолкованы как потенциальный конфликт интересов.

Благодарности

Эта рукопись содержит содержание, первоначально появившееся в диссертации основного автора.

Сноски

  1. Эти результаты кажутся аномальными. В исследовании 2 и других исследованиях этой лаборатории чувство вины либо положительно коррелировало с негативным аффектом, либо значимо не коррелировало, как это было обнаружено в предыдущем исследовании (Cohen et al., 2011).
  2. Были проведены отдельные анализы с учетом чувства вины и отрицательного аффекта. И вина, и негативный аффект незначительно ослабляли связь между отвращением и стыдом. Для простоты изложения здесь представлены только частные корреляции, в которых одновременно контролировались и вина, и негативный аффект.
  3. Отдельные анализы были проведены для каждой из мер чувствительности стыда, вины и отвращения. Поскольку результаты были относительно согласованными по всем показателям, представлены только анализы с составными переменными.
  4. Отдельные анализы были проведены для каждой из шкал, используемых в композите чувствительности к отвращению (т. е. DS, TDDS-патоген, TDDS-сексуальное и PVD-микробное отвращение). Поскольку показатели были сильно коррелированы, а отдельные анализы дали сопоставимые результаты, представлен анализ только составных показателей.
  5. Перед проведением регрессионного анализа тест Левена на равенство дисперсий не выявил существенных различий между условиями.

Каталожные номера

Айкен, Л.С., и Уэст, С.Г. (1991). Множественная регрессия: тестирование и интерпретация взаимодействий. Таузенд-Оукс, Калифорния: Sage Publications.

Академия Google

Амир, Н., Клумпп, Х., Элиас, Дж., Бедвелл, Дж. С., Янасак, Н., и Миллер, Л. С. (2005). Повышенная активация передней поясной коры во время обработки лиц с отвращением у людей с социальной фобией. биол. Психиатрия 57, 975–981.doi: 10.1016/j.biopsych.2005.01.044

Реферат PubMed | Полный текст перекрестной ссылки | Академия Google

Apps, MA, Rushworth, MF, and Chang, SW (2016). Передняя поясная извилина и социальное познание: отслеживание мотивации других. Нейрон 90, 692–707. doi: 10.1016/j.neuron.2016.04.018

Реферат PubMed | Полный текст перекрестной ссылки | Академия Google

Бернс Г.Л., Кеортге С.Г., Формеа Г.М. и Штернбергер Л.Г. (1996). Пересмотр Падуанского перечня симптомов обсессивно-компульсивного расстройства: различия между беспокойством, навязчивыми идеями и компульсиями. Поведение. Рез. тер. 34, 163–173. дои: 10.1016/0005-7967(95)00035-6

Реферат PubMed | Полный текст перекрестной ссылки | Академия Google

Басс, Д.М., Хазелтон, М.Г., Шакелфорд, Т.К., Блеске, А.Л., и Уэйкфилд, Дж.К. (1998). Адаптации, экзаптации и перемычки. утра. Психол. 53, 533–548. doi: 10.1037/0003-066x.53. 5.533

Реферат PubMed | Полный текст перекрестной ссылки | Академия Google

Классон, К., и Солберг, С. (2002). Внутренний стыд и ранние взаимодействия, характеризующиеся безразличием, покинутостью и неприятием: повторные выводы. клин. Психол. Психотер. 9, 277–284. doi: 10.1002/cpp.331

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Коэн, Т. Р., Вольф, С. Т., Пантер, А. Т., и Инско, К. А. (2011). Представляем шкалу GASP: новую меру склонности к вине и стыду. Дж. Перс. соц. Психол. 100, 947–966. дои: 10.1037/a0022641

Реферат PubMed | Полный текст перекрестной ссылки | Академия Google

Кракко, Э., Десмет, К., и Брасс, М. (2016). Когда ваша ошибка становится моей ошибкой: активация передней доли в ответ на наблюдаемые ошибки модулируется действием. Соц. Познан. Оказывать воздействие. Неврологи. 11, 357–366. doi: 10.1093/scan/nsv120

Реферат PubMed | Полный текст перекрестной ссылки | Академия Google

Кертис, В. , Ангер, Р., и Раби, Т. (2004). Доказательства того, что отвращение развилось для защиты от риска заболевания. Проц. Р. Соц. Б биол. науч. 271, С131–С133. doi: 10.1098/rsbl.2003.0144

Реферат PubMed | Полный текст перекрестной ссылки | Академия Google

Дарвин, К. (1872 г.). Выражение эмоций у человека и животных. Лондон, Англия: Джон Мюррей.

Академия Google

Дейкстерхуис, А., Престон, Дж., Вегнер, Д., и Аартс, Х. (2008). Влияние подсознательного прайминга себя и Бога на самоатрибуцию авторства событий. Дж. Экспл. соц. Психол. 44, 2–9. doi: 10.1016/j.jesp.2007.01.003

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Дункан, Л. А., Шаллер, М., и Парк, Дж. Х. (2009). Воспринимаемая уязвимость к болезни: разработка и проверка инструмента самоотчета из 15 пунктов. чел. Индивид. Диф. 47, 541–546. doi: 10.1016/j.paid.2009.05.001

Реферат PubMed | Полный текст перекрестной ссылки | Академия Google

Экман, П. (1970). Универсальные выражения эмоций на лице. Кал. Мент. Здоровье Рез. Копать. 8, 151–158.

Экман П., Фризен В. В., О’Салливан М., Чан А., Диакоянни-Тарлатзис И., Хайдер К. и др. (1987). Универсалии и культурные различия в суждениях о выражении эмоций на лице. Дж. Перс.соц. Психол. 53, 712–717. дои: 10.1037/0022-3514.53.4.712

Реферат PubMed | Полный текст перекрестной ссылки | Академия Google

Фолкнер, Дж., Шаллер, М., Парк, Дж., и Дункан, Л. (2004). Развитые механизмы избегания болезней и современные ксенофобские настроения. Групповой процесс. Межгрупповое отношение. 7, 333–353. дои: 10.1177/1368430204046142

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Ферре, П., и Санчес-Касас, Р. (2014). Аффективный прайминг в задаче на лексическое решение: есть ли эффект конкретности слов? Psciológia 35, 117–138.

Академия Google

Фесслер, ДМТ (2004). Стыд в двух культурах: последствия для эволюционных подходов. Дж. Когн. Культ. 4, 207–262. дои: 10.1163/1568537041725097

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Гилберт, П. (1997). Эволюция социальной привлекательности и ее роль в стыде, унижении, вине и терапии. Бр. Дж. Мед. Психол. 70, 113–147. doi: 10.1111/j.2044-8341.1997.tb01893.x

Реферат PubMed | Полный текст перекрестной ссылки | Академия Google

Гилберт, П.(1998). «Что такое стыд? Некоторые основные вопросы и противоречия», в Стыд: межличностное поведение, психопатология и культура , редакторы П. Гилберт и Б. Эндрюс (Нью-Йорк, штат Нью-Йорк: издательство Оксфордского университета), 3–38.

Академия Google

Хайдт, Дж. (2003). «Моральные эмоции», в Handbook of Affective Sciences , редакторы Р. Дж. Дэвидсон, К. Р. Шерер и Х. Х. Голдсмит (Оксфорд: издательство Оксфордского университета), 852–870.

Академия Google

Хайдт, Дж., Макколи, К., и Розин, П. (1994). Индивидуальные различия в чувствительности к отвращению: шкала выборки семи доменов вызывающих отвращение. чел. Индивид. Диф. 16, 701–713. дои: 10.1016/0191-8869(94)-7

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Хизертон, Т. Ф., и Вайланд, К. Л. (2003). «Оценка самооценки», в Positive Psychological Assessment: A Handbook of Models and Measures , eds SJ Lopez and CR Snyder (Washington, DC: American Psychological Association), 219–233.

Академия Google

Келтнер Д. и Басуэлл Б. Н. (1996). Доказательства различения смущения, стыда и вины: исследование воспоминаний о прошлом и выражении эмоций на лице. Познан. Эмот. 10, 155–171. дои: 10.1080/026999396380312

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Льюис, HB (1971). Стыд и вина при неврозе. Нью-Йорк, штат Нью-Йорк: Издательство международных университетов.

Академия Google

Маркус, Г.(2008). Клюге: Случайное построение человеческого разума. Бостон, Массачусетс: Houghton Mifflin Co.

Mataix-Cols, D. , An, S., Lawrence, N., Caseras, X., Speckens, A., Giampietro, V., et al. (2008). Индивидуальные различия в чувствительности к отвращению модулируют нейронные реакции на аверсивные/отвратительные стимулы. евро. Дж. Нейроски. 27, 3050–3058. doi: 10.1111/j.1460-9568.2008.06311.x

Реферат PubMed | Полный текст перекрестной ссылки | Академия Google

Михл, П., Meindl, T., Meister, F., Born, C., Engel, R., Reiser, M., et al. (2014). Нейробиологические основы стыда и вины: пилотное исследование фМРТ. Соц. Познан. Оказывать воздействие. Неврологи. 9, 150–157. doi: 10.1093/scan/nss114

Реферат PubMed | Полный текст перекрестной ссылки | Академия Google

Моррисон, Д., и Гилберт, П. (2001). Социальный статус, стыд и гнев у первичных и вторичных психопатов. Дж. Форенс. Психиатрия 12, 330–356. дои: 10.1080/09585180110056867

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Наваррете, К.Д. и Фесслер Д.М.Т. (2006). Избегание болезней и этноцентризм: влияние уязвимости к болезням и чувствительности к отвращению на межгрупповые отношения. Эволюция. Гум. Поведение 27, 270–282. doi: 10.1016/j.evolhumbehav.2005.12.001

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Niedenthal, P.M., Tangney, J.P., and Gavanski, I. (1994). «Если бы я только не был» против «если бы я только не был»: различение стыда и вины в контрфактическом мышлении. Дж. Перс. соц. Психол. 67, 585–595. дои: 10.1037/0022-3514.67.4.585

Реферат PubMed | Полный текст перекрестной ссылки | Академия Google

Nussbaum, MC (2004). Скрытие от человечества. Принстон, Нью-Джерси: Издательство Принстонского университета.

Академия Google

Оукс, Массачусетс, Браун, Дж. Д., и Кай, Х. (2008). Неявная и явная самооценка: мера за меру. Соц. Познан. 26, 778–790. doi: 10.1521/soco.2008.26.6.778

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Олатунджи, Б. О. (2008). Отвращение, щепетильность и консервативное отношение к сексу: свидетельство опосредованной модели гомофобии. Дж. Рез. Перс. 42, 1364–1369. doi: 10.1016/j.jrp.2008.04.001

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Олатунджи Б.О., Хайдт Дж., Маккей Д. и Дэвид Б. (2008). Ядро, напоминание о животных и отвращение к загрязнению: три вида отвращения с отчетливыми личностными, поведенческими, физиологическими и клиническими коррелятами. Дж. Рез. Перс. 42, 1243–1259.doi: 10.1016/j.jrp.2008.03.009

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Олатунджи, Б.О., и Маккей, Д. (2009). Отвращение и его расстройства: теория, оценка и последствия лечения. Вашингтон, округ Колумбия: Американская психологическая ассоциация.

Академия Google

Орт, У., Беркинг, М., и Буркардт, С. (2006). Эмоции самосознания и депрессия: размышления объясняют, почему стыд, а не вина, является неадекватным. чел. соц. Психол. Бык. 32, 1608–1619. дои: 10.1177/0146167206292958

Реферат PubMed | Полный текст перекрестной ссылки | Академия Google

Парк, Дж. Х., Фолкнер, Дж., и Шаллер, М. (2003). Развитые процессы избегания болезней и современное антиобщественное поведение: предвзятое отношение и избегание людей с ограниченными физическими возможностями. J. Невербальное поведение. 27, 65–87. дои: 10.1023/A:10238854

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Парк, Дж. Х., Шаллер, М.и Крэндалл, К.С. (2006). Механизмы предотвращения психологических заболеваний и стигматизация полных людей. Неопубликованная рукопись. Нидерланды: Университет Гронингена.

Пауэр, М., и Далглиш, Т. (2008). Познание и эмоции: от порядка к беспорядку. 2-е изд. Нью-Йорк, штат Нью-Йорк: Psychology Press.

Академия Google

Роземан, И. Дж. (1984). «Когнитивные детерминанты эмоций: структурная теория», в Review of Personality and Social Psychology , ed. П. Шейвер (Беверли-Хиллз, Калифорния: Sage), 11–36.

Академия Google

Шаллер, М. (2006). Паразиты, поведенческие защиты и социально-психологические механизмы, посредством которых пробуждаются культуры. Психология. Инк. 17, 96–101. дои: 10.1207/s15327965pli1702_2

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Шаллер, М., и Дункан, Л.А. (2007). «Поведенческая иммунная система: ее эволюция и социально-психологические последствия», в «Эволюция и социальный разум: эволюционная психология и социальное познание» , под редакцией Ф.Хазелтон и В. Хиппель (Нью-Йорк, штат Нью-Йорк: Psychology Press), 293–307.

Академия Google

Шмадер, Т., и Ликель, Б. (2006). Функция приближения и избегания эмоций вины и стыда: сравнение реакций на проступки, вызванные самим собой и другими людьми. Мотив. Эмот. 30, 43–56. doi: 10.1007/s11031-006-9006-0

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Шналль, С. , Бентон, Дж., и Харви, С. (2008a). С чистой совестью: чистота снижает остроту нравственных суждений. Психология. науч. 19, 1219–1222. doi: 10.1111/j.1467-9280.2008.02227.x

Реферат PubMed | Полный текст перекрестной ссылки | Академия Google

Смит, Р. Х., Вебстер, Дж. М., Парротт, В. Г., и Эйр, Х. Л. (2002). Роль публичного разоблачения в моральном и неморальном стыде и вине. Дж. Перс. соц. Психол. 83, 138–159. дои: 10.1037/0022-3514.83.1.138

Реферат PubMed | Полный текст перекрестной ссылки | Академия Google

Тангни, Дж. П. (2003). «Самозначимые эмоции», в The Handbook of Self and Identity , под редакцией М.Р. Лири и Дж. П. Тангни (Нью-Йорк, штат Нью-Йорк: Guilford Press), 384–400.

Академия Google

Тангни, Дж. П., и Диринг, Р. (2002). Стыд и вина. Нью-Йорк, штат Нью-Йорк: Гилфорд.

Академия Google

Тангни, Дж. П., и Стювиг, Дж. (2004). «Морально-эмоциональный взгляд на злых людей и злые дела», в «Социальная психология добра и зла» , изд. А. Г. Миллер (Нью-Йорк, штат Нью-Йорк: Guilford Press), 327–355.

Академия Google

Тангни, Дж.П., Стювиг Дж., Машек Д., Кендалл С., Гудман К. и Тейлор К. (2003). Моральные эмоции и психопатия: стыд, вина и сочувствие заключенных. Торонто, Канада: Американская психологическая ассоциация.

Terrizzi, JA Jr., Shook, NJ, and McDaniel, MA (2013). Поведенческая иммунная система и социальный консерватизм: метаанализ. Эволюция. Гум. Поведение 34, 99–108. doi: 10.1016/j.evolhumbehav.2012.10.003

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Терриззи, Дж.А. мл., Шук, штат Нью-Джерси, и Вентис, В. Л. (2010). Отвращение: предиктор социального консерватизма и предвзятого отношения к гомосексуалистам. чел. Индивид. Диф. 49, 587–592. doi: 10.1016/j.paid.2010.05.024

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Тайбур, Дж. М., Либерман, Д. Л., и Гришкевичус, В. (2009). Микробы, спаривание и мораль: индивидуальные различия в трех функциональных областях отвращения. Дж. Перс. соц. Психол. 97, 103–122. дои: 10.1037/a0015474

Реферат PubMed | Полный текст перекрестной ссылки | Академия Google

ван Овервельд, М., де Йонг, П.Дж., и Питерс, М.Л. (2010). Пересмотренная шкала склонности к отвращению и чувствительности: ее прогностическая ценность для избегающего поведения. чел. Индивид. Диф. 49, 706–711. doi: 10.1016/j.paid.2010.06.008

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Wallbott, HG (1998). Телесное выражение эмоций. евро. Дж. Соц. Психол. 28, 879–896. doi: 10.1002/(SICI)1099-0992(1998110)28:6<879::AID-EJSP901>3.0.CO;2-W

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Уотсон, Д., Кларк Л. и Теллеген А. (1988). Разработка и валидация кратких показателей положительного и отрицательного аффекта: шкалы PANAS. Дж. Перс. соц. Психол. 54, 1063–1070. дои: 10.1037/0022-3514.54.6.1063

Реферат PubMed | Полный текст перекрестной ссылки | Академия Google

Викер Б. , Кайзерс К., Плайи Дж., Ройет Дж., Галлезе В. и Риццолатти Г. (2003). Мы оба чувствовали отвращение в моем островке: общая нервная основа видения и чувства отвращения. Нейрон 40, 655–664.doi: 10.1016/s0896-6273(03)00679-2

Реферат PubMed | Полный текст перекрестной ссылки | Академия Google

Приложение

Простые числа для изучения 2.

11.1 Эмоциональное переживание – Введение в психологию – 1-е канадское издание

Цели обучения

  1. Объясните биологический опыт эмоций.
  2. Обобщите психологические теории эмоций.
  3. Приведите примеры способов передачи эмоций.

Самые фундаментальные эмоции, известные как базовые эмоции, это гнев, отвращение, страх, счастье, печаль и удивление . Базовые эмоции имеют долгую историю эволюции человека, и они развились в значительной степени для того, чтобы помочь нам быстро судить о стимулах и быстро направлять соответствующее поведение (LeDoux, 2000). Основные эмоции в значительной степени определяются одной из древнейших частей нашего мозга, лимбической системой, включающей миндалевидное тело, гипоталамус и таламус.Поскольку они в первую очередь обусловлены эволюцией, основные эмоции переживаются и проявляются практически одинаково в разных культурах (Ekman, 1992; Elfenbein & Ambady, 2002; Fridland, Ekman, & Oster, 1987), и люди достаточно точно оценивают мимика людей из разных культур. Посмотрите «Видеоклип: основные эмоции», чтобы увидеть демонстрацию основных эмоций.

Смотреть: «Распознавание основных эмоций» [YouTube]: http://www.youtube.com/watch?v=haW6E7qsW2c

Не все наши эмоции исходят из старых частей нашего мозга; мы также интерпретируем наши переживания, чтобы создать более сложный набор эмоциональных переживаний.Например, миндалевидное тело может ощущать страх, когда чувствует, что тело падает, но этот страх может быть интерпретирован совершенно по-другому (возможно, даже как волнение), когда мы падаем на американских горках, чем когда мы падаем с неба в полете. самолет, потерявший мощность. когнитивных интерпретаций, которые сопровождают эмоции , известные как когнитивная оценка , позволяют нам испытать гораздо больший и более сложный набор из вторичных эмоций , как показано на рисунке 11.2, «Вторичные эмоции». Хотя они в значительной степени когнитивны, наши переживания вторичных эмоций частично определяются возбуждением (на вертикальной оси рис. 11.2, «Вторичные эмоции») и частично их валентностью , то есть тем, являются ли они приятные или неприятные ощущения (по горизонтальной оси рисунка 11.2, «Вторичные эмоции»),

Рис. 11.2. Вторичные эмоции. Вторичные эмоции — это те, которые имеют основной когнитивный компонент. Они определяются как уровнем их возбуждения (от легкого до интенсивного), так и их валентностью (от приятного до неприятного).[Подробное описание]

Когда вам удастся достичь важной цели, вы можете провести некоторое время, наслаждаясь своими второстепенными эмоциями, например, переживанием радости, удовлетворения и удовлетворенности. Но когда ваш близкий друг получает приз, который, по вашему мнению, вы заслужили, вы также можете испытать множество вторичных эмоций (в данном случае негативных) — например, чувство гнева, грусти, обиды и стыда. Вы можете размышлять над этим событием неделями или даже месяцами, испытывая негативные эмоции каждый раз, когда думаете о нем (Martin & Tesser, 2006).

Различие между первичными и вторичными эмоциями проводится параллельно двум мозговым путям: быстрому пути и медленному пути (Damasio, 2000; LeDoux, 2000; Ochsner, Bunge, Gross, & Gabrieli, 2002). Таламус действует как главный привратник в этом процессе (рис. 11.3, «Медленные и быстрые эмоциональные пути»). Наша реакция на базовую эмоцию страха, например, в первую очередь определяется быстрым путем через лимбическую систему. Когда перед нами на шоссе выезжает машина, таламус активируется и немедленно отправляет сообщение в миндалевидное тело.Быстро перемещаем ногу на педаль тормоза. Вторичные эмоции в большей степени определяются медленным путем, проходящим через лобные доли коры. Когда мы ревнуем от потери партнера к сопернику или вспоминаем свою победу в большом теннисном матче, процесс оказывается более сложным. Информация перемещается из таламуса в лобные доли для когнитивного анализа и интеграции, а оттуда в миндалевидное тело. Мы испытываем возбуждение эмоций, но оно сопровождается более сложной когнитивной оценкой, производящей более утонченные эмоции и поведенческие реакции.

Рис. 11.3. Медленные и быстрые эмоциональные пути. В мозгу есть два эмоциональных пути (один медленный и один быстрый), оба из которых контролируются таламусом.

Хотя эмоции могут показаться вам более легкомысленными или менее важными по сравнению с нашими более рациональными когнитивными процессами, как эмоции, так и познания могут помочь нам принимать эффективные решения. В некоторых случаях мы предпринимаем действия после того, как рационально обдумаем затраты и выгоды различных вариантов выбора, но в других случаях мы полагаемся на свои эмоции.Эмоции становятся особенно важными при принятии решений, когда альтернативы между многими сложными и противоречивыми альтернативами представляют нам высокую степень неопределенности и двусмысленности, что затрудняет полный когнитивный анализ. В этих случаях мы часто полагаемся на свои эмоции при принятии решений, и эти решения во многих случаях могут быть более точными, чем решения, полученные в результате когнитивной обработки (Damasio, 1994; Dijksterhuis, Bos, Nordgren & van Baaren, 2006; Nordgren & Dijksterhuis, 2009; Уилсон и Скулер, 1991).

Теории эмоций Кэннона-Барда и Джеймса-Ланге

Вспомните на мгновение ситуацию, в которой вы испытали сильную эмоциональную реакцию. Возможно, вы проснулись посреди ночи в панике, потому что услышали шум, который навел вас на мысль, что кто-то ворвался в ваш дом или квартиру. Или, может быть, вы спокойно ехали по улице в вашем районе, когда перед вами внезапно вырулила другая машина, заставив вас ударить по тормозам, чтобы избежать аварии.Я уверен, что вы помните, что ваша эмоциональная реакция была в значительной степени физической. Возможно, вы помните, как покраснели, как сильно стучало сердце, как вас тошнило в желудке или у вас были проблемы с дыханием. Вы испытывали физиологическую часть эмоции — возбуждение — и я уверен, что у вас были подобные чувства в других ситуациях, возможно, когда вы были влюблены, злы, смущены, разочарованы или очень опечалены.

Если вы вспомните сильное эмоциональное переживание, вы можете задаться вопросом о порядке событий, которые произошли.Конечно, вы испытали возбуждение, но возникло ли возбуждение до, после или вместе с переживанием эмоции? Психологи предложили три разные теории эмоций, различающиеся гипотетической ролью возбуждения в эмоциях (рис. 11.4, «Три теории эмоций»).

Рис. 11.4. Три теории эмоций. Теория Кэннона-Барда предполагает, что эмоции и возбуждение возникают одновременно. Теория Джеймса-Ланге предполагает, что эмоция является результатом возбуждения. Двухфакторная модель Шахтера и Сингера предполагает, что возбуждение и познание объединяются для создания эмоций.

Если ваш опыт похож на мой, когда вы размышляли о возбуждении, которое вы испытали в сильных эмоциональных ситуациях, вы, вероятно, думали что-то вроде: «Я испугался, и мое сердце начало биться как сумасшедшее». По крайней мере, некоторые психологи согласны с этой интерпретацией. Согласно теории эмоций, предложенной Уолтером Кэнноном и Филипом Бардом, переживание эмоции (в данном случае «я боюсь») происходит наряду с переживанием возбуждения («мое сердце быстро бьется»). Согласно теории эмоций Кэннона-Барда , переживание эмоции сопровождается физиологическим возбуждением .Таким образом, согласно этой модели эмоций, когда мы осознаем опасность, частота сердечных сокращений также увеличивается.

Хотя идея о том, что переживание эмоции происходит наряду с сопровождающим ее возбуждением, кажется интуитивно понятной для нашего повседневного опыта, психологи Уильям Джеймс и Карл Ланге имели другое представление о роли возбуждения. Согласно теории эмоций Джеймса-Ланге , наше переживание эмоции является результатом возбуждения, которое мы испытываем .Этот подход предполагает, что возбуждение и эмоция не являются независимыми, а скорее эмоция зависит от возбуждения. Страх не возникает вместе с учащенным сердцебиением, а возникает из-за учащенного сердцебиения. Как выразился Уильям Джеймс: «Мы сожалеем, потому что плачем, злимся, потому что наносим удар, боимся, потому что дрожим» (Джеймс, 1884, с. 190). Фундаментальный аспект теории Джеймса-Ланге заключается в том, что разные модели возбуждения могут вызывать разные эмоциональные переживания.

Существуют научные данные, подтверждающие каждую из этих теорий.Работа быстрого эмоционального пути (рис. 11.4, «Медленные и быстрые эмоциональные пути») подтверждает идею о том, что возбуждение и эмоции возникают вместе. Эмоциональные цепи в лимбической системе активируются, когда испытывается эмоциональный стимул, и эти цепи быстро вызывают соответствующие физические реакции (LeDoux, 2000). Процесс происходит так быстро, что нам может казаться, будто эмоция происходит одновременно с нашим физическим возбуждением.

С другой стороны, как и предсказывает теория Джемса-Ланге, наши эмоциональные переживания слабее без возбуждения.Пациенты с травмами позвоночника, которые снижают их опыт возбуждения, также сообщают об уменьшении эмоциональных реакций (Hohmann, 1966). Существует также, по крайней мере, некоторая поддержка идеи о том, что разные эмоции вызываются разными паттернами возбуждения. У людей, которые видят полные страха лица, миндалевидное тело активируется сильнее, чем у тех, кто наблюдает сердитые или радостные лица (Whalen et al., 2001; Witvliet & Vrana, 1995), у нас красное лицо и покраснение, когда мы смущены, но не когда мы испытываем другие эмоции. (Лири, Бритт, Катлип и Темплтон, 1992), и когда мы испытываем сострадание, выделяются разные гормоны, чем когда мы испытываем другие эмоции (Оатли, Келтнер и Дженкинс, 2006).

Двухфакторная теория эмоций

В то время как теория Джеймса-Ланге предполагает, что каждая эмоция имеет различный паттерн возбуждения, двухфакторная теория эмоций придерживается противоположного подхода, утверждая, что возбуждение, которое мы испытываем, в основном одинаково для каждой эмоции и что все эмоции (включая основные эмоции) различаются только нашей когнитивной оценкой источника возбуждения. Двухфакторная теория эмоций утверждает, что переживание эмоции определяется интенсивностью переживаемого нами возбуждения, но что когнитивная оценка ситуации определяет, какой будет эмоция . Поскольку необходимы и возбуждение, и оценка, мы можем сказать, что у эмоций есть два фактора: фактор возбуждения и когнитивный фактор (Schachter & Singer, 1962): 90 003

эмоция = возбуждение + познание

В некоторых случаях человеку, испытывающему высокий уровень возбуждения, может быть трудно точно определить, какую эмоцию он или она испытывает. То есть человек может быть уверен, что испытывает возбуждение, но значение возбуждения (когнитивный фактор) может быть менее ясным.Некоторые романтические отношения, например, имеют очень высокий уровень возбуждения, и партнеры попеременно испытывают крайние взлеты и падения в отношениях. Сегодня они безумно влюблены друг в друга, а на следующий день они в большой ссоре. В ситуациях, сопровождающихся сильным возбуждением, люди могут не знать, какие эмоции они испытывают. Например, в отношениях с высоким уровнем возбуждения партнеры могут быть не уверены, является ли эмоция, которую они испытывают, любовью, ненавистью или тем и другим одновременно. Склонность людей неправильно обозначать источник возбуждения, которое они испытывают , известна как неправильное определение возбуждения .

Рисунок 11.5 Висячий мост Капилано. Возбуждение, вызванное высотой этого моста, было ошибочно истолковано как влечение мужчинами, у которых брала интервью привлекательная женщина, когда они пересекали его.

В одном интересном полевом исследовании, проведенном Даттоном и Ароном (1974), привлекательная молодая женщина подходила к отдельным молодым мужчинам, когда они пересекали шаткую длинную подвесную дорожку, нависающую на высоте более 200 футов над рекой в ​​Британской Колумбии (рис. 11.5, «Висячий мост Капилано»). Женщина попросила каждого мужчину помочь ей заполнить анкету класса. Когда он закончил, она написала свое имя и номер телефона на листе бумаги и предложила ему позвонить, если он захочет узнать больше о проекте. Более половины мужчин, опрошенных на мосту, позже позвонили женщине. Напротив, мужчины, к которым подошла одна и та же женщина на низком прочном мосту или у которых беседовали мужчины на висячем мосту, звонили значительно реже. Идея неправильной атрибуции возбуждения может объяснить этот результат — мужчины чувствовали возбуждение с высоты моста, но ошибочно приписывали его романтическому или сексуальному влечению к женщине, что повышало вероятность того, что они позвонят ей.

Фокус исследования: неверная атрибуция возбуждения

Если вы немного подумаете о своем собственном опыте различных эмоций и рассмотрите уравнение, которое предполагает, что эмоции представлены как возбуждением, так и познанием, вы можете начать задаваться вопросом, насколько многое определяется каждым из них.То есть, знаем ли мы, какие эмоции мы испытываем, наблюдая за своими чувствами (возбуждение) или наблюдая за своими мыслями (познание)? Мостовое исследование, о котором вы только что прочитали, могло бы дать вам ответ: похоже, на мужчин больше влияло их восприятие того, как они должны чувствовать (их познание), а не то, что они на самом деле чувствовали (свое возбуждение).

Стэнли Шахтер и Джером Сингер (1962) напрямую проверили это предсказание двухфакторной теории эмоций в ходе известного эксперимента. Шахтер и Сингер считали, что когнитивная часть эмоции имеет решающее значение — фактически, они считали, что возбуждение, которое мы испытываем, можно интерпретировать как любую эмоцию, если у нас есть для нее правильное название. Таким образом, они выдвинули гипотезу, что если человек испытывает возбуждение, для которого нет немедленного объяснения, этот человек «обозначает» это состояние с точки зрения познаний, которые создаются в его или ее среде. С другой стороны, они утверждали, что людям, у которых уже есть четкая метка для своего возбуждения, не нужно искать соответствующую метку, и поэтому они не должны испытывать эмоцию.

В ходе исследования мужчинам-участникам сказали, что они будут участвовать в исследовании влияния нового препарата, называемого супроксин, на зрение. Основываясь на этой легенде, мужчинам сделали инъекцию нейротрансмиттера адреналина, препарата, который обычно вызывает у людей ощущение тремора, покраснения и учащенного дыхания. Идея заключалась в том, чтобы подарить всем участникам опыт возбуждения.

Затем, в соответствии со случайным распределением по состояниям, мужчинам сказали, что препарат заставит их чувствовать себя определенным образом.Мужчинам в состоянии с эпинефрином, проинформированным , рассказали правду об эффектах препарата — что они, вероятно, испытают тремор, их руки начнут трястись, их сердца начнут колотиться, а их лица могут стать горячими и красными. Тем не менее, участникам -неосведомленного об эпинефрине состояния сказали что-то ложное — что их ноги будут чувствовать онемение, у них будет ощущение зуда в некоторых частях тела, и у них может быть небольшая головная боль.Идея заключалась в том, чтобы заставить некоторых мужчин думать, что возбуждение, которое они испытывали, было вызвано наркотиком ( информированное состояние ), в то время как другие не были уверены, откуда пришло возбуждение ( неинформированное состояние ).

Затем мужчин оставили наедине с сообщником, который, по их мнению, получил такой же укол. Пока они ждали начала эксперимента (который якобы был связан со зрением), сообщник вел себя дико и безумно (Шахтер и Сингер назвали это «эйфорическим» поведением).Он плевал шарики, летал на бумажных самолетиках и играл с хула-хупом. Он продолжал пытаться заставить участника присоединиться к его играм. Затем, прямо перед началом эксперимента со зрением, участников попросили указать свое текущее эмоциональное состояние по ряду шкал. Одной из эмоций, о которой их спрашивали, была эйфория.

Если вы следите за историей, вы поймете, что ожидалось: мужчины, у которых был ярлык для их возбуждения ( информированная группа ), не испытывали особых эмоций, потому что у них уже был ярлык для их возбуждения.С другой стороны, ожидалось, что мужчины из группы дезинформированных не будут уверены в источнике возбуждения. Им нужно было найти объяснение своему возбуждению, и сообщник его предоставил. Как вы можете видеть на рис. 11.6 «Результаты Шахтера и Сингера, 1962 г.» (слева), это именно то, что они нашли. Участники в дезинформированном состоянии с большей вероятностью испытывали эйфорию (измеряемую их поведенческими реакциями с сообщником), чем участники в информированном состоянии.

Затем Шахтер и Сингер провели еще одну часть исследования, используя новых участников. Все было точно так же, кроме поведения сообщника. Вместо того, чтобы впасть в эйфорию, он разозлился. Он жаловался на то, что ему приходится заполнять анкету, которую его попросили заполнить, указывая на то, что вопросы были глупыми и слишком личными. В конце концов он разорвал анкету, над которой работал, с криком: «Мне не нужно им это говорить!» Затем он схватил свои книги и выбежал из комнаты.

Как вы думаете, что произошло в этом состоянии? Ответ тот же: дезинформированные участники испытывали больше гнева (опять же, судя по их поведению в течение периода ожидания), чем информированные участники. (Рисунок 11.6, «Результаты Шахтера и Сингера, 1962 г.», правая сторона). Идея состоит в том, что, поскольку когниции являются такими сильными детерминантами эмоциональных состояний, одно и то же состояние физиологического возбуждения может быть обозначено множеством различных способов, полностью зависящих от ярлыка, даваемого социальной ситуацией. Как выразились Шахтер и Сингер: «В случае состояния физиологического возбуждения, для которого у человека нет непосредственного объяснения, он «навешивает» это состояние и описывает свои чувства в терминах доступных ему когниций» (Schachter & Singer, 1962, р. стр. 381).

Рисунок 11.6. Результаты Schachter and Singer, 1962. Результаты исследования Schachter and Singer (1962) подтверждают двухфакторную теорию эмоций. Участники, у которых не было четкого обозначения своего возбуждения, взяли на себя эмоции сообщника.

Поскольку предполагается, что возбуждение является постоянным для всех эмоций, двухфакторная теория также предсказывает, что эмоции могут передаваться или распространяться от одного сильно возбуждающего события к другому. Моя университетская баскетбольная команда недавно выиграла чемпионат по баскетболу, но после окончательной победы некоторые студенты устроили беспорядки на улицах возле кампуса, зажигая костры и сжигая машины. Это кажется очень странной реакцией на такой положительный результат для университета и студентов, но ее можно объяснить распространением возбуждения, вызванного счастьем, на деструктивное поведение. Принцип передачи возбуждения относится к явлению, которое возникает, когда люди, уже испытывающие возбуждение от одного события, склонны также испытывать несвязанные эмоции сильнее .

Таким образом, у каждой из трех теорий эмоций есть что-то, что подтверждает ее. С точки зрения Кэннон-Барда, эмоции и возбуждение обычно субъективно переживаются вместе, и распространение происходит очень быстро. В поддержку теории Джеймса-Ланге имеются по крайней мере некоторые доказательства того, что возбуждение необходимо для переживания эмоции и что модели возбуждения различны для разных эмоций.И в соответствии с двухфакторной моделью также есть доказательства того, что мы можем по-разному интерпретировать одни и те же модели возбуждения в разных ситуациях.

Передача эмоций

Помимо внутреннего переживания эмоций, мы также выражаем их другим и узнаем об эмоциях других, наблюдая за ними. Этот коммуникационный процесс развивался с течением времени и является высоко адаптивным. Одним из способов, которым мы воспринимаем эмоции других, является их невербальная коммуникация , то есть коммуникация, в первую очередь симпатия или антипатия, которая не включает слов (Ambady & Weisbuch, 2010; Andersen, 2007).Невербальная коммуникация включает в себя наш тон голоса, походку, позу, прикосновения и выражение лица, и мы часто можем точно определить эмоции, которые испытывают другие люди через эти каналы. В Таблице 11.1 «Некоторые распространенные невербальные коммуникаторы» показаны некоторые важные невербальные формы поведения, которые мы используем для выражения эмоций и некоторой другой информации (в частности, симпатия или неприязнь, доминирование или подчинение).

Таблица 11.1 Некоторые распространенные невербальные коммуникаторы.
[Пропустить таблицу]
Невербальный сигнал Описание Примеры
Проксемика Правила надлежащего использования личного пространства Находясь ближе к кому-то, можно выразить симпатию или доминирование.
Внешний вид кузова Выражения, основанные на изменениях нашего тела Бодибилдинг, увеличение груди, похудение, пирсинг и татуировки часто используются для того, чтобы казаться другим более привлекательными.
Положение тела и движения Выражения, основанные на том, как выглядит наше тело Более «открытое» положение тела может означать симпатию; более высокая скорость ходьбы может сообщать о доминировании.
Жесты Поведение и знаки, сделанные нашими руками или лицами Знак мира выражает симпатию; «палец» выражает неуважение.
Выражение лица Разнообразие эмоций, которые мы выражаем или пытаемся скрыть через наше лицо Улыбка или хмурый взгляд, пристальное или избегающее взгляда на другого может выражать симпатию или неприязнь, а также доминирование или подчинение.
Параязык Ключи к идентификации или эмоциям, содержащиеся в наших голосах Произношение, акценты и диалекты могут использоваться для выражения идентичности и симпатии.

Как не существует универсального разговорного языка, так и универсального невербального языка.Например, в Канаде мы выражаем неуважение, показывая средний палец (палец или птицу). Но в Великобритании, Ирландии, Австралии и Новой Зеландии знак V (сделанный тыльной стороной ладони к получателю) служит той же цели. В странах, где говорят по-испански, по-португальски или по-французски, жест, в котором поднят кулак и хлопают по бицепсу, эквивалентен пальцу, а в России, Индонезии, Турции и Китае жест, в котором рука и пальцы согнуты, а большой палец засунут между средним и указательным пальцами для той же цели.

Самым важным коммуникатором эмоций является лицо. Лицо состоит из 43 различных мышц, которые позволяют ему создавать более 10 000 уникальных конфигураций и выражать самые разные эмоции. Например, счастье выражается улыбками, которые создаются двумя основными мышцами, окружающими рот и глаза, а гнев создается опущенными бровями и плотно сжатыми губами.

Лицо не только помогает нам выражать эмоции, но и помогает нам их чувствовать. Гипотеза лицевой обратной связи предполагает, что движения наших лицевых мышц могут вызывать соответствующие эмоции . Фриц Штрак и его коллеги (1988 г.) попросили участников исследования подержать ручку в зубах (имитируя улыбку на лице) или между губами (аналогично хмурому взгляду), а затем попросили их оценить забавность мультфильма. Они обнаружили, что карикатуры оценивались как более забавные, когда ручку держали в положении улыбки — субъективное переживание эмоций усиливалось действием лицевых мышц.

Эти и подобные им результаты показывают, что наше поведение, в том числе выражение лица, влияет на наш аффект и находится под его влиянием. Мы можем улыбаться, потому что мы счастливы, но мы также счастливы, потому что мы улыбаемся. И мы можем стоять прямо, потому что мы горды, но мы гордимся тем, что стоим прямо (Stepper & Strack, 1993).

Ключевые выводы

  • Эмоции — это обычно адаптивные психические и физиологические состояния чувств, которые направляют наше внимание и определяют наше поведение.
  • Эмоциональные состояния сопровождаются возбуждением, нашим переживанием телесных реакций, создаваемых симпатическим отделом вегетативной нервной системы.
  • Мотивация — это сила, направляющая поведение. Они могут быть биологическими, такими как голод и жажда; личные, такие как мотивация достижения; или социальные, такие как мотивация принятия и принадлежности.
  • Наиболее фундаментальными эмоциями, известными как базовые эмоции, являются гнев, отвращение, страх, счастье, печаль и удивление.
  • Когнитивная оценка также позволяет нам испытывать множество вторичных эмоций.
  • Согласно теории эмоций Кэннона-Барда, переживание эмоции сопровождается физиологическим возбуждением.
  • Согласно теории эмоций Джеймса-Ланге, наше переживание эмоции является результатом возбуждения, которое мы испытываем.
  • Согласно двухфакторной теории эмоций, переживание эмоции определяется интенсивностью переживаемого нами возбуждения, а когнитивная оценка ситуации определяет, какой будет эмоция.
  • Когда люди неправильно обозначают источник испытываемого ими возбуждения, мы говорим, что они неверно приписывают свое возбуждение.
  • Мы выражаем свои эмоции другим через невербальное поведение и узнаем об эмоциях других, наблюдая за ними.

Упражнения и критическое мышление

  1. Рассмотрим три теории эмоций, которые мы обсуждали, и приведем пример ситуации, в которой человек может испытывать каждый из трех предложенных паттернов возбуждения и эмоций.
  2. Опишите случай, когда вы использовали невербальное поведение, чтобы выразить свои эмоции или определить эмоции других. Какие конкретно невербальные приемы вы использовали для общения?

Каталожные номера

Амбади, Н., и Вайсбух, М. (2010). Невербальное поведение. В С. Т. Фиске, Д. Т. Гилберте и Г. Линдзи (ред.), Справочник по социальной психологии (5-е изд., том 1, стр. 464–497). Хобокен, Нью-Джерси: John Wiley & Sons.

Андерсен, П. (2007). Невербальное общение: формы и функции  (2-е изд.). Лонг-Гроув, Иллинойс: Waveland Press.

Дамасио, А. (2000). Ощущение того, что происходит: Тело и эмоция в формировании сознания . Нью-Йорк, штат Нью-Йорк: Mariner Books.

Дамасио, А. Р. (1994). Ошибка Декарта: эмоции, разум и человеческий мозг . Нью-Йорк, штат Нью-Йорк: Гроссет / Патнэм.

Дейкстерхуис, А., Бос, М.В., Нордгрен, Л.Ф., и ван Баарен, Р.Б. (2006). О правильном выборе: эффект размышления без внимания. Наука, 311 (5763), 1005–1007.

Даттон Д. и Арон А. (1974). Некоторые свидетельства повышенного сексуального влечения в условиях высокой тревожности. Журнал личности и социальной психологии, 30 , 510–517.

Экман, П. (1992). Существуют ли базовые эмоции? Psychological Review, 99 (3), 550–553.

Эльфенбейн, Х.А., и Амбади, Н. (2002). Об универсальности и культурной специфике распознавания эмоций: метаанализ. Психологический бюллетень, 128 , 203–23.

Фридлунд, А. Дж., Экман, П., и Остер, Х. (1987). Выражение эмоций на лице. В книге А. Зигмана и С. Фельдштейна (ред.), Невербальное поведение и общение (2-е изд., стр. 143–223). Хиллсдейл, Нью-Джерси: Lawrence Erlbaum Associates.

Hohmann, GW (1966). Некоторые эффекты поражения спинного мозга на переживаемые эмоциональные переживания. Психофизиология, 3 (2), 143–156.

Джеймс, В. (1884 г.). Что такое эмоция? Разум, 9 (34), 188–205.

Лири, М.Р., Бритт, Т.В., Катлип, В.Д., и Темплтон, Дж.Л. (1992). Социальное покраснение. Психологический бюллетень, 112 (3), 446–460.

Леду, Дж. Э. (2000). Цепи эмоций в мозгу. Annual Review of Neuroscience, 23 , 155–184.

Мартин, Л.Л., и Тессер, А. (2006). Расширение теории размышлений о прогрессе цели: переоценка и рост цели. В LJ Sanna & E.C. Chang (Eds.), Суждения во времени: взаимодействие мыслей, чувств и поведения  (стр.145–162). Нью-Йорк, штат Нью-Йорк: Издательство Оксфордского университета.

Нордгрен, Л.Ф., и Дейкстерхуис, А.П. (2009). Дьявол кроется в размышлении: слишком много размышлений снижает согласованность предпочтений. Journal of Consumer Research, 36 (1), 39–46.

Оутли, К., Келтнер, Д., и Дженкинс, Дж. М. (2006). Понимание эмоций  (2-е изд.). Молден, Массачусетс: Блэквелл.

Окснер, К. Н., Бунге, С. А., Гросс, Дж. Дж., и Габриэли, Дж. Д. Е. (2002). Переосмысление чувств: МРТ-исследование когнитивной регуляции эмоций. Journal of Cognitive Neuroscience, 14 (8), 1215–1229.

Рассел, Дж. А. (1980). Циркулярная модель аффекта. Журнал личности и социальной психологии , 39, 1161–1178.

Шахтер, С., и Сингер, Дж. (1962). Когнитивные, социальные и физиологические детерминанты эмоционального состояния. Психологический обзор, 69 , 379–399.

Степпер С. и Страк Ф. (1993). Проприоцептивные детерминанты эмоциональных и неэмоциональных чувств. Журнал личности и социальной психологии, 64 (2), 211–220.

Страк, Ф., Мартин, Л., и Степпер, С. (1988). Ингибирующие и облегчающие условия человеческой улыбки: ненавязчивая проверка гипотезы лицевой обратной связи. Журнал личности и социальной психологии, 54 (5), 768–777. дои: 10.1037/0022-3514.54.5.768

Уэлен, П.Дж., Шин, Л.М., Макинерни, С.К., Фишер, Х., Райт, К.И., и Раух, С.Л. (2001). Функциональное МРТ-исследование реакций миндалевидного тела человека на выражение лица страха по сравнению с гневом. Эмоция, 1 (1), 70–83;

Уилсон, Т. Д., и Скулер, Дж. В. (1991). Слишком много думать: самоанализ может снизить качество предпочтений и решений. Журнал личности и социальной психологии, 60 (2), 181–192.

Витвлит, К.В., и Врана, С.Р. (1995). Психофизиологические реакции как показатели аффективных измерений. Психофизиология, 32 (5), 436–443.

Атрибуты изображения

Рисунок 11.2: Адаптировано из Russell, 1980.
Рисунок 11.5: Висячий мост Capilano от Goobiebilly (http://commons. wikimedia.org/wiki/File:Capilano_suspension_bridge_-g.jpg), используемый в соответствии с CC-BY 2.0 (http://creativecommons.org/licenses/by /2.0/deed.ru).

Рисунок 11.6: Адаптировано из Schachter & Singer, 1962.

Длинные описания

Подробное описание рисунка 11.2: вторичные эмоции
Уровень возбуждения Неприятный Приятный
Легкая
  • Несчастный
  • Грустный
  • Депрессия
  • Мрачный
  • Скучно
  • Друпи
  • Содержание
  • Удовлетворен
  • Непринужденно
  • Безмятежный
  • Спокойствие
  • Расслабленный
  • Сонный
  • Усталый
Интенсивный
  • Тревога
  • Боюсь
  • Злой
  • Интенсивный
  • Раздраженный
  • Разочарование
  • Проблемный
  • Удивленный
  • Возбужденный
  • Забавно
  • Счастливый
  • В восторге
  • Рад, доволен

[Вернитесь к рисунку 11. 2]

Гуманитарные науки | Бесплатный полнотекстовый | Психологический взгляд на замещающее смущение и стыд в контексте юмора, вызывающего угрызения совести

1. Введение

«Некоторое время я думал об усыновлении. Маленький ребенок третьего мира. (…) Я бы не добавлял к проблеме населения. Я бы облегчил существующую проблему. Молодой ребенок, рожденный не по своей вине в условиях крайней нищеты, он бы умер, я могу буквально спасти ему жизнь и дать ему прекрасное воспитание. Верно?» (Рики Джервейс, «Человечество»).

Такими шутками Жерве годами смешил большую аудиторию, независимо от их предполагаемого расистского и классового подтекста — или, может быть, благодаря им? Это шутка, которая бьет вверх или вниз (тема, поднятая Рики Жерве позже в том же шоу)? Кто объект шутки: «ребенок третьего мира» или потенциальные усыновители? О чем шутка: усыновление или спасение? Что эта шутка говорит о собственных взглядах и ценностях Жерве, и разделяют ли их зрители?

Комедия Скрипа — явление многогранное, сложное. Он описывается как жанр комедии, который находится именно на этих границах согласованных в настоящее время социальных норм и политической корректности. Он основан на харизматичных, симпатичных провокаторах, которые используют нарушающий нормы раболепный юмор и вытекающую из этого неловкость как своего рода «выпускной клапан» для вмешательства в более или менее стабильные системы социальных норм (Котско, 2010). Таким образом, скривляющийся юмор сочетает в себе две, казалось бы, противоположные эмоциональные реакции: приятное переживание веселья и смеха и неприятное переживание смущения или стыда из-за нарушения норм другими людьми.Смех над комедией съеживания кажется «неправильным, но приемлемым», и утверждалось, что именно эта комбинация нарушения — то есть угроза благополучию наблюдателя или нормативной системе убеждений — и одновременное восприятие этого нарушения безвредно, это лежит в основе юмористических переживаний (гипотеза доброкачественного нарушения; McGraw and Warren 2010; Warren and Mcgraw 2015). Хотя человек также может съеживаться от отвращения или чувствовать себя некомфортно из-за стабильных физических особенностей других, использование действий, чтобы смутить аудиторию, является центральным элементом юмора съеживания.Понимание того, почему мы съеживаемся из-за поведения других, когда мы это делаем, и какие обстоятельства влияют на наши суждения и действия в качестве аудитории, может дать представление о социальных последствиях съеживания юмора. Опираясь на точку зрения психологических исследований, мы подробно изучаем, как эти эмоциональные реакции изучались, когда они возникают и как они формируют взаимодействие аудитории и актера/актрисы, как они связаны с пониманием мыслей, действий и эмоций других людей и как их можно использовать для провоцирования дискуссий о текущих социальных нормах.

2. Отвращение, смущение и стыд

Людей называют «ультрасоциальным видом» (Tomasello 2014). Таким образом, мы развили навыки, которые позволяют нам предсказывать поведение других и представлять внутренние состояния, которые обычно недоступны простому наблюдению (Херрманн и др. , 2007; Кампис и Саутгейт, 2020). Мы можем разделять эмоции других, рассуждать о том, что может происходить у них в голове, и размышлять о собственном поведении и его уместности в постоянно меняющихся социальных контекстах.Однако осознание социальных правил и наших социальных возможностей имеет уникальные последствия: люди восприимчивы к чувствам смущения и стыда. Хотя эти две эмоции имеют сходство и часто взаимозаменяемы в повседневной жизни, их психологическая диссоциация дает ценную информацию для понимания сквернословия. В психологических исследованиях стыд и смущение описываются как «социальные» (Харели и Паркинсон, 2008), « мораль» (Tangney et al., 2007) или «эмоции самосознания» (Tracy and Robins, 2004), которые отличаются от так называемых «базовых» эмоций, таких как радость, гнев или печаль (Izard, 1971; Ekman, 1992). ).В отличие от базовых эмоций, социальные эмоции требуют способности оценивать собственное поведение в социальном контексте и, таким образом, когнитивно более сложны и служат конкретной цели регулирования межличностного поведения (Tracy et al. , 2007; Hareli and Parkinson, 2008). Хотя стыд и смущение имеют большое семантическое совпадение в нескольких языках (Lutz, 1982; Shaver et al., 1987), психологические исследования смогли выявить некоторые заметные различия между этими эмоциональными понятиями. Чтобы изучить эти различия, Tangney et al.(1996) попросили участников описать биографические события, когда они чувствовали стыд или смущение. Их анализ показал, что то, связано ли событие со стыдом или смущением, зависит от нескольких факторов: в то время как обе эмоции переживаются после личностно значимых неудач или проступков, смущение возникает в ситуациях, связанных с довольно тривиальными социальными проступками (Buss, 1980; Tangney et al., 1996). . Например, ситуации, которые обычно вызывают смущение, включают физическую неумелость, психические провалы или неспособность поддерживать надлежащий уровень конфиденциальности перед другими (Keltner and Anderson, 2000).Эти типы нарушения норм не имеют серьезных моральных последствий и часто вызывают смех (Tangney et al. , 1996), возможно, потому, что они воспринимаются как относительно безобидные (McGraw and Warren, 2010). унижение, неполноценность и бесполезность, а проступок интерпретируется как отражение «плохого я», а не как банальный инцидент (Tangney et al., 1992; Tangney et al., 1996). Что еще более важно, смущение возникает только во время событий, которые предполагают некоторую форму публичности, присутствие других или, проще говоря, аудиторию.В отличие от стыда, который также возникает при созерцании своих недостатков наедине, смущение редко возникает в одиночестве (Tangney et al., 1996; Müller-Pinzler et al., 2015). В этих редких случаях переживание формируется беспокойством о том, что могла бы подумать воображаемая аудитория, если бы узнала о происшествии (Miller, 1996; Tangney et al., 1996). Кроме того, по сравнению со стыдом, смущение также чаще возникает перед большой аудиторией, часто состоящей из знакомых и незнакомцев, а не близких людей (Tangney et al.1996). Быть социально интегрированным и положительно оцениваемым сверстниками считается ключом к выживанию человека (Macdonald and Leary, 2005; Eisenberger, 2012), а социальная изоляция и изоляция связаны с негативными эмоциональными последствиями и последствиями для здоровья (Holt-Lunstad et al. , 2015). ; Качиоппо и Качиоппо, 2018). Считается, что смущение и стыд служат «эмоциональным моральным барометром», который обеспечивает обратную связь о социальной и моральной приемлемости человека с целью предотвращения социальной изоляции (Tangney et al.2007). В то время как стыд часто возникает при размышлениях о своем прошлом поведении, смущение описывается как более немедленная реакция на внезапную угрозу нежелательной негативной оценки со стороны других (Mosher and White 1981; Miller 2007). Таким образом, смущению иногда приписывают функцию, сравнимую с физической болью: так же, как физическая боль сигнализирует о телесных повреждениях, о которых необходимо позаботиться (Eccleston and Crombez, 1999), считается, что смущение сигнализирует об угрозе социальному имиджу человека. в форме потенциального неодобрения, отказа или обесценивания (Miller 2007).По этой причине смущение также описывалось как форма социальной боли (Eisenberger et al., 2003; Krach et al., 2011; Kross et al., 2011). «Острое состояние испуга, взволнованного смущения и досады» (Miller 1996), сравнимое с тем, что можно испытать во время съеживания юмора, было связано с немедленными физиологическими реакциями, такими как учащение пульса, кровяное давление и изменение проводимости кожи. а также расширение зрачков, покраснение и увеличение нейронной активации в областях мозга, связанных с высоким возбуждением (Mulkens et al.1999 г.; Ширн и др. 1999 г.; Драммонд и др. 2003 г.; Крайбиг 2010; Мюллер-Пинцлер и др. 2015). Когда мы смотрим телесериал или стендап-комедию, основанную на юморе, мы часто испытываем эту немедленную аффективную и физиологическую реакцию в собственном теле. Важно отметить, что мы испытываем этот дискомфорт не из-за наших собственных неудач, а косвенно из-за плохого поведения главного героя (то есть цели) (Крач и др., 2011). Важно отметить, что наблюдение за социальными проступками других также может вызвать замещающее чувство стыда при соблюдении определенных условий.С теоретической точки зрения заместительный стыд возникает всякий раз, когда поведение объекта угрожает самооценке наблюдателя, независимо от собственного поведения наблюдателя (Welten et al. 2012). Это предполагает выраженную связь между целью и наблюдателем — например, общую социальную идентичность, такую ​​как семья, национальность или членство в партии (Lickel et al. 2005; Welten et al. 2012). Заместительный стыд, как и стыд от первого лица, связан с поведением, которое имеет серьезные моральные последствия для социальной группы в целом и подрывает их общую идентичность.Например, в одном исследовании граждане США столкнулись с новостной статьей, описывающей проблемы в послевоенном Ираке, вызванные американской оккупацией, такие как плохое планирование, ведущее к нехватке воды и нарушению общественного порядка, а также негативное отношение иракских граждан к американцам. Участники, которые воспринимали эти условия как угрозу своему национальному имиджу, скорее всего, сообщали о стыде, в то время как не было никакой связи между воспринимаемой угрозой имиджу и гневом или чувством вины (Iyer et al. 2007). По сравнению с замещающим стыдом замещающее смущение не требует каких-либо отношений между наблюдателем и мишенью, хотя оно может модулироваться социальной близостью (Müller-Pinzler et al. 2016), и с большей вероятностью возникает после менее серьезных, часто юмористических инцидентов. Взятый вместе, съедобный юмор может вызвать косвенное смущение и стыд, в зависимости от отношений между наблюдателем и целью. Понимание причин и следствий этих двух эмоциональных переживаний помогает объяснить, как скрюченный юмор способствует обсуждению текущих норм и ценностей.

3. Интенциональность и осознание: глубинные аспекты ситуаций, вызывающих замещающее смущение и стыд

Чтобы понять когнитивные механизмы, лежащие в основе замещающих эмоций у наблюдателей, в психологических исследованиях использовались различные подходы к вызыванию этих переживаний.Классические экспериментальные исследования изучали вторичные реакции смущения — например, участников исследования просили смотреть, как близкий друг или незнакомец поет звездно-полосатое знамя, стоя на столе (Шерн и др., 1999). Выставляя цель в поле зрения публики при совершении нарушения нормативных требований, было показано, что близкие друзья жертвы краснеют чаще, чем наблюдатели, не имевшие близких отношений с жертвой (Colvin et al. , 1997; Thomas and Fletcher). 1997; Ширн и др.1999). Покраснение в этом сценарии было приписано эмпатии, то есть процессу непосредственного разделения аффективного состояния другого человека (de Vignemont and Singer, 2006), которому способствует социальная близость (Colvin et al., 1997; Thomas and Fletcher, 1997; Shearn et al. , 1999). Предполагается, что эмпатия наблюдателя к цели вызывается обращением к его или ее собственному прошлому опыту в подобных ситуациях (Crozier, 1998). Миллер (1987) также выдвинул гипотезу о том, что «сохранение лица в социальных взаимодействиях, по-видимому, является настолько важной задачей и настолько ненадежным предприятием, что представление себя на месте смущенного другого может вызвать эмпатическое смущение» (Миллер, 1987, с. .9). В приведенной выше ситуации наблюдатели могут непосредственно разделять смущение главного героя, выражая это посредством такого поведения, как покраснение, скрытие лица или отведение взгляда, и тем самым имитируя угрозу, которую это представляло бы для их собственной социальной репутации, если бы они находились в зоне действия главного героя. место. Таким образом, замещающее смущение сигнализирует о том, что на карту поставлена ​​социальная репутация другого человека и что может потребоваться социальная поддержка.

Однако, хотя описанный сценарий стимулировал эмпирические исследования викарного смущения, он довольно необычен и не может быть обобщен на повседневную жизнь или на различные способы понимания викарного смущения и стыда в контексте сквернословного юмора.На самом деле, наблюдатели сообщают о смущении и стыде в различных ситуациях с различимыми психологическими структурами, и, возможно, стоит более глубоко концептуализировать природу этих ситуаций. Чаще всего социальные мишени не ставили бы себя в неловкое положение намеренно, распевая Усеянное звездами знамя, стоя на столе, если бы их не поощряли к выступлению в целях исследования. Чаще замещающее смущение возникает в ответ на жертвы, которые случайно нарушают социальный этикет или общественную норму.

Это открывает наше первое концептуальное различие: идею интенциональности. Опираясь на исследование опыта смущения от первого лица (Miller and Tangney 1994; Tangney et al. 1996; Müller-Pinzler et al. 2015), приписываемый преднамеренный или непреднамеренный характер проступка влияет на то, что наблюдатели думают о мишени. Случайные неудачи не обязательно отражают личный характер или недостатки личности, поскольку поведение вполне может быть вызвано особенностями конкретной ситуации.Напротив, предположение о том, что актор намеренно нарушил социальную норму, позволяет наблюдателям сделать выводы о характере цели, поскольку цель контролирует свои действия и может нести соответствующую ответственность. Другим концептуальным отличием является осознание социальной мишенью происходящего несчастного случая или нормативного нарушения. В отличие от непосредственного смущения, которое по существу требует осознания проступка, наблюдатели также могут испытывать замещающее смущение, когда социальная мишень не имеет представления о бестактности (Krach et al.2011 г.; Паулюс и др. 2015). Эти атрибуции «преднамеренности» и «осведомленности» приводят к уникальным ситуационным конфигурациям, которые по-разному применяются в съедобной комедии. Сначала мы покажем, как эти параметры помогают структурировать ситуации, используемые в юмористическом юморе, а затем подробно рассмотрим их последствия.
3.1. Непреднамеренное нарушение и осознанная цель («Спотыкание на сцене»)
Случайные происшествия, изображаемые неумелыми главными героями, которые полностью осознают, что происходит, были центральным элементом фарса с самого начала комедийных фильмов в начале 1920-х годов.Хотя сценарии, представленные в фильмах, далеко не непреднамеренны, исследования показали, что зрители воспринимают фильмы как иллюзии вымышленного мира, в котором они физически присутствуют в качестве свидетелей, что создает ощущение реальности и вызывает эмоции, сходные с реальными ситуациями. Тан, 1995; Зиллманн, 2006). Таким образом, столкновение с кажущимися случайными неудачами в фильмах, вероятно, вызовет те же эмоциональные реакции, что и наблюдение за реальными случайными неудачами, несмотря на то, что известно, что сцены постановочные. Известным примером является «За экраном» Чарли Чаплина (1916) и его сцена с бросанием пирога, которую впоследствии использовали многие другие комики, чтобы проиллюстрировать случайные ошибки (которые, однако, часто заканчиваются хаотическими драками пирогов). Такое неуклюжее и неуклюжее поведение как спусковой крючок для косвенного смущения до сих пор составляет большую часть сцен в современных комедиях. Более свежий пример такой «бытовой неловкости» (Котско 2010) иллюстрирует фильм «Умерь свой энтузиазм» (2 сезон, серия «Шак»), в котором Ларри Дэвид сидит, вытянув ноги, в первом ряду баскетбольного матча НБА и делает Звездный игрок «Лейкерс» Шакил О’Нил случайно споткнулся.В отличие от переживания смущения из-за собственной неудачи, здесь наблюдатель когнитивно переключает точки зрения на других действующих лиц сцены. В дополнение к пониманию того, что публичное происшествие, такое как поездка звездного игрока «Лейкерс», имеет социальные последствия (принимая во внимание и понимание социального этикета как должное), наблюдатели признают, что несчастный главный герой разделяет эту точку зрения (т. е. , также оценивая и приспосабливаясь к ситуативному социальному этикету), чувствует себя смущенным и предотвратил бы затруднительное положение, если бы это было возможно.Хотя эмоциональное переживание после таких незначительных инцидентов обычно представляет собой замещающее смущение, эти ситуации также могут вызывать замещающий стыд. Если аудитория каким-то образом идентифицирует себя с целью, неловкое поведение цели может быть воспринято как стереотипный пример группы, которая, по ее мнению, представлена ​​аудиторией. В этом случае поведение мишени может угрожать социальному имиджу аудитории и спровоцировать вторичный стыд.
3.2. Непреднамеренное нарушение и неосознанная цель («Шпинат в зубах»)
Интересно, что наблюдатели также могут испытывать смущение или стыд за главного героя, который не обращает внимания на свою оплошность (Krach et al.2011 г.; Паулюс и др. 2015 г.; Майер и др. 2020). Сюда входят моменты, в которых цель случайно нарушает норму, не замечая этого, в то время как аудитория полностью осознает инцидент. Классические примеры включают расстегнутую ширинку, кусочек шпината, застрявший в зубах, или выход из ванной с прилипшей к обуви туалетной бумагой. Такие ситуации имеют давнюю традицию в комедиях фарса, но также появлялись в фильмах с 1920-х годов. Ярким, более современным примером является печально известная сцена перепутывания геля для волос в фильме «Кое-что о Мэри» (1998) и момент, когда Кэмерон Диаз спрашивает Бена Стиллера: «Что это?».Опять же, предполагается, что кинозрители и главные герои (в данном случае Кэмерон Диаз и Бен Стиллер) придерживаются одной и той же нормативной системы отсчета и согласны с тем, что инцидент будет считаться неуместным, если им указать на несчастный случай. Однако важно то, что, поскольку главные герои совершенно не осознают, что происходит в этой сцене, сцена может продолжать разыгрываться, а зрители вынуждены смотреть и сочувствовать им, пока они продолжают свой путь к раскрытию несчастья.Хотя наблюдатели не могут эмпатически разделить эмоциональный опыт жертвы в этот конкретный момент (поскольку ни Диас, ни Стиллер не имеют представления о затруднительном положении), они могут предвидеть момент, когда цель узнает об этом, или представить себя на месте цели, что приводит к опыт смущения. В реальных сценариях это позволяет наблюдателям вмешиваться и помогать цели, указывая на неудачу. Помимо этих двух возможных сценариев случайной повседневной неловкости (Коцко, 2010), ситуации, в которых главный герой добровольно нарушает социальную норму, также могут вызывать сильные заместительные реакции.
3.3. Преднамеренное нарушение и осознающая цель («Аблеистская шутка»)
Во-первых, существуют ситуации, которые вызывают у наблюдателей косвенные реакции, в которых главный герой воспринимается как преднамеренно нарушающий социальное правило или моральный стандарт, обладая при этом знаниями о лежащей в основе норме (например, используя неуместные язык; сексистские/расистские/эйблистские шутки). Примеры из комедийных шоу, которые извлекают выгоду из такой нарушающей нормы «радикальной неловкости» (Kotsko 2010), включают, среди многих других, «Офис» и « Умерь свой энтузиазм» .В «Умерь свой энтузиазм» (сезон 7, серия 5: «Дениз-инвалид») Ларри Дэвид начинает флиртовать с Дениз, которая сидит за столиком в кафе. Как только он понимает, что Дениз инвалид и сидит в инвалидной коляске, он начинает открыто демонстрировать свое неприятие. В отличие от приведенных выше ситуаций случайной, бытовой неловкости, здесь нормативная система взглядов намеренно не подчиняется герою, создавая конфликт между ожиданиями аудитории и поведением объекта.Что делает эту сцену вызывающей недовольство, так это тот факт, что Ларри Дэвид якобы осознает очевидное неуважение и нарушение условностей, но все же предпочитает вести себя таким образом. Это несоответствие между оценкой, но не знанием текущих социальных норм мишенью и наблюдателями, имеет двоякое последствие: наблюдение за происходящим может сначала заставить наблюдателей осознать возможные имплицитные эйблейлистские установки. Осознание потенциальных несоответствий между «актуальным Я» и «идеальным или должным Я» (Higgins et al.1987) можно разрешить с помощью «клапана съеживания» (Коцко 2010), тем самым убеждая себя в том, что человек «не вел бы себя так же». Однако эти размышления также могут вызывать чувство стыда, если наблюдаемое поведение рассматривается как похожее на собственные прошлые отношения или поведение. Как правило, эмоциональная реакция на такого рода ситуации вызывает желание уйти от ситуации, цели или общей социальной идентичности (Lickel et al., 2005; Schmader and Lickel, 2006). Таким образом, этот тип поведения отличается от поведения, которое наблюдатели часто демонстрируют в ответ на случайные нарушения норм, которые заключаются в том, чтобы предложить поддержку и поощрение несчастной цели (Miller 2007).Если возникает смех, это говорит о том, что аудитория лишь слабо привержена нарушенной норме или воспринимает ситуацию как психологически отдаленную (McGraw, Warren, 2010). Это может быть особенно трудно для наблюдателей, которые ежедневно становятся жертвами представленных нарушений (например, эйблистских шуток).
3.4. Намеренная трансгрессия и неосознанная цель («самовосхваление»)

Наконец, косвенные реакции, такие как смущение, могут возникать в ситуациях, в которых протагонисты намеренно демонстрируют нетрадиционное поведение, чтобы его можно было рассматривать в положительном свете, но не понимают, что нормативные рамки ссылка не передается наблюдателям. Как и в примере со шпинатом в зубах, главный герой не осознает неуместности ситуации. Однако здесь ситуация нагнетается намеренно. В этих ситуациях часто участвуют главные герои, которые хвастаются своими успехами, символами статуса и физическими способностями или чрезмерно тщеславны, совершенно не обращая внимания на тот факт, что аудитория воспринимает такое поведение как неуместное в данном контексте. В последнее время такие сценарии были использованы в комедии и составляют значительное количество сцен в таких сериалах, как «Датский Кловн» (в Германии: «Придурки»), «Офис» (в Германии: «Стромберг») и, опять же, «Умерь свой энтузиазм».Одной из ставших уже классикой показательных ситуаций является «Танец Дэвида Брента» («Офис», серия 1, серия 5: «Благотворительность»), в которой Дэвид (в исполнении Рики Жерве) демонстрирует свои танцевальные способности перед сотрудниками своего офиса. В этой ситуации Дэвид Брент, кажется, думает, что его работа хорошо принята его персоналом, но это не так. В отличие от вышеприведенного примера с «эйблистской шуткой», такие проступки используются не для того, чтобы спровоцировать аудиторию или пошутить за счет других, а скорее отражают искреннее неверное суждение актера об ожиданиях аудитории или требованиях конкретной ситуации.Опять же, эти ситуации имеют высокий потенциал вызвать вторичный стыд, а не смущение, если цель напоминает наблюдателю о своих прошлых недостатках или если между целью и наблюдателем существуют заметные отношения (общая социальная идентичность).

3.5. Эгоцентризм аудитории
Во всех конфигурациях осознанности и интенциональности замещающее смущение является результатом уникальной человеческой способности понимать намерения, мысли и эмоции другого человека.Однако эти ситуации также показывают, что процесс имитации чужого опыта заякорен эгоцентрически. Это означает, что наблюдатели представляют внутренние состояния других на основе своих собственных знаний и суждений о ситуации, при этом результирующее эмоциональное состояние не обязательно соответствует эмоциональному состоянию объекта (Marcus et al. , 1996). Например, в ситуациях, когда цель не знает о продолжающейся бестактности, наблюдатели чувствуют себя смущенными, несмотря на то, что цель не замечает, что их социальный имидж находится под угрозой.Эта эгоцентрическая предвзятость в принятии точки зрения является хорошо известным процессом в психологической литературе, и многочисленные исследования показывают, что на суждения о внутреннем состоянии других людей сильно влияет собственная точка зрения, если нет особой мотивации для вынесения более точных суждений (Эпли). и Caruso 2008; Silani et al. 2013).Эгоцентричность объясняется процессами закрепления и приспособления (Epley et al. 2004). Первая мыслится как исходная модель чужой точки зрения, которая строится близко к собственной точке зрения; последний представляет собой трудоемкий, мотивированный процесс обновления этой модели для учета различий между собственной точкой зрения и точкой зрения другого (Epley et al.2004). Этот процесс адаптации часто останавливается преждевременно, что приводит к эгоцентрически предвзятому представлению о состоянии других (Epley et al. 2004; Epley and Caruso 2008). В обсуждаемых примерах заместительных эмоций есть два основных источника, которые могут привести к эгоцентрически предвзятым суждениям о ситуации и, следовательно, к разным эмоциональным состояниям у целей и наблюдателей: во-первых, наблюдатели и цели могут испытывать разные эмоции в ситуации из-за различные состояния знаний о происходящем нарушении, в то время как обе стороны в целом согласны с текущими нормативными рамками, как в примере «шпинат в зубах».В таких ситуациях корректировка исходной модели кажется небольшим шагом, так как люди обычно могут сделать вывод об отсутствии смущения у социальной цели. Однако, если наблюдатели не заинтересованы в том, чтобы делать точные суждения о состоянии цели, они все равно испытывают смущение за другого (Krach et al. 2011). Во-вторых, наблюдатели и мишени могут испытывать разные эмоции в ситуации из-за разного уровня знаний и оценки преобладающих социальных норм. Это особенно относится к ситуациям «эйблистской шутки» или «самовосхваления». Процесс адаптации здесь может быть более сложным, чем в первом примере, поскольку он требует способности представить нормативную базу, отличную от собственной, чтобы понять намерения и поведение объекта. По этой причине утверждалось, что аффективные реакции при наблюдении такого рода нарушений нормативных требований более требовательны к принятию точки зрения (Paulus et al. 2013). Примечательно, что эгоцентризм не обязательно неадекватен в социальном контексте.В зависимости от конкретной ситуации эгоцентрические представления об угрозе социальной целостности объекта могут как негативно, так и позитивно влиять на поведение наблюдателя по отношению к объекту. Например, в ситуациях, когда жертва случайно совершает оплошность, не замечая этого, эгоцентрически предвзятое переживание замещающего смущения наблюдателя может побудить его предложить помощь и восстановить репутацию жертвы. Когда цель преднамеренно нарушает норму, эгоцентрически предвзятый опыт может привести наблюдателей к размышлению об отклоняющихся взглядах на преобладающие социальные нормы или к обретению воплощенного понимания того, каково было бы действовать таким образом, не рискуя подвергнуть опасности свою жизнь. свою социальную целостность перед другими, которые разделяют их нормативные стандарты.Однако это также может вызвать желание дистанцироваться от цели (Schmader and Lickel, 2006).

4. Модуляции заместительных эмоциональных реакций

Как указывалось выше, заместительное смущение и стыд могут возникать в ряде ситуаций, которые различаются по преднамеренности нарушения и осознанию цели (Krach et al. 2011). Таким образом, на интенсивность переживаемой эмоции влияют различные ситуационные и внутриличностные факторы. Мы уже вкратце коснулись одного важного фактора, а именно социальной близости.В повседневной жизни можно легко наблюдать эффект социальной закрытости, когда родители съеживаются только в том случае, если их собственные дети, а не чужие дети, выступают на публике. В нашем исследовании мы обнаружили, что если цель контролировала свои действия и намеренно нарушала нормативные стандарты, близкие наблюдатели сообщали о более сильном косвенном смущении, чем если бы не было прямой личной связи с целью (Müller-Pinzler et al. 2016). Обоснование этого эффекта было предложено в предыдущей работе по близким отношениям (Colvin et al.1997 год; Томас и Флетчер, 1997 г.; Davis, 2018), показывая, что дружба способствует эмпатическим процессам, что, в свою очередь, может объяснять усиление замещающего смущения (Shearn et al., 1999). Другое объяснение заключается в том, что наблюдатель может быть особенно обеспокоен своим собственным социальным имиджем в контексте связанного с ним смущающего друга (Fortune and Newby-Clark, 2008). Психологическая литература по социальной идентичности и групповым процессам недавно охарактеризовала сопоставимые эффекты; там, проступки или неадекватное поведение (т.g., расистские взгляды или поведение) членов группы представляют угрозу собственной социальной целостности и вызывают другие социальные эмоции, такие как замещающий стыд или вина, даже в ситуациях, когда наблюдатель не участвует и не несет ответственности за нормативные нормы объекта. трансгрессии (Lickel et al. 2005; Chekroun and Nugier 2011; Lickel et al. 2011). Повышенная озабоченность собственным социальным имиджем и степенью совпадения когнитивных представлений о себе и других (Aron et al.1991), считается, что они усиливают мысли о себе при наблюдении за близким человеком. Эффекты социальной близости могут быть связаны с более общим эффектом психологической дистанции. События или объекты воспринимаются как психологически отдаленные в той мере, в какой они отдалены во времени (сейчас или тогда), пространственно (здесь или там), социально (я и другие) и гипотетически (реально или воображаемо) (Либерман и Троп 2008). Воспринимаемая психологическая дистанция не только связана с объективными показателями дистанции, но также может экспериментально манипулировать наблюдателями, например, явно инструктируя их принять точку зрения цели.В одном исследовании инструкция представить себя на месте жертвы повысила оценку замещающего смущения (Stocks et al., 2011). В аналогичном исследовании мы показали, что принятие точки зрения цели увеличивает активацию областей мозга, связанных с разделением негативных эмоций другого, когда цель осознавала свою оплошность (Mayer et al. 2020). Таким образом, уменьшение психологической дистанции за счет мотивированного принятия точки зрения может привести к более высокому уровню косвенного смущения у наблюдателей — по крайней мере, в ситуациях, когда цель также испытывает смущение.В свою очередь, когда психологическая дистанция увеличивается, наблюдатели с большей вероятностью найдут ситуацию забавной (Уоррен и Макгроу, 2015). Например, два исследования показали, что участники, которые были подготовлены с помощью сигналов пространственного расстояния, сообщали о более высоком уровне веселья после прочтения о нормативном нарушении, чем участники, которые были подготовлены к сигналам близости (Williams and Bargh 2008; McGraw and Warren 2010). Исследования показали, что удовольствие, которое испытывают наблюдатели нарушений нормативных требований, обычно не заменяет негативные эмоции, такие как смущение и отвращение, а скорее дополняет их (McGraw and Warren, 2010).Однако в нейровизуализирующем исследовании мы обнаружили, что у наблюдателей, которых просили оценить уровень их веселья во время случаев нарушения нормативных требований, наблюдалась меньшая активация областей мозга, связанных с разделением негативных эмоций других, чем у наблюдателей, которые оценивали свой уровень замещающего смущения (Paulus et al. др. 2018). Это говорит о том, что чувство веселья не может полностью нейтрализовать замещающую реакцию смущения на неадекватность других, но может ослабить ее. В заключение, эмоциональное переживание при наблюдении за нормативными нарушениями формируется отношениями между мишенью и наблюдателем, но также может модулироваться формированием когнитивных процессов внутри наблюдателя.В конечном счете, вызывает ли проступок смех или чистое смущение у наблюдателей, по-видимому, зависит от того, насколько безобидным воспринимается проступок, что тесно связано с воспринимаемой психологической дистанцией проступка (McGraw and Warren 2010).

5. Модуляции суждений и поведения наблюдателей по отношению к цели

Характеристики ситуации влияют не только на интенсивность косвенного эмоционального переживания, но и на суждения наблюдателей о цели и их последующее поведение по отношению к ним.Центральным фактором является то, как жертва ведет себя сразу после публичного правонарушения, то есть в какой степени они открыто проявляют признаки смущения или другие сознательные эмоции, такие как вина и стыд. Как правило, человек, который чувствует себя смущенным, демонстрирует отчетливую модель невербального поведения, которая передает пережитый дискомфорт другим (Keltner and Buswell, 1997). Эти виды поведения включают отвращение взгляда, нервные улыбки и контроль улыбки, движения головы вниз и в стороны, прикосновение к лицу и смех (Marcus et al.1996 год; Келтнер и Басуэлл, 1997 г.; Харрис 2001). Хотя смущение не связано с отчетливым выражением лица (Widen et al., 2011), наблюдатели обычно хорошо распознают такое поведение как сигналы смущения (Marcus et al., 1996; Marcus, 1999), особенно когда поведение сопровождается выражением лица. покраснение (Keltner 1995). Явные признаки смущения после проступка обычно производят хорошее впечатление на наблюдающую аудиторию (Semin and Manstead 1982; Miller 2007). Было показано, что смущение в других интерпретируется как свидетельство того, что жертва осознает и сожалеет о своем проступке, что, в свою очередь, сигнализирует о просоциальности (Bless 2002; Feinberg et al. 2012). Даже покраснение само по себе приводит к благоприятным суждениям о жертве: люди, которые краснеют после проступка, оцениваются как более сочувствующие, заслуживающие доверия и, вероятно, искренне сожалеющие, чем люди, которые не краснеют (De Jong 1999; Dijk et al. 2009; 2011; Де Йонг и Дейк, 2013 г.; Торстенсон и др., 2020 г.). В этом случае наблюдатели с большей готовностью прощают нарушение и присоединяются к цели (Feinberg et al. 2012). По большей части огорченный главный герой утешается и ободряется, что убеждает его в том, что публика по-прежнему ценит его (Миллер, 2007).Иногда это сопровождается смехом и улыбками, сигнализирующими о том, что проступок считается безобидным и смехотворным (Miller 2007). Таким образом, проявление смущения считается формой невербального извинения (Castelfranchi and Poggi, 1990; De Jong and Dijk, 2013), которое регулирует межличностное поведение, умиротворяя наблюдателей за нормативными нарушениями (Keltner and Anderson, 2000). По этой причине участники, которые смущаются при выполнении лабораторных заданий, обычно хотят сигнализировать о своем смущении наблюдателям (Leary et al. 1996). Аналогичные результаты были получены для других самосознательных эмоций после нарушения нормативных требований: люди, выражающие вину или стыд, оценивались более положительно с точки зрения их социальной адаптации и моральной мотивации, чем те, кто не выражал эти эмоции (Stearns and Parrott, 2012). И наоборот. если признаки смущения не проявляются должным образом, у наблюдателей создается более негативное впечатление о цели. Демонстрация смущения, которое является крайним и непропорциональным проступку (т.г., выходя из комнаты и восклицая: «О, Боже мой! Я не могу продолжать!» после незначительного инцидента во время презентации проекта) оценивается скорее негативно, и наблюдатели с меньшей вероятностью помогут социальной цели после затруднительного положения (Levin and Arluke, 1982). Точно так же полное отсутствие признаков смущения после нормативного нарушения также приводит к неблагоприятным суждениям со стороны аудитории. Например, в одном исследовании жертвы, которые демонстрировали лишь минимальные признаки смущения после проступка, были оценены как более антисоциальные (т. т. е. эгоистичны, склонны к манипуляциям и склонны к обману) и менее просоциальны (т. е. щедры, заслуживают доверия и готовы к сотрудничеству), чем мишени, демонстрирующие явные признаки смущения (Feinberg et al., 2012).

Подводя итог, обычно желательно отображать соответствующие контексту отрицательные эмоции самосознания, поскольку объекты, выражающие эти эмоции, рассматриваются как более просоциальные и получают большую поддержку со стороны аудитории, чем те, кто этого не делает.

6. Роль болезненного смеха в пересмотре существующих социальных норм

Как было сказано выше, сквернословный юмор представляет собой сложное явление, использующее различные ситуации для того, чтобы вызвать у аудитории косвенное смущение и, возможно, смех.Замещающие эмоциональные переживания, такие как смущение, стыд или веселье, таким образом, тесно связаны с текущими социальными нормами, ценностями, этикетом и ожиданиями. Таким образом, скрюченный юмор неизбежно фокусирует внимание на социальных нормах и потенциально провоцирует процессы переоценки или утверждения. Мы предполагаем, что используется ли съеживающий юмор для утверждения норм и ценностей или для их пересмотра, зависит от конкретных ситуаций и конфигураций, которые мы обсуждали до сих пор. Смущение и стыд описываются как эмоции, которые, подобно другим социальным или моральным эмоциям, могут подкреплять приверженность существующим социальным правилам (Tangney et al.2007). Однако ситуации, вызывающие косвенные чувства смущения или стыда, могут иметь противоположные последствия, в зависимости от преднамеренности нарушения и соответствия социальных норм, которых придерживаются наблюдатели и цель. Ситуации, в которых случайные неудачи встречают косвенное смущение или стыд, обычно влекут за собой, что цель и наблюдатели имеют общее понимание социальных норм. Следовательно, осведомленные цели будут испытывать смущение после осознания своей неудачи и сообщат о своем смущении аудитории.Затем благодаря механизму эмпатии наблюдатели могут испытывать эмоции объекта в своем собственном теле (Krach et al. 2011). Даже когда цель не знает о бестактности, наблюдатели предполагают, что цель проявит признаки смущения, если ей укажут на неудачу. Поскольку мишень демонстрирует или, как ожидается, будет проявлять признаки смущения, которые аудитория считает уместными, они рассматриваются как более просоциальные и обычно встречают поддержку и понимание (Miller 2007; Feinberg et al.2012). Таким образом, такие ситуации способствуют контакту и близости между несчастной целью и наблюдателями. В этом контексте предполагается, что смех служит признаком уверенности в том, что нарушение не было столь серьезным и что аудитория продолжает высоко ценить цель (Miller 2007). В соответствии с гипотезой доброкачественного нарушения юмора смеющаяся аудитория указывает на то, что существует либо альтернативная норма, предполагающая, что демонстрируемое поведение приемлемо, что аудитория в любом случае лишь слабо привержена норме, либо нарушение воспринимается как социальное. , временно, пространственно или гипотетически удалены (McGraw and Warren 2010). Следовательно, если наблюдатели могут смеяться над этими сценариями, это указывает на то, что проступок воспринимается как доброкачественный, даже если первоначальной реакцией является неприятное съеживание. Создавая чувство общности и инклюзивности, эти ситуации могут стать отправной точкой для обсуждения того, всегда ли стоит придерживаться действующих норм. Заранее записанный смех может усилить этот эффект, устраняя двусмысленность (Мартин и Грей, 1996). Это особенно верно, когда предполагается, что смех является подлинным и исходит от других, разделяющих те же ценности, поскольку считается, что смех подобных других функционирует как «социальное доказательство» юмористического и, таким образом, доброкачественного характера смеха. трансгрессия (Лоусон и др.1998 год; Платоу и др. 2005). Эти процессы менее вероятны в ситуациях, когда цель намеренно нарушает определенную социальную норму. В отличие от рассмотренных выше примеров, аудитория и цель не всегда согласны с текущими нормами и ценностями, когда цель намеренно нарушает норму. Следовательно, цели, которые добровольно нарушают норму, вряд ли будут смущены своими действиями. Замещающая эмоциональная реакция возникает у наблюдателей, потому что поведение, свидетелями которого они стали, нарушает их стандарты, а не те, которых придерживается цель.Поскольку объект не проявляет признаков смущения или стыда, аудитория с большей вероятностью сочтет его антисоциальным или менее симпатичным в целом (Файнберг и др., 2012). Как правило, наблюдатели за преднамеренными нарушениями нормативных актов испытывают желание дистанцироваться от ситуации вместо того, чтобы поддержать цель (Lickel et al., 2005; Schmader and Lickel, 2006). Следует отметить, что это относится только к ситуациям, в которых цель нарушает высоко ценимые и неопровержимые социальные нормы, которых придерживается наблюдатель.Поскольку аудитория не воспринимает нарушения этих норм как безобидные, такие ситуации редко бывают забавными и в основном связаны с негативными эмоциональными последствиями, такими как гнев, замещающее смущение и замещающий стыд. В этом случае преднамеренные нарушения нормативов увеличивают дистанцию ​​между целью и наблюдателями, что может скорее подтвердить ценности, чем помочь их пересмотру. использованный элемент комедии съеживания, а это означает, что они все еще несут в себе потенциал рассмешить публику.Основная предпосылка для этого заключается в том, что существует совпадение норм, которых придерживаются актер и аудитория. Здесь, в зависимости от цели шутки, наблюдение умышленных нормативных нарушений может иметь разные последствия. С одной стороны, нормативное нарушение комиком может означать явное пренебрежение некоторыми текущими нормативными условностями. Например, если комик активно нарушает принятые в настоящее время соглашения о политкорректности, это может быть истолковано как знак приспособления к аудитории, которая считает себя аутсайдером этой условной системы.Здесь предполагается, что и комик, и наблюдатели знают о нарушенной социальной условности, но разделяют неприятие этой условности. Из-за слабой приверженности нарушенной норме с обеих сторон эти ситуации, скорее всего, вызовут положительные эмоциональные выражения, такие как радость или смех по поводу нарушения этикета или расизма шутки. Это может быть примером «убийственного» юмора, в котором целью шутки является инкриминируемое лицо (т.г., человек, затронутый расизмом). Предыдущие психологические исследования показали, что этот тип юмора свидетельствует о молчаливом одобрении и терпимости к проступку, и что люди с высоким уровнем предубеждений в отношении униженной группы с большей вероятностью сохранят или даже укрепят свое отношение (Ford 2000; Ford and Ferguson 2004). . Для аудитории, которая не разделяет те же ценности, что и юморист, уничижительный юмор представляет собой серьезное нарушение высоко ценимой нормы и не вызывает смеха.Однако в некоторых обстоятельствах уничижительный юмор может вызвать веселье у аудитории, которая не согласна со стереотипным изображением групп меньшинств: предполагается, что идентичность и групповая принадлежность играют важную роль в восприятии унижающего достоинство юмора (Thai et al. 2019). . Тай и др. (2019), например, показали, что уничижительный юмор считался более приемлемым, если комик воспринимался как член маргинализованной группы, которую унижали. Это согласуется с эффектом межгрупповой чувствительности (Hornsey et al.2002), который предсказывает, что юмор, содержащий компонент самоуничижения — в том смысле, что комик высмеивает себя или приписываемую ему группу (Gruner 1997), — воспринимается более благоприятно, если комик и цель шутки воспринимаются как члены сходных групп (например, на основании сексуальной ориентации, цвета кожи, пола/гендерной принадлежности, внешности). Несмотря на более позитивные отклики на самоуничижительный юмор, остается открытым вопрос, помогает ли этот вид юмора разрушать стереотипы о группах меньшинств или, скорее, укрепляет их (Borgella et al.2020).

Преднамеренные нарушения социальных условностей или норм используются не только в уничижительном юморе, но также могут быть вставлены как карикатура или ироническая критика тех, кто не придерживается определенных норм. Это может быть примером «избиения» или подрывного юмора, в котором целью будет не инкриминируемое лицо, а скорее обвинитель (т. е. расист или «белый спаситель», как показано в цитате на самое начало). Эта стратегия съедобной комедии использует воспроизведение и имитацию трансгрессивного поведения преступника, при этом комик и аудитория делятся знаниями о том, что оба будут отвергать такое поведение и согласовывать свою оценку нормы (т.д., не будучи расистом). Здесь зрители не посмеются над нарушением этикета, а одобрят вмешательство комика.

В целом, смех в ответ на съеживание юмора предполагает общее понимание и оценку социальных норм между аудиторией и целью. Иногда новая информация о поведении юмориста вне связанного с юмором контекста может привести к тому, что аудитория внезапно ощутит разницу между их собственными ценностями и ценностями юмориста. Например, в 2017 году комик Луи С.К. обвинили в сексуальных домогательствах, и после того, как он признал, что обвинения были правдой, он столкнулся не только с радикальными последствиями для своей карьеры, но и с переоценкой своего сценического образа (Пайпер, 2020). В свете этой новой информации можно утверждать, что его тенденциозные шутки, часто сосредоточенные вокруг его собственных сексуальных предпочтений, больше не воспринимались как безобидные проступки. Потенциально это новое свидетельство расхождения ценностей вызвало гнев или отвращение у его зрителей, что может объяснить, почему он потерял большую часть своей аудитории.

Почему стыд и вина полезны для психического здоровья

Стыд и чувство вины — это две сознательные эмоции, которые каждый будет испытывать несколько раз в своей жизни.

Как правило, это негативные эмоции, которые заставляют людей чувствовать себя плохо и могут иметь негативные последствия. Тем не менее, стыд и вина являются важными эмоциональными компонентами ведения просоциальной жизни.

В этой статье будут обсуждаться некоторые психологические теории об эмоциях, внутреннем и внешнем переживании стыда и вины и, наконец, способы преодоления вины и стыда во избежание токсичной и негативной самооценки.Во-первых, однако, важно различать стыд и вину, поскольку это две похожие, но существенно разные эмоции самосознания.

Прежде чем вы продолжите, мы подумали, что вы можете бесплатно загрузить наши 3 упражнения на самосострадание. Эти подробные, научно обоснованные упражнения не только помогут вам повысить уровень сострадания и доброты, которые вы проявляете к себе, но также дадут вам инструменты, которые помогут вашим клиентам, студентам или сотрудникам проявлять больше сострадания к самим себе.

Вы можете скачать бесплатный PDF-файл здесь.

Как избежать заблуждения: стыд против вины

И вина, и стыд:

«отрицательные аффективные состояния, возникающие в ответ на проступок или недостаток, и оба являются самосознательными эмоциями, а это означает, что саморефлексия имеет решающее значение для их возникновения» (Tignor & Colvin, 2017).

Это объясняет, почему их часто смешивают, проблема, которой не помогает тот факт, что можно, конечно, чувствовать стыд и вину одновременно. Одна полезная, общепринятая концепция различает эти два понятия, говоря, что «[с]стыд касается самого себя», тогда как «вина связана с вещами в реальном мире — действиями или бездействием, событиями, за которые человек несет ответственность» (Lewis, 1971).

Это тот, кто чувствует вину, сожалеет о каком-то поведении, которое он продемонстрировал, в то время как тот, кто чувствует стыд, сожалеет о каком-то аспекте своей личности. Иногда это называют «различием в самоповедении» (Tignor & Colvin, 2017). Следуя этой логике, гораздо легче смягчить чувство вины, чем стыда, так как исправить плохое поведение легче, чем коренным образом изменить себя.

Действительно, в одном из обзоров, посвященных нейронным коррелятам вины и стыда (а также смущения), было обнаружено, что нейронные основы вины и стыда схожи, но различны, что указывает на то, что обе эмоции, хотя и имеют некоторую общую основу, фундаментально различаются (Bastin et al. ., 2016).

В целом, эта статья будет соответствовать концепции стыда и вины Льюиса (1971). То есть, когда кто-то плохо себя чувствует из-за того, что он плохо обращался с кем-то, он испытывает стыд. С другой стороны, когда кто-то чувствует себя плохо из-за поведения, которое он продемонстрировал, он испытывает вину. Хотя эта схема является общепринятой, полезно обсудить некоторые другие теории об этих двух эмоциях.

 

Поведенческая психология и другие теории о стыде и вине

Ранние представления о стыде и вине утверждали, что стыд — это общественное переживание (вызванное реакцией других), а вина — личное переживание (вызванное внутренним конфликтом по поводу морали) (Ausubel, 1955).

Однако современные мыслители не часто продвигают эту концепцию, поскольку исследования показывают, что и стыд, и вина ощущаются публично и в частном порядке с одинаковой скоростью (Tangney et al., 1996).

На самом деле, структура, сформулированная Льюисом (1971), несколько противоречит идее стыда как публичного и вины как личного, поскольку Льюис утверждает, что стыд направлен внутрь себя, в то время как вина направлена ​​вовне на чье-то поведение или поведение. действия.

Некоторые концепции стыда и вины считают их эмоциями «самобвинения» и утверждают, что подобные эмоции «имеют решающее значение для развития и поддержания межличностных отношений, потому что они действуют как важные социальные регуляторы, способствуя балансу между побуждениями индивидуума». а также права и потребности других» (Bastin et al., 2016).

Это важное замечание, поскольку оно подчеркивает ценность чувства стыда и вины. В тех случаях, когда было совершено реальное зло, чувство стыда и вины является первым шагом к возмещению нанесенного ущерба.

Некоторые современные комментаторы утверждают, что существует два типа вины: «дезадаптивная, невротическая вина» и «адаптивная, просоциальная вина» (Tignor & Colvin, 2017). Эти исследователи утверждают, что тип изучаемой вины зависит от используемой меры и что в будущих исследованиях необходимо различать эти два типа вины.

В частности, исследователи разделили вину на «вину контрольного списка», которая измеряется путем опроса участников о вине, которую они испытали в прошлом, и «сценарная вина», которая определяется путем опроса участников о гипотетической вине, которую они могут испытать. в будущих сценариях.

Это различие может также объяснить, почему стыд считается дезадаптивным, в то время как вина не была четко установлена ​​как адаптивная или неадекватная. Следуя логике этого исследования (которое, по собственному признанию авторов, нуждается в дальнейшем изучении), адаптивная вина — это вина, сосредоточенная на том, чтобы поступать правильно в будущем, тогда как неадаптивная вина — это вина, сосредоточенная на прошлом.

В конечном счете, и стыд, и вина являются социальными эмоциями, которые предназначены для того, чтобы удерживать людей от действий исключительно в личных интересах. Однако, как мы увидим, стыд в целом является дезадаптивной эмоцией, а вина — адаптивной эмоцией. Это различие проявляется как во внутреннем, так и во внешнем выражении эмоций.

 

Психологический опыт вины и стыда

В одном исследовании изучались психологические процессы, которые привели к тому, что чувство вины стало просоциальной эмоцией (Graton & Ric, 2017).Исследователи обнаружили, что чувство вины заставляло людей уделять больше внимания «репаративным стимулам», таким как слова «помогите», «извините» и «исправить», чем другим типам стимулов.

Важно отметить, что эти исследователи также обнаружили, что чувство вины заставляло участников более позитивно относиться к этим репаративным стимулам, делая их более желанными.

Другими словами, это исследование показало, что чувство вины заставляло людей уделять больше внимания просоциальным, репаративным концепциям, а также улучшало их отношение к этим концепциям.Эти глубинные процессы могут точно объяснить, почему чувство вины приводит людей к просоциальному поведению.

В другом исследовании изучалась просоциальная роль вины в моральных сравнениях (Zhang et al., 2017). Эти исследователи обнаружили, что, когда людей побуждали думать о случаях, когда кто-то был более нравственным, чем они в их повседневной жизни (например, если кто-то уступил место в автобусе пожилому человеку, а участник этого не сделал), они чувствовали себя виноватыми.

Однако они также обнаружили, что эта вина играла просоциальную роль, поскольку побуждала участника действовать более нравственно в будущем. Эти результаты показывают просоциальную роль, которую в повседневной жизни людей играют эмоции самосознания, такие как вина, а также психологические процессы, которые делают вину просоциальной эмоцией.

Мета-анализ стыда показал, что преобладающее мнение (что стыд всегда антисоциален и ведет к избеганию) неполно (Leach & Cidam, 2015). Этот метаанализ показал, что в определенных ситуациях, когда нанесенный ущерб кажется непоправимым, стыд действительно приводит к избеганию и антиобщественному поведению.Однако, когда ущерб можно исправить, стыд может привести к такому же просоциальному и конструктивному поведению, как и чувство вины.

Другими словами, в менее серьезных ситуациях, когда ущерб поправим, чувство вины и стыда заставляет человека чувствовать себя плохо и побуждает его исправить ситуацию, чтобы почувствовать себя лучше.

Однако в более серьезных ситуациях, когда ущерб кажется менее поддающимся восстановлению, вина и стыд заставляют человека чувствовать себя плохо, но только чувство вины побуждает человека исправить ущерб (или насколько это возможно), в то время как стыд приводит к избеганию ущерба. повреждать.Это указывает на то, что стыд так же просоциален, как и вина, в некоторых, но не во всех, ситуациях.

Как правило, чувство вины и стыда являются реакцией на причинение кому-либо вреда. Разница в том, что вина, по-видимому, подталкивает людей к более нравственным действиям, чтобы смягчить свою вину, в то время как стыд, по-видимому, просто заставляет кого-то чувствовать себя плохо (хотя в некоторых ситуациях стыд может также подталкивать людей к более нравственным действиям). способ).

Хотя стыд и вина по-разному переживаются психологически, они также по-разному выражаются в поведении.

 

Функционализм самосознательных эмоций

В одном исследовании изучалась реакция людей на чувство вины, стыда и гнева, и были получены интересные результаты (Pivetti et al., 2016).

Они обнаружили, что люди, испытывающие стыд, чаще избегают зрительного контакта, чем люди, испытывающие чувство вины. Они также обнаружили, что люди, которые чувствовали вину, с большей вероятностью хотели возместить ущерб, который они могли причинить, чем люди, которые чувствовали стыд. Эти и другие выводы привели исследователей к выводу, что:

«Стыд характеризуется стремлением спрятаться и убежать, вина – желанием исправиться».

Подобные результаты были обнаружены у детей в возрасте двух лет. Одно исследование заставило детей поверить в то, что они сломали игрушку взрослого, и по поведению определило, испытывает ли ребенок стыд или вину (Drummond et al., 2017).

Эти исследователи обнаружили, что дети, которые чувствовали стыд, вели себя асоциально, отводя взгляд взрослого или пряча игрушку, в то время как дети, которые чувствовали вину, вели себя просоциально, быстро рассказывая взрослому о том, что они сделали, и пытаясь починить игрушку, как могли. .

Это показывает, что вина и стыд функционально одинаково проявляются как у малышей, так и у взрослых. На самом деле авторы утверждают, что:

«[чувство] вины может даже играть механистическую роль в развитии просоциального поведения, становясь ключевым аспектом детской совести».

В другом исследовании изучалась роль самоограничений у спортсменов (Hofseth et al., 2015). Самоограничение — это когда кто-то саботирует подготовку к выступлению, из-за которого он нервничает, поэтому он может обвинить в своем выступлении подготовку.

Например, кто-то, кто нервничает по поводу теста, который ему предстоит сдать, может не готовиться к нему, чтобы, получив плохую оценку, просто сказать себе, что это потому, что он не готовился к тесту, и если он готовились к тесту, они бы справились.

Исследование самоинвалидов показало, что спортсмены, которые были более склонны к стыду, чаще сталкивались с самоинвалидностью, в то время как те, кто был более склонен к чувству вины, на самом деле с меньшей вероятностью сталкивались с инвалидностью.

Еще одно исследование изучало взаимосвязь между чувством вины, стыда и употреблением алкоголя (Patock-Peckham et al., 2018). Авторы обнаружили, что люди, склонные к стыду, с большей вероятностью имели проблемы с контролем употребления алкоголя, что заставляло их пить больше, в то время как люди, склонные к чувству вины, лучше контролировали свое употребление алкоголя, что заставляло их пить меньше. Это также согласуется с идеей о том, что стыд приводит людей к желанию спрятаться и убежать.

В целом чувство вины выражается в поведении, ориентированном на исправление, в то время как стыд обычно выражается в поведении, ориентированном на бегство и уход.Эти поведенческие выражения помогают объяснить, почему чувство вины обычно просоциально, а стыд обычно не просоциален. Однако независимо от того, чувствуете ли вы вину или стыд, есть способы преодолеть эти чувства.

 

Как преодолеть чувство вины и стыда

Наилучший способ исправить чувство стыда или вины, о чем свидетельствует желание исправить, выраженное виновными (и в меньшей степени постыдными) людьми, — это исправить несправедливость, которая привела к вине или стыду.

Это может означать простое извинение за проступок, замену того, что было сломано, или иное устранение причиненного ущерба.

Тем не менее, человек может чувствовать вину и стыд после извинений, и важно знать, как уменьшить эти чувства. Это часто делается через самопрощение, особенно когда человек не получает прощения от человека, которого обидел.

Люди, склонные к чувству вины, более склонны к самопрощению, в то время как люди, склонные к стыду, менее склонны к самопрощению (McGaffin et al., 2013). Это важно, потому что самопрощение — это способ преодолеть чувство вины и стыда, не игнорируя при этом реальный ущерб, который может быть причинен человеку, который привел к этим чувствам вины и стыда.

Однако одно многообещающее исследование показало, что самостоятельная рабочая тетрадь может помочь людям простить себя (Griffin et al., 2015). Это означает, что даже склонные к стыду люди, которые менее склонны к самопрощению, могут предпринять шаги для достижения самопрощения. Учебник, использованный в этом исследовании, теперь доступен бесплатно в Интернете.

Другое исследование, посвященное изучению стыда у людей с пограничным расстройством личности (ПРЛ, расстройство, которое частично характеризуется хроническим высоким уровнем стыда), показало, что внимательность была эффективным способом уменьшить чувство стыда (Keng & Tan, 2017). В частности, участники, которые прошли десятиминутный сеанс осознанного дыхания, снизили уровень стыда.

Интересно, что это исследование также показало, что медитация любящей доброты (LKM) не была эффективна для уменьшения стыда по сравнению с контрольным состоянием, хотя авторы предполагают, что это может быть связано с тем, что LKM «требует постепенного совершенствования», чтобы быть эффективным. В любом случае, осознанное дыхание, по-видимому, является доступным способом уменьшить чувство стыда.

Еще один способ уменьшить чувство стыда — попытаться превратить его в чувство вины.То есть вместо того, чтобы сожалеть о себе за ущерб, который они причинили, можно вместо этого сожалеть о действиях и поведении, которые они продемонстрировали.

В то время как некоторые люди более склонны к чувству вины, а некоторые более склонны к стыду, может происходить сознательный перенос самообвинения. Вероятно, этого также можно достичь, осознав, что причиненный ущерб действительно поправим, и что чувство стыда от этого ущерба можно преодолеть.

 

4 рабочих листа по чувству вины и стыда

Для людей, которые ищут действенные способы уменьшить чувство вины и стыда, или людей, которые ищут способы противостоять своим чувствам вины и стыда, вот несколько полезных рабочих листов.

 

Понимание и преодоление чувства вины и стыда

Этот рабочий лист сначала объясняет, что такое чувство вины, а затем предлагает несколько советов, как справиться с чувством вины. Затем он продолжает делать то же самое со стыдом. Этот рабочий лист, по-видимому, предназначен для людей, возглавляющих группы поддержки наркозависимых, но может быть полезен как для отдельных лиц, так и для людей, которые боролись с чувством вины и стыда отдельно от проблем, связанных со злоупотреблением психоактивными веществами.

 

Лист инвентаризации стресса вины и стыда

Этот рабочий лист (переход на страницу 139) также был создан в контексте реабилитации после злоупотребления психоактивными веществами, но может быть полезен всем, кто сталкивается с чувством вины и стыда в своей жизни. Он просит людей определить для себя вину и стыд, а затем определить факторы стресса, которые приводят их к вине и стыду.

Наконец, в рабочем листе содержится запрос на стратегии, которые можно использовать, чтобы предотвратить эти стрессоры. Этот рабочий лист поможет людям лучше понять корни своих чувств вины и стыда, что является первым шагом к избавлению от этих чувств.

 

Движение вперед: шесть шагов к прощению себя

Эта книга аналогична книге, описанной в предыдущем разделе, но заслуживает отдельного упоминания.Это 69 страниц, и в первоначальном исследовании предполагалось, что на его завершение уйдет шесть часов. Тем не менее, это может быть бесценным ресурсом для тех, кому трудно простить себя, поэтому его длина не должна обескураживать.

 

Осознанное дыхание

Этот рабочий лист не посвящен явно вине или стыду, но, поскольку исследования показали, что осознанное дыхание может помочь облегчить чувство стыда (Keng & Tan, 2017), он может быть полезен. Этот рабочий лист поможет любому начать практику осознанного дыхания, независимо от уровня его знаний.Для людей, которые предпочитают следовать за сеансами с гидом, это видео на YouTube может быть полезным.

 

Сообщение на вынос

В конце концов, вина и стыд являются решающими социальными эмоциями, поскольку они мешают людям действовать в чисто личных интересах. Важно признать и попытаться исправить ущерб, который привел к вине и стыду, но также важно простить себя, когда была предпринята искренняя попытка исправить этот ущерб. В противном случае чувство вины и стыда может тяготить человека непросоциальным образом.

Людям также важно прощать тех, кто причинил им зло, когда нарушитель осознал ущерб, который они причинили, и попытался возместить этот ущерб.

В то время как каждый имеет право защищать себя и требовать подготовительных действий после того, как с ним поступили несправедливо, каждый также имеет право на прощение после того, как он устранил этот ущерб или предпринял законные попытки сделать это. В конце концов, чувство вины и стыда по своей сути предназначено для того, чтобы сделать общество более чутким и справедливым.

Мы надеемся, что эта статья оказалась для вас полезной. Не забудьте бесплатно скачать наши 3 упражнения на самосострадание.

  • Осубель, Д.П. (1955). Отношения между стыдом и виной в процессе социализации. Psychological Review, 62(5) , 378-390.
  • Пэк, Т.Х., Юн, С. (2017). Вина и стыд: эффекты формирования сообщений окружающей среды. Журнал рекламы, 46(3), 440-453.
  • Бастин, К., Харрисон, Б.Дж., Дэйви, К.Г., Молл, Дж., Уиттл, С. (2016). Чувства стыда, смущения и вины и их нейронные корреляты: систематический обзор. Neuroscience and Biobehavioral Reviews, 71(1), 455-471.
  • Драммонд, Д.Д.К., Хаммонд, С.И., Сатлоф-Бедрик, Э., Во, В.Е., Браунелл, К.А. (2017). Помощь тому, кого вы обидели: рудиментарное чувство вины, стыда и просоциальное поведение малышей после причинения вреда другому. Развитие ребенка, 88(4), 1382-1397.
  • Гратон, А., Рик, Ф. (2017). Как вина приводит к возмещению ущерба? Изучение процессов, лежащих в основе эффектов вины. Мотивация и эмоции, 41(3) , 343-352.
  • Гриффин, Б.Дж., Уортингтон, Э.Л., Лавлок, К.Р., Грир, К.Л., Лин, Ю., Дэвис, Д.Е., Хук, Дж.Н. (2015). Эффективность рабочей тетради по самопрощению: рандомизированное контролируемое исследование с межличностными правонарушителями. Журнал психологического консультирования, 62(2), 124-136.
  • Хофсет, Э., Торинг, Т., Джордет, Г. (2015). Склонность к стыду, склонность к вине, поведенческое самоограничение и уровень навыков: посреднический анализ. Прикладной журнал Спорт Психология, 27(3), 359-370.
  • Кенг, С. Л., Тан, Дж. К. (2017). Влияние краткого осознанного дыхания и медитации любящей доброты на стыд и способность решать социальные проблемы у людей с высокими пограничными чертами личности. Поведенческие исследования и терапия, 97(1), 43-51.
  • Лич, К.В., Сидам, А. (2015). Когда стыд связан с ориентацией на конструктивный подход? Метаанализ. Журнал личности и социальной психологии, 109(6), 983-1002.
  • Льюис, Х.Б. (1971). Стыд и вина при неврозе. Psychoanalytic Review, 58(3), 419-438.
  • МакГаффин, Б.Дж., Лайонс, Г.К.Б., Дин, Ф.П. (2013). Самопрощение, стыд и чувство вины при выздоровлении от проблем с наркотиками и алкоголем. Злоупотребление психоактивными веществами, 34(4), 396-404.
  • Паток-Пекхэм, Дж. А., Каннинг, Дж. Р., Лиман, Р. Ф. (2018). Стыд — это плохо, а вина — это хорошо: исследование пути нарушения контроля над употреблением алкоголя к употреблению алкоголя и связанным с этим проблемам. Личность и индивидуальные различия, 121(1), 62-66.
  • Пиветти, М., Камодека, М., Рапино, М. (2016). Стыд, вина и гнев: их когнитивные, физиологические и поведенческие корреляты. Текущая психология, 35 (4), 690-699.
  • Тангни, Дж. П., Миллер, Р. С., Фликер, Л., Барлоу, Д. Х. (1996). Являются ли стыд, вина и смущение разными эмоциями? Журнал личности и социальной психологии, 70 (6), 1256-1269.
  • Тигнор, С.М., Колвин, К.Р. (2017). Межличностная адаптивность диспозиционной вины и стыда: метааналитическое исследование. Journal of Personality, 85(3), 341-363.
  • Чжан Х.Ю., Чен С.С., Ван Р., Цзян Дж., Сюй Ю., Чжао Х.Х. (2017). Как восходящее моральное сравнение влияет на просоциальное поведенческое намерение: изучение опосредующей роли вины и сдерживающей роли моральной идентичности. Frontiers in Psychology, 8(1), 1554.
.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.