Плутарх солон: Недопустимое название — Викитека

Содержание

Плутарх о реформах Солона

Плутарх (ок. 46 - ок. 127) - греческий философ и писатель. Прославился Сравнительными жизнеописаниями, параллельными биографиями выдающихся лиц, куда вошли 23 пары биографий греческих и римских исторических деятелей, в том числе и биография Солона (между 640/635-559 гг. до н.э.) - афинского политического деятеля, законодателя и поэта.

XV. ...Солон был первым, кому принадлежало изобретение назвать отмену долгов сисахфией. Эту политическую меру он пустил в ход первой, предложив отменить существующие в данное время долги, а впредь запретив обеспечивать ссуду личной кабалой... Однако большинство авторов говорят, что сисахфия была отменой вообще всех долговых обязательств

Из числа граждан, закабаленных за долги, одних он вернул с чужбины Иных еще, в позорном рабстве живших здесь, сделал свободными. ..

Итак, прежде всего он отменил все законы Драконта, кроме заходов об убийствах...

XVIII. Во-вторых, Солон, желая оставить все высшие должности за состоятельными людьми, как это и было раньше, а остальное управление, в котором простой народ не участвовал, распределить между всеми, ввел оценку имущества граждан. Людей, получающих пятьсот мер продуктов, как сухих, так и жидких, поставил на первое место и назвал пентакосиомедимнами, на второе место - людей, которые могут содержать коня или получать триста мер, - этих называли принадлежащими к всадническому разряду; граждане, относящиеся к третьему разряду по цензу, у которых состояние измерялось доходом в двести мер того и другого, получили название зевгитов. Все остальные назывались фетами...их политические права выражались лишь в том, что они принимали участие в народном собрании и в суде. Это право с самого начала представлялось ничего не значащим, но впоследствии оказалось чрезвычайно важным потому, что большинство спорных дел поступало к судьям. Дело в том, что одинаково и по всем делам, по которым он определял судить высшим должностным лицам, он предоставил желающим право подавать аппеляцию в суд...

Далее, считая необходимым оказывать помощь большинству народаСолон предоставил каждому право выступать в защиту пострадавшего и привлекать виновных к ответственности. Например, если кого-нибудь избили, подвергли насилию или причинили ущерб, всякому, кто мог или хотел, предоставлялось право подавать жалобу на обидчика и преследовать его судом: законодатель правильно поступал, приучая граждан, как бы людей одной судьбы, сочувствовать друг другу и разделять чужое горе. Упоминают и слова Солона, находящиеся в согласии с этим законом. Когда его как-то спросили, о каком государстве жизнь устроена наилучшим образом, он ответил: В том, в котором за обиженных те менее их самих вступаются и наказывают обидчиков люди, не задетые этим лично.

XIX. Солон образовал совет на Аресовом холме из ежегодно сменяющихся архонтов и в этом совете стал принимать участие и сам как бывший архонт. Видя, однако, что народ становится кичливым и дерзким под влиянием отмены долгов, он учредил еще второй совет, предоставив выбирать для этого по сто человек от каждой из четырех фил. Этому совету он поручил составлять предварительные решения для 

народа и не допускать вносить в народное собрание каких-либо предложений без предварительного обсуждения их в его составе. А верхнему совету он предоставил надзор за всеми делами и охрану законов, рассчитывая, что государство при двух советах, как корабль, стоящий на двух якорях, меньше будет подвержено качке и что народ будет чувствовать себя спокойнее...

XX. ...Странным и смешным кажется закон, который женщине-наследнице, в случае, если человек, ставший по закону ее властелином и главою, окажется неспособным к сожительству, дает право вступать в связь с ближайшими родственниками мужа. Некоторые говорят, что это и правильно по отношению к тем, которые, будучи неспособны к брачному сожительству, берут в жены наследниц ради денег и, пользуясь законом, производят насилие над природой. Именно они будут видеть, что наследница вступает в связь, с кем хочет, и тогда или откажутся от брака, или, оставаясь в браке, будут терпеть дозор, неся наказание за свое корыстолюбие и надменность. Хорошо еще и то, что наследница может вступать в связь не со всеми,, а с одним из родственников мужа по собственному выбору, потому что в таком случае ребенок будет не чужой, а принадлежащий к этому роду.

XXI. ...Солон прославился также и законом о завещаниях. Прежде нельзя было делать завещания, так как имущество и домашнее хозяйство должны были оставаться в роду умершего; он же предоставил право всякому отдать свое имущество, кому хочет, если только у него нет законных детей; он дружбу почтил выше чем родство, и личное расположение выше, чем обязанность, и сделал имущество достоянием собственников. Правда, опять-таки он допустил дарение не без оговорок и не безусловно, а с ограничением: Буде не действовал в состоянии болезни, не был околдован зельем, не был заключен в оковы, или не был вынужден необходимостью, или не находился под влиянием женщины. Он хорошо и совершенно правильно признавал, что согласие, данное вопреки настоящим интересам, нисколько не отличается от принуждения, но поставил наравне обман и необходимость, мученье и удовольствие, потому все это одинаково может лишить человека рассудка.

XXII. ...Солон видел, что город Афины наполняется вечно людьми, стекающимися со всех сторон в Аттику; а между тем земля в большей части страны бедна и неплодородна, люди же, занимающиеся морской торговлей, обычно ничего не привозят, поскольку местные жители ничего не могут им дать в обмен. Поэтому он заставил граждан обратиться к ремеслам и написал закон о том, что сын не обязан содержать отца, если отец не обучил его ремеслу... 

Солон приспособлял скорее законы к жизни, чем жизнь к законам, и видя, что природа страны едва-едва удовлетворяет потребности земледельцев, а не имеющую занятий и праздную толпу не в состоянии кормить, обратил серьезное внимание на ремесла и поручил Ареопагу наблюдать за тем, откуда каждый человек получает средства к жизни, и наказывать не имеющих занятий...

Из урожая своей страны Солон разрешил продавать иноземцам только плоды маслины, все другое вывозить запретил и вменил в обязанность архонту подвергать проклятию тех, кто стал бы вывозить, под угрозой в противном случае самому платить в казну штраф в сто драхм.

Цит. по изданию: Хрестоматия по истории древнего мира / Под ред. В.Г.Боруховича. Саратов, 1973. С. 101, 102, 103-104, 108-109.

Солон

Солон

Солон и его законодательство

Приблизительно через двадцать пять лет после Драконта, в 594 году до н. э., на политическую арену Аттики выступает Солон. Солон принадлежал к числу великих людей не только Аттики, но и всей Греции. Не случайно, что его причисляли к семи греческим мудрецам. Потомок царской фамилии Медонтидов, Солон много путешествовал, побывал во всех замечательных местностях Греции и Малой Азии, отличался философским складом ума и обладал поэтическим дарованием. Дошедшие до нас образцы его стихотворений (элегий) обнаруживают в их творце незаурядный поэтический талант. Чтобы поправить расстроенное состояние, Солон, как это нередко делали эвпатриды, занимался торговлей. Первым желанием Солона, по словам Плутарха, было желание разбогатеть. «Мне очень хочется быть богатым, но мне не хочется толстеть от нечестно нажитого».

«Есть много богатых, но дурных людей. И, наоборот, есть много честных бедняков. Лично я никогда не променял бы добродетели на богатство. Добродетель вечно остаётся с нами, тогда как богатство переходит из рук в руки».

Немало внимания Солон уделял общественным и военным делам. Возвышение Солона традиция связывает с войной Афине Мегарами из-за Саламина. Афиняне до того были утомлены долгой и неудачной войной с Мегарами, что даже издали закон, запрещавший под страхом смертной казни поднимать вопрос о возобновлении войны за Саламин. Солона возмутил подобного рода унизительный запрет.

Учитывая воинственное и патриотическое настроение афинского общества, в особенности молодёжи, не мирившейся с потерей Саламина и жаждавшей только предлога для возобновления военных действий, Солон пошёл на следующую хитрость.

Прикинувшись помешанным, он вышел на площадь и, став на камень, продекламировал заранее сочинённую им элегию «Саламин». В ней он призывал афинян возобновить войну за остров Саламин.

Агитация Солона возымела своё действие: закон был отменён, и началась война с Мегарами, ведение которой было поручено самому Солону. Война кончилась в пользу Афин, и победа над Мегарами сделала Солона самым популярным человеком в Аттике. Среди широких слоёв на Солона стали смотреть не только как на талантливого полководца, но и как на социального реформатора (айсимнета), который может освободить афинское общество от тяготеющих над ним бед и примирить интересы врал-.дующих групп.

«Большинство гражданства стало на своих сходках уговаривать друг друга облегчить их положение, выбрать своим вождём одного надёжного человека, освободить должников от долгов, произвести передел земли и в корне изменить существующий порядок» 1.

После саламинской победы не могло быть сомнений, на кого должен пасть народный выбор.

В 594 г. Солон был выбран первым архонтом, наделённым широкими полномочиями отменять или сохранять существующий порядок или вводить новый, быть «посредником», «законодателем» и «примирителем».

Время было тревожное, назревал крупный революционный взрыв. «Народ восстал против знатных и богатых. Недовольство было очень сильное, одни восставали против других». Страх перед надвигавшимся восстанием заставил эвпатридов помириться на, казалось, нейтральной личности Солона.

«Богатые (эвпатриды) знали его как человека зажиточного, бедные — как честного...» Он нравился и имущим и неимущим. Первые думали о равенстве в заслугах и нравственных качествах, вторые — о равенстве в мере и количестве. Обе стороны возлагали на Солона большие надежды  2.

Не последнее значение имело и то, что выбор Солона одобрил также и дельфийский оракул, игравший в то время первостепенную роль в международных делах Греции и пользовавшийся большим авторитетом в глазах всех слоёв населения.

«Садись на середину корабля и исполняй обязанности кормчего! Много афинян помогут тебе», — таков был совет жрицы дельфийского оракула—пифии.

Сам Солон свои цели и намерения изложил в звучных стихах (элегиях), отрывки из которых приводят Аристотель и Плутарх. Прежде всего Солон обращается к «сильным и богатым», убеждая их пойти на уступку, мотивируя это тяжёлым бедствием народа. Солон предупреждает эвпатридов, что государство уже не в состоянии сдержать напора порабощённых масс. В стране начинается брожение, подымается гражданская война. «Богатые и сильные» предчувствуют и дрожат перед надвигающимися бедствиями, но вследствие своей недальновидности они не решаются поступиться хотя бы частью своих прав и привилегий.

Общественные бедствия, говорит Солон, проникают в жилище каждого. Вследствие всеобщего недуга разрушаются государства. Много бедняков, скованных позорными цепями, продаются на чужбину, где они должны будут подчиняться насилию, нести жалкую долю рабов. Не лучше положение и порабощённых на родине. На них тяготеет не только позор неволи, но им приходится ещё дрожать перед жестокосердым господином.

Единственными виновниками всех происходящих несчастий Солон считает богачей—эвпатридов.

Любостяжатели-богачи, обладая огромными состояниями и увлекаемые корыстью на ложный путь, сами вследствие своего неразумения содействуют гибели государства.

Первой и самой крупной реформой Солона была сисахфия, в буквальном переводе «стряхивание бремени», т. е. снятие долговых' камней, стоявших на участках должников. Сисахфия единым актом освобождала массу должников, которыми была полна Аттика. Вместе с уничтожением долгов запрещалась впредь личная кабала и продажа в рабство. Отныне земля и личность человека объявлялись свободными. «О том, что сделал я, — говорит Солон в одной из элегий, —пусть перед небесным трибуналом поведает Мать чёрная земля, величайшая из олимпийских божеств. С неё я снял много долговых столбов. Рабыня прежде, теперь—свободная она!»  3

Проданные в рабство за долги за пределы Аттики теперь возвращались на родину. «Я возвратил в свой город богозданный [в Афины] многих, проданных в рабство. Возвратил также и тех, кто бежал от безвыходной нужды и, долго странствуя по свету, почти уже забыл аттическую речь. Других, в позорном рабстве бывших и дрожавших перед своими господами, я освободил. И сделал я всё это по закону, силу с правдой сочетав. Я сделал так, как обещал»  4.

Солонова сисахфия своим остриём была направлена против эвпатридов, крупных землевладельцев, в защиту средних собственников и свободных арендаторов. Практическим следствием сисахфии было увеличение количества средних земельных собственников, становившихся с этого времени социальной опорой афинского полиса.

За сисахфией последовала целая серия других реформ, подрывавших влияние эвпатридов и укреплявших социально- экономическое положение средних прослоек — крестьян, ремесленников и торговых людей.

Главной хозяйственной отраслью оставалось сельское хозяйство, но это уже не было старое хлебопашество и скотоводство. Со времени Солона Аттика превратилась в страну садово-огородных культур — винограда, маслин, фруктов и овощей. Разведение садово-огородных культур требовало известных средств, и потому они были доступны только средним прослойкам демократии, на которые Солон по преимуществу и опирался. В их интересах он издал законы, регулировавшие посадку деревьев и ирригацию, без которой невозможна высокая плантационная культура. В целях поддержания на известном уровне садово-огородных культур были изданы специальные правила о совместном пользовании колодцами, содержании в надлежащей исправности оросительной системы и о посадке растений.

Для поощрения разведения садово-огородных культур Солон разрешил вывоз за границу оливкового масла и, наоборот, в целях обеспечения городского населения хлебом воспрещал экспорт зерна. Против возможной тенденции земельной концентрации в будущем Солон издал закон о земельном максимуме, о котором упоминает римский юрист Гай 5  и отрицать издание которого нет никакого основания. Закон о земельном максимуме Солона не стоит в противоречии с общей тенденцией эпохи. Аналогичные законы издавались и в других полисах в VII—VI веках.

«Процветавшим в досолоновскую эпоху ростовщическим операциям с землёй был положен предел, равно как и безмерной концентрации землевладения» 6. Далее, в интересах главным образом верхнего слоя демократии и в ущерб эвпатридам была введена свобода завещания, утверждавшая частную собственность в Афинах и допускавшая дробление родовых поместий, тогда как прежде земля наследовалась родом. Ту же самую тенденцию проводил и закон Солона против роскоши, ограничивавший траты на похороны и украшения.

Законодательное признание частной собственности и допущение передачи и дробления земель составляют центральный пункт солоновых реформ. Это развязывало руки предпринимательской инициативе, оживляло экономическую деятельность и давало новый толчок рабовладельческой культуре.

Аттика VI века была не только страной сельского хозяйства, но также страной торговли и ремёсел, продукты которых находили сбыт во всей Греции и за её пределами. Правда, ни размеров торговли, ни её удельного веса в общей экономике Аттики не следует слишком преувеличивать. В интересах более лёгкого и правильного обмена установлена была унификация мер и веса. Вместо малоценной эгинской монеты была введена полноценная эвбейская монета, облегчавшая торговые операции с малоазийской Грецией.

Не были забыты также и ремесленники. В Афинах, как отмечалось выше, уже в то время существовали целые кварталы, населённые мастерами различных специальностей. Солону приписывают, между прочим, ряд мероприятий, имевших целью поощрение и расширение ремёсел. Так, он постановил, что сын имеет право отказать отцу в поддержке, если тот не выучил его в юности какому-либо ремеслу.

«Видя, что почва Аттики не в состоянии прокормить всё возрастающее население и что земля не может доставить средств к жизни праздной, ничем не занятой массе людей, Солон обратил особое внимание на ремёсла. Одновременно с этим он поручил ареопагу наблюдать за средствами жизни каждого и строго наказывать праздных» 7.

Помимо ремесленников-афинян в Афинах проживало много пришлых ремесленников (метэков), не пользовавшихся полными правами гражданства. С целью увеличения политического веса ремесленного класса Солон пополнил его состав многими метеками, получившими теперь права афинского гражданства. Это увеличивало силу и влияние торгово-ремесленной городской демократии.

Логическим завершением всех мероприятий Солона была его политическая реформа—тимократия. Господствующее положение эвпатридов обеспечивалось не только их богатством, но и политическими привилегиями. Занятие высших должностей и политическое руководство сохранялись за ними по наследству в силу привилегии рождения. Солон в принципе уничтожил политические привилегии эвпатридов введением имущественного ценза. Вместо привилегии рождения — геннекратии — в Аттике устанавливалась привилегия имущества и общественной службы — тимократия (тимё —  имущественный ценз). Если даже признать — как это полагают историки Р. Ю. Виппер, Глоц и др.,— что тимократия существовала уже до Солона, то и тогда реформа Солона не теряет своего исторического значения. Переходом на новую единицу мер и веса Солон снизил имущественный ценз и тем самым расширил круг полноправных граждан.

По имущественному цензу всё гражданское население Аттики делилось на четыре класса, или разряда. За основу ценза был принят земельный ценз, доход, получаемый с земли, что и понятно в сельской Аттике. Первый разряд составляли пентакосиомедимны, получавшие со своих полей, садов и огородов 500 медимнов (один медимн равен приблизительно 41 литру) в твёрдом (зерно) или жидком (вино, масло) виде. Ко второму разряду, всадников, принадлежали имевшие 300 медимнов. Третий и самый большой разряд составляли зевгиты — собственники средней руки, имевшие 200 медимнов дохода. Все прочие граждане зачислялись в четвёртый разряд — фетов.

«... таким образом, вводится в конституцию совсем новый элемент — частная собственность. Права и обязанности граждан государства стали устанавливаться соразмерно величине их земельной собственности, и поскольку стали приобретать влияние имущие классы, постольку стали вытесняться старые кровнородственные объединения; родовой строй потерпел новое поражение» 8.

Деление на классы преследовало не только политические, но и военные цели. На гражданах каждого разряда лежала обязанность несения военной службы, снаряжения на собственные средства и отправления в поход лично и в сопровождении своих рабов и зависимых людей. Первые два класса составляли кавалерию (всадничество), выезжавшую в поход на лошадях, третий класс (зевгиты) составлял тяжело-вооружённую пехоту (гоплитов), четвёртый разряд (феты) служил в легковооружённой пехоте и нёс неслужебные обязанности при войске. Сверх того на первые два класса налагались ещё и другие общественные повинности (литургии), как-то: устройство общественных праздников, поставка для государства оснащённых кораблей (навкрарии) и т. д.

Высшим источником власти, сувереном права, по конституции Солона, признавался весь на род. Политическим органом, выражавшим волю народа, было народное собрание (экклесия), в котором могли участвовать все взрослые афинские граждане, в том числе и самые бедные из них — феты. Экклесия выбирала всех должностных лиц, но избранными на государственную должность могли быть только граждане первых классов. Самые же высшие и связанные с большими тратами должности архонтов предоставлялись самым богатым людям.

Вторым демократическим органом был введённый Солоном суд присяжных (гелиея), высший судебный орган Афин. Подготовительная работа по делам, поступавшим на рассмотрение и решение экклесии, возлагалась на вновь созданный совет четырёхсот. Совет четырёхсот выбирался по родовым филам, по сто человек на каждую филу. Ареопаг хотя и сохранялся, но его права были сильно урезаны. Часть функций ареопага отошла к гелиее и совету четырёхсот.

Таково законодательство Солона, которым было окончательно оформлено государство и заложены основы афинской демократии.

Из аристократической страны, страны крупного родового землевладения, Аттика после солоновых реформ превратилась в страну средних и мелких владельцев. Наличием большого числа средних прослоек среди жителей Афины отличались от ионийских городов Малой Азии, а признание прав индивида и частной собственности отличало Афины от дорийской Спарты. Афинский полис из всех трёх вышеназванных типов греческих полисов оказался одновременно наиболее устойчивым и гибким. На этом основании его можно рассматривать как образец греческого полиса.

По широте и многообразию реформ, смелости и решительности, с которыми они проводились в жизнь, Солон с полным правом может быть назван не реформатором, а революционером, а эпоха Солона с таким же правом может быть расцениваема как эпоха политических революций.

«Солон... открыл ряд так называемых политических революций, открыл его вторжением в отношения собственности» 9.

Но при всей широте и многообразии реформы Солона не могли, однако, удовлетворить все слои афинского общества. Недовольны Солоном были две крайние группы: во-первых, урезанные в своих правах и богатствах эвпатриды и, во-вторых, безземельные или малоземельные феты.

В элегиях Солона отражена борьба между этими группами, со всей силой развернувшаяся уже после отъезда Солона из Афин. Солон не отрицает компромиссного характера своей политики, долженствовавшей «примирить бедного с богатым», и отвечает на упрёки, бросаемые ему с правой и левой стороны: «Я, — заявляет Солон, — силу с правдой сочетал, никого не обидел и никого не возвысил. Простому народу я дал столько власти, сколько следовало. Я не лишил его законных прав, но и не дал ему ничего лишнего. Не обидел, далее, я и тех, кто имел в своих руках большие имущества и пользовался большим влиянием. Я стал, покрывая своим крепким щитом обе стороны, не давая ни одной из них перевеса».

«Но,— продолжает Солон,—конечно, теперь должны горько разочароваться все, возлагавшие большие надежды на «грабёж полей богатых». Они полагали, что я потерплю их насилия и буду спокойно смотреть на их противозаконные действия. Однако неправильно и плохо они думали. Поэтому вследствие разочарования в своих надеждах они теперь косо смотрят и сердятся на меня, как на своего врага. Но нет нужды. Что я хотел, то я и исполнил».

«— Не по нраву мне, чтобы в земле родной худым и благородным доля равная была»  10. После того как Солон провёл свои законы, он сложил полномочия и уехал из Афин.

После отъезда Солона классовая борьба в Афинах разгорелась с новой силой. Боролись следующие группы: жители равнины— педиеи, представители крупного землевладения (эвпатриды), стремившиеся к возврату досолоновских порядков, паралаи— жители приморской полосы, где преобладали торговцы и ремесленники, стоявшие за сохранение солоновского устройства, и диакрии — крестьяне гористой области Аттики, которые были недовольны реформами Солона и стремились к переделу земли. Вождём педиеев был Ликург, паралиев—Мегакл Алкмеонид, диакриев—Писистрат.

Примечания

1. Плутарх, Солон, 13.

2. Там же, 13, 14.

3. Аристотель, Афинская полития, 12.

4. Там же.

5. Digesta, I, 1, 13.

6. Ф. Энгельс, Происхождение семьи, частной собственности и государства, стр. 132.

7. Плутарх, Солон, 22.

8. Ф. Энгельс, Происхождение семьи, частной собственности и государства, стр. 132.

9. Ф. Энгельс, Происхождение семьи, частной собственности и государства, стр. 130.

10. Аристотель, Афинская полития, 12.

Сергеев В.С. История Древней Греции. Под. ред. Н.А. Машкина и А.В. Мишулина. ОГИЗ, 1948, с. 167-174.


Вернуться на главную страницу Солона

 

 

Плутарх

Плутарх

Плутарх. Солон, XIII, XIV

Плутарх (46-120 гг.), писатель-моралист. Родился в греческом городе Херонее. Образование получил в Афинах. Занимал ряд ответственных постов. Часто бывал в Риме, пользовался расположением императоров Траяна и Адриана. Использовал свои римские связи в интересах Греции. Написал 227 сочинений, из которых до нас дошло более 150. Для историков наибольший интерес представляют биографии греческих и римских политических деятелей.


...Так как в то время (начало 6 в. до н.э.) неравенство между бедными и богатыми достигло как бы наибольшей остроты, то государство находилось в чрезвычайно неустойчивом положением и, казалось могло устоять и избавиться от смуты только при условии, если установиться тирания. Надо иметь в виду, что весь простой народ был в долгу у богатых, так как или обрабатывал у них землю, платя за это шестую часть урожая, - этих людей называли шестидольниками и фетами - или, делая займы, подлежал личной кабале своих кредиторов, причем одни были рабами на родине, других продавали на чужбину. Многие вынуждены были продавать даже собственных детей (этого не запрещал ни один закон) или бежать из отечества вследствие жестокости кредиторов. Но большинство, и притом самые сильные, стали действовать заодно, призывая друг друга не относиться к этому равнодушно, но избрать одного верного человека в качестве простата, освободить должников, пропустивших срок уплаты, произвести передел земли и совершенно изменить государственный строй.

Источник:
Хрестоматия по истории Древней Греции.-М.,1964.- С.150

Плутарх о реформах Солона (еще)

Тогда наиболее рассудительные люди в Афинах, видя, что Солон. – пожалуй, единственный человек, за которым нет никакой вины, который не является сообщником богатых в их преступлениях и в то же время не угнетен нуждою, как бедные, стали просить его взять в свои руки государственные дела и положить конец раздорам. Впрочем, Фаний Лесбосский (писатель IV-III вв. до н.э.) рассказывает, что сам Солон прибегнул к обману обеих сторон: неимущим он по секрету обещал раздел земли, а людям богатым – обеспечение долговых обязательств.

… Его выбрали архонтом, а вместе с тем посредником и законодателем. Все приняли его с удовольствием: богатые – как человека зажиточного, а бедные – как честного …Первым актом его государственной деятельности был закон, в силу которого существовавшие долги были прощены и на будущее время запрещалось давать деньги в долг «под залог тела»…

… Солон с гордостью говорит, что с заложенной ранее земли он «поставленных камней закладных много снял…» и что из числа закабаленных за долги граждан одних он вернул с чужбины «… уж аттическую речь забывших»… «А тех, кто дома рабства тяжкого позор переносил», он, по его словам, сделал свободными.

Солон не угодил ни той. Ни другой стороне. Богатых он озлобил уничтожением долговых обязательств, а бедных – еще больше – тем, что не произвел передела земли, на который они надеялись.

… Желая оставить все высшие должности за богатыми, как было и прежде, а к прочим должностям, в исполнении которых простой народ ранее не участвовал, допустить и его, Солон ввел оценку имущества граждан. Так, тех, кто производил в совокупности пятьсот мер продуктов, как сухих, так и жидких, он поставил первыми и назвал их «пентакосиомедимнами» (пятисотмерники), вторыми поставил тех, кто мог содержать лошадь или производить триста мер; этих называли «принадлежащими к всадникам»; «зевгитами» (зевгит - владеющий упряжкой волов, лошадей, мулов) были названы люди третьего ценза, у которых было двести мер тех и других продуктов, вместе взятых. Все остальные назывались «фетами»; им он не позволял исполнять никакой должности; они участвовали в управлении лишь тем, что могли присутствовать в народном собрании и быть судьями (речь идет о гелизе, суде присяжных). Последнее казалось вначале ничего не значащим правом, но впоследствии стало в высшей степени важным, потому что большая часть важных дел попадала к судьям. Далее. А приговоры по тем делам, решение которых Солон предоставил должностным лицам, он позволил также апеллировать в суд.

Солон составил совет Ареопага из ежегодно сменяющихся архонтов: он и сам был его членом как бывший архонт. Но, видя в народе дерзкие замыслы и заносчивость, порожденные уничтожением долгов, он учредил второй совет, выбрав в него по сто человек от каждой из четырех фил. Им он поручил предварительно, раньше народа, обсуждать дела и не допускать внесения ни одного дела в народное собрание без предварительного обсуждения.

Источник:
Правовая библиотека


Книга Сравнительные жизнеописания - читать онлайн бесплатно, автор Плутарх, ЛитПортал

Во-вторых, Солон, желая богатым по-прежнему предоставить все власти и сделать смешанным правление, в котором народ прежде не участвовал, учинил оценку имению всех граждан. Получавшие пятьсот мер сухих и жидких произведений, были поставлены им на первую степень и названы пентакосиомедимнами*. Вторую степень составляли те, кто получал триста мер и мог содержать коня для войны – эти называемы были «принадлежащими к всадникам». Третьей степени граждане назывались «зевгитами» и получали двести мер доходу. Все прочие названы были «фетами», то есть наемники или ремесленники; они не имели никакой власти и участвовали в правлении только подачей голосов в Собрании и в судопроизводстве – что вначале почитали ничего не значащим, но впоследствии оказалось чрезвычайно важным, ибо большей частью тяжбы переходили на суд народа. Всякое дело, которое решено было в судах, позволялось переносить к нему. Говорят, что Солон написал законы несколько неясно и двусмысленно и тем возвысил важность судилищ. Так как распри не могли быть решены законами, то спорящие стороны имели нужду в судьях и при всяком недоразумении должны были относиться к ним, ибо они некоторым образом обладали законами. Солон хвалится введенным равенством, говоря в стихах своих:

Народу дал я столько власти,
Довольно сколько для него.
Ему не придал лишней части;
Не отнял силы ничего.
И тех, кто знатностью блистали
И всех богатством превышали,
Я от беды предохранил.
Покрыл тех и других щитами;
Друг друга попирать ногами
И угнетать я возбранил.

Дабы еще более подкрепить слабость народа, позволил он каждому гражданину вступаться за того, кому наносили обиду. Когда кто был ранен, бит или поруган, то другой, если мог или хотел, преследовал судом и доносил на обидчика. Законодатель таким образом благоразумно приучал граждан к взаимному соучастию и состраданию, так как бы они были части одного тела. С этим законом согласны и слова Солона. Его спрашивали: «Какой народ бывает лучше управляем?» – «Тот, – отвечал Солон, – в котором необиженные, равно как и обиженные, преследуют и наказывают обидчика».

Солон составил совет Ареопага* из числа тех, кто прежде был архонтом; он сам в нем участвовал, будучи прежде возведен на это достоинство. Приметя в народе надменность и гордость по причине уничтожения долгов, составил он другой совет, избрав из каждого колена, которых было четыре*, по сто человек, и определил, чтобы никакое дело не было предложено в Народном собрании без предварительного рассмотрения в этом совете. Верховному же совету предоставил надзор надо всем и охранение законов – в той надежде, что республика двумя советами, как двумя надежными якорями, утвержденная, менее будет колеблема и народ более успокоится. Большинство согласны в том, что Ареопаг составлен Солоном; их мнение подтверждается еще тем, что Драконт не говорит об этом и нигде о них не упоминает, а всегда обращается к эфетам* в делах уголовных. Но в тринадцатой таблице Солона, в восьмом законе сказано: «Объявленным бесчестными до управления Солонова будет возвращена честь, кроме тех, кто Ареопагом, эфетами или царями в пританее осужден за смертоубийство или за искание неограниченной власти и был в изгнании при постановлении этого закона». Это доказывает, что Ареопаг существовал еще до власти и законодательства Солонова, ибо кто мог быть осужден Ареопагом прежде Солона, если Солон первый дал сему совету право судить? Может быть, подлинник неясен или недостаточен, и мысль закона такова: изобличенные в тех преступлениях, которые судят ареопагиты, эфеты и пританы, при постановлении этого закона должны оставаться бесчестными, а другим возвратится честь. Такова была и мысль Солонова.

Из других его законов весьма странен и собственно ему принадлежит тот, который объявляет бесчестным гражданина, не пристающего ни к которой стороне во время междоусобного мятежа. По-видимому, хочет он, чтобы гражданин не был равнодушен и нечувствителен к общим несчастиям и, приведши в безопасность свое состояние, не гордился тем, что не участвует в бедствиях и страданиях отечества. Он заставляет его предать себя той стороне, которая поступает справедливее и мыслит полезнее, подвергаться опасностям вместе с ней и помогать ей, не ожидая спокойно, которая из двух одержит победу*. Но весьма безрассуден и посмеяния достоин, по моему мнению, закон, позволяющий единственной богатой наследнице, если муж ее не способен к браку, иметь связь с ближайшим родственником своего мужа. Некоторые говорят, защищая закон этот, что он уставлен против тех, кто, не будучи способен к браку, из корыстолюбия женится на богатых наследницах и по праву закона* делает насилие природе. Такие, зная, что жены их могут иметь связь с кем хотят, или отвергнут брак, или будут терпеть, к стыду своему, поведение жен своих, принимая достойное наказание за свое любостяжание. По мнению защитников этого закона, хорошо в нем и то, что жена может выбирать только из числа мужниных родственников, дабы прижитые дети были, по крайней мере, одного рода и одной с мужем крови.

Сообразно этому молодых супругов запирают одних; они едят вместе квитовое яблоко*. Муж такой наследницы должен иметь с женой свидание по крайней мере три раза в месяц. Хотя бы от того не было детей, но внимание и благосклонность, мужем целомудренной жене оказываемые, всегда служат к погашению вседневно случающихся неудовольствий и препятствуют несогласию произвесть совершенное одного к другому отвращение.

Солон в других браках уничтожил приданое и постановил, чтобы невеста приносила мужу три платья и небольшое недвижимое имение. Он не хотел, чтобы брак заключаем был из корысти или покупаем, но чтобы целью этого союза были произведение детей, приятность и взаимная любовь.

Дионисий, тиранн сиракузский, отвечал матери своей, которая просила выдать ее замуж за одного из граждан, что он мог испровергнуть законы республики для получения верховной власти, но не в состоянии нарушить законов природы, сочетая браком неравных летами. В самом деле, такое злоупотребление не должно быть терпимо в обществе; не должно оставлять без внимания этих неприличных и никакой приятности не имеющих соединений, в которых нет любви и цели брачной. Благоразумный правитель или законодатель скажет старику, который хочет жениться на молодой, то же самое, что в трагедии сказано Филоктету: «Тебе ль, несчастный, в брак вступить!»* Равным образом, видя и молодого человека в покоях богатой старухи, подобно самцам куропаток, жиреющего от любви, заставить его перейти к молодой девице и жениться на ней. Но об этом довольно.

Хвалят также закон Солона, запрещающий говорить дурно об умерших. По благочестию, мертвые должны быть для нас нечто священное; справедливость требует щадить тех, которые более не существуют, а политика должна стараться, чтобы вражда не была вечна. Запретил он бранить и живых – в храмах, в судах, в советах, на позорищах – под страхом наказания платить три драхмы обиженному и две в народную казну. В самом деле, не уметь ни в каком случае умерять гнев свой есть свойство человека необразованного и необузданного; владеть собой везде – трудно и многим невозможно. Законодателю надлежит предписывать законом лишь то, что возможно, если хочет наказывать малое число с пользой, а не многих без пользы.

Солоновы законы о завещаниях также заслужили одобрение. До него не позволялось завещать ничего чужому; имение и дом умирающего оставались всегда в его роде. Солон, позволив бездетным отказывать свое имение кому хотели, предпочел таким образом дружбу – родству, благосклонность – необходимости и соделал имение в самом деле собственностью. Однако эти завещания не были совершенно неограниченны и произвольны. Недействительными почитались те, которые были сделаны в болезни, от принятия отравы, в оковах, по принуждению, по убеждению женщины. Солон благоразумно полагал, что обольщение от принуждения ничем не различествует, ибо обман и необходимость, боль и наслаждение равно способны лишить человека рассудка.

Он постановил еще законы касательно выездов женщин, сетования по умершим и празднеств их и тем укротил беспорядки и своевольство. Запретил им при выезде из города брать с собою более трех платьев, иметь кушанье или питье, которое бы стоило более обола, кошницу больше локтя; выезжать ночью иначе как в колеснице, при свете факела. Окровавлять ногтями лицо, рыдать притворно, издавать вопли при чужих похоронах совсем запретил. Не позволил он приносить быка в жертву усопшим, класть с умершим более трех платьев, ходить к чужим гробам* по совершении погребения – что все и нашими законами запрещается. Сверх того, по нашим постановлениям, гинекономы, или имеющие надзор над поведением женщин, налагают пеню на самих мужчин, которые при таких случаях предали себя скорби, женоподобной и мужу неприличной.

Солон, видя, что город наполнен людьми, стекающимися отовсюду в Аттику по причине безопасной и спокойной жизни, что большая часть страны этой бесплодна, а производящие морскую торговлю ничего не привозили к тем, кто взаимно не мог дать им ничего, заставил граждан приняться за ремесла. Он издал закон, по которому сын, никакому ремеслу от отца не наученный, не был обязан кормить его в старости.

Ликург, живший в городе, очищенном от толпы иностранцев, обладавший для многочисленного народа пространною землею, могущей содержать, по словам Еврипида, вдвое более того жителей, Ликург, видевший великое множество илотов, рассеянных по Лаконии, которых надлежало не оставлять в бездействии, но беспрестанной работой уничижать и угнетать, поступил хорошо, освободив граждан от многотрудных и подлых работ и заставив их заниматься только оружием, этому искусству одному научаться и упражняться только в нем. Но Солон, который более приноровлял законы к обстоятельствам, нежели обстоятельства к законам, ведая, что земля с трудом производила столько, сколько нужно было для прокормления обрабатывающих ее, и нимало не была удобна содержать многочисленный народ, праздный и ленивый, придал важность ремеслам и препоручил Ареопагу надзирать, какими средствами каждый гражданин доставлял себе пропитание, и наказывать праздных*.

Но несколько уже строг закон, который позволяет детям, рожденным от любовниц, не кормить отцов своих, как свидетельствует Гераклид Понтийский. Солон думал, что тот, кто в браке презирает благопристойность и имеет сообщение с женщиной для одного наслаждения, а не для того, чтобы прижить детей, уже награжден и не может ничего требовать от детей своих, для которых самое рождение соделал он поношением.

Вообще Солоновы законы, касающиеся до женщин, весьма странны. Он позволил умерщвлять прелюбодея* тому, кто его поймает; но похитивший и изнасиловавший женщину свободного состояния повинен был заплатить пени только сто драхм; если служил посредником другому – двадцать драхм. Это не касалось женщин, которые явно продают себя, ибо они сами приходят к платящим им. Он запретил продавать дочерей и сестер своих*, исключая пойманных в преступлении до замужества. Но один и тот же проступок наказывать то слишком строго и сурово, то легко и кротко и как бы шутя определять какую-нибудь денежную пеню – безрассудно. Может быть, деньги были тогда редки в Афинах и трудность находить их делала наказания эти тяжкими. Это видно из того, что в постановлении о ценах жертв баран и медимн пшеницы оценены им в одну драхму; победителю на Истмийских играх определил он сто драхм награды; на Олимпийских – пятьсот*. Приносящему волка давали пять драхм; волчонка – одну. По свидетельству Деметрия Фалерского, первая была цена быку, вторая – барану. Цены чрезвычайных и великих жертвоприношений, означенные в одиннадцатой таблице, были гораздо более, но и те в сравнении с нынешними жертвоприношениями весьма дешевы. Впрочем, афиняне издревле вели войну с волками, населяя землю, более способную к скотоводству, нежели к землепашеству.

Некоторые уверяют, что четыре колена афинских сперва получили имена свои не от сыновей Иона*, но от рода жизни, который они избрали. Вступившие в военное состояние названы гоплитами, то есть ратниками; посвятившие себя искуствам – эргадами, то есть рабочими; гелеонтами названы земледельцы, а эгикореями – занимавшиеся скотоводством.

Поскольку в Аттике нет ни рек, постоянно текущих*, ни довольно озер или источников, но большей частью довольствуются водой из вырытых кладезей, то Солон позволил брать воду из колодцев общественных всем тем, кто жил в четырех стадиях от оных; отдаленнейшим же предписал искать воды самим у себя; если же, вырыв яму в десять саженей глубины, воды не находили, то позволялось им брать у соседа воды дважды в день по одному сосуду, мерою в шесть кружек. Намерение его было то, чтобы пособлять нужде, а не питать леность.

Весьма благоразумно определил он расстояние, которое должно наблюдать при посадке деревьев. Надлежало садить их не ближе пяти футов от соседнего поля; но оливы и фиги – не ближе девяти: корни этих деревьев простираются далее и близость их не всегда безвредна для других деревьев, ибо они отнимают у них соки и испарения их для некоторых опасны. Он велел, чтобы вырываемые ямы и рвы отстояли от чужого поля на столько, сколько были глубоки; чтобы пчел заводили не менее трехсот футов расстоянием от того, который завел их прежде.

Изо всех произведений Аттики позволил он продавать иностранным только масло; все другие произведения вывозить запретил. Архонт был обязан предавать проклятию тех, кто вывозил их, или самому платить в народную казну сто драхм. Закон этот содержится в первой таблице. Не невероятно и то, что в прежние времена, как говорят, запрещено было вывозить из Аттики смоквы. По этой причине показатель или доносчик на тех, кто вывозил оную, назван сикофантейном*. Между прочим Солон написал закон о вреде, производимом четвероногими. Укусившую кого-нибудь собаку повелевает выдавать ему привязанною к шесту в четыре локтя длиной*. Полезная выдумка для предохранения от угрызений собак!

Закон его касательно принятия иностранных в число граждан приводит в недоумение. Он дает право гражданства только тем, кто навсегда изгнан из своего отечества и тем, кто переселяется всем домом в Афины, дабы там жить ремеслом своим. Говорят, что такой закон издал он не столько для отвращения чужеземцев, сколько для привлечения их в Афины, подавая им несомненную надежду в принятии их в гражданство и почитая верными гражданами тех, кто потерял отечество свое по необходимости или оставил его по своей воле.

Собственно к Солону относится учреждение общественного стола, что называет он «параситейн»*. Не позволяет он часто ходить к оному, однако наказывает того, кто отказывается быть за ним в свою очередь. Первое почитал он признаком невоздержания, второе – пренебрежением общества.

Солон установил, чтобы законы его имели силу в течение ста лет. Они написаны были на деревянных таблицах, называемых аксонами, вставленных в продолговатые рамы, в которых те вертелись. И доныне хранятся еще малые остатки в пританее. По свидетельству Аристотеля назывались они кирбами. Кратин*, комический стихотворец, говорит об этом:

Клянуся в том Солоном и Драконтом,
Чьих кирбами теперь варят у нас горох.

Некоторые, однако ж, говорят, что кирбами называются лишь те, которые содержат уставы о священных делах и жертвоприношениях, и что другие известны под именем аксонов. Совет присягал всем обществом утвердить Солоновы законы. Но из фесмофетов*, или хранителей уставов, каждый особо присягал на площади у камня, обещаясь посвятить в Дельфах кумир свой, вылитый из золота и равной с собою тяжести, если преступит какой-нибудь из этих законов.

Солон, приметя неравенство месяцев, видя, что движение луны не сходно ни с восхождением, ни с захождением солнца, но что часто в один и тот же день достигает и опереживает его, определил называть такой день «старая и новая луна». Часть дня, до соединения луны с солнцем, принадлежала истекающему месяцу; остальная же – начинающемуся. Первый он, по-видимому, понял истинный смысл стиха Гомера:

В тот день, когда один месяц кончится и начинается другой*.

Следующий день назвал он новолунием. После двадцатого числа месяца числа назывались убывающими, так что не прибавляя к двадцати, но вычитая, подобно уменьшающемуся свету луны, считали до тридцатого числа*.

По обнародовании этих законов многие приходили беспрестанно к Солону, то хвалили, то порицали их, то советовали прибавить к ним или убавить то, что приходило им в голову. Большая часть спрашивали обо всем, требовали, чтобы он научил их и объяснил, в каком смысле должно принять такой-то закон, с каким намерением издал его. Солон, ведая, что не исполнить их требования было бы непристойно, а исполнить опасно, для избежания всех недоумений и избавления себя от неудовольствия и жалоб своих сограждан, ибо, как сам говорит:

В делах великих всем не можно угодить, —

прикрыв свое путешествие видом морской торговли, испросил у афинян позволения отлучиться на десять лет и отплыл из Афин. Он надеялся, что за это время афиняне могут привыкнуть к его законам*.

Сначала отправился он в Египет и прибыл, как сам говорит:

При устье Ниловом, близ брега Канобидова*,

где несколько времени провел он в ученом обществе Псенофиса из Гелиополя и Сонхиса из Саиса*, мудрейших из жрецов. От них, по уверению Платона, услышал он повесть об Атлантиде*, которую предпринял передать грекам в стихах своих.

Потом отправился он на Кипр, где приобрел любовь Филокипра, одного их тамошних царей, который обладал небольшим городом, основанным Демофонтом, сыном Тесея, на берегу реки Клария, в местоположении крепком, но неудобном и бесплодном. Солон советовал царю перевести столицу свою на приятную долину, лежащую под городом, и построить город обширнее и лучше. Он сам присутствовал и помогал при построении нового города, устроил его прекрасно и сделал способным к безопасной и спокойной жизни. Вскоре стеклось к Филокипру великое множество народа, так что другие цари завидовали ему. Филокипр переименовал сей город, называвшийся прежде Эпеей («Высоким»), Солами, воздавая всю честь Солону, который упоминает о населении города в стихах своих и, приветствовав Филокипра, говорит:

Да в Солах царствуешь на многие ты годы;
Да будут счастливы твои тобой народы.
Богиня ж радостей, Киприда, мать любви,
На быстром корабле, к брегам моей земли
Да в безопасности меня сопровождает;
Да счастием дарит, успехами венчает
За град, кой основал и посвятил я ей.

Касательно свидания его с Крезом: некоторые опровергают оное как вымышленное, основываясь на летосчислении. Но я не должен пропустить повести знаменитой, многими утвержденной и, что всего важнее, достойной нравов, высокости духа и мудрости Солона по причине несходства с хронологическими таблицами, которые и ныне многие стараются исправить, но не могут согласить встречающихся в них противоречий.

Повествуют, что Солон прибыл в Сарды, куда призван был Крезом. С ним случилось то же самое, что и с человеком, рожденным посреди твердой земли, который хотел видеть море; всякую реку, ему попадавшуюся, почитал он морем. Так Солон, придя ко двору и видя многих вельмож в богатом убранстве, идущих с важностью среди толпы тех, кто их провожал и охранял, каждого из них принимал за Креза до тех пор, пока приведен был к самому Крезу. Этот государь, желая показать Солону зрелище самое великолепное и привлекательное, надел все то, что у него было прекраснее, превосходнее и удивительнее, и явился в драгоценных камнях, блистательных одеждах, золотых уборах. Солон предстал, но не был поражен этим зрелищем; ничего не сказал такого, чего ожидал Крез. Здравомыслящие могли заметить, что он явно презирал его безрассудность и суетность. Крез велел открыть ему свои сокровища и показать великолепные уборы и пышность двора своего, хотя в том не было нужды; довольно было Солону его одного, чтобы иметь понятие о его образе мыслей. Солон, обозрев все, был приведен опять к Крезу, который спросил у него, видал ли он человека благополучнее его. Солон отвечал, что видел Телла, согражданина своего, и рассказал Крезу, что сей Телл был человек добродетельный и оставил по себе хороших детей; что во всю жизнь свою не имел ни в чем недостатка и умер со славой, сражаясь за отечество. Солон казался уже Крезу человеком странным и грубым за то, что блаженство жизни не измерял золотом и серебром и жизнь и смерть простого и неизвестного человека предпочитал громадной власти и могуществу. Однако еще спросил его, знает ли другого, после Телла, благополучнее его. Солон опять отвечал, что знает Клеобиса и Битона, известных по беспримерной своей друг к другу и к матери любви, ибо некогда в праздничный день, как замедлили привести ожидаемых волов, сами впряглись в колесницу и везли к храму Геры мать свою, веселящуюся и благословляемую гражданами; они принесли жертву, повеселились на пиршестве, легли спать и более не пробуждались – умерли спокойною и беспечальной смертью среди великой славы. «А меня, – сказал тогда Крез с гневом, – меня не полагаешь в число благополучных?» Солон, не желая льстить царю, ни возбуждать его более к гневу, сказал: «Царь Лидийский! Бог наделил нас, греков, умеренно всеми благами своими; он дал нам и некоторую мудрость, смелую и простую, не царскую и блистательную, которая, показывая нам, сколь многоразличным переменам подвержена жизнь наша, не допускает нас гордиться настоящими благами, ни удивляться благоденствию, которое может со временем разрушиться. Неведомое будущее бывает сопровождаемо многими и великими переменами. Мы почитаем благополучным только того, кому бог с жизнью продлил благоденствие. Прославлять блаженным человека еще живого и всем ударам судьбы подверженного столько же ненадежно и сомнительно, как прославлять и увенчевать того, который еще борется». Сказав сие, Солон удалился; он оскорбил, но не исправил Креза.

Тогда находился в Сардах баснотворец Эзоп, призванный ко двору Крезом и много им почитаемый. Ему неприятно было, что Солону там не оказали никакой ласки и почести. Он сказал Солону в наставление: «Друг мой! Или совсем не говорить с царями, или говорить им то, что для них приятно». «Скажи лучше – отвечал Солон, – или совсем не говорить с ними, или говорить то, что для них полезно».

Таким образом, Крез тогда пренебрег Солоном; но впоследствии, дав сражение и будучи побежден Киром, потерял столицу свою, был пойман живой и определен на сожжение; костер был уже готов; Крез, связанный, взведен был на него в присутствии всех персов и самого Кира. Тогда, собрав все силы свои, трижды восклиннул он громким голосом: «О Солон!» Кир, удивясь сему, велел у него спросить, какой человек или бог Солон сей, которого одного в крайнем бедствии своем призывает. Крез, ничего не скрывая, сказал: «Солон есть один из греческих мудрецов; я призвал его к себе не для того, чтобы я желал его послушать и научиться от него чему-либо полезному; но дабы он был зрителем моего богатства и возвратился в свое отечество, будучи свидетелем блаженства, которого потеря более приносит горести, нежели обладание приносило утешения. Все блага его были мечтательны, существовали только на словах; превратность же ввергает меня в ужасные бедствия, в страдания нестерпимы. Именно это предугадывая тогда, оный муж по прежним моим поступкам напоминал мне, дабы взирал я на конец дней моих и не гордился бы, полагаясь дерзостно на то, что не имело никакого основания». Когда слова эти были пересказаны Киру, то сей государь, будучи разумнее Креза и видя из того, что пред глазами его происходило, всю силу слов Солоновых, не только освободил Креза, но во всю жизнь свою оказывал ему почтение. Солон приобрел себе тем сугубую славу, что одною речью одного царя спас, а другого вразумил.

Между тем в отсутствие Солона афиняне были в раздоре. Ликург был начальником полевых жителей; Мегакл, сын Алкмеона, – приморских, а Писистрат – нагорных, к которым присоединились бедные, жившие работой и ненавидевшие богатых. Республика, правда, управлялась еще Солоновыми законами, но всякая сторона желала новых перемен и была склонна к другому образу правления – не потому, чтобы хотели равенства в правах, но надеясь этой переменой совершенно одержать верх над своими противниками. Дела находились в таковом положении, когда Солон возвратился в Афины. Все граждане уважали и почитали его; но, будучи уже стар, не имел он более ни живости, ни силы действовать и говорить в Собрании. Он имел частые свидания с начальниками этих трех сторон, старался прекратить их раздоры и примирить их, тем более что Писистрат, по-видимому, охотно слушал его. Этот гражданин имел нечто привлекательное и сладостное в своих разговорах; бедным оказывал помощь, во вражде был умерен и кроток. Он умел так хорошо показывать и те добрые свойства, в которых природа ему отказала, что все полагали их в нем более, нежели в тех, кто их действительно имел. Народ почитал его человеком благоразумным и скромным, всего более любящим справедливость, ненавидящим новые перемены и все то, что стремилось к испровержению настоящего состояния республики. Этим обманывал он только народ; но Солон вскоре открыл истинные его свойства и первый узнал его замыслы. Однако не возненавидел его, старался его укротить и исправить, говаривал ему самому и другим, что когда бы можно было истребить из сердца его любоначалие и исцелить страсть к неограниченной власти, то не было человека способнее его к добродетели, ни лучшего в Афинах гражданина.

В это время Феспид* начал преобразовывать трагедию и новостию изобретения привлекал народ. Тогда еще не назначали награды стихотворцам, отличившимся в этом роде сочинения. Солон, будучи от природы любопытен и охотник учиться, и в старости своей предавшись беспечности и забавам и утешая себя пиршествами и музыкою, захотел быть зрителем Феспида, который представлял сам, по обыкновению древних. По окончании представления Солон спросил у него: «Не стыдно ли тебе так лгать в присутствии такого множества людей?» Феспид отвечал, что нет ничего дурного в том, чтобы говорить и действовать таким образом для забавы. «Да! – сказал Солон, ударив сильно в землю палкою. – Но мы, похваляя и уважая сию, вскоре найдем ее в условиях и в делах наших».

Вскоре Писистрат, покрыв сам себя ранами, приехал на форум в колеснице и возбудил гнев народа, представляя ему, что это претерпевает от своих неприятелей за любовь свою к республике. Многие при этом зрелище досадовали и кричали. Солон, приблизившись к Писистрату, сказал: «Сын Гиппократа, ты худо представляешь гомеровского Одиссея*; ты окровавляешь себя, дабы обмануть сограждан своих той хитростью, какою обманул он неприятелей». Многие хотели уже защитить Писистрата. Народ собрался на площади. Аристон предлагал дать Писистрату пятьдесят палиценосцев для его безопасности. Солон, восстав, противился сему предложению; он много говорил подобного тому, что в стихах своих пишет, как-то:

Солон - краткая биография.

Солон - один из древнегреческих мудрецов, афинский политик, законодатель-реформатор, поэт. Точная дата рождения неизвестна, считается, что он родился около 640 г. до н. э. Был потомком старинного знатного рода Кодридов, представители которого некогда являлись царями. Есть версия, что Солон был уроженцем Саламина, но, согласно общепринятому мнению, он родился в Афинах. Чтобы обеспечить себя материально, Солон занимался морской торговлей, совершил множество путешествий. Вероятнее всего, до того, как выступить на политическом поприще, он уже получил известность в качестве первого афинского поэта.

Впервые имя Солона упоминается при описании конфликта двух городов-полисов - Афин и Мегары - за владение островом Саламин. Солон, поправив финансовое положение и возвратившись в Афины, был удручен тем, что там действовал закон, запрещающий продолжать военные действия и даже агитировать за них. Плутарх рассказывал, что Солон предпринял хитрый ход: прикинувшись умалишенным, он выступал с элегией «Саламин», взывавшей к былой отваге афинян. Примерно в 600 г. до н. э. он предпринял успешную экспедицию на Саламин, в результате чего Афины снова овладели этим стратегически важным островом, открывавшим доступ к морским путям.

С этого события началась политическая карьера Солона, которая продолжилась в 596 г. до н. э. участием в Первой Священной войне. О роли мудреца в этом мероприятии известно намного меньше. Есть сведения, что к 1594 г. до н. э. Солон превратился в авторитетнейшего и влиятельнейшего политического деятеля; его избрали правителем Афин. Солон остался в истории как политик, проведший целый ряд реформ, которые сыграли немаловажную роль в становлении Афинского государства. Первым структурным изменением (правитель называл его своей главной заслугой) стала сисахфия, отмена долгового рабства. Благодаря ей переселенцы получили гражданство, бедные слои населения - право участвовать в политической жизни и т.д.

Социально-политические и экономические реформы законодательства были призваны сбалансировать интересы низов и верхов, однако ни те, ни другие в результате не были удовлетворены полностью. Знать выказывала недовольство урезанием ее прав, а беднейшие слои посчитали реформы недостаточно смелыми. Единомышленники правителя настаивали на том, чтобы он ввел тиранию, но это противоречило принципам Солона. Выход он нашел в том, чтобы на время уехать из города. Когда закончилось его архонство, Солон на протяжении 593-583 гг. до н. э. путешествовал по Средиземноморью, нанес визиты в Египет, Лидию, на Кипр.

Когда он возвратился в Афины, его законы оставались действующими, но в обществе наблюдались сильные волнения, велась подготовка к перевороту. Солон отошел от активной политической деятельности, придерживался стратегии невмешательства, поскольку был человеком преклонного возраста. В этот период его биографии начал набирать политическое влияние Писистрат, родственник, в итоге установивший тиранию. Бывший правитель предпринимал попытки переубедить афинян в необходимости свергнуть ее. Некоторые источники свидетельствуют, что впоследствии он изменил точку зрения и превратился в советника Писистрата. Во всяком случае, несмотря на оппозиционные взгляды, Солон не подвергся гонениям. Прожил после этого он совсем немного, скончавшись в 559 г. до н. э. До наших дней сохранилось множество отрывков из его стихов на самые разные темы, но слава Солона-политика затмила его известность как поэта.

В.П. Бузескул. История афинской демократии : Солон

79
Солон

В этот критический момент выступает на историческое поприще идеальная по благородству и бескорыстию своих стремлений личность — Солон.
По происхождению Солон был очень знатного рода — из той фамилии Медонтидов, к которой принадлежали прежние афинские цари, и древние считали его Кодридом, т. е. потомком Кодра; но

80

он не был богат и по своему положению и состоянию принадлежал к «средним» гражданам. Есть известие, что Солон занимался торговлей. Далекими путешествиями, частью по торговым делам, частью из любознательности, он расширил свой умственный кругозор. Стремление к знанию никогда не покидало его, даже в старости. «Старею я, — говорил он о себе, — но постоянно многому учусь».
По Плутарху, Солон обратил на себя внимание прежде всего своим знаменитым стихотворением по поводу Саламина и возвращением этого острова, который находился в руках мегарцев и который был так необходим афинянам ввиду его географического положения, затем — возбуждением Священной войны в защиту интересов Дельф и, в-третьих, деятельностью, направленной к успокоению населения, встревоженного святотатством, которое совершено было при подавлении Килонова восстания: именно Солон будто бы побудил Алкмеонидов подчиниться суду. Что касается Саламина, то действительно есть основание думать, что он в ту пору, при участии Солона, перешел в руки афинян. Участие же Солона в Священной войне и в умиротворении умов после Килонова восстания, вероятно, легенда.
Но Солон был поэт и в своих стихотворениях живо отзывался на события; он ярко выражал в них свои идеалы, стремления, свою скорбь при виде общественных бедствий, борьбы партий и проч. В том большом стихотворении, отрывок из которого мы раньше приводили для характеристики положения дел в Афинах, можно видеть его как бы «политическую программу»: Солон говорит в нем о бедственных последствиях «дисномии», беззакония, и изображает благотворное действие «евномии», законности, которая всюду водворяет порядок и согласие, сглаживает шероховатости, смягчает высокомерие и последствия вражды, умиряет гнев и ненависть. Сам эвпатрид, Солон, однако, не причислял себя к партии знатных. В одном стихотворении он убеждает богатых не быть алчными, причем отделяет себя от них: «Вы, пресыщенные многими благами, укротите непреклонное сердце и умерьте гордый дух; ибо и мы вас не послушаем, и у вас не все будет идти гладко». Вообще вину в раздорах Солон возлагал больше на богатых: он боялся их «корыстолюбия и высокомерия», видя в этом причину возникшей вражды. По его мнению, если бы каждому было предоставлено то, что ему принадлежит по справедливости, то не было бы и раздо-

81

ров: «Справедливость войны не порождает». В одной элегии Солон говорил о «скорби, проникающей в глубину его сердца, когда он взирает на старейшую землю Ионии», т. е. Аттику, раздираемую борьбой. По словам Аристотеля, цитирующего начало этого стихотворения в своей «Афинской политии», Солон обращается к обеим партиям, нападает и тут же заступается за ту и другую и затем убеждает сообща прекратить возникший спор. По Аристотелю, эта-то элегия, проникнутая любовью к родине, печалью при виде раздоров, являющаяся призывом к примирению, к взаимным уступкам и справедливости, обратила всеобщее внимание на Солона и побудила афинян избрать его в архонты и законодатели.
Если кто, то именно Солон, стоявший выше корыстных побуждений и вне борющихся партий, по происхождению один из первых, а по состоянию один из средних граждан, казалось, мог явиться посредником и примирителем между враждовавшими сторонами, не находившими выхода, и та и другая возлагала на него свои надежды. Для эвпатридов лучше было положиться на Солона как на одного из своих по происхождению, чем доводить дело до насильственного коренного переворота; демос ожидал, что Солон возьмет в свои руки тиранию и проведет самые радикальные меры. И вот в 594 г.17, после ожесточенной и долгой борьбы, обе партии сообща избирают Солона в «архонты, посредники и законодатели» и поручают ему устройство государства с правом по своему усмотрению «отменять или сохранять существующее и вводить новое»18.
Прежде всего, необходимо было облегчить положение должников, устранить социально-экономические бедствия, и Солон, по словам Аристотеля, став во главе дел, во-первых, «освободил демос и в настоящем и на будущее время, запретив давать взаймы под залог тела»; это запрещение Аристотель называет «первым и самым важным делом Солона»; во-вторых, Солон «уничтожил долговые обязательства как по отношению к частным лицам, так и по отношению к государству». Эти меры назывались сисахфией 19,

17 По обычной хронологии.

18 Aristot. Ath. Pol., 5 sq.; Plut. Sol., 14 sq.
19 По вопросу о сисахфии см. статью: Семенов А. Ф. Сисахтия // Гермес. 1908, № 13-14. О реформах Солона см.: Guillard Ch. Quelques reformes de Solon. Lausanne, 1907.
82

т. е. снятием или стряхиванием бремени. Правда, существовало еще в древности и другое воззрение на сисахфию20, которое до открытия трактата Аристотеля разделялось большинством новых исследователей и по которому мера эта заключалась будто бы в уменьшении процентов и в изменении монетной системы, именно в увеличении номинальной стоимости денег: из одного и того же количества металла вместо прежних 73 драхм чеканилось 100 (другими словами, прежние 100 драхм = 137 новым), благодаря чему при уплате долга новой монетой должник получал облегчение на 27%. Но в таком виде сисахфия не могла положить конца бедствию и улучшить положение наиболее задолжавших бедняков: у кого совсем не было денег, кто заложил свое «тело», тому мало было пользы от понижения процентов и изменения монетной системы, тому в таком случае не представлялось надежды на улучшение положения в будущем. Что касается радикального характера такой меры, как уничтожение долговых обязательств, стоящего, по-видимому, в противоречии с общим характером деятельности Солона, с его стремлением к компромиссам, с его любовью к «середине», то нужно вспомнить о тяжести кризиса, из которого не было иного выхода. Сам Солон говорит, что он соединял «силу и право». Наконец, есть указания, что Солон не только не понизил процентов, но предоставил особым законом заимодавцу полную свободу относительно размеров процента21. Наоборот, та версия о сущности сисахфии, которой придерживается Аристотель22, согласуется со свидетельством самого Солона в его стихотворениях, где он говорит об освобождении матери-земли и должников, обращенных в рабство; а это едва ли могло быть достигнуто понижением лишь процентов и изменением монетной системы.
Изменение монетной системы, которое состоялось позже при Солоне, не имеет ничего общего с сисахфией23. Оно имело в виду не облегчение участи должников, а совсем другую цель: это была

20 У аттидографа Андротиона. См.: Plut. Sol., 15

21 Lys., Χ, 18.
22 Ее мы находим и у аттидографа Филохора.
23 Köhler U. von. Numismatische Beiträge // Mitteilungen des Deutschen Archäologischen Instituts. Athenische Abteilung. Bd. X. 1895 (еще до открытия Аристотелева трактата). Теперь см. гл. 10 этого трактата.
83

замена прежней эгинской системы эвбейской; Афины из области господства монеты и торговли Эгины переходили в область распространения монеты и торговли эвбейской; они вступали в сношения с Коринфом, с Халкидикой и македонским побережьем, а на западе — с Сицилией; им открывались новые рынки; их торговые связи расширялись. Таким образом, изменение монетной системы предпринято было в торговых видах и должно было способствовать поднятию благосостояния малоплодородной Аттики путем развития промышленности и торговли.
Итак, сисахфия состояла в запрещении займов под залог тела и в уничтожении долгов24. Результатом ее, по свидетельству самого Солона, было то, что «мать-земля черная», с которой он снял столпы, всюду водруженные, из порабощенной стала свободной и что демос стал свободным. Солон говорит, что «возвратил в Афины, на божественную родину, многих проданных в рабство или бежавших от нужды, долго скитавшихся и успевших забыть аттический язык». Вполне понятно, каким образом для беглецов, спасавшихся от бедствия, сисахфия, состоявшая в прощении долгов, сделала возможным возврат на родину. Но естественно возникает вопрос, как мог Солон возвратить тех, кто был продан в

24 По Р. Ю. Випперу (Виппер Р. Ю. Лекции по истории Греции. С. 68 сл.), Солонова сисахфия состояла в полной ликвидации крепостных отношений, существовавших прежде в Аттике: она была завершением выкупа крестьянских взносов и повинностей, концом освобождения крестьян. Но с этим трудно согласовать свидетельство самого Солона. См. мою статью: Бузескул В. П. Рец. на книгу: Виппер Р. Ю. Лекции по истории Греции. Вообще некоторые пункты в вопросе о сисахфии все же остаются неясными. Спрашивается, все ли долги были прощены, или уничтожены только те обязательства, которые заключены были под залог тела и земли, но не денежный? Касалась ли сисахфия и состоятельных должников или же только бедняков? Наши источники не дают на это прямого ответа, но в них есть косвенные указания на то, что прощены были все долги: известный анекдот о друзьях Солона, узнавших заранее о предполагаемой мере и накупивших земли в долг, показывает, что в древности представляли себе сисахфию касающейся всех должников без различия их имущественного положения. Во всяком случае, лица состоятельные среди должников составляли исключение; громадное большинство принадлежало к нуждающимся и к обремененным долгами.
84

рабство? Где нашел он средства для этого? В источниках мы, к сожалению, не находим ответа...
Во внутренней связи с сисахфией находится еще одна мера. Есть известие25, что Солон с целью предохранить мелких собственников от скупки их участков крупными и предотвратить скопление земли в немногих руках, установил известный максимум для поземельных владений. Мы не знаем, как велик был этот максимум, а также касалась ли эта мера только будущего или же и тех имений, которые в момент издания закона превышали установленную норму, и как в таком случае было поступлено с излишками? Были ли они экспроприированы, проданы?..
С другой стороны, Солон, как мы видели, не ограничил размера процентов, который в ту пору был очень велик, как и вообще это бывает при мало развитом еще экономическом строе, — 18% считалось умеренной платой. Солон предоставил в этом отношении полную свободу заимодавцу. Деньги стоили тогда очень дорого: например, по жертвенному тарифу, установленному Со-лоном, овца или мера ячменя стоила 1 драхму, бык — 5 драхм26.
За сисахфией последовала «номотесия» — реформирование Солоном государственного строя и издание законов.
Как мы видели уже, иногда противоположность между родовой знатью и простым народом сглаживалась таким образом, что лицам богатым из неаристократов открывался доступ к высшим должностям и, следовательно, господство аристократии по происхождению заменялось господством аристократии по состоянию. Аналогичную меру античная традиция приписывает и Со-лону. По этой традиции Солон разделил афинских граждан по имуществу на четыре класса27 — пентакосиомедимнов, всадни-

25 Aristot. Pol., 1266 b 17-19.

26 Белох Ю. История Греции / Пер. с нем. М. О. Гершензона. Т. I. М., 1897. С. 174.
27 Уже в «Драконтовой конституции» (Aristot. Ath. Pol., 4) упоминаются первые три имущественных класса, а, касаясь Солоновой реформы, текст трактата говорит, что Солон разделил афинских граждан на четыре класса, «на которые они делились и раньше». Но мы уже упоминали, что «Драконтова конституция» сомнительна и представляет вставку; слова: «на которые они делились и раньше», вероятно, внесены для примирения противоречия.
85

ков, зевгитов и фетов. Минимум дохода первого класса определен был в 500 медимнов28 хлеба или 500 метретов вина и масла, для второго класса или всадников — в 300, для третьего (зевгитов)29 — в 200. Все остальные граждане, имевшие дохода меньше 200 медимнов или метретов, составляли четвертый класс, фетов. Спорный вопрос: принимался ли в соображение только доход с поземельной собственности, так что все лица, не владевшие землей, как бы ни были велики их движимость, их капитал, причислялись к фетам? или же принимался в расчет и доход с движимого имущества, причем драхма приравнивалась 1 медимну? Наши источники упоминают лишь о доходе с земли и, следовательно, скорее говорят в пользу первого мнения: Аттика в эпоху Солона представлялась все еще страной по преимуществу земледельческой.
Названия имущественных классов отзываются стариной и указывают еще на ту пору, когда всадники составляли главную военную силу, когда господствовала культура только хлеба, а культура вина и оливков не была распространена30. Они указывают на преимущественно военные цели. Названия эти могли существовать, так сказать, бытовать в обществе уже давно, еще до Солона, и употребляться в смысле приблизительного определения имущественного положения того или другого лица. Но отсюда еще не следует, что мы должны отвергать формальное введение Солоном деления на классы 31: Солон мог воспользоваться существовавшими названиями, вообще тем, что уже бытовало, как основой

28 Отсюда и самое название класса: по-гречески πεντακόσιοι — 500, μέδιμνος (медимн) — мера сыпучих тел, равная 2 четверикам (52, 53 литра).

29 По обычному толкованию так назывались лица, владевшие упряжкой волов. По объяснение Э. Р. фон Штерна и К. Цихориуса, зевгит значит «рядом стоящий», «находящийся в ряду», «рядовой», то же, что и гоплит (Cichorius С. Zu den Namen der attischen Steuerklassen // Griechische Studien, H. Lipsius dargebracht. Leipzig, 1894. S. 135 f.; Штерн Э. Р. фон. Солон и деление аттического гражданского населения на имущественные классы // Charisteria. Сборник статей по филологии и лингвистике в честь Φ. Е. Корша. М., 1896. С. 59 сл.).
30 При наименовании первого класса (пентакосиомедимны) принята в соображение только мера хлебная, а не жидких тел.
31 Так Э. Р. фон Штерн в отмеченной раньше статье.
86

для своей реформы. Деление на классы он положил за основание при распределении прав и повинностей и таким образом придал ему особое значение. Солон, правда, не был сторонником плутократии и в своих элегиях часто восстает против богатых; но он, по собственному заявлению, далеко не стоял за полное, безусловное равенство бедных и богатых, и деление на четыре имущественных класса, соразмерность прав и повинностей, постепенная градация в распределении тех и других как раз были в духе Солона, соответствовали его воззрениям и его идеалам32.
По Солоновой конституции, права распределялись по классам соответственно имущественному положению граждан, и повинности соответствовали правам. Только пентакосиомедимны могли быть архонтами и казначеями; зато на них лежали и самые тяжелые повинности, так называемые литургии, особенно впоследствии, — снаряжение кораблей, постановка хоров и т. п. Занимать вообще должности, быть членами Совета (о котором еще будет речь) и т. д. могли только лица первых трех классов; они же несли и главную тяжесть военной службы. Четвертый класс по закону не имел доступа к должностям, но зато и не нес пока никаких повинностей и наравне с другими участвовал в народном собрании и в народном суде, гелиэе.
Солоновы классы33 продолжали существовать и впоследствии; они встречаются в документах — в надписях даже IV в.; но с течением времени, с вздорожанием жизни и падением ценности денег, границы между ними фактически понижаются, и вообще

32 Есть не совсем ясное свидетельство (у Поллукса), из которого, однако, можно вывести заключение, что в случае надобности обложению подлежали у пентакосиомедимна 1 талант, у всадника — не 3600 драхм, как следовало бы по тому же расчету, а только 3000 (т. е. 5/6 имущества), а у зевгита — 1000 драхм вместо 2400 (т. е. лишь 5/9). На этом основании полагали даже (например, см.: Bockh Α. Die Staatshaushaltung der Athener. 2 Aufl. Berlin, 1851), что уже при Солоне существовало нечто вроде прогрессивного налога, — гипотеза, в настоящее время большей частью отвергаемая ввиду того, что подобный прогрессивный налог не соответствует тогдашней стадии экономического развития. Ср.: Beloch К. J. 1) Volksvermögen von Attika // Hermes. Bd. XX. 1885; 2) Das attische Timema // Hermes. Bd. XXII. 1887.

33 О Солоновых классах см. статью: Cavaignac Ε. Sur les variations du cens des classes «Soloniennes» // Revue de philologie. 1908, janv.
87

они теряют свой смысл и значение. Они существуют как своего рода «пережитки», как анахронизм. Но для своего времени эта Солонова реформа имела большое значение. Аристократия в сущности заменялась тимократией. Вводились чрезвычайно важные принципы: во-первых, тот, что «каждый имеет право на участие во власти по мере того, насколько он служит государству и обществу своим трудом и имуществом» 34; во-вторых, тот принцип, что не происхождение, не знатность имеет значение, а состояние; человеком же состоятельным мог сделаться всякий и незнатный при энергии, трудолюбии и благоприятных обстоятельствах, а, следовательно, даже высшие должности теперь уже перестали быть исключительным достоянием и привилегией родовитой знати. Притом для первых классов размер ценза был таков, что в состав их входили не одни только крупные землевладельцы. Затем, важно было то, что фетам предоставлялось участие в народном собрании и суде: они, прежде бесправные и нередко закабаленные; теперь, благодаря сисахфии и реформе Солона, делаются людьми вполне свободными, гражданами в полном смысле слова: с точки зрения Аристотеля в его «Политике», ничто лучше не определяет понятия «гражданин», как участие в суде и в правлении.
Словом, эта Солонова реформа наносила удар замкнутой родовой аристократии. Но самого родового устройства Солон, по-видимому, не коснулся: и при нем фил было четыре, как и прежде, и четыре филобасилевса. В Совете 400, введенном Солоном, было по 100 членов от каждой филы, и кандидатов в архонты, по словам Аристотеля, избирала каждая фила.
Продолжали существовать по-прежнему и навкрарии. Аристотель (Ath. Pol., 8) ссылается на Солоновы законы, в которых предписывается навкрарам «собирать подати и расходовать из навкрарской казны».
Со времени Солона 9 архонтов стали составлять одну коллегию. Для избрания их Солон ввел довольно сложную систему: каждая из тогдашних 4 фил предварительно избирала голосованием по 10 кандидатов и уже из этих 40 лиц по жребию выбирались 9 архонтов.

34 Аландский П. И. История Греции. Киев, 1885. С. 167.
88

Итак, еще при Солоне вводится жребий, хотя и в смешанном виде 35. Какое же значение имел жребий? Демократическая ли это мера или нет?
Говоря вообще, введение жребия могло вызываться разнообразными мотивами и соображениями. В этом способе избрания древние могли видеть выражение воли божества, указывающего на желанное лицо36, и удобное средство для избежания излишней борьбы партий, интриг и страстей, особенно при многочисленных выборах. Жребий мог существовать и в олигархиях. В глазах иных он являлся даже компромиссом, уступкой со стороны большинства, демоса, благодаря которой меньшинству не совсем преграждался доступ к должностям; и в этом смысле жребий мог считаться даже мерой недемократической. Но большей частью он являлся средством, так сказать, нивелирующим, способом удовлетворять притязания на равенство в известном кругу лиц, будь то в немногочисленной среде олигархов или в массе державного демоса, и поэтому, по своему существу, он был больше свойствен демократии. Таково было и более распространенное воззрение древности. Но как бы мы ни смотрели вообще на жребий, Соло-нов жребий нельзя считать демократической мерой. Избирательная система, введенная Солоном, носит на себе тот же характер, что и вся его преобразовательная деятельность: здесь мы видим то же стремление к «середине», к компромиссу и соглашению различных начал, которое так отличало Солона. Прежде ареопаг избирал архонтов; теперь это право Солон передал народу — перемена, разумеется, чрезвычайно важная и в демократическом духе Но в самом способе избрания, введенном Солоном, нет ничего демократического. Во-первых, жребий здесь соединяется с «предварительным избранием» кандидатов посредством голосования, на которое и падает, очевидно, центр тяжести; оно — главный мо-

35 Маклаков В. А. Избрание жребием в Афинском государстве // Маклаков В. Α., Гершензон М. О. Исследования по греческой истории. М., 1894.

36 На этом особенно настаивал Н. Д. Фюстель де Куланж: Fustel de Coulanges N. D. La cite antique. 10me ed. Paris, 1883. P. 212-213 (есть рус. пер.: Фюстель де Куланж Н. Д. Древняя гражданская община / Пер с франц. Н. Н. Спиридонова. М., 1895 [2-е издание: М., 1903. — Примеч. науч. ред.]).
89

мент, имеет больше значения, нежели последующая жеребьевка. Во-вторых, предварительное избрание происходит по филам, а в филах влияние было за знатными родами, за эвпатридами. Какой же смысл Солонова жребия? Приходилось выбирать коллегию, число членов которой не было в соответствии с числом фил — 9 архонтов, облеченных вдобавок неодинаковой властью; и вот естественно было прибегнуть к жребию: он устранял соперничество и борьбу между филами, удовлетворял их притязания на равенство, уравнивал их.
Итак, со времен Солона архонтов избирал уже не ареопаг: Солон, по словам Аристотеля, предоставил народу избирать должностных лиц и подвергать их ответственности, требовать от них отчета.
Народное собрание (экклесия), существовавшее, вероятно, и раньше, при Солоне получает большее значение. В нем теперь могли принимать участие и феты, дотоле, в сущности, лишенные политических прав.
Солон учредил народный суд, или суд присяжных, гелиэю. Остается однако неясным, была ли гелиэя тогда только апелляционным судилищем или же решала какие-либо дела и в первой инстанции. Мы не знаем также подробностей об ее организации при Солоне, о числе судей (дикастов или гелиастов), способе избрания их и проч. Могущественная роль гелиэи в государственном строе Афин обнаружилась впоследствии. Значение этого учреждения росло постепенно вследствие реформы и формальных законодательных актов, а еще больше под влиянием самой жизни, самой силы вещей. При Солоне были положены первая основа и зародыши этому, а вместе с тем и могуществу демоса. Народный суд — один из важнейших демократических элементов в Солоновой конституции; он, как говорит Аристотель, наиболее способствовал усилению массы: «ибо, будучи господином в суде, демос становится господином и в государстве» (Ath. Pol., 9).
Ввиду нового порядка и увеличивавшегося значения народного собрания являлась потребность в таком учреждении, которое бы подготовляло и вносило решения в экклесию, вообще заведовало текущими административными и финансовыми делами. С этой целью Солон учреждает Совет 400 (буле), по 100 членов от каждой филы.

90

Учреждение гелиэи и Совета 400, усиление значения народного собрания, предоставление народу права избирать должностных лиц и требовать от них отчета, все это, по-видимому, должно было отразиться неблагоприятно на положении и влиянии ареопага. Тем не менее Солон предоставил ареопагу важное место в строе Афинского государства37. По выражению Аристотеля, он поставил его «всеобщим блюстителем и стражем законов» (каковым ареопаг был, в сущности, и раньше) с правом наблюдать за важнейшими государственными делами, карать виновных, по своему усмотрению взыскивать штрафы без указания даже причины и судить тех, кто составит заговор с целью ниспровержения «демократии». Следовательно, по Солоновой конституции, ареопаг являлся стражем введенного государственного строя: по словам Плутарха, он должен был подобно якорю предохранять государственный корабль от бурь и волн и удерживать демос в спокойствии, не говоря уже о том, что ареопаг являлся судом по делам об убийстве.
Солон, очевидно, старался обеспечить прочность введенного им строя. Интересен его закон, имевший ту же в сущности цель — предотвратить смуты, охранить существующий порядок и ускорить разрешение кризисов в случае их наступления. Закон этот направлен был против общественного индифферентизма, который способствует продлению кризисов и дает возможность отдельной личности или сравнительно небольшой группе смелых и предприимчивых людей захватывать власть, подчинять инертное и апатичное большинство и всем распоряжаться: ввиду частых восстаний и того, что некоторые граждане вследствие беспечности держали себя в таких случаях особняком, Солон издал закон, гласивший, что если кто во время восстания в городе не возьмется за оружие и не примкнет к той или другой стороне, тот лишается чести и политических прав.
В области уголовного и гражданского права Солон отменил законы Драконта, за исключением тех, которые касались убийств. В этой области господствующей чертой Солонова законодательства является освобождение личности, установление юридичес-

37 Keil В. Die Solonische Verfassung in Aristoteles Verfassungsgeschichte Berlin, 1892. S. 98 f.
91

кого равенства между гражданами; выражаясь словами Солона, он дал «законы, равные для простого и благородного, установив суд правый по отношению к каждому». Солон запретил продавать людей в рабство (за единственным исключением — случая прелюбодеяния со стороны дочери или сестры). Он предоставил каждому право заступаться за обижаемых — обращаться в суд в случае обиды или несправедливости, причиненной другому. Этим он имел в виду помочь слабой массе, как говорит Плутарх, и этим же наносил удар родовому началу, господству родовой знати. Солон предоставил каждому, с некоторыми оговорками, право при бездетности завещать имущество по своему усмотрению, тогда как прежде в таком случае состояние должно было оставаться за родом. Введением свободы завещания наносился новый удар праву родовому.
Подобно некоторым другим законодателям той эпохи, Солон вступил в борьбу с излишней роскошью, отличавшей тогдашнюю аристократию, старался ограничить, например, пышность при похоронах и т. п. Целый ряд его мер имел в виду поднять и развить материальное благосостояние населения и ему принадлежат первые шаги в этом направлении. Вспомним об установлении известного максимума для поземельных владений с целью предотвратить скупку и соединение многих участков в одних руках, о монетной реформе, путем которой Афины от эгинской системы перешли к эвбейской и которая доставила им новые торговые связи, открыла для них новые рынки. Вообще Солон стремился развить афинскую торговлю и промышленность, что для малоплодородной Аттики имело большое значение. Он только запретил вывоз полевых продуктов, так как хлеба не хватало для местного населения, и сделал исключение для оливок, которыми страна была богата и культуре которых Солон покровительствовал. Он разрешил составлять товарищества всякого рода, лишь бы они не противоречили государственным законам. Чужеземцам, переселяющимся в Аттику, были предоставлены льготы: если чужеземец, так называемый метек, переселялся со всей семьей или навсегда был изгнан из отечества, то ему давалось в Афинах право гражданства. К труду, который обыкновенно презирался в аристократических общинах Греции, Солон старался вселить уважение и поощрить его. Правда, закон против праздности при-

92

надлежит, быть может, не Солону, а Писистрату; но известно, например, что, по Солонову закону, отец, не научивший сына какому-либо ремеслу, не имел права в старости требовать, чтобы сын содержал его. Наконец, Солону принадлежит ряд постановлений, касающихся отношений между владельцами соседних участков, посадки деревьев, рытья колодцев и пользования ими, истребления вредных животных (за истребление волков, например, назначались премии) и др.
Законы Солона начертаны были на аксонах, четырехугольных деревянных вращающихся столпах, а официальные копии их — на каменных столпах, кирбах. Солон взял с афинян клятвенное обязательство хранить его законы в течение известного времени, по одному преданию — 10 лет, по другому — 100. Архонты и впоследствии перед вступлением в должность давали клятву, если преступят какой-либо закон, посвятить золотую статую в Дельфы величиной в человеческий рост.
Достойным завершением дела Солона была амнистия/ кто лишен был политических и гражданских прав до архонтства Солона, восстановлялся в своих правах, за исключением тех лиц, которые, будучи осуждены ареопагом, или эфетами, или в Пританее, под председательством «царей», за убийство, нанесение ран и за попытки к тирании, находились в изгнании, когда амнистия была объявлена.
Аристотель в своей «Политике» говорит, что Солон установил древнюю демократию, прекрасно смешав разные начала, причем в ареопаге Аристотель видит начало олигархическое, в выборе должностных лиц — аристократическое (очевидно, тут он придает значение лишь предварительному избранию посредством голосования, игнорируя последующую затем жеребьевку), а в народном суде — начало демократическое. В другом своем произведении, «Афинской политии», Аристотель называет Солона «первым простатом демоса» и от него ведет афинскую демократию. Три дела Солона Аристотель отмечает как особенно демократические: первое и важнейшее — запрещение давать взаймы под залог «тела», затем — предоставление каждому права заступаться путем суда за обижаемых и, в-третьих, апелляция в дикастерий, в народный суд, «ибо», как сказано уже, «будучи господином в суде, демос становится господином и в государстве» (Ath. Pol., 9).

93

Вообще в глазах афинян V и IV вв. Солон был великим законодателем и творцом их демократии, от которого вели свое начало чуть ли не все главные их учреждения. Известно стремление потомков приписывать одному лицу то, что являлось плодом работы нескольких деятелей или даже поколений, олицетворять в одном образе целые периоды развития. И Солону впоследствии приписывалось многое, что в действительности ему не принадлежало, что возникло или раньше, или позже его. Есть исследователи38, которые относятся поэтому крайне скептически к известиям о политических преобразованиях Солона и готовы даже отвергать само существование Солоновой конституции. Мы не находим возможным заходить так далеко и думаем, что в античной традиции, в изложении Аристотеля и Плутарха, при всех преувеличениях заключается все же большая доля истины.
Но строй времен Солона, разумеется, далек был еще от последующей демократии V и IV вв.: Солон лишь заложил часть фундамента, на котором могло быть возведено здание этой демократии. При этом он, быть может, являлся не только нововводителем, но и восстановителем некоторых из тех начал, которые не чужды были искони афинскому общественному строю, но которые подавлены были в эпоху господства знати; быть может, зародыши эти Солон оживил и развил, так как иногда то, что кажется новизной и ломкой, есть лишь возвращение к старине, к исконному порядку; но мы слишком мало знаем достоверного о началах равенства и самоуправления в древней до-Солоновой Аттике, чтобы утверждать это положительно.
Солон был врагом крайностей; «Ничего через меру», — говорят, было его девизом. Умеренность, стремление к примирению сталкивающихся интересов и противоположных начал характеризуют Солона: он был преимущественно посредник и примиритель между двумя борющимися сторонами. Так он сам смотрел на себя: «Народу я дал столько власти, сколько надо; а кто имел силу и отличался богатством, и о тех я подумал, чтобы они не испытали ничего неподобающего; я стал, распростерши крепкий щит над обоими, и не позволил ни той, ни другой стороне одержать несправедливой победы». Или: «Я стал словно погра-

38 Например, Б. Низе, К. Ю. Белох, Р. Ю. Виппер.
94

личный столп между ними, как между двумя войсками». По мнению Солона, народ лучше всего следует за вождями, когда он ни слишком распущен, ни угнетен; ибо пресыщение порождает наглость, когда много счастья достается людям, у которых нет благоразумия. По словам Аристотеля, Солон дал народу лишь самую необходимую власть, именно — право выбирать должностных лиц и требовать от них отчета, ибо если бы народ не имел и этих прав, то он был бы рабом и врагом существующего строя (Pol., 1274 а).
«Если нужно открыто поставить в упрек народу, — говорит Солон, — никогда бы ему и во сне не видеть того, что он теперь имеет, а те, кто более знатен и силен, должны были бы меня тоже хвалить и считать своим другом».
На самом деле было не то. Солона постигла обычная участь людей, избегающих крайностей и стремящихся к середине. Его реформы в духе умеренности и примирения противоположных интересов не удовлетворили ни той, ни другой партии; они вызвали разочарование и неудовольствие, особенно сисахфия, которая одним казалась мерой слишком крутой и противозаконной, революционной, а другим — недостаточной. Не того ожидали от Солона обе партии. Многие воображали, что он возьмет в свои руки диктатуру и сделается тираном. Каждая из боровшихся сторон надеялась, что он примкнет к ней и будет действовать в ее интересах. Знатные думали, что он оставит прежний порядок не тронутым или лишь слегка его изменит; демос мечтал о всеобщем земельном переделе. Но Солон такой передел называл «грабежом» и был против того, чтобы «благородные и простые владели равной частью тучной родной земли»39.
Стоило Солону только захотеть и примкнуть к одной из партий, и он был бы тираном; но он оттолкнул от себя обе крайние партии, предпочтя «благо и спасение государства» своим личным выгодам: ему «не нравилось», по его собственным словам, «совершать что-либо путем насилия и тирании»; он хотел действовать «силой закона». В этом — великое нравственное значение личности Солона. Другой на его месте, замечает он, «не сдержал бы народа и не остановился бы, пока не снял бы сливок и не взболтал молока».

39 Слова Солона цитирует Аристотель в «Афинской политии» (12).
95

«Если бы, как я, взял бразды другой, зломыслящий и корыстолюбивый человек, не сдержал бы он демоса; если б я желал исполнить то, что нравилось тогда одним, и то, что советовали другие, многих мужей потерял бы этот город».
Разочарование и недовольство крайних партий было велико. «Тщетное они задумывали, — замечает Солон по поводу раздела земли, — а теперь сердясь смотрят косо на меня, словно на врага». Ему приходилось защищаться со всех сторон, «как волку среди стаи псов». «Не был Солон мужем совета и глубокого разума» — так передает он сам замечания, направленные против него из-за того, что он не сделался тираном; «когда бог давал ему счастье, сам он не взял; поймав большую добычу, он, изумленный, не вытащил сети: духу не хватило и рассудок потерял». Но Солон знал, что «в великом деле трудно всем угодить», и если он не захватил тирании, не запятнал своей славы, то он нисколько не стыдился своего образа действий; ибо таким способом он думал скорее победить всех. С чувством нравственного удовлетворения Солон мог сказать: «Я исполнил, что обещал». Он мог призвать в свидетели «мать-землю черную, прежде порабощенную, ныне свободную», возвращенных им из рабства и законы, равные для всех40. Солон вывел Афины из тяжелого кризиса, смягчил его и отнял у него острый характер. И без сисахфии Солона, без его бескорыстной, примиряющей деятельности, кто знает, чем бы еще кончился этот кризис. Преобразования Солона оставили глубокий след в афинской истории. Его дело не было мертворожденным/Многие его законы и созданные им учреждения оказались долге вечными, пережили его и последующие смуты, самую тиранию. Зародыши и начала, положенные Солоном, выросли и потом пышно развились. Некоторые положения перешли и в римское право, а оттуда — в современное41.
Но плоды Солоновой деятельности обнаружились больше впоследствии. Непосредственно же последовавшие затем события показали, что великому законодателю все же не суждено было иметь полного успеха, что введенный им строй неустойчив. Сами

40 Стихотворение Солона, цитируемое в 12 гл. «Афинской политии» Аристотеля.

41 Meyer Ed. Geschichte des Altertums. Bd. II. Stuttgart, 1983. S. 660.
96

его реформы, особенно сисахфия, некоторых разорившая, крайних партий не успокоили и не примирили, а напротив явились на первых порах новым источником недовольства и смут42. Оказалось, что, несмотря на деятельность Солона, Афины не могли миновать той ступени, которую проходили обыкновенно греческие государства на пути к демократии, — тирании.

42 Хвостов Μ. М. Сисахфия Солона и разложение эвпатридского землевладения // Филологическое обозрение. Т. XIII. 1897.

Подготовлено по изданию:

Бузескул В. П.
История афинской демократии / Вступ. ст. Э. Д. Фролова; науч. редакция текста Э. Д. Фролова, Μ. М. Холода. — СПб.: ИЦ «Гуманитарная Академия», 2003. — 480 с. — (Серия «Studia Classica»).
ISBN 5-93762-021-6
© Э. Д. Фролов, вступительная статья, 2003
© Μ. М. Холод, приложения, 2003
© Издательский Центр «Гуманитарная Академия», 2003

СОЛОН - это... Что такое СОЛОН?

  • Солон — греч. Σόλων …   Википедия

  • Солон —     Солон, сын Эксекестида, с Соломина, прежде всего произвел в Афинах снятие бремени 1 52, то есть освобождение от кабалы людей и имуществ. Дело в том, что многие занимали деньги под залог самих себя и потом по безденежью попадали в кабалу.… …   О жизни, учениях и изречениях знаменитых философов

  • Солон — (ок. 635 ок. 560 гг. до н.э.) афинский законодатель и поэт Никого при жизни нельзя считать счастливым. Во всяком деле нужно иметь в виду его исход, чем оно кончится. Ничего слишком! Чего не клал, того не бери. Не советуй угодное, советуй лучшее.… …   Сводная энциклопедия афоризмов

  • Солон — (Solon, Σόλων). Знаменитый афинский законодатель, один из семи греческих мудрецов, род. около 638 г. до Р. X. Еще в юности он проявил поэтическое дарование. Он вступил на политическое поприще по случаю отказа афинян от всяких притязаний на о.… …   Энциклопедия мифологии

  • СОЛОН — (ок. 640 – ок. 560 до н. э.) Афинский государственный деятель и законодатель, избранный в 594 архонтом и наделенный чрезвычайными полномочиями, чтобы прекратить гражданскую смуту. Солон действительно положил конец анархии, проведя свои знаменитые …   Cловарь-справочник по Древней Греции и Риму, по мифологии

  • СОЛОН — (ок. 640 – ок. 560 до н. э.) Афинский государственный деятель и законодатель, избранный в 594 архонтом и наделенный чрезвычайными полномочиями, чтобы прекратить гражданскую смуту. Солон действительно положил конец анархии, проведя свои знаменитые …   Список древнегреческих имен

  • СОЛОН — Имя славного Афинского законодателя. Отсюда мудрый законодатель. Объяснение 25000 иностранных слов, вошедших в употребление в русский язык, с означением их корней. Михельсон А.Д., 1865. СОЛОН древний афинянин, прославившийся составлением законов; …   Словарь иностранных слов русского языка

  • солон — солоненек, соленый Словарь русских синонимов. солон прил., кол во синонимов: 2 • соленый (29) • с …   Словарь синонимов

  • Солон — ( Solwn ) знаменитый афинский реформатор и законодатель, одиниз семи мудрецов , элегический поэт. По отцу принадлежал к знатномуэвпатридскому роду Кодридов, а по матери был родственником Пизистрата.Год рождения С. точно неизвестен. Вообще,… …   Энциклопедия Брокгауза и Ефрона

  • Солон — Солон, Solon, ок. 640 – ок. 560 гг. до н. э., греческий государственный деятель и поэт. Был сыном Эксекестида из афинского аристократического рода Медонтидов, по материнской линии находился в родстве с будущим тираном Афин Писистратом. Сыграл… …   Античные писатели

  • СОЛОН — (между 640 и 635 около 559 до нашей эры, афинский политический деятель, реформатор. Отменил долговую кабалу (рабство), установил предельные размеры землевладения, ввел наследование земли. Установил имущественный ценз для занятия государственных… …   Современная энциклопедия

  • Афинский Законодатель Плутарха

    Солон Афинский Законодатель Плутарха

    S O L O N
    Законодатель Афины
    (умер 559 г. До н.э.)
    , автор: Плутарх


    Афины, в отличие от Спарты, были безумным торговым городом. В конституция, написанная Солоном, смягчила классовую борьбу между богатыми и бедных, и позволил рост демократических учреждения.

    Солон родился в зажиточной афинской семье.Он работал как торговец экспортно-импортной торговлей и считал себя относительно бедным. Он не поклонялся деньгам, как видно из этих его стихотворений:

    Человек, богатство которого удовлетворяет его жадность
    Богатее не для всех эти груды и клады
    Чем какой-нибудь бедняк у кого есть достаточно, чтобы накормить
    И облечь свой труп всем, что дает Бог.

    Мне не нужны люди, которые воруют и обманывают;
    Плод зла отравляет тех, кто ест.

    Некоторые злые люди богаты, некоторые хорошие люди бедны,
    Но я бы скорее верь в то, что безопасно;
    Наша добродетель остается с нами и делает нас strong,
    Но деньги меняют хозяев с утра до вечера.

    Поэзия была для Солона способом развлечься, и он также использовал поэзию, чтобы дать своим идеям легкий доступ к умы афинян.

    Семь мудрецов Греции были хорошо известны каждому. прочее и для широкой публики. Анахарсис, который был одним из этих мудрецов, приехал навестить Солона в Афинах. Когда Анахарсис увидел афинскую демократию в действии, он заметил: что странно, что в Афинах мудрецы говорили, а глупцы решали. Солон восхищался остроумием этого человека, и он развлекал Анахарсис в гостях у него долгое время. Солон показал Анахарсису некоторые законы что он готовил для афинян. Анахарсис посмеялся над Солоном за воображая, что нечестность и жадность афинян можно ограничить писаными законами.Такие законы, - сказал Анахарсис, - подобны паутине: они ловят слабых и бедных, а богатые может разорвать их насквозь.

    Когда Солон пошел навестить другого из семи мудрецов, Фалеса, Милета Солон спросил, почему Фалес не женился и не имел детей. Фалес не ответил, но нанял актера, который через несколько дней сделал вид, что только что приехали из Афин. Солон спросил у этого актера последние новости, и - ответил актер так, как ему велел Фалес. Он сказал, что ничего произошло важное событие, за исключением похорон какого-то молодого человека, который умер, пока его знаменитый отец отсутствовал.«Бедный человек, - сказал Солон, - но как его зовут? »С каждым вопросом и ответом Солон получал все больше и больше волновался, пока, наконец, не упомянул свое имя. "Это мужчина!" сказал актер, и Солон выразил все обычные выражения горя, в то время как Фалес смотрел бесстрастно. Через некоторое время, Фалес сказал Солону: «Ты спросил, почему я не женился и не завел детей. увидеть причину. Такая потеря невыносима даже для вашего храброго духа. Но не волнуйтесь, все это было ложью.«

    Тем не менее, он показывает недостаток рассудительности и мужества, чтобы избежать иметь хорошие вещи, потому что мы боимся их потерять. Даже наша добродетель, которая это, безусловно, наше самое ценное имущество, которое может быть потеряно из-за болезни или лекарств. Душа имеет врожденную склонность к привязанности, и когда она не может исправить сам на ребенка он ищет какой-то другой объект, и горе приходит точно так же. Когда умирает собака или лошадь, самодовольные холостяки падают в печали, но некоторые отцы могут вынести потерю даже ребенка без экстравагантное горе.

    Это не привязанность, но слабость, которая приводит человека, не вооруженного разумом против фортуны, в эти бесконечные боли и ужасы. Потому что они всегда беспокоятся о том, что может пойти не так, как надо, большинство из них не в состоянии воспользоваться своими нынешними возможностями для счастье.

    Долгое время афиняне и мегарцы были бои за остров Саламин. Афиняне устали от войны и приняли закон что любой, кто выступал за владение Саламин умрет.Солон увидел, что большинство молодых людей хотят закончить дрались, но боялись высказаться из-за этого закона.

    Итак, Солон сделал вид, что ушел псих. Распространился слух, что Солон сочинил сумасшедшие стихи и теперь совершенно не в своем уме. Однажды он появился на рынке и встал на место говорящего. Все афиняне толпились, чтобы услышать сумасшедшего говорить. Продолжая безумие, Солон спел песню более чем на сто стихов о Саламине.Стихотворение было так хорошо написано, что люди простили ему за нарушение нового закона. Вскоре закон был отменен, и Афиняне вели войну с большим сила, чем когда-либо прежде. Солон, который тем временем выздоровел, был избран генералом, который возглавил их.

    Саламин в то время был оккупирован мегарцами. Солон послал туда шпиона, чтобы сообщить мегарианцам о прекрасной возможности похитить больше всего благородные дамы Афин, праздновавшие праздник в храме Венеры.Это было правдой, но мегарцы не смогли понять, что Солон знал что они придут.

    Когда он увидел их паруса, идущие из Саламина, Солон заменил женщины с безбородыми мужчинами, одетые в женскую одежду. Издалека Мегарцы не заметили разницы. Они высадились и бросили свои корабли на якорь, прыгают в воду в своем желании добраться до женщин. Последний они думали о защите, и каждый из них был убит. Тогда Афиняне приплыли в Саламин на кораблях мегарцев и захватили остров. сюрприз.

    В Афинах в то время было три фракции: люди холмов, которые предпочитали демократия; люди равнин, которые благоприятствованная олигархия; и люди Шор, который выступал за смешанный тип правления и препятствовал любому другому две фракции из преобладающих. В политическая суматоха подошла к делу где выяснилось, что только так можно было установить какое-либо правительство было бы для какого-то тирана взять всю власть в свои руки.

    Согласно афинскому законодательству того времени, если ссуда не использовалась, кредитор мог арестовать должника и его семью и продать их в рабство, чтобы получить деньги на выплату долга.Жестокость и высокомерие богатых вызвало бедных объединяться в банды, чтобы спасти себя и спасти тех, кого сделали рабами через ростовщичество. Лучшие мужчины города видели Солон как человек, неравнодушный ни к богатым, ни к бедным, и они попросил его возглавить. Богатые согласились потому что Солон был богат, а бедняки соглашались, потому что он был честен.

    Задача Солона была опасной и трудной из-за жадность одной стороны и высокомерие другой.Чтобы успокоить обе стороны, Солон сказал: "Справедливость не порождает раздоров. "Для бедных," справедливость " означало равное богатство; а для богатых «справедливость» означала сохранение того, что им принадлежало.

    Итак, как богатые, так и бедные некоторое время считали, что Солон был на их стороне. Но вскоре беднякам стало противно, что Солон не использовать свою власть для захвата собственности богатых. Друзья Солона посоветовали ему, что он был бы дураком, если бы не воспользовался возможностью, которая судьба представила.Они сказали, что теперь, когда у него есть эта сила, он должен сделать сам тиран. Солон, который был мудрым человек, ответил, что тирания действительно очень приятная вершина, но нет возможности вниз от него.

    В отличие от Ликурга, Солон не мог менять состояние сверху на снизу, поэтому он работал только над тем, что можно было улучшить без полной революция. Он только попытался убедить афинян принять с небольшим принуждением. Везде, где это было возможно, Солон использовал эвфемизмы, такие как называние налогов "взносы."С разумным смесь сладкого с кислым, справедливости с силой, ему удалось добиться некоторого успех. Когда впоследствии Солона спросили, издал ли он самые лучшие законы, он мог для афинян, он ответил: «Лучшее, что они могли получить».

    Первая реформа Солона запрещала закладывать тела. Даже с согласия должника кредитор уже не мог законно порабощать его. и его семья. Те, кто уже стали рабами, были освобождены, а те, кто проданные иностранцам вернулись в Афины свободными людьми.Солон также приказал, чтобы все непогашенные долги были прощены, поэтому вся ипотека на землю исчезнувший.

    Но здесь Солона разочаровали его друзья. В ближайшее время перед тем, как опубликовать свой закон о выпуске всех ипотечных кредитов, он рассказал о некоторых из самых верные друзья. Они немедленно вышли и заняли деньги, чтобы купить землю, передача купленного земельного участка в обеспечение возврата кредита. Когда закон был опубликован, им была предоставлена ​​свободная и чистая земля. Для этого Солон был подозреваемый, но когда стало известно, что он сам потерял пятнадцать талантов по собственному закону, ему удалось сбежать серьезный ущерб его репутации.

    Ни богатые, ни бедные не получили от Солона всего, чего хотели. реформы. Не было полного перераспределение богатства, как того требовали бедные, а богатые злились на потеря причитающихся им денег. И богатые, и бедные теперь ненавидят Солон за то, что не подчиняется их желаниям. Даже те, кто был к нему дружелюбен раньше смотрел на него с мрачными лицами, как на врага. Но со временем и успех пришел прощение. Когда афиняне увидели хороший результат выпуска Из-за долгов они назначили Солона генеральным реформатором своего закона.

    Солон отменил законы Дракона, который наказал даже мелкие преступления со смертью, поэтому было сказано, что законы Дракона [кодифицированные 621 До н.э.] были написаны кровью вместо чернил. Когда кто-то спросил Дракона, почему он сделал свои законы такими суровыми, он ответил: "Нам нужна смертная казнь, чтобы предотвратить мелкие преступления, а за более серьезные я не могу придумать большего наказания ». Солон зарезервировал смертную казнь за убийство и непредумышленное убийство.

    Солон установил законом, что всякий, кто отказывается принимать чью-то сторону в революция потеряет все гражданские права.Этим законом он позаботился о том, чтобы будут сопротивляться плохому и не прятаться, надеясь спастись, или ждать, пока они можно было увидеть, какая сторона победит.

    Когда однажды Солона спросили, какой город, по его мнению, хорошо управляемый, он сказал: "Тот город, где те, кто не пострадал, возьмутся за дело того, кто имеет, и преследует дело так серьезно, как будто они сами виноваты ". Соответственно, он позволил любому взяться за дело бедного человека, который был ранен.

    Солон был готов позволить богатым мужчинам оставаться офицеров, но он хотел позволить бедным гражданам участвовать в правительство. Он поэтому классифицировали граждан по доходам. Самый низкий класс, тетов и не имели права быть избранными на какую-либо должность. Тем не менее тетов были допущены к участию в собрании, и в качестве присяжных они решенные дела вынесены на голосование. Поскольку законы Солона были намеренно неясными и двусмысленными, суды обладали значительными полномочиями. интерпретации.То, что казалось незначительной уступкой бедным, оказалось значительная привилегия.

    Солон создал верховный суд, членами которого были бывшие архонтов [ежегодных президентов] Афин. Видя, что после выпуска долги люди начинали быть неуправляемыми и высокомерный, Солон тоже создал совет от четырехсот до ста от каждого из четырех колен в Афинах. Это было дополнительный законодательный орган, полномочия которого ограничивались обсуждением вопросов прежде, чем они были представлены народу на голосование.Ничего нельзя было проголосовать пока он не был проверен четырьмя сотня. С верховным судом и советом четырехсот в качестве якорей, волнение людей было сдержано в безопасных пределах.

    Солон объявил преступлением клевету на мертвых. Что касается живых, нападения на персонажей были запрещены в залах городского совета и в определенные фестивали. Солон знал, что злоба часть человеческой натуры, но он установил определенные места, где незаконно потакать этой слабости.Подавить это полностью было бы невозможно.

    Если целью является наказание нескольких, например умеренно - а не многие, строго, без цели - законодатель должен ограничить свой закон в пределах человеческой природы, и не пытайтесь узаконить совершенство.

    Многие люди приехали в Афины вместо того, чтобы бороться за царапины. жизнь на бесплодной земле Аттики. Без товаров на продажу Афины не могли прокормить себя. Поэтому ремесла стал необходимым для процветания города.Солон сделал закон, что сын не был обязан облегчить старость своего отца, если отец не подставил его в каком-то ремесле. Он также издал закон, согласно которому каждый мужчина должен ежегодно отчитываться о том, как он зарабатывал себе на жизнь, и всякий, кто был признан безработным, был наказан.

    Обнародованные законы Солоном были написаны на досках. Каждый из ведущих граждан публично поклялся соблюдать их. Но теперь Солон был каждый день осаждают люди, просящие толковать какое-либо положение, или жаловались на то, как на них повлиял закон.Солон решил, что ему следует уйти афинянам на время, чтобы они перестали его беспокоить, и поработали вещи сами по себе. Он получил разрешение покинуть Афины и сел на корабль в Египет [590 г. до н. Э.].

    Жрецы Египта рассказали Солону древнюю историю о пропавших без вести. континент Атлантида. Солон перевел историю Атлантиды на греческие стихи, думая, что это будет очень хорошая вещь, которую должны знать греки.

    Царь Сард Крез, который был в то время самым богатым человеком в мире, пригласил Солона навестить его в его дворце.Солон прибыл, и, войдя во дворец, он увидел человека, великолепно одетого и в сопровождении свиты рабов и солдат, поэтому он предположил, что этот человек должен быть Крезом. Но он оказался лишь второстепенным чиновником при дворе Креза. Как солон Проходя через дворец, он увидел несколько других столь же великих чиновников. Наконец Солона допустили в королевские покои для беседы, и там Крез был одет в свои самые великолепные одежды и украшения.

    Солон не был поражен этой демонстрацией варварского великолепия, которая внушала страх многим другим.Так повелел царь Крез открыть его сокровищницы, чтобы Солон увидел, сколько прекрасных одежда у него была, и сколько золота. Солон вежливо посмотрел на все, потом вернулся к королю. «Что ж, Солон, - сказал Крез, - ты когда-нибудь видел мужчину? Кому повезло больше, чем Крез? »

    Солон ответил: "Да, я слышал, и это был Теллус, гражданин Афины. Он был честным человеком, который оставил своих детей хорошо обеспеченными и с добрая воля в городе. Он дожил до внуков от сыновей.Потом он умер славно сражается за свою страну ».

    Этот откровенный ответ взбесил Крез, но Солон успокоил его, добавив: «О могущественный царь лидийцев, боги дали нам, грекам, лишь малые вещи, и наша мудрость только в мелочах, а не в делах мужчин столь же важных как и ты. Мы рассматриваем, насколько жизнь человека подвержена риску и как катастрофа может застать нас врасплох, поэтому мы не считаем, что быть успешным, пока он не умрет здоровой, с его удачей нетронутой до конца.В противном случае, если мы должны говорят, что живой человек - это успех, когда еще так много всего может случиться для него мы были бы как солдаты, празднующие победу перед битвой. окончено ". После этой речи Солон ушел и спас свою жизнь.

    Ему довелось встретить Эзопа, автора знаменитых басен, которого тоже пригласили во дворец. Креза. Эзоп сказал: "Либо мы вообще не должны приходить к сильным людям, либо мы должен попытаться доставить им удовольствие ». Но Солон ответил:« Либо мы не должны прийти к могущественным мужчины, или мы должны сказать им правду.«

    г. После этого король Крез был побежден королем Киром. Персия. Крез потерял свое королевство и попал в плен. Он был привязан к кол и собирался сжечь заживо для развлечения Кира, когда Крез выкрикнул имя Солона трижды. Сайрус остановил разбирательство и спросил Крез, был ли этот Солон человеком или одним из богов. Крез ответил: "Он был одним из мудрецов Греции, которого я пригласил в свой дворец. Не то чтобы я мог бы узнать что угодно, но чтобы он мог засвидетельствовать мою удачу в этом время.Потеря этого сейчас более болезненна, чем удовольствие от него. Мой на самом деле богатство было всего лишь словами и мнением, и теперь они сделали меня сгорел на костре. Солон видел меня в моем глупом благополучии и предвидел мое настоящее страдание. Он предупредил меня, что я должен думать о конце своей жизни, а не хвастаться скользкой почвой, потому что никто не будет счастлив, пока не умрет здоровой ». Кир видел, как учение Солона подтверждается таким примечательным примером. Он выпустил Креза и держал его при дворе как одного из самых уважаемых советников.

    Пока Солон ушел, три фракции [Холм, Равнина и Берег] снова начали ссору. Хотя они соблюдали его законы, каждый с нетерпением ждал каких-то изменений, которые могли бы дать преимущество перед другие. Солон был слишком стар, чтобы играть активную роль, когда вернулся в Афины, но он встретился с руководителями наедине и попытался утихомирить партизанскую злобу.

    Писистрат, возглавлявший бедняков, казался самым охотным из всех. Писистрат был умным оралом и мастером мошенничества.Он обманул бедного и даже старого Солона, который сказал, что если бы только червя амбиций можно было вырвать из головы Писистрата не было бы лучшего гражданина.

    Однажды Писистрат измазал себя кровью и резко появился на рынке. Он сказал людям, что их враги, богатые, сделали это с ним, потому что он был другом бедных. Затем один из его последователей сделал движение назначьте телохранителя из пятидесяти человек для защиты этого мученика за народное дело.Солон увидел через эту уловку, но бедные были полны решимости удовлетворить Писистрата, а богатые боялись сопротивляться ему.

    Солон сказал афинянам, что они действительно проницательны по отдельности, но все вместе они сделал одного большого дурака. И с этим прощальным выстрелом Солон ушел, сказав, что он был мудрее одних и храбрее других - мудрее павших для уловки и храбрее тех, кто понимал, что происходит, но делал не смею выступать против прихода тирана.

    Никто не расспрашивал Писистрата, так как он собрал гораздо больше, чем пятьдесят вооруженных людей вокруг него. Никто не заметил, что делал Писистрат, пока В тот же день он захватил городские укрепления и стал тираном [561 г. до н. э.]. Богатые спасли свои жизни, сбежав из Афин. Солон был стар и слаб, а он не было человека, готового поддержать его, но он пошел на рынок и отругал афиняне за то, что они слишком боялись Писистрата и его банды, чтобы вернуть их свобода. «Раньше, - сказал он, - тебе было бы легче остановить это. тирания, но теперь, когда она уже существует, вы можете добиться еще большей славы, искоренение этого.«

    Но афиняне ничего не сделали, и Солон остался дома и написал горькие стихи. Его друзья предупредили его, чтобы он убирался из Афин или, по крайней мере, не гнев Писистрата своей свободой слова. Они спросили его, почему он думает, что он можно так смело говорить против тирана, и Солон ответил: «Мой век». Писистрат, однако, продолжал уважать Солона и постоянно советовался с ним. Он сохранил большинство законов Солона, и даже подчинялся им сам.

    Завершить историю Атлантиды оказалось слишком сложной задачей для Солона в старости.Вместо этого, как он писал:

    Но теперь силы Красоты, Песни и Вина,
    Которые наиболее мужские прелести тоже мои.


    Вернуться к истории Греция: биографии

    % PDF-1.6 % 60 0 объект > эндобдж 2 0 obj > поток application / pdf

  • 2013-08-14T15: 36: 02-04: 00
  • Adobe Acrobat 9.55 Подключаемый модуль захвата бумаги 1.42013-08-14T19: 43: 37Z2013-08-26T15: 48: 15-04: 00Apache FOP, версия 1.02013-08-26T15: 48: 15-04: 00uuid: 9aab834b-52a0-0e48- 81f6-737dacfcdaebuuid: 1f1c740c-be6f-1743-b4a7-38895e03b56d конечный поток эндобдж 4 0 obj > эндобдж 3 0 obj > / ProcSet [/ PDF / Text / ImageB] / XObject >>> / TrimBox [0 0 595.275 807.874] / Тип / Страница >> эндобдж 15 0 объект > / ProcSet [/ PDF / Text / ImageB] / XObject >>> / TrimBox [0 0 595.275 793.7] / Type / Page >> эндобдж 24 0 объект > / ProcSet [/ PDF / Text / ImageB] / XObject >>> / TrimBox [0 0 595.275 793.7] / Type / Page >> эндобдж 33 0 объект > / ProcSet [/ PDF / Text / ImageB] / XObject >>> / TrimBox [0 0 595.275 793.7] / Type / Page >> эндобдж 42 0 объект > / ProcSet [/ PDF / Text / ImageB] / XObject >>> / TrimBox [0 0 595,275 793.7] / Тип / Страница >> эндобдж 51 0 объект > / ProcSet [/ PDF / Text / ImageB] / XObject >>> / TrimBox [0 0 595.275 793.7] / Type / Page >> эндобдж 97 0 объект > поток HWko_ ߚ Go @ zJˑA4ѐ3 $: dD (E_ʌ ᆈ pv @ Vo] .d ٺ X_ 튒 L6Lb: cppqyzpt {ˢ_zuq [{ _7p '-ϴ} e} Og

    Константин Т. Хадавас, Структура, форма и значение "Жизни Солона" Плутарха

    В этом исследовании я исследую Солона Плутарха с литературной точки зрения, сначала исследуя, как структура и различные повествовательные техники, использованные Плутархом, способствуют его организации и представлению различных аспектов жизни Солона.В этом отношении исследуются также важнейшие параллельные темы, многие из которых развиваются по мере развития Жизни. ; Очень интересная особенность Солона - значительное количество законов Солона и поэтических стихов, развернутых на протяжении всей биографии, чтобы защитить представление Плутарха и объяснение действий и убеждений его героя. Я рассматриваю биографические, политические, моральные и философские цели, в которых Плутарх использует законы и поэзию Солона, и то, как с его собственной точки зрения, находясь на расстоянии семи столетий от Солона, он понимал - а иногда и неправильно истолковывал - их значение.; В следующих главах анализируется адаптация Плутархом Аристотеля Athenaion Politeia и логотипов Солона-Креза Геродота. Что касается первого, внимание уделяется различным методам, которые Плутарх использует для преобразования конституционной истории в политическую биографию. Логотипы Плутарха Солона-Креза, с другой стороны, позволяют исследовать, как он творчески использует версию Геродота, чтобы подчеркнуть аспекты истории, которые лучше служат его конкретным целям. ; Затем я смотрю на два сравнения, которые проводятся между Солоном и Ликургом, а также Солоном и Публиколой.Особое значение здесь имеет способность Плутарха учитывать личные, социальные, политические и географические различия реформаторов и их обществ при оценке достижений Афинского Солона по сравнению с достижениями спартанского Ликурга и римской Публиколы. ; Этот тезис показывает, что Солон - сложный литературный текст, который исследует исторические, моральные, политические и философские вопросы зачастую тонкими и интересными способами. Это также показывает, что те, кто намеревается использовать Жизни в исторических целях, должны внимательно рассмотреть то, как литературные и философские цели Плутарха значительно влияют на его интерпретацию и адаптацию его исходного материала.

    СОЛОН Афин

    СОЛОН Афин




    Диоген Лаэртский I.61 [Жизнь Солона]:

    «Помимо законов, конечно, он написал Речи к народу и Увещевания себе на элегиях, и стихи на Саламин и Афинайон Политейя , всего 5000 строк; также Ямбик и Эпод . Его статуя имеет следующие надписи:

    «Это Солон Фесмотет, которого родил Святой Саламин, положивший конец высокомерию мидян».

    Согласно Сосикрату, он процветал в 46-й Олимпиаде, на третий год которой [594 г. до н.C.] он был архонтом в Афинах. Именно тогда он издал законы. Он умер на Кипре в возрасте 80 лет, оставив своим родственникам следующее указание: отнести свои кости в Саламин и сжег их, чтобы разбросать по земле. Так Кратинос говорит в Cheirones , заставляя Солона сказать:

    «Я живу на острове, как говорится в сообщениях людей, разбросанных по всему полису Аякса».


    Плутарх

    Жизнь Солона 32.3:

    Согласно Гераклиду Понтийскому, Солон пережил начало правления Писистрата [сына сестры его матери] на довольно долгое время; по словам Фания из Эресоса, менее чем на два года. Писистрат начал свою тиранию в Архонте Коми [561/0 г. до н. Э.], И Фаниас говорит, что Солон умер во время правления Гегестрата, человека, который служил архонтом после Комиаса. Абсурдность рассеивания его праха по острову Саламин, казалось бы, делает его совершенно невероятным и мифическим, и все же эта история подтверждается авторитетными авторитетами, включая Аристотеля Философа.



    «Аристотель»,

    Athenaion Politeia 9:

    Наиболее демократичными из постановлений Солона были эти три: первое и самое большое, запрещение ссуд на человека [т. Е. использование себя в качестве обеспечения ссуды, взыскание, ведущее к рабству]; во-вторых, возможность для любого, кто желает подать в суд из-за правонарушений; в-третьих, то, что, как говорят, больше всего на свете, укрепило власть большинства, право апелляции к дикастерию.Для народа, повелитель голосования, стал повелителем конституции ...



    Платон

    Тимей 20 e:
    КРИТИАС: Теперь он был связан с моей семьей ( oikeios ) и очень дружил с моим прадедом Дропидесом, как он часто говорит в своих стихах.

    Прокл, комментарий к отрывку: «История семьи Солона ( genos) и связи Платона ( syngenneia ) такова: Солон и Дропид были сыновьями Экзестидеса, а Дропид был отцом Крития, который упоминается Солоном в его стихах, говоря: Скажи Златовласому Критию, чтобы он слушал своего отца; / ибо он будет подчиняться безошибочному полководцу ( hegemoni ).'



    Филон Александрийский

    Сотворение мира 24: (тр. Дж. М. Эдмондс, LCL Greek Elegy and Iambus, p. 141)
    Эти возрасты жизни даны Афинским законодателем Солоном в следующих элегических строках:

    Через семь лет мальчишка-полурослик отбивает первые зубы, которые он прорезал в детстве; когда Бог свершил его еще семь лет, он показывает признаки того, что его юношеский расцвет близок; в третьих семи, когда его конечности все еще растут, его подбородок опухает от налетов меняющейся кожи; в четвертом каждый человек проявляет себя наилучшим образом в силе, которую люди несут в знак добродетели и доблести; в пятый - время мужчине думать о браке и искать потомство, которое придет после него; в шестом - ум человека обучен всему, и теперь он не желает так много того, чего нельзя делать; в семи семерках и восьми он в своих лучших умениях и словах, то есть по четырнадцать лет тому и другому; в девятом периоде он все еще способный человек, но его язык и его знания имеют меньшую силу для великих добродетелей; и если человек достигнет полной меры десятого, он не встретит участь Смерти безвременно.





    ДОПОЛНИТЕЛЬНЫЕ МАТЕРИАЛЫ

    :
    • "Жизнь Солона" Плутарха, Параллельные жизни [Internet Classics Archive, MIT]
    • Солон Геродота ( Истории , Книга I) [Internet Classics Archive, MIT]
    • «Аристотель», Конституция афинян [цитируются стихи Солона, ссылки на его политическую деятельность) [Internet Classics Archive, MIT]

    • Truesdell S.Браун, «Солон и Крез» Бюллетень древней истории 3, 1989, 1-4.
    • Selections Дж. П. Холока [Университет Восточного Мичигана] (краткое изложение жизни и творчества Солона)
    • Классные заметки о Солоне [Курс истории греческого языка, Рид-колледж]
    • Классные заметки о Геродоте (включая Солона) [U. Департамент классической литературы Саскачевана]
    • SOLON (статья E-Classics о Солоне) [Wilmot McCutchen]


    • Наиболее полное собрание материалов о Солоне находится в: Антониус Мартина, Solon: Testimonia veterum.Testimonianze sulla vita e l 'opera (Рома: Edizioni dell' Ateneo 1968).
    • Соответствующий сборник можно найти в: J. M. Edmonds (ed.) Greek Elegy and Iambus Volume I (Loeb Classical Library # 258, 1931), pp. 104-155.
    • Относительно законодательства Солона обратитесь к: E. Ruschenbusch, SOLONOS NOMOI [Historia Einzelschriften, 9 1966].
    • Кэтлин Фриман, Жизнь и творчество Солона (1926).
    • Вт.Дж. Вудхаус, Солон Освободитель (1938).
    • Чарльз Хигнетт, История афинской конституции (Оксфорд, 1952).
    • Иван Линфорт, Солон Афинский (Беркли, 1919).
    • А. Френч, Рост афинской экономики (1964).
    • J.H. Блок и П. Лардинуа (редакторы), Солон Афинский: новые исторические и филологические подходы (Лейден: Брилл 2006)



    © 08.08.2001

    26 января 2010 г. 13:43

    Джон Пол Адамс, CSUN
    [email protected]


    Рождение демократии: Солон Законодатель

    К началу VI века до н. Э. социальная напряженность в Афинах обострилась, когда более бедные граждане столкнулись с богатыми и влиятельными землевладельцами. Многие граждане были низведены до статуса издольщиков, а другие фактически продались в рабство, чтобы погасить свои долги. Чтобы разрешить кризис, афиняне назначили Солона архонтом (магистратом) в качестве посредника и законодателя.Плутарх и Аристотель довольно подробно описывают конституцию, разработанную Солоном, который затем отправился в добровольное изгнание, чтобы избежать давления с целью внесения поправок в этот закон.

    Солон аннулировал большинство долгов и освободил афинян, которые были порабощены, но отказался перераспределить собственность или лишить аристократию большей части политической власти. Как он говорит нам своими словами:

    Ибо простому народу Я дал столько власти, сколько достаточно,
    Ни отнимая у них достоинства, ни давая им слишком много;
    и те, кто обладал властью и был на удивление богат,
    даже для тех, кого я придумал, чтобы они не пострадали.
    Я стоял с могучим щитом перед обоими классами,
    и не позволил никому из них несправедливо одержать победу.
    (Плутарх, Жизнь Солона 18,4)

    Новая конституция Солона была основана на владении собственностью. Это понятие политических прав или гражданства, зависящих от собственности, существовало во многих обществах до относительно недавнего времени. Все люди делились на четыре класса, и между ними распределялась политическая власть.

    1. pentekosiomedimnoi, те, чья земля производила не менее 500 medimnoi (мер) зерна в год, что составляет 730 бушелей.Они имели право на самые высокие должности.

    Афинский (Аттик) Геометрический сундук с пятью образцами «зернохранилища» на крышке, середина IX века до нашей эры. В .: 0,253 м. Афины, Музей Агоры, стр. 27646. Этот необычный сундук происходит из того же захоронения, что и описанные ранее украшения. Пять конусовидных объектов на крышке были идентифицированы как образцовые зернохранилища и могут указывать на статус женщины как члена высшего сословия, земельной аристократии, обозначенной Солоном пентекосиомедимной, чья земля произвела 500 medimnoi (мер).Таким образом, каждое из пяти зернохранилищ представляет 100 медимней. И сундук, и зернохранилища украшены меандровыми узорами - излюбленным геометрическим орнаментом.

    2. hippeis (рыцари), те, кто мог позволить себе расходы на содержание лошади и чья собственность производила 300 медимней в год.

    Афинский (Аттик) Геометрический пиксис коня (ящик), середина 8 века до н. Э. В .: 0,16 м. Афины, Музей Агоры. P 5061. Круглый ящик с тремя лошадьми на крышке. Владение лошадьми требовало определенной степени богатства и позволяло человеку, которому они принадлежали, брать на себя роль в защите города в качестве члена боевой кавалерии, рыцарей.Таким образом, лошади стали символом статуса и знаком богатства.

    3. zeugitai (возницы), те, кто содержал пару волов для вспашки и чья земля давала 200 медимней в год

    Терракотовая фигура пары быков, гонимых человеком, VI век до нашей эры. В .: 0,10 м. Афины, Национальный археологический музей, 18876 год. Это изображение представляет третий класс граждан Солона, зевгитай, которые могли содержать пару быков для пахоты и служили тяжеловооруженными пехотинцами во время войны.

    4. thetes или разнорабочие.

    Железная кирка, дата не указана. Сохранившаяся длина: 0,127 м. Афины, Музей Агоры, IL 1287. Такой киркой мог пользоваться представитель низшего класса Солона, теты или обычные рабочие.

    Все остальные коренные граждане теперь обладали важным и основным правом: они не могли быть порабощены своими согражданами. Еще во времена Гомера быть тете считалось чуть выше раба: «Я предпочел бы следовать за плугом в качестве тета к другому человеку, у которого нет земли, выделенной ему и не на что жить, чем жить. Царь над всеми погибшими мертвыми »( Odyssey 2.489-491). Членам этого низшего класса не разрешалось занимать должности, но им было дано право сидеть и голосовать в собрании и заседать в качестве присяжных в судах. Со временем это последнее право стало чрезвычайно важным.

    Важной концепцией, впервые четко сформулированной в политической поэзии Солона, является представление о том, что участие в политической жизни было обязанностью гражданина, а не просто привилегией, которую можно было реализовать или не использовать по своему усмотрению:

    Он видел, что государство часто находилось в состоянии раздора между фракциями, в то время как некоторые граждане были довольны тем, что позволяли положению вещей; он издал специальный закон для борьбы с ними, предписывающий, что всякий, кто, когда преобладает гражданская война, не объединяет силы ни с одной из сторон, должен быть лишен гражданских прав и не быть членом государства.
    ( Афинская конституция 8.5).

    Хотя реформы Солона не привели к установлению демократии, они были решающим шагом на афинском пути к демократии. Конституция Солона, заключающаяся в умеренном перераспределении, а не в революционной передаче политической власти, тем не менее предоставляла важные права низшему классу граждан.

    Этот средний курс никому не понравился, как он сам нам говорит:

    Посему Я стоял на страже со всех сторон, Волк в страхе среди стаи гончих.( Афинская конституция 12.4).

    В течение поколения реформ Солона фракционная борьба между влиятельными семьями снова привела Афины к грани гражданской войны, подготовив почву для следующего этапа политического развития Афин.

    Солон - Всемирная историческая энциклопедия

    Солон (ок. 640 - ок. 560 г. до н. Э.) Был афинским государственным деятелем, законодателем и поэтом, которому приписывают реструктуризацию социальной и политической организации Афин и, таким образом, закладку основ афинской демократии.Его достижения были таковы, что в последующие века он стал своего рода полумифической фигурой отца-основателя, который поставил Афины на путь славы и процветания, которыми город наслаждался в классический период.

    Ранняя жизнь

    Согласно Плутарху в его Solon , законодатель был сыном Экзестида и родился в знатной семье, даже если их состояние было скромным. Плутарх также цитирует отрывки из поэзии Солона, рисуя более романтическую картину, чем потомки запомнили бы деловому законодателю.Например, он пишет:

    В стихах Солона тоже можно найти свидетельства того, что он не мог устоять перед красивой внешностью и не бросил вызов любви - «Встретить его, как боксера, на ринге». ( Солон , 43)

    Солон, как сообщает нам тот же автор, в молодости был торговцем. Солон впервые получил широкую известность в c. 600 г. до н. Э., Когда он командовал во время войны между Афинами и Мегарой после спора о контроле над Саламином. Затем Солон был назначен архонтом, высшей административной должностью афинского правительства, традиционно в ок.594 г. до н. Э. (Или, возможно, даже 580–570 гг. До н. Э.). Теперь он был в состоянии внести фундаментальные и долгосрочные изменения в свой город. Как провозгласил оракул в Дельфах,

    г.

    Сядь теперь на миделе корабля, ибо ты лоцман Афин.

    Крепко возьмитесь за руль руками; в вашем городе много союзников.

    ( Солон , 55)

    Солон и проблема долга

    Афины переживали период экономического кризиса и особой проблемы, заключающейся в том, что владение сельскохозяйственной землей стало чрезмерно сконцентрировано в руках небольшой аристократии.Это означало, что значительное число граждан были вынуждены работать в качестве иждивенцев ( hektemoroi ) по отношению к классу землевладельцев, которому они платили долю (одну шестую) своего урожая или даже становились рабами, если они не могли выплатить свои долги. Солону было поручено найти решение этой возрастающей проблемы и присвоено звание diallaktes или посредник. Древние писатели предполагают, что, сделав радикальный шаг, Солон предложил списать все долги. Этот план назывался seisachtheia или «избавление от бремени».На практике кажется более вероятным, что hektemoroi все еще должны были выплатить некоторые долги, но им было предоставлено право владеть землей, на которой они работали. Чтобы не допустить попадания бедных рабочих в рабство, Солон также запретил использовать свою личность или членов семьи в качестве обеспечения по ссудам. Те hektemoroi , которые стали рабами из-за долгов, были освобождены от своего рабства.

    История любви?

    Подпишитесь на нашу бесплатную еженедельную рассылку новостей по электронной почте!

    Реструктуризация социальной системы

    Помимо изменения практики долга, Солон также реструктурировал афинскую классовую систему, создав четыре отдельные группы, классифицированные по сельскохозяйственному производству и, следовательно, по богатству.Это были: pentakosoimedimnoi , hippeis , zeugitai и thetes . На вершине, pentakosoimedimnoi были те, чьи земли произвели не менее 500 бушелей ( medimnoi ) кукурузы или ее эквивалента в других товарах. Следующими были hippeis , или рыцари, которые производили от 300 до 500 бушелей в год. zeugitai производили от 200 до 300 бушелей или были ремесленниками. Самым низким классом были тете , которые производили менее 200 бушелей или работали только на чужой земле.

    Помимо изменения долговых практик, Солон также реструктурировал афинскую классовую систему, создав четыре отдельные группы.

    Эта четырехклассовая классификация также давала определенные политические права. Thetes могли участвовать в афинском собрании и системе присяжных, но они не могли занимать высокие политические должности. Эта привилегия была зарезервирована только для pentakosoimedimnoi и hippeis . zeugitai мог занимать второстепенные должности в учреждениях Афин.Солон также создал совет из 400 человек, который подготовил дело к рассмотрению большим плебейским собранием. Это было еще одно положение, которое гарантировало, что политический контроль не будет полностью взят из рук афинской элиты.

    Для бедных эти политические изменения, возможно, не сильно изменили их жизнь, но определенно изменили для более богатого, землевладельческого класса, который теперь мог быть на одном уровне с традиционной афинской аристократией. Раньше последние доминировали в политике, но теперь позиции основывались только на собственности, а не на семейных связях.Однако судебные изменения коснулись всех, поскольку теперь было разрешено судебное преследование третьей стороны (ранее только потерпевшая сторона могла преследовать по суду) и была введена система обжалования. Теперь, по крайней мере теоретически, все были равны перед законом.

    Законы Солона

    Итак, Солон создал новый свод законов. Афины ранее работали в соответствии с Кодексом законов Драко, произведенным ок. 621 г. до н. Э. Законы Драко относительно убийства были сохранены, но в остальном эти иногда суровые указы были отменены или изменены Солоном.Установленные на деревянных балках ( аксонов ), а затем высеченных в камне, эти новые законы (и многие последующие) стали ассоциироваться с Солоном в течение следующих 200 лет, такова была непреходящая репутация законодателя. Свод законов, составленных Солоном, был признан более поздними афинянами как очень обширный и охватывающий такие разнообразные вопросы, как наследство, похороны, супружеская измена, воровство, ущерб и деятельность политических институтов. Законы Солона о торговле помогли восстановлению экономики. Торговля продовольственными товарами, особенно зерновыми, строго контролировалась, чтобы гарантировать поставки, и только оливки разрешались на экспорт, что стимулировало эту отрасль.

    Пинакия, бронза

    Марк Картрайт (CC BY-NC-SA)

    Благодаря всем этим законам Солон имел прочную репутацию одного из отцов-основателей Афин, человека, который неизмеримо помог городу выполнить его предназначение как крупной средиземноморской державы в классический период. Несмотря на большое восхищение, Аристотель был одним из более поздних критиков законов Солона в его Афинской политике (9.2), где он отмечает, что они часто были слишком расплывчатыми и открытыми для очень разных интерпретаций и, следовательно, многих юридических споров.Неудивительно, что богатые афинские аристократы тоже не слишком хорошо отнеслись к реформам Солона. Споры по поводу высоких назначений разрушили политику, и тиран Писистрат захватил власть трижды в 550-х и 540-х годах до нашей эры. Тем не менее, Солон уменьшил господство афинской аристократии и улучшил участие простых граждан на политической арене. В этом он заслуживает похвалы за то, что заложил основы афинской демократии, которая наступила в середине V века до нашей эры.

    Путешествия и дальнейшая жизнь

    Солон также находил время для путешествий и поэзии, когда не менял законы своего города. Геродот сказал, что он (но отвергнутые современными учеными как выдумка) встречался с Крезом в Лидии, а Платон посетил Египет, где открыл для себя сказку об Атлантиде. Он также был членом Семи Мудрецов, которые собрались на конференции в Дельфах. Сохранились лишь фрагменты его стихов и произведений, но их всего около 285 стихов. Историк Плутарх цитирует некоторые из них в довольно натянутой попытке проиллюстрировать, к чему, возможно, относятся законы Солона.Его работа, по крайней мере, дает человеку сильное чувство справедливости:

    Часто нечестивые процветают, а праведные голодают;

    Но я бы никогда не променял свое состояние на их,

    Моя добродетель за их золото. Для шахт,

    А богатства каждый день меняют своего хозяина.

    (Фрагмент 15)

    Правосудие, хоть и медленное, но несомненно.

    (Фрагмент 13)

    В больших делах нельзя угодить всем сторонам.

    (Фрагмент 7)

    Массе людей Я дал необходимую им силу,

    Ни унижая их, ни слишком сильно сдерживая:

    Для тех, кто уже обладал большой властью и богатством

    Я проследил, чтобы их интересы не пострадали.

    Я стоял на страже с широким щитом перед обеими сторонами

    И помешал ни одному из них несправедливо восторжествовать.

    (Фрагмент 5)

    Перед публикацией эта статья была проверена на предмет точности, надежности и соответствия академическим стандартам.

    жизней Плутарха. Их первый том переведен с греческого несколькими руками; к которому приставка «Жизнь Плутарха».

    СРАВНЕНИЕ POPLICOLA с СОЛОНОМ.

    ТЕПЕРЬ в этой параллели появляется несколько необычное, чего не происходило ни в одной другой Жизни; как один должен быть имитатором другого, а другой свидетель его истинности; так что после обзора приговора Солона Крезу, апеллирующего к счастью Теллуса, он кажется более применимым к Попликоле; ибо Теллус, чья жизнерадостная жизнь и хорошо умирая, принесли ему имя счастливейшего человека, но никогда не прославлялся в стихах Солона как должное. Стр. 360 человек, или что его Дети или его правительство заслужили его памятник: но Попликола, поскольку его жизнь была самой выдающейся среди римлян, а также величием его авторитета, как и его власти, поэтому после его смерти он был причислен к величайшие Семьи, и даже в наши дни Попликолы, Месалы * и Валерии на протяжении шестисот лет признают его источником своей чести.Кроме того, Теллус, хотя и соблюдал свой порядок и сражался как доблестный капитан, был убит своими врагами; но Попликола (что было более благородно) убил своих врагов и своим поведением увидел победу своей страны; и его почести и триумфы принесли ему (каковы были амбиции Солона) счастливый конец; и что как упрек Мимнерму, касающийся продолжения жизни Человека, он воскликнул:

    〈нелатинский алфавит〉

    〈нелатинский алфавит〉.

    Тихая, неоплаканная смерть, которую я ненавижу,

    Пусть вздохи Друзей и слезы сопутствуют моей Судьбе.

    засвидетельствовал свое счастье; его смерть не только вызвала слезы у его Друзей и знакомых, но стала предметом всеобщего желания и печали всего Города для самых Женщин, осуждающих Стр. Решебника 361 эта потеря как Сына, Брата или Всеобщего Отца. Солон сказал:

    〈нелатинский алфавит〉

    〈нелатинский алфавит〉.

    Усадьба, которую я люблю, но досталась не несправедливо,

    чтобы месть не преследовала несправедливости: но богатство Попликолы не было исключительно продуктом его справедливости, но его распределение их бедным было усмотрением его милосердия, так что, если Солон слыл самым мудрым человеком, мы должны позволить Попликоле быть Самым счастливым, для того, что Солон желал * как величайшего и совершенного блага, что Попликола в надлежащем употреблении пользовался до своей смерти: так что Попликола стал такой же честью для Солона, как и Солон для него, передавая точнейший метод моделирования Содружества и лишение консульства его гордости сделали его легким и приятным для людей; он перенес несколько законов в Рим, дав народу возможность избирать своих чиновников и давая правонарушителям свободу апеллировать к народу, как Солон поступал с судьями.Попликола действительно не создал новую Se∣nate, как это сделал Солон, а дополнил старую почти вдвое числом. Он построил Офис Квесторов; чтобы консул, если Стр. Решебника 362 хорошо, не должен иметь досуга, иначе заниматься более важными делами или, если он плохой, должен иметь любой соблазн несправедливости, имея в своих руках Правительство и Казначейство. Отвращение к тирании было сильнее в Po∣plicola *, ибо всякий, кто пытался узурпировать, его наказание по закону Солона начиналось только после осуждения; но Poplicola сделал это смертью перед судом.И хотя Солон справедливо гордился тем, что, когда его суверенитету были представлены вещи, не вызывающие ни малейшего отвращения со стороны граждан, он отказался от этого предложения; тем не менее Попликола заслужил не меньшее, обнаружив тираническое правительство, сделав его более популярным, не используя власть, которую мог бы. Но мы должны допустить, что Солон знал это раньше Попликолы: ибо;

    〈нелатинский алфавит〉,

    〈нелатинский алфавит〉.

    Ровная рука будет поддерживать ровное состояние,

    Держать поводья не слишком свободно и не слишком сильно.

    Но прощение долгов было более характерным * для Солона, что значительно укрепило свободу граждан; ибо Закон, предусматривающий снижение уровня, малоэффективен, если долги бедных препятствуют этому равенству; и где они Стр. Решебника 363 Казалось бы, в основном, чтобы воспользоваться своей свободой, так как во время дебатов, выборов и управления своими офисами они были захвачены богатыми, отдавая себя в их распоряжение. Но еще более экстраординарно то, что восстание обычно сопровождается этим списанием долгов, но он применил это как отчаянное средство и своевременно успокоил их пыл своим авторитетом и уважением, которые были выше позора или унижения, которые могли возникнуть. от этого акта.Начало его правления было более славным, поскольку он сам был оригиналом и не следовал никакому примеру и без помощи союзников совершал великие дела своим собственным поведением; однако смерть Попликолы была более счастливой и вызывающей восхищение. ; поскольку Солон видел распад своего собственного Содружества; но Попликола сохранил свою неприкосновенность до Гражданских войн. Солон, оставив свои законы выгравированными на дереве, но лишившись защитника, покинул Афины; в то время как Попликола, оставаясь в своем магистратуре, установил Правительство; и хотя Солон чувствовал амбиции Писистрата, все же не мог подавить их, но утонул под новой установившейся Тиранией; где as Poplicola полностью ниспровергнул и распустил могущественную монархию, прочно закрепившуюся за долгое время; будучи ничем не уступающим Солону по нраву и нраву, и при всем благоприятном содействии силой и удачей Стр. Решебника 364 чтобы осуществить свои опасные замыслы: а что касается боевых подвигов, Daimachus Pla∣taeensis не столько приписывает Войны против мегаренсов Солону, как ранее намекалось: Но Попликола в больших столкновениях * как частный Солдье, так и Командир, одержал победу.Что касается управления общественными делами, Солон имитирующим образом и фальшивой демонстрацией безумия настаивал на предприятии Саламина; в то время как Попликола в самом начале, ничто не пугало величайших предприятий, против Тарквина, обнаружил Заговор; и будучи главным образом озабоченным как предотвращением побега, так и последующим наказанием Traitours; он не только исключил тиранов из Города, но также оправдал все их ожидания оттуда: который, как и в вопросах конфликта, конфликта или сопротивления, он вел себя храбро и решительно; так что в мирных дебатах, где требовались уговоры и снисходительность, его больше хвалили; Порсенна - ужасный и непобедимый Враг, примирившись своими средствами и сделав Другом.

    Добавить комментарий

    Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *