Результатом шествия рабочих петербурга 9 января 1905 стало: Результатом шествия рабочих Петербурга 9 января 1905 г. стало:

Содержание

«Кровавое воскресение» – Музей Фелицына

Причины революции

Промышленный спад, расстройство денежного обращения, неурожай и огромный государственный долг, выросший со времён Русско-турецкой войны, влекли обострение необходимости реформирования деятельности и органов власти. Прекращение периода существенной значимости натурального хозяйства, интенсивная форма прогресса промышленных методов уже для XIX века потребовали радикальных новаций в администрировании и праве. Вслед за отменой крепостного права и преобразованием хозяйств в предприятия промышленности требовался новый институт законодательной власти. Недовольство властью вызывали и военные неудачи (русско-японская война), и низкий уровень жизни большей части страны, бедность, а также неудовлетворённость существовавшим уровнем гражданских свобод: отсутствовали свободы слова, печати, равенство всех перед законом, неприкосновенность личности.

Крестьянство

Крестьяне составляли самое многочисленное сословие Российской империи — около 77 % от общего населения. Быстрый рост численности населения в 1860—1900 годах привёл к тому, что величина среднего надела сократилась в 1,7-2 раза, в то время как средняя урожайность за указанный период выросла всего в 1,34 раза. Результатом этого дисбаланса стало постоянное падение среднего сбора хлеба на душу земледельческого населения и, как следствие, ухудшение экономического положения крестьянства в целом.

Помимо этого, в Европе происходили большие экономические перемены, вызванные появлением там дешёвого американского зерна. Это поставило Россию, где зерно являлось основным экспортным товаром, в очень трудное положение.

Курс на активное стимулирование экспорта хлеба, взятый с конца 1880-х годов российским правительством, явился ещё одним фактором, ухудшившим продовольственное положение крестьянства. Лозунг «не доедим, но вывезем», выдвинутый министром финансов Вышнеградским, отражал стремление правительства поддерживать экспорт хлеба любой ценой, даже в условиях внутреннего неурожая. Это было одной из причин, приведших к голоду 1891—1892 года. Начиная с голода 1891 г. кризис сельского хозяйства все больше признавался как затяжной и глубокий недуг всей экономики Центральной России.

Мотивация крестьян к повышению производительности своего труда была низкой. Причины этого были изложены Витте в своих воспоминаниях следующим образом:

Как может человек проявить и развить не только свой труд, но инициативу в своем труде, когда он знает, что обрабатываемая им земля через некоторое время может быть заменена другой (община), что плоды его трудов будут делиться не на основании общих законов и завещательных прав, а по обычаю (а часто обычай есть усмотрение), когда он может быть ответственен за налоги, не внесённые другими (круговая порука)… когда он не может ни передвигаться, ни оставлять своё, часто беднее птичьего гнезда, жилище без паспорта, выдача коего зависит от усмотрения, когда, одним словом, его быт в некоторой степени похож на быт домашнего животного с тою разницею, что в жизни домашнего животного заинтересован владелец, ибо это его имущество, а Российское государство этого имущества имеет при данной стадии развития государственности в излишке, а то, что имеется в излишке, или мало, или совсем не ценится.

Постоянное снижение размеров земельных наделов («малоземелье») из-за демографического прироста населения привело к тому, что общим лозунгом российского крестьянства в революции 1905 года было требование земли за счёт перераспределения в пользу крестьянских общин частновладельческой (в первую очередь помещичьей) земли.

 

Начало революции

Собрание русских фабрично-заводских рабочих Санкт-Петербурга.

Осенью 1904 года на фоне поражений в русско-японской войне в России началось политическое брожение, подогреваемое пропагандой революционных партий и земско-либеральной оппозиции. По инициативе «Союза освобождения» в стране началась кампания за введение конституции и представительного образа правления. Кампания выразилась в форме агитации в печати, а также адресов и петиций, подаваемых земствами и другими общественными учреждениями на имя высших властей. От властей требовали призвать к управлению государством общественность и созвать народное представительство, которое совместно с монархом решало бы важнейшие вопросы внутренней жизни.

Вследствие ослабления цензуры, допущенной министром внутренних дел П. Д. Святополк-Мирским, земские адреса и петиции проникали в печать и становились предметом общественного обсуждения.

Начавшись в среде интеллигенции, политическое брожение вскоре перекинулось в рабочие массы. В Петербурге в события оказалась вовлечена крупнейшая легальная рабочая организация страны — «Собрание русских фабрично-заводских рабочих г. Санкт-Петербурга», во главе, которой стоял священник Георгий Гапон. Созданное при покровительстве Департамента полиции, «Собрание» имело целью объединять рабочих для просвещения и взаимопомощи, что должно было ослабить влияние на них революционной пропаганды. Однако лишённое надлежащего контроля со стороны властей, «Собрание» вскоре уклонилось от намеченных целей. Не последнюю роль в этом сыграла личность руководителя «Собрания» священника Гапона. Выходец из полтавских крестьян, Гапон был честолюбивым человеком, одержимым желанием сыграть крупную роль в истории. Оказавшись во главе рабочей организации, он задался целью стать настоящим вождём рабочего класса и возглавить борьбу трудового народа за свои интересы.

Гапон активно вербовал в свою организацию рабочих революционного образа мыслей, своим словом гарантируя им безопасность от арестов. В марте 1904 года он заключил союз с группой рабочих — социал-демократов и принял с ними совместную программу, предусматривавшую как экономические, так и политические формы борьбы за права рабочего народа. Эта программа, получившая название «программы пяти», впоследствии легла в основу петиции 9 января 1905 года.

Осенью 1904 года, в период общего политического возбуждения, «Собрание русских фабрично-заводских рабочих» сделалось центром рабочей жизни в Петербурге. В отделах «Собрания» открыто обсуждались нужды рабочего класса и пути выхода из тяжёлого экономического положения. Пользуясь отсутствием контроля со стороны властей, руководители «Собрания» вели в рабочих массах агитацию в пользу радикальных методов борьбы за свои интересы. С началом кампании земских петиций в «Собрании» стали читать и обсуждать эти петиции, а у наиболее радикальных рабочих появилась мысль о выступлении со своей рабочей петицией.

В ноябре 1904 года священник Гапон с группой рабочих встретился с представителями петербургского «Союза освобождения». На встрече обсуждался вопрос о выступлении рабочих с петицией, аналогичной той, с которой выступали земства и собрания интеллигенции. По итогам встречи Гапоном и руководством «Собрания» было принято решение выступить с петицией, выражающей общие требования рабочего класса. Это решение было проведено на заседании кружка ответственных лиц «Собрания» и стало внедряться в рабочие массы. На собраниях рабочих стали читаться земские петиции и проводилась мысль о необходимости рабочим присоединиться к общей кампании за народное представительство и политические свободы.

В декабре 1904 года «Собрание русских фабрично-заводских рабочих» встало на путь борьбы труда с капиталом. В первой половине декабря активистами «Собрания» были организованы две местные забастовки: одна на мануфактуре В. Кожевникова, а другая — на Ново-Сампсониевской мануфактуре. В обоих случаях забастовки закончились с выгодой для рабочих, администрация должна была пойти на уступки.

Успешные забастовки повысили престиж «Собрания» в глазах рабочих, что выразилось в притоке в него новых членов. Заводчики с тревогой следили за стремительным ростом «Собрания». Видя в «Собрании» угрозу своим экономическим интересам, фабриканты стали оказывать поддержку конкурировавшему с ним «Обществу взаимопомощи рабочих механического производства», основанному бывшими зубатовцами во главе с М. А. Ушаковым. В отличие от «Собрания», ушаковское «Общество» не ставило целью борьбу с капиталом, а ограничивалось целью взаимопомощи, что обеспечило ему поддержку заводской администрации и фабричной инспекции. Особым покровительством «Общество» пользовалось на Путиловском заводе. Низшие чины администрации завода, мастера, вели среди рабочих агитацию за вступление в «Общество», а по отношению к членам «Собрания» стали применять репрессии, при первой возможности налагая на них взыскания.

Путиловский инцидент

В декабре 1904 года на Путиловском заводе произошёл инцидент с увольнением четырёх рабочих.

Мастером деревообделочной мастерской вагонного цеха А. Тетявкиным был поочерёдно заявлен расчёт четырём рабочим — Сергунину, Субботину, Уколову и Фёдорову. Все четверо были членами «Собрания русских фабрично-заводских рабочих», тогда как мастер Тетявкин был известен как сторонник ушаковского «Общества взаимопомощи». Рабочие обратились с жалобой в Нарвский отдел «Собрания». Здесь они сообщили, что при заявлении расчёта мастер глумился над их членством в организации, а одному из увольняемых сказал: «Идите в своё „Собрание“, оно вас поддержит и прокормит». Руководство отдела сообщило о случившемся Гапону, и тот поручил расследовать инцидент путём опроса свидетелей. Расследование показало, что действия мастера были несправедливыми и диктовались враждебным отношением к организации. Собрав руководящий кружок рабочих, Гапон заявил, что видит в случившемся вызов, брошенный «Собранию» со стороны администрации завода. Если организация не вступится за своих членов, её авторитет в рабочей среде упадёт и она потеряет всякое влияние.

27 декабря в Василеостровском отделе «Собрания» состоялось экстренное заседание кружка ответственных лиц. На заседании присутствовало по 10 человек от каждого из 11 отделов «Собрания», председательствующим был избран рабочий В. А. Иноземцев. По итогам заседания была принята резолюция, которая констатировала, что в России сложились ненормальные отношения труда и капитала, что проявляется, в частности, в отношении мастеров к рабочим. Резолюция требовала от администрации Путиловского завода восстановить на работе уволенных рабочих и уволить мастера Тетявкина. Было решено послать три депутации: к директору завода С. И. Смирнову, старшему фабричному инспектору С. П. Чижову и градоначальнику И. А. Фуллону и ознакомить их с принятой резолюцией. В конце резолюции указывалось, что если требования рабочих не будут удовлетворены, «Собрание» не ручается за спокойное течение жизни города. В последнем указании содержалась недвусмысленная угроза забастовкой.

28 декабря депутация рабочих во главе с И. В. Васильевым явилась к директору Путиловского завода С. И. Смирнову. Директор, встретив рабочих, заявил, что «Собрание» не уполномочено посылать депутации и он этой депутации не признаёт. Он обвинил «Собрание» во вмешательстве во внутренние дела завода и заявил, что не может исполнить требования, исходящие от постороннего заводу учреждения. В тот же день другая депутация рабочих во главе с журналистом «Санкт-Петербургских ведомостей» В. Архангельским явилась к старшему фабричному инспектору С. П. Чижову. Как и директор, Чижов заявил, что не признаёт депутации от «Собрания», но готов рассмотреть жалобы рабочих по отдельности. Третья депутация во главе с Гапоном отправилась к градоначальнику И. А. Фуллону. Последний принял депутатов вежливо, поздоровался со всеми за руку и обещал свою поддержку. На прощание он предупредил депутатов, что предъявлять требования они не имеют права.

29 декабря фабричный инспектор Чижов принял у себя рабочих Сергунина, Субботина, Уколова и Фёдорова и рассмотрел их жалобы. Расследование показало, что из четырёх рабочих уволен был только один Сергунин, а другие лишь заявлялись к расчёту, фактически же уволены не были. Рассмотрев жалобы, Чижов нашёл их несостоятельными. Своё заключение по этому делу инспектор в письменном виде направил градоначальнику. 30 декабря на Путиловском заводе появилось объявление директора, который сообщал, что рассмотрел требования рабочих и нашёл их необоснованными. В конце объявления директор указывал, что «Собрание» проявило явное стремление нарушить свой устав и о таком нарушении устава им доведено до сведения градоначальника. В те же дни священник Гапон лично беседовал с директором Смирновым, фабричным инспектором Чижовым и с заведующим отделом по разбору претензий рабочих на заводе Е. Е. Иогансеном. Все трое отказали ему в поддержке, а последний прямо заявил, что если не остановить стремительный рост «Собрания», то в ближайшее время его членами станут все 12000 рабочих завода.

2 января в Нарвском отделе «Собрания» состоялось заседание, на которое собралось до 600 человек от всех отделов. Кроме рабочих Путиловского завода, присутствовали представители Семянниковского завода, Резиновой мануфактуры и других предприятий Петербурга. Избранный председательствующим рабочий Иноземцев разобрал по пунктам объявление директора Смирнова и указал на предвзятое толкование им инцидента с увольнением рабочих. Иноземцев поставил на открытое голосование вопрос, желают ли рабочие поддержать товарищей. Последние дружно ответили: «Желаем поддержать!» По итогам заседания было решено: в понедельник, 3 января, без крика и шума оставить рабочие места, явиться к главной конторе завода и, вызвав директора, потребовать увольнения мастера Тетявкина и восстановления уволенных рабочих, в случае же отказа начать забастовку. Рабочих предупредили, чтобы они вели себя спокойно и корректно, чтобы не дать повода для нареканий, и не слушали никаких распоряжений, кроме исходящих из отделов «Собрания».

Начало рабочей забастовки

3 января, в понедельник, на Путиловском заводе началась забастовка. Утром рабочие деревообделочной мастерской, где произошёл инцидент с Тетявкиным, побежали по другим мастерским и начали снимать с работы. Рабочие охотно покидали свои места и массами выходили во двор. Вскоре все 12500 рабочих завода оставили свои помещения. Толпа численностью около 2500 человек приблизилась к главной конторе завода и потребовала директора Смирнова. Директор вышел на крыльцо в сопровождении пристава. Бастующие потребовали уволить мастера Тетявкина и восстановить на работе Сергунина и Субботина. Беседа продолжалась около часа. Директор доказывал рабочим несостоятельность их требований и убеждал, что они введены в заблуждение ложными слухами. В конце беседы Смирнов заявил, что Тетявкина он не уволит, и предложил всем вернуться на свои места. В противном случае он обещал по прошествии трёх дней приступить к увольнению всех рабочих завода. Последнее заявление вызвало в толпе негодование. Собравшиеся кричали, что директору один мастер дороже, чем 12000 рабочих завода.

Оставив завод, рабочие устремились в Нарвский отдел «Собрания», где с утра происходили митинги. Около часа дня к отделу подъехал священник Гапон. Взойдя на высокое место, священник обратился к собравшимся с речью, в которой благодарил их за проявление солидарности. В своей речи он сравнивал рабочих со старым дубом, ожившим после холодной зимы. «Имеем ли мы или не имеем права защищать своих товарищей?» — риторически спрашивал Гапон. В ответ ему звучала бурная овация. Священник прочёл собравшимся расширенный список требований, который предполагалось предъявить администрации завода на следующий день. Помимо уже предъявленных, в список входил ряд обще-экономических требований, в частности, требование об участии рабочих в установлении расценок на изделия и в разборе трудовых конфликтов. Расширенный список требований стал переписываться для распространения по другим заводам и фабрикам Петербурга. По сведениям Департамента полиции, рабочие решили твёрдо держаться заявленных требований, хотя бы забастовка затянулась из-за этого на неопределённое время. Руководством «Собрания» были созданы забастовочный комитет и забастовочный фонд, выдававший пособия бастующим рабочим.

4 января забастовка на Путиловском заводе продолжалась. Утром около тысячи рабочих явились на завод и встали к станкам, но были сняты с работы толпами бастующих. Около 6 часов вечера к директору Смирнову явилась депутация из 40 человек, выбранных от всех цехов завода, во главе со священником Гапоном. Последний от имени депутации зачитал директору список из 12 требований. Одним из существенных пунктов списка было требование восьмичасового рабочего дня. Чтение сопровождалось репликами как со стороны Гапона и рабочих, так и директора. Объяснение носило страстный и нервный характер. На требование восьмичасового рабочего дня и изменения расценок Смирнов возразил, что это разорит акционеров и он вместе с ними вынужден будет пойти по миру. Последняя фраза вызвала общий смех. «Не акционеры разорены, а рабочие, — ответил Гапон. — Не так ли, товарищи?» В конце беседы Смирнов заявил, что требования рабочих чрезмерны и неисполнимы. Депутаты не приняли объяснений. Уходя, Гапон возложил на Смирнова ответственность за все последствия забастовки. В этот день было решено распространить забастовку на все заводы и фабрики Петербурга. По всем предприятиям города стали распространять гектографированные листки со списком общих требований, под которыми значилась подпись: «С подлинным верно. Священник Георгий Гапон».

4 января к забастовке присоединился Франко-русский механический завод с 2500 рабочих. Утром рабочих, шедших на завод, встретила толпа бастующих с Путиловского завода и убедила их присоединиться к забастовке. Рабочие явились на завод, но к работам не приступили и вскоре разошлись. Депутаты предъявили администрации ряд требований, сходных с требованиями путиловских рабочих. Общее число бастующих достигло 15000 человек. 5 января забастовал Невский судостроительный и механический завод с 6500 рабочих. Утром активисты «Собрания» во главе с председателем отдела Н. П. Петровым явились в пароходо-механическую мастерскую и начали снимать с работы. При снятии был произведён ряд насилий, рабочие бастовать не хотели. «Везде приходилось силой снимать, выгонишь всех из мастерской, а они идут обратно с другого конца», — вспоминал Петров. В 8 часов утра завод встал. Бастующие направились в Невский отдел «Собрания», где началась выработка требований. За основу был взят список общих требований, выработанных путиловцами, к которому был добавлен ряд местных требований, выработанных в каждой мастерской. В тот же день забастовали: Невская бумагопрядильная мануфактура с 2000 рабочих, Невская ниточная мануфактура с 2000 рабочих и Екатерингофская мануфактура с 700 рабочими. Везде администрации был предъявлен список общих требований. Общая численность бастующих достигла 26000 человек.

5 января около 5 часов дня депутация во главе с Гапоном посетила правление Путиловского завода. Гапон ознакомил членов правления со списком общих требований. Выслушав требования, правление разделило их на три категории: одни из них могут быть приняты к рассмотрению правлением, другие зависят от усмотрения общего собрания акционеров, которое соберётся только через 2 месяца, а третьи, как требование восьмичасового рабочего дня, находятся в ведении министерства финансов. Достичь соглашения не удалось. Вечером требования рабочих были доставлены в министерство финансов. Ознакомившись со списком требований, министр финансов В. Н. Коковцов составил доклад на имя императора Николая II. В докладе он сообщал, что требования рабочих незаконны и неисполнимы для фабрикантов. Министр, в частности, писал, что «рабочим никаким образом не может быть предоставлено право устанавливать для самих себя размер заработной платы и решать вопросы о правильности увольнения со службы тех или иных рабочих, ибо в таком случае рабочие сделаются хозяевами предприятия». Министр также сообщал, что деятельность «Собрания русских фабрично-заводских рабочих», возглавляемого священником Гапоном, стала вызывать у него большие опасения, о чём он сообщил министру внутренних дел. Император ознакомился с докладом.

Составление рабочей петиции

Петиция рабочих и жителей Санкт-Петербурга 9 января 1905 года

5 января Гапон и руководители «Собрания» убедились, что заводчики не пойдут на уступки и забастовка проиграна. Надежды на то, что правительство вмешается и окажет давление на фабрикантов, оказались тщетными. Руководители «Собрания» оказались в трудном положении. Было ясно, что взбудораженная рабочая масса не простит вожакам несбывшихся ожиданий, организация потеряет всякое влияние, а зачинщиков забастовки ожидают репрессии со стороны властей. В этих условиях Гапон и его помощники решили пойти на крайнюю меру: обратиться с петицией к царю.

5 января Гапон прибыл в Нарвский отдел «Собрания» и произнёс речь, в которой обрушился с критикой на чиновников и правительство. Он рассказал о своих переговорах с администрацией Путиловского завода и безуспешных попытках заручиться поддержкой градоначальника и министров. В своей речи он указывал, что рабочие не могут добиться уступок со стороны фабрикантов, потому что на стороне последних стоит чиновничье правительство. «Если существующее правительство отворачивается от нас в критический момент нашей жизни, если оно не только не помогает нам, но даже становится на сторону предпринимателей, то мы должны требовать уничтожения такого политического строя, при котором на нашу долю выпадает только одно бесправие. И отныне да будет нашим лозунгом: «Долой чиновничье правительство!» В заключение Гапон бросил в массы мысль обратиться за поддержкой к самому царю. Предложение было встречено знаками шумного одобрения. Монархическая в целом рабочая масса приняла идею обращения к царю как естественный выход из сложившегося положения. В сознании русских рабочих были ещё живы предания о единстве царя с народом и о праве подданных бить челом своему монарху. В тот же день Гапон объехал другие отделы «Собрания» и везде выступал с призывом идти к царю. Было решено составить на имя царя петицию, излагающую основные нужды рабочего народа. Руководителям отделов было поручено агитировать за подачу петиции и собирать под ней подписи рабочих.

Мысль обратиться с народными нуждами к царю принадлежала самому Гапону и была высказана им задолго до январских событий. Меньшевик А.А. Сухов вспоминал, что ещё весной 1904 года Гапон в беседе с рабочими развивал свою идею: «Народу мешают чиновники, а с царём народ сговорится. Только надо не силой своего добиваться, а просьбой, по-старинному». В ноябре 1904 года, во время кампании земских петиций, Гапон с группой рабочих встретился с представителями либерального «Союза освобождения». Последние предложили рабочим обратиться к царю с петицией политического содержания. На протяжении всего декабря эта идея обсуждалась в руководящем кружке «Собрания». Гапон был против немедленной подачи петиции, считая, что время для политического выступления ещё не пришло. Однако оппозиционная Гапону группа рабочих во главе с А. Е. Карелиным и В. М. Карелиной настаивала на скорейшем выступлении. Решающее совещание состоялось накануне путиловской забастовки, 2 января 1905 года. По воспоминаниям участников совещания, Гапон выступал против петиции, убеждая вести чисто экономическую забастовку. Сторонники петиции, напротив, настаивали на немедленном политическом выступлении, доказывая, что другого удобного случая может не представиться. Решающее значение сыграло выступление А. Е. Карелина, указавшего, что подачей петиции рабочие смоют с себя позорный ярлык «зубатовцев», навешанный на них партийными революционерами. После этого выступления большинство собравшихся проголосовало за подачу петиции, и Гапон сдался. В итоге было принято компромиссное решение: вести чисто экономическую забастовку, но в случае её неудачи использовать момент для подачи петиции.

Вначале Гапон рассчитывал, что забастовку удастся выиграть и до подачи петиции дело не дойдёт. Однако неудачные переговоры с администрацией Путиловского завода и молчание высших властей сделали очевидным поражение забастовщиков, и 5 января Гапон взялся за подготовку политического выступления. По замыслу священника, в основу петиции должна была лечь «программа пяти», с марта 1904 года рассматривавшаяся как тайная программа организации. 5 января эта программа впервые была предана гласности и зачитывалась на собраниях рабочих. В тот же день на квартире литератора С. Я. Стечкина был составлен первый набросок петиции, получивший название «Резолюции рабочих об их насущных нуждах», и под ним стали собираться подписи рабочих. Первоначально предполагалось, что петиция будет подана царю депутацией рабочих. Однако Гапон сильно сомневался в эффективности такого метода. 6 января он выдвинул идею об обращении к царю «всем миром». Идея была мотивирована тем, что петицию, принесённую депутацией от рабочих, можно положить под сукно, а петицию, принесённую десятками тысяч рабочих, нельзя положить под сукно. Предложение было принято руководящим кружком рабочих. В этот день, выступая в «Собрании», Гапон произнёс речь, в которой говорил, что на рабочих не обращают внимания, не считают их за людей и они должны поставить себя в такое положение, чтобы с ними считались, как с людьми. Поэтому они должны явиться в воскресенье с жёнами и детьми к Зимнему дворцу и «всем миром» предъявить царю петицию о своих нуждах.

В тот же день священник предложил нескольким литераторам написать текст петиции, пригодный для обращения к царю «всем миром». По некоторым данным, в подготовке проекта петиции приняли участие литераторы А. И. Матюшенский, В. Я. Богучарский и В. Г. Тан-Богораз. Однако Гапон, ознакомившись с предложенными проектами, отверг их все и в ночь с 6 на 7 января собственноручно написал свой вариант рабочей петиции, который и вошёл в историю под именем Петиции 9 января 1905 года. 7 и 8 января этот текст петиции обсуждался в собрании рабочих и после внесения нескольких поправок был утверждён членами общества. Петиция начиналась с обращения к царю и описания бедственного положения рабочих, после чего следовало изложение их требований. Основным требованием петиции был созыв народного представительства в форме Учредительного собрания на условиях всеобщей, тайной и равной подачи голосов. В дополнение к этому, выдвигался ряд политических и экономических требований, таких как свобода и неприкосновенность личности, свобода слова, печати, собраний, свобода совести в деле религии, народное образование за государственный счёт, равенство всех перед законом, ответственность министров перед народом, гарантии законности правления, замена косвенных налогов прямым прогрессивным подоходным налогом, введение 8-часового рабочего дня, амнистия политических заключенных, отделение церкви от государства и т. д. Завершалась петиция прямым обращением к царю:

«Вот, государь, наши главные нужды, с которыми мы пришли к тебе… Повели и поклянись исполнить их, и ты сделаешь Россию и счастливой и славной, а имя твоё запечатлеешь в сердцах наших и наших потомков на вечные времена. А не повелишь, не отзовёшься на нашу мольбу, — мы умрём здесь, на этой площади, перед твоим дворцом. Нам некуда больше идти и незачем. У нас только два пути: или к свободе и счастью, или в могилу… Пусть наша жизнь будет жертвой для исстрадавшейся России. Нам не жаль этой жертвы, мы охотно приносим её!».— Петиция рабочих и жителей Санкт-Петербурга для подачи царю Николаю II.

6—7 января в отделах «Собрания» началось чтение петиции и сбор подписей под ней. Гапон разъезжал из отдела в отдел, произносил зажигательные речи, читал и толковал петицию. Свои речи он начинал с Путиловской стачки, как примера бесправия рабочего класса, затем переходил к описанию общей обездоленности трудового народа и царящего произвола. Он говорил о необходимости протеста и борьбы, поносил министров и правительство, не заботящихся о нуждах народа, и заканчивал призывом обратиться к царю. «Царь не знает наших нужд, мы о них ему скажем. Если он любит свой народ, он исполнит его смиренную просьбу». В конце своих выступлений Гапон просил не выдавать его правительству, не позволять полиции производить арестов и заступаться за каждого арестованного товарища. Если вожаков движения арестуют, все от мала до велика должны выйти на улицу и требовать их освобождения. Рабочие обещали и клялись перед крестом исполнить своё обещание. В Нарвском отделе Гапон говорил: «Вот, товарищи, я стою за ваши интересы, а что я за это получу? Тёмную карету от ваших врагов». В ответ рабочие кричали: «Разобьём мы эту карету! За тебя заступимся и тебя не выдадим. Начиная с 6 января, у квартиры Гапона на Церковной улице круглые сутки дежурила толпа в несколько сот человек.

Продолжение забастовки

Весь день 6 января прошёл в сильнейшей агитации по фабрикам и заводам Петербурга за присоединение к забастовке. 7 января забастовка перекинулась на все крупные предприятия города и превратилась во всеобщую. В этот день забастовали: Российско-американская резиновая мануфактура с 6100 рабочих, Трубочный завод военного министерства с 6000 рабочих, мастерские Николаевской железной дороги с 3000 рабочих, Петербургский вагоностроительный завод с 2600 рабочих, Петербургский металлический завод с 1900 рабочих, Спасская и Петровская мануфактуры с 2700 рабочих, Сампсониевская мануфактура с 1500 рабочих и ещё несколько десятков предприятий. В большинстве случаев снятие с работ происходило мирно. Толпы забастовщиков ходили по городу и приглашали рабочих поддержать путиловцев. При приближении к какому-либо предприятию толпа выделяла из себя группу людей, которая проходила по цехам и снимала с работы. Рабочие охотно покидали свои места и присоединялись к забастовщикам. В некоторых местах к не желающим бастовать применялись угрозы. В большинстве случаев администрации был предъявлен список общих требований, кое-где к ним были добавлены местные требования.

По данным фабричной инспекции, к вечеру 7 января забастовали 376 заведений с 99000 рабочих, а всего бастовало 382 заведения с 105000 рабочих. 8 января к забастовке присоединилось ещё 74 предприятия с 6000 рабочих. В этот день забастовали все типографии, и в городе перестали выходить газеты. К вечеру 8 января не работало 456 заведений со 111000 рабочих, а к 10 января забастовали все 625 предприятий города со 125000 рабочих. С учётом же заведений, не подведомственных фабричной инспекции, общее количество забастовавших насчитывало не менее 150000 человек.

С первого дня забастовки толпы рабочих заполняли помещения 11 отделов «Собрания». В отделах обсуждались рабочие нужды, зачитывалась петиция и собирались подписи под её требованиями. Небольшие помещения отделов не вмещали всех слушателей, и тысячи людей ожидали своей очереди на улице. Каждый час двери отдела открывались и в помещение впускалась очередная партия людей. Стоявший на трибуне оратор обращался к собравшимся с приветственной речью и зачитывал петицию. В некоторых местах петицию читал сам Гапон, в других это делали руководители отделов. Зачитывая отдельные требования, оратор давал им краткое толкование и обращался к собранию с вопросом: «Так ли, товарищи?» или: «Верно, товарищи?» — на что толпа дружно отвечала: «Так!» «Верно!» Если толпа не давала единого ответа, спорный пункт толковался снова и снова, пока все присутствовавшие не приводились к согласию. Затем оратор обращался к собравшимся с вопросом: «Готовы ли вы умереть за эти требования? Клянётесь ли вы в этом?» — и рабочие громко клялись явиться на площадь и умереть «за правду». После этого собравшиеся подходили к столу и ставили под петицией свои подписи. Свидетели были поражены религиозно-мистической атмосферой, царившей на рабочих собраниях: люди плакали, приходили в исступление, некоторые падали в обморок. Популярность Гапона в эти дни достигла небывалых пределов; многие видели в нём пророка, посланного Богом для освобождения рабочего люда.

Предвидя возможное столкновение с силами правопорядка, Гапон 8 января написал два письма: одно — царю Николаю II, а другое — министру внутренних дел П. Д. Святополк-Мирскому. В письме к царю священник сообщал, что рабочие и жители Петербурга, веря в него, бесповоротно решили явиться в воскресенье к Зимнему дворцу, чтобы представить ему свои нужды. Если царь не покажется народу, если прольётся неповинная кровь, то порвётся та нравственная связь, которая ещё существует между царём и его народом. Священник призывал царя выйти к народу «с мужественным сердцем» и сообщал, что рабочие гарантируют его безопасность «ценой своей собственной жизни». В своих мемуарах Гапон вспоминал, с каким трудом ему удалось убедить вожаков рабочих дать царю эту гарантию: рабочие полагали, что если с царём что-то случится, они должны будут покончить с собой. По поручению Гапона письмо было доставлено в Зимний дворец, однако неизвестно, было ли оно передано царю. В письме к Святополк-Мирскому, составленном в аналогичных выражениях, священник призывал его немедленно сообщить царю о готовящемся шествии и ознакомить того с рабочей петицией. Известно, что министр получил письмо и вечером 8 января возил его вместе с петицией в Царское Село. Однако никакого ответа от царя и его министра получено не было.

Отсутствие реакции со стороны властей, неудачные переговоры с министром юстиции толкнули Гапона и его соратников на более радикальный путь. Начиная с 8 января, Гапон в своих речах стал касаться личности царя. Священник заявлял, что в случае применения силы против демонстрантов вся вина за это падёт на Николая II, а его власть утратит свою легитимность. В таком случае, говорил Гапон, у нас больше нет царя и мы должны завоевать себе свободу сами. «Пойдём к царю, и уж если царь не выслушает, — то нет у нас больше царя, и мы тогда крикнем: „Долой царя!..“» — возглашал священник, и взволнованная толпа хором повторяла: «Долой царя!..» Подобные сцены повторялись во всех рабочих районах. С каждым часом речи священника становились всё решительнее, а их тон всё резче. В одном выступлении он говорил: «Пойдём, братцы, убедимся, действительно ли русский царь любит свой народ, как говорят. Если даст все свободы, значит любит, а если нет — то это ложь, и тогда мы можем поступить с ним, как наша совесть подскажет…» В другой речи он заявил так: «Если царь не исполнит наших требований, тогда мы разнесём весь Зимний дворец, не оставим камня на камне». А в интервью корреспонденту английской газеты «Стандард» Гапон сообщил: если царь откажется принять петицию, «тогда будет страшный бунт». «Горе царю, если царь не даст слова выполнить всех наших требований!» — подчеркнул священник.

Диспозиция войсковых частей в г. С.-Петербурге на 9 января 1905 год

У Нарвских ворот

Утром 9 января у Нарвского отдела «Собрания» на Петергофском шоссе собралось от 3 до 50 тысяч рабочих. Прибывший к ним священник Гапон отслужил молебен и обратился к собравшимся с напутственным словом. «Если царь не исполнит нашу просьбу, то значит, — у нас нет царя», — сказал Гапон и двинулся во главе процессии к центру города. Рядом с Гапоном шли руководители «Собрания» — рабочие И. В. Васильев, Д. В. Кузин, В. А. Иноземцев и другие. Для придания шествию характера крестного хода рабочими были взяты в близлежащей часовне несколько хоругвей, крест, иконы и портреты императора. «С портретом царя перед собой шли рабочие массы Петербурга к царю. Во главе одного из многочисленных потоков шёл священник Гапон. Он поднял крест перед собой — словно вёл этих людей в землю обетованную. За ним следовала верующая паства», — писал современник. Первые ряды шли плотной массой, взявшись за руки, с обнажёнными головами и с пением «Спаси, Господи, люди Твоя». Сзади несли транспарант с надписью «Солдаты! Не стреляйте в народ!».

Около 11.30 утра процессия приблизилась к Нарвским триумфальным воротам, возле которых её ожидали войска — эскадрон конно-гренадер и две роты 93-го пехотного Иркутского полка. При приближении толпы от войска отделился отряд конно-гренадер и, обнажив шашки, во весь опор бросился на толпу. Толпа раздалась в стороны, послышались крики и стоны раненых. По данным военного рапорта, в этот момент из толпы послышались два выстрела, трое солдат получили удары палками, а одному взводному был нанесён удар крестом. Встретив сопротивление, эскадрон прорезал толпу и, сделав круг, вернулся обратно к воротам. «Вперёд, товарищи, свобода или смерть!» — прохрипел Гапон. Толпа сомкнулась и с негодующим рёвом продолжила свой ход. По воспоминаниям одного из участников, передние ряды ринулись в сторону солдат ускоренным шагом, почти бегом. В это время раздался сигнальный рожок, и по толпе был произведён ружейный залп. Участники шествия легли на снег, но затем снова поднялись и двинулись вперёд. Тогда по ним было произведено ещё четыре залпа. Первые ряды повалились на землю, задние обратились в бегство. Толпа разбегалась, оставляя на снегу около 40 убитых и тяжело раненых. Выстрелами были убиты председатель «Собрания русских фабрично-заводских рабочих» Иван Васильев и старик Лаврентьев, нёсший царский портрет. Оставшиеся в живых сползали на лёд речки Таракановки и уходили по льду. Гапон был уведён с площади эсером П. М. Рутенбергом и спрятан на квартире Максима Горького.

У Троицкого моста

В 12 часов дня было разогнано шествие на Петербургской стороне. Шествие началось у Петербургского отдела «Собрания» в Геслеровском переулке и было особенно многолюдным. Колонна численностью, по разным оценкам, от 3 до 20 тысяч человек двинулась по Каменноостровскому проспекту по направлению к Троицкому мосту. Как и на Петергофском шоссе, колонна шла плотной массой, передние ряды шли, взявшись за руки. При приближении к Троицкому мосту шествие было встречено частями Павловского полка и кавалерией. Вышедший вперёд офицер попытался остановить толпу, что-то крича и махая рукой. От толпы отделились три депутата со свитком петиции и, приблизившись к офицеру, просили его пропустить колонну. Тогда офицер отбежал в сторону, махнул рукой, и пехота начала стрелять. Повалились убитые и раненые. После первого залпа колонна продолжала двигаться вперёд, после второго дрогнула, после третьего отхлынула назад. Рабочие разбегались, успев подобрать с собой по меньшей мере 40 убитых и раненых. Вдогонку убегающим был послан отряд улан, которые рубили шашками и топтали конями тех, кто не успел спрятаться. Шествие было рассеяно.

Рабочие Выборгского отдела «Собрания», находившегося на Оренбургской улице, должны были идти на соединение с рабочими Петербургского отдела. Предполагалось, что они соединятся на Каменноостровском проспекте и двинутся к центру по Троицкому мосту. Председатель Выборгского отдела Н. М. Варнашёв, предвидя столкновение с войсками, предложил всем, прибывшим в отдел до 11 часов, идти к центру города отдельными группами. Остальная масса, собравшаяся после 11 часов, двинулась в 12-м часу через Сампсониевский мост по Большой Дворянской улице. Когда колонна подходила к Каменноостровскому проспекту, против неё была выслана кавалерия. Конница трижды прорезала толпу взад и вперёд, рубя и сшибая людей. Шествие было разогнано без применения огнестрельного оружия. Отдельные рабочие перебирались по льду через Неву и мелкими группами проникали в центр город.

На Шлиссельбургском тракте

Шествие от Невского отдела «Собрания» возглавлял председатель отдела Н. П. Петров. Утром рабочие собрались у отдела в Ново-Прогонном переулке и, поклявшись не отступать, двинулись в сторону Шлиссельбургского тракта. По разным данным, шествие насчитывало от 4 до 16 тысяч человек. Выйдя на Шлиссельбургский тракт, колонна двинулась к центру города и беспрепятственно дошла до Скорбященской церкви, где была встречена пехотой и двумя сотнями казаков Атаманского полка. Три депутата во главе с председателем отдела Петровым приблизились к офицеру и вступили с ним в разговор, прося пропустить рабочих к Зимнему дворцу. Офицер потребовал от рабочих разойтись и для устрашения приказал дать три залпа холостыми патронами. Толпа отхлынула назад, но не отступила. Некоторые рабочие пытались бежать, но их останавливали другие, говоря: «Товарищи!.. Стой!.. Не изменяйте!» Тогда офицер бросил вперёд отряд казаков, которые стали оттеснять толпу шашками и пиками. Толпа то подавалась назад, то снова напирала, несколько человек были ранены. Наконец, средняя часть толпы проломила забор, отделявший проспект от Невы, и высыпала на лёд реки. Тысячи рабочих двинулись к центру города по льду.

Рабочие Колпинского отдела «Собрания» во главе с председателем Е. М. Быковым отправились в Петербург из Колпино рано утром, в 4 часа утра. Заслушав петицию и взяв с собой узелки с едой, колпинцы в количестве от 250 до 1000 человек вышли в дорогу и к 11 часам достигли Петербурга. На Шлиссельбургском тракте они были остановлены казачьей сотней. Председатель Быков с петицией в руках направился к офицеру и вступил с ним в переговоры. Офицер сказал, что прямо по проспекту идти нельзя, но разрешил рабочим идти к центру города по льду Невы. При выходе с Невы, на Калашниковском проспекте, группа была остановлена другим офицером, который сказал, что идти толпой нельзя, но можно идти мелкими группами. Тогда колпинцы разбились на отдельные группы и благополучно прибыли на Дворцовую площадь.

На Васильевском острове

Рабочие Василеостровского отдела «Собрания», находившегося на 4-й линии Васильевского острова, двинулись из отдела в 12-м часу. С утра в отделе продолжали собирать подписи под петицией и произносить речи. Затем, пропев «Отче наш», рабочие в количестве около 6 тысяч человек двинулись по 4—5-й линии к набережной Невы. Шествие возглавляли председатель отдела К. В. Белов, рабочие А. Е. Карелин, В. М. Карелина, Г. С. Усанов и другие. При выходе на набережную, у Академии художеств, шествие было встречено отрядами пехоты и кавалерии. Вожаки вышли вперёд и показывали, что они безоружны. Навстречу им был брошен отряд казаков, который пытался оттеснить колонну нагайками и шашками, но она продолжала идти вперёд. Офицер приказал пехоте взять ружья на изготовку. Заиграл сигнальный рожок, но колонна не отступила, а передние ряды распахнули пальто, подставляясь под пули. Тогда пехота расступилась, и из-за неё вырвался новый отряд кавалерии с обнажёнными шашками. Казаки рубили, стегали нагайками и топтали лошадьми. Колонна была смята и отброшена, люди толпами бежали к Среднему проспекту. Основная масса отступила обратно к отделу, где начали произносить речи.

По свидетельству художника В. А. Серова, наблюдавшего за происходившим из окон Академии художеств, «То, что пришлось видеть мне из окон Академии художеств 9 января, не забуду никогда — сдержанная, величественная, безоружная толпа, идущая навстречу кавалерийским атакам и ружейному прицелу — зрелище ужасное».

Пока руководители отдела совещались, инициативу перехватили представители революционных партий. Группа социал-демократов обратилась к толпе с призывом вооружаться и строить баррикады. Предложение было поддержано частью собравшихся. Толпа в 1500 человек направилась к оружейной мастерской Шаффа на 14—15-й линии, по дороге останавливая и разоружая городовых и офицеров. Разгромив оружейную мастерскую, восставшие вооружились клинками и возвратились на 4-ю линию, где приступили к строительству баррикады. Баррикада была сооружена из досок, бочек и поваленных телеграфных столбов и обтянута с двух сторон телеграфными проводами. Около 3 часов дня к баррикаде подошла рота Финляндского полка. На баррикаде взвился красный флаг и появился оратор, обратившийся к солдатам с зажигательной речью, а из соседнего строящегося дома полетели кирпичи и послышались выстрелы. После предупреждений по баррикаде был произведён залп, а оратора подняли на штыки. Баррикада была разобрана. В пятом часу дня на Малом проспекте, между 4-й и 8-й линиями, толпа, достигшая до 8 тысяч человек, соорудила новую баррикаду, однако была вновь разогнана войсками, которые произвели несколько залпов в толпу. До конца дня на острове было возведено ещё несколько баррикад.

У Александровского сада.

Около 12 часов дня на Дворцовой площади напротив Зимнего дворца стал собираться народ. Сюда попали те из рабочих, которые пробирались к центру мелкими группами, и те, кому удалось пройти через заставы. Вся Дворцовая площадь была заполнена военными, по ней разъезжали конные отряды, а солдаты выкатили пушки. К 2 часам дня на площади собралось несколько тысяч человек. Толпа сгустилась у решётки Александровского сада и у ближайшего крыла Генерального штаба. Кроме рабочих, здесь было много случайной публики. День был выходной, и жители Петербурга отправились к дворцу посмотреть, как царь выйдет к народу принять челобитную. Один рабочий из Колпино держал в руках свиток петиции. Прибывающие с застав рабочие рассказывали, как их встретили солдаты. Говорили о стрельбе на заставах, о множестве убитых и раненых. У Нарвских ворот произошла форменная бойня, говорили, что Гапон убит. Напряжение в толпе нарастало.

 

Около 2 часов дня толпу попытались оттеснить конные отряды, однако эти попытки оказались безуспешными. Рабочие, взявшись за руки, обступили кавалеристов плотной стеной, не давая им возможности повернуться. Со стороны демонстрантов раздавались дерзкие заявления, что они не разойдутся, хотя бы в них стреляли. Солдат упрекали, что они воюют не с японцами, а со своим народом. Численность собравшихся продолжала расти. В 2 часа дня напротив толпы выстроилась рота Преображенского полка. Солдаты взяли ружья на изготовку. Офицер трижды предупредил собравшихся, что если они не разойдутся, в них будут стрелять. В ответ демонстранты махали шапками и кричали: «Стреляйте!» Раздался сигнальный рожок. Толпа продолжала стоять, старики сняли шапки и стали креститься. Раздался залп, и на землю повалились раненые. Затем рота повернулась вполоборота и дала второй залп. Толпа взвыла и бросилась бежать к Адмиралтейскому проспекту, а вслед за ней бросилась сотня казаков, избивая нагайками бегущих. Толпы отхлынули назад, количество раненых и убитых составило около 30 человек. Вскоре Дворцовая площадь и Адмиралтейский проспект были полностью очищены от демонстрантов.

На Невском проспекте

С 11 часов дня на Невском проспекте стал собираться народ. Группы рабочих, шедших из разных районов города, двигались к Зимнему дворцу и сливались в единую массу. «Шли молча, сосредоточенно, с угрюмым упорством на лице, — вспоминал очевидец. — Иногда впереди создавалась заминка, некоторые в испуге поворачивали назад, на них сурово кричали, стыдили за малодушие и шли, шли. В этом упорном движении вперёд чувствовалась огромная непреодолимая сила». К 2 часам дня весь Невский был запружен толпами рабочих и случайной публики, количество которой постоянно росло. На выходе к Дворцовой площади толпу сдерживали отряды кавалерии, и весь участок Невского от Дворцовой площади до Мойки заполнился сплошной массой. Задние ряды напирали на передние, и кавалерия с трудом сдерживала их напор. В 2 часа дня на Дворцовой площади послышались залпы, и от Александровского сада на Невский стали выносить тела убитых и раненых. Мирное настроение толпы мгновенно переменилось. Спокойная до того толпа взорвалась яростью и негодованием. В адрес военных понеслись крики и угрозы. Солдат ругали «палачами», «убийцами», «хунхузами» и «кровопийцами». В конные отряды со всех сторон полетели камни, палки и куски льда. Толпа набрасывалась на отдельных военных и полицейских, отнимала у них шашки и подвергала жестоким побоям. На Невском спонтанно образовалось несколько митингов. На них звучали призывы «К оружию!» и крики «Долой самодержавие!» Кто-то предложил громить арсеналы. В проезжавший по Морской улице конный разъезд были произведены два выстрела из револьвера.

Для усмирения бушующей толпы на Невский и в прилегающие районы было выслано несколько воинских подразделений. Отряды конницы пытались разрезать и оттеснить толпу, но толпа каждый раз снова смыкалась. Около 4 часов дня со стороны Морской на Невский вышла рота Семёновского полка. Продвигаясь по проспекту, пехота оттесняла демонстрантов, но толпа не отступала, а сгущалась, бросая в солдат камни и палки и осыпая их проклятиями. Некоторые демонстранты, приближаясь к военным, произносили речи и пытались агитировать солдат. Командовавший отрядом полковник Н. К. Риман попытался прекратить агитацию, но был встречен градом оскорблений. «Убийцы, вас всех перебить надо!» — кричали из толпы. Тогда полковник Риман со словами: «Вас, бунтовщиков, перестрелять надо!» — выхватил револьвер и выстрелил в толпу. Кто-то упал раненым, но толпа продолжала бушевать. Тогда Риман выстроил роту на Полицейском мосту и, разделив её на две части, приказал открыть стрельбу[58]. Заиграл рожок, и один взвод произвёл два залпа вдоль набережной Мойки. На снегу остались тела убитых и раненых. Спасаясь от выстрелов, люди прыгали на лёд, но и там их настигали пули. Затем рота повернулась, и два взвода произвели по два залпа по Невскому. После первого залпа толпа не расходилась, а некоторые рабочие подставлялись под пули и кричали: «Стреляйте, подлецы!» После второго залпа толпа рассеялась, оставив на снегу десятки тел. По свидетельству капитана Генштаба Е. А. Никольского, полковник Риман отдал приказ о начале стрельбы, не сделав никакого предупреждения, как это было установлено уставом.

Другим свидетелем действий войск у Полицейского моста стал русский поэт, художник и критик М. А. Волошин, вернувшийся утром 9 (22) января из Москвы:

Сани пропускали везде. И меня пропустили через Полицейский мост между шеренгами солдат. Они, в этот момент, заряжали ружья. Офицер крикнул извозчику: «Сворачивай направо». Извозчик отъехал на несколько шагов и остановился. «Похоже, стрелять будут!» Толпа стояла плотно. Но не было рабочих. Была обычная воскресная публика. «Убийцы!.. Ну, стреляйте же!» — крикнул кто-то. Рожок заиграл сигнал атаки. Я приказал извозчику двигаться дальше… Едва мы свернули за угол, послышался выстрел, сухой, несильный звук. Потом ещё и ещё.

Итоги дня

Всего за 9 января войсками были произведены залпы на Шлиссельбургском тракте, у Нарвских ворот, близ Троицкого моста, на 4-й линии и Малом проспекте Васильевского острова, у Александровского сада, на углу Невского проспекта и улицы Гоголя, у Полицейского моста и на Казанской площади. По данным полицейских докладов и военных рапортов, стрельба во всех случаях была вызвана нежеланием толпы подчиниться требованию остановиться или разойтись. Наэлектризованные агитацией, рабочие не слушали предупреждений и продолжали надвигаться на пехотные ряды даже после атак кавалерии. Военные действовали согласно уставам, позволявшим открывать стрельбу в случае, если толпа не слушает предупреждений и подходит ближе известного расстояния. В большинстве случаев военные делали предупреждения о стрельбе, однако в одних местах демонстранты их не слышали, в других не понимали их смысла, а в третьих не обращали внимания. В течение дня в разных районах города было произведено несколько выстрелов в военных, однако эти выстрелы производились уже после нападения военных на толпу. За день несколько военных были избиты, однако ни один военный не погиб. Два полицейских, убитых у Нарвской заставы — Жолткевич и Шорников — были убиты залпами 93-го пехотного Иркутского полка, что подтверждается свидетельствами очевидцев, данными полицейских докладов и результатами вскрытия.

Вечером 9 января

После разгона шествия у Нарвской заставы священник Гапон был уведён с площади группой рабочих и эсером П. М. Рутенбергом. Во дворе ему остригли волосы и переодели в штатскую одежду, а затем спрятали на квартире Максима Горького. По свидетельству очевидцев, Гапон был шокирован расстрелом манифестации. Он сидел, глядя в одну точку, нервно сжимал кулак и повторял: «Клянусь… Клянусь…» Придя в себя, он попросил бумагу и написал послание к рабочим. В послании говорилось: «Товарищи русские рабочие! У нас нет больше царя. Река крови протекла сегодня между ним и русским народом. Пора русским рабочим без него начать борьбу за народную свободу. Благословляю вас на сегодня. Завтра я буду среди вас». Около 3 часов в квартиру вернулся Горький и сел писать обращение к обществу. В обращении говорилось о депутации, ходившей 8 января к министру внутренних дел, и о событиях 9 января, свидетелем которых стал писатель. В заключение Горький обвинял министра внутренних дел П. Д. Святополк-Мирского и царя Николая II в предумышленном убийстве мирных людей и призывал всех граждан России «к немедленной, упорной и дружной борьбе с самодержавием».

Вечером в здании Вольно-экономического общества собралась демократическая интеллигенция. Обсуждались события дня и вопрос о роли интеллигенции. Произносились шумные речи о необходимости присоединиться к рабочим в их борьбе. Кем-то было выдвинуто предложение собирать деньги на вооружение рабочих; для обсуждения этого вопроса было избрано бюро из 4 человек. Затем собранием было принято «Обращение к офицерам русского войска, не принимавшим участия в бойне 9 января». Офицеров призывали отказаться от поддержки самодержавного режима и перейти на сторону восставшего народа. Обсуждались также вопросы о денежных сборах в пользу забастовщиков и семей пострадавших, организации публичных митингов и составлении воззваний. Вечером на собрание прибыли Максим Горький и переодетый рабочим Гапон. Горький сообщил собравшимся, что Гапон жив, и зачитал его послание к рабочим. Затем на трибуну взошёл Гапон. В короткой речи он призвал собравшихся добыть оружие для рабочих и с оружием в руках продолжать начатую борьбу. После отъезда Гапона и Горького собрание продолжалось, а в 12 часу ночи было разогнано ротой солдат.

Количество жертв

Вопрос о количестве жертв «Кровавого воскресенья» всегда был предметом разногласий. По официальным правительственным данным, опубликованным 10 января, всего 9 января в больницы Петербурга было доставлено 76 убитых и 233 ранены. Впоследствии эта цифра была уточнена: 96 убитых и 333 раненых, из которых в дальнейшем умерло ещё 34 человека, итого 130 убитых и 299 раненых. Эти цифры были приведены в докладе директора Департамента полиции министру внутренних дел, который предназначался для императора. 18 января в правительственных газетах был опубликован «Список лиц, убитых и умерших от ран в разных больницах г. С.-Петербурга, полученных 9 января 1905 года». Список включал 119 фамилий погибших с указанием их возраста, звания и занятий и 11 неопознанных лиц, всего 130 человек.

Официальные цифры с самого начала были поставлены под сомнение общественностью. Говорили, что правительство сознательно скрывает количество жертв, чтобы уменьшить масштабы своего преступления. Недоверие к официальным источникам информации порождало множество слухов. В первые дни появились сообщения о сотнях, тысячах и даже десятках тысяч жертв. Эти слухи проникали в иностранные газеты, а оттуда в российскую нелегальную печать. Так, в статье В. И. Ленина «Революционные дни», опубликованной в газете «Вперёд» 18 января, со ссылкой на иностранные газеты говорилось о 4600 убитых и раненых. Такое количество жертв будто бы значилось в списке, поданном журналистами министру внутренних дел. В советское время цифра 4600 жертв стала официальной и вошла в Большую советскую энциклопедию. Доктор исторических наук А. Н. Зашихин утверждал, что эта цифра позаимствована из неподтверждённого сообщения агентства «Рейтер» от 26 января, которое в свою очередь ссылалось на сообщение петербургского корреспондента Le Journal «во время приема, данного министром внутренних дел редакторам газет, последние вручили этому чиновнику список лиц,…, который был составлен их репортерами». При этом ранее корреспондент Рейтер в телеграмме от 9 (22) января сообщал о распространяемых слухах про 20 000 убитых, подвергая их достоверность сомнению.

Подобные завышенные цифры сообщали и другие иностранные агентства. Так, британское агентство «Лаффан» сообщало о 2000 убитых и 5000 раненых, газета «Дейли мейл» — о более 2000 убитых и 5000 раненых, а газета «Стандард» — о 2000—3000 убитых и 7000—8000 раненых. В ряде случаев корреспонденты оговаривали, что по всей видимости дело идет об «абсурдных преувеличениях» из сообщений очевидцев. Впоследствии все эти сведения не подтвердились. Журнал «Освобождение» сообщал, что некий «организационный комитет Технологического института» опубликовал «тайные полицейские сведения», определявшие число убитых в 1216 человек. Никаких подтверждений этого сообщения не найдено.

В дальнейшем попытки определить количество жертв предпринимались разными авторами. Так, по мнению священника Гапона, убитых было от 600 до 900 человек, а раненых не менее 5000. Французский журналист Э. Авенар, автор книги «Кровавое воскресенье», определял число убитых в 200—300 человек, а раненых в 1000—2000 человек. Журналист опирался на сообщения о том, что часть убитых была скрыта от публики. По некоторым рассказам, в Обуховской больнице все подвалы были завалены телами убитых, тогда как публике предъявили всего 26 тел. Тайные подвалы с трупами видели также в Мариинской и других больницах города. Наконец, ходили упорные слухи об убитых, которые не поступили в больницы, а хранились в полицейских участках, а затем были тайно захоронены в общих могилах. В пользу этих слухов говорил тот факт, что некоторые родственники убитых не нашли тела своих близких ни в одной больнице.

В 1929 году в советском журнале «Красная летопись» были опубликованы воспоминания бывшего врача Обуховской больницы А. М. Аргуна. Врач опровергал слухи о неучтённых трупах, будто бы хранившихся в тайных подвалах больниц, и сообщал цифры поступивших в больницы убитых и раненых, близкие к официальной статистике. В статье также приводилась подробная классификация убитых по больницам, профессиям и характеру ранений.

Советский историк В. И. Невский в своей статье «Январские дни в Петербурге 1905 года» высказал предположение, что убитых было от 150 до 200 человек, раненых от 450 до 800, а общее число пострадавших — от 800 до 1000. Историк исходил из того, что официальная статистика не учитывала пострадавших, не поступивших в больницы, а таковых, по сообщениям очевидцев, было немало. Некоторых убитых и раненых подбирали знакомые и отвозили на извозчиках прямо домой. Многие раненые не обращались в больницы, опасаясь репрессий со стороны властей, и лечились у частных докторов. Кроме того, в официальной статистике есть явные упущения. Например, многие очевидцы рассказывали о детях, убитых в парке Александровского сада, а в официальном списке убитых нет ни одного лица моложе 14 лет. Наконец, официальная статистика не учитывает жертв столкновений 10, 11 января и последующих дней.

Советский историк В. Д. Бонч-Бруевич в своём исследовании о событиях 9 января предпринял попытку определить количество жертв на основании статистики выстрелов. Бонч-Бруевич собрал сведения военных рапортов о количестве залпов, произведённых разными воинскими подразделениями 9 января, и помножил их на число стрелявших солдат. В итоге получилось, что 12 ротами различных полков было произведено 32 залпа, всего 2861 выстрел. Вычтя из этой цифры возможное количество осечек и промахов, советский историк пришёл к выводу, что общее число пострадавших от залпов должно быть не менее 2000 человек. Если же прибавить к ним пострадавших от одиночных выстрелов, холодного оружия и копыт лошадей, их должно быть ещё в два раза больше. Однако методы подсчёта, которыми пользовался Бонч-Бруевич, были поставлены под сомнение другими историками.

 

Примечания

И. Н. Ксенофонтов. Георгий Гапон: вымысел и правда. — М.: РОССПЭН, 1996.

М. С. Пазин. Кровавое воскресенье. За кулисами трагедии. — «Эксмо», 2009. Император Николай II и события 9 января 1905 года в Санкт-Петербурге. Часть I // Православная газета. — Екатеринбург, 2003. — № 31.

Император Николай II и события 9 января 1905 года в Санкт-Петербурге. Часть II // Православная газета. — Екатеринбург, 2003. — № 32.

 

Ерёменко А.Г. – заведующий отделом истории, этнографии и природы

«Кровавое воскресенье» 9 января 1905 года

Январское 1905 года шествие рабочих и их семей, возглавляемое «Собранием русских фабрично-заводских рабочих г. Санкт-Петербурга», с «Петицией о рабочих нуждах» в адрес царя вошло в историю под названием «Кровавого воскресенья». Расстрел мирной манифестации привёл к политической активности народных масс и по сути ознаменовал начало революционных событий в России.

Предыстория шествия

Из-за политического брожения в стране, спровоцированного русско-японской войной и разразившимся экономическим кризисом, власти пошли на создание «Собрания», ставшего легальной организацией рабочих, решающей, по мнению самодержавия, две задачи:

  • взаимопомощи пролетариата;
  • его просвещения.

Цель – противостоять революционной пропаганде, которая нарастала в начале XX в. Возглавил «Собрание», созданное в конце 1904 года, амбициозный священник по имени Георгий Гапон, мечтающий о лаврах вождя пролетарского движения.

В декабре 1904-го мастером Путиловского завода было принято решение об увольнении четырёх рабочих, являющихся членами организации. Борьба за их восстановление на работе привела к началу забастовки 3 января 1905 года. К 7 января она стала всеобщей с охватом более 130 тыс. человек из 456 предприятий. Рабочие выдвигали целую серию требований:

  • 8-часовой рабочий день;
  • создание комиссии для решения спорных вопросов с дирекцией предприятий;
  • повышение зарплаты;
  • улучшение условий работы.

Когда стало понятно, что забастовка будет проиграна из-за нежелания фабрикантов, поддержанных правительством, идти на компромисс, Гапон предложил обратиться с петицией непосредственно к царю.

Текст «Петиции о рабочих нуждах»

Документ часто называют «программой пяти», ибо он стал результатом обсуждения между Гапоном и социал-демократическими организациями. К его участию привлекались литераторы, но окончательный текст составлен лично лидером «Собрания» 7-8 января.  После того как рабочие поддержали призыв выйти с мирной манифестацией к Зимнему дворцу, Гапон написал обращение к царю, в котором попросил о заступничестве. Он посчитал, что государь обязан поддержать волю простого народа, в противном случае рабочий класс разочаруется в самодержавии как таковом.

Под давлением социал-демократов в «Петицию» были включены не только экономические, но и политические требования:

  • Свободы слова, рабочих союзов, печати и т. д.
  • Равенство перед законом представителей всех сословий и вероисповеданий.
  • Необходимость созыва Учредительного собрания.

Текст заканчивался словами: «У нас только два пути: или к свободе и счастью, или в могилу…»

События 9 января

Накануне воскресенья царская семья покинула Зимний дворец, а в столицу были вызваны дополнительные войска. О предстоящем шествии уведомил власти сам Гапон, отправив два послания: на имя министра внутренних дел и Николая II.  Почти 40 тысяч военных были сосредоточены в Санкт-Петербурге, а властные полномочия были переданы князю Владимиру, дяде царя.

Утром у 11 отделений «Собрания» стали собираться рабочие. Они пришли возбуждённом состоянии, в праздничной одежде многие привели семьи. Колонны держали в руках царские портреты, хоругви, по ходу движения исполняли гимн и молитвы. В мирной манифестации приняли участие почти 140 тысяч человек. Эсеры, большевики и меньшевики также влились в ряды рабочих. Они были вооружены и готовы к возможным столкновениям.

К 12 часам раздались первые выстрелы у Нарвской заставы, где рабочие попытались пройти сквозь заградительные кордоны. Ружейными залпами были встречены колонны на Выборгской стороне, близ Троицкого моста, на Васильевском острове. У Невских ворот в ход была брошена кавалерия.

Преодолевая заслоны, рабочие рвались к Дворцовой площади, где их встретила рота Преображенского полка, открывшая огонь по безоружным манифестантам. Кровавая бойня вызвала смятение, вопли ужаса и бегство людей. Но расправа продолжалась и на близлежащих улицах. Её жертвами стало более 4 тысяч человек. Сам Гапон сумел скрыться, найдя убежище в квартире М. Горького.

Историческое значение

Уже 9 января негодование рабочих заставило их выйти на баррикады. На Васильевском острове была захвачена оружейная мастерская, и вооружённые рабочие дали настоящий отпор царским войскам. На Невском, Среднем и Малом проспектах люди также строили баррикады, вывешивая красные флаги.

По словам В. Ленина, пролетариат в течение одного дня получил настоящее «революционное воспитание», на которое в мирное время ушли бы месяцы и годы борьбы. Стачечное движение охватило всю страну. В забастовках в январе 1905-го приняло участие 500 тыс. рабочих по всей стране, подхватив лозунг героического С-Петербурга: «Свобода или смерть!». Ширилось крестьянское движение, охватившее Курскую, Орловскую, Черниговскую и Саратовскую губернии, Прибалтику, Польшу и Грузию. «Кровавое воскресенье» стало началом революционных событий в стране.

У народа исчезли иллюзии и вера в доброго царя, с которым всегда можно договориться. Она была расстреляна 9 января 1905-го.


Использованная литература:

  • Семанов С. Н. «Кровавое воскресенье» как исторический феномен // «Вопросы истории», 1991 г. № 6, с. 182-188.
  • Кровавое воскресенье в сб. Детская энциклопедия т. 8. М, «Просвещение», 1967, с. 521-523.

«Кровавое воскресенье» 1905 года: как власть сделала революцию неизбежной: историческая правда России от РВИО

Важная проблема отечественной истории начала ХХ века – стала ли первая русская революция 1905-1907 годов, а значит и вся революционная эпоха результатом глубинных социальных проблем, или трагическим недоразумением, сбросившим Россию под откос истории?

Ключевым событием, которое находится в центре этой дискуссии, является «Кровавое воскресенье». Последствия этого события для последующей истории огромны. В столице Российской империи внезапно пролилась кровь рабочих, что подорвало доверие широких масс к самодержавию.

Власть: имитация «общественного диалога»

История демонстрации 9 января 1905 года вытекает из двух исторических обстоятельств: «весны Святополк-Мирского» и попыток сторонников самодержавия наладить связь с рабочим классом.

После убийства 15 июля 1904 года эсерами министра внутренних дел В.К. Плеве новый министр П.Д. Святополк-Мирский предпочел проводить более либеральную политику. Он подготовил проект преобразований, предполагавших создание законосовещательного парламента. Были дозволены собрания общественности. Либеральная интеллигенция стала организовывать банкеты, привлекавшие публику. На этих банкетах провозглашались тосты за конституцию и парламентаризм. Съезд земских деятелей также выступил за избрание депутатов от народа и передачу им части законодательных полномочий.

Вслед за интеллигентами активизировались и рабочие. Становление рабочего движения ещё в самом начале века было облегчено полицией. В 1898-1901 годах начальник московского охранного отделения Сергей Васильевич Зубатов сумел убедить своё руководство в том, что самодержавие может опереться на рабочих в борьбе против либеральной интеллигенции и буржуазии.

В 1902-м Зубатов возглавил Особый отдел Департамента полиции и стал поощрять создание «зубатовских» рабочих организаций по всей стране. В Петербурге было создано «Общество взаимопомощи рабочих механического производства г. Санкт-Петербурга». «Зубатовские» организации занимались прежде всего организацией культурного досуга, а в случае противоречий с работодателями – обращались к официальным властям, которые разбирали дело и иногда поддерживали работников.

Но иногда «зубатовцы» принимали участие в стачках. Стало ясно, что рабочее движение выходит из под контроля. Плеве потребовал от Зубатова «всё это прекратить», а в 1903 году отправил Зубатова в отставку, обвинив его в причастности к организации забастовочного движения и других прегрешениях. «Зубатовские» организации распадались, рабочий актив переходил под контроль оппозиционных социалистов.

Гапон: демократия снизу

Но в Петербурге движение сохранилось благодаря деятельности молодого священника Георгия Аполлоновича Гапона, которого Зубатов привлёк к пропаганде среди рабочих. Гапон приобрёл широкую популярность в их среде.

В 1904 году по инициативе Гапона с одобрения властей (в том числе петербургского градоначальника И.А. Фуллона) в Санкт-Петербурге была создана крупная рабочая организация – Собрание русских фабрично-заводских рабочих. 15 февраля Плеве утвердил её устав, считая, что на этот раз ситуация будет находиться под контролем.

Гапон обладал хорошими ораторскими способностями и сумел привлечь в собрание тысячи рабочих. Он считал, что когда организация станет достаточно мощной, она может превратиться в самостоятельную политическую силу и предложить царю союз в проведении преобразований, основанных на христианских принципах – капиталисты при посредничестве монарха должны были поделиться своими богатствами и обеспечить более высокий уровень жизни рабочих. Гарантом такой политики должна была стать рабочая организация, выполняющая роль и партии, и профсоюза. Постепенно Гапон стал выступать за создание парламента, в котором рабочая фракция будет влиять на законодательство.

Узнав об идеях Гапона, покровительствовавшие ему чиновники отказали собранию в дальнейшей поддержке. Зато с Гапоном сотрудничали социал-демократы.

Работа над программой организации велась ещё в марте 1904 года. Чтобы заставить монархию пойти на уступки, Гапон планировал провести всеобщую стачку и при необходимости даже восстание, но только после тщательной подготовки, расширения работы собрания на другие города. Но события опережали его планы.

3 января 1905 года члены собрания возглавили забастовку на Путиловском заводе. Поводом к забастовке стало увольнение четырёх рабочих – членов организации. Своих решили не бросать. Обсуждая этот случай, лидеры собрания вышли на обсуждение нетерпимых условий, в которых находятся российские рабочие. Сначала Гапон и его товарищи пытались решить дело миром, но администрация завода и представители власти отклонили их предложения. Забастовщики в ответ выдвинули более широкие требования, включая 8-часовой рабочий день, отмену сверхурочных работ, повышение платы чернорабочим, улучшение санитарного обеспечения и др. Забастовка была поддержана другими столичными предприятиями.

Петиция Гапона: последний шанс для монархии

Гапон и его соратники решили привлечь внимание царя к бедам рабочих – вывести массы трудящихся в воскресенье 9 января на демонстрацию, прийти к Зимнему дворцу и вручить Николаю II петицию с рабочими требованиями.

Текст петиции был написан Гапоном после обсуждения с оппозиционной интеллигенцией, прежде всего социал-демократами и журналистами (С. Стечкиным и А. Матюшенским). Петиция была написана в стиле церковной проповеди, но содержала современные для того времени социальные и политические требования.

Документ повествовал о тяжёлом положении людей, создающих своим трудом богатства страны:

«Мы обнищали, нас угнетают, обременяют непосильным трудом, над нами надругаются, в нас не признают людей, к нам относятся как к рабам, которые должны терпеть свою горькую участь и молчать.

Мы и терпели, но нас толкают всё дальше в омут нищеты, бесправия и невежества, нас душат деспотизм и произвол, и мы задыхаемся. Нет больше сил, государь! Настал предел терпению. Для нас пришёл тот страшный момент, когда лучше смерть, чем продолжение невыносимых мук».

Но при существующих порядках нет возможности сопротивляться угнетению мирными средствами: «И вот мы бросили работу и заявили нашим хозяевам, что не начнём работать, пока они не исполнят наших требований. Мы немногого просили, мы желали только того, без чего не жизнь, а каторга, вечная мука.

Первая наша просьба была, чтобы наши хозяева вместе с нами обсудили наши нужды. Но в этом нам отказали. Нам отказали в праве говорить о наших нуждах, находя, что такого права за нами не признаёт закон…

Государь, нас здесь многие тысячи, а всё это люди только по виду, только по наружности, – в действительности же за нами, равно как и за всем русским народом, не признают ни одного человеческого права, ни даже права говорить, думать, собираться, обсуждать нужды, принимать меры к улучшению нашего положения. Нас поработили, и поработили под покровительством твоих чиновников, с их помощью, при их содействии. Всякого из нас, кто осмелился поднять голос в защиту интересов рабочего класса и народа, бросают в тюрьму, отправляют в ссылку. Карают, как за преступление, за доброе сердце, за отзывчивую душу…»

Петиция призывала царя разрушить стену между ним и его народом путём введения народного представительства. «Необходимо представительство, необходимо, чтобы сам народ помогал себе и управлял собою. Ведь ему только и известны истинные его нужды. Не отталкивай же его помощь, прими её, повели немедленно, сейчас же призвать представителей земли русской от всех классов, от всех сословий, представителей и от рабочих. Пусть тут будет и капиталист, и рабочий, и чиновник, и священник, и доктор, и учитель, — пусть все, кто бы они ни были, изберут своих представителей. Пусть каждый будет равен и свободен в праве избрания, и для этого повели, чтобы выборы в учредительное собрание происходили при условии всеобщей, тайной и равной подачи голосов.

Это самая главная наша просьба, в ней и на ней зиждется всё; это главный и единственный пластырь для наших больных ран, без которого эти раны сильно будут сочиться и быстро двигать нас к смерти».

Перед обнародованием в петицию были вписаны требования свободы слова, печати, отделения церкви от государства и прекращения Русско-японской войны.

Среди предложенных петицией мер «против нищеты народной» – и отмена косвенных налогов с заменой их прогрессивным налогообложением, и создание для решения спорных вопросов с предпринимателями выборных рабочих комиссий на предприятиях, без согласия которых невозможны увольнения. Рабочие просили «уменьшить число рабочих часов до 8-ми в день; устанавливать цену на нашу работу вместе с нами и с нашего согласия, рассматривать наши недоразумения с низшей администрацией заводов; увеличить чернорабочим и женщинам плату за их труд до одного рубля в день, отменить сверхурочные работы; лечить нас внимательно и без оскорблений; устроить мастерские так, чтобы в них можно было работать, а не находить там смерть от страшных сквозняков, дождя и снега». Казалось бы, нормальные условия труда. Но для России начала ХХ века эти требования были революционными.

Если бы эти проблемы были надуманными, то петиция с описанием тяжёлого социального кризиса на предприятиях России не нашла бы широкой поддержки. Но рабочие в 1905 году жили не в идеальной «России, которую мы потеряли», а в реально крайне тяжёлых условиях. В поддержку петиции было собрано несколько десятков тысяч подписей.

Петиция оставляла Николаю II возможность для компромисса: «Взгляни без гнева, внимательно на наши просьбы, они направлены не ко злу, а к добру, как для нас, так и для тебя, государь. Не дерзость в нас говорит, а сознание необходимости выхода из невыносимого для всех положения». Это был шанс для монархии – ведь поддержка царем народных требований могла резко повысить его авторитет, повести страну по пути социальных реформ, создания социального государства. Да – за счёт интересов имущей элиты, но в конечном итоге – и ради её благополучия тоже, по принципу: «Отдайте перстни, иначе вам отрубят пальцы».

Поправки в документ вносились до 8 января, после чего текст был распечатан в 12 экземплярах. Его Гапон надеялся вручить царю, если рабочую делегацию к нему допустят. Георгий Аполлонович не исключал, что демонстрация может быть разогнана, но важен был сам факт выдвижения оппозиционной программы от имени массового движения.

Расстрел: поворот к катастрофе

Однако Николай II не собирался встречаться с представителями рабочих. Стиль его мышления был глубоко элитарен. Толпы народные пугали его. Тем более что толпу могли ведь вести революционеры (а они действительно были в окружении Гапона). А что если пойдут на штурм дворца? Накануне в столице произошло неприятное недоразумение – пушка, производившая салют в присутствии Николая II, оказалась заряжена боевым снарядом. Не было ли тут умысла на теракт? Государь покинул столицу в канун важных событий. Он мог бы встретиться с Гапоном и небольшой делегацией, но не использовал этот шанс. Порядок должен оставаться незыблем, несмотря ни на какие веяния времени. Эта логика вела Российскую империю к катастрофе.

Трагическое решение ответить на шествие народа насилием принимал не только Николай II, в этом отношении оно было закономерно. Гапон пытался убедить в правоте своей политической программы министра юстиции Н.В. Муравьёва. Вечером 8 января на совещании у Святополк-Мирского министры, Фуллон и другие высокопоставленные чиновники решили остановить рабочих вооружённой силой. Император санкционировал такое решение. Гапона собирались арестовать, но это не удалось сделать. Все подходы к центру Петербурга были перекрыты войсками.

Утром 9 января сотни тысяч рабочих двинулись с окраин столицы к Зимнему дворцу. Впереди колонн демонстранты несли иконы и портреты царя. Они надеялись, что царь выслушает их и поможет облегчить рабочую долю. Многие понимали, что участие в запрещённой демонстрации опасно, но были готовы пострадать за рабочее дело.

Натолкнувшись на цепи солдат, преграждавшие путь, рабочие стали уговаривать их пропустить демонстрацию к царю. Но солдатам было приказано сдерживать толпу – столичный губернатор опасался, что демонстранты могут устроить беспорядки и даже захватить дворец. У Нарвских ворот, где во главе колонны шёл Гапон, рабочих атаковала кавалерия, а затем был открыт огонь. Причём рабочие и после этого пытались продвинуться вперед, но затем всё же разбежались. Армия открыла огонь и в других местах, где шли колонны рабочих, а также перед Зимним дворцом, где собралась большая толпа. Было убито не менее 130 человек.

Гапон, находившийся в первых рядах демонстрантов, чудом остался жив. Он выпустил воззвание, проклинавшее царя и его министров. В этот день царя проклинали тысячи людей, прежде веривших в него. Впервые в Петербурге было разом убито столько людей, которые при этом выражали верноподданнические чувства и шли к царю «за правдой». Единство народа и монарха было подорвано.

Слухи о «Кровавом воскресении» 9 января широко разошлись по стране, вспыхнули забастовки протеста в других городах. В Петербурге рабочие построили баррикады на Выборгской стороне и пытались сопротивляться войскам.

Однако забастовки вскоре прекратились, немало людей оправдывали императора, обвиняя в январской трагедии окружение царя и провокаторов-бунтовщиков. Николай II встретился с представителями монархически настроенных рабочих и принял ряд незначительных мер, облегчавших условия труда. Но это уже не помогло восстановить авторитет режима. В стране постепенно начиналась самая настоящая революция, первая в русской истории. То тут, то там вспыхивали волнения. Императорская администрация не сделала должных выводов из событий 9 января и отвечала на массовое движение репрессиями. И это лишь распаляло страсти.

***

«Кровавое воскресение» стало лишь толчком к давно назревавшему революционному процессу, причиной которого был социально-экономический кризис и отставание политических преобразований от социальных изменений.

В начале ХХ века основные кризисы, с которыми столкнулась страна, принято было называть «вопросами». Основными причинами начала революций в 1905 и 1917 годах стали рабочий и аграрный вопросы, отягощённые также национальным вопросом (проблемой развития различных этнических культур в многонациональном государстве в условиях модернизации) и отсутствием эффективной обратной связи между властью и обществом (проблема самодержавия).

В их решении было воскресение России, старая социальная структура которой умирала. Увы, из-за эгоистичности, неуступчивости и неповоротливости российской власти решение этих проблем прошло через смуту. Проблемы в ХХ веке решили другие силы и другие элиты, но воскресение оказалось кровавым.

 

Литература

Кавторин В. Первый шаг к катастрофе. 9 января 1905 года. СПб., 1992.

Красная летопись. Л., 1925. № 2. С. 33-35.

Ксенофонтов И.Н. Георгий Гапон: вымысел и правда. М., 1996.

Пазин М. «Кровавое воскресенье». За кулисами трагедии. М., 2009.

 

Читайте также:

Иван Зацарин. Почему империей стали не они. К 221-летию присоединения Литвы к России

Андрей Сорокин. Как стать героем истории. Урок соцреализма от х/ф «Экипаж»

Андрей Смирнов. Задачи, удачи и неудачи реформ Ивана Грозного: что об этом нужно знать

Иван Зацарин. Встреча, которая их напугала: к 71-летию рукопожатия на Эльбе

Клим Жуков, Дмитрий Пучков. О становлении Киевской Руси

Иван Зацарин. Почему они с нами. К 101-й годовщине геноцида 

Иван Зацарин. Хитрый план, который сработал. К 87-летию первой пятилетки

Александр Шубин. Ленин и деньги: бухгалтерия Октябрьской революции

Иван Зацарин. Россия, которую они распилили. К 98-летию Закавказской федерации

Егор Яковлев, Дмитрий Пучков. От войны до войны. Часть 4: о борьбе с Англией за Константинополь

Андрей Сорокин. Деньпобедное обострение. Как нам доказывают, что мы проиграли войну

Петиция рабочих и жителей Санкт-Петербурга 9 января 1905 года

Пети́ция рабо́чих и жи́телей Санкт-Петербу́рга 9 января́ 1905 го́да — исторический документ, петиция или челобитная[1][2], с которой петербургские рабочие во главе со священником Георгием Гапоном шли к царю Николаю II в день Кровавого воскресенья 9 (22) января 1905 года. Петиция была составлена 5—8 января 1905 года Георгием Гапоном и группой рабочих — лидеров «Собрания русских фабрично-заводских рабочих г. Санкт-Петербурга» при участии представителей демократической интеллигенции[3]. Петиция содержала ряд требований, часть из которых имела политический, а часть экономический характер. Главным требованием петиции было уничтожение власти чиновников и созыв народного представительства в форме Учредительного собрания на основе всеобщего, прямого, тайного и равного голосования[4]. Остальные требования петиции делились на три части: «Меры против невежества и бесправия русского народа», «Меры против нищеты народной» и «Меры против гнёта капитала над трудом». Общее количество требований доходило до семнадцати. Политические требования петиции, предполагавшие ограничение самодержавия, были расценены правительством как «дерзкие» и послужили причиной разгона рабочего шествия[5].

Идея петиции

Практика обращения к властям с прошениями восходит к глубокой древности. В средневековье такие прошения нередко именовались латинским словом петиция, которое позднее перешло и в русский язык. В Московской Руси такие прошения традиционно именовались челобитными (от выражения «челом бить» — отдавать земной поклон). В XVI—XVII веках практика подачи властям челобитных приобрела широкое распространение. Для их рассмотрения в Московском царстве был создан особый Челобитный приказ. По мнению историка Н. П. Павлова-Сильванского, Петиция 9 января 1905 года имела своим прообразом «мирские» челобитные XVII века[6].

Идея обратиться к царю с челобитной о народных нуждах принадлежала священнику Георгию Гапону. Выпускник Санкт-Петербургской духовной академии, Гапон возглавлял с 1903 года крупнейшую легальную рабочую организацию «Собрание русских фабрично-заводских рабочих г. Санкт-Петербурга». Созданное при покровительстве петербургского градоначальства и Департамента полиции, «Собрание» имело целью объединение рабочих для просвещения и взаимопомощи, что должно было ослабить влияние на них революционной пропаганды. Однако лишённое надлежащего контроля со стороны властей, «Собрание» скоро уклонилось от заданных целей. На собраниях рабочих стали открыто обсуждать не только способы улучшения быта, но и способы борьбы рабочих за свои права[7]. В числе таких способов рассматривались стачки, забастовки и более радикальные методы[8].

Впервые мысль обратиться к царю с челобитной была высказана Гапоном в начале 1904 года. В своих мемуарах Гапон вспоминал, что на эту идею его навели беседы с Е. А. Нарышкиной, статс-дамой при дворе царя Николая II. По её словам, Николай II был добрым и честным человеком, но лишённым твёрдости характера. В своём воображении Гапон создал образ идеального царя, не имевшего случая показать себя, но от которого только и можно было ожидать спасения России. «Я думал, — писал Гапон, — что, когда наступит момент, он покажется в настоящем своём свете, выслушает свой народ и сделает его счастливым»[9]. По свидетельству меньшевика А. А. Сухова, уже в марте 1904 года Гапон охотно развивал свою идею на встречах с рабочими. «Народу мешают чиновники, — говорил Гапон, — а с царём народ сговорится. Только надо не силой своего добиваться, а просьбой, по-старинному»[10]. Примерно в то же время им была высказана мысль об обращении к царю коллективно, «всем миром». «Надо всем нам просить, — говорил он на одном собрании рабочих. — Мы мирно пойдём, и нас услышат»[11].

Мартовская «Программа пяти»

Первый набросок петиции был составлен Гапоном в марте 1904 года и в исторической литературе получил название «Программы пяти»[3]. Уже с конца 1903 года Гапон завязал отношения с влиятельной группой рабочих с Васильевского острова, известной под названием группы Карелина. Многие из них прошли через социал-демократические кружки, но имели тактические расхождения с социал-демократической партией. Стремясь привлечь их к работе в своём «Собрании», Гапон убеждал их, что «Собрание» имеет целью настоящую борьбу рабочих за свои права. Однако рабочих сильно смущала связь Гапона с Департаментом полиции, и они долго не могли победить в себе недоверие к загадочному священнику. Чтобы выяснить политическое лицо Гапона, рабочие предложили ему прямо высказать свои взгляды. «Что вы, товарищи, не помогаете?» — нередко спрашивал их Гапон, на что рабочие отвечали: «Георгий Аполлонович, кто Вы такой, скажите, — может быть, мы и будем Вам товарищами, а до сих пор мы так о Вас ничего и не знаем»[12].

В марте 1904 года Гапон собрал на своей квартире четырёх рабочих и, обязав их честным словом, что всё, что будет обсуждаться, останется в тайне, изложил им свою программу. В собрании участвовали рабочие А. Е. Карелин, Д. В. Кузин, И. В. Васильев и Н. М. Варнашёв. По рассказу И. И. Павлова, Карелин в очередной раз предложил Гапону раскрыть свои карты. «Да, наконец, скажите нам, о. Георгий, кто Вы и что Вы. Какая Ваша программа и тактика, и куда и зачем Вы нас ведёте?» — «Кто я и что я, — возразил Гапон, — я вам уже говорил, а куда и зачем я вас веду... вот, смотрите», — и Гапон бросил на стол исписанную красными чернилами бумагу, в которой перечислялись по пунктам нужды рабочего люда[13]. Это и был проект петиции 1905 года, а тогда он рассматривался как программа руководящего кружка «Собрания»[14]. Проект включал в себя три группы требований: I. Меры против невежества и бесправия русского народа; II. Меры против нищеты народной и III. Меры против гнёта капитала над трудом, — и впоследствии целиком вошёл в первую редакцию гапоновской петиции[3].

Ознакомившись с текстом программы, рабочие пришли к выводу, что она для них приемлема. «Мы были поражены тогда, — вспоминал А. Е. Карелин. — Ведь я всё же был большевиком, с партией не порвал, помогал ей, разбирался; Кузин был меньшевиком. Варнашёв и Васильев, хотя и были беспартийными, однако честные, преданные, хорошие, понимающие люди. И вот все мы увидели, что то, что написал Гапон, шире социал-демократов. Мы и поняли тут, что Гапон честный человек, и поверили ему»[15]. Н. М. Варнашёв в своих воспоминаниях добавлял, что «ни для кого из собравшихся программа не была сюрпризом, ибо отчасти ими же Гапон вынужден был выработать её»[14]. На вопрос рабочих, как он собирается обнародовать свою программу, Гапон ответил, что он не собирается её обнародовать, а предполагает сначала расширить деятельность своего «Собрания», чтобы в него вошло как можно больше людей[12]. Насчитывая в своих рядах тысячи и десятки тысяч людей, «Собрание» превратится в такую силу, с которой по необходимости вынуждены будут считаться и капиталисты, и правительство[13]. Когда на почве всеобщего недовольства возникнет экономическая стачка, тогда можно будет предъявить правительству и политические требования. Рабочие согласились с этим планом[12].

После этого случая Гапону удалось преодолеть недоверие радикальных рабочих, и они согласились ему помогать. Вступив в ряды «Собрания», Карелин и его товарищи повели в массах агитацию за вступление в гапоновское общество, и его численность стала расти. В то же время карелинцы продолжали следить, чтобы Гапон не отступал от намеченной программы, и при каждом удобном случае напоминали ему о взятых на себя обязательствах[8].

Кампания земских петиций

Осенью 1904 года с назначением министром внутренних дел П. Д. Святополк-Мирского в стране началось политическое пробуждение, получившее название «весны Святополк-Мирского». В этот период активизировалась деятельность либеральных сил, требовавших ограничения самодержавия и введения конституции. Во главе либеральной оппозиции стоял созданный в 1903 году «Союз освобождения», объединявший широкие круги интеллигенции и земских деятелей. По инициативе «Союза освобождения» в ноябре 1904 года в стране началась широкомасштабная кампания земских петиций. Земства и другие общественные учреждения обращались к высшим властям с петициями или резолюциями, в которых призывали к введению в стране политических свобод и народного представительства. Образцом такой резолюции стало Постановление Земского съезда[16], состоявшегося в Петербурге 6—9 ноября 1904 года[17]. Вследствие допущенного правительством ослабления цензуры тексты земских петиций проникали в печать и становились предметом общего обсуждения. Общий политический подъём стал сказываться и на настроениях рабочих. «В наших кругах ко всему прислушивались, и всё происходящее немало нас волновало, — вспоминал один из рабочих. — Свежая струя воздуха кружила нам голову, и одно собрание сменяло другое»[11]. В окружении Гапона стали говорить, не пора ли и рабочим присоединиться к общему голосу всей России.

В том же месяце лидеры петербургского «Союза освобождения» установили контакт с руководством «Собрания русских фабрично-заводских рабочих». В начале ноября 1904 года группа представителей «Союза освобождения» встретилась с Георгием Гапоном и руководящим кружком «Собрания». Во встрече участвовали Е. Д. Кускова, С. Н. Прокопович, В. Я. Яковлев-Богучарский и ещё два человека[15]. Они предложили Гапону и его рабочим присоединиться к общей кампании и обратиться к властям с такой же петицией, с какой выступали представители земств[17]. Гапон с энтузиазмом схватился за эту идею и обещал употребить всё своё влияние, чтобы провести её на собраниях рабочих[18]. В то же время Гапон и его соратники настаивали на выступлении со своей особой, рабочей петицией. У рабочих было сильное желание «предложить своё, с низов», — вспоминал участник встречи А. Е. Карелин[15]. Во время встречи освобожденцы, рассматривая устав гапоновского «Собрания», обратили внимание на некоторые его сомнительные параграфы. В ответ Гапон заявил, «что устав — это только ширма, что настоящая программа общества иная, и попросил рабочего принести выработанную ими резолюцию политического характера». Это была мартовская «Программа пяти». «Уже тогда было ясно, — вспоминала одна из участниц встречи, — что эти резолюции совпадают с резолюциями интеллигенции»[7]. Ознакомившись с гапоновской программой, освобожденцы сказали, что если идти с такой петицией, то это уже очень много. «Что ж, хорошая штука, много наделает шуму, подъём большой будет, — сказал Прокопович, — но только ведь вас-то арестуют». — «Ну, и хорошо!» — ответили рабочие[12].

28 ноября 1904 года состоялось собрание руководителей отделов гапоновского общества, на котором Гапон выдвинул идею выступления с рабочей петицией. Собравшиеся должны были принять «Программу пяти» под именем петиции или резолюции для публичного заявления требований рабочих. Участникам собрания предлагалось взвесить серьёзность предпринимаемого шага и принимаемую на себя ответственность, а при несочувствии спокойно отойти в сторону, дав честное слово молчать[14]. По итогам собрания было решено выступить с рабочей петицией, однако вопрос о форме и содержании петиции оставлялся на усмотрение Гапона. Председательствовавший на собрании Н. М. Варнашёв в своих воспоминаниях называет это событие «заговором на выступление»[14]. После этого события руководители «Собрания» повели в массах агитацию за выступление с политическими требованиями. «Мы глухо внедряли идею выступления с петицией на каждом собрании, в каждом отделе», — вспоминал А. Е. Карелин[15]. На собраниях рабочих стали читаться и обсуждаться печатавшиеся в газетах земские петиции, а руководители «Собрания» давали им толкование и связывали политические требования с экономическими нуждами рабочих[13].

Борьба за подачу петиции

В декабре 1904 года в руководстве «Собрания» произошёл раскол на почве вопроса о подаче петиции. Часть руководства во главе с Гапоном, видя неуспех кампании земских петиций, стала откладывать подачу петиции на будущее. К Гапону примыкали рабочие Д. В. Кузин и Н. М. Варнашёв[14]. Гапон был уверен, что подача петиции, не подкреплённая восстанием масс, приведёт только к закрытию «Собрания» и аресту его руководителей[7]. В разговорах с рабочими он заявлял, что петиция — это «мёртвое дело, заранее приговорённое к смерти»[11], а сторонников немедленной подачи петиции называл «скорополитиками»[19]. В качестве альтернативы Гапон предлагал расширить деятельность «Собрания», распространив его влияние на другие города, и только после этого выступать со своими требованиями. Первоначально он планировал приурочить выступление к ожидавшемуся падению Порт-Артура[7], а затем перенёс его на 19 февраля — годовщину освобождения крестьян при Александре II.

В противовес Гапону, другая часть руководства во главе с А. Е. Карелиным и И. В. Васильевым настаивала на скорейшем выступлении с петицией[14]. К ним примыкала внутренняя «оппозиция» Гапону в «Собрании», представленная группой Карелина и рабочими, имевшими более радикальный образ мыслей. Они считали, что подходящий момент для подачи петиции наступил и что рабочие должны действовать сообща с представителями других классов[13]. Эту группу рабочих активно поддерживали интеллигенты из «Союза освобождения». Одним из пропагандистов идеи петиции был помощник присяжного поверенного И. М. Финкель, читавший в «Собрании» лекции по рабочему вопросу. Будучи беспартийным, Финкель был связан с петербургскими меньшевиками[20] и левым крылом «Союза освобождения». В своих выступлениях он говорил рабочим: «Земцы, юристы и другие общественные деятели составляют и подают петиции с изложением своих требований, а рабочие остаются безучастными к этому. Если они этого не сделают, то другие, получив что-либо по своим требованиям, уже о рабочих не вспомнят, и они останутся ни при чём»[21].

Обеспокоенный растущим влиянием Финкеля, Гапон потребовал удалить его и других интеллигентов с заседаний руководящего кружка «Собрания», а в разговорах с рабочими стал настраивать их против интеллигенции. «Интеллигенты кричат только из-за того, чтобы захватить власть, а после и сядут на нашу шею и на мужика, — убеждал их Гапон. — Это будет хуже самодержавия»[19]. В ответ сторонники петиции решили действовать по-своему. По воспоминаниям И. И. Павлова, оппозиция составила заговор, имевший целью «свалить Гапона с его пьедестала „рабочего вождя“»[13]. Было решено, что если Гапон откажется выступать с петицией, оппозиция пойдёт выступать без него[19]. Конфликт в руководстве «Собрания» обострился до предела, но был остановлен событиями, связанными с Путиловской забастовкой.

Экономические требования рабочих

В декабре 1904 года на Путиловском заводе произошёл инцидент с увольнением четырёх рабочих, состоявших в гапоновском «Собрании». Первоначально этому никто не придал большого значения, но затем распространился слух, что они уволены за свою принадлежность к «Собранию». Это было воспринято как вызов, брошенный «Собранию» со стороны капиталистов, и на экстренном заседании 27 декабря 1904 года на Васильевском острове руководством «Собрания» было постановлено требовать восстановления уволенных рабочих[21]. В случае неисполнения требований было решено объявить на Путиловском заводе забастовку, а при необходимости распространить её на все заводы и фабрики Петербурга. На заседании был также поднят вопрос о подаче петиции, и после жарких споров было решено выступить с петицией в крайнем случае, если экономические требования рабочих не будут удовлетворены. Решающим оказалось выступление А. Е. Карелина, заявившего, что подачей петиции рабочие очистят себя от репутации «зубатовцев»[15]. С этого момента конфликт между Гапоном и оппозицией угас, и все объединились в деле борьбы с заводчиками и фабрикантами. Сам Гапон рассчитывал, что требования рабочих будут удовлетворены и до подачи петиции дело не дойдёт[13].

3 января на Путиловском заводе была объявлена забастовка, а 5 января она была распространена на другие предприятия Петербурга. К 7 января забастовка распространилась на все заводы и фабрики Петербурга и превратилась во всеобщую. Первоначальное требование восстановить на работе уволенных рабочих сменилось списком широких экономических требований, предъявленных к администрациям заводов и фабрик. В условиях забастовки каждый завод и каждая мастерская стали выдвигать свои экономические требования и предъявлять их своей администрации[9]. Чтобы унифицировать требования разных фабрик и заводов, руководством «Собрания» был составлен стандартный список экономических требований рабочего класса[22]. Список был размножен методом гектографирования и в таком виде, за подписью Гапона, распространялся по всем предприятиям Петербурга[23]. 4 января Гапон во главе депутации рабочих явился к директору Путиловского завода С. И. Смирнову и ознакомил его со списком требований. На других заводах депутации от рабочих предъявляли аналогичный список требований своей администрации[24].

Стандартный список экономических требований рабочих включал в себя пункты: о восьмичасовом рабочем дне; об установлении расценок на изделия совместно с рабочими и с их согласия; о создании совместной с рабочими комиссии по разбору претензий и жалоб рабочих на администрацию; об увеличении платы женщинам и чернорабочим до одного рубля в день; об отмене сверхурочных работ; об уважительном отношении к рабочим со стороны медицинского персонала; об улучшении санитарных условий мастерских и др.[23] Впоследствии все эти требования были воспроизведены во вводной части Петиции 9 января 1905 года. Их изложение предварялось словами: «Мы немногого просили, мы желали только того, без чего не жизнь, а каторга, вечная мука»[4]. Нежеланием заводчиков исполнить эти требования мотивировались обращение к царю и вся политическая часть петиции.

Резолюция рабочих об их насущных нуждах

4 января Гапону и его сотрудникам стало окончательно ясно, что заводчики не исполнят экономических требований и что забастовка проиграна. Проигранная забастовка была катастрофой для гапоновского «Собрания». Было ясно, что рабочая масса не простит вожакам несбывшихся ожиданий[25], а правительство закроет «Собрание» и обрушит на его руководство репрессии. По словам фабричного инспектора С. П. Чижова, Гапон оказался в положении человека, которому некуда отступать[25]. В этой ситуации Гапон и его помощники решились на крайнюю меру — встать на путь политики и обратиться за помощью к самому царю[9].

5 января, выступая в одном из отделов «Собрания», Гапон заявил, что если заводчики одерживают верх над рабочими, то это потому, что на их стороне стоит чиновничье правительство. Поэтому рабочие должны обратиться непосредственно к царю и потребовать его ликвидировать чиновничье «средостение» между ним и его народом. «Если существующее правительство отворачивается от нас в критический момент нашей жизни, если оно не только не помогает нам, но даже становится на сторону предпринимателей, — говорил Гапон, — то мы должны требовать уничтожения такого политического строя, при котором на нашу долю выпадает только одно бесправие. И отныне да будет нашим лозунгом: „Долой чиновничье правительство!“»[26] С этого момента забастовка приобрела политический характер, и на повестку дня встал вопрос о формулировке политических требований. Было ясно, что сторонники петиции одержали верх, и оставалось только подготовить эту петицию и предъявить её царю. Начиная с 4—5 января Гапон, бывший противником немедленной подачи петиции, стал её активным сторонником[13].

В тот же день Гапон взялся за подготовку петиции. По уговору, в основу петиции должна была лечь мартовская «Программа пяти», выражавшая общие требования рабочего класса и давно рассматривавшаяся как тайная программа гапоновского «Собрания»[14]. 5 января «Программа пяти» была впервые предана гласности[27] и зачитывалась в собраниях рабочих в качестве проекта петиции или резолюции для обращения к царю[26]. Однако у программы был существенный недостаток: она содержала только список требований рабочих без каких-либо предисловий и пояснений к ним. Необходимо было дополнить список текстом, содержавшим описание бедственного положения рабочих и мотивов, побудивших их обратиться с требованиями к царю[3]. С этой целью Гапон обратился к нескольким представителям интеллигенции, предложив им написать черновик такого текста[28].

Первым, к кому обратился Гапон, был известный журналист и писатель С. Я. Стечкин, писавший в «Русской газете» под псевдонимом Н. Строев[29]. 5 января Стечкин собрал у себя на квартире на Гороховой улице группу партийных интеллигентов из числа меньшевиков[30]. По воспоминаниям И. И. Павлова, явившись на квартиру на Гороховой, Гапон заявил, что «события развёртываются с поразительной быстротой, шествие к Дворцу неизбежно, а у меня пока только всего и имеется...» — с этими словами он бросил на стол три листка, исписанные красными чернилами[13]. Это был проект петиции, а вернее, всё та же «Программа пяти», хранившаяся в неизменном виде с марта 1904 года. Ознакомившись с проектом, меньшевики заявили, что для социал-демократов такая петиция неприемлема, и Гапон предложил им внести в неё изменения или написать свой вариант петиции[13]. В тот же день меньшевики вместе со Стечкиным составили свой проект петиции, получивший название «Резолюции рабочих об их насущных нуждах»[31]. Этот текст, выдержанный в духе партийных программ, был зачитан в тот же день в нескольких отделах «Собрания», и под ним было собрано несколько тысяч подписей[26]. Центральным пунктом в нём было требование созыва Учредительного собрания, содержались также требования политической амнистии, прекращения войны и национализации фабрик, заводов и помещичьих земель[31].

Составление гапоновской петиции

Написанная меньшевиками «Резолюция рабочих об их насущных нуждах» не удовлетворила Гапона. Резолюция была написана сухим, деловым языком, в ней отсутствовало обращение к царю, а требования предъявлялись в категоричной форме. Как опытный проповедник Гапон знал, что язык партийных революционеров не находит отклика в душе простого народа. Поэтому в те же дни, 5—6 января, он обратился с предложением написать черновик петиции ещё к троим интеллигентам: одному из лидеров «Союза освобождения» В. Я. Яковлеву-Богучарскому[32], писателю и этнографу В. Г. Тану-Богоразу и журналисту газеты «Наши дни» А. И. Матюшенскому[28]. Историк В. Я. Яковлев-Богучарский, получивший от Гапона проект петиции 6 января, отказался вносить в него изменения на том основании, что под ним уже было собрано не менее 7000 подписей рабочих. Впоследствии он вспоминал об этих событиях, говоря о себе в третьем лице:

«6 января, в 7—8 часов вечера, один из знакомых с Гапоном освобожденцев (назовем его хоть NN), получив сведения о том, что Гапон даёт рабочим подписывать какую-то петицию, отправился в отдел на Выборгской стороне, где и встретился с Гапоном. Последний тотчас же дал NN петицию, сообщив, что под нею уже собрано 7000 подписей (многие рабочие продолжали давать свои подписи в присутствии NN) и просил его проредактировать петицию и внести в неё изменения, которые NN найдёт нужным. Взявши петицию к себе домой и проштудировавши её внимательно, NN вполне убедился, — на чём настаивает и теперь самым решительным образом, — что петиция эта представляла собою лишь развитие тех тезисов, которые NN видел у Гапона в писаном виде ещё в ноябре 1904 года. Петиция действительно нуждалась в изменениях, но, ввиду того, что под нею уже были собраны подписи рабочих, NN и его товарищи не сочли себя вправе вносить хотя бы и самые малейшие в неё изменения. Поэтому петиция была возвращена Гапону (на Церковную, 6) на следующий день (7 января) к 12 ч. дня в том самом виде, в каком она была получена от Гапона накануне»[32].

Два других представителя интеллигенции, получившие проект петиции, оказались сговорчивее Богучарского. По некоторым данным, один из вариантов текста был написан В. Г. Таном-Богоразом[28], однако и его содержание, и дальнейшая судьба остались неизвестными. Последний вариант текста был написан сотрудником «Наших дней» журналистом А. И. Матюшенским. Матюшенский был известен как автор статей о жизни бакинских рабочих и бакинской рабочей забастовке. 6 января он поместил в газетах своё интервью с директором Путиловского завода С. И. Смирновым[33], чем и привлёк внимание Гапона. Некоторые источники утверждают, что именно текст, написанный Матюшенским, Гапон взял за основу при составлении своей петиции[34]. Сам Матюшенский впоследствии заявлял, что петиция написана им[28], однако у историков это заявление вызывает сильные сомнения[3][8].

По мнению исследователя петиции А. А. Шилова, её текст написан в стиле церковной риторики, что явно указывает на авторство Гапона, привыкшего к подобным проповедям-рассуждениям[3]. Авторство Гапона устанавливается также свидетельствами участников событий 9 января. Так, рабочий В. А. Янов, председатель Нарвского отдела «Собрания», на вопрос следователя о петиции отвечал: «Писана она была рукою Гапона, находилась всегда при нём, и он её часто переделывал»[21]. Председатель Коломенского отдела «Собрания» И. М. Харитонов, в дни перед 9 января не расстававшийся с Гапоном, утверждал, что написана она была Гапоном, а Матюшенский только поправил стиль в начале и в конце текста[13]. А казначей «Собрания» А. Е. Карелин в своих воспоминаниях указывал на то, что петиция была написана характерным гапоновским слогом: «Этот гапоновский слог ведь особенный. Это слог простой, ясный, точный, хватающий за душу, как его голос»[15]. Не исключено, однако, что Гапон всё же использовал черновик Матюшенского при составлении своего текста, но прямых доказательств этому нет[30].

Так или иначе, в ночь с 6 на 7 января Гапон, ознакомившись с вариантами, предложенными ему интеллигентами, отверг их все и написал свой собственный вариант петиции, который и вошёл в историю под именем Петиции 9 января 1905 года[3]. В основу петиции была положена мартовская «Программа пяти», вошедшая в первую редакцию текста без изменений[3]. В начале к ней было добавлено обширное предисловие, содержащее обращение к царю, описание бедственного положения рабочих, их безуспешной борьбы с фабрикантами, требование устранить власть чиновников и ввести народное представительство в форме Учредительного собрания. А в конце был добавлен призыв к царю выйти к народу и принять петицию[4]. Этот текст читался в отделах «Собрания» 7, 8 и 9 января, и под ним были собраны десятки тысяч подписей. При обсуждении петиции 7 и 8 января в него продолжали вноситься некоторые поправки и дополнения, в результате чего окончательный текст петиции принял более всенародный характер[3]. 8 января этот последний, отредактированный текст петиции был отпечатан на машинке в количестве 12 экземпляров: один для самого Гапона и по одному — для 11 отделов «Собрания»[3]. Именно с этим текстом петиции рабочие шли к царю 9 января 1905 года. Один из экземпляров текста, за подписью Гапона и рабочего И. В. Васильева, хранился впоследствии в Ленинградском музее революции[24].

Структура и содержание петиции

Священник Георгий Гапон

По своей структуре текст гапоновской петиции делился на три части. Первая часть петиции начиналась обращением к царю. В соответствии с библейской и древнерусской традицией, петиция обращалась к царю на «Ты» и извещала его о том, что рабочие и жители Петербурга пришли к нему искать правды и защиты[4]. Далее в петиции говорилось о бедственном положении рабочих, их нищете и угнетении, а положение рабочих сравнивалось с положением рабов, которые должны терпеть свою горькую участь и молчать. Говорилось также, что рабочие терпели, но их положение становилось всё хуже и хуже, и их терпению пришёл конец. «Для нас пришёл тот страшный момент, когда лучше смерть, чем продолжение невыносимых мук»[35].

Затем петиция излагала историю тяжбы рабочих с заводчиками и фабрикантами, которые обобщённо именовались хозяевами. Рассказывалось о том, как рабочие бросили работу и заявили своим хозяевам, что не станут на работу, пока те не исполнят их требований. Затем излагался список требований, предъявленных рабочими своим хозяевам во время январской забастовки. Говорилось, что эти требования были незначительными, но хозяева отказали рабочим даже в их удовлетворении. Далее петиция указывала на мотив отказа, состоявший в том, что требования рабочих были признаны не соответствующими закону. Говорилось, что, с точки зрения хозяев, всякая просьба рабочих оказывалась преступлением, а их желание улучшить своё положение — недопустимой дерзостью[35].

После этого петиция переходила к главному тезису — к указанию на бесправие рабочих как главную причину их угнетения хозяевами. Говорилось, что за рабочими, как и за всем русским народом[4], не признают ни одного человеческого права, даже права говорить, думать, собираться, обсуждать свои нужды и принимать меры к улучшению своего положения. Упоминалось о репрессиях в отношении людей, выступавших на защиту интересов рабочего класса. Затем петиция снова обращалась к царю и указывала ему на божественное происхождение царской власти и на противоречие, существующее между человеческими и божескими законами. Утверждалось, что существующие законы противоречат божественным установлениям, что они несправедливы и что при таких законах простому народу невозможно жить. «Не лучше ли умереть, — умереть всем нам, трудящимся людям всей России? Пусть живут и наслаждаются капиталисты и чиновники-казнокрады, грабители русского народа»[35]. Наконец, указывалась и причина несправедливых законов — засилье чиновников, узурпировавших власть и превратившихся в средостение между царём и его народом.

Затем петиция переходила к своей второй части — к изложению требований, с которыми рабочие пришли к стенам царского дворца. Главным требованием рабочих объявлялось уничтожение власти чиновников, ставших стеной между царём и его народом, и допущение народа к управлению государством. Говорилось, что Россия слишком велика, а нужды её слишком многообразны и многочисленны, чтобы одни чиновники могли управлять ей. Из этого делался вывод о необходимости народного представительства. «Необходимо, чтобы сам народ помогал себе, ведь ему только и известны истинные его нужды»[35]. Царя призывали немедленно созвать народных представителей от всех классов и всех сословий — рабочих, капиталистов, чиновников, духовенства, интеллигенции — и избрать Учредительное собрание на основе всеобщего, прямого, тайного и равного голосования. Это требование объявлялось главной просьбой рабочих, «в которой и на которой зиждется всё», и главным лекарством от их больных ран[35].

Далее к требованию народного представительства присоединялся список дополнительных требований, необходимых для излечения народных ран. Этот список представлял собой изложение мартовской «Программы пяти», вошедшей в первую редакцию петиции без изменений[3]. Список состоял из трёх параграфов: I. Меры против невежества и бесправия русского народа, II. Меры против нищеты народа и III. Меры против гнёта капитала над трудом.

Первый параграф — Меры против невежества и бесправия русского народа — включал в себя следующие пункты: свобода и неприкосновенность личности, свобода слова, свобода печати, свобода собраний, свобода совести в деле религии; общее и обязательное народное образование за государственный счёт; ответственность министров пред народом и гарантия законности управления; равенство перед законом всех без исключения; немедленное возвращение всех пострадавших за убеждения. Второй параграф — Меры против нищеты народа — включал следующие пункты: отмена косвенных налогов и замена их прямым, прогрессивным и подоходным налогом; отмена выкупных платежей, дешёвый кредит и постепенная передача земель народу. Наконец, в третий параграф — Меры против гнёта капитала над трудом — входили пункты: охрана труда законом; свобода потребительно-производительных и профессиональных рабочих союзов; восьмичасовой рабочий день и нормировка сверхурочных работ; свобода борьбы труда с капиталом; участие представителей рабочего класса в выработке законопроекта о государственном страховании рабочих; нормальная заработная плата[35].

Во второй, последней редакции петиции, с которой рабочие шли к царю 9 января, к этим требованиям были добавлены ещё несколько пунктов, в частности: отделение церкви от государства; исполнение заказов военного и морского ведомства в России, а не за границей; прекращение войны по воле народа; отмена института фабричных инспекторов. В результате общее количество требований увеличилось до 17 пунктов, причём некоторые из требований были усилены добавлением слова «немедленно»[4].

За списком требований следовала последняя, заключительная часть петиции. В ней содержалось очередное обращение к царю с призывом принять петицию и исполнить её требования, причём от царя требовали не только принять, но и поклясться в их исполнении. «Повели и поклянись исполнить их, и Ты сделаешь Россию счастливой и славной, а имя своё запечатлеешь в сердцах наших и наших потомков на вечные времена»[35]. В противном случае рабочие выражали готовность умереть у стен царского дворца. «А не повелишь, не отзовёшься на нашу мольбу, — мы умрём здесь, на этой площади, пред твоим дворцом. Нам некуда больше идти и незачем! У нас только два пути — или к свободе и счастью, или в могилу». Эта часть заканчивалась выражением готовности принести свою жизнь в жертву для исстрадавшейся России и утверждением, что рабочим не жаль этой жертвы и они охотно приносят её[35].

Чтение и сбор подписей под петицией

«Гапон читает петицию в собрании рабочих». Рисунок неизвестного художника.

Начиная с 7 января, гапоновская петиция читалась во всех отделах рабочего «Собрания». К этому времени в Петербурге было 11 отделов «Собрания»: Выборгский, Нарвский, Василеостровский, Коломенский, Рождественский, Петербургский, Невский, Московский, Гаваньский, Колпинский и на Обводном канале[15]. В некоторых отделах петицию читал сам Гапон, в других местах чтение осуществлялось председателями отделов, их помощниками и рядовыми активистами «Собрания». В эти дни гапоновские отделы стали местом массового паломничества петербургских рабочих. Люди шли изо всех районов, чтобы послушать речи, в которых им впервые в жизни в простых словах открывалась политическая мудрость[7]. В эти дни из рабочей среды выдвинулось множество ораторов, умевших говорить понятным народным массам языком. Вереницы людей приходили в отделы, заслушивали петицию и ставили под ней свои подписи, а затем уходили, уступая место другим. Отделы сделались центрами рабочей жизни Петербурга. По словам очевидцев, город напоминал один массовый митинг, на котором царила такая широкая свобода слова, какой никогда не видел Петербург[36].

Обычно чтение петиции осуществлялось следующим образом. В помещение отдела впускалась очередная партия людей, после чего один из ораторов произносил вступительную речь, а другой начинал чтение петиции. Когда чтение доходило до конкретных пунктов петиции, оратор давал каждому пункту подробное толкование, а затем обращался к аудитории с вопросом: «Верно, товарищи?» или «Так, товарищи?» — «Верно!.. Так!..» — хором отвечала толпа[37]. В тех случаях, когда толпа не давала единого ответа, спорный пункт толковался снова и снова, пока аудитория не приводилась к согласию. После этого толковался следующий пункт, потом третий и так до конца[7][38]. Добившись согласия со всеми пунктами, оратор читал заключительную часть петиции, в которой говорилось о готовности рабочих умереть у стен царского дворца, если их требования не будут исполнены. Затем он обращался к аудитории с вопросом: «Готовы ли вы стоять за эти требования до конца? Готовы ли вы умереть за них? Клянётесь ли вы в этом?» — И толпа хором отвечала: «Клянёмся!.. Умрём все, как один!..» Такие сцены происходили во всех отделах «Собрания». По многочисленным свидетельствам, в отделах царила атмосфера религиозной экзальтации: люди плакали, бились кулаками о стены и клялись явиться на площадь и умереть за правду и свободу[7].

Наибольшее возбуждение царило там, где выступал сам Гапон. Гапон разъезжал по всем отделам «Собрания», овладевал аудиторией, читал и толковал петицию. Заканчивая чтение петиции, он говорил, что если царь не выйдет к рабочим и не примет петицию, то он больше не царь: «Тогда я первый скажу, что у нас нет царя»[39]. Выступлений Гапона ожидали на жестоком морозе по много часов. В Невском отделе, куда он приехал вечером 7 января, собралась многотысячная толпа, которая не могла вместиться в помещение отдела. Гапон вместе с председателем отдела вышел во двор, встал на бак с водой и при свете факелов стал толковать петицию[19]. Многотысячная толпа рабочих слушала в могильной тишине, боясь пропустить хотя бы одно слово оратора. Когда Гапон закончил чтение словами: «Пусть наша жизнь будет жертвой для исстрадавшейся России. Нам не жаль этой жертвы, мы охотно приносим её!» — вся толпа, как один человек, грянула громовым раскатом: «Пусть!.. Не жаль!.. Умрём!..» А после слов, что если царь не примет рабочих, то «такого царя нам не надо», раздался многотысячный гул: «Да!.. Не надо!..»[40]

Подобные же сцены происходили во всех отделах «Собрания», через которые в эти дни прошли десятки тысяч людей. В Василеостровском отделе один пожилой оратор говорил: «Товарищи, помните ли вы Минина, который обратился к народу, чтобы спасти Русь! Но от кого? От поляков. Теперь мы должны спасти Русь от чиновников... Я первый пойду, в первых рядах, и когда мы падём, вторые ряды за нами. Но не может быть, чтобы он велел в нас стрелять...»[7] Накануне 9 января во всех отделах уже говорилось о том, что царь может не принять рабочих и выслать против них солдат. Однако это не остановило рабочих, а придало всему движению характер какого-то религиозного экстаза[37]. Во всех отделах «Собрания» до самого 9 января продолжался сбор подписей под петицией. Рабочие настолько верили в силу своей подписи, что придавали ей магическое значение. К столу, где собирались подписи, на руках приносили больных, стариков и инвалидов для совершения этого «святого акта»[36]. Общее количество собранных подписей неизвестно, но оно исчислялось десятками тысяч. Только в одном отделе журналист Н. Симбирский насчитал около 40 тысяч подписей[41]. Листки с подписями рабочих хранились у историка Н. П. Павлова-Сильванского, а после его смерти в 1908 году были изъяты полицией. Их дальнейшая судьба неизвестна[30].

Петиция и царское правительство

См. также: События 9 января 1905 года в Санкт-Петербурге

Могилы жертв «Кровавого воскресенья»

Царское правительство узнало о содержании гапоновской петиции не позднее 7 января[42]. В этот день Гапон явился на приём к министру юстиции Н. В. Муравьёву и вручил ему один из списков петиции. Министр удивил Гапона сообщением, что у него уже есть такой текст[9]. По воспоминаниям Гапона, министр обратился к нему с вопросом: «Что вы делаете?» Гапон ответил: «Маску надо снять. Народ не может больше нести такой гнёт и несправедливость и идёт завтра к царю, и я с ним пойду и всё скажу»[19]. Просмотрев текст петиции, министр с жестом отчаяния воскликнул: «Но ведь вы хотите ограничить самодержавие!» Гапон заявил, что такое ограничение неизбежно и будет во благо не только народа, но и самого царя. Если правительство не даст реформ свыше, в России разразится революция, «борьба будет длиться годами и вызовет страшное кровопролитие». Он убеждал министра пасть в ноги царю и умолять его принять петицию, обещая, что его имя будет записано в анналы истории[9]. Муравьёв задумался, но ответил, что останется верен своему долгу. В тот же день Гапон пытался встретиться с министром внутренних дел П. Д. Святополк-Мирским, с которым связался по телефону. Однако тот отказался его принять, заявив, что ему и так всё известно. Впоследствии Святополк-Мирский объяснял своё нежелание встречаться с Гапоном тем, что не знал его лично[43].

На другой день, 8 января, состоялось заседание правительства, на котором собрались высшие чиновники государства. К этому времени все члены правительства ознакомились с текстом гапоновской петиции. В канцелярию министерства внутренних дел было доставлено несколько экземпляров[44]. На заседании министр юстиции Муравьёв сообщил собравшимся о своей встрече с Гапоном. Министр характеризовал Гапона как ярого революционера[45] и убеждённого до фанатизма социалиста[46]. Муравьёв выдвинул предложение арестовать Гапона и тем обезглавить возникшее движение. Муравьёва поддержал министр финансов В. Н. Коковцов[47]. Министр внутренних дел Святополк-Мирский и градоначальник И. А. Фуллон слабо возражали[44]. По итогам заседания было решено арестовать Гапона и выставить заграждения из войск, чтобы не допустить рабочих к царскому дворцу. Затем Святополк-Мирский отправился к царю Николаю II в Царское село и ознакомил его с содержанием петиции[46]. Со слов Муравьёва министр характеризовал Гапона как «социалиста» и доложил о принятых мерах. Николай записал об этом в своём дневнике. Судя по записям царя, сообщения министра носили успокоительный характер[44].

По многочисленным свидетельствам, никто в правительстве не предполагал, что в рабочих придётся стрелять[48]. Все были уверены, что толпу удастся разогнать полицейскими мерами. Вопрос о принятии петиции даже не ставился. Содержание петиции, требовавшей ограничения самодержавия, делало её неприемлемой для властей. В правительственном докладе политические требования петиции характеризовались как «дерзкие»[5]. Само появление петиции было для правительства неожиданным и застало его врасплох. Заместитель министра финансов В. И. Тимирязев, участвовавший в заседании 8 января, вспоминал: «Никто не ожидал подобного явления, да и где же видано, чтобы в двадцать четыре часа собрать полторастатысячную толпу ко дворцу и чтобы ей в двадцать четыре часа дать Учредительное собрание, — ведь это невиданное дело, дай всё сразу. Мы все растерялись и не знали, что делать»[49]. Власти не учли ни масштаба событий, ни последствий возможной стрельбы в безоружный народ. Из-за растерянности правительства инициатива перешла в руки военных властей[50]. Утром 9 января 1905 года массы рабочих во главе с Гапоном двинулись из разных концов города к Зимнему дворцу. На подступах к центру они были встречены войсковыми подразделениями и рассеяны кавалерией и ружейной стрельбой. Этот день вошёл в историю под именем «Кровавого воскресенья» и положил начало Первой русской революции. Год спустя, в январе 1906 года, в письме к министру внутренних дел Георгий Гапон писал: «9 января совершилось, к сожалению, не для того, чтобы послужить исходным пунктом обновления России мирным путем, под руководством Государя с возросшим сторицею обаянием, а для того, чтобы послужить исходным пунктом — начала революции»[51].

Петиция в оценках современников

Утро 9 января у Нарвских ворот. Гравюра

Петиция 9 января 1905 года не была опубликована ни в одном легальном российском издании. Составление петиции происходило в условиях всеобщей забастовки, в которую были втянуты все предприятия Петербурга. 7 января забастовали все типографии, и в столице прекратился выпуск газет. 7 и 8 января Гапон вёл переговоры с издателями, обещая поставить на работу типографских рабочих, если издатели возьмутся напечатать петицию. Предполагалось, что она появится во всех газетах и разойдётся по Петербургу многотысячными тиражами[52]. Однако этот план не был осуществлён из-за нехватки времени. После 9 января, когда начали выходить газеты, правительство запретило размещать в них какие-либо материалы о произошедших событиях, кроме официальных сообщений.

В результате большинству населения России содержание петиции осталось неизвестным. По воспоминаниям одного из чиновников, распоряжение не печатать петицию исходило от министра внутренних дел. Чиновник с сожалением отмечал, что неопубликование петиции дало повод для слухов, будто рабочие шли к царю с жалобой на свой малый заработок, а не с политическими требованиями[44]. В то же время текст петиции в первой редакции был опубликован в ряде нелегальных изданий — в журнале «Освобождение», в газетах «Искра», «Вперёд» и «Революционная Россия», а также в иностранной печати. Представители революционной и либеральной интеллигенции обсуждали петицию и давали ей различные оценки.

Либералы в своих комментариях указывали на тождественность требований петиции с требованиями земских резолюций конца 1904 года. По убеждению либералов, петиция знаменовала присоединение рабочих к голосу общественности, требовавшей народного представительства и политических свобод[7]. Представители революционных партий, напротив, находили в петиции влияние революционной пропаганды. В газетах социал-демократов утверждалось, что политические требования петиции тождественны программе-минимум социал-демократов и написаны под их влиянием. В. И. Ленин называл петицию «чрезвычайно интересным преломлением в умах массы или её малосознательных вождей программы социал-демократии»[53]. Высказывалось предположение, что петиция явилась результатом соглашения между Гапоном и социал-демократами, которые настояли на включении в неё политических требований в обмен на свою лояльность к гапоновскому движению[54]. В отличие от либералов, социал-демократы подчёркивали революционный характер требований петиции. Л. Д. Троцкий писал, что в торжественных нотах петиции «угроза пролетариев заглушала просьбу подданных». По словам Троцкого, «петиция не только противопоставила расплывчатой фразеологии либеральных резолюций отточенные лозунги политической демократии, но и вливала в них классовое содержание своими требованиями свободы стачек и восьмичасового рабочего дня»[55].

В то же время революционеры подчёркивали двойственный характер петиции, противоречие между её формой и содержанием. В листовке Петербургского комитета РСДРП от 8 января говорилось, что требования петиции предполагают низвержение самодержавия, а потому бессмысленно обращаться с ними к царю. Царь и его чиновники не могут отказаться от своих привилегий. Свобода не даётся даром, она завоёвывается с оружием в руках[56]. Анархист В. М. Волин отмечал, что петиция в своей окончательной форме представляла собой величайший исторический парадокс. «При всей лояльности к царю от него требовалось ни более ни менее, как дозволить — и даже совершить — революцию, которая в конченом итоге лишила бы его власти... Решительно, это было приглашение к самоубийству»[57]. Подобные же суждения высказывались и либералами[18].

Все комментаторы отмечали большую внутреннюю силу петиции, её воздействие на широкие народные массы. Французский журналист Э. Авенар писал: «Резолюции либеральных банкетов, даже резолюции земств кажутся такими бледными рядом с петицией, которую рабочие попытаются завтра представить царю. Она преисполнена благоговейной и трагичной важности»[50]. Петербургский меньшевик И. Н. Кубиков вспоминал: «Составлена была эта петиция талантливо в смысле приспособления её стиля к уровню и настроению петербургских рабочих масс того времени, и её неотразимое действие на самого серого слушателя с полной очевидностью отражалось на лицах рабочих и их жён»[58]. Большевик Д. Ф. Сверчков называл петицию «лучшим художественно-историческим документом, в котором отразились, как в зеркале, все настроения, охватившие рабочих в это время»[54]. «Странные, но сильные ноты слышались в этом историческом документе», — вспоминал эсер Н. С. Русанов[59]. А по словам эсера В. Ф. Гончарова, петиция была «документом, производившим громадное, революционизирующее воздействие на рабочую массу»[40]. Многие подчёркивали практическое значение петиции. «Её историческое значение, однако, не в тексте, а в факте, — отмечал Л. Троцкий. — Петиция была только введением к действию, которое объединило рабочие массы призраком идеальной монархии, — объединило для того, чтобы тотчас же противопоставить пролетариат и реальную монархию, как двух смертельных врагов»[55].

Историческое значение петиции

События 9 января 1905 года стали началом Первой русской революции. А уже через девять месяцев, 17 октября 1905 года, император Николай II подписал Манифест, который даровал жителям России политические свободы. Манифест 17 октября удовлетворял основные требования, выставленные в Петиции 9 января. Манифест даровал населению неприкосновенность личности, свободу совести, свободу слова, свободу собраний и свободу союзов. Манифест учреждал народное представительство в форме Государственной Думы и даровал избирательное право всем сословиям. Он признавал за народными представителями право утверждать законы и надзирать за законностью действий властей[60]. Современники отмечали связь между событиями 9 января и Манифестом 17 октября. Журналист Н. Симбирский в годовщину «Кровавого воскресенья» писал: «Рабочие в этот день пошли добывать свободу русскому народу своей грудью... И добыли, устлав трупами своих лучших борцов улицы Петербурга...»[61] Обозреватель газеты «Слово» отмечал: «Не смерть несла с собою эта масса, не разрушение готовили эти герои, — они несли петицию о свободе, той самой свободе, которая теперь только мало-помалу реализуется»[62]. А главный автор петиции, Георгий Гапон, в открытом письме к гражданам напоминал, что рабочие, герои 9 января, «своей кровью проложили вам, гражданам России, широкую дорогу к свободе»[63].

Современники отмечали историческую уникальность Петиции 9 января 1905 года. С одной стороны, она была выдержана в духе верноподданной просьбы, обращённой к монарху. С другой стороны, она содержала революционные требования, исполнение которых означало полное преобразование социального и политического строя государства. Петиция стала исторической вехой между двумя эпохами[64]. Она была последней в российской истории челобитной[1][2] и одновременно — первой революционной программой, вынесенной на площадь сотнями тысяч людей[65]. Большевик Д. Ф. Сверчков, сравнивая петицию с программой социал-демократической партии, писал:

«И вот, впервые в истории мира, программа революционной рабочей партии была написана не в прокламации, направленной против царя, а в смиренной петиции, полной любви и уважения к этому самому царю. Впервые эта программа была вынесена на улицу сотнями тысяч трудящихся не под красными знамёнами революции, а под церковными хоругвями, иконами и царскими портретами, впервые во время шествия подписавших эту петицию рабочих раздавалось пение не „Интернационала“ или рабочей марсельезы, а молитвы „Спаси, Господи, люди Твоя...“, впервые во главе этой небывалой по количеству участвующих, революционной по существу и мирной по форме демонстрации шёл священник в облачении и с крестом в руках... Такого шествия никогда до тех пор не видела ни одна страна и ни одна эпоха»[65].

Публицист И. Вардин отмечал радикализм социальных требований петиции, предвосхитивших лозунги Октябрьской революции 1917 года. Программа, изложенная в петиции, была программой не обычной, буржуазной, а небывалой дотоле рабоче-крестьянской социальной революции. Эта программа была направлена не только против самодержавно-чиновничьего, политического гнёта, но одновременно и с одинаковой силой — против экономического гнёта, против всевластия помещиков и капиталистов. «9-го января 1905 года в России началась самая передовая, самая полная революция из всех ранее бывших. Поэтому она потрясла весь мир»[64].

Один из лидеров «Союза освобождения» Е. Д. Кускова назвала петицию русской народной хартией. «В хартии подробно перечислялись те права народа, которые надлежало закрепить за ним, как права неотъемлемые... Родившись под пулями бесстрастной армии, русская народная хартия идёт с тех пор всякими путями к своему осуществлению... Тихо спят мученики 9 января в своих могилах. Память о них долго будет жить в народном сознании и долго ещё они, мёртвые, будут указывать путь живым: к народной хартии, которую они несли и за которую погибли...»[66]

Текст петиции

Примечания

  1. 1 2 Адрианов П. Последняя челобитная // Ленинградская правда. — Л., 1928. — № 19 (22 января). — С. 3.
  2. 1 2 Карелин А. А. Девятое (22-е) января 1905 года. — М., 1924. — 16 с.
  3. 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 Шилов А. А. К документальной истории петиции 9 января 1905 г. // Красная летопись. — Л., 1925. — № 2. — С. 19—36.
  4. 1 2 3 4 5 6 Петиция рабочих и жителей Санкт-Петербурга для подачи царю Николаю II // Красная летопись. — Л., 1925. — № 2. — С. 33—35.
  5. 1 2 Доклад директора Департамента полиции А. Лопухина о событиях 9-го января 1905 г. // Красная летопись. — Л., 1922. — № 1. — С. 330—338.
  6. Павлов-Сильванский Н. П. История и современность. Лекция // История и историки : Историографический ежегодник. 1972. — М., 1973.
  7. 1 2 3 4 5 6 7 8 9 Гуревич Л. Я. Народное движение в Петербурге 9-го января 1905 г. // Былое. — СПб., 1906. — № 1. — С. 195—223..
  8. 1 2 3 Святловский В. В. Профессиональное движение в России. — СПб.: Изд-е М. В. Пирожкова, 1907. — 406 с.
  9. 1 2 3 4 5 Гапон Г. А. История моей жизни = The Story of My Life. — М.: Книга, 1990. — 64 с.
  10. Сухов А. А. Гапон и гапоновщина // Э. Авенар. Кровавое воскресенье. — Харьков, 1925. — С. 28—34.
  11. 1 2 3 Манасевич-Мануйлов И. Ф. Страничка воспоминаний. (К 9 января) // Новое время. — СПб., 1910. — № от 9 января.
  12. 1 2 3 4 Карелин А. Е. Из воспоминаний участника гапоновской организации // 9 января : Сборник под ред. А. А. Шилова. — М.—Л., 1925. — С. 26—32.
  13. 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 Павлов И. И. Из воспоминаний о «Рабочем Союзе» и священнике Гапоне // Минувшие годы. — СПб., 1908. — № 3—4. — С. 21—57 (3), 79—107 (4).
  14. 1 2 3 4 5 6 7 Варнашёв Н. М. От начала до конца с гапоновской организацией // Историко-революционный сборник. — Л., 1924. — Т. 1. — С. 177—208.
  15. 1 2 3 4 5 6 7 Карелин А. Е. Девятое января и Гапон. Воспоминания // Красная летопись. — Л., 1922. — № 1. — С. 106—116.
  16. Постановление Земского съезда 1904 года // И. П. Белоконский. Земское движение. — СПб., 1914. — С. 221—222.
  17. 1 2 И. П. Белоконский Земское движение. — М.: «Задруга», 1914. — 397 с.
  18. 1 2 Потолов С. И. Георгий Гапон и либералы (новые документы) // Россия в XIX-XX вв. Сборник статей к 70-летию со дня рождения Р. Ш. Ганелина. — СПб., 1998.
  19. 1 2 3 4 5 Петров Н. П. Записки о Гапоне // Всемирный вестник. — СПб., 1907. — № 1. — С. 35—51.
  20. Колокольников П. Н. (К. Дмитриев). Отрывки из воспоминаний. 1905—1907 гг // Материалы по истории профессионального движения в России. — М., 1924. — Т. 2. — С. 211—233.
  21. 1 2 3 Протокол допроса В. А. Янова / К истории «Собрания русских фабрично-заводских рабочих С.-Петербурга». Архивные документы // Красная летопись. — Л., 1922. — № 1. — С. 313—322.
  22. Требования путиловских рабочих 4 января 1905 года // Новое время. — СПб., 1905. — № 10364 (5 января). — С. 4.
  23. 1 2 Записки прокурора Петербургской судебной палаты министру юстиции 4—9 января 1905 г. // Красный архив. — Л., 1935. — № 1. — С. 41—51.
  24. 1 2 Начало первой русской революции. Январь-март 1905 года. Документы и материалы / Под ред. Н. С. Трусовой. — М.: Изд-во АН СССР, 1955. — 960 с.
  25. 1 2 Романов Б. А. К характеристике Гапона. (Некоторые данные о забастовке на Путиловском заводе в 1905 году) // Красная летопись. — Л., 1925. — № 2. — С. 37—48.
  26. 1 2 3 9 января 1905 года. Письма корреспондентов «Освобождения» // Всемирный вестник. — СПб., 1905. — № 12. — С. 148—169.
  27. Проект рабочей петиции для подачи царю Николаю II // 9 января : Сборник под ред. А. А. Шилова. — М.-Л., 1925. — С. 73—74.
  28. 1 2 3 4 Матюшенский A. И. За кулисами гапоновщины. (Исповедь) // Красное знамя. — Париж, 1906. — № 2.
  29. Протокол допроса С. Я. Стечькина / К истории «Собрания русских фабрично-заводских рабочих С.-Петербурга». Архивные документы // Красная летопись. — Л., 1922. — № 1. — С. 325—328.
  30. 1 2 3 Гуревич Л. Я. Девятое января. — Харьков: «Пролетарий», 1926. — 90 с.
  31. 1 2 Резолюция рабочих об их насущных нуждах / 9 января 1905 года // Всемирный вестник. — СПб., 1905. — № 12. — С. 149—151.
  32. 1 2 Богучарский В. Я. Примечание к «Воспоминаниям» И. И. Павлова // Минувшие годы. — СПб., 1908. — № 4. — С. 92.
  33. Матюшенский А. И. Причина стачки // Наши дни. — СПб., 1905. — № 18 (6 января). — С. 3.
  34. Филиппов А. Странички минувшего. О Гапоне. — СПб.: Типография тов-ва «Наш век», 1913. — 36 с.
  35. 1 2 3 4 5 6 7 8 Петиция рабочих Санкт-Петербурга для подачи царю Николаю II // Красная летопись. — Л., 1925. — № 2. — С. 30—31.
  36. 1 2 Липшиц В. В. Последний день веры в царя. (Воспоминания о 9 январе 1905 г.) // Пролетарская революция. — Л., 1924. — № 1. — С. 276—279.
  37. 1 2 Лебедев (Саратовский) П. Красное воскресенье. (Воспоминания о 9-м января) // Правда. — М., 1923. — № от 21 января.
  38. Дунаев В. В. На заре юности / Под ред. А. И. Елизаровой и Ф. Кона. — М.: «Новая Москва», 1927. — 64 с.
  39. Первая русская революция в Петербурге 1905 г. / Под ред. Ц. С. Зеликсон-Бобровской. — М.-Л.: Госиздат, 1925. — Т. 1. — 170 с.
  40. 1 2 Гончаров В. Ф. Январские дни 1905 г. в Петербурге // Каторга и ссылка. — М., 1932. — № 1. — С. 144—174.
  41. Симбирский Н. [Насакин Н. В.] Правда о Гапоне и 9-м января. — СПб.: «Электропечатня» Я. Кровицкого, 1906. — 226 с.
  42. Ганелин Р. Ш. К истории текста петиции 9 января 1905 г // Вспомогательные исторические дисциплины. — Л., 1983. — Т. 14. — С. 229—249.
  43. 9-е января. Кн. П. Д. Святополк-Мирский о Гапоне // Русское слово. — М., 1909. — № 269 (24 ноября). — С. 4.
  44. 1 2 3 4 Любимов Д. Н. Гапон и 9 января // Вопросы истории. — М., 1965. — № 8—9.
  45. Валк С. Н. Петербургское градоначальство и 9 января // Красная летопись. — Л., 1925. — № 1. — С. 37—46.
  46. 1 2 Святополк-Мирская Е. А. Дневник кн. Е. А. Святополк-Мирской за 1904—1905 гг. // Исторические записки. — М., 1965. — № 77. — С. 273—277.
  47. Аннин. Из воспоминаний о 9 января // Речь. — СПб., 1908. — № 7 (9 января). — С. 1—2.
  48. Коковцов В. Н. Из моего прошлого. Воспоминания 1903—1919 гг. — Париж, 1933.
  49. Петров Н. П. Записки о Гапоне // Всемирный вестник. — СПб., 1907. — № 3. — С. 33—36.
  50. 1 2 Авенар Э. Кровавое воскресенье. — Харьков: Гос. изд-во Украины, 1925. — 148 с.
  51. Гапон Г. А. Письмо к министру внутренних дел П. Н. Дурново // Красный архив. — М.—Л., 1925. — № 2 (9). — С. 295—297.
  52. Пазин М. С. Кровавое воскресенье. За кулисами трагедии. — «Эксмо», 2009. — 384 с.
  53. Ленин В. И. Петербургская стачка // Вперёд. — Женева, 1905. — № 3.
  54. 1 2 Сверчков Д. Ф. На заре революции. — М.: Госиздат, 1921. — 312 с.
  55. 1 2 Троцкий Л. Д. 9 января // Л. Троцкий. О девятом января. — М., 1925.
  56. Прокламации Петербургского комитета и Петербургской группы РСДРП январских дней 1905 года // Красная летопись. — Л., 1922. — № 1. — С. 167—169.
  57. Волин В. М. Неизвестная революция. 1917–1921. — М.: НПЦ «Праксис», 2005. — 606 с.
  58. Кубиков И. Н. Девятое января. (Страничка воспоминаний) // Историко-революционный бюллетень. — М., 1922. — № 2—3. — С. 13—18.
  59. Русанов Н. С. В эмиграции / Под ред. И. А. Теодоровича. — М.: Изд-во Всесоюзного общества политкаторжан и ссыльнопоселенцев, 1929. — 312 с.
  60. Манифест об усовершенствовании государственного порядка // Ведомости СПб. градоначальства. — СПб., 1905. — № 221 (18 октября). — С. 1.
  61. Симбирский Н. [Насакин Н. В.] Памяти 9-го января 1905 г. // Слово. — СПб., 1906. — № 349 (9 января). — С. 1.
  62. Демчинский Н. А. Среди событий // Слово. — СПб., 1906. — № 392 (23 февраля). — С. 3.
  63. Гапон Г. А. Первое письмо в газету «Русь» // Русь. — СПб., 1906. — № 35. — С. 4—5.
  64. 1 2 Вардин И. Исторической значение 9-го января // Коммунистический труд. — М., 1922. — № 15 (22 января). — С. 2.
  65. 1 2 Сверчков Д. Ф. Памятная годовщина // Красная газета. — Л., 1926. — № 18 (22 января). — С. 2.
  66. Кускова Е. Д. Памяти павших // Товарищ. — СПб., 1907. — № 160 (9 января). — С. 1.

Литература

Мемуары и воспоминания

Статьи и исследования

Что нужно знать о "Кровавом воскресенье" | Блоги ОТР

Стрельба на Дворцовой площади у здания Генерального штаба

22 января (9 января по старому стилю) 1905 года при попытке рабочих Санкт-Петербурга подать петицию с экономическими и политическими требованиями государю Николаю Александровичу Романову войска применили оружие. Это событие стало прологом первой русской революции и вспоминается всякий раз, когда отношения власти и народа в России начинают обостряться.

Зубатовщина

С.В. Зубатов

Сергей Васильевич Зубатов. С 1896-го по 1902-й год - начальник Московского охранного отделения, с 1902-го по 1903-й год – глава Особого отдела Департамента полиции, отвечавшего за работу с политическими (легальными и нелегальными) организациями (политический сыск).  Сергею Зубатову принадлежит блестящая мысль - чтобы контролировать общественное движение, его надо возглавить. Под его руководством с 1898 года началась работа с представителями рабочего класса двух российских столиц. В 1901 году сначала в Москве, а затем и в Санкт-Петербурге возникли первые легальные организации, пытавшиеся решить задачи улучшения положения рабочих.

Гапон и гапоновщина

Г.А.Гапон

В конце 1902 года Зубатов, переведенный в северную столицу, знакомится с 32-летним священником Георгием Гапоном. Гапон к тому времени был известным проповедником, сторонником нравственного учения Льва Толстого. Главе Особого отдела понравилось стремление священника помочь страждущим, и он предлагает Гапону присоединится к деятельности по созданию рабочих организаций.

 Но Гапона не устраивал слишком плотный полицейский контроль, и он решил взяться за дело самостоятельно. В августе 1903 года священник со своими сторонниками открывает на Выборгской стороне чайную-клуб. В феврале 1904 года Министерство внутренних дел утверждает устав профессиональной организации "Собрание русских фабрично-заводских рабочих Санкт-Петербурга". К лету 1904 года влияние гапоновской организации среди рабочих города стало достаточно заметным. В различных районах Санкт-Петербурга у "Собрания" появлялись новые отделения.

 Начало революционных событий

Осенью 1904 года русское общество начало "закипать". На фронте русско-японской войны царское правительство преследовали неудачи. Земские и другие общественные организации все шире стали требовать введения конституции и представительной формы правления, то есть парламента. Большим влиянием в среде интеллигенции, студенчества и земских деятелей пользовался нелегальный "Союз освобождения", в создании которого приняли активное участие философы Николай Бердяев и Сергей Булгаков, экономист Петр Струве, общественные деятели Петр Долгоруков и Николай Львов. В конце ноября 1904 года "Союз" установил контакты с "Собранием русских фабрично-заводских рабочих Санкт-Петербурга" Георгия Гапона.

Открытие Коломенского отдела "Собрания фабрично-заводских рабочих". В центре - Георгий Гапон и градоначальник Санкт-Петербурга И.А.Фуллон

Организация шествия

В декабре 1904 года администрация Путиловского завода уволила четверых рабочих- членов гапоновской организации. Гапон и руководство "Собрания" потребовали от директора завода восстановить на работе уволенных. Но руководство отказалось выполнить требования, назвав их необоснованными. 2 января 1905 года на собрании представителей всех 11 городских отделов организации было принято решение начать с 3 января забастовку. К ней присоединились и рабочие некоторых других питерских заводов.

Еще в начале забастовки ее руководители постановили, что в случае неудачи обратятся прямо к царю и подадут на его имя петицию с экономическими и политическими требованиями. Георгий  Гапон сначала сопротивлялся этому решению, но затем был вынужден согласиться. К 5 января бастующим стало ясно, что администрация Путиловского завода не пойдет им на встречу. В этот же день был составлен проект петиции, под которым начали собирать подписи.

Император Николай II 

С начала идея заключалась в том, чтобы отправить к царю делегацию рабочих. Но 6 января Гапон заявил, что обращаться к государю нужно "всем миром". Он привлек к написанию текста петиции несколько литераторов, но не удовлетворившись их вариантом, в ночь с 6 на 7 января написал свой. Он и вошел в историю как Петиция 9 января 1905 года. 7 и 8 января текст обсуждался на собраниях рабочих. После внесения нескольких поправок он был утверждён членами "Собрания". Петиция начиналась с обращения к царю и описания бедственного положения рабочих, после чего следовало изложение их требований. Основным был созыв Учредительного собрания. Кроме этого выдвигались другие политические и экономические требования. Петиция заканчивалась такими словами:

 "Вот, государь, наши главные нужды, с которыми мы пришли к тебе… Повели и поклянись исполнить их, и ты сделаешь Россию и счастливой и славной, а имя твоё запечатлеешь в сердцах наших и наших потомков на вечные времена. А не повелишь, не отзовёшься на нашу мольбу, - мы умрём здесь, на этой площади, перед твоим дворцом. Нам некуда больше идти и незачем. У нас только два пути: или к свободе и счастью, или в могилу… Пусть наша жизнь будет жертвой для исстрадавшейся России. Нам не жаль этой жертвы, мы охотно приносим её!"

Расстрел

Войска на Дворцовой площади

7 января правительству стало известно о содержании гапоновской петиции. Политические требования привели чиновников в замешательство. Гапон встретился с министром юстиции Муравьевым, но результатов разговор не дал. 8 января на совещании у министра внутренних дел Святополка-Мирского было принято решение с помощью воинских подразделений не допустить рабочих в центр города. Вечером 8 января об этом решении было доложено Николаю II, находившемуся в Царском Селе. Царь записывает в дневнике:

"Ясный морозный день. Было много дел и докладов. Завтракал Фредерикс. Долго гулял. Со вчерашнего дня в Петербурге забастовали все заводы и фабрики. Из окрестностей вызваны войска для усиления гарнизона. Рабочие до сих пор вели себя спокойно. Количество их определяется в 120 000 ч. Во главе рабочего союза какой-то священник – социалист Гапон. Мирский приезжал вечером для доклада о принятых мерах".

Утром 9 (22 января) колонны рабочих начали движение из пролетарских районов города к Дворцовой площади. По плану Гапона демонстранты должны были собраться там к 2 часам дня и вызвать государя из Царского Села. Замысел заключался в организации встречи царя с делегацией рабочих представителей.

Для противодействия демонстрантам было задействовано примерно 30 тыс. военнослужащих и около 10 тыс. полицейских и представителей охранных ведомств.

Стрельба началась в разных районах города, когда рабочие отказались подчиняться требованию разойтись. Всего за 9 января войсками были произведены залпы на Шлиссельбургском тракте, у Нарвских ворот, близ Троицкого моста, на 4-й линии и Малом проспекте Васильевского острова, у Александровского сада, на углу Невского проспекта и улицы Гоголя, у Полицейского моста и на Казанской площади.

Количество жертв

Вопрос о количестве жертв расстрела всегда вызывал бурную дискуссию. По официальным данным 9 января было убито 96 человек и ранено – 333. В дальнейшем от ран скончалось еще 34 человека. Эти данные были приведены в докладе директора Департамента полиции министру внутренних дел, который предназначался для императора.

Общественность поставила эти цифры под сомнение. В различных газетных материалах счет погибших шел на тысячи и даже на десятки тысяч. В дальнейшем в советской историографии закрепилась оценка, появившаяся в статье Ленина "Революционные дни", опубликованной 18 января 1905 года в газете "Вперед" - 4600 человек убитых и раненых.

9 января 1905 года. У Зимнего дворца

Николай отреагировал на события такой записью в дневнике:

"Тяжёлый день! В Петербурге произошли серьёзные беспорядки вследствие желания рабочих дойти до Зимнего дворца. Войска должны были стрелять в разных местах города, было много убитых и раненых. Господи, как больно и тяжело! Мама приехала к нам из города прямо к обедне.  Завтракали со всеми. Гулял с Мишей. Мама осталась у нас на ночь".

Император в дневниковых записях не отличался ни эмоциональностью, ни словоохотливостью.

Последствия

Расстрел демонстрации вызвал взрывной рост забастовочного движения по всей стране. Началась Первая русская революция.

Монархия смогла пережить события 1905-1907 годов, но продержалась только до февраля 1917 -го. Император вместе с семьей был расстрелян в июле 1918 года в Екатеринбурге.

Георгий Гапон вечером 9 января на квартире Максима Горького написал послание рабочим, в котором призвал к вооруженной борьбе против самодержавия. Весь 1905 год скрывался за границей. В ноябре вернулся в Россию. В марте 1906 года на даче в Озерках под Петербургом Гапон был убит группой боевиков-эсеров по обвинению в сотрудничестве с властями и предательстве революции.

Сергей Анисимов

Время, когда такое возможно – Weekend – Коммерсантъ

В середине февраля 1906 года в Гельсингфорс из Петербурга прибыл член партии эсеров Петр Рутенберг. Там у него была назначена встреча с руководителями партии — Евно Азефом и Борисом Савинковым. Главной темой обсуждения была судьба запрещенного в служении священника Георгия Гапона: организатора шествия рабочих к царю, закончившегося стрельбой стянутых к Зимнему войск и гибелью почти двухсот безоружных человек, которое получило название "Кровавое воскресенье". Вернувшийся из-за границы, куда он вынужден был уехать после этих событий, Гапон сам признался Рутенбергу, что вошел в сношение с полицией (а конкретно с вице-директором полицейского департамента Рачковским), и даже предлагал партии использовать эти контакты "для дела".

В принципе, наличие у Гапона — личности невероятно популярной в народе, руководителя разветвленной организации профсоюзного типа "Собрание русских фабрично-заводских рабочих Петербурга" — связей с полицией новостью не было. Не было оно и особой тайной (с приездом священника из-за границы начались даже газетные разоблачения — писали, например, такое: "Гапон разрушил общепринятую веру в чистоту побуждений русского революционера. Революционер не станет якшаться с охранным отделением, революционер не возьмет денег у агентов правительства"). Но именно на этот раз все сошлось так, что чаша терпения эсеровских главарей оказалась переполненной.

Савинкова в основном заботила пиар-составляющая дела: "В моих глазах Гапон был не обыкновенный предатель. Он предал всю массовую революцию. Он показал, что массы слепо шли за человеком, недостойным быть не только вождем, но и рядовым солдатом революции". Азеф же, согласно воспоминаниям Рутенберга, реагировал коротко: "покончить, как с гадиной".

28 марта Рутенберг пригласил Гапона на дачу в поселке Озерки под Петербургом — там была устроена засада. Согласно судебно-медицинскому заключению: "на трупе обнаружены следы жестокой борьбы".

Здесь все настолько же ужасно человечески, насколько прекрасно литературно. Двойного агента приговаривает к смерти тот, чье имя впоследствии стало синонимом двойной игры и предательства,— Азеф. Человек, сближение с которым стало причиной расправы, по части морали ни в чем не превосходит противников (вице-директор Рачковский отличался политической нечистоплотностью и, среди прочего, был причастен к созданию "Протоколов сионских мудрецов"). Убийцу связывают с жертвой долгие сложные, но доверительные отношения.

"Коллизия Гапона-Рутенберга — шекспировская,— пишет Валерий Шубинский.— Оба ее героя вызывают поочередно разные чувства — от отвращения до сострадания. Оба они стали заложниками не только воли двух отъявленных злодеев (Азефа и Рачковского), но и трагического сцепления обстоятельств. И собственной человеческой слабости и суетности".

Через пять дней после Кровавого воскресенья — 14 января 1905 года — Синод выпустил заявление, в котором говорится о финансировании беспорядков из-за рубежа и о "подкупах врагов России"

В умении автора (не то чтобы неожиданном для поэта и литературного критика Шубинского, но от этого не менее ценном) увидеть, как сквозь невероятное нагромождение захватывающих событий и головокружительных судеб проступает сюжет — важное достоинство этой книжки. У нее вообще множество достоинств и лишь один недостаток: текст слишком ясно проявляет, что самому автору интересно, а что — нет. От одного яркого рассуждения и описания он перебирается к другому путем скороговорки, перечисления, цитаты, и даты нагромождаются так, как будто пишущий загибает пальцы, чтоб быть уверенным, что, да, сказал все необходимое, перед тем как перейти к по-настоящему увлекательному.

И даже сам герой интересен писателю не полностью. Он разделяет "феномен Гапона" на две составляющие: "Гапоновская эпопея не только яркий эпизод российской истории, но и волнующий пример частной судьбы". Но частная судьба и вообще человеческая сторона личности его персонажа с очевидностью не особенно волнует автора. Скажем, показательное невнимание к любовной стороне жизни очень рано овдовевшего и часто обвиняемого современниками в исключительном каком-то сердцеедстве священника — явно результат не то чтобы особого целомудрия его биографа, а нежелания тратить на это время.

Вообще, из этой книги мы мало что можем понять о том, что за существо был Георгий Аполлонович Гапон — ну разве что узнаем, что он был талантлив, взбалмошен, самовлюблен и истеричен. Зато — много (во всяком случае — больше, чем раньше) о времени, когда он стал возможен. И вообще о времени, когда такое возможно.

То, как Россия живет сейчас, ну, или как жила до последнего времени, часто сравнивали с последним двадцатилетием XIX века, со временем Победоносцева (Гапон, кстати, встречался с обер-прокурором Святейшего синода, испрашивая у него разрешения поступать в духовную академию). Книга Шубинского действительно может служить еще одним источником таких параллелей.

Фото: РИА НОВОСТИ

Гапона на ранней "профсоюзной" стадии его деятельности упрекали в том, что он "брал деньги от правительства и эти же деньги употреблял против него", а он оправдывался тем, что "эти деньги правительством взяты из народного кармана". Это очень похоже на наше сейчас.

Через пять дней после Кровавого воскресенья — 14 января 1905 года — Синод выпустил заявление, в котором говорится о финансировании беспорядков из-за рубежа и о "подкупах врагов России". Это тоже очень похоже.

Время Победоносцева, кстати, закончилось именно тогда, хоть "официально" оно еще длилось почти десять месяцев — до октября 1905-го. Эта ошибка, этот залп орудий по толпе 9 января, эта бессмысленная агрессия закончила медленное течение победоносцевского времени, и дальше — и это чувствуется в книге — оно пошло, поехало быстро, быстро, быстро, давя на своем пути кого попало. Может быть, это тоже похоже.

В. Шубинский. Гапон. М.: Молодая гвардия, 2014

начало, подъем, отступление 11 класс

Тест по истории Революция: начало, подъем, отступление 11 класс с ответами. Тест состоит из 2 вариантов, в каждом варианте 2 части (в части А — 4 задания, в части В — 1 задание).

1 вариант

Часть А

А1. Задачей I российской революции было:

1) установление диктатуры пролетариата
2) уничтожение крепостного права
3) свержение самодержавия
4) объединение страны

А2. Булыгинская Дума, в отличие от Государственной думы, созданной в октябре 1905 г., была органом власти:

1) законодательным
2) исполнительным
3) представительным
4) законосовещательным

A3. Результатом издания Манифеста 17 октября стало:

1) создание РСДР П
2) уничтожение самодержавия
3) прекращение Русско-японской войны
4) провозглашение политических свобод

А4. Позднее других в ходе I российской революции произошло событие:

1) отмена выкупных платежей
2) восстание на крейсере «Очаков»
3) учреждение булыгинской Думы
4) Всероссийская политическая стачка

Часть В

В1. Как называется событие, о котором идет речь в отрывке из документа?

С портретом царя перед собой шли рабочие массы Петербурга к царю. Во главе одного из многочисленных потоков шел священник Гапон. Он поднял крест перед собой — словно вел этих людей в землю обетованную. За ним следовала верующая паства.

2 вариант

Часть А

А1. Причина I российской революции:

1) сохранение крепостного права
2) роспуск Государственной думы
3) проведение денежной реформы С. Витте
4) сохранение феодального землевладения

А2. В ходе I российской революции большевики, в отличие от меньшевиков, выступали за:

1) прекращение революции
2) сотрудничество с буржуазией
3) поиски компромисса с правительством
4) превращение буржуазно-демократической революции в социалистическую

A3. Результатом шествия рабочих Петербурга 9 января 1905 г. стало:

1) начало революции
2) начало «эпохи доверия»
3) прекращение Русско-японской войны
4) превращение России в правовое государство

А4. Ранее других в ходе I российской революции произошло событие:

1) отмена выкупных платежей
2) Всероссийская политическая стачка
3) образование партии кадетов и октябристов
4) восстание на броненосце «Князь Потемкин-Таврический»

Часть В

В1. В каком году был создан цитируемый документ?

1. Даровать населению незыблемые основы гражданской свободы на началах действительной неприкосновенности личности, свободы совести, слова, собраний и союзов…
3. Установить, как незыблемое правило, чтобы никакой закон не мог воспринять силу без одобрения Государственной Думы…

Ответы на тест по истории Революция: начало, подъем, отступление 11 класс
1 вариант
А1-3
А2-4
А3-4
А4-1
В1. Кровавое воскресенье
2 вариант
А1-4
А2-4
А3-1
А4-4
В1. 1905

Кровавая воскресная резня в России

Царская Россия на пути к поражению в войне против Японии на Дальнем Востоке охвачена внутренним недовольством, которое в конце концов перерастает в насилие в Санкт-Петербурге в результате того, что станет известно как Кровавая воскресная резня.

При безвольном царе Романовых Николае II, взошедшем на престол в 1894 году, Россия стала более коррумпированной и деспотичной, чем когда-либо прежде. Измученный страхом, что его род не будет продолжен - его единственный сын Алексис страдал гемофилией - Николай попал под влияние таких отвратительных персонажей, как Григорий Распутин, так называемый безумный монах.Империалистические интересы России в Маньчжурии на рубеже веков привели к русско-японской войне, которая началась в феврале 1904 года. Тем временем революционные лидеры, в первую очередь изгнанный Владимир Ленин, собирали силы социалистического восстания с целью свержения царя.

Чтобы заручиться поддержкой непопулярной войны против Японии, российское правительство разрешило проведение конференции земств или региональных правительств, учрежденных дедом Николая Александром II, в Санкт-Петербурге.В Петербурге в ноябре 1904 года. Требования о реформе, выдвинутые на этом съезде, остались неудовлетворенными, и более радикальные социалистические и рабочие группы решили пойти другим путем.

22 января 1905 года группа рабочих во главе с радикальным священником Георгием Аполлоновичем Гапоном направилась к царскому Зимнему дворцу в Санкт-Петербурге, чтобы выдвинуть свои требования. Имперские силы открыли огонь по демонстрантам, в результате чего сотни людей были убиты и ранены. Забастовки и беспорядки вспыхнули по всей стране в ответ на резню, на которую Николай ответил, пообещав создать серию представительных собраний, или Dumas , для работы в направлении реформ.

Внутренняя напряженность в России продолжала нарастать в течение следующего десятилетия, однако, поскольку режим оказался не готов по-настоящему изменить свои репрессивные методы, а радикальные социалистические группы, включая ленинских большевиков, стали сильнее, приближаясь к своим революционным целям. Ситуация, наконец, достигла критической точки более чем через 10 лет, когда ресурсы России были исчерпаны требованиями Первой мировой войны

ПОДРОБНЕЕ: Почему были убиты царь Николай II и Романовы

Краткосрочные причина - Кровавое воскресенье - Причины революции 1905 года - Высшая редакция истории

Вождь марша отец Георгий Гапон

В попытке подавить экономическое недовольство рабочих министр внутренних дел Плеве создал в Санкт-Петербурге легальный профсоюз.Он назывался «Собрание русских фабрично-заводских рабочих» и возглавил его православный священник отец Георгий Гапон. Именно эта организация невольно привела в движение революцию 1905 года.

В конце 1904 года четыре члена профсоюза Путиловского металлургического завода в Санкт-Петербурге были уволены. Гапон призвал к забастовке. В ближайшие дни в городе бастовали более 100 тысяч рабочих. Хотя протесты носили мирный характер, были введены войска для поддержки существующих сил в городе.

Отец Гапон организовал петицию с жалобой на условия труда в городе и призывом к переменам. Его подписали более 150 тысяч человек.

22 января 1905 года отец Гапон двинулся маршем, чтобы передать прошение царю. В мирной акции протеста приняли участие тысячи рабочих. Рабочие не пытались свергнуть царя. Они считали, что царь не знал об их бедственном положении. Вместо этого они обвиняли царских министров и чиновников.

Эта демонстрация заводских рабочих была жестоко подавлена ​​российскими солдатами.От ружейного огня и казачьих атак погибло до 200 человек. Это событие стало известно как Кровавое воскресенье и считается одной из основных причин революции 1905 года.

Последствия привели к недолгой революции, в которой царь потерял контроль над большими территориями России. Революция провалилась, но она послужила серьезным предупреждением о том, что может произойти в будущем.

Советский счет Кровавого воскресенья (1938)

Официальный советский отчет о «Кровавом воскресении» можно найти в Кратком курсе истории КПСС , опубликованном в 1938 г .:

«3 января 1905 года вспыхнула забастовка на крупнейшем из них.Петербургские заводы, Путиловский завод. Забастовка была вызвана увольнением четырех рабочих. Она быстро росла, к ней присоединились другие петербургские фабрики и фабрики. Забастовка стала всеобщей. Движение стало грозным. Царское правительство решило его разгромить на самой ранней стадии.

В 1904 году, до Путиловской забастовки, полиция, воспользовавшись услугами провокатора, священника по имени Гапон, сформировала организацию рабочих, известную как «Собрание русских фабрично-заводских рабочих».Эта организация имела свои отделения во всех районах Санкт-Петербурга. Когда разразилась забастовка, священник Гапон на собраниях своего общества выдвинул предательский план: все рабочие должны были собраться 9 января и с церковными знаменами и портретами царя идти мирным шествием к Зимнему дворцу и подать прошение царю о своих нуждах. Царь предстанет перед народом, выслушает его и удовлетворит его требования. Гапон обязался помочь царской охране, предоставив повод для стрельбы по рабочим и утопления рабочего движения в крови…

На этих собраниях большевики разъясняли рабочим, что свободу нельзя получить петициями к царю, а нужно завоевать силой оружия.Большевики предупредили рабочих, что по ним будут стрелять. Но помешать шествию к Зимнему дворцу им не удалось. Большая часть рабочих все еще верила, что царь им поможет. Движение прочно захватило массы…

Рано утром 9 января 1905 года рабочие двинулись к Зимнему дворцу, где тогда жил царь. Они пришли целыми семьями - женами, детьми и стариками - с портретами царя и церковными знаменами.На марше они пели гимны. Они были безоружны. На улицах собралось более 140 тысяч человек. Николай II встретил их враждебно. Он приказал открыть огонь по безоружным рабочим. В тот день царскими войсками было убито более тысячи рабочих и более двух тысяч ранено. Улицы Петербурга залиты рабочей кровью.

Большевики шли с рабочими. Многие из них были убиты или арестованы. Там, на улицах, залитых рабочей кровью, большевики объяснили рабочим, кто виноват в этом чудовищном преступлении и как с ним бороться.

9 января стало известно как «Кровавое воскресенье». В тот день рабочие получили кровавый урок. В тот день их вера в царя была изрешечена пулями. Они осознали, что могут завоевать свои права только в борьбе. В тот вечер в рабочих кварталах уже возводились баррикады. Рабочие сказали: «Нам царь подарил; мы сейчас отдадим его ему! "

Страшная весть о кровавом преступлении царя распространилась повсюду. Весь рабочий класс, вся страна возмущались возмущением и отвращением.Не было города, где рабочие не забастовали бы в знак протеста против подлости царя и не выдвинули политических требований. Теперь рабочие вышли на улицы с лозунгом «Долой самодержавие!» В январе количество забастовщиков достигло колоссальной цифры - 440 000 человек. За месяц забастовало больше рабочих, чем за все предыдущее десятилетие. Рабочее движение поднялось до небывалой высоты. Революция в России началась ».

Петиция «Кровавое воскресенье» к царю (1905)

В январе 1905 года сталевары Санкт-Петербурга во главе с Георгием Гапоном составили петицию с требованием улучшения условий жизни и некоторых политических реформ.Петиция «Кровавое воскресенье» вызвала расстрел нескольких сотен рабочих у Зимнего дворца:

Государь!

«Мы, рабочие и жители города Санкт-Петербурга, члены различных сословий, наши жены, дети и беспомощные старые родители, пришли к Вам, Государь, просить справедливости и защиты. Мы бедны и угнетены, нас обременяют работой, нас оскорбляют. С нами обращаются не как с людьми, [а] как с рабами, которые должны постигнуть горькую участь и хранить молчание.И мы страдали, но нас все глубже и глубже толкают в бездну страдания, невежества и бесправия.

Деспотизм и произвол душит нас, мы задыхаемся. Государь, сил у нас не осталось. Мы достигли предела терпения. Мы подошли к тому страшному моменту, когда лучше умереть, чем продолжать невыносимые страдания. Поэтому мы оставили работу и заявили своим работодателям, что не вернемся к работе, пока они не выполнят наши требования.

Мы не просим многого; мы хотим только того, без чего жизнь - это каторга и вечные страдания. Нашей первой просьбой было, чтобы наши работодатели обсуждали наши потребности вместе с нами. Но они отказались это сделать; они отказали нам в праве говорить о наших нуждах на том основании, что закон не дает нам такого права. Противозаконными оказались и другие наши просьбы: сократить рабочий день до восьми часов; чтобы они устанавливали заработную плату вместе с нами и по согласованию с нами; рассматривать наши споры с заводскими администраторами более низкого уровня; повысить заработную плату неквалифицированных рабочих и женщин до одного рубля в день; отменить сверхурочную работу; оказывать медицинскую помощь внимательно и без оскорблений; построить магазины, чтобы можно было там работать и не встретить смерти от ужасных сквозняков, дождя и снега.

Наши работодатели и заводская администрация считали все это незаконным: каждое наше требование было преступлением, а наше желание улучшить свое положение было клеветнической наглостью.

Государь, нас здесь тысячи; внешне мы люди, но на самом деле ни мы, ни русский народ в целом не наделены какими-либо правами человека, даже правом говорить, думать, собираться, обсуждать наши потребности или принимать меры для улучшения наших условия. Они поработили нас, и сделали это под защитой ваших официальных лиц, с их помощью и при их сотрудничестве.Они сажают в тюрьму и отправляют в ссылку любого из нас, кто имеет смелость говорить от имени интересов рабочего класса и народа. За доброе сердце и отзывчивый дух нас наказывают, как за преступление. Жалеть забитого и замученного бесправного человека - значит совершить тяжкое преступление.

Все трудящиеся и крестьяне подвергаются произволу бюрократической администрации, состоящей из растратчиков государственных средств и воров, которые не только совершенно не заботятся об интересах русского народа, но и наносят им вред.Бюрократическая администрация довела страну до полного разорения, втянула ее в позорную войну и еще больше ведет Россию к разорению. Мы, рабочие и народ, не имеем права голоса в расходовании тех огромных сумм, которые с нас взимаются. Мы даже не знаем, куда уходят деньги, собранные с нищих. Народ лишен возможности выражать свои пожелания и требования или участвовать в установлении налогов и их расходах.Рабочие лишены возможности объединяться в профсоюзы для защиты своих интересов.

Государь! Соответствует ли все это закону Бога, чьей благодатью вы царствуете? И можно ли жить по таким законам? Не лучше ли умерли бы мы, трудящиеся всей России? Пусть капиталисты - эксплуататоры рабочего класса - и бюрократы - растратчики государственных средств и грабители русского народа - живут и развлекаются.

Повелитель, это то, с чем мы сталкиваемся, и это причина того, что мы собрались перед стенами вашего дворца.Здесь мы ищем наше последнее спасение. Не отказывайтесь прийти на помощь своему народу; вывести его из могилы бедности, невежества и бесправия; дать ему возможность самому определять свою судьбу и избавить его от невыносимого гнета бюрократов. Снесите стену, отделяющую вас от вашего народа, и позвольте ему править страной вместе с вами. Вы были возведены [на престол] для счастья людей; бюрократы же вырывают это счастье из наших рук, и оно никогда не достигает нас; мы получаем только горе и унижение.

Государь, внимательно и без гнева изучайте наши просьбы; они склоняются не ко злу, а к добру как для нас, так и для вас. Наш голос - это не наглость, а осознание того, что мы должны выбраться из невыносимой для всех ситуации. Россия слишком велика, ее потребности слишком разнообразны и многочисленны, чтобы ею могли править только бюрократы. Нам нужно народное представительство; людям необходимо помогать себе и управлять собой. В конце концов, только люди знают его настоящие нужды ... Пусть будет капиталист, и рабочий, и бюрократ, и священник, и врач, и учитель.Пусть каждый, кто бы он ни был, избирает своих представителей. Пусть каждый будет свободным и равным в своем избирательном праве, и с этой целью необходимо, чтобы выборы в Учредительное собрание проводились на основе всеобщего, тайного и равного избирательного права…

Необходимо:

I. Меры против незнания русского народа и его бесправия

1. Немедленная свобода и возвращение домой для всех, кто пострадал за свои политические и религиозные убеждения, за забастовку и крестьянские беспорядки.

2. Немедленное провозглашение свободы и неприкосновенности личности, свободы слова и печати, свободы собраний и свободы совести в вопросах религии.

3. Всеобщее и обязательное государственное образование за государственный счет.

4. Подотчетность министров перед народом и гарантия законного управления.

5. Равенство всех перед законом.

6. Отделение церкви от государства

II.Меры против бедности населения

1. Отмена косвенных налогов и их замена прямым прогрессивным подоходным налогом.

2. Отмена выкупных платежей, дешевого кредита и постепенная передача земли народу.

3. Контракты военно-морского министерства должны выполняться в России, а не за рубежом.

4. Прекращение войны по воле народа.

II. Меры против угнетения труда капиталом

1.Упразднение должности заводского инспектора.

2. Создание на фабриках и заводах постоянных комиссий, избираемых рабочими, которые совместно с администрацией должны расследовать все жалобы, поступающие от отдельных рабочих. Рабочий не может быть уволен иначе как постановлением этой комиссии.

3. Свобода для производственно-потребительских кооперативов и профсоюзов рабочих одновременно.

4. Восьмичасовой рабочий день и регулирование сверхурочной работы.

5.Свобода труда бороться с капиталом сразу.

6. Регулирование заработной платы, сразу.

7. Гарантированное участие представителей рабочего класса в разработке закона о государственном страховании рабочих, сразу.

Это наши главные потребности, Государь, о которых мы и пришли к вам ... Отдайте приказ, поклянитесь удовлетворить эти потребности, и вы сделаете Россию счастливой и славной, и ваше имя навсегда останется в наших сердцах и сердцах. наших потомков на все времена.Но если вы не отдадите приказ, если вы не ответите на нашу молитву, тогда мы умрем здесь, на этой площади, перед вашим дворцом. Нам больше некуда идти и незачем. Для нас есть только две дороги: одна - к свободе и счастью, другая - в могилу. Пусть наши жизни будут принесены в жертву страданиям России. Мы не сожалеем об этой жертве, мы охотно ее принимаем ».

Георгий Гапон, иерей
Иван Васимов, рабочий

2. Россия (1904-1922)

Кризисная фаза (28 июля 1904 г. - 8 декабря 1917 г.): Вячеслав Плеве, министр внутренних дел царя Николая II, был убит революционерами 28 июля 1904 года.Около 80 000 русских рабочих объявили забастовку в Санкт-Петербурге 7 января 1905 года. Русские войска обстреляли демонстрацию во главе с отцом Гапоном перед Зимним дворцом в Санкт-Петербурге 9 января 1905 года, в результате чего около 200 человек погибли. частные лица. Правительственные войска обстреляли демонстрантов в Риге, Латвия, 13 января 1905 года, в результате чего 70 человек погибли. Правительственные войска обстреляли демонстрантов в Варшаве, Польша, 14 января 1905 года, в результате чего погибли 93 человека.Около 2000 евреев были убиты правительственными войсками в Одессе на Черном море в июне 1905 года. Правительственные войска открыли огонь по демонстрантам в Ревеле, Эстония, 16 октября 1905 года, в результате чего погибло 150 человек. Русские рабочие бастовали в Санкт-Петербурге с 20 по 30 октября 1905 года. 30 октября 1905 года царь Николай II издал Октябрьский манифест № , который предоставил стране конституцию и выборный парламент. Около 4000 евреев были убиты во время погромов в октябре и ноябре 1905 года.Сергей Витт был назначен премьер-министром и приказал арестовать 190 членов петербургского совета (совета) 16 декабря 1905 года. Русские рабочие восстали против правительства в Москве 15 декабря 1905 года, но восстание был подавлен правительственными войсками 1 января 1906 года. Около 1000 человек были убиты во время восстания в Москве, и около 20 000 человек были убиты в результате политического насилия в 1905 и 1906 годах. Парламентские выборы прошли 4 апреля 1906 года, и конституционных демократов. (кадеты) заняли 180 из 524 мест в Государственной Думе России (парламент).Премьер-министр Витт был отправлен в отставку 2 мая 1906 года, а Иван Горемыкин был назначен премьер-министром 3 мая 1906 года. Российская Дума собралась 10 мая 1906 года. Около 100 евреев были убиты во время погрома в Белостоке 14-15 июня. , 1906. Царь Николай II распустил Российскую Думу 21 июля 1906 года. Российская Дума вновь собралась с 5 марта по 16 июня 1907. Третья Дума созывалась с 1 ноября 1907 года по 21 июня 1912 года. Русские были казнены за антиправительственную деятельность в 1908 году.Премьер-министр Петр Столыпин был застрелен анархистом в Киеве 14 сентября 1911 года и умер 18 сентября 1911 года. Владимир Коковцев был назначен премьер-министром 19 сентября 1911 года. В январе 1912 года большевики отделились от РСДП. 170 русских рабочих были убиты во время демонстраций против правительства в Сибири в апреле 1912 года. Мусульманские националисты в Туркестане восстали против правительства в 1916 году, но восстание было подавлено правительственными войсками России. Во время восстания было убито 3733 мирных жителя России, 275 правительственных военнослужащих и 5000 мусульман.Русские рабочие и солдаты устроили демонстрацию и бунт против правительства в Петрограде 23-27 февраля 1917 года, в результате чего погибло около 1500 человек. Царь Николай II приостановил деятельность Думы 26 февраля 1917 года, а князь Голицын подал в отставку с поста председателя Совета министров 27 февраля 1917 года. Русские провели демонстрацию против правительства царя Николая II в Петрограде 26-27 февраля 1917 года, в результате чего гибель 587 демонстрантов и 728 российских солдат. Около 40 русских морских офицеров были убиты во время восстания на Кронштадтской военно-морской базе 28 февраля 1917 года.Царь Николай II отрекся от престола в пользу своего брата, великого князя Михаила Александровича, 2 марта 1917 года (великий князь Михаил Александрович отрекся от престола 3 марта 1917 года). Российская Дума учредила временное правительство во главе с князем Георгием Евгеньевичем Львовом 2 марта 1917 года. Владимир Ленин вернулся в Петроград из ссылки в Швейцарии 3 апреля 1917 года. Временное правительство подавило попытку восстания большевиков в Петрограде 3 июля. 5 января 1917 года Владимир Ленин бежал в Финляндию.Премьер-министр Львов подал в отставку 7 июля 1917 года, и его сменил военный министр Александр Керенский 8 июля 1917 года. Генерал Лавр Корнилов безуспешно пытался свергнуть правительство премьер-министра Керенского 24-28 августа 1917 года. Большевики восстали против временное правительство 24-25 октября 1917 г., в результате чего пять человек погибли. Совет Народных Комиссаров (СНК) во главе с Владимиром Лениным взял под свой контроль правительство 26 октября 1917 года.Выборы в Учредительное собрание состоялись 12 ноября 1917 года, и социалистов-революционеров (эсеров) получили 420 мест. Большевики получили 225 мест в Учредительном собрании. Во время кризиса погибло около 35 000 человек.

Фаза конфликта (9 декабря 1917 г. - 16 ноября 1920 г.): Генерал А. Каледин и генерал Лавр Корнилов возглавили восстание Донских казаков против большевистского правительства на юге России, которое началось 9 декабря 1917 года.Учредительное собрание созвалось в Петрограде 5 января 1918 года, но большевики распустили Учредительное собрание 6 января 1918 года. Большевистское правительство национализировало все сельскохозяйственные земли 19 февраля 1918 года. Большевистское правительство переехало в Москву 12 марта 1918 года. и Лев Троцкий был назначен военным комиссаром 13 апреля 1918 года. Японские и британские войска заняли Владивосток на востоке России (Сибирь) 5 апреля 1918 года. Генерал Антон Деникин принял командование антибольшевистскими войсками на юге России после смерти генерала Корнилова 13 апреля 1918 года.Чешские войска, входившие в состав французской армии, восстали против большевистского правительства 26 мая 1918 года. Чешские войска захватили Самару 8 июня 1918 года, а 9 июня эсеры сформировали в Самаре правительство, противостоящее большевистскому правительству. 1918. Правительства Великобритании, Франции и США согласились вмешаться от имени антибольшевиков на севере России 3 июня 1918 года, и британские войска под командованием генерала Эдмунда Айронсайда оккупировали Мурманск 23 июня 1918 года. Около 5000 американских солдат были развернут на севере России.Российская Советская Федеративная Социалистическая Республика (РСФСР) приняла конституцию 10 июля 1918 года. Царь Николай II и его семья были казнены большевистскими властями в Екатеринбурге 17 июля 1918 года. Британские и французские войска заняли Архангельск 2 августа 1918 года. Около 10 000 американских солдат высадились во Владивостоке в Восточной Сибири 10 августа 1918 года и охраняли Транссибирскую железную дорогу от озера Байкал до Владивостока (вместе с 4000 канадских, 3000 французских и 2000 британских солдат).Владимир Ленин пережил попытку убийства члена партии эсеров 30 августа 1918 года. Большевистские войска захватили Самару 2 октября 1918 года. Адмирал Александр Колчак установил антибольшевистское правительство в Омске на востоке России в ноябре 1918 года. Войска адмирала Колчака. захватил Пермь у большевиков в декабре 1918 года. Большевистские войска захватили Киев, Украина, 6 февраля 1919 года. Генерал Деникин принял командование антибольшевистскими войсками на юго-востоке России 15 февраля 1919 года.Французские войска, вторгшиеся на Украину с 1918 г., были выведены из Одессы 5 апреля 1919 г. (французские войска были эвакуированы из Севастополя 30 апреля 1919 г.). Большевистские войска под командованием генерала Михаила Тухачевского разгромили войска адмирала Колчака на юге России 4 мая 1919 года. Войска генерала Деникина захватили Одессу 23 августа 1919 года и захватили Киев 31 августа 1919 года. Американские войска покинули север России 19 сентября. 1919 г. Около 250 американских солдат погибли во время интервенции в России.Французские и британские войска были выведены из Мурманска на севере России 12 октября 1919 года. Большевистские войска отбили Киев 16 декабря 1919 года. Адмирал Колчак подал в отставку с поста командующего антибольшевистскими войсками 4 января 1920 года и был казнен большевиками. 4 февраля 1920 года. Американские войска начали вывод из восточной части России (Владивосток) 8 января 1920 года. Большевистские войска захватили Омск 7 февраля 1920 года. Большевистские войска атаковали Николаевск на востоке России в марте 1920 года, в результате чего погибли 700 человек. Японские войска и мирные жители и 6000 мирных граждан России.Союзные войска завершили свой вывод из восточной части России в апреле 1920 года, хотя японские войска оставались на востоке России до октября 1922 года. Генерал Петр Врангель принял командование антибольшевистскими войсками в Крыму 7 апреля 1920 года. Великобритания обратилась к российскому правительству с просьбой перемирие 11 апреля 1920 г., но Россия отклонила призыв 20 апреля 1920 г. США сняли экономические санкции (торговое эмбарго) с России 8 июля 1920 г. А.С. Антонов возглавил крестьянское восстание против большевистского правительства в Тамбовской области. в августе 1920 г.Около 5000 крестьян и 1700 большевиков были убиты в ходе конфликта, а около 2500 крестьян были казнены после подавления восстания в августе 1921 года. Войска генерала Врангеля были эвакуированы из Крыма британскими кораблями 11-16 ноября 1920 года. Около 25 миллионов. Во время конфликта погибли российские мирные жители и 500 000 военнослужащих, а около миллиона россиян бежали в качестве беженцев в другие страны.

Постконфликтная фаза (17 ноября 1920 г. - 30 декабря 1922 г.): русских моряков на Кронштадтской военно-морской базе восстали против большевистского правительства, начиная с 23 февраля 1921 года.Около 50 000 большевистских войск под командованием генерала Михаила Тухачевского подавили восстание 18 марта 1921 года, в результате чего погибло около 600 повстанцев и 700 большевистских солдат. Иосиф Сталин был назначен Генеральным секретарем Коммунистической партии Советского Союза (КПСС) 3 апреля 1922 года. Большевистское правительство учредило Союз Советских Социалистических Республик (СССР) 30 декабря 1922 года.

[Источники: Bradley 1968; Clodfelter, 1992, 611-612, 615-618, 621, 622-623, 627; Ference, 1994, 337–391; Langer, 1972, 749-755, 1028-1036, 1214-1219; Lincoln 1989; Симпсон, 1939, 62–116; Скран, 1995, 32-40.]

Кровавое воскресенье | Encyclopedia.com

Россия 1905

Сводка

К концу 1904 года российская экономика находилась в напряжении из-за участия страны в русско-японской войне (1904–1905) и социальных потрясений, продолжавшихся с конца XIX века. В январе 1905 года глава одного из легальных (признанных государством) профсоюзов Георгий («Георгий») Аполлонович Гапон провел мирную демонстрацию к дому императора Николая II, Зимнему дворцу в Санкт-Петербурге.-Петербург, надеясь подать ему петицию от имени трудящихся страны. Солдаты обстреляли процессию; сотни людей были убиты и многие получили ранения. Убийство невинных мужчин, женщин и детей за пределами дворца, совершенное имперскими охранниками, в конечном итоге было названо Кровавым воскресеньем; это было событие, которое положило начало русской революции 1905 года.

Хронология

  • 1885: Основан Индийский национальный конгресс. В последующие годы партия возглавит движение за независимость Индии.
  • 1890: Конгресс США принимает Антимонопольный закон Шермана, который в последующие годы будет использоваться для разделения крупных монополий.
  • 1895: Братья Огюст и Луи Люмьер показывают первый в мире фильм - « рабочих, покидающих фабрику Люмьера» - в кафе в Париже.
  • 1898: Соединенные Штаты побеждают Испанию в трехмесячной испано-американской войне. В результате Куба обретает независимость, а Соединенные Штаты покупают Пуэрто-Рико и Филиппины у Испании за 20 миллионов долларов.
  • 1901: Президент США Уильям МакКинли убит анархистом Леоном Чолгошем. Вице-президент Теодор Рузвельт становится президентом.
  • 1903: Российская социал-демократическая партия раскалывается на две фракции: умеренных меньшевиков и жестких большевиков. Несмотря на их имена, которые по-русски означают «меньшинство» и «большинство» соответственно, меньшевиков на самом деле больше, чем большевиков.
  • 1904: Русско-японская война начинается.Он продлится до 1905 года и приведет к громкой победе Японии. В России за войной следует Революция 1905 года, знаменующая начало конца царского правления; Между тем Япония готова стать первой крупной незападной державой современности.
  • 1905: Альберт Эйнштейн представляет свою специальную теорию относительности.
  • 1905: В промышленном Рурском регионе Германии бастуют 200 000 горняков.
  • 1909: Основание Национальной ассоциации содействия прогрессу цветных людей (NAACP) У.Э. Б. Дюбуа и ряд других видных черных и белых интеллектуалов Нью-Йорка.
  • 1914: На Западном фронте первые сражения на Марне и Ипре устанавливают рубеж, который более или менее продержится в течение следующих четырех лет. Воодушевление по-прежнему велико с обеих сторон, но исчезнет, ​​когда тысячи немецких, французских и британских солдат жертвуют своими жизнями в боях за несколько миль из колючей проволоки и грязи. На Восточном фронте - другая история: победа Германии над Россией при Танненберге в августе создает почву для войны, в которой Россия не добьется большого успеха и в конечном итоге погрузится в хаос, который подготовит почву для революций 1917 года.

Событие и его контекст

Кровавое воскресенье в Санкт-Петербурге обычно называют событием, которое ускорило русскую революцию 1905 года. Историки также ссылаются на серию политических событий, начавшихся в 1895 году, и различные трудовые конфликты, которые строили в течение многих лет, что способствовало гибели мирных рабочих и их семей.

Политическая история

В 1894 году Япония вступила в китайско-японскую войну против Китая, которую она выиграла в 1895 году.После победы Япония получила контроль над Маньчжурией, включая ценные теплые морские порты Порт-Артур (сегодня Люшун) и Дайрен (сегодня Люда). Однако японцы потеряли Маньчжурию и два порта, когда французы и немцы угрожали предпринять военные действия против Японии, если она сохранит территорию.

Возмущенная своей потерей, Япония обиделась, когда Россия и Китай создали совместное банковское предприятие в Маньчжурии. Япония еще больше разозлилась, когда Китай разрешил России построить второстепенный маршрут Транссибирской магистрали через Мукден в Маньчжурии до Владивостока (у побережья Японского моря в России) в обмен на обещание России военной помощи в событие, что Китай снова подвергся нападению со стороны Японии.Япония стала еще более отчужденной в 1898 году, когда Китай передал России полуостров Ляоян (вдоль северо-восточного побережья Китая и на границе с Северной Кореей) и формальные права на порты Дайрен и Порт-Артур (около юго-западной оконечности полуострова).

Начиная с 1904 года Япония боролась с Россией за контроль над двумя спорными маньчжурскими портами. Россия не была готова к войне, поскольку ее армия не была полностью мобильной из-за длительных задержек с завершением строительства Транссибирской магистрали. Из-за этой неэффективности Россия вскоре проигрывала важные сражения Японии.

К концу 1904 года Россия проигрывала войну; Николай II терял поддержку; новые политические группы, такие как большевики и меньшевики, продвигались к большему радикализму и либерализму соответственно; и недовольство продолжало нарастать, особенно среди низших классов. Большевики (что означает «большинство»), наиболее радикальная из двух частей социалистов (Социал-демократическая рабочая партия), возглавлялись Владимиром Лениным и в конечном итоге были названы Коммунистической партией. Меньшевиков (что означает «меньшинство»), более консервативную часть, возглавлял Юлий Мартов.

История труда

Число промышленных рабочих в России резко увеличилось с 493 000 в 1866 году до 1 405 000 в 1896 году. Между 1865 и 1890 годами число фабричных рабочих выросло на 65 процентов, а количество горняков - на 106 процентов, что в сумме составляет 75 процентов рост российских промышленных рабочих. Многие рабочие мигрировали в большие города из депрессивных сельских районов в поисках лучшей работы. Эти новые рабочие, незнакомые с рабочими фабрики, чувствовали себя изолированными в своем новом окружении.Агитаторы, требовавшие немедленных изменений политической и экономической системы, даже ценой насилия, легко склонили этих рабочих. Этим проблемам способствовало тяжелое положение работодателей, которым приходилось бороться на ранних этапах промышленного развития. Резкое расширение оборудования, процессов и количества рабочих часто лишало их возможности эффективно общаться со своими рабочими, что является классической жалобой в быстро индустриализирующихся регионах.

Часто возникают споры между работодателями и работниками.Забастовки стали обычным явлением в трудовой жизни россиян ближе к концу XIX века. Правительству было чрезвычайно трудно контролировать эти споры из-за огромных размеров страны; Россия распространилась по Европе и Азии, в ней проживало около 125 миллионов человек, она страдала от плохих коммуникаций, плохих дорог и небольшого количества железных дорог. В 1894 году около 17 000 рабочих объявили забастовку, обычно требуя сокращения рабочего времени и повышения заработной платы. Несмотря на то, что профсоюзы возглавляли большинство этих забастовок, немногие из них были хорошо организованы.Забастовки 1897 и 1898 годов происходили в основном в крупнейших городах, таких как Санкт-Петербург и Москва. Растущие волнения среди русских рабочих набирали силу в начале двадцатого века. В то время российские промышленники работали в среднем 11 часов в будние дни и 10 часов в субботу. Условия на фабриках были чрезвычайно суровыми, и забота о здоровье и безопасности рабочих была незначительной. Попытки рабочих создать профсоюзы встретили сопротивление заводчиков. Заработная плата даже для более квалифицированных классов рабочих неуклонно снижалась, а цены на основные товары росли; с октября 1903 г. по октябрь 1904 г. реальная заработная плата снизилась на 20-25%.Жилищные условия также были ужасными, безработица росла, и, что хуже всего, трудящиеся не могли обращаться за помощью. Работодатели могли обращаться с рабочими так, как им заблагорассудится, и обычно могли полагаться на поддержку властей и полиции в обеспечении соблюдения дисциплинарных мер.

Гапон и Союз Ассамблеи

Параллельно с беспорядками рабочих в 1903 году радикальный православный священник по имени Георгий («Георгий») Аполлонович Гапон основал рабочую организацию под названием «Ассамблея русских фабрично-заводских рабочих Санкт-Петербурга».Санкт-Петербург (далее - Ассамблея Союза). Российская Охрона (тайная полиция) считала Союз Ассамблеи дружественной общественной организацией, оказывающей положительное влияние на трудящихся. Профсоюз, первоначально базировавшийся в чайно-читальном зале, привлекал аполитичных и антиреволюционных рабочих, влияние которых на рабочем месте было небольшим.

Эта ситуация изменилась в 1904 году, когда В. К. Плеве, министр внутренних дел, который помог Гапону создать профсоюз, был убит в результате подавления им революционных и либеральных идей и практик в России.Рабочие, видя, что социальные реформы теперь более возможны, обратились к движению Гапона, которое вскоре стало напоминать независимый реформаторский профсоюз. В том году количество ее членов резко увеличилось до более чем 9000 человек.

Крупным событием недовольства рабочих стала забастовка нефтяников в Баку (расположенном на западном побережье Каспийского моря) в декабре 1904 года. Это была первая крупномасштабная забастовка в России, которая не началась спонтанно, а была организована сознательно. . Это вызвало волнения в других промышленных центрах и способствовало развитию рабочего движения в Санкт-Петербурге.Петербург. В то время встречи в Гапоне привлекли огромное количество рабочих, многие из которых произнесли драматические и вдохновляющие речи о том, что рабочие не должны больше терпеть злоупотребления, которым они подвергаются на рабочем месте. Мирное движение, созданное Гапоном незадолго до этого, превращалось в революционное массовое движение, нравится ему это или нет.

3 января 1905 года на Путиловском металлургическом заводе в результате простого увольнения четырех рабочих профсоюзов Гапон призвал к немедленным забастовкам.В следующие несколько дней более 110 000 рабочих на многочисленных фабриках Санкт-Петербурга объявили забастовку в крупном восстании. Обе ветви социал-демократического движения - большевики и меньшевики - поддержали забастовку. Обе группы продолжали организовывать забастовки и способствовать привлечению дополнительных организаций в рабочее движение.

Петиция Гапона

Пытаясь разрешить ситуацию, Гапон решил лично обратиться к Николаю II. Он, по-видимому, полагал, что царь исправит зло, причиненное рабочим, если оно будет непосредственно доведено до его сведения.Гапон составил петицию, в которой изложил страдания и требования рабочих, требуя восьмичасового рабочего дня; свобода создавать профсоюзы; лучшие условия труда, бесплатная медицинская помощь и повышение заработной платы рабочих; выборы в учредительное собрание всеобщим, равным и тайным голосованием; свобода слова, печати, ассоциаций и религии; и прекращение войны против Японии. Петицию подписали более 150 000 человек, и Гапон считал, что Николас примет ее.

Кровавое воскресенье

Все эти события привели к тому, что в конечном итоге назовут Кровавым воскресеньем.9 января 1905 г. (по юлианскому календарю, используемому в то время в России, который соответствует 22 января 1905 г. по григорианскому календарю) сотни тысяч рабочих во главе с Гапоном и в сопровождении своих жен, детей и родителей пошли в Зимний дворец в Санкт-Петербурге, резиденция российского императора Николая II, чтобы потребовать больше еды, лучшей оплаты и условий труда. Протестующие несли религиозные иконы и хоругви (транспаранты), фотографии Николая, демонстрирующие их мирные намерения, и подписанную петицию.Когда они шли к Зимнему дворцу, они скандировали «Боже, храни царя». У входа во дворец их встретили царская тайная полиция и Российская императорская гвардия.

Николая в то время не было; его дядя, великий князь Владимир, командующий Императорской гвардией, приказал стрелять по толпе. Многие сотни демонстрантов были убиты или ранены (согласно первым газетным сообщениям, их число исчислялось тысячами). Позднее историк-большевик писал, что приблизительное количество раненых было от 450 до 800, а число убитых - от 150 до 200.

Большинство россиян восприняли Кровавое воскресенье как ужасное событие. По мере распространения новостей о резне последовал всеобщий протест, поскольку рабочие перестали работать, бизнесмены не открывали свои предприятия, а солдаты отказывались выполнять приказы. Россия буквально не могла действовать, поскольку люди потеряли веру в свое правительство и перестали поддерживать Николая. Волна массовых политических забастовок и демонстраций прокатилась по России под лозунгом «Долой самодержавие!» Кровавое воскресенье ознаменовало начало революции 1905 года, которая в конечном итоге привела к радикальным изменениям в правительстве России.

В 1906 году Николай попытался умиротворить протестующих, учредив первое в России выборное законодательное собрание - Государственную думу. Однако массовое мнение было радикализовано резней и последовавшим за ней насилием. Социалистические партии, рабочие и крестьяне продолжали протестовать против имперского режима, который был свергнут в результате русской революции 1917 года.

Ключевые игроки

Гапон, Георгий Аполлонович (1870-1906): Гапон, радикальный православный священник и бывший тюремный капеллан, начал организовывать рабочие клубы, названные Собранием русских заводских рабочих города Санкт-Петербурга.Санкт-Петербург, в 1903 году под патронатом императорской полиции и Православной церкви. В январе 1905 года он вместе с рабочими и их семьями направился к Зимнему дворцу в надежде, что царь придет им на помощь. Многие безоружные рабочие и члены их семей были расстреляны; Гапон был ранен. После резни Гапон уехал из России, а менее чем через год вернулся нелегально и возобновил контакты с царской тайной полицией. Его назначили помогать демонтировать рабочие организации, которые он помогал строить.Гапон был убит тайной полицией в марте 1906 года.

Николай II (1868-1918): Царь Николай II был последним царем России и последним из династии Романовых. Сын царя Александра III, он начал свое правление, женившись на Александре, внучке королевы Англии Виктории. В 1894 году Николай стал царем после смерти отца и использовал то же самодержавное правление, что и его отец. Во время его правления Россия пережила период великой индустриализации и земельной реформы.Однако Николай считался человеком слабым и суеверным, сильно не любившим интеллектуалов и политиков. Он был вынужден отречься от престола в 1917 году и был убит вместе со своей семьей большевиками в следующем году.

См. Также: Русские революции .

Библиография

Книги

Боннелл, Виктория Э. Корни восстания: рабочая политика и организации в Санкт-Петербурге и Москве, 1900-1914 гг. Беркли: Калифорнийский университет Press, 1983.

Поспиловский, Дмитрий. Профсоюзное движение российских полицейских: эксперимент или провокация? Лондон: Вайденфилд и Николсон и Лондонская школа экономики и политических наук, 1971.

Шварц, Соломон М. Русская революция 1905 года. Чикаго и Лондон: University of Chicago Press, 1967.

Другое

"История : Революционные времена ». Russianet.ru [цитировано 7 февраля 2003 г.].

Ремпель, Герхард.«Революция 1905 года». Колледж Западной Новой Англии [цитируется 7 февраля 2003 г.].

«Русская революция 1905 года». OnWar.com [процитировано 7 февраля 2003 г.].

«Двадцатый век, год за годом: 1905.» Радио Голос России [цитируется 7 февраля 2003 г.].

- Уильям Артур Аткинс

St.Энциклопедия истории труда во всем мире: основные события в истории труда и их влияние

Лекция о революции 1905 года

Ленин: Лекция о революции 1905 года

Лекция о революции 1905 года

[6]

Опубликовано: Впервые опубликовано в Правда № 18 от 22 января 1925 г. Написано на немецком языке до 9 (22) января 1917 г. Подпись: Н. Ленин .
Источник: Ленин Собрание сочинений , г. Издатели Прогресс, 1964 г., Москва, Том 23, страницы 236-253.
Перевод: М. С. Левин, Покойный Джо Файнберг и др.
Транскрипция \ Разметка: Р. Цымбала
Общественное достояние: Ленинский Интернет-архив 2002 г. (2005). Вы можете свободно копировать, распространять, отображать и выполнять эту работу; а также делать производные и коммерческие работы. Пожалуйста, укажите «Марксистский Интернет. Архив »в качестве источника. • ПРОЧТИ МЕНЯ


Мои юные друзья и товарищи,

Сегодня двенадцатая годовщина «Кровавого воскресенья», и это справедливо. считается началом русской революции.

Тысячи рабочих - не социал-демократов, а верных богобоязненных подданные - во главе со священником Гапоном, стекались со всех концов столицы в его центр, на площадь перед Зимним дворцом, подать прошение к царю. Рабочие несли иконы. В письме царю, их тогдашний лидер, Гапон, гарантировал ему личную безопасность и попросил его предстать перед народом.

Были вызваны войска. Уланы и казаки атаковали толпу обнаженные мечи.Они стреляли в безоружных рабочих, которые стояли на коленях. умолял казаков отпустить их к царю. Более тысячи были убиты и более двух тысяч ранены в тот день, по данным полиции отчеты. Возмущение рабочих было неописуемым.

Такова общая картина 22 января 1905 года - «Кровавое воскресенье».

Чтобы вы могли более ясно понять историческое значение этого В этом случае я процитирую несколько отрывков из петиции рабочих.Это начинается со следующими словами:

«Мы, труженики, петербуржцы, пришли к Тебе. Мы несчастные, оскорбленные рабы, отягощенные деспотизмом и тиранией. Наш терпение иссякло, мы перестали работать и умоляли хозяев дать нам только то, без чего жизнь - мучение. Но в этом было отказано; к работодателям все казалось незаконным. Мы здесь, тысячи нас. Как и весь русский народ, у нас нет права человека, что угодно. Благодаря деяниям Твоих чиновников мы стали рабы.”

В обращении содержатся следующие требования: амнистия, гражданские свободы, справедливая заработная плата, постепенная передача земли народу, созыв учредительное собрание на основе всеобщего и равного избирательного права. Это конец со следующими словами:

«Государь, не отказывай в помощи народу Твоему! Снеси стену, которая отделяет Тебя от народа Твоего. Закажи и обещай, что наши запросы будут даровано, и Ты сделаешь Россию счастливой; если нет, мы готовы умереть это самое место.У нас только две дороги: свобода и счастье или могила."

Читая это сейчас , это прошение необразованных, неграмотных рабочие во главе с патриархальным священником создают странный впечатление. Невольно сравнивают эту наивную петицию с представить мирные резолюции социал-пацифистов, потенциальных социалистов которые на самом деле являются буржуазными фразерами. Непросвещенные работники дореволюционная Россия не знала, что царь был главой правящий класс , класс крупных землевладельцев, уже связанных тысячами связей с крупной буржуазией и готовые защищать свои монополия, привилегии и прибыль всеми средствами насилия.В современные социал-пацифисты, претендующие на звание «высокообразованных» люди - без шуток - не понимают, что так же глупо ожидать «Демократический» мир от буржуазных правительств, ведущих империалистическая грабительская война, поскольку считалось, что мирные петиции побудит кровавого царя провести демократические реформы.

Тем не менее, между ними есть большая разница - современные социал-пацифисты в значительной степени лицемеры, стремящиеся нежными увещеваниями отвлечь народ от революционной борьбы, в то время как необразованные рабочие в дореволюционной России доказали свою поступки, что они были прямыми людьми, пробудившимися к политическим сознание впервые.

Именно в этом пробуждении огромных масс людей к политическому сознание и революционная борьба, что историческое значение 22 января 1905 года ложь.

«В России еще нет революционного народа, - писал Петр. Струве, тогда лидер русских либералов и издатель за границей незаконного, не прошедшего цензуру органа, два дня перед «Кровавым воскресеньем». Мысль о том, что неграмотная крестьянская страна могла произвести революционный народ казалось совершенно абсурдным для этого «весьма образованный », высокомерный и крайне глупый вождь буржуазии. реформисты.Так глубоко было убеждение реформистов того времени - как сегодняшних реформистов - настоящая революция невозможна!

До 22 января (или 9 января по старому стилю) 1905 г. революционная партия России состояла из небольшой группы людей, и реформисты в те дни (в точности как сегодняшние реформисты) насмешливо называли «Секта». Несколько сотен революционных организаторов, несколько тысяч члены местных организаций, появляется полдюжины революционных газет не чаще одного раза в месяц, издается в основном за рубежом и переправляется контрабандой в Россию с невероятными трудностями и ценой многих жертвы - таковы были революционные партии в России и революционная социал-демократия, в частности, до 22 января, 1905 г.Это обстоятельство дало ограниченным и властным реформистам формальное обоснование их утверждения о том, что еще не было революционного люди в России.

Однако через несколько месяцев картина полностью изменилась. В сотни революционных социал-демократов «вдруг» превратились в тысячи; тысячи стали лидерами от двух до трех миллион пролетариев. Пролетарская борьба произвела массовое брожение, часто революционные движения в крестьянских массах, от пятидесяти до ста миллион сильных; крестьянское движение отразилось в армии и привел к солдатским восстаниям, к вооруженным столкновениям между частями армии и другой.Таким образом, колоссальная страна с населением 130 000 000 пошли в революцию; таким образом дремлющая Россия была превратилась в Россию революционного пролетариата и революционные люди.

Необходимо изучить эту трансформацию, понять, почему она была возможно, его методы и способы, так сказать.

Основным фактором в этом преобразовании была масса забастовка . Особенность русской революции в том, что это была буржуазно-демократическая революция по своему социальному содержанию, но пролетарская революция в методах борьбы.Это была буржуазно-демократической революцией, поскольку ее непосредственная цель, которую она могла добиться напрямую и собственными силами, была демократической республикой, восьмичасовой рабочий день и конфискация огромных имений дворянство - все меры французской буржуазной революции 1792–93 почти полностью выполнено.

В то же время русская революция была еще и пролетарской. революции, не только в том смысле, что пролетариат был ведущим сила, авангард движения, но также в том смысле, что именно пролетарским орудием борьбы - забастовкой - было основные средства приведения в движение масс и наиболее характерное явление в волнообразном нарастании решающих событий.

Русская революция была , первым , хотя, конечно, не последняя великая революция в истории, в которой массовая политическая стачка сыграла чрезвычайно важная часть. Можно даже сказать, что события Русская революция и последовательность ее политических форм не могут быть понятно без изучения статистики забастовки раскрыть основа этих событий и этой последовательности форм.

Я прекрасно знаю, что сухая статистика вряд ли пригодится в лекции и, вероятно, утомят слушателя.Тем не менее я не могу удержаться цитируя несколько цифр, чтобы вы могли оценить реальная объективная основа всего движения. Среднегодовое количество забастовщиков в России за десять лет, предшествовавших революции, было 43 000, что означает 430 000 за десятилетие. В январе 1905 г. В месяц революции количество забастовщиков составило 440 000 человек. В другом Словом, за один месяц на забастовщиков было на больше бастующих на , чем в все предыдущее десятилетие!

Ни в одной капиталистической стране мира, даже в самой развитой в таких странах, как Англия, Соединенные Штаты Америки или Германия, есть ничем не уступало грандиозному русскому стачечному движению 1905 года.В общее количество забастовщиков составило 2 800 000 человек, что более чем в два раза превышает количество забастовщиков. заводчане на даче! Это, конечно, не доказывает, что городские фабричные рабочие России были образованнее или сильнее, или больше адаптировались к борьбе, чем их братья в Западной Европе. Очень верно обратное.

Но это показывает, насколько велика дремлющая энергия пролетариата. быть. Это показывает, что в революционную эпоху - я говорю это без малейшее преувеличение, на основании самых точных данных русского история - пролетариат может генерировать боевую энергию во сто раз превосходит , чем в обычные, мирные времена.Это показывает что до 1905 года человечество еще не знало, какой великий, какой грандиозный усилие, на которое пролетариат способен и будет способен в борьбе для действительно великих целей, и они ведутся по-настоящему революционным образом!

История русской революции показывает, что это был авангард, лучшие элементы наемных рабочих, которые сражались с величайшими упорство и величайшая преданность. Чем крупнее фабрики и фабрики тем упорнее были удары и тем чаще повторяются в течение года.Чем крупнее город, тем важнее была роль пролетариат играл в борьбе. Три больших города, Санкт-Петербург, Рига и Варшава - крупнейшие и наиболее сознательные рабочий элемент, покажите неизмеримо большее количество стачечников, в отношение ко всем рабочим, чем любой другой город, и, конечно, гораздо большее чем сельский районы. [1]

В России - как, вероятно, в других капиталистических странах - металлисты представляют авангард пролетариата.В этой связи отметим следующий поучительный факт: по всем отраслям, число людей, участвовавших в забастовках в 1905 г. было 160 на сотню занятых, но в металлургической промышленности число было 320 на сотню! По оценкам, в результате На забастовках 1905 года каждый русский заводской рабочий потерял в среднем десять рублей в год. заработная плата - примерно 26 франков по довоенному курсу обмена - жертвуя этими деньгами, так сказать, ради борьба. Но если мы возьмем рабочих-металлистов, мы обнаружим, что потеря заработной платы было втрое больше ! Лучшие элементы рабочего класса шли впереди, отдавая лидерство нерешительным, пробуждая бездействующий и поощряющий слабых.

Отличительной чертой было то, как проводились экономические забастовки. переплетаются с политическими забастовками во время революция. Не может быть никаких сомнений в том, что только эта очень тесная связь две формы забастовки придали движению огромную силу. Широкие массы эксплуатируемые не могли быть вовлечены в революционное движение, если бы им не приводили ежедневных примеров того, как наемные рабочие в различных промышленности заставляли капиталистов предоставлять немедленные, прямые улучшение их условий.Эта борьба охватила массы Русский народ с новым духом. Только тогда старые крепостные медлительная, патриархальная, набожная и послушная Россия изгнала ветхого Адама; только тогда русский народ получил действительно демократичный и действительно революционное образование.

Когда буржуазное дворянство и их некритические подражатели, социал-реформисты, игриво говорят о «воспитании» масс, они обычно имеют в виду что-то школьное, педантичное, то, что деморализует массы и вселяет в них буржуазные предрассудки.

Настоящее образование масс невозможно отделить от их независимая политическая и особенно революционная борьба. Только борьба воспитывает эксплуатируемый класс. Только борьба открывает ему величина собственной мощи, расширяет кругозор, усиливает свои способности, проясняет свой ум, выковывает его волю. Поэтому даже реакционеры плохо признать, что 1905 год, год борьбы, «безумный год», однозначно похоронили патриархальную Русь.

Давайте рассмотрим более внимательно соотношение в забастовках 1905 г. между мастерами-металлистами и текстильщиками.Металлисты - это Самые высокооплачиваемые, наиболее сознательные и образованные пролетарии: текстильщиков, которых в 1905 г. было в два с половиной раза больше, чем слесари - самые отсталые и наименее оплачиваемые рабочие в России, и в очень многих случаях еще не разорваны окончательно связи со своими родственниками-крестьянами в деревне. Это подводит нас к очень важное обстоятельство.

На протяжении всего 1905 года забастовки металлистов демонстрируют преобладание политических забастовок над экономическими, хотя этот перевес был намного больше к концу года, чем в начале.Среди текстильщиков, с другой стороны, мы наблюдаем подавляющее преобладание экономических забастовок в начале 1905 г. только в конце года мы получаем перевес политических удары. Из этого совершенно очевидно следует, что экономическая борьба, борьба за немедленное и непосредственное улучшение условий ведется только способный разбудить самые отсталые слои эксплуатируемых масс, дает их настоящее образование и трансформирует их - во время революционного период - в армию политических борцов в пределах нескольких месяцы.

Конечно, для этого необходимо было, чтобы авангард рабочих не рассматривать классовую борьбу как борьбу в интересах тонкий верхний слой - концепция, которую реформисты слишком часто пытаются внушать - но чтобы пролетариат выступил в качестве настоящего авангарда большинство эксплуатируемых и вовлекают это большинство в борьбу, поскольку Так было в России в 1905 году, и, как должно быть и обязательно будет, дело в надвигающейся пролетарской революции в Европа. [2]

Начало 1905 года принесло первую большую волну забастовок, прокатилась по всей стране. Уже весной того же года мы видим возвышение первого крупного не только экономического, но и политического крестьянина. движение в России. Важность этого исторического поворота будет признателен, если иметь в виду, что русское крестьянство было освободился от жесточайшей формы крепостничества только в 1861 г., когда большинство крестьян безграмотны, что они живут в неописуемой нищете, угнетены помещиками, обмануты священниками и изолированы от каждого другое - огромными расстояниями и почти полным отсутствием дорог.

Россия стала свидетелем первого революционного движения против царизма в 1825 г. - движение, представленное почти исключительно дворянами. После этого и до 1881 года, когда Александр II был убит террористами, движение возглавили интеллектуалы среднего класса. Они показали высшую самопожертвования и удивили весь мир героизмом своих террористические методы борьбы. Их жертвы, конечно же, не заключались в напрасно. Несомненно, они способствовали - прямо или косвенно - последующее революционное воспитание русского народа.Но они этого не сделали, и мог не достичь своей непосредственной цели - произвести народную революцию.

Это было достигнуто только революционной борьбой пролетариат. Только волны массовых ударов, захлестнувшие всю страны, забастовки, связанные с суровыми уроками империалистической Русско-японская война, пробудившая широкие массы крестьян вялость. Слово «нападающий» приобрело совершенно новое значение среди крестьяне: это означало бунтарь, революционер, термин, ранее выражается словом «студент».Но «студент» принадлежал к средний класс, «ученым», «дворянам» и, следовательно, был чуждый народу. Напротив, «нападающий» был из народа; он принадлежал к классу эксплуатируемых. Депортированный из Петербурга, он часто вернулся в село, где рассказал своим односельчанам о пожар, который распространился по всем городам и уничтожит оба капиталисты и дворянство. В русском языке появился новый шрифт. деревня - сознательный крестьянин.Он связан с «Забастовщики», он читал газеты, он рассказывал крестьянам о событиях в городов, объяснил своим односельчанам смысл политических требований, и призывал их бороться с помещичьей знатью, священниками и правительственные чиновники.

Крестьяне собирались группами, чтобы обсудить свои условия и постепенно они были втянуты в борьбу. Большие толпы атаковали большой поместья, подожгли усадьбы и присваивали припасы, конфисковали зерна и других продуктов питания, убитых милиционеров и потребовал передачи люди огромных поместий.

Весной 1905 года крестьянское движение только начиналось, с участием лишь меньшинства, примерно одной седьмой части уездов.

Но сочетание пролетарских массовых забастовок в городах с крестьянского движения в сельской местности было достаточно, чтобы поколебать «Самая твердая» и последняя опора царизма. Я имею в виду армию .

Началась серия из восстаний на флоте и на флоте. армия. Во время революции каждая новая волна стачек и крестьян Движение сопровождалось мятежами по всей России.Большинство Известным из них является мятеж на черноморском крейсере «Принц». Потемкин , который был захвачен мятежниками и участвовал в революции в Одессе. После поражение революции и безуспешные попытки захватить другие порты (Например, Феодосия в Крыму) сдалась румынам. власти в Констанце.

Разрешите подробно рассказать об одном небольшом эпизоде ​​восстания на Черном море. чтобы дать вам конкретную картину событий на пике движение.

«Сходы революционных рабочих и матросов были организовываться все чаще и чаще. Поскольку военнослужащих не пускали Чтобы присутствовать на рабочих собраниях, большие толпы рабочих приходили на военные встречи. Их приходили тысячами. Идея совместных действий нашла живую отклик. Делегаты избирались от компаний, в которых политическая понимание среди мужчин было выше.

«Военные власти в этой связи решили взять действие.Некоторые офицеры пытались произнести «патриотические» речи на встречи, но безуспешно: моряки, привыкшие к спорам, отправили своих офицеров в позорное бегство. В связи с этим было решено запретить собрания вообще. Утром 24 ноября 1905 г. рота матросов в полной боевой экипировке стояла у ворот морские барные стойки. Контр-адмирал Писаревский громко отдал приказ: «Из казармы никому не выходить! Стреляйте в непослушных! »Моряк по имени Петров, из роты, получившей этот приказ, выступил вперед. из рядов, заряжал винтовку на виду у всех и одним выстрелом убил капитана Штейна из Белостокского полка, а с другим ранен Контр-адмирал Писаревский.«Арестуйте его!» - крикнул один из офицеров. Ни один. Никто сдвинулся с места. Петров бросил винтовку и воскликнул: «Почему не двигаетесь? Брать меня! »Его арестовали. Матросы, которые бросились со всех сторон, сердито потребовал его освобождения, заявив, что за него поручились. Волнение побежало высокая.

«Петров, выстрел был несчастным, не был это? - спросил один из офицеров, пытаясь найти выход из ситуации.

«Что ты имеешь в виду, авария? Я шагнул вперед, зарядился и прицелился.Это несчастный случай? »

«Они требуют вашего освобождения ...»

«И Петрова отпустили. Однако моряков не было довольствоваться этим; все дежурные офицеры были арестованы, разоружены и заперты в штабе ... Матросы-делегаты, которых было около сорока, совещались всю ночь. Было принято решение отпустить офицеров, но не разрешите им снова войти в казармы ».

Этот небольшой инцидент ясно показывает вам, как развивались события в большинстве мятежи.Революционное брожение в народе не могло не распространился на вооруженные силы. Показательно, что лидеры движение произошло из тех элементов в армии и на флоте, которые имели набирались в основном из числа промышленных рабочих и от которых требовалось дополнительное техническое обучение, например, саперы. Однако широкие массы были еще слишком наивны, настроение у них было нестабильным. слишком пассивный, слишком добродушный, слишком христианский. Они скорее вспыхнули быстро; любой случай несправедливости, чрезмерно жестокого обращения со стороны офицеры, плохое питание и т. д., могло привести к восстанию. Но чего им не хватало, так это настойчивость, ясное восприятие цели, ясное понимание того, что только самое энергичное продолжение вооруженной борьбы, только победа над всеми военные и гражданские власти, только свержение правительства и захват власти по всей стране мог гарантировать успех революции.

Широкие массы моряков и солдат легко разбудили восстание. Но с такой же беззаботностью отпустили арестованных. офицеры.Они позволили офицерам успокоить их обещаниями и уговоры: таким образом офицеры выиграли драгоценное время, подкрепления, сломили силы повстанцев, а затем последовали жесточайшее подавление движения и казнь его лидеров.

Сравнение этих восстаний 1905 г. с восстанием декабристов 1825 год особенно интересен. В 1825 г. руководители политической движения были почти исключительно офицеры, а офицеры набирались из благородство.Они заразились в результате контакта с демократическими идеи Европы во время наполеоновских войн. Масса солдат, которые в то время были еще крепостными, оставались пассивными.

Совершенно иную картину представляет история 1905 года. С немногими за исключениями, настроения офицеров были либо буржуазно-либеральными, либо буржуазно-либеральными, реформистский, или откровенно контрреволюционный. Рабочие и крестьяне в военная форма была душой мятежей. Движение распространилось на всех слоев населения, и впервые в истории России задействованы большинство эксплуатируемых.Но чего ему не хватало, с одной стороны, настойчивость и решительность в массах - их было слишком страдает болезнью доверчивости, а с другой - организованностью революционных социал-демократических рабочих в военной форме - они не сумели взять руководство в свои руки, маршировать во главе революционной армии и начать наступление на правительство.

Кстати, замечу, что эти два недостатка еще больше медленно, может быть, чем хотелось бы, но обязательно - устраняться не только общее развитие капитализма, но и в настоящее время война... [3]

Во всяком случае, история русской революции, как и история Парижская Коммуна 1871 года преподает нам неопровержимый урок, что милитаризм никогда и ни при каких обстоятельствах не может быть побежден и уничтожен, кроме победоносной борьбы одной части национальной армии против другой раздел. Недостаточно просто осуждать, поносить и «Отвергать» милитаризм, критиковать и доказывать его вред; это глупо мирно отказываться от военной службы.Задача состоит в том, чтобы держать революционное сознание пролетариата в напряжении и воспитывать его лучшие элементы, не только в общем, но и конкретно, так что когда народное брожение достигает наивысшего уровня, они поставят себя на глава революционной армии.

Повседневный опыт любой капиталистической страны учит нас тому же. урок. Каждый «незначительный» кризис, который переживает такая страна, раскрывает перед нам в миниатюре элементы, рудименты сражений, которые будут неизбежно происходят в больших масштабах во время большого кризиса.Что еще, для Например, забастовка, если не небольшой кризис капиталистического общества? Не было прусский министр внутренних дел г-н фон Путткаммер, как раз тогда, когда он придумал знаменитую фразу: «В каждом ударе таится гидра революция"? Во время забастовок не вызывает во всем, даже самые мирные, самые «демократические» - спасают знак - капиталистические страны показывают , как все сложится в неужели большой кризис ?

Но вернемся к истории русской революции.

Я пытался показать вам, как рабочие забастовки всколыхнули всю страны и самых широких, самых отсталых слоев эксплуатируемых, как началось крестьянское движение, и как оно сопровождалось мятежом в вооруженных силы.

Движение достигло апогея осенью 1905 года. 19 августа. (6) царь издал манифест о введении народного представление. Так называемый Булыгин Дума должна была быть создана на основе избирательного права, охватывающего до смешного небольшое количество избирателей, и этот своеобразный «парламент» не должен был иметь законодательные полномочия какие бы то ни было, только консультативные , консультативные полномочия!

Буржуазия, либералы, оппортунисты были готовы схватить обеими руками этот «дар» испуганного царя.Как и все реформисты, наши реформисты 1905 года не могли понять, что исторические ситуации возникают когда реформы, и особенно обещания реформ, преследуют только одну цель: успокоить народные волнения, заставить революционный класс прекратить свое существование или по крайней мере, ослабь свою борьбу.

Русская революционная социал-демократия хорошо осознавала настоящую природа этого дарования иллюзорной конституции в августе 1905 года. почему, не задумываясь, он выступил с лозунгами: «Долой консультативная дума! Бойкотируйте Думу! Долой царское правительство! Продолжать революционная борьба за его свержение! Не царь, а временный революционное правительство должно созвать первую настоящую, популярную представительное собрание! »

История доказала правоту революционных социал-демократов, ибо Булыгинская Дума так и не созывалась.Он был сметен революционный штурм прежде, чем его удалось созвать. И этот шторм заставил царь обнародовал новый закон о выборах, предусматривавший значительные увеличение числа избирателей и признание законодательной характер Дума. [4]

Октябрь и декабрь 1905 года ознаменовали высшую точку нарастающего прилива. русской революции. Все источники народного революционная сила текла более широким потоком, чем когда-либо прежде.В количество забастовщиков, которое в январе 1905 г., как я уже вам сказал, было 440 000 - в октябре 1905 г. достигло более полумиллиона (за один месяц!). К этому номеру, который относится к только заводским рабочим, необходимо добавить несколько сотен тысяч железнодорожников, почтовых и телеграфисты и др.

Всеобщая забастовка железнодорожников остановила все железнодорожное движение и парализовала власть государства в наиболее эффективных манера. Двери университетов распахнулись настежь, и лекция залы, которые в мирное время использовались исключительно для того, чтобы сбивать с толку юные умы педантичной профессорской мудрости и превращать студентов в послушных слуг буржуазии и царизма, теперь стало ареной публичных собраний на которую тысячи рабочих, ремесленников и служащих открыто и свободно обсудили политические вопросы.

Была завоевана свобода печати. Цензуру просто проигнорировали. Нет издатель осмелился отправить обязательную цензурную копию властям, и власти не посмели предпринять никаких мер против этого. В первый раз в истории России революционные газеты свободно выходили в Санкт-Петербург и другие города. Только в Санкт-Петербурге три Выходили ежедневные социал-демократические газеты с тиражами. от 50 000 до 100 000.

Пролетариат во главе движения.Он намеревался победить восьмичасовой рабочий день революционным действием. « Восьмичасовой рабочий день и Оружие! »- боевой лозунг петербургского пролетариат. Что судьба революции может и будет решена только вооруженная борьба становилась очевидной для постоянно увеличивающейся массы рабочие.

В огне боя образовалась своеобразная массовая организация, знаменитых Советов рабочих депутатов , состоящих из делегатов всех фабрики. В нескольких городах этих Советов рабочих депутатов начал все больше и больше играть роль временного революционера правительство, часть органов и руководителей восстания.Попытки были для организации Советов солдатских и матросских депутатов и объединения их с Советами рабочих депутатов.

На какое-то время несколько городов в России стали чем-то вроде небольшие местные «республики». Власти были свергнуты, и Совет рабочих депутатов фактически функционировал как новый правительство. К сожалению, эти периоды были слишком короткими, «Победы» были слишком слабыми, слишком изолированными.

Крестьянское движение осенью 1905 г. достигло еще больших высот. Габаритные размеры. Более трети уездов пострадали от так называемые «крестьянские беспорядки» и регулярные крестьянские восстания. Крестьяне сгорел не менее чем две тысячи поместий и разделили между собой продовольственные запасы которые хищная знать ограбила народ.

К сожалению, эта работа была недостаточно тщательной! К сожалению, крестьяне уничтожили только пятнадцатую часть от общего количества помещичьих земель. поместья, только одна пятнадцатая часть того, что они должны иметь уничтожены, чтобы стереть позор крупного феодального землевладения с лицо русской земли.К сожалению, крестьяне были слишком разрознены, слишком изолированы друг от друга в своих действиях; они не были организованы достаточно, недостаточно агрессивно, и в этом заключается одна из фундаментальных причины поражения революции.

Среди угнетенных вспыхнуло национально-освободительное движение. народы россии. Более половины, почти три пятых ( будет точнее, 57 процентов ) населения России подлежит национальному угнетение; они даже не могут свободно пользоваться своим родным языком, они принудительно русифицирован.Например, мусульмане, которых насчитывают десятки миллионов, быстро организовали мусульманскую лигу - это было время быстрого роста всевозможные организации.

Следующий пример даст аудитории, особенно молодежи, пример того, как в то время национально-освободительное движение в Россия выросла вместе с рабочим движением.

В декабре 1905 года польские дети в сотнях школ сожгли все Русские книги, картины и портреты царя, и напали, и погнали русских учителей и их русских одноклассников, крича: вне! Вернись в Россию! » Ученики польских средних школ выдвинули: среди прочего, следующие требования: (1) все средние школы должны находиться под контролем Совета Рабочих. Депутаты; (2) проведение совместных собраний учащихся и рабочих в школьных помещениях; (3) ученикам средней школы разрешается носить красные блузки в знак присоединение к будущей пролетарской республике.

Чем выше поднималась волна движения, тем энергичнее и решительно вооружилась реакция на борьбу с революцией. Русский Революция 1905 года подтвердила истинность того, что писал Карл Каутский в 1902 году. в своей книге Social Revolution (он, кстати, еще революционер Марксист, а не поборник социал-патриотизма и оппортунизм). Вот что он написал:

«... Надвигающаяся революция ... будет меньше похожа на стихийную восстание против правительства и больше похоже на затяжное гражданское война .”

Так было и, несомненно, так будет в грядущая европейская революция!

Царизм выразил свою ненависть особенно евреям. С одной стороны, евреи составили особенно высокий процент (по сравнению с общим Еврейское население) лидеров революционного движения. И теперь тоже следует отметить, к чести евреев, они предоставляют относительно высокий процент интернационалистов по сравнению с другими народами. На С другой стороны, царизм ловко использовал самые низменные антиеврейские предрассудки самые невежественные слои населения, чтобы организовать, если не непосредственно, погромов - более 4000 погибли и более 10 000 человек получили увечья в 100 городах.Эти зверские расправы над мирными евреями, их жены и дети вызывали отвращение во всем цивилизованном мире. я иметь в виду, конечно, отвращение к подлинно демократическим элементам цивилизованный мир, а это исключительно социалистических рабочие, пролетарии.

Даже в самых свободных, даже в республиканских странах Западной Европы, буржуазии очень хорошо удается сочетать лицемерные фразы о «Русские зверства» с самыми бессовестными финансовыми операциями, особенно при финансовой поддержке царизма и империалистической эксплуатации России за счет вывоза капитала и др.

Апогеем революции 1905 г. стало декабрьское восстание в г. Москва. В течение девяти дней небольшое количество мятежников, организованных и вооруженных рабочих - их было не более восемь тысяч - воевали против царское правительство, не посмевшее доверять московскому гарнизону. По факту, он должен был держать его под замком, и смог подавить восстание только привозят Семеновский полк из Петербурга.

Буржуазия любит описывать московское восстание как нечто искусственный, и относиться к нему с насмешкой.Например, на немецком языке так называемой «научной» литературы господин профессор Макс Вебер в своем подробный обзор политического развития России, относящийся к Московской восстание как "путч". «Группа Ленина», - говорит этот «высокообразованный» господин Профессора, «а часть эсеров давно подготовлены к этому бессмысленному восстанию г. ».

Чтобы правильно оценить этот кусок профессорской мудрости трусливых буржуазия, достаточно вспомнить статистику забастовок.В январе 1905 г. только 123 тысячи участвовали в чисто политических забастовках, в октябре цифра была 330 000, а в декабре максимум был достигли - 370 000 участвуя в чисто политических забастовках в один месяц! Вспомним также ход революции, крестьянские и солдатские восстания, и мы увидим, что буржуазные «Научный» взгляд на декабрьское восстание не только абсурден. Это уловки, к которым прибегают представители трусливой буржуазии, который видит в пролетариате своего опаснейшего классового врага.

На самом деле неумолимая тенденция русской революции была направлена ​​на вооруженная, решающая битва царского правительства с авангардом сознательного пролетариата.

В своих предыдущих замечаниях я уже указывал, в чем слабость русской революции, приведшая к ее временному поражению.

Подавление декабрьского восстания положило начало отлив революции. Но и в этот период крайне интересно. моменты должны быть соблюдены.Достаточно вспомнить, что дважды передовой воинствующие элементы рабочего класса пытались остановить отступление революцию и подготовить новое наступление.

Но мое время почти истекло, и я не хочу злоупотреблять терпением моей аудитории. Думаю, однако, что я обозначил наиболее важные аспекты революции: ее классовый характер, движущие силы и методы борьбы - настолько полно, насколько этот большой предмет может быть затронут в краткий лекция. [5]

Несколько кратких замечаний о мировом значении русского революция.

Географически, экономически и исторически Россия принадлежит не только России. в Европу, но также и в Азию. Вот почему русская революция удалась не только в конце концов пробуждение самой большой и отсталой страны Европы и создание революционный народ во главе с революционным пролетариатом.

Он добился большего. Русская революция породила движение по всей Азии. Революции в Турции, Персии и Китай доказывают, что мощное восстание 1905 г. оставило глубокий след, и что его влияние, выраженное в поступательном движении сотен и сотен миллионов, неистребимо.

Косвенным образом русская революция повлияла и на страны Запада. Нельзя забывать, что известие царской конституционный манифест, достигнув Вены 30 октября 1905 г., сыграл решающую роль в окончательной победе всеобщего избирательного права в Австрии.

Телеграмма с этой новостью была размещена на трибуне докладчика в Съезд австрийской социал-демократической партии, как товарищ Элленбоген - в то время он был еще не социал-патриотом, а товарищ - докладывал о политической забастовке.Дискуссия был немедленно отложен. «Наше место на улице!» - был крик. это прозвучало в зале, где делегаты Австрийской Социал-демократия была собрана. А в следующие дни стали свидетелями крупнейшие уличные демонстрации в Вене и баррикады в Праге. В битва за всеобщее избирательное право в Австрии была выиграна.

Мы очень часто встречаем западноевропейцев, которые говорят о русской революции как о если события, ход и методы борьбы в этой отсталой стране очень мало похоже на западноевропейские образцы и, следовательно, может вряд ли имеют какое-либо практическое значение.

Нет ничего более ошибочного.

Формы и поводы грядущих сражений в грядущем Европейская революция, несомненно, будет во многом отличаться от форм русской революции.

Тем не менее русская революция - именно из-за ее пролетарский характер в том частном смысле, о котором я говорил, - это пролог к грядущей европейской революции. Несомненно, это грядущая революция может быть только пролетарской революцией, а в печи еще глубокий смысл слова: пролетарская, социалистическая революция также в ее содержание.Грядущая революция покажет в еще большей степени, с одной стороны, только суровые бои, только гражданские войны, могут освободить человечество от ига капитала, а с другой стороны стороны, что только сознательные пролетарии могут и будут руководить подавляющему большинству эксплуатируемых.

Нас не должно вводить в заблуждение нынешняя мрачная тишина в Европа. Европа беременна революцией. Чудовищные ужасы империалистическая война, страдания, вызванные высокой стоимостью жизни повсюду порождают революционное настроение; и правящие классы, буржуазия и его слуги, правительства, все больше и больше уходят в тупик из которого они никогда не смогут выбраться без огромных потрясения.

Как и в России в 1905 году, народное восстание против царской власти правительство началось под руководством пролетариата с целью достижение демократической республики, поэтому в Европе в ближайшие годы именно из-за этой грабительской войны приведет к народным восстаниям руководство пролетариата против власти финансового капитала, против крупные банки против капиталистов; и эти потрясения не могут закончиться иначе, чем с экспроприацией буржуазии, с победой социализма.

Мы, представители старшего поколения, возможно, не доживем до решающих сражений эта грядущая революция. Но я могу, я верю, выразить уверенную надежду что молодежь, которая так хорошо работает в социалистическом движении Швейцарии и всему миру повезет не только бороться, но также и побеждать в грядущей пролетарской революции.


Банкноты

[1] В рукописи этот абзац зачеркнут - Ред. .

[2] В рукописи четыре предыдущих абзаца перечеркнуты. изд. - Ред. .

[3] В рукописи три предыдущих абзаца перечеркнуты. изд. - Ред. .

[4] В рукописи четыре предыдущих абзаца перечеркнуты. изд. - Ред. .

[5] В рукописи это предложение вычеркнуто - Ред. .

[6] Лекция о революции 1905 года была прочитана на немецком языке 9 (22) января 1917 г. на собрании рабочей молодежи Цюрихского народного собрания. Жилой дом.Ленин начал работать над лекцией в последние дни 1916 года. сослался на лекцию в письме В. А. Карпинскому от 7 декабря. (20) с просьбой предоставить литературу по этой теме.


.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *