Принц помпей: найдена гробница организатора гладиаторских боев

Содержание

найдена гробница организатора гладиаторских боев

На юге Италии в ходе раскопок в археологическом комплексе Помпеи обнаружено захоронение древнеримского организатора гладиаторских боев, рассказали в дирекции музея под открытым небом журналистам агентства ANSA.

По мнению ученых, захоронение, убранное мрамором с эпиграфом, которое говорит о знатности усопшего, принадлежит Гнею Аллею Нигидию Маю. За славу и богатство местные жители прозвали его «принцем» Помпеев. Известно, что римлянин организовывал зрелищные гладиаторские бои в местном цирке. Умер Гней Аллей Нигидий Май за год до извержения вулкана Везувий, в результате которого Помпеи оказались на века погребены под землей.

Первые раскопки Помпеев начались еще в конце XVI веке, однако научный характер приобрели спустя два столетия. Во время изучения этого города сформировались принципы современной археологии, зарождавшейся  как «охота за сокровищами» древности. Работа ученых продолжается до сих пор, под землей продолжают оставаться 20% «мертвого города».

Известно, что в Помпеях был цирк, в котором проводились гладиаторские бои и функционировала школа гладиаторов.

Гладиатором в Древнем Риме был боец, сражавшийся на специальных аренах, чтобы позабавить публику. Считается, что гладиаторские игры возникли в 106 году до н. э.  под влиянием этрусков и представляли собой переработку погребального обряда. Так, потенциальные жертвы человеческих жертвоприношений должны были с мечами в руках сражаться около могилы. В результате слабый погибал, а сильный оставался в живых, вызывая восторг присутствующих. В школу гладиаторов стремились попасть многие рабы — сражаясь на арене и завоевывая уважение публики, они могли получить свободу. Чтобы показать свою силу перед центурионами, рабы часто устраивали кровавые драки между собой. В школе гладиаторов новичков ожидали суровые испытания, с которыми справлялись не многие.

Гладиаторы подразделялись на несколько типов. Среди них были, в частности,

бестиарии — воины, специализирующиеся на боях с различными экзотическими хищниками при помощи дротиков; андабаты — воины, одетые в кольчуги и шлемы с забралами без прорезей для глаз, также гопломахи, провокаторы, секуторы и другие.

Самый знаменитый гладиатор — Спартак — воин фракийского происхождения, который возглавил восстание рабов на территории современной Италии в период 74 год до н. э. — 71 год до н. э.

Другие известные гладиаторы — участник восстания Спартака Крикс, обучавшийся в школе Лентула Батиата в Капуе; один из лучших гладиаторов Капуи Гай Ганник, а также Каст, Эномай и гладиатор из Сирии, раб по прозвищу

Фламма. Последний получил известность тем, что провел большое количество боев на арене, четырежды становился рудиарием (свободным рабом), но каждый раз возвращался. Погиб в одном из боев в возрасте 30 лет.

Самая известная арена для боев гладиаторов, безусловно, римский Колизей. Кроме того, воины-рабы проводили свои поединки в амфитеатре Марка Антония Гордиана в Тисдре (сейчас это территория Туниса), на арене ди Верона (ныне оперная площадка под открытым небом, символ города), на арене Лютеции в Париже, а также в амфитеатре Пулы в Хорватии (считается самым сохранившимся амфитеатром после Колизея).

Археологи нашли гробницу принца Помпей

Древнее монументальное захоронение отделано мрамором и украшено длинной эпитафией

Подпишитесь и читайте «Экспресс газету» в:

На раскопках, ведущихся в древнеримском городе Помпеи, итальянские археологи обнаружили гробницу, в которой был захоронен Гней Аллей Нигидий Май.

По данным ученых, именно этого человека при жизни называли принцем Помпей за его огромное богатство и организацию зрелищных гладиаторских сражений. Гробница монументальных размеров отделана мрамором и украшена длинной эпитафией, что свидетельствует о самом знатном происхождении покойного. Сейчас археологи освобождают надпись от пепла. Пока ее полное содержание неизвестно, но эксперты уже сообщили, что начало текста рассказывает об истории города.

Принц Помпей скончался по неизвестной причине примерно за год до того, как началось похоронившее город под слоем вулканического пепла извержение Везувия, сообщает портал ANSA. Трагедия 79 года нашей эры оставила город под землей на века, и даже сейчас пятая его часть все еще не исследована археологами.

Помпеи были основаны в шестом веке до нашей эры, раскопки там продолжаются с конца XVI века. Известно, что на территории поселения находился цирк для проведения боев, а также гладиаторская школа.

Помпеи занесены в список Всемирного наследия ЮНЕСКО.

Фильм Помпеи (2014) смотреть онлайн бесплатно в хорошем HD 1080 / 720 качестве

Северная Британия. 62 год н.э. Мятеж кельтских кочевников был жестоко подавлен римскими войсками. Родителей маленького Майло убили прямо на его глазах, а его самого, чудом выжившего, схватили и превратили в раба.

17 лет спустя. Раб Майло, которому дали прозвище Кельт, выступает на гладиаторских состязаниях, а сила и ловкость молодого гладиатора не знает себе равных. Впечатленный его успехами хозяин Майло отправляет его выступать в Помпеи, покорять главную арену Римской империи.

По дороге в Помпеи, Майло случайно знакомится с Кассией, дочерью благородных родителей, которая в это же время возвращается домой из Рима. Кассию настолько поражает отвага и доброта Майло, убившего смертельно раненную лошадь, что она влюбляется в него, несмотря на различие их положений.

Приехав домой, Кассия узнает, что ее родители хотят сосватать ее высокопоставленному римскому сенатору Корву. По иронии судьбы, именно Корв 17 лет назад обезглавил мать Майло. Кассия категорически против этого брака. Причина — не только отвращение к циничному, продажному сенатору, но и ее все возрастающие чувства к Майло, которого она опять встречает на приеме в доме ее родителей. Майло тоже явно неравнодушен к девушке. Поддавшись эмоциям, Майло даже похищает Кассию. Когда беглецов возвращают люди Ковра, тот приказывает убить дерзкого раба. Кассия вступается за любимого, Ковр уступает только в обмен на обещание девушки стать его женой.

Тем временем жители великого города, стоявшего у подножия Везувия, не замечают, что гора начинает подавать признаки жизни, разгорающийся внутри земли вулкан пугает и сводит с ума лошадей и собак.

Вскоре, на следующем гладиаторском бою, в котором принимает участие Майло, Кассия опять спасает ему жизнь, выступив наперекор своему будущему мужу. В наказание тот удаляет ее с трибун и отправляет под стражей на свою виллу.

В самый разгар состязаний Везувий просыпается в полную силу, и начинается разрушение города. Стадион буквально разламывает надвое, увлекая целые трибуны зрителей под землю. В общем шуме Ковр убивает отца Кассии, а ее мать умирает под обломками стадиона.

Вырвавшиеся на свободу гладиаторы мстят своим римским стражам.

Толпы людей устремляются к морю в гавань, пытаясь спастись на кораблях, но разбушевавшийся вулкан сметает огнем всех и все на своем пути.

Майло, рискуя жизнью, отправляется на поиски любимой Касссии на виллу сенатора. Соединившись, влюбленные стремятся в гавань. Но вскоре понимают, что все попытки спасения тщетны.

сколько стоят принц Гарри и Меган Маркл

ForbesБизнес

С тех пор как герцог и герцогиня Сассекские сложили с себя полномочия старших членов королевской семьи, они используют свою популярность, чтобы заработать деньги и увеличить свои доходы.

Дон Хмелевски

Принц Гарри и Меган Маркл. Фото Dominic Lipinski / PA Images via Getty Images

Сейчас, когда принц Гарри и Меган Маркл переехали в особняк недалеко от Голливуда, пара открывает новую главу в своей жизни: она не вернется к выполнению обязанностей в качестве старших членов королевской семьи. Никаких дипломатических формальностей. Никаких правительственных протоколов безопасности. И никакой королевской поддержки.

Вплоть до прошлого года отец Гарри, принц Уэльский, покрывал большую часть расходов, связанных с исполнением их королевских обязанностей, включая зарплаты персонала и поездки, с дохода от герцогства Корнуолл (Duchy of Cornwall). По оценкам Forbes, эти расходы составляли примерно $800 000 в год. Корона заплатила более $3 млн за ремонт Фрогмор-коттеджа до того, как он стал домом супругов в Великобритании. В сентябре они добровольно вернули эту сумму, сделав взнос в Грант суверена (деньги, выделяемые на официальные расходы королевской семьи, зарплату обслуживающего персонала и содержание дворцов; формируется из прибыли, приносимой принадлежащими Короне владениями. —

Forbes).

В результате они получили новую прогрессивную жизнь, которую хотели, но и оказались в ситуации финансовой неопределенности (такой, как ее понимают бывшие члены королевской семьи) подобно недавним выпускникам колледжей, которые только что покинули родительский дом, чтобы начать самостоятельную взрослую жизнь. Старший брат Гарри и будущий король, принц Уильям, покрывает расходы с помощью герцогства Корнуолл, которое в последнем отчетном году потратило примерно $8 млн на публичную, благотворительную и частную деятельность принца Чарльза и его ближайших родственников.

Принц Гарри рассказал о своем отказе от официальных обязанностей члена королевской семьи другому британцу, Джеймсу Кордену, в очередном выпуске The Late Late Show — спустя неделю после выхода официального заявления Букингемского дворца, но ему не понравилось, как Корден описал его «уход» из семьи. «Речь никогда не шла об уходе, я сделал шаг в сторону, а не подал в отставку», — сказал герцог, добавив, что он решился на это, чтобы избежать давления прессы. «Мы всем знаем, какой бывает британская пресса, и это разрушало мое психическое здоровье. Это токсично. Поэтому я поступил так, как поступил бы любой муж, любой отец. Я должен был защитить свою семью».

Германик по ту сторону Рейна Клавдий Германик Цезарь (15 г. до н. э. — 19 г. н. э.). Во имя Рима. Люди, которые создали империю [= 15 великих полководцев Рима]

Глава 10

Имперский «принц»: Германик по ту сторону Рейна

Клавдий Германик Цезарь (15 г. до н. э. — 19 г. н. э.)

Какие уроки он преподал своему Германику и, дав ему военную выучку во время совместной службы, принял покорителем Германии! Какими почестями он воодушевил юношу во время триумфа, величие которого соответствовало великолепию совершенных им дел.

{252}

Заговорщики, убившие Юлия Цезаря, судя по всему, не имели четкого представления о том, что же делать дальше. Возможно, они надеялись, что со смертью диктатора общественная жизнь сама собой вернется в привычное русло.

Но через несколько месяцев разразилась новая гражданская война. Марк Антоний собрал легионы Цезаря, чтобы отомстить за смерть своего старого друга и покровителя. Некоторое время сенат, который в целом сочувствовал заговорщикам, пытался использовать Гая Юлия Цезаря Октавиана (приемного сына Цезаря, которого мы называем зачастую просто Октавиан), чтобы ослабить влияние Антония на легионы ветеранов. Октавиану было лишь 19 лет, и сенаторам казалось, что в этом юноше нет ничего выдающегося, кроме его знаменитого имени. Цицерон сказал, что сенату следует похвалить молодого человека, наградить, а затем избавиться от него, как только мальчишка выполнит возложенную на него миссию.

Тем временем Октавиан получил от сената проконсульский империй и благодаря этому право командовать ветеранами Цезаря, включая X легион. Но, несмотря на это назначение, Октавиан прекрасно понимал, как относится к нему сенат. Желая поквитаться с убийцами Цезаря, приемный сын Цезаря объединился с Антонием и Марком Лепидом в 43 г. до н. э.

Вместе они образовали Второй триумвират, который, в отличие от союза между Крассом, Помпеем и Цезарем, был официально закреплен в законе. Каждый взял себе титул триумвира (triumvir reipublicae constituendae). Данная формулировка напоминала ту, которую выбрал Сулла, став диктатором. И вели себя триумвиры после захваты Рима точно так, как их предшественник. Триумвиры составили проскрипционные списки, приговорив тем самым к смерти без суда огромное число сенаторов и всадников.

Цицерон поплатился за свои филиппики, — язвительные речи, содержавшие яростные выпады в адрес Марка Антония. Эти речи Цицерон произнес и опубликовал. В отместку Антоний приказал прибить голову и руку Цицерона к трибуне ораторов на Форуме. В течение года Брут и Кассий покончили с собой после поражений своих армий в двух битвах при Филиппах. Триумвиры разделили между собой провинции огромной империи, но постепенно их союз распался. Лепид смирился со своей второстепенной ролью, но соперничество между Антонием и Октавианом переросло в военный конфликт, и разрешилось в морском сражении возле мыса Акций в 31 г. до н. э. Марк Антоний потерпел поражение и бежал в Египет, где вместе с Клеопатрой — которая более десяти лет была его любовницей и еще год женой — совершил самоубийство.

{253}

После битвы при Акции в распоряжении Октавиана оказались такие огромные военные силы, какими в прошлом не руководил ни один римский полководец. Ему подчинялись шестьдесят легионов. Вскоре он уменьшил их число до двадцати восьми. После смерти Антония у него не осталось серьезных соперников в борьбе за власть, а битвы, проскрипции и самоубийства выкосили ряды сенаторской аристократии.

Цезарь был убит, потому что неприкрыто стремился к абсолютной власти. Его приемный сын выжил благодаря созданию режима, при котором его единоличное правление государством было умело завуалировано. Октавиан — позднее сенат станет называть его Августом (Augustus)[38] и благодаря этому его имя перестанет ассоциироваться с тем, что он был раньше жестоким триумвиром, — не называл себя ни диктатором, ни царем. Он являлся принцепсом сената (princeps senatus). Это традиционный почетный титул, даваемый самому выдающемуся сенатору — его имя писалось первым в списке сенаторов. От этого титула произошло название созданного Октавианом режима, который сегодня называют принципатом или империей в противоположность республике. Август и его преемники, императоры, обладавшие абсолютной властью, только притворялись старшими магистратами государства.

Многие общественные учреждения в Риме сохранились, но реальная власть была отныне сосредоточена в руках принцепса. Сенат также уцелел, нобили имитировали бурную деятельность, приобретая новые обязанности и знаки отличия ценой потери своей независимости. Молодые аристократы по-прежнему старались сделать себе карьеру, стремясь получить как можно больше военных или гражданских обязанностей, но все важные посты распределялись теперь по указанию Августа, а не в соответствии с открытыми выборами. Вся общественная жизнь находилась под тщательным контролем во избежание повторения гражданских войн.

Режим Августа не был создан мгновенно, а являлся результатом постепенного развития, проб и ошибок. Его успех во многом обусловлен политическим мастерством Октавиана, желанием стабильности после десятилетий беспорядков, а также долгой жизнью самого принцепса. Когда в 14 г. Август умер, не осталось почти никого в живых, кто бы мог вспомнить время, когда республика еще была жива, а не являлась всего лишь пышной декорацией.

Сам Август не был великим военачальником, — ходили даже слухи, что он бежал с поля боя, когда фланг его армии был разбит в первой битве при Филиппах. У него хватило мужества признать свои ограниченные способности в военном деле. Поэтому он полагался на пользующихся доверием подчиненных, поручая им командование войсками. К солдатам, находящимся под его командованием, он относился строго и бездушно, вряд ли в этом его можно сравнивать с Цезарем. После битвы при Акции он всегда обращался к своим войскам не «товарищи», а «солдаты» (milites) и поддерживал в войсках суровую дисциплину. Несколько раз он проводил децимацию в когортах, которые поддались панике и бежали с поля боя.

Офицеры, не выполнившие должным образом свои обязанности, подвергались публичному унижению.

Светоний сообщает, что Август приказывал центурионам стоять в положении «смирно» рядом со своей палаткой весь день и держать при этом в руках кусок дерна[39]. Обычно им велели снимать пояс, поэтому подол длинной военной туники спадал ниже колен, как у женского платья. Однако Октавиан не скупился и на награды, повышал за хорошую службу, хотя у военных не было теперь прежней свободы действий.

Что еще более важно то, что принцепс стремился к тому, чтобы солдатам регулярно выплачивалось жалованье, а после демобилизации они получали землю или большие премии. В 6 г. было учреждено специальное военное казначейство (Aerarium Militare), которое занималось этими вопросами и находилось под непосредственным контролем императора. Август не собирался повторять ошибку сената и не обращать внимания на нужды легионеров, тем самым побуждая их искать покровительства могущественных полководцев.{254}

Август принес мир в Римское государство, и это старательно подчеркивалось на протяжении всего его принципата. Его режим в значительной степени покоился на славе, добытой в многочисленных и победоносных войнах с соседними государствами. Во время правления своего первого императора Рим продолжал расширяться столь же интенсивно, как и в последние десятилетия республики, и к 14 г. получил контроль почти над всей территорией, которая будет составлять империю более четырех веков. «Деяния» (Res Gestae), длинная надпись на мавзолее Августа, рассказывающая о его достижениях, содержит длинный перечень народов и царей, побежденных императором. По своему стилю текст идентичен надписям на памятниках, которые ставились полководцам-триумфаторам в течение многих поколений, но по числу одержанных побед, убитых и захваченных в плен врагов и взятых штурмом городов никому уже не сравниться с Августом, даже Цезарю и Помпею.

Так типично по-римски эти впечатляющие военные успехи способствовали популярности императора как принцепса — величайшего слуги государства. Большинство этих побед на самом деле были одержаны его наместниками, но высшие почести всегда получал верховный командующий. Август не позволял никому затмить славу императора, и это касалось как мертвых, так и живых. Когда в 29 г. до н. э. Марк Лициний Красс, внук союзника Цезаря, одержал окончательную победу над бастарнами, убив их царя в бою один на один, ему было отказано в праве посвятить тучный доспех. Впоследствии сам Август выполнил этот ритуал, несмотря на то что он сам никогда не совершал подобного подвига.

Слишком большая слава любого римлянина могла бы уменьшить значимость деяний принцепса. После 19 г. до н. э. никто из сенаторов, если он не был родственником Августа и его семьи, не имел права праздновать триумф, хотя успех на войне иногда все же вознаграждался триумфальными почестями (triumphalia), позволяющими военачальнику продемонстрировать символы победы, не устраивая при этом шествие через Город. За исключением Африки, все провинции, где были расквартированы легионы, находились под контролем самого Августа и управлялись его наместниками, обладавшими делегированным империем. Но не только все легионы (кроме одного) находились под прямым командованием его представителей, но и командование во всех важных войнах со временем стало предоставляться только членам многочисленной семьи императора.{255}

С самого начала своей политической деятельности Октавиан полагался в военных вопросах на своего близкого друга Марка Випсания Агриппу. Именно Агриппа командовал флотилиями, победившими Секста Помпея — последнего уцелевшего в пертурбациях Гражданской войны сына Помпея Великого — при Навлохе в 36 г. до н. э. и Антония при Акции в 31 г. до н. э. Агриппа происходил из малоизвестной семьи и никак не мог составить конкуренцию приемному сыну Цезаря. Полководец поднимался наверх следом за своим покровителем и, в конечном счете, женился на дочери Августа Юлии. До своей смерти в 12 г. до н. э. Агриппе поручали вести самые важные войны империи. Он проводил кампании в Испании, Галлии и Германии, на Балканах и на Востоке с большим успехом. Очевидно, он был очень способным командиром, но немногочисленные сохранившиеся источники не позволяют сколько-нибудь подробно рассказать о его кампаниях. Возможно, так получилось далеко не случайно, поскольку самые значительные его победы всегда приписывались императору.

Когда младшие отпрыски семейства Августа достигли зрелости, на них стали возлагать важные обязанности даже в юном возрасте. На военном поприще наибольших успехов добились пасынки Октавиана Тиберий и Друз. Они оба уже командовали большими армиями, когда им было немногим более двадцати. Сыновья жены Августа Ливии от первого брака, Тиберий и Друз были потомками одного из самых известных патрицианских родов, так как их родители принадлежал к роду Клавдиев.

Можно сказать, что сам род Клавдиев обладал ярким характером, каждый из членов этой семьи был необычайно гордым, самоуверенным и осознающим свою важность аристократом. В итоге Клавдии произвели на свет нескольких величайших героев государства, а также его самых ненавистных злодеев. Друз был настоящим образцом классического римского героя. Он обладал харизмой и пользовался популярностью как в армии, так и у гражданского населения Рима. Говорят, что он, отчаянно желая завоевать тучный доспех, преследовал вождей германских племен во время сражений в надежде победить их в бою один на один. Когда в 9 г. до н. э. Друз, возвращаясь из Германии, умер от травмы, полученной при падении с лошади, в Риме началось массовое смятение.{256}

Тиберию недоставало обаяния своего младшего брата и он, судя по всему, не обладал умением располагать к себе людей, особенно других сенаторов. Он никогда не умел руководить людьми так, как это делали Друз или Помпей. Тиберий считался поборником самой строгой дисциплины, даже по стандартам, установленным Августом, и снова ввел в войсках старинные способы наказания. Как-то раз он уволил со службы легата, командовавшего легионом, только за то, что некоторые его солдаты держали при себе рабов во время экспедиций на вражеской территории. Светоний описывает, как во время операции на другом берегу Рейна Тиберий приказал, чтобы в обозе не было ничего лишнего, и лично проверял содержимое каждой повозки перед началом движения армии.

Отказав своим офицерам в роскоши, Тиберий старался подчеркнуть собственную неприхотливость. Он спал прямо на земле и зачастую не пользовался палаткой. Он следил за тем, чтобы все его приказы записывались, его офицеры имели к нему доступ в любое время, чтобы командующий мог объяснить им, что от них требуется. Веллей Патеркул, служивший префектом под его командованием и руководивший вспомогательной кавалерией, а позднее ставший легатом, рассказывает, что Тиберий во время марша всегда ездил верхом, а не в повозке и ужинал вечерами (на эти ужины обычно приглашались офицеры) сидя, а не полулежа, как это было принято у римлян.

Несмотря на строгость к себе самому и к остальным, Тиберий заботился о благополучии своих офицеров. Он предоставлял своего личного врача в распоряжение раненых и больных и обеспечивал их транспортом. Как лидер он был суровым, но справедливым; как полководец осмотрительным, удачливым и пользующимся доверием своих солдат. Веллей писал уже после того, как Тиберий стал императором и преемником Августа, и поэтому наверняка старался польстить своему старому командиру — но весьма возможно, что он изобразил точную картину уважения и даже привязанности армии к своему полководцу.{257} Его описание восторженного приема, оказанного армией Тиберию в 4 г., когда он прибыл в Германию, напоминает сцену на парадах Наполеона:

Право, нельзя выразить словами и едва ли можно поверить, что при виде его у воинов текли слезы радости; а каким было ликование первого приветствия и радость, с которой они стремились прикоснуться к его руке, восклицая: «Тебя ли мы видим, император?»[40], «Тебя ли встретили невредимого?», затем: «Я был с тобою, император, в Армении!», «Ты наградил меня в Реции!», «Меня в Винделиции!», «Меня в Паннонии!», «Меня в Германии!»{258}

Положение на Рейнской границе в 14 г

Август доверял Тиберию так же, как прежде доверял Агриппе. Он поручал ему командование во всех самых важных кампаниях во время второй половины своего принципата, но долгое время не рассматривал его как преемника. Август планировал передать власть своим внукам, людям более молодым, зато связанным с ним кровно, но все они умерли прежде самого Августа.

Слухи обвиняли в этих смертях жену императора Ливию, которую император Калигула позднее окрестил «Одиссеем в платье» (Ulixem stolatum). Говорили, что Ливия убирала наследников престарелого принцепса одного за другим, чтобы ее сын стал следующим императором. Истину сейчас установить невозможно, но, судя по всему, в семье императора был исключительно высокий уровень смертности даже по стандартам того времени.

Как бы то ни было, в конце концов Август обратил свой взор на Тиберия. Он усыновил его и в последние годы своей жизни делил с пасынком власть. У Тиберия был собственный сын Друз Младший, но Август заставил Тиберия усыновить его племянника Германика. Это имя было почетным титулом, данным недавно умершему младшему брату Тиберия Друзу за его победы над германскими племенами, которое наследовал его сын.

В 9 г. до н. э. Германику было 6 лет, но это имя оказалось как нельзя более подходящим, поскольку пройдет несколько лет, и он завоюет величайшую славу именно в Германии. Его матерью была Антония, дочь Марка Антония и сестры Августа Октавии, той самой Октавии, которую Антоний бросил ради Клеопатры, что внесло элемент личной вражды в Гражданскую войну.{259}

Когда Юлий Цезарь воевал в Галлии, он ясно продемонстрировал, что не намерен держать под постоянным контролем территорию к востоку от Рейна, но подчинил себе все земли к западу от этой реки. В «Записках» подчеркивается, что Рейн является границей между галльскими и германскими народами. Считалось, что недавно завоеванная Галлия, старая римская провинция Трансальпийская Галлия и сама Италия окажется в большей безопасности, если германцы, куда более примитивные и свирепые, чем галлы, будут отделены от римских владений могучей рекой. Подобная граница снизит вероятность повторения того, что ранее сделали кимвры и тевтоны.

Вообще-то Цезарь признавал, что положение было не таким уж простым, потому что отдельные германские племена уже поселились к западу от реки. Четкое различие, которое Цезарь и другие древние авторы проводили между германцами и галлами, очень трудно подтвердить археологически, на основе сравнения их материальной культуры — планировки и стиля поселений, гончарных и металлических изделий. Это вовсе не означает, что между этими народами не было никакой разницы. Просто подобные свидетельства в данном случае не могут ни подтвердить, ни опровергнуть ее.

Лингвистический анализ сохранившихся географических названий и имен, как правило, во многом подтверждает картину, изображенную в древних источниках. Литературные памятники свидетельствуют, что, несмотря на общий язык и культуру, отдельные племена галлов и особенно германцев, не стремились к объединению. Воин отождествлял себя со своим племенем или семьей, таким как хатты, марсы или херуски, или иногда с более обширной группой родственных народов таких как свебы. Но никто из них не считал себя германцем.{260}

Галльские племена так, как они изображены у Цезаря, были по сути своей нестабильными образованьями. Их раздирала борьба за власть между честолюбивыми вождями, стремящимися к превосходству и почти ежегодно воюющими со своими соседями. Германцы втягивались в эти конфликты либо когда их просили о помощи галльские вожди, либо когда какой-нибудь народ переселялся на другой берег Рейна в поисках более плодородной и удобной земли.

Возможно, Цезарь утрировал ситуацию, чтобы оправдать свое вторжение в Галлию, проходившее под девизом защиты интересов Рима и его союзников, — действия, которые сами по себе ничуть не отличались от поддержки секванов Ариовистом, на что последний и указывал. Однако версия Цезаря, скорее всего, в целом точна и вполне соответствует отношениям между племенами, которые жили на большей части Европы в течение бронзового и железного веков.

Войны, сопровождавшиеся мародерством, были обычным явлением в этом регионе. Временами какое-нибудь племя набирало силу, зачастую благодаря талантливому военачальнику, и тогда подчиняло себе соседние народы. Но могущество этого племени тут же сходило на нет после смерти удачливого вождя. Нередко внутренние усобицы или нападения соседей заставляли отдельные роды или целые племена переселяться, вытесняя со своих земель другие народы. Последствия от таких миграций могли распространиться на большие территории, как круги на воде.

Цезарь преувеличивал, когда описывал германские племена как полукочевых пастухов. Он использовал многовековой стереотип, согласно которому такие народы считались более примитивными и свирепыми, чем сообщества, которые занимались земледелием и строили города. Точно так же в «Одиссее» Гомера циклопы ничего не сажали, потому что были ленивы, ели мясо, пили молоко и не имели политической структуры — все это должно было свидетельствовать об их варварстве. Археологические исследования показали, что многие отдельные хозяйства и деревни в Германии располагались на одном месте в течение веков, но подобная стабильность отнюдь не препятствовала стремлению племен или родов искать землю в других местах.{261}

Цезарь оставил Галлию покоренной — нет никаких свидетельств о том, что в то время, когда он был занят Гражданской войной, там происходили какие-либо серьезные восстания. Но завоеванная страна еще не была полностью организована как провинция, и Августу предстояло это сделать. С 27 г. до н. э. как минимум в трех случаях требовалось проведение переписи для облегчения процедуры взимания налогов. Зачастую подобные меры вызывали недовольство и сопротивление местного населения. Агриппа вел боевые действия в Галлии несколько раз в период с 38 по 19 гг. до н. э. Кроме этого, в новой провинции проходили кампании меньшего масштаба под командованием других военачальников.

Как и во времена Цезаря, ближайшие к Рейну галльские племена часто искали помощи у германцев. Последние даже еще чаще, чем прежде, осуществляли набеги на богатые земли Галлии, и временами эти нападения имели весьма значительный масштаб. В 16 г. до н. э. армия, состоявшая из трех племен — сугамбров, тенктеров и узипетов, — устроила засаду отряду римской кавалерии, а затем застала врасплох главную армию наместника провинции Марка Лоллия и нанесла ему ощутимое поражение. Во время этой битвы V легион «Хохлатый жаворонок» (Legio V Alaudae), лишился своего знамени с орлом, что было для легиона огромным унижением.

Эта кампания началась, когда германцы схватили и распяли римских торговцев, ведущих свои дела на их землях. Как и в других местах, римские и италийские торговцы передвигались, опережая армию. Иногда их деятельность вызывала негодование, и когда в местных племенах вспыхивала ненависть к Риму, торговцы первыми попадали под удар. Для обеспечения стабильности и спокойствия в Галлии, стараясь пресечь мародерство и насилие против местных жителей, легионы Августа нередко устраивали карательные экспедиции против германцев.

Отец Германика Друз был первым римским военачальником, дошедшим до реки Альбис (совр. Эльба) — где, как говорилось в официальной версии, ему явилась богиня и предупредила, чтобы он не шел дальше. После его смерти Тиберий несколько лет проводил операции в этом регионе. Со временем римская провинция между реками Рейн и Альбис начала приобретать законченную форму. В 6 г. было подготовлено нападение на Маробода, царя большого объединения свебских племен, а также их соседей на землях между Рейном и Данубием (Дунаем). Но как раз в это время неожиданно разразилось крупное восстание в Паннонии и Далмации, и для его подавления потребовалось участие Тиберия и немалой части римской армии.

Жители Паннонии считались крайне воинственными племенами, их армии были организованы по римскому образцу, поскольку немало воинов служило Риму во вспомогательных войсках. Во время проведения кампании Тиберий оказался во главе соединения из десяти легионов, поддерживаемых семьюдесятью когортами вспомогательной пехоты, четырнадцатью алами вспомогательной кавалерии и большим числом союзных войск. Интересный факт состоит в том, что он считал это соединение слишком большим, чтобы им мог эффективно командовать один полководец, поэтому Тиберий разделил армию на две независимые колонны. На подавление восстания понадобилось почти три года упорных и дорогостоящих действий.{262} После чего можно было вновь заняться делами в Германии.

Как и в Галлии, превращение завоеванных германских земель в римскую провинцию вызвало сопротивление. Во главе мятежников стал Арминий, князь херусков, который прежде служил командиром своих соплеменников в римской армий. Незадолго до этого Арминий получил не только римское гражданство, но и статус всадника, и он был близким другом наместника провинции Публия Квинтилия Вара.

Семья Вара обладала сомнительной военной репутацией, поскольку его отец и дед поддерживали проигравшую сторону в гражданских войнах и после поражения покончили с собой. Однако Вар обладал немалым опытом и прежде служил наместником Сирии, где подавил восстание в Иудее в 4 г. до н. э. Его назначение в Германию вполне соответствовало обычаю Августа полагаться главным образом на свою многочисленную семью, поскольку Вар был женат на дочери Агриппы.

К концу лета 9 г. Вар получил сообщения о мятеже и, как и в 4 г. до н. э., отреагировал типично по-римски, собрав армию и незамедлительно выступив в поход против восставших. Необходимость как можно быстрее подавить восстание оправдывала действия римского полководца, выступавшего с маленькой или плохо обеспеченной продовольствием армией, состоявшей только из тех войск, что находились у него под рукой. Вар раздробил свои силы, разослав с поручениями множество маленьких отрядов, а сам двинулся с армией, обремененной большим обозом и сопровождаемой сборищем лагерной прислуги и солдатскими семьями.

Арминий, до последнего момента выражавший преданность Вару, ушел со своими германскими разведчиками. Неповоротливая римская колонна попала в засаду в труднопроходимом болотистом Тевтобургском лесу. Внезапными атаками в течение нескольких дней воины Арминия ослабили колонну римлян, а затем добили ее жалкие остатки. Три легиона — XVII, XVIII и XIX — вместе с шестью когортами вспомогательной пехоты и тремя алами кавалерии были перебиты. Вар, сознавая безвыходность положения, сделал то, чего не должен был делать ни один римский полководец, — он совершил самоубийство. Во время раскопок в Калкризе около современного Оснабрюка в последние годы были обнаружены мрачные свидетельства происшедшей трагедии, вероятно, относившиеся к последнему бою римской армии. Большая часть маленьких отрядов, что были разбросаны по всей провинции, разделили с основной колонной ее участь. Нескольким уцелевшим удалось добраться до Рейна, где два уцелевших легиона в этом регионе ожидали нападения в любую минуту.{263}

Катастрофа в Тевтобургском лесу стала страшным ударом для стареющего Августа, который в знак скорби месяц не стриг волосы и не брил бороду. Рассказывают даже, что он ходил по дворцу и, ударяясь головой о стены, кричал: «Квинтилий Вар, верни мне мои легионы!» На какое-то время численность армии была сокращена до двадцати пяти легионов, а номера XVII, XVIII и XIX перестали использоваться. Тиберий был незамедлительно послан на границу Рейна, а из других провинций были переброшены войска, какие только можно было забрать без ущерба, для усиления его армии. Вскоре восемь легионов и, как минимум, столько же вспомогательных войск из Нижней и Верхней Германии двинулись вдоль западного берега реки.

Но ожидаемого вторжения германцев так и не произошло. Воины Арминия вели себя так же, как и большинство других варварских армий. Они разошлись по домам, чтобы похвастать захваченной добычей и насладиться славой победителей римлян. Тиберий, набрав достаточно сильное войско, начал отправлять карательные экспедиции против германских племен. Репутация римлян как непобедимых воинов была разбита вдребезги поражением Вара, и потребовалось множество упорных боевых операций в течение нескольких лет, чтобы ее восстановить. В 11 г. к Тиберию присоединился Германик, который приобрел первый опыт, служа под его командованием во время подавления восстания в Паннонии в возрасте 22 лет. Август был уже слишком стар, и в 13 г. Тиберий вернулся в Рим как для того, чтобы помогать принцепсу в его делах, так и для обеспечения безболезненной смены власти. На посту верховного командующего на рейнской границе Тиберия сменил Германик.{264}

Мятеж

Как и его отец, Германик пользовался огромной популярностью у солдат и римского народа. Привязанность к нему сохранялась еще долго после его безвременной смерти. Нам известно, что как минимум одно римское вспомогательное подразделение, а возможно, и вся армия ежегодно продолжали отмечать его день рождения в начале III века. Вежливый, красивый, светловолосый, атлетически сложенный (он особенно упорно работал над своими худыми ногами, чтобы довести свое тело до совершенства), этот человек всегда вел себя непринужденно и учтиво.

Как и его отец, Германик взял с собой в свою провинцию жену и детей. Он был женат на Агриппине, дочери Агриппы и Юлии, то есть на своей кузине. В императорской семье были распространены браки между родственниками, чтобы не допускать чужаков в свой круг. Во многих отношениях Агриппина олицетворяла идеал римской матроны. Желавшие угодить Августу прославляли ее добродетели, прежде всего ее чадолюбие, а также трудолюбие в управлении домом и помощь мужу во всех делах.

У супругов было девять детей — по тем временам очень много, — поскольку в эту эпоху в семьях сенаторов и всадников предпочитали иметь куда меньше отпрысков. Но только шестерым из девяти — трем мальчикам и трем девочкам — удалось выйти из детского возраста. Самый младший сын, Гай, родился в 12 г., и родители часто наряжали малыша как легионера. Солдаты окрестили его Калигулой, или «Сапожком», — из-за его крошечных военных сапог — калиг (caligue).{265}

Смерть Августа в 14 г. повергла в шок всю империю, поскольку большинство ее населения с трудом могло вспомнить время, когда не было принцепса. Неопределенность в сочетании с почти полным отсутствием боевых действий в течение того лета способствовала возникновению мятежей в легионах. Сначала начали волноваться войска в Паннонии, а затем и на Рейне. Солдаты жаловались на большие вычеты из их жалованья как официальные в виде платы за форму, снаряжение и палатки, так и на неофициальные — на взятки центурионам, чтобы избежать лишних нарядов на работы.

Во время правления Августа процесс превращения римской армии в профессиональную был завершен почти полностью. В начале принципата легионеры должны были служить шестнадцать лет. По истечении этого срока они служили еще четыре года в качестве ветеранов. Ветераны были освобождены от обычных обязанностей, а должны были только в случае необходимости сражаться. Но постоянные войны в течение этих десятилетий привели к тому, что эти сроки были увеличены до двадцати и пяти лет соответственно. Эта перемена вызвала повсеместное негодование, так как после крупных кризисов в 6 и 9 гг. немало людей привлекалось к службе и на более долгий срок.

В те два года у Августа была такая острая нехватка солдат, что он снова ввел обязательный призыв. Эта мера была крайне непопулярна, особенно в Италии. Светоний рассказывает, что Август продал в рабство всадника, который отрубил своим сыновьям большие пальцы на руках, чтобы они не могли держать оружие и стали непригодными к службе.

Численность легионов повышалась за счет тех, кто не хотел служить или вовсе не был пригоден для службы. Прибегали и к радикальным мерам: государство приобретало рабов и освобождало их для того, чтобы они служили в армии. Подобное раньше происходило только во время самых тяжелых дней Второй Пунической войны. Хотя такие люди получали гражданство вместе со свободой, Август настаивал на том, что они должны служить в отдельных когортах (cohortes voluntariorum civium Romanorum), а не в легионах.{266}

Самые сильные волнения начались в армии в Нижней Германии, находившейся под командованием Авла Цецины. Он принадлежал к опытным офицерам, которых часто назначали в качестве старших подчиненных к младшим членам императорской семьи. В этом случае он оставался на удивление пассивным, и спустя некоторое время все его четыре легиона — I, V, XX, XXI — совершенно вышли из повиновения.

Первой мишенью возмущенных солдат стали центурионы, которых солдаты схватили и выпороли. Германик в это время находился в Галлии, следил за сбором налогов, но, узнав о мятеже, спешно отправился в лагерь взбунтовавшейся армии. Ему устроили пародию на обычное приветствие войсками своего командующего, и молодому человеку с трудом удалось навести хоть какой-то порядок, когда солдаты обрушились на него с жалобами на отсрочку демобилизации и плохие условия, которыми их вознаградили за верную службу. Некоторые воины даже выкрикивали, что желают сделать его императором вместо Тиберия.

Обескураженный Германик попытался покинуть собрание и, когда солдаты стали у него на пути, даже вытащил меч и пригрозить убить себя, если они немедленно не прекратят свои провокационные выкрики. Германик прибег к традиционному эффектному жесту, который использовали римские сенаторы на Форуме или в армии. Однако в данном случае эффект оказался не совсем таким, какого ожидал полководец: несмотря на то что солдаты схватили его за руку, чтобы удержать его от подобного шага, нашелся один смельчак, который протянул Германику свой собственный меч, говоря, что он острее.

Пришлось пойти на уступки, это на время предотвратило дальнейшее насилие, но сенаторы, посланные Тиберием для рассмотрения жалоб легионеров, были схвачены, а одному бывшему консулу едва удалось избежать смерти. По предложению консилиума Германик решил послать Агриппину и двухлетнего Калигулу в безопасное место — в один из ближайших галльских городов.

Римские легионеры были суровыми людьми, способными временами на крайнюю жестокость, но нередко они становились сентиментальными, и трогательный вид беженцев, покидавших лагерь, привел к кардинальной смене настроения. Воспользовавшись этим, Германик снова обратился к мятежникам с речью и на этот раз добился, чтобы ему выдали зачинщиков, которые без промедления были осуждены и казнены. Однако для того, чтобы подобные проблемы не возникали в будущем, молодой полководец также уволил тех центурионов, которые были признаны виновными в получении взяток от своих солдат.

Определенные уступки, включая немедленную демобилизацию отслуживших положенный срок легионеров, и возврат к прежнему сроку службы в шестнадцать лет плюс четырем годам для ветеранов, были сделаны примерно в это же время. Уменьшение продолжительности службы, судя по всему, длилось не слишком долго, и скоро ее общий срок снова стал составлять двадцать пять лет, но другие жалобы, скорее всего, были удовлетворены. После новых поспешных казней и недолгой борьбы в другом лагере мятеж армии в Нижней Германии закончился.

Германик, прибывший в этот лагерь после подавления мятежа, сказал, по свидетельству Тацита: «Происшедшее не целительное средство, а бедствие». Восстановив во всей армии порядок (солдаты вспомогательных войск, которые не являлись гражданами, по-видимому, не бунтовали), Германик наконец смог переключить свое внимание на врага.{267}

Сезон, удобный для военных действий, уже заканчивался, но, несмотря на это, Германик собрал колонну из солдат всех четырех недавно бунтовавших легионов, всего около 12 000 человек, наряду с двадцатью шестью когортами вспомогательной пехоты и восьмью алами кавалерии. Перейдя Рейн, этот отряд быстро двинулся на марсов.

Вместо того чтобы направиться обычным, более простым путем на земли этого племени, Германик выбрал более длинный и менее известный маршрут. Во главе быстро двигалась вспомогательная пехота, несущая лишь свое снаряжение. Ей было поручено разведывать и расчищать дорогу. За ней шло основное ядро легионов с небольшим вещевым обозом. Римляне передвигались ночью, безоблачное небо и яркие звезды позволяли им без труда находить дорогу.

В ночь нападения римлян германцы отмечали праздник и пировали, поэтому атака оказалась вдвойне неожиданной. Перед рассветом часть марсийских деревень была окружена римскими войсками. Жители практически не оказывали сопротивления атакующим и были перебиты. Затем Германик разделил свою армию, создав небольшие боевые отряды, каждый из которых базировался неподалеку от одного из четырех легионов, и отправил эти отряды опустошать земли в радиусе примерно пятидесяти миль.

Римские карательные экспедиции, как правило, были очень жестокими — в 51 г. до н. э. запрет Цезаря поджигать усадьбы выглядел как нечто экстраординарное, — но эта операция Германика была еще более свирепой, чем обычно. Пленных не брали и всех попадавшихся германцев убивали независимо от их пола и возраста. Обычно римляне проявляли определенное уважение к святыням, но теперь даже святилище местной богини было сожжено дотла.{268}

Войска Германика не встречали серьезного сопротивления, пока их колонны не собрались вновь и не начали обратный марш к Рейну, поскольку племенам требовалось время, чтобы собрать армию. Марсы ничего не могли сделать после бойни, учиненной римлянами, но соседние племена — бруктеры, тубанты и узипеты — собрали войско и устроили засаду там, где, по их расчетам, должны пройти римляне во время своего возвращения.

Германик узнал об их намерениях и двинулся с армией, построенной в каре. Обоз, теперь сделавшийся огромным от захваченной добычи, находился в центре, а отдельные когорты были готовы быстро развернуться в боевом порядке. Когда римляне достигли более узкого участка дороги, германцы появились из засады и ударили в тыл римлянам. Как пишет Тацит, Германик галопом подскакал к своим легионерам и крикнул, что теперь пришло время смыть позор своего недавнего мятежа. Они должны идти в атаку и превратить свой позор в славу. Стремительным натиском когорты оттеснили германцев, нанеся им тяжелые потери.

Германцы были побеждены и позволили римской колонне спокойно закончить свой марш. Римский военачальник отвел своих солдат обратно на зимние квартиры в Нижней Германии.{269}

Месть Рима, 15–16 гг.

Во многих отношениях операции следующих двух лет походили на карательную экспедицию против марсов, но они были гораздо большего масштаба. Война велась для того, чтобы отомстить за катастрофу в Тевтобургском лесу и, что еще важнее, для того, чтобы вновь посеять среди германских племен страх перед могуществом Рима.

Главным врагом являлся Арминий, но успех херусков побудил другие народы открыто выступить против римлян. Власть вождей в племенах не была абсолютной и основывалась в основном на их престиже. Большинство воинов добровольно следовали за удачливым полководцем, но он не мог их к этому принудить.

Арминий был не единственной значительной личностью среди херусков, и другие князья были недовольны его нынешним возвышением. Обычно племена действовали очень несогласованно, теперь же многие вообще не признавали господства херусков. Таким образом, римляне вели военные действия против разрозненных врагов одновременно, и каждого необходимо было убедить в том, что если он не согласится на мир и союз с Римом, ему придется очень и очень плохо.

На этой стадии римляне, судя по всему, не планировали повторно занять утраченную провинцию к западу от реки Альбис. Во время сезона боевых действий римские армии вторглись в Германию, уничтожая всех, кто пытался сопротивляться. Римляне называли подобные действия глаголом опустошать (vastare). К осени легионы всегда возвращались на безопасные базы на Рейне, гарнизоны никогда не оставались на недавно захваченных территориях Германии. Цезарь же во время своих кампаний в Галлии поступал как раз наоборот, устраивая зимние квартиры на завоеванных землях.

Германия также отличалась от Галлии и в других важных отношениях. Большие поселения, эквивалентные галльским городам (oppida), были крайне редкими, большинство жило в разрозненных деревнях. Цезарь получал на месте большое количество зерна и другого провианта, вполне достаточного, чтобы его армия могла продержаться несколько недель в галльских городах. У союзных сообществ он просил продовольствие, у враждебных захватывал силой.

Германик не мог действовать подобным образом. Поскольку заготовка провизии могла замедлить передвижения войск и подвергнуть опасности небольшие отряды, посланные за провиантом, он должен был везти почти все необходимое с колонной. Тацит, рисуя картину Германии, делает риторическое преувеличение, когда говорит, что земли здесь почти все лесистые и болотистые. Однако несомненно, что по большей части ее территории римская армия передвигалась с трудом. Даже весной и летом здесь было очень мало дорог, пригодных для большого обоза. Многие из них проложили римские армии, прежде действовавшие в этих местах под командованием Друза и Тиберия. Римляне также реконструировали немногие существовавшие дороги, соорудив мосты и сделав насыпи.

Римские армии мало пользовались картами и обычно рассматривали местность как набор маршрутов к определенному пункту, но в Германии у них был в этом случае небольшой выбор. Обе стороны понимали это, германцы зачастую могли предвидеть направление, в котором пойдут римляне и поэтому успевали собрать армию где-нибудь по пути следования противника, чтобы устроить засаду.

Армиям, составленным из различных племен, требовалось немало времени, чтобы собраться, так как воины набирались из находившихся на большом расстоянии друг от друга поселений. Кроме того, нехватка дисциплины и легкомысленное отношение к приказам вождей тормозили передвижение варварской армии. Все, что они успевали организовать, — это такие крупномасштабные засады, как устроенная в 14 г. римской экспедиции, возвращающейся на западный берег Рейна.

Возможно, отход римлян после атаки германцев был истолкован как признак слабости. Германик, как и все другие римские военачальники на этом театре военных действий, вынужден был проявлять большое внимание при распределении сил, направленных в карательные экспедиции. Если отправлять слишком мало войск, появлялся риск, что они будут разгромлены, особенно в случае глубокого проникновения на вражескую территорию. Для крупных соединений требовался большой обоз с провиантом, что неизбежно замедляло передвижение армии. Именно по этой причине Тиберий уделял такое внимание повозкам во время своих экспедиций на другом берегу Рейна. Из-за большого обоза римские колонны сильно растягивались, особенно если им приходилось идти по узкой долине или насыпной дороге. Все это затрудняло защиту армии от нападения из засады.

Целью римлян было нанести быстрый и сокрушительный удар, сея опустошение и ужас на обширной территории, а затем отойти, не понеся значительных потерь. Каждое племя должно было хорошо уяснить, что оно уязвимо и не может сопротивляться, если римляне вздумают напасть. Победа над собранной из разных племен армией в бою во время экспедиции или по дороге домой могла дополнительно продемонстрировать военную мощь Рима, но в этом не было крайней необходимости. Прежде всего римляне не должны были терпеть поражений, пусть даже и незначительных, чтобы у германских племен не появился соблазн в будущем оказать сопротивление.{270}

В новой кампании Германик планировал использовать армии как Верхней, так и Нижней Германии; всего у него было восемь легионов, поддерживаемых вспомогательными войсками. Он предпринял наступление в самом начале весны 15 г., выступив с основным отрядом из четырех легионов против хаттов, а Цецина с остальной армией направился к херускам.

Зима выдалась необычайно сухой, и главная колонна смогла с легкостью переходить вброд реки, которые обычно были куда глубже. Там, где требовалось построить дорогу или мост, оставляли для этой цели отряд. Хатты не ожидали нападения, и многие из них были захвачены в плен или убиты, хотя основная часть воинов переплыла через реку Адрана (современный Эдер). Под прикрытием легких метательных машин и лучников вспомогательных войск легионеры быстро соорудили мост через реку и рассеяли этот отряд.

В течение следующих месяцев центр племен в Маттии был сожжен, а окрестные земли опустошены. Затем Германик отступил, его армия ушла, и ее почти никто не беспокоил, ибо хатты были не в состоянии собрать армию, а действия Цецины не позволили вмешаться ни херускам, ни марсам.

Германик, как и любой другой хороший римский военачальник, был всегда готов к применению дипломатии в сочетании с силой в тех случаях, когда это было выгодно Риму. Поэтому он вступил в переговоры с послами Сегеста, старого вождя херусков, чье влияние было ослаблено внезапным взлетом Арминия. Сегест просил защиты от своего соперника. В своем послании германский вождь подчеркнул прежнюю верность Риму, в частности, свою неудачную попытку предупредить Вара о грядущем восстании и вероломстве Арминия. Приняв это во внимание, армия Германика двинулась за Сегестом и его отрядом во время своего марша.

Воины старого вождя, включая его собственного сына, сражались против Рима в 9 г. и они даже принесли с собой трофеи, захваченные у солдат Вара. Но прошлые проступки были прощены, поскольку Риму был выгоден переход под его знамена такого знаменитого вождя. Тиберий даровал прощение за все измены и выделил перебежчикам земли для жительства в пределах империи и денежное пособие. Куда более строптивой оказалась дочь Сегеста, которая ранее была похищена и выдана замуж за Арминия, а затем отец силой забрал ее обратно. Теперь она была беременна от Арминия сыном, которому предстояло родиться и вырасти в изгнании.{271}

Арминий пришел в ярость из-за измены Сегеста и потери жены и постарался как можно быстрее собрать большую армию, к которой присоединился его дядя Ингвиомер, пользовавшийся влиянием среди херусков. В прошлом Ингвиомер считался благожелательно настроенным к римлянам, но теперь перешел на сторону племянника. Совместное влияние этих двух вождей оказалось настолько большим, что к херускам присоединилось множество воинов из соседних племен.

Когда это известие дошло до Германика, он двинулся вместе с Цециной на земли племен, которые проявили сочувствие к Арминию. Так, в частности, опустошили поселения бруктеров. Во время этих операций было возвращено знамя с орлом XIX легиона. Так как Германик находился недалеко от места поражения Вара, он решил направиться в Тевтобургский лес и похоронить мертвых. Цецина двинулся вперед для рекогносцировки местности, сооружения мостов и насыпных дорог в наиболее болотистых местах. Некоторое время они шли по тому же маршруту, что и потерпевшая поражение армия. Тацит драматично описывает картину, которая открылась их глазам.

ПОМПЕЯНСКИЙ СТИЛЬ • Большая российская энциклопедия

Авторы: А. К. Дежурко

Помпеянский стиль. «Помпейская столовая» в Зимнем дворце в С.-Петербурге (1836–39, архитектор А. П. Брюллов; не сохранилась). Акварель К. А. Ухтомского. 1864. Эрмитаж (С.-Петербург).

ПОМПЕЯ́НСКИЙ СТИЛЬ, пом­пей­ский стиль (франц. style pompéien), на­прав­ле­ние в ар­хи­тек­ту­ре, оформ­ле­нии ин­терь­е­ров и де­ко­ра­тив­но-при­клад­ном ис­кус­ст­ве, ос­но­ван­ное на ис­поль­зо­ва­нии мо­ти­вов др.-рим. зод­че­ст­ва и ис­кус­ст­ва. Рас­про­стра­не­нию П. с. в ев­роп. иск-ве спо­соб­ст­во­ва­ли пер­вые пуб­ли­ка­ции о ре­зуль­та­тах рас­ко­пок Гер­ку­ла­ну­ма и Пом­пей (с 1740-х гг.). Впер­вые эти мо­ти­вы ис­поль­зо­ва­ли по­се­тив­шие Ита­лию Ш. Л. Кле­рис­со (ин­терь­е­ры особ­ня­ка Л. Гри­мо де ла Рень­е­ра в Па­ри­же, 1773–74; 1779–81, совм. с Э. де Ла­вал­ле-Пус­се­ном; не сохр.) и Р. Адам (Эт­рус­ская ком­на­та в по­ме­стье Ос­тер­ли-парк-ха­ус под Лон­до­ном, 1773–74). По­ми­мо зна­ком­ст­ва с др.-рим. ар­хи­тек­ту­рой и пом­пе­ян­ски­ми сти­ля­ми, они вдох­нов­ля­лись так­же иск-вом эт­ру­сков (от­сю­да дру­гое назв. в 18 в. – «эт­рус­ский стиль»), гро­те­ска­ми и пуб­ли­ка­ция­ми Дж. Б. Пи­ра­не­зи, по­свя­щён­ны­ми ан­тич­ным ва­зам, кан­де­ляб­рам, сар­ко­фа­гам и т. д. Этот стиль на­шёл от­ра­же­ние в ди­зай­не ме­бе­ли (в т. ч. изящ­ные тре­нож­ни­ки, т. н. l’athénienne) и жи­во­пис­но-скульп­тур­ной де­ко­ра­ции ин­терь­е­ров. Ч. Ка­ме­рон так­же ис­поль­зо­вал «пом­пе­ян­ские мо­ти­вы» в оформ­ле­нии ря­да ин­терь­е­ров Боль­шо­го (Ека­те­ри­нин­ско­го) двор­ца в Цар­ском Се­ле (1780-е гг.). П. с. со­хра­ня­ет зна­че­ние и в эпо­ху ам­пи­ра (напр., Ван­ная ком­на­та На­по­ле­о­на I в зам­ке Рам­буйе, ар­хи­тек­то­ры Ш. Пер­сье и П. Фон­тен, нач. 1810-х гг.), од­на­ко к сер. 19 в. он ста­но­вит­ся од­ним из про­яв­ле­ний ис­то­риз­ма – у Л. фон Клен­це, А. П. Брюл­ло­ва («Пом­пей­ская сто­ло­вая» в Зим­нем двор­це в С.-Пе­тер­бур­ге, 1836–39; не сохр.), В. П. Ста­со­ва («Пом­пей­ская га­ле­рея» в Зим­нем двор­це, 1838, не сохр.), А. И. Шта­кенш­ней­де­ра (ин­терь­е­ры Ма­ри­ин­ско­го двор­ца в С.-Пе­тер­бур­ге, 1839–44; Ца­ри­цын па­виль­он в Верх­нем Пе­тер­го­фе, сти­ли­зо­ван­ный под пом­пей­скую вил­лу, 1842–44) и др. Ими­та­ция зна­ме­ни­тых об­раз­цов др.-рим. вилл встре­ча­ет­ся во Фран­ции («Пом­пе­ян­ский дом» прин­ца На­по­ле­о­на Же­ро­ма Бо­на­пар­та в Па­ри­же, 1856–60, арх. А. Н. Нор­ман; раз­ру­шен), Ве­ли­ко­бри­та­нии, Гер­ма­нии («Пом­пея­нум» ко­ро­ля Лю­до­ви­ка I в Ашаф­фен­бур­ге, 1842–49, арх. Ф. фон Герт­нер), в 20 в. так­же в США. Пом­пей­ские мо­ти­вы встре­ча­ют­ся в ар­хи­тек­ту­ре сов. нео­клас­си­циз­ма 1930–50-х гг. (ар­хи­тек­то­ры А. В. Вла­сов, Г. П. Гольц, А. Н. Душ­кин, Б. Д. Хиль­ке­вич и др.).

Мужчина верит в свое родство с королевской семьей

ЖИЗНЬ

Получить короткую ссылку

74 0 0

Житель Австралии заявил, что на самом деле является сыном принца из британской королевской семьи и был отдан на усыновление.

БАКУ, 7 фев — Sputnik. У принца Чарльза и его жены Камиллы Паркер-Боулз объявился «внебрачный сын» — житель Австралии, 52-летний Саймон Доранте-Дэй, сообщает Mail.ru.

После смерти отца появилась внебрачная дочь — конфликт может оставить врача без крыши >>

Мужчина появился на свет пятого апреля 1966 года в маленьком городке графства Гемпшир, когда его родители были любовниками, утверждает Доранте-Дэй. По его словам, когда ему было 18 месяцев, родители решили отдать его на усыновление семье, которая работала на королеву Елизавету II и принца Филиппа. Тайну о его настоящем отце и матери раскрыла мужчине его бабушка.

Хорошее дело браком не назовут, или Почему мужчины боятся загса? >>

Несмотря на утверждение Доранте-Дэя, в его свидетельстве о рождении указаны имена других биологических родителей. Но, по словам мужчины, это поддельные документы. В качестве доказательства он представил свою фотографию в юности, на которой между ним и сыном Камиллы Томом Паркером Боулзом, родившемся в 1974 году в первом браке герцогини Корнульской, есть некоторое сходство.

«Думаю, Диана (Спенсер — ред.) знала о моем существовании, только не смогла предать огласке этот факт, так как погибла в автокатастрофе. В те времена ходили много слухов о королевской семьей и один из них касалась меня», — отметил Доранте-Дэй.

Известно, что Чарльз и Камилла встретились в 1970, но в 1973 году она вышла замуж Эндрю Паркера-Боулза, а принц в 1981 году женился на Диане Спенсер. В 1996 году Чарльз развелся и в 2005 году женился на Камилле. По официальным данным, у пары нет совместных детей.

Политики, «вляпавшиеся» в громкие секс-скандалы >>

У принца Чарльза двое сыновей от первого брака — 36-летний принц Уильям и 34-летний принц Гарри.

POMPEY The Republican Prince by Greenhalgh, P.A.L .: Very Good + Hardcover (1981)

. Изображение запаса

Опубликовано Вайденфельдом и Николсоном, 1981 г.

Состояние: очень хорошее + Твердый переплет


Об этом товаре

Красная линия пера вдоль нижней части текстового блока.Dustjacket имеет незначительное истирание и потертость. ; Авторитетный отчет о Помпее Великом от 58 г. до н. Э. До его убийства в Египте десять лет спустя. Иллюстрирован фотографиями монет и скульптур. ; 320 страниц. Инвентарный список продавца № 1290

Задайте вопрос продавцу

Библиографические данные

Название: ПОМПЕЙ Князь-республиканец

Издатель: Вайденфельд и Николсон

Дата публикации: 1981

Переплет: Твердая обложка

Состояние книги: Очень хорошее +

Суперобложка Состояние: Очень хорошо

Описание магазина

Ancient World Books — это научный книжный магазин, посвященный различным темам древнего и средневекового мира.

Посетить витрину продавца

Условия продажи:

Мы принимаем карты Visa, MasterCard, American Express напрямую или через ABEbooks или Paypal, банковские переводы через Paypal, денежные переводы и / или личные чеки. Ancient World Books, 1057 Steeles Ave. W., PO Box 81668, Торонто, Онтарио, M2R 3X1 Canada. Телефон: 416-732-9609 www.ancientworldbooks.com Регистрационный номер GST № 857466924


Условия доставки:

Стоимость доставки указана из расчета на упаковку весом 1 фунт.Мы оставляем за собой право взимать дополнительную плату за доставку посылок с избыточным весом.

Список книг продавца

Способы оплаты
принимает продавец

Денежный перевод PayPal Банковский тратт

слез для клоуна принца Помпея | The Independent

Среди множества татуировок на теле Кевина-Принца Боатенга — два шутника.«Один улыбается, а другой плачет. Это значит смеяться сейчас, плакать позже», — объяснил он однажды.

Для ганы-немца этот девиз стал слишком верным на более поздних этапах розыгрыша Кубка Англии Портсмута. Смех разразился после полуфинала, когда его пенальти завершили невероятное поражение «Портсмута» от «Тоттенхэма», его бывшего клуба. Вчера нахлынули слезы, когда в решающий момент матча он забил пенальти.

«Мне никогда не надоест смотреть, как это происходит», — сказал он после успешной конверсии в матче с «Тоттенхэмом».Можно с уверенностью предположить, что он не захочет снова смотреть вчерашний пенальти. Его слабое усилие было слишком близко к Петру Чеху.

Вполне возможно, что «Челси» вернулся, чтобы победить, даже если бы Боатенг забил. Осталось больше получаса, а чемпионы — очень сильная сторона. Но вполне возможно, что они бы этого не сделали. Мысленно они бы наверняка опасались, что судьба распорядилась, что «Портсмут» завершит этот неудачный сезон замечательным триумфом, в то время как «Портсмут» подумал бы, что это написано, ведь «Челси» уже пять раз попал в каркас ворот.

Вместо этого, через три минуты Дидье Дрогба забил, и «Челси» был в пути. Боевой Майкл Браун попытался поднять своих товарищей по команде, и у них действительно были мимолетные проблески уравнения, но вера у них улетучилась. Боатенг даже не доиграл матч. Травма лодыжки, вызывавшая у него сомнения, вероятно, вынудила его уйти, но в любом случае у него не было головы.

Это был насыщенный финал для 23-летнего спортсмена. Он уже вывел из игры Михаэля Баллака неразумным подкатом, который вызвал немедленное беспокойство немецких СМИ по поводу пригодности их капитана к чемпионату мира.Инцидент был прискорбным, учитывая, что Боатенг представлял Германию на уровне до 21 года, но в настоящее время он ожидает разрешения ФИФА сменить гражданство на страну своего рождения. На прошлой неделе он был назван в предварительном составе Ганы и, если с согласия ФИФА, может выстроиться в очередь за Гану против Германии и Баллака (если подходит) в Йоханнесбурге 23 июня.

Боатенг — талантливый игрок, но есть сомнения в его способности последовательно реализовывать этот талант. В списке продаж «Портсмута», распространенном на прошлой неделе, он был самым дорогим игроком — 5 миллионов фунтов стерлингов.Помпей заплатил за него 4 миллиона фунтов стерлингов в августе, через два года после того, как «Шпоры» купили его у Герты Берлин за 5,4 миллиона фунтов стерлингов.

Он никогда не преуспевал на Уайт Харт Лейн, но в Портсмуте более регулярно применял свои очевидные технические способности. Он также проявил душевное мужество. В ноябре он пропустил еще один пенальти в «Стоуке». Матч тогда был безголевым; «Сток» выиграл 1: 0, и на следующий день Пол Харт был уволен с поста тренера Помпея. Тем не менее, когда на следующей неделе «Портсмут» был назначен домашним пенальти против «Манчестер Юнайтед» в первом матче Аврама Гранта в качестве тренера, а «Юнайтед» вышел на поле, Боатенг вышел на удар и забил.

Остается надеяться, что он так же храбро вернется после вчерашней неудачи. Это будет нелегко; В конце концов, он был безутешен, и осознание того, что он мог поставить Портсмут на путь невероятного успеха, никогда не покинет его. Но в следующем сезоне он почти наверняка перейдет в новый клуб, и это поможет. Боатенг уйдет вместе с большинством своих товарищей по команде из-за вопиющих финансовых ошибок клуба. Перед матчем человек, который руководил их уходом в администрацию, бывший исполнительный директор Питер Сторри, описал фанатов, критиковавших его руководство, как «из-за незнания».Сторри заплатил себе 1,2 миллиона фунтов стерлингов в виде заработной платы, пенсионных выплат и премий в 2008-09 годах, включая бонусы за победы на поле, достигнутые игроками, поскольку клуб накопил задолженность в размере 130 миллионов фунтов стерлингов.

«Я всегда буду известен как исполнительный директор первого клуба PL, который перейдет в администрацию, и это очень несправедливо, но таков футбольный мир», — сказал он.

«Независимо от того, какую роль я сыграл, я [извиняюсь перед тем, кому причитаются деньги], но я служащий. Клубом управляли люди, и они диктовали, что они хотят делать.Мне пришлось это реализовать, и, поскольку я был координационным центром клуба, меня критиковали. Я принимаю критику, я понимаю, что многие люди скажут «скатертью дорога», но во многом это связано с незнанием ».

Сторри, который сказал, что не ушел (и ушел от своей зарплаты) поскольку ему сказали, что это «будет катастрофой для клуба», он остается в штате в качестве консультанта, консультируя администратора Эндрю Андронику по вопросам трансферов. Сторри указал, что хотел бы остаться после продажи клуба, но согласился с этим. навряд ли.

Окончательные факты и цифры

Промахи пенальти на Уэмбли:

Джон Олдридж в игре Ливерпуль — Уимблдон, 1988

Гэри Линекер в игре Тоттенхэм — Ноттингем Форест, 1991 год

(Пол Скоулз пропустил пенальти в финале 2005 года между «Арсенал» и «Манчестер Юнайтед» в Кардиффе; Чарли Уоллес пропустил матч «Астон Вилла» — «Сандерленд» в 1913 году, но игра проходила в Кристал Пэлас).

Дерево вы верите? Вчера в первом тайме «Челси» пять раз попал в каркас ворот:

12 минут Яростный удар Фрэнка Лэмпарда в штангу

26 минут Саломон Калу не попадает в натурщицу и попадает в перекладину с четырех ярдов

29 минут Джон Удар головой Терри отскакивает от перекладины

38 минут Сворачивающий удар Дидье Дрогба со штрафного попадает в перекладину и не пересекает линию

41 минута : Дрогба пробивает мяч мимо Дэвида Джеймса, но пробивает пост

Шесть лучших за Эшли Эшли Коул сейчас является рекордсменом по количеству побед в финалах Кубка Англии (шесть — «Арсенал» (2002, 2003, 2005) и «Челси» (2007, 2009, 2010).

Что означает помпей — Определение помпей

Примеры использования слова «pompey».

Plancus Bursa, получивший кивок от Pompey , указывающий на вызов.

Планкус Бурса тоже встал, но прежде чем Помпей успел обойти свой стол, стюард постучал и вошел.

Метелла взглянул на их лица, когда группа устремилась в атриум, и решила отсутствовать, в результате чего Помпей отдал своего клиента Нониус стюарду с просьбой о хорошем обращении с ним.

Корнелия Метелла взглянула на их лица, когда группа устремилась в атриум, и решила отсутствовать, в результате чего Помпей отдал своего клиента Нониуса стюарду с просьбой о хорошем обращении.

Как черный виноград, подумал Гней Помпей , блестящий, но приправленный сливовым суслом.

Январь, Сенат собрался в храме Юпитера Статора, месте, которое препятствовало посещению Помпея .

Войска безнадежно неопытны, сказал он, им потребуются полные сто дней тренировок, прежде чем они смогут справиться с любым видом битвы, большая часть оборудования была некачественной, Люпусу лучше успокоиться и принять вещи такими, какие они есть. бесконечного пребывания на Помпеях Страбоне и украденных легионах ветеранов.

Может быть, его интриги с Муцией Тертиа возникли из-за разочарования в Помпеи ?

Теперь отец сына, которому почти два года, и дочери, родившейся ранее в этом году, Помпей покинул Муцию Тертия в своей крепости в Пичене и издал твердый приказ, чтобы она не посещала Рим в его отсутствие.

Помпей , кроме того, объявил себя защитником народных прав и пообещал восстановить власть Трибунала.

Консульство Помпея и Красса 203 Помпей восстанавливает власть Трибунала 203 Закон Л.

Он плывет из Брундусиума в Грецию 243 Он осаждает Помпей в Диррахиуме 244 Вынужден отступить 241 Битва при Фарсалии и поражение Помпей 244 Помпей летит в Египет 245 Его смерть 245 Цезарь назначается во второй раз 245 Диктатор Александрийская война 245 47.

Осознавая, что преступность и болезни будут расти, Помпей посвятил некоторые из своих великолепных организаторских талантов снижению преступности и болезней, наняв бывших гладиаторов для охраны переулков и переулков города, заставив Коллегию ликторов сохранить присматривать за обманщиками и обманщиками, которые часто бывают в Forum Romanum и других крупных рынках, путем увеличения купальных ям в Trigarium и оштукатуривания пустующих стен предупреждениями о хорошей питьевой воде, мочеиспускании и дефекации где угодно, кроме общественных уборных, чистые руки и плохая еда.

Исавры, постепенно расширяя свою территорию до морского побережья, подчинили себе западную и горную часть Киликии, ранее являвшуюся гнездом тех отважных пиратов, против которых республика когда-то была вынуждена приложить все свои силы под руководством властей. Великий Помпей .

И все же его друг Помпей , которого он обожал и знал, что он такой добрый, мог беззаботно отбросить свою красивую гриву желтых волос с висков и счастливо насвистывать сквозь зубы, пока он пробирался между глубокими застывшими лужами мухи. кровь на площади, его прекрасные голубые глаза не содержали ничего, кроме одобрения, когда они бродили по холмам безголовых тел вокруг него.

Справочное эссе для студентов | Служба написания бумаги

Статьи без плагиата

Статьи без плагиата Создание уникальных текстов — вот что движет нашим сервисом. Мы проверяем каждую бумагу на плагиат перед отправкой вам. Наше индивидуальное программное обеспечение гарантирует, что то, что вы получаете, не публиковалось ранее.Наши разработчики постоянно обновляют сканер с помощью новейших алгоритмов. Таким образом, он работает с большой точностью без простоев. Мы даем вам уверенность в том, что вы сможете подвергнуть свою статью тщательной проверке с помощью таких инструментов, как Turnitin.

Скидки за лояльность

Скидки за лояльность Вознаграждаем постоянных клиентов скидками. И не просто скидки — мы увеличиваем снижение цен в зависимости от того, сколько вы потратите с течением времени.Допустим, вы оплачиваете более 10 заказов за время курса. Мы дадим вам 15% скидку на все остальные заказываемые вами бумаги. Это так просто.

Бесплатные редакции

Бесплатные редакции Наша команда писателей сделает ваш опыт полноценным, сделав все правильно с первого раза. Но при необходимости вы всегда можете попросить внести некоторые изменения.Поскольку мы так же одержимы совершенством, как и вы, мы будем редактировать вашу статью, пока вы не будете полностью удовлетворены ею. И, если вы не введете новые требования или не попросите изменить подход, мы не будем взимать с вас дополнительную плату.

Гарантия возврата денег

Гарантия возврата денег Мы даем 100% гарантию возврата денег на все заказы.Если размер статьи не соответствует вашим ожиданиям, вы имеете право на полный возврат средств. Вы даже можете получить частичное возмещение, если выразите обеспокоенность по поводу качества, а мы их обосновываем.

Безопасные и безопасные платежи

Безопасные и безопасные платежи Мы работаем с PayPal, чтобы вы платили безопасным и надежным способом.Когда вы платите через PayPal, мы не получаем доступа к данным вашей карты. Такой подход защищает вас от онлайн-мошенничества и кражи личных данных. Это также дает вам дополнительный уровень безопасности, делая транзакции обратимыми.

Круглосуточная поддержка

Круглосуточная поддержка Команда поддержки — это главный интерфейс между нами и вами.Таким образом, мы поддерживаем наши линии связи открытыми в любое время суток, каждый день. Сервис дружелюбный и отзывчивый, чтобы сделать ваше пребывание максимально комфортным. Звоните, общайтесь или пишите по электронной почте — мы не заставим вас ждать.

Обзор Помпея Великого: политическая биография Робина Сигера

Eras Journal — Мартино, Дж .: Обзор «Помпея Великого: политическая биография», Сигер, Робин
Робин Сигер, Помпей Великий: политическая биография,
Blackwell Publishing, Oxford, 2002
Isbn 0 631 22721 0

Второе издание Робина Сигера с поправками его монографии о Помпеях — своего рода странность.Хотя, казалось бы, мало причин не переиздавать эту работу, чтобы держать в обращении вторичные англоязычные отчеты о Помпее (их на удивление мало), сам автор предполагает, что в этом новом издании вполне может отсутствовать смысл . etre . Сигер сообщает нам в разделе, новом для издания 2002 года, что: «За время, прошедшее с момента публикации первого издания этой книги, не было никаких драматических новых открытий, никаких фундаментальных изменений восприятия или подходов в политической истории страны. поздняя республика »(стр.173). Это освежающе честное, хотя и довольно откровенное признание кажется еще более примечательным в свете следующего прорыва Сигера: «Мнения по-прежнему расходятся по вопросу о достоверности или полезности исторической биографии как жанра» (стр. 173). Я признаю, что прочитав эти замечания в «Послесловии», прежде чем должным образом приступить к изучению монографии, я очень хотел обнаружить, что Сигер применяет какую-то новую научную тактику, чтобы избежать этих проблем. Следует отметить, что, к некоторому разочарованию, отчет Сигера о политической карьере Помпея в 2002 году не содержит таких толковательных или методологических прорывов; На самом деле Сигер почти полностью избегает решения фундаментальных проблем, которые он сам выбрал для публикации в печати.Вместо этого мы находим просто солидный, хотя и довольно неприглядный, анализ неоднозначной публичной карьеры одного из великих эгоистов древнего мира.

И в этом настоящая проблема с этой работой. Замечательное эго Помпея Магнуса, человека, который принял свое тщеславное прозвище задолго до того, как он достиг каких-либо высот, подобных высотам, достигнутым македонским вундеркиндом, которого он явно назвал своим именем, возможно, подпитывал эту своеобразную манию величия, полезную для того, чтобы стать великим военачальником [1]. хотя даже самый доброжелательный помпейец вряд ли назовет этого человека чем-то большим, чем бездарный политик.Хотя Помпей был чрезвычайно популярен на пике своей публичной карьеры (как и Мариус до него, почти полностью из-за его военного мастерства), в политическом плане Помпей совершенно не может сравниться с истинными цинозиями системы, такими как Август. На самом деле дипломатическая жесткость Помпея, если не его явная некомпетентность в управлении, могла быть легко обвинена в серии смертельных ударов, превративших res publica в политический труп. Сигер, естественно, не может позволить себе уделять слишком много внимания неэффективности этого человека в этой сфере.Хотя он действительно ссылается на сильный нарциссизм Помпея и невротические страхи убийства (стр. 179/182), и даже на его статус «картонного героя» как мученика Республики (стр. 172), по-прежнему непропорционально большое внимание уделяется различные «политические» маневры и позерства, использованные для достижения этой совершенно нетрадиционной общественной карьеры. Их вполне можно было охарактеризовать как неуклюже замаскированную тактику сильной руки, принятую enfant ужасным , который стремился только пренебречь cursus honorum , хотя Сигер в основном воздерживается от любой такой оценки.Конечно, в том, что называется политической биографией, мы также, вероятно, были бы удивлены, обнаружив слишком много внимания, уделяемого этой маленькой исторической подсказке, которая может не только раскрыть движущую силу «политических» махинаций Помпея, но и раскрыть эту раздутую новичок в том, кем он был на самом деле. Как с юмором заметил Брюс Кэмпбелл в своей статье «Научитесь быть генералом», Помпей был настолько неуверен в себе, когда впервые вступил в Сенат, что у него не только был справочник «А-Я», составленный Варро, чтобы лучше следить за ходом дела, но и он мог фактически дискретно обращайтесь к нему, когда призвали к участию.[2] Сигер очень кратко упоминает руководство Варрона для Помпея и, что довольно удивительно, даже заявляет на той же странице:

Значит, Помпей знал лучше, чем преувеличивать свое влияние в римской политике. Метеоритный и военный характер его восхождения лишил его всякого опыта сенаторской практики, и ему не хватало тщательно сплетенной сети связей, которые позволили бы ему влиять на сенаторские дебаты и манипулировать народными собраниями. (стр. 30)

Итак, что же такого рода оценка оставляет читателю в работе, очевидно посвященной политической жизни Помпея? Нужно ли нам сохранять образ Помпея, политика, хозяина Сената, чья жизнь (как и книга Сигера) была построена вокруг политических достижений, или мы должны вместо этого настаивать на более точных — или, по крайней мере, откровенных — характеристиках этого исторического деятеля? Разве недостаточно думать о нем так, как его рисовал древний биограф Плутарх: novus homo сын ненавистного провинциального полководца, который добивался искупительного общественного признания, какими бы недостойными ни были его попытки, в любой сфере общественной жизни? он мог оставить свой след?

Протеже Фокальда и классика Пол Вейн в своей работе о влиянии социальных зрелищ, таких как munera , утверждает, что «История таких явлений объясняет настоящие заботы человечества; и это политика, а не такая история, которая тривиальна и эфемерна.[3] Хотя он, возможно, переоценил свою точку зрения, неужели, наконец, настало время, когда действительно нужно задавать серьезные вопросы о непреходящей ценности политических биографий, таких как Сигер Помпей Великий ? Конечно, сам Сигер, как мы довольно свободно читаем в его «Послесловии», осознает эти отнюдь не новые — но явно растущие — критические замечания [4]. Разве научному миру и даже широкой читающей публике — которых призвано охватить обновление 2002 года (стр. Vii) — не лучше было бы изучить те вневременные качества, в которых Помпей явно был таким мастером (его несомненные тактические способности) или способы, которыми он научился привлекать и мобилизовать массовую общественную поддержку (будь то непостоянное население Рима или его собственная провинция и приобрели клиентов, )? Конечно, если бы были затронуты такие действительно определяющие аспекты карьеры Помпея, возникла опасность того, что такие тематически доминирующие подходы переместили бы такие исследования в сферу военной истории или даже социологии: то, чего более ортодоксально настроенные классики предпочли бы избежать. .Так где же это снова оставить читателя? Что более плодотворно — сосредоточиться, как, безусловно, на поощрении латинистов, только на первоисточниках и изображенной в них древней жизни, или же мы продолжаем пытаться найти ценность в том, что ученые, подобные Сигеру, предлагают в виде путеводителей для так называемых политических животных, которые сами нуждались в справочниках, чтобы понять систему, над которой они пытались доминировать?

Решение такого затруднительного положения вполне может включать компромисс. Хотя научный мир, впервые напечатавший эту работу в 1979 году, мог быть доволен традиционной политической биографией такого абсолютного политического несоответствия, как Помпей, следует признать, что ожидания читателей теперь довольно значительно изменились.[5] Хотя его исследования Помпея остаются первоклассными, [6] устаревшее рабочее предположение Сигера о том, что лучшая ось интерпретации этой древней жизни проходит по политическим линиям, действительно принадлежит более раннему поколению научных подходов. Не могли бы мы вместо этого надеяться на те же стандарты научной строгости, которые так ясно демонстрирует Сигер, в сочетании с более творческим подходом к предмету? Хотя у нас есть еще одна англоязычная биография Помпея, которая играет на его «комплексе Александра» [7], не может быть найдена столь же плодотворная линия анализа, исследующая его репутацию как adulescentulus carnifex («ребенок мясник») или даже как ужасный муж, который поклонялся дочери Цезаря и закончил свои дни обезглавленным у ног другой из своих любимых жен? Или как насчет более целенаправленного сосредоточения на сложной личности, стоящей за коррумпированным, хотя и неуклюжим «политиком»? Если бы Сигера сегодня попросили полностью переписать одну из первых англоязычных монографий о Помпее, а не просто добавить научную работу почти четвертьвековой давности, можно было бы даже надеяться, что название такой работы будет просто прочтите «Помпей-Человек».

Джон Мартино

Школа FACSA, Университет Мельбурна
Заметки

[1] Н. Диксон, О психологии военной некомпетентности , Пимлико, Лондон, 1976, см., В частности, стр. 166- 168; 360.

[2] Б. Кэмпбелл, «Научитесь быть генералом», J.R.S. , 77, (1987), стр. 13-29: стр. 17.

[3] П. Вейн, Bread and Circuses , Penguin, Лондон, 1990, с. xvii.

[4] Происходит из известной «семьи биографов» Арнольдо Момильяно ( The Development of Greek Biography , Harvard Uni.Press, перепечатка 1993 г., ср. стр. 1-22) дает нам прекрасный эрудированный взгляд на эволюцию биографии как жанра и ее расцвета в двадцатом веке как на нечто большее, чем просто незаконнорожденный сын истории, хотя и весьма красочно — наклонный. Тем не менее, критическое отношение к биографии как к чему-то иному, чем просто «под-истории», остается разделенным, особенно когда такой анализ еще больше осложняется привязкой только к политическим траекториям (см. Стр. 5 ff ниже).

[5] Ср.Р. Дж. Эванс, В защиту истории , Granta Books, Лондон, 1997, гл. 6 о значительном отходе от общепринятой политической истории (или истории как только от политики) в период после Второй мировой войны г. в пользу более широкого представления о социальной истории. В то время как новое поколение «социальных историков», кажется, со временем продемонстрировало многие из тех же универсализирующих претензий, что и их консервативные предшественники — «ахиллесова пята», которую сильно пинают постмодернистские критики, — эти дебаты между инакомыслием и ортодоксией не были в целом бесплодными. ; в то время как современный (и древний?) историк или биограф теперь может оказаться несколько менее комфортно сидеть в центре матрицы исключительно политических истин по отношению к «великим игрокам» истории, что является одним удачным — если перипатетическим — результатом этого постмодернистского натиска после историографии произошло массовое расширение области исторического исследования, чтобы включить «… человеческий элемент в истории на всех уровнях» (Evans, p.190). Конечно, каждый писатель-ученый должен заниматься этой освежающей тенденцией в соответствии со своими собственными пристрастиями, хотя Сигер ясно показал в своих работах о Тиберии (1972), Аммиане Марцеллине (1986) и теперь в двух изданиях о Помпее. , мало реального взаимодействия с такими разработками.

[6] Хотя в новом обзоре политических течений поздней республики, помещенном в пересмотренном введении, по необъяснимым причинам отсутствуют ссылки, а читатель отсылается только к некоторым довольно обобщенным источникам в конце главы.Точно так же, хотя качество письменного выражения довольно стабильно высок, «аберрантная» (или избитая?) Фраза вроде «Но в конце концов… даже если случайно, а не намеренно» (стр. 177) имеет тенденцию отвлекать внимание. из прекрасного научного приложения.

[7] П. Гринхал, Помпей: Римский Александр , Вайденфельд и Николсон, Лондон, 1980. Гринхал также опубликовал Помпей: республиканский принц годом позже; в то время как другие, более традиционные, крупные работы, посвященные Помпею, принадлежат Дж.Лич (1978/1986: английский), Дж. Ван Отегхем (1954: бельгиец) и М. Гельцер (1959/1984: немецкий).

Боатенг: Моя любовь к безумно красивому Помпею

Кевин-Принс Боатенг празднует после забитого пенальти в полуфинальном матче Кубка Англии 2010 года Помпей над Шпорами на Уэмбли Фото: Стив Рид

Статья, в которой бывший игрок сборной Ганы также заявляет о Нельсоне Мандела попросил его жениться на его дочери, размышляя о его 12-летней карьере, в том числе о его насыщенном инцидентами сезоне с «Синих».

Боатенг, который сейчас играет за испанскую команду «Лас-Пальмас», позорно пропустил пенальти для Помпея в финальном поражении Кубка Англии 2010 от «Челси» — после того, как забил с места в полуфинальном успехе над бывшим клубом «Шпоры».

«Почти три года я почти не играл». Боатенг рассказал о времени, проведенном с лондонцами перед переездом в Фраттон-парк.

Подпишитесь на нашу ежедневную рассылку новостей

Информационный бюллетень i прорезал шум

«Они сказали, что стадион маленький:« Мне все равно.«Поле плохое:« Мне все равно ». У них нет денег: «Мне все равно». Контракт такой: «Хорошо, подписываю. Просто дай мне мяч, дай мне сыграть ».

«Портсмут был маленьким, но настоящим. Это было безумно, красиво. Я любил там играть ».

Боатенг, переехавший в« Фраттон-парк »за 4 миллиона фунтов в 2009 году, сыграл за« Помпей »27 игр, забив пять голов.

29-летний игрок в дополнительное время забил «Шпорам» пенальти в полуфинальном матче Кубка Англии со счетом 2: 0 за команду Аврама Гранта, но не смог реализовать мяч с места в финале, поскольку его удар отразил Петр Чех.

Помпей, который в том сезоне уже вылетел из Премьер-лиги, проиграл в финале 1: 0.

Штрафного удара Дидье Дрогба было достаточно, чтобы решить матч, который оказался последней игрой Боатенга для «синих».

«Я хорошо играл в« Портсмуте », поэтому знал, что не могу остаться», — объяснил Боатенг, который подписал контракт с «Генуей» в августе 2010 года, но сразу же был отдан в аренду «Милану».

Позже полузащитник рассказал газете, что Нельсон Мандела просил его жениться на его дочери перед чемпионатом мира 2010 года в Южной Африке.

«Я всегда хотел встретиться с тремя людьми: Майклом Джексоном, Мухаммедом Али и Нельсоном Манделой, — сказал Боатенг.

«Я встретил только одного, и его сложно описать. Это просто радость.

«Мандела провел в тюрьме 27 лет только потому, что он отстаивал свои права, и он сидит там и не злится внутри.

«Он должен был сердиться на весь мир, но он не сердился.

«Он спокоен, просто сидит на своем маленьком сиденье и здоровается со всеми.

«Он успокаивает.Он сиял.

«Это как в кино. Как будто там сидит ангел.

«Он пожал мне руку, притянул к себе и сказал:« Моя дочь хочет выйти за тебя замуж ».

«Я сказал:« Извините, у меня уже есть девушка ».

«Он сказал:« Нет, нет, но у меня есть другие, более красивые ».

«Все смеялись.

«Жаль, что мы не смогли сделать снимок, потому что вспышка повредила ему глаза, поэтому у меня только один».

Боатенг в этом сезоне 16 раз появлялся за «Лас-Пальмас», забив шесть голов.

Помпей, да здравствует принц Гарри

Босс Кардиффа Дэйв Джонс не жаловался ни на результат, ни на усилия своих игроков. «Они сделали все, что мы от них просили», — сказал он. «Мы знали, что наш лучший шанс — это сыграть в« Портсмут », и в первом тайме у нас было несколько хороших моментов. Одна ошибка, вероятно, стоила нам игры, но мы соответствовали им во всех отделах».

Джонс отказался указать пальцем на арендованного вратаря Питера Энкельмана, ошибка которого предоставила Кану шанс забить единственный гол в игре на 37-й минуте.

«Это просто случилось, и это случилось в финале кубка», — сказал Джонс. «Я не думаю, что кто-то может быть разочарован… Джо Ледли был великолепен, четверка защитников была великолепна, а Аарон Рэмси дал нам несколько ног. Он что-то особенное».

Джонс признал, что ему нужно было пополнить свой состав, если клуб хочет улучшить свое 12-е место в чемпионате в этом сезоне. «Соревноваться в нашем дивизионе становится все труднее и труднее, — сказал он. «Последние несколько лет денег не было, но, надеюсь, мы сможем использовать это как трамплин и приступить к делу.

Оба менеджера были едины в своих похвалах болельщикам и случаю, первый финал, в котором не участвовал один из клубов «большой четверки» за 17 лет и который произвел потрясающую атмосферу.

«Болельщики были великолепны с самого начала. до финиша, — сказал Джонс. — Они могут очень гордиться собой, и они вернули немного гордости Кубку Англии ».

Реднапп добавил:« Я подумал, что фанаты Кардиффа остались в конце, когда мы собранный трофей был фантастическим.Это было здорово, и если бы мы проиграли, я бы хотел, чтобы наши фанаты сделали то же самое ».

Субботнее достижение приходит в конце неспокойного периода для Реднаппа.

В ноябре прошлого года полиция провела широко разрекламированный рейд на его дом. и арестовал его по обвинению в коррупции при трансфертных сделках.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.