Поэт сумароков: «Господин Сумароков хороший поэт…» — Год Литературы

Содержание

«Господин Сумароков хороший поэт…» — Год Литературы

Текст: Татьяна Абрамзон

Фото из фейсбука автора

25 (14) ноября исполняется 300 лет со дня рождения Александра Петровича Сумарокова (1717—1777) — поэта, драматурга, директора театрa, одного из первых профессиональных литераторов России. И при этом — одного из создателей чисто российской парадигмы «поэт и царь», возводящей сочинителя, частное лицо, в собеседники и оппоненты высшей власти. Хорошо известны хлесткие слова Екатерины, которыми она окоротила попытки Сумарокова вмешиваться в законотворчество: «Господин Сумароков хороший поэт, но слишком скоро думает, чтоб быть хорошим законодавцем; он связи довольной в мыслях не имеет, чтоб критиковать цепь, и для того привязывается к наружности кольцев…»

Но не менее известна похвала Пушкина, вложенная в уста прожившего жизнь Петра Гринева: «Опыты мои, для тогдашнего времени, были изрядны, и Александр Петрович Сумароков, несколько лет после, очень их похвалял».

Гринев дожил до «кроткого царствования императора Александра», то есть до стихов Карамзина, Жуковского, Батюшкова и самого Пушкина — но по-прежнему дорожит похвалами поэта Сумарокова — нам сейчас решительно не известного.

Насколько это справедливо? Каков, ретроспективно, вклад Сумарокова в поэзию и как нам сейчас «настроить читательскую оптику», чтобы воспринимать Сумарокова-поэта? Мы спросили об этом Татьяну Абрамзон, завкафедрой языкознания и литературоведения института гуманитарного образования Магнитогорского государственного технического университета им. Г. И. Носова, одного из редакторов собрания сочинений Александра Сумарокова, готовящегося к публикации в московском издательстве ОГИ.

О СУМАРОКОВЕ-ПОЭТЕ: «ПРЯМОВА ЩАСТИЯ ЛИШЕННА ЧАСТЬ МОЯ…»

***

Наши филологические штудии задним числом объясняют, иногда даже убедительно, почему то или иное произведение осталось в веках. Почему прижизненная слава и популярность одного художника оборачиваются последующим забвением, безвестие других — пристальным вниманием со стороны потомков, порой спустя десятилетия после смерти автора? Причины таких метаморфоз — всегда лишь гипотезы.

Что же случилось с сумароковскими произведениями после 1777 года?

Александр Петрович Сумароков, поэт с душой и талантом, универсалист в жанрах, устроитель и зачинатель русского публичного театра, драматург, истовый просветитель, с характером тяжелым и тяжелой судьбой, верил в то, что потомки смогут беспристрастно (и по достоинству!) оценить его творчество и творчество его литературных соперников: «потомки и его <Ломоносова> и мои стихи увидят и судить нас будут» [Сумароков А. П. Некоторые строфы двух авторов.].

У современников не было сомнений в том, что Сумароков обрёл «бессмертную славу» «не только от россиян, но и от чужестранных академий и славнейших европейских писателей» [Новиков Н. И. Опыт исторического словаря о российских писателях. СПб., 1772. С. 207.]. Эти слова Н. И. Новиков напишет ещё при жизни Сумарокова! Ещё до того, как случится 1774 год, год настоящего творческого бума поэта! Но искушенный и многоопытный Новиков ошибся…

Да, первое полное собрание сочинений Сумарокова в 10-ти томах (1781—1782), с любовью и старанием подготовленное Новиковым, было разобрано «по подписке» (226 «пренумерантов») и распродано без задержки. Да, тираж около 2000 экземпляров явно не удовлетворил запросы публики, и потому в 1787 году вышло в свет второе издание. Однако проходит два десятилетия, и уже Карамзин в «Пантеоне российских авторов» (1802) с щемящей грустью признаёт, что слава Сумарокова померкла… «уже фимиам не дымится перед кумиром».

Прижизненная слава и сыграла злую шутку с наследием Сумарокова. Романтики, бойкие да дерзкие, пришедшие на смену «классицистам», объявили нормы и правила вне закона, а гений, вдохновение — единственным необходимым условием творчества. И Сумароков, с его переложением Буало, с его «Наставлением хотящим быти писателями», с дидактическими установками в поэзии и драматургии превратился в знак эпохи Просвещения, в знак того, что необходимо преодолеть. Гегелевский закон и вечная проблема отцов и детей! Отрицая классические правила, «дети» не смогли разглядеть в «отцовских» сочинениях того, что поэты века безумного и мудрого нарушали ими же сформулированные принципы, выходили за границы якобы непреложных законов именно потому, что были Поэтами.

Пушкинское поколение именовало «северного Расина» то «замысловатым», то «холодным», а звучная рифма «Сумароков — бич пороков» подчеркнула назидательность сумароковского творчества, что было несправедливо и неверно по сути! Но совершенно в логике истории литературы. Так, Батюшков в своем «Видении» (1809) бросил в Лету сочинения современных ему поэтов, чтобы посмотреть: кто «выплывет», кто «потонет»? А почившим «классикам», и Сумарокову в их числе, и вовсе оставил роль наблюдателей «эксперимента». На рубеже других веков «дети» предложат «бросать» классиков: теперь уже будут готовы «бросить Пушкина, Достоевского, Толстого и проч. и проч. с парохода современности». Кто же выплывет?! Кого будут читать? Интересен ли Сумароков современному читателю? Да, решительно интересен! Интересен, потому что он — Поэт!

Поэт-любовник, рыцарь любовного чувства создает замечательные образцы во всех лирических жанрах — песни, элегии, эклоги, сонеты, мадригалы, эпиталамы. Сборник эклог Сумароков адресует «Прекрасному российского народа женскому полу»:


«Я вам, прекрасные, сей мой труд посвящаю; а ежели кому из вас подумается, что мои эклоги наполнены излишно любовию, так должно знати, что недостаточная любовь не была бы материю поэзии; сверьх того должно и вообразити, что во дни златого века не было ни бракосочетания, ни обрядов, к оному надлежащих: едина нежность только, препровождаема жаром и верностью, была основанием любовного блаженства».

Он защищает «любовное блаженство» и «благопристойную» любовь от ханжей и вертопрахов. Верность и ревность, измена и мучительная тоска, взаимная любовь и безответная — целая гамма чувств и ситуаций в сумароковских стихах:

Парнасским жителем назваться я не смею,

Но сладости любви я чувствовать умею.

Или:

 
Любовь источник и основание всякого дыхания…
 

Или:

Любовник иногда разжен лица приятством:

Любовница к нему горит ево богатством.

Или:

Порода красоты лицу не придает.

В селе и в городе цветок равно цветет.

Есть строки красиво ритмичные, есть строки чувственные… и, наверное, можно отобрать лирические красоты сумароковской поэзии и предложить их современному читателю. Можно и по-иному! Пойти за Сумароковым, за поэтом, казалось бы, рациональным, но который вплотную подошёл к осознанию того, что любовь — чувство иррациональное:

Сердце тяжким стоном, очи током слезным,

Извлекают тайну муки сей…


Более того, Сумароков — один из первых русских поэтов, который выразил женские переживания от лица женщины.


Если бы Сумароков прочёл ахматовские строки «Я научила женщин говорить…», то и в силу своего характера, и во имя исторической справедливости непременно вступил бы с нею в спор за первенство.

В сонете «О существа состав без образа смешенный», пусть и являющемся вольным переложением Sonnet sur l’avorton Ж. Эно, Сумароков берёт на себя смелость выплакать горе дважды согрешившей женщины: сначала уступившей жару любви, а затем избавившейся от «несчастного плода» в «дар чести»:

О существа состав, без образа смешенный,

Младенчик, что мою утробу бременил,

И, не родясь еще, смерть жалостно вкусил

К закрытию стыда девичества лишенной!

Этот сонет признан одним из лучших русских сонетов XVIII века, но драматизм чувства, но глубина страдания в сумароковских стихах ничуть не изветшали и не стерлись временем.

Главное, что в сумароковских сочинениях есть собственный голос, и этот голос отличается и от французских интонаций, и от ломоносовского выговора, влияние которого избежать было сложно. Оригинальность сумароковского «поэтического голоса» любопытна и привлекательна! Современным читателям, у которых есть вкус к слову, к слову, которое отражается и зеркалит в разных текстах нюансами смыслов, — таким читателям Сумароков и поныне интересен, интересен своей поэтической индивидуальностью…

Собственно, и в трагедиях Сумарокова, будь то «Хорев», «Синав и Трувор», «Семира» или «Димиза» в центре — любовный конфликт и любовные перипетии, усиленные и усложненные столкновением любовного переживания с долгом, ответственностью перед родными или Родиной.

А сумароковский «Гамлет»?!

Чутьем настоящего поэта Сумароков угадал бессмертие Шекспира и начал историю вечного образа в русской культуре, что современники оценить не смогут, это сделают спустя столетия потомки, да и то без особого единодушия и признательности. Первый русский «Гамлет» удивительно рифмуется с постановками шекспировских пьес Дэвидом Гарриком в лондонском королевском театре Drury Lane. Когда Гаррик настаивал на том, чтобы играли без париков, чтобы «актеры носили свои волосы», особенно иронизируя над париками на «призраках», появляющихся на сцене в шекспировских пьесах, Сумароков решил, что Призрак отца Гамлета (в парике или без него) — неудобный и лишний персонаж в сюжете.

Русский драматург исключит Призрака из действующих лиц шекспировской трагедии и пошлет Гамлету сновидение об отце, которое и откроет главному герою страшную тайну убийства.

Но всё же если не об историческом значении, если о современном… сумароковский «Гамлет» — настоящий подарок нынешнему театру, с его склонностью к новым интерпретациям и прочтениям. Знаменитый монолог To be or not to be? русский драматург передал так, чтобы зрителю было понятно, перед каким выбором оказался герой, что именно мучит его на жизненном распутье:

Что делать мне теперь? Не знаю, что зачать.

Легко ль Офелию на веки потерять!

Отец! Любовница! о имена драгия!

Вы были щастьем мне во времена другия.

Сумароков-классицист взялся исправить шекспировские «несообразности», и потому русский Гамлет, решительный и смелый, восстанавливает справедливость, воссоединяется с возлюбленной Офелией и получает родительский трон. Вспомним — сходным образом «осовременивали» Гамлета в 1920-е годы. Так что Сумароков — это еще и авангардист-революционер.

Но и без подобных перегибов лирические стихи и драматические произведения Александра Сумарокова, с налётом старины и с жаром пиитическим, способны отозваться у современных читателей добрым чувством.

Русские писатели и поэты :: Александр Петрович Сумароков

Александр Петрович Сумароков, самый последовательный из писателей-классицистов, наряду с практикой литературной деятельности сумел дать теоретическое обоснование классицизма как литературного направления, характерного для России середины века. В литературе Сумароков выступил как продолжатель в то же время антагонист Ломоносова. В 1748 г. в «Эпистоле о стихотворстве» Сумароков пишет о Ломоносове: «Он наших стран Мальгерб; он Пиндару подобен». Впоследствии Сумароков вспоминал о том времени, когда они с Ломоносовым были приятели и ежедневные собеседники «и друг от друга здравые принимали советы» («О стихосложении»). Затем началась литературно-теоретическая и личная вражда писателей.

А. П. Сумароков — выдающийся драматург и поэт своего времени, страстно преданный литературному делу, верящий во всемогущую силу слова, обращенного к разуму. Один из самых плодовитых и деятельных писателей XVIII в., он обратил свое литературное творчество к дворянскому сословию. И его классицизм носил узкодворянский сословный характер, в отличие от общегосударственного и общенационального характера классицизма Ломоносова. По справедливым словам Белинского, «Сумароков был не в меру превознесен своими современниками и не в меру унижаем нашим временем». Вместе с тем творчество Сумарокова было важной вехой в истории развития русского литературного процесса XVIII в.


Биография
 
 

Александр Петрович Сумароков родился 14 (25) ноября 1717 г. в аристократической, но обедневшей к тому времени семье. Получив первоначальное домашнее образование, Сумароков в 1732 г., 14 лет от роду, поступил в Сухопутный шляхетный корпус, открытый только для дворян. В этом корпусе, который был обязан выпускать «начальников» военной, гражданской и придворной службы, Сумароков получил прекрасное образование и приобщился к литературе и театру. Здесь преподавались такие общеобразовательные дисциплины, как история, география, юридические науки, языки, фехтование и танцы. Корпус становится очагом новой дворянской культуры. Много времени уделялось литературе и искусству. Недаром в корпусе в разное время учились будущие литераторы: А. П. Сумароков, М. М. Херасков, И. П. Елагин, А. А. Нартов и др. Группой учащихся и офицеров корпуса было предпринято в 1759 г. издание журнала «Праздное время, в пользу употребленное», в котором сотрудничал и Сумароков, окончивший корпус в 1740 г. Литературные интересы определили и то, что именно в Шляхетном корпусе была сыграна первая русская трагедия, написанная Сумароковым и положившая начало созданию русского драматического репертуара. Уже в годы учебы раскрылось поэтическое дарование Сумарокова. Первыми напечатанными произведениями его были две оды на новый, 1740 год, изданные отдельной брошюрой. По окончании курса наук Сумароков, несмотря на военную службу, которая носила в основном формальный характер, все время отдает литературе. Он пишет оды, элегии, песни, басни, выступает как драматург, относясь к литературе впервые как к профессиональному делу.

В годы учебы в корпусе у Сумарокова сложились твердые и высокие представления о достоинстве дворянина, о необходимости общественного служения отечеству, сложились идеальные представления о дворянской чести и добродетели. В духе этих идеалов он мечтал воспитать дворянское общество, и средством для этого избрал литературу. Сумароков обращался к правительству от лица дворянской общественности, на которой он и сосредоточил главное внимание. Он становится идеологом дворянского сословия, идеологом нового дворянства, рожденного петровским временем. Дворянин должен служить для пользы общества. И Сумароков, в свою очередь, защищает интересы дворян. Видя в существующем крепостническом строе явление вполне естественное и узаконенное, Сумароков вместе с тем выступал против излишней жестокости помещиков-крепостников, против превращения крепостного права в рабство. «Продавать людей, как скотину, не должно»,— заявлял он в замечаниях на «Наказ» Екатерины II. И в то же время был убежден, что «свобода крестьянская не только обществу вредна, но и пагубна, а почему пагубна, того и толковать не надлежит». Признавая естественное равенство людей, он считал, что именно воспитание и образование делают дворян «первыми членами общества», «сынами отечества»:

Какое барина различье с мужиком?
И тот, и тот — земли одушевленный ком,
А если не ясняй ум барский мужикова,
Так я различия не вижу никакого.

(«О благородстве»)

Дворянство, по мысли Сумарокова, занимая привилегированное положение в обществе, должно быть образованным, просвещенным, должно доказать свое право управлять «рабами отечества», т.е. крестьянами. В этом отношении программным стихотворением была его сатира «О благородстве»:

Сию сатиру вам, дворяня, приношу!
Ко членам первым я отечества пишу.
Дворяне без меня свой долг довольно знают,
Но многие одно дворянство вспоминают,
Не помня, что от баб рожденным и от дам
Без исключения всем праотец Адам.
На то ль дворяне мы, чтоб люди работали,
А мы бы их труды по знатности глотали?

В этой сатире повторяются основные положения сатиры Кантемира о благородстве рождения и благородстве заслуг, о естественном равенстве людей. «Честь наша не в титлах состоит,— писал Сумароков,— тот сиятельный, кто сердцем и разумом сияет, тот превосходительный, который других людей достоинством превосходит, тот боярин, который болеет об отечестве». Сумарокову так и не удалось приблизить дворянство к выношенному им идеалу.

Будучи монархистом, сторонником просвещенного абсолютизма, Сумароков резко выступал против монархов, которые, по его мнению, не выполняют своих обязанностей перед подданными, забывая, что «рожденны мы для вас. А вы для нас рожденны». Об этом Сумароков не уставал напоминать в своих одах и трагедиях. Он то и дело становится в оппозицию к правительству.

Жизнь Сумарокова, внешне полная успеха и признания, сложилась чрезвычайно трудно. Не видя среди дворян достойных представителей своего класса, он неустанно обличает жестоких, непросвещенных дворян, столь далеких от созданного им идеала. Он высмеивает их в баснях и сатирах, обличает взяточничество и беззаконие чиновников, фаворитизм при дворе. Дворянское общество, не желавшее слушать Сумарокова, начало мстить писателю. Самолюбивый, раздражительный, привыкший к признанию своих литературных успехов со стороны литераторов, Сумароков, по воспоминаниям современников, часто выходил из себя, не умел сдерживаться. Честный и прямой, он никому не спускал дерзости. «Его неукротимость и истеричность вошли в поговорку. Он вскакивал, бранился, убегал, когда слышал, как помещики называли крепостных слуг «хамовым коленом». Он доходил до истерики, защищая свое авторское право от посягательств московского главнокомандующего; он громко проклинал самоуправство, взятки, дикость общества; дворянское «общество» мстило ему, выводя его из себя, издеваясь над ним».

С именем Сумарокова связано возникновение постоянного «Русского, для представлений трагедий и комедий, театра», первым директором которого в 1756 г. Елизавета назначила Сумарокова. Сумароков видел в театре возможность осуществления воспитательной роли по отношению к дворянству. Создание театра зависело во многом от появления трагедий Сумарокова, составивших его репертуар. К моменту открытия театра Сумароков — автор пяти трагедий и трех комедий. Современники по праву называли его «основателем российского театра». Пять лет стоял он у руководства театром, работа в котором была необычайно трудной: не было постоянного помещения, не хватало денег на постановки, актеры и директор месяцами не получали жалованья. Сумароков писал отчаянные письма Шувалову, вступая в постоянные конфликты. Горячо любивший искусство, преданный делу, Сумароков не был ни достаточно уживчивым человеком, ни хорошим администратором. В  1761  г. ему пришлось уйти из театра.

Последний период жизни особенно тяжел для Сумарокова. Он переезжает в Москву, продолжает много писать. В конце царствования Елизаветы Петровны он примкнул к дворянской оппозиции, поддавшейся либеральным декларациям Екатерины, которая всеми средствами шла к власти. Переворот 1762 г., приведший на престол Екатерину II, не осуществил политических надежд Сумарокова. Он становится в оппозицию к царице и создает политически острые трагедии «Димитрий Самозванец», «Мстислав». В первой трагедии в основе сюжета — резкое разоблачение монарха-деспота и призыв к низвержению его. По-прежнему дворянство недовольно писателем. Он пользуется славой преимущественно в литературных кругах, но она не может утешить Сумарокова. Резкий в своих взглядах и непримиримый в суждениях, он восстанавливает против себя императрицу. Травля усилилась, когда он, аристократ по происхождению, идеолог дворянства, нарушив все сословные предрассудки, женился на крепостной девушке. Родственники первой жены начали судебный процесс против писателя, требуя лишения прав его детей от второй жены. Процесс закончился в пользу Сумарокова. Однако разорившийся, запутавшийся в долгах Сумароков вынужден был унижаться перед богачом Демидовым, который гонит его из дому за неуплаченный долг. О нем ходят сплетни по всему городу. Главнокомандующий Москвы Салтыков организует провал трагедии «Синав и Трувор». Нищий, всеми покинутый и осмеянный, Сумароков опускается и начинает пить. В стихотворении «Жалоба» он пишет:

…Слаба отрада мне, что слава не увянет,
Которой никогда тень чувствовать не станет.
Какая нужда мне в уме,
Коль только сухари таскаю я в суме?
На что писателя отличного мне честь,
Коль нечего ни пить, ни есть?

11 октября 1777 г. после недолгой болезни Сумароков скончался. Не было ни рубля, чтобы похоронить поэта. По свидетельству Павла Ивановича Сумарокова — племянника писателя, Сумарокова «схоронили на свой счет актеры московского театра» на кладбище Донского монастыря.

Сумароков был первым писателем-дворянином, для которого литература стала основным делом жизни. Жить литературой в то время было нельзя, это во многом обусловило тяжесть материальных невзгод Сумарокова. В прошении на имя Екатерины II Сумароков писал о бедственном своем положении: «Всему сему главная причина любление мое к стихотворству, ибо я на него полагался и на словесные науки, не столько о чинах и об имении рачил, как о своей музе». Сам Сумароков склонен был считать себя родоначальником силлабо-тонического стихотворства и в статье, полемически направленной против Ломоносова, «К несмысленным рифмотворцам» заявлял, что, когда он начал писать, «и стихотворцев у нас еще не было и научиться было не у кого. Я будто сквозь дремучий лес, скрывающий от моих очей жилище муз, без проводника проходил…». Это, конечно, было далеко от истины, но заслуги Сумарокова в развитии русской поэзии несомненны.

Если Тредиаковский открыл, что российское стихотворство должно быть тоническим, а Ломоносов произвел истинную реформу, то Сумароков дал образцы почти всех видов тонического стиха. Выступая как драматург, поэт, теоретик, критик, Сумароков считал, что его литературная деятельность — служение обществу, форма активного участия в общественной жизни страны. Он был передовым человеком своего времени, дворянским просветителем, творчество которого высоко ценили Радищев и Новиков.


Сумароков — теоретик классицизма
 

А. П. Сумароков своим литературным творчеством содействовал утверждению классицизма на русской почве. Он выступил и как теоретик классицизма, и как писатель, давший в своей литературной практике образцы многообразных жанров, предусмотренных поэтикой классицизма. Сумароков начал с написания од, первые две оды, посвященные Анне Иоанновне, были напечатаны в 1740 г. В них начинающий поэт подражал Тредиаковскому. С момента появления од Ломоносова Сумароков испытал сильное воздействие его творческого гения. Однако жанр оды не стал главенствующим в творчестве Сумарокова, которому суждено было сыскать славу великого драматурга и поэта-лирика, создатели любовных песен, идиллий, элегий, эклог.

Важным литературным событием стали напечатанные в 1748 г. Сумароковым две стихотворные эпистолы — «О русском языке» и «О стихотворстве», в которых Сумароков выступил как теоретик классицизма. В первой он говорит о необходимости обогащать литературный язык за счет неустаревших церковнославянских слов и избегать слов иностранных. В этом он сближается с Ломоносовым. В «Эпистоле о стихотворстве» (1747), уже в отличие от Ломоносова, Сумароков, теоретически обосновывая жанры классицизма, утверждает равноправие всех жанров, не отдавая предпочтения ни одному из них:

Все хвально: драма ли, эклога или ода —
Слагай, к чему тебя влечет твоя природа…

Впоследствии обе эти эпистолы были переработаны и составили одну — «Наставление хотящим быти писателями», изданную в  1774 г.

На упрек Тредиаковского в заимствовании эпистолы из «Искусства поэзии» Буало Сумароков отвечал, что он «не вес взял из Буало», имея в виду свое осмысление эстетического кодекса и самостоятельную разработку им отдельных жанров. Тем не менее Сумароков не отрицает своей зависимости от теории Буало. «Епистола моя о стихотворстве, — говорит он,— вся Боалова, а Боало взял из Горация. Нет: Боало взял не все из Горация, а я не все взял из Боало…»

К 40-м годам относится и начало драматургической деятель­ности Сумарокова, ибо сильнейшим средством воспитания дворянства он считал театр. В трагедиях своих, одном из самых характерных жанров классицизма, Сумароков ставит большие, общественно значимые проблемы. Современники высоко оценили этот вид драматургии Сумарокова, называя его «северным Расином», основоположником драматургии русского классицизма.


Трагедии Сумарокова
 

В трагедиях особенно отчетливо проявились политические взгляды Сумарокова. Он стремился к созданию гармонического общества, в котором каждый член общества знал бы свои обязанности и честно выполнял их. Он жаждал вернуть «золотые веки», считая, что они возможны при существующем общественном укладе,  но для этого надо устранить те беззакония, неустройства, которые существуют в абсолютистско-дворянской монархии. Его трагедии должны были показать, каким должен быть истинный просвещенный монарх, они должны были воспитывать «первых сынов отечества», дворянство, возбуждая в них чувство гражданского долга, любви к отечеству, истинного благородства. Сумароков не уставал убеждать монархов в том, что «рожденны мы (подданные) для вас, а вы для нас рожденны». И хотя Сумароков постоянно повторяет, что «монархическое правление, я не говорю деспотическое, есть лучшее», он не останавливался перед резким осуждением монархов, которые не соответствовали начертанному им идеалу. Стоя в оппозиции к Елизавете Петровне, он скоро понял псевдопросвещенный абсолютизм правления Екатерины и, пропагандируя в своих трагедиях идеи просвещенного абсолютизма, в то же время разоблачает деспотизм правления монархов. Тираноборческие тенденции в его трагедиях резко усиливаются к концу 60-х — началу 70-х годов, отражая общий рост дворянской оппозиции режиму Екатерины II. Общественно-политический пафос трагедий Сумарокова оказал огромное воздействие на развитие последующей русской трагедии, сохранившей политическую направленность.

За 28 лет Сумароков написал девять трагедий. Первая группа трагедий, 1740—1750 гг., — это «Хорев» (1747), «Гамлет» (1748), явившийся вольной переделкой с французского прозаического перевода трагедии Шекспира, «Синав и Трувор» (1750), «Аристона» (1750), «Семира» (1751), «Димиза» (1758), переработанная впоследствии и получившая название «Ярополк и Ди­миза» (1768).

Первая трагедия Сумарокова «Хорев» была напечатана в 1747 г. Это первый опыт драматурга, в ней еще только намечаются основные положения, мотивы, ситуации, которые разовьются позднее. Трагедия обращена к Древней Руси, правда, связь с древнерусской историей очень условна, она фактически ограничивается именами, тем не менее важно отметить, что, беря сюжеты из родной истории, Сумароков считал их более действенными в воспитании «добродетели» дворянства. Это, несомненно, придавало наиболее ярко выраженный патриотический характер трагедиям драматурга и являлось отличительной чертой русского классицизма, ибо западноевропейская драматургия строилась преимущественно на античных сюжетах.

В трагедии «Хорев» центральный образ — князь Кий. Его брат Хорев любит Оснельду, дочь Завлоха, изгнанного из Киева князем Кием. Оснельда отвечает Хореву взаимностью, но любовь ее противоречит долгу дочери и патриотки. По приказу Кия, желающего проверить преданность Хорева, последний должен выступить с войском против отца возлюбленной. Так определяется характерный и для последующих трагедий Сумарокова конфликт между общественным и личным, между долгом и страстью.

Развязка трагична, и повинен в ней князь Кий, доверившийся доносчику Сталверху. В этой первой трагедии Сумарокова еще нет той ясности основной идеи, той строгости и цельности в построении, которые будут характерны для его лучших трагедий, но основные коллизии намечаются, и определяющей является моралистическая, дидактическая направленность трагедии. Монарх, подчинивший голос разума охватившей его пагубной страсти, становится тираном для подданных. В речах Хорева и Оснельды были заключены уроки дворянской морали.

Следующая группа трагедий, в которой наиболее явственно звучали тираноборческие мотивы, была написана после десятилетнего перерыва: «Вышеслав» (1768), «Димитрий Самозванец» (1771), «Мстислав» (1774). Однако и в этих трагедиях, несмотря на более острое социально-политическое звучание, сюжетно-композиционное построение подчинено выяснению основной проблемы: отношению царской власти к подданным и подданных к этой власти. В центре трагедий — монарх, облеченный властью, его подданные — князья, вельможи, представители знатного рода, часто подданные монарха — двое влюбленных, но любовь эта нежелательна, она осуждена законом чести и долга. Преданность своему чувству и своему долгу создает трагедийную коллизию. Обычно в основе трагедийной коллизии лежит нарушение долга монархом, который не умеет управлять своими страстями и становится тираном по отношению к подданным. В трагедиях Сумарокова монарх, не способный подавить свою страсть, влечение, не имеет права управлять другими. И отсюда в большинстве трагедий важным моментом в развитии сюжета является выступление против тирана. Это выступление удачно, если оно направлено против деспотов («Гамлет», «Димитрий Самозванец»). В других случаях, когда правителем оказывается разумный монарх («Семира», «Вышеслав») или монарх, раскаявшийся в своих поступках («Артистона», «Мстислав» и др.), восстание заканчивается неудачей. Характерно, что торжество дидактической концепции морали Сумарокова приводит к счастливым развязкам в трагедиях (исключение: «Синав и Трувор» и «Хорев»).

Создавая  образцы  поведения  истинного  монарха  и  истинного подданного, чьи высокие чувства и помыслы должны были воспитывать российское дворянство, Сумароков разделяет своих героев на положительных и отрицательных, добродетельных и злодеев, которые раскрываются перед зрителем прежде всего в своих монологах. Действие в трагедиях сводится к минимуму, монологи действующих лиц обращены в зрительный зал и являются выражением определенных идей автора.

Переведенная на французский язык трагедия «Синав и Трувор» получила одобрение Вольтера. Последние трагедии Сумарокова «Вышеслав» (1768), «Димитрий Самозванец» (1771) и «Мстислав» (1774) были написаны в то время, когда драматург был в опале и ясно видел, что русская монархия — деспотическая. Оппозиция Сумарокова правительству и его борьба с фаворитизмом нашли отображение в этих трагедиях, носивших ярко выраженный политический характер.

Цель Сумарокова — воспитание монархов, указание на их обязанности по отношению к подданным:

Он царствует народа ко блаженству
И пользу общую ведя ко совершенству:
Не плачет сирота под скипетром его,
Не устрашается невинный никого,
Не преклоняется к стопам вельможи льстец.
Царь — равный всем судья и равный всем отец.

(«Вышеслав»)

Исходя из своего идеала сословной монархии, Сумароков со свойственной ему запальчивостью и дерзостью нападал на те социальные явления и социальные силы, которые он расценивал отрицательно. В его последних трагедиях усиливаются тираноборческие мотивы. Монарх, не способный установить порядок в государстве и быть отцом своих подданных, достоин презрения, он «идол гнусный», «враг народа», которого надо свергнуть с престола («Димитрий Самозванец»). Сумароков заговорил о «злодеях» на троне. Недаром трагедия «Димитрий Самозванец» была включена в сборник лучших произведений русской литературы, изданный в Париже в 1800 г. Его составители объясняли выбор этой пьесы тем, что «сюжет ее, почти революционный, очевидно, находится в прямом противоречии с нравами и политической системой этой страны: второстепенные персонажи (Шуйский, Георгий, Пармен и Ксения) произносят речи о правах народа и обязанностях государей». В трагедии звучит тема насильственного свержения тирана народом. И хотя Сумароков имеет в виду только дворцовый переворот, а понятия «народ», «общество», «сыны отечества» — это дворяне, на что справедливо указал в своей работе о Сумарокове П.Н.Берков, тем не менее общественно-политическое звучание этой трагедии было очень сильным.

Трагедии Сумарокова имели огромное воспитательное значение. Зрители, сидящие в зале, получали уроки нравственности, внимали высоким словам о долге, благородстве, любви к Родине, учились негодовать против тирании. Н. И. Новиков, виднейшим просветитель XVIII в., писал о Сумарокове: «…хотя первый он из россиян начал писать трагедии по всем правилам театрального искусства, но столько успел во оных, что заслужил название северного Расина». Характерно, что сам Сумароков выражал недовольство зрителями. В предисловии к «Димитрию Самозванцу», сетуя на легкомыслие и равнодушие публики, он писал: «Вы, путешествовавшие, бывшие в Париже и в Лондоне, скажите! грызут ли там во время представления орехи и, когда представление в пущем жаре своем, секут ли поссорившихся между собою пьяных кучеров ко тревоге всего партера, лож и театра?»

Рассчитанные на образование и воспитание дворянского сословия трагедии Сумарокова имели более широкий резонанс, более широкую сферу влияния. Пьеса «Димитрий Самозванец», по свидетельству современников, была «народной любимицей» даже в 20-х годах XIX в. Общественно-прогрессивная роль трагедий Сумарокова была велика, а созданный им тип классической трагедии долго оставался образцом, которому следовали современные драматурги и драматурги позднего времени.


Комедии Сумарокова
 

Сумароков сказал свое слово и в жанре комедии. В «Эпистоле о стихотворстве» драматург определяет общественно-воспита­тельную функцию комедии: «Свойство комедии — издевкой править нрав; /Смешить и пользовать — прямой ея устав». Выстав­ляя в смешном виде человеческие пороки, обличая их, комедия должна тем самым способствовать освобождению от них. В «Эпистоле», формулируя теорию комедийного жанра, Сумароков писал о том, что комедия должна быть отделена от трагедии, с одной стороны, и от фарсовых игрищ — с другой:

Для знающих людей ты игрищ не пиши:
Смешить без разума — дар подлыя души.

Отделяя комедию от народных игрищ, Сумароков тем не менее в комедиях своих обращался к практике народного театра. Его комедии невелики по объему (от одного до трех действий), написаны прозой, в них часто отсутствует фабульная основа (это относится особенно к первым комедиям Сумарокова), комедиям свойствен фарсовый комизм, действующими лицами выступают подьячий, судья, щеголиха и другие персонажи, подмеченные Сумароковым в русской жизни.

Представь бездушного подьячева в приказе,
Судью, что не поймет, что писано в указе.
Представь мне щеголя, кто тем взымает нос,
Что целый мыслит век о красоте волос,
Который родился, как мнит он, для амуру,
Чтоб где-нибудь к себе склонить такую ж дуру.

Стремясь подражать прежде всего французской комедии Мольера, Сумароков был далек от комедий западного классицизма. Классическая комедия должна была состоять из пяти действий в стихах (примером служила комедия Мольера «Мизан­троп»), она должна была обладать композиционной строгостью, законченностью, обязательным соблюдением единств (конечно, и в западной комедии были отступления от классического образца: комедии в прозе писал и Мольер). У Сумарокова подражание французской комедии и итальянским интермедиям сказалось прежде всего в заимствовании условных имен персонажей: Эраст, Дюлиж, Дорант, Изабелла и др.

Сумароков написал двенадцать комедий, которые хотя и обладали рядом несомненных достоинств, но по своей идейной значимости и художественной ценности были ниже его трагедий.

Первые комедии «Тресотиниус», «Чудовищи», «Пустая ссора» он пишет в 1750 г. Следующая группа комедий появляется в 60-х годах: «Приданое обманом», «Опекун», «Ядовитый», «Лихоимец», «Нарцисс», «Три брата совместники», и, наконец, в 1772 г. были написаны еще три комедии — «Рогоносец по вооб­ражению», «Мать совместница дочери», «Вздорщица». Чаще всего комедии Сумарокова служили для него средством полемики, отсюда памфлетный характер большинства из них. В отличие от трагедий над комедиями Сумароков работал недолго. В его первых комедиях каждое из действующих лиц, появлявшихся на сцене, показывало публике свой порок, и сцены были механически связаны. В небольшой комедии — множество действующих лиц (в «Тресотиниусе» — 10, в «Чудовищах» — 11). Портретность действующих лиц давала возможность современникам узнавать, кто в реальной действительности послужил прообразом того или иного персонажа. Реальные лица, бытовые подробности, отрицательные явления русской жизни — все это придавало комедиям Сумарокова, несмотря на условность изображения, связь с реальной действительностью. Наиболее сильной стороной комедий Сумарокова являлся их язык: яркий, выразительный, он часто окрашен чертами живого говора, В этом проявлялось стремление писателя к индивидуализации речи персонажей, которая особенно характерна для более поздних комедий Сумарокова.

Полемический характер ранних комедий, направленных часто против врагов на литературном поприще, можно проследить на комедии-памфлете «Тресотиниус», в главном действующем лице которой — ученом-педанте в преувеличенно-гротескном виде был изображен Тредиаковский. Пародирование стихов Тредиаковского звучит в песенке Тресотиниуса:

Красоту на вашу смотря, распалился я, ей-ей!
Ах, изволь меня избавить ты от страсти тем моей,
Бровь твоя меня пронзила,  голос кровь мою зажег,
Мучишь ты меня, Климена, и стрелою сшибла с ног.

Созданные в первых комедиях образы носили условный характер и были далеки от типических обобщений.

Несмотря на то, что метод условного изображения персонажей характерен и для второй группы комедий, тем не менее они отличаются от первых большей углубленностью и обусловленностью изображения основных персонажей. Вторая группа комедий, написанных между 1764—1768 гг., относится к комедиям характеров, когда все внимание сосредоточено на главном персонаже, тогда как другие действующие лица служат лишь для раскрытия черт характера главного героя. Так, «Опекун» — это комедия о дворянине-ростовщике, жулике и ханже Чужехвате, «Ядовитый» — о клеветнике Герострате, «Нарцисс» — комедия о самовлюбленном щеголе. Остальные действующие лица — положительные персонажи, выступающие резонерами. Наиболее удачны в сумароковских комедиях образы отрицательных героев, в характерах которых подмечено много сатирических и бытовых черточек, хотя их изображение еще далеко от создания социально-обобщенного типа.

Одной из лучших комедий этого периода является комедия «Опекун», в центре внимания которой образ ханжи, скупца дворянина Чужехвата, обдирающего сирот, которые попали под его опеку. «Подлинником» Чужехвата был родственник Сумарокова Бутурлин. Характерно, что он же изображен как центральный образ и в других комедиях («Лихоимец», «Приданое обманом»). В комедии «Опекун» Сумароков не показывает носителя одного какого-то порока, а рисует сложный характер. Перед нами не только скупец, не знающий ни совести, ни жалости, но и ханжа, невежда, развратник. При некотором сходстве с мольеровским Тартюфом Сумароков создает обобщенно-условный сатирический образ русского порочного дворянина. Раскрытию характера способствуют и речевая характеристика, и бытовые детали. Речь Чужехвата насыщена пословицами и поговорками: «пуста мошна, пуста и голова», «какая честь, коли нечего есть?», «брань на вороту не висит», «что взято, то свято». В ханжеском своем раскаянии Чужехват обращается к Богу, уснащая свою речь церковнославянизмами: «Вем господи, яко плут и бездушник есмь и не имею ни к тебе, ни ко ближнему ни малейшей любви; одна уповая на твое человеколюбие, вопию к тебе: памяни мя, господи, во царствии твоем».

Положительные персонажи комедий Сумарокова лишены жизненности, они часто выступают в комедиях в роли резонеров — таков Валерий в комедии «Опекун». Нравоучительным целям соответствовали и характерные для классицизма изобразительные имена отрицательных персонажей: Чужехват, Кащей, Герострат.

Конец 60-х — 70-е годы характеризуются ростом оппозиционных настроений по отношению к просвещенному абсолютизму в среде передового дворянства и разночинной интеллигенции. Это было время, когда русская просветительная мысль обратилась к постановке крестьянского вопроса. Более пристально, социально осмысленно в разных жанрах литературы стал решаться вопрос о взаимоотношениях помещиков и крестьян. Внимание к быту, окружающему человека, стремление к более сложному психологическому раскрытию характеров в определенных социальных условиях характерны для лучших драматургических произведений второй половины века. В это время (между 1766—1769 гг.) была написана Фонвизиным первая бытовая комедия из жизни русского провинциального дворянства «Бригадир», влияние которой сказалось на последних комедиях Сумарокова. Вслед за «Бригадиром» Фонвизина появилась лучшая в комедийном творчестве Сумарокова пьеса «Рогоносец по воображению», которая, в свою очередь, предвосхитила появление «Недоросля» Фонвизина (некоторая общность ситуаций, характеров).

В центре внимания писателя — быт провинциальных небогатых помещиков, Викула и Хавроньи. Ограниченность интересов, невежество, недалекость характеризуют их. Вместе с тем персонажи сумароковской комедии лишены односторонности. Высмеивая дикость, нелепость этих людей, которые говорят только «о севе, о жнитве, о умолоте, о курах», у которых крестьяне по миру ходят, Сумароков показывает и черты, вызывающие к ним сочувствие. Викул и Хавронья трогают своей взаимной привязанностью (здесь они предваряют гоголевских «Старосветских помещиков»). «Рогоносец по воображению» — вершина комедийного творчества Сумарокова.


Поэзия Сумарокова
 

Многообразное творчество Сумарокова проявилось и в богатстве поэтических жанров. Сумароков стремился дать образцы всех видов поэзии, предусмотренных теорией классицизма. Он писал оды, песни, элегии, эклоги, идиллии, мадригалы, эпиграммы, сатиры, притчи. В его поэзии основополагающими были два направления — лирическое и сатирическое. Он начал писать любовные песни еще в первое десятилетие своей творческой деятельности. В области любовной лирики, пользовавшейся большим успехом у современников, Сумарокову принадлежат несомненные открытия. Его лирика  обращена  к  человеку,  к  его природным слабостям. Несмотря на все еще условное изображение лирического героя, в песнях своих Сумароков стремится раскрыть внутренний мир, глубину и искренность чувств героя или героини. Его лирика отличается задушевной простотой, непосредственностью, ей присущи искренность, ясность выражения. После лирики петровского времени лирика Сумарокова и в области содержания, и в области техники стиха сделала большой шаг вперед.

Вот пример одной из тех любовных песенок, которые создали Сумарокову первую известность:

Сокрылись те часы, как ты меня искала,
И вся моя тобой утеха отнята.
Я вижу, что ты мне неверна ныне стала,
Против меня совсем ты стала уж не та.
Мой стон и грусти люты,
Вообрази себе
И вспомни те минуты,
Как был я мил тебе.
Взгляни на те места, где ты со мной видалась,
Все нежности они на память приведут.
Где радости мои? Где страсть твоя девалась?
Прошли и ввек ко мне обратно не придут.
Настала жизнь другая;
Но ждал ли я такой?
Пропала жизнь драгая,
Надежда и покой.

Сумароков часто использует прием антитезы для раскрытия глубины психологического состояния лирического героя:

Истребляя жар любви,
Больше лишь пылаю…
Но любви моей к себе ты не примечаешь,
И на жаркие слова хладно отвечаешь…
Ты мою свободу применил в неволю.
Ты утехи в горесть обратил.

Признавая правомерность любовной тематики, Сумароков в любовной лирике опоэтизировал жизнь человеческого сердца. В поэзии его чувство побеждает рассудок, а Сумароков здесь далек от нравоучительных сентенций.

«Любовь — источник и основание всякого дыхания: а вдобавок сему источник и основание поэзии»,— пишет он в предисловии к «Эклогам».

Одной из лучших по глубине и искренности чувств, тонкому психологизму представляется песня «Тщетно я скрываю…». В этом стихотворении Сумарокову удалось передать тончайшие переживания человеческого сердца, борьбу страсти и рассудка.

В народном духе написаны им песни «В роще девки гуляли», «Отчего трепещет сердце, отчего пылает кровь», «Прости, моя любезная, мой свет, прости», «Где ни гуляю, ни хожу» и др. Тонкая стилизация под народную песню способствовала тому, что некоторые из них через «Собрание разных песен» М. Чулкова и «Письмовник» Курганова дошли до широких кругов населения и воспринимались как истинно народные. Идиллии и эклоги Сумарокова носят более условный, часто пасторальный характер.

Сумароков пишет и военную песню «О ты крепкий, крепкий Бендер град», и сатирическую песенку «Савушка грешен»:

Савушка грешен,
Сава повешен.
Савушка, Сава!
Где твоя слава?
Больше не падки
Мысли на взятки.
Савушка, Сава!
Где твоя слава?
Где делись цуки,
Деньги и крюки?
Савушка, Сава!
Где твоя слава?
Пруд в вертограде
Сава во аде.
Савушка, Сава!
Где твоя слава?

В песнях Сумароков использует различные стихотворные размеры, ритмика ряда его песен повторяет ритмику народных песен.

Сумароков писал и оды, и переложения псалмов, он дал образцы разнообразнейших поэтических жанров. Все это обусловило влияние поэзии Сумарокова на развитие последующего стихотворства. Учениками Сумарокова в области лирической поэзии считали себя Нелединский-Мелецкий, Н. Львов, М. Херасков и др.

Однако современная Сумарокову читающая публика неизмеримо большее значение придавала сатирической поэзии Сумарокова, его притчам, сатирам и эпиграммам. «Притчи его почитаются сокровищем российского Парнаса,— писал Н. И. Новиков.— В сем роде стихотворения далеко превосходит он Федра и де ла Фонтена».   Исследователи справедливо указывают на то, что Сумароков «открыл жанр басни для русской литературы том ее виде, в каком она жила и живет в ней с тех пор…». Он написал 374 притчи, написал их вольным разностопным ямбом, ставшим классическим размером русской басни. Басни его — живой сатирический рассказ, в котором Сумароков подвергал осмеянию не только неустройства русской жизни, но и конкретных носителей пороков. Некоторые его басни касались политических вопросов. Сумароков затронул все слои русского общества: его львы — это цари, о которых он рассуждает достаточно вольно («Болван», «Пир у льва» и др.). Сатира его направлена против вельмож, подьячих, взяточников, бюрократов. Особенно достается в его баснях российскому дворянству, невежественным, жестоким помещикам-крепостникам («Высокомерная муха», «Сатир и гнусные люди», «Ось и бык», «Жуки и пчелы» и др.), чиновничеству, подьячим.

Отмечая ненависть Сумарокова к подьячим, Белинский писал: «Каков бы ни был талант Сумарокова, но его сатирические нападки на «крапивное семя» всегда будут заслуживать почетного упоминания от историка русской литературы».

Сатирическая направленность басен вызывала необходимость обратиться к реальным жизненным наблюдениям, и притчи Сумарокова пестрят сценами, выхваченными из самой жизни, меткими и остроумными деталями быта. Именно в сатирических жанрах творчества Сумарокова была заложена тенденция реализма. Тематика басен Сумарокова разнообразна. Он осмеивает ханжество и скупость купеческой вдовы в притче «Безногий солдат», обычай кулачного боя («Кулачный бой»), рисует комическую сценку, в которой жена-спорщица изводит своей сварливостью мужа, споря против очевидности («Спорщица»).

Многие сюжеты притч Сумарокова не новы. Они встречались у Эзопа, Федра, Лафонтена. Однако басни Сумарокова отличаются и содержанием, и стилем, и новым басенным размером. Они злободневны, обращены к российской действительности, их отличает резкость нападок, нарочито простой, грубый слог, как это и предусматривается «низким духом» басенного жанра. Резкость тона, грубость слога и нарисованных картин были вызваны стремлением разоблачить пороки современной ему действительности, что отличало сатирическую манеру Сумарокова от западных баснописцев. Читая притчи Сумарокова, нельзя не почувствовать тот сочный, живой язык, близкий к просторечному, пересыпанный поговорками, которым написаны его притчи. В 1762 г. вышли две его книги «Притчи Александра Сумарокова», в 1769 г. еще одна, третья книга, остальные — после смерти писателя. Басенному творчеству Сумарокова следовали его современники и ученики: А. Ржевский, И. Богданович, М. Херасков и др.

Обличительный пафос, свойственный произведениям Сумарокова, наполняет и его сатиры, написанные живой стихотворной речью. В сатирах он продолжает и расширяет тематическую линию сатир Кантемира. Сатира Сумарокова «О благородстве» и по своей тематике, и по направленности прямо восходит к сатире Кантемира «Филарет и Евгений». Она направлена на осмеяние дворянства, которое кичится своим «благородством» и «дворянским титлом». 

В одной из лучших своих сатир, написанной, как и притчи, вольным ямбом (в отличие от остальных сатир, размер которых — александрийский стих), в «Наставлении сыну» Сумароков сатирически изображает старого плута подьячего, который, умирая, учит сына, как быть счастливым в жизни. Для этого, оказывается, надо следовать его примеру, т. е. «не идти прямым путем».

Против галломанствующего дворянства, засоряющего прекрасный русский язык, выступает Сумароков в сатире «О французском языке». Особый интерес представляет его сатирический «Хор ко превратному свету». «Хор» был написан Сумароковым по заказу для уличного маскарада «Торжествующая Минерва», устроенного в Москве в честь восшествия на престол Екатерины II, который состоялся в 1763 г. на масленице. Однако «Хор» Сумарокова оказался столь сатирически острым и злободневным, что был допущен только в сокращенном варианте. В форме рассказа об идеальной заморской стране и порядках в ней, достойных похвалы, Сумароков повествует о порядках, вернее беспорядках, и неустройствах, которые царят в его стране.

«Заморская» страна — это утопия, мечта Сумарокова, но рассказ о ней дает ему возможность разоблачить взяточничество и лихоимство, невежество, процветающие в российской монархии, резко выступить и против жестокого обращения помещиков с крепостными. В отличие от крепостной действительности, которую он наблюдал, в утопической стране —

Со крестьян там кожи не сдирают,
Деревень на карты там не ставят,
За морем людьми не торгуют.

Все в этой стране трудятся, все служат государству:

Все там отечеству служат,
Лучше работящий там крестьянин,
Нежель господин-тунеядец.

«За морем» все дворянские дети учатся в школах:

Учатся за морем и девки;
За морем того не болтают:
Девушке-де разума не надо,
Надобно ей личико да юбка,
Надобны румяна да белилы.
Там язык отцовский не в презреньи…

«Хор» по своему стихотворному складу близок русским народным песням. «Хор ко превратному свету» занимает важное место в сатирико-обличительной линии русской литературы XVIII в; Сумароков, считая крепостное право необходимым, выступал против жестокости помещиков, злоупотреблявших своей властью над крестьянами. Сатирическая острота «Хора» хорошо чувствовалась современниками. «Хор» был впервые напечатан полностью только в 1787 г. Н. И. Новиковым в посмертном собрании сочинений Сумарокова. Известно, что и спустя десятилетия, в 40-х годах XIX в., эта сатира Сумарокова печаталась в сокращенном виде.

***

Историко-литературное  значение  творчества   Сумарокова   не следует преуменьшать. Творческая деятельность его была многообразна и прогрессивна. Он первым выдвинул положение об общественно-воспитательном значении театра и создал драматический  репертуар,   во  многом  подчиненный  задачам  общественно-политического характера.  Сатира  Сумарокова,  воскресившая традиции сатиры Кантемира, способствовала дальнейшему развитию сатирико-обличительной линии в русской литературе. С уважением писали о Сумарокове Н.И.Новиков и А.Н.Радищев. «Жизненное и общественное  направление» творчества Сумарокова справедливо ценил В.Г.Белинский:  «Сумароков особенно примечателен как представитель своего времени. Не изучив его, нельзя понимать и его эпохи. Если б кто вздумал написать исторический роман или историческую повесть из тех времен — изучение Сумарокова дало бы ему богатые факты об обществе того времени».

Как поэт-лирик Сумароков оказал влияние на поэзию Нелединского-Мелецкого, Львова, Дмитриева. У Сумарокова было много учеников-последователей. Из его школы вышли почти все наиболее крупные представители классицизма второй половины века: В.Майков, М.Херасков, Я.Княжнин и др. 

Внес Сумароков немалую лепту и в разработку техники стиха и русского литературного языка, ибо живой разговорный язык различных слоев русского дворянства Сумароков знал превосходно.


Журнал А.Сумарокова «Трудолюбивая пчела»

Литературно-критические статьи А.Сумарокова

Стихотворения А.Сумарокова


Источник: «Русская литература и журналистика XVIII века». / Татаринова Л.Е. – М.: «Проспект», 2006 г.
 

Александр Сумароков – биография, книги, отзывы, цитаты

Русский поэт, писатель, драматург и издатель XVIII в. Один из основных теоретиков русского классицизма.

Краткая биографическая справка

Александр Петрович Сумароков — выходец из старинной дворянской фамилии. Родился в Финляндии. В 1732 году попадает в Сухопутный шляхетный корпус — учебное заведение для родовитых дворян. Первые литературные опыты относятся к периоду студенчества. Был в военной службе на адьютантских должностях.

С 1756 года стал директором новосозданного Российского театра и его режиссером. В 1761 году после столкновений с начальством подал в отставку и сделался первым русским профессиональным писателем. Развелся с женой- дворянкой и, бросая вызов дворянскому общественному мнению, женился на крепостной девушке. После ее смерти женился в третий раз — опять на крепостной, ее племяннице.

Творчество Сумарокова развивалось в рамках классицизма, в том виде, какой он принял во Франции XVII — нач. XVIII вв. Современные почитатели поэтому не раз провозглашали Сумарокова «наперсником Буало», «северным Расином», «Мольером», «российским Лафонтеном».

Умер в крайней бедности и похоронен московскими актерами на кладбище Донского монастыря. Точное местоположение его захоронения до сих пор не известно.

Литературная деятельность

Сумароков был одним из теоретиков русского классицизма — им были написаны «Эпистола о стихотворстве» и «Эпистола о русском языке». В них он поднимал вопрос подражания образцовым писателям, создал строгую систему жанров, утвердил необходимость подчинения формы содержанию.

Непосредственно за Тредиаковским и Ломоносовым Сумароков принял участие в реформировании русского стихосложения, обосновав роль в стихе пиррихиев и спондеев. Сумароковская школа особо точной рифмовки («рифмы, гладкие, как стекло») была новаторским антиподом ассонансной рифмовки русского барокко.

Оказал важнейшее влияние на русскую драматургию эпохи классицизма, фактически был автором основного тогдашнего театрального репертуара, создав каноническую трагедию, опирающуюся на традиции Расина. Был автором девяти трагедий («Хорев» (1747), «Гамлет» (1748) «Синав и Трувор» (1750), «Димитрий Самозванец» (1771) и др.) В своих трагедиях уделял внимание духовному миру героев, усиливал воспитательные функции театра.

Комедии (написал 12 комедий — «Тресотиниус» (1750), «Опекун» (1764—1765), «Рогоносец по воображению» (1772) и др.) писал в прозе, ориентируясь на приемы Гольдберга и Мольера. Наряду с критикой социальных явлений высказывал в комедиях и политическое недовольство.

Известность ему принесла напечатанная в 1747 году и сыгранная при дворе его первая трагедия «Хорев». Пьесы его игрались при дворе выписанной из Ярославля труппой Ф. Г. Волкова. Когда же в 1756 году был учреждён постоянный театр, Сумарокова назначили директором этого театра и он долго оставался главным «поставщиком» репертуара, за что его по праву называют «отцом русского театра».

Сумароков-лирик творил в различных жанровых формах и обращался к самой разнообразной тематике: еще в студенчестве он пишет стихотворения на любовную тематику — это разнообразные элегии, романсы, сонеты, рондо, стансы. Песни Сумарокова были чрезвычайно популярны среди студентов. В более зрелом возрасте он обращается к философским и нравственным темам, создав для этих целей собственную традицию одописания, соперничавшую с «ломоносовской» одой. Ближе к концу жизни поэт обращается к тренической тематике и создает различные оды, послания и элегии.

Сумароков — крупный поэт-переводчик, создавший вслед за Симеоном Полоцким и Василием Тредиаковским свое новое стихотворное переложение Псалтыри. Работал также в жанре сатиры в традиция Кантемира (сатиры «О французском языке», «О худых рифмотворцах» и др.) и басни (свои басни именовал притчами — например, «Коловратность», «Ворона и Лиса», «Шалунья», «Посол Осел», «Ось и Бык», «Жуки и Пчелы» и др.)

В лирике Сумарокова можно найти черты не только классицизма, но и зарождавшегося уже в то время сентиментализма, а также предромантизма.

В 1755—1758 годах он был активным сотрудником академического журнала «Ежемесячные сочинения», в 1759 году издавал собственный журнал сатирико-нравоучительного оттенка «Трудолюбивая пчела» (первый частный журнал в России).

Со смертью Сумарокова из литературы ушел писатель, который в значительной мере персонифицировал, воплощал в себе русский классицизм, ибо именно Сумароков разработал литературную теорию нашего классицизма и именно он наиболее последовательно в практике творчества воплощал ее принципы.

Сумароков – жизнь и творчество

Александр Петрович Сумароков родился в 1717 г.; происхождения он был дворянского; образование получил в Сухопутном шляхетном корпусе. Здесь он пристрастился к литературе, начал писать стихи и песни, многим пришедшиеся по вкусу. Театральные представления при дворе императрицы Анны Иоанновны увлекли его, – и он сам написал трагедию «Хорев», которая и была разыграна кадетами.

 

Александр Петрович Сумароков. Лекция А. Н. Ужанкова

 

В 1740 г. он окончил корпус, поступил в военную службу и отдался литературной деятельности.

Когда в 1756 г. был открыт в Петербурге театр Федора Волкова, Сумароков был назначен его директором. Придирчивый и самолюбивый, не признававший ничьих авторитетов, Сумароков не мог ужиться с начальством и подчиненными и в 1761 году вышел в отставку, переселился в Москву, где и умер в бедности (1777), перессорившись со всеми. Известны взаимно бранные послания, которыми обменивались он и Ломоносов.

Сумароков, талантливый писатель, не был скромен – он считал себя «гениальным». Такое странное самомнение заставило его все усилия прилагать к тому, чтобы превзойти своих современников-соперников обилием и разнообразием своих произведений.

От природы сатирик, он брался за оды, можно думать, почти исключительно с целью доказать, что мог писать их лучше, чем Ломоносов. В полном собрании его сочинений «торжественных» од – 33; од «разных» – 31; од «вздорных» – 5; переложений псалмов – 153; духовных песнопений – 28.

Такое изумительное обилие произведений, в количественном отношении, далеко оставляет за собой творчество Ломоносова, но внутренними достоинствами своими эта лирика значительно уступает ломоносовской: нет в произведениях Сумарокова того подъема чувства, того «пиндаризма», которым богат Ломоносов, – язык и стих его, могучий и яркий, сменяется у Сумарокова тусклой версификацией, слабо выражающей настроения поэта.

Александр Петрович Сумароков

 

Из торжественных од Сумарокова одна«На победы Петра Великого», пять – посвященных Елизавете Петровне, остальные – Екатерине II. Писались они на разные случаи – на «восшествие на престол», на «коронацию», на «день рождения», на день «тезоименитства», на «победы».

Во всех этих одах описательный и повествовательный элемент сильнее лиризма; поэт более рассказывает, чем «восторгается». Это обстоятельство приблизило его оду к земле, связало ее с деятельностью воспеваемого лица и с настроением общества.

 

эксперты подтвердили ценность особняка в Вознесенском переулке / Новости города / Сайт Москвы

Мосгорнаследие утвердило предмет охраны двухэтажного особняка XVII–XIX веков, хранящего память о нескольких русских поэтах — Александре Сумарокове, Евгении Баратынском и Александре Пушкине. Эксперты определили историческую и художественную ценность фасадов и интерьеров здания, расположенного по адресу: Вознесенский переулок, дом 6/3, строение 1.

Изначально здание было построено в стиле ампир и имело прямоугольную форму. Впоследствии вокруг него возвели несколько пристроек, а в конце XIX века после нескольких реконструкций облик дома приобрел черты необарокко. Для него характерно богатое убранство фасадов, многообразие и сложность декоративных элементов. В таком виде особняк сохранился до наших дней. Сегодня дом в Вознесенском переулке имеет статус памятника архитектуры федерального значения и охраняется государством.

Особняк представляет собой двухэтажное строение с антресолью. Первый этаж цокольный. Главный фасад здания, выходящий в Вознесенский переулок, декорирован двумя боковыми ризалитами и увенчан аттиком, украшенным скульптурными фигурками мальчиков с гроздьями винограда — аллегориями на античные сюжеты. Кроме того, все фасады отделаны горизонтальным рустом без вертикальных швов и декорированы лепниной, маскаронами и цветочными гирляндами.

Помимо архитектурной, особняк имеет и мемориальную ценность. С 1716 года им владел стряпчий с ключом (придворный чин, впоследствии замененный на камергера) Панкратий Сумароков — дед знаменитого поэта и драматурга. Именно здесь в ноябре 1717 года родился будущий поэт Александр Сумароков. В этом доме он провел детство и юность.

В 1827 году в особняке поселился поэт и переводчик Евгений Баратынский. В то время особняк принадлежал семье его жены, в девичестве Анастасии Энгельгардт. Супруги часто принимали друзей, среди которых был и Александр Пушкин. По свидетельству историков, в этом доме в конце 1830 года он впервые прочитал Баратынскому «Повести Белкина».

В 1866 году в особняк заехал писатель и общественный деятель Александр Станкевич. В честь его брата поэта и философа Николая Станкевича в 1922 году Вознесенский переулок был переименован в улицу Станкевича. В доме Станкевича бывали историки Иван Забелин и Сергей Соловьев, архитектор Василий Шервуд, музыканты Петр Чайковский и Николай Рубинштейн. В 1860-е годы в гости к Станкевичу заходил Лев Толстой. А уже после революции (с 1926 по 1959 год) в доме жил и работал известный архитектор Иван Жолтовский. Об этом гласит мемориальная табличка на фасаде особняка.

«После проведенного исследования специалисты определили ценность архитектурно-художественного оформления фасадов особняка в Вознесенском переулке, отдельные элементы которых датируются XVII, XVIII и XIX веками. Также в предмет охраны памятника вошли конструкция и материал кровли XIX века, местоположение, форма, размер и оформление дверных и оконных проемов. Кроме того, ценными признаны интерьеры 1800-х годов. Это мраморные и паркетные полы, пилястры, стенные ниши и филенки, потолочные корзины, плафоны и камины XIX века в нескольких комнатах. Теперь все реставрационные работы в особняке будут проводиться с учетом утвержденного предмета охраны», — рассказал руководитель Департамента культурного наследия города Москвы Алексей Емельянов. 

По словам главы ведомства, в ансамбль городской усадьбы, в которой жили Сумароковы и Баратынские, входило несколько построек. До наших дней, помимо главного здания, где сейчас располагается Дом моды Валентина Юдашкина, дошел жилой флигель (Вознесенский переулок 6/3, строение 3).

«Одноэтажный флигель также является выявленным объектом культурного наследия. Он представляет собой образец жилого флигеля городской усадьбы XIX века. В прошлом году по решению суда арендатор исторического здания был оштрафован за невыполнение предписаний Мосгорнаследия. Мы обязали его провести комплексную реставрацию флигеля и вернуть постройке исторический облик», — добавил Алексей Емельянов.

От «Дружбы народов» до усадьбы Остафьево: 10 шедевров «Московской реставрации» Здесь торговали зерном и слушали Ленина: чем примечательно здание театра «Модерн»

Сохранение и восстановление памятников архитектуры в Москве — важнейшее направление в работе Департамента культурного наследия. Многие памятники обретают новую жизнь, их приспосабливают для современного использования, сохраняя при этом исторический облик столицы. С 2011 года в городе отреставрировали более 1400 объектов культурного наследия, из них 203 — в 2019-м.

Сумароков Александр Петрович, подробная биография

(1717-1777) русский поэт и драматург

Сумароков Александр Петрович принадлежал к тому поколению писателей, которые начали обновление русской литературы, ориентируя ее на европейский опыт. Именно с его произведений начинается новая русская драматургия. Кроме того, Сумароков вошел в историю культуры как талантливый баснописец, а также один из первых критиков.

С самого рождения Сумароков Александр Петрович находился в гуще исторических событий своего времени. Он появился на свет в небольшом финском местечке Вильманстранд (современная Лаппенранта), где в это время стоял полк, которым командовал его отец во время Северной войны.

Поскольку семья постоянно переезжала на новые места службы отца, мальчика воспитывала мать, а также домашние учителя. Только в 1732 году отец определил Александра Петровича в петербургский сухопутный Шляхетный кадетский корпус. Это было привилегированное учебное заведение, куда принимали детей высшего дворянства.

Модель обучения в корпусе позже была заимствована при организации Царскосельского лицея, где, как известно, юноши получали самое широкое и всестороннее образование.

Александра Сумарокова, как и остальных воспитанников, готовили к государственной службе, поэтому он обучался гуманитарным дисциплинам, иностранным языкам, а также тонкостям светского этикета. Особенно поощрялись занятия литературой. В корпусе был даже создан собственный театр, причем занятые в нем воспитанники были обязаны посещать спектакли всех приезжавших в Петербург иностранных трупп. Не удивительно, что в такой обстановке Сумароков увлекся драматургией. Он считался первым учеником, и ему легко давалось сочинительство.

Первыми поэтическими опытами молодого литератора стали оды, посвященные императрице Анне Иоанновне. Однако Александр Сумароков вскоре понял, что они сильно уступают произведениям ведущих авторов того времени — Ломоносова и Тредиаковского. Поэтому оставил жанр оды и обратился к любовным песням. Они и принесли Сумарокову известность в придворных кругах.

После окончания корпуса он становится адъютантом вице-канцлера России графа М. Головкина. Талантливый и общительный юноша привлек к себе внимание всесильного фаворита императрицы графа А. Разумовского. Тот забрал Александра Петровича Сумарокова к себе в свиту и вскоре сделал его своим адъютантом.

По-видимому, Сумароков сумел расположить к себе Разумовского, поскольку менее чем через три года уже имел чин генерал-адъютанта. Отметим, что в это время ему еще не исполнилось двадцати лет.

Но открывавшаяся придворная карьера никогда не была целью жизни Сумарокова. Все свободное от службы время он посвящал литературе. Он посещает театральные спектакли, читает множество книг, в частности сочинения Расина и Корнеля, и даже подает императрице ученый трактат в стихах «Эпистола о стихотворстве». В нем автор говорит о необходимости создания русского литературного языка и о том, чем должны заниматься русские молодые люди, которые хотят посвятить себя словесности. Позднее трактат стал манифестом русского классицизма, на который позже опирались все писатели и поэты.

В том же, 1747 году Сумароков Александр Петрович сочиняет первое драматическое произведение — трагедию «Хорев» на легендарный сюжет из русской истории. Ее представление состоялось на сцене любительского театра Шляхетного корпуса. Трагедия была восторженно принята зрителями, и слухи об этой постановке вскоре дошли до императрицы. По ее желанию Сумароков повторил постановку уже на сцене придворного театра в 1748 году на святки.

Ободренный успехом, драматург написал еще несколько трагедий на сюжеты из русской истории, а также переделку драмы У. Шекспира «Гамлет».

Поскольку в те годы одновременно с трагедией на сцене должна была идти развлекательная комедия, Сумарокову пришлось обратиться и к этому жанру. Он создает несколько развлекательных комедий в одном действии. Они так понравились императрице, что она назначила его директором придворного театра. По тем временем это была труднейшая должность, потому что директор должен был не только писать пьесы, но и руководить их постановками, а также подбирать актеров для сцены и обучать их.

Выделяемых из казны денег постоянно не хватало, и, чтобы продолжать работать, Александру Сумарокову приходилось жертвовать собственным жалованием. Тем не менее театр просуществовал целых пять лет. И только в 1761 году Сумароков перестал руководить им и ушел в журналистику.

Он начал издавать журнал «Трудолюбивая пчела». Это был первый в России чисто литературный журнал. Александр Петрович Сумароков также печатал переводы сочинений античных и современных европейских авторов — Горация, Лукиана, Вольтера, Свифта.

Постепенно вокруг него собралась группа литературно одаренных молодых людей. Они вели ожесточенную полемику о путях развития русской литературы с Ломоносовым, Тредиаковским, а также с М. Чулковым и Ф. Эминым. Сумароков считал, что нельзя насаждать в литературе культ древности, поскольку писатель обязан отзываться на все события современной ему действительности.

В середине шестидесятых годов он возвращается к драматургии и пишет цикл сатирических комедий под названиями «Опекун», «Лихоимец» и «Ядовитый». По-видимому, драматург хотел рассказать о тяжелых событиях собственной жизни. Как раз в это время внезапно умирает отец писателя, и Сумароков Александр Петрович оказывается вовлеченным в длительную тяжбу из-за раздела наследства. Только в 1769 году он получает свою часть и сразу же уходит в отставку.

Чтобы не отвлекаться в шумном и суетном Петербурге, Сумароков переезжает в Москву и целиком погружается в литературную работу. Несколько лет он прилежно работает с историческими источниками и пишет крупнейшее свое произведение — историческую трагедию «Димитрий Самозванец».

Сюжет пьесы был основан на подлинных событиях русской истории и звучал на редкость современно: совсем недавно в результате переворота к власти пришла Екатерина II. Вероятно, именно поэтому трагедия была почти сразу же поставлена на петербургской сцене и пользовалась большим успехом у публики.

Поскольку Александр Сумароков собрал большой исторический материал, он смог приступить к написанию собственно исторических сочинений. В них рассказывалось о восстании Степана Разина, стрелецких бунтах в Москве. В эти же годы Сумароков начинает новую страницу в своем творчестве — выпускает сборник басен. Они были написаны простым и даже грубоватым языком, но легко запоминались и поэтому стали образцом для многих авторов. Кстати, и И. Крылов обратился к басне только потому, что его вдохновил пример Сумарокова. Язвительное обличение всяческих пороков не нравилось московскому начальству. Известно, что в последние годы жизни писатель страдал от придирок московского градоначальника. Поэтому он так и не смог получить постоянной службы в Москве и жил в одиночестве и неизменной нужде. Но у него было много друзей и последователей, которые стали известными писателями, — Я. Княжнин, М. Херасков, В. Майков, А. Ржевский.

Когда Александр Петрович Сумароков умер, его скромно похоронили в Донском монастыре. Лишь через четыре года после его смерти, когда его друг Н. Новиков выпустил десятитомное собрание сочинений писателя, для всех стал очевиден тот вклад, который он внес в развитие русской культуры.

Поэзия: Ломоносов и Сумароков

Давайте поговорим о великом и многогранном Михаиле Васильевиче Ломоносове (1711—1765). Узнаем, что он сделал для русского языка и как связаны между собой сферы его интересов.

👤 Все помнят историю о том, как архангельский крестьянин отправился пешком в Москву учиться и стал величайшим ученым и поэтом. Ломоносов оставил след чуть ли не во всех науках, известных в его время — физика, химия, биология, география, астрономия, металлургия и горное дело, философия и филология.

👁 Интерес одновременно к естественным и гуманитарным наукам в 18 веке не был редкостью, как и интерес писателей к науке. Но масштабом личности и непредсказуемостью Ломоносов больше напоминает легендарных гениев Возрождения, чем своих современников-энциклопедистов.

🇩🇪 Интерес к литературе у Ломоносова развился во время обучения в Германии в Марбургском университете. В Марбурге он тратит почти все студенческие деньги на книги и собирает внушительную библиотеку. Кроме классиков он знакомится с немецкой поэзией, с традицией студенческих песен, которую в это время успешно воскресил Иоганн Гюнтер. Ритмический строй именно этой, песенной лирики Ломоносов возьмет за основу в своих стихах.

❗️ «Высокий», «средний» и «низкий» русский язык Ломоносова

✍️ В филологических трудах Ломоносов обращает внимание на разноплановость русского языка, которая сложилась исторически. В 1758 году в статье «О пользе книг церковных в российском языке» Ломоносов предложил выделить «высокий», «средний» и «низкий» стили. Концепция та же, что у французских классицистов (для каждого жанра свой стиль), но использует специфику истории русского языка.

🖋 Сосуществование русского с искусственного церковнославянского языка, просторечия и еще не закрепившегося литературного русского языка привело к соседству слов, одинаковых по смыслу, но разных по окраске и сфере употребления. Например, в высоком стиле надо писать «град», а в среднем и низком — «город», а «городишко» уместен только в низком.

📯 Благодаря этой системе в русском языке церковнославянизмы (глас вместо голос, брег вместо берег и т.д.) до сих пор ассоциируются с возвышенной, торжественной речью, даже если она никак не связана с религией.

Как связаны научная и литературная жизнь Ломоносова?

📜 Поэзия Ломоносова — это не хобби ученого, скорее, он видит в творчестве еще одну сторону познания. В художественных текстах он воплощает целостную картину мира — и в ней проявляются одновременно научное, мифологическое и религиозное мышление.

🌐 В каком-то смысле в стихах можно увидеть движущую силу всей деятельности Ломоносова — стремление охватить разумом весь мир, все аспекты бытия и человека. Ломоносов был рационалистом, но не материалистом и не атеистом, в отличие от многих мыслителей 18 века. Вера у него рождается в размышлениях и сомнениях:

* * *
Я долго размышлял и долго был в сомненье,
Что есть ли на землю от высоты смотренье;
Или по слепоте без ряду всё течет,
И промыслу с небес во всей вселенной нет.
Однако, посмотрев светил небесных стройность,
Земли, морей и рек доброту и пристойность,
Премену дней, ночей, явления луны,
Признал, что Божеской мы силой созданы.

🙇 Лирический герой Ломоносова мыслит как ученый: ответ на свои сомнения он получает не свыше и не из своего субъективного восприятия, а благодаря наблюдениям.

Портрет поэта Александра Сумарокова, 1798 г. (Фото Репродукции Плакаты в Рамках…) #148

Фоторепродукция портрета поэта Александра Сумарокова, 1798 г. Художник: Фридрих Тишбейн

Портрет поэта Александра Сумарокова, 1798 год. Александр Сумароков (1717-1777) — поэт и драматург, один из зачинателей классицизма в русской литературе. Находится в собрании Государственного центрального литературного музея, Москва

.

© Fine Art Images

Идентификатор носителя 148

Сумароков Александр , Сумароков

18 век Александр Искусство Автор Тело Века Классицизм Цвет Цвет Страна Восемнадцатый век Лицо Изображения изобразительного искусства Фридрих Фридрих Тишбейн Немецкий Германия Голова Голова и плечи Иоганн Фридрих Август Тишбейн Литература Место расположения Глядя через плечо Мужской Занятие Картина Люди Поэт Поэзия Портрет Профессия Россия русский Тело Тишбейн Писатель

Печать 10 x 8 дюймов (25 x 20 см)

Наши фотоотпечатки печатаются на прочной бумаге архивного качества для яркого воспроизведения и идеально подходят для оформления

проверить

Гарантия Pixel Perfect

чек

Изготовлен из высококачественных материалов

проверить

Необрезанное изображение 18. 2 х 25,4 см (оценка)

чек

Отделка профессионального качества

чек

Размер изделия 20,3 x 25,4 см (приблизительно)

Наши водяные знаки не появляются на готовой продукции

Отпечатано на бумаге архивного качества, обеспечивающей непревзойденную стойкость изображения и великолепную цветопередачу с точной цветопередачей и плавными тонами. Отпечатано на профессиональной бумаге Fujifilm Crystal Archive DP II плотностью 234 г/м². 10×8 для альбомных изображений, 8×10 для портретных изображений.Размер относится к используемой бумаге в дюймах.

Код продукта dmcs_148_676_0

Фотопечать Печать плакатов Печать в рамке Пазл Поздравительные открытки Печать на холсте Художественная печать Фото Кружка Печать в рамке Установленное фото Стеклянная подставка Коврик для мыши Премиум обрамление Подушка Сумка Металлическая печать Стеклянная рамка акриловый блок Стеклянные коврики

Полный диапазон художественной печати

Наши стандартные фотоотпечатки (идеально подходят для оформления) отправляются в тот же или на следующий рабочий день, а большинство других товаров отправляются через несколько дней.

Фотопечать (8,50–121,62 долл. США)
Наши фотоотпечатки печатаются на прочной бумаге архивного качества для яркого воспроизведения и идеально подходят для оформления.

Печать плакатов (13,37–72,97 долл. США)
Бумага для постеров архивного качества, идеальна для печати больших изображений

Принт в рамке (54,72–279,73 долл. США)
Наши современные репродукции в рамке профессионально изготовлены и готовы повесить на стену

Пазл ($34.04 – 46,21 долл. США)
Пазлы — идеальный подарок на любой праздник

Поздравительные открытки (7,26–14,58 долл. США)
Поздравительные открытки, подходящие для дней рождения, свадеб, юбилеев, выпускных, благодарностей и многого другого

Печать на холсте (36,48–304,05 долл. США)
Профессионально сделанные, готовые к развешиванию картины на холсте — отличный способ добавить цвет, глубину и текстуру в любое пространство.

Художественная печать (36,48–486,49 долл. США)
Наши художественные репродукции с мягкой текстурированной натуральной поверхностью – это лучшее, что может быть после приобретения оригинальных произведений искусства. Они соответствуют стандартам самых требовательных музейных хранителей.

Фотокружка ($12,15)
Наслаждайтесь любимым напитком из кружки, украшенной любимым изображением. Сентиментальные и практичные персонализированные кружки с фотографиями станут идеальным подарком для близких, друзей или коллег по работе

Принт в рамке (54,72–304,05 долл. США)
Наш оригинальный ассортимент британских репродукций в рамке со скошенным краем

Установленная фотография (15,80–158,10 долл. США)
Отпечатанные фотографии поставляются в специальном футляре для карточек, готовые к рамке

Стеклянная подставка ($9.72)
Индивидуальная стеклянная подставка. Также доступны элегантные полированные безопасные закаленные стекла и термостойкие коврики под тарелки

.

Коврик для мыши (17,02 долл. США)
Фотографический отпечаток архивного качества на прочном коврике для мыши с нескользящей подложкой. Работает со всеми компьютерными мышами.

Каркас премиум-класса (109,45–352,70 долл. США)
Наши превосходные репродукции в рамке премиум-класса профессионально изготовлены и готовы повесить на стену

Подушка (30 долларов США.39 — 54,72 доллара США)
Украсьте свое пространство декоративными мягкими подушками

Большая сумка (36,43 долл. США)
Наши большие сумки изготовлены из мягкой прочной ткани и оснащены ремнем для удобной переноски.

Металлический принт (71,76–485,28 долл. США)
Изготовленные из прочного металла и роскошных технологий печати, металлические принты оживляют изображения и придают современный вид любому пространству

Стеклянная рамка (27,96–83,93 долл. США) Крепления из закаленного стекла
идеально подходят для настенного дисплея, кроме того, мониторы меньшего размера можно использовать отдельно на встроенной подставке.

Acrylic Blox (36,48–60,80 долл. США)
Обтекаемый, односторонний современный и привлекательный принт на столешнице

Стеклянные салфетки (60,80 долл. США)
Набор из 4 стеклянных салфеток. Элегантное полированное безопасное стекло и термостойкое. Соответствующие подставки также доступны

Николай Новиков как издатель стихов Александра Сумарокова

Гуковский Г.А . «Библиографические заметки к «Полному собранию сочинений Сумарокова», изданию Н.И. Новиковым в десяти томах» [ «Библиографические примечания к «Полному собранию сочинений Сумарокова » в Десяти томах. Опубликовано Н.И. Новиков» ]. Режим доступа: https://imwerden.de/pdf/gukovsky_bibliograficheskie_zametki_k_polnomu_sobraniya_sumarokova_1948 ocr. pdf (по состоянию на 1 сентября 2020 г.). (на рус.)

Гуськов Н.А. «Эклоги» А.П. Сумарокова как поэтическая книга: к постановке проблемы». Сумарокова «Эклоги» как книга поэзии: постановка вопроса». XVIII век : Сборник статей

Демин А.О. «А.П. Сумароков    —    переводчик итальянских либреттистов П. Метастазио и М. Колтеллини Сумарокова как переводчика итальянских либреттистов П. Метастазио и М. Колтеллини». Русская литература, вып. 1, 2018, стр. 52 –61. (на рус.)

Кляйн, И. Пути культурного импорта. Труды русской литературы XVIII века [ Пути культурного импорта. Сочинения по русской литературе 18 го века . М.: Языки славянской культуры, 2005. 576 с. (на рус.)

Кочеткова Н.Д. «О переводчике стихотворения Х.Ф. Геллерта» [«О переводчике Ч.Ф. Поэма Геллерта». XVIII век : Сборник статей [ 18 Век: Сборник очерков ], вып.30.СПб, 2020. (В печати)

Мартынов И. Ф. Книгоиздатель Николай Новиков [ Книгоиздатель Николай Новиков ]. Москва : Книга, 1981. 176 с. (на рус.)

Модзалевский Л.Б. «Литературная полемика Ломоносова и Тредиаковского в «Ежемесячных сочинениях» 1755 года». XVIII век : Сборник статей Москва; Л.: Издательство АН СССР, 1959. С. 45 –65. (на рус.)

Модзалевский Л.Б. М.В. Ломоносов и его литературные отношения в Академии наук. Из истории русской литературы и просвещения середины XVIII века [ М.В. Ломоносов и его литературные связи в Академии наук. Из истории русской литературы и просвещения середины 18 -го -го века ]. СПб.: Нестор-История., 2011. 380 с. (на рус.)

Письма русских писателей XVIII века [ Письма русских писателей 18 го Века ]. Ленинград: Наука, 1980. 472 с. (на рус.)

Русская эпиграмма второй половины XVII  – начала XX в. Л.Ф. Ершова, сост., изд., комм. В.Е. Васильев, М.И. Гилельсон, Н.Г. Захаренко. Ленинград: Советский писатель, 1975. 966 с. (на рус.)

Словарь русского языка XVIII века [ Словарь русского языка 18 -го века ], вып. 12. СПб: Наука, 2001. 253 с. (на рус.)

Словарь старославянского языка . Репринтное издание: в 4 т. [ Словарь старославянского языка . Переиздание: в 4-х тт. ], вып.3. СПб: Изд-во Санкт-Петербургского университета, 2006. 680 с. (на рус.)

Степанов В.П. «Сумароков Александр Петрович» [«Сумароков, Александр Петрович»]. Словарь русских писателей XVIII века , вып. 3. СПб: Наука, 2010. С. 184 –199. (на рус.)

Сумароков, А . Избранные сочинения в стихах [ Избранные произведения в стихах ], введ.Т. Абрамзон, сост. и исх. М. А. Амелина. Москва: ОГИ, 2017. 848 с. (на рус.)

Сумароков А.П. Драматические сочинения [ Драматические произведения ], изд. Ю.В. Стенник. Ленинград: Искусство, 1990. 477 с. (на рус.)

Сумароков А.П. Оды торжественные. Элегии любви. Репринтное воспроизведение сборников 1774 года. Приложение: редакции и варианты. Дополнение. Комментарии. Стати [ Торжественные оды.Элегии любви. Репринт сборников 1774 г. Приложение: Версии и варианты. Дополнения. Комментарии. Статьи ], изд. Р. Вроон. Москва : ОГИ, 2009. 144 с. + 696 р. (на рус.)

Тюличев Д.В. «Материалы о некоторых изданиях, напечатанных в типографии Академии наук в 40–60-е годы XѴIII века (дополнение к комментарию Сводного каталога русской книги гражданской печати XѴIII века. Некоторые издания М. изд. Науки в 1740-х и 1760-х годах (Дополнения      к примечанию к «Сводному каталогу русских шрифтовых книг XVIII 90–165-го 90–166-го века».1725 –1800’)»]. Книга: исследования и материалы [ Книга: Исследования и материалы ], вып. 83. М.: Наука, 2005. С. 171 –221.

Поэты сплотились вокруг коллеги по обвинению в шпионаже / Статья

«

Орбита» — поэтический коллектив, получивший международный статус благодаря своим в основном русскоязычным публикациям и выступлениям, и «Орбита» выразила обеспокоенность в связи с его арестом по неясным причинам, сообщает русскоязычная служба LSM.

«Орбите» стало известно из СМИ и социальных сетей, что Дмитрий был задержан полицией безопасности в связи с его деятельностью на латвийском интернет-сайте, где он, по-видимому, выполнял технические работы, сообщается на странице «Орбиты» в Facebook.

«Подробности обвинения неизвестны, сам Дмитрий о них не говорил — после кратковременного задержания он был отпущен, подписав в ходе уголовного процесса подписку о неразглашении.»

Орбита заявила, что надеется, что расследование будет прозрачным и справедливым, и что она «с беспокойством следит за развитием событий.»

Группа также обратила внимание на прошлое Сумарокова, которое показывает, что он имеет значительный послужной список как подлинный выдающийся поэт, а также что он был активен в подпольных группах во время советской оккупации Латвии.

Орбита охарактеризовала его как «талантливого и глубоко эрудированного автора», который в свое время был пресс-секретарем Рижского рок-клуба и куратором интерактивного проекта, объединившего авторов текстов и композиторов из Латвии, США, Ирландии, Японии и других стран. .

В советское время также был активным участником подпольной самиздатовской сцены.

Как писатель Сумароков пишет и печатается давно. Ранее «Орбита» выпустила сборник его стихов «Кафе Европа». Эта двуязычная книга в 2015 году вошла в шорт-лист литературной премии года в Латвии.

 

Заметили ошибку?

Выберите текст и нажмите Ctrl+Enter, чтобы отправить предложенное исправление в редактор

Выберите текст и нажмите Сообщить об ошибке, чтобы отправить предложенное исправление редактору

Сообщите нам об ошибке

Проект MUSE — Вольтер для России: А.Путь П. Сумарокова от поэта-критика к русскому философу (рецензия)

SEER, 91, 4, ОКТЯБРЬ 2013 872 который опирался главным образом на понятие этнической принадлежности. Как показывает Камуселла, словацкий путь к самореализации стал более проблематичным из-за исторического подчинения говорящих на словацком языке Венгрии и сложных асимметричных отношений Словакии с чешскоязычными землями. Сравнительно краткое заключение (стр. 905–955) служит прежде всего для обобщения наиболее важных тем первой и второй частей основного текста.Некоторым читателям этот раздел сам по себе может предложить полезный дайджест необходимого им материала. Большинство других, скорее всего, захотят просмотреть оставшуюся часть исследования в поисках разделов, относящихся к их собственной специализации, а не читать книгу от корки до корки. Огромный объем и объем этого тома иногда могут затруднить для читателей изучение более узко определенных областей интересов, но этот факт никоим образом не умаляет общих достоинств исследования Камуселлы. Его исчерпывающее эмпирическое исследование является бесценным справочным источником для лингвистов, историков и политологов и дополняет другие более теоретические работы в этой области.Следует надеяться, что эта публикация появится в других изданиях в мягкой обложке (возможно, с некоторыми незначительными изменениями) и что в конечном итоге она может быть доступна на других языках, помимо английского. Университет Вулверхэмптона Том Дикинс Юингтон, Аманда. Вольтер для России: Путь А. П. Сумарокова от поэта-критика к русскому философу. Исследования по русской литературе и теории. Издательство Северо-Западного университета, Эванстон, Иллинойс, 2010. xiv + 260 стр. Примечания. Приложения. Избранная библиография. Показатель.79,95 долларов США. Первой реакцией читателя на название книги доктора Юингтона о русском поэте и драматурге XVIII века А. П. Сумарокове «Вольтер для России» может быть недоверие. Можно ли утверждать, что литературные и драматические сочинения Сумарокова сравнимы с собранием сочинений Вольтера по качеству содержания, жанровому диапазону и тематике или хотя бы по количеству? Нет и его подзаголовка «А. Путь П. Сумарокова от поэта-критика к русскому философу», более правдоподобно. Где доказательства такой эволюции авторской личности Сумарокова? Однако именно благодаря мастерству доктора Юингтон в представлении и интерпретации своих доказательств к концу своей книги она, вероятно, завоюет симпатии большинства читателей. Фактический фон не внушает оптимизма. Хотя Сумароков и Вольтер умерли с разницей в год, на самом деле они не встречались: Сумароков никогда не ездил во Францию ​​или Швейцарию, а Вольтер никогда не ездил в Петербург. Недостаток физического контакта они также не компенсировали долгой и интимной перепиской. Был только один обмен письмами, который имел место между концом 1768 и началом 1769 года, и существует только вольтеровская сторона. Письмо, которым Сумароков инициировал обмен и которое он доверил князю Ф.А. Козловского до Ферни не сохранилось (с. 47–51). Однако ответ Вольтера от 26 февраля 1769 года был всем, на что Сумароков мог надеяться, и всю оставшуюся жизнь он использовал его для подтверждения своих притязаний на первенство среди своих собратьев-русских поэтов и драматургов. Ключевыми фразами в ответе Вольтера были: «Ваше письмо и ваши произведения — великое доказательство того, что гений и вкус принадлежат каждой стране. […] Я с гордостью могу сказать, месье, что во всем разделяю ваше мнение. […] Я имею честь быть с бесконечным уважением, которым я вам обязан […] Ваш покорнейший и очень послушный слуга Вольтер.Однако сила вольтеровского панегирика Сумарокову была ослаблена его признанием в том, что он «ни слова» не знает по-русски (стр. 157–158). В полном предисловии излагаются факты биографии Сумарокова и прослеживаются перипетии его репутации как при жизни, так и посмертно до 1850-х годов и, после длительного перерыва, в течение которого он оставался без внимания, в советский период. Его вольтерьянство, не замеченное современниками, обозначил Карамзин в «Пантеоне русских авторов» (1802): «Он, как Вольтер, хотел блистать во многих жанрах, и современники называли его нашим Расином, Мольером, Лафонтеном и Буало» ( п.24). Впоследствии…

Мемориальная доска Александру Сумарокову, Санкт-Петербург

Не знаю почему, но я всегда любил Александра Сумарокова. Для нерусского знатока русской литературы Сумароков — один из тех писателей, которых зубришь перед устными экзаменами. Его не изучали ни на каких занятиях и семинарах — они были посвящены Пастернакам, Толстым, Достоевским, Пушкиным, Гоголям. Сумароковы и другие писатели XVIII века? Их никто не учил.Но аспиранта там не для того, чтобы его учили. Аспирант должен учиться. Так что вы делаете это самостоятельно. Вы неделю читаете Василия Тредиаковского, несколько дней читаете Михаила Ломоносова.
Студент, мнящий себя кем-то вроде знатока драмы и театра, когда-нибудь прочитает все трагедии Владислава Озерова (на самом деле любящего Фингала ). Вы планируете прочитать все пьесы Екатерины Великой, но в итоге признаете, что вам это, вероятно, не нужно. Вы читаете Василия Капниста и безумно любите Chicanery , недоумевая, какого черта никто не взялся за это 200 лет.Вы более чем знакомитесь с Яковом Княжниным и Александром Аблесимовым (что вознаграждает вас спустя десятилетия в Москве, когда вы видите постановки в двух разных театрах по произведениям этих писателей). Вы читаете Михаила Хераскова, но не помните его. Вы любите Дениса Фонвизина, особенно его Бригадир , хотя все пытаются вам сказать, что его Несовершеннолетний — это его главная пьеса — койка. Вы с удовольствием читаете комедии Александра Шаховского, хотя и близко не читаете все 100 его пьес — на самом деле, наверное, выручаете, не дойдя до 10-процентной отметки.Но вы восхищаетесь его умением перевернуть шуточную фразу.
Другими словами, вы читаете сами себя глупо, практически без чьего-либо обучения. О, есть горстка книг, в которых на словах упоминается ранняя русская драматургия. Вы читаете их, и у вас мало что получается. Так что это марафонское чтение очень старых пьес, до которых веками никто не заботился (за редким исключением, натч), действительно ставит вас в тупик. Это либо тонуть, либо плыть, и вы никому не признаетесь, что тонете так же часто, как плывете.
А вот и Александр Сумароков. Человек не пользуется большим уважением. Другие писатели смеются над ним. Критики и историки говорят вам, что он не был хорошим писателем. Д. С. Мирский, один из упомянутых мною фундаментальных историков, писал, что «литературная ценность» сумароковских пьес «невелика» и что они «пахнут переводом». Эх. Казалось бы, никто не говорил с Мирским о народной традиции. Ну, разве что Сумароков вряд ли был народным…
Как бы то ни было, Сумароков у меня всегда был слабоват.Если ему кто-то не нравился (а он не любил очень многих), он садился и писал пьесу с нападками на них, как он это сделал в довольно смешном Tresotinius , пародировавшем Тредиаковского. Сумароков не сомневался в своем месте в истории русской литературы середины XVIII века: он был ее величайшей и влиятельнейшей звездой. На самом деле он действительно им был, по крайней мере, до появления Гаврила Державина, а затем и Александра Пушкина. После этого Сумароков как бы упал со стола. Но у человека был характер, у него была наглость, и у него был немалый талант.Просто вы пытаетесь собрать в себе влияния и стили, и надежды, и чаяния целого народа, не имеющего литературных традиций, если только вас не зовут Пушкин. .. Но и у Пушкина, конечно, были все писатели, о которых я уже упоминал, от которых можно было отталкиваться. У Сумарокова почти ничего не было. Так что, вводя в русский канон Гамлет и Макбет — пусть даже упрощая и упрощая их, — он ставил вехи для будущего русской культуры. Вдобавок к этому Сумароков был одним из первых крупных российских издателей, редактором влиятельного журнала Деловая пчела или Промышленная пчела , смотря как перевести.Он писал стихи, эссе, участвовал в социальных и политических дискуссиях (в некоторой степени) и был всесторонним — будем честными, давайте отдадим ему должное — человеком эпохи Возрождения.

Сумароков родился 25 ноября 1717 г., а умер 12 октября 1777 г. (по современным датам григорианского календаря). Согласно хронологическому, но неполному «Избранному сочинению А. П. Сумарокова», свои первые стихи он написал около 1739 года. Он писал не менее 25 различных поэтических жанров, в том числе балладу, оду, мадригалы, переводы, послания, эклоги, идиллии, элегии, сонеты и многие другие. В этом далеко не полном источнике 268 работ. (Список включает в себя некоторые трагедии и переводы, но не включает его публицистика, эссе, 12 комедий или его переработок Шекспира.) Но есть серьезная проблема с подсчетом и исследованием полного литературного творчества Сумарокова, поскольку весь его архив был утерян. . У нас нет ничего, кроме опубликованных текстов, к которым можно вернуться. Более того, к моменту его смерти о нем уже практически никто не заботился. Он был нищим, нелюбимым, неуважаемым, на самом деле о нем никто даже не думал.Его похоронили на кладбище Донского монастыря в Москве, но и его могила со временем была утеряна. В его честь в 1951 году там был установлен надгробный памятник, но размещение этой плиты (я помню, что видел ее и резко остановился, как будто я увидел привидение) не имеет ничего общего с местонахождением его останков. Когда Сумароков умер, у него не осталось денег на похороны, поэтому некоторые московские актеры собрали сбор и покрыли расходы. Это был классический случай превращения богатства в нищету.
Последний раз, когда я был в Санкт-Петербурге несколько лет назад, я пять дней бродил по городу с огромным списком адресов в руках. Одним из них был Большой проспект, 31 на Васильевском острове. Исследования показали, что там была мемориальная доска в честь Сумарокова. Действительно был, и вот что на нем написано: «На сем участке находился дом, в котором проживал с 1765 по 1769 год писатель, поэт, драматург и великий театральный деятель Александр Петрович Сумароков».
Итак, на что мы смотрим, когда стоим на углу этой улицы и читаем слова на мемориальной доске в честь великого человека? Ничего такого.Практически ничего. Если только мы не заглянем в катакомбы собственных воспоминаний и мыслей. Стоя здесь, я не чувствовал ни озноба, ни мистического магнетизма, ни ощущения дежавю. Я пытался. Я искал это. Я чувствовал это. Его там не было. Здание, которое сейчас стоит здесь, не имеет ничего общего ни с Сумароковым, ни с его временами, оно появилось намного, намного позже. Улицы здесь, люди, стоящие вокруг или проходящие мимо, — все это не имеет никакого отношения к Сумарокову. Никто не остановился, чтобы посмотреть на табличку, всем было наплевать.Даже когда я его поставил и начал фотографировать с одной и с другой стороны. Обычно этого достаточно, чтобы вызвать любопытство хотя бы у некоторых прохожих. Не здесь. Не это место. Эти местные жители уже знали: здесь нам ничего не нужно знать.
Судьба — индюк, как говорят русские. Я понятия не имею, откуда взялась эта фраза. Но это тот, который вы можете хорошо, трудно прочувствовать. Особенно, когда вдумываешься в жизнь и творчество Александра Сумарокова, а потом вдумываешься в то, как мир отвернулся от него к моменту его смерти, а потом просто забыл о нем.
Однако, чтобы не топиться в собственных слезах, порадуемся, что в маленьком Человеческом Театре в Москве недавно открылся спектакль под названием (Сумароков) Гамлет . Возможно, это первая постановка некогда великого писателя за 200 лет. Хорошо Владимиру Скворцову, который поставил. Мужчина по моему сердцу. Да здравствует память Александра Сумарокова.

Нравится:

Нравится Загрузка…

Родственные

Сумароков А.С.

Sumarokov Alexander Petrovich (1717 — 1777)
Poet, PlayWright

Он родился 14 ноября (25-го по сравнению с новым стилем) в г. Москва в древних дворянских семьи . До пятнадцати лет обучался и воспитывался дома.
В 1732 — 40 учился в Земельном Польском шляхетском корпусе, где начал писать стихи подражая Тредиаковскому . Сумароков служил адъютантом лагеря у графов Г.Головкина и А.Разумовского и продолжал писать, в то время под сильным влиянием од Ломоносова .

Чуть позже находит свой жанр — песни о любви, которые были очень популярны у публики . Он развивает поэтическую технику изображения частной жизни и психологических конфликтов, которые позже он применит в трагедиях.

Ломоносов, разработчик субъектов гражданского сознания, не одобрил лирику Сумарокова .Полемика между Ломоносовым и Сумароковым по вопросам поэтического стиля представляла собой важный этап в развитии русского классицизма.

От любовных песен Сумароков переходит к поэтическим трагедиям — «Хорев» (1747), «Гамлет» (1748), «Синав и Трувор» (1750). В этих произведениях за первое время в истории из русского театра были использованы достижения французской и немецкой просветительской драматургии. Сумароков объединили в себе личных , любовных тем с общественными и философскими проблемами . Появление трагедий послужило толчком к созданию русского театра, директором которого стал Сумароков (1756 — 61).

В 1759 году Сумароков издавал первый Русский литературный журнал «Трудолюбивая пчела», который был на стороне дворцового партии поддержавшей будущую императрицу

В начале царствования Екатерины II литературная слава Сумароков достигла своего апогея. Молодые сатирики, группировавшиеся вокруг Н.Новикова и Фонвизина , поддержали Сумарокова , писавшего небылицы, направленные против чиновничьего произвола, взяточничества, жестокого обращения помещиков с крепостными.

В 1770, после переезда в Москву, Сумароков конфликтовал с московским главнокомандующим П.Салтыковым.Императрица приняла сторону Салтыкова, на что Сумароков ответил унизительным письмом. Все это ухудшало его общественно-литературное положение .

В 1770-е годы им созданы лучшие комедии («Мнимый рогоносец», «Склочник», 1772) и трагедии «Дмитрий Самозванец» (1771), «Мстислав» (1774). Сумароков был режиссером в театре Московского Университета , издавал поэтические сборники: «Сатиры» (1774), «Элегии» (1774).

Последние годы его жизни были отмечены материальными лишениями, потерей популярности, вылившейся в запой.Это и послужило причиной Сумарокова смерти октября 1 (12-го по новому стилю) 1777 года в Москве.

9780810126961: Вольтер для России: Путь А. П. Сумарокова от поэта-критика к русскому философу (Исследования по русской литературе и теории) — AbeBooks

В «Вольтере для России» Аманда Юингтон исследует бурную литературную карьеру Александра Петровича Сумарокова по сравнению с его немного более старшим французским современником Вольтером.Хотя Сумароков малоизвестен в англоязычном мире, он был одним из отцов-основателей современной русской литературы, известным в свое время как великий драматург и плодовитый поэт.

«Вольтер для России» полемизирует с давно принятым прочтением Сумарокова как подражателя французских поэтов-неоклассиков, в конечном счете ставя под сомнение само понятие русского «классицизма». Юингтон раскрывает пронзительную личную преданность Сумарокова Вольтеру как новую основу для понимания не только его произведений, но и его литературных пристрастий и планов, поскольку он намеревается создать русскую литературу и взрастить читающую публику.

«Синопсис» может принадлежать другому изданию этого названия.

Обзор :

«Доктор.Частые ссылки Юингтона на произведения таких пионеров русской литературы XVIII века, как Давид Ланг, Григорий Гуковский и Павел Берков, и их последователей в наше время, таких как Иоахим Кляйн, покойный Виктор Живов и многочисленные авторы кандидатских диссертаций ее текст в русле исследований русской литературы восемнадцатого века, в которые ее собственная книга вносит существенный и ценный вклад».

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.