Лозунг большевиков в апреле 1917: Какие лозунги были выдвинуты большевиками в апреле 1917 г.? Найдите в приведённом ниже списке два лозунга и запишите в таблицу цифры, под которыми они указаны. 1) «Вся власть Советам!» 2) «Долой самод

Содержание

Сталин И.В. О лозунге диктатуры пролетариата и беднейшего крестьянства в период подготовки Октября: Ответ С. Покровскому

Сталин И.В. О лозунге диктатуры пролетариата и беднейшего крестьянства в период подготовки Октября: Ответ С. Покровскому

 


Сталин И.В.

 

Источник:

Сталин И.В. Cочинения. – Т. 9. – М.: ОГИЗ; Государственное издательство политической литературы, 1948. С. 269–281.

 

Примечание 64: Там же. С. 372.

 

Красным шрифтом в квадратных скобках обозначается конец текста на соответствующей странице печатного оригинала указанного издания


 

Я думаю, что Ваше письмо от 2 мая с.г. не дает ни повода, ни основания для того, чтобы ответить подробно, так сказать, по всем пунктам.

Собственно говоря, оно не дает ничего особенно нового в сравнении с письмом Ян-ского.

Если я все же отвечаю на Ваше письмо, то потому, что оно содержит некоторые элементы прямой реставрации каменевщины периода апрель – май 1917 года.

Только для разоблачения этих элементов реставрации каменевщины я считаю нужным ответить коротко на Ваше письмо.

1) Вы говорите в своем письме, что “на деле мы имели в период от Февраля до Октября лозунг союза со всем крестьянством”, что в “период от Февраля к Октябрю партия отстаивала и защищала свой старый лозунг по отношению к крестьянству – союз со всем крестьянством в целом”.

Выходит, во-первых, что большевики в период подготовки Октября (апрель – октябрь 1917 г.) не ставили своей задачей проведение борозды между беднейшим [c.269] крестьянством и зажиточными крестьянами, а брали крестьянство как целое.

Выходит, во-вторых, что в период подготовки Октября большевики не заменили старого лозунга – “диктатура пролетариата и крестьянства” – новым лозунгом – “диктатура пролетариата и беднейшего крестьянства”, а оставались при старых позициях, данных в брошюре Ленина “Две тактики” в 1905 году.

Выходит, в-третьих, что большевистская политика борьбы с колебаниями и соглашательством Советов, в период подготовки Октября (март – октябрь 1917 г. ), с колебаниями среднего крестьянства в Советах и на фронте, с колебаниями между революцией и контрреволюцией, с колебаниями и соглашательством, принявшими особенно острый характер в июльские дни, когда Советы во главе с соглашателями из эсеров и меньшевиков пошли в ногу с контрреволюционными генералами в деле изоляции большевиков, – выходит, что большевистская борьба с этими колебаниями и соглашательством известных слоев крестьянства была беспредметной и абсолютно ненужной.

Выходит, наконец, что Каменев был прав, отстаивая в апреле – мае 1917 года старый лозунг диктатуры пролетариата и крестьянства, а Ленин, считавший этот лозунг уже устаревшим и провозгласивший новый лозунг диктатуры пролетариата и беднейшего крестьянства, был не прав.

Стоит только поставить эти вопросы, чтобы понять всю несообразность Вашего письма в целом.

Но так как Вы являетесь большим любителем отдельных цитат из сочинений Ленина, обратимся к цитатам. [c.270]

Не нужно большого труда, чтобы доказать, что новым в аграрных отношениях России после февральского переворота, с точки зрения дальнейшего развития революции, Ленин считал не общность интересов пролетариата и крестьянства в целом, а раскол беднейшего крестьянства с зажиточным крестьянством, из коих первое, т. е. беднейшее крестьянство, тянуло к пролетариату, а второе, т.е. зажиточное крестьянство” шло за Временным правительством.

Вот что говорил на этот счет Ленин в апреле 1917 года, полемизируя с Каменевым и каменевщиной:

“Не позволительно пролетарской партии возлагать теперь (курсив мой. – И. Ст.) надежды на общность интересов с крестьянством” (см. речь Ленина на Апрельской конференции 1917 г., т. XX, стр. 245).

Далее:

“Уже теперь мы видим в решениях ряда крестьянских съездов мысль обождать с разрешением аграрного вопроса до Учредительного Собрания, – это победа зажиточного крестьянства (курсив мой. – И. Ст.), склоняющегося к кадетам” (см. речь Ленина на Петроградской общегородской конференции в апреле 1917 г., т. XX, стр. 176).

Дальше:

“Возможно, что крестьянство возьмет всю землю и всю власть. Я не только не забываю этой возможности, не ограничиваю своего кругозора одним сегодняшним днем, а прямо и точно формулирую аграрную программу с учетом

нового явления: более глубокого раскола (курсив мой. – И. Ст.) батраков и беднейших крестьян с крестьянами-хозяевами” (см. апрельскую статью Ленина “Письма о тактике”, т. XX, стр. 103) [c.271].

Вот в чем усматривал Ленин новое и важное в новой обстановке в деревне после февральской революции.

Вот из чего исходил Ленин при построении политики партии в период после февраля 1917 года.

Из этого положения исходил Ленин, когда он говорил на общегородской Петроградской конференции в апреле 1917 года:

“Только на месте здесь мы уже узнали, что Совет Р.

и С.Д. отдал власть Временному Правительству. Совет Р. и С.Д. есть осуществление диктатуры пролетариата и солдат; среди последних большинство крестьян. Это и есть диктатура пролетариата и крестьянства. Но эта “диктатура” вошла в соглашение с буржуазией. Тут и нужен пересмотр “старого” большевизма” (см. т. XX, стр. 176; курсив мой. – И. Ст.).

Из этого же положения исходил Ленин, когда он писал в апреле 1917 года:

“Кто говорит теперь только о “револ.-демокр. диктатуре пролетариата и крестьянства”, тот отстал от жизни, тот в силу этого перешел на деле к мелкой буржуазии против пролетарской классовой борьбы, того надо сдать в архив “большевистских” дореволюционных редкостей (можно назвать: архив “старых большевиков”)” (см. т. XX, стр. 101).

На этой почве и родился лозунг диктатуры пролетариата и

беднейшего крестьянства вместо старого лозунга – диктатуры пролетариата и крестьянства.

Вы можете сказать, как это и делаете в Вашем письме, что это есть троцкистское перепрыгивание через незавершенную еще крестьянскую революцию, но это будет столь же убедительно, сколь убедительно было подобное возражение Каменева, направленное в апреле 1917 года против Ленина. [c.272]

Ленин вполне учитывал такое возражение, когда он сказал:

“Троцкизм – “без царя, а правительство рабочее”. Это неверно. Мелкая буржуазия есть, ее выкинуть нельзя. Но у нее две части. Беднейшая (курсив мой. – И. Ст.) ее часть идет с рабочим классом” (см. т. XX, стр. 182).

Ошибка Каменева, а теперь Ваша ошибка состоит в неумении подметить и подчеркнуть разницу между двумя частями мелкой буржуазии, в данном случае – крестьянства, в неумении

выделить беднейшую часть крестьянства из всей массы крестьянства в целом и построить на этом политику партии в обстановке перехода от первого этапа революции в 1917 году ко второму ее этапу, в неумении вывести из этого новый лозунг, второй стратегический лозунг партии о диктатуре пролетариата и беднейшего крестьянства.

Проследим последовательно практическую историю лозунга “диктатуры пролетариата и беднейшего крестьянства” от апреля до октября 1917 года в трудах Ленина.

Апрель 1917 года:

“Своеобразие текущего момента в России состоит в переходе от первого этапа революции, давшего власть буржуазии в силу недостаточной сознательности и организованности пролетариата, –

ко второму ее этапу, который должен дать власть в руки пролетариата и беднейших слоев крестьянства” (см. “Апрельские тезисы” Ленина, т. XX, стр. 88; курсив мой. – И. Ст.).

Июль 1917 года:

“Революционные рабочие, если их поддержат беднейшие крестьяне (курсив мой. – И. Ст.), одни только в состоянии сломить сопротивление [c.273] капиталистов, повести народ к завоеванию земли без выкупа, к полной свободе, к победе над голодом, к победе над войной, к справедливому и прочному миру” (см. т. XXI, стр. 77).

Август 1917 года:

“Только пролетариат, руководящий беднейшим крестьянством (курсив мой. – И. Ст.) (полупролетариями, как говорит наша программа), может кончить войну демократическим миром, залечить ее раны, начать ставшие безусловно необходимыми и неотложными шаги к социализму – таково определение нашей классовой политики теперь” (см. т. XXI, стр. 111)

Сентябрь 1917 года:

“Только диктатура пролетариев и беднейших крестьян (курсив мой. – И. Ст.) способна сломить сопротивление капиталистов, проявить действительно величественную смелость и решительность власти, обеспечить себе восторженную, беззаветную, истинно героическую поддержку масс и в армии, и в крестьянстве” (см. т. XXI, стр. 147)

Сентябрь — октябрь 1917 года, брошюра “Удержат ли большевики государственную власть?”, где Ленин полемизирует с “Новой Жизнью”

64:

Либо (курсив мой. – И. Ст.) вся власть буржуазии – этого вы давно не защищаете, и сама буржуазия не смеет даже заикнуться об этом, зная, что уже 20–21 апреля такую власть народ одним движением плеча скинул и скинет теперь втрое решительнее, беспощаднее. Либо (курсив мой. – И. Ст.) власть мелкой буржуазии, т.е. коалиция (союз, соглашение) ее с буржуазией, ибо самостоятельно и независимо мелкая буржуазия власти не хочет и не может взять, как доказал опыт всех революций, как доказывает и экономическая наука, разъясняющая, что в капиталистической стране можно стоять за капитал, можно стоять за труд, но по середке устоять нельзя. [c.274] Эта коалиция в России полгода испробовала не десятки способов и провалились. Либо (курсив мой. – И. Ст.), наконец, вся власть пролетариям и беднейшим крестьянам (курсив мой. – И. Ст.), против буржуазии, для того, чтобы сломить ее сопротивление. Это еще не испробовано, и это вы, господа из “Новой Жизни”, отсоветуете народу, запугивая его вашей собственной запуганностью перед буржуазией. Ничего четвертого и выдумать нельзя” (см. т. XXI, стр. 275).

Таковы факты.

Все эти факты и события из истории подготовки Октября Вы “благополучно” обходите, “благополучно” вычеркиваете из истории большевизма борьбу большевиков в период подготовки Октября с колебаниями и соглашательством “крестьян-хозяев”, сидевших тогда в Советах, “благополучно” хороните лозунг Ленина о диктатуре пролетариата и беднейшего крестьянства и воображаете вместе с тем, что это не есть насилие над историей, над ленинизмом.

Из этих цитат, количество которых можно было бы увеличить, Вы должны видеть, что большевики брали за исходный пункт после февраля 1917 года не крестьянство в целом, а беднейшую его часть, они шли к Октябрю не под старым лозунгом диктатуры пролетариата и крестьянства, а под новым лозунгом диктатуры пролетариата и беднейшего крестьянства.

Из этого видно, что большевики проводили этот лозунг в борьбе с колебаниями и соглашательством Советов, с колебаниями и соглашательством известной части крестьянства, сидевшей в Советах, с колебаниями и соглашательством известных партий мелкобуржуазной демократии, имя которым – эсеры и меньшевики. [c.275]

Из этого видно, что без нового лозунга диктатуры пролетариата и беднейшего крестьянства мы не могли бы собрать достаточно мощной политической армии, способной преодолеть соглашательство эсеров и меньшевиков, нейтрализовать колебания известной части крестьянства, свергнуть буржуазную власть и сделать, таким образом, возможным доведение до конца буржуазной революции.

Из этого видно, что “к Октябрю мы шли и победили в Октябре вместе с беднейшим крестьянством при сопротивлении кулачества (тоже крестьянство) и колебаниях со стороны среднего крестьянства” (см. мой ответ Ян-скому) (см. настоящий том, стр. 216. — Ред.).

Выходит, таким образом, что в апреле 1917 года, как и за весь период подготовки Октября, прав был Ленин, а не Каменев, а Вы, реставрирующий ныне каменевщину, попадаете как будто в не совсем хорошую компанию.

2) В противовес всему сказанному выше Вы приводите слова Ленина о том, что в октябре 1917 года мы брали власть при поддержке крестьянства в целом. Что мы брали власть при известной поддержке крестьянства в целом, это совершенно правильно. Но Вы забыли добавить “мелочь”: крестьянство в целом поддерживало нас в Октябре, и после Октября, лишь постольку, поскольку мы доводили до конца буржуазную революцию. Это очень важная “мелочь”, которая решает в данном случае вопрос. “Забывать” такую важную “мелочь” и замазывать, таким образом, важнейший вопрос непозволительно большевику. [c.276]

Из Вашего письма видно, что Вы противопоставляете слова Ленина о поддержке крестьянства в целом лозунгу партии о “диктатуре пролетариата и беднейшего крестьянства”, данному тем же Лениным. Но для того, чтобы противопоставить эти слова Ленина предыдущим цитатам из сочинений Ленина, для того, чтобы иметь основание опровергнуть предыдущие цитаты Ленина о лозунге диктатуры пролетариата и беднейшего крестьянства приведенными Вами словами того же Ленина о крестьянстве в целом, – для этого надо доказать, по крайней мере, две вещи.

Во-первых. Надо доказать, что доведение до конца буржуазной революции является главным в Октябрьской революции. Ленин считает, что доведение до конца буржуазной революции является “побочным” продуктом Октябрьской революции, разрешившей эту задачу “мимоходом”. Надо, прежде всего, опровергнуть это положение Ленина и доказать, что главным в Октябрьской революции является не свержение власти буржуазии и переход власти в руки пролетариата, а доведение до конца буржуазной революции. Попробуйте доказать это, и тогда я готов признать, что лозунгом партии от апреля до октября 1917 года была у нас не диктатура пролетариата и беднейшего крестьянства, а диктатура пролетариата и крестьянства.

Из Вашего письма видно, что Вы, не считая возможным взять на себя эту более чем рискованную задачу, пытаетесь, однако, “мимоходом” доказать, что в одном из важнейших вопросов Октябрьской революции, в вопросе о мире, нас поддерживало будто бы все крестьянство в целом. Это, конечно, неверно. Это совершенно неверно. В вопросе о мире Вы сбились на обывательскую точку [c.277] зрения. На самом деле вопрос о мире был тогда у нас вопросом о власти, ибо только с переходом власти в руки пролетариата можно было рассчитывать на выход из империалистической войны.

Вы забыли, должно быть, слова Ленина о том, что “кончить войну можно только переходом власти к другому классу”, что ““долой войну” – не значит бросанье штыка. Это значит переход власти к другому классу” (см. речь Ленина на Петроградской общегородской конференции в апреле 1917 г., т. XX, стр. 181 и 178).

Итак, одно из двух: либо Вы должны доказать, что главным в Октябрьской революции является доведение до конца буржуазной революции, либо Вы этого не докажете, – и тогда сам собою напрашивается вывод о том, что крестьянство в целом могло нас поддерживать в Октябре лишь постольку, поскольку мы доводили до конца буржуазную революцию, ликвидируя монархию, помещичью собственность и помещичьи порядки.

Во-вторых. Вы должны доказать, что большевики могли добиться поддержки крестьянства в целом в Октябре и после Октября, поскольку они доводили до конца буржуазную революцию, без систематического проведения лозунга диктатуры пролетариата и беднейшего крестьянства за весь период подготовки Октября, без систематической борьбы с соглашательством мелкобуржуазных партий, вытекающей из этого лозунга, без систематического разоблачения колебаний известных слоев крестьянства и их представителей в Советах, вытекающего из того же лозунга.

Попробуйте доказать это. В самом деле, почему нам удалось обеспечить себе поддержку крестьянства в целом в Октябре и после Октября? Потому, что мы [c.278] получили возможность довести до конца буржуазную революцию.

Почему мы получили такую возможность? Потому, что нам удалось свергнуть буржуазную власть и заменить ее властью пролетариата, которая только и способна довести до конца буржуазную революцию.

Почему нам удалось свергнуть власть буржуазии и поставить власть пролетариата? Потому, что мы вели подготовку Октября под лозунгом диктатуры пролетариата и беднейшего крестьянства, потому, что, исходя из этого лозунга, мы вели систематическую борьбу с соглашательством мелкобуржуазных партий, потому, что, исходя из этого лозунга, мы вели систематическую борьбу с колебаниями среднего крестьянства в Советах, потому, что только при таком лозунге мы могли преодолеть колебания середняка, разбить соглашательство мелкобуржуазных партий и собрать такую политическую армию, которая способна повести борьбу за переход власти в руки пролетариата.

Едва ли нужно доказывать, что без этих предвари тельных условий, определивших судьбу Октябрьской революции, мы не могли бы добиться поддержки крестьянства в целом ни в Октябре, ни после Октября в деле доведения до конца буржуазной революции.

Вот как надо понимать соединение крестьянских войн с пролетарской революцией.

Вот почему противопоставлять поддержку крестьянства в целом в Октябре и после Октября в деде доведения до конца буржуазной революции факту подготовки Октябрьской революции под лозунгом диктатуры пролетариата и беднейшего крестьянства – значит ничего не понять в ленинизме. [c.279]

Основная Ваша ошибка состоит в том, что Вы не поняли ни факта переплетения в ходе Октябрьской революции задач социалистических с задачами доведения до конца буржуазной революции, ни механики претворения в жизнь отдельных требований Октябрьской революции, вытекающих из второго стратегического лозунга партии о диктатуре пролетариата и беднейшего крестьянства.

Читая Ваше письмо, можно подумать, что не мы взяли крестьянство на службу пролетарской революции, а, наоборот, “крестьянство в целом”, включая и кулачество, взяло на службу себе большевиков. Плохи были бы дела большевиков, если бы они так легко “поступали” на службу к непролетарским классам.

Каменевщина периода апреля 1917 года – вот что тянет Вас за ноги.

3) Вы утверждаете, что Сталин не видит разницы между обстановкой 1905 года и обстановкой к февралю 1917 года. Это, конечно, несерьезно. Я этого не говорил и говорить не мог. Я говорил в своем письме лишь о том, что лозунг партии о диктатуре пролетариата и крестьянства, данный в 1905 году, получил свое подтверждение в февральской революции 1917 года. И это, конечно, верно. Так именно и рисовал Ленин положение в своей статье “Крестьяне и рабочие” в августе 1917 года:

“Только пролетариат и крестьянство могут свергнуть монархию – таково было основное, по тогдашнему времени (имеется в виду 1905 год. И.Ст.), определение нашей классовой политики. И это определение было верно. Февраль и март 1917 года лишний раз подтвердила это” (см. т. XXI, стр. 111; курсив мой. – И. Ст.). [c.280]

Вы просто изволите придираться.

4) Вы пытаетесь, далее, изобличить Сталина в противоречиях, противопоставляя его тезису о соглашательстве середняка до Октября цитату из брошюры Сталина “Вопросы ленинизма”, где говорится о возможности строительства социализма совместно с средним крестьянством после упрочения диктатуры пролетариата.

Не нужно большого труда, чтобы доказать абсолютную ненаучность такого отождествления двух различных явлений. Середняк перед Октябрем, когда у власти стояла буржуазия, и середняк после упрочения диктатуры пролетариата, когда буржуазия уже свергнута и экспроприирована, кооперация развилась и основные средства производства сосредоточены в руках пролетариата, – две вещи разные. Отождествлять эти два рода середняка и ставить их на одну доску, – это значит рассматривать явления вне связи с исторической обстановкой и растерять все перспективы. Это нечто вроде зиновьевской манеры цитирования с перепутыванием всех дат и периодов.

Если это называется “революционной диалектикой”, то надо признать, что Покровский побил все рекорды “диалектического” крючкотворства.

5) Остальных вопросов не касаюсь, так как считаю, что они уже исчерпаны в переписке с Ян-ским.

 

20 мая 1927 г.

 

Впервые напечатано в книге:

И. Сталин. Вопросы ленинизма. 4-е изд., 1928

[c.281]

 

ПРИМЕЧАНИЕ

 

64“Новая Жизнь” – меньшевистская газета, выходила в Петрограде с апреля 1917 года по июль 1918 года. – 274. [c.372]

Вернуться к тексту

 


This Stalin archive has been reproduced from Библиотека Михаила Грачева (Mikhail Grachev Library) at http://grachev62.narod.ru/stalin/ However, we cannot advise connecting to the original location as it currently generates virus warnings.

Every effort has been made to ascertain and obtain copyright pertaining to this material, where relevant. If a reader knows of any further copyright issues, please contact Roland Boer.

Выставка «Фабрика лозунгов. Лозунги революционной эпохи. 1917-1920-е годы»

Выставка в Атриуме знаменитого особняка Матильды Кшесинской, занимаемого ныне Государственным музеем политической истории России, представила посетителям подлинные большевистские лозунги первых лет советской власти.

В них отразилась доминирующая тематика того времени: призывы к мировой революции, противоборство старого и нового мира, борьба с неграмотностью и антирелигиозная пропаганда, формирование культа коммунистической партии, пропаганда личности вождя.

Внедренные в массовое сознание лозунги о мире и о земле (содержание которых было позаимствовано у идеологических противников) обеспечили большевикам победу в октябре 1917 года. После захвата власти, в условиях развернувшейся гражданской войны, новому правительству необходимо было запустить «пропагандистскую машину», способную донести коммунистические идеи до самых широких масс. «Кто не с нами тот против нас!», «Мешочник – враг транспорта!», «Разрушители транспорта – враги республики!», «Чистота побеждает сыпной и возвратный тиф!», «Бей по голоду!», «Все на заготовку дров!» – эти лозунги периода военного коммунизма отражали реалии переходного времени.

К 1921 году утопичность лозунга петроградских большевиков «Два года власти рабочих и крестьян доказывают незыблемость коммунизма» (1919) стала очевидной. Крестьянские восстания, рабочие забастовки, выступление кронштадтских моряков обозначили первоочередную задачу – «организацию государственной пропаганды коммунизма». Этой задаче была подчинена деятельность Агитационно-пропагандистского отдела ЦК РКП (б) и Главполитпросвета, созданных в 1920-1921 годах.

Среди наиболее выразительных и характерных – листовки-лозунги «Кто против грамоты – тот враг свободы!», «Стройте школы – не будет тюрем», «Коммунизм – могила нищенству и проституции!», «Могила Ленина – колыбель свободы всего человечества!», «Нет Ленина! Но есть великий коллективный Ленин – РКП!».

Динамичный дизайн выставки погружает посетителей в бурную эпоху радикальных перемен: здесь можно было послушать речи вождей революции, пройти школу ликбеза по «Советскому букварю для взрослых», стать зрителем агитационных фильмов.

12 мая – 23 ноября 2017 года

Государственный музей политической истории, Российское историческое общество, фонд «История Отечества»

Глава 7. Июньский кризис 1917 года

На том же заседании съезда, на котором была принята резолюция против большевиков, меньшевики предложили провести общую демонстрацию съезда 18 июня (1 июля). Эта демонстрация преследовала две цели: все-таки дать выход накопившемуся у населения недовольству, а также хотя бы формально закрыть конфликт с большевиками. При этом демонстрация, естественно, должна была быть мирной и пройти под лозунгами поддержки Временного правительства.

«Больше всего пусть покажет этот день, что тщетны расчеты врагов революции на междоусобицу в среде революционной демократии… Этот факт лучше всяких слов покажет, что, ведя идейную борьбу, ни одна фракция или группа революционной демократии никогда и ни при каких условиях не попытается навязать силой свою точку зрения большинству; разногласия никогда не превратятся в братоубийственную войну», — писали «Известия» утром в день демонстрации.

Однако никакого единства на деле не было. Во время подготовки демонстрации продолжались склоки между фракциями съезда. Известно, что накануне демонстрации Церетели сказал Каменеву: «Вот теперь перед нами открытый и честный смотр революционных сил. Завтра будут манифестировать не отдельные группы, а вся рабочая столица, не против воли Совета, а по его приглашению. Вот теперь мы все увидим, за кем идет большинство, за вами или за нами. Это не подстроенные действия исподтишка, а состязание на открытой арене».

Большевики, в свою очередь, решили «отыграться» за 10 (23) июня и приняли решение, как заявил Григорий Зиновьев, «устроить демонстрацию в демонстрации». В течение пяти дней, предшествовавших демонстрации, они провели ударную работу. В итоге в день перед демонстрацией даже на тех заводах, на которых традиционно были сильны позиции меньшевиков и эсеров, были приняты резолюции с одобрением большевистских лозунгов.

Большевикам помогло еще и то, что за два дня до демонстрации в Петрограде открылась Всероссийская конференция фронтовых и тыловых военных организаций их партии, на которую в столицу съехалось множество делегатов. Среди них было около ста агитаторов высшего класса, ораторское искусство которых, естественно, пустили в ход. Успех агитации был таким, что, как вспоминал Николай Подвойский, «половину всего времени мы были вынуждены успокаивать массы». Он же рассказывал, что в ходе конференции вновь «время от времени на трибуну стали подниматься делегаты от Петроградского гарнизона с требованием прекратить обсуждение стоящих перед конференцией вопросов и превратить ее в оперативный штаб вооруженного восстания».

Ситуация еще больше осложнилась, когда 20 июня (3 июля) в часть полков Петроградского гарнизона поступили приказы о выделении оружия и подготовке значительной части личного состава к участию в наступлении. Солдаты вовсе не хотели расставаться с оружием и еще больше не желали отправляться умирать за родину. «Во многих полках солдаты спят с оружием в руках», — говорилось в заявлении большевиков, направленном в Исполком Петросовета.

В тот же день перед делегатами конференции Военных организаций выступил Владимир Ленин. Он сказал следующее:

«Один неверный шаг с нашей стороны может погубить все дело… Если и удалось бы сейчас власть взять, то наивно думать, что, взявши ее, мы сможем удержать.

Мы не раз говорили, что единственно возможной формой революционного правительства являются Советы рабочих, солдатских, крестьянских и так далее депутатов.

Каков же удельный вес нашей фракции в Советах? Даже в Советах обеих столиц, не говоря уже о других, мы в ничтожном меньшинстве. А что показывает этот факт? Нельзя от него отмахнуться. Он показывает, что массы в большинстве своем колеблются и еще верят эсерам и меньшевикам.

Это — основной факт, и он определяет поведение нашей партии.

Сорвать эту нашу линию хотят контрреволюционеры, они всяческими средствами пытаются спровоцировать нас на преждевременное, сепаратное выступление, но мы на эту удочку не пойдем, нет, мы не доставим им такого удовольствия.

А когда массы увидят, что соглашательское правительство их обманывает, так как находится всецело в руках российской и союзнической буржуазии и пляшет под ее дудку, а события последних дней как нельзя лучше разоблачают этот обман, то массы придут к единственно оставшейся нескомпрометированной ` партии, к большевикам.

Не нужно предупреждать событий. Время работает на нас».

18 июня (1 июля) состоялась назначенная демонстрация. И это был полный провал съезда.

Разные источники сходятся в том, что в демонстрации приняли участие около 400 тысяч человек. Практически все лозунги демонстрации были большевистскими, лишь изредка в их массе мелькали лозунги съезда или других партий. Как вспоминал встречавший шествие на Марсовом поле Николай Суханов, «они казались исключением, нарочито подтверждающим достоверность правила».

Как издевательски писал Лев Троцкий, «советский официоз рассказывал на другой день о том, с какой «злостью рвали то там, то здесь знамена с лозунгами доверия Временному правительству». В этих словах явный элемент преувеличения. Плакаты в честь Временного правительства вынесли лишь три небольшие группы: кружок Плеханова, казачья часть и кучка еврейской интеллигенции . Плехановцам и Бунду (демонстрантам-евреям. — Прим. ТАСС) пришлось под враждебные крики толпы свернуть плакаты. У казаков же, проявивших упорство, знамя было действительно вырвано демонстрантами и уничтожено».

«Это была большая победа, притом одержанная на той арене и тем оружием, какие выбрал противник. Мудрено ли, если газета меньшевиков, инициаторов демонстрации, меланхолически спрашивала на другой день: кому пришла в голову эта злосчастная мысль?» — иронизировал Троцкий.

Вскоре после окончания демонстрации выяснилось, что принявшие в ней участие анархисты (кстати, явившиеся на нее с оружием) направились к «Крестам» с целью освободить нескольких своих товарищей, арестованных после событий на даче Дурново. По некоторым данным, их атакам в тот день подверглись и другие петроградские тюрьмы. Как бы то ни было, «Кресты» были разгромлены, и попутно из них сбежало около 400 уголовников, в тот же вечер учинивших несколько погромов в разных частях города.

Наступление было необходимо по двум причинам.

Во-первых, бездействие разлагающейся российской армии, достигшее стадии повсеместных братаний с противником, позволяло немцам снимать с российского фронта целые дивизии и перебрасывать их на запад, обрушивая все новые и новые удары на изнемогающие французские и английские войска. (США на тот момент только-только вступили в войну и в массовом порядке в боевых действиях еще не участвовали.) По разным данным, из более чем 200 российских дивизий в братаниях с немцами участвовал личный состав от 107 до 165 из них, а солдаты из 38 дивизий вообще прямым текстом обещали не участвовать в наступлении. И вот эту разъеденную многомесячными братаниями с противником армию предстояло двинуть в атаку на него.

Кроме того, России просто необходимо было доказать своим союзникам, что как армия, так и страна в целом не находятся в состоянии разрухи и способны на спланированные и успешные действия. На кону стояла государственная репутация России на международной арене.

Задачу организации наступления возложил на себя военный и морской министр Александр Керенский. Он любил проводить параллели между революцией в России и Великой французской революцией и стремился в данном случае повторить «чудо» 1792 года, когда революционная французская армия одержала победу над пруссаками и австрийцами, стремившимися восстановить во Франции монархию.

Декларация о необходимости наступления была опубликован еще 12 (25) мая. В тот же день в печати появилась «Декларация прав солдата», из-за отказа подписать которую пост покинул предшественник Керенского Александр Гучков и которую военное командование называло «последним гвоздем в гроб русской армии». После публикации декларации в отставку даже подал командующий Западным российским фронтом генерал Василий Ромейко-Гурко. (Отставка не была принята, а Гурко, с точки зрения Керенского, попытавшийся снять с себя ответственность в столь важный момент, был лишен права занимать должности выше начальника дивизии.) Однако если вы думаете, что «Декларацией» остались недовольны только высшие чины, вы сильно ошибаетесь.

В «Декларации» содержались два пункта: 14-й и 18-й, которые вызвали повсеместное недовольство солдат. 14-й гласил среди прочего, что

«в боевой обстановке начальник имеет право, под своей личной ответственностью, принимать все меры, до применения вооруженной силы включительно, против не исполняющих его приказания подчиненных».

В 18-м же утверждалось, что

«право назначения на должности и, в указанных законом случаях, временного отстранения начальников всех степеней от должностей принадлежит исключительно начальникам».

Солдаты восприняли эти пункты как наступление на свои права, дарованные им Февральской революцией и «Приказом №1». Этим, естественно, не преминули воспользоваться большевики: Григорий Зиновьев в «Правде» окрестил документ «Декларацией бесправия», и партия начала в своей печати кампанию травли Керенского. «Декларация» действительно стала первым крупным ударом по авторитету Керенского, пошатнувшим его до того момента абсолютно непоколебимую репутацию в войсках. Однако большинство солдат по-прежнему боготворили своего военного министра.

С начала мая Керенский практически не бывал в Петрограде, проводя все время в поездках по фронтам. На Юго-Западном фронте он продолжал выступать даже в те двое суток, когда там уже шла предшествовавшая наступлению артиллерийская подготовка. В офицерской среде Керенского прозвали «главноуговаривающим», а командующих армиями, участвовавших вместе с ним в агитации за наступление, — «убеждармами». Многие офицеры крайне скептически относились к выступлениям Керенского. Так, генерал Андрей Снесарев писал в своем дневнике: «Он (Керенский. — Прим. ТАСС) кричит, прыгает, впадает в истерические возгласы . За ним Брусилов (Алексей Брусилов, назначенный Керенским Верховным главнокомандующим. — Прим. ТАСС) — тоже кричит, махает красным знаменем . Керенский иногда у него вырывает знамя и махает им еще быстрее и выше, становясь на цыпочки). Впечатление минутное — на короткое время, пока Керенского несли на руках, а затем ни следа, как от пены морской».

Во многих частях Керенскому действительно оказывали восторженный прием, граничащий с обожанием и даже безумием. Британская сестра милосердия, работавшая на Юго-Западном фронте, писала в дневнике: «Когда он (Керенский. — Здесь и далее прим. ТАСС) уезжал, то они (солдаты) на плечах донесли его до автомобиля. Они целовали его, его форму, его автомашину, землю, по которой он ступал. Многие, преклонив колени, молились, другие рыдали». И это свидетельство не исключение, а, скорее, правило. Еще одной традицией стало вручение солдатами Керенскому своих Георгиевских крестов. Корреспондент «Русского слова» писал: «В вагоне министра лежат грудами Георгиевские кресты и золотые вещи, отданные ему разными лицами». Обожание Керенского достигало масштабов настоящего культа, который начинал вбирать в себя сказочные мотивы: в первые дни наступления, когда Керенский еще действительно оставался на фронте, среди солдат и в их письмах домой ходили слухи о том, что Керенский сам ходил в атаку, ранен или даже убит.

Алексей Брусилов
Верховный главнокомандующий

Закончив поездку по Юго-Западному и Румынскому фронтам, Керенский 21 мая (3 июня) на день заехал в Петроград, а уже на следующий день отправился на Северный фронт. Во время этого короткого посещения столицы Керенский и сообщил о замене Верховного главнокомандующего: вместо Михаила Алексеева, которого он заподозрил в пораженчестве, Керенский назначил героя кампании 1916 года Алексея Брусилова. Позже Керенский еще раз вернулся в Петроград и вынужден был задержаться в столице из-за событий вокруг несостоявшейся демонстрации 10 (23) июня. В итоге он вновь выехал на Юго-Западный фронт 14 (27) июня, уже накануне самого наступления.

Юго-Западный фронт был выбран для начала наступления, потому что на нем российским войскам противостояли австро-венгерские части, гораздо более слабые, чем немецкие. Наступление неоднократно откладывалось из-за морального разложения войск: оно должно было начаться 10 (23) июня, затем 15 (28) июня, затем еще позже. Как бы смешно это ни звучало, на финальном этапе наступление несколько раз переносили (в общей сложности на четыре дня) еще и для того, чтобы перед каждой частью, которой предстояло идти в атаку, успел выступить Керенский. Командующий Юго-Западным фронтом генерал-лейтенант Алексей Гутор писал Керенскому: «Все начальствующие лица и солдаты во главе со мной покорно просят Вас посетить войска ударных армий для духовного общения». Генерал Андрей Зайончковский, уволенный со службы в мае 1917-го, писал: «Фронт намеченных ударов обратился в фронт сплошных митингов в присутствии военного министра Керенского, места которых усердно и точно отмечались на разведывательных картах германского генерального штаба».

Как объяснял командующий Западным фронтом на момент Июньского наступления генерал-лейтенант Антон Деникин, «первоначально имелась в виду одновременность действий на всех фронтах; потом, считаясь с психологической невозможностью сдвинуть армии с места одновременно, перешли к плану наступления уступами во времени. Но фронты, имевшие значение второстепенное (Западный) или демонстративное (Северный), и которым надлежало начинать операцию раньше, для отвлечения внимания и сил противника от главных направлений (Юго-западный фронт), — не были готовы психологически. Тогда верховное командование решило отказаться от всякой стратегической планомерности, и вынуждено было предоставить фронтам, начинать операцию по мере готовности, лишь бы не задерживать ее чрезмерно».

Антон Деникин
Командующий Западным фронтом

В итоге войскам было официально объявлено о наступлении лишь 16 (29) июня, а началось оно 18 июня (1 июля), в день демонстрации в Петрограде. В самой столице о начале наступления узнали «по факту», на следующий день. Существуют свидетельства, что новости о начале наступления специально задерживали, чтобы не разжигать недовольство и без того готового в любой момент восстать Петроградского гарнизона. Когда же, по мнению ответственных лиц, опасность миновала, новости о наступлении стали передавать в печать в таких количествах, что в бюллетени ПТА (то есть ТАСС) просочились даже секретные данные об участвующих в наступлении частях.

В высших слоях общества и в «среднем классе» наступление было воспринято с воодушевлением, граничащим с эйфорией. Как писал Николай Суханов, сразу после получения известий о наступлении «на Невском начались сборища и «патриотические» манифестации. Во главе каждой манифестировавшей группы несли, как иконы, большие и малые портреты Керенского».

В первые дни наступление было успешным в силу крайне низкого боевого духа противостоявших австро-венгерских войск. Однако этот успех не мог быть долгосрочным, и это прекрасно понимали как высшее командование, так и Керенский. В шифрованной телеграмме Временному правительству, отправленной 24 июня (7 июля), военный министр признавал:

«Громадным напряжением нравственного воздействия удалось двинуть армию в наступление и создать на первые дни настроение порыва и воодушевления. Но во многих случаях порыв оказался неустойчивым и после первых дней, а иногда даже часов боя (курсив ТАСС) сменился упадком духа. Вместо того чтобы развивать первоначальный успех, части, участвовавшие в боях, стали составлять резолюции с требованием немедленного увода в тыл, на отдых, так что с трудом удалось уговорить их оставаться на месте и не было возможности двинуть в наступление».

В те дни существовал расхожий анекдот о немецких офицерах, которые не могли понять, почему наступающие российские солдаты после каждой перебежки залегают, поднимают руки и потом снова идут в атаку. Якобы выяснилось, что солдаты каждый раз голосуют по вопросу продолжения наступления. Даже если такой атаки не было в действительности, ее следовало придумать, чтобы объяснить состояние наступавшей российской армии.

Еще до начала наступления Антон Деникин писал, что «от смены частей, находящихся на фронте, отказываются под самыми разнообразными предлогами: плохая погода; не все вымылись в бане. Был даже случай, что одна часть отказалась идти на фронт, под тем предлогом, что два года тому назад уже стояла на позиции под Пасху». Он также вспоминал, как на совещании командующих фронтами фактический командующий Румынским фронтом генерал Дмитрий Щербачев говорил, что «начатые в дивизии, подготовительные работы были прекращены после того, как выборными комитетами, осмотревшими этот участок, было вынесено постановление, — прекратить их, так как они являются подготовкой для наступления»

Ситуация еще больше осложнилась, когда на помощь австро-венгерским войскам были переброшены гораздо более боеспособные немецкие части. Некоторые немецкие подразделения передислоцировали на Юго-Западный российский фронт еще до начала наступления, которое не было секретом для немцев благодаря не столько работе их разведки, сколько чрезмерной откровенности участвовавших в братаниях российских солдат.

В итоге в среднем успешное наступление продолжалось на различных участках Юго-Западного фронта не более двух дней, после этого оно сначала застопорилось, а затем превратилось в паническое бегство. В результате тому моменту, когда «по готовности» свое наступление должны были начать Западный, Северный и Румынский фронты, Юго-Западного фронта уже фактически не существовало.

«О власти и повиновении нет уже и речи, уговоры и убеждения потеряли силу — на них отвечают угрозами, а иногда и расстрелом. Были случаи, что отданное приказание спешно выступить на поддержку обсуждалось часами на митингах, почему поддержка опаздывала на сутки. Некоторые части самовольно уходят с позиций, даже не дожидаясь подхода противника… На протяжении сотни верст в тыл тянутся вереницы беглецов, — с ружьями и без них, — здоровых, бодрых, чувствующих себя совершенно безнаказанными», — телеграфировали комиссары 11-й армии Юго-Западного фронта Временному правительству. Командующий 8-й армией фронта генерал Лавр Корнилов писал в своей телеграмме министрам: «Армия обезумевших темных людей бежит. Я заявляю, что отечество гибнет, а потому, хотя и неспрошенный, требую немедленного прекращения наступления на всех фронтах, для сохранения и спасения армии, и для ее реорганизации на началах строгой дисциплины, дабы не жертвовать жизнью немногих героев, имеющих право видеть лучшие дни». В этой же телеграмме Корнилов требовал восстановления на фронте смертной казни, отмененной после Февральской революции. Ему вторили в своих телеграммах комиссары Временного правительства Максимилиан Филоненко и Борис Савинков (знаменитый глава Боевой организации эсеров и автор романа «Конь бледный»): «Выбора не дано: смертная казнь изменникам… смертная казнь тем, кто отказывается жертвовать жизнью за Родину».

Отступавшая революционная армия не просто бежала, она еще и мародерствовала на оставляемых территориях. Как писал Антон Деникин, «путь их (отступающих войск. — Прим. ТАСС) был обозначен пожарами, насилиями, убийствами и грабежами…»

Смертная казнь на фронте была восстановлена, но даже страх перед ней не останавливал беспорядочно отступавших солдат. Да она на деле и не применялась.

От общественности провал наступления скрывали в течение почти двух недель. Первые намеки на то, что с наступлением что-то не так, стали появляться в печати тогда, когда армия отступала уже по всему фронту. Лишь 3 (16) июля «Биржевые ведомости» стали первой газетой, сообщившей о том, что российские войска повсеместно атакованы и несут тяжелые потери.

В результате провального Июньского наступления Юго-Западный фронт потерял более 12 тысяч человек убитыми. Более 90 тысяч были ранены, контужены или отравлены газами. Свыше 50 тысяч числились пропавшими без вести: около 42 тысяч из них оказались в плену, а еще около 8 тысяч, по-видимому, просто дезертировали. Еще 13 тысяч российских военнослужащих попали в плен на соседнем Румынском фронте.

Итак, Июньское наступление, бывшее последней надеждой российской революционной армии, с треском провалилось. Петроград представлял собой бомбу с взведенным часовым механизмом. «Улицы города кажутся вымощенными взрывчатыми веществами», — писал Лев Троцкий. Вопрос был лишь в том, как скоро все это рванет. И рвануло очень скоро. Об этом мы расскажем вам в следующей главе нашего спецпроекта.

ВЗГЛЯД / Большевики взяли курс на вооруженное восстание из-за предательства :: Политика

Ровно 99 лет назад начал свою работу 6-й съезд РСДРП, утвердивший курс большевиков на вооруженное восстание и начавший тем самым отсчет дней до Октябрьской революции. Меж тем еще за несколько месяцев до этого съезда Ленин категорически возражал против подобного сценария развития событий. Что же побудило его в корне пересмотреть свой взгляд на будущее страны?

С 8 по 16 августа 1917 года в Петрограде нелегально проходил 6-й съезд РСДРП. Именно на нем были приняты решения, которые с полным на то основанием можно считать переломными для межреволюционного периода февраля-октября. По предложению Ленина с повестки дня был снят им же провозглашенный лозунг «Вся власть Советам!». И в конечном итоге съезд одобрил и утвердил курс большевиков на вооруженное восстание.

Сталин о возможном аресте Ленина говорил: «Юнкера до тюрьмы не довезут, убьют по дороге

В предыдущих публикациях цикла «Вопросы революции», приуроченного к предъюбилейному году, мы подробно разбирали позицию Ленина, исповедуемую им до данного съезда. Так, еще в апреле он утверждал, что только республика Советов рабочих, батрацких и крестьянских депутатов является единственной возможной формой революционного правительства, переход к ней должен быть закономерным этапом развития после Февраля, этот переход произойдет в условиях «максимальной легальности», так как «Россия сейчас самая свободная страна из всех воюющих». Что же заставило лидера большевиков столь радикально изменить свою точку зрения всего за три месяца?

Непредрешение народной воли

Еще весной 1917 года между Петроградским советом рабочих и солдатских депутатов и Временным правительством разгорелась нешуточная конфронтация по вопросу о продолжающейся мировой войне. В манифесте Петросовета «К народам мира» содержалась формула мирного урегулирования – без аннексий и контрибуций – и призыв к народам Европы солидаризироваться с этой позицией революционной России, решительно выступив в пользу мира. Иного мнения придерживался министр иностранных дел Временного правительства, лидер кадетской партии Павел Милюков – война до решительной победы и российский флаг над Константинополем. Публикация идей Милюкова в прессе вызвала скандал, Петросовет потребовал от Временного правительства официального разъяснения позиции России союзникам по Антанте. Но и в дипломатической ноте в адрес Англии и Франции прозвучала все та же «милюковщина».

Между тем настроения революционных масс были на стороне социалистов Петросовета, и по улицам Петрограда прокатились многотысячные демонстрации с требованиями немедленного прекращения войны и лозунгами «Долой Временное правительство!». В итоге Милюков и военный министр Александр Гучков ушли в отставку, а между Петросоветом и Временным правительством было заключено соглашение о создании коалиционного кабинета министров с участием представителей социалистических партий. Шесть министров-социалистов и десять министров-капиталистов – так теперь выглядело прежде полностью буржуазное Временное правительство, что на некоторое время снизило градус уличных выступлений. Но надежды на «социалистический блок» оказались тщетны – министры-социалисты попали в собственную ловушку.

#{interviewpolit}Еще в момент переговоров о создании Временного правительства Петросовет выдвинул требование о непредрешении государственного строя и непредрешении народной воли до созыва Учредительного собрания. Таким образом, передавая власть буржуазии в начале марта 1917 года, социалисты защищались от возможных попыток реставрировать монархию с ее стороны. А теперь уже самим социалистам, как только они поднимали вопрос о радикальных реформах (например, о социализации земли), напоминали о непредрешении.

К июню в Петрограде возобновились забастовки. Преодолению нового кризиса не помог даже «вотум доверия», который выразил правительству собравшийся в это время в столице и находившийся под преимущественным влиянием эсеров Первый Всероссийский съезд Советов рабочих и солдатских депутатов. Организованная в поддержку Временного правительства 1 июля (18 июня по старому стилю) в Петербурге демонстрация прямо в ходе ее проведения «переродилась» в антиправительственную с лозунгами «Вся власть Советам!», «Долой министров-капиталистов!» и «Долой войну!». Аналогичные демонстрации прошли во многих городах страны.

Июльские дни

Июньское наступление на фронте, к осуществлению которого Временное правительство приложило столько сил (его называли «Наступлением Керенского», и в случае успеха военный и морской министр Керенский, несомненно, получил бы немалые дивиденды), обернулось катастрофой: солдаты просто отказывались подниматься в атаку, а последовавшее за ним германское контрнаступление продемонстрировало, что армия бежит с фронта, не принимая боя. 

Предпринятая в июне попытка Временного правительства договориться с украинской Центральной радой путем уступок (признания самопровозглашенных органов власти, права на самоопределение, но с отсрочкой «до Учредительного собрания»), породила очередной правительственный кризис. Протестуя против «предрешенчества», из правительства вышли министры – конституционные демократы. 

В начале июля в Петрограде начались антиправительственные выступления. Несмотря на утверждения ряда авторов, будто бы беспорядки были специально спланированы и подготовлены большевиками для захвата власти, вполне очевидно, что начались они со стихийных волнений солдат 1-го Пулеметного полка. Полк этот находился под сильным влиянием анархистов и выступал против решения об отправке маршевых рот на фронт. У анархистов были свои счеты к Временному правительству, их незадолго до этого силой изгнали с самозахваченной дачи Дурново, и они пообещали не прощать кабинету этого вопиющего факта. Правда, пропагандировать полк на вооруженное восстание анархисты начали за несколько дней до этого.

Демонстрации, многие участники которых держали в руках оружие, разрастались, к ним присоединялись петроградские рабочие, моряки из Кронштадта, военные Петроградского гарнизона. Солдаты поступили расчетливо – направили делегатов на заводы и в воинские части с объявлением о своем выступлении. Опять звучали лозунги «Вся власть Советам!» и «Долой Временное правительство!». 17 (4 по старому стилю) июля на углу Литейного проспекта и Пантелеймоновской улицы по участникам выступлений неизвестными был открыт пулеметный огонь. В течение всего дня перестрелки возникали в разных концах города. Точных данных о том, кто вел стрельбу, нет, однако в воспоминаниях современников можно встретить упоминания о «правых силах», которые решили дать отпор антиправительственным выступлениям. Так страсти накалились до предела. И только после решения командования Петроградского округа применить артиллерию толпу, собравшуюся возле Таврического дворца, удалось разогнать.

В организации Июльских дней были обвинены большевики, роль которых в происходящих событиях действительно была неоднозначна: еще 16 числа они убеждали солдат и матросов разойтись, а 17-го приняли решение присоединиться к демонстрациям и даже возглавить, чтобы упорядочить. Это можно трактовать (и до сих пор трактуют) как хитрую игру. Но с позиции современных знаний однозначно утверждать, что РСДРП (б) уже в июле 1917 года пыталась взять власть в свои руки, было бы опрометчиво. Да, особняк Кшесинской, ставший после революции штаб-квартирой ленинской партии, служил точкой притяжения демонстрантов. Но отсюда большевики разворачивали колонны к Таврическому дворцу, где заседали Советы, а участники выступлений требовали перед Таврическим дворцом власти Советам, а не большевикам (в Советах ленинцы по-прежнему были в меньшинстве).  

Вместе с тем нужно учитывать, что многие деятели как в Советах, так и во Временном правительстве действительно восприняли все произошедшее как почти что удавшуюся попытку большевистского переворота.

«В цельном виде или разобранном?»

На допросе он показал, что офицеры германского генерального штаба признавались ему, будто аналогичную работу в России ведут и другие агенты, в том числе Ленин и иные большевики

18 (5) июля по большевистской партии нанесли информационный удар – была опубликована статья «Ленин, Ганецкий и Ко – шпионы!», реальным автором которой выступил министр юстиции Временного правительства Павел Переверзев. Впервые прозвучали обвинения в работе на германский генштаб за немецкие деньги.

С точки зрения современной журналистики, материал выглядит крайне наивно. Некий прапорщик Ермоленко, завербованный кайзеровскими спецслужбами «для агитации в пользу скорейшего заключения сепаратного мира с Германией» и переброшенный обратно в Россию, на допросе показал, что офицеры германского генерального штаба признавались ему, будто аналогичную работу в России ведут и другие агенты, в том числе Ленин и иные большевики. Им, цитата, «поручено стремиться вести всеми силами к подорванию доверия Русского народа к Временному правительству».

Обвинения в адрес большевиков были немедленно отпечатаны в виде листовок и расклеены по всему Петрограду.  А 19 (6) июля Временным правительством была создана особая следственная комиссия для расследования измены большевиков и подписан приказ на арест руководителей партии. Всего было арестовано около 800 членов РСДРП (б), в том числе Лев Троцкий, который в партии на тот момент формально не состоял.

На фоне поднявшейся антибольшевистской истерии юнкерами была разгромлена редакция газеты «Правда», штаб партии в особняке Кшесинской, местные районные штабы. Интересно, что требования Временного правительства к Кронштадтскому совету о выдаче большевиков встретили категорический отказ. Керенскому пришлось пригрозить Кронштадту блокадой и даже артиллерийским ударом.

Ленин скрылся в Финляндии, в деревне Разлив. Его поиски не прекращались. Чтобы глубже понять царившие тогда настроения, процитируем генерала Половцева: «Офицер, отправляющийся в Териоки с надеждой поймать Ленина, меня спрашивает, желаю ли я получить этого господина в цельном виде или разобранном?» Сталин о возможном аресте Ленина говорил: «Юнкера до тюрьмы не довезут, убьют по дороге».

Поймать Ленина, как известно, не удалось, но по итогам Июльских дней и решительных действий Временного правительства авторитет властей укрепился. Правительственный кризис, начавшийся с ухода министров-кадетов, завершился отставкой главы правительства князя Львова и формированием второго коалиционного правительства, которое возглавил Александр Керенский.

Социалистические Петроградский совет и ВЦИК Советов рабочих и солдатских депутатов во время Июльских дней оказались в крайне щекотливом положении – от них с оружием в руках требовали взять власть, чего они категорически не желали делать с марта-месяца 1917 года, исходя из своего крайне идеологизированного марксистского понимания революции. Учитывая непрерывные кризисы и демонстрации противников Временного правительства, такая ситуация могла повториться. Чтобы этого не допустить, Петросовет назвал новый кабинет министров «правительством спасения революции», а ВЦИК Советов признал за ним неограниченные полномочия.

Преодоление предательства

Суть дела состоит в том, что власть нельзя уже сейчас мирно взять. Ее можно получить

Итак, Временное правительство восприняло Июльские дни как попытку переворота и нанесло удар по большевикам. Совершенно иначе восприняли все произошедшее сами большевики. Ленин в Разливе написал множество статей с анализом ситуации. И в августе в Петрограде на 6-м съезде РСДРП, на котором сам вождь пролетариата по понятным причинам отсутствовал, эти тексты рассматривались как официальная позиция руководителя партии.

К примеру, в статье «Политическое положение» Ленин пишет о «прекрасно обдуманном и проведенном уже в жизнь» плане, как сказали бы сегодня – «многоходовке». Вначале кадеты (партия конституционных демократов) своим выходом из правительства обрушили кабинет. Затем военные круги через Керенского захватили власть на волне наведения порядка на фронте после неудачного июньского наступления и подавления Июльских дней. А теперь они перешли «к расстрелу революционных частей войска на фронте (имеется в виду восстановление Керенским на фронте смертной казни – прим. ВЗГЛЯД), к разоружению революционных войск и рабочих в Питере и в Москве (такая практика была введена после Июльских дней – прим. ВЗГЛЯД), к арестам большевиков и закрытию их газет не только без суда, но и без постановления правительства». «Фактически основная государственная власть в России теперь есть военная диктатура», – констатирует Ленин.

В работе «К лозунгам» лидер большевиков снова обращается к этой теме: «Коренной вопрос о революции есть вопрос о власти, сказали мы… В марте и апреле 1917 года неизвестно было, находится ли реальная власть в руках правительства или в руках Совета. Теперь же особенно важно, чтобы сознательные рабочие посмотрели трезво на коренной вопрос революции: в чьих руках в данный момент государственная власть… Теперь это – юнкера, реакционные казаки, специально свезенные в Питер…». «Надо говорить народу всю правду, – продолжает Ленин, – власть в руках военной клики Кавеньяков (Керенского, неких генералов, офицеров и т. д.), коих поддерживает буржуазия как класс, с партией кадетов во главе ее и со всеми монархистами».

Выводы лидера большевиков легли в основу решений 6-го съезда партии. Вот они:

«Вожди Советов и партий социалистов-революционеров и меньшевиков… окончательно предали дело революции, отдав его в руки контрреволюционерам и превратив себя и свои партии и Советы в фиговый листок контрреволюции».

«Лозунг перехода всей власти к Советам был лозунгом мирного развития революции, возможного в апреле, мае, июне, до 5–9 июля, т. е. до перехода фактической власти в руки военной диктатуры. Теперь этот лозунг уже неверен, ибо не считается с… переходом и с полной изменой эсеров и меньшевиков революции на деле».

«Суть дела состоит в том, что власть нельзя уже сейчас мирно взять. Ее можно получить… Собрать силы, переорганизовать их и стойко готовить к вооруженному восстанию, если ход кризиса позволит применить его в действительно массовом, общенародном размере».

Ленин действительно полагал, что наступила реакция, что к власти пришла военная диктатура, что дело революции предано, причем предано в том числе и социалистами, составлявшими советское большинство.

Уже совсем скоро история преподнесет ему еще один сюрприз, и Ленин пойдет на сотрудничество с Керенским, а заигрывавший с генералами Керенский по доброй воле снова вооружит рабочих-большевиков. Вместе они будут бороться против возможности установления реальной военной диктатуры. Но пока, следуя своей оценке произошедших событий, Ленин отказывает в поддержке переродившимся Советам и провозглашает курс на восстание.

Кто и когда придумал лозунг «Слава Украине!»

Историк, председатель Краевого пластового совета «Пласта — НСОУ», выпускник исторического факультета ЛНУ им. И.Франко

Лозунг «Слава Украине!» и ответ «По всей земле слава!» использовался еще в среде харьковской украинской студенческой общины в конце XIX века.

Той самой, на базе которой в 1900 году возникла Революционная украинская партия (РУП) – первая современная украинская политическая партия на занимаемых Россией землях.

Первое известное упоминание лозунга связано именно с этой средой.

Группа основателей РУП, студентов-самостийников Харьковского Технологического института (теперь НТУ «Харьковский политехнический институт»)

В центре – Юрий Коллард, слева – Александр Коваленко, справа Левко Мациевич. Харьков, 1900

 

Ехал как-то «артельный батька» Николай Левитский в гости к семье Александра Коваленко – соучредителя РУП, который в 1905 году стал одним из лидеров восстания на броненосце Потемкине.

Ехал, ехал, оглядывался вокруг, но забыл название нужного переулка. Спросить бы кого-то, но могут осмеять: Харьков, это ж не Кобеляки, где все всех знают.

«Когда смотрю, – идет студент-технолог, черноволосый, смуглый, ну – наш парень из деревни, и все. Спросить бы его, и как-то неловко.

Когда слышу – он насвистывает «Ще не вмерла Україна «. – Подождите! – я к извозчику. — «Слава Украине!» – кричу студенту. – «По всей земле слава!» – отвечает, подбегая ко мне с тротуара «.

Николай Левитский – организатор кооперативного движения в Украине, публицист. Елисаветград (Кропивницкий), 1896

ФОТО: Институт рукописи НБУВ

Далее в своих мемуарах А. Коваленко вспоминает, что вот так узнавали друг друга те, кто работал тогда для украинского дела. Их было мало, но они объединились под призывом: «Не дадим умереть Украине, не исчезнет ее слава!. .» [1].

Это воспоминание и предыдущая цитата интересны еще тем, что связывают происхождение лозунга «Слава Украине!» с украинским национальным гимном (ведь призыв сформулировано на основе первой строки прославления «Ще не вмерла Україна»).

В рабочей диаспоре так называемой первой волны тоже хорошо знали, когда оглашать «Слава Украине!». Когда в сентябре 1916 года в Детройте (США) во время великого украинского вече с участием 1200 человек был развернут национальный флаг, то залом покатилась неутихающая буря аплодисментов.

Присутствующие встали с мест, чтобы отдать честь флагу. А из их груди вырвались мощные возгласы: «Слава Украине! Да здравствует Украина!»[2].

Начало революции 1917 года

В марте 1917 года в Киеве только начиналась революция. А на митингах в регионах ответом на лозунг «Да здравствует автономия Украины!» уже тогда можно было услышать единодушное: «Слава! Слава Украине!».

Это был обычный набор лозунгов, как-то: «Да здравствует демократическая республика! Слава Украине!» [3].

Информация в газете «Нова рада» о собраниях, которые состоялись 15 марта 1917 в с. Деевка (теперь микрорайон г. Днепра)

 

В городе Иркутске (азиатская часть России) здешние украинцы с местными рабочими организовали первомайский праздник труда.

Солдаты и офицеры 12 полка изготовили и показательно пронесли через город два, очевидно огромных, голубовато-желтых флага…

Подходило много людей, чтобы увидеть надписи. А там на одном было написано «Да здравствует свободная Украина!» и популярные тогда революционные лозунги. А на другом: «Да здравствует автономия Украины! Слава Украине! Слава всем нациям!»[4].

В полдень того же дня в Иркутске сформировалась колонна в примерно в 1000 демонстрантов (подтянулись и солдаты 10 полка со своим украинским флагом).

Настроение было приподнятое, пели «Ще не вмерла…» и «Мы гайдамаки». А дальше: «…манифестация двинулась.» Слава Украине!» неслось из группы, с крыш и из окон домов».

Демонстрация во Владивостоке с украинскими флагами и лозунгами. Вероятно – весна 1917 года

 

Первый военный съезд, который проходил 18-21 мая 1917 в Киеве, вышеупомянутого легендарного кооперативного деятеля Николая Левитского приветствовал стоя, аплодисментами и криками «Слава!».

Старик даже заплакал от радости, но ответил: «Спасибо… детки! Спасибо… Слава Создателю, таки дожил… Слава Украине!..». – И это «Слава Украине!» подхватил весь зал.

Херсонец В. Кедровский свидетельствует: «Долго раздается в зале» Слава Украине!», а затем переходит как-то вполне естественно в пение: «Ще не вмерла Україна! «[5].

На том съезде самостийники Михновского проиграли борьбу за военные массы автономистам Винниченко.

Расхождение во взглядах между тогдашними двумя лагерями маркировалось и соответствующими лозунгами. Накануне съезда толпа украинцев под домом М. Грушевского кричала: «Слава Украине!». А на это им М. Грушевский с крыльца отвечал: «Да здравствует демократическая Россия».

Правда, в заявленной П. Штепою ссылке на эту историю в числе «Новой раде» от 7 мая 1917 года, такой эпизод отсутствует [6].

 Обложка книги В. Кедровского (Виннипег, 1967), в которой собраны воспоминания, опубликованные по «свежим следам» в конце 1920-х годов в украинской периодике

В. Кедровский вспоминает, что когда вернулся с военного съезда в свою Кавказскую кавалерийскую дивизию (прозванную «Дикой»), то собрал украинских воинов – в том числе и кубанцев – всего около 800 человек.

Последние слова его отчета-рассказа были заглушены «громкими аплодисментами и дружными криками» Слава Украине!». Далее в своих воспоминаниях он описывает, как проходила украинизация войска в его родном Херсоне:

«…создать целый украинский полк, или два. Слава Украине!» – закончил свою речь Лиханский. Это «Слава Украине «громко подхватили тысячи грудей и долго, мощно звучало оно в воздухе.

Тех, кто считает себя сознательным украинцем и хочет стать под свой родной желто-голубой флаг, прошу поднять руку… Почти все присутствующие подняли руки вверх.

Послышались с начала отдельные выкрики, которые сейчас же перешли в один общий гул: «Слава Украине! Сла-а-а-а-ва Украине!» [7].

Церковные деятели и верующие не отставали от военных.

В начале мая в Каменец-Подольском состоялся епархиальный украинский съезд Подольской губернии с участием духовенства и прихожан, на котором обсуждался вопрос украинизации церкви и автокефалии. По итогам обсуждений съезд направил телеграмму Центральной раде, которая завершались словами «Слава Украине и ее Церкви» [8].

Провозглашение 23 июня 1917 года Первого универсала Центральной рады украинцы приветствовали кликами «Да здравствует свободная Украина» и «Слава Украине» [9].

Этого провозглашения – даже полной самостоятельности – активно требовали еще делегаты первого военного съезда, но универсал появился лишь по итогам второго военного съезда. Будущий председатель Совета Министров УНР Борис Мартос оставил воспоминание, как в Полтаве местная община отмечала этот универсал:

«Многотысячная процессия с духовенством во главе, с украинскими флагами направилась к архиерейскому дому, где во дворе стояла деревянная, перевезенная из Запорожья, церковь… В церкви отслужили молебен… вышел старенький, может, семидесятилетний диакон в облачении и торжественно, взволнованным голосом огласил Универсал.

Я стоял близко и видел, как по его щекам бежали слезы. Когда он закончил, то прозвучало тысячеголосое: «Слава! Слава Украине!»[10].

Украинцы Петрограда тоже организовали величественную манифестацию в столице империи в честь провозглашения полной автономии Украины. Впереди процессии несли национальные флаги с надписями: «Да здравствует свободная Украина», «Слава Украинской Центральной Раде» и т. п. [11].

Хроники не фиксируют использования на этом мероприятии лозунга «Слава Украине!», однако он скорее всего там был, потому что местные украинцы его хорошо знали.

В 1917 году украинцы из бывших царских гвардейских полков свободно проводили вооруженные демонстрации под сине-желтыми флагами в столице России. Даже на легендарной «Авроре» действовала организация матросов-украинцев

Заместитель председателя Украинского генерального военного комитета (УГВК) вспоминает свою встречу с украинцами, которые охраняли Зимний дворец: «Мы поздоровались с ним (часовым — Ю. Ю.) и услышали ответ на всю грудь» по-гвардейски»: «Слава Украине!».

Далее, когда выстроилась охранная сотня, на приветствие Александра Пилькевича из гвардейских грудей на весь бывший царский дворец зазвучало могучее: «Слава Украине! Слава Центральной Раде! Слава Генеральному Комитету! Слава!» [12].

От второго до третьего универсала

Реагируя на первый универсал, в Киев приехала делегация министров временного правительства из Петрограда, которая включала военного министра Александра Керенского и министра иностранных дел Михаила Терещенко.

Когда министры были в Центральной раде, 12 июля под окнами дома прошел парад украинских военных частей[13]. В. Кедровский вспоминает его так:

«На протяжении полутора-двух часов, сильными стройными рядами, под национальными флагами проходили церемониальным маршем перед Центр. радой украинцы-воины всех частей киевского гарнизона, а на приветствие председателя Совета отвечали громким: «Слава Украине!. .. « [14].

Следует отметить, что в тот же день – 12 июля 1917 – украинский национальный лозунг зазвучал и в Севастополе.

Когда в город прибыл новый, построенный в Николаеве корабль «Воля», то на одной из его башен развевался большой сине-желтый флаг (это был первый украинский флаг на кораблях Черноморского флота).

В ответ на приветствие председателя севастопольского Украинского главного совета украинизированная часть экипажа ответила громким: «Слава», «Слава Украине», «Слава Украинскому Черноморскому флоту» [15].

В результате переговоров в Киеве между министрами из Питера и Центральной радой вышел совместный второй универсал, который многие современники считали позорным и шагом назад (вопрос о форме автономии Украины откладывался).

Но революция продолжалась, продолжалась и украинизация войск под лозунгом «Слава Украине!».

Так в сентябре 1917 года в Бердичеве состоялся первый украинский съезд юго-западного фронта с участием более тысячи делегатов. Среди выступающих делегатов было много самостийников, в том числе и Валентин Отамановский. Речь шла о независимой Украине, ее границах, национальном флаге и гербе, об украинской истории, гетманщине и т.п.

«Те речи вызвали среди участников съезда большой пафос и энтузиазм – все делегаты и гости стали на колени, среди них военные, с незажившими еще вполне рубцами на головах и лицах, и со слезами в глазах пели украинский национальный гимн.

А встав, начали носить на руках [присутствующих в президиуме почетных гостей] Петлюру, Грушевского и Скоропадского с восклицаниями – Слава Украине! Да здравствует свободная Украина!»[16].

 Юго-западный фронт — сентябрь, 1917 год. Старшины полка им. Богдана Хмельницкого с начальником 10-й пехотной дивизии, в состав которой входил полк, генерал-майором Виктором Гальфтером

ФОТО: Книга Я. Тынченко «Армии Украины: 1917-1920», Москва, 2002

На этом юго-западном фронте воевал и легендарный Богдановский полк, созданный в Киеве еще в первые дни революции и со своими самостийницкими идеями отправленный подальше из столицы… на фронт.

Здесь он даже в атаки на немцев ходил с «насаженными штыками и с мощным выкриком – «Слава Украине!».

Сотник 7-й сотни 2-го куреня Богдановского полка Иван Островершенко вспоминал впоследствии, как в полк как-то приехал генерал и радовался образцовой дисциплине, но болезненно реагировал на язык в полку:

«Ах, черт вазьми, я не панимаю этава хахлацкого языка! А всьо таки вы маладцы, спасибо вам, гаспада офицеры!». А потом громко обратился к казакам: «Спасибо вам, братцы казаки!»

Казачество ответило: «Слава Украине, господин генерал!».

«Что, что такое они сказали?» — переспрашивал старшин генерал.

«Слава Украине, господин генерал!» — ответили старшины.

«Ах, вот как, всьо таки у вас на уме Украина, это что значит? Малороссия, что ли? Ну, харашо. Всьо таки вы маладцы, спасибо вам ещо раз!» [17].

Наверное, первое приветствие «Слава Украине!», которое произнесли грузины

«Нова рада» от 12.11.1917

Третий военный съезд, который проходил в Киеве 2-12 ноября 1917 и собрал около 2 тысяч делегатов от 2 миллионов украинских воинов, почти единодушно требовал немедленного провозглашения независимости Украины.

Временное правительство уже собиралось разгонять Центральную раду, но переворот большевиков изменил повестку дня, и Третьим универсалом таки была провозглашена независимость.

«В зале загремело: «Слава Украине» и охваченные энтузиазмом делегаты, встав на колени, пели национальный гимн» [18].

В конце дня делегаты съезда двинулись к дому Центральной рады. «Взлетали вверх шапки, и гремело громкое:

«Да здравствует Независимая Украина! Да здравствует Украинская Национальная Гвардия!»

В ответ на это воины еще четче выбивали шаги, отвечая восклицаниями «Слава Украине!» [19].

 Из протокола объединенного заседания президиумов 26 организаций города Шостка (в том числе еврейской партии «Бунд» и «Цеире-Цион») 13 декабря 1917 г.: «Докладчик призывает собрание приветствовать Украинскую Республику, ее парламент – Центральную Раду и правительство – Генеральный Секретариат, провозглашая: «Слава Украине!» Собрание, стоя, приветствует аплодисментами и возглас «Слава!», кроме большевиков».

Источник: ГАСО. Р-1811. — Оп. 1. — Спр. 1

(спасибо за иллюстрацию Антону ЗЕМАНЕКУ)

Первая российско-украинская война

Александр Шульгин вспоминал, что с провозглашением УНР не было ни денег, ни организованной армии:

«А только миллион уставших от войны солдат, которые вправду кричали «Слава» Украине и ее Центральной Раде, но одновременно внимательно прислушивались к лозунгам и обещаниям большевиков» [20].

Когда в январе 1918 года заместитель председателя Центральной рады Николай Шраг рассказал проф. М. Грушевскому, что партия украинских эсеров (социал-революционеров) достигла численности 1 миллиона членов, которые заплатили членские взносы, то получил ответ:

«Вот иду выступать. Тысячная толпа будет шалеть от радости, выкрикивая» Слава Украине». В той толпе едва ли не большинство военных, а тут на весь Киев нельзя найти хотя бы одного пушкаря к пушке во дворце, куда пытается приближаться вражеский броневик!» [21].

Один из участников боя под Крутами писал впоследствии, что юноши из студенческого куреня приказ об отправлении на фронт встретили громким «Слава!».

Громкое «Слава Украине!» на вечере старшеклассников в Киеве в клубе «Семья»

«Нова рада» от 20.03.1918

«Шапки полетели вверх, дружеские рукопожатия, радостные возгласы: «Слава Украине!» 

Когда отправлялись на фронт, то на возгласы «Прощайте! Возвращайтесь победителями!», отвечали: «Слава Украине!».

А когда в поле услышали «Ребята, бросьте винтовки, а то всех вас перережем!», то после короткой паузы, как по команде «из груди юношей раздалось: «Никогда! Слава Украине!» И в предсмертных судорогах кричали: «Да здравствует Украина!» [22].

В январе 1918 года «Слава Украине!» прозвучало и на Кавказе – в городе Трапезунд (теперь городок Трабзон в восточной Турции). В частности из уст поляков, грузин и армян.

Когда в город приехал Николай Свидерский – представитель украинской власти из Киева с целью украинизировать местный гарнизон бывшей царской армии, то первым делом организовал демонстрационный парад-манифестацию, которую строго запретила российская корпусная команда.

«Мне пришлось стоять в обществе свиты М. Свидерского, когда он, под звуки военного оркестра, который все время играл украинские марши, приветствовал подразделения украинской пехоты Карского полка, затем пушкарей с Платаны, кубанских пластунов и других, еще неоформленных украинских воинов, которые все проходили перед ним и приветствовали его восклицанием «Слава Украине!». ..

Украинские военные шли и шли… По нашим подсчетам, их должно быть, примерно, полторы тысячи».

Николай Алексеевич Свидерский

А далее эти воспоминания Льва Быковского еще интереснее:

«Кончились ряды с украинскими флагами, а войско все шло и шло.

Это шли такие же серые ряды, потому что все были в российских униформах и ничем между собой не различались, но – под польскими знаменами!

Они так же приветствовали Свидерского восклицанием «Слава Украине!».

Далее шли шеренги под грузинскими флагами, а там – под армянскими…

Вся эта многотысячная масса в стройных шеренгах дефилировала перед комиссаром Украины, музыка непрерывно играла, все кричали «Слава Украине».

У Н. А. Свидерского рука онемела от непрерывного приветствия»[23].

По результатам Брестского мира немцы перебросили в Украину не только свои войска, но и синежупанную дивизию, сформированную из пленных в первой мировой войне украинцев.

Когда 3 марта 1918 года 1200 синежупанников отправлялись поездом со станции в базовом лагере города Вецляр в родные края, то на платформе и из вагонов громко зазвучало «Слава Украине!» [24].

В Киеве на Софиевской площади синежупанники прошли парадным маршем. «На площади непроглядные толпы народа, все пришли приветствовать нас.

Понеслось из наших мощных грудей «Слава Украине!», и музыка заиграла «Ще не вмерла Україна»… Наш полк выступил вперед, а за ним целая дивизия, под звуки оркестра, двинулась на улицы города… Повсюду мы видели приветливо улыбающиеся лица и слышали громкий оклики «Слава! Слава!» [25].

Кадры торжественного шествия синежупанников (март), с парада Лубенского Сердюцкого Конно-Казачьего полка (сентябрь) и Сечевых Стрельцов армии УНР (декабрь). Киев, 1918

Когда 3 апреля 1918 украинско-немецкие войска дошли до Глухова и когда часть большевиков убежала в направлении Хутора Михайловского, а часть погибла от казацких и немецких пуль, то: «Повсюду было слышно: «Слава Украине!» [26].

И дальше это воспоминание хорошо иллюстрирует, какой лозунг произносили устно, а какие писались на знаменах (очевидно именно по этой причине не сохранилось ни одной фотографии с флагом с надписью «Слава Украине!»):

«Украинские казаки сняли красные большевистские флаги, а вывесили украинские желто-голубые с надписями:

«Да здравствует свободная Украина». Наконец подъехал ударный гайдамацкий курень смерти с украинским флагом, на котором гордая, золототкаными буквами надпись: «Умрем за Украину».

Подъехало второе  разведывательное авто с надписью: «Смерть врагам Украины».

Гетманат, вторая российско-украинская война

После переворота П. Скоропадского традиция приветствия сохранилась и в гетманских войсках. Согласно воспоминаниям Всеволода Петрива сердюки гетмана боевой выучки не имели, а только «хорошо маршировали, громко выкрикивали «Слава Украине, Гетману Слава» [27].

Этот ответ «Гетману слава!» интересен тем, что впервые использовалась как четкий и короткий ответ на приветствие «Слава Украине!».

Вспоминает о таком приветствии и Святослав Шрамченко, описывая, как 9 сентября 1918 П. Скоропадский ехал в Берлин из главного дворца в Киеве:

«Почетная сотня очень умело презентовала оружие. Гетман с окружением прошел перед ее строем, поздоровался с ней: «Слава Украине!». И получил громкий ответ: «Гетману Слава!». Оркестр после встречного марша заиграл гимн» Ще не вмерла Україна» [28].

Параллельно с сердюцким приветствием в войсках действовала и старая формула приветствия.

Так, 27 мая 1918 года, когда атаман первой стрелково-казацкой дивизии («Серой») Виктор Топор-Яхонтов прибыл со своим штабом к Владимиру-Волынскому и поздравил казаков дивизии, то в ответ раздалось: «Слава Украине!»[29].

В отличие от синежупанной дивизии, которую разоружили накануне гетманского переворота, «серые» – бывшие пленные украинцы в Австро-Венгрии – организовано воевали за Украину до ноября 1920 года.

 Почетная сотня «Серой» дивизии приветствует своего атамана Виктора Топор-Яхонтова. Владимир-Волынский, 27 мая 1918

Источник: ЦДАВО Украины, ф. 4465, оп. 1, д. 359, л. 46. ​​

(спасибо за фотографию Ивану Гоменюку)

Вторая российско-украинская война в XX веке началась задолго до ноябрьского восстания 1918 года против режима Скоропадского.

Российские офицеры, прозванные «добровольцами» (впоследствии большинство из них стало «белогвардейцами»), проникали в гетманское войско и заводили там свои порядки.

Одной из первых жертв той войны упал прапорщик Воропай. Хронологически он стал первым, кто, умирая от рук оккупантов, воскликнул «Слава Украине!».

Его побратим В. Кедровский вспоминал об этом честном украинском патриоте:

«…во время первого нашествия большевиков на Украину он принадлежал со мной к группе в двенадцать душ, что вели борьбу с большевиками в уездах: уманском, звенигородском и балтском.

Пылкий, фанатик-патриот погиб он геройской смертью в 1918 году на Полтавщине, замученный добровольцами. Пробит гетманско-московскими штыками, он провозглашал только одно: «Слава Украине!»[30].

Зимой 1918-1919 годов, когда Украину накрывала волна «атаманщины» и вторая вооруженная агрессия большевистского кремлевского правительства, польское государство (которое в то время уже вело войну с ЗУНР за Галичину) заявило свои права на Холмщину и Волынь.


Это вызвало сильнейшее возмущение даже за океаном. В США 29 декабря 1918 года холмские православные украинцы провели вече, на котором основными возгласами стали: «Слава Украине!» и «Прочь с Ляхами из нашей Холмшины, с нашего Подляшья!» [31].

Когда 22 января 1919 года полковник Игнат Пороховский выбросил «польские банды и недобитых гетманских добровольцев» из Владимира-Волынского, то получил поздравительную телеграмму от атамана Владимира Оскилка, которая завершалась словами: «Слава Украине! Слава славному казацкому войску!».

Так начиналась трагическая вооруженная польско-украинская война за Волынь [32].

 Поздравление атамана В. Оскилка полковнику И. Пороховскому, 22 января 1919 года

Параллельно с боями на Волыни в Киеве в тот же день – 22 января 1919 – провозглашен  акт о соборности украинских земель. Первыми на Софиевскую площадь прибыли железнодорожники с большим национальным флагом, на котором были выписаны слова: «Слава украинским героям!» (Прототип будущего «Героям слава») [33].

Сохранилось несколько вариантов воспоминаний Лонгина Цегельского о том, как провозглашался акт соборности. В том, что писалось по свежим следам, есть такое описание:

«Солнце светило с горы на куполе Софии… отражалось тысячами искр от шлемов и штыков… полки, украинские полки, плыли перед высшей властью объединенной Украины… колокола всех церквей гудели без перерыва, от Днепра гремели раз за разом залпы  крепостных пушек, а народ в воодушевлении кричал «Слава Украине! Слава казачеству! Слава Галичанам! Слава Директории! Слава! Слава…» [34].

Участник действа, тогдашний священнослужитель Киевского собора св. Софии о. Павел-Григорий Корсуновский вспоминал:

«Когда акт Объединения был совершенен, то с грудей 250-тысячной толпы вырвалось мощное «Слава Украине!» [35].

А когда через два дня в зале Купеческого собрания (ныне Национальная филармония) состоялся праздничный концерт для воинства по случаю соборности (выступал национальный хор под руководством М. Леонтовича и капелла бандуристов Емца), то:

«Провозглашение «Слава Украине» славному атаману Петлюре, всем предводителям и непобедимой армии вызвало энтузиазм» [36].

В начале 1919 года лозунг «Слава Украине!» стал настолько популярным, что на антирусском фронте в составе Сарненской группы войск (дислокация: Дубровица-Лунинец) один из двух бронепоездов Армии УНР так и был назван: «Слава Украине» [37].

А в марте 1919 года во Львове перед расстрелом поляками на Цитадели, кричали «Слава Украине!» уже даже не воины Украинской армии, а обычные сельские юноши из пригорода [38].

Когда объединенные украинские армии (Армия УНР и УГА), после долгих боев с большевиками и поляками, вошли в Киев 31 августа 1919, то празднично одетые киевляне вышли на улицы и забрасывали их цветами:

«…а возгласам «Слава Украине», «Слава Галичанам» или «Слава Сечевым Стрельцам» не было конца». [39].

Кроме цветов и этих приветствий, на домах развевались сине-желтые флаги. Осип Станимир вспоминает, что когда его курень УГА дошел до городского совета (думы), то:

«Все пространство перед Думой, все улицы вокруг и обширный Крещатик были заполнены разноцветной массой народа. ..

Меня снесли с лошади и почти на руках понесли в Думу, где именно собралась на совещание Городская Управа. Я отдал куреню соответствующие приказы по окружению, приказал острую готовность и вывесил с балкона дома большой куренной сине-желтый флаг…

Трехкратное, громкое: «Слава Украине!» было словно живой печатью на документе овладения нами Киевом» [40].

Лозунг «Слава Украине!» глубоко укоренился в Армии УНР – и во время муштры (подготовки), и во время самых отчаянных атак.

Владимир Сосюра, который в июле 1919 года стал курсантом Житомирской юнкерской школы, в своем романе «Третья рота» писал: «Наша сотня неправильно отвечала «Слава Украине» (не под ногу), и [граф Сергей] Зубок-Мокиевский гнал нас бегом в гору «.

Командарм УНР Михаил Емельянович-Павленко отмечал, что в первом зимнем походе 28 декабря 1919 близ городка Жашков в Киевской области:

«Личная отвага полковника [Петра] Дьяченко, что, с криком» Слава Украине «, бросился на вражеский огонь, настолько ободрила казаков, что враг не успел оглянуться, а уже наша конница рубила центр его расположения». И далее: «Этот отважный набег так дезорганизовал врага и такую ​​произвел панику, что он не мог отбиваться, бросал оружие, с истеричным криком сдавался, бегал по улицам, подняв руки вверх» [41].

В конце концов, приветствие «Слава Украине!» официально было введено в войсках Армии УНР. Произошло это в последней фазе легендарного первого Зимнего похода, а именно 19 апреля 1920 года.

В тот день М. Емелянович-Павленко издал приказ по войскам армии УНР число 18 «По муштровой части».

Приказ начинался с того, что в первом параграфе отмечалось приветствие «Слава Украине», далее говорилось об успешном взятии г. Вознесенк (теперь Николаевская обл.), а в последнем пункте приказа говорилось:

«Всем частям армии на похвалу, а также в благодарность за службу Украине отвечать: «Слава Украине» [42] (по закону в современных Вооруженных Силах Украины в таких случаях должен следовать ответ: «Служу украинскому народу»).

 Приказ об официальном введении приветствий «Слава Украине!» в Армии УНР, 19 апреля 1920 года

Повстанческое и националистическое движение

Традиция приветствия «Слава Украине!» продолжала жить и после того, как Армия УНР оказалась в лагерях интернированных в Польше. Юрий Горлис-Горский в своих воспоминаниях, опубликованных в 1933 году (впоследствии стали первой частью романа «Холодный Яр») отмечает, что повстанцы на приветствие «Слава Украине!» отвечали: «Украине слава!» [43].

Однако Яков Водяной, который в 1921-1922 годах тоже был в Холодном яру, в своей пьесе, напечатанной в 1928 году, приводит другой вариант приветствия холодноярцев: «Слава Украине! Навеки слава!»[44].

А Юрий Степовой (Федор Пестушко) в своей повести «В херсонских степях» пишет, что его брат – холодноярский атаман Кость Голубой – здоровался «Слава Украине!», а в ответ ему отвечали: «Слава!» [45].

Атаман Илья Струк тоже использовал приветствие «Слава Украине!». По случаю советских выборов (28 апреля 1921 года избирались сельские и волостные советы) его повстанцы расклеивали воззвание, что украинцы – «народ национальный, который умеет постоять за себя».

Предлагалось голосовать за революционеров самостийников и республиканцев. А заканчивалось воззвание, фрагменты которого перепечатал с критикой киевский «Большевик», такими словами: «Слава Украине – Петлюре слава!». Эти же лозунги использовались Струком и его ребятами и во время устной агитации [46].

В интернете есть много упоминаний о том, что «Героям слава!» предложил еще в 1925 году использовать Юрий Артюшенко в пределах Легиона украинских националистов (ЛУН), который впоследствии стал одним из основателей ОУН.

Однако это утверждение требует подтверждения источниками. Ведь много раз цитируемый в интернете тезис начинается словами «похоже на то» и лишь после них идет фраза «что именно Юрий Артюшенко предложил использовать приветствие черношлычников: «Слава Украине!» – «Казакам слава!». Предложение общество приняло, но с уточнением – отвечать надо было: «Героям слава!»

В воспоминаниях самого Ю.Артюшенко и в публикациях о нем, которые печатались в 1962 и 1966 годах, нет вообще упоминания о его каком-либо отношении к лозунгу ЛУН [47].

А в его воспоминаниях за 1957, 1972 и 1985 годов речь идет не о приветствии ЛУН, а о националистическом привете «Слава Украине!» и ответе «Слава Украине, Слава!», которые постоянно употреблял конный полк «черных запорожцев» во время вооруженной борьбы [48].

Тем не менее, год создания ЛУН стал определяющим для нового приветствия Вооруженных сил Украины. В приказе №4 от 10 июля 1925 года Украинское национальное казачье общество (УНАКОТО), которое продолжало традиции «Свободного казачества», определило форму приветствия для членов своей организации: «Слава Украине – Слава Казачеству» [49].

Интересно, что УНАКОТО возглавлял Иван Полтавец-Остряница – один из приближенных гетмана П. Скоропадского в 1918 году. Поэтому не исключено, что лозунг «Слава Украине! Гетману слава!» тоже был его творением.

 Иван Полтавец-Остряница – вероятный автор формулировок «Слава Украине! Гетману слава!» и «Слава Украине! Казачеству Слава!» в 1918 и 1925 годах соответственно

ФОТО: Музей Пласта в США

Не позднее как в 1929 году в среде Украинской военной организации (УВО) возник еще один привет-формула: «Слава Украине! Слава Вождю», который впоследствии прижился в ОУН и был принят, как официальный на римском Большом конгрессе ОУН.

Зародился этот лозунг среди сторонников УВО в США, во время визита Евгения Коновальца в Нью-Йорке.

«Посоветовавшись между собой, решились мы приветствовать  у себя Вождя согласно идеологии УВО — » по-военному «, то есть в то время, когда Полковник войдет в зал, все присутствующие после команды «смирно»! должны стать «смирно» лицом к Полковнику и в один голос поздравить его националистическим приветом «Слава Вождю!» …когда при входе в зал приветствовали его громким «Слава Вождю!» …Полковник ответил «Слава Украине!» [50].

С середины 1920-х годов лозунг «Слава Украине» начала использовать украинская пластовая молодежь в Галичине и Волыни (воспитанные преимущественно ветеранами освободительной борьбы).

Пластуны использовали его летом 1927 года вместе со своим приветствием «СКОБ!» при пластовой встрече в Александрии вблизи Ровно (в результате этой встречи поляки в том же году запретили Пласт на Волыни).

В подпольном Пласте конца 1930-х годов вместо «СКОБ!» использовалось приветствия: «Слава Украине — Слава, Слава, Слава!». То есть то же самое, которое упоминал Ю. Артюшенко в воспоминаниях о «Черных запорожцах» и ЛУН [51].

Этот ответ-возглас «Слава! Слава! Слава!» и до сих пор используется в Пласте и использовался также на военном параде 24 августа 2018 года.

Именно из среды пластунов, которые массово влились в ОУН после запрета поляками Пласта, лозунг «Слава Украине!» вернулся в массы и снова стал популярным среди украинцев.

Во время Варшавского и Львовского процессов над Степаном Бандерой и его побратимами и названными сестрами еще с Пласта возглас «Слава Украине!» периодически звучал в зале (за что были отдельные наказания от польского суда).

Через перепечатки судебных хроник в периодике приветствие разошлось по миру и стало повсеместно применяемым. Им начали подписывать объявления и письма даже религиозные общины в США.

Кстати, в сборнике трудов Степана Бандеры нет той популярной, используемой в интернете цитаты, которая ему приписывается: «И скажет один. ..».

Но Бандера точно должен знать, что когда венгерские войска топили в крови «Карпатскую Сечь», то сечевики перед смертью часто выкрикивали «Слава Украине!» (в результате еще в 1939 году нацисты запретили использовать этот лозунг в украинских радиопередачах из Вены).

Поэтому Второй большой сбор ОУН в 1941 году не просто зафиксировал своим постановлением уже давно сложившуюся традицию, но и добавил к приветствию обязательный ответ: «Героям слава!»

[1] Коваленко О.  На межі двох віків / З минулого: збірник / ред. Р. Смаль-Стоцький. – Т. 2. – Варшава: Український науковий інститут, 1939. – С. 39-40. 

[2] Дописи. З Detroit, Mich: Звіт з федераційного віча // Свобода. – 1916. – Ч. 122. – 10 жовтня. – С. 3.

[3] Вісти з краю // Нова Рада. – 1917. – Ч. 5. – 31 березня. – С. 2.

[4] Дописи: Іркутськ // Нова Рада. – 1917. – Ч. 32. – 6 травня. – С. 4.

[5] Кедровський Володимир.  1917 рік // Свобода. – 1928. – Ч. 13. – 19 січня. – С. 2.

[6] Штепа П. Націоналізм москвина // Визвольний шлях. – 1969. – Ч. 5 (254). – Травень. – С. 541.

[7] Кедровський Володимир. 1917 рік. – Вінніпеґ, 1967. – С. 61, 75, 78.

[8] Вісти з краю // Нова Рада. – 1917. – Ч. 30. – 4 травня. – С. 2.

[9] Допись: м. Кобеляки // Нова Рада. – 1917. – Ч. 70. – 22 червня. – С. 4.

[10] Мартос Борис. Перший Універсал Української Центральної Ради // Золоті роковини: Календар-альманах УНС на 1967 рік. – С. 19.

[11] Українська маніфестація в Петрограді // Свобода. – 1917. – Ч. 101. – 28 серпня. – С. 4.

[12] Кедровський Володимир. 1917 рік // Свобода. – 1928. – Ч. 134. – 11 червня. – С. 2; Кедровський Володимир. 1917 рік. – Вінніпеґ, 1967. – С. 468-469, 473; Свобода. – 1928. – Ч. 19. – 25 січня. – С. 2; Свобода. – 1928. – Ч. 20. – 26 січня. – С. 2.

[13] Привятанє Керенського // Свобода. — 1917. – Ч. 107. – 11 вересня. – С. 1.

[14] Кедровський Володимир. 1917 рік. – Вінніпеґ, 1967. – С. 243; Свобода. – 1928. – Ч. 69. – 24 березня. – С. 2.

[15] Шрамченко С. Лінійний корабель-дредноут «Воля» // Літопис Червоної Калини. – 1939. – Ч. 5. – Травень. – С.7.

[16] Гікавий М. Невикористана стихія українського вояцтва в 1917 р. // Альманах-календар «Гомону України» на 1971 рік. – Торонто, 1971. – С. 139-143.

[17] Островершенко Іван. З визвольної боротьби (Спогади) // Дороговказ. – 1966. – Ч. 9 (28). – Січень-лютий. – С. 10.

[18] Гікавий М. Невикористана стихія українського вояцтва в 1917 р. // Альманах-календар «Гомону України» на 1971 рік. – Торонто, 1971. – С. 139-143.

[19] Гікавий М. Третій військовий з’їзд у Києві // Вісник ООЧСУ. – 1975. — Ч. 11 (319). – Листопад. – С. 4-5.

[20] Шульгин О. Місія Симона Петлюри // Діло. – 1938. – Ч. 121. – 5 червня. – С. 5.

[21] Корчинський Михайло. Коли горів дім Михайла Грушевського (8 січня 1918 р.) // Діло. – 1937. – Ч. 67. – 27 березня. – С. 7.

[22] Кушнір М. Бій під Крутами (Нарис) // Крути (Матеріали до 50-ліття бою під Крутами). – Брюссель; Ню Йорк, – 1968. – С. 27-32; Чолій І. Пам’яті Осипа М. Твердовського // Літопис Червоної Калини. – 1931. – Ч. 2. – С. 16.

[23] Биковський Лев. Українці в Трапезунді в ХХ-у столітті // Визвольний шлях. – 1963. – Кн. 11-12 (191). – Листопад-грудень. – С. 1280.

[24] Вістник Союза визволення України. – 1918. – Ч. 19 (199). – 21 квітня. – С. 238.

[25] Куровський В. У матерному Київі (зі споминів синьожупанця) // Вісти з Лугу. – 1930. – Ч. 12. – С. 3-6.

[26] З записок Іллі Рогатинського // Життя і знання. – 1930. Ч. 8 (32). – Травень. – С. 229-233.

[27] Сергійчук Володимир. Всеволод Петрів. – Київ, 2008. – С.119.

[28] Шрамченко С. Прапор голови Укр. держави і Укр. вожнні прапори над Балтиком у 1918 році // Ранок (Дербі, Англія). – 1953. – Ч. 6. – 30 травня 1953. – С. 3.

[29] Новинки // Діло. – 1918. – Ч. 127. – 8 червня. – С. 2.

[30] Кедровський Володимир. 1917 рік. – Вінніпеґ, 1967. – С. 34; Свобода. – 1928. – Ч. 8. – 12 січня. – С. 2.

[31] Холмські українцї організуються // Свобода. – 1919. – Ч. 1. – 2 січня. – С. 6.

[32] Володимир-волинський узято // Нова Рада. – 1919. – Ч. 16. – 24 січня. – С. 3.

[33] Олесницький Я. Перед семи роками. День 22 січня 1919 в Київі // Діло. – 1926. – Ч. 14. – 22 січня. – С. 1.

[34] Як переведено злуку? Спогади учасника // Український вістник (Ню Йорк). – 1928. – Ч. 15. – 19 січня. – С. 1-3.

[35] Свято української Державности // Свобода. – 1937. – Ч. 50. – 3 березня. – С. 3.

[36] Театр і музика // Нова рада. – 1919. – Ч. 20. – 29 січня. – С. 4.

[37] Прохода Василь. Думки про правду. – Дрогобич, 2009. – С. 222.

[38] Гриневич Ярослав. З пригаслих споминів: крейдяні хрести // Вісник ООЧСУ. – 1976 . – Ч. 5. – Травень. – С. 25.

[39] Подюк Іван. На цьому мості стояли ми… / Українська Галицька Армія. Матеріали до історії. – Т. 5. – Вінніпег, 1976. – С. 96-102.

[40] Станімір Осип. Українська галицька армія в боях з армією ген. А.Денікіна / Українська Галицька Армія. Матеріали до історії. – Т. 1. – Вінніпег, 1958. – С. 470-484.

[41] Омелянович-Павленко М. Зимовий похід (6.XII.1919 — 6.V.1920 рр.) / За державність. Збірник 1. – Каліш, 1935 – С. 28.

[42] Доценко Олександер. Зимовий похід (6.ХІІ.1919-6.V.1920). – Варшава, 1932. – С. 170.

[43] Горліс-Горський Ю. Рік в Холодному Яру // Літопис Червоної Калини. – 1933. – Ч. 1. – Січень. – С. 13.

[44] Водяний Я.. Холодний Яр. Історична драма на 4 дії. З часів визвольних змагань на Україні 1921 р. – Тернопіль-Львів, 1928. – С. 12.

[45] Степовий Ю. В херсонських степах. – Мюнхен, 1947. – С. 21.

[46] Онацький Євген. Отаман Струк // Свобода. — 1932. – Ч. 232. – 5 жовтня. – С. 2.

[47] Артюшенко Ю. Події і Люди на моєму шляху боротьби за Державу. 1917-1966. – На чужині, 1966. – С. 71; Липовецький І. Інженер Юрій Артюшенко // Бюлетень Союзу Бувших Українських Вояків у Канаді (Торонто). – 1962. – Ч. 13. – Жовтень-грудень. – С. 25.

[48] Артюшенко Ю. По торах борців – за правду і волю. – Чікаґо, 1957. – С. 36-37; Артюшенко Ю. У 60-річчя створення Лєґії Українських Націоналістів / Календар-альманах Нового шляху. – Торонто, 1985. – С. 57; Артюшенко Ю. Лєґія Українських Націоналістів / Коновалець і його доба… 1972. – С. 382.

[49] Давидюк Руслана. Українська політична еміграція в Польщі: склад, структура, громадсько-політичні практики на території Волинського воєводства. – Львів-Рівне, 2016. – С. 323.

[50] Задорецький Петро. Фрагмент з діяльности полк. Є.Коновальця / Євген Коновалець та його доба. – Мюнхен, 1974. – С. 833-844.

[51] ЦДІАЛ. – Ф. 389. – Оп. 1. – Спр. 18. – Арк. 10-11.

‘Вся власть Советам!’ Биография Слогана

«Вся власть Советам!» несомненно, является одним из самых известных лозунгов в истории революции. Это вровень с «Egalité, liberté, fraternité» как символом целой революционной эпохи. В этом эссе и других последующих я хотел бы исследовать происхождение этого лозунга в его первоначальном контексте России 1917 года.

Наш лозунг состоит из трех слов: вся власть советам ( вся власть советам ).« вся » = «все», « власть » = «власть» и « советам » = «советам». Русское слово совет означает просто «совет», а отсюда и «совет». К настоящему времени мы, конечно, очень привыкли к русскому слову, потому что оно вызывает определенный набор значений, вытекающий из революционного опыта 1917 года.

В этой серии я часто буду использовать русский оригинал другого термина в этом слогане, а именно власть (далее буду транслитерировать без мягкого знака). «Власть» — не совсем адекватный перевод; действительно, в попытке уловить эти нюансы, власть часто переводится на английский язык одноидиоматической фразой «сила» (например, Джоном Ридом в «Десять дней, которые потрясли мир» ). Власть имеет более конкретное обозначение, чем английское слово power; русское слово обозначает суверенную власть в той или иной стране. Чтобы иметь власть , нужно иметь право принятия окончательного решения, быть способным принимать решения и следить за их выполнением.Эффективная власть нуждается в твердом контроле над вооруженными силами, сильном чувстве легитимности и миссии, а также социальной базе. Фраза Макса Вебера «монополия на законное применение силы» затрагивает суть дела.

Принятие слогана

Когда, почему и как большевики пришли к этому лозунгу весной 1917 года? Обычный ответ на эти вопросы утверждает, что для того, чтобы партия пришла к лозунгу, она должна была быть перевооружена ленинскими Апрельскими тезисами . Метафора перевооружения была впервые использована Львом Троцким в начале 1920-х годов, но сегодня она отнюдь не ограничивается писателями троцкистской традиции. Действительно, нарратив о перевооружении лежит в основе широкого консенсуса по поводу большевиков в 1917 году, которого придерживаются как активисты, так и академические историки.

Среди основных тем повествования о перевооружении следующие:

  • Ленинские Апрельские тезисы содержали радикальное политическое и идеологическое нововведение. Точная природа этого нововведения неясна, среди писателей нет согласия, но обычно оно имеет какое-то отношение к социалистической революции в России.
  • Апрельские тезисы представляли фактическое принятие Лениным взглядов Троцкого на «перманентную революцию».
  • Апрельские тезисы «взорвались, как бомба» среди большевиков; они были шокированы и возмущены Тезисами из-за своего отрицания старого большевизма или, возможно, даже основных марксистских принципов.
  • Апрельские тезисы представляли собой резкое изменение политической линии по сравнению с «полуменьшевистской» политикой, проводившейся до сих пор петроградскими большевиками, которые ранее выказывали свое замешательство и тревогу, подвергая цензуре ленинские Письма издалека .
  • Ленин в упорной кампании склонил партию к своим взглядам, хотя значительная часть партии и ее руководство так и не были убеждены.
  • Апрельские тезисы были необходимым условием победы большевиков в Октябре.

Я считаю, что все эти утверждения неверны или, в лучшем случае, серьезно вводят в заблуждение. В качестве вызова им я выступаю за то, что я называю «во всеоружии» интерпретации большевистской политики весной 1917 года. В противоположность нарративу о перевооружении, который отрезает большевизм от его прошлого, я подчеркиваю преемственность со старым большевизмом.Большевики были , а не сбиты с толку Февральской революцией; они столкнулись с постфевральской ситуацией с выигрышной стратегией, твердо основанной на классовом сценарии старого большевизма. Возвращение Ленина и других лидеров эмиграции в Россию в начале апреля ознаменовало важный сдвиг в тактике, но этот сдвиг был , а не из-за противоречивых Апрельских тезисов . Большевики практики высказавшие опасения по поводу Апрельских тезисов сделали это потому что они разделяли цель советской власти.Канонический лозунг из трех слов «Вся власть Советам!» не был принят в качестве партийного лозунга до начала мая – после споры по поводу Апрельских тезисов были решены на большевистских партийных конференциях.

Предложенный мной контрнарратив встретил сильное сопротивление и, без сомнения, будет продолжать это делать. Одна из основных причин этого заключается в том, что мой контрнарратив, кажется, идет вразрез с установленными фактами. А как же «критическая поддержка» буржуазного Временного правительства со стороны таких большевиков и Льва Каменева и Иосифа Сталина? А как же пресловутая цензура ленинского Письма издалека редакцией Правды ? Разве Апрельские тезисы не вызвали большого скандала среди большевиков? — например, голосование в Петроградском комитете партии отклонило тезисы в целом с перевесом тринадцати голосов против двух? Разве работы Троцкого 1917 года не иллюстрируют повествование о перевооружении? И так далее.

Это правильные вопросы, и цель данной серии статей — подробно ответить на них. К концу серии все изменится, и защитники стандартного повествования о перевооружении получат массу новых доказательств для рассмотрения. В то же время меня воодушевляет тот факт, что ученые, которые провели эмпирические исследования по этим вопросам после того, как я впервые выдвинул свои гипотезы несколько лет назад, подтвердили основные части моих аргументов, как показано в недавних блогах Эрика Бланка.

«Биография лозунга», эссе, открывающее серию, изложит мою «во всеоружии» интерпретацию с минимумом полемики. Моя сердечная благодарность за ободрение и поддержку Джона Ридделла, который щедро предоставил место для этой обширной серии.

Биография слогана

Со времен Лассаля социал-демократия всегда уделяла большое внимание лозунгам — лозунгам, mots d’ordre — как способу сфокусировать политические кампании и навязать массовым действиям единство.На основе ее лозунгов разных лет можно написать историю социал-демократии в ее различных национальных проявлениях. «Вся власть Советам!» безусловно, один из лучших из них: достаточно короткий, чтобы поместиться на баннере, и достаточно обширный, чтобы дать ответ практически на любой вопрос. В апреле Григорий Зиновьев ответил на несколько письменных вопросов заводчан, и один из таких вопросов был: когда у нас на этом заводе будет нормальное столовое обслуживание? Ответ Зиновьева: когда вся власть отдана Советам.

Политическая стратегия лозунга «Вся власть Советам!» прочно основано на применении старого большевизма к условиям, сложившимся в России после февральской революции. Сердцем старого большевизма было прочтение созвездия классовых сил в России после революции 1905 года — так называемых «движущих сил революции». Это прочтение породило политическую стратегию, которую большевики назвали «гегемонией» (не путать с более поздним употреблением многообразного слова).Стратегию гегемонии мы подробно рассмотрим далее в этой серии, но здесь мы можем подытожить ее: большевики должны стремиться к власти , основанной на рабочих и крестьянах, которая довела бы революцию «до конца» (достигнув максимума доступные в то время политические и социальные преобразования) в противовес стремлению антицарских либералов остановить революцию как можно скорее.

Как только рассеялась пыль после падения династии Романовых в начале 1917 г., большевики без труда сопоставили стратегию гегемонии с основными политическими реалиями новой ситуации.Носителем рабоче-крестьянской власти будут, очевидно, Советы, сначала в Петрограде, а затем и всенародно. В отличие от советов-прототипов 1905 г., Петроградский Совет 1917 г. также представлял солдат петроградского гарнизона и, таким образом, косвенно крестьян. Либералы-антицаристы укрылись во Временном правительстве и, как и предсказывалось, пытались взять на себя руководство революцией и как можно быстрее остановить революционные преобразования.Последствия стратегии гегемонии для политической стратегии в этих обстоятельствах были очевидны: рабоче-солдатские советы должны были полностью взять на себя власть и во что бы то ни стало проводить революционную программу.

В марте 1917 года эта стратегия получила конкретное применение у петроградских большевиков, в том числе у Каменева и Сталина. Столкнувшись с Советом, который, с одной стороны, признавался властью рабочих и солдат, а с другой стороны, сам уступил государственную власть Временному правительству, большевистские вожди делали ставку на неизбежную конфронтацию между Временным правительством и советскими избирателями. , так как события быстро обнаружат полную неспособность Временного правительства выполнить требования советских избирателей и даже его враждебное и контрреволюционное стремление устранить советское влияние.Как только советы и их массовая база осознают эти реалии (какими их считали большевики), они возьмут в свои руки «полную и полную власть ». Поскольку революция будет развиваться и углубляться, она придет к этому, к диктатуре пролетариата и крестьянства» (Лев Каменев, «Правда» , редакция от 14 марта 1917 г.).

Хотя петроградские большевики твердо поставили вопрос о советской власти в повестку дня, они воздержались от прямого призыва к советской власти в лозунговой форме. К этой сдержанности привели две основные тактические дилеммы. Во-первых, такой призыв был бы воспринят как антисоветский, учитывая его нынешнее руководство и мировоззрение большинства. Во-вторых, преждевременный призыв к свержению Временного правительства, прежде чем он получит поддержку среди советских избирателей в столицах и в провинции, был бы крайне дезорганизующим. Как замечал Каменев в марте, « Неважно–взять власть, важно–удержать » (Власть не так уж и важно взять, а вот удержать, это большое дело).

Эти рассуждения были результатом не слащавой нехватки революционного рвения, а вполне реальных тактических дилемм — дилемм, которые доставляли большевикам проблемы в течение всего года (вспомним июльские дни). Тем временем большевистские вожди взялись ускорить великий день «организацией, организацией и еще раз организацией» («Правда », март ), а также приведением в действие стандартной социал-демократической техники разоблачительной кампании. Типичная кампания такого рода выдвигала конкретные требования к правящей элите с целью убедить массы в том, что эти требования не будут удовлетворены, пока у власти находится «буржуазное» элитарное правительство. Парадигматическим примером в 1917 году было требование опубликовать секретные договоры. Эта кампания была начата в марте перед возвращением Ленина и продолжалась вплоть до того момента, когда Троцкий вошел в здание Министерства иностранных дел.

Открытый призыв к полной советской власти стал частью большевистского послания в апреле вместе с важной оговоркой о том, что убеждение советского электората является необходимым предварительным условием. Этот сдвиг (, а не поворот) в тактике можно объяснить возвращением лидеров эмиграции Ленина и Зиновьева (прочтение Правды в апреле быстро обнаружит главную роль Зиновьева), а также нарастанием политического кризиса, который (как и предсказывалось) петроградскими большевиками в марте) углубили раскол между Временным правительством и советскими избирателями.

Воздействие этих различных факторов не должно автоматически приписываться Апрельским тезисам самим по себе. Взглянем на номер «Правды» от 8 апреля, появившийся вскоре после возвращения Ленина и публикации его Тезисов . На четвертой странице можно найти короткую статью Каменева «Наши разногласия», содержащую критику тезисов Ленина , что свидетельствует о разногласиях в большевистских рядах и начале внутрипартийной полемики.На первой полосе того же номера красовалась пространная статья Зиновьева, напоминающая полуофициальное заявление, отражающее партийный консенсус. Эта статья представляет собой четкое, лаконичное и авторитетное изложение мысли, лежащей в основе «Вся власть Советам!» – с особым акцентом на «всех» – без, однако, ничего похожего на сам лозунг.

Как точно отмечает Зиновьев в этой статье, «революционная социал-демократия в России» (она же большевизм) традиционно рассматривала победившую русскую революцию как «пролог, введение в социалистическую революцию на Западе.Эта перспектива налагала на русских революционеров долг, который Зиновьев резюмировал формулой чести времени: «довести русскую революцию до конца ( до конца )». И как эта цель будет достигнута?

«В среде кадетов мы слышим все более и более ядовитые протесты против двоевластия [ двоевластия ], существующего теперь в России. «Мы протестуем против того, что рядом с правительством Львова/Гучкова/Милюкова существует еще власть , власть Советов рабочих и солдатских депутатов.Так говорят кадеты.

«Мы тоже не хотим двоевластия: так отвечаем мы, революционные социал-демократы. Мы также желаем, чтобы в нашей стране была только одна власть . И что власть должны быть Советы рабочих и солдатских депутатов».

Статья Зиновьева дает нам образец большевистской риторики на весь год: возьмите широко признанную революционную цель и укажите, что она не может быть достигнута до тех пор, пока советы, действительно представляющие рабочих и крестьян, не будут иметь всех власти .

Апрельские тезисы : История приема

Таким образом, 8 апреля мы находим в Правде ясное и недвусмысленное изложение цели советской власти таким образом, что единство партии и представляют собой первый раунд партийного спора по поводу ленинских тезисов . Таким образом, чтобы оценить влияние знаменитых тезисов, нам необходимо внимательно изучить рецепцию Апрельских тезисов . Поскольку этот документ не представляет собой единого сообщения, а скорее излагает ряд разрозненных положений, говорить о реакции на Тезисы в целом бесполезно.Нам нужно разбить тезисы таким образом, чтобы мы могли различать разные реакции на разные моменты.

Прием Апрельских тезисов партийным активом можно разделить на три категории. Во-первых, это позиции, которые не вызывали споров, поскольку выражали большевистский консенсус. Одной из таких широко разделяемых позиций, наряду с империалистическим характером войны, недоверием Временному правительству, неприятием «революционного оборончества», безусловно, была цель советской власти.Эти позиции — безусловно, самые важные — не вызвали никакого сопротивления. Напротив. Вот слова наиболее красноречивого критика ленинских тезисов Сергея Багдатева: «Везде и всегда, каждый день мы должны показывать массам, что до года власть года была передана в руки Советов рабочих и солдатских депутатов. , нет никакой надежды на скорейшее окончание войны и нет возможности для реализации их программы». Этими словами Багдаев употребил в апреле именно для того, чтобы объяснить, почему у него были опасения по поводу некоторых положений Ленина.

Замечания Багдатева подводят нас к следующей категории восприятия Тезисов: опасениям относительно возможных практических следствий того или иного положения. Эти опасения были вызваны не целью советской власти, а разногласиями по поводу наилучшего пути ее достижения. Эти опасения возникли из-за того, что Ленин был далеко не ясен как в своих эллиптических тезисах, так и в различных других комментариях, сделанных после его возвращения. Согласно недавним новостям, группа католических кардиналов представила Папе Франциску набор из dubia или запросила разъяснения о последствиях некоторых его заявлений.Эти dubia являются отличной моделью для этой последней категории приема тезисов.

Существенной чертой большевистского dubia в апреле 1917 года было то, что они были страстно просоветской властью . Далее в этой серии мы рассмотрим две наиболее обширные критические статьи Сергея Багдатева и Льва Каменева. Хотя первых обычно относят к крайне левым в партии, а вторых — к крайне правым, их критика существенно пересекалась — действительно, Багдаев цитировал Каменева и солидаризировался с ним.Нет сомнений в пылу, с которым эти два большевика предостерегают от того, что они считают фатальными ошибками в достижении цели советской власти.

Процесс выяснения недоразумений начался почти сразу, так как Ленину пришлось давать защитные глоссы для предотвращения недоразумений в самой статье, содержащей канонический текст Тезисов. Повторив то, что он ранее обнародовал в речах сразу после своего возвращения, Ленин добавляет: из моих тезисов некоторые делают вывод, что я не поддерживаю Учредительное собрание, — что за клеветнический вздор!

В 1926 году пионер партии историк Владимир Невский опубликовал первую содержательную источниковедческую историю большевизма.Его книга появилась в короткий промежуток времени после того, как были собраны первоисточники, но до того, как сталинская ортодоксия положила конец подлинному историческому спору. Сам Невский принимал активное участие в петроградской большевистской организации и поэтому говорит с авторитетом очевидца, а также историка, пользующегося большим уважением и сегодня. Он делает следующий чрезвычайно показательный комментарий о приеме Апрельских тезисов :

«Мы должны подчеркнуть, что даже в рядах нашей партии были люди, которые сначала неправильно поняли эти тезисы, восприняв их как призыв к немедленному осуществлению социализма, несмотря на категорические разъяснения [наоборот].

«На самом деле позиция Ленина [в Апрельских тезисах ] была естественным развитием давно выработанного им учения в предшествующие периоды истории нашей партии, поскольку одно из основных положений большевизма… была выдвинута уже во время первой русской революции [в 1905 г.]: идея диктатуры пролетариата и крестьянства. В этой же мысли заключались и все выводы и все меры, к которым неизбежно пришли, как только партия убедилась в необходимости и неизбежности пролетарско-крестьянской диктатуры.

Позже в этой серии мы рассмотрим реакцию Ленина и Троцкого на это особое непонимание социализма. В настоящее время нам необходимо подчеркнуть два важных следствия авторитетных замечаний Невского. Во-первых, непонимание действительно сыграло решающую роль в восприятии Апрельских тезисов . Конечно, Невский снимает с Ленина всякую вину за эти недоразумения, и не упоминается возможность того, что сам Ленин мог неправильно понять взгляды петроградских большевиков, таких как Каменев.

Еще более показательно твердое утверждение Невского о существенной преемственности между старым большевизмом и Апрельскими тезисами : «Позиция Ленина [в Апрельских тезисах ] была естественным развитием того учения, которое он давно выработал в предыдущих периоды истории нашей партии». Невский резюмирует преемственность, цитируя ленинскую формулу о «диктатуре пролетариата и крестьянства», которая в распакованном виде эквивалентна стратегии гегемонии: власть , опирающаяся на рабочих и крестьян, чтобы довести революцию «до конца». конец» (достичь максимума доступных на тот момент политических и социальных преобразований) в противовес стремлению антицарских либералов остановить революцию как можно скорее.Невский знал историю большевистской партии лучше, чем кто-либо из ныне живущих, и его показаниям по этому поводу следует уделить должное внимание.

Процесс выяснения недоразумений шел в обе стороны: только что приехав в Россию из-за границы, сам Ленин имел неверные представления о позиции петроградских большевиков. Как мы увидим далее в этой серии, вероятно, самое важное из этих заблуждений касалось уместности предъявления «требований» Временному правительству.Из-за своей страстной эмигрантской полемики против Каутского и социал-демократического «центра» Ленин вернулся в Россию, дыша огнем и серой против самой идеи выдвижения «требований» — в его глазах такие требования только распространяли иллюзии о возможности реформ. Какой?! (спрашивали критики) — Вы хотите сказать, что мы должны отказаться от разоблачительных кампаний, которые выдвигают такие требования, как «опубликовать секретные договоры»?

Очень похожая проблема была kontrol , что лучше перевести как «надзор», чем как «контроль»: в контексте апрельских дебатов kontrol означает наблюдение за правительством, чтобы убедиться, что оно выполнило требования советского. Ленин отвергал любые разговоры о контроле по той же причине, по которой он враждебно относился к выдвижению «требований»: казалось, что любые такие разговоры подразумевают веру в то, что Временное правительство действительно выполнит программу или требования Совета. Но Каменев и другие большевики хотели использовать контроль со стороны Совета именно для того, чтобы разоблачить провал правительства — как и Ленин, они считали, что нет никаких шансов, что правительство действительно проведет политику, требуемую Советом.

Следующие три замечания по вопросу о «требованиях» от партийных конференций в апреле представляют собой миниатюрную парадигму весьма сумбурного процесса выяснения недоразумений. По Ленину:

«Наша линия не должна состоять в том, чтобы показать, что мы требуем публикации договоров от правительства. Это было бы иллюзией. Требовать этого от правительства капиталистов — все равно, что требовать от него раскрытия торговых махинаций. Если мы говорим, что мы должны отказаться от аннексий и контрибуций, то мы должны указать, как это можно сделать; а если нас спросят, как это сделать, мы скажем, что это принципиально революционный шаг, а такой шаг может сделать только революционный пролетариат.

Каменев ответил:

«Должны ли мы, как политическая партия, брать на себя обязательство требовать публикации тайных договоров — объявить, что это наше политическое требование? Мне скажут: извините, вы требуете невозможного. Но требования, которые я предъявляю, не основаны на ожидании, что Милюков ответит мне и опубликует договоры. Политика требований, которую я отстаиваю, есть агитационный прием для развития масс, способ разоблачения того, что Гучков и Милюков не могут этого сделать, что они не хотят публикации секретных договоров, что они против политики мира.Это средство показать массам, что если они действительно хотят создать революционную политику на международном уровне, то власть должна быть передана в руки Совета».

После этого обмена мнениями Каменев и Ленин стремились свести к минимуму свои разногласия. Каменев утверждал, что недоволен докладами Ленина «главным образом по техническим причинам». По словам Ленина, «мы с Каменевым идем по одному пути, кроме вопроса о контроле .Субъективно он понимает это слово лучше, чем Чхеидзе и другие». Чхеидзе был меньшевистским руководителем Совета, который искренне надеялся, что Временное правительство действительно и верно выполнит программу Совета.

Одна из целей настоящей серии статей состоит в том, чтобы сделать то, что было очевидно для Ленина в конце апреля 1917 г., столь же очевидным для читателей в 2017 г., а именно, что Каменев и другие были на одной странице с Лениным, а , а не на странице Лидеры меньшевиков, такие как Чхеидзе.Пока отметим, что большевики считали вполне возможным проведение агитационных кампаний по поводу секретных договоров, отвечающих критериям и Ленина, и Каменева. Я сейчас смотрю на фотографию, на которой солдаты в апрельские дни стоят под транспарантом с надписью «Требуем [sic] Немедленного Вскрытия Союзных Договоров» — Мы Требуем Немедленного Разоблачения Союзных Договоров (выделено мной).

Опасения по поводу «требований», контроля и множества других тем не опровергнуты – прояснились .Консенсус по поводу Апрельских тезисов был достигнут не потому, что Ленин изменил точку зрения практиков, а потому, что он дал им понять, что им не нужно менять свое мнение, чтобы принять его Тезисы.

Завершающую категорию рецепции Апрельских тезисов можно обозначить как «ленинские увлечения»: те части Апрельских тезисов , которые не входят в основной консенсус, но и не воспринимаются товарищами-большевиками как ему противоречащие. .Под эту категорию попадает банковская синдикализация, переименование партии и советы как высшая форма демократии (в отличие от советов как проводника рабоче-крестьянской власти ). Эти предложения не были шокирующими или спорными как таковые, но, тем не менее, люди задавались вопросом, насколько уместными или полезными они были для задачи разработки динамичного партийного послания в продолжающейся революции. В конце концов, эти пункты не были отвергнуты, а просто допущены к мелким шрифтам большевистского послания — даже в том виде, в каком они изложены в собственных трудах Ленина, адресованных непосредственно советским избирателям в 1917 году ( Государство и революция здесь исключено). , поскольку он не публиковался до 1918 г.).

Все три категории приема тезисов иллюстрируются некоторыми замечаниями видного большевистского деятеля Михаила Калинина на апрельских партийных конференциях. Как мы помним, первая категория состоит из принципиальных моментов, не вызывавших разногласий. Например, Калинин особо поддерживает ленинскую аграрную политику и ссылается на свою собственную статью «Правда » от 17 марта. Основной посыл этой предыдущей статьи можно резюмировать как «вся власть крестьянским комитетам!».Важно отметить, что в своих комментариях к конференции Калинин также особо поддерживает цель советской власти: «Совет рабочих и солдатских депутатов есть на данный момент единственно возможная власть ».

Ввиду своего согласия с этими принципиальными позициями Калинин настаивал на том, что Апрельские тезисы , а не представляют собой радикальный разрыв с давним партийным мировоззрением: «метод мышления остается старобольшевистским, способным учесть особенности этой революции». .Не означали они и разрыва с недавней тактикой большевиков в марте: «Все, что вам нужно сделать, это прочитать наш первый документ во время революции — манифест нашей партии, и вы убедитесь, что наша картина революции и наша тактика расходятся». никак не от ком. Тезисы Ленина».

Вторая категория восприятия состоит из практических опасений: рассмотрел ли Ленин все последствия того или иного пункта — последствия, которые, по нашему мнению практиков, будут препятствовать стремлению к советской власти? Например, Калинин не возражал против изменения названия партии как такового, но считал, что «из практических соображений» партия должна действовать медленно, внося изменения.Калинин показывает свое понимание того, что источником некоторых опасений Ленина была эмигрантская полемика: «Я понимаю товарищей, приехавших из-за границы, где так замарано слово «социал-демократ». Но у нас это не так».

Последняя категория приема — это принятие личного энтузиазма Ленина без превращения его в центральную часть фактического большевистского послания. Например, один из тезисов Ленина настаивал на национализации банков. Калинин не имел существенных возражений против такой меры, но заметил, что «пункт о банках не имеет большого практического пропагандистского значения.Как мы видели ранее, Калинин одобрял советы как средство классовой власти рабочих и крестьян, а-ля старый большевизм. Тем не менее он не разделял личного энтузиазма Ленина по поводу советов как высшего типа демократии:

«Единственное новое в Com. Тезисы Ленина есть утверждение, что Совет рабочих депутатов есть единственная [приемлемая] форма правления. Это неверно, а верно то, что Совет рабочих и солдатских депутатов есть на данный момент единственно возможная власть .Так что здесь нужна поправка».

В конце концов, ленинское обоснование советов как высшего типа демократии, конечно, не было отвергнуто, но и ему не был придан более чем маргинальный статус в большевистском послании в 1917 году. мелкий шрифт большевистского послания.

В целом, мы получаем более точную картину большевистского послания в течение года, читая замечания Калинина, чем Апрельские тезисы .Суть этого сообщения была основана на том, что было общего у Ленина и Калинина: двойная цель: власть для советов и земля для крестьян. Но, как точно предсказал Калинин, национализация банков, советы как высшая форма демократии и смена названия партии оставались маргинальными.

Великие лозунги найдены, но не созданы

В общем, история «Вся власть Советам!» можно сказать, не упоминая Апрельских тезисов – ничего существенного при этом не потеряется.Итак, мы возвращаемся к нашему регулярному рассказу о большевистском лозунге. Идея этого лозунга восходит к старому большевизму и никогда не вызывала сомнений. Как мы видели, открытый призыв к советской власти как ближайшей цели прозвучал в начале апреля, когда только начались прения по поводу апрельских тезисов . Но сам канонический лозунг – Всиа власть советам! — до сих пор нигде нет доказательств. Лозунг, конечно, не фигурирует в Апрельских тезисах . Я просмотрел решения и воззвания местных партийных комитетов за апрель, найденные в различных собраниях документов.Судя по этому свидетельству, ни знакомый нам слоган, ни какой-либо узнаваемый его вариант нигде в течение месяца не использовались. Отсутствие содержательной формулировки ключевого требования давало о себе знать в различных воззваниях и призывах к действию местных большевиков.

В резолюциях Всероссийской большевистской конференции, закончившейся 29 апреля, призыв к «полной государственной власти » для рабочих и крестьян является настойчивым лейтмотивом всего текста. Но формулировка не только корявая по сравнению с четким каноническим лозунгом, но и расплывчатая.Самая распространенная формулировка — «передача всей власти в руки» — с существенным разбросом в личности вовлеченных рук. Иногда власть передается в руки советов, но в других местах она передается непосредственно в руки таких социальных классов, как «пролетариат». Другие «органы демократического самоуправления» — даже Учредительное собрание! – также упоминаются как возможные автомобили для власть .

Кто первым придумал точную формулировку канонического слогана? По имеющимся данным, к организации демонстраций во время апрельского кризиса причастен какой-то петроградский большевик среднего звена.Первое появление, которое я обнаружил, было на баннере, появившемся на улицах 21 апреля (как сообщалось в Правде на следующий день). Этот активист, несомненно, резюмировал прочитанное в «Правде ». Знамя привлекло внимание Ленина либо по непосредственному наблюдению, либо по газетным сообщениям, и он упоминает о нем в своем описании событий. Ленину этот лозунг настолько понравился, что он сам использовал его немного позже в статье «Правды» от 2 мая.

Ленина обычно и неправильно связывают с каноническим лозунгом через его Тезисы в начале апреля. Тем не менее Ленин заслуживает большой похвалы за его принятие. Во время апрельских демонстраций в конце месяца Ленин был достаточно прозорлив, чтобы заметить лозунг и отметить его возможности. Судя по существующим свидетельствам, Ленин действительно был лидером, который вырвал это из анонимности и сделал центральным элементом большевистской агитации.

Первое появление лозунга, которое мне удалось найти в авторитетном партийном документе, а не только на анонимном плакате или в статье, подписанной отдельным лицом, происходит 7 мая на первой полосе «Правды » в «Проекте мандата для избрания делегатов в Совет рабочих и солдатских депутатов.Цель мандата заключалась в том, чтобы помочь советскому избирателю отличить настоящего красного от АЛЬБИНОСА ( Паршивый большевик-только по имени ). Как таковой, этот документ является хорошим путеводителем по смыслу лозунга в контексте 1917 года. [См. «Наказ о советских выборах».] Мандат заканчивается такими звонкими словами:

« Вся власть Советов Рабочих и Солдатских Депутатов! [ Вся власть Советам рабочих и солдатских депутатов! ] В это поверит весь мир.Только тогда мы сможем закончить войну и привести Россию к счастью».

В мандате рассматриваются вызовы, стоящие перед страной, и в каждом случае утверждается, что советская власть является предпосылкой эффективного ответа: «Если власть не перейдет в руки рабочих, солдат и беднейшего крестьянства — тех, кто действительно не хотим быть хищниками — мы и впредь будем проливать свою кровь только для обслуживания интересов кучки капиталистов и помещиков».

Мандат призывает к государственному контролю производства и распределения, но также ясно дает понять, что это то, чем государство будет заниматься в любом случае – вопрос только в том, у кого будет власть , за кем будет последнее слово о фактическом политики. Таким образом, обратная сторона всей власти Советам есть осуждение всякой «договоренности» с капиталистами: «Вся власть [ против власти ] в стране должна принадлежать исключительно Советам рабочих, солдатских, Крестьянские и прочие депутаты (надо включить Советы железнодорожников и прочих служащих). Соглашение [ соглашение ] с капиталистами, оставляющее господ капиталистов с властью , затягивает войну и ухудшает положение внутри страны.

«… политика, защищаемая мандатом, исходила из социал-демократической «программы-минимум» и общей «демократической» платформы социалистических партий: справедливый мир, земля крестьянам, восьмичасовой рабочий день, всеобщее ополчение».

Тема социализма бросается в глаза своим отсутствием. Отсутствуют и личные увлечения Ленина из Апрельских тезисов : советы как высшая форма демократии, перенос акцента на батрак , образцовые хозяйства на конфискованных землях, банковское регулирование. В остальном политика, отстаиваемая наказом, исходила из социал-демократической «программы-минимум» и общей «демократической» платформы социалистических партий: справедливый мир, земля крестьянам, восьмичасовой рабочий день, всеобщее ополчение. Кампания против тайных договоров не забыта. Даже старый лозунг немецкой социал-демократической партии — «ни копейки!» – снова призван в строй. Подводя итог, мандат представляет собой конкретное применение давнего большевистского консенсуса: власть , основанная на рабочих и крестьянах, приверженных доведению революции до конца путем проведения широкой «демократической» трансформации российского общества.

Завершаем нашу краткую биографию лозунга прекрасным воплощением смысла «Вся власть Советам!» как это было воспринято советским электоратом. В своем описании фабричного митинга в Москве в мае 1917 года один из рабочих, Эдуард Дюна, с некоторым нетерпением отталкивает ученые марксистские рассуждения о типах революции:

«Как можно было знать, закончилась ли буржуазная революция или Россия созрела для социалистической революции? Большевики говорили более понятно. Мы должны сохранить и укрепить власть, завоеванную нами в ходе революции, а не отдать ее буржуазии. Надо не ликвидировать советы как органы власти, а передать им власть, чтобы было уже не двоевластие, а единое революционное правительство…

«Для социологов вопрос о диктатуре пролетариата был сложнее, чем для нас. Мы хотели только одного: установления революционного правительства, которому можно было бы доверять, и укрепления той практики, которая проверена опытом революции.Мы были за землю крестьянам, за прекращение кровопролитной войны, за все, чего хотели рабочие в других странах. Революции еще нигде не было, но она будет. Иностранные солдаты так же мало доверяли своим офицерам, как и мы своим, и вскоре последовали нашему примеру. Все, кто выступал против власти перед советами, были врагами революции, скрывая, что в подходящий момент они выступят против завоеваний, которые она произвела».

Можно было бы, пожалуй, продолжить рассказ о нашем лозунге по стандартным линиям биографии известной кинозвезды: ранний успех на демонстрациях 18 июня, период отторжения, растерянности и неуверенности в себе после июльских дней, наконец, триумфальное возвращение к звездному статусу в сентябре, завершившееся историческим выступлением в конце октября. А пока мы здесь завершаем первую главу биографии «Вся власть Советам!» •

Эта статья является первой частью серии. Сама серия является частью важной подборки статей, документов и других комментариев к годовщине русской революции в блоге Джона Риддела.

ленинских лозунгов — журнал Viewpoint

Михаил Балясный: «Коммунизм — это советы плюс электрификация всей страны. Преобразуем СССР путем социалистической индустриализации» (1930).

Хочу обсудить три лозунга Ленина.

Первый: «Вся власть Советам». Это увещевание восходит к апрелю 1917 года, моменту, когда революция должна была выбирать между путем, ранее указанным Лениным, захватом власти организованным авангардом или путем восстания и организации масс в советы — Советы.

Второй лозунг датируется 1919 годом: «Коммунизм — это Советская власть плюс электрификация». Он возник в тот момент, когда после прихода к власти советов на повестке дня стоял вопрос о производственных проектах и ​​формах жизни, которые пролетариат стремился построить при социализме.

Третий лозунг восходит к началу 1917 года, когда Ленин, застигнутый империалистической войной в Швейцарии, начинает работу над тем, что впоследствии станет «Государство и революция » (он закончит книгу в августе-сентябре 1917 года), предлагая коммунистическая программа роспуска государства, его уничтожения. Лозунг здесь: «отмирание государства».

Итак, для начала: «Вся власть Советам». Это совершенно ясное стратегическое указание, которое проецирует ход революции и строительства социализма через захват власти советами как массовыми органами.Цитируя Ленина: «Империалистская война с объективной неизбежностью должна была… превратиться в гражданскую войну между враждебными классами». Совет — стихийный продукт этой ситуации. Я снова ссылаюсь на Ленина: «зародыш рабочего правительства, представитель интересов всей массы беднейшего слоя населения, т. е. девяти десятых населения, стремящегося к миру, хлебу и Свобода.»

Таким образом, индикация кристально чистая. Но мы, мужчины и женщины XXI века, слишком часто понимаем это как пример «революционного оппортунизма» или даже как выражение понятия «восстание как искусство» — во всяком случае, как блестящую неожиданное и замечательное решение, которое изменило линию, предписанную Лениным партии.С этим лозунгом в апреле 1917 года Ленин — теоретик авангарда как лидера массовых движений и партии, построенной на промышленной модели современной фабрики, — фактически коренным образом модифицировал политическую линию и делегитимизировал «на расстоянии» (поскольку он находился еще за пределами России) московское руководство, выступавшее против передачи учредительной власти Советам. Либо великое противоречие, либо макиавеллистский акт добродетельного преобразования политического проекта — такое объяснение мы слышали тысячу раз от тех, кто показал себя разрушителем рабочего класса, оставшегося в ходе « короче 20 век.

Такая интерпретация лозунга совершенно неверна. Политическая линия, продиктованная Лениным, резюмируется следующим положением: стратегия классового движения; тактика, и только тактика, к учреждению, т. е. к партии, к политическому представительству, авангарду. Независимость пролетариата становится местом стратегической гегемонии, когда обретают форму повстанческая сила и революционный проект. Авангард должен ориентироваться на эту реальность, по крайней мере, если он хочет установить что-то в качестве тактического предложения.Радикальная трансформация революционной тактики, выдвинутая Лениным в апреле 1917 г., есть, таким образом, не жест художника, а политическое осознание гегемонистской зрелости, стратегических способностей пролетарских масс — организованных крестьян, рабочих и солдат. в советы, чтобы взять власть. Ленинский жест есть знание [ savoir ] пролетарской власти, которая осознает себя стратегическим проектом. Партия, авангард, со своим техническим опытом, должны подчиниться этой массовой силе и хорошо понять ее стратегию, прежде чем осуществлять ее.Организация советов в революции означает придание организации учредительной власти, выражаемой последними, т. е. преемственность действия, способность создавать учреждения, гегемонистский проект в строительстве социализма. От «органа восстания» к «органу восстания и власти пролетариата»: это преобразование функций советов вытекает, следовательно, из реального, материального развития революционных задач.

Теперь второй лозунг: социализм = советы + электрификация.И здесь традиционная интерпретация выдает свое значение. Он акцентирует внимание на том, что советы, их производственная деятельность должны быть подчинены и соответствовать насущным потребностям социалистического накопления. Это верно лишь отчасти. Это верно, если мы подумаем об огромных задачах революции — в стране, характеризующейся полуфеодальным социально-экономическим укладом, промышленным укладом, никоим образом не достаточным для любого проекта модернизации, и уже подверженным концентрическим атакам со стороны контрреволюционных сил.Таков был действенный контекст, в котором оформился проект установления социализма. Но лозунг «Советы + электрификация» означает не только то, что должна быть поднята постоянная, энергетическая составляющая органического строения капитала, так как она является необходимой базой для промышленной экспансии. Ленинский лозунг не может быть сведен к этому императиву. Скорее, он несет в себе фундаментальную марксистскую тему: социальная революция не может произойти без адекватной материальной инфраструктуры, способной ее поддерживать.Это означает, что каждое политическое предложение, имеющее целью ниспровержение капиталистической системы, ее политической конфигурации и существующего образа жизни, является ложнореволюционным, если оно в то же время не является носителем адекватного проекта преобразования способа производства. Непосредственное соединение советов, т. е. политической организации пролетариата, и электрификации, т. е. адекватной формы способа производства, действительно революционно. Адекватная форма: необходимое условие способа производства.

Вырвать это предложение из случайности, поднять его вообще (как хотел Ленин) работать на революцию, «завершить революцию» — значит успешно провести соотношение между тем, чем является рабочий класс в себе (его техническим составом ) и политические формы, в которых этот состав организован. Таким образом, речь идет о пересечении определенной «социальной формации» пролетариата, его технических способностей, образа жизни, стремления к хлебу, миру и свободе (еще раз: в этом смысл «технического состава» пролетариата) в свете классовой борьбы и отслеживания трансформации способа производства в свете двойственности власти.Эта двойственность есть противодействие совету, как, с другой стороны, и тот смысл, который необходимо придать «политическому составу» пролетариата. Социализм и коммунизм — это образ жизни, построенный на основе способов производства. Для Ленина эта связь является внутренней по отношению к строительству социализма. «Советы + электрификация» означает, таким образом, не только то, что советы должны взять на себя управление технологической структурой (которая здесь как раз связана с промышленной фазой, определяемой использованием электрической энергии) — технологической структурой, определяемой капиталом в соответствии с его производительной силой. организация.По сути, каждая технологическая структура подразумевает социальную структуру, и наоборот.

Для Ленина это означает, что соединение советов и промышленной машины является вопросом вмешательства в техническую структуру производства. Машины нельзя использовать нейтральным образом: нет такого типа промышленного производства, который функционировал бы при социализме так же, как при капитализме. Чтобы утвердиться, социализм должен нацелиться на капиталистическую промышленную инфраструктуру, определив посредством модификации пролетарского использования машин преобразование образа жизни пролетариата.Подобно Марксу, ленинский лозунг строит революционный аппарат социальных преобразований в капиталистическом отношении и через него, т. е. отношение между переменным капиталом и основным капиталом, между техническими структурами производства и пролетарской рабочей силой. В этом смысле советы являются структурой коллективного предпринимательства; они становятся фигурой предприятия общего.

Мы находимся уже в рамках третьего лозунга, который я изложил: «чтобы государство отмирало. «Стратегическая гегемония советов, которые захватывают политическую власть и конструируют новые способы производства, новые способы использования новых машин (это относится как к машинам, производящим товары, так и к машинам, производящим субъективность), — эта стратегия подготавливает упразднение государства. или переход от социализма к коммунизму. Когда Ленин разрабатывает коммунистическую теорию вымирания государства на основе защиты Марксом опыта парижских коммунаров в 1871 году, он не может преодолеть ее утопический характер.Более того, ленинское описание опыта Парижской Коммуны, идентичное марксовому, уже изобиловало критическими ссылками и разоблачениями ошибок коммунаров. Вот почему Ленин выходит за пределы этой утопии и почему в « Государстве и революции» его способность управлять происходящим, даже когда идет захват власти, далеко превосходит канонические жесты. Радикальность революции на социальной почве (отмена частной собственности, принцип планирования, артикулирование новых форм жизни на свободе…): вот те динамические элементы, благодаря которым сначала происходит отмирание и последующее угасание капиталистическое государство должно быть реализовано.

С революцией теоретическое предвосхищение находит не только свое подтверждение, но и практическую почву для реализации поставленной задачи. В этом проекте мы встречаем и принимаем одновременно утверждение о том, что стратегия освобождения принадлежит рабочему классу, производительное изобретение представляет собой решающий момент и, прежде всего, что задача уничтожения государства предполагает огромное развитие сознание — и тела — рабочих. Он представляет собой мажоритарное предприятие и утверждает себя посредством непреодолимого расширения пролетарской силы.Нам нужно внести ясность в этот пункт: Ленин знал, как собрать волю русского пролетариата в этом невероятном усилии; за двадцать лет поэтическая « Конармия (конная армия)» во главе с [Семеном] Буденным превратилась в те бронетанковые дивизии, которые освобождали Европу от нацистского фашизма. Для моего поколения эта победа стала великим введением в практику эмансипации. Именно Ленин, наряду с идеей разрушения государства, распространял те лозунги равенства и братства, которые на столетие перевернули мировой политический порядок – по выражению Маркса, «папа и царь, Меттерних и Гизо, французские радикалы и Немецкие полицейские-шпионы» – вверх ногами.

Направляя стремление к освобождению против государства, рассматривая последнее как машину, которая превращает социальную эксплуатацию в частное право и публичное право для управления жизнью и установления классового господства, Ленин оставил нам в наследство огромную проблему. Проблема заключается в следующем: как построить общее предприятие, которое может дать рабочим контроль над производством и право его использовать, чтобы построить свободу для всех? Цитирую: «Пока есть государство, свободы нет. Когда будет свобода, не будет государства» — это Ленин из «Государство и революция ».

Но следует еще добавить: сила программы вовлекает и трансформирует потребности рабочих, их сознание и их тела и переводит их в проект. Цитирую:

Экономической основой полного отмирания государства является такая высокая степень развития коммунизма, при которой исчезает противоположность между умственным и физическим трудом, при которой, следовательно, исчезает один из главных источников современного социального неравенства — источник к тому же, которая ни в коем случае не может быть немедленно устранена одним лишь превращением средств производства в общественную собственность, одной лишь экспроприацией капиталистов.

И Ленин продолжает:

Эта экспроприация сделает возможным громадное развитие производительных сил. И когда мы видим, как невероятно капитализм уже тормозит это развитие, когда мы видим, какой прогресс может быть достигнут на основе уже достигнутого уровня техники, мы вправе с полной уверенностью сказать, что экспроприация капиталистов неизбежно привело к огромному развитию производительных сил человеческого общества.Но как быстро пойдёт это развитие, как скоро оно дойдёт до разрыва с разделением труда, до уничтожения противоположности между умственным и физическим трудом, до превращения труда в «первую жизненную потребность» — мы не знаем и не знаем. не могу знать.

Таким образом, первым основным условием отмирания государства является устранение различия между физическим трудом и трудом умственным. Второе условие — массовое развитие производительных сил.Третье материальное условие, содержащееся как в первом, так и во втором, есть предвосхищение качественного изменения развития, обусловленного преобразованием самих производительных сил, т. е. изменением сознания и тела рабочих. Для Ленина только на этой основе проблема отмирания государства может стать осуществимым проектом.

Здесь мы снова должны порвать с тем ложным прочтением, которое рассматривает ленинизм как превознесение государства по отношению к общественному развитию и организации распределения богатства.Точка зрения Ленина есть точка зрения противодействия, способности строить порядок жизни снизу, здесь нужно соединить силу и ум. Это точка зрения, которую всегда выдвигали пролетарские ниспровергатели государства, от Макиавелли до Спинозы и Маркса.

Ленин: от теории к практике. Что может означать «Вся власть Советам» в настоящий момент? Я чувствую, что это означает: создать движение, объединить силы там, где мы их находим, сформировать коалиции, разработать материальные цели для организации всех тех, кто работает и эксплуатируется, установить власть, сформулировать гегемонистскую стратегию.

Что сегодня могут означать советы + электрификация? Имеется в виду проведение исследований (в политическом и боевом смысле термина исследование, а не только в социологическом смысле), погружение в мир работающих и неработающих, мир ненадежного, мир материального. и нематериальный труд, мир обобществленного производства, выходящий за рамки контрактных форм труда, и построение моделей сотрудничества и предпринимательства, отличных от тех, которые навязаны капитализмом.Это означает повторное присвоение из общего того, что капитал уже эксплуатирует, извлекая это из нашей жизни, что уже связано с производительным общественным трудом []. -ci sont associées les unes aux autres dans la socialization du travail productif ].

А что может означать лозунг отмирания государства? Делать все это вне структур капиталистической демократии, создавая социальную организацию и автономные движения, политическую силу независимого освобождения.

– Перевод Патрика Кинга

Первоначально этот текст был представлен в качестве доклада на конференции Penser l’émancipation в Парижском университете VIII в Сен-Дени 15 сентября 2017 г. Впоследствии он появился в Revue Période и Euronomade.


Статья входит в досье «Товарищи, сплотитесь вокруг ваших Советов!»: Столетие Октябрьской революции.

Под каким лозунгом Ленин приехал в Россию в апреле 1917 г.? – СидмартинБио

Под каким лозунгом Ленин приехал в Россию в апреле 1917 г.?

Вся власть Советам!
Какой лозунг использовал Ленин после приезда в Россию в апреле 1917 г.? «Есть такая вечеринка!» «Вся власть Советам!»

Каким был основной лозунг большевиков для революции?

По дороге в Россию Ленин подготовил «Апрельские тезисы», в которых излагалась центральная большевистская политика.К ним относятся взятие власти Советами (что видно из лозунга «вся власть Советам») и осуждение либералов и эсеров во Временном правительстве, запрещение сотрудничества с ним.

Какой лозунг использовал Ленин?

Декреты как бы соответствовали популярному большевистскому лозунгу «Мир, земля и хлеб», подхваченному массами в дни июльских дней (июль 1917 г.), восстания рабочих и военных.

Какой лозунг был популярен во время Февральской революции?

Земля и воля
Толпа собирается у Думы в Петрограде, февраль 1917 года. Некоторые несут транспаранты с лозунгом «Земля и свобода».

Каким был лозунг партии большевиков?

Эта фраза связана с Владимиром Лениным, партией большевиков и русской революцией, в частности с Октябрьской революцией 1917 года.

Какой был лозунг Октябрьской революции?

Фраза «Мир, земля и хлеб» — лозунг Ленина во время Октябрьской революции. Его часто повторяют пролетарии и связывают с большевиками.Были ли большевики или царисты коммунистами?

Каким был первый лозунг СССР?

Михаил Балясный, «Коммунизм — это советы, плюс электрификация всей страны. Преобразуем СССР путем социалистической индустриализации» (1930). Я хотел бы обсудить три лозунга Ленина. Первый: «Вся власть Советам».

Как большевики получили свое имя в России?

На II съезде фракция Ленина получила голоса по большинству важных вопросов и вскоре стала известна как большевики, от русского большевика, «большинство».Точно так же группа Мартова стала известна как меньшевики, от меньшевиков, «меньшинство».

Пропаганда русской революции: плакаты и лозунги — видео и стенограмма урока

Что такое пропаганда?

Пропаганда всегда была важной составляющей революции. Ведь массы должны чувствовать правоту своего дела, воодушевляться и быть едиными в своем движении. Пропаганда является эффективным инструментом для этого. Иногда мы думаем, что пропаганда относится только к плакатам или печатным материалам, но это не так.В своей простейшей форме пропаганда представляет собой использование любого жанра средств массовой информации с целью оказания влияния на массы, обычно в отношении политического или социального вопроса. Плакаты, музыка, кадры из фильмов, лозунги, поэзия и другие формы искусства — все это можно использовать в качестве пропаганды. Однако плакаты и лозунги, вероятно, являются самой популярной формой пропаганды, по крайней мере, в 20 веке.

Большевистская пропаганда

Большевики очень успешно использовали пропаганду.Их пропаганда принимала различные формы. Одной из самых популярных форм большевистской пропаганды было прославление их лидера Владимира Ленина. Было напечатано много плакатов, на которых Ленин выступал перед толпой. Эти типы плакатов часто изображали Ленина как человека, к которому мог относиться простой русский, но также и как человека, который был сильным лидером. После установления Советского государства статуи и знамена Ленина стали популярными, а советская пропаганда стала еще более заметной.

Поскольку большевики были коммунистами, большая часть их пропаганды была направлена ​​на демонизацию некоммунистов.Была широко распространена антикапиталистическая пропаганда. Плакаты часто изображали богатых «толстых котов» капиталистов в негативном свете. Это было сделано для того, чтобы разжечь гнев против привилегированного меньшинства. Иногда плакаты даже изображали, как капиталистам причиняют вред или уничтожают их богатство. Помните, большевики поддержали радикальную программу перераспределения богатства. Большевистская пропаганда также изображала их революцию как славную борьбу за равенство. Были подчеркнуты права личности. Неудивительно, что большевистская пропаганда также демонизировала царя.

«Вся власть Советам!» — популярный лозунг во время русской революции. Конечно, идея здесь в том, что народ в виде комитетов рабочих должен контролировать правительство и иметь, так сказать, всю власть. Еще одним популярным лозунгом был «Мир, земля, хлеб!» Помните, русская революция произошла в 1917 году, в разгар Первой мировой войны. Большевики рассматривали Первую мировую войну как войну капиталистов и не хотели в ней участвовать. . Фактически, как только Ленин пришел к власти, Россия вышла из войны, хотя другие страны продолжали воевать.Таким образом, часть «Мир» в лозунге относится к выходу из Первой мировой войны. Компоненты «Земля» и «Хлеб» говорят сами за себя, но помните, нюанс здесь в том, что эти ресурсы должны быть в основном лишены богатых и отданы рабочему классу и беднякам. Как вы можете себе представить, антивоенные плакаты также были распространенной темой в ранней советской пропаганде.

Антибольшевистская пропаганда

Русская революция вызвала Гражданскую войну в России , длившуюся между 1917 и 1922 годами, в которой большевистские «красные» боролись с консервативными «белыми».Белые были в основном монархистами, консерваторами и всеми, кто выступал против большевиков. Не только большевики использовали пропаганду; белые производили самую разнообразную антикоммунистическую пропаганду. Были напечатаны пропагандистские плакаты, демонизирующие красных, изображающие их как силы терроризма и безбожия. Некоторые плакаты использовались для вербовки. На одном пробелом плакате написано: «Почему вы не в армии?» Конечно, во многих странах и группах на протяжении многих лет были очень похожие плакаты. Белая пропаганда была далеко не так эффективна, как красная пропаганда.

Резюме урока

Давайте повторим наши ключевые термины и понятия. Русская революция — серия из двух крупных революций, произошедших в России в 1917 году, приведших к свержению царя Николая II и созданию Советского Союза. Владимир Ленин был лидером большевиков и стал первым лидером Советского Союза. Его часто прославляли в ранней советской пропаганде. Советов были комитетами рабочих. Эти советы были созданы для передачи власти народу. большевиков были рабочими коммунистами и последователями Владимира Ленина.

Пропаганда – это использование любых средств массовой информации с целью оказания влияния на массы, обычно в отношении политического или социального вопроса. Большевистская пропаганда демонизировала капиталистов и прославляла их революцию как эпическую борьбу за равенство. Популярными лозунгами были «Вся власть Советам!» и «Мир, земля, хлеб!». Русская революция вызвала Гражданскую войну в России , длившуюся между 1917 и 1922 годами, в которой большевистские «красные» боролись с консервативными «белыми».

Апрельский кризис – семнадцать моментов советской истории

Тексты     Изображения

 

Тематическое эссе: Льюис Сигельбаум

Эйфория Февральской революции длилась недолго. В течение нескольких недель после свержения царя продолжающееся, даже усиливающееся, ухудшение экономической жизни беспокоило население. Когда инфляция начала выходить из-под контроля, соглашения, заключенные между зарождающимися профсоюзами и работодателями, быстро стали спорными, поскольку повышение заработной платы было аннулировано ростом цен.Фабриканты, а также дворяне-землевладельцы, как правило, обращались к Временному правительству за защитой от растущего потока рабочих и крестьянских требований. Рабочие организовали фабрично-заводские комитеты, чтобы добиться рабочего контроля над фабрично-заводской администрацией, и искали поддержки у советов; крестьяне обратились к Временному правительству с ходатайством о пересмотре земельной собственности и, не получив действенного ответа, стали организовывать арендные забастовки и даже захваты помещичьей собственности.

Однако помимо этих экономических проблем стоял вопрос об участии России в войне, которую многие обвиняли в ее экономических невзгодах.Петроградский Совет оказал давление на Временное правительство, издав 14 марта «Обращение ко всем народам мира», в котором во имя «революционного оборончества» отвергались экспансионистские цели войны. Правительство ответило 27 марта «Декларацией о целях войны», в которой также отвергались аннексии и контрибуции как цели войны, но противоречиво утверждалась необходимость соблюдения договорных обязательств. В разгар этой напряженности между двумя центральными институтами «двоевластия» Владимир Ленин прибыл в Петроград 3 апреля в опломбированном поезде, который вез его из Швейцарии через Германию.На Финляндском вокзале он выступил с речью, осуждающей обе позиции и требующей ликвидации двоевластия путем передачи «вся власти Советам». Эти так называемые Апрельские тезисы явно отличали большевиков от других социалистических партий, и Ленину потребовались все значительные силы убеждения, чтобы преодолеть оппозицию среди тех, кто руководил партией в его отсутствие.

Спор о целях войны России перерос в полномасштабный политический кризис после публикации ноты министра иностранных дел Павла Милюкова, направленной союзникам 18 апреля, в которой подтверждается обязательство Временного правительства вести войну до победного конца. и соблюдать все договоры, заключенные его царским предшественником.Массовые демонстрации и столкновения на улицах Петрограда вынудили Милюкова и военного министра Александра Гучкова уйти в отставку. После этого Временное правительство предложило Петроградскому Совету помочь сформировать коалиционное правительство, состоящее как из социалистических, так и из несоциалистических лидеров, и Исполнительный комитет Совета принял это предложение с оговорками. 5 мая еще пять социалистов, включая эсера Виктора Чернова и меньшевиков Ираклия Церетели и Михаила Скобелева, присоединились к Керенскому в правительстве.Это имело два важных последствия: линии двоевластия стали значительно размытыми, и два главных социалистических соперника большевиков теперь были неразрывно связаны с политикой Временного правительства и, прежде всего, с его продолжающимся ведением войны.


Эта работа находится под лицензией Creative Commons Attribution-ShareAlike 4.0 International License.

Рабочий контроль | Encyclopedia.com

Лозунг «рабочий контроль», популярный среди радикально настроенных русских рабочих во время революции 1917 года и в первые годы правления большевиков, обозначал программу, которая должна была привести непосредственно к социализму.Программа призывала пролетариат захватить фабрики капиталистов и управлять ими, а также планировать и управлять производством и распределением по всей российской промышленности. Эта концепция уходит своими корнями в европейский социализм девятнадцатого века и особенно в синдикалистское движение, которое поддерживало экономические единицы, организованные и управляемые рабочими.

Сразу после Февральской революции 1917 года требования рабочего контроля стали распространяться среди активистов крупных предприятий. Лозунг получил растущую поддержку летом и осенью 1917 года, когда экономические условия ухудшились, реальная заработная плата упала, некоторые фабрики закрылись, а рабочие были исключены из других заводов. Несколько большевистских лидеров поддержали рабочий контроль еще в апреле 1917 года, и Ленин, признавая широкую привлекательность этого лозунга, в июне принял его как часть большевистской платформы, поощряя его использование в большевистской пропаганде.

В августе, сентябре и октябре 1917 г. рабочие захватили несколько заводов, и еще больше было захвачено после прихода к власти большевиков. Но столкнувшись с нехваткой предметов первой необходимости, хаосом на рынке, невыходами на работу и неадекватными техническими и управленческими ноу-хау, пролетарские владельцы не смогли вернуть фабрики к производству.Ленин вскоре разочаровался в практике рабочего контроля и с начала 1918 г. начал централизовать принятие экономических решений. Он также призывал к унитарному или единоличному управлению ( edinonachalie ) в отраслях и на отдельных предприятиях, а также к использованию буржуазных специалистов — бывших инженеров, техников и менеджеров — для помощи в эксплуатации заводов и оживления экономики. Хотя рабочий контроль был в значительной степени снижен, фракция внутри большевистской партии, известная как Рабочая оппозиция, в 1919 и 1920 годах безуспешно проводила кампании за то, чтобы профсоюзы играли более важную роль в управлении советской экономикой.

См. также: единоначалие; февральская революция; рабочая оппозиция

библиография

Смит, Стивен А. (1983). Красный Петроград: Революция на заводах 1917–1918 гг. Кембридж: Издательство Кембриджского университета.

Уэйд, Рекс. (2000). Русская революция, 1917 г. Кембридж: Издательство Кембриджского университета.

Джон М. Томпсон

Какой лозунг был популярен во время Февральской революции? – idswater.com

Какой лозунг был популярен во время Февральской революции?

Земля и воля
Толпа собирается у Думы в Петрограде, февраль 1917 года.Некоторые несут транспаранты с лозунгом «Земля и свобода».

Какой лозунг выкрикивали во время Февральской революции * 1 балл Пусть едят пирог свобода и справедливость не будет больше войны Хлеб и мир?

Примечания: Лозунг «Хлеба и мира» прозвучал во время Февральской революции. 23 февраля, в Международный женский день, женщины России выступили против бойни, творившейся на войне, призывая к хлебу и миру.

Какой был лозунг революции 1917 года?

Декреты как бы соответствовали популярному большевистскому лозунгу «Мир, земля и хлеб», подхваченному массами в дни июльских дней (июль 1917 г.), восстания рабочих и военных.

Что такое 9 класс Февральской революции?

В феврале 1917 года рабочие 50 заводов правого берега Невы объявили забастовку. Бастующие рабочие и солдаты сформировали Петроградский Совет, и царь был вынужден отречься от престола. Февральская революция привела к падению монархии. После падения монархии в России образовалось Губернское правительство.

Кто подарил апрельские тезисы?

Ленин
Апрельские тезисы, Русские Апрельские Тезисы, в русской истории, программа, разработанная Лениным во время русской революции 1917 года, призывающая к советскому контролю над государственной властью; тезисы, опубликованные в апреле 1917 г. , способствовали восстанию Июльских дней, а также большевистскому перевороту в октябре 1917 г.

Каким был основной лозунг большевиков для революции?

По дороге в Россию Ленин подготовил «Апрельские тезисы», в которых излагалась центральная большевистская политика. К ним относятся взятие власти Советами (что видно из лозунга «вся власть Советам») и осуждение либералов и эсеров во Временном правительстве, запрещение сотрудничества с ним.

Викторина с лозунгом большевистской партии?

Какой лозунг связан с большевистской (русской) революцией? «Мир, земля и хлеб!»

Каковы причины и последствия Февральской революции 9 класс?

Последствия Февральской революции: Сняты ограничения на публичные собрания и объединения.«Советы», такие как Петроградский Совет, были созданы повсюду, хотя не было единой системы выборов. Увеличилось количество профсоюзов.

В чем основная идея социализма 9 класса?

В чем заключалась основная идея социализма? Ответ: Социалисты были против частной собственности и видели в ней корень всех социальных бед того времени.

Какой был лозунг Февральской революции?

4. Какой лозунг выкрикивался во время Февральской революции? «Разреши им есть торт!» «Свобода и справедливость!» «Хватит войны!» «Хлеба и мира!» 5.Февральская революция началась как (н) 6. Где был царь во время Февральской революции? 7. В результате Февральской революции царь 8.

Что говорили люди во время русской революции?

«Пусть едят торт!» «Свобода и справедливость!» «Хватит войны!» «Хлеба и мира!» 5. Февральская революция началась как (н) 6. Где был царь во время Февральской революции? 7. В результате Февральской революции царь 8. После Февральской революции сколько организаций претендовали на роль новой российской власти? 9.

Чем закончилась Февральская революция?

В результате Февральской революции царь 8. Сколько организаций после Февральской революции претендовали на роль новой российской власти? 9. Временное правительство состояло из 10. Правительство какой страны помогло Ленину вернуться в Россию?

Кто был царем во время Февральской революции?

Февральская революция началась как (н) 6. Где был царь во время Февральской революции? 7.В результате Февральской революции царь 8. После Февральской революции сколько организаций претендовали на роль новой российской власти?

4. Какой лозунг выкрикивался во время Февральской революции? «Разреши им есть торт!» «Свобода и справедливость!» «Хватит войны!» «Хлеба и мира!» 5. Февральская революция началась как (н) 6. Где был царь во время Февральской революции? 7. В результате Февральской революции царь 8.

«Пусть едят торт!» «Свобода и справедливость!» «Хватит войны!» «Хлеба и мира!» 5.Февральская революция началась как (н) 6. Где был царь во время Февральской революции? 7. В результате Февральской революции царь 8. После Февральской революции сколько организаций претендовали на роль новой российской власти? 9.

Почему в Февральскую революцию шли маршем?

Демонстрация началась 8 марта 1917 года, когда по столичным улицам прошли работницы, возмущенные нехваткой продовольствия, разросшимися очередями за хлебом и кажущимся равнодушным царем.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.