Монистический подход это: МОНИСТИЧЕСКИЙ — это… Что такое МОНИСТИЧЕСКИЙ?

Содержание

Становление сознания - монистический подход – тема научной статьи по философии, этике, религиоведению читайте бесплатно текст научно-исследовательской работы в электронной библиотеке КиберЛенинка

РАЗДЕЛ II

КОНЦЕПТУАЛЬНЫЕ ОСНОВАНИЯ ФИЛОСОФИИ

ОБРАЗОВАНИЯ

УДК 378.084+01

Ф. Ш. Терегулов

СТАНОВЛЕНИЕ СОЗНАНИЯ - МОНИСТИЧЕСКИЙ ПОДХОД

Раскрытие феномена сознания человека возможно только через интеграцию достижений сопредельных наук о человеке. Морфофункциональную организацию тела человека изучают, как известно, анатомия, физиология, нейрофизиология. Духовным миром занимаются философия, логика, психология, лингвистика.

Но каждая из названных наук исследует какой-то один аспект материального или духовного мира человека, и разнесенность по сути дела одного и того же, но достаточно сложного объекта познания по разным «епархиям» стала ныне препятствием на пути изучения сложных феноменов, каким являются сознание, личность, образование.

Не случайно многие заметили, что открытия теперь происходят на стыках наук. И, видимо, ученым-педагогам для решения своих образовательных проблем придется вплотную знакомиться с достижениями психологии, нейрофизиологии, анатомии и разрабатывать «стыковые» вопросы, следствия, ибо трудно и неправомерно ожидать, например, от нейрофизиологов, чтобы они дополнительно и попутно раскрыли также суть образовательных процессов, его этапы, механизмы, принципы и средства функционирования и пр. Традиционная педагогика считала, что достижения других наук непосредственно не касаются решения основных педагогических проблем. Образование как бы является некоторым специфическим, обособленным разделом научной мысли. В итоге мужественно выглядят следующие признания о нашем незнании и соответствующая постановка задач дальнейших исследований.

Так, академик Н. П. Дубинин пишет: «Мы не знаем, каким образом осуществлялось становление сознания в ходе эволюции предков человека, но можем точно утверждать, что его не было у первых предков, оно в полной мере свойственно только людям вида Homo sapiens.

To же следует сказать относительно каждого новорожденного. Обладая генетически детерминированными свойствами человеческого мозга, новорожденный не имеет сознания и в дальнейшем, в ходе развития его биологических особенностей, не может его приобрести, если не включается в процесс социального общения» [7].

Фактически Н. П. Дубинин констатирует недостаточность односторонних подходов к проблемам сознания и его происхождения, а прижизненное его

формирование ему представляется как некое онтогенетическое приращение во врожденной морфологии мозга собственно механизмами высшей нервной деятельности.

Природа сознания, интеллекта человека, механизмов ВНД остаются до сего дня таинственными.

Изначально узкая постановка вопроса о появлении сознания лишь как некоторого приращения, довеска к морфологии мозга задала узкую методологическую ориентацию. Однако история научного познания учит нас тому, что если та или иная проблема поставлена неверно и неоправданно узко, то выход из тупика состоит в новой ее постановке, существенном изменении исходных посылок. Труды предыдущих исследователей, конечно, не были напрасными и бесплодными, однако последующие нестыковки их результатов и неудачные попытки составления из них целостной картины лишь свидетельствуют о необходимости выдвижения новой интерпретации известных фактов и приведения их в систему на иной основе, на иной руководящей идее. В качестве таковой выдвигается идея не «приращения» и не обогащения исходного морфологического органа - мозга человека - некоторыми функциональными отправлениями, а кардинально другая - идея превращения мозга (по крайней мере его молодого отдела) из некоего первичного биологического материального субстрата в прижизненно формируемый орган интеллекта. Такой подход существенно меняет интерпретацию множества обособленных феноменов работы мозга, таких как восприятие, память кратковременная и долговременная, внимание, воображение, мышление и др.

Так, придавая памяти функции не только фиксации, хранения информации, но еще и переработки, и перекодирования, и презентации, и трансляции последней, мы тем самым неправомерно расширяем содержание и базу данного феномена, начинаем рассматривать и интерпретировать под видом данной функции (или ее многофункциональности) процессы, ей не принадлежащие, а являющиеся производными другого, более крупного новообразования (органа), каким представляется интеллект. Тем самым последний лишается собственной базы и начинает представляться как некий искусственный конгломерат из обособленных функций и систем восприятия, памяти, мышления, воображения и т. п. В итоге картина образования, сознания, личности человека приобретает причудливые очертания и рассыпается вдребезги при первых же серьезных аналитических процедурах. Естественно, ничего путного не получается и на стороне памяти.

Отличие нашего подхода к сознанию в том, что если раньше оно непосредственно идентифицировалось с образом мира, с мыслями, переживаниями и т. п. процессами, то сознание мы увязываем прежде всего с полигоном, с экспериментальной площадкой, средствами которых осуществляется адекватное отражение окружающего нас мира и где вырабатываются программы взаимодействия с этим миром, конечно же, с формированием и задействованием соответствующих механизмов.

Сознание - это самостоятельная арена со всеми службами, где разыгрываются грандиозные и сиюминутные сцены, выходя при необходимости за пределы внутреннего плана во внешний план и расширяясь до вселенского масштаба, выстраивая во внешнем плане такие же механизмы обработки, фиксации, кодирования, но из внешних материалов. Неумение понять сознание и мысли как сложные внутренние процессы, происходящие в мозгу, привело многих ученых в плен внешней аналогии.

В нашей философской и психологической литературе существует спорная концепция «двухаспектного подхода» к решению общей проблемы взаимоотношения материи и сознания. Суть ее сводится к тому, что «сознание идеально, будучи взято в гносеологическом плане рассмотрения, но оно материально в онтологическом плане» [4].

Если сознание по отношению к мозгу материально, тогда оно - вид материи, «тончайший» или нет, но вид. А как быть при этом с положением о первичности материального мозга и вторичности сознания? Ведь если сознание вторично, то по старой логике вещей оно не есть вид материи. Вот и встретились с вульгарным материализмом как препятствием продвижения к истине.

Как сознание может рождаться в голове личности? По мнению многих философов и психологов, пытаться объяснить сознание из анатомо-физио-логических свойств тела мозга - нелепая затея. С другой стороны, сознание ребенка рождается задолго до включения его в общественное производство. Рождается оно из материального субстрата в теле человеческого мозга и ни в каких других формах материи ни рождаться, ни существовать не может.

Философы рассматривают в основном отношение сознания к бытию, отношение же сознания к мозгу - это якобы не философская, а психофизиологическая проблема, и решать ее должны физиологи и психологи. Однако современная физиология не может решить этот вопрос без изменения принципов объяснения. Философы полагаются на физиологов, физиологи - на психологов. А проблема-то оказалась чисто образовательной, педагогической.

Объяснение отношения сознания к мозгу предполагает показ его зависимости от работы материальных структур мозга. Исходным пунктом объяснения является сама постановка вопроса о первичности материи и вторич-ности сознания. Общественного - да. Вторичность же индивидуального сознания означает лишь производность его от способности материальных структур нашего мозга прижизненно сформировать орган интеллекта, Вто-ричность, видимо, надо понимать как отсроченность, как прижизненное появление в материальном теле мозга собственно сознания как аспекта функционирования материального органа вследствие формирования и определенной перегруппировки нейронных ансамблей, позволяющих теперь воспроизвести связи и отношения объективной действительности и осуществлять всевозможные операции с ними.

Мозг - материальное тело. Человек рождается с врожденной морфологией мозга. С какой бы стороны мы ни посмотрели на него, все в нем обладает свойствами материальности, кроме сознания. Это видно по тому, что ни структура мозга, ни процессы его возбуждения и торможения человеком не осознаются. Не осознаются - значит в сферу сознания не входят, постольку поскольку являются органом, а не объектом познания. Сознание не отражается сознанием, т. е. не саморефлексируется. Дело по отражению сознания сознанием серьезно осложняется, во-первых, непривычной постановкой задачи, во-вторых, самим устройством органа отражения, задействованием в нем огромного количества обособленных и весьма автономных клеток-нейронов. Количество клеток в мозгу не уступает числу звезд Млечного Пути. Сложность, уровневость, избыточность (кажущаяся и в какой-то мере действительная) и в то же время согласованность и стройность работы мозга просто поражают. Но более всего нас должно было беспокоить отсутствие верной руководящей идеи, способной вывести на истинное понимание этого органа в судьбе человека. Человечества и Вселенной.

«Каждая нервная клетка, - пишет Н. П. Дубинин, - через делящиеся концевые ветвления своего аксона связана по меньшей мере с пятью тысячами других нейронов. Это создает сложнейшие ансамбли взаимодействия миллиардов клеток...» [3]. Многомиллиардная сеть нейронов и столь же огромная сеть проводниковых нитей между нейронами образуют приобретенную морфологию человеческого интеллекта.

Мозг человека делится на две области - нижнюю и верхнюю. Нижняя, генетически первичная (древняя), представляет собой область мозга первой сигнальной системы. Она служит в качестве нервного механизма индивидуального приспособления человека и животного к условиям окружающей среды. Нейроны этой области мозга отражают единичные предметы и явления окружающей среды в форме единичных чувственных образов ощущений, восприятий и дают ответную реакцию через двигательные органы в форме поведения. Это процесс саморегуляции. А над нею возвышается область мозга второй сигнальной системы, представляющая собой надстройку над механизмом первой сигнальной системы, она названа «зонами речи», а также верхние поля слуховых и зрительных участков, воспринимающих устную и письменную речь других людей.

Ученые, экспериментально исследовавшие «зоны речи», не учли одного: эти зоны не могут функционировать без участия первой сигнальной системы как своей генетической предпосылки. По данным нейрофизиологии, филогенетически молодая кора новорожденного ребенка равна 42% мозга взрослого, и ее морфофункциональное созревание заканчивается примерно к 13 годам [6].

В нашей науке, исходя из факта происхождения человека от животных предков, предпринимались огромные усилия объяснить причины происхождения высших форм отражения действительности - сознания. Задача зак-

лючалась в том, чтобы научно доказать, почему, как и в чем состоит скачок от способностей животных предков человека к специфически человеческим способностям.

Вопрос о филогенетическом начале сознания мог решаться только в контексте общей проблемы происхождения человека. Возникновение сознания связано как с внешними причинами, соединяющими предчеловеческое с человеческим, так и с внутренними изменениями в морфологии, прежде всего в морфологии мозга. Нашими философами и психологами происхождение сознания обосновывалось в основном внешними причинами: переходом предков человека из стадного состояния в человеческое общество, появлением труда и началом изготовления орудий, что, по их мнению, неминуемо сопровождается появлением сознания, то есть сознательной человеческой деятельности. При таком подходе происхождение сознания больше постулировалось, чем доказывалось.

В общем, выявив правильно внешнее звено, ученые приостановились перед выяснением внутренних изменений: появление собственно сознания (в чем оно состоит, в чем выражается), которое кардинальным образом демонстрирует и манифестирует скачок.

Одни пытались решить данные вопросы в контексте культурно-историческом, в плане орудийной деятельности и ее перехода извне-вовнутрь, другие - в контексте общей проблемы языка как средства мышления и общения. В конечном счете все сводилось к утверждениям, что на стороне человека наблюдается созревание, появление дополнительных функциональных способностей, некой прибавки: к первосигнальной системе второсигнальной, к наглядно-моторному мышлению абстрактно-логического, к инстинктивному поведению целенаправленной деятельности.

Такой подход привел к иллюзорной гипотезе, согласно которой развитие и обучение (образование) - два процесса, с одной стороны, автономные, с другой - непонятным образом взаимосвязанные. Эта гипотеза и ее практика отодвинули на второй план решение вопроса о сознании как способе функционирования специфического органа интеллекта, прижизненно формируемого у каждого вновь родившегося представителя рода человеческого: стихийно - в результате самой жизнедеятельности, целенаправленно и качественно - в результате образования человека.

Не располагая теорией, объясняющей сознание как действительное функционирование материального новообразования в молодой части коры головного мозга в виде нескольких взаимосвязанных уровней (планов) циркуляции, обработки, кодирования, закрепления, фиксации и передачи информации, истинно человеческого органа интеллекта, в котором становится возможным отражение объективной действительности во всей полноте сущностных проявлений, в том числе отражение себя и себе подобных, а также выработка сколь угодно сложной программы взаимодействия с данным миром, включая также проектирование и конструирование самого себя,

своего сознания, ученые не могли знать, что же следует изучать, отслеживать в динамике, формировать в образовательном процессе, не могли объяснить, как филогенез человека продолжается индивидуальным онтогенезом его мозга.

Неизученность происхождения сознания как содержательного онтогенеза мозга, как отсроченной закладки в молодой части коры органа интеллекта и становящегося из поколения в поколение образа мира в нем, приобретающей (вследствие возникающей дифференциации полушарий) многоуровневое строение со способностью к многократной рефлексии (межполушарно-го обмена) по нескольким наборам признаков, составляет серьезный пробел в системе обоснований образования человека, собственно образовательного процесса. Не вскрыв данное мозговое новообразование, его материальное воплощение, не представляется возможным адекватно объяснить многие процессы сознания, такие как память (кратковременная и долговременная), воображение, мышление, деятельность, процессы интериоризации и экстериоризации, общение, не говоря уже об истинном наполнении многих педагогических положений: цели, содержания, методов, принципов, форм образования.

Весь период становления сознания как функционального наполнения органа по адекватному отражению окружающей среды и выработке оптимальной стратегии поведения человека в ней - это история развития образования и образованности человека. Какие бы изменения ни происходили в образовательном процессе, они касались именно этих двух способностей: как можно более углубленного познания объективной действительности (в том числе и себя) и оптимизации взаимодействия человека с этим миром, преобразовывая окружающую среду и себя (или/или, и то и другое) на основе предыдущих познаний.

Лишь познавая последовательное становление многоярусного органа отражения, его исторического наполнения, а также совокупностей признаков и принципов кодирования, мы приобретаем методологический ключ к тайнам сознания и его функционирования. Основная тайна раскрывается в процессе становления доминантных-субдоминантных отношений между первоначально идентичными полями в обоих полушариях одной и той же модальности вследствие начала орудийной деятельности и преимущественного использования в ней той или иной руки. Исходная асимметрия, вызываемая манипулятивной деятельностью, распространяется и на органы рецепции и кору головного мозга. Обмен данными обработки информации между полями не дает ничего более первоначального, благодаря перекрестному делению и зеркальному отражению неминуемо образуется новая пограничная зона, и становящаяся асимметрия между ними приводит к их сопоставлению, к выявлению разницы, последующей ее обработке (согласованию) и кодированию на фоне данных предыдущих этапов восприятия и обработки информации. В итоге появляется преимущественное направление в движении и соответствующей последовательности обработки, ко -

дирования и передачи информации, что ведет к углублению познания объективной действительности, вскрытию ее существенных связей и отношений.

Еще одна тайна - процессы интериоризации-экстериоризации, в результате которых данные такой пограничной перекрестной и диадической обработки сенсорных ощущений могут быть вынесены во внешний план, ассимилироваться другими особями (а также вновь собой) и последующими поколениями, быть подвергнутыми проверке на истину и новому обобщению и т. д. В последнем случае количество социальных пограничных зон увеличивается, множится асимметрия и растет кратность, фронтальность, плотность, поточность, непрерывность перекрестных обменов информацией.

Только прижизненным возникновением такой материальной конструкции многослойных полей (нейронных ансамблей), позволяющей сигналам из органов рецепции (внешней и внутренней), а также из банка данных, накопленных предыдущим филогенезом и онтогенезом, вступать во взаимодействие, можно объяснить, как информация проходит от уровня к уровню ряд специфических процедур обработки, кодирования и передачи.

Задачей образования является формирование полей сознания, пограничной экспериментальной площадки и функционирование ее в едином комплексе, что означает в первую очередь формирование механизмов обработки информации по определенным признакам, кодирования и трансляции ее, что в совокупности можно назвать органом интеллекта и выработки сознания.

Представленное нами объяснение происхождения и функционирования сознания как эволюционного наполнения органа отражения объективной действительности и выработки программ взаимодействия субъекта с ней вносит ясность в общую теорию образования, в понимание предмета педагогической науки.

Сознание как процесс и результат функционирования органа интеллекта становится также предметом социального наследования и часто затмевает необходимость формирования последнего. А без формирования органа интеллекта невозможно развитие сознания. В истории человечества развитие интеллекта шло по пути надстраивания молодых зон над старыми и древними и прижизненного формирования в них развитых механизмов обработки и кодирования информации.

В качестве методологической основы развития сознания нами принят так называемый монистический подход.

Монистический подход позволяет рассматривать сознание и мозг как одно и то же. Проблема только в уровне организации сознания, вернее, меры (и объема) соответствия того внутреннего тела, в частности, мозга, структурно-функциональному строю Вселенной, и соответственно меры его способностей (при наличии степеней свободы) представить, смоделировать, сконструировать любые фрагменты, отношения и связи, существующие (или возможные в принципе) во Вселенной, в объективной действительности.

При акценте именно на меру и глубину соответствия свойств мозга свойствам Вселенной (объективной действительности) в исходном пределе не должно вызывать отвращения следующее утверждение: свойство сознания имманентно присуще материи. Просто под сознанием, психизмом надо понимать вполне определенные характеристики материи: структурность, упорядоченность, воспроизводимость и т. п. свойства связей и отношений, ко -торыми обладают так или иначе любой предмет, процесс объективной действительности. При этом любой предмет, начиная с атома, молекул, тканей и т. п., своей структурой отражает (соответствует) некоторый фрагмент, этап развития (связей и отношений) Вселенной. Да иначе и быть не может. Вселенная не есть механический набор и мирное сосуществование объектов из различных источников. Она одна, едина, имеет один механизм порождения и развития, последующего прогрессирующего усложнения.

Исторически подобные представления, получившие название панпсихизма, восходят к работам голландского философа Б. Спинозы, которому принадлежит высказывание: Omnia guamvis diversis gradibus, animata sunt (Все сущее в той или иной мере наделено сознанием). По его представлениям, даже атом наделен зачаточным сознанием и по мере возникновения более сложных форм материи появляются соответственно более сложные формы сознания. Действительно, атом приобретает устойчивость только тогда, когда количество протонов в ядре равно числу электронов на его оболочке, между которыми располагается новая пограничная зона. Более того, благодаря заложенным ранее пограничным зонам внутри и между нуклонами во внутреннем теле атома происходят такие обменные так называемые внутриядерные процессы, в результате которых протон превращается в нейтрон, а находящийся по другую сторону нейтрон - в протон и т. д., тем самым воспроизводя циклические процессы на оболочке и в окрестностях атома.

Панпсихизм, понимаемый с нашим дополнением о структурированности и мере соответствия (и, таким образом, о мере отражения и воспроизводимости), правомерно постулирует существование зачатков сознания даже у слабоорганизованной материи и является одним из серьезных эволюционных объяснений сознания у высокоорганизованных существ.

Скачок в сознании произошел в результате появления специализированных средств (органов чувств) по выявлению свойств объективной действительности, а также специального центра по обработке последних, то есть конкретно приведения мозга (его коры, чувствительного элемента), благодаря имеющимся степеням свободы, в соответствие со свойствами Вселенной. В результате этого человек несет в своем мозгу целый мир, всю Вселенную. Видимо, данный объективный факт может подтвердить модель физика Дж. Уилера, в соответствии с которой Вселенная постоянно расщепляется на бесконечное количество копий. Каждая параллельная Вселенная имеет своих наблюдателей, которые видят данный конкретный набор квантовых альтернатив, и все эти Вселенные реальны.

Первый проиллюстрированный нами случай, связанный со структурным соответствием атома остальным атомам Вселенной, можно назвать общим, или базовым, компонентом сознания, присущим всем вышележащим уровням организации материи. Последующие уровни сознания устанавливаются после того, как эти атомы и молекулы становятся частью высокоорганизованной материи, и соответствующие свойства отражения в ней могут быть проявлены лишь по мере накопления потенциала. Но, приписывая каждому атому, каждой молекуле и другим более сложным и составным конструкциям свое глубоко индивидуальное, дискретное, частное сознание, ученые попадают в тупик. Как же происходит суммация отдельных атомарных сознаний? Какой механизм объединяет их сознания? Почему, например, атом углерода, находящийся в составе человеческого мозга, должен ощущать себя иначе, чем тот же углеродный атом, находящийся в составе куска дерева?

По поводу данного противоречия нобелевский лауреат нейробиолог Дж. Эклс писал; «До сих пор никому не удалось разработать нейрофизиологическую теорию, которая объясняла бы, каким образом огромное количество процессов, происходящих в мозгу, объединяется и воспринимается как единое сознание. Отдельные мозговые процессы, в сущности, представляют собой индивидуальные акты взаимодействия бесчисленных нейронов, замкнутых в сложные цепи, и потому сохраняют свою обособленность» [1].

Дж. Эклс и философ К. Поппер в своей книге «Индивидуальность и мозг» сформулировали новую версию теории взаимодействия сознания и мозга. С одной стороны, «ощущаемое единство сознания не является следствием нейрофизиологического синтеза, скорее таким образом проявляются постулированные нами интегрирующие свойства самосознающего ума» [1]. С другой стороны, сознание каким-то образом возникает из материи, а затем с ней взаимодействует. Но как это происходит, каков механизм возникновения и функционирования сознания в мозгу человека, Поппер и Эклс не дают ответа. Сам Поппер признает: «Стоя на эволюционных позициях, я считаю ум порождением мозга... Но я хочу подчеркнуть, что это утверждение практически ничего не объясняет. Сказать это - значит в лучшем случае поставить знак вопроса в определенном месте книги человеческой эволюции» [1].

По нашей версии, выход из создавшейся ситуации на самом деле состоял в эволюционной выработке в каждом живом существе вначале специализированных клеток, затем органов по восприятию отдельных свойств объективной действительности с параллельным возникновением соответствующих клеток (органов) реагирования организма на воспринятые свойства. Первоначальная увязка стимулов среды (Б) и реакций организма (Я) была непосредственной и жесткой. Далее с возрастанием разнообразия и ко -личества Б-Я, возникла необходимость их отдельной централизованной регистрации, накопления и хранения. В сложноорганизованных существах появляются специальные хранилища Б-Я, из которых при необходимости,

при восприятии некоторого Б происходит актуализация соответствующей пары Б-Я и реализация организмом исторически выработанной Я.

Само строительство хранилища Б-Я потребовало создания нового биологического материала, совмещающего свойства приема Б, его обработки и выдачи Я. Так появились специализированные нервные клетки - нейроны, составляющие львиную долю мозга.

Последующее усложнение взаимодействия существ с объективной действительностью шло по пути наращения объемов и мощности хранилища Б-Я. Надо полагать, что объем хранилищ Б-Я через некоторый определенный исторический период времени достигает предела, и дальнейшее его наращение становится малоэффективным. Существенно усложняется поиск и выработка адекватного Б-Я.

В хранилище параллельно с накоплением Б-Я проводится некоторая их обработка, что потребовало создания рядом с хранилищем некоторой площадки для съема, актуализации информации, систематизации, классификации и обобщения ее. Данные Б-Я, первоначально зафиксированные в хранилище и предварительно обработанные в прилегающей к нему площадке, представляли собой лишь отдельные, более-менее крупные и оформленные фрагменты объективной действительности и не могли служить достаточно адекватными средствами (полными ориентирами) взаимодействия индивида с окружающей средой.

Из-за того, что эволюционно выработанное хранилище Б-Я (старые и древние отделы мозга) невозможно перестроить под современные потребности, человеческой ветви жизни не оставалось другого выхода, как существенно расширить вышеупомянутую площадку и выстроить в ней орган интеллекта. Другими словами, стала актуальной задача превращения той исходной маленькой площадки в обширную, мощную экспериментальную площадку. И тут эволюция поступила как всегда мудро. Она позаботилась лишь об обеспечении вновь прижизненно выстраиваемого органа уникальным строительным материалом - огромным (с некоторым, может быть, избытком) количеством нервных клеток (порядка 100 млрд.), придав каждой возможности и свободу устанавливать связи и отношения с 5 тысячами других клеток, а устанавливаемым связям (синапсам) между клетками сообщила свойства подвижности, безынерционности. Тем самым эволюция заложила в данный чувствительный сгусток материи самые сущностные основы строения и строительства (развития) Вселенной для превращения его в «портативную» и действующую модель Вселенной.

Дальнейшие интенции эволюции человеческой ветви жизни носят уже оттенки не только мудрости, но и хитрости, и даже коварства. Обеспечив нас исходным строительным материалом, эволюция снимает с себя ответственность за конечные результаты. Другими словами, само строительство уникального органа - экспериментальной площадки (стенда) с действующей моделью Вселенной в мозгу, в молодой коре больших полушарий -

поручается каждому индивиду персонально и осуществляется последними с тем или иным успехом в самой жизнедеятельности и в специализированном образовательном процессе.

«Хитрость и коварство» эволюции заключается в том, что вновь образуемый орган оказался глубоко запрятанным под черепную коробку, а его формирование с эмбриогенеза - сдвинутым на онтогенез. Далее все это дело негласно передано индивиду, который и не подозревает о таком важном ему поручении и, естественно, не ведает о собственной миссии в содержательном плане. А чтобы люди и ученые педагоги не догадывались об истинной сути поручения, пребывали и далее в неведении, эволюция данное новообразование закамуфлировала стихийным процессом, который так или иначе осуществляется в самой жизнедеятельности. В итоге такое важное поручение жизни, развитие человечества, дальнейшее движение Вселенной пущено на самотек.

Как видно из представленной картины развития сознания, дальнейшие успехи, судьба человечества целиком зависят от верного осознания данного феномена и строго научной организации образовательных работ.

Надо сказать, что предчувствие предлагаемой нами точки зрения на образование постепенно созревает у многих крупнейших ученых. Так, например, психолог и физиолог, руководитель Комитета по награждению Нобелевской премией Э. Де Боно в книге «Латеральное мышление» [2] очень близко подошел к пониманию сознания именно как экспериментальной площадки. Согласно Де Боно, «сознание - это система, создающая модели», «эффективность нашего мыслительного аппарата при односторонних контактах с окружающей средой обусловлена именно способностью создавать модели, хранить их и распознавать... Система, умеющая создавать собственные модели и распознавать их, способна эффективно взаимодействовать с окружающей средой» [2].

К понятию сознания как экспериментальной площадки приближают следующие признания автора: «Наш мыслительный аппарат приобретает способность осуществлять и другие операции: выбор, отбраковку, комбинирование, разделение. Такие возможности превращают его в очень мощное вычислительное устройство».

«Под моделью (схемой, стереотипом) подразумевается определенное расположение информации на регистрирующей поверхности, которую представляет собой наш мыслительный аппарат... Латеральное мышление направлено на изменение существующих моделей» [2].

В дальнейших рассуждениях Де Боно можно уловить интенцию и вкладываемый смысл в латеральное мышление как интуитивное желание сформировать внутренний план и проявить активность; организовать в нем действия с образами окружающей среды. Однако серьезной технологической проработки данной процедуры нет. Предлагаются «периодические переоценки данных», «поиск альтернатив», увеличение числа подходов и решений проблем.

Как он сам признает, «это напоминает метод проб и ошибок: даже если попытка поначалу кажется неоправданной, но в результате приносит успех, ее нужно считать выигранной» [2].

Целая глава книги посвящена поиску альтернатив. Де Боно отмечает: «Смысл такого поиска в самом поиске, а не в том, чтобы обнаружить какой-то оптимальный вариант, пусть даже он и будет найден в ходе выполнения этого задания. Не останавливаясь на достигнутом, мы продолжаем изыскивать альтернативные пути решения нашей задачи. При этом мы приучаемся смотреть на ситуацию шире; начинаем понимать, что альтернативные способы подхода всегда существуют - нужно лишь хорошенько поискать их; приобретаем навыки в перегруппировке привычных моделей» [2].

В качестве операций поиска альтернатив предлагаются анализ, синтез и фиксация: «Когда какой-то элемент получен дроблением на части целостной ситуации или объединением других элементов, неплохо его «зафиксировать», присвоив ему имя» [2]. «Польза от имени прежде всего в том, что благодаря ему мы можем создавать новые элементы» [2].

Исходный поиск ради поиска может напомнить отдаленно теорию оптимизации учебно-воспитательного процесса Ю. К. Бабанского, согласно ко -торой, если даже имеется некоторое готовое, вполне приемлемое решение педагогических проблем, непременно надо поискать еще несколько дополнительных, иных решений данной задачи. Далее следовало ломать голову, который же вариант решения учебно-воспитательной задачи выбрать, для чего вводились «самодельные», поверхностные критерии оптимизации, лишь бы удовлетворить свободу и право выбора учителями альтернатив.

И только пристальный взгляд на рекомендации Де Боно может выявить страстное желание его сформировать фактически внутренний план, экспериментальную площадку, создать образно-смысловое пространство, в ко -торых можно модельно отразить любой аспект действительности, манипулировать, конструировать, экспериментировать со связями и отношениями объективной действительности, созидать, творить новое. Однако, надо отметить, что предлагаемые интуиция, творческие способности и чувство юмора, при высокой оценке их наличия у автора, не самые сильные средства достижения вышеозначенной цели.

Развитие материи происходит в направлении усложнения структурного строения вещества, в направлении надстраивания над первичными структурами вторичных и более высоких уровней, вовлечения исходных структур в более сложные и объединенные структурные образования. Понять развитие материи вне предлагаемого нами учения о встроенных телах не представляется возможным.

Эволюция материи не нашла ничего лучшего и оптимального, как из структуры неорганической создать органическую, дополнив твердую кристаллическую структуру жидкими кристаллами с механизмом воспроизведения структуры типа ДНК и т. п. С появлением последней свер-

тывание и развертывание, конструирование органических соединений было поставлено на конвейер, и тем самым циркуляция энергии приобрела новый уровень и устойчивый характер.

Следующий качественный скачок был совершен с опорой на тот же принцип структурирования и циркуляции энергии, когда активность начала инициироваться изнутри структурного образования. Отмеченное эволюционное нововведение является объективным следствием двух взаимосвязанных процессов: дальнейшего обособления структурных образований некоторой сложности от основной массы материи, вследствие чего в первых происхо -дит актуализация естественной недостаточности (неполноты) структурной стройности, присущей всей системе, отсюда инициация процессов, направленных на восполнение выявленного дефицита, приводящее в конечном счете к воссоединению с последней на ином, более высоком уровне. Так появилась подвижность структур и возросла возможность составлять сколь угодно длинные и сложные структуры, возникла Жизнь.

Одну из наиболее интересных теорий эволюции человека предложил Тейяр де Шарден, своеобразно развивший учение Вернадского о ноосфере.

В. И. Вернадский, читавший в начале 1920-х гг. лекции в Сорбонне, высказал там идеи о перестройке биосферы в интересах свободно-мыслящего человечества как единого целого. Движение биосферы направлено в сторону качественно нового состояния человечества. Французский палеонтолог и теолог П. Тейяр де Шарден предложил для обозначения этого состояния термин «ноосфера». Но Тейяр де Шарден пошел дальше Вернадского. Он предположил, что геологическое эволюционное изменение биосферы не замыкается лишь на изменении лика планеты, материальных условий существования людей. Для него важнее было понять направление эволюции самого человека. Направление это, по Тейяру де Шардену, - «мегасинтез», возрастание сознания, слияние отдельных личностей в единодушном созидании Духа Земли (коллективного разума, ноосферы).

«В настоящее время, - пишет Тейяр де Шарден в «Феномене человека», - вся совокупность мыслящих сил и единиц вовлечена во всеобщее объединение посредством совместных действий внешней и внутренней сто -рон Земли, все части человечества проникают друг в друга и сплачиваются в наших глазах в единый блок вопреки тенденции этих частей к разъединению и соразмерно ей; все это совершенно естественно, если уметь видеть в этом высшую точку организации космического процесса, неизменно со времени тех далеких эпох, когда наша планета была молодой.

Сначала углеродистые молекулы с их тысячами симметрично группированных атомов. Затем клетка, где в минимальном объеме тысячи молекул образуют как бы систему винтиков. Затем многоклеточные, где клетка - всего лишь бесконечно малый элемент.

Еще дальше многоклеточные, как бы соединяясь островками, делают многообразные попытки вступить в симбиоз и подняться к более высокому биологическому состоянию.

Теперь уже мыслящий покров, как зародыш планетарных размеров, на всем своем протяжении развертывает и перекрещивает свои волокна не для того, чтобы их смешать и нейтрализовать, а чтобы их усилить в живом единстве одной ткани.

Положительно, я не вижу другого цельного и, стало быть, научного способа сгруппировать и истолковать эту огромную массу фактов, как представить ее в виде гигантской психобиологической операции - своего рода мегасинтеза, «суперкомбинации», которой ныне индивидуально и коллективно подчинены все мыслящие элементы Земли» [5].

Надо полагать, что Тейяр де Шарден правильно определил вектор эволюции человека, вскрыл движущую силу этой эволюции, центральный феномен человека. Как палеонтолог Тейяр де Шарден, пристально всматриваясь вглубь тысячелетий и изучая слой за слоем культурные пласты Земли, искал ответ на вопрос: «Что же случилось между последними слоями плиоцена, где еще нет человека, и следующим уровнем, где ошеломленный геолог находит первые обтесанные кварциты? И какова истинная величина скачка?» [5].

Причина скачка человека от своих гоминоидных предков, согласно Тейяр де Шардену, - это возрастание сознания, появление рефлексии.

«Рефлексия, - это приобретенная сознанием способность сосредоточиться на самом себе и овладеть самим собой как предметом, обладающим своей специфической устойчивостью и своим специфическим значением, -способность уже не просто познавать, а познавать самого себя; не просто знать, а знать, что знаешь. Путем этой индивидуализации самого себя внутри себя живой элемент, до того распыленный и разделенный в смутном кругу восприятий и действий, впервые превратился в точечный центр, в котором все представления и опыт связываются и скрепляются в единое целое, осознающее свою организацию.

Каковы же последствия подобного превращения? Они необъятны... Рефлектирующее существо в силу самого сосредоточивания на самом себе внезапно становится способным развиваться в новой сфере. В действительности это возникновение нового мира» [5].

Отмечая малозаметность изменений в органах, Тейяр де Шарден как ученый-феноменолог своей задачей не ставил вскрытие морфологических оснований рефлексивных способностей, а ограничился общим объяснением. В целом он правильно определил, что гоминизация «в конечном счете сводится к вопросу о лучшем мозге. Но как произошло бы это мозговое усовершенствование, как бы оно функционировало, если бы не был одновременно найден и в совокупности реализован целый ряд других условий? Если бы существо, от которого произошел человек, не было двуногим, его руки не освободились бы своевременно и не освободили бы челюсти от хватательной функции, и, следовательно, плотная повязка челюстных мускулов, сдавливавшая череп, не была бы ослаблена. Мозг смог увеличиться лишь благодаря прямой походке, освобо-

дившей руки, и вместе с тем благодаря ей глаза, приблизившись друг к другу на уменьшившемся лице, смогли смотреть в одну точку и фиксировать то, что брали, приближали и показывали во всех направлениях руки, - внешне выраженный жест самой рефлексии!» [5].

Естественно, он не дает определения, что такое «лучший мозг», в чем его отличие от других мозгов, и не выделяет направления по их усовершенствованию. Но оценка верная: несмотря на незначительность анатомического скачка, с гоминизацией начинается новая эра. Земля «меняет кожу». Более того, она обретает душу

Еще одна отличительная черта исследовательского подхода Тейяр де Шардена: все новое у него входит тихо и незаметно, а когда у данного феномена обозначились четкие контуры, то они пребывают уже во множестве и в полной зрелости. И человек вошел в Историю у него тихо и незаметно, а когда обнаружили присутствие людей, то оказалось, что они уже покрыли огромные площади Земли.

Несмотря на скромное поведение человека в предыстории, к теории Тейяр де Шардена возникают множество вопросов. Усовершенствование прежних функциональных систем или формирование нового органа выделило человека из животного мира? Что является материальным выражением ноосферы? Каким образом осуществляется мегасинтез сознания? Из чего состоят «волокна» мыслящего покрова Земли?

Происхождение сознания - это качественный сдвиг в отражении окружающей среды и организации поведения субъекта в ней, своего рода поворотный пункт от инстинктивного поведения к интеллектуальной деятельности, от приспособления субъектом себя под окружающую среду к технологии проектирования образовательных систем и процессов, итогом которой является разумное преобразование не только окружающей среды, но и самого себя, главным образом своего интеллектуального органа.

Педагогика, абстрагирующая от изучения целостного, объективного, прижизненно формирующегося и функционирующего интеллектуального органа - сознания (сознания), внутренних и внешних оснований его становления, имеет характер безликой социологии. Творческое решение поднятых проблем образования, целеустремленное продвижение к истине - это всегда новый подход, новый взгляд, новое научное мышление. Препятствием на этом пути стоит догматизм, мифы педагогики, глубоко укоренившиеся стереотипы. Но рано или поздно неконструктивные постулаты отметаются, логика жизни пробивает себе дорогу Однако уступки догматизму, толерантность к эмпиризму, наукообразию в педагогике дорого обходятся общественно-педагогическому прогрессу.

Библиографический список

1. Popper, K. R. and Eccles J. C. The Self and Its Brain. - Berlin: Springer International. 1977. - P. 362.

2. Де Боно, Э. Латеральное мышление. / Э. Де Боно - СПб., 1997.

3. Дубинин, Н. П. Что такое человек / Н. П. Дубинин - М.. 1983, - С. 68.

4. Дубровский, Д. И. Проблема идеального. / Д. И. Дубровский - М. - 1983. -

С. 5.

5. Тейяр де Шарден, П. Феномен человека. / П. Тейяр де Шарден - М. -1987. - 193-194 с.

6. Фарбер, Д. А. Онтогенез мозговых структур // Естественнонаучные основы психологии. - Ч. 1. - М.. - 1978. - 254-277 с.

7. Дубинин, Н. П. Что такое человек. - М. - 1983. - С. 8.

8. Казначеев, В. П. Идеи холизма в современной биологии и медицине и работы Н. Ф. Федорова об управлении природой (идеи протектизма) // Сибирский педагогический журнал. - 2006. - № 1. - С. 45 - 56.

9. Терегулов, Ф. Ш. Образование и смысл жизни человека // Сибирский педагогический журнал. 2006 -. - № 1. - С. 56 - 65.

10. Егорченко, И. В. Фундаментализация математического образования: аспекты, особенности трактовок, направления реализации // Сибирский педагогический журнал. 2006 -. - № 3. - С. 11 - 19.

11. Баксанский, О. Е., Кучер Е. Н. Основные подходы к эмпирическому изучению образа мира личности // Сибирский педагогический журнал. - 2006. - № 3. - С. 20 - 30.

12. Куликов, С. Б. Некоторые философские основания интеграции науки и образования // Сибирский педагогический журнал. - 2006. - № 2. - С. 38 - 43.

13. Шиян, И. Б., Зайцева Т. Н. Метапознание в структуре отражения возможных отношений // Сибирский педагогический журнал. - 2006. - № 2. - С. 43 -48.

14. Багин, В. В. Межпредметная интеграция как фактор оптимизации учебного процесса // Сибирский педагогический журнал. -2006. - № 2. - С. 33 - 37.

15. Гончаров, С. А. Герменевтика как культурно-философская и прикладная проблема современного университетского образования // Сибирский педагогический журнал. - 2007 - № 1. - С. 76-81

16. Кузнецова, Т. Ф. Философия, философская культура, гуманитаризация высшего образования // Сибирский педагогический журнал. - 2007. - № 1. - С. 8189

(Продолжение в следующем номере).

Монистические теории сознания

А. Ревонсуо. «Психология сознания»

проходящей на фоне солнечного диска. Однако со временем выяснилось, что эти наблюдения не согласуются ни с одной из вычисленных орбит новой планеты и что невозможно предсказать, когда ее можно будет увидеть. Избежать этого несоответствия можно было в двух случаях: либо планета должна была вести себя еще более изменчиво и непредсказуемо, либо ее вообще не существовало. В конечном итоге гипотеза о существовании этой планеты была отвергнута. Вулкан, целая планета, в существование которой прежде верили, была без сожаления изъята из научного представления о мире!

Если можно элиминировать химические вещества и целые планеты, почему нельзя элиминировать сознание? Сознание, подобно флогистону и планете Вулкан, «держится» на чрезвычайно шаткой теории. Действительно, «теорию», на которой оно базируется, вообще вряд ли можно назвать научной. Это часть интуитивной теории, которой мы, люди, вооружены от рождения и которая называется по-разному: народной психологией,

бабушкиной психологией или моделью психического сознания. Все нормально развитые люди по мере того, как они растут в социальном взаимодействии с другими людьми, учатся использовать эти теории. Когда мы видим, как другой человек совершает какое-то действие, например зажигает свет в темной комнате, мы интерпретируем его поведение, проецируя сознание на поведенческую систему. Ага, он захотел увидеть, что находится в комнате, и знал, что может включить свет, повернув выключатель, и вот теперь он осматривает комнату и видит то, что в ней находится. Желания, убеждения и восприятия – все это осознанные ментальные события, которые, как мы допускаем, происходят в сознании человека, и эти не поддающиеся наблюдению внутренние состояния объясняют, почему он ведет себя именно так, как он себя ведет.

Мы научились автоматически одушевлять, или приписывать сознание, не только себе подобным людям, но и животным, и роботам, и вообще всем реально существующим объектам, демонстрирующим сложное автономное поведение. Мы легко «одушевляем» двигающиеся без вмешательства людей машины, используя для их описания такие выражения, как «стараются сделать» или «хотят сделать», «что они воспринимают и что думают об окружающем их мире» и т. д. Когда видишь управляемые компьютером пылесос или газонокосилку, которые совершенно самостоятельно выполняют свою работу так, словно их действия направляет сознающий разум, чрезвычайно трудно удержаться и не одушевить их!

Народная теория сознания, независимо от всех «одушевлений», в которые мы вовлекаемся, не научная теория. Это всего лишь причуда социального восприятия человека, возможно, встроенная в мозг в процессе эволюционной истории, ибо она была полезна для предсказания поведения других. Нет никакой гарантии, что народная теория дает точную картину разума. В том, что касается роботов, пылесоса и газонокосилки, она точно заблуждается! Народные теории и в других областях науки, в биологии и в физике, оказались совершенно ошибочными, и когда появились настоящие научные теории, с ними пришлось расстаться.

Аргумент сторонников элиминативного материализма заключается в том, что в эмпирической науке народную теорию относительно психологии сознания ждет участь народных теорий в биологии и физике: она бесследно исчезнет. Представление о том, что каждый индивид (и прочие сложные системы) обладает душой, или субъективной психологической реальностью, или сознанием, – всего лишь часть народной теории в психологии. По мере того как эмпирические науки, и в первую очередь когнитивная нейрология, будут прогрессировать и появятся новые методы визуализации работы мозга, в нем не будет найдено ничего, что соответствовало бы нашим наивным представлениям о внутренней субъективной реальности. Само понятие «сознание» окажется бесполезным для описания реальности, обнаруженной в мозге, точно так же как флогистон оказался

Монизм методологический | Понятия и категории

МОНИЗМ МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЙ - принцип исторического познания, согласно которому существует единственный способ научного познания истории. Монизм методологический как принцип сформировался в рамках рассудочно-социологической теории исторического познания. Историки, придерживающиеся этого принципа, признают возможность получения такого научного исторического знания, которое бы полностью соответствовало изучаемой исторической действительности, обеспечивая тем самым однозначность содержания объективно истинного знания и построения такой единственно верной исторической теории, доказательные аргументы которой окончательны и бесспорны. Монизм методологический предполагает, что только одна из конкурирующих исторических теорий обязательно должна быть истинной, а остальные ложными.

Монизм методологический является принципом классической модели исторического исследования, представители которой абсолютизируют познавательные возможности той или иной монистической интерпретации истории, считая все другие способы интерпретации ограниченными или ложными. В связи с этим ученые, придерживающиеся этого принципа, всегда претендуют на монопольное обладание научной истиной.

Возможности различных монистических интерпретаций истории достаточно велики, с их помощью были достигнуты довольно значительные успехи в историческом познании. Однако эти интерпретации носят частный характер, поскольку каждая из монистических теорий рассматривает определенный срез исторической действительности или только в одном ее ракурсе, отказываясь принимать во внимание те исторические факты, которые в рамках исторических реконструкций монистического характера оказались несущественными. В современной исторической науке почти не осталось историков, которые бы отстаивали тезис о возможности и необходимости единого подхода к истории, отражающего одну, единственно верную историческую теорию, способную охватить и передать весь широкий спектр многообразного и сложного мира истории [А. А. Искандеров]. В результате в методологическом сознании историков наметился переход от монистической интерпретации истории к плюралистической [А. В. Лубский].

А. В. Лубский

Определение понятия цитируется по изд.: Теория и методология исторической науки. Терминологический словарь. Отв. ред. А.О. Чубарьян. [М.], 2014, с. 308-309.

Литература:

Бутенко А. П. Общая концепция истории и современность // Социально-политический журнал. 1998. № 2; Володихин Д. М. «Призрак третьей книги»: методологический монизм и «глобальная архаизация»// Диалог со временем. 2002. Вып. 9; Искандеров А. А. Историческая наука на пороге XXI века // Вопросы философии. 1996. №4. С. 17; Лубский А. В. Альтернативные модели исторического исследования. М., 2005. С. 46-50; Смоленский Н. И. Теория и методология истории: учеб. пособ. 2-е изд., стер. М., 2008.

Дуализм международного права

Монизм как один из подходов к соотношению международного и национального права

На сегодняшний день существуют абсолютно разные теории о том, каким образом происходит соотношение национального права разных государств с международным, а именно, более известные как «монизм» и «дуализм».

Для большей ясности охарактеризуем для начала монистическую теорию. Ее суть заключается в объединении в единую составляющую и международного, и национального права. Такие нормы обязательно применяются и исполняются судами, не зависимо будут ли это императивные нормы, международные соглашения или же внутреннее законодательство. Как можно заметить, такая расстановка приоритетов невольно порождает конфликт между разными группами норм. Поэтому ученые выделяют два вида монизма:

  1. первый – когда приоритет отдается нормам национального права;
  2. второй – международное право занимает более главенствующее положение над внутригосударственным правом.

Помощь со студенческой работой на тему


Дуализм международного права

Рисунок 1. Монистическая теория. Автор24 - интернет-биржа студенческих работ

Дуалитическая теория международного права

Рисунок 2. Дуалистическая теория. Автор24 - интернет-биржа студенческих работ

Основное положение дуализма заключается в утверждении различий между национальным и международным правом и внутригосударственным на уровне источников права, объектов и субъектов регулирования. Каждое рассматриваемое право является самостоятельным и обособленным, так как они представляют отличные правопорядки. Однако будет не правильно останавливаться исключительно на заключении о том, что дуалистический подход категорически исключает какое-либо взаимодействие между рассматриваемыми правопорядками.

Замечание 1

Следует заметить, что представители дуализма наоборот отмечают необходимость объединения национального и международного права при разрешении тех или иных вопросов. Таким образом получается, что для непосредственного действия и применения судами международного права на территории того или иного государства необходимо его инкорпорирование в национальное законодательство посредством того или иного нормативно-правового акта. Исходя из того, что на территории государства применяется норма национального законодательства, удается избежать противоречия между двумя видами норм. При соблюдении рассмотренных выше условий, когда исключено противоречие между разными видами норм, не возникает коллизии норм.

Обращаясь к практике, стоит отметить, что большинство государств не принимают ни одной из теорий, объединяя в единое целое только некоторые аспекты и монизма, и дуализма, чтобы международное право могло оказывать свое воздействие только при возникновении установленных условий. При всей пользе приведенного способа, стоит отметить, что разнообразные попытки к наиболее четкому разграничению понятий «монистичные» и «дуалистичные» государства не дают желаемого результата, сталкиваясь с рядом проблем. Довольно часто, результат напрямую связан с индивидуальной особенностью воззрений конкретного исследователя.

Применение монистического и дуалистического подхода на практике

Для большего понимания действия монистического и дуалистического подхода на практике целесообразным будет рассмотреть действий данных теорий на практике. Известно, что к числу монистических стан относят:

  • Нидерланды;
  • Японию;
  • Францию.

Что касается России, то здесь точка зрения исследователей сходится на том, что нашу страну также следует отнести к числу монистичных.

Согласно Конституции Российской Федерации соглашения в рамках международного права являются составной часть нашей системы права. В ряды дуалистичной системы входят Израиль, Великобритания , ряд стран британского Содружества . Но, как уже было сказано выше, некоторые страны занимают нейтральное положение, так как, по мнению разных исследователей, они подходят к разным типам. К примеру, Германию, США и Австралию, по мнению отдельных исследователей, необходимо рассматривать как представителей дуалистичной системы, тогда как другие считают более подходящими для них – монистическую. Интересный факт, в Германии Конституционный Суд при рассмотрении дела Гёргеля, дал характеристику правовой системы страны как представительницы дуалистической теории.

Рассмотрим другой пример - Великобританию, возможно, одну из самых дуалистичных стран во всем мире. В рассматриваемом случае международные соглашения представляют собой «королевскую прерогативу». Из этого следует, что соглашения, регулируемые международным правом, заключаются посредством надлежащим образом уполномоченного лица исполнительной ветви власти (а именного это может быть министр, премьер-министр и другие). После этого происходит формальная ратификация монархом. Данная практика активно применялась задолго до своего законодательного закрепления, давая парламенту возможность в случае необходимости выразить свои возражения. Однако в большинстве случаев такого не случалось, так как не возникало ни возражений, ни даже самих обсуждений. С 2010 года такая практика нашла свое отражение на законодательном уровне Великобритании.

В результате получается, что для приобретения законной силы международным договором после его заключения и последующей ратификации происходит процесс имплементирования. Для этого положения принятого международного соглашения посредством тех или иных нормативно-правовых актов вводятся в систему права Великобритании. В случае невыполнения данного условия, нормы международного права не обладают законной силой в рамках системы Соединенного Королевства.

Каким образом это происходит на практике? В 1950 году Великобритания стала одной из первых стран, подписавших Европейскую Конвенцию по правам человека и ратифицировав ее в 1951 году. Казалось, с 1953 года Конвенция вступила в силу и международные обязательства для Великобритании становятся обязательными к исполнению. Однако это не привело к введению каких-либо новых прав для жителей Великобритании. Не было выполнено важное условие – отдельные положения конвенции не прошли процесс имплементирования в нормы национального законодательства. Только в 1998 году принимается Закон о правах человека (в 2000 году он вступил в силу), который ввел положения конвенции в национальную систему права.

РЕГИОНЫ В МЕЖДУНАРОДНОЙ ПОЛИТИКЕ: АНАЛИТИЧЕСКАЯ РАМКА ДЛЯ ИНТЕГРАЦИИ СИСТЕМНЫХ, РЕГИОНАЛЬНЫХ, МОНИСТИЧЕСКИХ И ДУАЛЬНЫХ ПОДХОДОВ | Волджи

1. Acharya A. “The Emerging Regional Architecture of World Politics // World Politics, 2007. No. 59. Pp. 629–652.

2. Bezerra P., Cramer J., Hauser M., Miller J., Volgy T.J. Going for the Gold versus Distributing the Green: Foreign Policy Substitutability and Complementarily in Status Enhancement Strategies // Foreign Policy Analysis. 2015. Vol. 11. No. 3. Pp. 253–272. DOI: 10.1111/fpa.12061.

3. Bond D., Bond J., Churl Oh J., Jenkins C., Taylor Ch. L. Integrated Data for Events Analysis (IDEA): An Event Typology for Automated Events Data Development // Journal of Peace Research. 2003. No. 40. Pp. 733–745.

4. Boulding K.E. Conflict and Defense: a general theory. New York, Harper Publ., 1962. 349 p.

5. Bueno de Mesquita B. The War Trap. New Haven, CT, Yale University Press Publ., 1981. 226 p.

6. Buzan B., Ole Wæver. Regions and Powers. Cambridge, Cambridge University Press Publ., 2003. 598 p.

7. Cline K., Rhamey P., Henshaw A., Sedziaka A., Aakriti T., Volgy T.J. Identifying Regional Powers and Their Status. Major Powers and the Quest for Status in International Politics: Global and Regional Perspectives. Ed. By Volgy T.J., Corbetta R., Grant K.A., Baird R.G. New York, Palgrave MacMillan Publ., 2011. Pp. 133-157. DOI: 10.1057/9780230119314.

8. Goertz G., Powers K. L. The Economic–Institutional Construction of Regions: Conceptualization and Operationalization // Review of International Studies. 2011. Vol. 37. No. 5. Pp. 2387-2415. DOI: 10.1017/S0260210510001762.

9. Haftel Y.Z. Designing for Peace: Regional Integration Arrangements, Institutional Variation, and Militarized Interstate Disputes // International Organization. 2007. No. 61. Pp. 217–237.

10. Huntington S.P. The Clash of Civilizations and the Remaking of World Order. New York, Simon & Schuster Publ., 1997. 368 p.

11. Hymans J.E.C. Applying Social Identity Theory to the Study of International Politics: A Caution and an Agenda. Presented at the annual meeting of the International Studies Association, New Orleans, 24–27.03.2002.

12. Ikenberry G. J. After Victory: Institutions, Strategic Restraint, and the Rebuilding of Order After Major Wars. Princeton, Princeton University Press Publ., 2001. 320 p.

13. Katzenstein P.J. International Organization and the Study of World Politics // International Organization.1998. No. 52. Pp. 645–686.

14. Katzenstein P.J. A World of Regions. Ithaca, NY, Cornell University Press Publ., 2005. 320 p.

15. Kugler J., Tammen R. L. The Performance of Nations. Lanham, MD: Rowman & Littlefield Publ., 2012. 348 p.

16. Kugler J., Tammen R. L., Thomas J. Global Transitions. Debating A PostAmerican World: What Lies Ahead. Ed. by S. Clark, S. Hogue. Routledge Publ., 2012. 304 p.

17. Lake D.A. Hierarchy in International Relations. Ithaca, Cornell University Press Publ., 2011.248 p.

18. Lemke D. Regions of War and Peace. Cambridge, Cambridge University Press Publ., 2002.235 p. DOI: 10.1017/CBO9780511491511.

19. Modelski G., Thompson W.R. Leading Sectors and world Powers: The Coevolution of Global Politics and Economics. Columbia, University of South Carolina Press Publ., 1996. 263 p.

20. Most B.A., Starr H. International Relations Theory, Foreign Policy Substitutability, and ‘Nice’ Laws // World Politics. 1984. No. 36. Pp. 383-406.

21. Patrick Jr. R. J. Constrained to Cooperate: Domestic Political Capacity and Regional Order, PhD dissertation, University of Arizona, 2012. Available at: http://hdl.handle.net/10150/223350.

22. Solingen E. Pax Asiatica versus Bella Levantina: The Foundations of War and Peace in East Asia and the Middle East // American Political Science Review. 2007. No. 101. Pp. 757-780.

23. Sbragia A. Review Article: Comparative Regionalism: What Might It Be? // Journal of Common Market Studies. 2008. No. 46. Pp. 29–49.

24. Thompson W.R. The Regional Subsystem: A Conceptual Explication and a Propositional Inventory // International Studies Quarterly. 1973. No. 17. Pp. 89-117.

Эволюция общества [Изменения, Развитие, Социальная]

Религиозный взгляд

В религиозном взгляде на эволюцию общества обосновывается положение о том, что начиная от ор­ганизационного формирования соци­ума и кончая его состоянием на всех этапах и уровнях функци­онального существования — все зависит от воли Всевышнего. Вопрос о том, что движет обществом и где его источник, возник на заре цивилизации.

В мифах даётся такой ответ:

  • боги, живущие на горе Олимп, создали первое поколение людей счастливым. Эпоха этого по­коления была золотым веком;
  • во втором веке по сравнению с золотым веком люди не были счастливыми и уступали также первому поколению в уме и фи­зической силе. Хуже того, они не признавали богов.
  • разгневан­ный Зевс создал третье поколение людей, живших в третьем — медном веке. У них все было из меди, и они беспощадно грабили друг друга;
  • четвёртый век и новый род людей, созданный Зевсом в виде полубога-героя, был истреблён в кровавых войнах;
  • наконец, созданные в пятом, каменном веке, люди обречены на изнурительный труд и днём и ночью. Хотя боги и посылают им иногда некоторое количество добра, но все же зла больше и оно повсеместно. Боги совести и справедливости покинули лю­дей;

Мифологическое объяснение эволюции мира людей в сильно изменённом виде позже перешло во все монотеистические религии.

Светский взгляд

В изучении процессов общества, а также их объяснении с эволюционной стороны различаются плюрали­стический и монистический подходы.

Плюрали­стический подход

Плюрализм (лат. много) — философское воззрение, которое подразумевает несводимость существования вещей и явлений к единой основе, а существование их в разнообразных формах и состояниях.

Плюрали­стический подход в качестве определяющих факторов выдвигает климат, растительный и животный мир, горы, моря и другое (географический фактор), этнические и расовые факторы (силовые факторы), борьбу за жизнь (биологический фактор), экономические интересы и классовую борьбу (марксистская теория о примате экономики) и т.д.

Плюралистический подход не признает определяющих и определяемых факторов. Все они взаимодополняемы, взаимо­связаны и взаимообусловлены.

Монистический подход

Монизм (греч. один) — это философское воззрение, при котором возможно существование лишь одной реаль­ности.

В основе монистического подхода — духовно-интеллектуальные факторы, т. е. развитие человеческого ума, научные знания, мировоззрение и религиозные убеждения, эстетическое наслаждение и др.

Устойчивость и развитие общества

При функциональном анализе организационных форм социума особую значимость приобретает, во-первых, обеспечение его устойчивого состояния, во-вторых, вопрос его совер­шенствования, развития.

В задачу обеспечения устойчивого состояния общества, пре­жде всего, входит необходимость воспроизводства самого че­ловека через разные сферы его деятельности как биопсихосоциального существа. Устойчивость не есть застой. Устойчивость социальной системы достигается через её развитие, оптимиза­цию.

Факторы развития и устойчивости общества

В ходе прогресса с точки зрения развития и устойчивости со­стояния общества человек последовательно находится под воз­действием следующих факторов. Материал с сайта http://wikiwhat.ru

  • Непосредственное воздействие природы — при этом чело­век совершает то или иное действие, находясь под воздействием внешних и внутренних природных сил. Однако абсолютность этих сил постепенно будет меняться.
  • Воздействие религии — люди вкладывают в свои действия определённый смысл. Со временем и этот фактор стал противо­речить действительности.
  • Нравственность — люди независимо от смысла своих дей­ствий осуществляют то, что им необходимо, хорошо для них. Однако позже начинается и кризис нравственности.
  • Традиционность — это налаживание людьми своей жизни на основе принятых норм, которые также со временем переста­ют соответствовать интересам людей.
  • Правовой фактор — позволение людям заниматься всеми теми видами деятельности, которые разрешены.
  • Обыденные потребности — люди, исходя из своих воз­можностей, могут быть заняты экономической, политической, правовой и другими видами деятельности.
Вопросы к этой статье:
  • Чем различаются функциональное и структурное состоя­ния Социума?

  • Как функционально связаны структурные части челове­ческого общества?

  • Каково значение функционального подхода в объясне­нии социальной истории?

ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНАЯ СОБСТВЕННОСТЬ • Большая российская энциклопедия

ИНТЕЛЛЕКТУА́ЛЬНАЯ СО́БСТВЕН­НОСТЬ, ус­лов­ное на­зва­ние сис­те­мы от­но­ше­ний по по­во­ду соз­да­ния и ис­поль­зо­ва­ния ре­зуль­та­тов ин­тел­лек­ту­аль­ной дея­тель­но­сти.

От­но­ше­ния по по­во­ду твор­чест­ва воз­ни­кли од­но­вре­мен­но с са­мой твор­чес­кой дея­тель­но­стью, од­на­ко дол­гое вре­мя ре­гу­ля­то­ров этих от­но­ше­ний не су­ще­ст­во­ва­ло, хо­тя в Древ­ней Гре­ции наи­более из­вест­ные тра­ге­дии хра­ни­лись в спец. ар­хи­ве, что­бы из­бе­жать ис­ка­же­ний при пе­ре­пис­ке и по­ста­нов­ке, в Древ­нем Ри­ме пла­ги­ат осу­ж­дал­ся как бес­че­ст­ный по­сту­пок. Воз­ник­но­ве­ние по­ня­тия «И. с.» от­но­сит­ся ко вре­ме­ни фор­ми­ро­ва­ния об­ществ. осоз­на­ния не­об­хо­ди­мо­сти ох­ра­нять ин­те­ре­сы как ав­то­ра, так и поль­зо­ва­те­ля пло­да­ми его тру­да (15–18 вв.). Пер­вые об­ще­обя­за­тель­ные ак­ты бы­ли при­ня­ты в Анг­лии – Ста­тут о мо­но­по­ли­ях 1623 ка­сал­ся тех­нич. нов­шеств, а Ста­тут ко­ро­ле­вы Ан­ны 1710 – прав ав­то­ров пуб­ли­ка­ций. В си­лу иде­аль­ной при­ро­ды объ­ек­та И. с. на раз­ных эта­пах раз­ви­тия фи­ло­соф­ской и пра­во­вой мыс­ли по­ня­тие «И. с.» трак­то­ва­лось по-раз­но­му. Из­на­чаль­но И. с. по­ни­ма­лась бу­к­валь­но, как вещ­ное пра­во – пра­во соб­ст­вен­но­сти. Про­прие­тар­ная (от лат. propri­e­tas – соб­ст­вен­ность) тео­рия при­зна­ва­ла за ав­то­ром или упол­но­мо­чен­ным им ли­цом власть над судь­бой ре­зуль­та­та ин­тел­лек­ту­аль­ной дея­тель­но­сти. Тео­рия лич­ных прав ис­хо­ди­ла из то­го, что от­но­ше­ния по по­во­ду соз­да­ния и ис­поль­зо­ва­ния тво­ре­ний ра­зу­ма яв­ля­ют­ся или ес­те­ст­вен­ным пра­вом че­ло­ве­ка, или его ча­ст­ной мо­но­по­ли­ей, или да­ро­ван­ной вла­стью при­ви­ле­ги­ей, и да­же при­рав­ни­ва­ла их к се­мей­ным узам. Тео­рия ин­тел­лек­ту­аль­ных прав при­зна­ва­ла пра­ва на ре­зуль­та­ты ин­тел­лек­ту­аль­ной дея­тель­но­сти пра­ва­ми осо­бо­го ро­да, ле­жа­щи­ми за пре­де­ла­ми тра­диц. клас­си­фи­ка­ции гражд. прав (вещ­ные, лич­ные и обя­за­тель­ст­вен­ные).

В совр. по­ни­ма­нии И. с. – со­во­куп­ность аб­со­лют­ных пра­во­мо­чий в сис­те­ме от­но­ше­ний «ав­тор – поль­зо­ва­тель ре­зуль­та­том его тру­да – об­ще­ст­во», со­стоя­щих в ис­клю­чи­тель­ной воз­мож­но­сти со­вер­ше­ния оп­ре­де­лён­ных дей­ст­вий и/или пре­пят­ст­во­ва­ния их со­вер­ше­нию треть­и­ми ли­ца­ми с це­лью за­щи­ты от под­ра­жа­ния и пре­дот­вра­ще­ния не­ос­но­ва­тель­но­го обо­га­ще­ния. В со­от­вет­ст­вии с Кон­вен­ци­ей, уч­ре­ж­даю­щей Все­мир­ную орг-цию ин­тел­лек­ту­аль­ной соб­ст­вен­но­сти (1967), это по­ня­тие ох­ва­ты­ва­ет пра­ва, от­но­ся­щие­ся к лит., ху­дож. и на­уч. про­из­ве­де­ни­ям; ис­пол­ни­тель­ской дея­тель­но­сти ар­ти­стов, зву­ко­за­пи­си, ра­дио- и ТВ-пе­ре­да­чам; изо­бре­те­ни­ям во всех об­лас­тях че­ло­ве­че­ской дея­тель­но­сти; на­уч. от­кры­ти­ям; пром. об­раз­цам; то­вар­ным зна­кам, зна­кам об­слу­жи­ва­ния, фир­мен­ным на­име­но­ва­ни­ям и ком­мерч. обо­зна­че­ни­ям; за­щи­те про­тив не­доб­ро­со­ве­ст­ной кон­ку­рен­ции, а так­же все др. пра­ва, от­но­ся­щие­ся к ин­тел­лек­ту­аль­ной дея­тель­но­сти в про­из­вод­ст­вен­ной, на­уч., лит. и ху­дож. об­лас­тях. И. с. под­раз­де­ля­ет­ся на пром. соб­ст­вен­ность (вклю­чаю­щую изо­бре­те­ния и иные ре­зуль­та­ты ин­тел­лек­ту­аль­ной дея­тель­но­сти, от­но­ся­щие­ся к про­из­вод­ст­ву) и лит. и ху­дож. соб­ст­вен­ность (ох­ва­ты­ваю­щую твор­че­скую сфе­ру).

Тер­мин «И. с.» по­лу­чил рас­про­стра­не­ние в боль­шин­ст­ве стран ми­ра. Од­на­ко в это по­ня­тие вкла­ды­ва­ет­ся раз­ный смысл. Стра­ны анг­ло­сак­сон­ской сис­те­мы пра­ва скло­ня­ют­ся к ус­та­нов­ле­нию вещ­но-пра­во­во­го ре­жи­ма на не­ма­те­ри­аль­ный объ­ект, со­сре­до­то­чи­ва­ют­ся на иму­ще­ст­вен­ном ас­пек­те ав­тор­ских пра­во­мо­чий, не вы­де­ляя из них спе­ци­фи­че­ских мо­раль­ных прав (т. н. мо­ни­сти­че­ский под­ход), тре­бу­ют со­блю­де­ния фор­маль­но­стей (адм. про­це­дур) не­за­ви­си­мо от ви­да объ­ек­та. Стра­ны кон­ти­нен­таль­ной сис­те­мы пра­ва ста­вят во гла­ву уг­ла «бес­те­лес­ность» И. с., вы­де­ля­ют две груп­пы – иму­ще­ст­вен­ных и не­иму­ще­ст­вен­ных (не­от­чу­ж­дае­мых и бес­сроч­ных) – ав­тор­ских пра­во­мо­чий (т. н. дуа­ли­сти­че­ский под­ход), не свя­зы­ва­ют за­щи­ту пло­дов лит., ху­дож. и ино­го по­доб­но­го твор­че­ст­ва с  вы­пол­не­ни­ем фор­маль­но­стей. Об­щим для всех под­хо­дов яв­ля­ют­ся тре­бо­ва­ния к объ­ек­тив­ной фор­ме тво­ре­ния ра­зу­ма, при­зна­ние са­мо­сто­ят. эко­но­мич. цен­но­сти объ­ек­та И. с., воз­мож­ность её оцен­ки, ог­ра­ни­че­ние ус­та­нов­лен­ных за­ко­ном пол­но­мо­чий во вре­ме­ни и про­стран­ст­ве, клас­си­фи­ка­ция объ­ек­тов в за­ви­си­мо­сти от пред­ме­та ох­ра­ны.

Тер­мин «И. с.» вос­при­нят и ме­ж­ду­нар. пра­вом. Из­на­чаль­но стра­ны объ­е­ди­ня­лись для пре­одо­ле­ния тер­ри­то­ри­аль­но­сти прав И. с. – на этом эта­пе влия­ние кон­ти­нен­таль­ных тра­ди­ций пре­ва­ли­ро­ва­ло (Па­риж­ская кон­вен­ция по ох­ра­не про­мыш­лен­ной соб­ст­вен­но­сти, 1883; Берн­ская кон­вен­ция об ох­ра­не ли­те­ра­тур­ных и ху­до­же­ст­вен­ных про­из­ве­де­ний, 1886), за­тем – в це­лях уни­фи­ка­ции и уни­вер­са­ли­за­ции под­хо­дов в этой сфе­ре (Все­мир­ная кон­вен­ция об ав­тор­ском пра­ве, 1952; Меж­ду­нар. кон­вен­ция об ох­ра­не прав ис­пол­ни­те­лей, из­го­то­ви­те­лей фо­но­грамм и ве­ща­тель­ных ор­га­ни­за­ций, 1961; До­го­вор о па­тент­ной коо­пе­ра­ции, 1970), позд­нее – для сти­му­ли­ро­ва­ния соз­да­ния, рас­про­стра­не­ния и пе­ре­да­чи зна­ний (ин­фор­ма­ции), на этом эта­пе пре­об­ла­дал анг­ло­сак­сон­ский под­ход (Со­гла­ше­ние о то­вар­ных ас­пек­тах прав ин­тел­лек­ту­аль­ной соб­ст­вен­но­сти, 1994).

В Рос­сии в ста­нов­ле­нии И. с. вы­де­ля­ют три эта­па – до­ре­во­лю­ци­он­ный в рус­ле ро­ма­но-герм. под­хо­да (пер­вые при­ви­ле­гии по­сле­пет­ров­ских вре­мён, пер­вые за­ко­ны – вы­со­чай­ший ма­ни­фест «О при­ви­ле­ги­ях на раз­ные изо­бре­те­ния и от­кры­тия в ху­до­же­ст­вах и ре­мёс­лах», 1812; гла­ва «О со­чи­ни­те­лях и из­да­те­лях книг» в Цен­зур­ном ус­та­ве 1828), со­вет­ский, тя­го­тею­щий к анг­ло­сак­сон­ско­му по­ни­ма­нию (от дек­ре­та «О при­зна­нии на­уч­ных, ли­те­ра­тур­ных, му­зы­каль­ных и ху­до­же­ст­вен­ных про­из­ве­де­ний го­су­дар­ст­вен­ным дос­тоя­ни­ем», 1918, и По­ло­же­ния об изо­бре­те­ни­ях, 1919, до при­сое­ди­не­ния СССР к Все­мир­ной кон­вен­ции об ав­тор­ском пра­ве), и пост­со­вет­ский (воз­ро­ж­даю­щий, а ны­не опе­ре­жаю­щий кон­ти­нен­таль­ные тра­ди­ции). В дей­ст­вую­щем за­ко­но­да­тель­ст­ве тер­мин «И. с.» яв­ля­ет­ся со­би­ра­тель­ным для тра­ди­ци­он­но сфор­ми­ро­вав­ших­ся под­от­рас­лей ав­тор­ско­го пра­ва, смеж­ных прав, па­тент­но­го пра­ва, прав на се­лек­ци­он­ное дос­ти­же­ние, на то­по­ло­гии ин­те­граль­ных мик­ро­схем, на сек­рет про­из­вод­ст­ва (ноу-хау) и на сред­ст­ва ин­ди­ви­дуа­ли­за­ции юри­дич. лиц, то­ва­ров, ра­бот, ус­луг и пред­при­ятий. Об­щие по­ло­же­ния об И. с. ус­та­нов­ле­ны Кон­сти­ту­ци­ей РФ. В рос. гражд. пра­ве по­ня­тие И. с. ох­ва­ты­ва­ет ин­тел­лек­ту­аль­ные пра­ва и ре­зуль­та­ты ин­тел­лек­ту­аль­ной дея­тель­но­сти. Ин­тел­лек­ту­аль­ные пра­ва вклю­ча­ют ис­клю­чи­тель­ное пра­во – иму­ще­ст­вен­ное пра­во­мо­чие, со­стоя­щее в воз­мож­но­сти раз­ре­шать или за­пре­щать ис­поль­зо­ва­ние объ­ек­та ин­тел­лек­ту­аль­ной соб­ст­вен­но­сти др. ли­цам, обу­слов­лен­ное вы­пла­той воз­на­гра­ж­де­ния, а так­же (в от­но­ше­нии не­ко­то­рых ре­зуль­та­тов ин­тел­лек­ту­аль­ной дея­тель­но­сти) лич­ные не­иму­ще­ст­вен­ные и иные пра­ва. Рос. за­ко­но­да­тель­ст­во не от­но­сит к сфе­ре И. с. от­кры­тия и ан­ти­кон­ку­рент­ную прак­ти­ку, при этом вклю­чая (по­ми­мо при­ня­тых в ме­ж­ду­нар. пра­ве объ­ек­тов) на­име­но­ва­ния мест про­ис­хо­ж­де­ния то­ва­ров, сек­ре­ты про­из­вод­ст­ва, са­мо­сто­ят. ох­ра­ну ин­те­ре­сов пуб­ли­ка­то­ра и из­го­то­ви­те­ля ба­зы дан­ных, а так­же уточ­няя круг изо­бре­те­ний.

На ру­бе­же 20–21 вв. роль И. с. воз­рас­та­ет в свя­зи с раз­ви­ти­ем НТП, ко­то­рый обу­слов­ли­ва­ет рост чис­ла ре­зуль­та­тов че­ло­ве­че­ской дея­тель­но­сти, пре­тен­дую­щих на при­зна­ние их объ­ек­та­ми И. с. (до­мен­ные име­на и пр.). Кро­ме то­го, в со­от­вет­ст­вии с ми­ро­вы­ми тен­ден­ция­ми по со­хра­не­нию на­сле­дия сред­ст­ва в рам­ках И. с. рас­смат­ри­ва­ют­ся так­же как ин­ст­ру­мент за­щи­ты фольк­ло­ра, тра­диц. зна­ний и ге­не­тич. ре­сур­сов.

Монизм и дуализм в международном праве - Международное право

Введение

Монизм и дуализм изначально задумывались как две противоположные теории взаимосвязи между международным правом и внутренним правом. Многие современные ученые считают монизм и дуализм предметом значительных дебатов в первой половине 20-го века как имеющие ограниченную объяснительную силу как теории из-за их неспособности уловить, как международное право работает внутри государств на практике.Несмотря на упадок теорий, монизм и дуализм сохраняют силу в качестве аналитических инструментов. Они служат последовательной отправной точкой для изучения взаимосвязи между международным и внутренним правом. Например, ученые, посвященные роли международного права во внутреннем праве или законодательстве Европейского союза (ЕС), а также о том, как национальные суды инкорпорируют международное право в области прав человека, продолжают использовать монизм и дуализм в качестве критериев для анализа. Ряд недавних решений национальных судов заставил некоторых ученых возродить монизм и дуализм как потенциальные способы понимания внутренней судебной аргументации по международному праву.Монизм и дуализм также служат сокращенным способом обозначить отношение отдельных лиц и институтов в рамках национальных правовых систем к международному праву. В своей наиболее простой форме монизм утверждает, что международное право и внутреннее право составляют часть единой универсальной правовой системы. Самый известный сторонник монизма, Ганс Кельзен, считал, что в рамках монистической правовой системы существуют иерархические отношения, при которых международное право имеет приоритет над внутренним правом и, таким образом, преобладает в любом конфликте между двумя законами.Дуалистическая система рассматривает международную и национальную системы права как отдельные и независимые. Действительность международного права в дуалистической внутренней системе определяется нормой внутреннего права, разрешающей применение этой международной нормы. Из-за разнообразия способов, которыми национальные системы включают международное право, некоторые ученые предпочли термин «плюрализм» термину «дуализм». Существует множество форм как монизма, так и дуализма. Действительно, одна из основных критических замечаний обеих теорий заключается в том, что ни одна государственная система не является строго монистической или дуалистической.Напротив, различные институты государства могут по-разному трактовать международное право. Например, суды могут использовать международное право не так, как парламент. Или государство может разрешить прямое включение обычного международного права, но потребовать, чтобы международные договоры были преобразованы во внутреннее законодательство, прежде чем они смогут иметь прямое действие в государстве. Исследования монизма и дуализма можно в общих чертах разделить на два вида: теоретические изложения самих понятий и анализы, которые принимают монизм и дуализм в качестве отправной точки для критики, часто в сочетании с изложением практики международного права внутри государств.Почти все стипендии, включенные в эту библиографию, относятся к одному из этих двух типов.

Общие обзоры

Традиционно в учебники по международному праву и справочники по международному праву включаются главы о взаимосвязи между международным и внутренним законодательством. Такие главы обычно описывают монизм и дуализм, позиционируют их как традиционные теоретические способы понимания взаимосвязи между международным и внутренним правом, а затем критикуют эти концепции как бесполезные.Затем во многих главах предлагаются другие способы понимания взаимосвязи между международным и внутренним правом, часто основанные на описании практики государств. Хиггинс 1994 и Маланчук 1997 - особенно проницательные примеры этой модели, хотя некоторые из прецедентного права в их главах устарели в начале 21 века. О’Коннелл 1970 признает важность монизма и дуализма, обсуждая при этом два других способа понимания этих отношений. Crawford 2012 и Denza 2006 содержат более современное прецедентное право и доступны в доступной форме.Ferrari-Bravo 1983 предоставляет исторический контекст для развития монизма и дуализма. Отредактированные сборники Charlesworth, et al. 2005 и Nijmann и Nollkaemper 2007 стремятся к «новым взглядам» на отношения между международным и внутренним правом, и их общие обсуждения включают современные переосмысления монизма и дуализма.

  • Чарльзуорт, Хилари, Мадлен Чиам, Девика Ховелл и Джордж Уильямс, ред. Гибкое государство: международное право и национальные правовые системы .Сидней, Австралия: Federation Press, 2005.

    Редакторы рассматривают ортодоксальные описания монизма и дуализма как предполагающие фиксированные и жесткие категории взаимодействия и вместо этого утверждают, что категории «национальный», «международный» и «государственный» жидкие. В различных главах исследуются национальные контексты, включая Австралию, Новую Зеландию, Канаду и Китай, с этой изменчивостью в качестве руководящего принципа.

  • Кроуфорд, Джеймс. Принципы международного публичного права Броунли .8-е изд. Оксфорд: Oxford University Press, 2012.

    . DOI: 10.1093 / he / 9780199699698.001.0001

    Всесторонний обзор, эта глава отвергает теоретические модели, защищая вместо этого плюралистический взгляд на отношения между международным и национальным правом. Он представляет собой прекрасное введение в подходы международного права к национальному праву, а также международное право в рамках общего права и традиций гражданского права.

  • Денза, Эйлин. «Взаимосвязь международного и национального права.»В Международное право . 4-е изд. Под редакцией Малькольма Эванса, 412–440. Oxford: Oxford University Press, 2006.

    Хороший пример современного подхода к монизму и дуализму. Денза позиционирует теории как лишенные полезной объяснительной силы и вместо этого сосредотачивается на конкретных вопросах о взаимосвязи между международным и национальным правом. К ним относятся: «Являются ли международные правила непосредственно применимыми и непосредственно эффективными?» и «Может ли договор иметь преимущественную силу над национальной конституционной нормой?» Доступно и практически ориентировано.

  • Феррари-Браво, Луиджи. «Международное и муниципальное право: взаимодополняемость правовых систем». В Структура и процесс международного права . Под редакцией Р. С. Дж. Макдональда и Дугласа М. Джонстона, 715–744. Дордрехт, Нидерланды: Мартинус Нийхофф, 1983.

    Анализ применимости теорий монизма и дуализма, которые автор называет плюрализмом, к международным проблемам своего периода. Предоставляет конкретный и полезный исторический контекст развития двух теорий.

  • Хиггинс, Розалин. Проблемы и процессы: международное право и как мы его используем . Oxford: Clarendon Press, 1994.

    Утверждает, что противоречия между международным и внутренним законодательством в национальных судах «в значительной степени обусловлены» тем, является ли соответствующее государство более монистическим или дуалистическим по своему подходу. Хиггинс также отмечает важность «правовой культуры» для восприятия международного права национальными судами. Отличное введение в то, как концепции монизма и дуализма продолжают влиять на международное правовое мышление.

  • Маланчук, Петр. Современное введение в международное право Акхерста . London: Routledge, 1997.

    Предоставляет превосходное резюме и обширную дополнительную литературу о подъеме и падении теорий монизма и дуализма, а также обзор различных подходов внутренних правовых систем различных государств к международному праву. Полезно и лаконично.

  • Нейманн, Янне и Андре Ноллкемпер, ред. Новые взгляды на разницу между национальным и международным правом .Oxford: Oxford University Press, 2007.

    Различные авторы исследуют взаимосвязь между международным и национальным законодательством, особенно в контексте глобализации, появления общих ценностей и распределения власти между различными государственными и частными субъектами. Монизму и дуализму в различных главах уделяется разное внимание (ключевые вклады описаны отдельно в этой библиографии). Ценный вклад в современные дискуссии о взаимоотношениях международного и национального права.

  • О’Коннелл Д. П. Международное право . Vol. 1. 2-е изд. London: Stevens & Sons, 1970.

    Глава 2 описывает четыре способа концептуализации отношений между международным и национальным правом: монизм, дуализм, обратный монизм и гармонизация. Классическая трактовка концептов.

к началу

Пользователи без подписки не могут видеть полный контент на эта страница.Пожалуйста, подпишитесь или войдите.

Как подписаться

Oxford Bibliographies Online доступно по подписке и бессрочному доступу к учреждениям. Чтобы получить дополнительную информацию или связаться с торговым представителем Оксфорда, щелкните здесь.

Перейти к другим статьям:

Артикул

.

вверх

  • Акт государственной доктрины
  • Африка и права интеллектуальной собственности на сорта растений...
  • Африканская комиссия по правам человека и народов и аф ...
  • Режимы международного права интеллектуальной собственности в Африке
  • Режимы международного инвестиционного права Африки
  • Соглашения, двусторонняя и региональная торговля
  • Соглашения, многосторонние экологические
  • Пришельцы
  • Применимое право в инвестиционных соглашениях
  • Архипелажные государства
  • Арктический регион
  • Вооруженные оппозиционные группы
  • Aut Dedere Aut Judicare
  • Баланс сил
  • Бандунгская конференция,
  • Британский мандат в Палестине и международное право,
  • Права детей
  • Государственная служба, международная
  • Военно-гражданские отношения
  • Кодификация
  • Международное право холодной войны
  • Коллективная безопасность
  • Ответственность командования
  • Общее наследие человечества
  • Принцип дополнительности
  • Комплаенс в международном праве
  • Заговор / совместное преступное предприятие
  • Конституционное право, международное
  • Консульские отношения
  • Современные католические подходы
  • Континентальный шельф, идея и границы
  • Сотрудничество по уголовным делам, трансграничное
  • Контрмеры
  • Суды, Международные
  • Преступления против человечности
  • Уголовное право, международное
  • Культурные права
  • Кибершпионаж
  • Кибервойна
  • Долг, Суверенный
  • Деколонизация в международном праве
  • Демократия
  • Право развития, международное
  • Разоружение в международном праве
  • Дискриминация
  • Споры, мирное урегулирование
  • Наркотики, международное регулирование и уголовная ответственность
  • Начало XIX века, 1789-1870 гг.
  • Экологическое восстановление и международное право
  • Экономическое право, международное
  • Эффективность и эволюция толкования договоров
  • Насильственные исчезновения в международном праве
  • Обеспечение прав человека
  • Механизмы соблюдения экологических требований
  • Экологические институты, международные
  • Экологическое право, международное
  • Estoppel
  • Европейский ордер на арест
  • Экстерриториальное применение договоров о правах человека
  • Феминистские подходы к международному праву
  • Финансовое право, международное
  • Силовое вмешательство в защиту прав человека в Аф...
  • Иностранные инвестиции
  • Фрагментация
  • Свобода выражения
  • французская революция
  • Общее обычное право
  • Общие принципы права
  • Геноцид
  • Грузия и международное право
  • Гроций, Гюго
  • Habeas Corpus
  • Хиджаз и международное право,
  • История международного права, 1550–1700 гг.
  • Военные действия, прямое участие в
  • Права человека
  • Права человека и региональная защита, релятивизм и Unive...
  • По правам человека, Европейский суд
  • Права человека, основы
  • Торговля людьми
  • Гибридные международные уголовные трибуналы
  • Иммунитет
  • Иммунитет, Суверенный
  • Коренные народы
  • Индивидуальная уголовная ответственность
  • Институциональное право
  • Международный и немеждународный вооруженный конфликт, Сдержанность...
  • Международный Комитет Красного Креста
  • Международное сообщество
  • Международный суд
  • Международный уголовный суд,
  • Международное уголовное право, соучастие в
  • Международный уголовный трибунал по Руанде (МУТР)
  • Международный уголовный трибунал по бывшей Югославии...
  • Международное право рыболовства
  • Международное гуманитарное право
  • Международное гуманитарное право.
  • Международные инвестиционные соглашения, справедливая и равноправная ...
  • Международный инвестиционный арбитраж
  • Международное инвестиционное право, экспроприация в
  • Международное право, агрессия в
  • Международное право, амнистия и
  • Международное право и экономическое развитие
  • Международное право, антропология и
  • Международное право, большие данные и
  • Международное право, изменение климата и
  • Международное право, разрешение споров в
  • Международное право, шпионаж в
  • Международное право, гегемония в
  • Международное право в Северо-Восточной Азии
  • Международное право, марксистские подходы к
  • Международное право, военное вмешательство в
  • Международное право, монизм и дуализм в
  • Международное право, миротворчество в
  • Международное право, пропорциональность в
  • Международное право, разумность в
  • Международное право, признание в
  • Международное право, самоопределение в
  • Международное право, ответственность государства в
  • Международное право, правопреемство в
  • Международное право, государство в
  • Международное право, поворот к истории в
  • Международное право, торговля и развитие в
  • Международное право, неравные договоры в
  • Международное право, применение силы в
  • Международное регулирование Интернета
  • Международное территориальное управление
  • Международная торговля и права человека
  • Вмешательство, Гуманитарная
  • Договоры о защите инвестиций
  • Примирение и посредничество между инвестором и государством
  • Иран и международное право
  • Исламское международное право
  • Исламское право и права человека
  • Острова
  • Юрисдикция
  • Юриспруденция (судебное нормотворчество)
  • Jus Cogens
  • Просто война
  • Страны, не имеющие выхода к морю, и морское право
  • Закон моря
  • Право договоров,
  • Законотворчество негосударственных субъектов
  • Лига Наций,
  • Ливан, Специальный трибунал по
  • Правовой статус вооруженных сил за рубежом
  • Ответственность за международный экологический вред
  • Движения за освобождение и сопротивление
  • Мандаты в международном праве
  • Разграничение морских пространств
  • Оговорка Мартенса
  • Средневековое международное право
  • Mens Rea, Международные преступления
  • Границы Ближнего Востока и формирование государства
  • Миграция
  • Военная необходимость
  • Военная оккупация
  • Меньшинства
  • Режимы участия
  • Оговорки о наиболее благоприятствуемой нации
  • Многонациональные корпорации в международном праве
  • Гражданство и безгражданство
  • Естественный закон
  • Нейтралитет
  • Новые подходы к международному праву
  • Школа международного права Нью-Хейвена,
  • Без ликвора
  • Немеждународный вооруженный конфликт («Гражданская война»)
  • Негосударственные актеры
  • Ядерное нераспространение
  • Нюрнбергский процесс
  • Организации, Международные
  • Пацифизм в международном праве
  • Палестина (и израильский вопрос)
  • Мирные договоры
  • Пиратство
  • Политология, международное право и
  • Позитивизм
  • Частные военные и охранные компании
  • Защита, Дипломатическая
  • Общественные интересы, права человека и иностранные инвестиции
  • Теория рационального выбора
  • Признание иностранных приговоров по уголовным делам
  • Беженцы
  • Выдача, Экстерриториальное похищение и Чрезвычайное положение Р...
  • Репарации
  • Российские подходы к международному праву
  • Санкции, международные
  • Санкции, международные
  • Сецессия
  • Самооборона
  • Рабство
  • Мягкий закон
  • Космическое право
  • Испанская школа международного права (ок.16 и 17 века ...
  • Спортивное право, международное
  • Состояние необходимости
  • Приказы начальника
  • Таба Арбитраж,
  • Преподавание международного права
  • Территориальное название
  • Терроризм
  • Теория, Critical International Legal
  • Тибет
  • Токийские испытания,
  • Пытка
  • Транснациональный конституционализм, Африка и
  • Транснациональная коррупция
  • Толкование договора
  • Украинские подходы
  • Подводное культурное наследие
  • Односторонние действия
  • Организация Объединенных Наций и ее основные органы,
  • Универсальная юрисдикция
  • Ути Посидетис Юрис
  • Ватикан и Святой Престол
  • Права потерпевших, международное уголовное право и судопроизводство...
  • Военные преступления
  • Водотоки, Международные
  • Западная Сахара

Вниз

International Judicial Monitor - Правосудие в профиле

Автор: Кэролайн А. Дубай, юрист Редактор, International Judicial Monitor и доцент права, Юридическая школа Шарлотты

Обычный мудрость международного права состоит в том, что государство может принять и интегрировать международное право во внутреннюю систему одним из двух способов.В монисте правовой системы международное право считается объединенным с и часть внутреннего правопорядка государства. В дуалистической правовой системе на с другой стороны, международное право стоит отдельно от национального права, и любое влияние на права и обязанности на национальном уровне, международное право должны быть одомашнены в законодательном порядке. Напряжение между этими противоречивые взгляды на международное право достигли своего апогея в Европе между мировыми Первая и Вторая мировые войны, когда ученые-юристы начали серьезно задаваться вопросом, как и в какой степени обязательные международно-правовые обязательства и формальные международные институты могли минимизировать угрозу войны.Однако по своей сути различие между монистической и дуалистической теорией лежит между двумя конкурирующими важные цели. В частности, монистическая теория ставит во главу угла желательность официальный международный правовой порядок для установления верховенства закона между странами, в то время как дуалистическая теория отдает приоритет понятиям индивидуального самоопределения и суверенитет на государственном уровне.

Под монистовой моделью, международное право служит не просто правовой базой для руководства межгосударственные отношения в международной сфере, но как источник права интегрированы в национальное законодательство и превосходят его.Таким образом, должным образом ратифицированный или принятый договор является частью национального правового режима. Важно Следствием такого понимания роли международного права является то, что оно могут применяться и приводиться в исполнение непосредственно в национальных судах без необходимости отечественного исполнения. Таким образом, эта структура создает единый и унитарный правовая система, в которой международное право находится на вершине правопорядка, а местные, подчиненное муниципальное право.Монистический взгляд чаще всего приписывают работа австрийского ученого-юриста Ганса Кельзена, который в 1920-х годах выступал за верховенство международного права как производного от естественного права, а не как просто выражение индивидуальных решений государств быть связанными определенные нормы через обычную практику. В конечном итоге монистическая теория Кельзена был предназначен для содействия международному миру путем установления связывающих обязательств подлежат исполнению в отношении государственных субъектов в официальных международных институтах правосудия, как указано в его знаменитой работе Peace Through Law (1944).

В то же время, что Кельзен пытался переопределить отношения между государством и международного правопорядка, дуалистические правовые теории возникли как теоретические аналог унитарного видения права Кельзена. Согласно дуалистической модели представляет собой дихотомию между международно-правовыми обязательствами, которые гласят как суверены соглашаются признавать в своих внешних отношениях и внутригосударственные правовые правила, которые являются обязательными во внутренних отношениях между государством и его граждане или подданные.Соответственно, международное право может иметь только обязательную силу. юридическая сила на национальном уровне, если она реализована на национальном или местном уровень. Одним из наиболее заметных сторонников дуалистической теории международного права был немецкий ученый Генрих Трипель, который утверждал, что международное право было проявлением "общей воли" суверенные государства. Таким образом, было полное разделение между международное право и государственное право.Исходя из этой теории, общее понимание дуализма, что международное право не является верховным по отношению к внутреннему праву, и актуальность международного права во внутреннем правовом режиме является вопрос оставлен на усмотрение местных политических процессов. Например, под этим договор вступает в силу и является обязательным в международные отношения после его оформления главой государства.Быть обязательный на национальном уровне и имеющий исковую силу в национальном суде, договор должны быть конкретно реализованы через соответствующее законодательство.

Как международное право применяется во внутренней правовой системе? - Инициатива мира и справедливости

Системы Dualist и Monist

Государства видят взаимодействие между международным и национальным законодательством по-разному. Монизм и дуализм используются для описания этих двух различных правовых традиций.

Монизм

В государствах с монистической системой международное право не нуждается в переводе в национальное право. Акт ратификации международного договора немедленно включает это международное право в национальное право. Таким образом, Статут МУС может непосредственно применяться и рассматриваться в национальных судах.

«Монистические системы» действительно различаются своим подходом.

  • Согласно некоторым конституциям, при ратификации происходит прямое включение международных обязательств во внутреннее законодательство.
  • В других государствах прямая инкорпорация происходит только для договоров, вступающих в силу самостоятельно.

Дуализм

Для государств с «дуалистической системой» международное право не применяется непосредственно внутри страны. Прежде чем он может быть применен национальными судами, он должен быть преобразован в национальное законодательство.

Следовательно, для дуалистического государства ратификации Статута МУС недостаточно, и необходимо национальное имплементирующее законодательство. Например, судебные процессы по делам о военных преступлениях могут проводиться только после принятия национального законодательства, если, конечно, такое законодательство еще не существует.

Пример: Голландия - монистическая система с имплементирующим законодательством

Новые национальные положения о преступлениях против человечности, законы о сотрудничестве и передаче подозреваемых.

Нидерланды подписали Римский статут 18 июля 1998 года и ратифицировали его 17 июля 2001 года. Несмотря на монистическую систему, Нидерланды считают, что как государство-участник они обязаны выполнять Статут посредством национального законодательства.

Закон о Международном уголовном суде (исполнение) и соответствующий Закон о поправках были приняты 20 июня 2002 года.Закон о реализации вступил в силу 1 июля 2002 года, дав правительству Нидерландов законодательную основу для передачи подозреваемых в МУС и для сотрудничества с МУС.

Военные преступления и геноцид на протяжении многих лет квалифицируются как уголовные преступления в соответствии с законодательством Нидерландов. Следовательно, лица, обвиняемые в этих преступлениях, могли предстать перед судом в Нидерландах еще до вступления в силу Статута МУС. Однако, чтобы дать возможность судить лиц, обвиняемых в преступлениях против человечности, Нидерландам необходимо перевести соответствующие положения Статута МУС в национальное законодательство.Закон о международных преступлениях был принят 19 июня 2003 года и вступил в силу 1 октября 2003 года. Он привел уголовное право Нидерландов в соответствие с требованиями Статута МУС и задействовал принцип взаимодополняемости.

Международное и муниципальное право: полное руководство

Источник изображения - https://bit.ly/2IxHuvt

Эта статья написана Вишвас Читвар , получившим степень бакалавра права бакалавра права (с отличием) Института права Университета Нирма. Это исчерпывающая статья, в которой рассматривается связь между международным правом и муниципальным правом.

Нет ничего важнее в международном праве, чем всестороннее понимание его взаимосвязи с муниципальным правом государства.

В этой статье речь пойдет только о теоретическом аспекте международного права о муниципальном праве, однако существуют два руководящих принципа международного права, касающихся муниципального применения договоров, а именно:

Статья 27 Венской конвенции о праве международных договоров:

Запрещает штатам ссылаться на свой муниципальный закон в качестве оправдания неисполнения обязательств по договору.

Статья 8 Всеобщей декларации прав человека и основных свобод:

Каждый человек наделен правом на эффективное средство правовой защиты со стороны трибунала, который компетентен рассматривать нарушения основных прав, предоставленных конституцией или любым другим законом.

Значение теоретического аспекта этой темы никогда нельзя переоценить, поскольку вопрос о рассмотрении границ между международным правом и муниципальным правом государства обычно обсуждается среди тех, кто практикует международное право.Помимо теоретического аспекта взаимосвязи между международным правом и муниципальным правом, в муниципальных судах государства существует практическая проблема: в какой степени муниципальные суды страны осуществляют в пределах своей юрисдикции нормы и принципы международного права, и там, где правила и принципы противоречат муниципальному праву и не противоречат муниципальному праву.

Две основные теории взаимосвязи между международным правом и муниципальным правом известны как монизм и дуализм.Согласно убеждениям монизма, международное право и муниципальное право государства являются двумя компонентами, но дополняющими друг друга аспектами одной единой системы. Согласно дуализму, это совершенно разные и разные правовые системы сами по себе. Международное право по своей сути отличается от государственного права, поскольку в международном праве задействовано большое количество правовых систем государства, дуалистическая теория иногда известна как плюралистическая теория.

Чтобы знать взаимосвязь между международным правом и муниципальным правом, очень важно понимать, что на самом деле представляют собой эти два закона.Нормы и правила, регулирующие поведение государств, известны как международное право. Чтобы упростить, мы можем сказать, набор принципов, которые государства могут ссылаться или применять в отношениях с другими государствами или международными организациями. По аналогичным причинам его также называют «законом народов». С другой стороны, муниципальный закон известен как внутренний закон страны.

Монистическая теория

Международное право действует только на международном уровне, а муниципальное право действует только в пределах своей местной юрисдикции.Однако сторонники естественного права считают, что муниципальное и международное право образуют единую правовую систему, этот подход широко известен как монизм.

Чтобы лучше понять эту тему, важно понять, что такое естественный закон; естественный закон - это то, что существует изолированно от позитивного закона. Как следует из названия, он определяется природой, закон природы объективен и универсален по своей природе. С момента зарождения естественный закон призван анализировать человеческую природу, чтобы вывести моральное поведение из природы.

Аргумент со стороны мониста довольно прост, они считают, что муниципальное право и международное право, если рассматривать их вместе, представляют собой не что иное, как единую систему. Современные авторы, поддерживающие монистический подход, стремятся, чтобы большая часть их взглядов была основана на строго научном анализе муниципальной структуры правовых систем.

В настоящей монистической стране нет необходимости переводить международное право в муниципальное право. Как только государство дает согласие на договор, он автоматически включается в его муниципальное право.Этот акт согласия с международным договором или обязательством немедленно включает международные принципы в муниципальное право государства (включая обычное международное право).

Международное право может применяться муниципальным судом, и на него могут ссылаться граждане при условии, что международное право переведено в муниципальное право государства. Муниципальный суд может объявить закон неконституционным, если он противоречит международным принципам.

В истинно монистическом государстве, если национальный закон противоречит международному праву, он становится недействительным, независимо от того, носит он конституционный характер или нет.Например, государство соглашается с Конвенцией о правах инвалидов, однако некоторые из его национальных законов противоречат конвенционным правам лиц, страдающих инвалидностью. Затем гражданин этой страны, который не лишается прав, предоставленных договором, может попросить национальные суды применить договор.

В монистическом государстве международное право автоматически принимается, а противоречащая часть автоматически удаляется, как только государство ратифицирует договор.

Кельзен: теория Grundnorm

Для Кельзена международное и муниципальное право есть не что иное, как «проявления единой правовой единицы». Вера Кельзена в верховенство международного права является результатом его «основной нормы», которая гласит, что «государства должны вести себя так, как они обычно вели себя».

Международное право является верховным по своей природе, поскольку оно представляет собой правовой порядок, который выше, чем муниципальные законы, это потому, что международное право происходит из практики государства, с другой стороны, муниципальное право получает свою силу от внутренних дел государства.

Как только будет принято, что международное право представляет собой систему правил правового характера, по мнению Келсона, становится невозможным отрицать, что эти две системы составляют единую систему.

Теория международного права и монизма не имеет альтернативы. Келсон рассматривал естественное право и международное право как единую и последовательную систему. По его словам, международное право находится на вершине пирамиды (согласно его гипотезе grundnorm).

Теория дуализма

В отличие от монистов, дуалисты подчеркивали разницу между международным правом и муниципальным правом и выступали за принятие международных договоров в муниципальное право государства.По мнению дуалистов, без этого принятия государством международное право не будет существовать как закон.

Причина, по которой дуалисты придерживаются такой точки зрения, состоит в том, что они считают, что международное право и муниципальное право - это два разных аспекта права, и было бы неразумно рассматривать их как единое целое. По их мнению, международное право и муниципальное право сами по себе являются двумя отдельными и независимыми системами.

В дуалистическом государстве чрезвычайно важно, чтобы международное право было включено в его муниципальное право, чтобы оно вступило в силу.Помимо разработки, государство обязано исключить те законы, которые противоречат недавно принятому международному праву.

Если дуалистическое государство ратифицирует договор или конвенцию, но не создает закон, прямо инкорпорирующий договор, то их акт отказа от инкорпорации нарушает международное право. Если государство не включило принципы договора в соответствии со своими местными законами, которые оно ратифицировало ранее в международной сфере, то ни граждане этой страны не могут ссылаться на международные законы, ни суды не могут выносить свои решения, основанные на принципах этот договор.

Великобритания - страна, в которой доминирует дуалистический подход. Международное право становится национальным законом Великобритании только в том случае, если оно переведено.

Герш Лаутерпахт о дуализме

Судья Лаутерпатч был сторонником естественного права, он признал, что международное право соблюдает нормы естественного права.

Для Лаутерпахта международное право выше, чем внутригосударственное право, обоснование этой точки зрения состоит в том, что оно предлагает гарантийные права для лиц, независимо от того, из какого государства они принадлежат.Согласно Лаутерпахту, иерархия судебных приказов была:

.
  1. Естественное право
  2. Международное право
  3. Муниципальный закон

Для него, будь то международное право или муниципальное право, окончательной единицей всего права является человек. Он ответил на несколько фундаментальных вопросов философии международного права, касающихся концепции и происхождения международного права.

Он критиковал доктрину доктрины Генриха Трипеля о международно-правовом обязательстве, в то же время согласившись с Кельзеном, что обязательная сила закона не может быть выведена из индивидуальной или общей воли государств.

Для Лаутерпахта международное право принадлежит государствам, а не правительствам. Для него международное сообщество было сообществом людей, волю которых выражают государства.

Нажмите выше

Triepel о дуализме

Трипель рассматривал две системы государственного права и международного права как совершенно разные по своей природе. Для него международное и муниципальное право существуют как две отдельные, отдельные совокупности.

Трипель выдвинул следующие утверждения о взаимосвязи между международным правом и государственным правом:

  • Во-первых, он утверждал, что международное право и муниципальное право различаются конкретными общественными отношениями, которыми они управляют; Государственное право имеет дело с отдельными лицами, а международное право регулирует отношения между государствами.
  • Во-вторых, он утверждает, что их юридическое происхождение различно; источником муниципального права является воля самого государства, источником международного права является общая воля государств.
  • Существуют различия в: предметах, источниках и содержании, а также требуется «преобразование» международного права в муниципальное право, чтобы сделать международное право обязательным для муниципальных властей.

Трипель признал, что основная воля государств была предпосылкой легитимности международного права; он также указал, что оно в значительной степени зависит от соглашений между государствами, которые включают не только договоры, но и обычаи, а общая воля является наиболее важным и изобретательным источником международного права.

Проблема «lex posterior»

В дуалистической стране международное право должно быть переведено в муниципальное право, а существующее муниципальное право, противоречащее международному праву, должно быть «переведено». Международное право должно быть преобразовано во внутреннее право, чтобы соответствовать международному праву. Однако необходимость в переводе вызывает проблемы с муниципальными законами, которые разрабатываются после перевода.

В монистической стране закон возникает после принятия международного права, и если он противоречит международному праву, он автоматически теряет силу.Международное правило будет продолжать преобладать.

В дуалистической системе, когда международное право, переведенное в национальный закон, может быть отменено другим национальным законом по принципу «lex posterior derogat legi priori», что означает: более поздний закон заменяет более ранний.

Это означает, что дуалистическое государство вольно или невольно может нарушать международное право. Дуалистическая система требует непрерывной проверки всего последующего национального законодательства на предмет возможной несовместимости с более ранним международным правом.

Монизм

  1. По мнению сторонников естественного права, муниципальное право и международное право образуют единую правовую систему.
  2. Монизм поддерживают сторонники естественного права.
  3. В «Монизме» нет необходимости переводить международное право в муниципальное, чтобы оно вступило в силу.
  4. В настоящей monisitc стране, если национальный закон противоречит международному праву, он теряет силу.
  5. Если монистическое государство ратифицирует договор или конвенцию и не создает закон, прямо включающий договор, то их акт отказа от включения не будет нарушать международное право.
  6. В монистическом государстве международное право автоматически встраивается в муниципальный закон, а противоречащая часть автоматически переводится.
  7. Сторонники монизма: келсон.
  8. Государство, которое следует монистическому подходу: германия.

Дуализм

  1. Муниципальное право и международное право - это две разные и разные правовые системы.
  2. Поддерживается сторонниками позитивного права.
  3. В дуалистической стране существует потребность в переводе международного права на муниципальное, чтобы оно вступило в силу.
  4. В истинно дуалистической стране, если национальный закон противоречит международному праву, он становится недействительным, если он уже не переведен в ее внутреннее право.
  5. Если дуалистическое государство ратифицирует договор или конвенцию, но не создает закон, прямо инкорпорирующий договор, то их акт отказа от инкорпорации нарушает международное право.
  6. Международное право не включается автоматически в муниципальный закон.
  7. Противоречащие части муниципального закона должны быть изменены государством, так как он не переводится автоматически в дуалистической стране.
  8. В отсутствие перевода международного права в муниципальное право международное право не будет существовать как закон.
  9. Сторонник: hersch lauterpatch, triepel.
  10. Следующая страна: Великобритания.

Есть несколько основных методов, с помощью которых государства выполняют договоры, и некоторые из них таковы; Принятие, регистрация и преобразование.

Принятие

Согласно теории монизма, если международное право принимается как муниципальное право, то договор автоматически подлежит исполнению в муниципальном праве.Однако некоторым штатам требуется «перевод» из законодательного органа, чтобы договоры имели исковую силу, и это так; Франция, Испания, Бельгия, Нидерланды, США. Другие страны, такие как Германия и Италия, требуют исполнительного листа до ратификации (предварительное согласие законодательного органа). Обычно это называется квазиавтоматической инкорпорацией, которая позволяет правительству выполнять обязательства по договору и включать договор в муниципальную правовую сферу.

Регистрация и преобразование

Эту теорию обычно практикуют дуалистические государства.Теория инкорпорации предполагает принятие и применение законодательства. Международные договоры имеют более высокий статус, чем статус муниципального закона (но не более чем Конституция).

Ключевое различие между инкорпорированным договором и принятым договором заключается в форме, которую он принимает в муниципальном праве. Таким образом, усыновление во многом зависит от позиции муниципальных судов. Согласно той же аргументации, включение и преобразование, которые приводят к принятию законодательства, не обязательно без каких-либо препятствий, поскольку это зависит от усмотрения суда, применять ли принципы договора или нет.

Штат Западная Бенгалия против Kesoram Industries Ltd. и других

В этом деле Конституционная коллегия Верховного суда постановила, что в Индии применима доктрина дуализма, а не доктрина монизма, однако, если муниципальный закон не ограничивает сферу действия статута, то, даже если Индия не является подписавший договор, Верховный суд может толковать Статут.

Комитет бдительности за гражданские права S.L.R.C. Юридический колледж Бангалор против Союза Индии и других

Высокий суд штата Карнатака, рассматривая это дело, определил взаимосвязь между международным правом и муниципальным правом, постановил, что по мере возрастания значимости международного права в глобальном и муниципальном сценарии возникает ряд уникальных и новых вопросов, касающихся отношения между двумя.Однако Высокий суд постановил, что муниципальное и международное право, основанное на разных источниках, может привести к несовместимости разных систем.

Монизм и дуализм обычно понимаются как две противоположные теории взаимоотношений международного права и муниципального права. Многие современные ученые считают монизм и дуализм теориями, имеющими ограниченную объяснительную силу, поскольку они не в состоянии уловить, как международное право работает в государствах.

Несмотря ни на что, монизм и дуализм обладают силой как аналитические инструменты.Они проходят примерно как предсказуемые начальные стадии для изучения связи между международным и муниципальным правом. Различные поздние решения муниципальных судов показали, что некоторые исследователи считают монизм и дуализм потенциальными подходами к пониманию муниципального правового мышления по международному праву.


Компания LawSikho создала группу телеграмм для обмена юридическими знаниями, рекомендациями и различными возможностями. Вы можете перейти по этой ссылке и присоединиться:

За пределами дуализма и монизма: наклонное бытие Бергсона

% PDF-1.7 % 1 0 объект > эндобдж 2 0 obj > поток 2019-06-07T21: 42: 21-07: 002019-06-07T21: 42: 20-07: 002019-06-07T21: 42: 21-07: 00Appligent AppendPDF Pro 5.5uuid: eef69a25-abb2-11b2-0a00- 782dad000000uuid: eef6bd82-abb2-11b2-0a00-005fe672fd7fapplication / pdf

  • За пределами дуализма и монизма: наклонное бытие Бергсона
  • Prince 9.0 rev 5 (www.princexml.com) AppendPDF Pro 5.5 Ядро Linux 2.6 64-битная 2 октября 2014 Библиотека 10.1.0 конечный поток эндобдж 5 0 obj > эндобдж 3 0 obj > эндобдж 6 0 obj > эндобдж 16 0 объект > эндобдж 17 0 объект > эндобдж 18 0 объект > эндобдж 156 0 объект > эндобдж 157 0 объект > эндобдж 158 0 объект > эндобдж 159 0 объект > эндобдж 160 0 объект > эндобдж 161 0 объект > эндобдж 162 0 объект > эндобдж 163 0 объект > эндобдж 164 0 объект > эндобдж 165 0 объект > эндобдж 166 0 объект > эндобдж 167 0 объект > эндобдж 168 0 объект > эндобдж 169 0 объект > эндобдж 170 0 объект > эндобдж 171 0 объект > эндобдж 172 0 объект > эндобдж 173 0 объект > эндобдж 174 0 объект > эндобдж 175 0 объект > эндобдж 176 0 объект > эндобдж 177 0 объект > эндобдж 178 0 объект > эндобдж 179 0 объект > эндобдж 180 0 объект > эндобдж 181 0 объект > эндобдж 182 0 объект > эндобдж 183 0 объект > эндобдж 184 0 объект > эндобдж 185 0 объект > эндобдж 186 0 объект > эндобдж 187 0 объект > эндобдж 188 0 объект > эндобдж 189 0 объект > эндобдж 190 0 объект > эндобдж 191 0 объект > эндобдж 192 0 объект > эндобдж 193 0 объект > эндобдж 194 0 объект > эндобдж 195 0 объект > эндобдж 68 0 объект > эндобдж 196 0 объект > / MediaBox [0 0 612 792] / Parent 15 0 R / Resources> / ProcSet [/ PDF / Text / ImageB / ImageC / ImageI] >> / StructParents 34 / Tabs / S / Type / Page >> эндобдж 197 0 объект > поток х $].]? aasmnoNOGO / D! DYG Q ** jmJ? GEв ... YG

    Словакия - Оксфордская стипендия

    Страница из

    НАПЕЧАТАНО ИЗ ОНЛАЙН-СТИПЕНДИИ ОКСФОРДА (oxford.universitypressscholarship.com). (c) Авторские права Oxford University Press, 2021. Все права защищены. Отдельный пользователь может распечатать одну главу монографии в формате PDF в OSO для личного использования. дата: 19 июля 2021 г.

    Глава:
    (стр.555) 23 Словакия
    Источник:
    Международное право и внутренние правовые системы
    Автор (ы):

    Дагмар Лантайова

    Юрай Янкув

    Йозеф Кушлита

    Издатель:
    Oxford University Press 10
    4 .1093 / acprof: oso / 9780199694907.003.0023

    Словакия использует как дуалистический, так и монистический подходы. Монистический подход (с приоритетом международного права) можно увидеть в пункте (5) статьи 7 Конституции, но он имеет «эффект ex-nunc», потому что он применялся к самоисполняющимся договорам, ратифицированным после принятия Конституционного закона № 90/2001 вступили в силу, что сделало эти договоры непосредственно применимыми во внутреннем законодательстве. После присоединения Словацкой Республики к Европейскому Союзу монистический подход с приоритетом acquis communitaire применяется к отношениям между словацким муниципальным правом и европейским правом в соответствии с пунктом (2) статьи 7 Конституции.Согласно acquis communitaire , у государств-членов Европейского Союза нет выбора между монизмом и дуализмом. Скорее, они обязаны применять так называемый «общинный монизм» с приоритетом acquis communitaire . Однако в отношении международных договоров, ратифицированных и обнародованных до принятия Конституционного закона № 90/2001, был сохранен мягкий дуалистический подход.

    Ключевые слова: Словацкое право, международное обычное право, конституционное право, конституция, монизм, дуализм, acquis communitaire, внутреннее право

    Для получения доступа к полному тексту книг в рамках службы для стипендии

    Oxford Online требуется подписка или покупка.Однако публичные пользователи могут свободно искать на сайте и просматривать аннотации и ключевые слова для каждой книги и главы.

    Пожалуйста, подпишитесь или войдите для доступа к полному тексту.

    Если вы считаете, что у вас должен быть доступ к этой книге, обратитесь к своему библиотекарю.

    Для устранения неполадок, пожалуйста, проверьте наш FAQs , и если вы не можете найти там ответ, пожалуйста свяжитесь с нами .

    Преодоление цифрового разрыва: монизм, дуализм и разум Коллективные действия имеют решающее значение для создания кибер-теории | Уайт

    Статья | Открытый доступ

    Преодоление цифрового разрыва: монизм, дуализм и разум Коллективные действия имеют решающее значение для создания кибер-теории


    • Кристофер Уайт Школа государственного управления и связей с общественностью Л. Дугласа Уайлдера, Университет Содружества Вирджинии, США

    Полный текст PDF (скачать бесплатно)

    Взгляды: 1333 Загрузки: 1087

    Аннотация При изучении тем, связанных с киберконфликтными ситуациями и управлением кибербезопасностью, ученые должны спросить - возможно, даже больше, чем в случае с любыми другими новыми направлениями исследований, - в чем заключается эпистемологическая и онтологическая ценность различных методов.В этой статье описываются уникальные двойные методологические проблемы, присущие многогранной программе глобальной кибербезопасности, и задается вопрос, насколько они проблематичны для научных усилий по созданию знаний о цифровой динамике в мировых делах. Я утверждаю, что любой ответ на этот вопрос будет зависеть от того, как человек воспринимает предприятие в области социальных наук. В то время как традиционные дуалистические взгляды на социальные науки ставят перед исследователем уникальные задачи, монистическая перспектива веберианской объективности - нет.Однако, независимо от точки зрения, наиболее важные шаги, которые необходимо предпринять на уровне исследовательской программы, явно направлены на создание атрибутов сообщества. С этой целью я описываю шаги, которые могут быть предприняты для разработки ряда механизмов построения и поддержки сообщества, которые могут одновременно поддерживать микро-фундаментальный подход к исследованиям и знакомить элементы сообщества друг с другом. Это расширяет возможности для получения знаний и направляет исследователей на плодотворные пути, сокращая при этом промежутки между башней из слоновой кости и реальным миром.

    Ключевые слова кибер; дуализм; эпистемология; монизм; онтология; философия науки


    Опубликовано 11 июня 2018 г.
    DOI: https://doi.org/10.17645/pag.v6i2.1338

    © Кристофер Уайт.

    Добавить комментарий

    Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *