Салтыкова щедрина: Краткая биография Салтыкова-Щедрина Михаила Евграфовича и творчество писателя

Содержание

Почему писатель Салтыков-Щедрин, родившийся 195 лет назад, актуален и сегодня — Российская газета

Подумать только — Михаил Евграфович занимал посты вице-губернатора в Твери и Рязани, председателя Тульской казенной палаты — по сути, почти год являясь главным налоговиком, но представить не мог, что рука его «осквернится взяткой».

Таким же был, наверное, Александр Радищев — таможенник, который мог бы жить припеваючи, но «посмотрел окрест себя» — и написал «Путешествие из Петербурга в Москву». После чего был прозван императрицей «бунтовщиком хуже Пугачева».

Дорога, на которой стоит село Спас-Угол — Родина Михаила Салтыкова (псевдоним Щедрин он присоединит к фамилии позже) — ведет из Дмитрова в Калязин. Раньше это была Тверская губерния, но после переноса границ стала Московской областью. Жителей теперь здесь 16 человек. На пару человек больше, чем в одной семье Салтыковых в XIX веке…

— Летом, конечно, людей больше, — говорят местные. — А те, кто здесь живет круглый год, либо на пенсии, либо в город на работу ездят. ..

Помещичий дом, родной для Михаила Евграфовича и восьми его братьев и сестер, сгорел в 1919-м. Остались только фундаменты и макет в музее. Говорят, если федеральный центр выделит деньги, можно восстановить и дом, и надворные постройки…

Зато в Спас-Углу, ровно через сто лет как сгорел салтыковский дом, в 2019-м, неподалеку от того места, где стояла усадьба, поставили новое здание музея. Непривычное. Небольшое. Но светлое и уютное. С прозрачным залом, где проходят литературные чтения под местное яблочное варенье с чаем.

Мать Михаила Евграфовича Ольга Михайловна была бы довольна, что традицию эту здесь сохраняют. Не в таких масштабах, как в прежние времена, но все же. Женщина властная, она держала в кулаке не только всю семью, но и весь уезд. Жизнь в этих краях писатель описал в «Пошехонской старине». Можно сказать, что это и автобиография Салтыкова-Щедрина, и история всей семьи.

Семьи, в которой он был белой вороной, не разделяя царившего в ней крепостного уклада.

Перед зданием музея — бюст писателя. За его спиной — здание магазина с гордой вывеской «минимаркет». Он закрыт. А музей, который до недавнего времени помещался в Спасо-Преображенской церкви, — работает.

Храм отреставрирован. Он возведен в Спас-Углу (а село и сейчас стоит на изгибе дороги) на средства предков Михаила Евграфовича. За алтарем многие и упокоились. Тут и дед, и бабушка, и отец, и братья, и сестры. Только матушка — на кладбище в соседнем имении. На ее похороны в эти края последний раз приезжал Михаил. Он свой последний приют, в отличие от других членов семьи, нашел на Волковском кладбище в Петербурге.

Белая ворона…

Салтыков-Щедрин до сих пор продолжает отвечать на вопросы, которые у нас возникают каждый день.

Про экономику, когда «еще ничего, если в Европе за наш рубль дают один полтинник, будет хуже, если за наш рубль станут давать в морду».

Про власть, которая «должна держать свой народ в состоянии постоянного изумления».

Про законы, «строгость которых смягчается необязательностью исполнения».

Про оппозицию, которая «считается невредною, ежели она не вредит».

Про отсутствие середины, когда «либо в рыло, либо ручку пожалуйте».

Это — про нас сегодняшних. Все это важно знать и помнить. И не забывать при этом, что «просвещение стоит внедрять с умеренностью, по возможности избегая кровопролития».

195 лет со дня рождения Михаила Евграфовича Салтыкова-Щедрина

195 лет со дня рождения Михаила Евграфовича Салтыкова-Щедрина (1826-1989) – русского писателя, публициста, Рязанского и Тверского вице-губернатора.

Михаил Евграфович родился в селе Спас-Угол Тверской губернии в старинной дворянской семье. Получив хорошее домашнее образование, Салтыков в 10 лет был принят пансионером в Московский дворянский институт, где провел два года, затем в 1838 переведен в Царскосельский лицей. Здесь начал писать стихи, испытав большое влияние статей Белинского и Герцена, произведений Гоголя. Поступил на службу в канцелярию Военного министерства. Там стал серьезно заниматься прозой – писал заметки, повести.

В его творчестве отражено отрицание помещичьего уклада, бюрократии и самодержавия. Всем известны сатирические сказки, язык которых глубоко народен, близок к русскому фольклору. Сатирик использует не только традиционные сказочные приемы, образы, но и пословицы, поговорки, присказки:

  • Не давши слова – крепись, а, давши – держись!
  • Двух смертей не бывать, одной не миновать
  • Уши выше лба не растут
  • Моя изба с краю
  • Простота хуже воровства

Образы сказок вошли в обиход, стали нарицательными и живут многие десятилетия, а общечеловеческие типы объектов сатиры Салтыкова-Щедрина и сегодня встречаются в нашей жизни, достаточно только попристальнее вглядеться в окружающую действительность и поразмыслить…

«Идиоты вообще очень опасны, и даже не потому, что они непременно злы, а потому, что они чужды всяким соображениям и всегда идут напролом, как будто дорога, на которой они очутились, принадлежит им одним». /История одного города, 1869-1870

Список литературы в библиотеке колледжа:

  1. Салтыков-Щедрин, М.Е. Сказки.[Cказки]:/М.Е. Салтыков-Щедрин. – Москва.: « Детская литература», 1989. – 174 с.
  2. Салтыков-Щедрин, М.Е. История одного города [Cатира]:/ М.Е. Салтыков-Щедрин. – Москва.: Издательство «Советская Россия»,1972. -192 с.
  3. Салтыков-Щедрин, М.Е. История одного города. [Cатира]:/ М.Е. Салтыков-Щедрин. – Северо-Западное книжное издательство ,1975. -238 с.
  4. Салтыков-Щедрин, М.Е. История одного города. [Cатира]:/ М.Е. Салтыков-Щедрин. – Москва.: Издательство «Советская Россия»,1973. -190 с
  5. Салтыков-Щедрин, М.Е. Господа Головлевы. [Роман]:/ М.Е. Салтыков-Щедрин. – Горький.: Волго-Вятское книжное издательство ,1977. -320 с.
  6. Салтыков-Щедрин, М.Е. Господа Головлевы. [Роман]:/ М.Е. Салтыков-Щедрин. – Челябинск.: Южно-Уральское книжное издательство ,1977. -328 с.
  7. Салтыков-Щедрин, М.Е. Избранное [Избранное]:/ М.Е. Салтыков-Щедрин. – Москва.: Издательство «Правда»,1987. — 480 с.
  8. Салтыков-Щедрин, М.Е. Собрание сочинений Том 1[Сборник]:/М.Е. Салтыков-Щедрин. – Москва.: Издательство «Правда»,1951. — 463 с.
  9. Щедрин, Н. (М.Е. Салтыков) История одного города, Господа Головлевы, Сказки [Сборник]: /Н. Щедрин (М.Е. Салтыков). – Москва.: «Московский рабочий», 1968. — 536 с.
  10. Салтыков-Щедрин, М.Е. История одного города, Господа Головлевы, Сказки [Сборник]: / М.Е. Салтыков-Щедрин. – Лениздат, 1972. — 636 с.
  11. Салтыков-Щедрин, М.Е. Современная идилия [Рассказ]: ]:/ М.Е. Салтыков-Щедрин. – Москва.: Издательство «Советская Россия»,1976. -352 с.
  12. Салтыков-Щедрин, М.Е. Пошехонская старина [Автобиографическое повествование]:/М.Е. Салтыков-Щедрин. – Москва.: Издательство «Правда»,1980. — 576 с.
  13. Салтыков-Щедрин, М.Е. Пошехонская старина [Автобиографическое повествование]:/М.Е. Салтыков-Щедрин. –Ленинград.: Издательство «Художественная литература»,1975. — 520 с.
  14. Салтыков-Щедрин, М.
    Е. Мелочи жизни. Собрание сочинений в 20-и томах Т. 16, книга вторая [Художественные очерки]:/М.Е. Салтыков-Щедрин.- Москва.: Издательство «Художественная литература»,1975. — 272 с.
  15. Салтыков-Щедрин, М.Е. Господа Головлевы. [Роман]:/ М.Е. Салтыков-Щедрин. – Челябинск.: Южно-Уральское книжное издательство ,1977. -328 с.
  16. Салтыков-Щедрин, М.Е. Я люблю Россию до боли [Cборник] ]:/ М.Е. Салтыков-Щедрин. – Москва.: Издательство «Молодая гвардия),1975. -384 с.
  17. Салтыков-Щедрин, М.Е. История одного города. [Cатира]:/ М.Е. Салтыков-Щедрин. – Москва.: Издательство «Советская Россия»,1972. -192 с.
  18. Салтыков-Щедрин, М.Е. История одного города. [Cатира]:/ М.Е. Салтыков-Щедрин. – Северо-Западное книжное издательство, 1975. -238 с.
  19. Салтыков-Щедрин, М.Е. Рассказы, очерки, сказки [Cборник]:/ М.Е. Салтыков-Щедрин. – Ленинград.: Издательство «Детская литература», 1977. -317 с.
  20. Салтыков-Щедрин, М.Е. Премудрый пескарь. Сказки [Сказки]:/ М.Е. Салтыков-Щедрин.
    – Москва.: Издательство «Детская литература», 1973. – 174 с.
  21. Салтыков-Щедрин, М.Е. Сказки [Сказки]:/ М.Е. Салтыков-Щедрин. –Москва.: Издательство «Художественная литература», 1980. -112 с.
  22. Салтыков-Щедрин, М.Е. Сказки [Сказки]:/ М.Е. Салтыков-Щедрин. –Москва.: Издательство «Советская Россия», 1980. -176 с.
  23. Салтыков-Щедрин, М.Е. Сказки [Сказки]:/ М.Е. Салтыков-Щедрин. – Краснодарское книжное издательство, 1972. -112 с.
  24. Салтыков-Щедрин, М.Е. Сказки [Сказки]:/ М.Е. Салтыков-Щедрин. –Москва.: Издательство «Детская литература», 1979. -142с.

Отечественный насмешник. Салтыков-Щедрин — Год Литературы

Текст: Арсений Замостьянов

Фото: elisavetart.com

Щедрина подзабыли. Но в глубинах нашего самосознания искореженные миры, созданные им, бурлят, невредимые. Он довёл до совершенства «эзопов язык», который ещё не раз пригодится писателям. Его злейшие враги — те, о ком он писал: «взамен совести выросло у них во рту по два языка, и оба лгут».

Он весь — в иносказаниях, в иронии, подчас — утонченной, глубоко зашифрованной, а иногда — хлёсткой и грубоватой, чтобы каждый студент (на них надежда!) понял, намотал на ус. Более желчного писателя русская литература не знала. Говоря о сатире, принято ссылаться на Свифта — так вот, Щедрин превзошёл Свифта. При этом,

если вчитываться в щедринские сарказмы, сразу можно определить, что перед нами — современник и оппонент Некрасова, Достоевского, Толстого, Тургенева, наследник Фонвизина и Гоголя. Да и Антиоха Кантемира, первым провозгласившего сатирическое кредо: «Смеюсь в стихах, а в сердце о злонравных плачу». Салтыков-Щедрин стремится исправить, предупредить, одёрнуть. Он верит в благотворность воспитания. Здесь не только «злоба дня», но и «раненое сердце», сочувствие, хотя интонации Щедрина лишены внешней сентиментальности. Стиль департаментский, въедливо-суровый. Суровость излучают и портреты писателя. В том числе — самый талантливый и расхожий, кисти Ивана Крамского. Брадатый литератор не похож на жизнелюба, скорее — аскет, самозабвенно служащий своим идеалам.

В пристальном строгом взгляде — «опыт, сын ошибок трудных». Верно, этого человека непросто удивить. Для Ивана Сеченова он — «диагност наших общественных зол и недугов». Для Василия Розанова — «Матерой волк», который «напился русской крови и сытым отвалился в могилу». Сегодня найдутся сторонники и первой, и второй трактовки, хотя читают Щедрина в наше время не так внимательно, как сто лет назад. Но фамилия и псевдоним, сплоченные в двойную фамилию, не выпали из исторической памяти.

РЕВОЛЮЦИОННЫЙ ДЕМОКРАТ

Перед нами — осмысленный революционный демократ. Именно поэтому в последние годы Щедрина вспоминают реже, чем он того заслуживает, хотя повестка дня остро напоминает «Современную идиллию». Из школьной программы постепенно исчезают его книги… Последние десятилетия воспитали в нас недоверие к целенаправленному воспитанию, к науке, к любому вмешательству извне в природный ход вещей. Мы теперь такие консерваторы, что дальше некуда. Стоит — и не трогай, с места не сдвигай, воспитывать — только портить… Определение «традиционный» нынче звучит как комплимент.

Оставьте пошехонскую старину нетронутой! — таков вопль нашего времени. А он всё воюет с нашими опрометчивыми мыслишками, с нашей леностью, которая за полтора века не сдала ни одного бастиона. «Когда человек сыт и доволен, когда дела или делишки его пойдут изрядно, то он почти всегда наклонен думать, что этой сытости и довольству не будет конца» — не слишком устарело предупреждение?

Он — из Царскосельских кущ. Лицеист. Подобно Пушкину, Кюхельбекеру, да и Льву Мею, боролся за первенство в лицейской литературной жизни, держался дерзко. В каждом лицейском поколении были поэты. И Михаил Салтыков (тогда еще не Щедрин) писал стихи. Большого поэтического дарования у него не было, но к литературной работе он привык. Как и к читательскому вниманию.

В наш странный век все грустью поражает

Не мудрено: привыкли мы встречать

Работой каждый день; все налагает

Нам на душу особую печать…

Тяготила ли его служба? В компании столоначальников он ощущал себя во вражеском окружении, набирался тягостного опыта. Под благонамеренного не маскировался — и карьерные успехи чередовались с поражениями. За неблагонадежность Салтыкова ссылают в Вятку, но там он продолжил административную карьеру и дослужился до советника губернского управления. Позже служил в Министерстве внутренних дел, вицегубернаторствовал в Рязани и Твери. Там его прозвали «вице-робеспьером» и «домашним Герценом». Несмотря на чины и знатность, богачом не был никогда и потому не чурался литературной поденщины. К ней и пришёл, оставив службу. Стал «литературным работником» некрасовской школы. Его пристанищем стал журнал «Отечественные записки», победы и беды которого Михаил Евграфович воспринимал острее, чем перипетии собственной личной жизни. Сатирик, работавший на грани цензурного запрета, стал властителем дум «прогрессивной общественности».

Салтыков-Щедрин в ХХ веке вошёл в пантеон канонизированных классиков, его усердно изучали в школе, не говоря уж о гуманитарных факультетах. Пожалуй, даже перекормили школяров щедринской сатирой. Это связано

с политическими обстоятельствами: истребительная сатира вписывалась в концепцию революционной истории литературы — от Радищева до Горького. Его частенько цитировал Ленин, особенно — сказку про либерала: «В некоторой стране жил-был либерал, и притом такой откровенный, что никто слова не молвит, а он уж во все горло гаркает: «Ах, господа, господа! что вы делаете! ведь вы сами себя губите!». Да и про Головлева поминал регулярно. Знал близко к тексту.

Более едкого писателя в истории русской литературы не найти: сатирой пронизано всё, что сочинил этот плодовитый и трудолюбивый автор. Он писал об одичании людей, о том, как в душе человеческой порок побеждает ростки здравого смысла. Щедрин не только живописал пороки «феодальной» России, он со скепсисом оценивал и перспективы «развития капитализма». Словом, умел говорить нелицеприятности всем. Он высмеивал и психологию раба, и рефлексии хищников — хозяев жизни. Безжалостный? Но и в «Истории одного города», и в сказках, и, особенно, в «Господах Головлевых» чувствуется авторская боль.

Одна из сказок называется «Пропала совесть». Пропала, и это грустно. А кто такой Иудушка (Порфирий) Головлев? Елейный подлец, уничтожавший всё живое вокруг себя. Но каков его конец! «В нескольких шагах от дороги найден закоченевший труп головлевского барина». Он замерз — а скорее всего наложил на себя руки или был убит, когда захотел покаяться на могиле матери. «Господа Головлёвы» — расщепление семейного романа. Быть может, это самая страшная книга Щедрина, хотя именно в ней он проявил сочувствие к своим памфлетным героям, утеплил их, подсветил.

Идея «Истории одного города» бродила в воздухе. Монументальная карамзинская «История государства Российского» напрашивалась на пародию. Пушкин, набрасывавший чертежи будущей русской литературы, оставил незаконченную повесть «История села Горюхина». Её опубликовали в «Современнике» вскоре после гибели автора. Оказалось, что по карамзинской канве можно вышивать и в шаловливом духе. Салтыков-Щедрин воспользовался жанровой подсказкой Пушкина и наполнил свою «Историю одного города» десятками пародийных пластов, а еще добавил фантастики. Там и гоголевские мотивы, и Достоевский, и шаржи на всякого рода официоз… Получилась энциклопедия политической сатиры — и на реформаторов, и на реакционеров. И на тиранов, и на вольнодумцев. Ну а цитат, актуальных во все времена, там целые залежи: «У Глупова нет истории… Рассказывают старожилы, что была какая-то история, и хранилась она в соборной колокольне, но впоследствии ни-то крысами съедена, ни-то в пожар сгорела». О губернаторах говорится так: «Были губернаторы добрые, были и злецы; только глупых не было — потому что начальники!»

Против чего боролся сатирик? Бюрократию он знал досконально, раздел ее донага перед публикой, но замахнулся не только на политическую систему. От Щедрина доставалось всем, идеальные герои ему не требовались. А вот над представителями прогрессивных сил он смеялся не менее зло, чем над реакционерами: «Нет задачи более достойной истинного либерала, как с доверием ожидать дальнейших разъяснений». Припечатано Щедриным.

Он надеялся перестроить мировоззрение, привить здравый смысл — если не современникам, то потомкам. Мир пребывал во власти пагубных традиций, во власти призраков, — это он видел ясно. Вот против них Салтыков-Щедрин и задумал революцию: «Что такое призрак? Рассуждая теоретически, это такая форма жизни, которая силится заключить в себе нечто существенное, жизненное, трепещущее, а в действительности заключает лишь пустоту». Рационалист Щедрин, как мог, боролся с суевериями, с дикими предрассудками, подвергал их осмеянию. Тут даже уместно патетическое слово — бичевал. В этом видел просветительскую миссию. Мы забыли, что в рационализме есть рыцарственная, донкихотская красота. Это была прометеевская борьба за человека. Он называл себя «будителем общественного сознания».

Щедрин, отпрыск аристократической фамилии, дававшей России бояр, князей, графов, генерал-аншефов и даже цариц, понимал, что будущее цивилизации — за массами, а не за коронованными особами. Чем изобретательнее развивается техника — тем более это очевидно. После индустриальных революций элитарность означает отставание. Идея народовластия важна для Щедрина. При этом он — желчный скептик — не идеализировал крестьянскую общину. Народ сначала следовало просветить… «Любовь и потому знание истинных интересов народа», — так определил оснастку Салтыкова-Щедрина Толстой. Как прорваться к свободе? Многовековыми увещеваниями или большим кровопусканием? Щедрин не давал на сей счет рецептов, но верил: «Ежели общество лишено свободы, то это значит, что оно живёт без идеалов, без горения мысли, не имея ни основы для творчества, ни веры в предстоящие ему судьбы». Есть соблазн прокомментировать свысока: «И чего же он добился? Лучше бы думал о чем-нибудь высоком. Витал бы себе в туманной дымке…». А всё-таки нужны такие строители общественной мысли. И здравый смысл — не худшее знамя на свете.

НАСЛЕДИЕ

Он писал о «выморочном наследстве» и сам едва не стал таковым. Надеюсь, что эта опасность позади.

Издано несколько собраний сочинений писателя, в том числе и научных. Отмечу уникальный академический 20-томник (в 24 книгах), вышедший к 1965 году. Из литературоведов-щедринистов нельзя не упомянуть Сергея

Александровича Макашина (1906–1989), автора основательных исследований о жизни и творчестве писателя, ничуть не устаревших. Именно Макашин был главным редактором того самого собрания сочинений Щедрина. Дипломная университетская работа Макашина называлась «М.Е. Салтыков-Щедрин в его отношениях к утопическому социализму и революционному народничеству» — и щедринскую тему исследователь не бросал до последних дней.

Салтыков-Щедрин с трудом поддается экранизациям, но некоторые попытки интерпретаторов заслуживают упоминания. Событием стал в семидесятые спектакль Георгия Товстоногова «Балалайкин и К» в московском театре «Современник». Спектакль, к которому приложил руку и знаменитый Сергей Михалков, нередко показывали по телевидению, и трусливый лозунг «Давайте годить!» стал крылатым выражением. Врезался в память и мхатовский спектакль по «Господам Головлёвым», в котором Иудушку играл Смоктуновский. А по «Истории одного города» режиссер Сергей Овчаров снял абсурдистскую эпопею «Оно». Тогда, в годы перестройки, эту книгу Щедрина считали пророческой, видели в ней шаржи не только на Аракчеева и Александра Благословенного, но и на Сталина, Брежнева, Хрущёва… Проявился Щедрин и в мультипликации. «Премудрый пескарь», «Органчик», «Как один мужик двух генералов прокормил».

Некоторые афоризмы Салтыкова-Щедрина мы слышим ежедневно — и про севрюжину с хреном, и про Отечество, которое путают с их превосходительством. Кому-то и сегодня Салтыков-Щедрин кажется неблагонадежным, крамольным. Он и не собирался угождать всем и каждому. И при этом переместить автора «Господ Головлёвых» во второй ряд благородного литературного собрания вряд ли кому удастся.

Ссылки по теме:

Глуповцы поселятся в питерском ЦПКиО — ГодЛитературы.РФ, 26.08.2015

«Лирическое хозяйство» Афанасия Фета — ГодЛитературы.РФ, 23.07.2015

Памятные места М.Е. Салтыкова-Щедрина

22 дек. 2020 г., 10:10

Талдомская земля – не только уникальный уголок природы, но и родина М. Е. Салтыкова-Щедрина, писателя, наделённого редким талантом сатирика-острослова. Сейчас здесь можно посетить памятные места, связанные с именем Михаила Евграфовича.

Вехи истории

Идея создания музея писателя в талдомском селе Спас-Угол возникла в 1960-е годы. Экспозицию готовили местные краеведы, журналисты, педагоги и просто любители его творчества.

1976 год организация ЮНЕСКО объявила годом великого русского писателя-сатирика М.Е. Салтыкова-Щедрина в честь его 150-летия со дня рождения. Тогда было принято решение восстановить усадебный дом Салтыковых, отреставрировать фамильную церковь, провести благоустройство территории. Но работы так и не были произведены, что вызвало возмущение ведущих писателей той поры, в частности, автора гимна СССР и России Сергея Михалкова.

Само имение, к сожалению, не сохранилось. В 1986 году начались работы по реставрации родовой церкви Преображения Господня (1797 г.), в которой и открылся музей. Это было 27 июля 1986 года, в год 160-летнего юбилея великого писателя.

С 1994 года часть экспозиционной площади была отдана Спасскому приходу, и долгое время два учреждения в одном здании – музей и приход – мирно соседствовали и несли духовность в массы.

«Особую гордость жителей Талдомского округа составляют места, связанные с именем нашего знаменитого земляка, великого русского писателя-сатирика Михаила Евграфовича Салтыкова-Щедрина. 27 июля 1986 года в честь 160-летия со дня рождения писателя в родовой церкви господ Салтыковых, в которой крестили Мишу на второй день после рождения, был открыт музей М.Е. Салтыкова-Щедрина! Открывали музей в храме временно, надеясь, что в скором времени восстановят большой господский дом для музея писателя. И это временное растянулось ровно на 32,5 года. Современное здание музея позволяет выйти на новый формат работы. Дело за малым – всё осуществить! И в перспективе Спас-Угол – одна из жемчужин Золотого кольца России», – сказала заведующая музеем М.Е. Салтыкова-Щедрина Анна Комлева.

В России насчитывается всего три музея М. Е. Салтыкова-Щедрина: первый был открыт в Твери в мемориальном доме, в котором писатель жил два года, находясь на посту вице-губернатора Твери. За публикации повестей «Запутанное дело» и «Противоречия» в журнале «Отечественные записки» Салтыков был сослан в Вятку (современный город Киров) на семь лет. Дом в Кирове, где проживал писатель с 1848 по 1855 год, находясь в ссылке, также стал музеем. Третий музей М.Е. Салтыкова-Щедрина находится в селе Спас-Угол, где писатель родился и провёл своё детство.

Новый музей

27 января 2019 года, в день 193-й годовщины со дня рождения М.Е. Салтыкова-Щедрина, состоялось торжественное открытие нового помещения музея. Теперь музейная экспозиция занимает достойное место в современном двухэтажном здании, украшением его фасада стал огромный витражный портрет М.Е. Салтыкова-Щедрина. Музей писателя стал литературным и культурным символом всего Подмосковья. Новое здание необычное. Огромный портрет Михаила Евграфовича на фасадном стекле сразу бросается в глаза и впечатляет. На первом этаже есть уютное помещение, где можно проводить мастер-классы и лекции. На втором этаже – экспозиционный зал. В нём можно увидеть много мемориальных предметов: календари-месяцесловы (XVIII–XIX вв.), документы, рукописи, фотографии, письма и многое другое. Среди музейных экспонатов – книги, мебель, церковная утварь, предметы труда и быта крестьян, одежда конца XIX – начала ХХ века, а также макеты господских домов, находившихся в селах Спас-Угол и Заозерье. У стен храма – родовое кладбище, где покоятся дед и бабушка, отец и братья, сестры и другие родственники великого писателя. Сохранилась и часть парка: хвойные и липовые аллеи, каскад прудов и святой источник.

Замечательный памятник

Площадь Искусств в Талдоме украшает памятник писателю, созданный скульптором Денисом Стритовичем и архитектором Александром Айрапетовым. Там же установлен информационный терминал. Туристы и сами талдомчане могут убедиться в актуальности сатирических наблюдений Михаила Евграфовича почти двухсотлетней давности.

Также в окрестностях музея можно найти верстовой столб «135 вёрст до Москвы» и камень в честь легендарного полёта на воздушном шаре Дмитрия Менделеева из Клина в Спас-Угол в 1887 году.

Музей принимает посетителей со вторника по воскресенье с 10.00 до 17.00, понедельник — выходной.

В музее возможны индивидуальные экскурсии и экскурсии для групп не более 5 человек с обязательным соблюдением дистанции между группами и посетителями.

Посещение музея возможно по предварительной записи по телефону: 8 (496) 206-05-42.

Адрес:
Талдомский г.о., с. Спас-Угол, д. 46
Телефон: 8 (496) 206-05-42
Сайт: museum-taldom.mo.muzkult.ru

 

Источник: http://in-korolev. ru/novosti/obschestvo/pamyatnye-mesta-m-e-saltykova-shchedrina

Двуликий Салтыков-Щедрин. Как образцовый чиновник стал образцом сатирика | Персона | Культура

27 января 1826 года родился Михаил Евграфович Салтыков-Щедрин.

***

В 1855 г. из Вятки в Петербург выехал надворный советник. Звали его Михаилом Салтыковым. Псевдоним Щедрин он возьмёт себе год спустя, когда напишет свой первый хит — «Губернские очерки».

Справедливости ради надо сказать, что в Вятку он попал не по своей воле. До «Очерков», которые восхитили Некрасова и Достоевского, Салтыков успел написать несколько повестей. Одна из них, «Противоречия», удостоилась любопытной рецензии самого Белинского: «Идиотская глупость». Вторая, «Запутанное дело», привлекла внимание уже цензурного комитета. Автора, молодого чиновника военного ведомства, решили поучить уму-разуму. И сослали в захолустье.

Читайте также: Гражданин поэт. Современники Некрасова считали его стихи лучше пушкинских

…Царскосельский лицей был задуман как учреждение, поставляющее для государственной службы чиновников высшей квалификации. В общем, со своей задачей он справлялся. Осечек известно немного. Точнее, две. В первом выпуске лицея числился Александр Пушкин, в тринадцатом — Михаил Салтыков. Забавно, что оба возводили свой род к XIII столетию — предком Пушкина считался герой Невской битвы Ратша, предком Салтыкова — герой того же сражения Михаил Прушанин.

 Защищать или пороть?

Но если Пушкин был чиновником никуда не годным, то Салтыков демонстрировал прямо противоположные качества. Причём в уникальном сочетании. Дисциплина уживалась в нём с цинизмом. Желание выслужиться — с честностью. Сославшие его в Вятку могли быть довольны — Салтыков действительно «набрался ума». Вот служебная характеристика: «Сведущ, деятелен, бескорыстен, требователен относительно сотрудников, взыскателен относительно подчинённых». Иными словами, в Петербург возвращался матёрый администратор с железной хваткой. Его тут же сделали чиновником особых поручений при Министерстве внутренних дел и дали внеочередной чин коллежского советника, соответствовавший полковнику.

Когда узнаёшь подробности службы Салтыкова, кажется, что тебя где-то обманывают. Не может такого быть, чтобы знаменитый сатирик, эталонный «печальник горя народного», «бичующий язвы и пороки реакционной России», был таким классическим чиновником. Подобное чувство, кстати, охватывало и со­временников: «Его сказки — злая и едкая сатира, направленная против нашего общественного и политического устройст­ва», — писал цензор Лебедев в 1880-е гг. Есть отчего растеряться. Если бы это был простой обыватель, можно заподозрить разве что помешательство, раздвоение личности. Но когда речь идёт о генерале, а именно до такого чина дослужился Салтыков, возникает нехорошая формулировка «измена».

Считается, что Салтыков по своим взглядам был либералом, западником и чуть ли не социалистом. Во всяком случае, прозвища «Вице-Робеспьер» и «Красный вице-губернатор», которыми наградили его коллеги-чиновники, об этом говорили прямо. Став вторым лицом в Рязанской губернии, Салтыков публично и неоднократно заявлял: «Я не дам в обиду мужика! Хватит с него, довольно он уже терпел!» Всё так. Но при этом почему-то забываются другие его распоряжения. На бумаге о том, что мужики плохо платят подати, присланной в вятскую канцелярию, красуется размашистая резолюция Салтыкова: «Пороть!» Или то, что он, искореняя в Вятской губернии раскольничество, проделал 7 тысяч вёрст на лошадях и лично произвёл 16 арестов.

Срыв покровов

Ближе всех подошёл к разгадке натуры Салтыкова его знакомый, врач и публицист Николай Белоголовый, оставивший такие воспоминания: «Мне кажется, что он имел определённые политические взгляды, но с таким своеобразным оттенком, что его трудно поставить под какое-то шаблонное партийное знамя».

Могила М. Е. Салтыкова-Щедрина на Волковском кладбище. Фото: Commons.wikimedia.org/ A.Savin

«Чрезмерное весёлонравие и кривлянье, шутовство относительно России, её истории, традиций, семьи и государственности», — это вердикт цензуры. «Да, он обличает неправду, но лишь ради того, чтобы ракету пустить и смех произвести», — а вот это уже коллега, либеральный критик Дмитрий Писарев. Всем не нравится, что Салтыков пишет легко, игриво и смешно. Самое интересное, что это не нравилось и ему самому. Он даже пробовал это в себе искоренить. Пытался писать многословно, со всеми полагающимися отступлениями и высокими раздумьями на высокие темы. 

Однако гению не прикажешь. В результате всё равно выскакивало абсурдное, но точное. Например, об особом пути отечественной истории: «Цивилизацию эту, приняв в нетрезвом виде за бунт, уничтожил бывший градоначальник Урус-Кугуш-Кильдибаев». Или о вечной доле «инакомыслящих»: «Знали они, что бунтуют, но не стоять на коленях не могли».

Совершенно непонятно, почему такого писателя, как Салтыков-Щедрин, вообще проходят в школе. Он по-настоящему опасен. Не цинизмом, не зубо­скальством. Не печалью о горе народном. И даже не тем, что якобы подрывает национальные российские устои. Он показывает то, как по-настоящему устроено любое государство в любое время. «У нас нет середины — либо в рыло, либо ручку пожалуйте». «Многие склонны путать понятия «Отечество» и «Ваше превосходительство». «Нет задачи, более достойной истинного либерала, как с доверием ожидать дальнейших разъяснений».

«Благонадёжность — это клеймо, для приобретения которого необходимо сделать какую-нибудь пакость». «Система очень проста: никогда ничего прямо не дозволять и никогда ничего прямо не запрещать». Под всем этим с удовольствием и пониманием может подписаться любой европеец. Более того — англичане, изучившие русский язык, уверены, что фраза Салтыкова «Во всех странах железные дороги для передвижения служат, а у нас сверх того и для воровства» относится не к России, а к Великобритании. 

Он гениален, универсален и останется в памяти навсегда. Впрочем, о памяти он тоже высказался весьма оригинально.

«А знаете, с какого момента началась моя память? — спрашивал Салтыков своего знакомого, писателя Сергея Кривенко. — Помню, что меня секут, секут как следует, розгою… Было мне тогда, должно быть, года два, не больше».

 

Государственная Публичная библиотека им. М.Е.Салтыкова-Щедрина в годы Великой Отечественной войны. Страницы истории

     

Начало войны

С первого до последнего дня Великой Отечественной войны Государственная Публичная библиотека им. М. Е. Салтыкова-Щедрина (ГПБ) была открыта для всех желающих.

В первые недели сразу же после начала Великой Отечественной войны в ряды Красной армии, в народное ополчение, истребительные батальоны, в госпитали медицинскими сестрами, а несколько позже – в партизанские отряды из Публичной библиотеки ушли свыше 60 сотрудников.

На протяжении войны в Рабоче-Крестьянскую Красную армию (РККА) были призваны 97 человек, среди них: А.  З. Абрамишвили, Б. Л. Агафонов, С. Х. Григорьянц-Акопьянц, Е. И. Кожевников, И. А. Месеняшин, С. Г. Миляев, Н. Я. Морачевский, И. В. Тарасов, И. М. Юновер.

Среди библиотекарей, добровольно ушедших в армию и народное ополчение, были и женщины – Е. Е. Канина, А. В. Черных, А. В. Семенова, Е. М. Зубчанинова, З. Д. Титова, М. Н. Вальтер, Г. Т. Сиротенко, Х. А. Сунчелеева, незадолго до начала войны окончившие курсы медсестер. На фронте и в частях МПВО сражались позднее секретарь комитета ВЛКСМ Л. В. Шарапова, библиограф Р. М. Берлинская, библиотекари Э. М. Гиршгорн, Н. Я. Сергеева, В. М. Цвибак, Н. В. Фролова, В. С. Грязева.

См. подробнее…

Эвакуация наиболее ценных фондов

С наступлением немцев на Ленинград остро встал вопрос спасения бесценных книжных и рукописных фондов Библиотеки. 17 июля 1941 г. была завершена двухнедельная круглосуточная работа по подготовке наиболее ценных коллекций к эвакуации. 20 июля первый эшелон отправился в глубокий тыл в г. Мелекесс (ныне г. Димитровград) Ульяновской области.

В эвакуацию были отправлены фонды Отдела рукописей, коллекции произведений классиков марксизма-ленинизма, «вольной русской печати», издания гражданского шрифта, вышедшие при Петре I, русские книги XVIII в. и первой четверти XIX в., фонд «Россика», коллекция «Пушкиниана», библиотека Вольтера, архив и библиотека Дома Плеханова, инкунабулы, альды и эльзевиры, отдельные части фондов литературы народов СССР, картографии, эстампов, нот, иностранного фонда.

Эшелон прибыл по назначению 31 июля. Вместе с фондами уехала группа сотрудников, на которых возлагалась огромная ответственность по сохранению вывезенных раритетов. В августе 1941 г. начало работать Мелекесское отделение в составе 24 человек под руководством В. И. Гранского, с марта 1942 г. – А. Х. Вольпера. (см. подробнее…)

Все военные годы Библиотеку, оставшуюся в Ленинграде, возглавляла единственная женщина-директор в ее истории – Елена Филипповна Егоренкова. (см. подробнее…)

Перемещение фондов и каталогов

В самой Библиотеке с конца июля 1941 г. начались внутренние перемещения фондов. В нижние этажи и подвалы Главного здания были переведены Центральная справочная библиотека, основные каталоги, фонд эстампов, Общий читальный зал – в помещение Кабинета Фауста, Научный читальный зал – в Отдел рукописей. Перенесены подручные библиотеки (100 тыс. экз.), справочная библиотека Консультационно-библиографического отдела (свыше 50 тыс. экз.), упакованы в ящики и спущены в подвал материалы фонда эстампов. Большие перестановки были произведены также в зданиях резервных фондов, расположенных в Петропавловской крепости и в здании бывшей библиотеки Санкт-Петербургской духовной академии, примыкающего к архитектурному комплексу Александро-Невской лавры. За короткий срок было упаковано, снято со стеллажей и перемещено около миллиона единиц хранения книг, журналов и других изданий.

См. подробнее…

МПВО

В день начала войны на казарменное положение полностью перешла команда МПВО Библиотеки. Она сыграла значительную роль в деле охраны Библиотеки в труднейших условиях блокады, в бесчисленные часы бомбежек и обстрелов.

Силами команды МПВО, для защиты Библиотеки от зажигательных бомб были подняты на чердаки многие сотни ведер с песком. Только в главном здании было поднято на чердаки 325 кубометров песка. Перекрытия были окрашены огнеупорными красками. С первых воздушных тревог различными службами команды МПВО руководили Т. И. Антоневич, Ф. Д. Бартновская, Т. С. Григорьянц, Ф. И. Горенштейн (Бархатова), А. М. Древинг, З. И. Зазыкина (Иванова), Т. В. Клочихина (Макарова), Р. С. Подрайская, О. А. Каллер (Суслова), М. М. Чернякова. С 6 июля 1943 г. начальником штаба МПВО ГПБ был назначен В. С. Люблинский, до этого служивший в штабе МПВО Куйбышевского района.

В одно из дежурств тяжелое ранение получила З. И. Зазыкина, впоследствии награжденная орденом Боевого Красного Знамени.

См. подробнее…

Блокадные дни

Начавшиеся с 8 сентября1941 г. воздушные, а затем артиллерийские налеты на город поставили под непосредственную угрозу существование Библиотеки. В результате воздушных налетов в Главном здании и филиалах были выбиты почти все стекла. 26 января1942 г. в Библиотеке погас свет, замерз водопровод. Для защиты книгохранилища от атмосферных осадков силами сотрудников некоторые оконные проемы были заделаны фанерой и папкой, а окна первого этажа – специально изготовленными щитами.

В течение суровой зимы 1941–1942 гг. началась борьба за жизнь самих библиотекарей. Война унесла жизни 179 сотрудников Публичной библиотеки, из них 169 скончались в блокадном Ленинграде. Среди них: В. Э. Банк, И. А. Бычков, Е. П. Гребенщикова, П. М. Иванова, Н. Д. Игнатьев, Л. Д. Кранцфельд, И. И. Слонимский, В. В. Майков, М. Э. Орловская, Е. Ф. Проскурякова, Б. В. Саитов и многие, многие другие, чьи имена, как и имена павших на фронте Б. Л. Агафонова, И. М. Белевицкого, Г. М. Ершова, Н. Н. Лебедева, С. Г. Миляева, Н. К. Парфенова, А. В. Спасского, И. М. Юновера помнит Библиотека.

В здании Библиотеки был открыт стационар, куда на лечение и усиленное питание на 10–12 дней направляли ослабевших от голода людей. Душой стационара были С. С. Казакевич и З.  И. Меерова. Часть мест предоставлялась Библиотеке в стационаре Педагогического института им. А. И. Герцена. Всего через стационар прошло около 200 сотрудников, и многим из них была спасена жизнь.

Весной 1942 г., вместе со всеми ленинградцами, спасая город от эпидемии, библиотекари Публичной библиотеки принимали активное участие в очистке улиц и дворов Ленинграда, в оборонных работах, в разное время в них участвовали свыше 400 человек.

Уход на фронт, эвакуация, гибель от голода и болезней – все это привело к резкому сокращению числа сотрудников Библиотеки. Если 22 июня 1941 г. ее штат составлял 1100 человек, из них 683 библиотечных работника, то к концу года он сократился до 303 человек, а на 1 января 1943 г. в ленинградском отделении Библиотеки осталось 204 сотрудника, и 26 человек, включая технический персонал, работали в Мелекессе.

Только после снятия блокады в 1944 г. в Библиотеку смогли вернуться ее сотрудники, оказавшиеся за пределами Ленинграда, поступили на работу новые молодые кадры. К концу этого года штат Публичной библиотеки увеличился вдвое, что позволило ей ускоренными темпами ликвидировать последствия блокады, проводить восстановительные работы и налаживать все направления деятельности в полном объеме.

См. подробнее…

     

Улица Салтыкова-Щедрина в Самаре — Блог Самарских КраеведовБлог Самарских Краеведов

Улица Салтыкова-Щедрина проходит в Железнодорожном районе города Самары (поселок Кузнецова). Старое название улицы — Ямская. 17 октября 1934 года была переименована в честь писателя Михаила Евграфовича Салтыкова-Щедрина (настоящая фамилия — Салтыков; псевдоним — Н. Щедрин) (годы жизни: 1826 — 1889).
Краткая биография М. Е. Салтыкова-Щедрина:
Михаил Евграфович был родом из села Спас-Угол Калязинского уезда Тверской губернии. Отец — из старинного дворянского рода, мать — из семьи богатого московского купца. Детские годы будущего писателя прошли в усадьбе отца. Воспитывался Михаил Салтыков в Московском Дворянском институте и Александровском (бывшем Царскосельском) лицее. Там начались его первые литературные шаги. 18 — летним поступил на службу в канцелярию Военного министерства. Вскоре сблизился с «петрашевцами». Первые его повести «Противоречия» и «Запутанное дело» (1847-1848) вызвали недовольство властей. Автор был выслан в Вятку, где он работал старшим чиновником особых поручений при губернаторе, а потом — советником губернского правления.

После восьми лет «вятского плена» вернулся в Петербург, возобновил литературную работу. Его «Губернские очерки» (1856-1857), вышедшие под псевдонимом «Н. Щедрин», получили высокую оценку Н. Г. Чернышевского и Н. А. Добролюбова за «дух правды». Очерки имели огромный успех. В 1856-1858 гг. М. Е. Салтыков занимал должность чиновника особых поручений в МВД, участвовал в подготовке крестьянской реформы. В последующие четыре года он был вице-губернатором в Рязани, потом в Твери. Жизнь и служба в провинции дали писателю много материала для творчества. Публиковал свои рассказы, очерки, пьесы, сцены преимущественно в журнале «Современник».

В 1865-1868 гг. возглавлял Казенные палаты в Пензе, Туле, Рязани. В 1868 году, повелением царя, был уволен в окончательную отставку. По приглашению Н. А. Некрасова 16 лет работал в «Отечественных записках», а после смерти Некрасова он возглавил журнал. 70-80-е годы были временем высшего творческого подъема Салтыкова-Щедрина. Он пишет «Историю одного города», «Господа ташкентцы», «Дневник провинциала в Петербурге», «Благонамеренные речи», «Господа Головлевы». В автобиографическом романе «Пошехонская старина» М. Е. Салтыков-Щедрин уже в конце жизни напишет: «Крепостное право, тяжелое и грубое в своих формах, сближало меня с подневольной массой и только пережив все его фазисы, я мог прийти к полному и страстному отрицанию его».

Несмотря на свирепую реакцию и тяжелую болезнь Салтыков-Щедрин создал в последние годы своей жизни — «Сказки» (1882-1886), «Мелочи жизни» (1886- 1889) и «Пошехонскую старину» (1887-1889). Особенностью сатирической поэтики писателя стали — эзоповский язык, искусство гротеска, собирательные образы как средство типизации («Иванушки», «Глуповцы», «Пестрые люди») и искусство создания правдивых образов («Иудушка», «Дерунов»). В городе Вятке был открыт мемориальный музей в доме, где писатель жил в годы ссылки.

Похожие страницы:

1. биография Н. И. Пирогова
2. биография П. М. Потапова
3. биография П. И. Пестеля
4. биография П. Д. Осипенко
5. биография В. П. Ногина

На Главную

[Михаил Евграфович Салтыков-Щедрин, портрет «голова-плечи», лицом влево] — цифровой файл с оригинала

Библиотека Конгресса и ее партнеры по «Встрече на границах» считают, что многие материалы «Встречи на границах» находятся в общественном достоянии или не имеют известных ограничений авторского права и могут свободно использоваться и повторно использоваться. Библиотека Конгресса и партнерские учреждения исследовали содержание этих коллекций, чтобы установить любые возможные юридические права, воплощенные в материалах.Библиотека также получила разрешение на использование многих других материалов и представляет дополнительные материалы в соответствии с добросовестным использованием в соответствии с законодательством США об авторском праве. Исследователям следует следить за документами , которые могут быть защищены авторским правом (например, опубликованные в США менее 95 лет назад или неопубликованные, а автор умер менее 70 лет назад). Дополнительную информацию и контактную информацию многих партнерских организаций см. на этой заархивированной странице исходного сайта «Встречи на границах» 2005 года.

Вы несете ответственность за принятие решения о законности использования вами предметов из этой коллекции. Вам потребуется письменное разрешение от правообладателей на копирование, распространение или иное использование материалов, защищенных авторским правом, за исключением случаев, когда это разрешено добросовестным использованием или другими исключениями, предусмотренными законом. Некоторые материалы могут охраняться международным правом. Вам также может потребоваться разрешение от обладателей других прав, таких как право на публичное использование и/или право на неприкосновенность частной жизни.

Кредитная линия: Библиотека Конгресса, Встреча на границах.

Подробнее об авторских правах и других ограничениях

Для получения рекомендаций по составлению полных ссылок обратитесь к Citing Primary Sources.

  • Консультация по правам : Видеть Страница информации о правах и ограничениях
  • Репродукция номер : LC-USZ62-128247 (черно-белая копия на пленке, отрицательная.)
  • Номер телефона : ЛОТ 13255-4, вып. 22 [ПиП]
  • Консультативный доступ : Нет известных ограничений на воспроизведение.

Получение копий

Если отображается изображение, вы можете загрузить его самостоятельно. (Некоторые изображения отображаются только в виде эскизов за пределами Библиотеке Конгресса из соображений прав, но у вас есть доступ к изображениям большего размера на сайт.)

Кроме того, вы можете приобрести копии различных типов через Услуги тиражирования Библиотеки Конгресса.

  1. Если отображается цифровое изображение: Качество цифрового изображения частично зависит от того, был ли он сделан из оригинала или промежуточного звена, такого как копия негатива или прозрачность. Если поле «Репродукционный номер» выше включает репродукционный номер, начинающийся с LC-DIG…, то есть цифровое изображение, которое было сделано прямо с оригинала и имеет достаточное разрешение для большинства целей публикации.
  2. Если есть информация, указанная в поле Номер репродукции выше: Вы можете использовать репродукционный номер для покупки копии в Duplication Services. Это будет сделано из источника, указанного в скобках после номера.

    Если в списке указаны только черно-белые («ч/б») источники и вам нужна копия, показывающая цвета или оттенка (при условии, что они есть у оригинала), обычно можно приобрести качественную копию оригинал в цвете, указав номер телефона, указанный выше, включая каталог запись («Об этом элементе») с вашим запросом.

  3. Если в поле Номер репродукции выше нет информации: Как правило, вы можете приобрести качественную копию через Duplication Services. Назовите номер телефона перечисленных выше, и включите запись каталога («Об этом элементе») в свой запрос.

Прайс-листы, контактная информация и формы заказа доступны на Веб-сайт службы дублирования.

Доступ к оригиналам

Пожалуйста, выполните следующие действия, чтобы определить, нужно ли вам заполнять квитанцию ​​о звонке в разделе «Распечатки». и читальный зал фотографий, чтобы просмотреть исходные предметы. В некоторых случаях используется суррогатное изображение (замещающее изображение). доступны, часто в виде цифрового изображения, копии или микрофильма.

  1. Элемент оцифрован? (Эскиз (маленькое) изображение будет видно слева.)

    • Да, товар оцифрован. Пожалуйста, используйте цифровое изображение вместо того, чтобы запрашивать оригинал. Все изображения могут быть просматривать в большом размере, когда вы находитесь в любом читальном зале Библиотеки Конгресса. В некоторых случаях доступны только эскизы (маленьких) изображений, когда вы находитесь вне Библиотеки Конгресс, потому что права на предмет ограничены или не были оценены на предмет прав ограничения.
      В качестве меры по сохранению мы обычно не обслуживаем оригинальный товар, когда цифровое изображение доступен. Если у вас есть веская причина посмотреть оригинал, проконсультируйтесь со ссылкой библиотекарь. (Иногда оригинал просто слишком хрупок, чтобы служить. Например, стекло и пленочные фотонегативы особенно подвержены повреждениям. Их также легче увидеть онлайн, где они представлены в виде положительных изображений.)
    • Нет, элемент не оцифрован. Перейдите к #2.
  2. Указывают ли вышеприведенные поля Access Advisory или Call Number, что существует нецифровой суррогат, например, микрофильмы или копии?

    • Да, другой суррогат существует. Справочный персонал может направить вас к этому суррогат.
    • Нет, другого суррогата не существует. Перейдите к #3.
  3. Если вы не видите уменьшенное изображение или ссылку на другой суррогат, пожалуйста, заполните бланк вызова в читальный зал эстампов и фотографий. Во многих случаях оригиналы могут быть доставлены в течение нескольких минут. Другие материалы требуют назначения на более позднее время в тот же день или в будущем. Справочный персонал может проконсультировать вас как по заполнению бланка заказа, так и по срокам подачи товара.

Чтобы связаться со справочным персоналом в читальном зале эстампов и фотографий, воспользуйтесь нашим Спросите библиотекаря или позвоните в читальный зал между 8:30 и 5:00 по номеру 202-707-6394 и нажмите 3.

М. Е. САЛТЫКОВ-ЩЕДРИН: СЕМЬЯ ГОЛОВЛЕВЫХ | Форум современных языковых исследований

Получить помощь с доступом

Институциональный доступ

Доступ к контенту с ограниченным доступом в Oxford Academic часто предоставляется посредством институциональных подписок и покупок. Если вы являетесь членом учреждения с активной учетной записью, вы можете получить доступ к контенту следующими способами:

Доступ на основе IP

Как правило, доступ предоставляется через институциональную сеть к диапазону IP-адресов. Эта аутентификация происходит автоматически, и невозможно выйти из учетной записи с проверкой подлинности IP.

Войдите через свое учреждение

Выберите этот вариант, чтобы получить удаленный доступ за пределами вашего учреждения.

Технология Shibboleth/Open Athens используется для обеспечения единого входа между веб-сайтом вашего учебного заведения и Oxford Academic.

  1. Щелкните Войти через свое учреждение.
  2. Выберите свое учреждение из предоставленного списка, после чего вы перейдете на веб-сайт вашего учреждения для входа.
  3. Находясь на сайте учреждения, используйте учетные данные, предоставленные вашим учреждением. Не используйте личную учетную запись Oxford Academic.
  4. После успешного входа вы вернетесь в Oxford Academic.

Если вашего учреждения нет в списке или вы не можете войти на веб-сайт своего учреждения, обратитесь к своему библиотекарю или администратору.

Войти с помощью читательского билета

Введите номер своего читательского билета, чтобы войти в систему. Если вы не можете войти в систему, обратитесь к своему библиотекарю.

Члены общества

Многие общества предлагают своим членам доступ к своим журналам с помощью единого входа между веб-сайтом общества и Oxford Academic. Из журнала Oxford Academic:

  1. Щелкните Войти через сайт сообщества.
  2. При посещении сайта общества используйте учетные данные, предоставленные этим обществом. Не используйте личную учетную запись Oxford Academic.
  3. После успешного входа вы вернетесь в Oxford Academic.

Если у вас нет учетной записи сообщества или вы забыли свое имя пользователя или пароль, обратитесь в свое общество.

Некоторые общества используют личные аккаунты Oxford Academic для своих членов.

Личный кабинет

Личную учетную запись можно использовать для получения оповещений по электронной почте, сохранения результатов поиска, покупки контента и активации подписок.

Некоторые общества используют личные учетные записи Oxford Academic для предоставления доступа своим членам.

Институциональная администрация

Для библиотекарей и администраторов ваша личная учетная запись также предоставляет доступ к управлению институциональной учетной записью. Здесь вы найдете параметры для просмотра и активации подписок, управления институциональными настройками и параметрами доступа, доступа к статистике использования и т. д.

Просмотр ваших зарегистрированных учетных записей

Вы можете одновременно войти в свою личную учетную запись и учетную запись своего учреждения.Щелкните значок учетной записи в левом верхнем углу, чтобы просмотреть учетные записи, в которые вы вошли, и получить доступ к функциям управления учетной записью.

Выполнен вход, но нет доступа к содержимому

Oxford Academic предлагает широкий ассортимент продукции. Подписка учреждения может не распространяться на контент, к которому вы пытаетесь получить доступ. Если вы считаете, что у вас должен быть доступ к этому контенту, обратитесь к своему библиотекарю.

Аудиокнига недоступна | Звуковой.ком

  • Эвви Дрейк начинает сначала

  • Роман
  • От: Линда Холмс
  • Рассказал: Джулия Уилан, Линда Холмс
  • Продолжительность: 9 часов 6 минут
  • Полный

В сонном приморском городке штата Мэн недавно овдовевшая Эвелет «Эвви» Дрейк редко покидает свой большой, мучительно пустой дом спустя почти год после гибели ее мужа в автокатастрофе. Все в городе, даже ее лучший друг Энди, думают, что горе держит ее взаперти, и Эвви не поправляет их. Тем временем в Нью-Йорке Дин Тенни, бывший питчер Высшей лиги и лучший друг детства Энди, борется с тем, что несчастные спортсмены, живущие в своих самых страшных кошмарах, называют «криком»: он больше не может бросать прямо и, что еще хуже, он не может понять почему.

  • 3 из 5 звезд
  • Что-то заставило меня продолжать слушать….

  • От Каролина Девушка на 10-12-19

Антология в пятнадцати томах

«Я нашел старую копию московской газеты , , но больше ничего. «Тогда один должен есть что-то есть.»
 
НЕСКОЛЬКО лет назад жили в Петербурге два генерала. Теперь эти генералы состарились на государственной службе, проведя всю свою жизнь на мелких гражданских должностях, и, следовательно, они не знали ничего, кроме простой рутины своих обязанностей.Весь их словарный запас состоял из таких слов, как «остаюсь, сударь, почтительнейшим образом вашим». В свое время генералы ушли на пенсию, наняли каждый по кухарке и поселились на Красноленточном проспекте до безбедной старости.   1
  Однажды утром, проснувшись, они обнаружили, что лежат вместе на одной кровати.   2
  — Мне сегодня ночью приснился ужасный сон, ваше превосходительство, — сказал один из генералов.«Я вообще-то думал, что живу на необитаемом острове».   4
  «Боже мой! что это может означать? Где мы? — хором воскликнули они.   5
  Затем они начали щипать друг друга, убежденные, что все еще спят. Но они не могли, как ни старались, убедить себя, что спят.За исключением небольшого участка земли позади них, они были окружены широким морем. Впервые с тех пор, как они встали из-за своих парт, генералы заплакали. Когда они посмотрели друг на друга, то обнаружили, что одеты только в ночные рубашки. Однако на шее у каждого висела медаль.   6
  «Как бы я хотел чашечку кофе!» — сказал один генерал. Но когда он вспомнил о своем печальном положении, то снова расплакался.   7
«Что делать?» продолжал он, продолжая рыдать.«Было бы бесполезно писать об этом отчет». «Ты иди на восток, а я пойду на запад, и с наступлением темноты мы вернемся на это место. Возможно, это поможет нам что-то открыть. Они вспомнили, что вышестоящий чиновник однажды сказал им, что для того, чтобы найти восток, нужно встать лицом на север, а затем повернуть направо.Поэтому они начали искать север и при этом ставили себя во все мыслимые положения, но, поскольку горизонт их опыта был ограничен правительственным учреждением, они не пришли ни к какому выводу.   10
  «Ты иди направо, а я пойду налево; это будет то же самое, — сказал один из генералов, который когда-то преподавал почерк в школе для мальчиков и, следовательно, имел немного здравого смысла.   11
  Генерал, который пошел направо, увидел, как растут фруктовые деревья, но когда он попытался достать яблоко, то обнаружил, что плод висит вне его досягаемости.Когда он попытался взобраться на нее, он разорвал на куски свою одежду, но больше ничего не сделал. Вскоре после этого генерал подошел к ручью, в котором было так же полно рыбы, как в рыбной лавке на Фонтанке. «Хоть бы эту рыбу сварили!» — сказал себе генерал, изнемогая от голода. В лесу он видел куропаток, вальдшнепов и зайцев, но не было никакой возможности поймать кого-либо из них в пищу, и поэтому ему пришлось вернуться ни с чем к месту отправления. Второй генерал уже был там. 12 12
«Ну, ваше превосходительство, какая удача?» 13
  14
  Генералы снова легли и попытались уснуть, но голод не давал им уснуть, и заботились они и о судьбе своих пенсий.   15
 «Кто бы мог подумать, ваше превосходительство, что пища в своей первой стадии плавает, летает и растет на деревьях?» — сказал один генерал, думая о рыбах, фруктах и ​​птицах, которые у него были. видимый. «Поэтому, когда кто-то хочет съесть фазана, его нужно сначала поймать, убить, ощипать и приготовить.Но как все это сделать?   16
  «Да, как же это сделать?» повторил другой генерал. «Мне кажется, что я мог бы съесть свои сапоги, я так голоден!»  18
  Вдруг генералы переглянулись; глаза их сверкали огнем, зубы сжимались, с губ срывались гортанные звуки.Через секунду они яростно дрались. Воздух наполнился стонами и развевающимися волосами. Генерал, который был мастером письма, вцепился зубами в медаль противника и случайно проглотил ее. Вид крови привел их в чувство.   19
«Святые небеса, защитите нас!» — воскликнули они в один голос. «Следующими мы съедим друг друга!»   20
  «Но как мы сюда попали? Что за чертенок злобы нас обманул?»   21
  «Надо придумать что-нибудь более приятное, ваше превосходительство, а то будет убийство», — сказал другой генерал.«Что вы скажете на это, например: почему солнце заходит раньше, чем восходит, а не , а наоборот?»   22
  «Что за глупый вопрос! Не ты ли сам сначала поднялся, пошел в контору, написал и, наконец, удалился?» Сначала я ложусь спать, мечтаю о разных вещах, а потом встаю. но когда я служил правительству, я всегда думал, что это начинается с утра, потом обедает, а потом ложится спать.   25
  Но упоминание об обеде прервало разговор, вспомнив их муки голода.   26
 — Я слышал, как один доктор сказал, что человек может жить много дней на своих натуральных соках, — начал один из генералов.   27
  «Правда?»   28
  «Да. Кажется, что один сок вырабатывает другой, который, в свою очередь, потребляется, пока, наконец, не останется ни одного. 29
«А потом?» 30
31
На самом деле, независимо от того, что начались генералы чтобы говорить, дискуссия заканчивалась едой, и это только еще больше разжигало их аппетиты. Они решили помолчать и, вспомнив о найденном ими экземпляре «Московских ведомостей» , обратились к нему для развлечения.   32
  «Вчера, – дрожащим голосом прочитал один генерал, – губернатор нашей исторической столицы устроил большой банкет, на который были приглашены сто гостей. Казалось, гурманы всего мира объединились, чтобы устроить этот чудесный пир. Королевские фазаны с Кавказа, свежая икра с берегов Каспия и даже клубника, которой в нашем городе почти не бывает в феврале месяце…   33
  Милостивый Боже! неужели нет другого субъекта на свете? — в отчаянии воскликнул другой генерал; и, взяв газету из рук коллеги, прочел:   34
  «Корреспондент из Тулы пишет: «Вчера состоялся обед в честь поимки осетра из реки Упа.Эту рыбу принесли на огромном деревянном подносе, утопая в огурцах и увенчивая веточкой зелени. Доктор Р., председательствовавший на мероприятии, приложил особые усилия, чтобы каждый из гостей получил свою долю. Соус был в высшей степени вкусен…»   35
 «Дорогое сиятельство, кажется, вы тоже пристрастны в своем чтении!» – перебил первый генерал и, взяв бумагу, прочел. :   36
  «Нам пишет корреспондент из Вятки: «Старый рыбак изобрел следующий интересный рецепт рыбной ухи: Возьми живого тюрбо и бей его палкой до тех пор, пока его печень не распухнет от бешенства; затем…»  37
  Это было слишком для генералов.Даже собственные мысли сыграли с ними предательство. Но вдруг генералу, учившему почерк, пришла в голову идея.   38
 «Что скажете, ваше сиятельство, на нашего ищем мужика, обыкновенного мужика? Несомненно, он мог бы дать нам свежих булочек, и наловить для нас фазанов и рыбы.
  «О, это будет достаточно просто.Везде есть крестьяне. На этом острове должен быть один, и все, что нам нужно сделать, это найти его. Вероятно, он где-то прячется, потому что ему лень работать. После долгих и безуспешных поисков запах несвежей пищи привлек их к дереву, под которым спал, очевидно, самым скандальным образом, огромный крестьянин.Генералы побелели от гнева и рывком поставили человека на ноги.   42
  «Что, спит! И два генерала, которые два дня ничего не ели! Принимайтесь за работу сию же минуту!»   43
  Человек выглядел так, будто хотел сбежать, но гнев двух генералов был очевиден.   44
  Для начала он забрался на одно из деревьев и сорвал дюжину лучших яблок для генералов, оставив одно незрелое для себя.Потом очистил землю и вынес картошку. Затем он развел костер, потирая палочки друг о друга. Затем он сделал капкан из собственных волос и поймал куропатку. Наконец, он так хорошо приготовил провизию, что даже генералам пришла в голову мысль, что ленивому бродяге можно дать немного и самому. Они уже забыли, что накануне едва не уморили себя голодом, и преисполнились гордости за то, что они генералы, всегда превосходящие обстоятельства.   45
 «Ну что, генералы, довольны?» — спросил ленивый мужик.   46
  «Мы довольны вашими усилиями, дорогой друг», — ответили генералы.   47
 «Можно мне немного отдохнуть?» но сначала сделай нам веревку.Эта веревка так сослужила генералам службу, что они привязали мужика к дереву, чтобы он не убежал, после чего легли спать. 50
День за днем. Крестьянин стал таким искусным, что вскоре смог сварить суп на ладони. Генералы стали веселыми, толстыми и здоровыми. Они начали осознавать, что живут на жире, а их пенсии копятся в Петербурге.   51
  «Как вы относитесь к Вавилонской башне, ваше превосходительство?» — говорил один генерал другому за завтраком. «Как вы думаете, это была правда или просто легенда?»   52
  «Это, безусловно, должно было быть правдой. Иначе как вы объясните существование такого количества языков?»   53
  конечно «Значит, должен был быть и потоп?» .Разве мы не знаем о существовании многих допотопных животных? Почему, я даже прочитал это в г. Московская газета « 55
» Давайте прочитаем Московскую газету, Тогда. 56
старый экземпляр, сядьте в тени и прочтите его от начала до конца, прочтите, что ели люди в Москве, Туле и других местах, и это ничуть не подействовало на них; конечно, это не возбуждало в них зависти.   57
  Но в конце концов генералы устали от монотонности своей жизни. Они все больше и больше думали о поварах, которых оставили на Редтейп-авеню, и иногда даже плакали втайне.   58
 «Что, по-вашему, они делают теперь на Редтейп-авеню, ваше превосходительство?» — спросил один генерал у другого.   59
  «Пожалуйста, не говорите об этом, ваше превосходительство!» — ответил другой.«Мое сердце тоскует по старым временам!»   60
  «Здесь очень удобно, очень удобно. Мы не можем жаловаться. И все же довольно утомительно быть одному, не правда ли? А потом я жалею о своей униформе. Тем более, что это один из четвертого класса.   62
  И стали упрашивать мужика отвести их на Красноленточный проспект. А потом, как ни странно, обнаружили, что там был и сам крестьянин.   63
 «Да ведь мы же генералы с Красноленточного проспекта!» — радостным хором воскликнули генералы.   64
  «А я, я человек, который красит снаружи дом, подвешенный на веревке и гуляющий по крыше, как муха. Вы могли меня иногда замечать. И он начал танцевать, чтобы повеселить генералов. Ибо разве с ним, с этим ленивым бродягой, не обошлись ласково и не снизошли до того, чтобы принять его низкородную службу? Поэтому он построил лодку, на которой они могли бы плыть по морю к Редтейп-авеню.   65
 «Но смотрите, не утопите нас!» — закричали генералы, увидев, как качается на волнах утлое суденышко.   66
  «Полегче, генералы; Я знаю, что делаю, — ответил мужик и стал готовиться к отъезду.   67
  Крестьянин собрал лебединые перья и покрыл ими днище лодки, поставил в центре генералов, перекрестил их и отправился в путь.Всевозможные бури и сильные ветры преградили им путь, и ужас, испытанный генералами, невозможно описать; но крестьянин никогда не переставал грести, разве что ловил селедку, чтобы накормить путников.   68
  Но наконец добрались до Невы, и до великого Екатерининского канала, и до славного Красноленточного проспекта. Повара в изумлении всплеснули руками, увидев своих генералов такими толстыми, белыми и веселыми! Генералы пили кофе, ели булочки с настоящим маслом и надевали мундиры.Затем они отправились в Императорское казначейство, и перо не может написать, и язык не может сказать, какую огромную сумму денег каждый из них получил там.   69
  Но бедняка не забыли, не они. Ему дали рюмку коньяку и серебряный пятак с приветствием: «Здоровье, великий, глупый мужик!» Прус.

Abstract

Основанная на внимательном прочтении Emancypantki Болеслава Пруса и Господы Головлевы Михаила Салтыкова-Щедрина, эта диссертация исследует, как повествование об упадке дворянства в сочетании с зарождающимся денежным дискурс, развившийся в литературе в период после освобождения крепостных в 1861 году. Я анализирую отношения между дворянским этосом и денежным дискурсом в обоих романах, которые представляют собой столкновение между дискурсом богатства и зарождающимся дискурсом денег.Дискурс богатства в широком смысле определяется такими маркерами социальной идентичности, как имя, ранг и пол; дискурс денег узко определяется капиталом и касается таких вопросов, как профессионализация, оплата труда/работы и переоценка подходящих кандидатов на брак. В проанализированных романах каждый автор пытается ответить на вопрос: в какой степени сохраняются старые ценности, даже когда укореняются новые парадигмы? Щедрин отвечает на этот вопрос видением угасающего дворянства; идея социального распада также пронизывает творчество Пруса. В конце концов, оба автора рисуют неопределенное будущее для польского и российского общества. Внимательное прочтение обоих романов помещено в соответствующие им исторические контексты, показывающие, как отдельные авторы относились к своим современным обществам. Особое внимание уделяется позитивистскому движению в Польше как ответу на политические и социально-экономические изменения после поражения Январского восстания 1863 г. В диссертации также рассматривается возросшее значение капитала в постэмансипационный период как в Польше, так и в Россия и влияние социально-экономических изменений на вопросы социальной идентичности и ценности, особенно связанные с дворянскими классами.Говоря о капитале, я имею в виду как его экономическую ценность, так и символическую ценность денег в этическом контексте, опираясь на постулат Георга Зиммеля о том, что обмен товарами не только является экономическим фактом, но и имеет многочисленные последствия для неэкономических отношений. ценности и отношения. Такой подход устраняет разрыв между двумя модусами новой экономической критики, предложенными Вудманси и Остин, — производством (или новым историзмом) и внутренней циркуляцией (формалистский анализ).

Субъекты

1

Дискурс

Inlate

Королевство

Королевство

Наркомация

Noble Deamline

BOLED

PRUS, BOLESLAW

Россия

Saltykov-Щедрин, Mikhail

Щедрин и

14.Текст и печать. Рождение романа из произведения журналистики: учение Салтыкова-Щедрина о Головлевых

Тодд, Уильям Миллс. «14. Текст и полиграфия. Рождение романа из публицистического произведения: Учение Салтыкова-Щедрина Головлевых». Преподавание русской литературы девятнадцатого века: очерки в честь Роберта Л. Белкнапа , под редакцией Деборы Мартинсен, Кэти Попкин и Ирины Рейфман, Бостон, США: Academic Studies Press, 2014, стр. 199–217.https://doi. org/10.1515/9781618113603-018 Тодд, В. (2014). 14. Текст и печать. Рождение романа из публицистического произведения: Учение Салтыкова-Щедрина о Головлевых. В Д. Мартинсен, К. Попкин и И. Рейфман (ред.), Преподавание русской литературы девятнадцатого века: очерки в честь Роберта Л. Белкнапа (стр. 199-217). Бостон, США: Издательство академических исследований. https://doi.org/10.1515/9781618113603-018 Тодд, В.2014. 14. Текст и печать. Рождение романа из публицистического произведения: Учение Салтыкова-Щедрина о Головлевых. В: Martinsen, D., Popkin, C. и Reyfman, I. ed. Преподавание русской литературы девятнадцатого века: Очерки в честь Роберта Л. Белкнапа . Бостон, США: Academic Studies Press, стр. 199–217. https://doi.org/10.1515/9781618113603-018 Тодд, Уильям Миллс. «14. Текст и печать. Рождение романа из произведения журналистики: Преподавание Салтыкова-Щедрина Головлевых» В г. Преподавание русской литературы девятнадцатого века: Очерки в честь Роберта Л.Belknap под редакцией Деборы Мартинсен, Кэти Попкин и Ирины Рейфман, 199-217. Бостон, США: Academic Studies Press, 2014. https://doi.org/10.1515/9781618113603-018. Тодд В. 14. Текст и печать. Рождение романа из публицистического произведения: Учение Салтыкова-Щедрина о Головлевых. В: Мартинсен Д., Попкин С., Рейфман И. (ред.) Преподавание русской литературы девятнадцатого века: Очерки в честь Роберта Л. Белкнапа . Бостон, США: Издательство академических исследований; 2014.стр.199-217. https://doi.org/10.1515/9781618113603-018 .

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.