Красс плутарх: Недопустимое название — Викитека

Содержание

НИКИЙ И КРАСС. Сравнительные жизнеописания

Читайте также

Никий

Никий [перевод Т.А. Миллер] 1. Нам представляется целесообразным сравнить Никия с Крассом и парфянские бедствия с сицилийскими, и мы должны сразу же настоятельно просить тех, пред кем лежит наше сочинение, не думать, будто, повествуя о событиях, с недосягаемым мастерством

Красс

Красс [перевод биографии – В.В. Петуховой; перевод сопоставления – Т.А. Миллер] 1. Марк Красс, отец которого был цензором и триумфатором[1], воспитывался в небольшом доме вместе с двумя братьями. Те женились еще при жизни родителей, и все сходились за общим обеденным столом.

21. Никий Афинский

21. Никий Афинский Никий, сын Никирата, был немного моложе Перикла и уже при жизни последнего пользовался известностью.

Вместе с Периклом и один он неоднократно занимал должность главнокомандующего. По смерти Перикла (429) он вскоре сделался одним из первых лиц государстве,

МАРК ЛИЦИНИЙ КРАСС (115–53 до н э.) Римский полководец.

МАРК ЛИЦИНИЙ КРАСС (115–53 до н э.) Римский полководец. Лицинии принадлежали к одной из влиятельных плебейских семей в Древнем Риме. Возможно, они вели начало от этрусков. Первым знаменитым представителем этого рода был Гай Лициний Столон, с именем которого связано принятие

4. В Сицилийской войне главнокомандующий Никий — это хан Мамай

4. В Сицилийской войне главнокомандующий Никий — это хан Мамай Афинскую армию вторжения возглавил афинянин Никий. Сначала видную роль играл афинянин Алкивиад, однако вскоре его вызвали на суд в Афины и, как отмечает Плутарх, «Никий, считавшийся вторым полководцем, НА

Красс

Красс В плену страха Когда знакомишься с жизнью этого человека в первые три десятка лет, то не можешь вообразить даже в самых смелых фантазиях, кем он станет в последующие годы. Более того, воспитание и римские традиции строго заботились о том, чтобы из него не получилось

Красс и женщины

Красс и женщины Скандал — самое верное средство добиться популярности, но и ему есть предел. Красс делал все с необыкновенным размахом и в неприятную историю попал весьма нешуточную. Такой популярности он явно не желал! «В более зрелом возрасте он был обвинен в

Марк Катон. Эмилий Павел. Сулла. Красс и Помпей

Марк Катон. Эмилий Павел. Сулла. Красс и Помпей Надо ли платить союзникамМарк Катон (234–149 гг. до н. э.) был не только видным политиком Римской республики, оратором и писателем, но и военным деятелем. В частности, в качестве консула он сражался с карфагенянами на юге Италии.

триумвират, консульство, интересные факты, цитаты

Марк Лициний Красс (Marco Licinio Crasso) – древнеримский полководец и выдающийся политический деятель. Является участником Первого триумвирата и самым богатым человеком своей эпохи.

Биография

Славу Марк Красс получил как победитель восставших под предводительством Спартака рабов. Он обладал недюжинным умом и был расчётливым политиком, у которого почти никогда ничто не выходило из-под контроля. В течение жизни Марк Красс не единожды выбирался в качестве консула наравне с таким деятелями, как Гней Помпей Великий (Gnaeus Pompeius Magnus) и Гай Юлий Цезарь (Gaius Iulius Caesar).

Среди основных черт характера полководца были жестокость и непримиримость в отношении врагов, но при этом Марк Красс пользовался недюжинной любовью собственного народа. Как говорил Плутарх (Plutarco), единственной особенностью политика была неуёмная жажда наживы, которая по своим масштабам перекрывала практически все его добродетели.

Происхождение

В анналах истории точная дата рождения Марка Красса не сохранилась. По предположениям историков, великий полководец появился на свет примерно в 115 году до нашей эры. Если брать во внимание его имя, то можно предположить, что он приходится младшим братом в семье. По традициям Древнего Рима, первому сыну давали имя отца, второго нарекали либо Гаем, либо Луцием, а третьего называли родовым именем. В роду Крассов было приятно давать имя Марк.

Традиции Древнего Рима гласили, что оригинальные имена давались только первым четырём сыновьям. Остальные же носили имена в виде числительных – пятый, шестой, седьмой, восьмой (Quintus, Sextus, Septimus, Octavius) и так далее. Позднее эти имена перешли в разряд собственных.

Марк Красс родился в знатной и влиятельной семье плебеев. Многие из предков будущего полководца играли в жизни своей страны значительную роль. Например, его отец Публий Лициний Красс, который являлся консулом и цензором. Семья Марка жила согласно древним традициям: все дети, и те, кто уже связал себя узами брака, и те, которые ещё не женились, должны были жить в отцовском доме.

Ранние годы

Образование Марк Красс получил традиционное для большинства аристократических семей – с самого рождения ему пророчили военную карьеру.

Его отца послали в качестве наместника в Испанию, и он решил взять младшего сына с собой. В этой стране Марк провёл большую часть своих юношеских лет. Но времени будущий полководец даром не терял, потому что уже в молодые года обладал острым умом и хорошей смекалкой. Он обзавёлся множеством связей, которые помогли ему в дальнейшем продвижении.

Как только Марк Красс вернулся обратно в Рим после обучения, он вместе с отцом принял участие в Марсийской войне. Оба прошли её до самого конца. Марк нередко выступал самостоятельно в суде, и его тирады пользовались обширным успехом. Как говорил близкий друг будущего полководца Марк Туллий Цицерон (Marcus Tullius Cicero), эти речи были убедительны благодаря тому, что во время обучения Марк Красс много упорствовал в ораторском искусстве.

Цицерон не единожды упоминал, что если бы знаменитый полководец в те времена серьёзно занялся юриспруденцией, он смог стать отличным адвокатом, однако последующие события в его жизни распорядились несколько иначе.

Побег в Испанию

В то время, когда Рим был под угрозой демократов Гая Мария (Guy Mari) и Луция Цинны (Lucia Cinna), его отец вместе со средним сыном, которые принадлежали к знатному аристократическому роду, встали на защиту Сената. Однако многочисленные сторонники Гая Мария всё же взяли Рим в ходе ожесточённой борьбы, пострадало очень много жителей города.

Эти события не могли не коснуться и семьи Марка Красса. В ходе битвы он потерял самых дорогих ему людей – отца и старшего брата (однако какой именно из братьев погиб в то время – тайна, покрытая мраком). Будущий полководец фактически остался один, поэтому он был вынужден бежать с несколькими друзьями и рабами. В качестве места своего укрытия он выбрал Испанию, и в течение последующих восьми месяцев скрывался в одной из пещер.

Марк Красс полагал, что в данное время необходимо ждать. Он был очень терпеливым и чётко чувствовал обстановку в государстве, поэтому его расчётливый ум подсказал ему, что сейчас не самое подходящее время для мести. Когда до Марка дошли известия о гибели Цинны, он, наконец, вышел из своего укрытия и начал собирать армию, которая под конец сборов насчитывала около 2,5 тысяч человека.

Красс и Сулла

Марк Красс вернулся обратно в Рим и практически сразу примкнул к армии Суллы. Впоследствии он участвовал в гражданской войне, которая длилась с 83 по 82 год до нашей эры. Сторону Суллы занимали все «обиженные и оскорблённые»: среди представителей его армии были подвергшиеся репрессиям марианцы и те, кто под гнётом Цинны потерял семью.

С течением времени Марк Красс всё больше завоёвывал доверие Суллы. Однако сам Марк этого не замечал, ведь, он был молод, честолюбив и ещё неопытен в военной практике, поэтому ему казалось, что все его старания проходят мимо, их никто не замечает. Своему ровеснику Помпею он искренне завидовал, ведь, его Сулла назвал «великим». Однако Марк сам подрывал себе авторитет – практически во всём он старался искать собственную выгоду. Жилка спекулянта и лёгкий меркантилизм вставляли юному Крассу палки в колёса.

Начало политической деятельности: Красс и Помпей

Когда гражданская война была уже на исходе, то Марку Сулла поручил разыскать проскрибированных в Бруттии (Bruttium) на юге Италии – сегодня это регион Калабрия (Calabria). Смысл работы состоял в том, чтобы вносить в проскрипционные списки людей с расчётом на захват их имущества. Во времена Марка это встречалось сплошь и рядом, поэтому в подобной процедуре не был ничего из ряда вон выходящего.

Однако полководец однажды не посоветовался с Суллой и внёс в список человека, на чьё имущество он претендовал. Оказалось, что Сулла благосклонно относится к этому человеку. После подобного происшествия он перестал пользоваться услугами Марка Красса.

Будущий полководец, тем не менее, успел сколотить себе целое состояние, используя проскрипции, и уже во времена Суллы считался одним из самых богатых людей своей эпохи. Когда Луций Корнелий скончался, Красс начал открытую борьбу за власть с Помпеем. Благодаря успешному проведению войн, Помпей пользовался уважением, поэтому чтобы сравнять счёт, Марк Красс решил использовать накопленные богатства.

Благодаря своим ораторским способностям, Марк Луциний смог в короткие сроки завоевать репутацию доброжелательного и отзывчивого человека, который знает положение дел в Риме и всегда готов прийти на помощь. При помощи не совсем честных схем и манипуляций Красс продолжил наращивать богатство, скупая сгоревшие дома за бесценок и продолжая торговать обученными рабами.

Однако, несмотря на то, что противостояние между Марком и Помпеем продолжалось длительное время, в открытый вооружённый конфликт это никогда не выливалось. Первый давал в долг практически каждому, но слава ростовщика до него не добралась. Он никогда не брал за пользование своими деньгами лишние проценты, но постоянно и нещадно спрашивал долги, как только подходил назначенный срок. Как упоминали историки, в противном случае его ждало бы разорение.

В 76 или 75 году до нашей эры Красс претендовал на должность претора. В 73 году он был обвинён в соблазнении жрицы, которая была родственницей Луция Лициния Мурены (Lucia Licinia Murena). В случае положительного решения в сторону жрицы, Марка ждала позорная смерть – его бы просто засекли. Однако Красс смог доказать суду, что внимание, которое было проявлено им к жрице, вызвано исключительно желанием купить её имение.

Восстание Спартака

В 74 году гладиаторы, большая часть из которых состояла из пленных воинов, устроили крупный заговор. Их предводителем был фракиец Спартак.

Гладиаторы смогли ускользнуть от преследовавшей их армии, спрятавшись у подножия Везувия. Они обогнули отряд и застали его врасплох, разбили большую часть воинов и захватили все боевые и съестные припасы.

Армия Красса боялась Спартака, но Марк был настроен крайне решительно, так как сам являлся рабовладельцем, поэтому считал Спартака своим персональным врагом.

Красс постарался приложить все усилия, чтобы расправиться с мятежниками как можно быстрее, ведь, приближалась армия Помпея, и он опасался, что вся слава в очередной раз достанется ему. Последняя битва случилась у реки Синар, и в ней одержал победу Марк Лициний. Около 6 тысяч рабов вновь стали пленниками, а Спартак был уничтожен. Каждый пленный до единого был по приказу Красса распят на обочине Аппиевой дороги (Via Appia).

Советую почитать про восстание Спартака: часть 1, часть 2, часть 3, часть 4, часть 5, часть 6.

Первое консульство

В 71 году Марк вместе с Помпеем избрался на последующий год консулом. Однако ни первый, ни второй не решились распустить армию, так как боялись друг от друга удара в спину. Поэтому жители Рима недаром боялись очередной гражданской войны.

Реформы

Во время консульства Красса произошло несколько важных реформ:

  1. Восстановление полномочий народных трибунов до того объёма, в котором они были при Сулле.
  2. Реформа специализированных судов. Благодаря ей одна треть суда занималась сенаторами, вторая – всадниками, а третья была отдана эрарным трибунам (зажиточным гражданам, которые не попали в категорию всадников).
  3. Восстановление должности цензора. Большая часть назначенных цензоров в то время действовала в угоду Крассу и Помпею. В результате случился прецедент, выразившийся в массовой чистке сената – из него было исключено по меньшей мере 64 человека.

Цензорство

Марк Красс не видел прелести в том, чтобы быть наместником, поэтому в 69 году до нашей эры становится частным лицом. Однако, несмотря на то, что Марк Лициний обладал серьёзным влиянием, он не обязательно вмешивался в наиболее насущные проблемы своего времени.

О том, что происходило в жизни и карьере Красса в промежутке между его консульством и 65 годом, исторические источники донесли до нашего времени только фрагментарную информацию. Однако известно, что свой неповторимый политический стиль он сохранил.

В 65 году Марк Лициний сам становится цензором, однако за всё время пребывания на этой должности, Красс не делает никаких судьбоносных для Рима решений. По словам Плутарха, Марк не раз пренебрежительно относился к обязанностям. В противоречие его утверждениям, другие исторические источники говорили о том, что он действовал активно, однако эта активность не принесла результатов.

Известно, что при переписи населения он просил учитывать ещё и жителей Цизальпийской Галлии, в особенности северной её части. От Марка Красса поступило также предложение признать завещание убитого в 80 году до нашей эры царя Египта Птолемея XI (Tolomeo XI), так как данный документ содержал в себе сведения, согласно которым Египет переходит в распоряжение Рима. Любопытно, что такое же завещание оставил и пергамский царь Аттал III (Attal III).

Триумвират

В 60 году из Испании возвращается Цезарь и сразу же заявляет о своём желании избираться в консулы на будущий год. В связи с тем, что ему было отказано баллотироваться заочно, организовывается первый Триумвират, в который входят Помпей, Марк Красс и Юлий Цезарь. Инициатива исходила от последнего, поскольку он полагал, что если объединится с кем-то одним, то другой автоматически станет его врагом.

В результате Цезарь получает консульство во многом благодаря финансовому спонсорству Марка Лициния, а сам Красс становится членом аграрной комиссии. Он сделал так, чтобы плата за аренду для публиканов (людей, которые брали в долг у государственного лица) была снижена на треть.

В то же время Гай Юлий Цезарь получает консульство в Цизальпийской Галлии, благодаря чему Марк Красс добивается вместе с Помпеем присоединения к ней ещё одной провинции – Нарбонской Галлии.

Семья и личная жизнь

Предполагается, что Марк Красс был женат на жене погибшего брата Публия (Publio), Тертулле (Tertulla). Согласно некоторым историкам, она была любовницей Цезаря. У пары родилось двое сыновей, один из которых был, по предположениям, сыном Публия. Отношения между супругами были тёплыми, они считались примером для подражания.

Последние годы жизни

В роду Крассов ни один мужчина не жил дольше 60 лет. Эта закономерность не обошла стороной и Марка, который трагически погиб в период Парфянской войны, в 55 году до нашей эры. Его руку и голову привезли в качестве подарка парфянскому царевичу Пакору. Марку Крассу в тот год исполнилось ровно 60 лет.

Интересные факты

О Марке Крассе известно не так много, однако некоторые места его биографии пестрят любопытными фактами из его жизни:

  1. Марк в начале своего обучения проявлял больше коммерческих навыков, чем навыков адвоката или военного человека, из чего многие историки делают вывод, что полководец мог пойти в сферу торговли, если бы у него было не такое почтенное происхождение;
  2. Марк Красс не только скупал земли, рабов и принимал участие в разного рода торговых компаниях, но и дополнительно обучал рабов новым навыкам, чтобы позднее продать их по более высокой цене;
  3. Армия величиной в 2,5 тысячи человек была собрана и вооружена на собственные деньги Марка Красса, причём он отдавал приказ переплавить собственное золото в мечи, щиты и копья;
  4. Когда Марк стал богатейшим человеком, он решил завоевать любовь простого люда, накрыв более 10 тысяч столов для самой масштабной трапезы, в которой принимали участие все жители Рима, вне зависимости от положения в обществе и происхождения;
  5. Марк Красс являлся тщеславным правителем, поскольку был нацелен на то, чтобы оставить значимый след в истории, и чтобы его талант полководца был оценён гораздо выше, чем у Цезаря или Помпея, он до конца жизни считал их своими соперниками.

Цитаты

Среди самых знаменитых цитат Марка Лициния Красса фигурируют следующие:

  • «алчность – это понятие, которым разбрасываться могут только завистники»;
  • «дом Крассов никогда не перед кем не преклоняется»;
  • «горе одного человека является прямой возможностью для другого»;
  • «у человека на этом свете много врагов, но самым главным и страшным из них является сомнение»;
  • «ничто так не обеспечивает порядок в государстве, как диктатура»;
  • «если бы не существовало Богов, то я бы их придумал, а если бы не существовало Рима, то я бы его построил»;
  • «я умел искусно делать деньги, но при этом не менее искусно я умел их терять».

Творческое объединение «Премьера» » Спартак

А. Хачатурян
Балет в 3 действиях
Либретто Ю. Григоровича
по мотивам романа Р. Джованьоли и сюжетам древней истории с использованием сценария Н. Волкова
Продолжительность – 2 часа 40 минут

Хореограф-постановщик – народный артист СССР, Герой Социалистического Труда, лауреат Ленинской и Государственных премий СССР, Герой Труда Кубани академик Юрий Григорович
Художник-постановщик – народный художник СССР, лауреат Ленинской и Государственных премий СССР, академик Симон Вирсаладзе
Дирижёр-постановщик – заслуженный артист РСФСР

Александр Лавренюк
Ассистенты хореографа – балетмейстеры-репетиторы заслуженный работник культуры России Ольга Васюченко, заслуженный артист России Олег Рачковский

Действующие лица:

Спартак, предводитель восставших рабов
Красс, римский полководец
Фригия, возлюбленная Спартака
Эгина, куртизанка, наложница Красса
Три пастуха
Пастушки
Мимы
Гладиаторы, рабы, пастухи, куртизанки, легионеры, работорговцы, патриции и патрицианки, народ

В спектакле занят Муниципальный симфонический оркестр, а также учащиеся Краснодарского хореографического училища.

О балете:

Балет А. Хачатуряна, повествующий о восстании гладиаторов и рабов под предводительством фракийца Спартака и разгроме его войсками римского полководца Красса, основан на подлинных событиях истории Рима (I век до н. э.). Античный историк Плутарх в своих знаменитых «Избранных жизнеописаниях» пишет о Спартаке, как о «человеке, отличающемся не только отвагой и физической силой, но по уму и мягкости характера стоящем выше своего положения». А о Крассе, что «блеск его многочисленных добродетелей омрачается лишь одним пороком – жаждой наживы, но этот порок, взяв верх над остальными его пороками, сделал их менее заметными».

Такова характеристика главных героев и в музыке А. Хачатуряна, и в решении хореографических образов в балете Ю. Григоровича. Спартак мужествен и благороден, идея свободы определяет его жизнь и поступки. Красс коварен и жесток, стремится к личной славе и безграничной власти императорского Рима. Спартак восстаёт против такого миропорядка и погибает в схватке с превосходящими силами римских когорт Красса.

В балете четыре главных действующих лица. Это конфликтные образы Спартака и Красса, олицетворяющие столкновение двух миров, а также преданная Спартаку его возлюбленная Фригия, и коварная куртизанка Эгина, сообщница Красса. Они выразители главных мыслей и основных положений балета.
Вот что написал великий итальянец Джузеппе Гарибальди автору романа Рафаэлло Джованьоли 26 июня 1870 года, прочтя книгу: «… он вызвал во мне чувство восторга и восхищения. Образ Спартака – этого Христа-искупителя врагов, вы изваяли резцом Микеланджело, и я, получивший свободу раб, благодарю вас за это и за те моменты волнения, которые я пережил при чтении вашей книги: то я воодушевлялся чудесными подвигами рудиария, то слезы орошали мое лицо. Да сохранят наши сограждане память об этих героях, которые все спят в родной нам земле, где больше не будет ни гладиаторов, ни господ».
Премьера в Краснодаре состоялась 9 апреля 2000 года.

Бизнес Марка Лициния Красса |

Тимофей Алёшкин

В 74 году Гай Юлий Цезарь отправился на Родос для занятий красноречием, но по пути был захвачен пиратами. Как известно, Цезарь сам назначил за себя выкуп не в 20 талантов, запрошенных пиратами, а в 50, собрал его, потом поймал и казнил пиратов. Плутарх в биографии Красса добавляет к этой истории одну интересную деталь. Он пишет:

«Соперничество не увлекало, однако, Красса на путь вражды или какого-нибудь недоброжелательства; его огорчало, что Помпей и Цезарь почитались стоящими выше его, но к честолюбию не присоединялось ни враждебности, ни коварства. Правда, Цезарь, взятый в плен пиратами, находясь под стражей, воскликнул: «Какую радость вкусишь ты, Красс, когда узнаешь о моем пленении!»

Реплика эта странная, объяснить её трудно (автор подробнейшей биографии Цезаря Голдсуорси даже её и не упоминает, хотя об отношениях Красса и Цезаря пишет много), а объяснение её Плутархом совершенно неправильное. Это обычная беда и античных авторов, и историков всех последующих времён, Цезарь и Помпей им кажутся такими гигантами, что начали соперничать друг с другом чуть ли не с колыбели, а остальные деятели только путались у них под ногами.

Прежде всего поправим масштаб, посмотрим на реальное тогдашнее положение и значение наших героев. Итак, примерно 27 летний Цезарь, ещё даже не сенатор, ещё даже и выборы не то что в квесторы, а и в военные трибуны у него впереди, где-то на краю света восклицает, что в Риме 40-летний Красс, который из-за недовольства Суллы задержался с политической карьерой и, судя по всему, ещё даже претором не стал, обрадуется пленению Цезаря. Но в Риме в то время правят совершенно другие люди! 

В 74 году консулы – Лукулл и Котта, Котте «передал» консульское кресло его старший брат, консул 75 года (их младший брат тоже станет консулом в 65), Лукулл тоже обеспечит избрание своего брата в консулы на 73 – вот у кого власть, вот кому должен завидовать Красс! А были в 74 в Риме и ещё более влиятельные люди. Плутарх говорит, что Лукулл для получения назначения на войну против Митридата должен был заискивать перед неким Цетегом.

«Цетег, человек, пользовавшийся тогда наибольшим влиянием в государстве, ибо словом и делом угождал толпе, относился к Лукуллу довольно враждебно, потому что тому были омерзительны его постыдные любовные похождения, его наглость и распущенность. С ним Лукулл вступил в открытую борьбу.

Тем временем пришло известие, что Октавий, правитель Киликии, умер. Многие жаждали получить эту провинцию и заискивали перед Цетегом как перед человеком, который более, чем кто-либо иной, мог в этом помочь. Лукулла сама по себе Киликия не очень привлекала, но он рассчитывал, что если она достанется ему, то рядом окажется Каппадокия, и тогда уже никого другого воевать с Митридатом не пошлют. Поэтому он пустил в ход все средства, лишь бы никому не уступить эту провинцию, и кончил тем, что решился на дело недостойное и непохвальное, однако ж весьма полезное для достижения его цели. Жила тогда в Риме некая Преция, которая была известна всему городу своей красотой и наглостью. … Когда же ей удалось завлечь в свои сети и сделать своим любовником Цетега, который в это время был на вершине славы и прямо-таки правил Римом, тут уже вся мощь государства оказалась в ее руках: в общественных делах ничто не двигалось без участия Цетега, а у Цетега — без приказания Преции.

Так вот ее-то Лукуллу удалось привлечь на свою сторону подарками или заискиванием. Как бы то ни было, Цетег сразу принялся всюду восхвалять Лукулла и сосватал ему Киликию».

Правда, кроме этого рассказа Плутарха о Цетеге практически ничего не известно, претором он наверняка был, но консулом точно не был и, похоже, умер когда-то вскоре после этой истории. Но даже если Плутарх преувеличивает насчёт того, что Цетег правил Римом, всё же он явно имел тогда большое влияние.

Так как может честолюбию несчастного ноунейма Красса в 74 мешать ещё более несчастный ноунейм-юниор Цезарь, когда в Риме правят Лукуллы, Котты и Цетег? – да никак. А какое тогда дело Крассу до Цезаря? Надо разбираться дальше.

Красса, после активного участия в гражданской войне в 80-х, совершенно не видно на политической сцене все 70-е, вроде бы он был эдилом в 76, но это неточно, в первый раз его имя вновь появляется в 73, когда его обвиняют в совращении весталки, и около этого времени он, наконец, становится претором. В 72 он внезапно назначен проконсулом для командования в войне со Спартаком (множество знатных людей последовало за ним на войну, говорит Плутарх), а уже в 71, как говорит Плутарх, Красс, ещё только выдвигающий свою кандидатуру в консулы — один из самых богатых и наиболее влиятельный из тогдашних государственных деятелей, имеющий в сенате больше влияния, чем Помпей.

Очень похоже на Цетега в 74, да? Преторий, но имеющий большое влияние в сенате и самый влиятельный в государстве.

Всё, перепрыгиваю к промежуточным выводам. Английский учёный Твайман, который и заметил сходство Красса с Цетегом очень резонно предполагает, что влияние Цетега не растворилось внезапно с его смертью, а Красс не сам с нуля создал за два года своё влияние в государстве и сенате, он возглавил одну из группировок римской знати, имеющую сильные позиции в сенате и поддержку в народе, после смерти Цетега. О том, что это была за группа, я в другой раз напишу. Тут просто зафиксируем, что Красс в 74 скорее всего один из ближайших сподвижников Цетега, раз уже в 72-71 занимает его место во главе сильной политической группировки. Но политикой Красс в то время, до 73 года, занимался мало, хотя по возрасту ему было уже пора. А занимался он, по словам античных авторов, бизнесом и судебными делами.

Плутарх:
«Имея перед глазами постоянный бич Рима — пожары и осадку зданий, вызываемую их громоздкостью и скученностью, он стал приобретать рабов-архитекторов и строителей, а затем, когда их набралось у него более пятисот, начал скупать горевшие и смежные с ними постройки, которые задешево продавались хозяевами, побуждаемыми к тому страхом и неуверенностью. Таким-то образом большая часть Рима стала его собственностью. Располагая столь значительным числом мастеров, сам он, однако: кроме собственного дома, не выстроил ничего, а о любителях строиться говорил, что они помимо всяких врагов сами себя разоряют. Он владел также великим множеством серебряных рудников, богатых земель, обеспеченных работниками, но все это можно было считать ничтожным по сравнению со стоимостью его рабов — столько их у него было, да притом таких, как чтецы, писцы, пробирщики серебра, домоправители, подавальщики. За обучением их он надзирал сам, внимательно наблюдая и давая указания, и вообще держался того мнения, что господину прежде всего надлежит заботиться о своих рабах как об одушевленных хозяйственных орудиях.

Будучи от природы одним из первых ораторов среди римлян, Красс старанием и трудом достиг того, что превзошел даровитейших мастеров красноречия. Не было, говорят, такого мелкого и ничтожного дела, за которое он взялся бы не подготовясь. И не раз, когда Цезарь, Помпей или Цицерон не решались взять на себя защиту, Красс проводил ее успешно.

Он погрузился в гражданские дела и ценою больших усилий, ведя судебные защиты, ссужая деньгами и поддерживая тех, кто домогался чего-либо у народа, приобрел влияние и славу, равную той, какую снискал себе Помпей многими великими походами.

Не было в Риме такого безвестного и незначительного человека, которого он при встрече, отвечая на приветствие, не назвал бы по имени. Говорят еще, что Красс был сведущ в истории и не чужд философии».

И это вот всё нам на голубом глазу рассказывают про одного и того же человека. Он и в 30 раз увеличил состояние, занимаясь всеми практически бизнесами сразу, причём все они у него процветающие и доходные, и вел бесконечные судебные защиты по самым ничтожным делам, и здоровался-то он со всеми, в общем, самый человечный человек, ну и супермиллионер заодно, да ещё и на избрание в квесторы-эдилы-преторы-пребывание в должности-войну со Спартаком как-то время находил, а ну и философий конечно занимался, ну и историей ещё, прямо как мы с вами сейчас.

Мне кажется очевидным, что нельзя верить рассказам Плутарха и компании, что вот Красс начал с 300 талантов, и копил-копил, да и накопил 10 000 сверхуспешными инвестициями во все самые процветающие бизнесы, и чем больше они рассказывают, тем меньше им можно верить, да они как только начинают рассказывать подробности, сразу и проговариваются. Тот же рассказ про 500 архитекторов и строителей плоховато держит воду – цена хорошего (в смысле молодого и здорового, а не квалифицированного) сельского раба была порядка 1500 денариев ещё за 100 лет до Красса, строитель стоил, полагаю, никак не меньше, а уж архитектор стоил верные десятки тысяч (известных грамматиков покупали за сотни тысяч, о красивых мальчиках или женщинах вообще молчу). 300 талантов на такое СМУ никак не достаточно.
Если бы тогдашний Рим был такой Клондайк, там бы не один Красс вырос, а несколько, много таких супер-предпринимателей-миллионеров. Однако других таких супер-бизнесменов и близко не было, считающийся для бизнесмена очень богатым ростовщик Цецилий, например, оставил известному Аттику наследство в 400 талантов, или другой богатый ростовщик Консидий в 62 приостановил взыскание долгов на 600 талантов – вот примерно потолок тогдашнего бизнесмена. А вот аристократы, бизнесом не занимавшиеся, а получившие деньги управляя провинциями и получая военную добычу как Лукулл или от организации коррупции в топовых политических процессах как Гортензий, были невероятно богаты, тут речь шла о многих тысячах талантов.

Для Красса, я думаю, надо поменять местами бизнес и политику – он не потому был таким успешным политиком, что у него было много денег от бизнеса и он мог всем давать взаймы итп, а потому был таким успешным бизнесменом, что такие доходы можно было получить только имея сильную политическую поддержку и «крышу» для чёрных схем у достаточно сильной политической группировки – по-белому он столько бы и за 100 лет не заработал. Да и инвестировали в его бизнес явно гораздо больше и со стороны, никак не заявленные 300 талантов там с самого начала крутилось.

Так вот, кое-что уяснив о Крассе, теперь возвращаемся, наконец, к выкупам и пиратам.
Известным приёмом Красса (из вышесказанного, я думаю, ясно, что говорим Красса – понимаем Красса как политика, действующего в интересах своей группы) для того, чтобы поставить человека в зависимость был вот такой:

«своим друзьям он даже давал деньги взаймы без процентов, но вместе с тем по истечении срока требовал их от должников без снисхождения, так что бескорыстие его становилось тяжелее высоких процентов».

Ну в общем вы поняли, можно это прочитать и наоборот – кто принимал деньги от Красса, тот становился его другом. А другу можно и отсрочку дать. Если он, конечно, ведёт себя как настоящий друг. Напомню, что римское понятие дружбы, amicitia, для высших сословий означало прежде всего политический союз.

Один известный пример.
Плутарх рассказывает: «Сила его заключалась и в умении угождать, но прежде всего — во внушаемом им страхе. Недаром Сициний, человек, доставлявший немало хлопот тогдашним должностным лицам и вожакам народа, на вопрос, почему он одного лишь Красса не трогает и оставляет в покое, ответил: «У него сено на рогах». Дело в том, что римляне имели обыкновение навязывать бодливому быку на рога сено для предостережения прохожих».

А Колин Маккалоу в одном из романов о Цезаре дополняет это так:
«Знаменитый каламбур Гнея Сициния о Марке Крассе — ты ведь не забыл о сене на рогах Красса! — оказался даже умнее, чем мы думали в то время. Выяснилось, что Сициний уже несколько лет очень много должен Крассу. Поэтому каламбур имел и другой нюанс: faenum значит сено, а faenerator — ростовщик. Получается, что сено, обвитое вокруг рогов Красса, означает денежную ссуду!»

И вот на тему связи Красса и пиратов указала в своё время на форуме «Историка» Ольга Любимова, она сопоставила рассказ Плутарха о ещё одном похищении пиратами и выкупе заложника и нашла там следы Красса (а я уже связал с этой историей слова Цезаря и развил).

Плутарх: «Чаще всего пираты совершали злодеяния против римлян; высаживаясь на берег, они грабили на больших дорогах и разоряли именья вблизи от моря. Они захватили также дочь триумфатора Антония, когда она отправлялась в загородный дом; Антонию пришлось выкупить ее за большую сумму денег.»

Ольга Любимова: «Плутарх пишет так, как будто заплатить выкуп пришлось отцу Антонии — триумфатору. Но если это 68 г. (а это, видимо, так), то выкупал ее брат Гай Антоний Гибрида, так как ни отца-триумфатора, ни другого брата, Марка «Критского» уже не было в живых. Интересно, откуда Гай взял деньги: он же был разорен, это было одним из оснований для его исключения из сената, и братья Цицероны неоднократно упоминают о его плачевном финансовом положении. А в 66 г., кстати, еще и устроил какие-то великолепные игры. Похоже, что он здорово залез в долги, и похоже, что к Крассу».
Добавлю, что в 63 году Антоний Гибрида был избран консулом уже именно и явно при поддержке – и на деньги — Красса.

Ну что, теперь уже лучше понятно, чего боялся Цезарь и чему радовался Красс, ага? То есть основная предыстория получается такая — Красс по поручению Цетега (или кто там них за кадры отвечал) наверное ещё до 74 уже подкатывал к молодому, но знатному и одарённому Цезарю, державшемуся в то время особняком и старавшемуся не ассоциировать себя прочно ни с одной из групп политиков (хотя, возможно, Цезарь уже тогда оказался под покровительством Метеллов – он воевал под командованием Сервилия Исаврика в 79-78, став по римским понятиям его «содалом», чем-то вроде дружинника-вассала, а в 73 был включен в коллегию понтификов, в которой у Исаврика были сильные позиции), но Цезарь отказался принимать деньги добровольно, с Цетегом и компанией ему было не по пути – и тут такой шанс для Красса! Цезарю ПРИДЁТСЯ влезть в долги.

Но есть и ещё одна история – Красс и пираты, как видите, дважды нам встречаются в похожей ситуации, да и Цезарь почему-то сразу за тысячи миль от Рима вспомнил о Крассе. Я бы на этом основании пошёл дальше и предположил, что Красс в 70-х и до 67, пока пираты зажигали, занимался выкупами знатных заложников систематически и всерьёз, предоставляя конфиденциально и деньги, и, возможно, посредничество.

Про деньги. Фактически что делают пираты, назначая выкуп — они проводят «независимый аудит и денежную оценку» dignitas, чести заложника. Представьте, что какого-нибудь ростовщика Авла Вибуллия, сына зеленщика, римского гражданина в третьем поколении родом из, скажем, Ларина, Арпина или другого тогдашнего Урюпинска, оценили в 20 талантов, а попавшего в плен вместе с ним, скажем, Мамерка Юния Мессалу Валериана, у которого восковые маски предков-консулов в доме не помещаются — в 10, потому что все равно с него больше не возьмешь. И что об этом говорят на всех улицах Города. То есть римский аристократ с точки зрения сохранения dignitas должен каждый раз быть заинтересован в том, чтобы сумму выкупа назначили как можно БОЛЬШЕ, соответствующую его достоинству. В то же время с финансовой и чисто житейской точки зрения — наоборот, она должна быть как можно меньше, чтобы смочь заплатить. Итого, чтобы не разорять себя в таких дурацких состязаниях с сыновьями отпущенников и разными там Хризогонами, аристократы как сословие будут организовывать это дело так, чтобы максимально возможно скрывать цену выкупа каждый раз или, если уж она разглашена, объявлять.

Случай с Цезарем, когда он сам увеличил размер выкупа, очень характерен — он сам себя оценил, я так понимаю, заведомо дороже всех римлян. Для него что 20, что 50 талантов вернуть все равно было, видно, одинаково нереально, а свои достоинство и честь ему были дороже всего на свете. Он же сам и разгласил этот размер.

А теперь глядите — кому можно доверить тайну цены dignitas? — лучше всего человеку своего уровня, который секреты хранить умеет. А Крассу уже одно то, что он знал эти суммы, давало дополнительное средство воздействия на должников — он мог просто допустить утечку, что за Антонию, поторговавшись, всего-то выплатили 5 талантов — вот умора, и эти люди, которые сестру свою ценят дешевле ученого раба, еще на что-то в Риме претендуют! Антоний достоин республики, ха! Лавки мясника он после такого достоин!

Опять же, заметьте, ни один должник Красса не назван в наших источниках прямо, только слухи и намеки. Тот же Сициний мог только намекать. Т.е., видимо, одним из принципов «кредитной политики» Красса была конфиденциальность. А ему (опять оговорюсь, читай – «им», его политической группировке) она давала еще больше власти над должниками.

То, что выше про деньги, я написал на форуме лет 10 назад. Теперь ещё добавлю про посредничество: возможно, это был для Красса ещё и бизнес. Чтобы не превращать выплату в позорное и рискованное шоу для выкупающего, Красс мог предлагать сразу и посредничество в передаче денег, а уж сколько он объявлял каждой из сторон – его дело.

Тут ещё такая история, в том же 74 упомянутый Антоний «Критский» получил благодаря влиянию консула Котты и Цетега специальное командование против пиратов. Тут, кажется, очевидно, что Антоний был из группы Цетега, как и Красс. Можно предположить, что командование он получил по соглашению группы Цетега и Метеллов, которых тогда представляли Лукуллы, как раз в обмен на то, что Цетег согласился на назначение Лукулла в Киликию. Антоний получил флот, полномочия собирать деньги и хлеб для флота с провинций и с тех пор «воевал» с пиратами (есть даже версия, что Цезарь потом побывал его легатом в 73), в основном обирая провинциалов, пока его флот не разгромили критяне в 71. Только представьте какие комбинации с захватом заложников и выкупами были возможны для Антония и Красса, действующих заодно! Едва ли пиратам 10% оставалось. (Как известно, в 2000 годах большая часть выкупов сомалийским пиратам выплачивалась через лондонские адвокатские фирмы, до пиратов доходило, говорят, как раз порядка 10%.).

Вот теперь, я думаю, и энергия Цезаря, который САМ собрал за себя выкуп становится понятнее – он не хотел, чтобы деньги, которые за него заплатят, достались мутным посредникам типа Красса или крышевателям типа Антония, а он бы всем им ещё и должен остался.

Ну и ещё напоследок общее заключение-предположение у меня будет такое. Красс (его второе фамильное прозвище – «Дивит», богатый, ну что сделаешь, раз имя такое?!) до 74 – это не человек, это фирма. В старом значении этого слова, имя, под которыми делались разные бизнесы, разными людьми – тот же урбан девелопмент, «отмывание» и перепродажа рабов, незаконно лишенных свободы и захваченных пиратами, серебряные рудники (через «добычу» из которых обеляли какие-то чёрные деньги), которых он, может, и не видел никогда, и так далее. То же дело азиатских откупщиков, за деньги которых которых Красс стоял насмерть в сенате в 61 как будто за свои собственные, хех, подсказывает, как Красс в одном из вариантов, работал – похоже, вносил через подставных лиц символический пай, на политическом уровне обеспечивал получение пайщикам откупа провинциальных налогов на хороших условиях, потом по итогам получал долю прибыли в содранных с провинциалов трёх шкурах, уже соответствующую его реальному вкладу. Фирма «Красс Богатый» до 74 была под крышей Цетега, который обеспечивал государственную поддержку белой, маскирующей части, и заключение, обеспечение проведения и прикрытие незаконных сделок – в серой и чёрной, как вот в делах с пиратскими выкупами. Конечно, бизнес Красса делался до 74 только в небольшой части части на его личные деньги, 300 талантов, в гораздо большей части там крутилась черная касса группы Цетега, (с 74 — группы Красса). После 74 Красс сам занял место Цетега (вероятно, обвинение Красса в 73 в святотатстве – часть борьбы за контроль над группой, которую Красс выиграл не дав себя практически буквально закопать) и стал уже не только фирмой, но и своей собственной крышей. Сначала он, наверное, продолжал распоряжаться чёрной кассой как управляющий, а после переворота 72 года (тоже надо бы о нём написать), недолгой разудалой власти и разгрома его группы в 70, когда политическая сила его группы была на время подорвана, уже забрал большую часть или всю кассу (точнее, её остатки) лично себе под предлогом её сохранения. Но методы работы он сохранил прежние, так что Антоний в 69-68 попал туда, куда Цезарь в 74 боялся опасть сильнее чем к пиратам.

Источник

 

Читать «Спартак» — Мишулин Александр Васильевич — Страница 24

Так погиб герой, о котором потом складывались легенды. Имя его покрыла неувядаемая слава, и благодаря своим подвигам он занял место среди героев, равных легендарным Прометею и Гераклу. Если первым мифологическим образом бунтаря был Прометей, то первым историческим Прометеем, великим бунтарём за социальное равенство людей явился Спартак.

БОРЬБА СПАРТАКОВЦЕВ ПОСЛЕ ГИБЕЛИ ВОЖДЯ

Вопрос о судьбе остатков революционной армии Спартака мало изучен. Отрывочные сведения источников единодушно устанавливают, что со смертью вождя борьба спартаковцев не кончилась. Сведения эти, во всяком случае, позволяют нам установить три следующих основных факта:

1) продолжительность борьбы рабов после смерти своего вождя;

2) связь спартаковцев с рабами Сицилии, где в это время также происходили вспышки восстаний;

3) союз остатков спартаковской армии с пиратами на юге Италии.

Обратимся непосредственно к первому факту. Что устанавливают здесь источники?

Аппиан рассказывает, что после известной битвы с Крассом и гибели Спартака «большое число спартаковцев ещё укрывалось в горах, куда они бежали после битвы». Интересно в этом отношении и свидетельство Плутарха, который, излагая биографию Помпея, говорит о его заслугах в борьбе с остатками армии рабов уже после крассовской битвы. «Судьбе, — говорит Плутарх, — хотелось всё-таки сделать Помпея некоторым образом участником и этой победы. Пять тысяч рабов, успевших спастись после сражения (с Крассом), встретились с ним и были истреблены все до последнего человека, вследствие чего Помпей написал в сенат, что Красс разбил гладиаторов в открытом поле, он же, Помпей, вырвал самые корни войны».

Об этих заслугах Помпея, продолжавшего преследовать спартаковцев уже после того, как Красс разбил их в Апулии по пути в Брундизий, Плутарх вспоминает ещё и в другом месте. В биографии Красса, написанной Плутархом, он ещё раз подчёркивает, что победа Красса была лёгкой и неокончательной, хотя она и повлекла за собой гибель самого Спартака. Помпею пришлось вмешаться в борьбу с остатками спартаковской армии. «Он окончательно, — говорит Плутарх, — уничтожил попавших ему в руки рабов».

О борьбе Помпея с рабами сообщает нам и Цицерон, указывающий, что Италия вынуждена была на борьбу с рабами вызвать с далёкой чужбины, т. е. из Испании, Помпея, где тот, как известно, вёл длительную борьбу с Серторием. Далее, историк III в. Ампелий, написавший «Книгу воспоминаний», называет даже место, где Помпею пришлось столкнуться в сражении с остатками спартаковской армии. Последние отряды рабов были разбиты, говорит Ампелий, консулом Помпеем в Этрурии. Это замечание интересно для нас с двух точек зрения. Во-первых, с точки зрения указания местонахождения отрядов рабов. Весьма вероятно, что в Этрурии осталась часть армии Спартака со времени его северного похода. Во-вторых, интересно упоминание Ампелия о Помпее как о консуле.

Как известно, Помпей был избран в консулы в 70 г. до н. э. И если ему пришлось столкнуться с пятитысячным отрядом рабов в Этрурии в период своего консульства, т. е. в 70 г., то это означает, что спустя почти год после смерти-Спартака отряды его армии продолжали ещё держаться даже на севере. Не приходится говорить уже о юге Италии, где в горах, по сообщению Аппиана, спартаковцы продолжали скрываться долгое время.

Всё это позволяет нам установить, что остатки спартаковцев, рассеянные в различных концах Италии, продолжали ещё дело великого освободительного движения.

Характерно, что косвенные указания других авторов античности раскрывают то обстоятельство, что сами римляне хорошо сознавали значение крассовской «победы» и не самообольщались ею. Так, например, два автора древности— Плиний Старший и Авл Геллий — сообщают, что Красс в результате своей «победы»-над Спартаком не оказался всё же достойным получить триумф, а был удостоен всего лишь оваций, т, е. малого триумфа. За победу над внутренним врагом не полагалось большого триумфа; лишь за победу над врагом внешним можно было рассчитывать на высшую награду. Борьба же с рабами считалась даже позорной для истых римских полководцев. Крассовская победа не покончила, однако, с армией рабов, в этом была её неполноценность.

Орозий рассказывает о ряде выступлений, которые приходилось организовать «под начальством многих военных вождей», прежде чем удалось окончательно расправиться с остатками войск Спартака. В числе этих военных вождей были довольно видные римские деятели. Тому же Помпею, когда он в 67 г. воевал с пиратами, несомненно, пришлось иметь дело и с рабами, ибо Цицерон, например, совершенно определённо говорит о связи морских разбойников с рабами. Нам известно также из данных Светония, биографа римских императоров, что с остатками войск рабов сражался позднее отец будущего императора Августа — Гай Октавий, которому по чрезвычайному поручению римского сената пришлось отправиться на юг Италии для ликвидации остатков «спартаковских банд».

«После претуры, — говорит Светоний, — он (Гай Октавий. — А. М.) по жребию получил в качестве провинции Македонию. Направляясь туда, он, действуя в силу чрезвычайного поручения сената, уничтожил остатки банд Спартака и Катилины— беглых рабов, захвативших область Фурий… Ребёнком Август (сын Октавия) получил прозвище Фурийского либо в память происхождения предков, либо же потому, что его отец вскоре после его рождения уничтожил в области Фурий шайку беглых рабов».

Это свидетельство Светония представляет для нас большой интерес. Во-первых, оно совершенно определённо устанавливает, что даже после рождения Августа (в 63 г.) и заговора Катилины на юге Италии целая область Фурий находилась ещё во власти спартаковских отрядов.

Можно предполагать, что оперировавшие в горах на юге Италии спартаковцы, пользуясь затруднениями Рима в связи с заговором Катилины, захватили область Фурий. Вероятно, спартаковцы представляли тогда ещё значительную силу, если римский сенат снарядил против них экспедицию Гая Октавия.

Формы римских мечей.

Ещё раньше в южных областях Италии спартаковцы захватили ряд городов, держали в своих руках прибрежные районы и не один раз разбивали римские войска.

Об активизации спартаковских отрядов в связи с внутренними междоусобиями в Риме говорит не только Светоний, но и Саллюстий, который указывает, что в самый разгар подготовки Катилины к выступлению на юге Италии происходили новые волнения рабов. О выступлениях рабов в Бруттии и Апулии Саллюстий говорит дважды, причём в отношении Апулии прямо устанавливает, что там подготовлялось новое восстание рабов. Если у Светония мы узнаём о захвате спартаковцами области Фурий, то Саллюстий свидетельствует, что в их руках находилась вся область Апулии и даже Бруттия. Едва ли эти сведения можно считать преувеличенными, ибо известно, что это восстание рабов на юге Италии потребовало активного вмешательства Рима, пославшего для подавления восстания карательную экспедицию Квинта Метелла Критского.

Можно предполагать, что экспедиция Метелла (в 63 г.) была неудачна, ибо на следующий год пришлось посылать новую экспедицию Октавия, который должен был довершить подавление спартаковцев.

1. СПАРТАКОВЦЫ И СИЦИЛИЯ

Обратимся теперь к другому вопросу — о связи спартаковцев с Сицилией. Если мы не можем ввиду неполноты источников говорить о конкретных формах связи спартаковцев с сицилийцами, то кое-какие данные позволяют ответить положительно на вопрос о наличии такой связи.

Прежде всего обращает на себя внимание то место у Плутарха, где он говорит, что после неудачи с переправой в Сицилию Спартак из «бруттийской ловушки» выводит только третью часть своих войск. Куда же девались остальные войска Спартака? Что они делали?

Гибель Красса — От Природы к компьютеру — LiveJournal

Изначальные военные планы Марка Лициния в 55 году до н. э. неизвестны. Сирия могла стать базой для наступления как на Парфию, так и против Египта. Но в апреле 55 года в Рим пришли известия, что действующий сирийский наместник Авл Габиний уже вторгся в Египет. Красс, недовольный этим, окончательно сделал выбор в пользу войны с Парфией. Плутарх сообщает о грандиозных планах консула, наконец, получившего шанс на новые победы:

…Возгордясь безмерно и утратив рассудок, уже не Сирией и не парфянами ограничивал он поле своих успехов, называл детскими забавами походы Лукулла против Тиграна и Помпея против Митридата, и мечты его простирались до бактрийцев, индийцев и до моря, за ними лежащего. В Риме планы Марка Лициния встретили сильное сопротивление.

Парфия не казалась угрозой интересам Рима, зато успех похода опасно усиливал честолюбивого политика. Враги Красса настаивали, что война является нечестивой, так как мир нарушается без законного повода при существовании заключенного Помпеем договора о мире и дружбе. Во время собрания, на котором был проведен закон о распределении провинций, против Марка Лициния особенно активно выступал народный трибун Атей: он даже приказал ликтору арестовать Красса, а когда из этого ничего не вышло, подверг консула религиозному проклятию. Красс отправился в провинцию, вопреки установившейся традиции не дожидаясь даже окончания своего консульского года. В 54 году до н. э. он вторгся в Месопотамию и занял ряд городов за Евфратом. Для зимовки он вернулся в Сирию, и Плутарх назвал это серьёзной ошибкой: по его мнению, Марк Лициний дал врагу время подготовиться, хотя мог тогда же занять Вавилон и Селевкию.

Зимой 54—53 годов до н. э. Красс разграбил Иерусалимский храм и святилище богини Атарматис в сирийском Иераполе. Тогда же к нему прибыл сын Публий с тысячей галльских всадников, присланный Цезарем (под началом которого молодой Красс воевал в Галлии). Царь Армении Артавазд II тоже приехал в Сирию и предложил Марку Лицинию свою армию (именно 10 тысяч тяжеловооруженных всадников) в случае, если римляне двинутся в поход через Армению на Атропатену (как впоследствии это сделал Марк Антоний). По его словам, горы и холмы лучше всего подходили для сражений с парфянами (очевидно, Артавазд преследовал при этом и собственные цели, собираясь с помощью римлян расквитаться с враждебным соседом — царем Атропатены). Красс, хотя и «остался очень доволен расположением царя», предпочёл первоначальный план вторжения вглубь Месопотамской равнины на Селевкию.

Весной 53 года до н. э. Марк Лициний снова двинулся в Месопотамию в надежде взять зимнюю столицу парфянских царей Селевкию на Тигре. Под его началом находились семь легионов пехоты и 4 тысячи конницы. Парфянский царь Ород II с основными силам вторгся в Армению, чтобы лишить Красса поддержки армянской конницы; для прикрытия Месопотамии он оставил полководца Сурену. Очевидно, римляне планировали выйти к Тигру и далее вдоль Тигра спуститься к Селевкии; но для своего движения от Евфрата к Тигру они выбрали неудачный маршрут — через безводную местность. Проводником римской армии был царь Эдессы Абгар, оказавшийся в конечном итоге парфянским агентом. Воинов Красса постоянно беспокоила лёгкая парфянская кавалерия, а Артавазд не смог прислать обещанное подкрепление, поскольку сам отражал вторжение врага. При Каррах в мае 53 года Марку Лицинию пришлось принять сражение в невыгодных для себя условиях. Римляне несли тяжёлые потери от конных парфянских лучников, расстреливавших римскую пехоту совершенно безнаказанно. Красс послал в атаку своего сына Публия с 6-тысячным отрядом. Парфяне обратились в притворное бегство, завлекая младшего Красса как можно дальше от основных сил; в конце концов он попал в ловушку и погиб. Увидев его голову на парфянском копье, римляне пришли в уныние. Они всё-таки смогли продержаться до ночи, а потом бросили лагерь вместе с 4 тысячами раненых и укрылись в Каррах; Марк Лициний, впавший в апатию, не пытался им помешать.

Уже в следующую ночь остатки римской армии отдельными группами двинулись в сторону границы. Достичь Сирии смог только квестор Гай Кассий Лонгин с конным отрядом в 500 человек. Красс же с четырьмя когортами почти добрался до горной гряды, где можно было спастись от врага, но парфяне его настигли. Угрозами римляне заставили проконсула согласиться на переговоры, хотя он и не доверял врагу. При встрече с парфянским полководцем Суреной Марк Лициний договорился о мире, но дальше произошло непредвиденное:

Когда Красс приказал привести свою лошадь, Сурена сказал: «Не надо, царь дарит тебе вот эту», — и в ту же минуту рядом с Крассом очутился конь, украшенный золотой уздой. Конюшие, подсадив Красса и окружив его, начали подгонять лошадь ударами. Первым схватился за поводья Октавий, за ним военный трибун Петроний, а затем и прочие стали вокруг, силясь удержать лошадь и оттолкнуть парфян, теснивших Красса с обеих сторон. Началась сумятица, затем посыпались и удары; Октавий, выхватив меч, убивает у варваров одного из конюхов, другой конюх — самого Октавия, поразив его сзади. Петроний был безоружен, он получил удар в панцирь, но соскочил с лошади невредимый. Красса же убил парфянин по имени Эксатр.

Дион Кассий описывает смерть Марка Лициния в целом сходно: была договоренность, что полководцы встретятся на равном расстоянии от войск с равным числом людей в свите. Красс спустился на равнину, и парфяне предложили ему коня. В завязавшейся затем схватке, Красс был тяжело ранен и добит одним из римлян, когда на подмогу своим подоспели другие парфяне и плен стал неизбежен. Парфяне лили в рот мертвого Красса расплавленное золото, издеваясь над его алчностью. Согласно Плутарху, голову и правую руку Красса отправили Ороду, который в это время примирился с Артаваздом и пировал вместе с ним в армянской столице Арташате. Голова была вынесена на сцену перед Артаваздом, Ородом и придворными во время театральной постановки — трагедии Еврипида «Вакханки» (она была вынесена, надетой на тирс, актёром, который играл мать Пенфея, в безумии носящуюся с головой своего сына).

***

Марк Лициний занимает важное место во многих произведениях своего младшего современника Марка Туллия Цицерона. При этом последний упоминает Красса почти исключительно с неприязнью (исключением являются только некоторые публичные речи — как правило, произнесённые в тех процессах, в которых Цицерон и Красс выступали на одной стороне) и даже называет негодяем. Тем не менее Марк Туллий писал Крассу в январе 54 года до н. э., когда тот уже уехал в Сирию, о «старой дружбе», признавая, что таковой пришлось пострадать от «перемен судьбы» (О. Любимова назвала это письмо «льстивым и неискренним», а сам Цицерон уже в декабре 54 года извинялся за это вынужденное примирение перед Лентулом Спинтером). Между двумя политиками были три крупных конфликта: когда Цицерон приписал главную роль в разгроме Спартака Помпею и когда Красс поддерживал врагов Цицерона — Публия Клодия и Авла Габиния. В начале 50-х годов Цицерон написал сочинение «О своих замыслах», в котором выдвигались различные обвинения против Марка Лициния, но приказал не публиковать его до своей смерти. Текст не сохранился, и судить о содержании этой работы сложно. После гибели Красса Цицерон 7 лет о нём не писал; в трактате «Брут» он высказался об ораторском даровании Марка Лициния крайне сдержанно, а в последующих трактатах, начиная с «Парадоксов стоиков», говорил о Крассе как о примере корыстолюбия. О. Любимова считает, что Цицерон создал в своих поздних произведениях искажённый образ «Красса-корыстолюбца», который перешёл затем и в другие источники и даже в историографию, затмевая реальный образ Красса-политика. Так, согласно Веллею Патеркулу, Марк Лициний, «безупречнейший во всем остальном, равнодушный к наслаждениям, не знал меры и не признавал границ в страстной жажде славы и денег». В изображении Флора гибель Красса стала карой за «жажду парфянского золота». О «неуёмной жажде наживы» пишет и Орозий.

Наиболее пространную характеристику личности Красса оставил Плутарх, объединивший Красса в пару с афинянином Никием:

Блеск его многочисленных добродетелей омрачается лишь одним пороком — жаждой наживы… Красс любил показывать свою щедрость гостям. Дом его был открыт для всех, а своим друзьям он даже давал деньги взаймы без процентов, но вместе с тем по истечении срока требовал их от должников без снисхождения, так что бескорыстие его становилось тяжелее высоких процентов. На обедах его приглашенными были преимущественно люди из народа, и простота стола соединялась с опрятностью и радушием, более приятным, чем роскошь… Что касается умственных занятий, то он упражнялся главным образом в ораторском искусстве, стремясь завоевать известность у народа. Будучи от природы одним из первых среди римлян ораторов, Красс старанием и трудом достиг того, что превзошел даровитейших мастеров красноречия. Не было, говорят, такого мелкого и ничтожного дела, за которое он взялся бы не подготовясь… Этим-то всего больше он и нравился народу, прослыв человеком, заботящимся о других и готовым помочь. Нравились также его обходительность и доступность, проявлявшиеся в том, как он здоровался с приветствовавшими его. Не было в Риме такого безвестного и незначительного человека, которого он при встрече, отвечая на приветствие, не назвал бы по имени.

***

Из-за бесславного окончания парфянского похода Красс не удостоился столь же пристального изучения в историографии, как его товарищи по триумвирату. Долгое время его оценивали как менее способного и менее решительного, чем Помпей и Цезарь и к тому же как человека, для которого на первом месте стояло богатство, а не власть. М. Гельцер даже назвал его «расчётливым буржуа».

В 1966 году Ф. Эдкок выпустил небольшую работу «Marcus Crassus, Millionaire» («Марк Красс, миллионер»). Британский исследователь выдвинул ряд тезисов, призванных частично пересмотреть традиционную трактовку личности Красса и различных аспектов его деятельности. В частности, Эдкок обратил особое внимание на влияние смерти отца на начало карьеры Марка Лициния и предположил, что Красс-младший не был главным виновником победы в битве у Коллинских ворот. Британский учёный выдвинул гипотезу, что Марк Лициний поддержал Катилину, не желая участвовать в заговоре, а только надеясь помочь амбициозному Катилине с продвижением по карьерной лестнице; он допустил, что самороспуск цензоров в 65 году до н. э. был следствием неудачи не по египетскому, а по транспаданскому вопросу. Эдкок также предположил, что Крассом двигала не жажда власти, а одно лишь стремление обогатиться (впрочем, этот аргумент встречается и в источниках), и что целью парфянского похода было установление контроля за торговлей шёлком. Наконец, британский исследователь вслед за Р. Саймом развил идею о том, что рассказ о вражде Красса и Помпея в сохранившихся источниках является порождением политической пропаганды середины I века до н. э. В то же время Красс в изображении Эдкока остался, по мнению рецензентов, доблестным и энергичным, но недостаточно талантливым полководцем.

К концу 1970-х относится издание ещё двух монографий о Крассе на английском языке. В 1976 году обобщающую работу о Крассе «Crassus: A Political Biography» («Красс: политическая биография») выпустил Брюс Маршалл, а уже в 1977 году вышла монография Аллена Уорда «Marcus Crassus and the Late Roman Republic» («Марк Красс и поздняя Римская республика»). В отличие от Плутарха, сконцентрировавшего основное внимание на парфянском походе, Аллен Уорд уделил этой кампании немного места — намного меньше, чем подавлению восстания Спартака. В частности, автор предлагает собственные варианты передвижения войск Красса по Италии. Исследователь отрицает существование первого заговора Катилины, считает, что Красс и Цезарь действительно поддерживали Катилину, а весь 63 год до н. э. вели двойную игру с заговорщиками и сенаторами. Большое внимание Уорд уделяет изучению просопографических связей внутри нобилитета и их влиянию на римскую политику. Кроме того, Уорд, в отличие от Эдкока, полностью признаёт существование вражды Красса и Помпея. Но автор, как замечают рецензенты, ничего не говорит об истоках этой вражды, а также не раскрывает процесс накопления огромного богатства. Кроме того, отчасти из-за неудовлетворительного состояния источников немало его утверждений оформлены как осторожные предположения. В целом Красс в изображении Уорда характеризуется как интриган без определённой политической программы, часто прибегавший к компромиссам; богатство для него было не целью, а средством.

В начале 2010-х годов вышла серия статей российской исследовательницы О. Любимовой, посвящённая главным образом ранним этапам жизни Красса. В них автор старается доказать, в частности, что Марк Лициний на протяжении большей части 70-х годов до н. э. выступал за восстановление власти народных трибунов; изучается проблема участия Красса в заговоре Катилины; помещается в общеполитический контекст суд над Марком Лицинием и весталкой Лицинией в 73 году до н. э.; делается предположение об истоках конфликта между Крассом и Помпеем.

***   Источник :  Гибель завоевателя Марка Лициния Красса — 18 Ноября 2020 — Персональный сайт
http://svistuno-sergej.narod.ru/news/kr/2020-11-18-3457 Парфянский поход Красса и его гибель Участие Красса в подавлении Восстания Спартака

…В 73 году до н. э. вся Италия была охвачена восстанием рабов и гладиаторов. Командовавший повстанцами фракиец  Спартак одержал ряд масштабных побед над войсками республики. *** Красс и Спартак, Спартак, Парфянский поход Красса, Гибель завоевателя Красса, Марк Лициний Красс, Википедия, история, Красс и его гибель, Древний Рим, Гибель завоевателя, Восстание Спартака


Парфянская катастрофа Марка Лициния Красса

Марк Лициний Красс родился около 115 г. до нашей эры в очень известной и довольно богатой плебейской семье. Вести свое происхождение от плебейского рода в Риме тех лет вовсе не значило быть бедняком или, более того, «пролетарием». Еще в начале III в. до н.э. возникло новое сословие – нобилитет, в которое, наряду с патрициями вошли наиболее богатые и влиятельные плебейские семьи. Менее богатые плебеи образовали сословие всадников. И даже самые бедные плебеи в описываемый период уже имели гражданские права. Самым известным представителем рода Лициниев был Гай Лициний Столон (живший IV в. до н.э.), который прославился борьбой за права плебеев, закончившейся утверждением так называемых «Лициниевых законов». Плебейское происхождение не помешало отцу Марка Красса стать консулом, а потом – римским наместником в Испании, и даже удостоиться триумфа за подавление восстания в этой стране. Но все изменилось во время Первой гражданской войны, когда к власти в Риме пришел Гай Марий (тоже плебей).

Гай Марий, бюст, музеи Ватикана

Плебейский род Лициниев, как ни странно, поддержал аристократическую партию, и в 87 г. до н.э. отец Марка Красса, исполнявший в то время обязанности цензора, и его старший брат погибли в ходе развязанных Марием репрессий. Сам Марк вынужден был бежать в Испанию, а потом – в Африку. Неудивительно, что в 83 г. до н.э. он оказался в армии Суллы, и даже на собственные средства вооружил отряд численностью в 2500 человек. В накладе Красс не остался: после победы, скупая имущество репрессированных родов, многократно увеличил свое состояние, так что однажды даже смог позволить себе «пригласить» римлян на обед, накрыв для них 10 000 столов. Именно после этого случая он и получил свое прозвище – «Богатый». Тем не менее, в Риме его не любили, не без основания считая алчным нуворишем и бесчестным ростовщиком, готовым наживаться даже на пожарах.

Лоуренс Оливье в роли Красса, фильм «Спартак», 1960 г.

Характер Красса и его методы хорошо иллюстрирует курьезное судебное разбирательство 73 г. до н.э. Красса обвинили в попытке совращения весталки, что считалось тяжелым государственным преступлением, но он был оправдан после того, как доказал, что ухаживал за ней лишь для того, чтобы выгодно купить принадлежавший ей земельный участок. Даже бесспорные заслуги Красса в подавлении восстания Спартака практически не изменили отношения римлян. Значительную часть «лавров» за эту победу ему пришлось отдать извечному сопернику – Помпею, который уже после решающей битвы успел разбить один из мятежных отрядов (как выразился Помпей в письме к Сенату, «вырвал корни войны»). Дважды (в 70 и 55 г.г. до н.э.) Красс избирался консулом, но власть над Римом в итоге ему пришлось разделить с Помпеем и Цезарем. Так в 60-м г.до н.э. возник первый Триумвират. Карьера для потерявшего отца и едва спасшегося от марианцев плебея, более чем неплохая, но Марк Красс страстно мечтал о любви римлян, всеобщей популярности и военной славе. Именно эта жажда славы и толкнула его на ставший фатальным Парфянский поход, в котором республиканский Рим потерпел одно из самых болезненных поражений.

Как уже было сказано, в 55 г. до н.э. Марк Красс стал консулом во второй раз (другим консулом в тот год был Гней Помпей). По обычаю, по истечении консульских полномочий, он должен был получить в управление одну из римских провинций. Красс выбрал Сирию, причем добился для себя «права мира и войны». Он даже не стал ждать, когда истечет срок его консульства, отправился на Восток раньше: настолько велико было его желание стать в один ряд с великими полководцами древности и даже превзойти их. Для этого нужно было завоевать Парфянское царство – государство, территория которого простиралась от Персидского залива до Каспийского моря, едва не дотягиваясь до Черного и Средиземного морей. Но, если с небольшим войском сумел сокрушить Персию македонец Александр, почему бы его поход не повторить римскому плебею Марку Крассу?

Парфия на карте

О возможности поражения Красс даже и не думал, впрочем, мало кто тогда в Риме сомневался в том, что Парфия падет под ударами легионов Республики. Война с галлами, которую вел Цезарь, считалась более серьезной и опасной. Между тем, еще в 69 г.до н.э. Парфия помогала Риму в войне против Армении, но римляне рассматривали эту страну, не как стратегического союзника в регионе, а как объект своей будущей агрессии. В 64 г. до н.э. в Северную Месопотамию вторгся Помпей, а в 58 году в Парфии началась Гражданская война между претендентами на престол – братьями Ородом и Митридатом. Последний в 57 г. опрометчиво обратился за помощью к прежнему проконсулу Сирии Габинию, так что момент для начала римского вторжения казался идеальным.

Вместе с должностью Крассу достались два отборных легиона ветеранов, служивших еще при Помпее, под его началом они воевали не только в Месопотамии, но также в Иудее и Египте. Еще два или три легиона набрал специально для войны с Парфией Габиний. Два легиона Красс привел в Сирию из Италии. Кроме того, какое-то количество воинов он набрал в других областях – по дороге.

Итак, родные братья Митридат и Ород не на жизнь, а на смерть сцепились друг с другом, и предвкушающий триумф (в котором ему было отказано после победы над войском Спартака) Красс торопился изо всех сил. Его союзник Митридат летом 55 г. н.э. захватил Селевкию и Вавилон, но уже в следующем году стал терпеть поражение за поражением. В 54 г. до н.э. Красс, наконец, добрался до Парфии, и практически без сопротивления занял ряд городов в Северной Месопотамии. После незначительного сражения у города Ихны и штурма Зенодотии, радующиеся такому успешному и необременительному для них походу, солдаты даже провозгласили своего полководца императором. До Селевкии, в которой находился сейчас Митридат, оставалось пройти около 200 км, но парфянский полководец Сурена опередил Красса. Селевкия была взята штурмом, мятежный принц попал в плен и был приговорен к смерти, его армия перешла на сторону оставшегося единственным царем Орода.

Драхма Орода II

Надежды Красса на послевоенную слабость и неустойчивость власти не оправдались, и ему пришлось отменить поход на юг, а потом – и вовсе увести свою армию в Сирию, оставив гарнизоны в крупных городах (7 тысяч легионеров и тысячу конных воинов). Дело в том, что план военной кампании этого года был основан на совместных действиях с армией парфянского союзника – Митридата. Теперь же стало понятно, что война с Парфией будет более долгой и трудной, чем предполагалось (на самом деле, эти войны будут длиться несколько столетий), армию следует пополнить, прежде всего, кавалерийскими частями, а также попытаться найти союзников. Вопрос финансирования новой военной кампании Красс попытался решить, ограбив храмы чужих народов: хеттско-арамейской богини Деркето и знаменитый храм в Иерусалиме – в нем он конфисковал храмовые сокровища и 2000 талантов, нетронутые Помпеем. Утверждают, что потратить награбленное Красс так и не успел.

Новый парфянский царь попытался заключить мир с римлянами.

«Какое дело римскому народу до далекой Месопотамии»? – спросили его послы.

«Где бы ни находился обиженный народ, Рим придет и защитит его», – ответил Красс.

(Билл Клинтон, оба Буша, Барак Обама и прочие борцы за демократию аплодируют стоя, но снисходительно улыбаются при этом – они ведь знают, что у Красса нет ни авиации, ни крылатых ракет.)

Силы римлян казались вполне достаточными. По современным подсчетам, в подчинении у Марка Красса оказалось 7 легионов, и галльская конница (около 1000 всадников), во главе которой встал сын Красса – Публий, ранее служивший у Юлия Цезаря. В распоряжении Красса были и вспомогательные войска азиатских союзников: 4 000 легковооруженных воинов, около 3 тысяч всадников, в том числе воины царя Осроены и Эдессы Абгара II, который также выделил и проводников. Нашелся у Красса и другой союзник – царь Армении Артавазд, который предложил совместные действия на северо-востоке парфянских владений. Однако Красс вовсе не желал лезть в горную местность, оставив без прикрытия доверенную ему Сирию. И потому он приказал Артавазду действовать самостоятельно, потребовав передать в свое распоряжение армянскую тяжелую кавалерию, которой не хватало у римлян.

Серебряная драхма Артавазда II

Ситуация весной 53 года, казалось, складывалась удачно для него: основные силы парфян (в том числе практически все пехотные соединения) во главе с Ородом II ушли к границе с Арменией, и Крассу противостояла относительно небольшая армия парфянского полководца Сурены (героя недавно завершившейся гражданской войны, в которой его роль оказалась решающей). Парфия, на самом деле, была не царством, а империей, на территории которой жили многие народы, присылавшие монарху свои воинские части по мере требования. Казалось, что разнородность боевых соединений должна была стать причиной слабости парфянского войска, но в ходе дальнейших войн выяснилось, что хороший полководец может, как из конструктора, собрать из них армию для войны в любой местности и с любым противником – на все случаи жизни. Тем не менее, пехотные части Рима намного превосходили парфянскую пехоту, и в правильном бою имели все шансы на успех. Но парфяне превосходили римлян в кавалерии. Именно кавалерийские части в основном и были сейчас у Сурены: 10 тысяч конных лучников и 1 тысяча катафрактариев – тяжеловооружённых конных воинов.

Голова парфянского воина, найденная при раскопках в Нисе

Римские легионеры и парфянские всадники в битве при Каррах

Не сумевший договориться с Крассом Артавазд вступил в переговоры с царем Ородом, который предложил женить своего сына на дочери армянского царя. Рим был далеко, Парфия близко, и потому Артавазд не решился отказать ему.

А Красс, понадеявшись на Артавазда, потерял время: 2 месяца он ожидал обещанную армянскую конницу, и, так и не дождавшись её, выступил в поход не ранней весной, как планировал, а в жаркое время года.

Всего в нескольких переходах от границы с Сирией находился парфянский город Карры (Харран), в котором преобладало греческое население, и с 54 года стоял римский гарнизон. В начале июня к нему подошли основные силы Марка Красса, но, стремясь как можно быстрее найти противника, двинулись дальше – в пустыню. Примерно в 40 км от Карр, у реки Баллис, римские войска встретились с армией Сурены. Столкнувшись с парфянами, римляне не стали «изобретать велосипед» и действовали вполне традиционно, можно даже сказать, шаблонно: легионеры выстроились в каре, в котором воины поочередно сменяли друг друга на передней линии, позволяя «варварам» утомлять и истощать себя в постоянных атаках. В центре каре укрывались легковооруженные воины и кавалерия. Флангами римской армии командовали сын Красса Публий и квестор Гай Кассий Лонгин – человек, который в дальнейшем изменит по очереди Помпею и Цезарю, станет соратником Брута и очень «подставит» его, совершив самоубийство в самый неподходящий момент – после почти выигранной битвы при Филиппах. Да и с Крассом у него, в итоге, выйдет не очень красиво. В «Божественной комедии» Данте поместил Кассия в 9-ый круг Ада – наравне с Брутом и Иудой Искариотом он назван там величайшим предателем в истории человечества, всех трех вечно терзают пасти трехголового Зверя – Сатаны.

«Люцифер пожирает Иуду Искариота» (а также Брута и Кассия). Bernardino Stagnino, Italy, 1512 год

Итак, огромное римское каре двинулось вперед, осыпаемое стрелами парфянских лучников – большого ущерба они римлянам не нанесли, но среди них появилось довольно много легкораненых. Римские стрелки из центра каре отвечали парфянам, не позволяя им подойти слишком близко. Сурена несколько раз пытался атаковать римский строй тяжелой кавалерией, и первая атака сопровождалась поистине впечатляющей демонстрацией парфянской мощи. Плутарх пишет:

«Устрашив римлян этими звуками (барабанов, обвешанных погремками), парфяне вдруг сбросили с доспехов покровы и предстали перед неприятелем, пламени подобные – сами в шлемах и латах из маргианской, ослепительно сверкавшей стали, кони же их в латах медных и железных. Явился и сам Сурена, огромный ростом и самый красивый из всех».

Парфянские лучники и катафрактарии

Но римское каре устояло – катафрактарии не смогли прорвать его. Красс, в свою очередь, несколько раз бросал в контратаку свои конные части – и тоже без особого успеха. Ситуация была, патовой. Парфяне не могли остановить движение римского каре, и римляне медленно продвигались вперед, но так они могли идти хоть неделю – без всякой пользы для себя, и без малейшего вреда для парфян.

И тогда Сурена сымитировал отступление части своих сил на фланге, которым командовал Публий. Решив, что парфяне, наконец, дрогнули, Красс отдал своему сыну приказ атаковать отступавших силами одного легиона, отряда галльской конницы и 500 лучников. Тучи поднятой копытами коней пыли мешали Крассу наблюдать за происходящим, но, поскольку натиск парфян в этот момент ослаб, он, уже уверенный в успехе маневра, выстроил свою армию на оказавшемся поблизости холме и спокойно ожидал сообщений о победе. Именно этот момент битвы стал роковым и определил поражение римлян: Марк Красс не распознал военную хитрость Сурены, а его сын слишком увлекся преследованием отступавших перед ним парфян, опомнился он лишь, когда его части были окружены превосходящими силами противника. Сурена не стал бросать своих воинов в схватку с римлянами – по его приказу, их методично расстреливали из луков.

Битва при Каррах, иллюстрация

Вот как рассказывает об этом эпизоде Плутарх:

«Взрывая копытами равнину, парфянские кони подняли такое огромное облако песчаной пыли, что римляне не могли ни ясно видеть, ни свободно говорить. Стиснутые на небольшом пространстве, они сталкивались друг с другом и, поражаемые врагами, умирали не легкой и не скорою смертью, но корчились от нестерпимой боли и, катаясь с вонзившимися в тело стрелами по земле, обламывали их в самих ранах; пытаясь же вытащить зубчатые острия, проникшие сквозь жилы и вены, рвали и терзали самих себя. Так умирали многие, но и остальные были не в состоянии защищаться. И когда Публий призывал их ударить на броненосных конников, они показывали ему свои руки, приколотые к щитам, и ноги, насквозь пробитые и пригвожденные к земле, так что они не были способны ни к бегству, ни к защите».

Публию все же удалось возглавить отчаянную попытку галлов прорваться к основным силам, но они не смогли устоять против катафрактариев.

Парфянский катафрактарий

Потеряв почти всех лошадей, галлы отступили, Публий был тяжело ранен, остатки его отряда, отойдя к оказавшемуся поблизости холму, продолжали гибнуть от парфянских стрел. В этой ситуации Публий, «не владея рукой, которую пронзила стрела, велел оруженосцу ударить его мечом и подставил ему бок» (Плутарх). Многие римские офицеры последовали его примеру. Судьба рядовых воинов была печальна:

«Остальных, продолжавших еще сражаться, парфяне, поднимаясь по склону, пронзали копьями, а живыми, говорят, взяли не более пятисот человек. Затем, отрезав головы Публию и его товарищам»

(Плутарх).

Голову Публия, насаженную на копье, провезли перед римским строем. Увидев её, Красс крикнул своим воинам: «Это не ваша, а моя потеря!», но всем было понятно, что погибнуть Публий мог только вместе со своим отрядом, и зрелище произвело на армию очень тяжелое впечатление. Увидев это, «союзник и друг Римского Народа» царь Абгар перешел сторону парфян, которые тем временем, охватив римский строй полукругом, возобновили обстрел, периодически бросая в атаку катафрактариев. Как мы помним, Красс перед этим расположил свою армию на холме, и это стало его очередной ошибкой: на ровном месте воины первых рядов заслоняли от стрел своих товарищей в задних рядах, на холме же практически все ряды римлян были открыты для обстрела. Но римляне держались до вечера, когда парфяне, наконец, прекратили свои атаки, известив Красса, что они «даруют ему одну ночь для оплакивания сына».

Сурена отвел свою армию, оставив морально сломленных римлян перевязывать раненных и подсчитывать потери. Но, все же, говоря об итогах этого дня, поражение римлян нельзя назвать разгромным, а потери – невероятно тяжелыми и неприемлемыми. Армия Красса не бежала, была полностью управляемой и, по-прежнему, численно превосходила парфянскую. Потеряв значительную часть конницы, вряд ли можно было рассчитывать на дальнейшее движение вперед, но организованно отступить назад было вполне возможно – ведь примерно в 40 км находился город Карры с римским гарнизоном, а дальше лежала хорошо знакомая дорога в Сирию, откуда можно было ждать подкрепления. Однако Красс, который неплохо держался весь этот день, ночью впал в апатию и фактически устранился от командования. Квестор Кассий и легат Октавий по своей инициативе созвали военный совет, на котором было принято решение отступать к Каррам. При этом римляне бросили на произвол судьбы около 4 тысяч раненых, которые могли помешать их движению – все они были убиты парфянами на следующий день. Кроме того, были окружены и уничтожены сбившиеся с пути 4 когорты легата Варгунтия. Страх римлян перед парфянами был уже настолько велик, что благополучно достигнув города, они не двинулись от него дальше – в Сирию, а остались в призрачной надежде получить помощь от Артавазда и отступить вместе с ним через горы Армении. Сурена предложил римским солдатам уйти домой, выдав ему своих офицеров, прежде всего – Красса и Кассия. Это предложение было отвергнуто, но о доверии между воинами и командирами теперь можно было и не вспоминать. В конце концов, офицеры убедили Красса уйти из Карр – но не открыто, в готовом к бою строю, а ночью, тайно, и, совершенно павший духом полководец, позволил уговорить себя. Каждому в нашей стране известно, что «нормальные герои всегда идут в обход». Следуя этой народной мудрости, Красс принял решение идти на северо-восток – через Армению, стараясь при этом выбирать самые плохие дороги, надеясь, что парфяне не смогут использовать на них свою кавалерию. Начинающий предатель Кассий, тем временем, совершенно вышел из-под контроля, в итоге с 500 всадниками он возвратился в Карры и оттуда благополучно вернулся в Сирию – тем же путем, которым в этот город недавно пришла вся армия Красса. Другой высокопоставленный офицер Красса, легат Октавий, пока еще сохранял верность своему полководцу, и однажды даже спас его, уже окруженного парфянами от позорного плена. Испытывая большие лишения на выбранном пути, остатки армии Красса все же медленно продвигались вперед. Сурена же, отпустив часть пленных, снова предложил обсудить условия перемирия и свободного выхода в Сирию. Но Сирия и так была близка, и Красс уже видел перед собой конец этого печального пути. Поэтому он отказался от переговоров, но тут не выдержали нервы у находившихся в постоянном напряжении рядовых воинов, которые, по словам Плутарха:

«подняли крик, требуя переговоров с врагом, и затем стали поносить и хулить Красса за то, что он бросает их в бой против тех, с кем сам даже не решается вступить в переговоры, хотя они и безоружны. Красс сделал было попытку убедить их, говорил, что, проведя остаток дня в гористой, пересеченной местности, они ночью смогут двинуться в путь, указывал им дорогу и уговаривал не терять надежды, когда спасение уже близко. Но те пришли в неистовство и, гремя оружием, стали угрожать ему».

В результате Красс вынужден был отправиться на переговоры, на которых он и легат Октавий были убиты. Предание утверждает, что парфяне казнили Красса, влив в его глотку расплавленное золото, что, конечно же, маловероятно. Голова Красса была доставлена царю Ороду в день бракосочетания его сына с дочерью Артабазда. Специально приглашенная греческая труппа давала трагедию Еврипида «Вакханки» и бутафорская голова, которая должна была использоваться в ходе действия, была заменена головой незадачливого триумвира.

Многие солдаты Красса сдались в плен, по парфянскому обычаю они были отправлены нести сторожевую и гарнизонную службу на одну из окраин империи – в Мерв. Через 18 лет китайцы при осаде крепости Шиши увидели незнакомых прежде солдат: «более ста пехотинцев, выстроенных в линию с каждой стороны ворот и построенных в виде рыбьей чешуи» (или «чешуи карпа»). В этом строе легко узнается знаменитая римская «черепаха»: воины укрываются щитами со всех сторон и сверху. Китайцы обстреляли их из арбалетов, нанеся тяжелые потери, а потом окончательно разбили атакой тяжелой кавалерии. После падения крепости, более тысячи этих странных солдат были взяты в плен и разделены между 15 правителями западных пограничных областей. А в 2010 году британская газета The Daily Telegraph сообщила, что на северо-западе Китая, у границы пустыни Гоби, есть деревня Лицянь, жители которой отличаются от соседей светлыми волосами, голубыми глазами и более длинными носами. Возможно, они являются потомками тех самых римских воинов, что пришли в Месопотамию с Крассом, были переселены в Согдиану и вновь попали в плен, уже к китайцам.

Из тех солдат Красса, что рассеялись по окрестностям, большинство были убиты, и лишь немногие вернулись в Сирию. Ужасы, которые они рассказывали о парфянской армии, произвели большое впечатление в Риме. С тех пор выражение «пустить парфянскую стрелу» стало означать неожиданный и резкий ответ, способный поставить в тупик и озадачить собеседника. Потерянные «Орлы» легионов Красса были возвращены в Рим лишь при Октавиане Августе в – в 19 г.до н.э., добиться этого удалось не военным, а дипломатическим путем. В честь этого события был построен храм и отчеканена монета. Лозунг «отмщения за Красса и его армию» многие годы был весьма популярен в Риме, однако походы против парфян не имели особого успеха, и граница между Римом и Парфией, а потом между Новоперсидским царством и Византией оставалась нерушимой на протяжении нескольких столетий.

Плутарх, Красс, глава 9

9. Прежде всего гладиаторы отбили пришедших против них воинов из Капуи и, завладев многими орудиями настоящей войны, с радостью взяли их в обмен на свое, отбросив свое гладиаторское оружие, как бесчестное и варварское. Тогда претор Клодий был послан против них из Рима с тремя тысячами воинов и осадил их на холме, на который был только один подъем, узкий и трудный, за которым Клодий внимательно следил. [2] везде были гладкие и крутые скалы. Но вершина холма была покрыта дикорастущей лозой, от которой осажденные отрезали годные ветви и сплели из них крепкие лестницы такой прочности и длины, что, когда они были закреплены на вершине, они доставали вдоль стены. от скалы до равнины внизу. На них они благополучно спустились, все, кроме одного человека, который остался наверху, чтобы заняться оружием. Когда остальные спустились, он начал сбрасывать оружие, а после того, как бросил их все, ушел и сам последним в целости и сохранности.[3] Обо всем этом римляне не знали, и поэтому их враги окружили их, повергли в ужас внезапностью нападения, обратили в бегство и взяли их лагерь. К ним также присоединились многие скотоводы и пастухи этого региона, крепкие и быстроногие люди, одних из которых они полностью вооружили, а других использовали в качестве разведчиков и легкой пехоты. [4] Во-вторых, против них был послан претор Публий Варин, наместника которого, некоего Фурия, с двумя тысячами воинов они первым делом сразили и разбили; затем Спартак внимательно следил за передвижениями Коссиния, который был послан с большим войском, чтобы дать совет и помочь Варину в командовании, и чуть было не схватил его, когда он купался возле Салин. [5] Коссинию удалось с трудом сбежать, и Спартак тотчас же схватил его поклажу, бросился на него в погоню и с большими потерями взял его лагерь, Коссиний тоже пал. Победив самого претора во многих битвах и, наконец, захватив его ликторов и саму лошадь, на которой он ехал, Спартак вскоре стал великим и грозным; но он правильно оценил ситуацию, и, поскольку он не мог рассчитывать на преодоление римской власти, начал вести свою армию к Альпам, считая необходимым, чтобы они пересекли горы и отправились в свои дома, некоторые во Фракию. , а некоторые в Галлию.[6] Но его люди теперь были многочисленны и полны уверенности в себе и не послушались его, а пошли опустошать Италию. Теперь сенат беспокоил уже не унижение и позор мятежа, а страх и опасность вынудили его отправить обоих консулов ​​на поле боя, как если бы они отправились на войну величайшей сложности и размаха. [7] Геллий, один из консулов, внезапно напал на германцев, которые были настолько наглы и дерзки, что отделились от основных сил Спартака и перебили их всех на куски; но когда Лентул, другой консул, окружил врагов большими силами, Спартак бросился на них, вступил в бой, разбил легатов Лентула и захватил весь их багаж. Затем, когда он пробивался к Альпам, его встретил Кассий, наместник Цизальпийской Галлии, с армией в десять тысяч человек, и в последовавшей битве Кассий потерпел поражение, потерял много людей и сам бежал. с трудом.

Плутарх, Красс, глава 21

21. Пока Красс еще расследовал и обдумывал эти дела, явился вождь арабов по имени Ариамн, хитрый и коварный человек, оказавшийся из всех злодеяний, которые судьба уготовила для гибели римлян, величайшим и самый законченный.[2] Некоторые солдаты, служившие под командованием Помпея в этих краях, знали, что этот человек воспользовался добротой этого полководца и считался другом Рима. но теперь, с ведома царских военачальников, он попытался проникнуть в доверие к Крассу, чтобы увидеть, сможет ли он отвести его как можно дальше от реки и предгорий и низвести его в бескрайняя равнина, где его можно было окружить. Ибо ничто не было так далеко от мыслей парфян, как атаковать римлян впереди.[3] Соответственно, придя к Крассу, варвар (а он тоже был правдоподобным болтуном) восхвалял Помпея как своего благодетеля и хвалил Красса за его силы. Но затем он упрекнул его за то, что он тратит время на проволочки и приготовления, как будто ему нужно оружие, а не руки среди самых быстрых ног, чтобы следовать за людьми, которые некоторое время пытались схватить их самое ценное имущество и рабов. и летите с ними в Скифию или Гирканию. [4] — И все же, — сказал он, «Если вы намерены сражаться, вы должны поторопиться, прежде чем все силы короля будут сосредоточены и он восстановит свое мужество; так как на данный момент Сурена и Силлакес были брошены вперед, чтобы поддержать ваше преследование, но короля нигде не видно.’ [5] Теперь все это было ложью. Ибо Хирод сразу же разделил свои силы на две части и сам опустошил Армению, чтобы наказать Артавазда, а Сурену отправил навстречу римлянам. И это было не потому, что он презирал их, как говорят некоторые, ибо он не мог постоянно пренебрегать Крассом как противником, человеком, который был первым из римлян, и вести войну с Артаваздом, нападая и захватывая деревни Армении; напротив, кажется, что он сильно боялся грозившей опасности и поэтому держал себя в резерве и внимательно следил за грядущим событием, в то время как он послал Сурену вперед, чтобы испытать врага в бою и отвлечь его. [6] Сурена вовсе не был обычным человеком, но по богатству, происхождению и уважению он стоял рядом с царем, а по доблести и способностям он был выдающимся парфянином своего времени, не имея себе равных по росту и красоте. Он путешествовал по частным делам с обозом из тысячи верблюдов, за ним следовали двести фургонов его наложниц, в то время как тысяча всадников в кольчугах и еще большее количество легковооруженной кавалерии служили его эскортом; и всего у него было всадников, вассалов и рабов не менее десяти тысяч человек.[7] Более того, он пользовался древней и наследственной привилегией первым возложить корону на голову парфянского царя; и когда этот самый Хирод был изгнан из Парфии, он восстановил его на своем троне и захватил для него Селевкию Великую, 1 , которая первая взобралась на ее стены и собственноручно разгромила своих противников. И хотя в это время ему не было еще и тридцати лет, он пользовался высочайшей славой благоразумия и прозорливости, и именно посредством этих качеств он и погубил Красса, который сначала из-за своей дерзости и тщеславие, а затем, вследствие его страхов и бедствий, стал легкой жертвой обмана.

%PDF-1.4 % 1 0 объект > эндообъект 10 0 объект /Режиссер /CreationDate (D:20210711064716Z’) /ModDate (D:20110506111256+02’00’) >> эндообъект 2 0 объект > эндообъект 3 0 объект > эндообъект 4 0 объект > эндообъект 5 0 объект > эндообъект 6 0 объект > ручей 2011-05-06T11:12:56+02:002011-05-06T11:12:09+02:002011-05-06T11:12:56+02:00Adobe Acrobat 8.1 Объединить файлыapplication/pdfuuid:e1b26ce5-2086-4c80- a426-2d097f8e00deuuid:dffabb4e-b907-4dc8-b12c-cd07e4f4d030Adobe Acrobat 8.1 конечный поток эндообъект 7 0 объект > эндообъект 8 0 объект > эндообъект 9 0 объект > эндообъект 11 0 объект > эндообъект 12 0 объект > эндообъект 13 0 объект > эндообъект 14 0 объект > эндообъект 15 0 объект > эндообъект 16 0 объект > эндообъект 17 0 объект > эндообъект 18 0 объект > эндообъект 19 0 объект > эндообъект 20 0 объект > эндообъект 21 0 объект > эндообъект 22 0 объект > эндообъект 23 0 объект > эндообъект 24 0 объект > эндообъект 25 0 объект > эндообъект 26 0 объект > эндообъект 27 0 объект > эндообъект 28 0 объект > эндообъект 29 0 объект > эндообъект 30 0 объект > эндообъект 31 0 объект > эндообъект 32 0 объект > эндообъект 33 0 объект > эндообъект 34 0 объект > эндообъект 35 0 объект > эндообъект 36 0 объект > эндообъект 37 0 объект > эндообъект 38 0 объект > эндообъект 39 0 объект > эндообъект 40 0 объект > эндообъект 41 0 объект > эндообъект 42 0 объект > эндообъект 43 0 объект > эндообъект 44 0 объект > эндообъект 45 0 объект > эндообъект 46 0 объект > эндообъект 47 0 объект > эндообъект 48 0 объект > эндообъект 49 0 объект > эндообъект 50 0 объект > эндообъект 51 0 объект > эндообъект 52 0 объект > эндообъект 53 0 объект > эндообъект 54 0 объект > эндообъект 55 0 объект > эндообъект 56 0 объект > эндообъект 57 0 объект > эндообъект 58 0 объект > эндообъект 59 0 объект > эндообъект 60 0 объект > эндообъект 61 0 объект > эндообъект 62 0 объект > эндообъект 63 0 объект > эндообъект 64 0 объект > эндообъект 65 0 объект > эндообъект 66 0 объект > эндообъект 67 0 объект > эндообъект 68 0 объект > эндообъект 69 0 объект > эндообъект 70 0 объект > эндообъект 71 0 объект > эндообъект 72 0 объект > эндообъект 73 0 объект > эндообъект 74 0 объект > эндообъект 75 0 объект > эндообъект 76 0 объект > эндообъект 77 0 объект > эндообъект 78 0 объект > эндообъект 79 0 объект > эндообъект 80 0 объект > эндообъект 81 0 объект > эндообъект 82 0 объект > эндообъект 83 0 объект > эндообъект 84 0 объект > эндообъект 85 0 объект > эндообъект 86 0 объект > эндообъект 87 0 объект > эндообъект 88 0 объект > эндообъект 89 0 объект > эндообъект 90 0 объект > эндообъект 91 0 объект > эндообъект 92 0 объект > эндообъект 93 0 объект > эндообъект 94 0 объект > эндообъект 95 0 объект > эндообъект 96 0 объект > эндообъект 97 0 объект > эндообъект 98 0 объект > эндообъект 99 0 объект > эндообъект 100 0 объект > эндообъект 101 0 объект > /ProcSet [/PDF /Text /ImageC /ImageI /ImageB] >> эндообъект 102 0 объект > эндообъект 103 0 объект > эндообъект 104 0 объект > эндообъект 105 0 объект > эндообъект 106 0 объект > ручей xYKo6ϯ@f4 i{ٿ_Q$exrbU,!cvr4ԿbG7LYaj’?~>E)l9XC{d!e;h3n:Ӟ`ӦS87TPfB>MN|(]/’:c[f$&U& &v2 Y»»p^:{,,*uI}yKlBspoke~83EJ»I$

%PDF-1. 3 % 1 0 объект > эндообъект 2 0 объект > эндообъект 3 0 объект > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageC /ImageI ] /XObject > >> /Type /Page >> эндообъект 4 0 объект > /ProcSet [ /PDF /Text ] >> /Type /Page >> эндообъект 5 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /Font > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 0 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 6 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /Font > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 1 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 7 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /Font > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 37 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 8 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /Font > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 40 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 9 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /Font > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 41 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 10 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /Font > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 42 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 11 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 43 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 12 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /Font > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 44 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 13 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /Font > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 45 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 14 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Ресурсы > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 46 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 15 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /Font > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 47 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 16 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /Font > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 48 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 17 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /Font > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 49 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 18 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /Font > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 50 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 19 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /Font > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 51 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 20 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 52 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 21 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /Font > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 53 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 22 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /Font > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 54 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 23 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /Font > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 55 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 24 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /Font > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 56 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 25 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /Font > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 57 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 26 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /Font > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 58 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 27 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /Font > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 59 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 28 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 60 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 29 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 61 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 30 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /Font > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 62 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 31 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /Font > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 63 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 32 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /Font > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 64 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 33 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 65 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 34 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 66 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 35 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 67 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 36 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 68 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 37 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 69 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 38 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 70 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 39 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /Font > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 71 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 40 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /Font > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 72 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 41 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 73 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 42 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /Font > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 74 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 43 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 75 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 44 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /Font > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 76 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 45 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /Font > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 77 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 46 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 78 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 47 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 79 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 48 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /Font > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 80 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 49 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /Font > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 81 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 50 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 82 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 51 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /Font > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 83 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 52 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /Font > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 84 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 53 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /Font > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 85 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 54 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /Font > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 86 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 55 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /Font > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 87 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 56 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /Font > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 88 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 57 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 89 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 58 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /Font > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 90 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 59 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 91 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 60 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 92 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 61 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 93 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 62 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 94 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 63 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Ресурсы > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 95 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 64 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /Font > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 96 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 65 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 97 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 66 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /Font > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 98 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 67 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /Font > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 99 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 68 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Ресурсы > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 100 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 69 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 101 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 70 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /Font > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 102 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 71 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /Font > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 103 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 72 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Ресурсы > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 104 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 73 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /Font > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 105 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 74 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Ресурсы > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 106 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 75 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 107 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 76 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Ресурсы > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 108 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 77 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /Font > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 109 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 78 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 110 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 79 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Ресурсы > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 111 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 80 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /Font > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 112 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 81 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /Font > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 113 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 82 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Ресурсы > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 114 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 83 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Ресурсы > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 115 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 84 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /Font > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 116 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 85 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /Font > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 117 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 86 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /Font > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 118 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 87 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /Font > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 119 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 88 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /Font > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 120 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 89 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /Font > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 121 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 90 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /Font > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 122 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 91 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /Font > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 123 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 92 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /Font > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 124 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 93 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /Font > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 125 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 94 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /Font > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 126 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 95 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /Font > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 127 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 96 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /Font > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 128 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 97 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /Font > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 129 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 98 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /Font > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 130 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 99 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Ресурсы > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 131 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 100 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /Font > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 132 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 101 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /Font > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 133 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 102 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /Font > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 134 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 103 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /Font > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 135 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 104 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /Font > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 136 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 105 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /Font > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 137 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 106 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Ресурсы > /Шрифт > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 138 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 107 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /Font > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 139 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 108 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /Font > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 140 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 109 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /Font > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 141 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 110 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 142 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 111 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Ресурсы > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 143 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 112 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /Font > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 144 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 113 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /Font > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 145 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 114 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /Font > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 146 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 115 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /Font > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 147 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 116 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /Font > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 148 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 117 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /Font > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 149 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 118 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /Font > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 151 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 119 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /Font > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 152 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 120 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /Font > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 153 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 121 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /Font > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 154 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 122 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /Font > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 155 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 123 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /Font > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 156 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 124 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /Font > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 157 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 125 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /Font > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 158 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 126 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /Font > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 159 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 127 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /Font > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 160 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 128 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /Font > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 161 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 129 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Ресурсы > /Шрифт > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 162 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 130 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /Font > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 163 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 131 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /Font > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 164 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 132 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /Font > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 165 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 133 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /Font > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 166 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 134 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Ресурсы > /Шрифт > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 167 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 135 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /Font > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 168 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 136 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /Font > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 169 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 137 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /Font > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 170 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 138 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /Font > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 171 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 139 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /Font > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 172 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 140 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /Font > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 173 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 141 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /Font > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 174 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 142 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Ресурсы > /Шрифт > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 175 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 143 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /Font > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 176 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 144 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /Font > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 177 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 145 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /Font > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 178 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 146 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /Font > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 179 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 147 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /Font > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 180 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 148 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Ресурсы > /Шрифт > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 181 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 149 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /Font > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 182 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 150 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Ресурсы > /Шрифт > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 183 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 151 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /Font > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 184 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 152 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /Font > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 185 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 153 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /Font > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 186 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 154 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /Font > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 187 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 155 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Ресурсы > /Шрифт > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 188 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 156 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /Font > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 189 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 157 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /Font > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 190 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 158 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /Font > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 191 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 159 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /Font > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 192 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 160 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /Font > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 193 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 161 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /Font > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 194 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 162 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /Font > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 195 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 163 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /Font > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 196 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 164 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /Font > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 197 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 165 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /Font > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 198 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 166 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /Font > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 199 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 167 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /Font > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 200 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 168 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /Font > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 201 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 169 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /Font > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 202 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 170 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /Font > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 203 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 171 0 объект > /MediaBox [ 0 0 612 792 ] /Parent 2 0 R /Resources > /Font > /ProcSet [ /PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI ] >> /StructParents 204 /Tabs /S /Type /Page >> эндообъект 172 0 объект > /Border [ 0 0 0 ] /C [ 0 1 1 ] /H /I /Rect [ 539. 0038 575.0037 684.9963 639.794 ] /Подтип /Ссылка /Тип /Аннотация >> эндообъект 173 0 объект > /Border [ 0 0 0 ] /C [ 0 1 1 ] /H /I /Rect [ 71.0037 291.7461 213.1309 303.6988 ] /Subtype /Link /Type /Annot >> эндообъект 174 0 объект > /Border [ 0 0 0 ] /C [ 0 1 1 ] /H /I /Rect [ 102.5643 200.2351 117.6504 207.0307 ] /Subtype /Link /Type /Annot >> эндообъект 175 0 объект > /Border [ 0 0 0 ] /C [ 0 1 1 ] /H /I /Rect [ 136.7577 153.0959 238.9361 161.2471 ] /Subtype /Link /Type /Annot >> эндообъект 176 0 объект > ручей хڭXK8WvXӖA.П·1T!t)O1n 4n7_붫]G!zo}Ŝ6IX 1U··[email protected](%vn[NvnFUd t

Почему Марк Красс проиграл битву при Каррах?

53 г. до н.э. и Восток залился кровью римлян . Вечно жаждущий большей власти в Риме Марк Лициний Красс собрал большую армию и повел ее на восток вглубь парфянских земель. Его кампания войдет в историю как кампания полного разрушения и полного провала; кампания, спровоцированная жадным до власти политиком, страдающим от дурных предзнаменований, катастрофических решений и нехаризматичного руководства.

Тем не менее, несмотря на катастрофический результат этой экспедиции, я бы сказал, что ее судьба была решена двумя ключевыми решениями, которых можно было избежать. Если бы не эти решения, исход этой экспедиции — и сама римская история — могли бы действительно выглядеть совсем иначе.

Предыстория: Красс и Поздняя республика

Думая о Крассе сегодня, вы простите себя за то, что сразу же подумали о некоторых из его самых известных пороков; чрезмерная жадность, бесчестные методы и его жалкий конец, и это лишь некоторые из них.И все же этот могущественный человек был одним из, если не ключевым игроком, в формировании поздней Римской республики.

Красс, известный тем, что был одним из самых богатых римлян в древности, хотя, по словам Плутарха, в основном получил эти богатства за счет «грабежей и огня» во время тирании Суллы, находился в авангарде римской политики почти тридцать лет. В то время этот могущественный политик не только подавил знаменитое восстание Спартака, но и был тесно связан с двумя другими политическими гигантами того времени; выдающиеся Гней Помпей Великий (он же Помпей) и Гай Юлий Цезарь.

Одним из величайших военных достижений Красса было его поражение Спартака в битве на реке Силар, 71 г. до н.э.
г. Сражение за господство в Риме
г.

В частности, увлекательно соперничество Красса с Помпеем за власть в Риме. В то время как Помпей обрел власть благодаря военным успехам, Красс обрел ее благодаря несравненному богатству. Своим богатством Красс ссужал деньги и финансировал других амбициозных людей, включая Цезаря, чтобы получить власть и союзников. Действительно, финансовая безопасность, которую Красс дал Цезарю, имела решающее значение для подъема последнего — настолько, что какое-то время эти люди даже были близкими союзниками, работающими против Помпея.

Таким образом, благодаря своему богатству Красс стал ключевым игроком на римской политической арене. К 55 г. до н.э. он, несомненно, стал одним из трех самых могущественных людей в Республике. Таким образом, я бы сказал, что его приход к власти был похож на приход Дональда Трампа. Оба использовали собственные деньги для подпитки своих политических амбиций. Красс; Римский Трамп? Я позволю вам принять решение об этом.

В любом случае, давайте не будем забывать, что главной целью Красса было стать самым могущественным человеком в Риме.

Реакция на Цезаря

После беспрецедентной и очень успешной кампании в Галлии Цезарь стал очень популярен среди римского народа. Красс знал, что одним своим богатством ему не победить популярность Цезаря. Ему нужно было завоевать себе славу и получить новые богатства из далекой страны; ему пришлось вернуться на войну.

Таким образом, это приводит нас непосредственно к его знаменитой парфянской кампании. Его мотивы для этой войны, как показано выше, были бесспорно корыстными. Такая эгоистичная война привела к тому, что многие источники, включая Цицерона и Плутарха, написали множество анекдотов и дурных предзнаменований, назвав эту войну несправедливой и неблагоприятной для богов.В одной истории, изложенной Плутархом ( Crass . 16.5-6), трибун публично проклял Красса, чтобы обречь его кампанию на провал! Эти анекдоты были для римлян умным способом объяснить, почему кампания была такой катастрофой; Красс игнорировал все эти крайние признаки невезения!

Парфяне избраны

Сами парфяне не давали повода для войны с Римом. Не было никакой провокации; они относительно мирно жили на восточной границе Рима на современном Ближнем Востоке . Тем не менее, честолюбие и жадность Красса питали желание сравняться с славой, полученной Цезарем на западе. Это побудило его добиться собственного прославленного завоевания на востоке.

Итак, для этого славного предприятия он «избрал» Парфию. Это не была справедливая война  , которую спровоцировал любой парфянский акт насилия. Наоборот, это была оппортунистическая кампания одного человека в Риме, направленная на разжигание его личных амбиций.

Для Красса (да и для большинства других римлян того времени) Парфия представлялась относительно отсталым племенным царством.Ожидалось, что эта иностранная сила относительно легко перейдет к профессиональным армиям Рима. У них были веские причины так думать; Рим победил все предыдущие восточные армии, которые бросили ему вызов (вспомните, например, Митридата или Тигранокерта). Как бы они ошибались.

Парфянская кампания 53 г. до н.э.

Красс собрал свою армию в Сирии и двинулся на восток через реку Евфрат. Почти не встретив сопротивления, он быстро продвинулся вглубь Месопотамии.Все выглядело прекрасно для Красса, поскольку бесчисленные города падали на него, как мухи. Парфяне были бессильны остановить его, не имея постоянной армии, которую можно было бы немедленно призвать против этой угрозы. Таким образом, быстрота, с которой Красс вторгся в их земли, дала римлянам значительное раннее преимущество (см. Plutarch, Crass. 17).

Поворотные моменты

Но именно тогда Красс совершил первую из двух своих самых серьезных ошибок. Вместо того, чтобы воспользоваться своим преимуществом и вырвать сердце у парфян, захватив богатые города Ктесифон и Селевкию, Красс повернул назад! Верно, он вернулся в Сирию, когда, возможно, парфяне были в самом слабом положении! Парфяне чудесным образом получили жизненно важную передышку и время, в котором они нуждались; время, которое имело решающее значение (как показано на примере Мариуса в Кимбрийской войне) для их окончательного успеха.

Когда Красс вернулся к Евфрату после уютного зимнего отдыха, он полностью утратил всякое преимущество внезапности. Тем не менее, у него все еще была профессиональная, хорошо оснащенная армия под его командованием, семь легионов и всего около 45 000 человек. Воистину, это была грозная римская сила. Однако источники утверждают, что именно тогда, на берегу реки Евфрат, была решена ужасная судьба Красса. Плутарх вспоминает;

В лагерь пришел арабский вождь по имени Ариамнес, хитрый и коварный парень, который из всех злых случайностей, которые объединились, чтобы привести их к гибели, был главным и самым роковым………. он (Ариамн) был теперь подкуплен генералами царя (Парфянского) и послан к Крассу, чтобы заманить его… от реки и холмов на широкую открытую равнину, где он мог быть окружен. ( Плут. Красс. 21.1 )

Ариамн был парфянским кротом. Его роль будет ключевой в победе над Крассом, и он не разочаровал. Красс поддался на уговоры Ариамна на крючок, леску и грузило, оставив относительно стратегически важный Евфрат и двинулся вглубь страны.

Римские разрушения в Каррах

После этого решения армия Красса потерпит явное поражение при Каррах, растерзанная парфянскими конными лучниками и тяжелыми катафрактами. Римляне не могли эффективно бороться с полностью кавалерийскими парфянскими силами на таком открытом ландшафте. Таким образом, парфянские кони с их высокой подвижностью могли уничтожать римлян одного за другим. Естественно последовала резня. Таковы были масштабы бедствия, что Публий, сын Красса, погиб во время завязавшейся битвы.Парфянский полководец Сурена, которого Плутарх широко хвалил за его военное лидерство и личность, переломил ход войны одним быстрым действием. Вы можете просмотреть ключевые местоположения в кампании здесь.

Теперь я должен отметить, что, хотя Плутарх подчеркивает, что предательство Ариамна было критическим моментом в этой катастрофе, некоторые утверждают , что это была просто история. Его причина? Чтобы скрыть тот факт, что парфянская армия просто победила римлян. Их сила подходила для боя в жарких, сухих обширных ландшафтах; окружающая среда соответствовала большей части Парфии.Однако римляне не привыкли сражаться на таком театре военных действий. Но помните, Рим считал этих людей варварами. Как они могли когда-либо поверить в возможность того, что простые варвары были лучше подготовлены к войне, чем цивилизованные римляне? Возможно, поэтому и возникла история с Ариамном; его цель подразумевать, что эта римская катастрофа произошла в основном из-за непредвиденного акта злодейского предательства.

Жестокий конец

Но вернемся к истории. Когда его оставшаяся армия была истощена, разбита и деморализована, а его собственный сын мертв, Красс потерял всякую надежду.Относительно быстро он прибыл, чтобы обсудить условия мира с парфянскими войсками.

Старинная гравюра с изображением смерти Красса вскоре после битвы при Каррах

Увы, мир не был лучом надежды для Красса. Плутарх и Дион вспоминают, что он был убит в драке при попытке вести переговоры с парфянами. Но даже смерть не стала концом оскорблений Красса. Будучи хорошо известным своей одержимостью богатством, Дион (Книга XL, 27.3) утверждает , что парфяне залили расплавленное золото в разлагающееся горло мертвеца; крайняя ирония.Чтобы не быть битым, Плутарх ( Crass. 33.2) говорит, что голова мертвого полководца позже была представлена ​​на царском парфянском свадебном пиру. Там парфянская знать предложила его в качестве реквизита для представления греческой пьесы « Вакханки, » Еврипида. Какими бы замечательными и занимательными ни казались нам эти истории, скорее всего, это римские анекдоты. Их цель состояла в том, чтобы просто «приправить» ненависть к теперь уже враждебным парфянам.

Самоуверенный командир-аристократ, предательство, катастрофическое поражение в засаде и потеря бесценных штандартов Орла легионов.Звучит знакомо? Эти события, приведшие к поражению Красса, имеют поразительное сходство с катастрофической римской катастрофой в Тевтобургском лесу 9 года н. э. Здесь, подобно Ариамну и Крассу, Ариминий, вождь германского племени, подружившийся с римским полководцем Квинтилием Варом, предал римлян, заведя их в немецкую засаду. Как и в случае с Каррами, ловушка уничтожила римские силы. Оба этих поражения имели огромный резонанс в римском мире, особенно в отношении идеи мести.

Потеря штандарта Легиона с орлом была большим смущением для Рима.Фото предоставлено Джоанной Борн

Результат

После сокрушительной катастрофы при Каррах военный имидж Рима серьезно пострадал. Нация, которую они считали варварской, уничтожила их. Они убили  Красса и его собственного сына, захватили знамена и увели порабощенных римских пленников далеко на восток. Такой удар по их национальной гордости не мог остаться безнаказанным. Таким образом, в Риме разразились крики о мести Парфии.

Юлий Цезарь, незадолго до своего убийства, планировал войну против Парфии, в то время как десятилетие спустя Марк Антоний начал кампанию против этого восточного народа, хотя и без особого успеха. Оба раза война оправдывалась местью за Красса (Cass. Dio 43.51.1 за Цезаря и Plut. Ant. 34.2 за Марка Антония). В конце концов именно Август, возможно, получил какую-то компенсацию за катастрофическую кампанию. Именно ему удалось восстановить знамёна потерянных легионов с помощью дипломатии. Тем не менее катастрофическая парфянская кампания Красса на долгие столетия останется яркой точкой падения римлян.

Статуя Августа де Прима Порта. На нагруднике изображена передача знамен армии Красса Августу от парфян.Фото предоставлено Xerones
Новая угроза

Что касается самой Парфии, то война с Крассом вызвала постоянные враждебные отношения между ее землями и землями Рима. Вторжения в контролируемую римлянами Сирию и Ближний Восток быстро последовали за уничтожением Красса. Хотя раньше это государство было миролюбивым, теперь оно стало представлять серьезную угрозу восточной границе римского мира. Теперь парфяне станут одним из самых могущественных врагов Рима на следующие несколько столетий; все это проистекает из алчности Красса и критических решений, которые обрекли его кампанию.

Сурена, архитектор поражения Рима, недолго продержался после своей победы. Парфянский царь Ород II теперь считал своего богато украшенного полководца слишком большой угрозой своей власти. Он должным образом казнил Сурену.

Что если?

Но что, если бы Красс «правильно понял»; что, если бы Красс, вместо того чтобы вернуться в свою роскошную зимнюю квартиру в Сирии, двинулся вглубь парфянских земель? Точно так же рассмотрим мир, в котором Красс не направился вглубь суши, а последовал за Евфратом в Вавилон.Если бы Красс избежал любой из этих фундаментальных ошибок, то вполне разумно предположить, что мы не помнили бы эту кампанию как воплощение римского унижения. Вместо этого мы будем помнить это как славное и богатое вознаграждение за эту сверхдержаву.

Если бы Красс не вернулся на зиму в Сирию, он мог бы сразу же закрепиться на вражеской территории очень прочным плацдармом. Как упоминалось выше, потребовалось много времени, чтобы возникло какое-либо значительное парфянское сопротивление; было бы минимальное сопротивление римскому наступлению в стиле «блицкрига». Более того, если бы Красс остался на Евфрате, катастрофы при Каррах никогда бы не случилось. Любое из этих действий привело бы к значительному увеличению шансов Красса на успешное восточное завоевание. Если бы это было так, то выгоды Римской империи были бы экстраординарными. Его восточная граница значительно расширилась, присоединив к себе богатые города, такие как Селевкия и Вавилон. Помимо этих наград, Рим получил бы доступ к прибыльному Персидскому заливу и, кроме того, к Индии.

Часть реконструированных ворот Иштар в Пергамском музее. Эти ворота были главным входом в Вавилон и подчеркивали его чрезвычайное богатство в древности. Фото предоставлено Луисом Вилья дель Кампо.
Красс Великий

Я бы сказал, что после победоносной кампании Красс почти наверняка сравнил бы свои достижения с достижениями печально известного Александра. Если это так, известность, слава, богатство и престиж, которые он приобрел бы, были бы беспрецедентными. Его соперники в Риме просто не могли сравниться с его достижениями. Как утверждает Плутарх, 90 013

каковы были бы их (Цезаря и Помпея) чувства и сколько праздников было бы отпраздновано, если бы Красс прислал из Вавилона известие о победе и оттуда, идя вперед, обратил Мидию и Персию, гирканцев, Сузы и Бактру в римлян Провинции? (Plut. Красс. & Nic. 4.4)

Не будем забывать, что Цезарь победил бесчисленное количество галльских соплеменников и одержал несколько героических побед. Однако сама Галлия была очень отсталой страной по сравнению с Римом.С другой стороны, Красс, если бы он победил парфянские силы, завоевал бы усыпанные драгоценностями города и земли, не имеющие себе равных в истории. Он пойдет по стопам таких известных людей, как Кир, Дарий, Александр, Эвмен и Антигон. Материальные награды за успешную парфянскую кампанию были бы непревзойденными. Красс, новый Александр, кто бы мог подумать? Тем не менее, если бы не его плохое принятие решений, это вполне возможно.

Воздействие на гражданскую войну

Гражданская война Помпея и Цезаря стала одним из решающих моментов в римской истории. Именно эта война стала началом конца Римской республики. Тем не менее успешное возвращение Красса с Востока полностью изменило бы римскую политику. Помните, главной целью Красса было стать самым могущественным человеком в Риме. Таким образом, его амбиции напрямую соперничали с амбициями этих двух других политических гигантов. Что было бы дальше после того, как победоносный Красс вернулся в Рим, остается только гадать. Тем не менее интересно рассмотреть мир, в котором Красс превзошел военные достижения Цезаря в Галлии.Приветствую Красса? Это не совсем то же самое, но вы никогда не знаете.

Заключение

Все помнят сегодняшний парфянский поход Красса как полный провал. Его командира подпитывали амбиции и стремление к личной славе, но у него был гораздо более ограниченный военный опыт, чем у обоих его главных соперников в Риме. Однако интересно предположить, что бы произошло, если бы не две критические ошибки Красса. Если это так, возможно, мы узнали бы о совершенно другом исходе этой амбициозной восточной кампании.

Понравилась статья? Пожалуйста, оставьте лайк! Это всего один клик.

Примечания, ссылки и соответствующая литература

Все взгляды являются моими собственными, если не указаны ссылки.

Подпишитесь ниже!

Плутарх Жизнь Красса здесь

Плутарх: сравнение Красса с Никием здесь

Рассказ Кассия Диона о парфянской кампании Красса: Книга XL. 12-28

Джстор
Каду, Т.Дж., Марк Красс: переоценка, Греция и Рим, Том.3, № 2, 1956, стр. 153-161

Маттерн-Паркс, Сьюзен П., Поражение Красса и справедливая война, Классический мир , Vol. 96, № 4, 2003, стр. 387-296

Симпсон, Аделаида. D., Отъезд Красса в Парфию, Труды и труды Американской филологической ассоциации , Vol. 69, 1938, стр. 532-541.

Автор: Тристан Хьюз


Нравится:

Нравится Загрузка…

Родственные

Что римляне говорили о распятии

СМЕРТЬ В ЗАМЕДЛЕННОЙ СЪЕМКЕ. Чтобы умереть на кресте, может потребоваться несколько дней. Поэтому римляне в спешке выбивали фарш из осужденных душ, а когда надо, ломали ноги. Пострадавшим приходилось отжиматься, чтобы выдохнуть. Это трудно сделать с двумя сломанными ногами, прибитыми к дереву. Картина Федора Бронникова.

БИБЛИЯ — не единственная книга, в которой рассказывается о том, каким ужасным было распятие. Римские очевидцы писали об увиденном

  • «Его хлестали до тех пор, пока не показались кости.
    —Иосиф Флавий (37-100 гг. н.э.), Иудейские войны, 6.5.3
  • «Каждый преступник, идущий на казнь, должен носить на спине свой крест».
    — Плутарх (46—около 120 гг. н. э.), Сера, 554
  • «Шестнадцать мужчин. . . . были выставлены напоказ, скованные за ноги и за шею, каждый нес свой крест. Палачи добавили к наказанию это мрачное публичное зрелище как дополнительный сдерживающий фактор для любого, кто думает о совершении того же преступления».
    — Харитон (ок. 25 г. до н. э. — 50 г. н. э.), Херей и Каллироя, 4.2,7
  • «Некоторые подвешивают своих жертв вниз головой. Некоторые протыкают их через интимные места. Другие протягивают руки к раздвоенным шестам».
    — Сенека (ок. 4 г. до н. э. — 65 г. н. э.), Марсии в утешение, 20.3
  • «Есть ли такой человек, который действительно предпочел бы чахнуть от боли на кресте — умирать конечность за конечностью по капле крови — вместо того, чтобы умереть быстро? Захочет ли кто-нибудь из людей быть привязанным к этому проклятому дереву, особенно после побоев, которые сделали его смертельно слабым, изуродованным, распухшим от ужасных рубцов на плечах и груди и изо всех сил пытающимся сделать последний, мучительный вдох? Любой, кто столкнулся бы с такой смертью, скорее умолял бы умереть, чем взойти на крест.
    — Сенека, (ок. 4 г. до н. э. — 65 г. н. э.), Epistulaemorales (Моральные письма), 101.14
  • «Надежные свидетели. . . . видел, как человека тащили на крест, крича, что он римский гражданин. А вы, Веррес, подтверждаете, что он кричал, что он римский гражданин, и тем не менее вы отправили его на самую жестокую и позорную смерть!
    — Цицерон, Против Верреса, 70 г. до н.э., 2.5.64
  • «Каждый день римские солдаты ловили 500 и более евреев. . . . Солдаты, движимые ненавистью к евреям, пригвоздили их к крестам.Они прибивали их в самых разных положениях, чтобы развлечь себя и напугать евреев, наблюдающих за этим зрелищем изнутри обнесенного стеной города Иерусалима. Со временем у солдат закончились дрова для крестов и место для крестов, даже если бы они нашли больше дров».
    — Иосиф Флавий (37–100 гг. н. э.), Иудейские войны, 5.11.1

Подробнее о распятии см. в разделе «Понимание Иисуса». Или погуглите иллюстрированную версию, которая, к сожалению, сейчас не издается: Библейский Иисус.

Случайный победитель книги на этой неделе

Эми Кейн.

Я раздаю одну бесплатную книгу в неделю случайно выбранному подписчику моего бесплатного блога и ежеквартального информационного бюллетеня.

Эми выбирается случайным образом на этой неделе.

Библейский портал Blogger Grid

Crass поделились ранее неизвестным треком и объявили о масштабных переизданиях

Анархистская панк-группа Crass поделилась ранее не звучавшей версией «Sheep Farming In The Falklands» — вы можете послушать ее ниже.

Группа также объявила о полном переиздании всех своих альбомов в сборнике под названием The Crassical Collection.

Новый сборник, выпущенный 2 октября на лейбле One Little Independent Records, также будет включать дополнительные неизданные бонус-треки и новые работы от давнего соавтора Джи Воше. Другими включениями будут новые раскладывающиеся плакаты и новый 60-страничный буклет с линейными заметками и текстами песен.

Вы можете послушать ранее неизвестную версию «Sheep Farming In The Falklands» здесь:

Говоря об этой версии песни, основательница Пенни Рембо сказала: «Ранее не издававшаяся версия «Sheep Farming in the Falklands», написанная и выпущенная через некоторое время после прекращения боевых действий», ссылаясь на известные аргументы группы.

«Первый слушатель, который пришлет нам текст полностью, будет щедро вознагражден. Я пытался, но, несмотря на то, что написал их, я все еще не могу понять их слово в слово».

Каждый из первых шести альбомов группы: «Stations of the Crass», «Feeding of the Five Thousand (The Second Sitting)», «Penis Envy», «Christ — The Album», «Yes Sir, I Will» и «Ten Notes on a Summer’s Day» будет переиздан на двух компакт-дисках.

Первый компакт-диск будет содержать оригинальный альбом, ремастированный в студии Abbey Road Алексом Гордоном и Пенни Рембо.

Согласно заявлению, второй диск будет содержать «смесь редких и обновленных студийных записей».

Их седьмой и последний полноформатный альбом 1986 года, сборник «Best Before 1984», был переработан с добавлением новых раритетов. Он также является частью коллекции и будет включать в себя пять постеров и 52-страничный сопроводительный буклет.

Рембо добавил: «Номер семь — тот, что чуть не ушел. Этот последний двойной компакт-диск Crassical Collection содержит оригинальный альбом, а также дополнительный материал, связанный с альбомом; хороший, плохой и равнодушный.

«Половина группы хочет его выпустить, а другая половина хотела, но эй, вот оно во всей красе».

В предыдущем материале о группе NME сказал: «До Crass, какими бы искренними и искренними ни были такие группы, как The Clash, это была просто поза. Политика была чем-то, что можно было взять и подавить, когда это устраивало группы.

«Хотя Красс ходил пешком… Они сказали, что любой может записать свой собственный альбом, заказать свои концерты. Они взяли замечательные вещи, зародившиеся в 60-х — политические идеалы гендерного равенства, прав животных, коллективизма и защиты окружающей среды — и применили их к панку.

.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.