О чем поэма двенадцать блока: самое интересное о книгах, писателях, литературных жанрах и течениях

Содержание

Как читать «Двенадцать» Блока

Кандидат филологических наук, преподаватель русского языка и литературы Ирина Кочергина рассказала порталу «Культура.РФ», на какие детали нужно обратить внимание, чтобы не сделать поспешных выводов о поэме «Двенадцать» — самом загадочном и спорном произведении Александра Блока. Из нашего материала вы узнаете, как поэт относился к революции и в чем его упрекали современники, чьими глазами читатели видят события, описанные в поэме, и почему в «Двенадцати» сочетаются христианские и революционные образы.

Александр Блок и революция

Писатель Александр Блок. Репродукция из журнала «Звезда», 1980 год. Фотография: архив ТАСС

Александр Блок создал поэму «Двенадцать» в январе 1918 года, спустя всего несколько месяцев после Октябрьского переворота и захвата власти большевиками и через неполный год после крушения монархии в России в результате Февральской революции. Работая над поэмой, Блок не мог предполагать, что через полгода будут закрыты все буржуазные газеты и журналы и свобода слова в России закончится; что в июле будет расстреляна царская семья; что в августе–сентябре 1918 года начнется революционный террор. В это время только формировалась Всероссийская чрезвычайная комиссия по борьбе с контрреволюцией и саботажем, еще германская армия не заняла Украину и не приблизилась к Петрограду, и самое главное — еще не вспыхнула Гражданская война, разделившая Россию на белых и красных.

Поэтому приписывать Блоку как автору этой поэмы приятие всего, что было связано с последствиями Октябрьской революции, а тем более одобрение и благословение этих последствий, было бы абсолютно неправильно. В апреле 1920 года Блок писал: «Оттого я и не отрекаюсь от написанного тогда, что оно было писано в согласии со стихией: например, во время и после окончания «Двенадцати» я несколько дней ощущал физически, слухом, большой шум вокруг — шум слитный (вероятно шум от крушения старого мира). Поэтому те, кто видит в «Двенадцати» политические стихи, или очень слепы к искусству, или сидят по уши в политической грязи, или одержимы большой злобой, будь они враги или друзья моей поэмы».

И все же часто можно встретить утверждения, что Блок принял и поддержал Октябрьскую революцию, написав поэму «Двенадцать». Здесь нужно сказать, что поэма сразу после публикации стала орудием политической борьбы советской власти против ее врагов и поэтому в традиции советского литературоведения трактовалась как революционная. Часть интеллигенции, настроенная против большевиков, осудила появление этой поэмы, и это тоже повлияло на восприятие «Двенадцати»: ее понимали как оправдание Октябрьской революции, сочувствие восставшему народу, издевку над «старым миром», который, «как пес голодный», стоит «поджавши хвост».

В начале XX века Блока признавали первым поэтом современности и вторым в России после Александра Пушкина, авторитет его был абсолютен — и тем болезненнее был неожиданный удар, нанесенный появлением «Двенадцати». Ведущий критик Серебряного века Зинаида Гиппиус назвала Блока «предателем», Анна Ахматова отказалась принимать участие в концерте, на котором предполагалось чтение этой поэмы, Иван Бунин обвинял Блока в кощунстве, а Николай Гумилев, по свидетельству Георгия Иванова, сказал, что поэт, написав «Двенадцать», «вторично распял Христа и еще раз расстрелял государя». Более того, сохранились свидетельства того, что летом 1921 года, уже умирая, сам Блок требовал от жены обещания сжечь все экземпляры злосчастной поэмы.

Так что́ было в этой поэме, что заставляло одних так болезненно, так резко о ней отзываться, а других — с жаром причислять поэта к союзникам Октября? Думается, именно финал, совершенно алогичный и, на первый взгляд, немотивированный, но абсолютно переворачивающий все смыслы произведения, и послужил основанием для этих разноречивых оценок.

Читайте также:

Христианские мотивы в поэме «Двенадцать»

Юрий Анненков. Иллюстрация к поэме Александра Блока «Двенадцать» (фрагмент). Издательство «Алконост», 1918. Изображение: rusneb.ruЮрий Анненков. Иллюстрация к поэме Александра Блока «Двенадцать» (фрагмент). Издательство «Алконост», 1918. Изображение: rusneb.ruЮрий Анненков. Иллюстрация к поэме Александра Блока «Двенадцать» (фрагмент). Издательство «Алконост», 1918. Изображение: rusneb.ru

Что происходит в поэме? Идет отряд народной милиции по Петрограду, по объятой снежной и революционной вьюгой столице (метель, вьюга — один из лейтмотивов поэзии Блока). Патруль этот состоит из бывших солдат, дезертировавших с фронта, из простых горожан, даже из уголовников: «на спину б надо бубновый туз», который прикрепляли на спину каторжным. Это не красноармейцы (когда писалась поэма, Красная армия еще только создавалась), не чекисты — это сам восставший народ, организовавшийся в отряды, с оружием обходит город и следит за революционным порядком:

Кругом — огни, огни, огни…
Оплечь — ружейные ремни…
Революцьонный держите шаг!
Неугомонный не дремлет враг!

В патруле — 12 человек, как апостолов у Христа. Идут они, вчерашние крестьяне, «без креста» и собираются пальнуть в Святую Русь, «кондовую, избяную» — то есть отторгнуть старую православную веру.

Последняя строфа третьей главы ясно демонстрирует, что в мыслях у красногвардейцев путаница:

Мы на горе всем буржуям
Мировой пожар раздуем,
Мировой пожар в крови —
Господи, благослови!

Однако вряд ли Господь может дать благословение революционному пожару, несущему грабежи и убийства, то есть насилие.

Тут появляется извозчик-лихач. В отличие от обычных извозчиков лихачи возили своих седоков в удобной коляске или щегольских саночках. В этих санях летит Катька — бывшая любовница красногвардейца Петра, участника отряда. Она едет с Ванькой, и в груди революционера вскипает ревность. Ревность ищет оправдание акту мести в том, что Ванька — солдат «в шинелишке солдатской», что Катька гуляла с юнкерами и офицерами, то есть, как тогда говорили, с «классово чуждыми элементами», врагами. Поэтому Петька стреляет в Ваньку, остальные красногвардейцы тоже палят, и чья-то пуля попадает в Катьку:

А Катька где? — Мертва, мертва!
Простреленная голова! —

Ванька же скрывается невредим.

Это история в стиле городского жестокого романса: она изменила — он убил из ревности. «Бедный убийца» Петька «не оправится никак», но товарищи его приободряют:

— Не такое нынче время,
Чтобы няньчиться с тобой!
Потяжеле будет бремя
Нам, товарищ дорогой! —

Таким образом они уверяют Петьку в том, что их ждут другие, тяжелые времена, что надо охранять завоевания пролетарской революции и не стоит обращать внимание на мелкие случайные убийства. Петр веселеет, и товарищи, чтобы развеять его угнетенное настроение после преступления, решают пограбить состоятельных граждан, «буржуев»:

Запирайте етажи,
Нынче будут грабежи!

И поют воровские и разбойничьи песни:

Ужь я семячки
Полущу, полущу…
Ужь я ножичком
Полосну, полосну!

Блок с исключительным мастерством меняет ритм от главы к главе. Улица у него поет, звучит своими настоящими голосами: блатными песнями, выкриками, маршами, романсами, молитвами. «Дикий хор» — так позже назовет Блок эту «музыку революции» в докладе «Крушение гуманизма».

Именно из уст Петьки доносятся реплики религиозного характера: «Упокой, Господи, душу рабы Твоея…»; «Ох, пурга какая, Спасе!» Более «сознательные» красногвардейцы из патруля его одергивают:

От чего тебя упас
Золотой иконостас?
Бессознательный ты, право,
Рассуди, подумай здраво —
Али руки не в крови
Из-за Катькиной любви?
— Шаг держи революцьонный!
Близок враг неугомонный!

Они словно убеждают Петра: ты уже совершил, с точки зрения церкви, смертный грех, убийство, — так чего теперь взывать к Богу, мучиться угрызениями совести? Бог тебя не спас от ревности и ни от чего другого не спасет, поэтому сосредоточься на том, ради чего ты шагаешь с оружием по городу: на затаившихся повсюду врагах.

Христианские образы пронизывали все творчество Блока-символиста и наполнялись разным содержанием на разных этапах его творчества. Однако в поэме «Двенадцать» скрытый христианский смысл несет в себе сама панорама городской улицы с ее бранью, злобой, ревностью, убийством. И даже разбойничья рожа оборачивается христианским ликом: «толстоморденькая» Катька — святой Катериной, убийцы Петруха и Андрюха — апостолами Петром и Андреем, а сбежавший Ванька — Иоанном. Многочисленные христианские аллюзии в поэме нельзя не заметить — однако вопрос о том, как их интерпретировать, остается открытым и в наши дни.

«Операторская» работа в поэме

Юрий Анненков. Иллюстрация к поэме Александра Блока «Двенадцать» (фрагмент). Издательство «Алконост», 1918. Изображение: rusneb.ruЮрий Анненков. Иллюстрация к поэме Александра Блока «Двенадцать» (фрагмент). Издательство «Алконост», 1918. Изображение: rusneb.ruЮрий Анненков. Иллюстрация к поэме Александра Блока «Двенадцать» (фрагмент). Издательство «Алконост», 1918. Изображение: rusneb.ru

Откуда, с какой точки мы, читатели и зрители, смотрим на этот патруль, на «барыню в каракуле», на причитающую старушку? Блок использует чисто кинематографический прием. Он, словно оператор, в начале первой главы представляет панораму, общим планом проезжается по улицам: вот писатель-вития, вот поп, вот красное полотнище… Дальше его «камера» наезжает на 12 человек, идущих «мерным шагом» с винтовками, слышны их песни и диалоги. Затем крупным планом изображается убийство. Автор-оператор смотрит откуда-то сверху и сбоку на происходящее, практически не комментируя ничего. Разве что отдельные слова и строки выдают его отношение к тому, что он видит: например, слово «убийца» по отношению к Петьке или фраза «старый мир, как пес безродный» стоит «поджавши хвост». В 11-й главе авторское отношение прорывается в тексте:

И идут без имени святого
Все двенадцать — вдаль.
Ко всему готовы,
Ничего не жаль…

Без имени святого, отринув Бога, а значит, и прежнюю, христианскую мораль — и теперь им не жаль ничего ради сбережения завоеваний революции.

Камера автора-оператора фиксирует: идут 12, а в «очи» им «бьется красный флаг».

— Кто там машет красным флагом?
— Приглядись-ка, эка тьма!
— Кто там ходит беглым шагом,
Хоронясь за все дома? —

Так кричит-спрашивает революционный патруль у ночной улицы. Никто не отвечает, и тогда красногвардейцы начинают палить из винтовок в то непонятное, что виднеется впереди с красным флагом.

Поэт-символист наполняет эти детали: выстрелы, красный флаг, вьюгу — множеством значений, оставляет их открытыми для расшифровки. В этих последних главах поэмы он не дает нам отгадок, символ не может быть однозначным.

Трах-тах-тах! — И только эхо
Откликается в домах…
Только вьюга долгим смехом
Заливается в снегах…

Внезапно в последних строках ритм и образность поэмы резко меняются, возвращая нас к Блоку периода «Стихов о Прекрасной Даме», к возвышенному строю его поэзии, полной мистических колдовских прорицаний и пленительных сочетаний слов:

И за вьюгой невидим,
И от пули невредим,
Нежной поступью надвьюжной,
Снежной россыпью жемчужной,
В белом венчике из роз —
Впереди — Исус Христос.

Кадры черно-белого звукового кино обрываются — и распахивается окно в соловьиный сад Серебряного века, который навсегда сгинул в огне и метели революции.

Неоднозначный финал

Юрий Анненков. Иллюстрация к поэме Александра Блока «Двенадцать» (фрагмент). Издательство «Алконост», 1918. Изображение: rusneb.ruЮрий Анненков. Иллюстрация к поэме Александра Блока «Двенадцать» (фрагмент). Издательство «Алконост», 1918. Изображение: rusneb.ruЮрий Анненков. Иллюстрация к поэме Александра Блока «Двенадцать» (фрагмент). Издательство «Алконост», 1918. Изображение: rusneb.ru

Финал поэмы вызывает вопросы: Христос благословляет убийц и ведет за собой? Бежит от них? Появляется как оправдание жертв революции? Или это не Христос вовсе, а обман, наваждение, бес? Ведь мотив обмана и подмены святого злым и порочным проходит через всю лирику Блока: «…но страшно мне: изменишь облик Ты…»

По свидетельству Корнея Чуковского, Блок говорил Гумилеву о финале «Двенадцати»: «Я хотел бы, чтобы этот конец был иной. Когда я кончил, я сам удивился: почему Христос? Но чем больше я вглядывался, тем яснее я видел Христа. И я тогда же записал у себя: к сожалению, Христос».

Так в чем же упрекали Блока современники?

Многие воспринимали Христа с «кровавым флагом» впереди своих революционных апостолов как оправдание бессудных убийств, грабежей и насилия — расплаты за столетия рабства. Ведь недаром злоба восставшего народа названа в поэме «святой», то есть справедливой.

Поэт Максимилиан Волошин писал: «Сейчас ее (поэму. — Прим. авт.) использывают как произведение большевистское, с тем же успехом ее можно использовать как памфлет против большевиков, исказив и подчеркнув другие ее стороны. Но ее художественная ценность, к счастью, стоит по ту сторону временных колебаний политической биржи» (авторские орфография и пунктуация сохранены. — Прим. ред.).

Блок, окунувшись в «музыку революции», гениально изобразил, заснял, спел читателям то, что услышал на петроградских улицах зимой 1918 года.

Замечательно сказал об этом писатель и литературовед Сергей Федякин: «Трактовок январское произведение Блока породит неисчислимое множество, породит и желание еще раз вглядеться, вслушаться в этот рубеж: год 1917 — год 1918. Всякое прочтение поэмы — хоть немножко — имеет «право на существование». И каждое — не способно охватить всей ее образной многомерности. Поскольку «Двенадцать» можно осмыслять, но нельзя осмыслить. Можно только пережить».


Беседовала Екатерина Тарасова

«12» анализ поэмы Блока – проблематика, тема, проблемы, основная мысль произведения Двенадцать

4.4

Средняя оценка: 4.4

Всего получено оценок: 990.

Обновлено 10 Июля, 2021

4. 4

Средняя оценка: 4.4

Всего получено оценок: 990.

Обновлено 10 Июля, 2021

Поэма А. А. Блока «Двенадцать» посвящена теме революции. Сюжет описывает, как двенадцать красноармейцев патрулируют город, и из этих фрагментов складывается общая картина жизни после революции. Анализ поэмы «12» Блока позволяет найти истоки написания произведения, определить основную мысль поэмы, принадлежность к определённому литературному направлению, её жанровые и композиционные особенности.

Опыт работы учителем русского языка и литературы — 27 лет.

Краткий анализ

Перед прочтением данного анализа рекомендуем ознакомиться с самим произведением Двенадцать.

Год написания – январь 1918 года.

История создания – толчком к написанию поэмы послужили революционные события.

Тема – революция.

Композиция – зеркальная. Поэма делится на 12 глав, представляющие собой экспозицию, завязку, развитие действия, развязку и эпилог.

Жанр – поэма с элементами других жанров, указывающих на динамичность и стихийность событий.

Направление – символизм с реалистическими чертами.

История создания

А. А. Блок начал работу над поэмой «Двенадцать» в процессе революционных событий. Именно они стали поводом для написания произведения. А. А. Блок работал интенсивно: всего за несколько дней была написана целая поэма, а редактировалась она около одного месяца. 18 февраля 1918 года поэма «Двенадцать» была напечатана в газете «Знамя труда», а уже в мае была издана отдельной книгой.

Посмотрите, что еще у нас есть:

Тема

В поэме А. А. Блока «Двенадцать» отчётливо звучит тема революции. Все образы связаны с противопоставлением нового мира и мира старого, которому больше нет места на земле.

Композиция

Поэма «Двенадцать» содержит в себе 12 глав. Композиционно произведение имеет экспозицию, завязку, развитие действия, развязку и эпилог. С помощью экспозиции читатель помещается в атмосферу революционного времени. Во второй главе, являющейся завязкой, читатели знакомятся с основными героями поэмы, судьбы которых узнаются в следующих главах. Кульминацией является шестая глава, в которой происходит убийство Катьки.

Особенность композиции «Двенадцати» заключается в её зеркальности. Идёт перекличка по главам как сюжетно, так и образно.

Жанр

Сам А. А. Блок кратко определяет свое произведение как поэму. Однако в нём есть признаки и других жанров, что помогает раскрыть авторский замысел: подчеркивается стихийность событий, их хаотичность, противоречия революции. В поэме «Двенадцать» наблюдаются жанры романсов, песен, маршей, декламаций, частушек, лозунгов, молитв. Сочетание религиозных, народных и революционных жанров позволяет говорить о том, что жанровое своеобразие заключается в стилистическом приёме оксюморон.

Направление

Анализ поэмы «Двенадцать» невозможен без понимания такого литературного направления, как символизм. В произведении А. А. Блока ярко отразились основные черты данного направления: использование большого количества образов-символов, олицетворяющих как революцию в целом (метель, ветер, вьюга, ураган), так и новый мир (красноармейцы, плакаты) со старым миром (буржуи, «пес паршивый»). Прослеживаются в поэме и черты реалистического направления, так как автор изображает события исторического характера.

Тест по поэме

Доска почёта

Чтобы попасть сюда — пройдите тест.

  • Маша Буз

    10/10

  • Елена Зарезаева

    10/10

  • Наталья Кошевская

    10/10

  • Ирина Алексеева

    10/10

  • Регина Чистова

    7/10

  • Игорь Самойлов

    8/10

  • Amina Mastonova

    10/10

  • Милана Райкова

    7/10

  • Елена Евстигнеева

    10/10

  • Ангелина Бондаренко

    10/10

Рейтинг анализа

4. 4

Средняя оценка: 4.4

Всего получено оценок: 990.


А какую оценку поставите вы?

Поэма «Двенадцать» — жанр, сюжет, композиция, образы, символы

Художественный и концептуально-смысловой мир поэмы «Двенадцать», написанной А.Блоком в начале 1918 года, неизмеримо велик, что и позволило ряду исследователей творчества поэта воспринимать это произведение:

  • Итоговым для всего его литературного пути
  • Воплощением символистского миропонимания автора
  • Текстом с множественными контекстуальными отношениями

Меж тем, для анализа данной конкретной блоковской произведения в рамках привычного метода литературоведения для начала рассмотрим ее основные теоретические позиции по сюжету, теме, жанру, образам и символике.

История создания «Двенадцать» и мировосприятие поэта

Это художественное произведение писалось Блоком единовременно с известной статьей «Интеллигенция и Революция». Из-за этого иногда может возникать упрощение или даже иллюзия, что «Двенадцать» создавалась как поэтическая иллюстрация основных идей поэта, провозглашенных им в своей публицистике. Разумеется, существует некая  смысловая «перекличка» между этими двумя работами, но саму поэму нельзя трактовать лишь в таком «оформительском» плане. Напомним, что и публицистическое творчество поэта было особенным, Блок оперировал в нем словом не в его понятийном или терминологическом качестве, а как художественным сцеплением разных смыслов. Поэтому и в поэзии, и в публицистике для него характерно использование ассоциативного и метафорического принципа.

Общеизвестно, что поэт принял произошедшую в России революцию – и Февраль, и Октябрь 1917 года для Блока стали событиями как важными, так и желанными. Этому объяснение находится в его особом миропоэтическом и даже историософском концепте понимания истории,  в котором существенные позиции занимали две категории – стихия и музыка.

Понятия «стихии» и «музыки» у Блока

В понятие «стихии» поэт вкладывал целый комплекс категорий и состояний – природных и космогонических, социальных и психоэмоциональных, духовных и исторических. Сама эта категория появилась у него в лирике задолго до революционных событий. Уже в 1910 годах поэт пытается разделить и структурировать ее по принципам этики. Так у Блока возникает следующая важнейшая для его творчества категория – музыки. Это понятие у поэта также многозначно и объемно. Под ее целью Блок понимает организацию и гармонизация всей истории и мироздания. Разумеется, категория «музыки» вводилась поэтом не в ее искусствоведческом значении, а в смысле

«..мистической первоосновы» мира, «первостихии» всей истории (Ф.Степун).

Поэтому в миросозерцании поэта случившаяся в России революция была воспринята как зарождение «новой музыки», слушать которую Блок и призывал. То есть «музыка революции» в поэме «Двенадцать» — это не просто прямые звуки городского шума с выстрелами, криками, песнями, а почти мистическое звучание ветра («мирового циклона», ветра с «запахом апельсиновых рощ» и т.д.). А стихия революционных масс – это восстановление закона нравственности в обществе, поэтому она может быть оправдана (и оправдывается поэтом). Когда стихия революция «чревата» музыкой, то все разрушения являются творческим актом, который ведет к дальнейшему одухотворению жизни. Эти умозаключения из статьи Блока позволяют понять, как именно воспринимал поэт саму революцию – для него она была балансом этих двух категорий – музыки и стихии.

Анализ поэмы «Двенадцать» — тема, образы, жанр и символы

Образ времени-пространства

Город в поэме у Блока одновременно подается как весь «божий свет», то есть не имеет топографической конкретики. Его:

  • «Урбанистические признаки» — это здания (упоминание о них появляется в тексте лишь дважды)
  • Социальные признаки – это маркеры кабаков, погребов

В пространстве поэмы «господствует» и природная стихия – это сугробы, лед, ветер — задачей которой становится уничтожение контуров созданного человеком, т.е. города. Блок привносит в текст таким образом и космогоническое звучание, которое «дополняется» также и цветовой символикой. Черным и белым у поэта обозначены не конкретные объекты, а именно явления космологические:

  • Время – «черный вечер»
  • Осадки – «белый снег»
  • Мифообраз – «в белом венчике»

Функция светообразов здесь – обозначить свет и тень самого мироздания.

Для красного же света Блок оставляет «маркировку» энергии случившего взрыва.

Время в «Двенадцати» не имеет привычной линейности от прошлого к грядущему. Здесь они не отделяются друг от друга, а соединены в настоящем, которое пульсирует от их взаимодействия.

Время соединено в поэме также посредством красноармейцев.

Образы красноармейцев

По логике эти персонажи должны выражать собой грядущее, но у Блока они остаются «носителями старого мира»:

«В зубах — цигарка, примят картуз, / На спину б надо бубновый туз!»

В задачи персонажей входит «мировой пожар», уничтожение «незримого врага» и т.д. То есть они являются для Блока не  «новым человеком», а скорее – «ветхим».

В попутчиках у красноармейцев обнаруживается «паршивый пес», которого считают:

  • Образом «старого мира»
  • Образом теневой стороны всего мироздания (пес – как символ дьявола)

Жанр «Двенадцати»

Блок определяет жанр «Двенадцати» как поэму. Но произведение не выдержано в нем как лиро-эпический текст. Скорее, здесь очевидно соединение разножанровых фрагментов, переходы меж которыми также не обусловлены конкретными задачами эстетики. Основной характеристикой по жанровому решению можно назвать разноречие, посредством которого и организован весь строй поэмы:

  • Лирическое отступление – речевая характеристика лирического героя
  • Повествование – речь рассказчика
  • Диалог, частушка, романс, солдатская песнь – речь персонажей

Для автора важно передать, к тому же, и равнозначность этих различных жанров, в поэме нет какой бы то ни было очевидной их иерархичности.

Подытожим, такая жанровая разнородность требовалась Блоку для передачи того самого стихийного состояния, неупорядоченности мироздания и предчувствия его революционного обновления.

Композиция поэмы

Но творческие возможности стихии, ее потенциал «уравновеситься» музыкой Блок представляет в «Двенадцати» в их композиционном решении. Цельность поэме, такой разнородной по жанрам, придает ритм марша. Его преобладание над иными текстовыми интонациями ощущается как общая доминанта. Маршевая ритмика подается не отдельным субъектом, а всеми участниками произведения – от рассказчика и красноармейцев до лирического героя. Можно сказать, что так Блок «озвучил» саму стихию, показав ее потенциал самоорганизации в творческом акте.

Сюжет поэмы

Сюжетное построение в данном произведении очень простое, хотя его «очертания», по мысли М.Волошина, «несколько затуманены». Этот критик и современник Блока считал, что фабульная конструкция всей поэмы не является ее сущностью. Главным в ней он определял «волны ее лирических настроений», проходящих по душам 12-ти ее основных персонажей.

Меж тем, исследователи произведения определяют сюжет поэмы как историю героя Петрухи.

Поэт в нем реализует свое понимание сущности человека, который на своем пути:

  • пребывает в стадии стихийного (вначале он просто «ветхий человек»)
  • может откликнуться на вызов мира (духовный конфликт)
  • внять ритмической гармонии мироздания (преобразиться)

Эти стадии и проходит красноармеец, совершая обход ночного города.

  1. Петруха может ощущать этот мир лишь телесно. Его отношение к Катьке неодухотворено ничем. Его восприятие мира эгоцентрично. Получив обиду, он озадачен местью. Это действия «ветхого человека»
  2. Свершается преступление, убита женщина, к которой Петруха испытывал чувства. Обидчик же жив. Разрушительный порыв становится преступлением против самого героя, т.е. саморазрушением
  3. Раскаянием, пришедшим вслед убийству, Петруха «перерождается» — этот процесс у Блока подан как однозначно созидающий. Более того, поэт даже выделяет этого персонажа из общей группы красноармейцев – Петруха «сбился» с ритма, потерял «лицо» как убийца, а затем, вняв общей «музыкальности», становится частью общего «мы».
  4. Злоба уходит со словами прощения-«молитвы»: «упокой…»

Образ Христа в поэме «Двенадцать»

По словам М.Волошина, по отношению именно к этому образу раскрывается основная тема-мысль поэта. Красноармейцы идут вдаль (революционное преображение) без святого имени. Они сразу готовы на все, им изначально никого не жаль. Но космогонические силы ночи и ветра заметают их сознание. Они ищут того самого незримого врага, который словно скрывается от них за домами, треплет красный флаг, мечется по сугробам…

На него направлены их винтовки, от него исходит их беспокойство, ему и грозит патруль из 12-ти красноармейцев:

«Эй, товарищ будет худо, берегись-
Стрелять начнем!»

Выстрелы следуют…
И упоминается имя Христа. Максимилиан Волошин считал, что Христос не возглавляет шествие этих 12-ти, напротив, они будто преследуют его и даже стреляют. Но – «он от пули невредим».

Меж тем, появление этого образа в поэме принято понимать именно как ведущего этих персонажей, число которых соотносится с числом Христовых апостолов, к будущему. Таким «кощунственным» использованием образа Творца Блоком были возмущены многие его современники, которые предполагали за этим действием поэта последствия его горячего увлечения идеями революции.  По их представлениям,  Христос здесь будто бы инороден.

Но Волошин в работе «Поэзия и революция» утверждал, что Иисус в «Двенадцати» присутствует уже со слов

«Эх, эх, без креста»,

поэтому его выведение в финале не может быть неожиданным. Бог здесь всегда, он с человеком во всех наваждениях этого мира так же, как:

«Прекрасная Дама сквозит в чертах блудниц и незнакомок»…

Однако этот образ не удовлетворял и самого поэта, что обнаруживается в его дневниках. Блок рассуждает там, что главное здесь – это, что Он опять с ними, а не в том, достойны ли красноармейцы Его. Поэт чувствовал, что на месте Христа в поэме должен был быть Другой, но этого Другого Блок не нашел в литературе…

Но, возможно, он столкнулся с Ним в дальнейшем…

Наша презентация темы