Рабочее движение в россии в: Рабочее движение в 60-80 годы XIX века. Распространение марксизма в России

Содержание

Рабочее движение в 60-80 годы XIX века. Распространение марксизма в России

Рабочее движение в 60-70 гг. По мере развития промышленности рос пролетариат, пополняясь за счет разорившихся крестьян и кустарей, со временем — детей рабочих. Постепенно формировался отряд кадровых пролетариев. Условия труда и быта рабочих в России были невероятно тяжелыми. Аграрное перенаселение и наличие резервной армии труда обусловливали дешевизну рабочей силы.

Продолжительность рабочего дня в 1860-1870 гг. составляла 13-14 часов, на отдельных производствах до 15-17 часов. Широко применялся женский и детский труд (12-14 часов), оплачиваемый гораздо ниже. Правительственный закон 1882 г. ограничил, но не запретил детский труд. Заработки произвольно устанавливались хозяевами предприятий. Штрафы отнимали 25-40% платы. Ни страхования, ни пенсионного обеспечения не существовало. Рабочие платили за жилье (углы и койки) в перенаселенных фабричных бараках и продукты, которые их вынуждали брать в фабричной лавке.

Невыносимые условия и полное бесправие толкали их на борьбу. В 60-е гг. преобладали неорганизованное и пассивное сопротивление (прошения к администрации, побеги). Но началось и стачечное движение: с 1861 по 1869 гг. в России произошло 63 стачки. Они имели форму бунта: бастующие ломали оборудование, избивали администраторов.

В 70-х гг. борьба активизировалась: с 1870 по 1879 гг. — 326 стачек. Особо известна стачка на Невской бумагопрядильной фабрике в Петербурге (1870 г.). Отказ повысить зарплату привел к полной остановке предприятия. Власти подали на забастовщиков в суд, но там открылась столь ужасная картина эксплуатации, что приговоры оказались минимальными: несколько дней ареста. Крупной была и стачка на Кренгольмской мануфактуре в Нарве в 1872 г. (6 тыс. стачечников), подавленная войсками.

Первые рабочие организации. Первой из них в России стал «Южнороссийский союз рабочих» (организован в 1875 г. в Одессе революционером-интеллигентом Заславским). Устав «Союза» воспринял некоторые положения документов 1 Интернационала, но не был свободен от народнических взглядов. В задачи «Союза» входили «пропаганда идей освобождения рабочих из-под гнета капитала» и «борьба с установившимся экономическим и политическим порядком». Ядро организации составляли 60 рабочих и около 200 сочувствующих. В декабре 1875 г. “Союз” был разгромлен полицией, 15 его участников, включая Заславского, преданы суду.

В 1878 г. в Петербурге возник «Северный союз русских рабочих» — около 200 членов и столько же сочувствующих. Руководители — Обнорский и Халтурин. В нелегальной программе «К русским рабочим» выдвигались требования политической борьбы с «существующим политическим и экономическим строем», ликвидация сословности, введение обязательного и бесплатного обучения, ограничение рабочего времени, запрещения детского труда, обеспечения свободы слова, печати, собраний. «Северный союз» попытался издавать нелегальную газету (первый и единственный номер «Рабочей зари»). В 1879 г. он прекратил свое существование. Обнорский был арестован, Халтурин примкнул к «Народной воле», занявшейся террором.

Рабочее движение в 80-е гг. еще более усилилось. С 1880 по 1884 г. произошла 101 стачка (99 тыс. рабочих), в 1885 — 1889 гг. — 221 стачка (223 тыс. рабочих). Центры движения — Петербургский и Центральный промышленные районы, но включились и рабочие других районов, национальных окраин.

Широко известны события на фабрике Морозова в Орехово-Зуеве (январь 1885 г.). Здесь была изощренная система штрафов, а зарплата рабочих в 1882- 1884 гг. снижалась 5 раз. Когда ее вновь снизили (на 25 %), началась стачка. После разгрома фабричной лавки, квартир администрации стачка усилиями руководителей (Моисеенко, Волков) стала организованной. Среди требований особенно важным было о государственном контроле за зарплатой и условиями найма на работу. Последовала вооруженная расправа. Суд оправдал 33 рабочих, поскольку открылись факты чудовищного притеснения.

Широкой размах стачечного движения в России заставил правительство в 80-90 гг. издать ряд законов, регламентирующих условия труда женщин и детей, взимание штрафов (должны использоваться на нужды рабочих), выплату зарплаты и увольнения; введена фабричная инспекция.

Распространение марксизма в России. Знакомство с марксизмом в России началось в середине XIX в., а интерес возрос в 60-70 гг. в связи с образованием 1 Интернационала. В 1870 г. была создана Русская секция Интернационала. В 1872 г. Лопатин перевел на русский язык 1 том «Капитала» Маркса. Однако широко распространяется марксизм в России в 80-90-е гг. В конце 1883 г. в Женеве возникла первая марксистская организация — группа «Освобождение труда» (Плеханов, Аксельрод, Засулич, Дейч, Игнатов — бывшие участники «Земли и воли» и «Черного передела»). Группа переводила на русский язык и распространяла сочинения Маркса и Энгельса, издавала книги Плеханова. В своих произведениях Плеханов критикует народничество, доказывая, что капитализм в России уже победил, крестьянская община не может быть «ячейкой социализма», Россия стоит перед буржуазно- демократической революцией.

Взгляды Плеханова легли в основу программы «Освобождения труда». Конечной целью объявлялась замена капитализма социализмом. Ближайшая цель — буржуазно-демократическая революция. Руководящая роль отводилась пролетариату и его партии. Союзником пролетариата в революции группа считала не крестьянство, а буржуазию.

В 80-х — начале 90-х гг. в России появился ряд марксистских групп. В 1883-1885 гг. в Петербурге независимо действовали кружки Благоева и Точисского. В 1889 г. здесь появилась группа Бруснева, создавшая около 20 рабочих кружков. Подпольщики изучали марксизм, пропагандировали его, распространяли нелегальную литературу, пытались издавать газету и проводить политические демонстрации. Но их было мало, они не имели прочных связей с рабочими. С одним из подобных кружков в Казани (Федосеева) был связан молодой Ленин.

Рекомендуем прочитать:

Конспект по истории России

Рабочее движение и появление марксизма — Российская Империя

Рабочее движение и появление марксизма

Развитие промышленности в России во II половине XIX в. вело к оформлению двух основных классов буржуазного общества: буржуазии и пролетариата. В течение последней трети XIX в. численность рабочих в России увеличилась втрое и к 1900 г. составила ок. 3 млн. человек. Пролетариат — класс наемных рабочих, лишенных собственности на орудия и средства производства. Источники пополнения российского пролетариата — беднейшее крестьянство и разорившиеся ремесленники-кустари. Отрыв крестьян от земли происходил медленно. Страхования от болезней и несчастных случаев тогда не существовало, пенсий тоже не было. Земельный надел в родной деревне рабочий считал единственной своей страховкой.

Российский пролетариат был, несомненно, самой обездоленной частью населения. Эксплуатация его долгое время не ограничивалась никакими юридическими нормами. На фабриках, работавших в одну смену, рабочий день доходил до 14-15 часов, на предприятиях с двухсменным режимом он составлял 12 часов. Широко использовался труд женщин и подростков.

Заработная плата рабочих в России была в 2 раза ниже, чем в Англии, в 4 раза ниже, чем в США. Администрация штрафовала рабочих за малейшие провинности. На большинстве фабрик заработная плата выдавалась нерегулярно или с большими интервалами — на Рождество, Пасху, Покров. До очередной получки рабочий вынужден был брать продовольствие в кредит в фабричной лавке — порой неважного качества и по высоким ценам.

Рабочие жили в казармах при предприятиях. Часть казарм отводилась под общие спальни, часть разгораживалась на каморки. На нарах в общих спальнях располагались на ночлег взрослые и дети, мужчины и женщины. Только к концу века для мужчин и женщин стали выделяться отдельные спальни. Каморки отводились для семейных рабочих. Для каждой семьи отдельной каморки не хватало. Чаще жили по две семьи в одной каморке, а то и больше. Лишь высококвалифицированные рабочие, постоянно жившие в городе, имели возможность снять квартиру или купить собственный домик.

Рабочее движение уже в самом начале обратило на себя внимание некоторых представителей революционно настроенной интеллигенции. Первыми революционную пропаганду среди рабочих начали народники. В 1875 г. в Одессе была создана первая самостоятельная рабочая организация «Южнороссийский союз рабочих». Основателем организации был Е.О. Заславский. «Союз» находился под влиянием идей народничества. Был принят устав «Союза», который предусматривал «пропаганду идеи освобождения рабочих из-под гнета капитала и привилегированных классов». «Южнороссийский союз рабочих» был малочисленным и просуществовал недолго В 1878 г. в Петербурге разрозненные кружки рабочих объединились в единую организацию — «Северный союз русских рабочих”. Возглавляли организацию В.П. Обнорский и С.Н. Халтурин. Программой этой организации ставилась задача борьбы за политические свободы и социальное переустройство. Организация была разгромлена. В 1879 г. Обнорский был арестован.

Промышленный кризис начала 80-х гг. с особой силой ударил по текстильной промышленности. Хозяева стали сокращать производство, увольнять рабочих. Снижалась заработная плата, увеличивались штрафы. Но вскоре обнаружилось, что рабочие вовсе не обладали тем бесконечным терпением, каким отличались крестьяне. Те же самые люди на фабрике вели себя иначе, чем в деревне, где их сковывали отцовская власть и патриархальные традиции. Крестьянин приносил с собой на фабрику накопившееся в деревне недовольство, здесь оно возрастало еще больше и прорывалось наружу.

Тяжелые условия труда и быта порождали протест, выражавшийся прежде всего в стачках. Если в 60-е годы XIX века было зафиксировано всего 51 выступление рабочих, то в 70-х гг. число стачек возросло до 326, а в 80-х гг. — уже до 446.

Первые забастовки, очень похожие на бунты, начались еще в 70-е годы. Наиболее значительными были стачки на Невской бумагопрядильне в мае 1870 г., на Кренгольмской мануфактуре в Нарве в 1872 г. и т.д. В 1880 г. произошла стачка на Ярцевской мануфактуре купцов Хлудовых в Смоленской губернии. Бросив работу, ткачи побили стекла на фабрике. В Ярцево были вызваны войска. В последующие годы волнения произошли в Московской губернии, в Ярославле и Петербурге. 1885 год начался знаменитой Морозовской стачкой.

Никольская мануфактура Тимофея Морозова (близ Орехово-Зуева) была самой крупной хлопчатобумажной фабрикой в России. На ней трудилось около 8 тыс. рабочих. С наступлением кризиса на мануфактуре пять раз снижалась заработная плата. Резко возросли штрафы, доходившие до 24 коп. с заработанного рубля. Руководителями стачки стали Петр Моисеенко и Василий Волков. Моисеенко был родом из этих мест, работал в Петербурге, участвовал в нескольких стачках. После одной из них его сослали в Сибирь. Затем он работал на Никольской мануфактуре. Молодой ткач Волков выдвинулся как рабочий вожак в ходе выступления.

Стачка началась утром 7 января. Руководителям не удалось удержать от самоуправства забастовавших ткачей. Толпа начала громить квартиры директора и некоторых мастеров, а также продовольственную лавку. К ночи того же дня в Орехово-Зуево прибыли войска.

На фабрику приехал губернатор. Из толпы, окружившей главную контору, вышел Волков и представил заранее выработанные требования. Речь шла о повышении заработной платы и упорядочении штрафов. Рабочие требовали, чтобы администрация предупреждала об увольнении за 15 дней. Во время переговоров Волкон был арестован. Негодующая толпа бросилась его освобождать. Произошла схватка с воинским караулом. Полиция произвела новые аресты. Многих рабочих выслали в свои деревни. Под воздействием репрессий стачка пошла на убыль. Схватили и Моисеенко. 18 января стачка закончилась.

Состоявшийся в следующем году суд над 33 стачечниками привлек внимание всей страны. Прокурор выдвинул против них обвинения по 101 пункту. Присяжные заседатели, убедившись, сколь безобразны были порядки на фабрике Морозова признали подсудимых невиновными по всем пунктам. Консервативная газета “Московские ведомости” назвала этот вердикт “101 салютационным выстрелом в честь показавшегося на Руси рабочего вопроса”. Моисеенко был выслан в Архангельскую губернию в административном порядке. Требования рабочих были удовлетворены.

Стачки 1870-1890-х годов были еще очень разрозненными. Участники той или иной стачки боролись только за то, чтобы изменить положение на своем предприятии. Выдвигаемые требования носили исключительно экономический характер: повышение заработной платы, улучшение условий труда и жизни и т.п. Единого рабочего движения не существовало.

Под влиянием растущего рабочего движения был издан ряд фабричных законов для упорядочения отношений между фабрикантами и рабочими. В 1882 г. был издан закон об ограничении работы малолетих, для контроля за условиями труда рабочих вводятся фабричные инспекции, в 1885 г. был издан закон о запрещении ночной работы для подростков и женщин. 3 июня 1886 г. под непосредственным влиянием Морозовской стачки был издан закон о штрафах (штрафы не должны были превышать трети заработной платы, а штрафные деньги должны были использоваться только на рабочие нужды). В 1897 году был издан закон об ограничении рабочего времени (максимальная продолжительность дня — 11,5 часов).

В 1886 г. правительство приняло закон, по которому участие в забастовке каралось арестом сроком до месяца. Предпринимателям же запрещалось налагать штрафы сверх установленного размера. Контроль за исполнением закона возлагался на фабричную инспекцию.

Издание закона не остановило стачечную борьбу. Забастовки вспыхивали то в Петербурге, то в Твери, то под Москвой, по-прежнему сопровождаясь погромами и изгнанием особо ненавистных управляющих. Очевидец сообщал, что во время стачки на Хлудовской мануфактуре в Рязанской губернии речка Гуслянка едва не вышла из берегов, заваленная мотками пряжи. Чуть ли не каждая крупная стачка заканчивалась столкновениями с властями, которые всегда становились на сторону хозяев. Лишь с наступлением промышленного подъема в 1893 г волнения рабочих постепенно улеглись.

Новым важным фактором русской общественной жизни стало появление марксизма, тесно связанного с формированием промышленного пролетариата и ростом рабочего движения. Жестокие удары и разочарования, которые испытали революционные народники на рубеже 70 — 80-х годов, заставили их многое переосмыслить и переоценить. Некоторые из них начинали испытывать разочарование в революционных возможностях крестьянства, осознавать тот идейный кризис, который в начале 1880-х гг. переживало народничество и пытаться найти выход в полной переоценке ценностей. Взоры вчерашних “деревенщиков” обращались в сторону рабочего класса. Тем более, что социалистическое движение на Западе в это время приняло марксистскую окраску.

Одним из первых русских марксистов стал Г.В. Плеханов, в прошлом — бакунист и руководитель “Черного передела”. К нему примкнули другие члены этой организации — В.Н. Игнатов, В.И. Засулич, Л.Г. Дейч и П.Б. Аксельрод. В 1883 г., собравшись в Женеве, они объединились в группу “Освобождение труда”. Через два года состав группы стал меньше: Дейч был задержан германской полицией и выдан русским властям, а молодой Игнатов умер от туберкулеза. Плеханов, бесспорный руководитель группы, оказался и основным ее работником. Основные цели группы: распространение идей марксизма в России, критика народничества, анализ вопросов русской жизни с позиций марксизма.

Группа «Освобождение труда» пришла к следующим выводам. Пореформенная Россия движется по капиталистическому пути, а это неизбежно должно привести к полному разложению общины. Таким образом, надежды народников на торжество «общинного социализма» не имеют основания. Зато за счет разоряющегося крестьянства будет расти и крепнуть пролетариат. Именно он может и должен привести Россию к социализму, установив свою диктатуру и проведя необходимые преобразования во всех сферах жизни. Для этого необходимо придать пролетарскому движению нужное направление, внести в него научно разработанную идеологию, вооружить единой программой действий. Подобные задачи может осуществить только революционная, проникнутая духом марксистского учения интеллигенция. Но чтобы такая интеллигенция появилась, необходимо отвоевать кадры для нее в идейной борьбе, прежде всего — у народников, как либеральных, так и революционных.

Главную свою задачу группа “Освобождение труда” видела в пропаганде марксизма в России и сплочении сил для создания рабочей партии. С этой целью Плеханов и Засулич переводят на русский язык важнейшие труды К. Маркса, Ф. Энгельса и их последователей (справедливости ради надо признать, что они не были первыми переводчиками Маркса — его “Капитал” еще в 1872 г. перевел Г.Д. Лопатин) и создают свои оригинальные труды, в которых с марксистских позиций анализируют положение в России. Группе удалось наладить издание “Рабочей библиотеки”, составлявшейся из научно-популярных и агитационных брошюр. По мере возможности они переправлялись в Россию.

Особенно важную роль в распространении марксизма сыграли книги Г.В. Плеханова «Социализм и политическая борьба” (1883) и «Наши разногласия» (1885). Резко критикуя основные постулаты народнической идеологии, упорно доказывая преимущества марксизма, Плеханов и его соратники стремились увлечь за собой хотя бы часть революционно настроенной общественности.

В первой из них он решил рассчитаться со своим народническим прошлым. Вопреки Бакунину, а отчасти и Чернышевскому, Плеханов заявил, что борьба за социализм включает в себя и борьбу за политические свободы и конституцию. Также вопреки Бакунину, он считал, что ведущей силой в этой борьбе будут промышленные рабочие. Плеханов полагал, что между свержением самодержавия и социалистической революцией должен быть более или менее длительный исторический промежуток. Он предостерегал от “социалистического нетерпения”, от попыток форсирования социалистической революции. Самым печальным их последствием, писал он, может стать установление “обновленного царского деспотизма на коммунистической подкладке”(!!!).

Ближайшей целью русских социалистов Плеханов считал создание рабочей партии. Он призывал не запугивать либералов “красным призраком социализма”. В борьбе с самодержавием рабочим потребуется помощь и либералов, и крестьян. Правда, в этой же работе “Социализм и политическая борьба” присутствовал тезис о ”диктатуре пролетариата” сыгравший весьма печальную роль в социалистическом движении и судьбе России.

В другой работе, “Наши разногласия”, Плеханов попытался объяснить российскую действительность с марксистской точки зрения. Вопреки народникам, он считал, что Россия уже бесповоротно вступила в период капиталистического развития. В крестьянской общине, доказывал он, давно нет былого единства, она раскалывается на “красную и холодную стороны” (на богатеев и бедняков), а потому не может быть основой для построения социализма. В перспективе — полный распад и исчезновение общины. Работа “Наши разногласия” стала значительным событием в развитии русской экономической мысли и в общественном движении, хотя Плеханов явно недооценил жизнестойкость крестьянской общины.

Появление в России первых марксистских работ Плеханова вызвало взрыв возмущения среди убежденных народников. Плеханова обвиняли в “отступничестве”, “оскорблении святыни”, переходе “на службу реакции”. Устраивались даже торжественные сожжения его книг.

Тем не менее, один за другим в России стали появляться марксистские кружки. Один из первых, под руководством болгарского студента Димитра Благоева, возник в 1883 г. — почти одновременно с группой «Освобождение труда». Между ними установилась связь. Члены благоевского кружка — петербургские студенты — начали пропаганду среди рабочих. В 1885 г. Благоева выслали в Болгарию (в связи с разрывом русско-болгарских отношений), но его группа просуществовала еще два года. В 1889 г. среди студентов Петербургского технологического института возникла другая группа, которую возглавил М.И. Бруснев.

Слабой стороной всех этих кружков была их слабая связь с рабочими, т.е. с теми, кто и должен, по Марксу, стать главной действующей силой будущей революции.

В 1888 г марксистский кружок появился и в Казани. Его организатором был 17-летний Н.Е. Федосеев, исключенный из гимназии за политическую неблагонадежность. Осенью 1888 г. в кружок Федосеева впервые пришел бывший студент В.И. Ульянов…

В.И. Ульянов (Ленин) родился в Симбирске (ныне Ульяновск) в семье инспектора народных училищ И.Н. Ульянова. Многодетная семья была счастлива и вполне благополучна до 1886 г., когда внезапно умер отец. С этого времени несчастья преследовали эту семью. В том же 1886 г. старший сын Александр, студент Петербургского университета, вместе с несколькими товарищами начал готовить покушение на царя. В марте 1887 г. они были арестованы, не совершив задуманного дела и повешены. Владимир (второй сын в семье) в это время заканчивал гимназию. Известны (и канонизированы официальной советской историей) его слова: “Нет, мы пойдем не таким путем. Не таким путем надо идти!”. Неясен, правда, смысл этих слов. О марксизме он тогда не мог иметь представления. Скорее всего, видя горе матери, он зарекался от революционного пути. Тем более, что по его собственным воспоминаниям до этого события он был тихим, прилежным и очень религиозным мальчиком. Однако, казнь обожаемого старшего брата перевернула всю его дальнейшую жизнь.

Осенью 1887 г. В. Ульянов поступил на юридический факультет Казанского университета, но проучился недолго. В декабре он участвовал в студенческой сходке. Многих, кто был на ней, исключили из университета и выслали из города — в том числе и первокурсника Ульянова. После недолгой ссылки в родовое имение семьи своей матери — село Кокушкино Владимир Ульянов вернулся в Казань и подал прошение о восстановлении университете. О том же хлопотала и его мать. Многих участников сходки восстановили, но ходатайства Ульянова вызывали настороженное отношение (брат повешенного террориста!). В.И. Ульянов просил о разрешении выехать за границу для продолжения образования — и вновь получил отказ. Со времени исключения из университета и до 1891 г. В.И. Ульянов не имел определенных занятий. В это тяжелое для него время, чувствуя себя отверженным, пришел он в кружок Федосеева. Марксистское учение сразу привлекло молодого человека. Он вскоре понял, что оно несет в себе такой заряд, который способен взорвать весь этот несправедливый мир.

В 1891 г. В.И. Ульянову наконец, разрешили держать экзамены экстерном на юридическом факультете Петербургского университета. Получив университетский диплом, он занял должность помощника присяжного поверенного в Самарском окружном суде. Здесь он вел мелкие уголовные и гражданские дела, не получая удовлетворения от службы (не выиграл ни одного дела!). Продолжал ходить и на собрания марксистов, постепенно втягиваясь в подпольную работу.

Юридическое образование, полученное наспех, экстерном, почти не отразилось ни на взглядах В.И. Ульянова, ни на его сочинениях. Наоборот, верный последователь Чернышевского, он с презрением относился к “буржуазному” праву, “буржуазным” конституциям. Гражданские свободы он ценил лишь за то, что они дают возможность беспрепятственно вести социалистическую пропаганду.

В 1893 г. В. И. Ульянов перевелся из Самары в Петербург на такую же должность, но здесь не вел ни одного дела. Отныне все свои силы он отдавал организации марксистского движения, пропаганде среди рабочих и полемике с народниками. В ходе борьбы с народничеством В.И. Ульянов вольно или невольно позаимствовал многие его черты. Он никогда не скрывал своего восхищения перед народ­овольцами, перед их организацией, отлаженной и четко действовавшей. Его мечтой было создание дисциплинированной и сплоченной партии, ведущей за собой миллионную армию пролетариата, который, в свою очередь, увлечет за собой крестьянство. Через народовольцев его идейное родство тянется к Ткачеву, а через него — к Нечаеву.

Первые шаги к созданию сильной и централизованной организации В И. Ульянов предпринял в 1895 г. Он выезжал за границу, где встречался с Плехановым. Осенью того же года он участвовал в создании в Петербурге на базе нескольких мелких кружков общегородского “Союза борьбы за освобождение рабочего класса”. “Союз” стал самой многочисленной из всех прежде существовавших социал-демократических (марксистских) организаций. Его создание стало важной вехой в истории русского марксизма. По сравнению с кружками «Союз борьбы» представлял собой организацию нового типа: значительно более многочисленную, дисциплинированную, обладавшую четкой, хорошо продуманной внутренней структурой. В его руководство входили В И. Ульянов, Г.М. Кржижановский, Н.К. Крупская, Ю.О. Мартов (Цедербаум) и др. Руководящему центру были подчинены районные группы, а им рабочие кружки. Поддерживались связи со многими заводами. Издавались листовки, готовился первый номер газеты.

Однако в ночь с 8 на 9 декабря 1895 года полиция арестовала 57 членов “Союза”, в т.ч. и Ульянова. В 1897 г. он был сослан в Сибирь — в село Шушенское Енисейской губернии (где, впрочем, жил весьма свободно). Петербургский “Союз борьбы” продолжал действовать. Апогеем его деятельности стало руководство в 1896 г. грандиозной стачкой рабочих-текстильщиков, охватившей 19 фабрик. Таким образом, именно «Союзу борьбы» впервые удалось возглавить борьбу рабочих и повести их за собой. 

wiki.304.ru / История России. Дмитрий Алхазашвили.

Рабочее движение. История России с древнейших времен до конца XX века

Читайте также

§ 30. РАБОЧЕЕ ДВИЖЕНИЕ И МАРКСИЗМ

§ 30. РАБОЧЕЕ ДВИЖЕНИЕ И МАРКСИЗМ Рабочее движение. На рубеже 70 – 80-х гг. XIX в. главными центрами рабочего движения стали Петербург и Центральный промышленный район. В мае 1870 г. в Петербурге на Невской бумагопрядильной фабрике произошла крупная стачка. Рабочие потребовали

§ 31. РАБОЧЕЕ И РЕВОЛЮЦИОННОЕ ДВИЖЕНИЕ В ЦАРСТВОВАНИЕ АЛЕКСАНДРА III

§ 31. РАБОЧЕЕ И РЕВОЛЮЦИОННОЕ ДВИЖЕНИЕ В ЦАРСТВОВАНИЕ АЛЕКСАНДРА III ОСОБЕННОСТИ РАБОЧЕГО ДВИЖЕНИЯ. Организаторы и исполнители убийства Александра II 1 марта 1881 г. были приговорены к смертной казни. Через год власти разгромили военную организацию «Народная воля», выданную

§ 3. Русский марксизм и рабочее движение

§ 3. Русский марксизм и рабочее движение Положение фабричных рабочих. Пореформенная эпоха стала временем создания нового класса общества — потомственных пролетариев. Исследователь быта русских рабочих врач-гигиенист Ф. Ф. Эрисман свидетельствовал, что «прядильные и

Рабочее движение 60-х — начала 90-х годов XIX в.

Рабочее движение 60-х — начала 90-х годов XIX в. Развитие капитализма в России ускорило формирование рабочего класса, ряды которого быстро пополняли разорявшиеся беднейшие крестьяне пореформенной деревни и не выдерживавшие конкуренции кустари одиночки. Положение русского

Рабочее и социал-демократическое движение

Рабочее и социал-демократическое движение В условиях индустриализации динамично увеличивалась численность рабочего класса. В 1895 г. во всех секторах экономики было занято 12,8 млн, а 1907 г. — 17,8 млн рабочих. Особенно быстро росла численность рабочих в промышленности и

Социалистическое рабочее движение

Социалистическое рабочее движение Благодаря процессу либерализации в сфере предпринимательства в 1862 г. «независимые (от цехов) наемные работники» лишились дотоле весьма эффективных средств координации своих действий в борьбе за повышение заработной платы и улучшение

§ 8. Рабочее движение накануне революции 1905 г.

§ 8. Рабочее движение накануне революции 1905 г. Таким образом, к началу девятисотых годов революционное движение Белоруссии получило широкое развитие, оно успело изжить те враждебные направления, которые выдвигались в нем изнутри и те, которые выдвигались внешней силой.

Рабочее движение

Рабочее движение Развитие капитализма в России период проходило в «диких» формах. Не было рабочего законодательства, продолжительность рабочего дня не регламентировалась, не соблюдалась техника безопасности, условия труда и быта рабочих находились на крайне низком

1. РАБОЧЕЕ ДВИЖЕНИЕ Забастовки 80-х годов

1. РАБОЧЕЕ ДВИЖЕНИЕ Забастовки 80-х годов В 80-е г. в России разразился глубокий разрушительный промышленный кризис, в результате которого резко ухудшилось положение рабочего класса. Заводчики и фабриканты не останавливались перед массовыми увольнениями рабочих, снижали

44. Рабочее движение 70–90-х годов. В. И. Ленин

44. Рабочее движение 70–90-х годов. В. И. Ленин Первые рабочие союзы. Ещё при царе Александре II рабочие начали борьбу с капиталистами.Рабочие сообща предъявляли хозяину фабрики или завода требования об улучшении своего положения и отказывались начинать работу, пока хозяин

Рабочее и массовое движение в 40-е годы

Рабочее и массовое движение в 40-е годы Буржуазные историки обычно преуменьшают политическое значение забастовочного движения в 30-40-х годах XIX в. Так, например, Октав Фести пришел к выводу, будто бы «ни республиканцы, ни коммунисты» не играли роли в подготовке стачек[364].Но

Министерство Бриана и рабочее движение

Министерство Бриана и рабочее движение Сменивший Клемансо на посту премьер-министра Аристид Бриан (1862–1932) начал свою политическую деятельность в рядах социалистов и выдвинулся как ярый пропагандист всеобщей стачки. В. И. Ленин справедливо писал о Бриане: «Он изменил

2. МАССОВОЕ РАБОЧЕЕ ДВИЖЕНИЕ

2. МАССОВОЕ РАБОЧЕЕ ДВИЖЕНИЕ Деятельность Советов рабочих депутатов. Большевики Украины, руководствуясь решениями Апрельской конференции, развернули активную работу по политическому воспитанию масс, сплочению их вокруг лозунгов партии. Усилив политическую

Л. Н. Толстой и современное рабочее движение{33}

Л. Н. Толстой и современное рабочее движение{33} Русские рабочие почти во всех больших городах России уже откликнулись по поводу смерти Л. Н. Толстого и выразили, так или иначе, свое отношение к писателю, который дал ряд самых замечательных художественных произведений,

Ликвидаторы и Латышское рабочее движение

Ликвидаторы и Латышское рабочее движение Недавнее решение всех организованных латышских рабочих, осудившее ликвидаторство и поддержавшее марксистскую линию, нанесло решительный удар «Августовскому блоку», показав, что все пролетарские элементы рано или поздно рвут с

Октябристы{43} и рабочее движение

Октябристы{43} и рабочее движение Современный политический момент в России представляет особенный интерес. Переговоры кадетов, прогрессистов{44} и октябристов о совместной «оппозиционной» тактике в Думе, с одной стороны, рабочее движение, с другой, свидетельствуют не

Рост рабочего движения в России (80-е

После казни царя народовольцами в России установился режим террора, полицейских преследований, беспощадного подавления революционного движения. На престол вступил сын Александра II —   Александ III (1881 — 1894) — человек ограниченный, «ниже среднего ума, ниже средних способностей и ниже среднего образования», как говорили о нем даже близкие ему люди. Он был крайним реакционером. От своих министров он требовал, чтобы они «не задавались бы несбыточными фантазиями и паршивым либерализмом». Буржуазные реформы 60-70-х годов казались ему слишком либеральными. Некоторое время правительство выжидало: оно боялось развертывания событий, однако, убедившись в слабости революционного движения, перешло к открытой реакции. В своем манифесте царь заявил, что он всеми силами будет охранять самодержавную власть «от всяких на нее поползновений».

Прежде всего самодержавие сурово расправилось с народовольцами. С помощью шпионажа и полицейских провокаций правительству удалось разгромить «Народную волю». Для усиления борьбы с революционным движением были расширены права правительственной администрации. Губернатору предоставлялось право без суда и следствия арестовывать, предавать военному суду или высылать из губернии неблагонадежных лиц, закрывать промышленные предприятия и учебные заведения. Полиция стала всемогущей силой, ее произвол ничем не ограничивался.

Царь заявил волостным старшинам — представителям крестьян: «следуйте совету и руководству ваших предводителей дворянства и не верьте вздорным слухам о переделах земли, даровых прирезках… всякая собственность должна быть неприкосновенной». Правительство принимало меры по ограничению свободы крестьян. царские законы затруднили выход из общины и раздел имущества. Беспощадно преследовалась демократическая печать.

Реакционная политика проводилась и в области просвещения:

  • было уменьшено количество учебных заведений, р
  • езко ограничен прием в университеты,
  • повышена плата за обучение.

Специальное распоряжение, получившее название «циркуляра о кухаркиных детях», запрещало принимать в гимназии «детей кучеров, лакеев, поваров, прачек, мелких лавочников».

 

Положение и борьба рабочих

В 80-е годы завершается процесс формирования промышленного пролетариата как самостоятельного класса капиталистического общества. Его численность в пореформенные десятилетия выросла более чем вдвое. Жизнь рабочих была чрезвычайно тяжелой:

  • рабочий день не был установлен законом и продолжался обычно не менее 12-14 часов в сутки; 
  • нищенская заработная плата постоянно урезывалась различными штрафами, которые по своему усмотрению вводили на своих предприятиях фабриканты и заводчики;
  • жилищные условия были поистине ужасными — рабочие жили в землянках, бараках, казармах.

Зачастую фабриканты выдавали зарплату заборными талонами, по которым рабочие получали продукты в заводских лавках по произвольно назначенным хозяином ценам. По отношению к рабочим царил произвол как хозяев, так и местных властей. Таков далеко не полный перечень всех невзгод, которые выпадали на долю пролетариев.

 Периодические неурожаи и голодовки особенно тяжело отражались на положении рабочих, так как они не имели никакого подсобного хозяйства. Особенно страшен был голод 1891-1892 гг., охвативший центральные губернии европейской России. Он сопровождался массовыми эпидемиями, погубившими огромное количество людей.

Между тем рабочий класс стал значительной силой, он все активнее поднимался на борьбу со своими поработителями. Еще в 70-х годах в России произошло несколько крупных стачек, главным образом в Петербурге и его окрестностях. В 80-е годы рабочее движение становится более массовым, распространяясь на различные районы россии.

 

Рабочие вожаки 

В рабочей среде вырастали талантливые организаторы, которые пользовались большим авторитетом. Такими были

  • П. А. Моисеенко
  • Д. С. Волков 
  • Л. И. Абраменков…

Петр Моисеенко был потомственным рабочим. Тринадцатилетним подростком он пришел на текстильную фабрику. Он хорошо знал жизнь, нужды и настроения рабочих. еще молодым он стал участвовать в революционных кружках, стачках. был членом «северного союза русских рабочих», за что подвергся аресту и ссылке в сибирь. После возвращения из ссылки он в 1885 г. возглавил знаменитую морозовскую стачку.

Лука Абраменков — друг и соратник Моисеенко, руководивший вместе с ним морозовской стачкой, прошел суровую школу революционной борьбы. За его плечами были также участие в стачках, царская тюрьма и ссылка.

Основной формой борьбы рабочих в 80-х годах являлась стачка, или, как еще ее называют, забастовка.  Это — чисто пролетарская форма борьбы. В стачечном движении участвовали десятки тысяч рабочих.

 

Морозовская стачка 1885г

Наиболее значительной была Морозовская стачка 1885г. (на фабрике Морозова в местечке Никольском близ Орехово-Зуева). На этой фабрике работало 8 тыс. рабочих. Доведенные до отчаяния многократным понижением заработной платы, бесконечными вычетами и штрафами, бессовестным обманом в хозяйской продовольственной лавке, рабочие бросили работу. Они разгромили контору, фабричную лавку, квартиру особенно ненавистного им мастера Шорина. Стачка вначале имела характер стихийного бунта. Однако руководителям рабочих — Моисеенко, Волкову и Абраменкову — удалось прекратить погром и направить борьбу в более организованное русло. На своих собраниях рабочие выработали требования к администрации: повысить заработную плату, упорядочить штрафы-, обеспечить прием выработанного товара при свидетелях, что было бы своеобразной формой рабочей инспекции. Стачечники требовали также, чтобы администрация предупреждала рабочих об увольнении за 15 дней, оплатила дни стачки как рабочее время. Забастовавших рабочих морозовской мануфактуры поддержали рабочие соседних текстильных предприятий. Они также прекратили работу и предъявили требования фабрикантам. Морозовская стачка стала событием всероссийского значения.На подавление стачки прибыл сам губернатор с большой воинской командой. Депутаты от рабочих, которым губернатор обещал неприкосновенность, предъявили ему требования стачечников.  «Мы полуголодные ходим,- заявили рабочие. — Хотим работать и пойдем, но дайте нам возможность кормить семейства»

Особенно настойчиво они требовали прекратить произвольное штрафование, которое отнимало значительную часть зарплаты. «Хозяин не должен производить чрезмерных штрафов, которыми обременяет своих рабочих. мы, рабочие, требуем и просим, чтобы штрафы не превышали 3% с заработного рубля». Но губернатор вероломно нарушил свое обещание.

Депутаты, в том числе Волков, были окружены казаками и арестованы. Рабочие попытались освободить своих депутатов. Произошла рукопашная схватка с войсками. По приказу царя началось подавление забастовки. Полиция произвела массовые аресты. Свыше 800 рабочих были высланы с фабрики в административном порядке, 33 человека преданы суду.

На суде раскрылась потрясающая картина жизни рабочих, их нищеты и бесправия. «Когда мы читаем книгу о чернокожих невольниках, возмущаемся,- говорил один из адвокатов,- но теперь перед нами белые невольники». Суд над рабочими Морозовской мануфактуры привлек внимание всей России. В различных слоях населения высказывалось сочувствие рабочим, требование привлечь к ответственности фабриканта за вопиющие злоупотребления.

Присяжные вынесли оправдательный приговор. Александр III был возмущен решением суда. По его приказу руководители стачки были снова арестованы и сосланы в административном порядке.

Морозовская стачка имела историческое значение. Она показала и рабочим и буржуазии, что сплоченные и организованные рабочие представляют серьезную силу. «Эта громадная стачка,- писал Ленин,- произвела очень сильное впечатление на правительство, которое увидало, что рабочие, когда они действуют вместе, представляют опасную силу, особенно когда масса совместно действующих рабочих выставляет прямо свои требования» (Соч., т .2, стр. 23).

 

Рабочее движение второй половины 80-х годов.

Морозовская стачка оказала большое влияние на развитие рабочего движения во всей России. Непосредственным откликом на нее были многочисленные стачки в центральных губерниях страны. Во второй половине 80-х годов рабочее движение продолжало неуклонно нарастать; в борьбу включились рабочие транспорта, металлургических, машиностроительных предприятий. В 1885 г. было 58 забастовок. С каждым годом размах рабочего движения нарастал, классовая борьба пролетариата становилась все более упорной и массовой. В 1887 г. бастовали рабочие 83 предприятий. Особенно крупной была стачка рабочих Шуи, охватившая 6 тыс. человек. В 1889 г. остановили работу почти все ткацкие фабрики Иваново-Возне-сенска и Шуи. В Иваново-Вознесенске в ответ на увольнение 1700 рабочих забастовало 10 тыс. человек.

Рабочее движение развивалось не только в центре России, но и в Сибири, на Урале, в Польше, Белоруссии,, на Украине.

Однако выступления рабочих были еще стихийными, неорганизованными, часто принимали характер бунта, сопровождались поломкой машин и разгромом фабричных лавок. Рабочие выдвигали, как правило, только экономические требования. Но с каждой стачкой, с каждым годом росли политическая сознательность, организованность и пролетарская солидарность рабочих.

Под давлением рабочего движения правительство вынуждено было пойти на некоторые уступки.

Фабричные законы 80-90-х годов несколько упорядочили условия труда женщин и детей. Была введена фабричная инспекция для наблюдения за условиями жизни рабочих и улаживания конфликтов с администрацией, упорядочен наем, выплата заработной платы, увольнение и штрафование рабочих (штрафные деньги должны были идти на выдачу пособий рабочим по нетрудоспособности) и т. д. Однако положение рабочих оставалось крайне тяжелым, а преследования за участие в стачках стали еще более жестокими.

  • < Рабочее движение 70-х годов, крах народничества
  • -> Начало распространения марксизма в России, группа «Освобождение труда» >

Классики марксизма о характере рабочего движения в России

Дается анализ высказываний классиков марксизма о характере рабочего движения в России и делается вывод о том, что борьба пролетариата России в XIX — начале ХХ в. не вышла из раннего, революционного этапа рабочего движения в отличие от борьбы рабочего класса более развитых стран Европы и Северной Америки. В этом была причина разногласий В.И. Ленина и реформистских лидеров европейской социал-демократии при определении политических задач пролетариата.

The classics of Marxism on the nature of the labor movement in Russia.pdf Современный рабочий класс России, в отличие от рабочих других индустриальных стран, не представляет собой серьезной политической силы. Он был разобщен, обманут и разгромлен в 1990-е гг. в череде политических и экономических кризисов. За четверть века бывший класс-гегемон так и не нашел своего места в социально-политической структуре новой России. Федерация независимых профсоюзов России заняла место среди самых соглашательских профсоюзов и полностью зависит от правящей партии. Такие организации в дореволюционной России назывались рептильными, т.е. пресмыкающимися перед властью. В значительной мере это произошло вследствие отказа организованного рабочего движения России от социалистической идеи. В связи с этим обращение к характеристике рабочего движения в России классиками марксизма является актуальным в поисках ответа на вопрос: возродится ли в России рабочий класс как самостоятельная политическая сила? Автор не собирается пинать мертвых львов, сводить счеты с историками КПСС. В задачи статьи не входит анализ марксистского учения об исторической миссии пролетариата, взглядов классиков на историю международного рабочего движения в целом. Этому посвящена обширная специальная литература [1-16]. Нет надобности подробно характеризовать эту литературу, однако уклониться от общей оценки нельзя. Значительная доля ее строится на цитировании избранных догматов и не может считаться вполне научной. Изложение марксистского учения о пролетариате в принятом в советской литературе варианте абсолютизации революционности пролетариата чаще всего являлось дежурной обязательной частью исторических трудов, которая служила доказательством лояльности их авторов идеологии правящей партии. Критика марксизма и научный анализ эволюции взглядов классиков марксизма и видных его представителей были по понятным причинам практически исключены. После падения советской власти ретивые критики уже наоборот отказывают К. Марксу и пролетариату в прогрессивной роли [17. С. 17-51]. Полагаю, что нет оснований выбрасывать всю литературу об исторической роли пролетариата на словесную свалку, поскольку сама теория К. Маркса не утратила и не утратит полностью своего значения. Она верна уже потому, что любой класс в период социальной эмансипации революционен и стремится переустроить общество в своих интересах. Эта борьба в итоге совершенствует общественные отношения в целом. Но, признавая это, мы должны признать и другое — революционность рабочего класса не абсолютна, она исчерпывается периодом его социальной эмансипации. Обращение к трудам классиков марксизма позволяет сделать вывод, что революционность рабочего движения они связывали с ранними его этапами. Цель статьи — показать это на примере оценки марксистами рабочего движения в России в XIX — начале ХХ в. Труды классиков и видных представителей марксизма — К. Маркса, Ф Энгельса, В.И. Ленина, К. Каутского, Г.В. Плеханова, В. Зомбарта, Л.И. Мартова, М.И. Туган-Барановского и др., остаются в арсенале исследователей общественного движения в XIX -начале ХХ в. Что означает изучать социальные движения с материалистических позиций, наиболее точно, на мой взгляд, сформулировал В. Зомбарт: «Это значит научиться понимать его историческую необходимость, его причинную связь с явлениями, из которых необходимо, силою вещей, вытекает то, что мы обозначаем как социальное движение. Это значит научиться понимать, почему образуются определенные социальные классы, почему они вступают в определенный антагонизм между собою, почему именно класс нападающий, дающий толчок движению, имеет и должен иметь свой идеал, к которому он стремится. Нужно научиться прежде всего видеть, что движение вытекло не из настроения, не из произвола и злонамеренности отдельных индивидуумов, что оно не сделано, а сделалось, не произведено, а произошло» [18. С. 5]. Именно К. Маркс и Ф. Энгельс одними из первых поняли, что людьми движут не идеалы добра и зла, а материальные интересы, что капитализм не заблуждение людей, а необходимое звено развития цивилизации, что совершенствование человеческого общежития заключается не в проповедях, а в социальной борьбе. Разъясняя это положение марксизма, В. Зом-барт писал: «Скажу вам для иллюстрации и прошу вас не пугаться грубости следующего сравнения: история человечества наполнена беспрерывной борьбой то за долю пищи, то за целое место на земле, на котором производится эта пища» [Там же. С. 4]. Он делил борьбу людей между собой на два вида, которые условно назвал борьбой за место под солнцем и борьбой за кусок хлеба. Если борьба за место под солнцем — это борьба племен и государств за территорию, то борьба за кусок хлеба — это социальная борьба внутри человеческих сообществ. «Борьба стала лозунгом этого жестокого и неприветливого поколения пролетариев, выросшего в середине XIX века, не мир, не примирение, не всеобщее братство, но именно борьба», — заключил он далее [18. С. 79]. Уже в ранней совместной работе «Немецкая идеология» К. Маркс и Ф. Энгельс, анализируя социальную роль пролетариата, вписывают рабочее движение в общий контекст классовой борьбы и выделяют три стадии развития промышленности: ремесло, мануфактуру, крупную машинную промышленность, которой соответствуют три стадии формирования пролетариата: городской плебс и подмастерья, мануфактурные рабочие и класс промышленных рабочих [19. С. 51-61]. Здесь еще нет развернутой характеристики выделенным стадиям формирования рабочего класса и его участия в социальной борьбе. Однако для авторов очевидны качественные различия в интересах и социальной активности наемных рабочих на разных ступенях развития промышленности. Они не видят исторических перспектив в движении ремесленных подмастерьев, направленного на реализацию своего сословного статуса: «…если плебеи и поднимали иногда против всего этого городского строя мятежи, которые, впрочем, вследствие бессилия плебеев не приводили ни к какому результату, то подмастерья не шли дальше мелких столкновений, неразрывно связанных с самим существованием цехового строя» [Там же. С. 51-52]. Прогрессивность движения наемных работников феодального времени Ф. Энгельс связывал с плебсом, стоящим вне феодальных структур и поддерживавшим все антифеодальные выступления от крестьянских войн до буржуазных революций [20. С. 355; 21. С. 190-191]. Этот слой деклассированных, бесправных работников средневековых городов, вобравших в себя «всех отверженных феодального и цехового общества», он считал лишь «предтечей будущего пролетариата» или «предпролетариатом» [22. С. 267; 23. С. 399]. Ф. Энгельс не соглашался с К. Каутским, называвшим средневековых работников, как и современных ему, одним термином «пролетариат» [23. С. 399]. К. Каутский посвятил специальные труды истории борьбы рабочих средневековой Европы, в которых он определил правовое, экономическое положение наемных работников феодальных городов и ранних мануфактур: подмастерьев, плебеев, горнорабочих, ткачей. Дал анализ мотивам и формам их протеста [24. С. 29101; 25]. Э. Бернштейн, излагая историю стачек, указал на исключительно давнее происхождение этого способа борьбы наемных рабочих: «Уже древняя история указывает на сходные с забастовкой движения, имеющие место обыкновенно при наличности отношений, сходных с современными условиями труда» [26. С. 7]. В средневековых городах стачки ремесленников были обычным явлением. При этом он также, как и Ф. Энгельс, отметил сословный характер борьбы подмастерьев, не посягавших на устои самого цехового строя [Там же. С. 2-18]. Тили Уленшпигели могли пакостить хозяевам, но сами мечтали ими стать. Иным, по мнению теоретиков марксизма, было движение мануфактурных рабочих. «С появлением мануфактур изменяется и отношение рабочих к работодателю: в цехах между подмастерьями и мастером существовали патриархальные отношения; в мануфактуре же их сменили денежные отношения между рабочими и капиталистом», — отмечали К. Маркс и Ф. Энгельс в «Немецкой идеологии» [19. С. 56]. В «Капитале» К. Маркс писал: «Борьба между капиталистом и наемным рабочим начинается с самого возникновения капиталистического отношения. Она бушует в течение всего мануфактурного периода» [27. Т. 23. С. 439]. Там же К. Маркс выделяет три направления движения рабочих мануфактурного периода: борьбу цехов против мануфактур; выступления рабочих за улучшение своего положения в мануфактурном производстве; борьба против внедрения машин (луд-дизм) [Там же. С. 439]. Таким образом, К. Маркс видел в социальной борьбе мануфактурного пролетариата сочетание консервативных и прогрессивных мотивов. Формирующийся фабричный пролетариат также не сразу достигает организованных форм движения (союзов и стачек). Он прошел индивидуальные формы борьбы, бунтарские выступления, что и отмечал Ф. Энгельс в книге «Положение рабочего класса в Англии», которую можно назвать первым историко-публицистическим произведением, где применен к анализу борьбы пролетариата принцип исторического материализма [28. С. 438]. Он писал: «Возмущение рабочего против буржуазии стало проявляться вскоре после начала промышленного развития и прошло через различные фазы» [Там же]. «Первой, наиболее примитивной и бесплодной формой этого возмущения было преступление», — считал он, отметив, что «рабочие фабричной и горной промышленности быстро прошли первую стадию протеста отдельных лиц, выражавшуюся в правонарушениях; крестьяне же до сих пор застряли на этой стадии» [Там же]. К индивидуальным крестьянским методам борьбы Ф. Энгельс относил террор против хозяев и служащих, поджоги, воровство у хозяев. Надо сказать, что советские исследователи творческого наследия Ф. Энгельса, в отличие от В. Зомбарта, не заметили этой его мысли, поскольку она плохо вписывается в лакированный образ класса-борца [16. С. 364; 18. С. 34; 29. С. 442]. Более высокую фазу борьбы Ф. Энгельс видел в коллективных бунтарских выступлениях против механизации производства. Он писал: «Рабочий класс впервые выступил против буржуазии тогда, когда он силой воспротивился введению машин, что произошло в самом начале промышленного переворота» [28. С. 439]. Исторически это было обреченное на поражение, консервативное с точки зрения прогресса человеческого общества, движение, легко подавленное государством. Недавно пережитая развитыми странами волна выступлений рабочих против автоматизации производства — уже третья по счету консервативная волна рабочего движения после борьбы цехов против мануфактур и луддизма. Наша страна миновала эту стадию социального протеста, так как неэффективная промышленная технология советского времени погибла в результате столкновения с зарубежными конкурентами, превратив рабочих в свободных агентов на рынке труда. Живучесть движения разрушителей машин К. Маркс связывал с постепенным вытеснением мануфактур в различных отраслях промышленности и с тем, что «требуется известное время и опыт для того, чтобы рабочий научился отличать машину от ее капиталистического применения и вместе с тем переносить свои нападения с материальных средств производства на общественную форму их эксплуатации» [27. Т. 23. С. 439]. Переход рабочих к более организованной борьбе при помощи союзов и стачек означал следующую фазу движения, вершиной которой в Англии стал чартизм. Результативность и этой борьбы была, по наблюдениям Ф. Энгельса, первоначально не велика. Он отмечал: «История всех союзов представляет собой длинный ряд поражений рабочих, прерываемый несколькими отдельными победами» [28. С. 441]. Стачки сочетались с бунтарскими действиями — поджогами, взрывами, разрушением оборудования, актами террора против хозяев и штрейкбрехеров [Там же. С. 444-450]. Обострение классовой борьбы в период промышленной революции оказалось общей закономерностью для всех стран [18. С. 8-14; 30. С. 20-27]. Союзы и стачки, вне зависимости от их результативности, играли важнейшую роль в формировании пролетарской психологии и самосознания. Ф. Энгельс отмечал, что «как школа борьбы стачки незаменимы» [28. С. 448], а «союзы в значительной мере содействуют усилению ненависти и озлоблению рабочих против имущего класса» [Там же. С. 444]. По мнению Ф. Энгельса, в стачках пролетариат проявлял лучшие черты своего характера. Так, пятимесячную стачку шахтеров Нортумберленда и Дургама в 1844 г. он считал примером «упорства, неодолимого мужества английского рабочего, уступающего силе лишь тогда, когда всякое сопротивление бесполезно и утратило смысл» [Там же. С. 449]. Ф. Энгельс восхищался «мужеством, сознательностью, рассудительностью» шахтеров, «показавших высокий уровень подлинно человеческой культуры, воодушевления и стойкости духа» [Там же. С. 479-480]. Эта проигранная стачка дала чартизму 30 тыс. новых членов и вывела шахтеров из состояния духовной спячки. На примере английского рабочего класса Ф. Энгельс пришел к выводу: «Чем больше обостряется противоположность между рабочими и капиталистами, тем больше развивается, тем больше проясняется в рабочем пролетарское сознание» [Там же. C. 463], что «все промышленные рабочие захвачены, в той или иной форме, борьбой против капитала и буржуазии. Все они сходятся в том, что они рабочие (working men), — звание, которым они гордятся и которое служит обычным обращением на собраниях чартистов, — что они составляют самостоятельный класс с собственными интересами и принципами, с собственным мировоззрением, класс, противоположный всем имущим классам, и в то же время класс, на котором зиждется вся сила нации и ее способность к дальнейшему развитию» [Там же]. К. Маркс также отмечал, что только «в борьбе. масса сплачивается, она конституируется как класс для себя. Защищаемые ею интересы становятся классовыми интересами. Но борьба класса против класса есть борьба политическая» [31. C. 183]. Тем самым К. Маркс считал переход к политической борьбе органической частью социального формирования пролетариата. Ф. Энгельс отличал экономическую борьбу английских рабочих от политической — социальной, каковой являлся чартизм [28. C. 458]. Слабость рабочего движения в Англии в 1840-х гг. он видел в его разделении с социалистическим движением и предвидел их слияние [Там же. С. 461]. Позднее, наблюдая более зрелое рабочее движение, Ф. Энгельс выделил три взаимодополняющих направления борьбы рабочих -«теоретическое, политическое и практически-экономическое (сопротивление капиталистам)» [32. С. 499]. Неизбежность участия рабочих в политической борьбе и обращения их при этом к социалистическим идеям, необходимость просветительской работы социал-демократов в связи с этим признавали марксисты всех направлений. Эти идеи получили четкие формулировки в «Манифесте.», в других трудах К. Маркса и Ф. Энгельса [31. С. 178-185; 33. С. 546554; 34. С. 431-434; 35. С. 262-266]. Применительно к рабочему движению в России об этом писали Г.В. Плеханов и К. Каутский, Л. Мартов, В.И. Ленин [36. С. 15, 34; 37. С. 53-54; 38. С. 80-81; 39. С. 45-79]. Перспективы рабочего движения в Англии Ф. Энгельс видел в 1840-е гг. в скорой социальной революции [28. С. 481]. Понятно, что прогноз молодого революционера не оправдался. Позднее он писал об этом: «.рабочий класс Великобритании годами страстно боролся, прибегая даже к насилию, за народную хартию, которая должна была дать ему эту политическую власть. Он потерпел поражение, но борьба произвела такое впечатление на победившую буржуазию, что с тех пор она бывала очень довольна уже тем, что ценою все новых и новых уступок рабочим покупала продолжение перемирия» [35. С. 266]. Опыт мирового рабочего движения показал, что мысль о социальной революции родилась в голове Ф. Энгельса в атмосфере 1840-х гг. не случайно. Именно на этапе завершения промышленной революции и в начале индустриализации, когда возрастает уровень организованности рабочего класса и в ряды его проникают социалистические идеи, а пролетариат еще не видит в рамках существующих отношений перспектив улучшения своего положения, возникает революционная альтернатива развития индустриального общества. Пролетариат и промышленная буржуазия как новые классы нового индустриального мира выясняют кто будет его социальным лидером. Именно в это время противостояние косности и эгоизма класса имущих и озлобленность и нетерпенье эксплуатируемых масс рождают гремучую смесь социальных революций. Так было в Англии и Франции в 4070-е XIX в., США и Германии в 1880-е гг., в России -в начале ХХ в., в Китае в первой половине ХХ в. В странах с более ранним развитием индустриального общества буржуазия путем уступок и репрессий предотвратила социальные революции или подавила их, подняла реальный жизненный уровень рабочих и сделала эволюционный ход развития общества более гарантированным. Эти тенденции заметил и обобщил Э. Бернштейн, который потребовал изменить стратегию борьбы немецкого пролетариата и его партии в новых условиях с революционной на реформистскую [40; 41. С. 282-284, 432, 346, 376-377, 381, 393-394; 42. С. 36-42]. В. Зомбарт также полагал, что револю-ционаризм «присущ раннему рабочему движению: эволюционизм — т. е. легальность, реформизм — зрелому» [18. С. 103]. Он настаивал, что именно эволюци-онность — суть учения К. Маркса и Ф. Энгельса о социальном движении пролетариата [Там же. С. 82-85]. Действительно, трудно представить, что такие мыслители, как К. Маркс и Ф. Энгельс, остались бы с прежними взглядами на стратегию и тактику рабочего и социалистического движения, несмотря на изменения политических и социальных условий борьбы рабочего класса в Европе. В последнем своем труде Ф. Энгельс заметил: «Мы гораздо больше преуспеваем с помощью легальных средств, чем с помощью нелегальных или с помощью переворота» [43. С. 546]. В России же конца XIX — начала ХХ в., где легальное рабочее движение было невозможно, социал-демократам более всего подходили пламенные слова «Манифеста». Важным в теоретическом плане представляется анализ К. Марксом и Ф. Энгельсом методов эксплуатации рабочих, их правового и экономического положения как исходного пункта мотивов и методов борьбы рабочих. Ф. Энгельс писал об этом: «Положение рабочего класса является действительной основой и исходным пунктом всех социальных явлений современности, потому что оно представляет собой наиболее острое и обнаженное проявление наших современных социальных бедствий» [28. С. 238]. К. Маркс выделил и изучил основные пути эксплуатации наемных рабочих. Он различал первичный и вторичный уровни эксплуатации. К первому он отнес присвоение прибавочной стоимости, увеличение ее экономией на основном капитале за счет условий труда рабочих, за счет экономии переменного капитала. К. Маркс дал подробный анализ двух основных способов увеличения массы и нормы прибавочной стоимости. Экстенсивный метод состоит в получении прибавочной стоимости путем увеличения рабочего дня за пределы необходимого труда, интенсивный метод — в сокращении необходимого времени через усиление интенсивности и производительности труда [27. Т. 23. С. 325, 518-519]. Первый метод характерен для ранних стадий развития капиталистического производства, второй — для более зрелых. Ранний капитализм характеризуется также всемерной экономией на основном капитале, прежде всего за счет пренебрежения организацией условий труда работников. Эта «гнусная скаредность» оплачивается здоровьем и жизнями наемных рабочих [Там же. Т. 25, ч. 1. С. 100-109]. Капитал, по мнению К. Маркса, не прочь зашибить «какой-нибудь барышик» и на экономии переменного капитала. Это достигается не только оплатой труда ниже стоимости рабочей силы и фальсификацией средств обращения [Там же. Т. 24. С. 579-581], но и посредством вторичной эксплуатации. К. Маркс писал, что «эксплуатация рабочих начинается сызнова, как только он начинает обменивать цену своего труда на другие товары. Лавочники, залогоприниматели, домовладельцы — решительно все эксплуатируют его еще раз» [44. С. 586]. Часто это один и тот же капиталист. К. Маркс и Ф. Энгельс отмечали, что предоставление рабочим семьям жилья, расплата товарами из лавок владельцев предприятий ставили под контроль хозяев потребление и быт рабочих, подчиняли их фабричному режиму, создавали условия для обкрадывания рабочих [45. С. 313; 46. С. 260-263; 27. Т. 23. С. 186, 480; Т. 24. С. 588]. Ф. Энгельс на примере эволюции системы эксплуатации в английской промышленности показал, что продолжительный рабочий день, примеры «мелкого обворовывания рабочих» при оплате труда — это признаки «юношеского возраста капиталистической эксплуатации», которые изживаются по мере развития капиталистического производства, становясь помехой для получения прибавочной стоимости [46. С. 260263]. Ф. Энгельс писал, что последняя тенденция в полной мере проявила себя лишь в Англии, а в других странах — Франции, Германии, Америке и в 80-е гг. XIX в. преобладали, по его мнению, грубые формы эксплуатации рабочих [Там же. С. 263]. К таким странам относилась и Россия. К. Маркс отмечал: «На этой русской почве, столь обильной всяческими безобразиями, находятся в полном расцвете старые ужасы младенческого периода английской фабричной системы» [27. Т. 23. С. 572]. Ф. Энгельс, со ссылкой на В. В. Берви-Флеровского, писал, что при широком распространенной в России работе артелями «гнусно эксплуатируются те артели, которые целиком нанимаются к предпринимателям в качестве наемных рабочих. Они сами управляют своей собственной промышленной деятельностью и тем сберегают издержки надзора капиталисту. Последний сдает им лачуги для житья и предоставляет в кредит пропитание, при чем опять развивается самым гнусным образом система оплаты товарами. Так обстоит у лесорубов и смолокуров Архангельской губернии, во многих промыслах Сибири и других» [47. С. 542]. В. И. Ленин также обращал внимание на то, что «российская буржуазия стремится к самой грубой эксплуатации пролетариата» [48. С. 141]. Он показал, что приемы вторичной эксплуатации имели место как в кустарных промыслах и на лесоразработках [49. С. 417, 527], так и на фабриках, где часть рабочих получала заработную плату харчами. В. И. Ленин считал, что «этот вид платы ставит рабочих в крепостную зависимость» от хозяев и дает «сверхприбыль хозяевам» [50. С. 431]. Для В.И. Ленина вопрос о методах эксплуатации рабочих имел не столько теоретический, сколько практический характер. Ясность этой проблемы позволяла точнее определить политическую стратегию партии. В письме к А. М. Горькому он связал вопрос о методах эксплуатации с вопросом о прогрессивности движения рабочих, когда он писал: «Сопротивление. путем организации пролетариата, путем защиты свободы для пролетарской борьбы не задерживает развитие капитализма, а ускоряет его, заставляя прибегать к более культурным, более технически высоким приемам капитализма. Есть капитализм и капитализм. Есть черносотенно-октябристский капитализм и народнический («реалистический, демократический, активности полный») капитализм. Чем больше мы будем обличать перед рабочими капитализм за «жадность и жестокость», тем труднее держаться капитализму первого сорта, тем обязательнее переход его в капитализм второго сорта. А это нам на руку, это пролетариату на руку» [51. С. 431]. В России второй половины XIX — начала ХХ в. преобладали грубые формы капитализма, опиравшегося на монархическую политическую структуру власти, и борьба рабочих за свои классовые интересы являлась вместе с тем и ведущей силой общедемократического освободительного процесса. Сугубый интерес в методологическом плане представляет ленинская периодизация рабочего движения в России во второй половине XIX — начале ХХ в., ее принципы, критерии для определения моментов качественных изменений в борьбе рабочих России. Суждения В. И. Ленина о рабочем движении встречаются во многих его работах [52]. Их анализ показывает, что в поле зрения В. И. Ленина попало рабочее движение уже на сравнительно развитом уровне начиная с 1870-х гг., когда ведущей силой его стали фабричные рабочие. О более раннем периоде стачечного движения он упоминает мимоходом лишь дважды [53. С. 29; 54. С. 368]. Основным принципом периодизации В. И. Ленин считал изменения в формах и содержании рабочего движения. Движение рабочих до 1880-х гг. он считал зачаточным, экономическим стихийным, отмечая, вместе с тем, рабочие союзы 1870-х гг. как первый опыт политической борьбы пролетариата России и крупные стачки в Петербурге в конце 70-х гг. [53. С. 29; 55. С. 172; 56. С. 245; 57. С. 75; 58. С. 72]. К стихийным «рабочим бунтам» в своих первых работах он относил и стачки 1885-1886 гг. [60. С. 22-23], однако затем изменил свое мнение. Со стачек середины 1880-х гг. В.И. Ленин начинал «новейшую историю нашего рабочего движения» и отмечал: «И с какой же поразительной быстротой развивался пролетариат, переходя от экономической борьбы к политическим демонстрациям, от демонстраций к революционному натиску!» [60. С. 250]. Главными вехами пройденного пути в статье «Первые уроки» он назвал 1885 г. — широкие стачки с участием единичных социалистов; 1891 г. — участие рабочих в демонстрации на похоронах Шелгунова, которую В. И. Ленин считал социал-демократической демонстрацией передовиков рабочих; 1896 г. — массовые стачки в Петербурге с уличной агитацией и участием социал-демократической организации; 1901 г. — политические демонстрации рабочих и студентов при прямом и широком участии социал-демократов; 1902 г. -ростовская стачка и самостоятельная рабочая демонстрация, массовые уличные собрания; 1903 г. — массовые стачки, демонстрации, собрания в целом районе страны; январь 1905 г. — всеобщая стачка и демонстрации стали превращаться в восстание — высшую ступень борьбы рабочих [60. С. 250-252]. В тезисах этой статьи мысль В.И. Ленина о диалектике форы и содержания борьбы, качественных и количественных изменениях подана еще более ясно: 1885 г. -стачка, 1891 г. — демонстрация крошечная, 1896 г. -стачка 30 тыс. участников, 1901 г. — демонстрации громадные, 1902 г. — стачка и демонстрация в Ростове-на-Дону, 1903 г. — стачка и демонстрации 100 тыс., 1905 г. — стачка и восстание — до 1 млн участников [60. С. 400]. В особый период рабочего движения В. И. Ленин выделял предреволюционное десятилетие. В статье «Начало демонстраций» он писал: «Когда в 1895 году начались непрерывные массовые стачки, это было началом массовой подготовки народной революции» [61. С. 74]. В другой статье он назвал этот период зарождением рабочего движения «в своей новейшей, массовой и освещенной светом марксистского учения форме» [58. С. 72]. На середину 1890-х гг. как на момент становления нового этапа в рабочем движении страны В. И. Ленин указывал во многих своих трудах [62. С. 185; 63. С. 379-380; 64. С. 22, 27; 65. С. 214216; 66. С. 132]. Предреволюционное десятилетие В.И. Ленин делит на два больших отрезка: 18951901/2 гг. и 1901/2 г. — 1905 г., в первом из которых руководство рабочим движением попадает в руки социал-демократов, а во втором — переходит в стадию открытой политической борьбы [67. С. 154]. Аналогичные мысли высказывал и Л. Мартов, отмечая период стачек 1895-1900 гг., когда социал-демократы взяли на себя роль организаторов движения, за неимением у рабочих другой объединяющей силы, и период 1901-1903 гг., когда рабочие перешли к политической борьбе и массовым политическим демонстрациям [38. С. 93-131]. Середина 1890-х гг., по мнению В.И. Ленина, знаменуется и тем, что в это время «начался новый и более славный период в истории всей русской демократии» [58. С. 72]. В известной статье «Из прошлого рабочей печати в России» он конкретизирует свою мысль, когда с 1895 г. начинает новый пролетарский период освободительного движения в России [68. С. 93]. Таким образом, исходя из потребностей практической политической борьбы, В. И. Ленин рассмотрел рабочее движение в России с 80-х гг. XIX в., ограничившись редкими упоминаниями о более ранних его этапах. Явной натяжкой, по моему мнению, было превращать редкие его замечания в краеугольные камни периодизации рабочего движения, в том числе включать события до 1861 г. в некую «предысторию» рабочего движения [69. С. 12]. Советские историки для обоснования грани 1861 г. как начальной даты рабочего движения в России обычно как аргумент приводили следующую ленинскую сентенцию: «В ту пору, при крепостном праве, с выделением рабочего класса из общей массы крепостного, бесправного, «низшего», «черного» сословия не могло быть и речи» [68. С. 93]. Однако этим же историкам было хорошо известно, что борьба работников мануфактур стала частью социальных движений в России задолго до формирования наемных работников в особый класс общества, и это было связано с промышленным переворотом, завершившимся в России к концу XIX в. в обрабатывающей промышленности и транзитном транспорте, а не с реформой 1861 г. [70]. Для знатока истории промышленных рабочих России М. И. Туган-Барановского и для Л. Мартова, занимавшегося историей рабочего движения в России более основательно, чем В. И. Ленин, стачки и волнения рабочих в дореформенное время были очевидным фактом. Можно сделать заключение, что к ленинским оценкам рабочего движения в России следует прислушиваться лишь применительно к концу XIX -началу ХХ в. Более раннее время его как практического политика просто не интересовало. Если суммировать высказывания классиков марксизма о рабочем движении в России во второй половине XIX — начале ХХ в., то напрашивается вывод, что они давали ему оценки, характерные для ранних этапов борьбы пролетариата: социальная незрелость, радикализм, переход от экономической борьбы к политической с революционными методами и целями. Все это характерно для конфликтных раннеиндустриальных обществ, в которых не определился еще социальный лидер. Понятно, почему В. И. Ленин не находил взаимопонимания с теоретиками европейской социал-демократии, пришедшими к осознанию необходимости эволюционного, реформистского подхода в борьбе за интересы рабочего класса и отдававшими приоритет национальным интересам своих стран, если таковые сталкивались с классовой солидарностью рабочих разных стран. Для России начала ХХ1 в. революционный этап борьбы пролетариата пройден, но это не означает прекращение борьбы. Надо помнить слова Э. Берн-штейна: «Современное движение не столько следствие, сколько причина теорий… и …что бы не выкинула история из марксизма, она не уничтожит рабочего движения: борьба рабочего класса за социальную эмансипацию будет продолжаться» [41. С. 378-379]. Слова, сказанные более сотни лет назад, как никогда ранее актуальны в современной России, в которой рабочий класс опять обделен материально и находится на задворках политической жизни.

Ключевые слова

социал-демократия, рабочий класс, рабочее движение, Россия, Европа, social democracy, working class, labor movement, Russia, Europe

Авторы

Зиновьев Василий ПавловичТомский государственный университетд-р ист. наук, зав. кафедрой отечественной истории[email protected]
Всего: 1

Ссылки

Ленин В.И. Фридрих Энгельс // Ленин В.И. Полное собрание сочинений. 5-е изд. М., 1967. Т. 2. С. 5-14.

Каутский К. Карл Маркс и его историческое значение. Пг., 1913.

Покровский М.Н. Ленин и Маркс как историки. Ленинизм и русская история. Ленин и история // Покровский М.Н. Избранные произве дения. Кн. 4: Лекции, статьи, речи. М., 1967. С. 21-55.

Бухарин Н.И. Ленин как марксист // Бухарин Н.И. Избранные произведения. М., 1988. С. 50-85.

Быстрянский В. А. (Ватин В. А.) Ленин-историк. Историзм в ленинизме. Л., 1925.

Панкратова А.М. Маркс и Энгельс об исторической роли пролетариата // Панкратова А.М. Рабочий класс России. Избранные труды. М., 1983. С. 308-354.

История и историки. Историческая концепция В.И. Ленина. Методология. Лаборатория. М., 1972.

8. Маркс — историк. М., 1968.

В.И. Ленин и историческая наука. М., 1968.

В.И. Ленин и историческая наука. М., 1970.

В.И. Ленин о социальной структуре и политическом строе капиталистической России. М., 1970.

Волин М.С. Учение Ленина о гегемонии пролетариата // Российский пролетариат: облик, борьба, гегемония. М., 1970. С. 26-50.

В.И. Ленин и проблемы истории. М., 1970.

Матюгин А. А. В.И. Ленин об исторической роли рабочего класса. М., 1974.

Распутнис Б.И. Советская историография современного рабочего движения. Вопросы теории и методологии. Львов, 1976.

Гольман Л.И. Энгельс — историк. М., 1984.

Выступления Э.Ю. Соловьева, А.А. Гусейнова, А.И. Гельмана в дискуссии «Умер ли марксизм» // Вопросы философии. 1990. № 10. С. 19-51.

Зомбарт В. Социализм и социальное движение в XIX столетии. Ростов н/Д, 1905.

Маркс К., Энгельс Ф. Немецкая идеология // Маркс К. Энгельс Ф. Сочинения. 2-е изд. М., 1955. Т. 3.

Энгельс Ф. Крестьянская война в Германии // Маркс К., Энгельс Ф. Сочинения. 2-е изд. М., 1955. Т. 7.

Энгельс Ф. Развитие социализма от утопии к науке // Маркс К., Энгельс Ф. Сочинения. 2-е изд. М., 1955. Т. 19.

Энгельс Ф. Виктору Адлеру. 4 декабря 1889 г. // Маркс К., Энгельс Ф. Сочинения. 2-е изд. М., 1955. Т. 37.

Энгельс Ф. Карлу Каутскому 21 мая 1895 г. // Маркс К., Энгельс Ф. Сочинения. 2-е изд. М., 1955. Т. 19.

Каутский К. Из истории культуры. Наемные рабочие в средние века и эпоху реформации. СПб., 1905.

Каутский К. Возникновение рабочего класса. М., 1923.

Бернштейн Э. Стачка. СПб., 1907.

Маркс К. Капитал. Критика политической экономии. Т. 1, кн. 1: Процесс производства капитала // Маркс К., Энгельс Ф. Сочинения. 2-е изд. М., 1955.

Энгельс Ф. Положение рабочего класса в Англии // Маркс К., Энгельс Ф. Сочинения. 2-е изд. М., 1955. Т. 2.

Карлинер М.М. Этапы развития марксовой методологии рабочего движения // Маркс — историк. М., 1968.

Мадор Ю.П. Стачка в буржуазном обществе. Историко-социологический очерк. М., 1984.

Маркс К. Нищета философии // Маркс К., Энгельс Ф. Сочинения. 2-е изд. М., 1955. Т. 4.

Энгельс Ф. Добавление к предисловию 1870 г. «Крестьянской войне в Германии» // Маркс К., Энгельс Ф. Сочинения. 2-е изд. М., 1955. Т. 18.

Энгельс Ф. Эльберфельдские речи. Речь 15 февраля 1845 г. // Маркс К., Энгельс Ф. Сочинения. 2-е изд. М., 1955. Т. 2.

Маркс К., Энгельс Ф. Манифест коммунистической партии // Маркс К., Энгельс Ф. Сочинения. 2-е изд. М., 1955. Т. 4.

Энгельс Ф. Тред-юнионы // Маркс К., Энгельс Ф. Сочинения. 2-е изд. М., 1955. Т. 19.

Каутский К. Американский и русский рабочий. СПб., 1906.

Плеханов Г.В. Речь на международном рабочем социалистическом конгрессе в Париже (14-21 июня 1889 г.) // Сочинения. М., 1925. Т. 4.

Мартов Л. Пролетарская борьба в России. СПб., [1908].

Полевой Ю.З. Проблемы формирования пролетариата и его идеологии в трудах В.И. Ленина // В.И. Ленин о социальной структуре и политическом строе капиталистической России. М., 1970. С. 45-79.

Конгресс социал-демократической партии в Ганновере // Рабочее дело. Женева, 1899. № 4/5. С. 25-37.

Бернштейн Э. Очерки из истории и теории социализма. СПб., 1902.

Пантин И., Плимак Е. Идеи К. Маркса на переломе человеческой цивилизации // Коммунист. 1990. № 4.

Энгельс Ф. Введение к «Классовой борьбе во Франции» // Маркс К., Энгельс Ф. Сочинения. 2-е изд. М., 1955. Т. 22.

Маркс К. Заработная плата // Маркс К., Энгельс Ф. Сочинения. 2-е изд. М., 1955. Т. 6.

Энгельс Ф. Анти-Дюринг // Маркс К., Энгельс Ф. Сочинения. 2-е изд. М., 1955. Т. 20.

Энгельс Ф. Приложение к американскому изданию «Положения рабочего класса в Англии» // Маркс К., Энгельс Ф. Сочинения. 2-е изд. М., 1955. Т. 21.

Энгельс Ф. Эмигрантская литература // Маркс К., Энгельс Ф. Сочинения. 2-е изд. М., 1955. Т. 18.

Ленин В.И. Третья Дума // Полное собрание сочинений. 5-е изд. М., 1961. Т. 16.

Ленин В.И. Развитие капитализма в России // Полное собрание сочинений. 5-е изд. М., 1967. Т. 3.

Ленин В.И. Язык цифр // Полное собрание сочинений. 5-е изд. М., 1969. Т. 23.

Ленин В.И. Письмо к А.М. Горькому. 3 янв. 1911 г. // Полное собрание сочинений. 5-е изд. М., 1970. Т. 48.

Иванова Н.А. В.И. Ленин о революционной массовой стачке в России. М. : Наука, 1976, 240 с.

Ленин В.И. Что делать? // Ленин В.И. Полное собрание сочинений. 5-е изд. М., 1967. Т. 6.

Ленин В.И. Что делается в народничестве и что делается в деревне? // Ленин В.И. Полное собрание сочинений. 5-е изд. М., 1961. Т. 22.

Ленин В.И. Протест российских социал-демократов // Ленин В.И. Полное собрание сочинений. 5-е изд. М., 1967. Т. 4.

Ленин В.И. Попятное направление в русской социал-демократии // Ленин В.И. Полное собрание сочинений. 5-е изд. М., 1967.

Ленин В.И. Ценное признание // Ленин В.И. Полное собрание сочинений. 5-е изд. М., 1967. Т. 5.

Ленин В.И. Прежде и теперь // Ленин В.И. Полное собрание сочинений. 5-е изд. М., 1968. Т. 22.

Ленин В.И. Объяснение закона о штрафах, взимаемых с рабочих на фабриках и заводах // Ленин В.И. Полное собрание сочинений. 5-е изд. М., 1967. Т. 2.

Ленин В.И. Первые уроки // Полное собрание сочинений. 5-е изд. М., 1967. Т. 9.

Ленин В.И. Начало демонстраций // Полное собрание сочинений. 5-е изд. М., 1973. Т. 20.

Ленин В.И. Сердитая растерянность // Полное собрание сочинений. 5-е изд. М., 1972. Т. 15.

Ленин В.И. О статистике стачек в России // Полное собрание сочинений. 5-е изд. М., 1968. Т. 19.

Ленин В.И. Как В. Засулич убивает ликвидаторство // Полное собрание сочинений. 5-е изд. М., 1973. Т. 24.

Ленин В.И. Стачки в России // Полное собрание сочинений. 5-е изд. М., 1973. Т. 24.

Ленин В.И. Идейная борьба в рабочем движении // Полное собрание сочинений. 5-е изд. М., 1973. Т. 25.

Ленин В.И. Этапы, направления и перспективы революции // Полное собрание сочинений. 5-е изд. М., 1968. Т. 12.

Ленин В.И. Из прошлого рабочей печати в России // Полное собрание сочинений. 5-е изд. М., 1969. Т. 25.

Волобуев П.В., Володарская А.М., Деренковский Г.М., Кирьянов Ю.И., Полевой Ю.З., Шебалдин Ю.Н. О периодизации рабочего движения в России // Рабочий класс и рабочее движение в России. 1861-1917. М., 1961.

Рабочий класс России от зарождения до начала ХХ в. М. : Наука, 1983. 575 с.

Рабочее движение / Рабочая Партия России

Рабочее движение

«… Урок буржуазной реставрации в СССР и в других странах Восточной Европы, в которых рабочий класс потерял установленную ранее власть, состоит в том, что устойчивой власть рабочего класса может быть только в форме власти Советов. В форме власти, не опирающейся на трудовые коллективы и не формирующейся в них, она неизбежно разлагается и превращается в свою противоположность — диктатуру буржуазии.

Усвоен ли к настоящему времени данный урок мировым коммунистическим и рабочим движением? Пока еще нет. Пока еще коммунистические и рабочие партии в большинстве случаев питаются иллюзиями получения власти через парламент. КПРФ, например, в своей Программе записала создание советов после получения большинства в парламенте. Однако через парламент можно получить только ту власть, которая есть, то есть буржуазную. А новую, рабочую власть нужно создать. И созданию рабочей власти нужно поучиться у российского рабочего класса, совершившего такое всемирно-историческое открытие, как Советы.

Советы исторически появились как органы забастовочной борьбы, объединившиеся для решения не только сугубо экономических, но и других вопросов народной жизни. Как органы забастовочной борьбы они уже подрались с отдельными представителями класса буржуазии и не пугаются борьбы с классом буржуазии, взятым в целом. Они поэтому и могут претендовать на власть.

Из сказанного следует, что главным делом партии рабочего класса является работа в трудовых коллективах и прежде всего в профсоюзах, организующих забастовки. Без такой работы о создании Советов, которые способны установить власть рабочего класса, и речи быть не может. Работа в парламенте должна помогать решению этой задачи, но не через парламент лежит путь к рабочей власти.

Цепь необходимых событий, связанных с установлением власти рабочего класса, такова: организация рабочего класса в профсоюзах под руководством своей партии, создание Советов, существующих и действующих наряду с буржуазным парламентом, и, наконец, переход от двоевластия к полновластию Советов, осуществляющих интересы рабочего класса, а потому и всех трудящихся…»

Из работы «РАЗВИТИЕ  СОВРЕМЕННОГО  РАБОЧЕГО  КЛАССА ИЗ  КЛАССА  В  СЕБЕ  В  КЛАСС  ДЛЯ  СЕБЯ« М.Попова, президента Фонда Рабочей Академии



Классики марксизма о характере рабочего движения в России

Список литературы

1. Ленин В.И. Фридрих Энгельс // Ленин В.И. Полное собрание сочинений. 5-е изд. М., 1967. Т. 2. С. 5-14.

2. Каутский К. Карл Маркс и его историческое значение. Пг., 1913.

3. Покровский М.Н. Ленин и Маркс как историки. Ленинизм и русская история. Ленин и история // Покровский М.Н. Избранные произве дения. Кн. 4: Лекции, статьи, речи. М., 1967. С. 21-55.

4. Бухарин Н.И. Ленин как марксист // Бухарин Н.И. Избранные произведения. М., 1988. С. 50-85.

5. Быстрянский В. А. (Ватин В. А.) Ленин-историк. Историзм в ленинизме. Л., 1925.

6. Панкратова А.М. Маркс и Энгельс об исторической роли пролетариата // Панкратова А.М. Рабочий класс России. Избранные труды. М., 1983. С. 308-354.

7. История и историки. Историческая концепция В.И. Ленина. Методология. Лаборатория. М., 1972.

8. Маркс — историк. М., 1968.

9. В.И. Ленин и историческая наука. М., 1968.

10. В.И. Ленин и историческая наука. М., 1970.

11. В.И. Ленин о социальной структуре и политическом строе капиталистической России. М., 1970.

12. Волин М.С. Учение Ленина о гегемонии пролетариата // Российский пролетариат: облик, борьба, гегемония. М., 1970. С. 26-50.

13. В.И. Ленин и проблемы истории. М., 1970.

14. Матюгин А. А. В.И. Ленин об исторической роли рабочего класса. М., 1974.

15. Распутнис Б.И. Советская историография современного рабочего движения. Вопросы теории и методологии. Львов, 1976.

16. Гольман Л.И. Энгельс — историк. М., 1984.

17. Выступления Э.Ю. Соловьева, А.А. Гусейнова, А.И. Гельмана в дискуссии «Умер ли марксизм» // Вопросы философии. 1990. № 10. С. 19-51.

18. Зомбарт В. Социализм и социальное движение в XIX столетии. Ростов н/Д, 1905.

19. Маркс К., Энгельс Ф. Немецкая идеология // Маркс К. Энгельс Ф. Сочинения. 2-е изд. М., 1955. Т. 3.

20. Энгельс Ф. Крестьянская война в Германии // Маркс К., Энгельс Ф. Сочинения. 2-е изд. М., 1955. Т. 7.

21. Энгельс Ф. Развитие социализма от утопии к науке // Маркс К., Энгельс Ф. Сочинения. 2-е изд. М., 1955. Т. 19.

22. Энгельс Ф. Виктору Адлеру. 4 декабря 1889 г. // Маркс К., Энгельс Ф. Сочинения. 2-е изд. М., 1955. Т. 37.

23. Энгельс Ф. Карлу Каутскому 21 мая 1895 г. // Маркс К., Энгельс Ф. Сочинения. 2-е изд. М., 1955. Т. 19.

24. Каутский К. Из истории культуры. Наемные рабочие в средние века и эпоху реформации. СПб., 1905.

25. Каутский К. Возникновение рабочего класса. М., 1923.

26. Бернштейн Э. Стачка. СПб., 1907.

27. Маркс К. Капитал. Критика политической экономии. Т. 1, кн. 1: Процесс производства капитала // Маркс К., Энгельс Ф. Сочинения. 2-е изд. М., 1955.

28. Энгельс Ф. Положение рабочего класса в Англии // Маркс К., Энгельс Ф. Сочинения. 2-е изд. М., 1955. Т. 2.

29. Карлинер М.М. Этапы развития марксовой методологии рабочего движения // Маркс — историк. М., 1968.

30. Мадор Ю.П. Стачка в буржуазном обществе. Историко-социологический очерк. М., 1984.

31. Маркс К. Нищета философии // Маркс К., Энгельс Ф. Сочинения. 2-е изд. М., 1955. Т. 4.

32. Энгельс Ф. Добавление к предисловию 1870 г. «Крестьянской войне в Германии» // Маркс К., Энгельс Ф. Сочинения. 2-е изд. М., 1955. Т. 18.

33. Энгельс Ф. Эльберфельдские речи. Речь 15 февраля 1845 г. // Маркс К., Энгельс Ф. Сочинения. 2-е изд. М., 1955. Т. 2.

34. Маркс К., Энгельс Ф. Манифест коммунистической партии // Маркс К., Энгельс Ф. Сочинения. 2-е изд. М., 1955. Т. 4.

35. Энгельс Ф. Тред-юнионы // Маркс К., Энгельс Ф. Сочинения. 2-е изд. М., 1955. Т. 19.

36. Каутский К. Американский и русский рабочий. СПб., 1906.

37. Плеханов Г.В. Речь на международном рабочем социалистическом конгрессе в Париже (14-21 июня 1889 г.) // Сочинения. М., 1925. Т. 4.

38. Мартов Л. Пролетарская борьба в России. СПб., [1908].

39. Полевой Ю.З. Проблемы формирования пролетариата и его идеологии в трудах В.И. Ленина // В.И. Ленин о социальной структуре и политическом строе капиталистической России. М., 1970. С. 45-79.

40. Конгресс социал-демократической партии в Ганновере // Рабочее дело. Женева, 1899. № 4/5. С. 25-37.

41. Бернштейн Э. Очерки из истории и теории социализма. СПб., 1902.

42. Пантин И., Плимак Е. Идеи К. Маркса на переломе человеческой цивилизации // Коммунист. 1990. № 4.

43. Энгельс Ф. Введение к «Классовой борьбе во Франции» // Маркс К., Энгельс Ф. Сочинения. 2-е изд. М., 1955. Т. 22.

44. Маркс К. Заработная плата // Маркс К., Энгельс Ф. Сочинения. 2-е изд. М., 1955. Т. 6.

45. Энгельс Ф. Анти-Дюринг // Маркс К., Энгельс Ф. Сочинения. 2-е изд. М., 1955. Т. 20.

46. Энгельс Ф. Приложение к американскому изданию «Положения рабочего класса в Англии» // Маркс К., Энгельс Ф. Сочинения. 2-е изд. М., 1955. Т. 21.

47. Энгельс Ф. Эмигрантская литература // Маркс К., Энгельс Ф. Сочинения. 2-е изд. М., 1955. Т. 18.

48. Ленин В.И. Третья Дума // Полное собрание сочинений. 5-е изд. М., 1961. Т. 16.

49. Ленин В.И. Развитие капитализма в России // Полное собрание сочинений. 5-е изд. М., 1967. Т. 3.

50. Ленин В.И. Язык цифр // Полное собрание сочинений. 5-е изд. М., 1969. Т. 23.

51. Ленин В.И. Письмо к А.М. Горькому. 3 янв. 1911 г. // Полное собрание сочинений. 5-е изд. М., 1970. Т. 48.

52. Иванова Н.А. В.И. Ленин о революционной массовой стачке в России. М. : Наука, 1976, 240 с.

53. Ленин В.И. Что делать? // Ленин В.И. Полное собрание сочинений. 5-е изд. М., 1967. Т. 6.

54. Ленин В.И. Что делается в народничестве и что делается в деревне? // Ленин В.И. Полное собрание сочинений. 5-е изд. М., 1961. Т. 22.

55. Ленин В.И. Протест российских социал-демократов // Ленин В.И. Полное собрание сочинений. 5-е изд. М., 1967. Т. 4.

56. Ленин В.И. Попятное направление в русской социал-демократии // Ленин В.И. Полное собрание сочинений. 5-е изд. М., 1967.

57. Ленин В.И. Ценное признание // Ленин В.И. Полное собрание сочинений. 5-е изд. М., 1967. Т. 5.

58. Ленин В.И. Прежде и теперь // Ленин В.И. Полное собрание сочинений. 5-е изд. М., 1968. Т. 22.

59. Ленин В.И. Объяснение закона о штрафах, взимаемых с рабочих на фабриках и заводах // Ленин В.И. Полное собрание сочинений. 5-е изд. М., 1967. Т. 2.

60. Ленин В.И. Первые уроки // Полное собрание сочинений. 5-е изд. М., 1967. Т. 9.

61. Ленин В.И. Начало демонстраций // Полное собрание сочинений. 5-е изд. М., 1973. Т. 20.

62. Ленин В.И. Сердитая растерянность // Полное собрание сочинений. 5-е изд. М., 1972. Т. 15.

63. Ленин В.И. О статистике стачек в России // Полное собрание сочинений. 5-е изд. М., 1968. Т. 19.

64. Ленин В.И. Как В. Засулич убивает ликвидаторство // Полное собрание сочинений. 5-е изд. М., 1973. Т. 24.

65. Ленин В.И. Стачки в России // Полное собрание сочинений. 5-е изд. М., 1973. Т. 24.

66. Ленин В.И. Идейная борьба в рабочем движении // Полное собрание сочинений. 5-е изд. М., 1973. Т. 25.

67. Ленин В.И. Этапы, направления и перспективы революции // Полное собрание сочинений. 5-е изд. М., 1968. Т. 12.

68. Ленин В.И. Из прошлого рабочей печати в России // Полное собрание сочинений. 5-е изд. М., 1969. Т. 25.

69. Волобуев П.В., Володарская А.М., Деренковский Г.М., Кирьянов Ю.И., Полевой Ю.З., Шебалдин Ю.Н. О периодизации рабочего движения в России // Рабочий класс и рабочее движение в России. 1861-1917. М., 1961.

70. Рабочий класс России от зарождения до начала ХХ в. М. : Наука, 1983. 575 с.

1914-1918-Online BETA1

904 11 июня 2021 07:27:26
Статья Автор Тип Статус Изменено Это свойство является особым свойством в этой вики. Версия Редактор Это свойство является специальным свойством в этой вики.
Сомали Массимо Заккария Пространство Готово к публикации 30 июля 2021 г. 07:00:41 1.0 160.45.169.62
Грузия Стивен Джонс Пространство Элементы отсутствуют 29 июля 2021 г. 08:08:55 1.0 Мануэль
Василий Иосифович Гурко Софья Анисимова Лицо Готово к публикации 28 июля 2021 07:00:54 1.0 160.45.169.62
Главный штаб (Российская Империя ) Софья Анисимова Организация Готова к публикации 28 июля 2021 07:00:46 1.0 160.45.169.62
Вашингтонская конференция Тадаши Накатани Событие Готово к публикации 23 июля 2021 г. 07:00:39 1.0 160.45.169.62
Халил Кут Тигран Мартиросян Лицо Отсутствуют элементы 22 июля 2021 года 07:20:08 1.0 Мануэль
Версальский договор Susanne Brandt Событие Готово к публикации 21 июля 2021 07:00:59 1.0 160.45.169.62
Михаил Васильевич Алексеев Софья Анисимова Персона Готова к публикации 21 июля 2021 07:00:51 1.0 160.45.169.62
Столетие (Румыния) Флорин Цуркану Региональная тематическая статья Элементы отсутствуют 20 июля 2021 г. 14:58:43 1.0 Мануэль
Столетие (Франция ) Региональная тематическая статья Отсутствуют элементы 20 июля 2021 г. 12:49:37 1.0 Мануэль
Набор в армию (Великобритания и Ирландия) Региональная тематическая статья Элементы отсутствуют 20 июля 2021 г. 12:13:45 1.0 Мануэль
Военнопленные (Португалия) Региональная тематическая статья Отсутствующие элементы 1.0 Мануэль
Послевоенная экономика ( Германия) Региональная тематическая статья Отсутствуют элементы 12 июля 2021 г. 10:19:37 1.0 Макс
Пресс-журналистика (Португалия) Noémia Malva Novais Региональная тематическая статья Готов к публикации 1 июля 2021 г. 14:29:12 1.0 Моника Деринг
Мемориал Вердена Герд Крумейх
Антуан Прост
Космос Элементы отсутствуют 1 июля 2021 г. 09:35:53 1.0 Мануэль
Битвы при Вердене Герд Крумейх
Антуан Прост
Событие Отсутствуют элементы 1 июля 2021 г. 09:35:31 1.0 Мануэль
Российский экспедиционный корпус Софья Анисимова
Гвендаль Пьегаис
Организация Готовность к организации издательство 1 июля 2021 07:07:28 1.0 Мануэль
Пропаганда дома (Португалия) Ноемия Мальва Новаис Региональная тематическая статья Готова к публикации 30 июня 2021 года 07:01:13 1.0 160.45.169.62
Food and Nutrition Emmanuelle Cronier Статья тематического обзора Готова к публикации 23 июня 2021 г. 13:26:31 1.0 Monika Döring
Centenary (Австрия) Elements отсутствует 22 июня 2021 г. 11:08:14 1.0 Мануэль
Послевоенные общества (Португалия) Паулу Эдуарду Гимарайнш Региональная тематическая статья Отсутствуют элементы 22 июня 2021 г. 08:34:04 1.0 Мануэль
Сообщение -war Economies (США) Региональная тематическая статья Отсутствуют элементы 17 июня 2021 г. 13:41:51 1.0 Мануэль
Grenzbesetzung Майкл М.Ольсанский Концепт Готов к публикации 17 июня 2021 г. 07:01:43 1.0 160.45.169.62
Послевоенные общества (Чехословакия) Ота Конрад Региональная тематическая статья Готово для публикации 16 июня 2021 07:00:49 1.0 160.45.169.62
Музеи Дженнифер Веллингтон
Аарон Коэн
Энн Герцог
Сюзанна Брандт
Статья для тематического обзора 16 Готово к публикации 1.0 Мануэль
Лига Наций и Япония Thomas W. Burkman Организация Готов к публикации 11 июня 2021 года 07:01:02 1.0 160.45.169.62
Для женщин Мобилизация для войны (Российская империя) Лори Стофф Региональная тематическая статья Готова к публикации 10 июня 2021 07:41:41 2.0 Мануэль
Милан Растислав Стефаник Михал Кшицан Лицо Готово к публикации 9 июня 2021 г. 07:10:25 2.0 Мануэль
Inter-Allied Games Sabine Chavinier-Réla Event Готово к публикации 9 июня 2021 года 07:01:53 1.0 160.45.169.62
Post- Военные общества (Великобритания и Ирландия) Caitríona Beaumont Региональная тематическая статья Готова к публикации 5 июня 2021 года 07:05:39 1.0 160.45.169.62
Группа армий Йилдирим Odile Моро Организация Готово к публикации 4 июня 2021 г. 07:00:41 1.0 160.45.169.62
Назим Бей Альп Йенен Человек Отсутствуют элементы 3 июня 2021 г. 12:42:49 1.0 Мануэль
Макс Вебер Человек Элементы отсутствуют 3 июня 2021 г. 12:03:33 1.0 Мануэль
Противоречие: война и гражданственность Статья тематического обзора Элементы отсутствуют 2 июня 2021 г. 16:27:25 1.0 Илькер
Конференция и Батумский договор Александр Э. Балистрери Событие Готово к публикации 2 июня 2021 года 07:04:18 1.0 160.45.169.62
Пресса -Журналистика (Индия) Эндрю Тейт Джарбо Региональная тематическая статья Готова к публикации 1 июня 2021 г. 07:03:32 1.0 160.45.169.62
Столетие (музеи) Андреа Брайт Статья тематического обзора Готова к публикации 28 мая 2021 г. 14:08:31 1.0 Моника Деринг
Литература (Российская Империя) Николаус Катцер Региональная тематическая статья Отсутствуют элементы 27 мая 2021 г. 09:30:46 1.0 Мануэль
Момент Вильсона в Китай и Корея Эрез Манела Концепт Готов к публикации 26 мая 2021 07:02:54 1.0 160.45.169.62
Армения Тигран Мартиросян Space Готов к публикации 20 мая 2021 07:21:07 1.0 Мануэль
Больницы Алина Энценсбергер Статья тематического обзора Готова к публикации 20 мая 2021 07:01:03 1.0 160.45.169.62
Трудовые батальоны (Amele taburlari ) Организация Отсутствуют элементы 19 мая 2021 г. 07:47:05 1.0 Мануэль
Бахаеддин Шакир Человек Отсутствуют элементы 19 мая 2021 г. 07:47: 01 1.0 Мануэль
Черкесство Pınar Üre Концепт Готов к публикации 19 мая 2021 года 07:03:00 1.0 160.45.169.62
Персидская кампания Событие Элементы отсутствуют 12 мая 2021 года 08:51:16 1.0 Мануэль
Столетие (Австралия) Брюс Скейтс Региональная тематическая статья Готова к публикации 12 мая 2021 года 07:04 : 17 1.0 160.45.169.62
Соглашение Исии-Лансинг 1917 г. Событие Отсутствуют элементы 11 мая 2021 г. 09:44:40 1.0 Мануэль
Колониальная политика — Колониальные конфликты и Война до 1914 г. Статья тематического обзора Отсутствующие элементы 11 мая 2021 г. 08:43:49 1.0 Мануэль
Столетие (Германия) Маркус Пельманн Региональная тематическая статья Готово для публикации 7 мая 2021 07:03:00 1.0 160.45.169.62
Добровольческая армия Евгений Владимирович Волков Организация Готов к публикации 6 мая 2021 г. 09:04:00 1.0 Мануэль
Посмотреть другие результаты

Организованный труд | Британника

Истоки в Великобритании

Британский тред-юнионизм имеет долгую и непрерывную историю. Средневековые гильдии, которые регулировали ремесленное производство, явно отличались по функциям от профсоюзов, поскольку гильдии представляли собой комбинацию как мастеров, так и рабочих, в то время как современные союзы возникли только для того, чтобы служить интересам рабочих.Однако аспекты регулирования гильдии — как и в вопросах, касающихся ученичества — были включены в цели раннего профсоюзного движения, так что можно различить некоторую преемственность между распадом одной формы организации и появлением другой. Примеры профсоюзной формы организации трудно отследить до конца 17 века; но в течение следующих ста лет комбинации, как они были известны современникам, получили широкое распространение, появившись среди групп ремесленников, таких как портные, плотники и печатники.Их появление в этот период было результатом развития производства и торговли на капиталистической основе. Число кустарных рабочих в экономике увеличивалось, но для таких рабочих уменьшалась перспектива перехода от подмастерья к мастеру. Как растущий спрос на их труд, так и их новый статус постоянных сотрудников были важными элементами в этом раннем развитии организации труда. Дополнительным фактором, связанным с подъемом капитализма, был постепенный отказ государства от регулирования заработной платы в частности и от вмешательства на рынок труда в целом.Это было подтверждено отменой в 1813 и 1814 годах законодательства, которое предусматривало установление заработной платы судьями и требовало ученичества для вступления в торговлю. Отказ государства от регулирования рынка труда срочно поднял вопрос о законности профсоюзов. В соответствии с Актами о совмещении 1799 и 1800 годов на них был наложен общий запрет в дополнение к ограничениям, налагаемым общим правом заговора. Такой общий запрет теперь казался аномальным и несправедливым и действительно был отменен законодательством 1824 и 1825 годов.Препятствия по общему праву остались.

Послушайте, как цифровой художник Джейсон Уилшер-Миллс говорит о значении мучеников Толпаддла 1834 года, уполномоченных парламентом отметить это знамя

Послушайте Джейсона Уилшер-Миллса, цифрового художника из Великобритании, обсуждающего важность мучеников Толпадла 1834 г., группа, которую он поручил парламенту отметить знаменем в 2015 г.Как и в прошлом веке, они были, как правило, местными по размаху и ремеслу по композиции. Даже в зарождающемся механизированном и основанном на фабриках секторе относительно несложная технология и управленческая организация требовали найма квалифицированных торговцев, которые были ассимилированы в комбинации, основанные на типе организации ремесла; инженеры, производители котлов и прядильщики хлопка являются примерами. Тем не менее, на этом этапе структура профсоюзного движения все еще была достаточно подвижной, чтобы допускать широкомасштабные эксперименты.В течение 1830-х гг. Развилось движение к «общему профсоюзу», направленному как на создание организации на национальном уровне, так и на привлечение различных организованных профессий в союз друг с другом. Пионером в этом движении был лидер прядильщиков хлопка Джон Доэрти, но большая часть его импульса была получена от Роберта Оуэна, чей идеал сотрудничества в противовес капиталистическому производству нашел широкую поддержку. Самым амбициозным проектом профсоюзов овенитов был Великий национальный объединенный профсоюз профсоюзов 1833–1834 годов, призванный охватить весь труд, хотя на практике он ориентировался на лондонских портных и сапожников.По своей природе нестабильный, как и другие широкие трудовые формирования того периода, этот союз не прекратил свое существование, не оставив после себя прочного наследия. Шесть сельскохозяйственных рабочих из Дорсетшира — мученики Толпаддл — были осуждены и приговорены к транспортировке в Австралию за то, что принесли тайную присягу в связи с профсоюзом. Профсоюз развернул в их пользу крупную кампанию, и этот эпизод до сих пор ценится современным рабочим движением как символ его ранней борьбы.

Ремесленное профсоюзное движение в XIX веке

Британские поселенцы принесли с собой свои обычаи в Австралию и Новую Зеландию, и, соответственно, первые союзы там очень соответствовали образцу их родной страны.Пенитенциарный характер поселений, основанных в Австралии с конца 18 века, вряд ли способствовал формированию рабочих объединений, но переход от осужденных к свободному поселению принес первые признаки профсоюзной деятельности. Местные общества ремесленников действовали в 1830-40-х годах, якобы с целью предоставления дружеских льгот своим членам, но на практике также и для торговых целей. В состав этих обществ входили печатники, портные, мастера-строители и инженеры.С расширением экономики с 1850-х годов такие группы сформировали основу постоянных профсоюзов. Возникла модель профсоюзного движения, при котором австралийские профсоюзы, как и их коллеги в Великобритании, стремились ограничить доступ и регулировать условия труда в своих отраслях. В Великобритании в середине прошлого века ряд таких союзов развили свою организацию на национальной основе. Самыми известными были Объединенное общество инженеров и Объединенное общество плотников и столяров, основанные в 1851 и 1860 годах соответственно.В Австралии основной толчок к национальной организации торговли пришел позже, когда в 1901 г. была создана федерация отдельных колоний.

Получите подписку Britannica Premium и получите доступ к эксклюзивному контенту. Подпишитесь сейчас

В обеих странах, по мере того как профсоюзы консолидировали свою организацию на независимой и секционной основе, сотрудничество стало средством достижения общих законодательных целей, а не согласованием производственной деятельности. Это было классическим случаем с Британским конгрессом профсоюзов (TUC), ежегодным профсоюзным собранием, инициированным в 1868 году с целью лоббирования законодательного органа через постоянный парламентский комитет.Этой модели последовали в Австралии, где, начиная с 1879 года, проводился ряд межколониальных съездов профсоюзов, отчасти с целью поощрения создания парламентских комитетов в каждой из самоуправляющихся колоний. Такая политическая деятельность, безусловно, способствовала дальнейшему уточнению правового статуса профсоюзов. Законодательство, устраняющее различные оставшиеся препятствия, было принято в Великобритании в 1871 и 1875 годах; аналогичные меры применялись во всех австралийских колониях между 1876 и 1902 годами и в Новой Зеландии в 1878 году.Хотя эти три общества во многом различались, их либеральный характер до сих пор соответствовал тред-юнионизму. В частности, в Великобритании профсоюзы сами внесли свой вклад в этот эффект. Будучи хорошо заметными, стабильными и профессионально управляемыми организациями, национальные профессиональные союзы середины XIX века контрастировали с более скрытными и нестабильными союзами предшествующей эпохи.

Организованная рабочая сила при Советах

Двадцать лет назад заявленной целью большевиков при захвате власти в России было установление диктатуры пролетариата.Верно, что первой целью Ленина была мировая революция, но когда он обнаружил, что у Европы есть другие планы, он полностью сосредоточил свое внимание на строительстве социализма в одной стране. Лозунг большевиков звучал так: «Вся власть Советам!». В этих советах рабочие должны были быть верховными властями: российские социалистические советские республики и диктатура пролетариата стали синонимами. И действительно, на короткое время рабочие доминировали на политической и экономической арене. Именно они составляли знаменитые цеховые комитеты, которые полностью контролировали фабрики, шахты и все другие промышленные предприятия и отдавали приказы инженерам и руководителям.

Но эта тесная связь между коммунистической диктатурой и советским трудом длилась недолго. Ленин вскоре обнаружил, что для построения социалистического государства он должен обладать «строгим единством воли», и что этого можно добиться, только «подчинив волю тысяч воле одного». [i] После этого неуклонно возрастающая сила Единого регистрирует соответствующее снижение силы Многих. Сегодня у советского наемного работника нет никакой власти. Тем не менее мы по-прежнему называем коммунистическую Россию диктатурой пролетариата.Даже самые тщательные исследователи условий жизни в России не берут на себя труд изобразить нам реальный статус советского рабочего в терминах, отличных от заработной платы. Виктор Серж [ii] и сэр Уолтер Ситрин [iii] в своих ценных книгах о России дают очень мало информации о престиже организованного труда. Они подтверждают утверждение коммунистов о том, что каждый советский наемный работник принадлежит к профсоюзу, но не описывают роль профсоюза во всей советской схеме.Таким образом, мы обнаруживаем, что, когда даже самые преданные друзья трудящихся обсуждают Россию, они сосредотачивают свое внимание на политическом механизме, росте производства, расширении образования и т. Д., Но каким-то образом упускают из виду положение организованного труда. И поэтому мы продолжаем говорить о диктатуре пролетариата еще долгое время после того, как коммунисты уничтожили последние остатки рабочего представительства на фабриках.

В марте прошлого года Сталин отменил так называемый «треугольник». Это был трехугольный цеховой комитет, состоящий из директора фабрики, секретаря коммунистической ячейки и представителя профсоюзных рабочих фабрики.Якобы последние два члена «треугольника» были озабочены защитой интересов рабочих. На самом деле их влияние было строго ограничено. Директор завода мало обращал внимания на их требования и соглашался с их мнением только тогда, когда оно совпадало с его собственным. Тем не менее, «треугольник» стал частью советской промышленной системы, а его коммунисты и члены профсоюзов были единственным связующим звеном между рабочими и администрацией. Даже эта едва заметная связь теперь снята: управляющий фабрикой обладает абсолютной властью.

В Соединенных Штатах отмена чего-либо столь важного, как «треугольник», будет считаться антирабочим законодательством и вызовет бурю протеста со стороны профсоюзов. Но в коммунистической России она представлена ​​как «реформа для улучшения рабочих» и принимается ими без малейшего сопротивления. Докладывая о «реформе» в ЦК КПСС, ленинградский партийный лидер Жданов объяснил, что «треугольник» утратил свою полезность и результатом его деятельности стал бедлам.Удаление этого «сгустка» в коммунистической системе управления избавляет директора завода от ненужных забот и дает ему свободу делать то, что необходимо. С другой стороны, рабочие смогут «более свободно» излагать свои претензии, поскольку, по словам М. Жданова, до сих пор «руководители игнорировали потребности рабочих», в то время как другие члены «треугольника» не выполнили свой долг.

Очевидно, лидеры национальных профсоюзов должны были серьезно отнестись к реформе, поскольку они приступили к обсуждению тяжелого положения трудящихся в Советской России «свободно».После этого они были арестованы за контрреволюционную деятельность. В 1920 году Ленин заявил: «Наше нынешнее правительство таково, что организованный до последнего пролетариат должен защищаться от него. И мы должны использовать рабочие организации для защиты рабочих от их правительства ». [iv] Но вспоминать изречение Ленина 1937 года было опасно, поскольку оно явно относится к диктатуре, а не к« самой демократической стране в мире ». мир, «создавший» самую демократическую конституцию в мире.«

Советские профсоюзы ни в каком реальном смысле не похожи на наши рабочие организации. Они не обладают ни властью, ни функциями наших профсоюзов. Членство в них обязательно. Другими словами, они значат больше для работодателя — в данном случае для правительства — чем для рабочих. Советские профсоюзы из-за их обязательного членства и принадлежности к работодателю сравнивают с профсоюзами наших компаний. На самом деле у советских профсоюзов даже меньше власти, чем у профсоюзов наших компаний.Последние действуют в условиях демократии и могут влиять на трудовое законодательство. В магазине у них есть определенная свобода действий, с правом обсуждать часы работы и заработную плату. Кроме того, наличие регулярных профсоюзов укрепляет позицию профсоюзов компаний, устанавливая общие стандарты. Чтобы сохранить профсоюз своей компании, работодатель должен в определенной степени руководствоваться продолжительностью рабочего времени, заработной платой и условиями труда, которые преобладают на предприятиях, где работают постоянные профсоюзные работники. Профсоюзы нашей компании могут объявить забастовку.В Советской России забастовки являются преступлением, и бастующие уничтожаются коммунистической милицией, как это было в Донецком угольном бассейне в 1930 году. Таким образом, в России нет профсоюзов в нашем понимании этого слова. Советские союзы — это просто форма биржи труда или государственного бюро занятости.

Ленин знал, что русский рабочий — не то жалкое существо, в которое хотят заставить нас поверить некоторые друзья коммунистического правительства. Иногда они действительно выходят из-под контроля, как выяснила царская тайная полиция, когда в 1904 году они стимулировали создание рабочей организации, которая должна была держать рабочих в покое, но фактически закончилась демонстрациями «Кровавого воскресенья» 22 января 1905 года. .Ленин, казалось, знал об этом факте. Во всяком случае, он всегда был осторожен, чтобы не лишить рабочих привилегии, не давая что-нибудь взамен. Таким образом, когда он упразднил цеховые комитеты, он приказал провести серьезную кампанию по объединению рабочих в профсоюзы, чтобы компенсировать им потерю авторитета. Профсоюзы не восстановили их утраченные привилегии, но сохранили их занятость. Ленин был более увлеченным политиком, чем Сталин. Он пытался сделать падение престижа рабочих постепенным процессом.Когда мощные цеховые комитеты исчезли, рабочие были представлены в новом «треугольнике». Номинально они все еще сохраняли за собой право обсуждать часы работы и заработную плату, тогда как на самом деле эти вопросы решались Комиссариатом труда. Сегодня их исправляет директор завода и его решение является окончательным.

Менеджеры, которых преследует правительственная программа принудительной индустриализации, поэтому перестали следовать положениям трудового кодекса в отношении рабочего времени и заработной платы. «Труд », официальное советское профсоюзное издание, 10 апреля 1934 г. пожаловалось, что вместо официального семичасового рабочего дня в больших масштабах практикуется «сверхурочная работа, особенно в тяжелой промышленности. Отмена установленного отпуска каждый шестой год». день, стало обычным явлением «. В 1934 году специальное расследование Всеукраинского комитета Союза машинистов сообщало: «На заводах Машиностроительного треста рабочие обычно работают от 14 до 16 часов в сутки.без оплаты сверхурочных ». [v] 29 марта 1934 г. « Труд »сообщил, что на шахтах Донбасса отменяется шестичасовой рабочий день:« Ночная смена работает 9 и 10 часов ». Подобные условия преобладали по всей России. На Черепецком металлургическом заводе в Московской области «группа металлургов в течение трех месяцев работала в среднем по 15 часов в день». Последние три года стахановщина, знаменитая система ускорения сдельной работы. , полностью уничтожил официальный кодекс рабочего времени и заработной платы.

Положение профсоюзов само по себе шаткое. На смену цеховым комитетам пришли «треугольники». В них у рабочих был только один ракурс, хотя делегат от рабочих должен был, по крайней мере, быть избранным членами профсоюза на фабрике. Фактически, когда представитель профсоюзов был неприемлем для Коммунистической партии, его немедленно заменили на того, кто был. Юридически советские рабочие имеют право избирать членов своих профсоюзов. Однако это, как и многое другое в Советской России, является исключительно бумажной прерогативой.Снова Труд подтверждает это заявление. 27 февраля 1933 г. он комментирует выборы профсоюзов в Казахстане: «Рабочие избрали 26 председателей советов Центральных профсоюзов, 120 руководителей отраслевых профсоюзов Центральных профсоюзов, 138 председателей районных советов профсоюзов, 2476 председателей советов профсоюзов. местные фабрично-заводские комитеты. После этого Коммунистическая партия распустила шесть советов Центральных профсоюзов, в которые входили две наиболее важные торговые организации. Почти все другие избранные члены Центральных профсоюзов и местных профсоюзов были заменены коммунистами. Партийные назначенцы.Эти назначения не были утверждены профсоюзами ». 24 апреля 1934 года сообщается об условиях в Ивановском районе:« В феврале прошлого года комитеты были избраны на 74 заводах. Из избранных через три месяца после их избрания только четыре председателя все еще сохраняют свои должности. Остальные меняли два, три, четыре и даже пять раз без консультации с рабочими ».

Безусловно, это аргумент коммунистов в том, что представители профсоюзов действительно повсюду. Они есть в правительстве, даже в ЦК КПСС.Собственно, в этом и заключается беда. Если представители профсоюзов не избираются рабочими свободно и не отвечают только перед ними, их присутствие в правительстве, которое в России является работодателем, наносит ущерб интересам трудящихся. Представители профсоюзов назначаются правительством и верны Сталину, а не своим рабочим округам. Следовательно, они служат Сталину. Аналогичная ситуация была бы в Соединенных Штатах, если бы г-н Льюис и г-н Грин были назначены Национальной ассоциацией производителей и представляли профсоюзы в качестве членов ассоциации.Даже в этом случае наши собственные рабочие по-прежнему будут иметь свободу слова, печати и избирательных бюллетеней и, таким образом, смогут подавать свои жалобы общественности.

Официально сфера деятельности российских профсоюзов сегодня включает страхование, производственный контроль, санитарию, общественное благосостояние. В бюджет этой деятельности члены профсоюзов вносят 2 процента своей заработной платы. В 1934 году в России было 22½ миллиона профсоюзных рабочих, с которых правительство собрало изрядную сумму денег. Тем не менее условия труда ухудшились.При демократическом режиме, когда наемные работники имеют право голоса и свободную прессу, 22½ миллиона членов профсоюзов могли бы сделать очень многое. Но под сенью ОГПУ они беспомощны. Заводская инспекция и санитария — одни из самых актуальных проблем в Советской России. Делая решение этих неприятных проблем обязанностью профсоюзов, «Рабоче-крестьянское правительство» просто избегает ответственности. Он лишает профсоюзы их законных обязанностей, но налагает на них обязательства, которые в других странах принадлежат правительству.

Эта процедура служит двойной цели. Во-первых, это освобождает Советское правительство от ответственности за невыразимые условия на шахтах и ​​фабриках. Во-вторых, во время стресса — как показали недавние чистки — это позволяет режиму устранять «нежелательных» представителей профсоюзов, обвиняя их в халатности и саботаже. Время от времени несколько рабочих лидеров, назначенных коммунистами, подвергаются расстрелу или тюремному заключению, однако постыдные условия сохраняются. 23 марта 1934 г. газета «Труд » процитировала постановление Донецкого совета профсоюзов: «Многие профсоюзы Донбасса считают Инспекцию труда чужеродным органом в профсоюзной системе и не оказывают ей никакой помощи, ни Выполняют ли они указания профсоюзных инспекторов.«Отношение руководителей завода к инспекторам еще более пренебрежительное». Зимин, управляющий центральной группой шахт Донского бассейна, порвал указания инспектора Самусова и выгнал последнего из кабинета. Во время технического совещания на рудниках Рутченко главный инженер Кузнецов выгнал инспектора Дубровина из офиса. Начальник Корсунской группы шахт выгнал инспектора Водолазкина из офиса за то, что последний настаивал на соблюдении правил техники безопасности.Профсоюзные чиновники хорошо осведомлены об этих фактах, но ничего не делают для защиты своих инспекторов ».

В 1935 году профсоюзный кризис достиг точки «самокритики». Другими словами, диктатура пролетариата была вынуждена открыть шлюзы и дать рабочим возможность выразить свое недовольство. Условия, описанные рабочими и зафиксированные в советской прессе, были действительно черными и явно чересчур даже для правительства. Во всяком случае, Сталин сделал именно то, что сделал бы Николай II, маленький отец своего времени.Обсуждения прекратились так же внезапно, как и начались.

В 1937 году Сталин снова счел необходимым ослабить давление, и воздух снова наполнился «самокритикой». На заседании Центрального совета профсоюзов в марте лидеры профсоюзов осудили «вопиющие нарушения прав профсоюзов и пренебрежение нуждами и требованиями членов профсоюзов как главную характеристику всей профсоюзной системы в стране. СССР » ( Труд , 26 марта 1937 г.).Они признались, что профсоюзы «пренебрегают своим долгом защищать рабочих и обеспечивать соблюдение правил техники безопасности». Труд (2 апреля 1937 г.) проливает свет на персонал профсоюзов, ответственных за это пренебрежение обязанностями: «Во всех профсоюзах, от центральных управлений до комитетов по ремеслам, используется недемократическая система назначения на должности. Общие собрания практически отсутствуют. Лидеры не отчитываются перед членами. В течение многих лет не было выборов в Центральные союзы.«

Официальный коммунистический орган Правда продолжает обвинительное заключение. Ссылаясь на состояние профсоюзов в 1935 году, редактор говорит своим читателям (8 апреля 1937 года): «Прошло полтора года, и если ситуация изменилась, то она изменилась к худшему». Результатом этой трагикомедии стало увольнение в мае всего секретариата Центрального совета профсоюзов, заклейменных как «враги народа». Четверо высших должностных лиц Совета были арестованы и обвинены в должностных преступлениях, троцкизме и саботаже.Стремясь унять недовольство рабочих, коммунисты время от времени бросают волкам своих профсоюзных ставленников.

Порабощение рабочих в России нарушило основной закон экономики. До сих пор считалось аксиомой, что индустриализация увеличивает относительную важность труда. Промышленная экспансия Великобритании и США сопровождалась неуклонным ростом власти рабочих. Повышенный спрос на рабочих усилил их влияние как класса.Но в этом отношении Советская Россия перевернула закон спроса и предложения.

В условиях диктатуры пролетариата индустриализация высокого давления с начала первой пятилетки сопровождалась неуклонным падением власти наемных работников. Российские рабочие лишены всех профсоюзных привилегий и беспомощны перед своими угнетателями. Закон Окулова от 15 августа 1933 года объявляет преступлением увольнение любого рабочего, каким бы утомительным оно ни было.Наказание — шесть месяцев лишения свободы с конфискацией имущества. С другой стороны, его могут уволить по любой причине. Неосторожная фраза об условиях или неподчинении представителю ОГПУ на заводе может заклеймить его как уклониста и вредителя и может привести к его увольнению.

Попав в немилость, советский рабочий не получает никакой компенсации. Он становится изгоем. Его сослуживцы боятся его защищать. Профсоюзы, не имея власти, не могут ему помочь, даже если бы захотели.Таким образом, при диктатуре пролетариата рабочий не имеет никакой безопасности. Его еда и его тесное спальное место — его «гроб» в просторечии — принадлежат его работодателю, правительству. После увольнения он оказывается в нужде. При рабочем правительстве профсоюзное движение рабочих дискредитировано и упразднено.

[i] Ленин, «Советы за работой». Нью-Йорк: Rand School, 1918, стр. 30.

[ii] Виктор Серж, «Россия двадцать лет спустя». Нью-Йорк: Хиллман-Керл, 1937.

[iii] Уолтер Ситрин, «Я ищу истину в России». Нью-Йорк: Даттон, 1937.

[iv] «Полное собрание сочинений Ленина». 2-е издание, М., 1930, т. 26, стр. 67.

[v] Труд , 11 мая 1934 г.

Загрузка …
Пожалуйста, включите JavaScript для правильной работы этого сайта.

Политико-культурный журнал

Аргументы слева: класс и раса

Четыре коротких эссе Карлы Мерфи, Олуфеми О.Тайво, Туре Ф. Рид, Аника Фассия и Тинселин Симмс.

Belabored: Почему «корпоративная социальная ответственность» терпит поражение в работе

Присмотритесь к тому, что происходит, когда корпорации сами контролируют себя.

Знай своего врага: после национализма, с Сэмюэлем Гольдманом

Интервью с политическим теоретиком Сэмюэлем Гольдманом на тему «Быть ​​американцем в эпоху разделения».

Вся работа и без развлечений

Видеоигры, как и любой творческий продукт, отражают и преломляют условия своего производства.Сегодня они больше всего напоминают работы двадцать первого века.

Аргументы слева: выборы и коалиции

Четыре коротких эссе Джита Хира, Сэмюэля Мойна, Джейн Макэлеви и Митчелла Коэна.

Цифровой корбинизм

В Великобритании у левых больше нет партии, но у них все еще могут быть инструменты, необходимые для ее восстановления — инструменты, которые можно улучшить, переделать и реорганизовать.

Культурная война в классе

Пора педагогам перейти в наступление на консервативную кампанию по запрету «критической расовой теории» в школах.

Аргументы слева: свобода слова

Пять коротких эссе Брайана Мортона, К-Сью Парк, Каты Поллитт, Наташи Леннард и Асада Хайдера.

Rage Against American Healthcare

(Ярость против американского здравоохранения)

В Соединенных Штатах больные пациенты часами координируют действия, торгуются, а иногда и умоляют систему здравоохранения.Могут ли эти разочарования стать источником радикальных изменений?

Красная линия, раса и цвет денег

Карты

Redlining документируют глубокую историю институционального расизма в Соединенных Штатах. Они также показывают, как федеральное правительство управляло риском для капитала — ролью, которая увековечила неравенство еще долгое время после прекращения явной дискриминации на рынке жилья.

Как протест в кампусе спровоцировал турецкую оппозицию

Подавление турецким правительством акций протеста в университете Богазичи в начале этого года собрало самую широкую коалицию противников AKP со времен протестов в парке Гези в 2013 году.

Эвакуация из Афганистана

Администрация Байдена объявила, что ускорит планы по переселению афганцев, которые работали с вооруженными силами США. Их ситуация требует самого быстрого реагирования.

Станислав Маркелов: Профсоюзное движение России, 1990-2000-е гг.

Москва 2012: Марш памяти Станислава Маркелова и Анастасии Бабуровой. CC BY-NC 2.0 Владимир Варфоломеев / Flickr.Некоторые права защищены.

Десять лет назад в январе этого года в центре Москвы были убиты активист-адвокат Станислав Маркелов и журналистка Анастасия Бабурова. Как выяснилось позже, это был пик террористической кампании российских ультранационалистов. Как юрист по правам человека, Маркелов защищал ряд громких дел на протяжении 2000-х годов, часто связанных с насилием со стороны полиции и сил безопасности.

Но что осталось за кадром, так это участие Маркелова в левом и профсоюзном активизме.Здесь мы представляем сокращенный перевод интервью социолога Александра Бикбова, проведенного в октябре 2006 г., в котором рассматривается роль Маркелова как активиста и юриста в разрешении трудовых споров. Он начинается с размышлений Александра Бикбова, написанных в память о Маркелове через десять лет после января 2009 года.

От Александра Бикбова: Станислав Маркелов, застрелен неонацистским убийцей 19 января 2009 года, был настоящим явлением, живым воплощение невозможного набора качеств.Невероятно успешный, адвокат в некоторых из самых громких дел в возрасте 34 лет, лидер молодых левых, человек, принадлежащий к разным слоям общества, сторонник сильного социального государства, любивший панк-рок, юридический представитель антифашистов, профсоюзов, неформалы и независимой газеты Новая газета , пламенный правозащитник и столь же яростный критик русского либерализма, политический головорез и общественный интеллектуал, имевший все шансы стать действительно важной фигурой в мире. новая, все еще зарождающаяся эпоха.

Как это часто бывает, самая известная часть биографии Маркелова начинается с его профессиональных успехов: политических судебных процессов, которые он регулярно выигрывал или которые, даже будучи проигранными, сумели превратиться в публичную демонстрацию возможностей российской системы правосудия. инерция. Изучение более ранних моментов его биографии и менее известных сторон его профессиональной жизни позволяет нам прояснить источник его удивительных способностей и далеких от обычных взглядов.

В этом отношении особенно ценным является опубликованное ниже интервью.Отвечая на мою просьбу обсудить российские профсоюзы и его юридическую практику, по сути, Маркелов погрузился в то измерение своей жизни и работы, где историческое тесно переплетается с глубоко биографическим. Здесь мы видим Маркелова — организатора крупнейшего студенческого движения 1990-х годов, Маркелова — законного представителя рабочих, потерявших работу на заводах в регионах, Маркелова — приверженца радикальной социал-демократии. Все эти далеко не очевидные карьеры успешного юриста прекрасно иллюстрируют необычную траекторию, по которой он шел.

Станислав Маркелов на Сибирском социальном форуме, 2008. Фото CC BY-SA 3.0: Wiki Commons. Некоторые права защищены.

Сегодня, как и во время разговора 12 лет назад, меня поражает рациональная строгость и насыщенность образов, которыми Станислав описывает три области опыта, в которые он был погружен. Это студенческие протесты 1990-х годов. , конфликты рабочих с заводской администрацией в 2000-е годы и тактика трудовых конфликтов, скрытая за фасадом постоянно меняющегося законодательства России.Он смотрит на эти сферы безупречным взглядом стратега, которому интересно, как все происходит, что мешает движению достичь своей цели и как изменить ситуацию на фундаментальном уровне.

При этом невозможно не замечать тех хитрых вспышек игрока и остроумия, пробегающих по стратегическому анализу Маркелова. Таким образом, рассказывая историю взлета и падения студенческого профсоюзного движения («Защита студентов») в 1990-х годах, одним из организаторов которого он был, Станислав не преминул упомянуть ключевую роль «тусовки» и идеологической «Беспринципность» в организации работы.Характеризуя развитие трудовых конфликтов, Маркелов искренне впечатлен не решительностью рабочих, а их близорукостью. Как всякий достойный противник, он также иногда отмечает хитрость и манипуляции заводской администрации.

Ответы Маркелова отражают потрясающее понимание деталей и умение связать их вместе. Его разрушение дела Выборгской бумажной фабрики в конце 1990-х, когда рабочие захватили их предприятие, чтобы возобновить производство, похоже на готовый сценарий фильма в духе фильма Мартина Скорсезе Банды Нью-Йорка .Описание студенческой демонстрации 1995 года в центре Москвы звучит как план, спрятанный на будущее. Спустя десять лет Маркелову все еще удается воспроизвести точный маршрут демонстрации по городу, места ее остановки и суть ключевых событий.

Таким образом, в этом интервью раскрывается не только биография Маркелова — личная и профессиональная. Это позволяет нам увидеть, как работает аналитическое и юридическое мышление Маркелова. Последнее меня особенно интересует.Как ему удавалось выигрывать самые невероятные дела, в том числе политические процессы, которые в российской практике считаются безнадежными? Отвечая на мои общие вопросы о стратегиях невозможных побед, он дал шокирующе простой ответ. «Вы понимаете, — пояснил он с улыбкой, — российская система правосудия построена так, что адвокат, участвующий в судебном процессе, является не законным представителем, а посредником между сторонами. В целом ряде случаев посредник, который просто несет ответственность за доставку чемоданов с деньгами.Есть даже забавное сленговое слово для обозначения этой работы — «кран». Конечно, я никогда этого не делал. Противоположный. Я просто все делаю по правилам — и одного этого часто бывает достаточно. Внимательно читаю все материалы по делу, ищу неточности и нарушения, изучаю прецеденты. Довольно часто уровень [знаний] в наших судах таков, что судьи и юристы не знают основ нашего законодательства и не читают материалы дела. И если я попытаюсь дойти до конца, опираясь на процедуру, судья ничего не может сделать, кроме как принять решение в мою пользу.

Спустя десять лет после этого собеседования многое изменилось в профессиональном юридическом представительстве. Благодаря политическим и трудовым делам сформировалось целое поколение юристов — людьми, которыми Станислав мог бы назвать своих коллег в полном смысле этого слова. «Журавли» с конвертами, набитыми чемоданом, реже ходят из офиса в офис. Но сдвиги в организации ряда рабочих, которые Маркелов отмечает еще в 2006 году, стали важной частью более широкой картины. С одной стороны, на первый план вышли небольшие профсоюзы в сфере образования и культуры.С другой стороны, борьба против независимых профсоюзов усилилась, и положение корпоративных союзов, где руководство объединено с рабочими, укрепилось.

Замечательно точные и наполненные конкретикой наблюдения Маркелова в нынешних условиях становятся важным ресурсом для оценки и сравнения. Складывается ощущение, что Маркелов, предательски остановившийся на пороге нового десятилетия, прошел в переулок, миновав недружелюбное десятилетие, и попал в новую, пока неизвестную эпоху.

Это интервью изначально было опубликовано в сокращенной версии в сборнике «Никто кроме меня» , посвященном памяти Станислава Маркелова. Для этой публикации я сверил расшифровку стенограммы с аудио, удалив неточности и восстановив ранее неопубликованные фрагменты.

***

AB: Не могли бы вы сказать несколько слов о том, как возникло независимое рабочее движение в России?

SM: До 1990-х годов независимое рабочее движение было большой проблемой для советских властей.И это было намного сильнее диссидентского движения. Диссидентское правозащитное движение было сконцентрировано в основном в крупных городах, оно имело связи на западе через международных журналистов. Америка и Европа мгновенно узнают об их мощных демонстрациях из трех человек. Но они ничего не знали о рабочем движении. Рабочие в Советском Союзе постоянно проводили демонстрации, иногда собирая до нескольких тысяч человек. При этом они были очень разрозненными, не было никакой организации и в большинстве случаев не сообщалось.

Первый день протестов в Новочеркасске: рабочие перекрывают железную дорогу и вешают на электровышку транспарант с надписью «Мясо, масло, плати больше!» 1 июня 1962 года. Изображение из Новочеркасского мемориального музея. Через Медузу.

Протесты рабочих были ожесточенными. Причем крайнюю форму они приобрели в шахтерских поселениях. Здесь протест был близок к фатальному: рабочие отказались выходить из шахт. Была только одна попытка создать что-то вроде польского движения солидарности — SMOT [Свободный межпрофессиональный союз трудящихся, основанный в 1978 году].На знаменитой демонстрации в Новочеркасске [в 1962 году] рабочие подняли красный флаг — тот самый, который был установлен на их предприятии, — и это было сочтено преступлением. Движение, проходившее под знаменем красного флага, требовало хлеба, масла и повышения заработной платы. Их требования были экономическими. Единственным более или менее политическим требованием в то время было «Положить конец привилегиям!»

Успех и угнетение профсоюзов в Новой России

В конце 1980-х, когда волна демократии нарастала, рабочее движение было очень тепло встречено либеральной элитой.Именно тогда, по сути, начался [процесс] создания независимых профсоюзов. Либералы докладывали о каждой демонстрации рабочих, потому что они были направлены против Советской власти и, соответственно, были для них полезны. Когда я потом разговаривал с ними, многие рабочие лидеры 1980-х годов сказали: «Да, мы это очень хорошо помним и понимаем, что нас использовали». Это осознание с разной степенью ясности пришло в конце 1991 года. То есть в первый год нового подъема рабочего движения в Кузбассе, в Беларуси, которое ранее было полностью лояльным Советской власти.Они нанесли удары, парализовавшие транспортные пути.

Естественно, требования рабочих оправдались. У вас была [система] привилегий, элита, которая забирала все, а затем профсоюз, который ничего не делал и в основном составлял часть управления предприятием. Стоит отметить, что после 1991 года ничего не изменилось: та же элита получила те же преимущества, что и до 1991 года — и это были те же люди, только теперь они имели статус бизнесменов, а не директоров [предприятий].Тем временем официальные профсоюзы начали выполнять функцию организации рабочих для принудительного труда, более или менее в качестве рабов этих бизнесменов.

Что касается превращения старого партийного руководства в бизнесменов, я могу отметить один интересный факт. Одно время мне удавалось просматривать каталог внутренней партийной библиотеки КПСС, в котором указывается, были ли книги востребованы. Как оказалось, самыми популярными среди читателей были книги по менеджменту и бизнесу, издаваемые на Западе — их часто просили.Практически никто не заказывал книги о рабочем движении, научном коммунизме и так далее.

В конце 80-х годов прошлого века профсоюзное движение резко пошло по совершенно другим направлениям. Была скуплена часть профсоюзов — и это было сделано настолько открыто, что это напомнило ситуацию в США в 1920-е годы.

AB: А кто их купил?

SM: Местные власти и бизнес, в основном. В России было хорошо видно, как они слились.По сути, они были одним и тем же. Точнее, бизнес находился в ведении государства.

Такова судьба КСПР [Конфедерации свободных профсоюзов России], и это только наиболее яркий пример. Изменились и формы протеста рабочих.

[Типичная] ситуация 1990-х годов: предприятие прекращает работу, новый собственник распродает основные активы. И сотрудники устраивают демонстрации — не для того, чтобы кого-то защищать, а для того, чтобы их предприятие продолжало работать.Подобные демонстрации не урегулированы на законодательном уровне в России, но, несмотря на то, что все, что не запрещено законом, теоретически разрешено, на практике эти демонстрации были запрещены. Бастуйте сколько угодно [они сказали]. Ведь на тот момент это просто формализовало знакомую ситуацию: невыплата заработной платы работникам, которые затем отправлялись в постоянный отпуск без заработной платы. Если они бастовали, то официально им перестали платить.(«Пожалуйста, удалите, тем лучше для нас! Пока вы бастует, мы все украдем и продадим, быстро получим наличные, отправим их по трубопроводам. А затем уедем за границу с этими деньгами. Вы просто можете умереть. ! »)

В 90-е годы также была волна голодных восстаний, прикрываемых властями, которые в то время были либералами. Но я это точно знаю. Восстания возникли, когда предприятия перестали работать. Не из-за забастовок, а из-за остановки фабрик. И это пришло не волной, а цунами.В ответ рабочие были вынуждены прибегнуть к формам сопротивления, которые на Западе считались бы наиболее радикальными, — к блокированию транспортных путей. СМИ отреагировали на это, но не оказали такого влияния, как, скажем, в Англии или Германии.

Пример одной из самых ярких антиприватизационных инициатив — Выборгская бумажная фабрика [1996–1999]. Это самый известный случай, и я в нем участвовал. Выборгская бумажная фабрика была уникальным предприятием, таких в Европе всего два.А Выборг совсем рядом с Петербургом, это не какая-то заводь. Люди там стали буквально голодать. Денег не было, люди брали ссуды, а потом возвращали их картошкой. Они привели детей в городскую столовую, чтобы просто поглядеть на еду. Им приходилось жить за счет земли. Летом собирали грибы, ягоды.

Отчет «Взгляд» по спору на Выборгской бумажной фабрике, октябрь 1999 г. Источник: YouTube.

Завод приватизирован — как всегда с множеством нарушений.Заводчане ждали нового хозяина, чтобы приступить к работе. Но хозяина не было. И сотрудники начали его поиски. Между тем собственник уже все продал и продал максимальное количество акций. Оказывается, этот человек, продавший завод за 16 тысяч рублей и получивший фантастические дивиденды, разыскивается Интерполом в розыск. И рабочие вместе с Интерполом его ищут.

Тогда сотрудники захватили фабрику, выпустили единую акцию, которая была передана профсоюзу фабрики (созданному ими), а затем приступили к работе.Сразу завод начинает получать прибыль и платить налоги государству. До этого завод несколько лет ничего не приносил.

Чем закончилась эта Выборгская история? Закончился рейдом ОМОНа [14 октября 1999 г.]. И не обычный спецназ, а «Тайфун», спецназ, подавляющий тюремные беспорядки. Подразделение ОМОНа совершило налет на фабрику, в результате чего несколько десятков человек, в том числе женщины, были жестоко избиты.

После рейда рабочие поднялись и сумели заблокировать ОМОН от дальнейших действий.Затем последовала волна [реакции] в либеральной прессе.

В котором периодически фигурировали требования привлечь к ответственности рабочих (которые восстановили фабрику, которая начала приносить государственные деньги), а не владельцев и власти. Среди СМИ, которые это сделали, были «Известия». Одна из статей против рабочих заканчивалась словами: «Почему не мобилизовали Кантемировскую дивизию?» То есть почему еще больше рабочих не избили и танки не завели? Яркий пример либеральной журналистики и либеральной газеты того времени.

AB: Почему либеральная пресса так отреагировала? Был ли это страх восстановления коммунистического режима или что-то еще?

SM: Я думаю, что опасения по поводу восстановления коммунистического режима были прикрытием. Они рассказали эту историю всем, кто мог. КПРФ была последней, кто хотел прийти к власти, ее руководство на тот момент жило неплохо. Фактически, это было опасение пересмотреть результаты приватизации.

AB: А либеральные журналисты этим интересовались?

СМ: А кто именно им платит? [Смеется] Кстати, выборгское дело продемонстрировало ключевую слабость профсоюзного движения.Он сохранял веру в власть до последнего момента. Злые бандиты были там, в регионах, но наверху все были хороши. Достаточно показать, насколько местная власть коррумпирована, и Москва во всем разберется, Москва поймет. «Если мы правы, то нам не нужно это демонстрировать» и так далее. Так они проиграли все судебные процессы, у них не было даже адвокатов. Когда они начали связываться с юристами, юристы не могли с ними работать — рабочие не привыкли разговаривать с людьми, которые не были рабочими, т.е.е. клиенты государства. Сотрудники проиграли все суды.

В итоге в отношении рабочих было возбуждено уголовное дело, хотя все травмы — а они были серьезными, переломы конечностей, сотрясение мозга и разбитые почки — были на их стороне. Возбуждено дело о массовых беспорядках, и это серьезное обвинение, до 15 лет лишения свободы. Более того, ответчикам было предъявлено обвинение в том, что они препятствовали должностным лицам судов и правоохранительных органов выполнять свою работу.

В конце концов они были полностью разбиты.А Выборгская бумажная фабрика была распродана.

Следующим сильным показателем активности рабочих стали забастовки, организованные профсоюзами авиадиспетчеров. Посмотрите, какие профсоюзы наиболее эффективны с конца 1990-х годов. Это авиадиспетчеры, докеры, недавно организовавшие в Петербурге очень большую забастовку, и моряки. Это те категории работников, которые наиболее востребованы и имеют материальные ценности. У них довольно большая заработная плата, правда, они несопоставимы ни с их работой, ни с их условиями.И их действия всегда приводят к желаемому результату, в отличие от демонстраций всех остальных.

AB: А что насчет майнеров в конце 1990-х?

SM: Иная ситуация была с майнерами: когда основные активы шахт распродавались, они никому не были нужны. А компаниям майнеры нужны как дыра в голове: у них хватит собственных проблем. Несколько угольных проектов заглохли, погибли целые угледобывающие регионы. Я разговаривал с рабочими одной угольной компании, где все пришло в упадок, работы не было, люди уехали.С самого начала им обещали снова и снова, и они им поверили. А сейчас там просто мертвый край, вымерли села. Хотя авиадиспетчеры, моряки и докеры по-прежнему востребованы, они по-прежнему важны для людей. Они объявили забастовку и получили то, что хотели.

В 2000 году произошел сдвиг, когда новый бизнес-класс России, полностью слился с властями, начал работать в направлении долгосрочной прибыли, а не спекулятивных сделок. Соответственно, бизнес должен был начать создавать постоянные рабочие места и поддерживать хорошие условия труда.Руководства корпораций начали создавать собственные профсоюзы — например, профсоюзы ЮКОСа, Газпрома…

Они предоставили те же вещи, к которым привыкли люди, работающие в 1970-е годы: распределение отпусков, небольшие улучшения в социальной сфере — это то, чем занимаются менеджеры по персоналу на западе. Соответственно, многие профсоюзы запретили забастовки, прописанные в их уставах и соглашениях.

Это одна сторона. С другой — продолжает действовать монстр ФПК-ФНПР [Федерация независимых профсоюзов России], объединяющий как рабочих, так и работодателей.Это совершенно неправильно с юридической точки зрения. Согласно новому Трудовому кодексу, руководители и управленческий персонал являются представителями администрации. Таким образом, само существование этого союза незаконно. Есть понятие «корпоративный профсоюз», в итальянском законодательстве есть понятие «удобный профсоюз» — FNPR полностью под это определение.

У меня были официальные встречи с Андреем Исаевым. Замечательный человек, который прошел путь от анархиста до одного из лидеров «Единой России» и сумел работать везде, в том числе в профсоюзной работе.

Сейчас он возглавляет комитет Думы по труду и социальной политике и является одним из авторов нового Трудового кодекса. Исаев утверждал, что ФПНР — нормальный профсоюз, потому что высокопоставленные менеджеры, директора также являются наемными работниками. И поэтому у них те же интересы, что и у их сотрудников. В результате у ФНПР даже не было забастовочного фонда. Самый крупный профсоюз в стране, имеющий свои санатории, банк и другие активы, не имеет забастовочного фонда, потому что не проводит забастовок.В этом нет необходимости.

AB: А как называется банк?

SM: Банк солидарности. Была попытка закрыть его по каким-то махинациям. Но он все еще существует. А у лидера ФНПР [Михаила] Шмакова есть загородный дом рядом с домом [Юрия] Лужкова, на Рублевском шоссе.

Какая сейчас ситуация с профсоюзами в целом? В новом трудовом законодательстве России деятельность профсоюзов сильно ограничена. Во-первых, официально запрещены забастовки солидарности.Полностью. Если вы хотите поддержать коллег по той же профессии, у вас нет на это права. Во-вторых, была создана хитрая схема [в конфликтных ситуациях]: допустим, на фабрике есть два профсоюза — независимый профсоюз и один FNPR — и они действуют от имени определенного числа сотрудников (например, чтобы завершить коллективный соглашение), и профсоюзы не согласны, тогда принимается позиция союза с большим количеством членов. Учитывая, что большинство сотрудников автоматически присоединяются к официальному профсоюзу (часто это является условием приема на работу), тогда положение FNPR намного лучше.На многих предприятиях бывают ситуации, когда директор завода одновременно выступает в роли главы профсоюза. Тот же человек. Здесь возникает ситуация, когда независимые профсоюзы теряют право голоса в конфликтах. Так составлялось трудовое законодательство.

В результате каждый трудовой спор приводит к очень неприятным последствиям и поощряет далеко не честное поведение руководства компании.

Пересечение профсоюзов и левого движения в образовании

AB: Знаете ли вы какие-либо примеры успешной профсоюзной организации в образовании, академических кругах, школьной системе?

SM: Прямо сейчас наблюдается волна [активности]: работники образования пытаются самоорганизоваться, особенно в средних школах, и высшие учебные заведения иногда присоединяются к ним.Условия труда ужасные. Несмотря на все национальные программы, в некоторых регионах ситуация даже ухудшается.

Что касается работников интеллектуальной сферы, то был случай, когда ко мне за помощью обратились сотрудники телеканала, где люди были уволены в массовом порядке незаконно. Я сказал им: «Мне нелегко работать с каждым из вас индивидуально. Ваши требования полностью законны. Увольнения — нет. Организуйте союз вместе ».

Они ответили: «Почему мы должны организовывать профсоюзы? Каждый человек уникален.Вы хотите, чтобы мы ходили с красным флагом ?! » В конце концов, все потеряли работу.

AB: Это скорее пример неудачи.

СМ: Да, но это показывает характерное отношение людей, занятых в гуманитарных науках, к подобной ситуации. Часто они терпят поражение от либеральной идеологии.

AB: А как насчет студенческих профсоюзов?

SM: О, это отдельная тема! В сфере образования была РАПОС, Российская ассоциация студенческих профсоюзов, которая была отделением ФНПР, в которую студенты вместе с преподавателями вместе с радостью вносили членские взносы.

В середине 1990-х у левого движения была идея, что нам нужно перейти от политических лозунгов, которые часто сводились к «вы за красных или за белых?», Нравитесь вам коммунисты или нет, к социальные лозунги. Ведь среди студентов самыми популярными были лозунги о повышении стипендий, отсрочке службы в армии, выборе профессоров и так далее. И они должны этого требовать, хотя бы на минимальном уровне.

Марш Студенческой защиты, 12 апреля 1995 г., Москва.Источник: Архив Студенческой защиты / Маоизм.ру.

Но даже когда требования были минимальными, это уже считалось формой радикализма. В 1968 году у парижских студентов был лозунг: «Будь реалистом, требуй невозможного!» После этого мы стали требовать минимального, и нас стали называть «ультрарадикалами», помощниками «красных бригад» и «маоистами». Нас называли всем под солнцем!

С другой стороны, создание профсоюзов на этой основе, то есть с четкой идеологией, помогло предотвратить не просто раскол, а полное разрушение молодежного движения, в котором было 100 конфликтующих групп.Даже несмотря на то, что появление профсоюза с широкой идеологией, Студенческая защита, вызвало явное отвращение у многих идеалистов-левых. Но на мой взгляд, это был один из самых успешных проектов для левого движения в целом, а не только для профсоюзов. Нам удалось быстро увеличить количество участников.

AB: Как вы это сделали?

SM: Было весело, это было «круто», взрослые не контролировали. Все реальные требования, те, которые касались непосредственно нас, исходили снизу и сразу находили поддержку наверху.

AB: Это было не только в Москве?

SM: Нет, во многих городах: Петербург, Тула, Новосибирск, Ростов. Всего в профсоюзе было от 10 до 15 тысяч человек. Значительная часть людей, если не большинство, были полностью пассивными: они просто писали приложения. Но все же самые крупные протесты, которые удалось провести левым [в 1990-е], эти протесты были организованы Студенческой защитой.

AB: Как это произошло?

SM: В апреле 1994 г. РАПОС провела публичную демонстрацию в поддержку повышения заработной платы.Появляется Союз защиты студентов, берет всю толпу, стоящую за РАПОС, и начинает несанкционированный массовый митинг за Белым домом [главный офис правительства России]. Потом массовое шествие по центру Москвы до Театральной площади. Конечно, задержали много людей. Я знаю подробности от других людей, меня там не было.

В следующем году все повторилось точно так же, только они решили застраховаться от поражения. Лидеры Студенческой защиты были арестованы после того, как на них указали активисты РАПОС.Люди с флагами и транспарантами были арестованы мгновенно. Они думали, что сняли руководство. Но здесь они ошибались, потому что многие люди, в том числе и я, не держали флагов. [Смеется]

Таким образом, под лозунгом «Ребята, мы повторим то, что было весело в прошлом году», мы в очередной раз приехали с большим митингом в центр Москвы. Но на этот раз все обернулось куда более жестоким — полиции было больше, и ОМОН тоже присутствовал. Но сама демонстрация была намного масштабнее.По пути туда полицейские пытались останавливать людей, все время «отрезая им хвост» — отбирали людей, идущих позади марша, и арестовывали их.

Арбат был перекрыт, но нам несколько раз удавалось обойти полицейские кордоны, изменив тактику и свернув на закоулки. На Арбате мы разгромили офис корпорации Olbi (одной из правых корпораций), затем подошли к зданию Минобороны, которое облили краской в ​​знак протеста против войны на Северном Кавказе, а затем переехали в Манеж.Там ОМОН разделил акцию протеста на три части, две из которых были разогнаны и частично задержаны. Но начальник колонны, около 150 человек, попытался пройти на Красную площадь, затем прошел мимо Александровского сада и вышел на Театральную площадь. Там нас ждали какие-то фашисты, и они начали драку.

В феврале 1995 года мы организовали пацифистский марш вместе с некоторыми неформалы [термин, обозначающий неформальные субкультурные группы эпохи перестройки], начиная с Арбата.И хотя это был несанкционированный марш, его не разогнали. В октябре 1994 года на площади перед МГУ мы также организовали несанкционированную демонстрацию и сожгли чучело буржуа. Полиция пыталась настроить против нас местных студентов (как если бы мы были «коммуняками»).

AB: Удалось ли договориться?

СМ: Нет, договориться не удалось. Нам удалось предотвратить столкновение, но задержали несколько человек, примерно 10 человек.

Мы проводили собственные конференции, которые снова превратились в просто тусовку людей.Мы связались с организациями в Украине, Молдове и Беларуси, в частности, где молодежное движение против Лукашенко только набирало силу.

Наши требования были выполнены по ряду вопросов. В основном социальные, простые вещи. Например, свободное передвижение по студенческим общежитиям, своевременная выплата стипендий, получение комнаты внутри институтов — у каждого были свои требования. Политическая работа велась на самом базовом уровне. Более того, о профсоюзе ходили слухи, что проблемы создают просто кучка людей.Поэтому мы начали разработку собственного законопроекта от имени обучающейся молодежи, и пытались пройти через Государственную Думу. Я должен иметь это где-нибудь дома. Сейчас об этом начали забывать.

AB: Удалось ли принудительно провести голосование в Думе?

SM: Насколько я помню, коммунисты боялись выставлять его на официальное голосование, а других левых тогда не было вообще.

После 1995 года Студенческая защита стала менее активной, и тому есть много причин.Во-первых, кто мы? Либо мы боремся за социальные права, либо выдвигаем политические лозунги. Во-вторых, у нас было огромное количество членов по тем временам, около десяти тысяч. Буквально из Новосибирска приедет человек с пачкой заявлений, потому что студенческие отряды будут присоединяться к Студенческой защите. Одна из причин заключается в том, что если вы являетесь членом официального профсоюза, вы должны платить взносы, а у вас их не было, чтобы присоединиться к защите студентов. Мы не знали, что делать, как накапливать эти массы людей.

В-третьих, КПРФ начала предвыборную гонку. Член исполкома Студенческой защиты Даша Митина стала депутатом Госдумы от КПРФ и взяла с собой всех комсомольцев из Студенческой защиты. Потом возникла проблема с финансированием нашей деятельности. Наконец, мы позиционировали себя как леворадикальный политический профсоюз. И это сдерживало людей: мы не должны были воспитывать идеологию, мы должны были вести переговоры с людьми. Хотя на самом деле не было никаких аргументов, была, например, одна конференция, на которой группа анархистов начала забрасывать людей бутылками, которые выступали.Тем не менее, на следующий день все сели вместе и дружески выпили.

К сожалению, такие явления, как Защита студентов, не переросли в систему.

AB: Пытались ли вы разработать механизмы передачи деятельности младшим школьникам?

SM: Мы не смогли. Механизмы деятельности укоренились в левой среде, и новых студенческих лидеров практически не появлялось. Все лидеры, весь исполнительный комитет были лидерами разных политических групп, которые договорились между собой, что они не будут обсуждать идеологию.По песне, на левой груди у тебя профиль Сталина, а на правой — Нестора Махно. Меня, кстати, спросили: «Пожалуйста, не уходи, оставайся, не уходи! В противном случае все остальные — просто радикальные идиоты. И с вами среди нас будут социал-демократы. Можно сказать, что у нас тоже есть умеренные ». Конечно, тогда я мог бы заклеймить себя кем угодно — и никого бы это не волновало.

Между тем большинство студентов отреагировали примерно так же: «Ой, как весело быть рядом с тобой, это круто, веди нас, и мы тебя поддержим!» Я бы их спросила: «Ребята, а вы сами можете что-нибудь организовать?» «Ну нет, у нас нет навыков.«В этом смысле создать систему, обеспечивающую ротацию [людей], было невероятно сложно.

Потом был острейший кадровый дефицит — часть анархистов уехала, часть левых, комсомольцы пошли на другую работу.

Я знаю, что сейчас есть попытки восстановить этот опыт, люди пытаются воспроизвести наши действия буквально на волонтерской основе, но повторяют те же ошибки, потому что нет опыта, нет передачи опыта.

С 1996 года я перешел в «Защитники радуги» и другие экологические движения. Несколько человек из Студенческой защиты занялись разными делами.

AB: Но почему? Вы думали, что это будет что-то более мобильное?

СМ: Было ли это мобильным или нет, это была настоящая работа. Защита студентов оставалась, с одной стороны, индикатором возможностей — индикатором того, что возможно, — а с другой — индикатором краткосрочного развития на спринте.

Ближе к концу, начиная с 1995 года, трещина уже ощущалась. Хотя нас по-прежнему боялись, и глава ФНПР Михаил Шмаков пригласил Дмитрия Петрова, представителя Московского комитета защиты студентов, и попытался убедить его, что мы не должны делать то, что делаем.

AB: Были ли связи с другими профсоюзными организациями? Совместные действия?

SM: Были ссылки. Например, с профсоюзом обороны, которым руководит [Юрий] Леонов.[Олег] Шеина тогда не было, сейчас он активен.

Я понял, что этот независимый союз опасается студенческой активности. Мы пытались организовать что-то с рабочими: демонстрации под лозунгом «Студенты и рабочие вместе». Не вышло. Но, как правило, рабочие считают, что идеологизация является проблемой, а здесь рабочие-идеалисты нуждаются в сверхидеологизации, по их мнению. В Студенческой защите у нас была политизация без идеологизации.

Люди, вовлеченные в ту или иную акцию, сильно изменились.Это был просто целый калейдоскоп людей. Четкой структуры не было, и это было нашим недостатком, мы не могли точно сказать, сколько человек у нас было в том или ином институте. Однажды из одного института могут прийти двадцать человек, и потом мы уже никого не сможем найти. Это был плавучий контингент людей. Мы постоянно видели нескольких старых участников, затем несколько новых людей и определенные группы.

Это одна из характеристик студенческого сообщества, оно «плывет». Вы можете собрать массу людей для индивидуальных демонстраций, и это будет иметь много энергии.Но делать это постоянно невозможно: у них нет постоянных профессиональных интересов, так как они исчезают, когда они уходят из университета на работу. Остались, наверное, только аспиранты. И администрация университета может на них давить.

Стратегические действия профсоюзов и создание контргегемонии

AB: На ваш взгляд, нет постоянно действующих профсоюзов, которые могли бы повлиять на ситуацию на национальном уровне, а не только отдельные предприятия? То же самое для интеллектуального и студенческого секторов?

SM: Я не думаю, что нужно создавать профсоюз для студентов — профсоюзы предназначены для представителей профессиональных групп.Но защита студентов в конкретных отраслевых университетах должна быть частью задач профсоюзного движения. Движение нужно для того, чтобы студенты чувствовали себя частью профсоюзной среды. Такое профсоюзное движение необходимо еще и потому, что студенты больше заинтересованы в получении работы, а связь с промышленностью может оказаться полезной. И как человеку, работающему в юридической сфере, это может помочь наладить контакты.

AB: Но сейчас одна и та же проблема существует во всех учебных заведениях — начиная от маленьких и заканчивая МГУ, — когда в университетах и ​​на производстве выпускников больше, чем рабочих мест.В вузах существуют виртуальные очереди на вакансии. А у администрации университета всегда есть способ оказать на вас давление: если вы не встанете на колени, не откликнетесь на мои крайние требования, то следующий человек в очереди примет вашу работу на худших условиях.

SM: Совершенно верно. Вот тут-то и приходит профсоюз, который говорит студенту: эти предприятия находятся под нашим контролем, и у них есть свои листы ожидания для отбора выпускников из ваших институтов.Получается, что нужно начинать с нуля и еще раз учить профсоюзы методам коллективной работы и сотрудничества. Нам необходимо обеспечить, чтобы любое предприятие находилось под контролем профсоюза рабочих, который участвует в управлении, владеет как решающей долей акций, так и может влиять на работу предприятия, включая кадровые решения. И каждый член профсоюза должен понимать, что профсоюз не позволит его просто так уволить. Но на данный момент этого нет, и написано законодательство, предотвращающее это.И не все решает трудовое законодательство федерального уровня, а передается нижестоящим уровням. В конце концов, помимо запрета вторичных забастовок, есть новая норма, которая разрешает все согласовывать на уровне индивидуальных и коллективных трудовых договоров.

Вообще на многих заводах некому составить правильный коллективный договор. Если юрист работает на работодателя, то, конечно, ясно, кому будет выгоден контракт. Понятно, в чьих интересах будет осуществляться этот контроль на уровне рабочего — работодателя.

AB: Были ли случаи, когда люди, получившие опыт организованного сопротивления на одном предприятии, передавали его на другое? Был ли этот опыт каким-то образом накоплен и распространен?

СМ: Это еще одна проблема, так как бывает слабо. Может быть, на каком-то индивидуальном уровне, но системы нет. Сегодня наблюдается крайний раскол рабочего движения.

Перевод Тома Роули.

Почему профсоюзы в России беспомощны? — Реальное время.com

Почему профсоюзы в России беспомощны?

Срок уведомления работника об увольнении может сократиться с двух месяцев до двух недель. Об этом сообщил СМИ президент Конфедерации труда России Борис Кравченко. Законопроект планировалось обсудить на заседании Российской трехсторонней комиссии по регулированию социально-трудовых отношений 29 мая. В колонке для «Реального времени» социолог, руководитель проекта «Мониторинг трудового протеста» Петр Бизюков объясняет, могут ли современные профсоюзы влиять на такие ситуации и имеют ли они какое-то влияние в целом.

Какими были советские профсоюзы

Советские предприятия имели три уровня контроля. Первый — это партийный контроль, когда высшие менеджеры и высшие работники контролировались партией. Как правило, все рабочие элиты были членами партии, так же как и все лидеры. Они были включены в систему. Цена нарушения правил — возвращение партбилета на стол и потеря статуса на этом месте. Это было немало.Вторая система управления — комсомольская. Он полностью контролировал молодежь. Практически вся рабочая молодежь была комсомольцами, но не все перешли в разряд партийных работников.

А для третьей категории, не имевшей никакой идеологии, был контроль через профсоюз. Если в комсомоле и в партии был идеологический момент и нужно было притвориться, что веришь в дела партии, профсоюз действовал только за счет финансового и нефинансового стимулирования.

Профсоюз раздал товар.Это были квартиры, большая бытовая техника и прочее. Все это могли получить только те, кто либо долго проработал на предприятии, проявив к нему лояльность, либо занимал значительную должность, либо отличился какими-то достижениями.

Были и инклюзивные льготы, например, путевки в пионерские лагеря для детей по более низкой цене. Помню, родители заплатили всего 14 рублей за два месяца моего пребывания в лагере, это были небольшие деньги даже по тем временам. Было много льгот через продуктовые корзины, которые распределялись через профсоюзы в последние годы существования СССР.За этими льготами стояла очередь. И самым большим наказанием профсоюза было исключение человека из этой очереди. Например, алкоголик лишился права на квартиру.

Конечно, некоторых людей эти льготы не волновали. Но это снизило качество жизни их семей. Например, человек больше не мог получить путевку в санаторий, который был очень актуален при травме.

27-я сессия ВЦСПС в Кремлевском дворце, 19 марта 1982 г.Фото: wikipedia.org

Шалаев сел на сторону правительства, и стало ясно, что профсоюзы не на стороне рабочих

При переходе от социализма к постсоциализму начали возникать независимые группы рабочих, ибо Например, рабочие клубы. Большой импульс этому придала мина в 1989 году. Это началось в Кузбассе. Это событие отчасти определило и мою жизнь. Я тогда жил в Кузбассе, видел эти события воочию и даже в какой-то мере участвовал в них.Масштаб этой забастовки был огромен, это была первая забастовка в истории страны. Все началось в Кузбассе 11 июля, через неделю бастовали все горняки страны, а это, по разным оценкам, от 400 до 600 тысяч человек от Сахалина до украинского Донбасса.

Интересно, как тогдашние советские профсоюзы отреагировали на эту забастовку. Председатель Всероссийского центрального совета профсоюзов г-н Шалаев прибыл в Кузбасс в составе правительственной комиссии по переговорам с бастующими горняками.И он был на стороне правительства во время переговоров. Это была такая веха, что стало ясно, где эти профсоюзы не на стороне рабочих. И им пришло в голову, что нужно создавать свои профсоюзы.

Они поехали в Америку и привезли такую ​​неизвестную вещь, как коллективный договор

Первый сильнейший профсоюз появился в 1991 году, он появился из рабочих комитетов. Это был Независимый профсоюз горняков. В него вошли украинцы, выходцы из Воркуты, Кузбасса, Красноярска и Дальнего Востока.Его влияние было огромным. Председатель этого профсоюза был членом Совета безопасности и сидел справа от Ельцина.

Чем занимался этот новый профсоюз? Предложены новые подходы к регулированию трудовых отношений. Поехали в Америку, пообщались с коллегами, привезли такую ​​неизвестную вещь, как коллективный договор.

В Советском Союзе, конечно, были коллективные договоры, но порой они подписывались так: «Администрация предприятия, профсоюз и коллектив», то есть профсоюз и коллектив не одно и то же. .А новые профсоюзы предлагали сторонам взять на себя определенные обязательства и выполнять их. А если их не встретят, рабочие могут объявить забастовку. Сегодня это кажется нормальным. Но в те времена директора предприятий были в ярости, потому что им приходилось брать на себя обязательства перед кем-то и что на них могли быть наложены санкции за их невыполнение. У профсоюза была огромная власть, и такие соглашения стали подписываться. Однако это длилось недолго.

Шахтерская забастовка, 1989 г. Фото: ngr-ru.ru

Профсоюзы были исключены из политического процесса в 1990-е годы

Я очень критически отношусь к политическому управлению страной в 90-е годы.Какие у меня жалобы? Дело не только в рыночной экономике и инфляции, это исключило профсоюзы из политического процесса. Были приняты законы, ограничивающие влияние профсоюзов. Профсоюзы постепенно, а не внезапно, перестали быть значительной институциональной структурой.

Позже это усилилось, например, гарантии профсоюзной активности лидеров серьезно ослабли в 2000-е годы. Другими словами, был приказ, когда их можно было уволить с одобрения вышестоящих профсоюзных органов.А потом было принято решение, что они могут быть уволены на равных основаниях, и вышестоящие профсоюзные органы могут выражать свое мотивированное мнение, но не имеют права. Люди, запускающие активность внизу, по сути, оказались незащищенными.

Во-вторых, ослабла переговорная способность профсоюзов в коллективных переговорах. Приказ был пересмотрен, работодателям были предоставлены определенные преференции, а возможности профсоюзов сократились. Самое главное, что ограничения на забастовки вводились еще с 90-х годов.

Формально сейчас ситуация следующая: право на забастовку закреплено в Конституции, в Трудовом кодексе есть. Кодекс описывает процедуру объявления забастовки законной, но с момента принятия Трудового кодекса все профсоюзы четко заявляют, что это невозможная процедура. Он очень долгий (недели) и сложный (много договоров, нужно подавать много документов). И, что самое главное, работодатель может прекратить эту процедуру в любой момент.

Если что-то начали делать, были нарушены условия согласования одного документа, то все процедуры останавливались, все должно начинаться сначала.Нередко случаи, когда люди пытались организовать легальную забастовку, а работодатель ее сорвал. Некоторые так или иначе прошли через эту процедуру. Я изучал одну из забастовок докеров — они организовали легальную забастовку. Но они сказали, что это совершенно бессмысленно, потому что пока они готовили, работодатель приостановил несколько причалов, где работали члены этого профсоюза, начал там ремонт, перенес все производственные процессы в другие места и отправил несколько судов в другие гавани. И начали забастовку без работы — работодатель не пострадал.Некоторые бастовали на пару недель, а потом вышли на работу. Другими словами, у профсоюзов отняли забастовку как один из самых мощных инструментов воздействия на работодателя.

Члены профсоюза гражданских служащих Вооруженных сил России у Дома правительства, 1997 г. Фото: psvsrf.ru

Профсоюзы не просто задают повестку дня в интересах работников, они приспосабливаются к условиям, предлагаемым работодателем

Все это создало определенное правовое пространство, в которое профсоюзы должны топтаться, как тесная ручка.И они не могут выйти за рамки этих рамок. Что они могут сделать? Одно но — они подстраиваются под ситуацию. И сегодня профсоюзы, конечно, оцениваются очень негативно. Измерения всех социологических служб показывают, что профсоюзы имеют самый низкий рейтинг. Они беспомощны. Они могут что-то сделать на некоторых, особенно на крупных предприятиях. Руководители предприятий с новейшими технологиями, которые понимают, что им следует быть осторожными с профсоюзами, ведут с ними переговоры, но только в рамках, с которыми соглашается работодатель.

Как только профсоюз пытается потребовать больше, чем работодатель готов дать, немедленно вводятся санкции. И сегодня любой профсоюзный лидер знает, что нельзя попадать в неприятности, в конфликты.

Новые профсоюзы это прекрасно понимают. Например, у авиадиспетчеров, машиностроителей в последние десятилетия были профсоюзы (особенно, когда в Россию вошли иностранные компании, такие как Ford и Volkswagen). И они понимают, что должны быть осторожны, потому что, если работодатель объявит войну профсоюзу, горстка людей сможет противостоять этому.Многие профсоюзы перестали существовать, потому что работодатель их просто уничтожил. И он уничтожил их, воспользовавшись теми институциональными возможностями, которые предоставил ему Трудовой кодекс, и возможностями неформального давления, потому что и местные власти, и службы безопасности очень часто выступают на стороне работодателей.

Я думаю, что год от года ситуация ухудшается. Профсоюзы имеют слабое влияние. И они должны ставить повестку дня не в интересах работников, а адаптироваться к условиям, которые им предлагает работодатель.Это, конечно, лишает рабочих возможностей. Определенными стали стратегии адаптации индивидуального и группового поведения.

Статистики не зарегистрировали ни одной забастовки в прошлом году. По моим данным, было 156 забастовок

Но ситуация не может оставаться в таком состоянии долго. Требуется решение. И рабочие находят их в стихийных забастовках. Я уже 13 лет слежу за рабочими протестами. Я начал это по простой причине: мне нужна была информация о забастовках.Но то, что показал Госкомстат, было за гранью. Например, статистики в прошлом году не зарегистрировали забастовок. Что это означает? Они не зарегистрировали законную забастовку. А по моим данным было 156 случаев, когда рабочие перестали работать. Но даже забастовки не решают проблемы. Например, какой смысл устраивать забастовку на предприятии, которое закрывается, если люди не согласны с увольнением? Они используют другие формы протеста. Идут на акции протеста, пикеты. Некоторые отчаявшиеся люди могут даже захватить предприятие, но это случается очень редко.

Пришлось собирать информацию о разных формах протеста. Всего в 2019 году было зафиксировано 403 подобных случая, 156 из них сопровождались приостановкой производства. Это настоящий масштаб протестного движения в трудовой сфере. Пока Госкомстат ничего не регистрирует.

Кто бастует и почему? В 2019 году 64% всех протестов носили стихийный характер. Это означает, что люди, которые не могут терпеть большего, просто перестали работать без какого-либо профсоюза.Сейчас мы видим строители на Севере. Большая толпа вахтовиков захватила офис и требует исправлять все нарушения угрозами и ненормативной лексикой. Это спонтанный протест. И именно так проходит больше половины всех протестов.

Профсоюзы очень редко организуют акции протеста. Довольно часто протесты создаются спонтанно, и лидеры профсоюзов, среди которых много честных и ответственных людей, которые не могут просто покинуть своих членов, возглавляют этот протест. Но они возглавляют его постфактум, не организовывая его, потому что лидеры профсоюзов знают свое трудовое законодательство и помнят об ответственности за организацию забастовок, они пытаются легализовать действия рабочих, чтобы не подставлять своих членов.

Фото: Максим Платонов

Да, они слабые, им позволяют мало, но напряжение меньше там, где они есть

И я должен сказать, что профсоюзы редко участвуют в протестах не только потому, что они настолько пассивны, но и потому, что работодатель, где есть мощный профсоюз, уже является «академиком». Он знает цену большой и долгой войны против профсоюзов — нет уверенности в том, что вы выиграете, и даже если вы выиграете, это будет эхом в течение многих лет. Поэтому забастовки, протесты часто возникают там, где нет профсоюзов.И здесь я вижу одну из положительных функций современных профсоюзов. Да, они слабые, им позволяют мало, но напряжение меньше там, где они существуют. Но мы не можем говорить о откровенном предательстве профсоюзных функционеров. У нас есть участки, где беспорядки полностью запрещены. Среди них медицина.

Медики сейчас очень протестуют. Я почти не слышу, как старый традиционный профсоюз поддерживает своих рабочих. К сожалению, я видел несколько случаев, когда этот профсоюз был на стороне работодателей.

Профсоюзы не научились противостоять гибкой рабочей силе, схемам аутсорсинга

Будущее профсоюзов зависит от того, как они смогут справиться с некоторыми проблемами в нынешней непростой ситуации. Цифровые технологии вмешиваются в трудовые отношения — это разные формы контроля, замещение людей роботами, работа с цифровыми платформами вместо традиционного работодателя (уберизация труда). Работодатели активно используют новые технологии, а профсоюзы за ними просто не успевают.Дело не в том, что у них нет специалистов, которые могут работать в сфере ИТ, а в том, что большинство профсоюзных руководителей просто не понимают новых реалий, не умеют пользоваться современными цифровыми инструментами. Многие отворачиваются от этих проблем, предпочитая не замечать происходящих изменений.

Еще одна проблема — преодоление неформальных трудовых отношений.

Профсоюзы не научились противостоять гибкой рабочей силе, схемам аутсорсинга и даже поденному труду. Им удобнее работать на большом предприятии, где работники подчиняются законодательству.Но сфера неформальных трудовых отношений будет расширяться, в том числе за счет упомянутой выше цифровизации труда.

Третья и ключевая проблема заключается в том, что профсоюзы должны вернуться в большую политику. Необходимо дать им возможность участвовать в создании современных трудовых отношений. Если они этого не сделают, то это сделают другие. Есть примеры — появилась информация, что работодатели хотят сократить сроки увольнения. Это означает, что они могут влиять и строить трудовые отношения выгодным для них образом.Есть ли у профсоюзов такая возможность? Я так не думаю.

Я много лет наблюдаю за профсоюзами, вижу постоянный процесс появления новых структур, которые, как трава на асфальте, прорастают. Не все выживают, но появляются новые. Это означает, что существует очень высокий спрос на защиту прав трудящихся, и когда существующие профсоюзы не справляются с этим, появляются новые. Поэтому у профсоюзов есть будущее. И совсем скоро мы увидим, какими должны быть новые профсоюзы и смогут ли старые модернизироваться.

Петр Бизюков

Ленин о полемике между профсоюзами на X съезде партии. Семнадцать моментов советской истории

Владимир Ленин, Роль профсоюзов в условиях диктатуры пролетариата. 14 марта 1921 г.

1. Общие цели и роль профсоюзов в период диктатуры пролетариата были адекватно определены на предшествующих съездах и конференциях партии и профсоюзов.Уже Первый Всероссийский съезд профсоюзов, состоявшийся в начале января 1918 г., т. Е. Вскоре после перехода государственной власти в руки Советов, в своей резолюции заявил следующее: «В настоящий момент центр тяжесть в работе профсоюзов должна быть перенесена в область экономической организации. Профсоюзы, будучи классовыми организациями пролетариата, организованными по промышленному принципу, должны взять на себя основную задачу организации производства и восстановления разрушенных производительных сил страны.Они должны стремиться самым решительным образом участвовать в работе всех центров, регулирующих производство, организовывать рабочий контроль, регистрацию и распределение рабочих, организовывать обмен между деревнями и городами, наиболее активно участвовать в демобилизации промышленности, бороться с саботаж для обеспечения всеобщего труда и т. д.

«В своей развитой форме, преобразованные социалистической революцией, которая сейчас происходит, профсоюзы станут инструментами государственной власти, работая в подчинении другим организациям для реализации новых принципов организации экономической жизни.”

Уже в нашей Программе партии 1919 года обращалось внимание на то, что «организационный аппарат обобществленной промышленности должен базироваться прежде всего на профсоюзной основе. Поскольку в соответствии с законами Советской республики и существующей практикой они уже участвуют во всех местных и центральных органах управления промышленностью, профсоюзы — так заявляет наша партийная программа — должны добиться фактической концентрации всего управления промышленностью. Вся национальная экономика рассматривается как единая экономическая единица.Это обеспечит максимально тесную связь между центральным аппаратом государственного управления, народным хозяйством и большими массами трудящихся. Таким образом профсоюзы будут способствовать максимально широкому участию трудящихся масс в управлении экономикой ».

Точно так же IX съезд Коммунистической партии (в 1920 г.) постановил: «Задачи профсоюзов в основном связаны с экономической организацией и образованием. При выполнении этих задач профсоюзы должны действовать не как самостоятельная и организационно изолированная сила, а как составная часть основного механизма Советского государства под руководством Коммунистической партии.Девятый съезд далее заявляет: «Поскольку Советское государство является самой широкой организацией, которая концентрирует всю социальную силу пролетариата, очевидно, что профсоюзы в ходе развития пролетарского сознания и роста творческой инициативы массы должны постепенно превращаться во вспомогательные инструменты пролетарского государства, а не наоборот ».

Второй и Третий Всероссийский съезд профсоюзов, а также Пятая Российская конференция профсоюзов AI1 в том же духе определили общие задачи профсоюзов в период диктатуры пролетариата.

Эти определения сохраняют свою полную силу в настоящий момент и не нуждаются в каких-либо изменениях. Проблема, стоящая перед X съездом, заключается не в том, чтобы найти новые теоретические формулировки роли профсоюзов в эпоху диктатуры пролетариата, а в том, чтобы определить пути воплощения уже сформулированных теорий в жизнь.

Положение профсоюзов после трех лет гражданской войны

2.Критические условия трехлетней гражданской войны помешали профсоюзам успешно достичь своих целей. Профсоюзам, как и другим рабочим организациям, пришлось отдать на фронт почти все силы. Тем не менее профсоюзы сыграли важную роль в экономическом строительстве. Сразу после ноябрьской революции профсоюзы были единственной организацией, которая одновременно с введением рабочего контроля могла взять на себя работу по организации производства и управлению промышленными предприятиями.Государственный аппарат управления народным хозяйством в первый период советской власти еще не был в рабочем состоянии, а саботаж заводчиков и высших технических кадров поставил остро проблему сохранения промышленности и восстановления. налаживание нормального функционирования экономики страны.

В следующий период, когда управление предприятиями организовывал Высший совет народного хозяйства, профсоюзы работали бок о бок с государственной экономической организацией.Этот параллелизм объяснялся и оправдывался слабостью государственных организаций. Роль профсоюзов в организации производства сводилась в основном к участию в образовании Главок и Центров. Эта работа носила спорадический характер и, более того, часто приводила к тому, что делегированные рабочие теряли связь с профсоюзами, которые отправляли их в Главки. Это, в свою очередь, не позволяло профсоюзам и их представителям в экономических организациях влиять на работу этих организаций.Для того чтобы участие рабочих в деятельности экономических органов стало более эффективным, важно, чтобы рабочие, назначенные профсоюзами в Главки, поддерживали непрерывный контакт с этими союзами и чтобы профсоюзы принимали более активное участие. в организации и управлении производством…

Начало нового периода ставит профсоюзы в довольно слабое положение по сравнению с огромными задачами, которые перед ними ставит экономический фронт.Особенности нынешнего переходного периода, как и любого другого переходного периода, создают огромные трудности для профсоюзов. Тем не менее то, что сейчас переживают профсоюзы, — это не типичный профсоюзный кризис, не крушение, а начало нового роста. В этом отношении судьба профсоюзов не отличается от состояния партии и Советов.

Профсоюзы как опора пролетарской диктатуры

3. Российская коммунистическая партия поддерживает диктатуру пролетариата в стране, где крестьянское население составляет подавляющее большинство.Однако, поскольку в настоящее время крестьянству уже не грозит восстановление помещичьей власти, сохранение диктатуры пролетариата неизбежно столкнется с новыми трудностями. Успешная реализация этой диктатуры возможна только тогда, когда профсоюзы

проникнуты единством цели и воли и функционируют как массовые организации, открытые для каждого пролетария, независимо от уровня его классового сознания.

Профсоюзы как школа коммунизма

4.Самая важная роль профсоюзов в Советской России — это их роль школы коммунизма. Только профсоюзы в той мере, в какой они занимаются всеми аспектами жизни рабочего, могут выполнить задачу по обучению широким массам отсталых рабочих зачатков политического воспитания. Преобладающая масса членов профсоюзов (6 970 000 членов, из которых около полумиллиона — члены партии) составляют беспартийные. Коммунизм построен на человеческом материале, который мы унаследовали от капитализма.Профсоюзы Советской России постепенно превращаются в организации, в которых есть каждый рабочий. Профсоюзы объединяют трудящихся, которые при капитализме были чужды пролетарской семье (продавцы магазинов, санитары, деятели искусства и т. Д.). Перевоспитание этих огромных масс, приближение их к более передовым пролетарским группам и подготовка их к задаче социалистического строительства составляют важнейшие задачи профсоюзов в их роли школы коммунизма …

Полмиллиона партийцев, которые сейчас являются членами профсоюзов, должны терпеливыми, непрерывными и настойчивыми усилиями склонить на сторону нашей партии миллионы беспартийных рабочих, которые в настоящее время составляют большинство в торговле. -союзное движение.

Слияние профсоюзов с государством

5. Быстрое слияние профсоюзов с государством было бы большой политической ошибкой. На нынешнем этапе развития это сильно помешало бы профсоюзам выполнять вышеупомянутые задачи. Нынешнее положение профсоюзов по отношению к государству уникально. Профсоюзы в настоящее время уже выполняют ряд функций государственных органов. Эти функции советского государства должны постепенно увеличиваться.Тем не менее Конгресс обязан заявить, что любое искусственное ускорение слияния профсоюзов с государством, хотя и мало способствует улучшению экономического положения республики, в значительной степени подорвет роль профсоюзов как школы развития. коммунизм. Основная проблема — покорить огромные беспартийные массы.

Методы убеждения и методы принуждения

6. Основной метод профсоюзной работы — это не метод принуждения, а метод убеждения.Это ни в коей мере не исключает возможности того, что в случае необходимости профсоюзы будут применять принципы пролетарского принуждения (принудительная мобилизация десятков тысяч членов профсоюзов, дисциплинарные суды и т. Д.). Реорганизация профсоюзов по приказу сверху наверняка приведет к поражению своей цели. Методы рабочей демократии, которые были так резко урезаны за три года жестокой гражданской войны, должны быть восстановлены прежде всего и в широком масштабе в профсоюзном движении.Прежде всего необходимо восстановить систему избрания должностных лиц различных профсоюзных органов, а не назначать их сверху. Профсоюзы должны строиться на принципе демократического централизма. В то же время следует вести самую энергичную борьбу за то, чтобы централизация и милитаризованные формы работы не переросли в бюрократию и «патриотизм». Обращение к милитаризации труда увенчается успехом лишь постольку, поскольку партии, Советам и профсоюзам удастся разъяснить массам трудящихся необходимость этих мер для спасения страны.

Партия и профсоюзы

7. Российская коммунистическая партия в лице своих центральных и местных организаций, несомненно, руководит идеологической работой профсоюзов, как и в прошлом. Коммунистические фракции профсоюзов полностью подчиняются партийным организациям, как это определено специальным уставом. В то же время X съезд Коммунистической партии России в самой настойчивой и категоричной форме предостерегает все партийные организации, а также отдельных товарищей от мелкой опеки и чрезмерного вмешательства в повседневную работу профсоюзов.Разумеется, подбор руководящих кадров профсоюзного движения должен находиться под надзорным контролем партии. Но партийные организации должны строго придерживаться методов пролетарской демократии, особенно в профсоюзах, где выбор лидеров должен производиться самими организованными массами.

При отборе руководителей на наиболее важные профсоюзные должности партия должна следить за тем, чтобы назначенные лица были хорошими руководителями, которые полностью понимали значение, придаваемое производственным целям.Партия также должна следить за тем, чтобы вышеуказанная квалификация потенциальных лидеров сочеталась с преданностью коммунизму, чувством дисциплины и, особенно, с опытом работы с большими массами рабочих и умением обращаться с ними. Нельзя забывать ни на минуту, что профсоюзная работа требует большого внимания и сочувственного отклика на мельчайшие нужды трудящихся масс.

Профсоюзы и политические департаменты

8.В ходе гражданской войны партия была вынуждена в исключительных случаях санкционировать организацию политических отделов, которые в определенной степени заменяли профсоюзы. Таким исключением стал Главполитпуть.

IX съезд партии, принявший постановление об учреждении Главполитпуть, подчеркнул временный характер этого учреждения. На практике, однако, Главполитпут и его подчиненный Цектран проявили тенденцию к отрыву от профсоюзных масс и противодействию профсоюзным организациям.Это привело к отклонению от обычных методов профсоюзной демократии.

Десятый съезд партии одобряет упразднение Главполитпута, а также решение Центрального комитета партии, который призвал Цектран отказаться от своих специфических методов работы и принять процедуры нормальной рабочей демократии …

{В оставшейся части Постановления перечислены меры, которые восстановят методы профсоюзной демократии. Эти меры можно кратко резюмировать следующим образом:

1) участие профсоюзов в разработке единого хозяйственного плана и производственной программы;
2) участие в создании хозяйственно-административных организаций;
3) Контроль за производством путем оказания помощи хозяйственным органам в выполнении производственных планов;
4) Регистрация и распределение рабочей силы;
5) Установление шкалы заработной платы как в денежной, так и в натуральной форме;
6) Производственная пропаганда, направленная на повышение производительности труда и содействие в мобилизации рабочей силы;
7) Обеспечение соблюдения трудовой дисциплины с помощью дисциплинарных судов и комитетов по трудовым дезертирствам.}

Источник: Джеймс Баньян, ред., Истоки принудительного труда в советском государстве, 1917-1921 (Стэнфорд: Johns Hopkins Press, 1967), стр.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *