Причины революции во франции: Причины Французской революции — все самое интересное на ПостНауке

Содержание

Причины Великой французской революции

Определение 1

Великая французская революция (1789-1799) — крупнейшее событие в истории Франции, приведшее к свержению абсолютной монархии и провозглашению Первой французской республики.

Франция накануне революции

Причинами революции стали недееспособность власти, накапливавшаяся многие годы необходимость социально-экономических и политических изменений во французском обществе, хозяйственные и политические неурядицы нескольких лет, предшествовавших 1789 году.

К долгосрочным проблемам относятся:

  • неспособность власти решать финансовые проблемы в рамках «старого порядка»;
  • нежелание дворянства и духовенства менять установившийся порядок, дававший им привилегии;
  • становление и обогащение третьего сословия, экономические возможности которого пришли в противоречие с политическими правами;
  • распространение ставивших под сомнение традиционные институты идей Просвещения.

Непосредственными причинами революции стали:

  • финансовый кризис правительства, вызванный участием в событиях Американской революции;
  • неурожаи и экспорт зерна, приведшие к голоду и социальным волнениям; торговый договор с Великобританией (1786), открывший для британских товаров французский рынок.

Франция XVIII века была абсолютной монархией, которая опиралась на регулярную армию и бюрократическую централизацию. Социально-экономический и политический режим сформировался в результате компромиссов, выработанных в ходе политического противостояния и гражданских войн. Один из компромиссов был между королевской властью и привилегированными сословиями — государственная власть за отказ от политических прав охраняла привилегии этих сословий. Компромисс по отношению к крестьянству — в течение серии крестьянских войн в XIV—XVI веках крестьяне добились перехода к натуральным отношениям и отмены большинства денежных налогов. В отношении буржуазии правительство тоже немало делало, сохраняя ряд привилегий по отношению к крестьянству и поддерживая десятки тысяч предприятий, владельцы которых составляли слой буржуа. Однако сложившийся режим не обеспечивал развития Франции, которая начала отставать от соседей, и в первую очередь от Англии. Чрезмерная эксплуатация вооружала против монархии массы, интересы которых игнорировались государством.

Постепенно в верхах французского общества возникало понимание, что старый порядок с его неразвитыми рыночными отношениями, хаосом управлении, коррупцией при продаже государственных должностей, запутанным налогообложением, отсутствием чёткого законодательства, системой сословных привилегий необходимо реформировать. Королевская власть также теряла доверие духовенства, дворянства и буржуазии, в среде которых утверждалась идея, что власть короля является узурпацией по отношению к правам народа (точка зрения Руссо) или правам сословий (точка зрения Монтескьё). Благодаря просветителям, среди которых особенно важны энциклопедисты и физиократы, произошёл переворот в умах образованной части общества. При Людовике XV и при Людовике XVI начались либеральные реформы в экономической и политической областях.

Политические причины революции

В восемнадцатом веке Франция оставалась центром самодержавной монархии. Французские монархи обладали неограниченной властью и объявили себя «представителями Бога».

С этой точки зрения особенно показательным был Людовик XIV. Французские монархи в королевском дворе Версаля окружали себя экстравагантностью и роскошью. Они имели неограниченную власть. Могли арестовать в любое время любого человека и посадить в тюрьму.

Людовик XIV(1643-1715) Бурбон был могущественным королем – эффективным, уверенным и трудолюбивым правителем. Он принимал участие во многих войнах. Неограниченная королевская власть раскрывалась тезисом: «Я - государство».

Людовик XV (1715-1774) ослабил экономическое положение дефектной внешней политикой. Он воевал против Англии в Семилетней войне, ничего не принесшей Франции. Из-за превышения расходов в роскоши и войнах Франция стала банкротом.

После Людовика XV на трон Франции взошел Людовик XVI (1774-1793). В этот период слабым было экономическое положение Франции. На невинного и простого Людовика XVI оказывала значительное влияние королева Мария-Антуанетта, всегда вмешивавшаяся в дела государства. Она была дочерью императрицы Австрии Марии Терезы. Ей нравилась роскошная жизнь.

Замечание 1

Таким образом политическую причину Французской революции составили дефектное управление, автократическая монархия и экстравагантные расходы.

Социальные причины революции

Социальное устройство Франции в восемнадцатом веке представляло разделение французского общества на три класса:

  • Духовенство;
  • Дворяне;
  • Третье сословие (горожане и крестьяне).

К первому сословию относилось духовенство, которое подразделялось на группы: высшее и низшее. Высшее духовенство в обществе занимало высшую позицию. Они руководили монастырями, церквями и учебными заведениями страны и не платили монарху налоги.

Простых людей оно использовало по-разному, вызывая у них ненависть жизнью среди роскоши. Низшее духовенство, в свою очередь, служило людям в полноценном смысле этого слова. Дворянство во французском обществе считалось вторым сословием. Дворяне также не платили королю налоги.

Третье сословие платило налоги. Самую большую группу сформировала буржуазия. К ним относились врачи, учителя, юристы, предприниматели, писатели и философы.

Именно они повлияли на народ, пробудив у простых людей осознанность их прав. Простые люди стали мятежными. Низшее духовенство и мелкие дворяне вместе с простыми людьми объединились с буржуазией.

Экономические причины революции

Еще одной причиной для начала революции стало экономическое положение Франции, испорченное войнами Людовика XIV, семилетней войной Людовика XV и другими дорогостоящими войнами.

Чтобы выйти из кризиса, в 1774 году Людовик XVI назначил министром финансов Тюрго, который попытался минимизировать расходы королевского двора. Также он посоветовал королю наложить налоги на все слои общества. Но после вмешательства Марии-Антуанетты, Людовик XVI уволил министра.

Затем министром финансов был назначен Неккер, но его также уволил король.

Следующим министром финансов Франции в 1783 году стал Каллон. Для покрытия расходов королевского двора он адаптировал политику заимствования. Но вследствие такой политики национальный долг Франции за три года увеличился в два раза. Затем, как и предшественники, Каллон предложил наложить налоги на все сословия, но также был уволен королем.

Замечание 2

Важнейшей причиной революции стала экономическая нестабильность.

причины революции во франции(1789г.):политические,экономические и социальные

1. Политические причины:

Напротяжении восемнадцатого века Франция была центром самодержавной монархии. У французских монархов была неограниченная власть, и они объявили себя «представителями Бога».

Людовик XIV был показательным с этой точки зрения. Французские монархи окружали себя роскошью и экстравагантностью в королевском дворе Версаля. Они пользовались неограниченной властью. Они могли арестовать любого человека в любое время и посадитьв тюрьму. Они не обращали внимания на своих подданных. Людовик XIV (1643-1715) династии Бурбонов был могущественным монархом. Он был эффективным, трудолюбивым и уверенным правителем. Он участвовал во многих войнах. Его неограниченная королевская власть раскрывается тезисом: «Я - государство».

Людовик XV (1715-1774) с его дефектной внешней политикой ослабил экономическое положение Франции. Людовик XV сражался в Семилетней войне против Англии, которая ничего не принесла для Франции. Франция стала банкротом из-за превышения расходов в войнах и роскоши. Он понял это позже. Перед смертью он крикнул: «После меня хоть потоп».

После Людовика XV, Людовик XVI (1774-1793) взошел на трон Франции. В течение этого периода экономическое положение Франции стало слабым. Людовик XVI был невинным и простым человеком. Но на него оказала влияние его королева Мария-Антуанетта, которая всегда вмешивалась в дела государства.

Из разочарования он произнес: «О! Какое бремя мое, и они ничему меня не научили». Мария-Антуанетта была дочерью австрийской императрицы Марии Терезы. Она всегда чувствовала гордость, поскольку она была дочерью Австрийской Императрицы. Ей всегда нравилась роскошная и экстравагантная жизнь. Она и посеяла семена Французской революции. Таким образом, автократическая монархия, дефектное управление, экстравагантные расходы составляли политическую причину Французской революции.

2. Социальные причины:

Социальное положение Франции в восемнадцатом веке было очень жалким. Тогдашнее французское общество было разделено на три класса: духовенство, дворян и простых людей.

Духовенство принадлежало первому сословию. Духовенство подразделялось на две группы: высшее духовенство и низшее духовенство. Высшее духовенство занимало высшую позицию в обществе. Они руководили церквями, монастырями и учебными заведениями Франции. Они не платили налоги монарху.

Они использовали простых людей по-разному. Высшее духовенство жило посреди скандальной роскоши и экстравагантности. У простых людей была сильная ненависть к высшему духовенству. С другой стороны, низшее духовенство служило людям в истинном смысле этого слова, и они жили очень жалкой жизнью. Дворянство считалось вторым сословием во французском обществе. Они также не платили налоги королю.

Третье сословие сформировалось гетерогенным классом. Фермеры, сапожники, и другие низшие классы принадлежали к этому сословию. Состояние фермеров было очень тяжелым.

Они платили налоги. Буржуазия сформировала самую большую группу третьего сословия. К этому классу относились врачи, юристы, учителя, бизнесмены, писатели и философы. У них было богатство и социальный статус. Но французский монарх, под влиянием клириков и дворян, оценил их как третье сословие.

Поэтому они повлияли на народ в поддержке революцию. Они пробудили простых людей в сознательности своих прав. Таким образом, простые люди стали мятежными. Нижние церкви и провинциальные дворяне также объединились с простыми людьми вместе с буржуазией. Таким образом, французская революция также известна как «революция буржуазии».

3. Экономические причины:

Экономическое положение Франции стало еще одним поводом для начала Французской революции. Экономическое положение Франции стало бедным из-за войн Людовика XIV, семилетней войны Людовика XV и других дорогостоящих войн.

Чтобы избавиться от этого печального состояния, Людовик XVI назначил Тюрго своим министром финансов в 1774 году. Тюрго попытался свести к минимуму расходы королевского двора. Он также советовал королю налагать налоги на все классы общества. Но из-за вмешательства королевы Марии-Антуанетты, Людовик XVI уволил Тюрго.

Затем Неккер был назначен министром финансов в 1776 году. Но он также был уволен королем.

Следующим человеком, назначенным королем в качестве министра финансов Франции в 1783 году, был Каллоне. Он адаптировал политику заимствования для покрытия расходов королевского суда. Но из-за этой политики национальный долг Франции увеличился с 300 000 000 до 600 000 000 франков только через три года.

Затем Каллон предложил, как и его предшественник, наложить налоги на все классы. Но и он был уволен королем.

Экономическая нестабильность стала одной из важнейших причин Французской революции.


Франция, 18в. Причины и начало Великой французской революции



Вопросы в начале параграфа

Вопрос. Когда произошли революции в Англии и Северной Америке? К каким изменениям в политической, экономической и общественной жизни они привели? Что вы можете сказать об экономическом и политическом развитии Франции в XVI–XVIII вв.?

Английская революция XVII века — процесс перехода в Англии от абсолютной монархии к конституционной, при которой власть короля ограничена властью парламента, а также гарантированы гражданские свободы. Первая гражданская война началась 22 августа 1642 г., когда Карл I приказал поднять свое знамя над замком Ноттингем, а закончилась революция в 1645 г., когда Кромвель создал "Армию нового образца", одержавшую победу в сражении при Нэсби. Гражданская война завершилась полной победой парламента. Революция открыла путь к промышленному перевороту в Англии и капиталистическому развитию страны. Происходила в 1640—1650-х годах.

Революция приняла форму конфликта исполнительной и законодательной властей (парламент против короля), вылившегося в гражданскую войну, а также религиозной войны между англиканами, католиками и колеблющимися шотландскими пуританами с одной стороны, и английскими пуританами с другой.

Американская революция – политические события в британских колониях Северной Америки в 1775—1783 годах, закончившиеся образованием США. Они были вызваны нежеланием колоний подчиняться интересам метрополии. Война за независимость является частью и завершающим этапом революции. Американской революцией был установлен республиканский способ правления, наследственная монархия была отвергнута. В конституции Соединённых Штатов был воплощён ряд принципов, гарантирующих значительную степень народного суверенитета. Революционными правительствами штатов были отменены такие феодальные законы, как закон о наследовании земли без права отчуждения и закон, устанавливающий право первородства, по которому вся земля доставалась лишь одному наследнику. Данные меры, интегрируя землю в капиталистический товарооборот, способствовали прогрессу в плане раскрепощения экономики и расширения социальной подвижности. Война дала толчок развитию промышленности.

Во Франции в XVI-XVII вв. не существовало единой национальной экономики. Франция была страной, где сочетались разные типы экономического развития. Прежде всего в это время это аграрная страна, с хорошими природными условиями. К середине XVIII в. развивались капиталистические отношения, наблюдался подъём промышленного производства, торговли, увеличивалось число мануфактур. Активно развивалась торговля. В период с 1720 по 1770 г. в сельском хозяйстве произошёл некоторый подъём, связанный с распространением новых культур. В политическом плане Франция представляла собой абсолютную монархию

Вопросы в параграфе

Вопрос. Докажите, что на иллюстрации изображена мануфактура.

На иллюстрации изображена мануфактура, потому что:

- изображено крупное производство по сравнению с кустарными мастерскими;

- используется ручной труд;

- присутствует разделение труда на отдельные специализации.

Вопросы к концу параграфа

Вопрос 1. Начните выписывать: а) термины, характеризующие политическую систему Франции; б) названия различных политических сил.

а) термины, характеризующие политическую систему Франции:

- колониальная держава;

- сеньориальный строй;

- монархия;

- сословный строй.

б) названия различных политических сил: - монарх; - аристократия; - третье сословие

Вопрос 2. Сравните развитие промышленности и торговли во Франции во второй половине XVIII в. с развитием промышленности и торговли в Англии в это же время, а затем сделайте вывод.

Франция. В середине XVIII в. в стране наблюдался подъём промышленного производства, торговли, увеличивалось число мануфактур (металлургических, хлопчатобумажных и др.). Процветало производство предметов роскоши — дорогих тканей, фарфора, ювелирных изделий. Королевская власть поощряла строительство крупных мануфактур.

Самым большим торговым, финансовым и промышленным центром страны был Париж. Но к 70-м гг. XVIII в. страна ещё не пережила промышленного переворота, машины применялись редко.

Англия. Активно развивалась торговля, многие богатые купцы вели международную торговлю. В колониях купцы владели плантациями, рабами, заводами, занимались работорговлей. В то же время в сельской местности сохранялся сеньориальный строй. Большая часть земли не являлась частной собственностью ни дворян, ни крестьян. Сохранялись многочисленные традиции, например коллективный выпас скота, натуральные и денежные повинности лично свободных крестьян.

Вопрос 3. Используя материал параграфа и документ, составьте рассказ «Жизнь французского крестьянина».

Жизнь французского крестьянина. К 70-м гг. XVIII в. из 25-миллионного населения Франции 22 млн составляли крестьяне. Несмотря на то что они уже были лично свободными и имели участки земли, они не являлись её собственниками. Земля принадлежала сеньорам, и за это крестьяне несли в их пользу повинности (денежные или натуральные). Сеньор имел исключительное право владеть мельницей, хлебопекарней, давильней для винограда. Сохранились и исключительные права сеньоров на ловлю рыбы и охоту, при этом они могли охотиться и на крестьянских полях, уничтожая урожай.

В период с 1720 по 1770 г. в сельском хозяйстве произошёл некоторый подъём, связанный с распространением новых культур, например картофеля, ставшего обычной пищей в крестьянских семьях. Это способствовало росту населения.

К середине XVIII в. во французской деревне появились богатые крестьяне. Они брали землю в аренду, отправляли продукты на рынок, но таких было немного, и всё это не меняло общего состояния бедности. Крестьяне платили многочисленные налоги: католической церкви — десятину, государству — подушную подать и другие налоги. Денег не хватало.

Домом крестьянам чаще всего служила жалкая хижина, а иногда и полуземлянка без окон и печной трубы. Как и прежде, пища их была скудной, а болезни — частыми.

Многие крестьяне превращались в нищих и бродяг. Нередким явлением стали «хлебные бунты» и выступления против налогового гнёта.

Вопрос 4. Подумайте и обсудите с одноклассниками, совпадало ли имущественное положение человека с его сословной принадлежностью. Какие противоречия существовали между сословиями во Франции?

Имущественное положение человека с его сословной принадлежностью не всегда совпадало. Примером может быть третье сословие. В него входили крестьяне, простые горожане (ремесленники, наёмные работники, подёнщики), являвшиеся бедными слоями общества, а также к этому сословию относились предприниматели, банкиры, судовладельцы, купцы, хозяева мануфактур, чиновники, юристы, среди них было очень много богатых людей. Основным противоречием было то, что первые два сословия(духовенство и дворянство) не платили налоги и имели много прав, а третье сословие налоги платило и при этом фактически не имело никаких прав. Также противоречием было то, что крестьяне не имели собственности на землю, земля принадлежала сеньорам.

Вопрос 5. Расскажите, в результате каких событий Генеральные штаты стали Учредительным собранием. Объясните значение этого события.

Причиной преобразования Генеральных штатов в Учредительное собрание стал кризис королевской власти Франции. Депутаты третьего сословия, которые считали главной задачей реформирование системы управления. На заседании Генеральных штатов разгорелся спор по поводу того, как будут голосовать депутаты — все вместе или же каждое сословие отдельно. Депутаты третьего сословия настаивали на совместном голосовании. Депутаты третьего сословия объявили себя представителями всей нации — Национальным собранием, постановления которого не может отменить даже сам король. В ответ на это король велел закрыть зал заседаний. Тогда депутаты третьего сословия собрались в зале для игры в мяч и дали клятву не расходиться, пока не создадут конституцию для Франции.

Национальное собрание 9 июля 1789 г. провозгласило себя Учредительным собранием. Значение данного события велико, оно показало, что в активную политическую жизнь вступило третье сословие, требующее реформ.

Вопрос 6. Почему именно взятие Бастилии считается началом революции?

Взятие Бастилии считается началом революции , потому что Бастилия ассоциировалась с аристократией, королевской властью и одновременно являлась символом угнетения, заточения. Падение крепости стало символом разрушения старого режима. После падения Бастилии король отводит войска и прислушивается к мнению собственного народа.

Вопрос 7. Начните составление таблицы «Основные события Великой французской революции».

Основные события Великой французской революции:

5 мая 1789 года – созыв Генеральных штатов.

17 июня 1789 – провозглашение Национального собрания.

14 июля 1789 года - штурм Бастилии, начало революции.

5 августа 1789 г. - началась неделя, в ходе которой Учредительное собрание приняло ряд декретов (законов) об уничтожении сеньориальных привилегий.

26 августа 1789 г. – Декларация прав человека и гражданина.

Задания к параграфу

Вопрос 1. Как вы думаете, почему не удалась предпринятая Тюрго попытка реформ?

Деятельность Тюрго встретила сильное сопротивление не только со стороны духовенства и дворянства, возмущенных тем, что проекты Тюрго возлагали на них часть налогового бремени, но и со стороны провинциальных парламентов, которые считали Тюрго врагом парламентских вольностей и прав. Резкая оппозиция привилегированных сословий заставила Тюрго подать в отставку.

Вопрос 2. Назовите причины революции во Франции.

Причины революции во Франции:

- абсолютная монархия;

- феодально-абсолютистская система, тормозившая развитие рыночных отношений;

- банкротство государства, оказавшегося не способным расплатиться с чудовищными долгами без того, чтобы не отказаться от системы привилегий, основанной на знатности и родовых связях. Попытки реформировать эту систему вызвали резкое недовольство со стороны дворян;

- беспорядок в системе управления;

- архаичная система сословных привилегий;

- рост третьего сословия, требовавшего реформирования политической и экономической жизни страны, требовавшего своих прав.

Вопрос 3. Роялист А. Ривароль писал: «Когда хочешь не допустить ужасов революции, надобно совершить её самому; она была так нужна Франции, что стала неминуемой». Объясните это суждение.

Революция всегда происходит кроваво, потому что это слом старых порядков, в ходе которого в какой-то момент наступает хаос. Поэтому Ривароль, будучи роялистом, и говорит, что надо было проводить революционные процессы «сверху», чтобы держать их под контролем и не допустить разгула насилия. Неминуемой революция стала, потому что накопившиеся противоречия между складывающейся буржуазией и старыми феодально-сословными порядками уже нельзя было разрешить иным путем, кроме как революционным.

Причины и начало Великой французской революции

Причины и начало Великой французской революции

 

Положение во Франции

Предпосылки революции

Начало революции

 

Великая французская революция стала одним из самых важных событий не только XVIII века, но и всего периода Нового времени. Ее влияние испытали на себе все страны Европы. В дальнейшем, она оказала решающее влияние на историю XIX века.

На сегодняшнем занятии вы узнаете о положении Франции во второй четверти XVIII века. Определите причины, по которым в этой стране назрела необходимость перемен.  Познакомитесь с событиями начального этапа Великой французской революции.

Положение во Франции. Франция в XVIII веке являлась монархией. Во главе страны находился король – абсолютный монарх. Главной опорой правителя был централизованный аппарат чиновников и регулярная армия.

В экономике Франции в последней четверти XVIII века активно развивались капиталистические отношения:

·        наблюдался подъем мануфактурного производства;

·        на отдельных предприятиях стали применять машины;

·        активно развивалась внешняя и внутренняя торговля;

·        помимо торгового и промышленного, Париж стал финансовым центром страны.

 

В деревне продолжало существовать множество феодальных пережитков. Главный из них – собственность дворянства и церкви на землю. Отчасти сохранялась средневековая цеховая регламентация, это мешало нормальному развитию мануфактур. Продолжали существовать внутренние таможни, отсутствовала единая система мер и весов, что мешало торговле.

Население Франции подразделялось на три сословия. Первое – духовенство. Второе – дворянство. Являлись привилегированными. Третье – все остальные слои населения: крестьяне, ремесленники, буржуазия и прочие.

Первое и второе сословия владели основным богатством страны – землей, не платили налогов. Вместе они составляли около 2% от всего населения Франции. Все высшие церковные, государственные, военные должности занимали только дворяне.

Особую категорию населения составляло титулованное дворянство – самые знатные представители высшего сословия. Насчитывалось порядка 4 тысяч таких семей. Они были приближенными ко двору и часто жили за счет королевских пожалований. Суммы, уходившие на их содержание, были огромны.

Третье сословие составляло абсолютное большинство населения. Но было ограничено в политических правах. Кроме того, оно платило основную массу налогов в казну.

Верхушкой третьего сословия являлась буржуазия. Ее представителями были банкиры, купцы, чиновники, владельцы мануфактур. Среди буржуа было много состоятельных людей. Зачастую они выдавали кредиты самому королю.

Труднее всего жилось крестьянам. В 1770-х годах их насчитывалось 22 миллиона от всего 25-миллионного населения Франции. Крестьяне обладали личной свободой, но не были собственниками достаточного количества земли. За пользование наделами они несли повинности в пользу своего сеньора. Платили налоги церкви и государству. Во второй четверти XVIII века такая ситуация привела к массовому обнищанию деревни.

 

 

Внешняя политика государства во второй половине XVIII века также была не совсем удачной. Затратив большие средства на ведение войн, Франция ничего не добилась. Страна утратила большую часть своих колоний.

Предпосылки революции во Франции.

На фоне внутренних неурядиц, неудачной внешней политики и разразившегося вслед за этим финансового кризиса королевский двор продолжал тратить миллионы на ежедневные праздники и торжества. Король Людовик XV не обращал внимания на народное недовольство. На замечания по этому поводу он отвечал: «После нас хоть потоп».

Своими действиями Людовик XV довел страну до разорения. Закономерным стало падение авторитета короля. Его правление стало временем кризиса абсолютизма во Франции.

В 1774 году королем Франции стал Людовик XVI.

 

 

Многие возлагали надежды на то, что новый монарх проведет реформы. Исправит сложившуюся плачевную ситуацию. Однако Людовик не смог ничего изменить. Как правителю ему недоставало твердости и решительности, он плохо знал свою страну. Ситуация повторилась, король быстро потерял популярность.

К этому времени Старый порядок (такое название носит устройство государства и общества Франции до начала Великой французской революции), основой которого был абсолютизм, вызывал недовольство абсолютного большинства населения:

·        крестьяне хотели избавиться от налогового и феодального гнета, получить в собственность достаточное количество земли;

·        буржуазия требовала широких политических прав, отмены старых порядков, мешавших развитию капитализма;

·        против абсолютизма была направлена идеология французского Просвещения;

·        часть дворянства также выступала за перемены, так как понимала, что без реформ государство не сможет не только нормально развиваться, но и существовать.

Из года в год положение населения Франции становилось все хуже. Неудачные реформы, неурожайные годы и голод, постоянный рост цен привели к тому, что недовольство правителем стало как никогда велико.  Простые парижане начали писать на стенах домов угрозы в адрес монарха. В них они обещали расправиться не только с ним, но и со всем домом Бурбонов, если ситуация не изменится к лучшему. В это же время королевский двор продолжал тратить деньги из казны на увеселения.

Организатором и душой подобных мероприятий стала жена Людовика XVI, австрийская принцесса Мария Антуане́тта.

 

 

Несмотря на то, что она имела большое влияние на монарха, проблемы государства и народа ее не интересовали. В 1780-е годы Францию в очередной раз поразил ряд стихийных бедствий, погубивший урожай. Начался голод, которого еще не знали. По стране прокатилась волна беспорядков. Население вновь требовало от правительства решительных мер.

Но казна государства к этому времени была пуста. Единственным доступным способом ее пополнения была налоговая реформа, которая предполагала введение налогов для всех сословий.

Генеральные штаты.

В итоге 5 мая 1789 года в Версале открылось заседание Генеральных штатов. До этого последний раз они собирались в 1614 году.

 

Целью созыва Генеральных штатов было объявлено «наведение порядка в стране» – фактически обсуждение и принятие плана реформ. Но Людовик XVI рассчитывал на то, что сословия, как и в XVI – XVII веках, без пререканий утвердят волю монарха. Поэтому в своей речи он сразу дал понять, что видит задачу Генеральных штатов лишь в том, чтобы найти средства для пополнения казны.

Это вызвало возмущение депутатов, считавших, что их собрали для разработки реформ. В тоже время между ними возник спор о том, как голосовать. По прежним правилам третье сословие голосовало отдельно от первых двух. Несмотря на то, что у него было два голоса (первое и второе сословия имели по одному голосу, но обычно выступали вместе), такое положение не позволяло прийти к единому мнению. В случае разногласий вышло бы равное количество голосов «за» и «против». Ввиду этого третье сословие предложило голосовать всем вместе.

Между сословиями начались долгие переговоры. 17 июня 1789 года представители третьего сословия объявили себя Национальным собранием – представительным органом французского народа. Они дали клятву не расходиться до тех пор, пока не примут конституцию Франции.

Король был возмущен и приказал разогнать непокорных депутатов. Но к этому времени к ним уже присоединилась часть представителей первого и второго сословий, желавших проведения реформ. Людовик XVI был вынужден 27 июня признать собрание законным.

Начало революции.

9 июля 1789 года Национальное собрание объявило себя Учредительным собранием – законодательным органом Франции (парламентом). Но король не захотел мириться с этим. К Парижу стали стягиваться войска. В отставку были отправлены поддерживавшие Учредительное собрание министры правительства. Эти действия вызвали протест парижан. С работой Собрания они связывали улучшение своего положения.

12 и 13 июля по городу прокатилась волна митингов, прозвучали призывы взяться за оружие. Начались стычки горожан с войсками. 14 июля вооруженные толпы народа наводнили улицы, прилежащие к Бастилии – крепости и главной политической тюрьме Парижа. Для парижан она была символом произвола королевской власти. Малочисленный гарнизон крепости после недолго сопротивления сдался. За последующие два месяца бывшая тюрьма была разрушена до основания. На образовавшейся площади жители города поставили табличку с надписью «Теперь здесь танцуют».

До сегодняшнего дня 14 июля (День взятия Бастилии) отмечается во Франции как национальный праздник.

В ночь на 15 июля 1789 года Людовику XVI сообщили о взятии Бастилии. На что он воскликнул: «Но ведь это бунт!». «Нет, Ваше Высочество, это революция!» – ответили королю.

Монарх был вынужден уступить революции:

·        он признал законность Учредительного собрания;

·        восстановил ранее уволенных министров;

·        согласился с переходом власти в Париже новому органу управления – Парижской коммуне.

17 июля Людовик XVI в сопровождении делегации Учредительного собрания прибыл в Париж. От мэра города он принял трехцветную кокарду в знак победы революции и присоединения к ней короля. Ее цвета: красный и синий символизировали парижский герб, белый – цвет королевского знамени. Эта расцветка до сих пор используется в национальном флаге Франции.

В течение нескольких недель после взятия Бастилии по всей Франции королевские чиновники были отстранены от власти. Новую администрацию сформировали представители третьего сословия. В Париже была образована Национальная гвардия – вооруженные отряды для поддержания порядка на улицах города. Ее первым командиром стал ветеран Войны за независимость США маркиз Жильбе́р де Лафайе́т.

Но с падением абсолютизма в страну не пришел мир. На фоне революции Францию охватили крестьянские восстания. Крестьяне отказывались выполнять прежние повинности, грабили и сжигали поместья своих сеньоров. Дворянство было охвачено паникой. Эти события лета 1789 года получили название «Великий Страх».

Желая успокоить население, Учредительное собрание декретами 4–11 августа отменило личные феодальные повинности, феодальные суды, церковную десятину, привилегии провинций, городов и цехов. Объявило о равенстве всех перед законом, о всеобщем налогообложении, о праве каждого занимать гражданские, военные и церковные должности.

 

26 августа 1789 года Учредительное собрание приняло «Декларацию прав человека и гражданина» – важнейший документ Великой французской революции, определяющий индивидуальные права человека.

Таким образом

·        во второй четверти XVIII века во Франции разразился экономический, социальный и политический кризис;

·        главной причиной начала Великой французской революции стала неспособность правителей страны решить насущные проблемы, облегчить жизнь всех категорий населения;

·        на начальном этапе революции был уничтожен абсолютизм, ряд принятых Учредительным собранием документов отменял прежние феодальные порядки, наделял население Франции гражданскими правами и свободами.

ФРАНЦУЗСКАЯ РЕВОЛЮЦИЯ 18 В. • Большая российская энциклопедия

ФРАНЦУ́ЗСКАЯ РЕВОЛЮ́ЦИЯ 18 в., ре­во­лю­ция во Фран­ции в 1789–99, од­но из клю­че­вых со­бы­тий ис­то­рии Но­во­го вре­ме­ни, за­ло­жив­шее ос­но­ву совр. ев­роп. по­ли­тич. сис­те­мы.

При­чи­ной Ф. р. ста­ло про­яв­ле­ние в 1780-х гг. ря­да объ­ек­тив­ных и субъ­ек­тив­ных фак­то­ров эко­но­мич., по­ли­тич. и со­ци­аль­но­го ха­рак­те­ра. Од­на из наи­бо­лее бо­га­тых и ди­на­мич­но раз­ви­ваю­щих­ся ев­роп. стран 18 в., Фран­ция, столк­ну­лась во 2-й по­ло­ви­не сто­ле­тия с фи­нан­со­вым кри­зи­сом, вы­зван­ным не­по­силь­ным гос. дол­гом. По­га­сить его ока­за­лось не­воз­мож­но без на­ло­го­вых, фи­нан­со­вых и адм. ре­форм, бло­ки­ро­вав­ших­ся пар­ла­мен­та­ми и при­ви­ле­ги­ров. со­сло­вия­ми. Их кри­ти­ка вла­сти с ис­поль­зо­ва­ни­ем идео­ло­гии Про­све­ще­ния под­ры­ва­ла ав­то­ри­тет ко­ро­ны. С кон. 1770-х гг. сме­на фаз мно­го­лет­не­го эко­но­мич. цик­ла (см. Кон­д­рать­е­ва цик­лы) при­ве­ла к со­кра­ще­нию до­хо­дов и без­ра­бо­ти­це в аг­рар­ном сек­то­ре. Па­де­ние до­хо­дов дво­рян­ст­ва вы­зва­ло т. н. сень­о­ри­аль­ную ре­ак­цию: стрем­ле­ние вос­кре­сить за­бы­тые сень­о­ри­аль­ные пра­ва и уве­ли­чить дав­ле­ние на кре­сть­ян. В 1787–89 к это­му до­ба­вил­ся эко­но­мич. кри­зис: не­уро­жаи и экс­порт зер­на при­ве­ли к рос­ту цен и го­ло­ду, тор­го­вый до­го­вор с Ве­ли­ко­бри­та­ни­ей (1786) от­крыл франц. ры­нок для бо­лее де­шё­вых англ. то­ва­ров и вы­звал крах мн. пред­при­ни­ма­те­лей. Низ­кий ав­то­ри­тет вла­сти не по­зво­лял ей про­во­дить не­об­хо­ди­мые пре­об­ра­зо­ва­ния, уси­ли­ва­лись не­до­воль­ст­во на­се­ле­ния и под­держ­ка ан­ти­пра­ви­тельств. и оп­по­зиц. сил.

Не су­мев про­вес­ти ре­фор­мы при по­мо­щи пар­ла­мен­тов, Лю­до­вик XVI объ­я­вил о со­зы­ве не со­би­рав­ших­ся с 1614 Ге­не­раль­ных шта­тов. Их за­се­да­ния от­кры­лись в Вер­са­ле 5.5.1789. Уже 17.6.1789 де­пу­та­ты от третье­го со­сло­вия про­воз­гла­си­ли се­бя Нац. со­б­ра­ни­ем (т. е. пред­ста­ви­те­ля­ми всей на­ции), а 9.7.1789 – Уч­ре­ди­тель­ным (т. е. обя­за­лись дать стра­не кон­сти­ту­цию). Из­вес­тие о стя­ну­тых к Па­ри­жу вой­сках и от­став­ка по­пу­ляр­но­го мин. Ж. Нек­ке­ра при­ве­ли к вос­ста­нию в Па­ри­же 14.7.1789, ко­гда бы­ла взя­та штур­мом Бас­ти­лия – тюрь­ма и сим­вол ко­ро­лев­ско­го про­из­во­ла. В сто­ли­це бы­ла соз­да­на Па­риж­ская ком­му­на 1789–94. Мэ­ром Па­ри­жа стал ас­тро­ном Ж. С. Байи.

Учредительное собрание

В ию­ле – авг. 1789 по всей стра­не в го­ро­дах про­ис­хо­ди­ло сме­ще­ние ста­рых ор­га­нов вла­сти и по­яв­ле­ние но­вых, вы­бор­ных – му­ни­ци­па­ли­те­тов. В дек. 1789 но­вая фор­ма ор­га­ни­за­ции гор. вла­сти за­кре­пи­лась спец. му­ни­ци­паль­ным за­ко­ном, пре­до­став­ляв­шим го­ро­дам зна­чит. са­мо­управ­ле­ние, хо­тя пра­во из­би­рать по­лу­ча­ли толь­ко гра­ж­да­не, об­ла­дав­шие оп­ре­де­лён­ным иму­ще­ст­вен­ным цен­зом, что при­ве­ло к ис­чез­но­ве­нию прин­ци­па на­зна­чае­мо­сти долж­но­ст­ных лиц и вве­де­нию вы­бор­но­сти. В го­ро­дах из чис­ла соб­ст­вен­ни­ков соз­да­на На­цио­наль­ная гвар­дия, в Па­ри­же ею ко­ман­до­вал М. Ж. Ла­фай­ет. Из­вес­тия о па­риж­ских со­бы­ти­ях вы­зва­ли ши­ро­кую вол­ну ан­ти­сень­о­ри­аль­ных кре­сть­ян­ских вы­сту­п­ле­ний. В де­рев­не ца­рил т. н. ве­ли­кий страх.

От­ка­зав­шись от по­дав­ле­ния ре­во­люц. вы­сту­п­ле­ний си­лой, Лю­до­вик XVI ут­вер­ждал под­ры­вав­шие ос­но­вы мо­нар­хии дек­ре­ты Уч­ре­дит. со­б­ра­ния, пре­вра­тив­ше­го­ся, бла­го­да­ря опо­ре на не­до­воль­ные слои на­се­ле­ния и но­вые ор­га­ны ме­ст­но­го са­мо­управ­ле­ния, в выс­шую власть в стра­не. Боль­шое влия­ние в Уч­ре­дит. со­б­ра­нии при­об­ре­ли ли­де­ры оп­по­зи­ции – О. Ми­ра­бо, М. Ж. Ла­фай­ет, Ш. М. де Та­лей­ран-Пе­ри­гор, Э. Ж. Сьей­ес, А. Бар­нав, вы­сту­пав­шие за при­ня­тие кон­сти­ту­ции. На пра­вом флан­ге из­на­чаль­но бы­ли сто­рон­ни­ки силь­ной ко­ро­лев­ской вла­сти, вклю­чая тех, кто хо­тел ре­ор­га­ни­зо­вать её по англ. об­раз­цу (П. В. Ма­луэ, Ж. Ж. Му­нье). Край­ний ле­вый фланг за­ни­мал ряд де­пу­та­тов, вклю­чая ад­во­ка­та М. Ро­бес­пь­е­ра. Под влия­ни­ем па­ни­ки, вы­зван­ной кре­сть­ян­ски­ми вол­не­ния­ми, в ночь с 4 на 5.8.1789 (т. н. ночь чу­дес) со­б­ра­ние от­ме­ни­ло те сень­о­ри­аль­ные пра­ва, ко­то­рые ка­са­лись лич­ной за­ви­си­мо­сти кре­сть­ян (су­деб­ные, бар­щи­ну и др.), ос­таль­ные по­вин­но­сти раз­ре­ша­лось вы­ку­пать. Все кре­сть­я­не ста­но­ви­лись лич­но сво­бод­ны­ми. 5–11 авг. эти ре­ше­ния бы­ли за­кре­п­ле­ны дек­ре­та­ми. 15.3.1790 от­ме­нён ряд лич­ных сень­о­ри­аль­ных прав и час­тич­но три­аж. Кре­сть­ян­ст­во эти дек­ре­ты не удов­ле­тво­ри­ли, вы­сту­п­ле­ния в де­рев­не про­дол­жи­лись.

Уч­ре­дит. со­б­ра­ние 26.8.1789 одоб­ри­ло Дек­ла­ра­цию прав че­ло­ве­ка и гра­ж­да­ни­на, за­кре­п­ляв­шую сво­бо­ду сло­ва, пе­ча­ти и ве­ро­ис­по­ве­да­ния, уп­разд­няв­шую со­сло­вия и ти­ту­лы и вво­див­шую все­об­щее и рав­ное на­ло­го­об­ло­же­ние. Ко­гда Лю­до­вик XVI от­ка­зал­ся её ут­вер­дить, 5–6.10.1789 тол­па вос­став­ших па­ри­жан втор­глась в Вер­саль и за­ста­ви­ла ко­ро­ля не толь­ко её одоб­рить, но и пе­ре­ехать вме­сте с семь­ёй в Па­риж. Ре­во­лю­ция вы­шла из-под кон­тро­ля со­б­ра­ния.

Уч­ре­дит. со­б­ра­ние от­ме­ни­ло на­след­ст­вен­ное дво­рян­ст­во и за­пре­ти­ло но­ше­ние ти­ту­лов (июнь 1790), ли­к­ви­ди­ро­вало пар­ла­мен­ты (6.9.1790). Поя­ви­лось но­вое адм. де­ле­ние стра­ны (1789–90) на де­пар­та­мен­ты, ди­ст­рик­ты, кан­то­ны и ком­му­ны. Бы­ло при­ня­то Гра­ж­дан­ское уст­рой­ст­во ду­хо­вен­ст­ва (дек­ре­ты от 12.7.1789 и 24.8.1790), вво­див­шее прин­цип вы­бор­но­сти свя­щен­ни­ков и обя­зы­вав­шее их при­нес­ти при­ся­гу на вер­ность на­ции, а так­же от­ме­няв­шее на­зна­че­ние епи­ско­пов па­пой Рим­ским. Ду­хо­вен­ст­во рас­ко­ло­лось на при­сяг­нув­ших и не­при­сяг­нув­ших свя­щен­ни­ков. Иму­ще­ст­ва Церк­ви кон­фи­ско­вы­ва­лись (2.11.1789) и пре­вра­ща­лись в нац. иму­ще­ст­ва, пред­на­зна­чен­ные для про­да­жи; под их обес­пе­че­ние бы­ли вы­пу­ще­ны бу­маж­ные день­ги, ас­сиг­на­ты (19.12.1789). В чис­ло нац. иму­ществ бы­ли так­же вклю­че­ны зем­ли ко­ро­ны (21.12.1789), а впо­след­ст­вии и зем­ли эмиг­ран­тов, от­ка­зав­ших­ся вер­нуть­ся на ро­ди­ну (30.3.1792). Со­б­ра­ние так­же от­ме­ни­ло все кор­по­ра­ции, вве­ло сво­бо­ду тор­гов­ли и пром-сти (2 и 17.3.1791), т. н. за­ко­ном Ле Ша­пе­лье за­пре­ти­ло це­хи и ра­бо­чие сою­зы (14.6.1791). В это же вре­мя поя­ви­лась но­вая сим­во­ли­ка: трёх­цвет­ные ко­кар­ды и зна­мё­на с си­ней, бе­лой и крас­ной по­ло­са­ми.

Ре­во­лю­ция вы­зва­ла боль­шой об­ществ. подъ­ём. Рез­ко уве­ли­чи­лось чис­ло пам­фле­тов и га­зет, в т. ч. ори­ен­ти­ро­ван­ные на ни­зы третье­го со­сло­вия «L’Ami du peuple» («Друг на­ро­да») Ж. П. Ма­ра­та и «Le Père Duchesne» («Па­па­ша Дю­шен») Ж. Р. Эбе­ра. В боль­шом ко­ли­че­ст­ве воз­ни­ка­ли по­ли­тич. клу­бы, та­кие как Яко­бин­ский клуб (см. Яко­бин­цы) или Клуб кор­дель­е­ров (см. Кор­дель­е­ры), в ко­то­рый вхо­ди­ли Ж. Ж. Дан­тон, К. Де­му­лен, Ж. П. Ма­рат.

По ме­ре рос­та ан­ти­де­мо­кра­тич. тен­ден­ций рос­ло и со­про­тив­ле­ние ре­во­лю­ции. В эмиг­ра­ции сфор­ми­ро­ва­лись воо­руж. под­раз­де­ле­ния, в т. ч. ар­мия, ор­га­ни­зо­ван­ная в 1791 прин­цем кро­ви Луи Жо­зе­фом де Бур­бон Кон­де. По­сте­пен­ное ли­ше­ние ко­ро­ля сво­бо­ды пе­ре­дви­же­ния и воз­мож­но­сти вли­ять на со­бы­тия при­ве­ло к бег­ст­ву из Па­ри­жа 21.6.1791 ко­ро­лев­ской се­мьи и гр. Про­ван­ско­го (см. Лю­до­вик XVIII). Лю­до­вик XVI и Ма­рия Ан­туа­нет­та бы­ли си­лой за­дер­жа­ны и воз­вра­ще­ны. Граф Про­ван­ский воз­гла­вил роя­ли­стов в эмиг­ра­ции. Ав­то­ри­тет мо­нар­хии ока­зал­ся без­на­дёж­но по­до­рван, рос­ли рес­пуб­ли­кан­ские на­строе­ния. В ре­зуль­та­те рас­ко­ла Яко­бин­ско­го клу­ба 16.7.1791 сто­рон­ни­ки кон­сти­ту­ци­он­ной мо­нар­хии об­ра­зо­ва­ли Клуб фель­я­нов (см. Фель­я­ны). 17.7.1791 рас­стрел на Мар­со­вом по­ле де­мон­ст­ра­ции па­ри­жан, тре­бо­вав­шей от­ре­ше­ния ко­ро­ля от вла­сти, про­де­мон­ст­ри­ро­вал уро­вень рас­ко­ла в ре­во­люц. ла­ге­ре.

Уч­ре­дит. со­б­ра­ние 3.9.1791 одоб­ри­ло кон­сти­ту­цию, ко­то­рой пред­ше­ст­во­ва­ла Дек­ла­ра­ция прав че­ло­ве­ка и гра­ж­да­ни­на. Со­глас­но кон­сти­ту­ции, ко­роль ос­та­вал­ся гла­вой на­след­ст­вен­ной ис­пол­нит. вла­сти, его осо­ба объ­яв­ля­лась не­при­кос­но­вен­ной и свя­щен­ной, но ого­ва­ри­ва­лось, что «ко­роль цар­ст­ву­ет лишь в си­лу за­ко­на», и вво­ди­лось по­ня­тие от­ре­че­ния от пре­сто­ла. Ко­роль на­зна­чал ми­ни­ст­ров, от­вет­ст­вен­ных пе­ред за­ко­ном и За­ко­но­дат. со­б­ра­ни­ем, счи­тал­ся вер­хов­ным глав­но­ко­ман­дую­щим су­хо­пут­ных и мор. сил, оп­ре­де­лял внеш­нюю по­ли­ти­ку, на­зна­чал по­слов и боль­шин­ст­во выс­ших офи­це­ров. Толь­ко ему при­над­ле­жа­ло пра­во внеш­не­по­ли­тич. сно­ше­ний, пра­во объ­яв­ле­ния вой­ны и за­клю­че­ния ми­ра. Кон­сти­ту­ция раз­де­ли­ла гра­ж­дан на ак­тив­ных (пла­тив­ших на­лог и имев­ших пра­во из­би­рать и быть из­бран­ны­ми) и пас­сив­ных, бы­ли вве­де­ны двух­сту­пен­ча­тые вы­бо­ры в од­но­па­лат­ное За­ко­но­дат. со­б­ра­ние. 30.9.1791 Уч­ре­дит. со­б­ра­ние са­мо­рас­пус­ти­лось.

Законодательное собрание

За­ко­но­дат. со­б­ра­ние на­ча­ло ра­бо­ту 1.10.1791. На пра­вом флан­ге на­хо­ди­лись фель­я­ны, вы­сту­пав­шие за кон­сти­ту­цию 1791, на ле­вом – яко­бин­цы. Они со­стоя­ли из жи­рон­ди­стов, стре­мив­ших­ся к про­дол­же­нию ре­во­лю­ции и по­сте­пен­но пе­ре­хо­див­ших на рес­пуб­ли­кан­ские по­зи­ции (Ж. П. Брис­со, М. Э. Га­де, П. В. Вер­ньо и др.), и ещё бо­лее ра­ди­каль­но на­стро­ен­ных мон­тань­я­ров (см. в ст. Го­ра). Со­б­ра­ние не смог­ло ре­шить сто­яв­шие пе­ред стра­ной про­бле­мы, уг­луб­лял­ся эко­но­мич. кри­зис, про­дол­жа­лись вы­сту­п­ле­ния кре­сть­ян.

На­де­ясь по­лу­чить власть и дис­кре­ди­ти­ро­вать мо­нар­хию, жи­рон­ди­сты вы­сту­пи­ли за на­ча­ло вой­ны с ев­роп. дер­жа­ва­ми, от ко­то­рых чув­ст­во­ва­ли уг­ро­зу. Их под­дер­жал Лю­до­вик XVI, рас­счи­ты­вав­ший, что ар­мии ин­тер­вен­тов вер­нут ему сво­бо­ду и по­да­вят ре­во­лю­цию. Вос­поль­зо­вав­шись под­пи­са­ни­ем Пиль­ниц­кой дек­ла­ра­ции 1791, за­клю­чён­ной Ле­о­поль­дом II и Фрид­ри­хом Виль­гель­мом II в за­щи­ту франц. мо­нар­хии, За­ко­но­дат. со­б­ра­ние 20.4.1792 объ­я­ви­ло вой­ну ко­ро­лю Венг­рии и Бо­ге­мии, т. е. Фран­цу II, ко­то­рый не был то­гда ещё ут­верждён им­пе­ра­то­ром. В том же го­ду в вой­ну с Фран­ци­ей всту­пи­ли Прус­сия и Сар­дин­ское ко­ро­лев­ст­во, в 1793 – Ве­ли­ко­бри­та­ния, Ни­дер­лан­ды, Ис­па­ния и др. Сло­жи­лась пер­вая ан­ти­фран­цуз­ская коа­ли­ция (см. Ан­ти­фран­цуз­ские коа­ли­ции).

Фран­ция бы­ла не го­то­ва к вой­не, вторг­нув­шие­ся в Бель­гию вой­ска на­ча­ли от­сту­п­ле­ние. В ию­ле ав­ст­ро-прус­ская ар­мия пе­ре­шла гра­ни­цу и на­ча­ла на­сту­п­ле­ние на Па­риж. 11.7.1792 За­ко­но­дат. со­б­ра­ние объ­я­ви­ло «оте­че­ст­во в опас­ности». По­доз­ре­вая ко­ро­ля в из­ме­не, 10.8.1792 па­ри­жа­не взя­ли штур­мом Тю­иль­ри, ко­роль с семь­ёй бы­ли по­ме­ще­ны в тюрь­му Тампль, мо­нар­хия па­ла. За­ко­но­дат. со­б­ра­ние бы­ло вы­ну­ж­де­но са­мо­рас­пус­тить­ся, объ­я­вив вы­бо­ры в Кон­вент, ко­то­рый дол­жен был ре­шить судь­бу стра­ны.

Национальный Конвент

Кон­вент на­чал ра­бо­ту 21.9.1792, объ­я­вил об унич­то­же­нии ко­ро­лев­ской вла­сти. По­ли­тич. борь­ба раз­вер­ну­лась ме­ж­ду жи­рон­ди­ста­ми, ко­то­рые, став во гла­ве Кон­вен­та, хо­те­ли за­вер­шить ре­во­лю­цию, и мон­тань­я­ра­ми, опи­рав­ши­ми­ся на сан­кю­ло­тов и стре­мив­ши­ми­ся к её ра­ди­ка­ли­за­ции. Две тре­ти де­пу­та­тов при­над­ле­жа­ли к «бо­ло­ту».

По­сле по­бед при Валь­ми (20.9.1792) и Же­ма­пе (6.11.1792) про­изо­шёл пе­ре­лом на фрон­тах, вой­ска под ко­манд. Ш. P. Дю­му­рье всту­пи­ли в Брюс­сель. Мон­тань­я­рам уда­лось до­бить­ся пре­да­ния Лю­до­ви­ка XVI су­ду Кон­вен­та, он был при­знан ви­нов­ным и каз­нён 21.1.1793. Эта ме­ра на­строи­ла про­тив Кон­вен­та боль­шин­ст­во ев­роп. стран. Жи­рон­ди­стам не уда­лось до­бить­ся улуч­ше­ния эко­но­мич. по­ло­же­ния, 1793 от­ме­чен мно­го­числ. кре­сть­ян­ски­ми вос­ста­ния­ми. Воз­ник­ло дви­же­ние «бе­ше­ных» (Ж. Ру, Ж. Ф. Вар­ле и др.), тре­бо­вав­шее вве­де­ние мак­си­му­ма на все про­дук­ты по­треб­ле­ния. 4.5.1793 Кон­вент под их дав­ле­ни­ем ус­та­но­вил твёр­дые це­ны.

Не­уда­чи на фрон­тах вес­ны 1793 и вос­ста­ние в Ван­дее (см. Ван­дей­ские вой­ны) под­толк­ну­ли Кон­вент к чрез­вы­чай­ным ме­рам: соз­да­нию Ре­во­люц. три­бу­на­ла (10.3.1793) и Ко­ми­те­та об­ще­ст­вен­но­го спа­се­ния (6.4.1793). Не­до­воль­ные влия­ни­ем па­риж­ских сан­кю­ло­тов жи­рон­ди­сты вы­сту­пи­ли про­тив то­го, что­бы Кон­вент при­ни­мал ре­ше­ния под их дав­ле­ни­ем. По­пыт­ка пре­дать су­ду Ж. П. Ма­ра­та окон­чи­лась не­уда­чей, став­ший зам. про­ку­ро­ра ком­му­ны Ж. Р. Эбер был аре­сто­ван. В от­вет, всту­пив в сго­вор с Па­риж­ской ком­му­ной, мон­тань­я­ры спро­во­ци­ро­ва­ли вос­ста­ние 31.5–2.6.1793, ис­клю­чив­шее из Кон­вен­та их по­ли­тич. про­тив­ни­ков. За 29 чле­на­ми Кон­вен­та, аре­сто­ван­ны­ми в хо­де вос­ста­ния, по­сле­до­ва­ли ещё 73, под­пи­сав­шие пе­ти­цию с про­тес­том про­тив про­из­ве­дён­но­го пе­ре­во­ро­та. 24.6.1793 бы­ла при­ня­та но­вая кон­сти­ту­ция. Она со­че­та­ла эле­мен­ты пред­ста­ви­тель­ной де­мо­кра­тии (од­но­па­лат­ный За­ко­но­дат. кор­пус) и пря­мой де­мо­кра­тии (ес­ли про­тив за­ко­на вы­сту­па­ло оп­ре­де­лён­ное ко­ли­че­ст­во пер­вич­ных со­б­ра­ний, он не всту­пал в си­лу). Кон­сти­ту­ции пред­ше­ст­во­ва­ла на­пи­сан­ная за­но­во Дек­ла­ра­ция прав че­ло­ве­ка и гра­ж­да­ни­на, к чис­лу ес­те­ст­вен­ных прав до­бав­ля­лось ра­вен­ст­во, свя­щен­ным дол­гом объ­яв­ля­лось пре­дос­тав­ле­ние ра­бо­ты тру­до­спо­соб­ным и средств к су­ще­ст­во­ва­нию ос­таль­ным.

К по­ра­же­ни­ям на фрон­тах и контр­ре­во­люц. мя­те­жам до­ба­ви­лись вос­ста­ния про­тив Кон­вен­та в тех ре­гио­нах, от­ку­да про­ис­хо­ди­ли из­гнан­ные де­пу­та­ты, под­ня­лись Бор­до и Мар­сель. Ок. 60 де­пар­та­мен­тов из 83 ока­за­лись в ру­ках вра­гов Кон­вен­та. 13.7.1793 рес­пуб­ли­кан­ка Ш. Кор­де уби­ла Ж. П. Ма­ра­та. В от­вет мон­тань­я­ры про­ве­ли ряд ра­ди­каль­ных мер: в ию­не – ию­ле 1793 бы­ло при­ня­то аг­рар­ное за­ко­но­да­тель­ст­во, унич­то­жа­лись все «фео­даль­ные» пра­ва и при­ви­ле­гии, зем­ли эмиг­ран­тов про­да­ва­лись не­боль­ши­ми уча­ст­ка­ми и с рас­сроч­кой на 10 лет. Вы­сту­п­ле­ние па­риж­ской бед­но­ты 4–5.9.1793 за­ста­ви­ло Кон­вент вве­сти тер­рор (по­ли­ти­ку уст­ра­ше­ния по­ли­тич. про­тив­ни­ков и их фи­зич. унич­то­же­ния) и при­нять дек­рет (29.9.1793) об ус­та­нов­ле­нии все­об­ще­го мак­си­му­ма – твёр­дых цен на осн. про­дук­ты по­треб­ле­ния (хлеб, соль, мас­ло, мя­со, ви­но и др.), ряд пром. то­ва­ров и сы­рьё (мы­ло, све­чи, же­ле­зо, шерсть и др.). Бы­ли соз­да­ны т. н. ре­во­лю­ци­он­ные ар­мии для изъ­я­тия у кре­сть­ян про­до­воль­ст­вия по фик­си­ро­ван­ным це­нам. Хо­тя кон­сти­ту­ция бы­ла одоб­ре­на на ре­фе­рен­ду­ме, 10.10.1793 Кон­вент ре­шил не вво­дить её в дей­ст­вие и ус­та­но­вить врем. ре­во­люц. по­ря­док управ­ле­ния, дик­та­ту­ру мон­тань­я­ров. Вся власть ста­ла со­сре­до­та­чи­вать­ся в Кон­вен­те и его ко­ми­те­тах, в об­нов­лён­ный ра­нее К-т об­ществ. спа­се­ния во­шли М. Ро­бес­пь­ер, Л. А. де Сен-Жюст, Ж. Ку­тон, Л. Кар­но (по­лу­чив­ший про­зви­ще Ор­га­ни­за­тор по­бе­ды), Ж.  Н. Бийо-Ва­ренн, Ж. М. Кол­ло д’Эрбуа. Боль­шую роль иг­рал и Ко­ми­тет об­щест­вен­ной безо­пас­но­сти. Ко­мис­са­ры Кон­вен­та с не­ог­ра­ни­чен­ны­ми пол­но­мо­чия­ми на­прав­ля­лись в де­пар­та­мен­ты и к ар­ми­ям, эле­мен­ты де­мо­кра­тии ли­к­ви­ди­ро­ва­лись, вво­дил­ся кон­троль за пе­ча­тью. На­ча­лось дви­же­ние дех­ри­стиа­ни­за­ции, был при­нят рес­пуб­ли­кан­ский ка­лен­дарь (окт. – нояб. 1793).

Стре­мясь к не­за­ви­си­мо­сти от Па­риж­ской ком­му­ны, мон­тань­я­ры по­ста­ви­ли её под свой кон­троль, с её по­мо­щью раз­гро­ми­ли дви­же­ние «бе­ше­ных». Опо­рой мон­тань­я­ров ста­ла ши­ро­кая сеть ре­во­люц. ко­ми­те­тов и нар. об­ществ, фи­лиа­лы Яко­бин­ско­го клу­ба по всей стра­не. Осн. сред­ст­вом дос­ти­же­ния по­ли­тич. це­лей стал тер­рор: бы­ли каз­не­ны де­пу­та­ты Уч­ре­дит. со­б­ра­ния (Байи, Бар­нав и др.), мн. жи­рон­ди­сты (Ж. П. Брис­со, П. В. Вер­ньо и др.), Ма­рия Ан­туа­нет­та. По за­ко­ну о «по­доз­ри­тель­ных» (17.9.1793) под­ле­жа­ли за­клю­че­нию в тюрь­му до на­сту­п­ле­ния ми­ра все, кто ка­зал­ся вла­стям не­бла­го­на­дёж­ны­ми. По­сле взя­тия Лио­на, под­няв­ше­го мя­теж про­тив рес­пуб­ли­ки, Кон­вент по­ста­но­вил его раз­ру­шить. Рес­пуб­ли­кан­ские вой­ска в Ван­дее в мас­со­вом по­ряд­ке унич­то­жа­ли мир­ное на­се­ле­ние.

Чрез­вы­чай­ные ме­ры и мас­со­вые мо­би­ли­за­ции в ар­мию по­зво­ли­ли Кон­вен­ту до­бить­ся пе­ре­ло­ма на фрон­тах. К кон. 1793 на боль­шин­ст­ве на­прав­ле­ний ин­тер­вен­ты по­ки­ну­ли тер­ри­то­рию стра­ны, по­бе­да при Флё­рю­се (26.6.1794) спо­соб­ст­во­ва­ла за­ня­тию Бель­гии. В ав­гу­сте – дек. 1793 бы­ло по­дав­ле­но и боль­шин­ст­во мя­те­жей. Встал во­прос о даль­ней­ших пу­тях раз­ви­тия стра­ны. Ж. Р. Эбер и его сто­рон­ни­ки (эбер­ти­сты) в мар­те 1794 при­зва­ли к но­во­му вос­ста­нию, уг­луб­ле­нию тер­ро­ра и но­вой «чи­ст­ке» Кон­вен­та, но бы­ли раз­гром­ле­ны и каз­не­ны. Сто­рон­ни­ки Ж. Ж. Дан­то­на (дан­то­ни­сты) вы­ска­зы­ва­лись про­тив про­дол­же­ния тер­ро­ра и за за­клю­че­ние ми­ра с ев­роп. стра­на­ми, но в мар­те – апр. 1794 так­же бы­ли аре­сто­ва­ны и каз­не­ны.

Пред­ло­жен­ные ро­бес­пь­е­ри­ста­ми ван­тоз­ские дек­ре­ты (фев­раль – март 1794), пре­ду­смат­ри­вав­шие пе­ре­да­чу «пат­рио­там» зе­мель «вра­гов ре­во­лю­ции», не бы­ли про­ве­де­ны в жизнь, ис­кус­ст­вен­но на­са­ж­дае­мый Вер­хов­но­го су­ще­ст­ва культ (7.5.1794) не поль­зо­вал­ся под­держ­кой, мак­си­мум и ре­к­ви­зи­ции от­тал­ки­ва­ли кре­сть­ян­ст­во. На­се­ле­ние пу­га­ло уже­сто­че­ние тер­ро­ра: 10.6.1794 бы­ло при­ня­то ре­ше­ние от­ме­нить со­стя­за­тель­ный про­цесс и вве­сти для контр­ре­во­люцио­не­ров еди­ную ме­ру на­ка­за­ния – смерт­ную казнь. Уг­ро­за «чи­ст­ки» Кон­вен­та при­ве­ла к скла­ды­ва­нию в нём за­го­во­ра, ос­лаб­лен­ная Па­риж­ская ком­му­на не смог­ла под­дер­жать ро­бес­пь­е­ри­стов. 27/28.7.1794 в ре­зуль­та­те тер­ми­до­ри­ан­ско­го пе­ре­во­ро­та дик­та­ту­ра мон­тань­я­ров па­ла.

По­сле пе­ре­во­ро­та бы­ла умень­ше­на власть К-та об­ществ. спа­се­ния, за­крыт Яко­бин­ский клуб (12.11.1794), от­ме­нён мак­си­мум (24.12.1794), воз­вра­ще­на сво­бо­да сло­ва. Тер­рор по­шёл на спад: был ре­ор­га­ни­зо­ван (28.7.1794), а за­тем и уп­разд­нён (31.5.1795) ре­во­люц. три­бу­нал, вы­пу­ще­ны из тю­рем мн. за­клю­чён­ные, осу­ж­де­ны наи­бо­лее оди­оз­ные про­вод­ни­ки тер­ро­ра в жизнь (Ж. Б. Кар­рье, А. Фу­кье-Тен­виль). В Кон­вент вер­ну­лись ос­тав­шие­ся в жи­вых ис­клю­чён­ные ра­нее де­пу­та­ты. По­бе­ды на фрон­тах при­ве­ли к за­клю­че­нию в ап­ре­ле – ию­ле 1795 мир­ных до­го­во­ров с Прус­си­ей, Ни­дер­лан­да­ми и Ис­па­ни­ей.

Не­до­воль­ст­во па­риж­ских сан­кю­ло­тов эко­но­мич. по­ли­ти­кой Кон­вен­та и ли­к­ви­да­ци­ей дик­та­ту­ры мон­тань­я­ров при­ве­ло к Жер­ми­наль­ско­му вос­ста­нию (1.4.1795) и Пре­ри­аль­ско­му вос­ста­нию (20–23.5.1795), а за­тем к ре­прес­си­ям про­тив ря­да мон­тань­я­ров. У роя­ли­стов воз­ник­ли пла­ны рес­тав­ра­ции мо­нар­хии, в де­пар­та­мен­тах вспых­нул «бе­лый тер­рор». По­сле смер­ти Лю­до­ви­ка XVII (8. 6.1795) во гла­ве роя­ли­стов встал Лю­до­вик XVIII.

В по­пыт­ке най­ти ком­про­мисс ме­ж­ду ста­рым по­ряд­ком и за­вое­ва­ния­ми ре­во­лю­ции Кон­вент 22.8.1795 при­нял одоб­рен­ную за­тем на ре­фе­рен­ду­ме кон­сти­ту­цию 1795. Ей пред­ше­ст­во­ва­ла ви­до­из­ме­нён­ная Дек­ла­ра­ция прав че­ло­ве­ка и гра­ж­да­ни­на, из ко­то­рой бы­ли ис­клю­че­ны аб­ст­ракт­ные фи­лос. ка­те­го­рии (ес­те­ст­вен­ное пра­во, все­об­щее бла­го), а пра­ва до­пол­не­ны обя­зан­но­стя­ми. Кон­сти­ту­ция пре­ду­смат­ри­ва­ла двух­па­лат­ный За­ко­но­дат. кор­пус, со­сто­яв­ший из Со­ве­та ста­рей­шин (250 чел. не мо­ло­же 40 лет) и Со­ве­та пя­ти­сот. Для гра­ж­дан и вы­бор­щи­ков вво­дил­ся иму­ществ. ценз. Ис­пол­нит. власть ока­зы­ва­лась фак­ти­че­ски под­чи­не­на за­ко­но­да­тель­ной и от­да­ва­лась в ру­ки Ди­рек­то­рии из 5 че­ло­век, из­би­рав­шей­ся За­ко­но­дат. кор­пу­сом. Кон­сти­ту­ция за­кре­п­ля­ла рес­пуб­ли­кан­ский строй, «прин­ци­пы 1789 го­да», един­ст­во мер и ве­сов на всей тер­ри­то­рии стра­ны, не­зыб­ле­мость из­гна­ния эмиг­ран­тов, га­ран­ти­ро­ва­ла соб­ст­вен­ность вла­дель­цам нац. иму­ществ.

При­ня­тое Кон­вен­том пе­ред ли­цом роя­ли­ст­ской уг­ро­зы ре­ше­ние об обя­за­тель­ном пе­ре­из­бра­нии в но­вый За­ко­но­дат. кор­пус двух тре­тей де­пу­та­тов Кон­вен­та на­ру­ша­ло кон­сти­ту­цию и при­ве­ло к Ван­демь­ер­ско­му мя­те­жу (3–5.10.1795). За­тем Кон­вент объ­я­вил все­об­щую ам­ни­стию и са­мо­рас­пус­тил­ся (26.10.1795).

Директория

Ре­жим Ди­рек­то­рии не при­вёл к при­ми­ре­нию в об­ще­ст­ве. 1795–1799-е гг. от­ме­че­ны ожес­то­чён­ной по­ли­тич. борь­бой ме­ж­ду роя­ли­ста­ми и разл. ле­вы­ми груп­пи­ров­ка­ми, вклю­чав­ши­ми не­оя­ко­бин­цев. Роя­ли­сты ис­поль­зо­ва­ли ус­та­лость на­се­ле­ния от ре­во­лю­ции, не­о­я­ко­бин­цы пы­та­лись опе­реть­ся на сан­кю­ло­тов, не­до­воль­ных её ито­га­ми. И те и дру­гие ис­поль­зо­ва­ли не­спо­соб­ность Ди­рек­то­рии ре­шить эко­но­мич. про­бле­мы, ин­фля­цию, кор­руп­цию. В 1796 сто­рон­ни­ки Грак­ха Ба­бё­фа по­пы­та­лись ор­га­ни­зо­вать воо­руж. вос­ста­ние, но в осн. став­ка де­ла­лась на за­вое­ва­ние боль­шин­ст­ва в За­ко­но­дат. кор­пу­се.

Вы­бо­ры в мар­те – апр. 1797 при­нес­ли по­бе­ду скры­тым роя­ли­стам, в от­вет Ди­рек­то­рия про­из­ве­ла гос. пе­ре­во­рот 18 фрюк­ти­до­ра V г. (4.9.1797), кас­си­ро­вав вы­бо­ры и аре­сто­вав ряд де­пу­та­тов. В апр. 1798 на вы­бо­рах по­бе­ди­ли не­о­я­ко­бин­цы, в хо­де пе­ре­во­ро­та 22 фло­реа­ля VI г. (11.5.1798) их ре­зуль­та­ты час­тич­но бы­ли от­ме­не­ны. Вы­бо­ры в апр. 1799 вновь бы­ли бла­го­при­ят­ны для нео­я­ко­бин­цев, ко­то­рые со­вер­ши­ли пе­ре­во­рот 30 пре­риа­ля VII г. (18.6.1799), за­ста­вив уй­ти в от­став­ку трёх ди­рек­то­ров из пя­ти. Эта прак­ти­ка по­сто­ян­но­го на­ру­ше­ния кон­сти­ту­ции по­лу­чи­ла назв. «по­ли­ти­ка ка­че­лей».

При Ди­рек­то­рии про­дол­жи­лись вой­ны с ев­роп. стра­на­ми. Пе­рей­дя че­рез Аль­пы, Наполеон Бо­на­парт (бу­ду­щий имп. На­по­ле­он I) раз­бил австр. вой­ска при Ло­ди (10.5.1796), Ар­ко­ле (15–17.11.1796) и Ри­во­ли (13–15.1.1797) и за­ста­вил монар­хию Габс­бур­гов за­клю­чить Кам­по­фор­мий­ский мир 1797. Пер­вая ан­ти­фран­цуз­ская коа­ли­ция пе­ре­ста­ла су­ще­ст­во­вать. Ито­гом во­ен. по­бед ста­ло соз­да­ние в 1796–99 до­чер­них рес­пуб­лик. На про­ве­дён­ных под над­зо­ром франц. войск ре­фе­рен­ду­мах в Цис­рейн­ской рес­пуб­ли­ке (на ле­вом бе­ре­гу Рей­на) и в ок­ку­пи­ро­ван­ной в 1798 Же­не­ве бы­ло одоб­ре­но их при­сое­ди­не­ние к Фран­ции.

В мае 1798 Наполеон Бо­на­парт воз­гла­вил экс­пе­ди­цию в при­над­ле­жав­ший Ос­ман­ской им­пе­рии Еги­пет (см. Еги­пет­ская экс­пе­ди­ция На­по­ле­о­на Бо­на­пар­та). По­бе­див мам­лю­ков в Бит­ве при пи­ра­ми­дах (21.7.1798), он за­нял Ка­ир, но раз­гром франц. фло­та Г. Нель­со­ном в бит­ве при Абу­ки­ре (1–2.8.1798) от­ре­зал ар­мию от мет­ро­по­лии. По­ход Бо­на­пар­та в Си­рию ока­зал­ся не­удач­ным. Вы­сад­ка в Егип­те спро­во­ци­ро­ва­ла вой­ну с Ос­ман­ской им­пе­ри­ей, а за­тем и с под­дер­жи­вав­шей её Рос­си­ей. По­ми­мо этих стран, в сло­жив­шую­ся в 1798 2-ю ан­ти­фран­цуз­скую коа­ли­цию во­шли Ве­ли­ко­бри­та­ния, Ав­ст­рия, Шве­ция, а так­же не­апо­ли­тан­ские Бур­бо­ны. По­бе­ды объ­е­ди­нён­ных австр. и рус. войск спо­соб­ст­во­ва­ли па­де­нию по­пу­ляр­но­сти ре­жи­ма Ди­рек­то­рии.

В ус­ло­ви­ях от­сут­ст­вия ус­той­чи­вой под­держ­ки на­се­ле­ния Ди­рек­то­рия не су­ме­ла про­вес­ти не­об­хо­ди­мые фи­нан­со­вые, адм. и во­ен. ре­фор­мы. По­ра­же­ния на фрон­тах, раз­но­гла­сия в За­ко­но­дат. кор­пу­се, страх пе­ред тре­бо­ва­ния­ми не­оя­ко­бин­цев вер­нуть­ся к тер­ро­ру и чрез­вы­чай­ной по­ли­ти­ке вре­мён дик­та­ту­ры мон­тань­я­ров за­ста­ви­ли часть де­пу­та­тов и ди­рек­то­ров под­дер­жать пе­ре­во­рот 18 брю­ме­ра VIII г. (9.11.1799), по­ло­жив­ший ко­нец ре­жи­му Ди­рек­то­рии. Ф. р. за­вер­ши­лась.

Историческое значение Французской революции

Ф. р. ста­ла со­бы­ти­ем все­мир­но-ис­то­рич. мас­шта­ба. Она из­ме­ни­ла по­ли­тич. кар­ту Ев­ро­пы, за­ло­жи­ла ос­но­вы гл. идей­но-по­ли­тич. те­че­ний 19–20 вв.: кон­сер­ва­тиз­ма, ли­бе­ра­лиз­ма, де­мо­кра­тиз­ма, со­циа­лиз­ма, ком­му­низ­ма. Вы­дви­ну­тые ею прин­ци­пы – кон­цеп­ция не­ру­ши­мо­сти прав че­ло­ве­ка, вер­хо­вен­ст­во за­ко­на и ра­вен­ст­во всех гра­ж­дан пе­ред ним, сво­бо­да со­вес­ти и пе­ча­ти, все­об­щее рав­ное на­ло­го­об­ло­же­ние и мно­гие др. – ста­ли фун­да­мен­том совр. по­ли­тич. сис­те­мы.

Её глав­ное зна­че­ние для Фран­ции – пол­ное и окон­ча­тель­ное унич­то­же­ние ста­ро­го по­ряд­ка, из­ме­не­ние со­ци­аль­ной струк­ту­ры об­ще­ст­ва, за­вер­ше­ние фор­ми­ро­ва­ния пред­став­ле­ний о франц. на­ции как о по­ли­тич. общ­но­сти гра­ж­дан. В эко­но­мич. сфе­ре ито­ги ре­во­лю­ции на­мно­го бо­лее не­од­но­знач­ны. Объ­е­ди­не­ние стра­ны, от­ме­на це­хов и при­ви­ле­гий, еди­ная де­неж­ная сис­те­ма и мет­ри­че­ская сис­те­ма мер и ве­сов спо­соб­ст­во­ва­ли раз­ви­тию пред­при­ни­ма­тель­ст­ва. Фран­цу­зы ста­ли вла­деть зем­лёй на рав­ных ос­но­ва­ни­ях, бы­ли унич­то­же­ны пра­ва и при­ви­ле­гии сень­о­ров, поя­ви­лись сот­ни ты­сяч но­вых соб­ст­вен­ни­ков. Хо­тя зна­чит. до­ля при­об­ре­те­ний со­вер­ша­лась са­мой бо­га­той ча­стью кре­сть­ян­ст­ва и Ф. р. так и не смог­ла ре­шить про­бле­му кре­сть­ян­ско­го ма­ло­зе­ме­лья, Фран­ция пре­вра­ти­лась в стра­ну мас­со­во­го кре­сть­ян­ско­го зем­ле­вла­де­ния. Это ока­за­ло от­ри­ца­тель­ное влия­ние на раз­ви­тие ка­пи­та­лиз­ма – и на се­ле, и в го­ро­де. Со­хра­не­ние зем­ли кре­сть­я­на­ми не спо­соб­ст­во­ва­ло пе­ре­хо­ду к ка­пи­та­ли­стич. арен­де в сель­ском хо­зяй­ст­ве – в по­сле­ре­во­лю­ци­он­ные го­ды уро­жай­ность важ­ней­ших куль­тур сни­зи­лась. Оно за­дер­жи­ва­ло от­ток бед­но­ты в го­ро­да и де­ла­ло край­не уз­ким ры­нок сво­бод­ной ра­бо­чей си­лы в пром-сти. Вкла­ды­ва­ние ка­пи­та­лов в зем­лю ус­лож­ня­ло по­иск средств для про­ве­де­ния пром. пе­ре­во­ро­та.

Ф. р. по­ло­жи­ла на­ча­ло ре­во­лю­ци­он­ным и на­по­ле­о­нов­ским вой­нам, на­ру­шив­шим внеш­нюю тор­гов­лю. Эко­но­мич. кри­зис и обес­це­ни­ва­ние бу­маж­ных де­нег по­дор­ва­ли по­зи­ции ре­мес­лен­ни­ков, ухуд­ши­ли по­ло­же­ние ра­бо­чих. Тор­го­во-пром. кру­ги ста­ли од­ной из наи­бо­лее по­стра­дав­ших от ре­во­лю­ции со­ци­аль­ных групп – как в хо­де нар. вол­не­ний, так и во вре­ме­на тер­ро­ра. В ито­ге и в тор­гов­ле, и в пром-сти, и в сель­ском хо­зяй­ст­ве ре­во­лю­ция зна­чи­тель­но усу­гу­би­ла от­ста­ва­ние Фран­ции от Ве­ли­ко­бри­та­нии.

Двой­ст­вен­ны и ито­ги в сфе­ре куль­туры. В со­кро­вищ­ни­цу ми­ро­вой нау­ки во­шли ис­сле­до­ва­ния ма­те­ма­ти­ков Ж. Л. Ла­гран­жа и Г. Мон­жа, хи­ми­ков А. Ла­ву­а­зье и К. Л. Бер­тол­ле, био­ло­га Ж. Б. Ла­мар­ка, ас­тро­но­ма П. С. Ла­п­ла­са и мн. др. Под рук. ме­ха­ни­ка К. Шап­па бы­ла по­строе­на пер­вая в ми­ре дей­ст­вую­щая ли­ния се­ма­фор­но­го те­ле­гра­фа. В го­ды Ф. р. бы­ли соз­да­ны по­лот­на Ж. Л. Да­ви­да, «Мар­сель­е­за» К. Ж. Ру­же де Ли­ля. Был сде­лан ог­ром­ный шаг впе­рёд по пу­ти раз­ви­тия выс­ше­го об­ра­зо­ва­ния, соз­да­ны По­ли­тех­ни­че­ская и Пе­да­го­ги­че­ская (Нор­маль­ная) шко­лы, шко­лы Вос­точ­ных язы­ков и Здра­во­охра­нения, центр. шко­лы и Гор­ный ин-т. Вме­сте с тем при мон­тань­я­рах раз­ру­ша­лись церк­ви, унич­то­жа­лись ар­хи­вы, па­мят­ни­ки, по­лот­на ве­ли­ких ху­дож­ни­ков, бес­цен­ные кни­ги. При тер­ро­ре по­гиб­ли Ла­ву­а­зье, про­све­ти­тель М. Ж. Кон­дор­се, по­эт А. Ше­нье.

Ф. р. об­ла­да­ла и ря­дом осо­бен­но­стей, от­ли­чав­ших её от др. ре­во­лю­ций 17–18 вв. В ней в зна­чи­тель­но боль­шем мас­шта­бе, не­же­ли в Анг­лий­ской ре­во­лю­ции 17 в., уча­ст­во­ва­ли ши­ро­кие слои на­се­ле­ния, в т. ч. го­род­ская и сель­ская бед­но­та. Её дав­ле­ние на за­ко­но­да­те­лей ста­ло при­чи­ной, в ча­ст­но­сти, от­ме­ны сень­о­ри­аль­но­го по­ряд­ка. Др. от­ли­чит. чер­та Ф. р. – мас­штаб­ность про­ис­хо­див­ших пе­ре­мен и проч­ность её ито­гов. След­ст­ви­ем этих двух осо­бен­но­стей ста­ла та не­ви­дан­ная в ис­то­рии це­на, ко­то­рую при­шлось за­пла­тить франц. на­ро­ду, – вой­ны, го­лод, тер­рор. Ещё од­ной осо­бен­но­стью Ф. р. бы­ло уни­каль­ное со­че­та­ние ста­ро­го и но­во­го: во мно­гом Ф. р. во­пло­ща­ла в жизнь про­грам­му ре­форм мо­нар­хии ста­ро­го по­ряд­ка. Со­хра­ня­лась пре­ем­ст­вен­ность и в кур­се гос. вла­сти на её по­сте­пен­ное уси­ле­ние.

Причины поражения властей в революциях 1830 и 1848 гг. | Игнатченко

 Причины поражения властей в революциях 1830 и 1848 гг.
Причины поражения властей в революциях 1830 и 1848 гг.

Великая французская революция конца XVIII века, как известно, открыла «век революций» (термин британского историка Э. Хобсбаума) – так целая череда революций, бунтов и беспорядков прокатилась по Франции, и, прежде всего, по Парижу в XIX в. Это и Июльская революция 1830 года, и Февральская революция 1848 года, и сентябрьская революция 1870 года, окончательно обрушившая режим Второй империи, и знаменитая Парижская коммуна 1871 года. Все это, не считая многочисленных бунтов, беспорядков и волнений, которые прокатывались по Франции с завидной регулярностью. Таким образом, в XIX в. почти все политические режимы печально и бесславно завершились революционной вспышкой. В более спокойном на революции XX веке выступления в мае 1968 года также чаще всего воспринимаются как революционные, несмотря на то, что революция «красного мая» в Париже формально не победила.

Феномен революций XIX века во Франции, хотя и находится в тени Великой французской революции, уже долгое время привлекает внимание исследователей, как отечественных, так и зарубежных[1]. Вместе с тем, когда мы говорим о революциях 1830 и 1848 годов, мы имеем мало представлений о том, почему власти, имея в своем распоряжении войска и ресурс легитимного насилия, все же проиграли оппозиции в 1830 и 1848 годах.

Известно, что сигналом к началу революции 1830 года послужило издание королевских ордонансов, существенно ужимавших свободу прессы. На примере революции 1830 года хорошо видно, что власть не просчитала возможные последствия, не придала значения вероятному недовольству горожан, не предприняла никаких подготовительных работ к подавлению беспорядков.

Известно, что король Карл Х 26 июля, то есть, в день публикации ордонансов в официальной газете «Монитор», пребывал в безмятежном состоянии, а потому преспокойно отправился на охоту и был вне зоны доступа для своих приближенных почти до одиннадцати часов вечера. Когда же августейший правитель Франции узнал, что жители Парижа сильно возбуждены, а биржа оказалась на грани краха, Карл Х не проявил ни малейшей обеспокоенности[2].

Вместе с тем, 27 июля 1830 г. потерявшие работу ввиду закрытия оппозиционных газет работники типографий взяли на себя бремя лидерства в деле организации беспорядков. Этим наемным рабочим было нечего терять, и, кроме того, они были известны своими радикальными взглядами. Власть нисколько не обратила внимание на то, что ее действия обрекают определенную социопрофессиональную прослойку почти на голодную смерть; власть также проигнорировала угрозы, исходящие ей от этих людей.

В ставке командования в Сен-Клу 27 июля после беззаботного посещения мессы, и после пролитой первой крови в Париже в результате беспорядков, король Карл Х по-прежнему продолжал рассматривать волнения в Париже как событие малой значимости. Король сказал маршалу Мармону: «Существует некоторое беспокойство по поводу поддержания порядка в Париже. Поезжай туда, прими командование на себя... Если все будет в порядке, к вечеру сможешь вернуться в Сен-Клу»[3].

В то же время сам выбор главнокомандующего на роль умиротворителя Парижа был, по меньшей мере, странным и противоречивым. В общественном мнении маршал Мармон, герцог Рагузы, был предателем. Дослужившись до звания маршала при императоре Наполеоне I в 1809 году, он вместе с маршалом Э. Мортье в 1814 году сдал Париж врагу, подписав договор о сдаче с участниками антинаполеоновской коалиции; войска, которыми ему было поручено командовать, он увел в Нормандию. Как следствие оставшемуся без необходимой поддержки Наполеону I пришлось подписать акт об отречении. Ветераны наполеоновских войн, которых было немало и в армии, и на гражданке, пользовавшиеся авторитетом в обществе, считали его предателем и изменником, и не без оснований: маршал Мармон довольно быстро переметнулся к династии Бурбонов, поменял хозяина, и в благодарность был возведен новой властью в пэры.

Власти, очевидно, заранее не предусмотрели фактор дезертирства как один из существенных. Далеко не все военнослужащие готовы были стрелять по своим согражданам, особенно в тех случаях, когда сами являлись уроженцами этих городов. Длительные и бездеятельные простои военных полков, соприкасавшихся с передовой линией, отделяющей восставших от военных, приводили к массовым случаям дезертирства даже из элитных частей[4].  

Важным фактором, сыгравшим в пользу восставших, было то обстоятельство, что в их рядах оказалось много ветеранов наполеоновских войн, недовольных своим положением и обиженных на новую власть[5]. Кроме того, Париж был тесно застроен, узкие улочки были отличной западней для военных, которых обстреливали из окружавших улиц домов.

Еще одна существенная причина неудачи военных и политических властей режима Реставрации состояла в том, что маршал Мармон, командовавший операцией по подавлению беспорядков в Париже, изначально не располагал достаточными людскими ресурсами для выполнения поставленной перед ним задачи. Сложившаяся ситуация, а также недооценка противника не позволяла ему вести наступательные операции. Власть оказалась не готова к размаху стихийных выступлений парижан, степени общего недовольства властями, и заранее не стянуло дополнительные полки из провинций. Пришлось в ходе самой революции вызывать подкрепления из провинций, ждать эти подкрепления, а значит бездействовать, тогда как рядовые солдаты, как, впрочем, и их командиры, не понимали, что им следует делать в такой неординарной ситуации. 

Другие факторы также вели к поражению. Возникла катастрофическая ситуация с подвозом продовольствия – не было запасов еды и питья, и не имелось средств доставки запасов продовольствия в войска. Более того, походная кухня, а именно переносные кастрюли для приготовления пищи были отменены ввиду экономии средств и потому были заменены на чаны в бараках, которые невозможно было переносить куда-либо. Это означало, что солдаты не могли подкрепиться горячим супом на марше. Таким образом, за весь этот насыщенный день солдаты успели только с утра позавтракать в бараках перед маршем. Это обстоятельство никак не поднимало их боевой дух[6].

Обнаружилась и переоценка собственных сил и возможностей маршалом Мармоном и его ближайшим окружением. 29 июля Мармон сообщил министрам Карла Х: «Можете заверить короля, чтобы ни случилось, без необходимости в дополнительных подкреплениях, даже если все население Парижа с оружием в руках восстанет против меня, я смогу продержаться тут две недели. Да, эта позиция неуязвима, и я могу защищать ее против всего Парижа две недели»[7]. История показала, что он не продержался и день.

Негативную роль в поражении военных, лояльных режиму Реставрации, сыграли страхи, основанные на исторических параллелях и историческом опыте. Это касалось в первую очередь швейцарской гвардии, служившей Бурбонам во время разразившейся революции 1789 г. и продолжавших свою службу в 1830 г.

В ходе революции 1789 года швейцарские гвардейцы защищали Людовика XVI и его семью. 10 августа 1792 года, обороняя Лувр и Тюильри от восставших, испуганные швейцарские гвардейцы по ошибке открыли огонь по толпе, и после этого они были растерзаны парижанами. Гвардейцев убивали, где только было возможно[8].

Спустя почти сорок лет, в июле 1830 года, швейцарские гвардейцы обороняли примерно те же самые рубежи, что и во время революции конца XVIII века. Поскольку в швейцарской гвардии служба передавалась по наследству – от отца к сыну, то мрачные воспоминания о первой Французской революции были живы в последующих поколениях швейцарских гвардейцев. Родители многих швейцарцев, оборонявших Бурбонов в 1830 году, защищали эту же французскую королевскую династию в конце XVIII века. Известно, что у командира швейцарской гвардии в 1830 году полковника И. де Сали, имелось два родственника, сражавшихся 10 августа 1792 года, и в живых из них остался только один; полковник Ж.-Р. Майардо потерял в тот злосчастный день 1792 года и брата, и отца. Многие швейцарцы проводили исторические параллели, и испытывали панический страх при мысли, что в июльские дни они могут снова стать жертвами обезумевшей парижской толпы[9]. Так, дядя полковника Ж.-В. де Бесенваля генерал П.-В. де Бесенваль командовал парижским гарнизоном 14 июля 1789 года. После взятия Бастилии дядю чуть не линчевали на месте, впоследствии он провел шесть месяцев в заточении, прежде чем его выпустили на свободу. Племянник, безусловно, боялся повторения участи своего близкого родственника[10].

Когда днем 29 июля стало понятно, что с военной точки зрения конфликт был проигран окружением Карла X, король не торопился идти на уступки, проявляя завидную твердолобость. Назначив в качестве премьер-министра вместо оскандалившегося реакционера Жюля де Полиньяка герцога Казимира Мортемара, бывшего послом в Петербурге, король Карл X отказался предоставлять Мортемару минимум предварительных уступок для переговоров: предоставление чрезвычайных полномочий, письменное подтверждение отзыва четырех ордонансов, отставку министерства Полиньяка, возрождение Национальной гвардии, предложение должностей министров лидерам парламентской оппозиции К. Перье и Э. Жерару. Король неохотно согласился только в семь часов утра 30 июля. Мортемар срочно отправился в столицу, однако драгоценное время было упущено. 

Оценивая итоги Июльской революции 1830 года, удивительным представляется то обстоятельство, что, принимая чрезвычайные политические ордонансы и идя, таким образом, на открытый конфликт с обществом, власть во Франции не позаботилась должным образом о военной составляющей, и не обезопасила себя от вполне прогнозируемых беспорядков. Известно, что накануне революции 1830 года маршал Мармон располагал примерно семнадцатью тысячами солдат всех родов войск. Из них тринадцать тысяч семьсот человек были пехотинцами, две тысячи двести − кавалеристами и тысяча сто − артиллеристами. Из семнадцати тысяч солдат половина относилась к королевским гвардейцам, а другая к швейцарским гвардейцам[11]. Подобная численность войск позволяла бороться с незначительными бунтами, но никак не с массовым выступлением парижан.

Карл Х и правительство Ж. Полиньяка оказались абсолютно беспечными, они по непонятным причинам вообще исключили всякую возможность восстания. Между тем, всего за пару месяцев до опубликования одиозных ордонансов король Карл Х направил сорок тысяч солдат на завоевание Алжира, забыв, что надежные части могут понадобиться в неспокойной столице. Такое решение представляется труднообъяснимым, особенно если учесть тот факт, что политический кризис во Франции начал разгораться уже в августе 1829 года после назначения на должность премьер-министра одиозного деятеля и оголтелого реакционера Жюля де Полиньяка.

Кроме того, столь необходимые подкрепления так и не подошли к Парижу в ходе самой революции, в войсках наблюдались хаос и шатания, командиры не знали, что им делать. В момент революции 1830 года все четверо генерал-лейтенантов королевской гвардии отсутствовали, большинство старших офицеров отправились в свои избирательные округа для участия в выборах перед самым началом восстания, а генерал Луи Франсуа Кутар, которому было поручено командовать столичным гарнизоном, лечился вдали от места постоянной службы. Маршал Мармон впоследствии утверждал, что половина его старших офицеров отсутствовала в то время, когда разразилась роковая революция[12].

Невозможно объяснить причины чрезмерной самоуверенности Карла Х и его премьер-министра. Быть может, они оба посчитали, что любое волнение в столице можно с легкостью подавить с помощью регулярной армии − определенный оптимизм могло внушить им подавление локальных беспорядков на улице Сен-Дени в 1827 году, разразившихся после парламентских выборов того же года − тогда власти справились с ситуацией, и после этого случая новых беспорядков не возникало. Вероятно, власть впала в эйфорию, посчитав, что с той поры может утвердить порядок с помощью армии везде и всюду. 

Печальную роль для династии Бурбонов сыграли высокопоставленные чиновники, убеждавшие власти в том, что держат ситуацию под своим полным контролем. Так, префект полиции Жан-Анри Манжэн также горячо убеждал короля и его окружение, что в Париже ничего серьезного произойти не может, и что он держит ситуацию под полным контролем. Когда министр народного просвещения граф М. де Гэрнон-Ранвилль, серьезно обеспокоенный пагубным влиянием опубликования ордонансов на общественные настроения, задал вопрос префекту относительно ситуации в Париже 25 июля 1830 года, то есть накануне известных событий, чиновник выпалил: «Чтобы Вы ни сделали, Париж и не заметит. Действуйте смело и решительно, а за Париж я отвечаю, будьте уверены»[13].  

В конце концов, власть переоценила свои возможности по утверждению порядка в стране, не выучила исторические уроки революции конца XVIII века и не предусмотрела развитие ситуации по наихудшему сценарию. Таким образом, к власти во Франции в 1830 году пришел новый король Луи‑Филипп Орлеанский, прозванный общественным мнением и не без оснований «королем баррикад»; династию Бурбонов на французском престоле сменили Орлеаны.

Однако уже через восемнадцать лет Луи-Филипп I потеряет корону в результате новой революции. Его действия в 1848 году продемонстрируют, что он не выучил уроков революции, в результате которой пришел к власти. Действия и ошибки властей в ходе революций 1830 и 1848 гг. оказались во многом схожи.

Так, например, личность главнокомандующего, которому в 1848 году было доверено подавлять выступление парижан, как и в 1830 году, не пользовалась авторитетом в обществе и потому не вселяла уверенности и оптимизма. Генерал Тома Робер Бюжо, которому Луи-Филипп доверил подавление февральского мятежа, был знаменит не столько своими успехами в Алжире (которые, несомненно, имелись), сколько жестоким и кровавым подавлением Парижского восстания в апреле 1834 года, и во многом был известен по эпизоду, связанным с «резней на улице Транснонэн». Тогда на печально знаменитой улице Транснонэн был ранен офицер. Солдаты ворвались в соседний дом, из которого, как предполагалось, могли стрелять, и поубивали всех, кто там был, включая стариков, женщин и детей. Ответственность за эти бесчинства публика возложила на командовавшего войсками Бюжо. Эти события были еще свежи в памяти парижан, и выбор королевским окружением Бюжо в качестве репрессивной дубинки не был на самом деле осмотрительным и продуманным решением властей. «Бюжо только усилит раздражение» − сказал один из лидеров умеренной оппозиции Адольф Тьер в разговоре с французским королем[14]. Его соратник и политический единомышленник в 1840-е гг. Одилон Барро также выразил сомнения по поводу целесообразности назначения Бюжо: «Если мы ставим себе задачей успокоить народ, то не должны обременять себя самым непопулярным человеком в Париже»[15]. Вполне показательна реакция Бюжо на беспорядки в Париже 1848 года: «Я доставлю себе удовольствие перебить побольше этой сволочи; это что-нибудь да значит»[16].

Другой проблемой была неподготовленность короны к отражению бунта парижской толпы – исторические параллели вполне просматривались с 1830 годом. По оценкам правительства в распоряжении главнокомандующего находилось примерно сорок тысяч человек, по другим подсчетам (например, А. Тьера), их было не более двадцати тысяч человек. Важнее другое: боевой дух и подготовка этих солдат вызывали опасения. Так, по воспоминаниям Бюжо, войска «были деморализованы, так как простояли в полном вооружении около шестидесяти часов в холодной грязи, не получая ничего, кроме трех рационов сухарей, и оставались пассивными наблюдателями того, как восставшие нападали на городскую полицию, рубили деревья, разбивали уличные фонари и поджигали караульные будки. У большинства солдат было не более десяти патронов... Лошади были измучены, им не давали овса, а люди больше двух суток не слезали с них»[17].

Трагедией Июльской монархии, как когда-то режима Реставрации, стал отказ от любых реформ, демократизации общества, именно поэтому политика главного министра Луи-Филиппа Франсуа Гизо оказалась крайне непопулярной в обществе. Как писал французский историк Э. Лависс, «правительство не хотело пускать в дело войска; оно распорядилось созвать национальную гвардию. Но тогда выяснилось, что с 1840 года парижская буржуазия отвернулась от короля. Национальные гвардейцы собрались, но, за исключением первого легиона, отказались выступить против инсургентов и кричали “Да здравствует реформа!”. Некоторые кричали даже “Долой Гизо!” и мешали движению войск; другие направились к Бурбонскому дворцу, чтобы склонить депутатов потребовать реформы»[18].

В кулуарных переговорах с королем лидеры парламентской оппозиции в феврале 1848 года продолжили требовать парламентскую реформу, то есть, расширения круга избирателей. Однако король Луи-Филипп, как восемнадцатью годами ранее Карл X, отказывался даже под грохот ружейных залпов идти на какие-нибудь уступки[19]. Так, например, требования одного из лидеров легальной оппозиции А. Тьера, сводились к увеличению избирательного корпуса на пятьдесят-сто тысяч новых избирателей и роспуск действовавшей на тот момент палаты депутатов, поддерживавшей чрезмерно консервативный курс Ф. Гизо. Это была совсем небольшая уступка, которая могла удовлетворить часть умеренной оппозиции, в отличие от требований установить демократическую республику, звучавших в те дни на улицах Парижа, однако эти уступки показались чрезмерными для короля Луи-Филиппа, пришедшего к власти в 1830 году под лозунгами перемен и изменений.

Таким образом, отсутствие политической гибкости и дальнозоркости власти, ее неподготовленность к возможным волнениям, излишнее самодовольство и бахвальство привели к поражению властей в 1830 и 1848 гг.



[1] Игнатченко И.В. Карл Х и Июльская революция 1830 года: хроника событий // Новая и новейшая история. 2017. №1. С. 14‑24; Bertier de Sauvigny G. La Révolution de 1830 en France. P., 1970; Bory J.-L. 29 juillet 1830. La révolution de juillet. P., 1972; Pilbeam P.M. The 1830 Revolution in France. London: Macmillan, 1991; Pinkney D.H. The French revolution of 1830. Princeton, 1972; Rapport, M. 1848: Year of Revolution. New-York, Basic Books, 2008; Robertson, P.S. Revolutions of 1848: A Social History. Princeton: Princeton University Press, 1952.

[2] Marmont A.-F. Mémoires du maréchal Marmont. P., 1857. Vol. 8. P. 238. 

[3] Marmont A.-F. Mémoires... Vol. 8. P. 238.              

[4] Ibid. P. 239.

[5] Pinkney D.H. The French revolution of 1830. Princeton, 1972. P. 271.

[6] Marmont A.-F. Mémoires... Vol. 8. P. 285.

[7] Guernon-Ranville comte de M. Journal d’un ministre. Caen, 1873. P. 179.

[8] Allen R. Threshold of Terror: The last hours of the monarchy in the French Revolution. Stroud, 1999. P. 101-124.

[9] Maag A. Geschichte der Scweizertruppen in französischen Diensten während der Restauration und Julirevolution (1816-1830). Biel, 1899. P. 87.; Marmont A.-F. Mémoires... Vol. 8. P. 262.

[10] Marmont A.-F. Mémoires... Vol. 8. P. 308.

[11] Игнатченко И.В. Карл Х и Июльская революция 1830 года: хроника событий // Новая и новейшая история. 2017. №1. С. 14-24.

[12] Marmont A.-F. Mémoires... Vol. 8. P. 287.

[13] Guernon-Ranville comte de M. Journal d’un ministre. P. 154.

[14] Лависс Э., Рамбо А. История XIX века. (1848-1870 гг.). Том 5. Часть 2. Москва: ОГИЗ, 1938. С. 10.

[15] Там же. С. 11.

[16] Там же. С. 10.

[17] Там же. С. 11.

[18] Там же. С. 9.

[19] Там же. С. 10.

Рассказать о публикации коллеге 

Ссылки

  • На текущий момент ссылки отсутствуют.

(c) 2019 Исторические Исследования


Это произведение доступно по лицензии Creative Commons «Attribution-NonCommercial-NoDerivatives» («Атрибуция — Некоммерческое использование — Без производных произведений») 4.0 Всемирная.

причины, социальный состав – тема научной статьи по истории и археологии читайте бесплатно текст научно-исследовательской работы в электронной библиотеке КиберЛенинка

ЭМИГРАЦИЯ ФРАНЦУЗСКОЙ РЕВОЛЮЦИИ: ПРИЧИНЫ,

СОЦИАЛЬНЫЙ СОСТАВ С.Н. Коротков

История эмиграции началась уже в самые первые дни революции. На третий день после взятия Бастилии - 17 июля 1789 года - король Людовик XVI отправился из Версаля в Париж, посетил ратушу и принял из рук парижского мэра Байи трехцветную кокарду, что могло символизировать признание первых революционных перемен. В тот же день Версаль покинул младший брат короля - граф д'Артуа. Первоначально принцы крови отправились в Австрийские Нидерланды. "Они уезжали, - как полагает К. Миллер, - по желанию короля, но без возражений. В Париже якобы ходил по рукам список 242 голов, которые нужно отрубить, чтобы осуществить необходимые реформы. На первом месте стояли имена королевы и графа д'Артуа. В Версале пришли к заключению, что и некоторым другим лицам, особенно возмутившим против себя общественное мнение, - некоторым придворным, некоторым министрам, - следует немедленно выехать за границу, тем более что их дальнейшее присутствие при дворе могло стать даже опасным для королевской семьи".

Принц Конде, после взятия Бастилии более не чувствуя себя в безопасности в Шантийи, своей резиденции под Парижем, прибыл в Версаль и предложил королю действовать решительно. Получив отказ, заявил, что "честь повелевает им [принцам] все покинуть". Конде прибыл в Валансьен несколькими часами позже д'Артуа и проследовал далее в Бельгию, не останавливаясь1. Эмиграция принцев была в определенной мере протестом против малодушия короля, возможно, также и тактическим ходом. Высшая аристократия показала пример: начинается массовый отъезд дворян и рождается легенда о преимущественно дворянском составе эмиграции. Однако уже в 1789 г. вместе с дворянами уезжали ротюрье (разночинцы): повара, камердинеры, кормилицы, воспитатели и др.

Летом 1789 года Францию потрясло удивительное социально-психологическое явление - "Великий страх", паника, охватившая страну2. Доказательством якобы существовавшего заговора аристократии стала в глазах народа и начавшаяся эмиграция. " Великий страх" ускорил эмиграцию, в том числе и разночинцев.

Дональд Грир разоблачал легенду об эмиграции как бегстве дворян и священников3. "Эмиграция ротюрье превышала численно другие группы эмигрантов, -пишет М. Булуазо, - но их мотивы и формы, которыми она облекалась, не позволяют ее сравнивать с мотивами, которые побудили дворян и священников покинуть Францию. Большая их часть повиновалась простым страхам, тем, которые так потрясли Францию в июле 1789 и которые Жорж Лефевр так хорошо описал"4. Есть свидетельства, что и некоторые дворяне, " полагая, что найдут покой только в Кобленце, спешили туда ради этого". Не желавшие уезжать оказывались отверженными в своей среде, они "получали ночные колпаки, куклы, веретена; эти таинственные посылки сопровождались анонимными письмами, исполненными самой язвительной иронии"5.

Современники видели в эмигрантах прямых противников революции -контрреволюционеров, это мнение нашло отражение и в историографии. Многие эмигранты занимали открыто враждебные революции позиции6. Но среди них оказалось также много "беженцев": многие дворяне и ротюрье не чувствовали себя в безопасности во Франции и поэтому покинули родину. Официозная газета "Монитер" так описывает эмигрантов в Бельгии: "Каждый проводит время на свой манер. Добропорядочные рассуждали о конституционном устройстве духовенства, смелые мечтали о контрреволюции, любезные и веселые были заняты своими удовольствиями. Большинство смертельно скучало"7.

По мере углубления революции, в условиях гражданской войны в отношении эмигрантов были приняты очень жесткие меры: их имущество было конфисковано, возвращение во Францию угрожало смертью.

Среди эмигрантов все больше оказывалось тех, кто в первые годы революции принимал в ней активное участие.

12 июля 1793 г. Конвент принял решение о конфискации имущества должностных лиц, принявших участие в федералистском мятеже, т. е. сочувствовавших жирондистам. Как считает М. Булуазо, с федерализмом обнаружилось уже третье течение разночинной эмиграции.

Разночинцы в итоге составили 51 % эмигрантов8, но они часто и не были "эмигрантами". Такой статус определялся местной администрацией. Для того, чтобы оказаться "эмигрантом", достаточно было отсутствовать в каком-либо городе или дистрикте (например, потому, что дела потребовали присутствия в совсем другом уголке страны).

Известно много примеров ошибок при определении статуса "эмигрант". Жители многих приграничных областей надолго отправлялись на работу в соседние страны9 и могли оказаться "эмигрантами" для местной администрации10. Уже Конвент накануне Термидора установил различие среди беглецов из Верхнего Рейна; некоторым категориям эмигрантов была выплачена компенсация, иногда возвращали не проданное еще имущество.

Таким образом, социальный состав эмиграции был пестрым, причины отъезда были различны.

1 Миллер К. Французская эмиграция и Россия в царствование Екатерины II. Париж, 1931. С.39-43.

2

Levebvre G. La Grand Peur de 1789. Paris, 1956.

3

Greer D. Guide to Source Material on the Emigrés of the French Revolution // JMH, 1943, v.15, # 1. P. 39-40.

4

Bouloiseau M. et Lefebvre G. L'émigration et les milieux populaires. Emigration, paniques, embauchage // AHRF, 1959, № 156. P. 116-117.

5 Судьба одной дворянской семьи во время террора. Записки А.дез-Ешероль. СПб., 1882. С.13.

6 "Эмиграция часто представляется как демонстрация готовности к борьбе за свержение нового режима, - пишет Ж.Видалян. - Истина обязывает признать, что, за исключением периода с июля по сентябрь 1792 г., число французов, находившихся под каким-либо знаменем, кроме трехцветного (т.е. не на революционной службе - С.К.) не превышало пяти тысяч человек". / Vidalenc J. Les émigrés française 1789-1825. Caen, 1963. P.453.

7

Moniteur, 7 juin 1791.

8

Greer D. The incidence of the emigration during the french revolution. Cambridge, 1951. P.112.

9

См.: Люблинская А. Д. Французские крестьяне в XVI-XVIII вв. Л., 1978. С.88.

10 "Население Верхнего Дофинэ не могло прокормиться на месте. С наступлением осени взрослое население вынуждено было "эмигрировать", т.е. уходить на заработки в соседние провинции: Прованс, Лангедок, Венессен и за границу, в Пьемонт, чтобы остающимся женщинам, детям и старикам хватало хлеба до следующего урожая". / Глаголева-Данини С. Промышленность и торговля Дофинэ в эпоху великой французской революции // Из далекого и близкого прошлого. М.; Пг., 1923. С.199.

Французская революция | История, резюме, хронология, причины и факты

Французская революция , также называемая революцией 1789 года , революционное движение, которое потрясло Францию ​​между 1787 и 1799 годами и достигло там своего первого апогея в 1789 году - отсюда и общепринятый термин «революция 1789 года», обозначающий конец старого режима в России. Франция и служит также для того, чтобы отличить это событие от более поздних французских революций 1830 и 1848 годов.

Главные вопросы

Чем была французская революция?

Французская революция была периодом серьезных социальных потрясений, которые начались в 1787 году и закончились в 1799 году.Он стремился полностью изменить отношения между правителями и теми, кем они управляли, и переопределить природу политической власти. Это происходило в обмене между революционными и реакционными силами.

Почему произошла Французская революция?

Причин было много. Буржуазия - купцы, промышленники, профессионалы - получила финансовую власть, но была исключена из политической власти. Те, кто был ниже их в социальном плане, имели очень мало прав, и большинство из них также становилось все более бедным.Монархия больше не рассматривалась как предначертанная Богом. Когда король попытался увеличить налоговое бремя для бедных и распространить его на классы, ранее освобожденные от уплаты налогов, революция стала почти неизбежной.

Почему Французская революция привела к войне с другими народами?

Король Франции Людовик XVI уступил идее новой конституции и суверенитету народа, но в то же время послал эмиссаров к правителям соседних стран, прося их помощи в восстановлении его власти.Многие революционеры, особенно жирондисты, считали, что революция должна распространиться по Европе, чтобы добиться успеха. Австро-прусская армия вторглась во Францию, и французские революционные силы выступили наружу.

Как удалась Французская революция?

В некоторых отношениях Французская революция не увенчалась успехом. Но идеи представительной демократии и основных прав собственности прижились, и они посеяли семена более поздних революций 1830 и 1848 годов.

Истоки революции

Французская революция имела общие причины, общие для всех революций на Западе. конец 18-го века и конкретные причины, объясняющие, почему это была самая жестокая и самая значимая из этих революций.Первой из общих причин была социальная структура Запада. Феодальный режим постепенно ослаблялся и уже исчез в некоторых частях Европы. Все более многочисленная и процветающая элита богатых простолюдинов - торговцев, фабрикантов и профессионалов, часто называемых буржуазией, - стремилась к политической власти в тех странах, где она еще не обладала ею. Крестьяне, многие из которых владели землей, достигли более высокого уровня жизни и образования и хотели избавиться от последних пережитков феодализма, чтобы получить полные права землевладельцев и иметь возможность свободно увеличивать свои владения.Более того, примерно с 1730 года более высокий уровень жизни значительно снизил уровень смертности среди взрослого населения. Это, наряду с другими факторами, привело к беспрецедентному увеличению населения Европы за несколько столетий: оно удвоилось между 1715 и 1800 годами. Для Франции, которая с 26 миллионами жителей в 1789 году была самой густонаселенной страной Европы, проблема заключалась в самый острый.

Увеличение численности населения привело к увеличению спроса на продукты питания и потребительские товары. Открытие новых золотых приисков в Бразилии привело к общему росту цен на Западе примерно с 1730 года, что указывает на благополучную экономическую ситуацию.Примерно с 1770 года эта тенденция пошла на убыль, и участились экономические кризисы, вызывающие тревогу и даже восстания. Начали выдвигаться аргументы в пользу социальной реформы. Философы - интеллектуалы, чьи труды вдохновили эти аргументы - определенно находились под влиянием теоретиков 17 века, таких как Рене Декарт, Бенедикт де Спиноза и Джон Локк, но они пришли к совершенно разным выводам по политическим, социальным и экономическим вопросам. Революция казалась необходимой, чтобы применить идеи Монтескье, Вольтера или Жан-Жака Руссо.Это Просвещение распространилось среди образованных классов множеством «обществ мысли», основанных в то время: масонскими ложами, сельскохозяйственными обществами и читальными залами.

Однако неясно, произошла бы революция без дополнительного политического кризиса. Столкнувшись с тяжелыми расходами, которые повлекли за собой войны 18 века, правители Европы стремились собрать деньги, взимая налоги с дворян и духовенства, которые в большинстве стран до сих пор были освобождены от уплаты налогов. Чтобы оправдать это, правители также ссылались на аргументы продвинутых мыслителей, взяв на себя роль «просвещенных деспотов».Это вызвало реакцию по всей Европе со стороны привилегированных органов, диеты. и усадьбы. В Северной Америке эта реакция вызвала американскую революцию, которая началась с отказа платить налог, введенный королем Великобритании. Монархи пытались остановить эту реакцию аристократии, и и правители, и привилегированные классы искали союзников среди непривилегированных буржуа и крестьян.

Получите подписку Britannica Premium и получите доступ к эксклюзивному контенту. Подпишитесь сейчас

Хотя научные дебаты о точных причинах революции продолжаются, обычно приводятся следующие причины: (1) буржуазия возмущалась ее отстранением от политической власти и почетных постов; (2) крестьяне остро осознавали свое положение и все меньше и меньше желали поддерживать анахроничную и обременительную феодальную систему; (3) философы были прочитаны во Франции более широко, чем где-либо еще; (4) участие Франции в Американской революции поставило правительство на грань банкротства; (5) Франция была самой густонаселенной страной Европы, и неурожаи на большей части территории страны в 1788 году, ставшие вершиной длительного периода экономических трудностей, усугубили существующее беспокойство; и (6) французская монархия, больше не считавшаяся предопределенной Богом, была неспособна адаптироваться к политическому и социальному давлению, которое оказывалось на нее.

Аристократическое восстание, 1787–89

Революция оформилась во Франции, когда генеральный финансовый контролер Шарль-Александр де Калонн организовал созыв собрания «знати» (прелатов, знатных дворян и нескольких представителей власти). буржуазия) в феврале 1787 г., чтобы предложить реформы, направленные на устранение бюджетного дефицита за счет увеличения налогообложения привилегированных классов. Собрание отказалось взять на себя ответственность за реформы и предложило созвать Генеральные штаты, которые представляли духовенство, аристократию и третье сословие (простолюдинов) и которые не встречались с 1614 года.Усилия, предпринятые преемниками Калонна по проведению фискальных реформ, несмотря на сопротивление привилегированных классов, привели к так называемому восстанию «аристократических органов», в частности, парламентов (наиболее важных судов), чьи полномочия были сокращены указом от мая 1788 года.

Весной и летом 1788 года среди населения были волнения в Париже, Гренобле, Дижоне, Тулузе, По и Ренне. Королю Людовику XVI пришлось уступить. Он повторно назначил реформаторского Жака Неккера министром финансов и пообещал созвать Генеральные штаты 5 мая 1789 года.Он также на практике предоставил свободу печати, и Франция была наводнена брошюрами, посвященными восстановлению государства. Выборы в Генеральные штаты, состоявшиеся в период с января по апрель 1789 года, совпали с новыми беспорядками, так как урожай 1788 года был плохим. Исключений из голосования практически не было; и избиратели составили cahiers de doléances , в которых перечислены их жалобы и надежды. Они избрали 600 депутатов от третьего сословия, 300 от дворянства и 300 от духовенства.

Жак Неккер

Жак Неккер, портрет работы Огюстена де Сен-Обена по картине Жозефа-Сиффорда Дюплесси.

H. Roger-Viollet

Причины французской революции

История 151 Французская революция: причины, результаты, противоречивые интерпретации

Г-н Шварц

1. Интернационал: борьба за гегемонию и империю опережает финансовые ресурсы государства

2. Политический конфликт: конфликт между монархией и дворянством из-за реформа налоговой системы привела к параличу и банкротству.

3. Просвещение: импульс к реформам обостряет политические конфликты; усиливает традиционный аристократический конституционализм, один вариант которого был изложен в Montequieus Дух законов ; вводит новые понятия хорошего правительства, самые радикальные из которых популярны суверенитет, как в Руссо Социальное Контракт [1762]; нападение на режим и привилегированный класс со стороны Литературный андерграунд улицы Груб; расширение влияния общественности мнение.

4. Социальные сети антагонизм между двумя восходящими группами: аристократией и буржуазией

5. Неэффективный правитель: Людовик XVI

6. Экономические трудности, особенно аграрный кризис 1788-89 гг., Вызывают недовольство населения. и расстройства, вызванные нехваткой пищи.

Революционная ситуация : когда монополия правительства на власть эффективно оспаривается некоторыми группами, которые больше не признают его законный авторитет, больше не наделяет его лояльностью и больше не подчиняется его командам. Двойной или множественный суверенитет отличительный признак революционной ситуации - раздробленность существующее государство на два или более блоков, каждый из которых осуществляет контроль над некоторая часть правительства и претендует на исключительный контроль над правительство. Революционная ситуация продолжается до тех пор, пока не будет воссоздано единое суверенное государство. Третья сословная присяга теннисного корта в июне 1789 года и его претензия на представление суверенитета нации создает революционную ситуацию во Франции.

Революционный процесс или этапы :

Одно из толкований этого определения состоит в том, что революция будет продолжаться до тех пор, пока единый суверенный порядок не будет восстановлен либо соглашение или сила. Как показала Французская революция, уровень насилие, вероятно, возрастет после первой вспышки революции или революционная ситуация, когда одна группа, претендующая на суверенитет, стремится победить одна или несколько других конкурирующих групп, также претендующих на суверенитет.

о Хорошим примером во Французской революции являются события что привело к свержению конституционного монарха в августе 1792 года. назвали Второй революцией и учреждением Первой французской Республика.

о После создания республики уровень насилие росло по мере того, как республиканский режим стремился подавить контрреволюционные движения во Франции (восстания федералистов и восстание Венды), в то время как борясь в то же время за предотвращение поражения в войне объединенных сил Австрия, Пруссия и Великобритания.Так называемое царство террора было установлено с целью подавить как внутренние, так и внешние силы контрреволюции. Но как только эти внутренние и внешние угрозы были взяты под контроль весной 1794 г., террор продолжался по указанию Комитет общественной безопасности, самым известным членом которого был Максимилиан Робеспьер. Этот последний период террора был направлен на устранение политических соперники Робеспьера и Комитет, в который входил Дантон. Эксцессы что привело к свержению Робеспьера и Комитета 9 -го г. Термидора, год II (27 июля 1994 г.).

о После свержения Робеспьера революция продолжилась. еще дольше, как называли умеренные лидеры новосозданного правительства Директория (1795-1799) пыталась положить конец революции в придерживаясь принципов 1789 года, которые будут находиться под контролем буржуазии и свободен от вмешательства и давления народного движения. Это усилие повлекло за собой жестокие репрессии. 1) народное движение в Париже со стороны Наполеона, так называемое дуновение картечь.отмена выборов в 1797 г. (изгнание неоякобинцев, рассматриваемое как слишком радикально) и еще раз в 1798 г. (чтобы вытеснить ультраконсерваторов). Директория опиралась на армию и военная сила для осуществления этих репрессивных действий в то же время, когда она поддерживала армия и Наполеон в агрессивной войне за экспансию в Европе и Египет. Полагаясь на армию так Во многом, Директория в конце концов была свергнута Наполеоном и военной мощью.

Другая интерпретация революции делит период 1789-1799 гг. на этапы или фазы:

о Либеральная, конституционная фаза 1789-1792 гг.

о Радикальная республиканская фаза, приведшая к авторитарному террору Комитета общественной безопасности 10 августа 1792 г. по 9 термидора 1794 г.

о Термидор: реакционная фаза в ответ на излишества радикального республиканизма (универсальное мужское право) и террора.

о Наполеоновский переворот, окончание революции. военный переворот и восстановление порядка и внутреннего мира посредством авторитарный режим.

.

Результаты Французской революции 1789-1799 (1815)

1. Репрезентативное правительство против авторитаризма (Террор, Наполеон): два разные новые модели правительства

2. Более сильное, централизованное государство с более крупными, более эффективными и многосторонними навязчивое администрирование.

3. Отмена особых фискальных льгот, сеньорских сборов крестьян перед лордов, внутренние тарифы и установление единой налоговой системы, основанной на принцип дохода.

4. Создание и расширение новых гражданских прав:

а. равенство перед законом

г. карьера открыт для талантов

г. участие в выборах или определенных государственных должностях по имущественному признаку квалификации

5. Социально-экономические изменения

а.Один коммерческий код

г. упразднение гильдий, т. е. право рабочих объединяться в союзы

г. бизнес становится почетной профессией

г. (более богатые) крестьяне приобретают землю, и больше крестьян становятся независимыми собственников

e. увеличение размера и влияния буржуазии за счет приобретения церковных земель, большего богатства и должностей в качестве политических представителей и государственные служащие

6. Изменения в идеях и политической культуре:

а.Свобода, равенство, братство; народный суверенитет: суверенитет опирался на люди, не принадлежащие к королю, или любая более узкая группа, такая как аристократия; демократический республиканизм

г. Национализм -

г. отклонить в религиозности, во влиянии и авторитете церкви -

г. формирование революционной традиции, основанной на вере в то, что революция был средством для внесения прогрессивных изменений и дальнейшего расширения популярных участие и народный суверенитет.

Противоречивые интерпретации революции: Причины, характер, исходы.

1. Влияние идей : Mathiez : Революция совершилась в сознании людей задолго до нее. воплотился в реальность. Тейлор : Революционная идеология была продукт, а не причина политического и социального кризиса революционного пропорции. Революционная ситуация возникла первая, и революционное мышление вышло из этой ситуации.

2. Роль люди и насилие :

а. Этот контраст между теорией и практикой, между добрыми намерениями и жестокими насилие, которое было характерной чертой Французской революции, становится меньше поразительно, когда мы вспоминаем, что Революция, хотя ее спонсировали самые цивилизованными классами нации, проводилась ее наименее образованными и наиболее буйные стихии ».

Алексис де Токвиль, Старый режим и Французская революция , 1858

г."Французская революция дала людям понять, что история могла быть изменена их действиями, и это дало им, кстати, то, что по сей день остается самым сильным лозунгом, когда-либо сформулированным для политика демократии и простых людей, которую она провозгласила: Свобода, Равенство, братство. . . . Французская революция продемонстрировала силу простых людей таким образом, что ни одно последующее правительство никогда не позволяло само забыть - если только в виде необученных, импровизированных, призывных армий, побеждая соединение лучших и опытных войска старых режимов.Когда простые люди вмешались в июле и августе 1789 года, они преобразовали конфликт между элитами во что-то совсем иное, хотя бы за счет того, что о, в течение нескольких недель, крахе государственной власти и управления и власть сельского правящего класса в деревне. Это то, что дало Декларация прав человека гораздо более крупная международная резонанс, чем вдохновившие его американские модели; что внесло инновации Франции - включая ее новый политический словарь - с большей готовностью принимается за пределами; который создал его двусмысленность и конфликты; и, что немаловажно, что превратили его в эпическое, ужасное, зрелищное, апокалиптическое событие что придавало ему некую уникальность, одновременно устрашающую и вдохновляющую.«

E.J. Хобсбаум, Отголоски Марсельезы , 1990

3. Революция как трагедия против прогрессива. сдача :

а. "Эта великая драма [Французская революция] трансформировал весь смысл политических изменений, и современный мир было бы немыслимо, если бы этого не произошло. . . . Другими словами это изменило мировоззрение мужчин. Писатели эпохи Просвещения, столь почитаемые интеллигенция, совершившая революцию, всегда считала, что это возможно, если люди осмелились захватить контроль над своей судьбой.Мужчины 1789 года сделали это в редкий момент мужества, альтруизма и идеализма, от которого перехватило дыхание образованная Европа. То, что они не смогли увидеть, чего не предвидели их вдохновители, была ли причина и добрые намерения сами по себе недостаточны, чтобы преобразовать удел своих собратьев. Ошибки будут сделаны, когда накопится опыт поколений был оттеснен как рутина, предрассудки, фанатизм и суеверие. Поколение, вынужденное переживать потрясения следующих двадцати шести лет заплатили свою цену.Уже к 1802 г. миллионы французских граждан лежали мертвыми; еще миллион погибнет при Наполеоне, и многое другое за границей. У скольких миллионов еще жизнь разрушена? Вдохновляющий и облагораживая, перспектива Французской революции также волнует и ужасно: во всех смыслах трагедия ».

Уильям Дойл, Оксфордская история Французской революции 1989

г. "Французская революция была одновременно разрушительной и творческий.Он представлял собой беспрецедентное усилие порвать с прошлым и создать новое состояние и новое национальное сообщество, основанное на принципах свободы, равенства и братство. После старого правительства были заменены, разногласия по поводу значения этих принципов и способов они должны были претворяться в жизнь, становились все более заметными и серьезными. Таким образом, революция продолжалась до стабильного государственная организация была консолидирована, частично за счет использования военных сила. Созданный и управляемый страстным идеологические разногласия, насилие и война, революция завещала Франция и мир новое и прочное политическое видение : at в основе прогресса лежало освобождение от прошлого, эгалитаризм и в целом на базе представительного правительства."

г. Французская революция была, по сути, изобретением. новой политической культуры : "На мой взгляд, социальные и экономические изменения, вызванные Революции не были революционными. Дворяне смогли вернуться к своим титулам и на большую часть своей земли. Хотя значительные участки земли переходили из рук в руки во время революции структура землевладения оставалась почти такой же; то богатые стали богаче, а мелкие крестьяне укрепили свои владения благодаря отмена феодальных сборов.Промышленный капитализм рос черепашьими темпами. в В реальности же политики, напротив, изменилось почти все. Тысячи мужчин и даже многие женщины выиграли личный опыт на политической арене: они говорили, читали и слушали новые способы; они голосовали; они присоединились к новым организациям; и они пошли за свои политические цели. Революция стала традицией, а республиканизм - прочный вариант . После этого цари не могли править без собраний, а благородное господство над общественными делами только спровоцировало новую революцию.Как в результате во Франции в XIX веке было самое буржуазное государство в мире. Европа, хотя Франция никогда не была ведущей индустриальной державой. . . . Линн Хант, Политика, культура и класс , 1984

4. Марксистская интерпретация: «Через десять лет революционные перемены и превратности, структура французского общества претерпела претерпела важную трансформацию. Аристократия старого режима имела был лишен своих привилегий и социального превосходства; феодальное общество был уничтожен.Уничтожив все следы феодализма, освободив крестьянам от сеньорских сборов и церковной десятины - а также некоторым степени от ограничений, налагаемых их сообществами - путем отмены привилегированные корпорации и их монополии, а также путем объединения национальных рынок, Французская революция отметила решающим этапом в переходном от феодализма к капитализму . "

Альберт Собуль, Французская революция , 1965

Дополнительные вопросы : Революция провалилась? Для кого? Не стоит затрат жизней и сокровище? Была ли это социальная революция, которая привела к вытеснению одной социальной класс / группа другим? Было ли это всего лишь политическая революция: изменение правительства и принципов управления, но элиты по-прежнему контролируют ситуацию? Имел революция зашла достаточно далеко?

Социальные причины революции · Изучить · СВОБОДА, РАВЕНСТВО, БРАТСТВО: ИЗУЧЕНИЕ ФРАНЦУЗСКОЙ РЕВОЛЮЦИИ

Карта: Провинции старого режима

Два крестьянина ремонтируют телегу

Люди старого режима

Основной причиной социального стресса во Франции во время революции было ее большое население.В начале восемнадцатого века во Франции проживало 20 миллионов человек, что составляло почти 20 процентов населения нерусской Европы. В течение столетия это число увеличилось еще на 8–10 миллионов, поскольку уменьшились эпидемические заболевания и острая нехватка продовольствия, а смертность снизилась. Напротив, оно увеличилось всего на 1 миллион между 1600 и 1700 годами. Также важно то, что это население было сконцентрировано в сельской местности: из почти 30 миллионов французов при Людовике XVI около 80 процентов жили в деревнях с населением 2000 или меньше, причем почти все остальное - в относительно небольших городах (с населением менее 50 000 человек).

Главным исключением, конечно, был Париж, в котором к 1789 году проживало около 600 000 человек. Лишь в нескольких других городах, особенно в Лионе, Бордо и Марселе, было более 100 000 жителей. Эти демографические данные оказали огромное влияние как внутри, так и за пределами Франции.

Вдобавок восемнадцатый век стал свидетелем вторжения капитализма в повседневную жизнь. Благодаря значительному расширению внешней торговли и долгосрочному развитию внутренней торговли денежная экономика продолжала расти.Хотя самодостаточность или местный обмен оставались преобладающим способом экономической жизни, эти вторжения капитализма начали вовлекать всех в ту или иную форму регионального и даже международного обмена.

На фоне этих широких экономических и демографических сдвигов повседневная жизнь в сельской местности оставалась почти такой же, особенно на небольших семейных фермах. Их владельцы и рабочие были известны как крестьяне, хотя значительно различались по достатку и положению. Некоторые могли утверждать, что «живут благородно», имея в виду, что они сдают свою землю в аренду другим людям для работы, но многие были поденщиками, отчаянно нуждающимися в работе в обмен на жилье и еду.В середине были другие, включая независимых фермеров, издольщиков и арендаторов. Историки подсчитали, что в неурожайные годы 90 процентов крестьян жили на уровне прожиточного минимума или ниже, зарабатывая лишь на то, чтобы прокормить свои семьи. Другие населяли сельскую местность, особенно небольшое количество знатных и неблагородных владельцев имений, по крайней мере выделявшихся своими жилищами. Следовательно, документы о жизни в деревне в это время отражают вездесущность бедности. Один из самых известных исследователей французской сельской местности конца восемнадцатого века, англичанин Артур Янг, считал эти небольшие фермы большой слабостью французского сельского хозяйства, особенно по сравнению с крупными коммерческими фермами, которые он знал дома.Другие, комментируя участь бедных крестьян до 1789 года, обвиняли напряженность между богатыми и бедными в огромных социальных различиях в стране.

Несмотря на то, что города были домом для богатых и средних, они были еще более неприятным местом для жизни, чем сельская местность. Ежедневно подвергаясь воздействию грязного воздуха и воды, городские жители могут рассчитывать на более короткую продолжительность жизни, чем их сельские собратья. Луи-Себастьян Мерсье, писатель, который обожал жизнь в Париже и много писал обо всех ее аспектах, часто сетовал не только на плохое здоровье городских рабочих, но и на строгие условия их занятости.Гильдии регулировали почти каждый сектор экономики и, таким образом, ограничивали число тех, кто мог войти в профессию в качестве ученика, стать подмастерьем или открыть мастерскую и розничный магазин в качестве мастера. Имея опыт, работник теоретически мог продвигаться вверх по социальной иерархии, но на практике такого восхождения было чрезвычайно трудно достичь, поскольку ограниченное количество мастерских в любой отрасли, как правило, передавалось внутри семьи. Таким образом, в некоторых профессиях и в некоторых городах подмастерье жаловались на то, что чувствуют себя ограниченными, и выражали большую солидарность со своими коллегами из других профессий, чем со своими хозяевами.

Хлеб был основным продуктом питания большинства городских жителей, поэтому резкое повышение цен было быстро ощутимо и вызвало громкие протесты на зерновых рынках или в местных пекарнях. Большинство людей направили свой гнев на поставщиков хлеба, а не на политические власти, хотя часто именно муниципальные и королевские власти пытались уменьшить дефицит и предотвратить такие протесты. В результате авторитет и популярность государственных чиновников стали связаны с функционированием рынков зерна и хлеба.

Помимо экономических различий, раннее современное французское общество было юридически стратифицировано по рождению. Три его традиционных подразделения, или «ордена», - это духовенство, знать и простые люди. Дворяне правили простолюдинами, но даже среди простолюдинов отдельные лица (например, должностные лица) или группы (например, конкретная гильдия или весь город) пользовались привилегиями, недоступными для посторонних. Поскольку эти привилегии передавались в основном по наследству, они имели тенденцию ограничивать социальную мобильность, хотя и не препятствовали этому, поскольку их также можно было купить или продать.Таким образом, отдельные лица и группы постоянно вели переговоры друг с другом и с короной о предоставлении больших и лучших привилегий. Несмотря на то, что эти привилегии крепко держали воображение восемнадцатого века, писатели Просвещения сочли их слишком укоренившимися в традициях и предложили, что талант заменяет рождение в качестве основного фактора, определяющего социальное положение. Они утверждали, что даже если они основаны на заслугах, социальные различия не должны определяться законом, как это было в порядках старого режима. Традиционалисты возражали, что иерархия социальных порядков необходима для сохранения единства общества.

Когда король созвал Генеральные штаты в 1789 году, социальная напряженность, преследовавшая старый режим, стала центральной проблемой революции. Традиционно представители сословий принадлежали к одному из трех сословий общества, и в принципе каждый орден имел равный голос перед королем. Однако, поскольку дворяне преобладали в духовенстве, большинство представителей на самом деле происходило из двух привилегированных орденов, хотя они составляли не более 5 процентов населения.Поскольку каждый избиратель фактически имел один голос в собрании, эта конфигурация позволяла дворянству два из трех голосов. Впоследствии король согласился удвоить размер делегации третьего сословия, но этот шаг не удовлетворил критиков политической системы. Появилось много брошюр, в которых предлагалось, чтобы представители голосовали «головой», а не «по порядку» (это означает, что все представители должны голосовать вместе как единое собрание, а не как три отдельных органа, представляющих три разных порядка).

Цель таких брошюр заключалась не только в том, чтобы завоевать большее представительство Третьего сословия. Их авторы отстаивали новую концепцию общества, в которой простолюдины, особенно образованный средний класс, имели такую ​​же ценность, как и другие сословия. Несмотря на социальные разногласия, окружавшие политические дебаты середины 1789 года, большинство современников страстно стремились к социальному единству. Это говорит о том, что социальные волнения не обязательно были основной причиной начала революции.В самом деле, возникает вопрос, мог ли боязнь дворянства потерять свои привилегии, а не напористость среднего класса, быть самым важным фактором в последовавших за этим событиях.

Далеко за пределами зала заседаний депутатов в Версале в деревне назревал еще один вид социальных волнений. Услышав о взятии Бастилии, крестьяне решили, что они тоже могут добиваться социальных изменений путем решительных действий. Летом 1789 года сотни тысяч людей мобилизовались для нападения на поместья лордов и уничтожения горьких символов сеньориализма: флюгеров, защитных стен и особенно имущественных документов, устанавливающих феодальные сборы, которые крестьяне должны были платить лорду.Когда новости об этих беспорядках в сельской местности достигли недавно переименованного Национального собрания в Париже, его депутаты, чувствуя давление, чтобы опережать события в сельской местности, ответили объявлением об «отмене феодализма». Их указы от 4 августа стали первым шагом к разрушению теоретической основы системы привилегий старого режима. В течение года собрание покончит с понятием дворянства, начав энергичную антиблагородную пропагандистскую кампанию в прессе.

Городские рабочие тоже нашли возможность выразить свое недовольство через выборы в Генеральные штаты. Выборы проводились в форме собраний по соседству, на которых участники коллективно назначали представителя и составляли cahiers de doléance (списки жалоб) для представления королю, который передавал их, чтобы направлять представителей. Многие из этих петиций выражали несогласие с привилегиями дворян и должностных лиц. Декреты Национального собрания от августа 1789 года против привилегий, которые были центральным элементом французского социального строя, несомненно, были восприняты народом с одобрением.

Однако при всей своей важности отмена привилегий не положила конец социальным конфликтам, лежавшим в основе революции. Вместо этого он положил начало новой системе социальных различий, закрепленной в новой конституции, представленной Национальным собранием. Наиболее заметным из них было различие между «активными» гражданами, которым было предоставлено полное право голосовать и занимать должности, и «пассивными» гражданами, которые подчинялись тем же законам, но не могли голосовать или занимать должности.Принадлежность к тому или иному классу определялась уровнем дохода, полом, расой, религией и профессией. С Законом Ле Шапелье 1791 года Национальное собрание еще больше отделило рабочих от владельцев собственности и запретило ассоциации рабочих как вредные для национального единства.

Национальное собрание, похоже, не желало предоставлять рабочим полное политическое и социальное участие в новом обществе. Одной из причин такого нежелания был широко распространенный страх перед дальнейшими беспорядками.Другой причиной было твердое убеждение представителей Просвещения в том, что только тем, кто имеет серьезные интересы в обществе, можно доверить использование разума или способность думать самостоятельно. Более того, многие революционеры, настроенные на реформы, утверждали, что основанные на экономике «комбинации», образованные рабочими, слишком напоминают корпоративные гильдии и будут посягать на свободу личности.

Какими бы ни были мотивы собрания, его действия встретили сильное сопротивление. Рабочие не были ненадежными или ретроградными традиционалистами, парировали они, но трудолюбивыми, незамысловатыми и честными гражданами, в отличие от слабых и «феминизированных» богатых.Называя себя без кюлотов, чтобы указать на то, что они носили брюки, а не галифе (символ роскоши), они прославляли прямое действие, силу, откровенность и патриотизм - идеалы, которые радикальные журналисты связывали с кустарной работой и считали недостатком только владения собственностью. Тот факт, что такие радикалы, как Элизе Лусталло, Жак Ру и Жак-Рене Эбер, были образованными людьми, не зарабатывающими себе на жизнь работой руками, заставил некоторых усомниться в том, выражают ли их обсуждения санкюлотов идеи, которых придерживаются сами рабочие.Более того, можно задаться вопросом, простирались ли взгляды, связанные с санкюлотами, далеко за пределы Парижа. Тем не менее, концепция санкюлота приобретала все большее политическое значение, потому что власть имущие видели в ней отражение подлинного рабочего человека. Таким образом, использование санкюлота в радикальной риторике привело современников к мысли, что богатые и бедные находились в конфликте на протяжении всей революции. Как это восприятие повлияло на ход революционных событий, можно увидеть на примере Гракха Бабефа.До революции Бабеф был агентом сеньоров, но после 1789 года его все больше привлекала идея социального и политического эгалитаризма. К 1795 году он руководил заговором, хотя его цели и планы оставались туманными. Тем не менее, политические власти беспокоились о классовой войне; они сочли его опасным эгалитарным революционером и арестовали. На суде Бабеф совершил вдохновляющую атаку на частную собственность и поддержал систему раздела собственности, которую многие считают предтечей социализма.

В сельской местности социальные расколы укоренились так же глубоко, как и в городах. Крестьяне в своих списках обид 1789 г. выражали враждебность к дворянским помещикам; и, как отмечалось ранее, эта враждебность усилилась после Дня взятия Бастилии. С июля по сентябрь 1789 года слухи о решениях Национального собрания и о народных восстаниях в Париже и других городах распространились по французской деревне. Ходили также слухи, что напуганные дворяне посылали группы вооруженных «разбойников» сжигать поля, красть урожай и атаковать деревни, чтобы подавить крестьянство в этот кризисный момент.Подстрекаемые тем, что стало известно как «великий страх», крестьяне в различных регионах Франции взяли дело в свои руки, сформировав вооруженные группы для защиты своих полей и своих деревень. Декреты от 4 августа, в значительной степени ответившие на этот переворот, сначала успокоили сельскую местность и вскоре укрепили крестьян на стороне революционного дела.

Подобно рабочим и мелким владельцам собственности в городах, крестьяне подвергали сомнению соглашение, достигнутое Национальным собранием в 1791 году. Однако, в отличие от парижских ремесленников, которые начали настаивать на более далеко идущей революции в 1792–1994 годах, большое количество земледельцев жаждали восстановления стабильности в своих деревнях.Но это казалось маловероятной возможностью, поскольку Революция и ее войны расширялись.

Для крестьянства главной причиной нестабильности во время революции была Гражданская конституция духовенства 1790 года. Гражданская конституция, как и сама революция, возникла в результате финансового кризиса, унаследованного Национальным собранием от короны. Нуждаясь в значительных доходах, собрание нацелилось на церковные земли, которые составляли 10 процентов всего земельного богатства во Франции. Законодательный орган лишил церковь ее собственности и взамен взял на себя ее расходы и управление.Революционеры, проникшиеся критикой католической религии со стороны Просвещения, подозревали епископов и архиепископов в сопротивлении любым переменам. Чтобы гарантировать лояльность приходских священников, собрание (в чьей работе теперь священники) добавило в Гражданскую конституцию требование о том, чтобы все духовенство приносило присягу на верность нации. Однако почти половина отказалась это сделать. Поскольку большинство «непокорных священников» (тех, кто отказался от присяги) жили в сельской местности, Гражданская конституция, призванная содействовать национальному единству и не допустить, чтобы религия стала источником сопротивления революции, вместо этого вызвала значительное недовольство среди крестьян.Это негодование усилилось с указом от 9 марта 1792 года, разрешающим конфискацию зерна для предотвращения «накопления». В главе 7 показано, как эта ранняя враждебность переросла в вооруженную контрреволюцию.

Таким образом, и в городах, и в сельской местности казалось, что революция не принесла ожидаемых результатов. Вместо того, чтобы принести единство и быстрое политическое решение вопросов 1789 года, как это было задумано ее создателями, революция вызвала новые конфликты. Что произошло? Неужели революционеры ожидали слишком многого? Была ли вина на новой политической элите, потому что они исключили низшие классы из оптимистичных перспектив перемен? Или лидеры, несмотря на свою приверженность социальному равенству, сочли невозможным избежать превращения частной собственности (и разницы в богатстве, которое она неизбежно порождает) краеугольным камнем нового общества? События 1790-х годов не приблизили Францию ​​к определению того, как и можно ли добиться социального равенства с помощью политических мер.Сама эта проблема продолжает беспокоить современное общество еще долгое время после того, как социальные стрессы 1789 года растворились в свалке истории. Действительно, он остается одним из самых ярких наследий Французской революции.

Длинные и короткие причины, по которым в 1789 году во Франции разразилась революция

Историки определили множество причин Французской революции, как долгосрочных, так и краткосрочных. Ранние роялистские и клерикальные интерпретации революции рассматривали ее как заговор, организованный философами эпохи Просвещения .С конца XIX века объяснения, основанные на теориях Карла Маркса, стали доминирующими. В этом прочтении революция явилась результатом борьбы за власть между старой феодальной знатью, статус которой был основан на владении землей, и буржуазией, которая приобрела богатство посредством торговли, финансов и профессий. В 1789 году буржуазия объединилась с крестьянством и городскими рабочими классами, чтобы начать революцию.

После 1945 года марксистская интерпретация Французской революции подвергалась все большему сомнению.Критики отмечали, что среди тех, кто требовал реформы в 1789 году, было много дворян. Более того, различие между дворянином и простолюдином не было столь четким, как предполагалось ранее. Дворяне также были вовлечены в торговлю и финансы, в то время как многие богатые буржуа приобрели патенты дворянства. Действительно, французское дворянство было относительно открытым, и богатые простолюдины купили и поженили свой путь к социальной мобильности. Таким образом, экономический и социальный статус оказался плохим ориентиром для политического поведения, а идея монолитных «классов», преследующих собственные экономические интересы, становилась все более несостоятельной.

Эта критика все больше и больше побуждала историков отходить от социальных и экономических причин как объяснений революции. Вместо этого они сосредоточились на той роли, которую политические и культурные причины сыграли в разжигании революции. Было выявлено появление революционной политической культуры. Эта культура выражалась в увеличивающемся количестве журналов, газет, брошюр и книг и нашла форум в кофейнях, салонах, обществах и клубах. Эти ревизионистские интерпретации утверждали, что именно эта культура и вызвала события 1789 года.

В послевоенный период также наблюдался интерес к революционному сдвигу, который охватил группы, на которые раньше не обращали внимания. Распространение феминизма второй и третьей волны привело к большему интересу к роли женщин во Французской революции. Также был больший интерес к событиям за пределами Парижа и во Французской империи.

В последнее десятилетие «ревизионистские» описания революции, делающие упор на политику и культуру, сами подверглись сомнению. Возникали вопросы о том, как политические идеи воплотились в конкретные действия на улицах Парижа? Как революционная политическая культура могла мобилизовать крестьянство и городскую бедноту? Некоторые историки утверждали, что необходимо пересмотреть социальные причины революции.Как культурные и политические события, выявленные историками-ревизионистами, взаимодействовали с социальными и экономическими изменениями, пережитыми французским населением в целом?

Тем не менее историки признают, что революция была вызвана множеством факторов. В оставшейся части этого эссе будет представлен обзор этих факторов.

La Grande Nation: Франция как великая держава

На первый взгляд Франция восемнадцатого века была локомотивом Европы.Это была передовая из пяти великих европейских держав (Франция, Великобритания, Австрия, Россия и Пруссия). Это было самое большое государство в Западной Европе. Более того, его население составляло почти 28 миллионов человек, что делало его самым густонаселенным государством в Европе после России.

Франция также имела колониальную империю в Карибском бассейне и форпосты в других местах. Его колониальные владения были не такими обширными, как у британцев, но к 1780-м годам они составляли самую богатую колонию в мире в Сен-Доминго (позднее Гаити).В 1780 году Сен-Доминг поставлял половину мирового экспорта кофе и сахара и приносил вдвое больше доходов, чем самая богатая колония Испании, Мексика. В конце 1780-х годов Франция отправила в Индию больше торговых судов, чем Великобритания, а с 1787 по 1791 год даже отправила из Африки больше рабов, чем британцы.

Таким образом, наиболее динамичным сектором экономики Франции была торговля рабами / сахаром, которая осуществлялась из атлантических портов Нанта и Бордо. Однако в восемнадцатом веке расширились и другие области экономики.В бассейне Парижа распространилось коммерческое земледелие, в то время как Лион оставался центром банковского дела и торговли шелком.

К 1789 году ВВП Франции в три раза превышал ВВП Великобритании. Его большое население и активная колониальная торговля обеспечивали потенциально большую налоговую базу, с помощью которой Франция могла финансировать свои вооруженные силы. Как следствие, Франция могла похвастаться самой крупной европейской армией и мощным флотом. Сила этих вооруженных сил была проиллюстрирована важнейшим помощником, который Франция предоставила американским революционерам в их борьбе против британцев во время американской войны за независимость.

Помимо военной мощи, Франция также пользовалась большой «мягкой силой». Французский был вторым языком образованных в большей части Европы. Французские формы в литературе, театре, моде и кухне оказали большое влияние. Французские философы и писатели, такие как Монтескье, Вольтер и Дидро, также сыграли важную роль в Просвещении XVIII века.

Слабые стороны французского государства восемнадцатого века

Однако, несмотря на преимущества, французское государство страдало от нескольких структурных недостатков, которые противоречили его статусу великой державы.Во-первых, на протяжении XVIII века Франция страдала от финансовых проблем. Дворянство пользовалось многими налоговыми льготами. Например, они были освобождены от уплаты основного земельного налога taille . Католическая церковь, которой принадлежала десятая часть земли во Франции, была полностью освобождена от этого налога. Вместо этого Церковь договорилась с Короной о предоставлении дона безвозмездного (бесплатный подарок) вместо налогообложения. Вследствие этого налоговое бремя непропорционально легло на тех, кто меньше всего мог его нести, - на крестьянство.От трети до половины дохода крестьянина выкачивали за счет сеньорских сборов, церковной десятины и налогов. Более того, 56% налогового бремени приходилось также на земельную собственность, наименее динамичный сектор экономики.

Во-вторых, в XVIII веке были предприняты многочисленные попытки реформировать налоговую систему и экономику, но все они потерпели неудачу из-за сопротивления дворянства и парламентов. Сопротивлению способствовала широко распространенная система продажности, согласно которой богатые люди могли покупать определенные государственные должности, такие как места в парламенте .В семнадцатом веке такая практика обеспечивала корону денежным потоком в краткосрочной перспективе, но также означала, что было трудно увольнять государственных чиновников без вознаграждения. Парламент , , суды, ответственные за регистрацию королевских указов, чтобы они могли стать законом, в частности, стали центрами сопротивления королевской власти и попыток реформирования налоговой системы.

В-третьих, хотя части французской экономики, такие как колониальная торговля, процветали, экономическому развитию в других местах препятствовали гильдейские ограничения, внутренние таможенные барьеры и сборы.Поэтому развитие обрабатывающих производств и ранних промышленных предприятий отставало от других стран, таких как Великобритания. Хотя были внедрены новые культуры и сельскохозяйственные методы, такие как картофель и севооборот, они медленно распространились по Франции. Серия неурожаев в 1770-х и в конце 1780-х годов привела к росту цен на продукты питания, бедности и лишению больших слоев населения.

В-четвертых, французские структуры администрации и управления не были единообразными.Французское государство расширилось с раннего средневековья за счет смешанного процесса завоеваний, брака и наследования. В результате кодексы законов различались в разных регионах и провинциях. На выборах pays d’états региональных автономий были подчинены короне, но на выборах pays d’états продолжали существовать провинциальных поместий. Некоторые регионы пользовались особыми привилегиями. Бретань, например, была освобождена от непопулярного налога на соль - gabelle . Юрисдикция тринадцати парламентов также широко варьировалась.Например, parlement Парижа охватывал около трети Франции, но остальные охватывали гораздо меньшие территории. Сложность этой системы препятствовала попыткам реформирования.

В-пятых, демографические и социальные изменения также создали свои собственные проблемы. Рост населения и широко распространенная система долевого наследования, согласно которой земля делилась между сыновьями, создали давление на сельскохозяйственные угодья. Некоторым крестьянам удалось приобрести обширные участки земли и добиться значительного процветания, но гораздо больший сегмент вёл более рискованное существование.Около половины крестьянства были безземельными или обрабатывали небольшой участок. Плохой урожай может иметь разрушительные последствия для этих общин.

Стагнация сельскохозяйственного производства и рост инфляции еще больше подорвали покупательную способность крестьянства. По мере того, как цены на хлеб росли, а реальная заработная плата падала, все большая часть доходов бедных направлялась на пропитание. Это подорвало спрос на промышленные товары, что, в свою очередь, отрицательно сказалось на текстильной и других отраслях.В Труа, например, около 10 000 текстильных рабочих к 1788 году не имели работы.

Процесс поляризации был очевиден и на другом конце социальной шкалы. Дворянство доминировало в высших эшелонах католической церкви, но приходские священники были относительно бедны. Они также были более тесно связаны с местными крестьянскими и городскими общинами.

Между тем традиционная знать часто возмущалась вступлением богатых простолюдинов в ряды аристократии.Это было особенно характерно для старой знати, «мечущей», многие из которых видели ухудшение своего состояния за последнее столетие. Между тем повышение арендной платы за землю означало, что аристократы с более крупными поместьями стали меньше зависеть от королевских назначений, синекур и пенсий, чем это было в семнадцатом и начале восемнадцатого веков.

Неспособность реформировать налогообложение означала, что, хотя Франция была богатой страной, короне приходилось все чаще прибегать к займам для покрытия своих расходов.Что еще хуже, затраты на ведение войны в восемнадцатом веке экспоненциально росли по мере расширения глобальных обязательств Франции.

Военные и дипломатические поражения

Франция пережила серию военных и дипломатических неудач во второй половине восемнадцатого века. В 1756 году в ходе так называемой «дипломатической революции» Франция разорвала союз с Пруссией и объединилась со своим традиционным соперником Австрией. Между 1756 и 1763 годами он сражался как с Британией, так и с Пруссией в Семилетней войне в Европе.Одновременно она находилась в состоянии войны с Великобританией и ее колониями в Северной Америке во время войны между Францией и Индией, в то время как войну по доверенности вели французская и английская Ост-Индские компании в Индии.

Франция потерпела серьезные поражения на всех фронтах в этом первом глобальном конфликте. Британцы завоевали Новую Францию, чтобы создать колонию Канады. Влияние Французской Ост-Индской компании в Индии было значительно уменьшено, и Британия стала доминировать на субконтиненте. Тем временем в Европе французская армия была унижена Фридрихом Великим и пруссаками в битве при Россбахе в 1757 году.Наполеон Бонапарт позже будет утверждать, что революция началась в 1757 году, когда Пруссия смирила военную мощь Бурбонов.

Франция добилась большего военного успеха в 1780-х годах, когда она объединилась с американскими повстанцами против британской короны. Однако надежды короля Людовика XVI на то, что этот союз приведет к преимущественной торговле правами после войны, были разбиты, поскольку новая Американская республика возобновила свои торговые связи с Великобританией.

Участие Франции в Семилетней войне и Войне за независимость США существенно увеличило долги государства.Жак Неккер, министр финансов с 1777 по 1781 год, в основном финансировал военные усилия Франции за счет займов. В результате к 1789 году государственный долг увеличился до 8–12 миллиардов ливров. На обслуживание этого долга уходит все большая часть государственных доходов. Более того, опасения по поводу кредитоспособности Франции означали, что ссуды можно было получить только под более высокие процентные ставки.

Фискальные и дипломатические проблемы сошлись воедино в 1787 году. Международный престиж монархии был подорван, когда она не могла вмешаться в конфликт между республиканскими и оранжистскими силами в соседних Соединенных провинциях из-за нехватки средств.

Просвещение и рост общественной сферы

Участие французов в войне за независимость Америки имело не только финансовые последствия. Американские повстанцы сражались под лозунгом «никаких налогов без представительства». Однако французские офицеры и солдаты не пользовались теми политическими правами, за которые боролись их американские союзники. Несоответствие абсолютной монархии, сражающейся в защиту республики, основанной на всеобщем избирательном праве мужчин (за исключением рабов), не осталось незамеченным многими комментаторами во Франции и Европе.Маркиз де Лафайет, служивший вместе с Джорджем Вашингтоном, стал героем по обе стороны Атлантики. Декларация независимости вдохновила потенциальных реформаторов и революционеров во Франции. Действительно, Декларация независимости послужит образцом для Декларации прав человека и гражданина 1789 года.

Дебаты о внутриполитической реформе велись на страницах периодических изданий, книг, брошюр и журналов, которые в XVIII веке росли как грибы.Повышение уровня грамотности означало увеличение аудитории для письменного слова. Некоторые историки, такие как Рольф Энгельсинг, утверждали, что Европа восемнадцатого века также стала свидетелем «революции чтения». Грамотные стали читать больше, чем читать и перечитывать небольшое количество произведений, например Библию. Этот аргумент был поставлен под сомнение. Библия и другие религиозные сочинения оставались очень популярными. Однако количество книг, изданных в Европе, в XVIII веке действительно росло экспоненциально.Корона использовала систему цензуры, и противоречивые произведения, такие как « философских словечек » и «Философские слова » Вольтера, были сожжены. Однако запрещенные произведения контрабандным путем переправлялись через границу из Австрийских Нидерландов и Голландской Республики, режимов с более либеральным отношением к публикации.

Этот яркий литературный мир имел решающее значение для распространения общественной сферы. Термин был введен немецким философом Юргеном Хабермасом и описывает социальное пространство, в котором формировалось общественное мнение.Развитию публичной сферы также способствовало распространение кофеен. К 1789 году в Париже было 1600 кафе. Они часто предлагали газеты и периодические издания для чтения, а также еду и напитки. Таким образом, они были пространством, где идеи могли распространяться и обсуждаться. В салоне, который обычно устраивает аристократка, был подобный форум для обсуждения, хотя и более эксклюзивный, чем в кафе. Масонские ложи также распространились в восемнадцатом веке и обеспечивали сеть для распространения идей.

Идеи политических и социальных реформ были сформулированы в литературе и в общественной сфере. В 1748 году Монтескье Дух законов определил три различных формы правления - монархическое, республиканское и деспотическое - и выступил за разделение судебной, законодательной и исполнительной власти. Вольтер хвалил конституционную монархию Англии своим « философских слов» , в то время как Руссо прославлял республиканские ценности. Иностранные философы, особенно работы Джона Локка, также оказали влияние.Все эти интеллектуальные течения подпитывали интеллектуальное брожение накануне Французской революции и глубоко повлияли на отношение депутатов Национального собрания.

Публичная сфера, однако, не ограничивалась возвышенным обсуждением политических реформ и социальных вопросов. Некоторые историки указывают на рост политизированного порнографии в позднее восемнадцатого века. В большей части этой литературы фигурировали люди, занимающие руководящие должности, например, священнослужители и ведущие аристократические государственные деятели.Сама королевская семья также была предметом такого письма. Королева Мария-Антуанетта была особым объектом клеветы и сатиры. Как принцесса Габсбургов, она была связана с провальным австрийским союзом во время Семилетней войны. Она и Людовик XVI также не смогли произвести на свет наследника мужского пола до октября 1781 года, через одиннадцать лет после их брака. Клевета обвиняла Марию-Антуанетту в упадке, распущенности, супружеской неверности и гомосексуализме.

Репутация Марии-Антуанетты была запятнана «делом бриллиантового ожерелья».В 1785 году кардинал де Рохан был обманут и купил бриллиантовое ожерелье, чтобы снискать расположение королевы. Мошенники, однако, украли ожерелье. Королева не имела ничего общего с «делом», но было широко распространено мнение, что она поручила Рохану купить украшения. «Дело» произошло на фоне неурожая и усугубляющихся лишений бедняков. Экстравагантность украшений укрепила имидж королевы как расточительницы, более заинтересованной в собственной роскоши, чем в благополучии Франции.

Такие оскорбления, возможно, не привели непосредственно к падению монарха, тем не менее они подорвали величие и престиж Бурбонов.

Конституционный кризис

В 1787 году министр финансов Франции Калонн представил королю пакет экономических реформ, направленных на решение финансовых проблем Франции. Калонн понимал, что для того, чтобы эти реформы стали эффективными, потребуется время. Чтобы удовлетворить срочную потребность короны в деньгах, Калонн предложил королю созвать Совет знати для одобрения реформ.Это убедило бы кредиторов в платежеспособности французского государства и позволило бы ему занимать больше денег с более высокими процентными ставками.

Совет знати, однако, отказался одобрить экономические реформы Калонны. Во главе с герцогом Орлеанским, двоюродным братом Людовика XVI, знатные люди требовали политических реформ в качестве платы за согласие. Людовик XVI распустил Совет, и Калон был распущен. Бриенна, пришедшая на смену Калонне, пыталась провести реформы через Parlement Парижа. Парламент отказался зарегистрировать реформы, а также потребовал политических изменений. Луи ответил, сославшись на Parlement . Возникли ожесточенные политические дебаты, когда Parlement изобразил себя центром сопротивления королевскому деспотизму.

Бриенна была уволена и заменена Неккером. Неккер убедил короля вызвать Генеральные штаты, чтобы выйти из политического тупика. Генеральные штаты, однако, не встречались с 1614 года и представляли средневековый взгляд на то, как функционирует общество.Он был разделен на три поместья. Первые представляли духовенство, вторые - дворянство, а третьи охватывали массы общества в обществе. В каждом сословии проводились собственные выборы, которые сопровождались составлением списков жалоб, так называемых cahiers de doleances , которые депутаты должны были представить королю.

Изначально каждое сословие должно было иметь одинаковое количество депутатов, но кампания по памфлету перед выборами вынудила короля неохотно согласиться удвоить количество депутатов от третьего сословия.Ключевым произведением в дискуссии стал манифест «Что такое третье сословие?». , написанное аббатом Эммануэлем Сийесом, в котором он спрашивает: «Что такое третье сословие? Ничего такого. Кем хочет быть? Все'.

В 330 сильных Первых сословиях доминировали депутаты, набранные из приходского духовенства, в то время как старое «меченосное» дворянство составляло большинство во втором сословии. Около двух третей депутатов, проголосовавших за третьи сословия, были профессионалы, юристы, нотариусы или судьи, имевшие опыт публичных дебатов и ораторского искусства.

Каждое сословие проголосовало блоком. Таким образом, у Первого и Второго сословий еще оставалась возможность объединиться, чтобы заблокировать предложения Третьего. Это оказалось рецептом политического тупика. В то время как либерально настроенные дворяне хотели работать с третьим сословием, их консервативные коллеги отказывались отказываться от голосования по блокам и настаивали на защите своего социального статуса. Депутаты третьего сословия призвали первое и второе сословия объединиться с ними для обсуждения и совместного голосования, но их проигнорировали.Наконец, 10 июня Сийес предложил Третьему сословию действовать в одностороннем порядке. 12 и 19 июня несколько священников покинули Первое сословие и присоединились к Третьему. Третье сословие, больше не являющееся представителем одних лишь простых людей, проголосовало 17 июня за то, чтобы расположить себя в Национальном собрании.

Король попытался восстановить контроль над Третьим сословием, заблокировав его обычное место встреч в Версальском дворце 20 июня. Депутаты собрались на королевском теннисном корте и поклялись не распускаться, пока они не предоставят Франции письменную конституцию.Эта клятва теннисного корта была прямым вызовом авторитету короля. Теперь в Национальное собрание вошло больше депутатов от Первого и Второго сословий. 23 июня Людовик XVI приказал, чтобы Поместье собралось отдельно, но его проигнорировали. Граф де Мирабо, дворянин, избранный в третье сословие, объявил: «Мы не уступим свои места иначе, как силой штыков». Наконец, 27 июня Людовик XVI, опасаясь народных волнений, приказал оставшимся депутатам Первого и Второго сословий присоединиться к Национальному собранию.Сила и авторитет короля были сильно подорваны.

Падение Бастилии и октябрьские дни

В июле, однако, Людовик XVI, похоже, изменил курс. 26 июня был отдан приказ полкам двинуться на Версаль и Париж, в то время как гарнизон Бастилии был усилен. Между тем 12 июля Людовик XVI сместил Неккера с поста министра финансов.

Новости об увольнении Неккера и концентрации войск вызвали в Париже смесь страха и гнева.Разъяренная толпа собралась во Дворце Рояль, чтобы протестовать против увольнения Неккера. Здесь адвокат, ставший радикальным журналистом, Камиль Десмулен, обратился к толпе и выступил за восстание. В зеленых ленточках - цвете, ассоциирующемся со свободой - толпа обыскивала гауптвахты в поисках оружия и склады в поисках еды. Что особенно важно, французские гвардейцы отказались вмешиваться, и многие вместо этого присоединились к толпе. 14 июля внимание обратилось на Бастилию. Бастилия была тюрьмой, но, что более важно, это был еще и арсенал.Толпа, осаждающая Бастилию, была больше заинтересована в захвате оружия и боеприпасов, хранившихся там, чем в освобождении заключенных. Губернатор барон де Лоне сначала отказался сдавать крепость и открыл огонь по толпе. После некоторых боев Бастилия была сдана. Де Лоне был зарезан, обезглавлен, а его голова была выставлена ​​напоказ. Столица была в руках революционеров.

Людовик XVI, тем временем, был предупрежден своими генералами, что его солдаты ненадежны и не могут разогнать толпы в Париже.Луи был вынужден приказать своим полкам отступить и отозвал Неккера 16 июля. 17 июля он посетил Париж с Национальным собранием. В ратуше ему вручили трехцветную кокарду, в которой смешались красный и синий цвета города Парижа с белым цветом монарха Бурбонов.

Хотя на какое-то время в Париже было спокойно, волнения распространились на провинцию и сельскую местность. Национальное собрание приняло ряд законов, чтобы обеспечить стабильность. 4 августа дворянские депутаты наперебой отказались от своих благородных привилегий.11 августа Собрание объявило об уничтожении «феодального режима». Также была отменена церковная десятина, решение, которое посеет семена для более поздней радикализации революции и кровавого конфликта.

Самый известный факт, 26 августа Ассамблея одобрила 17 статей Декларации прав человека и гражданина. Этот документ должен был иметь длительное влияние. И Всеобщая декларация прав человека ООН (1948 г.), и Европейская конвенция о правах человека (1953 г.) основывались на содержании и даже формулировке этого более раннего документа.

Несмотря на эти реформы, Национальное собрание изо всех сил старалось поддерживать порядок в Париже. После непродолжительного периода стабильности цены на хлеб снова начали расти, что вызвало растущее недовольство. В то же время король высказал оговорки по поводу Декларации прав человека. До Парижа дошли слухи о банкете, устроенном Королевским телохранителем в честь королевской семьи, на котором была растоптана трехцветная кокарда.

5 октября рыночные женщины собрались у мэрии, чтобы потребовать принятия мер по снижению цен на хлеб.Возможно, организованная герцогом Орлеанским и графом де Мирабо, вооруженная толпа отправилась в Версаль, чтобы довести свои доводы до сведения Национального собрания. Депутация встретилась с королем, чтобы потребовать принятия мер в отношении цен. 6 октября небольшая группа протестующих ворвалась во дворец и вторглась в апартаменты королевы. Мария-Антуанетта сбежала как раз вовремя, но Лафайет, теперь командующий Национальной гвардией, убедил королевскую семью, что толпа разойдется, только если к ней обратиться напрямую. Королевская семья обратилась к толпе с балкона, но толпа потребовала, чтобы они вернулись с ними в Париж.Его авторитет рушился, Людовику XVI ничего не оставалось, как уступить. Король, его семья и Национальное собрание вернулись в Париж, где жители города могли наблюдать за ними и оказывать на них влияние.

Заключение

Так называемые Октябрьские дни ознаменовали конец того, что часто называют «либеральной» фазой Французской революции. После этого революция будет характеризоваться растущим уровнем насилия и фракционности. Французская революция была вызвана множеством причин.Франция не была уникальной страной, столкнувшейся с тяжелыми экономическими, социальными и политическими условиями в последней четверти восемнадцатого века. Все европейские государства столкнулись с похожими проблемами. Британия столкнулась с восстанием в Америке. Голландская республика имела собственное революционное движение. Крестьянские восстания были и в Центральной Европе. Однако именно совокупность этих вызовов во Франции привела к революции. Где делать акцент, будь то возникновение определенной политической культуры или поляризация общества из-за демографических и экономических изменений, остается в центре дискуссии сегодня.

Интеллектуальная история и причины Французской революции | Журнал социальной истории

Аннотация

С момента начала Французской революции в 1789 году историки, политики и даже заинтересованная публика считали, что причиной этого переворота являются радикальные идеи. Отодвинутые на задний план социальными объяснениями, особенно в первые две трети двадцатого века, интеллектуальные отчеты вновь обрели известность, поскольку недавние исследования подтвердили, что идеи имеют значение.Но какие идеи? Это эссе сосредоточено на тех идеях, которые стали очевидными во время и в период начала революции 1788–1789 годов. В этот период новая волна исследований подчеркивает не идею равенства, а скорее исторические права и патриотизм. В этих отчетах представления о естественном праве в эпоху Просвещения послужили основным оправданием радикализации революции в течение десятилетия. Помимо патриотизма и прав, это эссе также исследует другие конкурирующие дискурсы, особенно те, которые бросают вызов церкви.

Многие истории Французской революции, начиная с тех, что были написаны в ту эпоху, почти аксиоматически предполагали, что идеи философов явились причиной «наступления» события. 1 По мере того как социальные и другие историки подрывали эту теорию, историки-интеллектуалы двигались в новых направлениях, особенно в направлении социальной истории идей. Наиболее заметно, в 1960-х годах, Дарнтон и Франсуа Furet показало, как подрывные (даже если на самом деле не революционные идеи) просочилась в политическую культуру посредством порнографии и пористых государственных границ. 2 Юрген Хабермас расширил это видение, заявив, что во Франции возникла «публичная сфера», которая допускает подрывные идеи и практики в различных средах, таких как масонство, растущая периодическая пресса и научные общества. 3 Тем не менее, немногие ученые заявляли о прямой связи между этими идеями и революцией.

Тем не менее, научный интерес к идеям радикально обострился после публикации в 1978 году книги Франсуа Фюре « Penser la Revolution française », которая открыла новый подход к интеллектуальной истории. 4 Первая половина книги подвергала критике марксистское объяснение революции, которое Фюре назвал «катехизисом» с классовой борьбой в его абсолютном и неизменном центре. Марксисты двадцатого века, которые отстаивали эту точку зрения, считали себя очевидными наследниками основания Французской республики, но Фюре отверг марксистскую интерпретацию как чистую выдумку.

Отодвинув классовый конфликт как центральную движущую силу Революции, Фюре лаконично изложил свою собственную теорию, согласно которой даже до 1789 года монархия была беззубой.В этот вакуум власти поплыли «Общественный договор » Руссо - трактат, настолько мощный, что его послание затмило другие идеологии и установило мощную логику - абсолютное господство народного суверенитета. Тем не менее, для активизации народного суверенитета требовался защитник, человек, который мог бы утверждать, что воплощает волю народа. Робеспьер превосходно справился с этой ролью, но он также создал потенциал индивидуальной тирании, гораздо более могущественный, чем власть короля, чья власть была присуща его телу, но, конечно, не представляла Францию ​​миллионов людей.Из этого рокового изъяна в конечном итоге последовал Комитет общественной безопасности и террора. Теория Фюре была новинкой: сведя революцию к террору и возложив вину за все это на логику народного суверенитета, унаследованную от Руссо, он напрямую связал философа с революцией. Подход Фюре, резко выраженный как критика революции, так и научный подход, был более конкретным, чем те, которые в более общем плане связывали Просвещение с революцией.

Хотя интерпретация Фюре во многом вытеснила марксистские и более традиционные интеллектуальные интерпретации, она подверглась критике со стороны ученых, которые утверждали, что слава Руссо возникла в гораздо большей степени из его сентиментальных писаний, чем из общественного договора .Однако совсем недавно некоторые ученые возродили влияние Руссо. 5 Тем не менее, Фюре не дал никаких объяснений принятия революционерами идей Руссо, кроме политического вакуума и строгой логики, проистекающей из убеждения Руссо в том, что равенству нет границ. Как эти конкретные идеи могут повлиять на мировоззрение населения?

Кейт Бейкер сформулировал параллельное, но иное объяснение принятия революционной идеологии. 6 Он выдвинул абстрактную концепцию, согласно которой каждый человек живет в среде с дискурсами - идеальными ресурсами - которые борются за внимание.Столкнувшись с этим выбором, люди довольно бессознательно подбирают и собирают понятия, которые обеспечивают конкретные решения материальных проблем. В 1789 году, когда возникло множество проблем со стороны правительства, элита - особенно недовольная элита - приняла три несколько разрозненных дискурса, чтобы сформулировать свой ответ. Бейкер обозначил эти три языка как справедливость (противостояние деспотизму), разум (противостояние политическим взглядам, принятым из-за их древности) и волю (право воплощать просвещенные концепции). Дискурс воли приблизил представление Фюре о роли равенства и народного суверенитета.Однако Бейкер отошел от понимания Фюре того, как работает идеология, приняв более сложное объяснение создания революционной идеологии, которое включало как случайность, так и соответствие материальным условиям. Тем не менее Фюре и Бейкер в целом согласились с важной ролью идей или, точнее, культурных изменений как логики революции. 7

Продолжение работы Кейта Бейкера, который теперь сотрудничает с Дэном Эдельштейном, остается весьма заметным, отчасти благодаря впечатляющему развитию Стэнфордского цифрового архива. 8 Архитектура веб-сайта проистекает из приоритетов Эдельштейна и Бейкера, которые отражают их собственное понимание истоков революции. Теперь, с цифровым набором инструментов двадцать первого века, Бейкер, Эдельштейн и другие в Стэнфорде наблюдают за технологами, которые могут создавать алгоритмы, которые помогают ученым открывать словесные ассоциации, строительные блоки политического дискурса, в гораздо большем масштабе, чем это было возможно. даже несколько лет назад. Еще более важной в расширении их взглядов на силу идей была их новая книга « Scripting Revolution », во введении которой уверенно утверждается, что революция принимает такую ​​форму только после того, как ее называют революцией.На практике эта теория подразумевает, что Французская революция на самом деле началась не после выборов и взятия Бастилии в 1789 году, а только началась позже в том же году, когда периодическое издание Луи-Мари Прюдомм Révolutions de Paris опубликовало современную историю событий. это сделало их революционными. Хотя эссе Бейкера об использовании термина «революция» в восемнадцатом веке указывало на необходимость обозначения или «написания сценария», он утверждал этот более сильный аргумент после того, как Пьер Рета указал на эссе Прюдомма.Но то, что Рета начал в довольно малоизвестной статье (которую Бейкер тщательно признал и доверил), Бейкер решительно воспринял и применил ко всем последующим революциям. Короче говоря, события требовали ярлыка; затем ярлык «революция» определял последующие действия. 9

Несмотря на значительные достижения Фюре и Бейкера в переосмыслении интеллектуальных истоков революции, новая парадигма - классический республиканизм - оказала значительное влияние с 2000 года, по крайней мере, в англоязычном крыле этой области.Мне кажется, Бейкер вряд ли стал бы это оспаривать, поскольку сходство между новым понятием и его собственными аргументами весьма велико. Фактически, он и его бывший ученик Джонсон Кент Райт много сделали, чтобы представить эту точку зрения для объяснения Французской революции. 10 Ни они, ни кто-либо еще не дали стандартного определения классического республиканизма. Для целей этого эссе можно утверждать, что сущность этого термина заключается в греческой и римской защите добродетели и личной свободы от империи.В восемнадцатом веке, согласно этой точке зрения, сопротивление упало на благородство, которое, движимое честью, защищало население, которое само руководствовалось только интересами и в значительной степени не способным вступить в эту необходимую битву.

Возвышение классического республиканизма в описаниях событий 1788–1789 годов привело к тому, что акцент на естественных правах (который Бейкер связывает с языком «воли») был перенесен на последующую радикализацию Революции. Но эти отношения так и не были окончательно урегулированы, поскольку Общественный договор № Руссо защищал как республиканизм, так и естественные права.Более того, сторонники классического республиканизма также обращали внимание на равенство, хотя они воспринимали его больше как облагораживание всех, а не уравнивание. Короче говоря, равенство, рожденное естественным правом, было сведено к минимуму в 1788–89. На начальном этапе революционной борьбы, движимой классическим республиканизмом, оказалось, что на начальном этапе трудно было согласовать равенство последовательно, а тем более осознать. 11

Стоит отметить в стороне предвидение двух канонических работ предыдущего поколения ученых.Питер Гей ясно осознавал интерес философов к древним, но сосредоточил внимание на их взглядах, критиковавших религию, в то время как «промежуточные тела» Роберта Р. Палмера согласуются с сопротивлением элит, хотя он явно представлял себе социальную элиту шире, чем благородство классической элиты. республиканизм. 12

Доказательством того, насколько широк был охват классическим республиканизмом в качестве объяснения революции, являются два выдающихся исследования в связанных областях фискальной политики и экономики.В книге Джона Шовлина Политическая экономия добродетели подробно описаны дебаты, начавшиеся в 1740-х годах между теми, кто предпочитал «добродетельных» мелких производителей более богатым паразитическим эшелонам общества. 13 Его исследование изображает битву между производителями, с одной стороны, и финансистами, и теми, кто комфортно, с другой. Современники считали, что роскошь и прибыль происходят от эксплуатации честных рабочих. Шовлин прослеживает это разделение на протяжении десятилетий восемнадцатого века; хотя позиции менялись, богатые и угнетенные оставались противниками.Безусловно, автор иногда прибегает к причудливой работе ног, поскольку некоторые виды предпринимательской деятельности, отказавшиеся от богатых и принятые бедными, по-видимому, превращаются из презренной в почетную просто в силу того, кто выполнял эту работу. Он хвалит прибыль, хорошо заработанную руками бедных, и нападает на нее, когда ее получателями становятся богатые.

Во время революционного кризиса, утверждает Шовлин, защитники крестьянства и рабочих взяли верх. Решая проблему дефицита, их представители пришли к выводу, что частичные реформы не годятся и проблема, по сути, заключается в излишестве.В центре этой атаки был Мирабо, который утверждал, что «спекуляция создает ложное богатство, которое подрывает реальные источники богатства в сельском хозяйстве и торговле». 14 Далее, Шовлин утверждает, что патриотизм повлиял и сформировал то, как обычные граждане понимали политическую экономию. Хотя автор редко признает связь между патриотизмом и классическим республиканизмом, риторика, которую он раскрывает, точно соответствует более широкой теории классического республиканизма. 15

В своей ценной работе Привилегии и политика налогообложения в восемнадцатом веке, Франция , Майкл Квасс анализирует сопротивление королевскому налогообложению, которое вылилось в старый режим и в революцию, и прямо указывает на непосредственную актуальность классических республиканизм в дискуссии.Квасс отмечает, что современное значение классического республиканизма включало в себя короля и «представительные органы», которые сосуществовали в среде, где «бдительное» недоверие к власти и враждебность к финансам дополнялись объятиями аутентичного деревенского существования, в котором царила добродетель. Бдительность была необходима, хотя и несколько бессильна против посягательства государя. Но Квасс считает, что Миребо в долгосрочной борьбе за этот сценарий сформулировал в 1750–1751 годах возможность сосуществования.Морально король был обязан сдерживаться. Королевское налогообложение вызвало кризисы; только прекращение произвола и его замена могут быть успешными. 16

Спустя десятилетия, по словам Квасса, Жак Неккер мобилизовал аналогичную риторику. Введенный в правительство для решения проблемы дефицита, Неккер апеллировал к патриотизму, а не к долгу перед королем, которому он посоветовал поощрять участие общественности. Как отмечает Квасс: «Пропагандируя работу государства. . . и патриотизм, и общественное мнение появятся, чтобы направить нацию к реформам, стабильности и финансовой устойчивости. 17 Такие замечания были больше, чем просто риторическим сходством с классическим республиканизмом, как показывает популярная гравюра, на которой министр и его финансовый план увязывались с древностью. Отличительными чертами этой классической аллюзии являются амуры, которые венчали Неккера и его политику гирляндами. В центре фигуры находится памятник, помеченный как пирамида, надпись которого указывает на то, что налоги, связанные с королем, должны быть отменены, заменены благотворительностью, справедливостью и изобилием. 18

Хотя, таким образом, классические республиканские идеалы должны были проникать в экономику и фискальную политику, они, по сравнению с риторикой политической сферы, в лучшем случае были ограничены.В провокационной книге Джея М. Смита « Nobility Reimagined » утверждается, что революционеры хотели, но не смогли построить республику, основанную на античных ценностях чести и добродетели. В исследовании описывается враждебность дворян к абсолютизму Людовика XIV и их желание основывать общество на патриотизме и политической добродетели. Как отмечает Смит, французы были знакомы с такими древними авторами, как Ливий, Тацит и Плутарх, а также с идиомой «гражданского гуманизма», которая служила важным средством передачи ценностей древних республик в ранний современный атлантический мир. 19 Объятия старины подпитывали гордость дворян, но также напоминали им о семейном наследии и их непропорциональной политической и экономической власти. Этот котел давал компенсирующее объятие добродетели.

По словам Смита, повышенный интерес к добавлению равенства к сочетанию ценностей возник в середине века. В частности, коммерция, основанная на равенстве моральных и физических благ, широко считалась ценной. Публикация в 1756 году книги Габриэля-Франсуа Койера « La Noblesse commerçante », которая возвела достоинство профессии купца, способствовала переменам.Современный Пьер Жобер утверждал еще больше, когда утверждал, что «добродетель, доблесть, рвение к patrie , честность, способности, талант, опыт, презрение к опасностям, честь стать мучеником за свою patrie ». . . Короче говоря, личные заслуги всегда наследуются в семье ». 20 Смит утверждал, что такие атрибуты были предназначены для включения простолюдинов в элиту. Античный республиканизм был социально экспансивным. Фактически, к 1760-м годам французы обратились к облагораживанию нации.

Несмотря на все эти признаки инклюзивности, Смит также указывает, что многие дворяне были обеспокоены этим изменением. С революцией, открывшей дверь к невообразимому равенству, дворяне заявили о своем различии, в частности, отказавшись удвоить число представителей простого народа в Третьем сословии. Это действие вызвало ожесточенную борьбу, которая воодушевила революцию. Несмотря на окончательное уничтожение идеала классического республиканизма в революционной Франции, страсти, вспыхнувшие в 1788–89, показывают его важность для современников и актуальность для истории.

Добавив классический республиканизм к инструментарию анализа, историкам все еще необходимо учитывать влияние других идей на Революцию. Здесь пригодится Nobility Reimagined . Смит утверждает, что трещина, возникшая в результате дебатов о роли и определении дворянства, спровоцировала гигантский поворот в будущее Франции после революционного десятилетия. Тем не менее, он также настаивает на том, что эта борьба не была неизбежной:

Множественные провалы внешней политики монарха, кризисы средств к существованию 1788–1789 годов, кредитный кризис 1780-х годов и институциональный паралич, подорвавший все усилия королевской власти по реформе, также необходимо интегрировать в любой всеобъемлющий анализ причин краха старого режима в 1789 году. 21

Соглашаясь с Квассом, Смит утверждает, что, в конце концов, эти события и дискурсы не могут быть «легко разделены». 22 Таким образом, политика и обстоятельства привели к радикальному разделению, в котором дворянство и король оказались противниками республиканской морали. Судя по работам Шовлина, Квасса и Смита, центральная роль идей в сложных кризисах конца 1780-х годов кажется вполне установленной. Эти ученые начали связывать классический республиканизм с действиями, предпринимаемыми в этой ключевой исторической конъюнктуре.

Выведенная классическим республиканизмом в меньшее пространство интеллектуального брожения, роль естественного права требует переоценки. Ученые, которые сосредотачиваются на классическом республиканизме в истоках Революции, иногда подразумевают через небрежные замечания, что естественный закон оказал большое влияние на продолжение Революции. Необходимо провести дополнительную работу, чтобы составить схему естественного права и связать его с революционными событиями. Использование историками этих двух отдельных логик подрывает фундаментальную согласованность революционного мышления и, возможно, самого Просвещения.В то время как классический республиканизм основан на историческом сопротивлении централизованному контролю, естественный закон фокусируется на равенстве людей, порождая противоречие - возможно, даже полезное, - которое все еще находит отклик во всей современной политике.

В основном за пределами политического водоворота процветали другие идеи. Особенно впечатляет исследование Даррина МакМахона о «контрпросветлении», группе, которая впитала некоторые прогрессивные идеи. 23 Еще более поразительным - как это определенно было бы для Вольтера - была работа по католическому просвещению.Важные новые книги Джеффри Бурсона и Ульриха Ленера возродили усилия, корни которых уходят в книгу Р. Р. Палмера « Католики и неверующие », которая осветила баланс традиций и перемен. 24 В этом ключе также актуальны исследования Католической церкви Алана Корса. В своей самой ранней работе над «Бароном д'Гольбахом» Корс сосредоточился на одиночестве атеистов. Совсем недавно он выпустил две важные книги, которые недвусмысленно показали, что представления об атеизме распространились гораздо шире, чем он предполагал ранее.Стремясь отвергнуть атеизм, Церковь расширила охват того, что она стремилась подавить. 25 Новая книга Антона Матысина о скептицизме и сомнениях придерживается аналогичной позиции. 26 Тем не менее, убедительная книга Джона Робертсона The Case for the Enlightenment заключает, что Просвещение, связанное с критикой религии, было в корне реформистским. 27 Тем не менее, ни одна из этих книг о религиозных сомнениях не пытается напрямую связать свою тему с потрясениями 1789 года.

Ни один из этих недавних подходов, похоже, не поднял значимость интеллектуалов до уровня, достигнутого во время братского восстания Франции в Северной Америке. София Розенфельд вела хронику того, как брошюра Тома Пейна Common Sense , подчеркивающая остроту и ценность мышления обычного человека, вдохновила общественное мнение и спровоцировала Североамериканскую революцию. Ученые, в том числе сама Розенфельд, не обнаружили подобного влияния на Французскую революцию. Фактически, контрреволюционеры фактически использовали понятие здравого смысла, чтобы склонить людей против восстания.Сложность и абстрактность многих революционных планов дали реакционерам возможность утверждать, что здравый смысл не поддерживает революционные цели и даже не уважает их. 28

Тем не менее, ученые, в том числе Джей Смит, отметили войну памфлетов, предшествовавшую 1788–89 годам, в которой Сийес написал книгу «« Что такое третье сословие? ». был наиболее заметным. 29 Работа Уильяма Сьюэлла над Сийесом и работа Кеннета Маргерисона над брошюрами в более общем плане является дополнительным свидетельством важности этих текстов. 30 Несомненно, эти публикации могут оказаться наиболее многообещающим местом для связи различных дореволюционных языков с революционными планами, принятыми в Версале, Париже и по всей стране, хотя существует мало свидетельств того, что сельское население много знало об этом обмене между людьми. пропагандисты. Тем не менее, этот взрыв печатной продукции может предоставить благодатную почву для исследования роли идей.

На многолюдную арену интеллектуальных истоков Французской революции вышел Джонатан Исраэль, который подходит к роли идей, постулируя прямую связь между отдельными мыслителями Просвещения и конкретными взглядами, которые будут конкурировать в революции.Таким образом, Израиль реабилитирует старый подход, который фокусируется не на языках или предпосылках, а на индивидуумах и силе идей. Хотя его работа (пять книг общим объемом четыре тысячи страниц, опубликованных с 2001 по 2014 год) могла бы быть полезной, ее воинственность, чрезмерные акценты в ее аргументах и ​​ее объем - все это подрывает этот потенциальный вклад. Фактически, его корпус вызвал самые острые дискуссии по интеллектуальной истории революции в последние годы. Во многом из-за известности этой дискуссии, работа в Израиле уже несколько затемняется предыдущие десятилетия более трезвым, хотя все еще спорного стипендию.По этой причине и его аргументы, и вызванные им реакции требуют краткого обзора. 31

Чтобы установить связь между идеями и революцией, Израиль разделил философов на два лагеря. Начиная с семнадцатого века со Спинозы, теория которого отрицала духовное и настаивала на атеизме, Израиль сосредотачивается на вере Спинозы в «монизм», который утверждал, что только одна субстанция (материальная, а не духовная) составляет вселенную. Философ выступил против «деистов» и других, в первую очередь Руссо, которые постулировали создателя, создавшего вселенную.Из этого резкого разделения Израиль находит две разные логики. Деисты, верящие в Бога, считали, что мало что можно сделать, чтобы улучшить его совершенство; монисты, считая, что все материи равны, утверждали, что каждый может участвовать в улучшении жизни. В этом анализе атеисты становятся источником умеренной, постепенной революции, а религиозные - политическими фанатиками и авторами террора.

Израиль настойчиво излагает свою диссертацию, и опровержения показали такую ​​же интенсивность.Хотя Фюре нападал на марксистов и оскорблял других, настаивая на том, что якобинская диктатура была логическим завершением революции, даже в 1789 году, Израиль предпринимает гораздо большие, даже принудительные усилия, чтобы организовать революцию вокруг своей манихейской концепции и опровергнуть другие интерпретации.

Работа Израиля была встречена шквалом критики. 32 Кент Райт, Каролина Арментерос, Кейт Бейкер и Харви Чизик нашли в книге много того, что можно критиковать, и мало похвалы. Казалось бы, Израиль не мог признать какую-либо их критику, которую он полностью отверг.В качестве примера рассмотрим обмен сообщениями между Бейкером и Израилем. Как автор культовой биографии Кондорсе, Бейкер заметил, что этот философ даже не включил Спинозу в свой рассказ о человеческом прогрессе. Такой вызов связям Израиля привел к тому, что последний снисходительно заметил, что это «возможно» могло быть правильным, но, тем не менее, эти два философа по-прежнему разделяли цели. 33

Возможно, сопротивление Израиля критике стало причиной еще более критических обзоров, которые последовали за ними выдающимися учеными Линн Хант, Джереми Попкиным и Дэвидом Беллом. 34 В своем обзоре Белл заметил, что «Израиль на некоторых замечательно бесцеремонных страницах лечит. . . популярные действия почти с досадой. . . . Его не интересует культура простых людей ». Нежелание Израиля участвовать в работе других ученых раздражало Линн Хант, которая высмеивала его односторонние оценки: «Палитра Израиля слишком черно-белая для. . . тонкости. Он всегда прав, и его герои тоже ». 35

Несмотря на все свои недостатки, работа Израиля действительно свидетельствует о ценности понимания идей отдельных интеллектуальных предшественников Французской революции.Хотя немногие пойдут по его точному пути, сосредоточение внимания на использовании идей, от греков до физиократов, могло бы помочь пролить свет на интеллектуальную историю революционного водоворота. С такой более узкой направленностью ученые могли бы просто дополнить взаимодействие дискурсов и встроенных предпосылок, увидев идеи в действии среди интеллектуалов.

© Автор (ы) 2018. Опубликовано Oxford University Press. Все права защищены.Для получения разрешений обращайтесь по электронной почте: [email protected]

.

Французская революция: кровавое событие, изменившее ход истории | by The Historian

К этому времени Неккер заслужил неприязнь многих членов французского двора за свое открытое манипулирование общественным мнением. Мария-Антуанетта, младший брат короля граф д'Артуа, и другие консервативные члены тайного совета короля убеждали его уволить Неккера с должности финансового советника. 11 июля 1789 года, после того как Неккер опубликовал неточный отчет о государственных долгах и сделал его доступным для общественности, король уволил его и в то же время полностью реструктурировал министерство финансов.

Многие парижане считали, что действия Людовика направлены против Ассамблеи, и начали открытое восстание, услышав эту новость на следующий день. Они также боялись, что прибывающих солдат - в основном иностранных наемников - вызвали, чтобы закрыть Национальное учредительное собрание. Собрание, собравшееся в Версале, продолжило беспрерывную сессию, чтобы предотвратить новое выселение с места их собрания. Вскоре Париж был охвачен беспорядками, хаосом и массовыми грабежами. Вскоре толпы получили поддержку некоторых французских гвардейцев, которые были вооружены и обучены солдатам.

14 июля повстанцы заметили большой тайник с оружием и боеприпасами внутри крепости Бастилии, который также считался символом королевской власти. В тот день после нескольких часов боя тюрьма пала. Несмотря на приказ о прекращении огня, который предотвратил взаимную резню, губернатор маркиз Бернар-Рене де Лоне был избит, зарезан и обезглавлен; его голову возложили на пику и расхаживали по городу. Хотя в крепости содержалось всего семь заключенных (четыре фальсификатора, два дворянина, задержанные за аморальное поведение, и подозреваемый в убийстве), Бастилия служила мощным символом всего, что ненавидели согласно Ancien Régime .Вернувшись в Hôtel de Ville (ратуша), мафия обвинила prévôt des marchands (грубо говоря, мэра) Жака де Флесселя в предательстве и зарезала его.

Король, встревоженный насилием, отступил, по крайней мере, на время. Маркиз де Лафайет принял командование Национальной гвардией в Париже. Жан-Сильвен Байи, председатель Ассамблеи на момент принятия присяги на теннисном корте, стал мэром города в рамках новой правительственной структуры, известной как коммуна .Король посетил Париж, где 17 июля принял трехцветную кокарду под крики Vive la Nation («Да здравствует нация») и Vive le Roi («Да здравствует король»).

Неккер был отозван к власти, но его триумф был недолгим. Проницательный финансист, но менее проницательный политик, Неккер переборщил, потребовав и получив всеобщую амнистию, потеряв большую часть благосклонности народа.

По мере того, как гражданская власть быстро ухудшалась, по всей стране вспыхивали случайные акты насилия и кражи, представители знати, опасаясь за свою безопасность, бежали в соседние страны; многие из этих эмигрантов , как их называли, финансировали контрреволюционные дела во Франции и призывали иностранных монархов оказать военную поддержку контрреволюции.

К концу июля дух народного суверенитета распространился по всей Франции. В сельских районах многие простолюдины начали формировать ополчения и вооружаться против иностранного вторжения: некоторые атаковали дворянские дворцы в рамках общего аграрного восстания, известного как «la Grande Peur» («Великий страх»). Кроме того, дикие слухи и паранойя вызвали массовые беспорядки и гражданские беспорядки, которые способствовали краху закона и порядка.

«Декларация прав человека и гражданина 1789 года» от Жан-Жак-Франсуа Ле Барбье

4 и 11 августа 1789 года Национальное учредительное собрание отменило привилегии и феодализм (многие крестьянские восстания имели почти положил конец феодализму) в Августовских указах, уничтожив личное крепостное право, исключительные права на охоту и другие сеньорские права Второго сословия (дворянства).

Также была отменена десятина (10% налог для Церкви, взимаемый Первым сословием, духовенством), которая была основным источником дохода для многих священнослужителей. В течение нескольких часов дворяне, духовенство, города, провинции, компании и города утратили свои особые привилегии.

Изначально крестьяне должны были платить за выпуск сеньоров; эти сборы затронули более четверти сельскохозяйственных угодий во Франции и обеспечили большую часть доходов крупных землевладельцев. Большинство отказалось платить, и в 1793 году обязательство было отменено.Таким образом крестьяне бесплатно получили свою землю и перестали платить церковную десятину.

Старая судебная система, основанная на 13 региональных парламентах , была приостановлена ​​в ноябре 1789 года и официально упразднена в сентябре 1790 года. Основные институциональные опоры старого режима исчезли в мгновение ока.

26 августа 1789 года Собрание опубликовало Декларацию прав человека и гражданина, которая содержала заявление о принципах, а не конституцию, имеющую юридическую силу.На Декларацию оказал непосредственное влияние Томас Джефферсон, работавший с генералом Лафайетом, который представил ее.

Национальное учредительное собрание функционировало не только как законодательный орган, но и как орган по разработке новой конституции.

Женский марш в Версале

«Journées révolutionnaires des 5 et 6 Octobre 1789» , неизвестный

Подпитывается слухами о приеме королевских телохранителей 1 октября 1789 года, на котором в октябре была растоптана национальная кокарда. 5 августа 2789 года на парижских рынках стали собираться толпы женщин.Сначала женщины прошли маршем к Hôtel de Ville, требуя, чтобы городские власти разобрались с их проблемами. Женщины реагировали на тяжелую экономическую ситуацию, в которой они оказались, особенно на нехватку хлеба. Они также потребовали прекратить королевские попытки заблокировать Национальное собрание, а король и его администрация переехали в Париж в знак доброй воли в борьбе с широко распространенной бедностью.

Получив неудовлетворительные отзывы от городских властей, 7000 женщин присоединились к маршу в Версаль, прихватив с собой пушки и различное стрелковое оружие.Двадцать тысяч национальных гвардейцев под командованием Лафайета отреагировали на поддержание порядка, и члены мафии ворвались во дворец, убив нескольких охранников. Лафайет в конце концов убедил короля согласиться на требование толпы о переезде монархии в Париж.

6 октября 1789 года король и королевская семья переехали из Версаля в Париж под «защитой» Национальной гвардии, тем самым узаконив Национальное собрание.

Революция и церковь

«Decret de l’Assemblée national qui supprime les ordres Relieux et Religieuses» неизвестно

Революция привела к массовому переходу власти от Римско-католической церкви к государству.При Ancien Régime Церковь была крупнейшим землевладельцем в стране, владея примерно 10% земли в королевстве. Церковь была освобождена от уплаты налогов правительству, в то время как она взимала десятину - 10-процентный налог на доход, часто собираемый в виде урожая, - с населения в целом, лишь часть которого затем перераспределялась среди бедных.

Обида на Церковь ослабила ее власть во время открытия Генеральных штатов в мае 1789 года. Церковь составляла Первое сословие с 130 000 членов духовенства.Когда в июне 1789 года Третье сословие было создано Национальное собрание, духовенство проголосовало за присоединение к ним, что увековечило разрушение Генеральных штатов как руководящего органа. Национальное собрание начало проводить социальную и экономическую реформу. Закон, принятый 4 августа 1789 года, отменил право церкви устанавливать десятину. Чтобы справиться с финансовым кризисом, 2 ноября 1789 г. Собрание объявило, что собственность Церкви «находится в распоряжении нации». Они использовали это свойство для поддержки новой валюты - ассигнаций.Таким образом, нация теперь также взяла на себя ответственность церкви, которая включала оплату духовенства и заботу о бедных, больных и осиротевших. В декабре Ассамблея начала продавать земли тому, кто предложит самую высокую цену, чтобы увеличить доход, фактически снизив стоимость ассигнований на 25% за два года. Осенью 1789 года закон отменил монашеские обеты, а 13 февраля 1790 года все религиозные ордена были распущены. Монахов и монахинь поощряли вернуться к частной жизни, и небольшой процент в конце концов женился.

Гражданская конституция духовенства, принятая 12 июля 1790 года, превратила оставшееся духовенство в служащих государства. Это установило систему выборов для приходских священников и епископов и установило размер оплаты труда духовенства. Многие католики возражали против избирательной системы, потому что она отрицала власть Папы в Риме над французской церковью. В октябре группа из 30 епископов написала заявление, в котором говорилось, что они не могут принять этот закон, и этот протест вызвал также гражданскую оппозицию против этого закона.В конце концов, в ноябре 1790 года Национальное собрание начало требовать от всех членов духовенства присяги на верность Гражданской конституции. Это привело к расколу между духовенством, которое принесло необходимую присягу и приняло новый порядок, и теми, кто остался верен Папе. Священники, приносившие присягу, показывались как «конституционные», а те, кто не приносил присягу, - как «несоответствующие» или «непокорные» священники. В целом присягу приняли 24% духовенства по стране. Этот указ усилил сопротивление государственному вмешательству в дела церкви, особенно на западе Франции, например, в Нормандии, Бретани и Вандеи, где только несколько священников принесли присягу, а гражданское население обратилось против революции.

Широко распространенный отказ привел к принятию закона против духовенства, «вынуждающего их сослать, выслать насильно или казнить как предателей». Папа Пий VI никогда не принимал Гражданскую конституцию духовенства, что еще больше изолировало Церковь во Франции.

В 1793 году был установлен новый республиканский календарь с 10-дневными неделями, из-за чего католикам было очень трудно вспомнить воскресенья и дни святых. Рабочие жаловались, что количество выходных в первый день недели сократилось с 52 до 37.

Во время правления террора последовали крайние меры дехристианизации, включая заключение в тюрьму и резню священников, а также разрушение церквей и религиозных образов по всей Франции. Была предпринята попытка полностью заменить католическую церковь гражданскими праздниками, заменившими религиозные. Установление культа разума стало последним шагом радикальной дехристианизации. Эти события привели к повсеместному разочарованию в революции и контрповстанческим восстаниям по всей Франции.Местные жители часто сопротивлялись дехристианизации, нападая на революционных агентов и скрывая членов духовенства, на которых велась охота. В конце концов, Робеспьер и Комитет общественной безопасности были вынуждены осудить кампанию, заменив Культ Разума деистским, но все еще нехристианским Культ Высшего Существа. Конкордат 1801 года между Наполеоном и церковью положил конец периоду дехристианизации и установил правила взаимоотношений между католической церковью и французским государством, которые длились до тех пор, пока он не был отменен Третьей республикой через отделение церкви от государства 11 декабря. , 1905 г.Преследование церкви привело к контрреволюции, известной как Вандейское восстание.

Историки Линн Хант и Джек Сенсер утверждают, что некоторые французские протестанты, гугеноты, хотели антикатолического режима и что мыслители Просвещения, такие как Вольтер, способствовали разжиганию этого недовольства. Философ Просвещения Жан-Жак Руссо, например, сказал французским гражданам, что это «явно противоречит закону природы ... что горстка людей должна наедаться излишками, в то время как голодная масса испытывает недостаток в самом необходимом».Историк Джон Макманнерс пишет: «Во Франции восемнадцатого века трон и алтарь обычно считались близкими союзниками; их одновременный крах ... однажды станет окончательным доказательством их взаимозависимости ».

«Serment de La Fayette à la Fête de la Fédération, 14 июля 1790 г.» от Аноним из Парижа

Fête de la Fédération (Фестиваль Федерации) был массовым праздничным фестивалем, проводившимся по всей Франции. в честь Французской революции.Это предвестник Дня взятия Бастилии, который ежегодно отмечается во Франции 14 июля в честь революции и национального единства.

Впервые отмеченный в 1790 году, он ознаменовал революцию и события 1789 года, кульминацией которых стала новая форма национального правительства - конституционная монархия во главе с представительным Собранием.

Первый праздник fête 1790 года был назначен на 14 июля, так что он также совпал с первой годовщиной штурма Бастилии, хотя это не то, что отмечалось само по себе.На этом относительно спокойном этапе революции многие считали, что период политической борьбы в стране закончился. Это мышление было поддержано контрреволюционным monarchiens , и первый fête был разработан с ролью короля Людовика XVI, которая уважала и поддерживала его королевский статус. Мероприятие прошло мирно и создало мощный, но иллюзорный образ празднования национального единства после разногласий 1789–1790 годов.

% PDF-1.5 % 84 0 объект > эндобдж xref 84 150 0000000016 00000 н. 0000003973 00000 н. 0000004072 00000 н. 0000004913 00000 н. 0000005553 00000 п. 0000006089 00000 н. 0000006722 00000 н. 0000007257 00000 н. 0000007785 00000 н. 0000008234 00000 н. 0000008540 00000 н. 0000008566 00000 н. 0000008677 00000 н. 0000008790 00000 н. 0000008826 00000 н. 0000009509 00000 н. 0000010234 00000 п. 0000010957 00000 п. 0000011095 00000 п. 0000012034 00000 п. 0000012403 00000 п. 0000012830 00000 п. 0000013302 00000 п. 0000014316 00000 п. 0000015188 00000 п. 0000015737 00000 п. 0000016377 00000 п. 0000017110 00000 п. 0000017515 00000 п. 0000018384 00000 п. 0000019077 00000 п. 0000019835 00000 п. 0000019970 00000 п. 0000020447 00000 п. 0000021021 00000 п. 0000021048 00000 п. 0000021359 00000 п. 0000021747 00000 п. 0000022219 00000 п. 0000022658 00000 п. 0000022745 00000 п. 0000023469 00000 п. 0000024204 00000 п. 0000024602 00000 п. 0000025491 00000 п. 0000028140 00000 п. 0000031029 00000 п. 0000031099 00000 п. 0000031179 00000 п. 0000031346 00000 п. 0000031618 00000 п. 0000034257 00000 п. 0000034337 00000 п. 0000034407 00000 п. 0000034795 00000 п. 0000035184 00000 п. 0000037629 00000 п. 0000037906 00000 п. 0000041759 00000 п. 0000041935 00000 п. 0000046389 00000 п. 0000049975 00000 н. 0000054503 00000 п. 0000062675 00000 п. 0000067020 00000 п. 0000067051 00000 п. 0000067125 00000 п. 0000069483 00000 п. 0000069813 00000 п. 0000069879 00000 п. 0000069995 00000 н. 0000070026 00000 п. 0000070100 00000 п. 0000072458 00000 п. 0000072787 00000 п. 0000072853 00000 п. 0000072969 00000 п. 0000073083 00000 п. 0000073114 00000 п. 0000073188 00000 п. 0000073516 00000 п. 0000073582 00000 п. 0000073698 00000 п. 0000073729 00000 п. 0000073803 00000 п. 0000074130 00000 п. 0000074196 00000 п. 0000074312 00000 п. 0000074343 00000 п. 0000074417 00000 п. 0000074745 00000 п. 0000074811 00000 п.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *