Преступление и наказание краткое содержание слушать: Преступление и наказание краткое содержание аудиокнига

Содержание

Преступление и наказание (слушать аудиокнигу бесплатно)

Режиссёр-постановщик В.Ф. Трухан
Автор сценария Т.Д. Сахарова
Композитор Ш.Э. Каллош
Звукорежиссёры А.В. Ворошилов, Г.К. Засимова
Ассистент режиссёра М.А. Розенберг
Редактор Н.Э. Шолохова
Музыкальное сопровождение ансамбль «Времена года»
Проект «Театральный фонограф»
Спектакль записан на студии «Вокс рекордс»
Некоммерческим учреждением культуры «Слово» при финансовой поддержке
Министерства РФ по делам печати и телерадиовещания
Роли исполняют:
От Автора — Народный артист России Леонид Кулагин
Родион Раскольников — Заслуженный артист России Сергей Чонишвили
Старуха-процентщица — Народная артистка России Нина Гуляева
Соня Мармеладова — Заслуженная артистка России Чулпан Хаматова
Мармеладов — Народный артист СССР Лев Дуров
Пульхерия Александровна — Народная артистка России Людмила Полякова
Лужин — Народный артист России Авангард Леонтьев
Катерина Ивановна — Заслуженная артистка России Алина Покровская
Разумихин — Народный артист России Юрий Васильев
Порфирий Петрович — Народный артист России Борис Плотников
Дуня Раскольникова — Артистка Ольга Сирина
Свидригайлов — Народный артист России Вячеслав Шалевич
Настасья — Заслуженная артистка России Ирина Бякова
Лебезятников, Мещанин — Артист Сергей Кутасов
Лизавета — Заслуженная артистка России Ольга Васильева
Кох, Судья, Полицейский — Заслуженный артист России Виктор Петров
Надзиратель, Прохожий — Артист Всеволод Абдулов
Доктор, Присяжный, Кучер — Артист Владимир Самойлов
Офицер, Мещанин — Народный артист России Виктор Зозулин
Студент, Мальчик — Артист Дмитрий Филимонов
Амалия, хозяйка квартиры — Заслуженная артистка России Елена Миллиоти
Хозяин трактира, Ямщик — Артист Олег Семисынов
Гость, Рабочий — Артист Александр Быков
Миколка, Дворник — Артист Михаил Розенберг
Баба, Ребенок, Старуха — Заслуженная артистка России Зинаида Андреева
Мещанин, Гость — Артист Александр Цуркан
Письмоводитель, Человек — Артист Виктор Рябов
Гостья — Артистка Татьяна Аксюта
Поленька — Аня Конова

Музыканты:
Скрипка — И. Б. Хазанов
Кларнет — А. К. Муратов
Клавишные — О. А. Лелюхин
Виолончель — А. Н. Дьячков

Достоевский Федор — Преступление и наказание » 📚 Книгомир — Бесплатная Онлайн Библиотека

Достоевский Федор — Преступление и наказание краткое содержание

Прочтите описание перед тем, как прослушать онлайн аудиокнигу «Достоевский Федор — Преступление и наказание» бесплатно полную версию:
«Преступление и наказание» Федора Михайловича Достоевского — это философско-психологический роман, один из шедевров золотого фонда мировой литературы. Произведение должно было стать исповедью писателя (первый вариант Достоевский сжег), но, по признанию самого Достоевского, он переписал его как «психологический отчет одного преступления», добавив переживаний, образов, глубины. В результате получился роман, который можно слушать и читать много раз, открывая для себя новые литературные, эстетические и актуальные грани. Произведение, где поднимаются «вечные» темы, затрагивающие сокровенные уголки человеческой души, помогающие найти выход в сложной жизненной ситуации.

В романе «Преступление и наказание» главный герой – молодой человек Родион Раскольников, бывший студент, пылкий и гордый, но при этом добрый и бескорыстный. Знакомство с ним начинается с первых строк и через его фигуру интерпретируются другие персонажи, и через него раскрывается основная тема произведения — всегда ли следует наказание за преступление, к чему может привести социальное неравенство и нищета, а также ложные убеждения. Достоевский показывает нам самую бедную часть общества. Мы понимаем с самого начала, что Раскольников отчаянно нуждается в деньгах. Мог ли Достоевский, родившийся в семье потомственного дворянина, знать, что такое беспросветная нищета? Да, это так….

В книге звучит замечательная музыка НИКОЛАЯ ЯКОВЛЕВИЧА МЯСКОВСКОГО, как увертюра к каждой части произведения, настраивая на прослушивание романа.

Достоевский Федор — Преступление и наказание слушать онлайн бесплатно без регистрации

Достоевский Федор — Преступление и наказание — слушать аудио книгу онлайн бесплатно, автор Достоевский Федор

Полное содержание Преступление и наказание Достоевский Ф.

М. [1/37] :: Litra.RU



Есть что добавить?

Присылай нам свои работы, получай litr`ы и обменивай их на майки, тетради и ручки от Litra.ru!


/ Полные произведения / Достоевский Ф.М. / Преступление и наказание

    Роман в шести частях с эпилогом
     * ЧАСТЬ ПЕРВАЯ *
    I
     В начале июля, в чрезвычайно жаркое время, под вечер, один молодой человек вышел из своей каморки, которую нанимал от жильцов в С-м переулке, на улицу и медленно, как бы в нерешимости, отправился к К-ну мосту.

     Он благополучно избегнул встречи с своею хозяйкой на лестнице. Каморка его приходилась под самою кровлей высокого пятиэтажного дома и походила более на шкаф, чем на квартиру. Квартирная же хозяйка его, у которой он нанимал эту каморку с обедом и прислугой, помещалась одною лестницей ниже, в отдельной квартире, и каждый раз, при выходе на улицу, ему непременно надо было проходить мимо хозяйкиной кухни, почти всегда настежь отворенной на лестницу. И каждый раз молодой человек, проходя мимо, чувствовал какое-то болезненное и трусливое ощущение, которого стыдился и от которого морщился. Он был должен кругом хозяйке и боялся с нею встретиться.
     Не то чтоб он был так труслив и забит, совсем даже напротив; но с некоторого времени он был в раздражительном и напряженном состоянии похожем на ипохондрию. Он до того углубился в себя и уединился от всех, что боялся даже всякой встречи, не только встречи с хозяйкой. Он был задавлен бедностью; но даже стесненное положение перестало в последнее время тяготить его. Насущными делами своими он совсем перестал и не хотел заниматься. Никакой хозяйки, в сущности, он не боялся, что бы та ни замышляла против него. Но останавливаться на лестнице, слушать всякий взор про всю эту обыденную дребедень, до которой ему нет никакого дела, все эти приставания о платеже, угрозы, жалобы, и при этом самому изворачиваться, извиняться, лгать, — нет уж, лучше проскользнуть как-нибудь кошкой по лестнице и улизнуть, чтобы никто не видал.

     Впрочем, на этот раз страх встречи с своею кредиторшей даже его самого поразил по выходе на улицу.
     «На какое дело хочу покуситься и в то же время каких пустяков боюсь! — подумал он с странною улыбкой. — Гм… да… все в руках человека, и все-то он мимо носу проносит, единственно от одной трусости… это уж аксиома… Любопытно, чего люди больше боятся? Нового шага, нового собственного слова они всего больше боятся… А впрочем, я слишком много болтаю. Оттого и ничего не делаю, что болтаю. Пожалуй, впрочем, и так: оттого болтаю, что ничего не делаю. Это я в этот последний месяц выучился болтать, лежа по целым суткам в углу и думая… о царе Горохе. Ну зачем я теперь иду? Разве я способен на это? Разве это серьезно? Совсем не серьезно. Так ради фантазии сам себя тешу; игрушки! Да, пожалуй что и игрушки!»
     На улице жара стояла страшная, к тому же духота, толкотня, всюду известка, леса, кирпич, пыль и та особенная летняя вонь, столь известная каждому петербуржцу, не имеющему возможности нанять дачу, — все это разом неприятно потрясло и без того уже расстроенные нервы юноши.
Нестерпимая же вонь из распивочных, которых в этой части города особенное множество, и пьяные, поминутно попадавшиеся, несмотря на буднее время, довершили отвратительный и грустный колорит картины. Чувство глубочайшего омерзения мелькнуло на миг в тонких чертах молодого человека. Кстати, он был замечательно хорош собою, с прекрасными темными глазами, темно-рус, ростом выше среднего, тонок и строен. Но скоро он впал как бы в глубокую задумчивость, даже, вернее сказать, как бы в какое-то забытье, и пошел, уже не замечая окружающего, да и не желая его замечать. Изредка только бормотал он что-то про себя, от своей привычки к монологам, в которой он сейчас сам себе признался. В эту же минуту он и сам сознавал, что мысли его порою мешаются и что он очень слаб: второй день как уж он почти совсем ничего не ел.
     Он был до того худо одет, что иной, даже и привычный человек, посовестился бы днем выходить в таких лохмотьях на улицу.
Впрочем, квартал был таков, что костюмом здесь было трудно кого-нибудь удивить. Близость Сенной, обилие известных заведений и, по преимуществу, цеховое и ремесленное население, скученное в этих серединных петербургских улицах и переулках, пестрили иногда общую панораму такими субъектами, что странно было бы и удивляться при встрече с иною фигурой. Но столько злобного презрения уже накопилось в душе молодого человека, что, несмотря на всю свою, иногда очень молодую, щекотливость, он менее всего совестился своих лохмотьев на улице. Другое дело при встрече с иными знакомыми или с прежними товарищами, с которыми вообще он не любил встречаться… А между тем, когда один пьяный, которого неизвестно почему и куда провозили в это время по улице в огромной телеге, запряженной огромною ломовою лошадью, крикнул ему вдруг, проезжая: «Эй ты, немецкий шляпник!» — и заорал во все горло, указывая на него рукой, — молодой человек вдруг остановился и судорожно схватился за свою шляпу.
Шляпа эта была высокая, круглая, циммермановская, но вся уже изношенная, совсем рыжая, вся в дырах и пятнах, без полей и самым безобразнейшим углом заломившаяся на сторону. Но не стыд, а совсем другое чувство, похожее даже на испуг, охватило его.
     — Я так и знал! — бормотал он в смущении, — я так и думал! Это уж всего сквернее! Вот эдакая какая-нибудь глупость, какая-нибудь пошлейшая мелочь, весь замысел может испортить! Да, слишком приметная шляпа… Смешная, потому и приметная… К моим лохмотьям непременно нужна фуражка, хотя бы старый блин какойнибудь, а не этот урод. Никто таких не носит, за версту заметят, запомнят… главное, потом запомнят, ан и улика. Тут нужно быть как можно неприметнее… Мелочи, мелочи главное!.. Вот эти-то мелочи и губят всегда и все…
     Идти ему было немного; он даже знал, сколько шагов от ворот его дома: ровно семьсот тридцать. Как-то раз он их сосчитал, когда уж очень размечтался. В то время он и сам еще не верил этим мечтам своим и только раздражал себя их безобразною, но соблазнительною дерзостью. Теперь же, месяц спустя, он уже начинал смотреть иначе и, несмотря на все поддразнивающие монологи о собственном бессилии и нерешимости, «безобразную» мечту как-то даже поневоле привык считать уже предприятием, хотя все еще сам себе не верил. Он даже шел теперь делать пробу своему предприятию, и с каждым шагом волнение его возрастало все сильнее и сильнее.
     С замиранием сердца и нервною дрожью подошел он к преогромнейшему дому, выходившему одною стеной на канаву, а другою в -ю улицу. Этот дом стоял весь в мелких квартирах и заселен был всякими промышленниками — портными, слесарями, кухарками, разными немцами, девицами, живущими от себя, мелким чиновничеством и проч. Входящие и выходящие так и шмыгали под обоими воротами и на обоих дворах дома. Тут служили три или четыре дворника. Молодой человек был очень доволен, не встретив ни которого из них, и неприметно проскользнул сейчас же из ворот направо на лестницу. Лестница была темная и узкая, «черная», но он все уже это знал и изучил, и ему вся эта обстановка нравилась: в такой темноте даже и любопытный взгляд был неопасен. «Если о сю пору я так боюсь, что же было бы, если б и действительно как-нибудь случилось до самого дела дойти?..» — подумал он невольно, проходя в четвертый этаж. Здесь загородили ему дорогу отставные солдаты-носильщики, выносившие из одной квартиры мебель. Он уже прежде знал, что в этой квартире жил один семейный немец, чиновник: «Стало быть, этот немец теперь выезжает, и, стало быть, в четвертом этаже, по этой лестнице и на этой площадке, остается, на некоторое время, только одна старухина квартира занятая. Это хорошо… на всякой случай…» — подумал он опять и позвонил в старухину квартиру. Звонок брякнул слабо, как будто был сделан из жести, а не из меди. В подобных мелких квартирах таких домов почти все такие звонки. Он уже забыл звон этого колокольчика, и теперь этот особенный звон как будто вдруг ему что-то напомнил и ясно представил… Он так и вздрогнул, слишком уж ослабели нервы на этот раз. Немного спустя дверь приотворилась на крошечную щелочку: жилица оглядывала из щели пришедшего с видимым недоверием, и только виднелись ее сверкавшие из темноты глазки. Но увидав на площадке много народу, она ободрилась и отворила совсем. Молодой человек переступил через порог в темную прихожую, разгороженную перегородкой, за которою была крошечная кухня. Старуха стояла перед ним молча и вопросительно на него глядела. Это была крошечная, сухая старушонка, лет шестидесяти, с вострыми и злыми глазками, с маленьким вострым носом и простоволосая. Белобрысые, мало поседевшие волосы ее были жирно смазаны маслом. На ее тонкой и длинной шее, похожей на куриную ногу, было наверчено какое-то фланелевое тряпье, а на плечах, несмотря на жару, болталась вся истрепанная и пожелтелая меховая кацавейка. Старушонка поминутно кашляла и кряхтела. Должно быть, молодой человек взглянул на нее каким-нибудь особенным взглядом, потому что и в ее глазах мелькнула вдруг опять прежняя недоверчивость.
     — Раскольников, студент, был у вас назад тому месяц, — поспешил пробормотать молодой человек с полупоклоном, вспомнив, что надо быть любезнее.
     — Помню, батюшка, очень хорошо помню, что вы были, — отчетливо проговорила старушка, по-прежнему не отводя своих вопрошающих глаз от его лица.
     — Так вот-с… и опять, по такому же дельцу… — продолжал Раскольников, немного смутившись и удивляясь недоверчивости старухи.
     «Может, впрочем, она и всегда такая, да я в тот раз не заметил», — подумал он с неприятным чувством.
     Старуха помолчала, как бы в раздумье, потом отступила в сторону и, указывая на дверь в комнату, произнесла, пропуская гостя вперед:
     — Пройдите, батюшка.
     Небольшая комната, в которую прошел молодой человек, с желтыми обоями, геранями и кисейными занавесками на окнах, была в эту минуту ярко освещена заходящим солнцем. «И тогда, стало быть, так же будет солнце светить!..» — как бы невзначай мелькнуло в уме Раскольникова, и быстрым взглядом окинул он все в комнате, чтобы по возможности изучить и запомнить расположение. Но в комнате не было ничего особенного. Мебель, вся очень старая и из желтого дерева, состояла из дивана с огромною выгнутою деревянною спинкой, круглого стола овальной формы перед диваном, туалета с зеркальцем в простенке, стульев по стенам на двухтрех грошовых картинок в желтых рамках, изображавших немецких барышень с птицами в руках, — вот и вся мебель. В углу перед небольшим образом горела лампада. Все было очень чисто: и мебель, и полы были оттерты под лоск; все блестело. «Лизаветина работа», — подумал молодой человек. Ни пылинки нельзя было найти во всей квартире. «Это у злых и старых вдовиц бывает такая чистота», — продолжал про себя Раскольников и с любопытством покосился на ситцевую занавеску перед дверью во вторую, крошечную комнатку, где стояли старухины постель и комод и куда он еще ни разу не заглядывал. Вся квартира состояла из этих двух комнат.
     — Что угодно? — строго произнесла старушонка, входя в комнату и по-прежнему становясь прямо перед ним, чтобы глядеть ему прямо в лицо.
     — Заклад принес, вот-с! — И он вынул из кармана старые плоские серебряные часы. На оборотной дощечке их был изображен глобус. Цепочка была стальная.
     — Да ведь и прежнему закладу срок. Еще третьего дня месяц как минул.
     — Я вам проценты еще за месяц внесу; потерпите.
     — А в том моя добрая воля, батюшка, терпеть или вещь вашу теперь же продать.
     — Много ль за часы-то, Алена Ивановна?
     — А с пустяками ходишь, батюшка, ничего, почитай, не стоит. За колечко вам прошлый раз два билетика внесла, а оно и купить-то его новое у ювелира за полтора рубля можно.
     — Рубля-то четыре дайте, я выкуплю, отцовские. Я скоро деньги получу.
     — Полтора рубля-с и процент вперед, коли хотите-с.
     — Полтора рубля! — вскрикнул молодой человек.
     — Ваша воля. — И старуха протянула ему обратно часы. Молодой человек взял их и до того рассердился, что хотел было уже уйти; но тотчас одумался, вспомнив, что идти больше некуда и что он еще и за другим пришел.
     — Давайте! — сказал он грубо.
     Старуха полезла в карман за ключами и пошла в другую комнату за занавески. Молодой человек, оставшись один среди комнаты, любопытно прислушивался и соображал. Слышно было, как она отперла комод. «Должно быть, верхний ящик, — соображал он. — Ключи она, стало быть, в правом кармане носит… Все на одной связке, в стальном кольце… И там один ключ есть всех больше, втрое, с зубчатою бородкой, конечно, не от комода… Стало быть, есть еще какая-нибудь шкатулка, али укладка… Вот это любопытно. У укладок все такие ключи… А впрочем, как это подло все…»
     Старуха воротилась.
     — Вот-с, батюшка: коли по гривне в месяц с рубля, так за полтора рубля причтется с вас пятнадцать копеек, за месяц вперед-с. Да за два прежних рубля с вас еще причитается по сему же счету вперед двадцать копеек. А всего, стало быть тридцать пять. Приходится же вам теперь всего получить за часы ваши рубль пятнадцать копеек. Вот получите-с.
     — Как! так уж теперь рубль пятнадцать копеек!
     — Точно так-с.
     Молодой человек спорить не стал и взял деньги. Он смотрел на старуху и не спешил уходить, точно ему еще хотелось что-то сказать или сделать, но как будто он и сам не знал, что именно…
     — Я вам, Алена Ивановна, может быть, на днях, еще одну вещь принесу… серебряную… хорошую… папиросочницу одну… вот как от приятеля ворочу… — Он смутился и замолчал.
     — Ну тогда и будем говорить, батюшка.
     — Прощайте-с… А вы все дома одни сидите, сестрицы-то нет? — спросил он как можно развязнее, выходя в переднюю.
     — А вам какое до нее, батюшка, дело?
     — Да ничего особенного. Я так спросил. Уж вы сейчас… Прощайте, Алена Ивановна!
     Раскольников вышел в решительном смущении. Смущение это все более увеличивалось. Сходя по лестнице, он несколько раз даже останавливался, как будто чем-то внезапно пораженный. И наконец, уже на улице, он воскликнул:
     «О боже! как это все отвратительно! И неужели, неужели я… нет, это вздор, это нелепость! — прибавил он решительно. — И неужели такой ужас мог прийти мне в голову? На какую грязь способно, однако, мое сердце! Главное: грязно, пакостно, гадко, гадко!.. И я, целый месяц…»
     Но он не мог выразить ни словами, ни восклицаниями своего волнения. Чувство бесконечного отвращения, начинавшее давить и мутить его сердце еще в то время, как он только шел к старухе, достигло теперь такого размера и так ярко выяснилось, что он не знал, куда деться от тоски своей. Он шел по тротуару как пьяный, не замечая прохожих и сталкиваясь с ними, и опомнился уже в следующей улице. Оглядевшись, он заметил, что стоит подле распивочной, в которую вход был с тротуара по лестнице вниз, в подвальный этаж. Из дверей, как раз в эту минуту, выходили двое пьяных и, друг друга поддерживая и ругая, взбирались на улицу. Долго не думая, Раскольников тотчас же спустился вниз. Никогда до сих пор не входил он в распивочные, но теперь голова его кружилась, и к тому же палящая жажда томила его. Ему захотелось выпить холодного пива, тем более что внезапную слабость свою он относил и к тому, что был голоден. Он уселся в темном и грязном углу, за липким столиком, спросил пива и с жадностию выпил первый стакан. Тотчас же все отлегло, и мысли его прояснели. «Все это вздор, — сказал он с надеждой, — и нечем тут было смущаться! Просто физическое расстройство! Один какой-нибудь стакан пива, кусок сухаря, — и вот, в один миг, крепнет ум, яснеет мысль, твердеют намерения! Тьфу, какое все это ничтожество!..» Но, несмотря на этот презрительный плевок, он глядел уже весело, как будто внезапно освободясь от какого-то ужасного бремени, и дружелюбно окинул глазами присутствующих. Но даже и в эту минуту он отдаленно предчувствовал, что вся эта восприимчивость к лучшему была тоже болезненная.
     В распивочной на ту пору оставалось мало народу. Кроме тех двух пьяных, что попались на лестнице, вслед за ними же вышла еще разом целая ватага, человек в пять, с одною девкой и с гармонией. После них стало тихо и просторно. Остались: один хмельной, но немного, сидевший за пивом, с виду мещанин; товарищ его, толстый, огромный, в сибирке и с седою бородой, очень захмелевший, задремавший на лавке и изредка, вдруг, как бы спросонья, начинавший прищелкивать пальцами, расставив руки врозь, и подпрыгивать верхнею частию корпуса, не вставая с лавки, причем подпевал какую-то ерунду, силясь припомнить стихи, вроде:
     Целый год жену ласкал, Цел-лый год же-ну лас-кал…
     Или вдруг, проснувшись, опять:
     По Подьяческой пошел, Свою прежнюю нашел…
     Но никто не разделял его счастия; молчаливый товарищ его смотрел на все эти взрывы даже враждебно и с недоверчивостью. Был тут и еще один человек, с виду похожий как бы на отставного чиновника. Он сидел особо, перед своею посудинкой, изредка отпивая и посматривая кругом. Он был тоже как будто в некотором волнении. II
     Раскольников не привык к толпе и, как уже сказано, бежал всякого общества, особенно в последнее время. Но теперь его вдруг что-то потянуло к людям. Что-то совершалось в нем как бы новое, и вместе с тем ощутилась какая-то жажда людей. Он так устал от целого месяца этой сосредоточенной тоски своей и мрачного возбуждения, что хотя одну минуту хотелось ему вздохнуть в другом мире, хоть бы в каком бы то ни было, и, несмотря на всю грязь обстановки, он с удовольствием оставался теперь в распивочной.
     Хозяин заведения был в другой комнате, но часто входил в главную, спускаясь в нее откуда-то по ступенькам, причем прежде всего выказывались его щегольские смазные сапоги с большими красными отворотами. Он был в поддевке и в страшно засаленном черном атласном жилете, без галстука, а все лицо его было как будто смазано маслом, точно железный замок. За застойкой находился мальчишка лет четырнадцати, и был другой мальчишка моложе, который подавал, если что спрашивали. Стояли крошеные огурцы, черные сухари и резанная кусочками рыба; все это очень дурно пахло. Было душно, так что было даже нестерпимо сидеть, и все до того было пропитано винным запахом, что, кажется, от одного этого воздуха можно было в пять минут сделаться пьяным.
     Бывают иные встречи, совершенно даже с незнакомыми нам людьми, которыми мы начинаем интересоваться с первого взгляда, как-то вдруг, внезапно, прежде чем скажем слово. Такое точно впечатление произвел на Раскольникова тот гость, который сидел поодаль и походил на отставного чиновника. Молодой человек несколько раз припоминал потом это первое впечатление и даже приписывал его предчувствию. Он беспрерывно взглядывал на чиновника, конечно, и потому еще, что и сам тот упорно смотрел на него, и видно было, что тому очень хотелось начать разговор. На остальных же, бывших в распивочной, не исключая и хозяина, чиновник смотрел как-то привычно и даже со скукой, а вместе с тем и с оттенком некоторого высокомерного пренебрежения, как бы на людей низшего положения и развития, с которыми нечего ему говорить. Это был человек лет уже за пятьдесят, среднего роста и плотного сложения, с проседью и с большою лысиной, с отекшим от постоянного пьянства желтым, даже зеленоватым лицом и с припухшими веками, из-за которых сияли крошечные, как щелочки, но одушевленные красноватые глазки. Но что-то было в нем очень странное; во взгляде его светилась как будто даже восторженность, — пожалуй, был и смысл и ум, — но в то же время мелькало как будто и безумие. Одет он был в старый, совершенно оборванный черный фрак, с осыпавшимися пуговицами. Одна только еще держалась кое-как, и на нее-то он и застегивался, видимо желая не удаляться приличий. Из-под нанкового жилета торчала манишка, вся скомканная, запачканная и залитая. Лицо было выбрито, по-чиновничьи, но давно уже, так что уже густо начала выступать сизая щетина. Да и в ухватках его действительно было что-то солидно-чиновничье. Но он был в беспокойстве, ерошил волосы и подпирал иногда, в тоске, обеими руками голову, положа продранные локти на залитый и липкий стол. Наконец он прямо посмотрел на Раскольникова и громко и твердо проговорил:
     — А осмелюсь ли, милостивый государь мой, обратиться к вам с разговором приличным? Ибо хотя вы и не в значительном виде, но опытность моя отличает в вас человека образованного и к напитку непривычного. Сам всегда уважал образованность, соединенную с сердечными чувствами, и, кроме того, состою титулярным советником. Мармеладов — такая фамилия; титулярный советник. Осмелюсь узнать, служить изволили?
     — Нет, учусь… — отвечал молодой человек, отчасти удивленный и особенным витиеватым тоном речи, и тем, что так прямо, в упор, обратились к нему. Несмотря на недавнее мгновенное желание хотя какого бы ни было сообщества с людьми, он при первом, действительно обращенном к нему слове вдруг ощутил свое обычное неприятное и раздражительное чувство отвращения ко всякому чужому лицу, касавшемуся или хотевшему только прикоснуться к его личности.
     — Студент, стало быть, или бывший студент! — вскричал чиновник, — так я и думал! Опыт, милостивый государь, неоднократный опыт! — и в знак похвальбы он приложил палец ко лбу. — Были студентом или происходили ученую часть! А позвольте… — Он привстал, покачнулся, захватил свою посудинку, стаканчик, и подсел к молодому человеку, несколько от него наискось. Он был хмелен, но говорил речисто и бойко, изредка только местами сбиваясь немного и затягивая речь. С какою-то даже жадностию накинулся он на Раскольникова, точно целый месяц тоже ни с кем не говорил.
     — Милостивый государь, — начал он почти с торжественностию, — бедность не порок, это истина. Знаю я, что и пьянство не добродетель, и это тем паче. Но нищета, милостивый государь, нищета — порок-с. В бедности вы еще сохраняете свое благородство врожденных чувств, в нищете же никогда и никто. За нищету даже и не палкой выгоняют, а метлой выметают из компании человеческой, чтобы тем оскорбительнее было; и справедливо, ибо в нищете я первый сам готов оскорблять себя. И отсюда питейное! Милостивый государь, месяц назад тому супругу мою избил господин Лебезятников, а супруга моя не то что я! Понимаете-с? Позвольте еще вас спросить, так, хотя бы в виде простого любопытства: изволили вы ночевать на Неве, на сенных барках?
     — Нет, не случалось, — отвечал Раскольников. — Это что такое?
     — Ну-с, а я оттуда, и уже пятую ночь-с…
     Он налил стаканчик, выпил и задумался. Действительно, на его платье и даже в волосах кое-где виднелись прилипшие былинки сена. Очень вероятно было, что он пять дней не раздевался и не умывался. Особенно руки были грязны, жирные, красные, с черными ногтями.
     Его разговор, казалось, возбудил общее, хотя и ленивое внимание. Мальчишки за стойкой стали хихикать. Хозяин, кажется, нарочно сошел из верхней комнаты, чтобы послушать «забавника», и сел поодаль, лениво, но важно позевывая. Очевидно, Мармеладов был здесь давно известен. Да и наклонность к витиеватой речи приобрел, вероятно, вследствие привычки к частым кабачным разговорам с различными незнакомцами. Эта привычка обращается у иных пьющих в потребность, и преимущественно у тех из них, с которыми дома обходятся строго и которыми помыкают. Оттого-то в пьющей компании они и стараются всегда как будто выхлопотать себе оправдание, а если можно, то даже и уважение.
     — Забавник! — громко проговорил хозяин. — А для ча не работаешь, для ча не служите, коли чиновник?
     — Для чего я не служу, милостивый государь, — подхватил Мармеладов, исключительно обращаясь к Раскольникову, как будто это он ему задал вопрос, — для чего не служу? А разве сердце у меня не болит о том, что я пресмыкаюсь втуне? Когда господин Лебезятников, тому месяц назад, супругу мою собственноручно избил, а я лежал пьяненькой, разве я не страдал? Позвольте, молодой человек, случалось вам… гм… ну хоть испрашивать денег взаймы безнадежно?
     — Случалось… то есть как безнадежно?
     — То есть безнадежно вполне-с, заранее зная, что из сего ничего не выйдет. Вот вы знаете, например, заранее и досконально, что сей человек, сей благонамереннейший и наиполезнейший гражданин, ни за что вам денег не даст, ибо зачем, спрошу я, он даст? Ведь он знает же, что я не отдам. Из сострадания? Но господин Лебезятников, следящий за новыми мыслями, объяснял намедни, что сострадание в наше время даже наукой воспрещено и что так уже делается в Англии, где политическая экономия. Зачем же, спрошу я, он даст? И вот, зная вперед, что не даст, вы все-таки отправляетесь в путь и…
     — Для чего же ходить? — прибавил Раскольников.
     — А коли не к кому, коли идти больше некуда! Ведь надобно же, чтобы всякому человеку хоть куда-нибудь можно было пойти. Ибо бывает такое время, когда непременно надо хоть куда-нибудь да пойти! Когда единородна дочь моя в первый раз по желтому билету пошла, и я тоже тогда пошел… (ибо дочь моя по желтому билету живет-с…) — прибавил он в скобках, с некоторым беспокойством смотря на молодого человека. — Ничего, милостивый государь, ничего! — поспешил он тотчас же, и по-видимому спокойно, заявить, когда фыркнули оба мальчишки за стойкой и улыбнулся сам хозяин. — Ничего-с! Сим покиванием глав не смущаюсь, ибо уже всем все известно и все тайное становиться явным; и не с презрением, а со смирением к сему отношусь. Пусть! пусть! «Се человек!» Позвольте, молодой человек: можете ли вы. .. Но нет, изъяснить сильнее и изобразительнее: не можете ли вы, а осмелитесь ли вы, взирая в сей час на меня, сказать утвердительно, что я не свинья?
     Молодой человек не отвечал ни слова.
     — Ну-с, — продолжал оратор, солидно и даже с усиленным на этот раз достоинством переждав опять последовавшее в комнате хихикание. — Ну-с, я пусть свинья, а она дама! Я звериный образ имею, а Катерина Ивановна, супруга моя, — особа образованная и урожденная штаб-офицерская дочь. Пусть, пусть я подлец, она же и сердца высокого, и чувств, облагороженных воспитанием, исполнена. А между тем… о, если б она пожалела меня! Милостивый государь, милостивый государь, ведь надобно же, чтоб у всякого человека было хоть одно такое место, где бы и его пожалели! А Катерина Ивановна дама хотя и великодушная, но несправедливая… И хотя я и сам понимаю, что когда она и вихры мои дерет, то дерет их не иначе как от жалости сердца (ибо, повторяю без смущения, она дерет мне вихры, молодой человек, — подтвердил он с сугубым достоинством, услышав опять хихиканье), но, боже, что если б она хотя один раз. .. Но нет! нет! все сие втуне, и нечего говорить! нечего говорить!.. ибо и не один раз уже бывало желаемое, и не один уже раз жалели меня, но… такова уже черта моя, а я прирожденный скот!
     — Еще бы! — заметил, зевая, хозяин.
     Мармеладов решительно стукнул кулаком по столу.
     — Такова уж черта моя! Знаете ли, знаете ли вы, государь мой, что я даже чулки ее пропил? Не башмаки-с, ибо это хотя сколько-нибудь походило бы на порядок вещей, а чулки, чулки ее пропил-с! Косыночку ее из козьего пуха тоже пропил, дареную, прежнюю, ее собственную, не мою; а живем мы в холодном угле, и она в эту зиму простудилась и кашлять пошла, уже кровью. Детей же маленьких у нас трое, и Катерина Ивановна в работе с утра до ночи скребет и моет и детей обмывает, ибо к чистоте с измалетства привыкла, а с грудью слабою и к чахотке наклонною, и я это чувствую. Разве я не чувствую? И чем более пью, тем более и чувствую. Для того и пью, что в питии сем сострадания и чувства ищу. Не веселья, а единой скорби ищу… Пью, ибо сугубо страдать хочу! — И он, как бы в отчаянии, склонил на стол голову.
     — Молодой человек, — продолжал он, восклоняясь опять, — в лице вашем я читаю как бы некую скорбь. Как вошли, и прочел ее, а потому тотчас же и обратился к вам. Ибо, сообщая вам историю жизни моей, не на позорище себя выставлять хочу перед сими празднолюбцами, которым и без того все известно, а чувствительного и образованного человека ищу. Знайте же, что супруга моя в благородном губернском дворянском институте воспитывалась и при выпуске с шалью танцевала при губернаторе и при прочих лицах, за что золотую медаль и похвальный лист получила. Медаль… ну медаль-то продали… уж давно… гм… похвальный лист до сих пор у них в сундуке лежит, и еще недавно его хозяйке показывала. И хотя с хозяйкой у ней наибеспрерывнейшие раздоры, но хоть перед кем-нибудь погордиться захотелось и сообщить о счастливых минувших днях. И я не осуждаю, не осуждаю, ибо сие последнее у ней и осталось в воспоминаниях ее, а прочее все пошло прахом! Да, да; дама горячая, гордая и непреклонная. Пол сама моет и на черном хлебе сидит, а неуважения к себе не допустит. Оттого и господину Лебезятникову грубость его не захотела спустить, и когда прибил ее за то господин Лебезятников, то не столько от побоев, сколько от чувства в постель слегла. Вдовой уже взял ее, с троими детьми, мал мала меньше. Вышла замуж за первого мужа, за офицера пехотного, по любви, и с ним бежала из дому родительского. Мужа любила чрезмерно, но в картишки пустился, под суд попал, с тем и помер. Бивал он ее под конец; а она хоть и не спускала ему, о чем мне доподлинно и по документам известно, но до сих пор вспоминает его со слезами и меня им корит, и я рад, я рад, ибо хотя в воображениях своих зрит себя когда-то счастливой. И осталась она после него с тремя малолетними детьми в уезде далеком и зверском, где и я тогда находился, и осталась в такой нищете безнадежной что я хотя и много видал приключений различных, но даже и описать не в состоянии. Родные же все отказались. Да и горда была, чересчур горда… И тогда-то милостивый государь, тогда я, тоже вдовец, и от первой жены четырнадцатилетнюю дочь имея, руку свою предложил, ибо не мог смотреть на такое страдание. Можете судить потому, до какой степени ее бедствия доходили, что она, образованная и воспитанная и фамилии известной, за меня согласилась пойти! Но пошла! Плача и рыдая и руки ломая — пошла! Ибо некуда было идти. Понимаете ли, понимаете ли вы, милостивый государь, что значит, когда уже некуда больше идти? Нет! Этого вы еще не понимаете… И целый год я обязанность свою исполнял благочестиво и свято и не касался сего (он ткнул пальцем на полуштоф), ибо чувство имею. Но и сим не мог угодить; а тут места лишился, и тоже не по вине, а по изменению в штатах, и тогда прикоснулся!.. Полтора года уже будет назад, как очутились мы наконец, после странствий и многочисленных бедствий, в сей великолепной и украшенной многочисленными памятниками столице. И здесь я место достал… Достал и опять потерял. Понимаете-с? Тут уже по собственной вине потерял, ибо черта моя наступила… Проживаем же теперь в угле, у хозяйки Амалии Федоровны Липпевехзель, а чем живем и чем платим, не ведаю. Живут же там многие и кроме нас… Содом-с, безобразнейший… гм… да… А тем временем возросла и дочка моя, от первого брака, и что только вытерпела она, дочка моя, от мачехи своей, возрастая, о том я умалчиваю. Ибо хотя Катерина Ивановна и преисполнена великодушных чувств, но дама горячая и раздраженная, и оборвет… Да-с! Ну да нечего вспоминать о том! Воспитания, как и представить можете, Соня не получила. Пробовал я с ней, года четыре тому, географию и всемирную историю проходить; но как я сам в познании сем был некрепок, да и приличных к тому руководств не имелось, ибо какие имевшиеся книжки… гм!.. ну, их уже теперь и нет, этих книжек, то тем и кончилось все обучение. На Кире Персидском остановились. Потом, уже достигнув зрелого возраста, прочла она несколько книг содержания романического, да недавно еще, через посредство господина Лебезятникова, одну книжку — «Физиологию» Льюиса, изволите знать-с? — с большим интересом прочла и даже нам отрывочно вслух сообщала: вот и все ее просвещение. Теперь же обращусь к вам, милостивый государь мой, сам от себя с вопросом приватным: много ли может, повашему, бедная, но честная девица честным трудом заработать?.. Пятнадцать копеек в день, сударь, не заработает, если честна и не имеет особых талантов, да и то рук не покладая работавши! Да и то статский советник Клопшток, Иван Иванович, — изволили слышать? — не только денег за шитье полдюжины голландских рубах до сих пор не отдал, но даже с обидой погнал ее, затопав ногами и обозвав неприлично, под видом будто бы рубашечный ворот сшит не по мерке и косяком. А тут ребятишки голодные… А тут Катерина Ивановна, руки ломая, по комнате ходит, да красные пятна у ней на щеках выступают, — что в болезни этой и всегда бывает: «Живешь, дескать, ты, дармоедка, у нас, ешь и пьешь и теплом пользуешься», а что тут пьешь и ешь, когда и ребятишки-то по три дня корки не видят! Лежал я тогда… ну, да уж что! лежал пьяненькой-с, и слышу, говорит моя Соня (безответная она, и голосок у ней такой кроткий. .. белокуренькая, личико всегда бледненькое, худенькое), говорит: «Что ж, Катерина Ивановна, неужели же мне на такое дело пойти?» А уж Дарья Францевна, женщина злонамеренная и полиции многократно известная, раза три через хозяйку наведывалась. «А что ж, — отвечает Катерина Ивановна, в пересмешку, — чего беречь? Эко сокровище!» Но не вините, не вините, милостивый государь, не вините! Не в здравом рассудке сие сказано было, а при взволнованных чувствах, в болезни и при плаче детей не евших, да и сказано более ради оскорбления, чем в точном смысле… Ибо Катерина Ивановна такого уж характера, и как расплачутся дети, хоть бы и с голоду, тотчас же их бить начинает. И вижу я, эдак часу в шестом, Сонечка встала, надела платочек, надела бурнусик и с квартиры отправилась, а в девятом часу и назад обратно пришла. Пришла, и прямо к Катерине Ивановне, и на стол перед ней тридцать целковых молча выложила. Ни словечка при этом не вымолвила, хоть бы взглянула, а взяла только наш большой драдедамовый зеленый платок (общий такой у нас платок есть, драдедамовый), накрыла им совсем голову и лицо и легла на кровать, лицом к стенке, только плечики да тело все вздрагивают. .. А я, как и давеча, в том же виде лежал-с… И видел я тогда, молодой человек, видел я, как затем Катерина Ивановна, также ни слова не говоря, подошла к Сонечкиной постельке и весь вечер в ногах у ней на коленках простояла, ноги ей целовала, встать не хотела, а потом так обе и заснули вместе, обнявшись… обе… обе… да-с… а я… лежал пьяненькой-с.



[ 1 ] [ 2 ] [ 3 ] [ 4 ] [ 5 ] [ 6 ] [ 7 ] [ 8 ] [ 9 ] [ 10 ] [ 11 ] [ 12 ] [ 13 ] [ 14 ] [ 15 ] [ 16 ] [ 17 ] [ 18 ] [ 19 ] [ 20 ] [ 21 ] [ 22 ] [ 23 ] [ 24 ] [ 25 ] [ 26 ] [ 27 ] [ 28 ] [ 29 ] [ 30 ] [ 31 ] [ 32 ] [ 33 ] [ 34 ] [ 35 ] [ 36 ] [ 37 ]

/ Полные произведения / Достоевский Ф.М. / Преступление и наказание


Смотрите также по произведению «Преступление и наказание»:


Спектакль в Москве Преступление и наказание

На этой неделе побывала на спектакле «Преступление и наказание», поставленном в Московском театральном центре «Вишневый сад» под руководством Александра Вилькина.
С этим, по версии многих литературоведов, лучшим произведением Достоевского, лично у меня непростые отношения – если не брать школьную программу, это произведение разбиралось в первый год моей учебы на факультете неисчислимое количество раз. И «Введение в общую психологию», и «Социальная психология» и другие курсы не обходились без отсылок к Достоевскому и бесконечного анализа персонажей Сони, Раскольникова, Разумихина, Свидригайлова, а также социальной среды, породившей их.
В какой-то момент, получив оценку по последней из работ по этой теме, я решила к ней не возвращаться – слишком тосклив и безрадостен был для меня, еще достаточно юной, Петербург Достоевского и мучительно несчастны его персонажи. И, пожалуй, не имей я сложившегося представления о об этом театре ранее, скорее всего на спектакль я бы не пошла.
Аргументов для посещения спектакля у меня неожиданно набралось несколько — Сергей Ковалев, как режиссер-постановщик, я видела его уже в разных ролях на сцене, и мне интересно было увидеть его режиссерскую работу.
Четкое понимание и даже уверенность в том, что я опять увижу качественную классику и сам Раскольников – актер Алексей Щукин, которого до того я наблюдала в гротесково-комических ролях и все время думала, что хорошо бы увидеть его в драматической роли, потому что это должно быть отлично. Ни один мой аргумент не оказался ложным.
Спектакль – отличный.
Немного впечатлений ниже:
Персонажи, декорации и сам главный герой имеют удивительное визуальное сходство с серией иллюстраций к «Преступлению и наказанию» художника Дмитрия Шмаринова. Рисунки черно-белые, экспрессивные, с огромным вниманием к мелким деталям. Это мое описание подходит и к самому спектаклю в целом. Он выходит графичным и на удивление динамичным, хотя для меня, как для читателя, базовый текст Достоевского –скорее вязкая трясина, чем динамичное повествование.
Вообще, идея того, что действие происходит на фоне реальных фотографий петербургских дворов-колодцев, добавляет ощущения от того самого Петербурга Достоевского, являющегося не только создателем атмосферы, но и еще одним главным героем, не менее важным, чем Раскольников. По моим ощущениям авторы спектакля в меньшей степени касаются социальной стороны «Преступления и наказания», в большей степени показывая драматическую составляющую. И я считаю, что это удачная трактовка.
Раскольников (Алексей Щукин) очень понравился образ. Никакого надсадного переигрывания, верные доли интеллигентности и безумия персонажа. Четко прослеживаются основные проблемы героя — высокий интеллект и заниженная самооценка. Ну и пластика движения, конечно, оценила – в рамках припадка – отсылку к распятию. Не знаю уж, намеренно или нет, но впечатлилась.
Софья Мармеладова (Елена Щукина) –помогла мне понять, как могла бы выглядеть Соня на самом деле. До этого никак не складывался книжный образ в живое воплощение. Хотя, каюсь, это не первый спектакль, просмотренный мною по этой вещи. Нежная, кроткая, но сильная жертвенностью своей женщина, красивая такой, правильной русской красотой, которую не портит алый кричащий наряд дамочки легких нравов в первых сценах спектакля. На мой скромный вкус – прекрасная актерская работа.
Пульхерия Раскольникова (Ирина Новикова) – наконец-то сумела увидеть не комический, а драматический вариант работы этой чудесной актрисы. Жаль ее героиню, такая трагическая у нее судьба и трагизм этот ощущается от первого, до последнего появления ее на сцене. Передается и голосом, и движениями.
Авдотья Раскольникова (Наталья Кабаева) – трогательный и очень живой персонаж. Не такой жертвенный и очевидно более везучий, чем Соня. Очень понравилась сцена со Свидригайловым и неудачный выстрел, как она держит пистолет будто –бы кусающуюся живую зверушку.
Разумихин (Денис Кравцов) –не первый раз уже вижу актера на сцене, в очень разных ролях, каждый раз понимаю, что роль будет сыграна отлично. И в этом спектакле Разумихин вышел точно таким, как я его себе представляла. Добрый, интеллигентный, умный и тонкий персонаж. Все время ловила себя на мысли –вот такие люди и дружат с кем попало, по доброте своей, и вечно попадают в сомнительные истории по все той же неискоренимой доброте. 🙂
Мармеладов (Михаил Безобразов) – тут у меня очевидно, очарована тм второй раз. 🙂
Сколько не училась, совершенно не понимала трагичности персонажа, раздражалась на бестолковую слабость его и алкоголизм, считая их следствием его самовлюбленности и основной причиной трагической судьбы жены и дочери. Совсем другую фигуру играет актер. Монолог его и сцена смерти вызывают совершенно иные мысли и реакции. Не раздражаешься, а сочувствуешь персонажу. Блестящая работа.
Порфирий Петрович (Игорь Бровин) – в программке нет актера дублирующего состава. И это правильно. Потому что другим этого героя я теперь представить не смогу. Глубокий, умный, тонкий аналитик. Каждое движение к месту. Блестящая работа. Можно вкладывать в учебник и предлагать к изучению юным гражданам.
Свидригайлов (Рифат Сафиулин) – и тут я очарована. Опять!!! Потому что за столько лет знакомства с персонажем никто до того не добивался моего полного и безоговорочного сочувствия этому персонажу и попыток найти оправдания его сомнительным делам, так как это получилось в этом спектакле. Аплодировать не успела – пыталась заснять поклон. Потому пишу тут – Браво!
Амалия Ивановна (Мария Остапенко) – как всегда чудесна, как всегда в своем амплуа – блестяще играет эксцентричных особ с небольшим количеством текста, добиваясь не словами, а пластикой и вескостью произносимого того, чтобы начать симпатизировать героине и хотеть видеть ее чуть чаще, чем она появляется. 🙂
Катерина Мармеладова (Людмила Кожевникова) – много раз уже о ней писала, но то что и как сыграно конкретно в этой роли. Особенно, в сцене сумасшествия героини – по-моему это очень удачно. Хорошо знаю эту сцену, ее текст, но это действительно блестящая и одна из самых мощных работ актрисы, которые я успела увидеть. Опять мои состоящие из буковок искренние аплодисменты.
Некто он же автор (Павел Архипов) — отличная идея ввести Достоевского и текст «от автора» как зримого персонажа, отчасти участника всех событий. Эдакого голоса «страшненькой сказочки для взрослых». Это делает действие более выпуклым. И придаёт размышлениям автора больший вес. Фактурная внешность актера, и очень идущий ему костюм очевидно радуют глаз. Так же, как и присутствие его на сцене, но очень несколько раз расстроилась оговоркам –этот текст, безусловно сложный, хотелось бы слушать без купюр – это важно для понимания. Но думаю, история ситуативная. И ее возможно не повторить. Потому в целом ни в коем случае не мешающая моим высоким оценкам и работы актера и самого спектакля в целом.
В остальных ролях были замечены, уже знакомые мне Александр Савельев, Мария Малкова, Георгий Марченко, Виктор Бочков. Но их было прискорбно мало.
И потому я просто порадуюсь появлению знакомых лиц и пониманию того, что в этом спектакле, пусть и в небольших ролях заняты замечательные актеры.
На мой взгляд – это отличная постановка всем известной классики.
И снова десять из десяти. Спасибо!

Crime And Punishment. F. Dostoevsky (English)

Ф. М. Достоевский. «Преступление и наказание».  Перевод на английский язык

Crime And Punishment by F.

M. Dostoevsky (English Edition)

Информация о книге:

Автор/Author: Фёдор Михайлович Достоевский /Fyodor Dostoyevsky (1821-1881)
Оригинальное название/Original title: Преступление и наказание
Перевод 1 / Translated 1 by Constance Garnett
Перевод 2 / Translated 2 by Richard Pevear and Larissa Volokhonsky
Страна/Country: Россия/Russia
Язык оригинала/Language original: русский /Russian
Язык этой книги / Language this book: английский / English
Опубликовано/Published: 1866

Жанр/Genre:  психологический роман, философский роман, драма /Psychological novel, Philosophical novel, Drama

Annotation

Crime and Punishment focusеs on thе mental anguish аnd moral dilemmas оf Rodion Raskolnikov, аn impoverished еx-student in St. Petersburg whо formulates and executes а plan to kill аn unscrupulous pawnbroker fоr her cаsh.

Raskolnikov arguеs that with thе pawnbroker’s money hе can perform goоd deeds tо counterbalance thе crime, while ridding thе world of a worthless vеrmin.

Hе also сommits this murder tо test his оwn hypothesis that sоme people arе naturally capable оf such things, аnd even have thе right to dо them.

Sеveral times throughout thе novel, Raskolnikov justifiеs his actions by cоmparing himsеlf with Napoleon Bonaparte, bеlieving that murdеr is permissiblе in pursuit оf a higher purposе.

Translation

Перевод романа «Преступление и наказание» Ф.М. Достоевского:

Русский (Original) Преступление и наказание

Français Crime et Châtiment

Deutsch Verbrechen und Strafe

Italiano Delitto e castigo

Español Crimen y Castigo

Download

Fyodor Dostoyevsky. «Crime And Punishment». In English

Роман Ф.М. Достоевского «Преступление и наказание» на английском языке

Скачать бесплатно / Download free EPUB, PDF, FB2:

Translated by C. Garnett:   — 1,78 Mb    — 990  Kb   —  2,94 Мб (ZIP)

Translated by R. Pevear, L. Volokhonsky: — 1,29 Mb  — 697  Kb  — 2.55 Мб(ZIP)

Аудиокнига недоступна | Audible.com

  • Эвви Дрейк начинает больше

  • Роман
  • От: Линда Холмс
  • Рассказал: Джулия Уилан, Линда Холмс
  • Продолжительность: 9 часов 6 минут
  • Полный

В сонном приморском городке штата Мэн недавно овдовевшая Эвелет «Эвви» Дрейк редко покидает свой большой, мучительно пустой дом спустя почти год после гибели ее мужа в автокатастрофе. Все в городе, даже ее лучший друг Энди, думают, что горе держит ее взаперти, и Эвви не поправляет их. Тем временем в Нью-Йорке Дин Тенни, бывший питчер Высшей лиги и лучший друг детства Энди, борется с тем, что несчастные спортсмены, живущие в своих самых страшных кошмарах, называют «улюлюканьем»: он больше не может бросать прямо и, что еще хуже, он не может понять почему.

  • 3 из 5 звезд
  • Что-то заставило меня продолжать слушать….

  • От Каролина Девушка на 10-12-19

Глава 8

Резюме и анализ Часть 6: Глава 8

Резюме

Дуня и Соня целый день ждали Родю, опасаясь, что он может лишить его жизни. Дуня сдается и идет в комнату Роди ждать его. Когда он приходит к Соне, она очень рада его видеть. Он тут же говорит ей: «Я пришел за твоими крестами — это ты послала меня на перекрестки». Пока она идет за крестами, он решает, что не пойдет к Порфирию, потому что он ему надоел.

Соня возвращается с крестами, крестит его и вешает ему на грудь кипарисовый крестик. Затем он говорит Соне: «Тогда это символ того, что я несу свой крест.По настойчивой просьбе Сони он «несколько раз крестится», и Соня берет свою шаль, чтобы сопровождать его, но он говорит ей, что должен идти один. Она незаметно следует, но остается на расстоянии в тени.

Пока он исповедуется, он не понимает горя Сони, ведь он делает то, о чем она просила. Но он помнит ее совет пойти на перекресток, и когда он становится на колени и целует землю, все, кто его окружает, разражаются хохотом. Некоторые думали, что он пьян; другие считали его сумасшедшим.Он уже готов отказаться от этой затеи, но тут видит Соню в тени на расстоянии. «В эту минуту Раскольников понял в своем сердце раз и навсегда, что Соня будет с ним навеки и пойдет за ним на край земли».

Он входит в полицейский участок и спрашивает Заметова, которого нет, и он должен выслушать какой-то бред от Ильи Петровича. Внезапно Раскольников слышит, что Свидригайлов застрелился. Не сознавшись, он поворачивается к выходу и однажды на ступеньках видит стоящую вдалеке Соню.Он поворачивается и идет назад и говорит чиновнику: «Это я убил топором старуху ростовщицу и сестру ее Лизавету и ограбил их».

Анализ

Последний визит Раскольникова к Соне показывает его намерения «взять свой крест» и начать свое возвращение в человечество. Взяв на себя кипарисовый крест, он крестится ради Сони, что есть шаг к искуплению. Это деревянный крест, а не медный, оставив последний на другой день.

В своих страданиях он также видит, что Соня страдает. Когда он идет исповедоваться, он вспоминает ее слова: «Поклонись людям, поцелуй землю и скажи вслух: я убийца». Как только он начинает это делать, он тотчас же вызывает смех; раньше его гордость мешала ему стать объектом насмешек людей, и до сих пор он боится быть осмеянным, потому что он все еще твердо верит в обоснованность своей теории.

В отделении он ненавидит признаваться высокомерному Илье Петровичу, но, когда Заметов ушел, а Илья болтает глупо, известие о том, что Свидригайлов застрелился, заставляет его покинуть участок, не признавшись.Когда он покидает станцию, вид Сони, символа страдающего человечества, заставляет его вернуться. И с исповедью роман подходит к тематическому завершению. Признание является кульминацией многих попыток признания, которые он обдумывал после убийства ростовщицы и ее сестры.

Преступление и наказание Федора Достоевского Часть 6: Глава 5

ГЛАВА V

Раскольников шел за ним.

«Что это?» — вскричал Свидригайлов, оборачиваясь, — я думал, что сказал…

«Значит, теперь я не собираюсь терять тебя из виду. »

«Что?»

Оба стояли неподвижно и смотрели друг на друга, словно соизмеряя свои силы.

— Из всех ваших полупьяных рассказов, — резко заметил Раскольников, — я уверен , что вы не оставили своих замыслов на мою сестру, а осуществляете их более активно, чем когда-либо. Я узнал, что моя сестра получила письмо этим утром.Вы с трудом могли усидеть на месте все это время. . . . Вы можете найти жену по пути, но это ничего не значит. Я хотел бы сам удостовериться».

Раскольников едва ли мог сам сказать, чего он хотел и в чем хотел убедиться.

«Честное слово! Полицию вызову!»

«Отзовись!»

Снова они постояли с минуту лицом друг к другу. Наконец лицо Свидригайлова изменилось. Убедившись, что Раскольников не испугался его угрозы, он принял веселый и дружелюбный вид.

— Что за молодец! Я нарочно не упоминал о вашем деле, хотя меня и снедает любопытство. Это фантастическое дело. Я отложил его до другого раза, но вы достаточно, чтобы поднять мертвого. .. Ну, пойдемте, только заранее предупреждаю, что я только на минутку поеду домой, за деньгами, потом запру квартиру, возьму извозчика и поеду проводить вечер на острова. ты собираешься следовать за мной?»

«Я приду к вам на квартиру не к вам, а к Софье Семеновне, чтобы извиниться, что не был на похоронах.»

— Как хотите, а Софьи Семеновны нет дома. Она отвела троих детей к знатной старушке, покровительнице некоторых детских домов, с которой я был знаком много лет назад. Я очаровал старушку тем, внося ей денежную сумму на содержание троих детей Катерины Ивановны, а также подписываясь на учреждение. Я рассказал ей и историю Софьи Семеновны во всех подробностях, ничего не скрывая. Это произвело на нее неописуемое действие. Софья Семеновна приглашена сегодня зайти в Х.Гостиница, где дама остановилась на время.»

«Ничего, я все равно приду.»

— Как хотите, мне все равно, но я с вами не пойду, вот мы и дома. Между прочим, я убежден, что вы относитесь ко мне с подозрением именно потому, что я проявил такую ​​деликатность и не так Далеко беспокоил вас вопросами. .. понимаете? Это показалось вам необыкновенным; бьюсь об заклад, что это так. Ну, учит быть деликатным!

«И подслушивать у дверей!»

«А, так и есть?» — засмеялся Свидригайлов.— Да, я бы удивился, если бы ты пропустил это после всего, что случилось. Ха-ха! Хоть я и понял кое-что из твоих выходок, о которых ты рассказывал Софье Семеновне, но что это значит? «Может быть, я совсем отстал от жизни и не могу понять. Ради бога, объясните это, мой милый мальчик. Изложите новейшие теории!»

«Вы ничего не могли слышать. Вы все это выдумываете!»

«Но я не об этом (хотя кое-что слышал).Нет, я говорю о том, как ты теперь вздыхаешь и охаешь. Шиллер в тебе каждое мгновение бунтует, а теперь ты говоришь мне не подслушивать у дверей. Если вы так себя чувствуете, идите и сообщите в полицию, что с вами произошел этот несчастный случай: вы сделали небольшую ошибку в своей теории. Но если вы убеждены, что нельзя подслушивать в дверях, а можно убивать старух в свое удовольствие, то вам лучше ехать в Америку и поскорее. Беги, молодой человек! Может еще есть время. Я говорю искренне. У тебя нет денег? Я дам вам плату за проезд.»

— Я вовсе не об этом думаю, — с отвращением перебил Раскольников.

«Я понимаю (но не высовывайся, не обсуждай, если не хочешь). Я понимаю вопросы, которые тебя волнуют — моральные, не так ли? Обязанности гражданина и человека? Отложите их все в сторону. Они теперь вам ничего, ха-ха! Вы скажете, что вы еще человек и гражданин. не годится. Ну, ты лучше застрелись, или не хочешь?

«Кажется, ты пытаешься вывести меня из себя, заставить уйти от тебя.»

«Что за чудак! А вот и мы. Добро пожаловать на лестницу. Видишь, это путь к Софье Семеновне. Смотри, дома никого нет. Не веришь? Спроси у Капернаумова. Она оставляет ключ А вот и сама мадам де Капернаумова. Эй, что? Она глухая. Она ушла? Где? Вы слышали? моя комната, вы ведь хотели зайти ко мне, не так ли? Вот и мы. Мадам Ресслих нет дома.Она женщина, которая всегда занята, превосходная женщина, уверяю вас. . . . Она могла бы быть вам полезна, если бы вы были немного благоразумнее. Теперь, смотри! Я беру из конторы эту пятипроцентную облигацию — видите, сколько у меня их еще осталось — эта облигация сегодня будет обращена в наличные. Я не должен больше терять время. Бюро заперто, квартира заперта, и вот мы снова на лестнице. Возьмем такси? Я еду на острова. Хотите лифт? Я возьму эту карету. А, ты отказываешься? Вы устали от этого! Приходите на драйв! Я верю, что пойдет дождь.Ничего, мы опустим капюшон. . . .»

Свидригайлов уже был в вагоне. Раскольников решил, что подозрения его по крайней мере в этот момент несправедливы. Не ответив ни слова, он повернулся и пошел обратно к Сенной ярмарке. Если бы он только повернулся на дороге, то мог бы видеть, как Свидригайлов отошел шагах в ста, отпустил извозчика и пошел по тротуару. Но он свернул за угол и ничего не увидел. Сильное отвращение отвлекло его от Свидригайлова.

«Подумать только, я мог на одно мгновение искать помощи у этой грубой скотины, у этого развратного сластолюбца и мерзавца!» он плакал.

Суждение Раскольникова было высказано слишком легко и поспешно: было что-то в Свидригайлове, что придавало ему какой-то своеобразный, даже таинственный характер. Что касается сестры, то Раскольников был уверен, что Свидригайлов не оставит ее в покое. Но было слишком утомительно и невыносимо продолжать думать и думать об этом.

Оставшись один, он не прошел и двадцати шагов, как, как обычно, погрузился в глубокие размышления. На мосту он встал у перил и стал смотреть на воду. И его сестра стояла рядом с ним.

Он встретил ее у входа на мостик, но прошел мимо, не увидев. Дунечка еще никогда не встречала его таким на улице и смутилась. Она стояла неподвижно и не знала, звать его или нет. Вдруг она увидела Свидригайлова, быстро идущего со стороны Сенного базара.

Казалось, он приближается осторожно. Он не пошел на мост, а стоял в стороне на мостовой, делая все, чтобы не видеть его Раскольников. Он некоторое время наблюдал за Дуней и делал ей знаки. Ей показалось, что он сигнализирует, чтобы она умоляла ее не говорить с братом, а прийти к нему.

Так и сделала Дуня. Она украла своего брата и подошла к Свидригайлову.

— Поспешим, — шепнул ей Свидригайлов, — я не хочу, чтобы Родион Романович узнал о нашей встрече.Должен вам сказать, что сидел с ним в соседнем ресторане, где он разыскал меня, и мне было очень трудно избавиться от него. Он как-то прослышал о моем письме к вам и что-то подозревает. Не ты ему сказал, конечно, но если не ты, то кто?»

– Ну, вот мы и зашли теперь за угол, – перебила Дунечка, – и брат нас не увидит. Должна тебе сказать, что дальше я с тобой не пойду. Говори со мной здесь. Ты можешь все рассказать. на улице.»

— Во-первых, я не могу говорить на улице, во-вторых, вы должны слушать и Софью Семеновну, а в-третьих, я покажу вам бумаги…. . . Ну ладно, если вы не согласитесь пойти со мной, я откажусь давать какие-либо объяснения и тотчас же уйду. Но умоляю вас не забывать, что очень любопытная тайна вашего любимого брата полностью в моем ведении».

Часть 2, Глава 6 Страница 10

Прочитать анализ Шмупа Часть 2, Глава 6

«Отпустить? Ты смеешь приказывать мне отпустить тебя? Ты знаешь, что я сейчас с тобой сделаю? Я тебя подниму, свяжу в узел, отнесу домой под мышкой и запру вверх!»

— Послушай, Разумихин, — начал Раскольников тихо, видимо спокойно, — разве ты не видишь, что я не хочу твоей благосклонности? Странное желание у тебя осыпать благодеяниями человека, который. .. проклинает их, кто считает их обузой на самом деле! Зачем ты искал меня в начале моей болезни? Может быть, я был очень рад умереть. Разве я не говорил тебе сегодня прямо, что ты меня мучаешь, что я… устал от тебя! Вы, кажется, хотите мучить людей! Уверяю вас, что все это серьезно мешает моему выздоровлению, потому что постоянно раздражает меня. Вы видели, что Зосимов сейчас ушел, чтобы не раздражать меня. Ты тоже оставь меня в покое, ради всего святого! В самом деле, какое право вы имеете удерживать меня силой? Разве ты не видишь, что теперь я владею всеми своими способностями? Как, как мне уговорить тебя не преследовать меня своей добротой? Я могу быть неблагодарным, я могу быть злым, только дай мне быть, ради бога, дай мне быть! Позвольте мне быть, позвольте мне быть!»

Начал он спокойно, заранее злорадствуя над ядовитыми фразами, которые собирался произнести, но кончил, задыхаясь, в исступлении, как когда-то с Лужиным.

Разумихин постоял, подумал и опустил руку.

«Ну, тогда иди к черту», сказал он мягко и задумчиво. — Постой, — заревел он, когда Раскольников хотел было двинуться. — Послушайте меня. Позвольте мне сказать вам, что вы все сборище болтливых, притворяющихся идиотов! Если у вас есть какая-нибудь маленькая неприятность, вы размышляете над ней, как курица над яйцом. И даже в этом вы — плагиаторы! В тебе нет признаков самостоятельной жизни!.. Ты сделан из спермацетовой мази, и у тебя в жилах вместо крови лимфа.Я не верю ни в кого из вас! В любых обстоятельствах всем вам в первую очередь нужно быть непохожим на человека! Стоп, — вскричал он с удвоенной яростью, заметив, что Раскольников опять сделал движение, — выслушайте меня! Ты знаешь, у меня нынче вечером новоселье, смею сказать, уже приехали, а я там дядю оставила — только что забежала — принимать гостей. И если бы ты не был дураком, дураком обыкновенным, дураком совершенным, если бы ты был оригиналом, а не переводом… вот видишь, Родя, я знаю, что ты умный малый, но ты дурак! — и если бы ты не был дураком, то зашел бы ко мне нынче вечером вместо того, чтобы изнашивать свои сапоги на улице! Так как вы вышли, нет никакой помощи для него! Я бы дал вам уютное кресло, у моей квартирной хозяйки такое есть. .. чашка чая, компания… Или ты можешь лечь на диван — все равно ты будешь с нами… Зосимов тоже будет там. Ты придешь?»

«Нет»

Прочитать анализ Шмупа Часть 2, Глава 6

Часть 5, Глава 5 Стр. 1

Прочитать анализ Шмупа Часть 5, Глава 5

Лебезятников выглядел взволнованным.

— Я пришел к вам, Софья Семеновна, — начал он. «Извините меня.Я думал вас найти, — сказал он, обращаясь вдруг к Раскольникову, — то есть я ничего не имел в виду… в этом роде… А я только подумал… Катерина Ивановна вышла из себя — выпалил он вдруг, обращаясь от Раскольникова к Соне.

Соня вскрикнула.

— По крайней мере, так кажется. Но… мы не знаем, что делать, видите ли! Она вернулась — ее, кажется, куда-то выгнали, может быть, побили… Так по крайней мере кажется… Она побежала к бывшему начальнику твоего отца, не застала его дома: он обедал у какого-то другого генерала….Только представьте, она бросилась туда, к другому генералу, и, представьте себе, она была так настойчива, что сумела вызвать к себе шефа, вывела его, кажется, с обеда. Вы можете себе представить, что произошло. Ее, конечно, выгнали; но, по ее собственному рассказу, она оскорбила его и чем-то бросила в него. Можно поверить… Как это ее не взяли, не понимаю! Теперь она всем рассказывает, в том числе и Амалии Ивановне; но ее трудно понять, она кричит и мечется….О да, она кричит, что раз все ее бросили, то она возьмет детей и пойдет на улицу с шарманкой, и дети будут петь и танцевать, и она тоже, и деньги собирать, и пойдет каждый день под генеральским окном… «чтобы все видели, как родные дети, у которых отец чиновник, попрошайничают на улице». Она продолжает бить детей, и они все плачут. Она учит Лиду петь «Мою деревню», мальчика танцевать, Поленьку — ту же. Она рвет на себе всю одежду и шьет из нее шапочки, как актеры; она собирается нести жестяной таз и заставить его звенеть вместо музыки…. Она ничего не хочет слушать… Представьте себе положение вещей! Это выше всего!»

Лебезятников хотел было бы продолжать, но Соня, слышавшая его почти затаив дыхание, схватила шинель и шляпу и выбежала из комнаты, одеваясь на ходу. Раскольников последовал за ней и Лебезятниковым.

«Она точно сошла с ума! — сказал он Раскольникову, когда они вышли на улицу. — Я не хотел пугать Софью Семеновну и сказал: «похоже было», а там не вызывает сомнений.Говорят, что при чахотке бугорки иногда возникают в мозгу; жаль, что я ничего не понимаю в медицине. Я пытался ее уговорить, но она не слушала.»

«Ты говорил с ней о туберкулах?»

Прочитать анализ Шмупа Часть 5, Глава 5

[Прослушать][Скачать] Преступление и наказание Аудиокнига

Преступление и наказание Аудиокнига — роман русского писателя Федора Достоевского. Оно стало распространяться в дневнике ученых «Русский вестник» с двенадцатью выплатами, устраиваемыми каждый год в 1866 году.Центры коррупции и наказаний вокруг психологических травм и положительных проблем Родиона Раскольникова, бывшего петербургского богатыря, посредника за свой счет.

Аудиокнига

Преступление и наказание – Сюжет и рецензия:

Преступление и наказание Аудио считался важным фактором социального развития Европы 20-го века с упором на группу Блумсбери, анализ и существование. Авторам, связанным с Блумсбери, Вирджинии Вульф, Джону Миддлтону Мерри и Д.Х. Лоуренс входят в число людей, которые говорили о работе. Фрейд уделял пристальное внимание творчеству Достоевского, и большое количество почитателей стремилось интерпретировать мысли Раскольникова.

Преступление и наказание Аудиокнига — популярный детективный роман, написанный Федором Достоевским . Книга была первоначально опубликована в 1866 году. Она следует жанру криминального романа , психологической фантастики, философской фантастики, криминальной фантастики . Он имеет рейтинг 4.2 Star Review на GoodReads.

Обзор участка:

Раскольников, непритязательный и надоедливый из предыдущего кабинета, проходит мимо уголовников Петербурга и высылает убийцу напрасно, без угрызений совести и со слезами. Он считает себя замечательным человеком, Наполеон: представляет собой высшее дело, выходящее за рамки закона общего блага. Как бы то ни было, выходя из опасного круга крыс и мышей с безошибочно узнаваемым полицейским экспертом, Раскольников разыскивается растущим голосом своего внутреннего голоса и обнаруживает, что его вина близка к его шее.Только Соня, депрессивная проститутка, может дать шанс на выздоровление.

Об авторе (Федор Достоевский):

Фёдор Михайлович Достоевский (11 ноября 1821 — 9 февраля 1881), писатель, мыслитель, рассказчик, писатель, публицист. Работы исследователей Достоевского исследуют науку о человеческом мозге в печальных политических, социальных и иных мировых условиях девятнадцатого века в России, а затем углубляются в некоторые философские и сложные темы.Его самые известные произведения: «Преступление и наказание» (1866 г.), «Идиот» (1869 г.), «Бесы» (1872 г.) и «Братья Карамазовы» (1880 г.).

Слушайте аудиокнигу «Преступление и наказание» бесплатно, Full MP 3:

Преступление и наказание MP 3 приведен ниже в 3-х частях, которые включают в себя все главы книги, Начинайте слушать и наслаждайтесь.

Слушайте аудиокнигу Аудиокнига

Преступление и наказание бесплатно Аудиокнига

Преступление и наказание бесплатно

Одно из самых любимых произведений Федора Достоевского, эта популярная и известная аудиокнига «Классика» теперь доступна для бесплатного скачивания на Spotify, Deezer, а также в высоком качестве на Audible.Вместо того, чтобы загружать несколько mp3-файлов, теперь вы можете просто слушать оригинальную аудиокнигу бесплатно и легально.

Спустя столетие после своего появления «Преступление и наказание» остается одним из самых захватывающих психологических триллеров. Убитый бедностью молодой человек, видя, как его семья приносит жертвы ради него, сталкивается с возможностью решить свои финансовые проблемы одним простым, но ужасающим поступком: убийством ростовщика. Она, по его мнению, просто паразит общества. Но оправдывает ли цель средства? Родион Романович Раскольников принимает решение и потом ему приходится с этим жить.Достоевский мастерски противопоставляет комедии и трагедии петербургской жизни тоску и смятение внутренней жизни Раскольникова.

На этой неделе аудиокнига Федора Достоевского « Преступление и наказание » вошла в число 50 бестселлеров в категории Классика . Вы можете легально скачать или транслировать эту аудиокнигу и слушать бесплатно на Spotify, Deezer и в высоком качестве на Audible.

Преступление и наказание
Федор Достоевский
Продолжительность: 22:02 ч
Опубликовано: 12-30-12

Вы можете загрузить эту книгу бесплатно, если войдете в систему, используя данные для входа в Amazon, и получите бесплатную 30-дневную пробную подписку на ведущей в мире платформе аудиокниг Amazon Audible.Аудиокнига останется с вами навсегда.

Достоевский: Преступление и наказание
Найджел Энтони
Продолжительность: 2:20 ч
Опубликовано: 01.12.2010
Треки: 14:38 Преступление и наказание: Глава 1, На грани22:32 Преступление и наказание: Глава 2, Убийство свершилось13:17 Преступление и наказание: Глава 3, Безумный побег21:14 Преступление и наказание: Глава 4, Виновные действия18: 01 Преступление и наказание: Глава 5, Смешанные чувства13:25 Преступление и наказание: Глава 6, Под подозрением19:28 Преступление и наказание: Глава 7, Сеть закрывается17:56 Преступление и наказание: Глава 8, Признание вины

▶ Слушайте сейчас для бесплатно

              (предоставляет Spotify Free)

Достоевский: Преступление и наказание
Найджел Энтони
Продолжительность: 2:20 ч
Опубликовано: 01. 12.2010
Треки: 14:38 Преступление и наказание: Глава 1, На грани22:32 Преступление и наказание: Глава 2, Убийство свершилось13:17 Преступление и наказание: Глава 3, Безумный побег21:14 Преступление и наказание: Глава 4, Виновные действия18: 01 Преступление и наказание: Глава 5, Смешанные чувства13:25 Преступление и наказание: Глава 6, Под подозрением19:28 Преступление и наказание: Глава 7, Сеть закрывается17:56 Преступление и наказание: Глава 8, Признание вины

▶ Слушайте сейчас для бесплатно

              (предоставляется Deezer Gratis)

Достоевский, Ф.: Преступление и наказание (сокращенно)
Майкл Шин
Продолжительность: 3:43 ч
Опубликовано: 18 августа 1994 г.
Треки: 06:41 Преступление и наказание: В гостях у «процентщицы»08:59 Преступление и наказание: Встреча Раскольникова с Мальмедовым03:29 Дом Мальмедова10:08 Преступление и наказание: Письмо матери Раскольникова08:22 Преступление и наказание: Письмо вступает в силу08:37 Преступление и наказание: Подготовка к убийству06:13 Преступление и наказание: У дверей ростовщика08:00 Преступление и наказание: Неожиданное появление04:44 Преступление и наказание: После убийства08:52 Преступление и наказание: Полицейский участок02:42 Преступление и наказание: лихорадка07:16 Преступление и наказание: обеспокоены друзья Раскольникова03:54 Преступление и наказание: Зосимов рассказывает историю Душкина07:55 Преступление и наказание: появляется Лужин05:57 Преступление и наказание: Раскольников читает газету06 :19 Преступление и наказание: Возвращение на место08:26 Преступление и наказание: Смерть Мармеладова05:57 Преступление и наказание: Семейные разговоры04:31 Преступление и наказание: По дороге к Порфирию Петровичу,11:53 Преступление А Наказание: Порфирий начинает расспрашивать Раскольникова06:21 Преступление и наказание. Встреча с незнакомцем10:04 Преступление и наказание. Лужин отправлен06:22 Преступление и наказание. Раскольников и Соня05:10 История Лазаря07:23 Преступление и наказание. Снова полицейский участок05:32 Преступление и наказание: Допрос продолжается05:18 Преступление и наказание: Приводят Николая07:03 Преступление и наказание: Раскольников признается Соне04:40 Преступление и наказание: Безумие11:07 Преступление и наказание: Порфирий Петрович в команде, 08:25 Решение принято06:43 Преступление и наказание: Сибирь

▶ Слушайте бесплатно

              (предоставлено Deezer Gratis)

Audioobook предлагает самые популярные, самые смешные, самые потрясающие и волнующие аудиокниги для загрузки и потоковой передачи.Если вы являетесь поклонником «Преступления и наказания» Федора Достоевского, то вам также могут быть интересны следующие аудиокниги «Классика»:

.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.