Истории вов: Истории трех девушек, воевавших в Великой Отечественной Войне

Содержание

Бессмертный полк - Москва

Главная цель патриотической акции «Бессмертный полк» - сохранение в каждой российской семье памяти о солдатах Великой Отечественной войны.

Мы призываем всех, кому дорога память о ваших фронтовиках-победителях, рассказать о своем ветеране, о дорогом для вас человеке.

Свои воспоминания или воспоминания родителей, родственников вам необходимо отнести в центр государственных услуг «Мои документы» по адресу: Москва, ул. Полярная, 2. При желании вам из маленькой фотографии сделают большой портрет ветерана, с которым вы 9 мая примите участие в шествии Бессмертного полка.

На 30.04.2015 в летопись полка по району Южное Медведково записано  1145 ветеранов, и 756 чел. выразили свое желание принять участие в шествии.

Всем, кому дорога память о фронтовиках-победителях, давайте сформируем этот полк.


Видеоролики с участием В.С.Ланового 

- Бессмертный полк

- Сбор полка

- Победный строй

- Приди на построение Бессмертного полка


Видеоролики "Я пойду" (телеканал "Москва 24")

- Промо "Я пойду"

- Александр Жуков

- Вячеслав Фетисов

- Игорь Бутман


Видеоролики "Бессмертный полк" 

- Алексей Кортнев


- Александр Шаталов -


- Михаил Зеленский -


- Валерий Сюткин 


"Присвоить себе Победу": зачем России еще один закон о памяти Великой Отечественной войны

  • Анастасия Лотарева
  • Би-би-си

Автор фото, Valery Sharifulin/TASS

В Госдуме предлагают законодательно запретить отождествление роли СССР и нацистской Германии во Второй мировой войне. Создатели законопроекта говорят, что разработали его в исполнение поручения президента России Владимира Путина. Русская служба Би-би-си поговорила о новых поправках с историками.

"Оскорбление, острое как ожог"

5 мая 2021 года депутаты Госдумы от "Единой России" Елена Ямпольская и Александр Жуков, а также сенатор Алексей Пушков внесли на рассмотрение поправки в закон "Об увековечении Победы советского народа в Великой Отечественной войне 1941-1945 годов". Закон был принят к пятидесятилетнему юбилею Победы в 1995 году и в дальнейшем многократно дополнялся.

Законодатели предлагают запретить в публичных выступлениях "отождествлять цели, решения и действия руководства СССР, командования и военнослужащих СССР с целями, решениями и действиями руководства нацистской Германии (…), отрицание решающей роли советского народа в разгроме нацистской Германии и гуманитарной миссии Союза ССР при освобождении стран Европы".

В пояснительной записке авторы подчеркивают, что "в последнее время в средствах массовой информации, в том числе, к сожалению, российских, регулярно публикуются и передаются в эфир бездоказательные обобщающие уничижительные высказывания, отождествляющие цели, решения и действия во время Великой Отечественной войны руководства (…) СССР с целями, решениями и действиями руководства (…) нацистской Германии".

Целью поправок они обозначают "поставить законодательный заслон явным оскорблениям в адрес наших дедов и прадедов, омерзительным спекуляциям на нашей Победе, не дать заработать политического капитала на охаивании наших предков, сохранив при этом пространство для исторических изысканий, научных дискуссий".

Елена Ямпольская поблагодарила Владимира Путина, "который услышал и в целом поддержал высказанную мною на совете по культуре и искусству идею".

"Одобрение президента было для меня сколь важным, столь и понятным", - написала депутат.

Она призналась, что для нее "последней каплей" послужили книги популярного американского блогера, переведенные и выпущенные в России, где были утверждения о том, что "на долю поляков выпало немало бедствий: изнасилования и убийства, сначала нацистами, потом советскими солдатами". "Я испытала чувство оскорбления, острое, как ожог!" - уверяет Ямпольская.

Она не называет конкретные книги, но "Коммерсант" пришел к выводу, что речь идет о работе специалиста по саморазвитию Марка Мэнсона "Тонкое искусство пофигизма". Полностью цитата звучит так: "В 1950-е гг. польский психолог Казимир Дабровский изучал людей, переживших Вторую мировую войну: как они справились со своей травмой. На долю поляков выпало немало бедствий: люди пережили или видели массовый голод, сильные бомбежки, холокост, пытки военнопленных, изнасилования и/или убийства близких (сначала нацистами, затем через несколько лет советскими солдатами)".

"Государство не остается в стороне"

Военный историк Владимир Кикнадзе, член-корреспондент РАРАН (Российская академия ракетных и артиллерийских наук), член научного совета Российского военно-исторического общества (РВИО) считает, что основной причиной появления законопроекта стала резолюция Европарламента "О важности сохранения исторической памяти для будущего Европы", принятая в сентябре 2020 года. Ее создатели, напоминая о том, что преступления нацизма были осуждены Нюрнбергским трибуналом, призывают к моральной оценке и правовому расследованию преступлений сталинизма и других диктаторских режимов, отмечая, что в ряде стран Европейского союза коммунистическая идеология запрещена так же, как и нацистская.

"Нас уже носом тыкали в постановление 1989 года, мол что вы занимаетесь фальсификациями! Вот руководство СССР все признало! Российскому обществу было рекомендовано дословно смириться с его трагическим прошлым и, безусловно, российское общество делать это не собирается, потому что наше прошлое не трагическое!" - возмущается в разговоре с Би-би-си Кикнадзе.

Он имеет в виду постановление Съезда народных депутатов СССР от 24 декабря 1989 года, которым осуждался договор о ненападении, заключенный СССР и Германией в августе 1939 года (более известный как "пакт Молотова-Риббентропа").

Кикнадзе принимал участие в разработке законопроекта, в мае 2020 года внесенного депутатом Госдумы Алексеем Журавлевым, который предлагает отменить это постановление. Этот законопроект Госдума пока не рассматривала.

Помимо внешних факторов, Кикнадзе приводит в пример публикации на сайте "Эха Москвы" Игоря Чубайса, Николая Сванидзе и академика РАН Юрия Пивоварова. В них, по мнению Кикнадзе, указывается ответственность СССР и отождествляется роль Советского Союза и Германии в ВОВ.

Автор фото, Sergei Bobylev/TASS

На вопрос, почему нельзя решать смысловые вопросы в поле исторической дискуссии, Кикнадзе отвечает: "Конечно, историки этим занимаются, но это же не значит, что государство должно оставаться в стороне. Пивоваров пусть публикует свои статьи в рецензируемом научном издании - и тогда его статья пройдет соответствующую экспертную оценку, будут указаны направления доработки. Научная дискуссия - пожалуйста, но не там, где неподготовленная аудитория готова поглощать все, что ей скажут".

Кикнадзе говорит, что российский народ поддержал поправки в Конституцию, в том числе и поправку о защите памяти Победы, а следовательно "российское государство должно принимать меры". По его словам, речь идет не только о запретительных мерах. Он упоминает сказанное Путиным в послании Федеральному собранию - коррекция учебников истории, выделение денег на обновление библиотек, перезапуск патриотического общества "Знание".

Сам академик Пивоваров писал: "Немного зная ситуацию в современной российской социогуманитарной науке, могу сказать: быть сегодня верным "исторической правде" - это соответствовать очередному указанию из Кремля и по поручению оттуда менять позицию. Диалектика! Главное: угадывать, что от тебя хотят услышать. Назвать 1930-е годы "сталинской модернизацией" - значит, хранить верность "исторической правде", а эпохой тотального террора (например) - попасть в фальсификаторы".

"Присвоить себе Победу"

На кафедре истории России XX-XXI вв. исторического факультета МГУ им. М.В. Ломоносова комментировать поправки не готовы. Старший преподаватель и кандидат исторических наук, в чью область научных интересов входит и изучение Второй мировой войны, Александр Вершинин говорит, что ему пока сложно сформулировать мнение: "Это все-таки политика, а не история".

О том, что такие поправки - вопрос политический, говорит и Алексей Исаев, военный историк и кандидат исторических наук, автор множества книг по истории ВОВ, в том числе и бестселлера "Антисуворов", разбирающего работы писателя Виктора Суворова (Резуна). В девяностых годах Резун получил широкую известность в области ревизионизма (коренного пересмотра сложившихся в какой-либо области исторических концепций) именно событий времен Великой Отечественной войны.

"Я даже не представляю, как эти поправки будут работать, - говорит Исаев. - Что является "отрицанием", что нет - как определить? Зачем принимается этот закон и кто его целевая аудитория - тоже неясно".

Ведущий научный сотрудник Юго-Западного государственного университета и военный историк Валерий Замулин говорит: "Ну ведь это не вопрос исторической дискуссии, да и к исторической науке [он] отношения не имеет. О чем тут спорить, о том, что СССР и советский народ разгромили нацизм? Так это очевидный факт. Все остальное к историкам отношения не имеет, это политика".

Он отдельно подчеркивает: "Если кто-то забыл, армия какого государства разгромила нацисткую Германию и освободила Восточную Европу, то пусть вспомнят, чей флаг был водружен над Рейхстагом в мае 1945 года".

Профессор Шеффилдского университета Евгений Добренко, один из наиболее авторитетных исследователей сталинского периода, возглавляющий кафедру славянских исследований, сказал Би-би-си, что к законопроекту нужно подходить не с точки зрения "проблем историков с исследованиями".

"Это очевидные вещи, - рассуждает профессор. - Гораздо интереснее взглянуть на тактику режима по созданию того, что называется "полезное прошлое". Переработка истории всегда имеет две функции - мобилизационную и легитимирующую. Первой тут, конечно, нет - потому что этот режим к Победе не имеет никакого отношения. При Брежневе, когда была похожая риторика, руководители прошли войну и руководили поколением, той войной сформированным".

"А вот легитимизирующая цель очевидна - у этого режима отсутствует история. Вроде бы он родился из ненавистных девяностых, но с этим периодом себя идентифицировать не хочет. Буквально "некуда прислониться" - революция это разрушение государства, со сталинской эпохой - ну кто в здравом уме захочет ассоциироваться со сталинскими репрессиями? Оттепель - тоже не то, "застой" - ну как-то неловко, что остается? Только присвоить себе Победу", - говорит Добренко.

Автор фото, Mikhail Tereshchenko/TASS

Профессор считает, что имеет место попытка "криминализировать то, что не поддается криминализации". "Как можно сравнивать и отождествлять цели? Как это оценивать? Они довольно аккуратны в формулировках, надо сказать, речь идет именно о целях, а не о том, что нельзя сравнивать сталинизм и нацизм", - говорит Добренко.

Елена Ямпольская говорит, что поправки предполагают не уголовную, а административную ответственность. Уголовную ответственность предполагает статья 354.1 УК РФ о реабилитации нацизма. Генеральная прокуратура отмечала, что за три года число преступлений по этой статье выросло в два с половиной раза - если в 2018 году их было 16, то в 2020 году - уже сорок.

Одним из последних таких дел в 2021 году стало признание жителя города Амурска виновным в реабилитации нацизма. За "размещение в соцсети информации, которая отрицала факты, установленные приговором Международного военного трибунала", а также за то, что "распространил ложные сведения о деятельности СССР в годы Второй мировой войны", 56-летнего мужчину приговорили к 1 году и 2 месяцам колонии строгого режима.

При участии Андрея Захарова

Очерки истории Великой Отечественной войны, 1941-1945

- Любой -АбаканАбатскоеАвтополигонАганАгаповкаАгидельАгиришАзиатская, п.АккоАксаркаАкъярАлейскАлександров ГайАлтайскоеАлупкаАлябьевский (Ханты-Мансийский автономный округ - Югра)АнадырьАндреевка (Республика Башкортостан)Анжеро-Судженск (Кемеровская область)АнкараАнниноАпатитыАрадАрамильАрзамасАриэльАрлюк, п.ст.АрмавирАрмизонскоеАромашевоАрсеньевАрхангельскАсиноАскаровоАскиноАстраханьАфулаАчинскАшаАшдодАшкелонБ. СорокиноБаево, с.БайкаловоБаймакБака-аль-ГарбияБакалыБакуБалаковоБалашихаБанниковоБаня-ЛукаБаранчинскийБарнаулБарселонаБарсовоБат-ЯмБатайскБейт-ШеанБейт-ШемешБейтар-ИлитБелгородБелградБелебейБелозерскоеБелоозерскийБелорецкБелоярскБелоярскийБелоярский, пгтБелый ЯрБердюжьеБерезово, пгт.БерезовскийБерезовский (Свердловская область)БеркутБерлинБеэр-ШеваБигилаБийскБикинБиробиджанБирскБишкекБлаговещенскБней-БракБобровоБогандинскийБогдановичБогородскоеБокситогорскБолгарБолчары, с.БольшевикБольшеустьикинскоеБольшое СорокиноБорБорисовка, с.БоркиБоровинкаБоровскийБоровскоеБородиноБратскБредыБрестБронницыБрянскБудапештБуланашБураевоБухарестВагайВалдайВаргашиВаршаваВаховскВашингтонВеликие ЛукиВеликий НовгородВенаВереяВерхнеказымский, п.ВерхнеуральскВерхнеяркеевоВерхние ТатышлыВерхний УфалейВерхняя Пышма (Свердловская область)ВерхотурьеВидноеВикуловоВинзилиВиноградовскийВифлеемВладивостокВладикавказВладимирВолгоградВолгодонскВолжскийВологдаВолховВолчанск (Свердловская область)ВольскВоронежВоскресенскВыборгВысоковскВьентьянГаджиевоГатчинаГвардейское, пгтГеоргиевскГерцлияГиват-ШмуэльГиватаимГлазовГолицыноГолышмановоГомельГорки-2Горно-АлтайскГорноправдинскГороденкаГоршковоГорьковкаГорюновоГрозныйГрэсГубкинскийГурзуфГурьевскДавлекановоДагомысДалматовоДачное (Республика Татарстан)ДегтярскДеденево, пос.Демьянка (Тюменская область)ДиксонДимонаДмитровДнепрДобринкаДолгодеревенскоеДолгопрудныйДомодедовоДрезденДроноваДубнаДубровкаДудинкаДушанбеЕгорьевскЕкатеринбургЕлабугаЕлыкаево, с.ЕльцовкаЕманжелинскЕмбаевоЕрмолиноЕршовЕткульЖелезногорскЖуковскийЖуравлево (Кемеровская область)ЗаводоуковскЗавьяловоЗайцева речка, сп. (Ханты-Мансийский автономный округ - Югра)ЗалесовоЗаполярный (Мурманская область)ЗаречныйЗаринскЗвёздный городокЗеленоборскЗлатоустЗмеиногорскЗнаменскоеИвановкаИвановоИгаркаИглиноИгримИерусалимИжевскИзлучинскИкшаИланскийИнтаИрбитИркутскИсетскоеИскаИстраИсянгуловоИсянгуловоИшимИшимбайЙехуд-МоноссонЙокнеамЙошкар-ОлаКазанскоеКазаньКазымКалансуаКалач-на-ДонуКалининградКалтанКалтасыКалугаКамаКаменск-УральскийКаменск-ШахтинскийКамень-на-ОбиКамышинКанашево, с.КанскКарабашКарагандаКарасукКаркатеевыКармаскалыКармиэльКарпинскКарталыКасимовКаскараКаслиКатав-ИвановскКафр-КасемКашиноКемеровоКерчьКетовоКиевКизильскоеКиргиз-МиякиКириши (Ленинградская область)КировКировскКирьят-АтаКирьят-БяликКирьят-ГатКирьят-МалахиКирьят-МоцкинКирьят-ОноКирьят-ШмонаКирьят-ЯмКиселевск (Кемеровская область)КичигиноКишинёвКлепиково, с.КлинКогалымКолесниковоКоломнаКолпашевоКоммунистическийКомратКомсомольск-на-АмуреКомсомольскийКондинскоеКонстантиново (Рязанская область)КопейскКоркиноКоролёвКоряжмаКостанайКостромаКотельникиКотовскКрасная ГоркаКрасноармейскКрасногорскКраснодарКраснознаменскКраснообскКраснотурьинскКрасноуральскКрасноярскКриулино (Свердловская область)КронштадтКуала-ЛумпурКузнецкКуйбышевскКулундаКумертауКуминскийКунашакКурганКурсавкаКурскКуртамышКурчатовКусаКушваКфар-СаваКызылКыштымКяхтаЛабытнангиЛангепасЛарёвоЛебедевкаЛебяжьеЛевашовоЛенино, пгтЛенинск-КузнецкийЛермонтово, с.Лесниково, с.Леуши, п.ЛипецкЛобняЛодЛодейное ПолеЛомоносовЛондонЛосино-ПетровскийЛотошиноЛугаЛуговойЛуговскойЛунино, р.п.ЛуховицыЛыткариноЛыхма (Ханты-Мансийский автономный округ - Югра)ЛюбаньЛюблянаЛянторЛяховоМаале-АдумимМаалот-ТаршихаМагаданМагасМагнитогорскМадридМайкопМалеевка (Московская область)Малиновка, п.Малиновский (Ханты-Мансийский автономный округ - Югра)МалоязМалый Атлым, с.МалышеваМаранка, с.МарфиноМаслянскийМахачкалаМашковоМегионМедыньМеждуреченскМеждуреченскийМелеузМесягутовоМиассМиасскоеМигдаль-ха-ЭмекМизоновоМинскМинусинскМихайловкаМичуринскМодиин-ИлитМодиин-Маккабим-РеутМожайскМолодежный (Московская область)МолочныйМончегорскМорткаМоскваМосковскийМосрентгенМошковоМраковоМужиМундыбаш, пгт.МуравленкоМуриковоМурманскМытищиМюнхенНабережные ЧелныНавашиноНагарияНадымНазаретНальчикНаро-ФоминскНаровчатка, п.Нарьян-МарНацрат-ИллитНекрасовскийНелидовоНемчиновкаНесвижНетанияНетивотНефтекамскНефтеюганскНешерНижневартовскНижний НовгородНижний ТагилНижняя СалдаНижняя ТавдаНикель (Мурманская область)Николаевка, д.Николо-БерезовкаНовая заимкаНовичиха (Алтайский край)НовоаганскНовоалександровкаНовоалтайскНовоаннинскийНовобелокатайНовоегорьевскоеНовокузнецкНоволыбаевоНоворомановоНовоселезневоНовосибирскНовосиньково (Московская область)НовотарманскийНовоуральскНовочеркасскНовый ПутьНовый УренгойНогинскНоябрьскНур-СултанНяганьНязепетровскОбнинскОзерскОзёрыОктябрьскийОктябрьское, Ханты-Мансийский автономный округОктябрьское, Челябинская областьОкуловкаОкунёвоОленегорскОльховкаОмскОмутинскоеОнохиноОпочкаОр-АкиваОр-ЙехудаОрджоникидзевскоеОрелОренбургОрехово-ЗуевоОрловкаОсинникиОстровОфакимОхтеурье, сп.ОчёрПавловскПадунПекинПензаПервоуральскПересветПермьПершиноПетергофПетровское (Московская область)ПетрозаводскПетропавлоск-КамчатскийПечорыПионерскийПластПлатоновкаПлесПлотниково (Кемеровская область)ПодольскПодосинки, пос.ПойковскийПокачиПоловинкаПолярныйПорховПоселки, с.посёлок Совхоза Будённовец (Дмитровский городской округ, Московская область)ПочинокПрагаПреображенскаяПрииртышскийПриобье, гп.ПриозерскПриполярный (Ханты-Мансийский автономный округ - Югра)ПротвиноПрохоровкаПсковПуровскПуршевоПушкинПушкиноПущиноПыть-ЯхПышма, пгтПятковоРаананаРадужныйРаевскийРамат-ГанРамат-ха-ШаронРаменскоеРамлаРассветРахатРебриха, с.РевдаРегенсбургРежРеутовРеховотРимРишон-ле-ЦионРовноРогачевоРостов-на-ДонуРош-ха-АинРошальРощинскийРубцовскРузаРузаевкаРусскийРыбинскРыбное, пос.РязаньСакиСалаватСалехардСалымСамараСанкт-ПетербургСаранскСаратовСаткаСахнинСаянскСвободный, п.СдеротСевастопольСеверо-Енисейский (Красноярский край)СеверодвинскСевероморскСевероуральскСеверск (Томская область)СелятиноСергиев ПосадСергиноСеребряные ПрудыСередаСеровСерпуховСестрорецкСетовоСеулСибайСибирскийСимферопольСингапай, сп.Синий БорСитне-ЩелкановоСкалистый (Челябинская область)СкопинСлавгородСладковоСланцыСмирных (Сахалинская область)СмоленскСнежинскСнежногорскСоветскийСолнечногорскСолнечныйСолонешноеСорумСосновкаСофияСочиСпас-ЗаулокСредняя АхтубаСтавропольСтарая ЗаимкаСтарая ЛадогаСтароалейскоеСтаробалтачевоСтарокуктовоСтерлитамакСтрежевойСтрехниноСтуденческий, п.СтупиноСузунСургутСухой ЛогСызраньСыктывкарСысертьТабуныТаежный (Ханты-Мансийский автономный округ - Югра)ТазовскийТайбеТайгаТалдомТалинка (Ханты-Мансийский автономный округ - Югра)ТалицаТамбовТамраТарасковоТарко-СалеТашкентТверияТверьТель-АвивТимоново (поселок)ТираТираспольТират-КармельТихвинТоболовоТобольскТолбазыТомскТопкиТосноТрёхгорныйТроицкТроицкий (Белгородская область)Троицкое, с.ТуапсеТуймазыТулаТуринск (Свердловская область)ТуртасТюменьУватУвельскийУгловское, с.УйскоеУлан-БаторУлан-УдэУльт-ЯгунУльяновскУмм-эль-ФахмУнъюганУпоровоУрайУральскУренгойУрюпинскУсовоУспенкаУсть-КалманкаУсть-КатавУсть-КачкаУсть-Кокса, с.Усть-Кяхта, с.УфаУчалыУчкекенУшья, д.Уяр (Красноярский край)Федино (Московская область)ФедоровкаФедурновоФеодосияФершампенуаз, с.ФроловоХабаровскХабарыХадераХайфаХанойХанты-МансийскХанымейХарсаим, с.ХельсинкиХимкиХод-ха-ШаронХолонХомутининоХотьковоЦелина, п.ЦелинныйЦфатЧайковскогоЧандигархЧаныЧастоозерье (Курганская область)ЧебаркульЧебоксарыЧекмагушЧелябинскЧервишевоЧеремшанка, с.ЧереповецЧеркесскЧерноголовкаЧерноморскоеЧерняховск (Калининградская область)ЧесмаЧеховЧистопольЧитаЧишмыШадринскШаляШамары, п. Шаран (Республика Башкортостан)ШатураШаховскаяШацкШевляковоШефарамШипицино, пгтШугур, д.ШумихаШурупинскоеШушарыЩёлковоЩучьеЭйлатЭлектростальЭлистаЭльадЮганская Обь, сп.ЮгорскЮграЮжно-СахалинскЮжноуральскЮргинский, п.ЮргинскоеЯвнеЯгодный, п.ЯзыковоЯкутскЯлтаЯлуторовскЯнаулЯрЯр-СалеЯренск, с.ЯрковоЯрославльЯхромаЯя

о чём вспоминают ветераны войны, глядя на свои награды — РТ на русском

Ночи в окопах, сухари, консервы, водка, контузии, ранения, смерть товарищей, мужество, долг — в чём-то истории участников Великой Отечественной войны очень похожи одна на другую. Все они прошли через самое страшное и остались живы. Кроме воспоминаний у ветеранов остались ордена и медали, и за каждой наградой — своя история и свои герои. В преддверии Дня Победы корреспондент RBTH попросил двух участников войны рассказать, о чём они вспоминают, глядя на свои медали.

Михаил Яковлевич Булошников, 95 лет

— Я родился в Москве, в 21 год ушёл на фронт. 900 дней в блокадном Ленинграде. Прошло всего два с половиной месяца после начала войны, а фашистские войска вступили на территорию Ленинградской области. Немцы не столько наступали, сколько просто сжали мёртвой хваткой Ленинград, брали его измором. Фашистские руководители считали, что город падёт к их ногам перезревшим плодом: запасов в Ленинграде на три года блокады не было предусмотрено, ничего не хватало. Перед войной в городе жило около 4 млн горожан, многие эвакуировались, но многие не успели.

Наша задача была — прорывать блокаду. Наиболее уязвимым местом, где стоило это делать, был так называемый Невский плацдарм, или Невский пятачок. Это короткий отрезок земли на вражеской стороне, левый берег Невы. Мы делали переправу на этот берег. Только как подобраться к кромке воды? Пройти нужно было всего 17 км, но по торфяному грунту. Настоящее болото. Стоило воткнуть сапёрную лопатку, чтобы сделать окоп, как на этом месте появлялась вода. Тяжёлая техника не могла тут двигаться. А переправлять надо было на железных лодках — понтонах. Весят они по полторы тонны. Их грузили на машины и кое-как ехали по бездорожью к самому урезу воды, пытаясь соблюдать маскировочную тишину, хотя на самом деле, когда машина двигалась, — это было как бой в набат.

Делали мы это только ночью. В светлое время по понтонам били прицельно. Но и ночью это была просто страшная картина. На той стороне немцы запускали осветительные ракеты. Они падали медленно, такой мертвящий свет. Вода кипела от осколков мин и снарядов. Туда отвозили людей, обратно — ни раненых, ни убитых не отдавали. Вот что такое переправа.

  • Михаил Яковлевич Булошников, 95 лет
  • © Maria Ionova-Gribina

Самая дорогая мне награда — это медаль «За боевые заслуги». Я получил её в начале 1942 года — моя первая медаль, дали с формулировкой «за мужество, проявленное при защите государственных границ». Об этом писали во фронтовой газете, я на радостях послал вырезку родителям. Позже был награждён медалью «За оборону Ленинграда».

Орден Красной Звезды я получал перед строем в том же 1942 году. Иногда его давали за выполнение очень трудного задания, иногда — за проявленную стойкость находящихся под обстрелом. Дело в том, что большая часть наград — это так называемые юбилейные медали. Сорокалетие, пятидесятилетие... их штамповали всем участникам войны. Недавно мне прислали такие — «За прорыв блокады Ленинграда» и «За снятие блокады».

Отдельно вручали за каждую взятую столицу. После Ленинграда мы зашли в Таллин, а оттуда через Белоруссию и Украину — на территорию Румынии. Затем была Венгрия, Будапешт. Нас боялись, думали, что русские солдаты грабят и убивают.

Когда мы зашли в Пешт, что по восточную сторону реки Дунай, мы жили в домах у гражданских. Там была женщина, она плакала. Свою 16-летнюю дочь Шарлотту она отправила к дяде в Буду, на другой берег. Ведь знала, что русские зайдут сначала в Пешт. «Теперь я слышу: в Буде голод, режут павших коней», — говорила она.

  • Танк на нашем берегу. Нева в блокаду, 1942 год
  • © Maria Ionova-Gribina

Мосты были взорваны, нам предстояло форсировать Дунай, и я предложил найти эту девочку и вернуть матери. И я нашёл. У этого мужчины на сохранении было ещё шестеро детей, кормить их было уже нечем. Девчонка выходит худая, зелёная вся, с рюкзаком за плечами и очень боязливая. Солдаты смеялись надо мной, говорили, что везу скелет. Всю дорогу она молилась, говорила: «Боже мой, Боже мой». Они кричали от радости, когда встретились. А мне надо было уехать, я посигналил — и всё.

Честно говоря, награды меня мало интересовали. Мне нравилось служить, я был молод и немножко авантюрного плана человек. Мне нравился риск. С удовольствием ходил в разведку, если посылали. Нас всех куда больше воодушевляло то, что мы находимся на самом острие этой борьбы.

Валентин Сергеевич Бармин, 90 лет

— Я был самым младшим в своей роте. 18 лет мне исполнилось 14 января 1945 года — ровно в тот день, когда  все войска Белорусского фронта пошли в наступление. Помню, как взвыли «катюши». Мы тогда все жили в землянках: выкапывали большую яму, клали дерево, потом засыпали землёй. Часто там внизу была вода, прямо под твоими нарами. Но это ещё ничего.

Мой капитан взял надо мной шефство, вёл себя по-отечески. Он говорил мне: «Валька, война — это очень тяжёлая штука. На войне убивают, мы все обречены. Или калечат, или попадают в плен. Но лучше умереть, чем попасть в плен. И ты должен знать, что, если ты боишься смерти и побежишь от неё, — она тебя настигнет. Поэтому смерти надо смотреть в глаза, и, может быть, она от тебя отвернётся».

  • Валентин Сергеевич Бармин, 90 лет
  • © Maria Ionova-Gribina

Я эту формулу хорошо запомнил, и она меня спасла. Мы зашли в Восточную Пруссию, там в основном только города и бюргерские имения, крупных сельских пунктов нет. Гражданское население из Восточной Пруссии было всё эвакуировано в Центральную Германию. А эти имения были уже заранее приготовлены к обороне. Они из камня или кирпича, а в цоколе — амбразура, и сидят немецкие солдаты. Там мы наткнулись на мощную оборону, слишком много было раненых и убитых. Извозчика далеко отбросило, оторвало часть ступни. Был ранен командир. И я метался между ними, делал перевязки, выпал из реальности на время. А когда очнулся — смотрю, никого нет, все ушли вперёд и вправо. А на меня движется немецкая цепь из 12—15 человек. Между нами 50 метров. Я думал, что точно умру. Но должен унести с собой кого-то. Это тоже важно — не зря погибнуть.

Там был камень, я спрятался за ним. Маленьким всегда был. В автомате 32 патрона, за спиной две гранаты. Я всегда отлично стрелял, после окончания школы в военном лагере выбивал из мелкокалиберной винтовки 29 из 30. И я решил стрелять одиночными выстрелами, перезарядить бы всё равно не успел. Они начали падать, всё затихло. А затем я услышал шелест кустов. Ещё двое там были, пробирались ко мне. Тут я дал очередь и потерял сознание. Меня нашли наши бойцы, пытались поговорить. А меня трясет всего, я не верю, что живой, сказать ничего не могу. В ногу попали, полный сапог крови, но я и этого не чувствую. «Геройский парень», — сказали. За это мне потом была награда — Орден Великой Отечественной войны первой степени. Его давали только тем, кто был контужен или ранен в бою.

Но тогда я о другом думал. Тогда я думал, что не смерть самое страшное, а то, что меня не найдут, что вдруг подумают, что я специально отстал, что я дезертир. Убить могут каждого, но солдат-трус или дезертир — это могло стать приговором для родственников. У меня мама была и две сестрёнки. Отец тоже воевал и погиб под Ленинградом, когда прорывал блокаду. Похоронка пришла в январе 1942 года.

  • Михаил с фронтовыми подругами Галей и Зиной перед их демобилизацией, 1945 год
  • © Maria Ionova-Gribina

Мы брали Кёнигсберг, я был там всего день. Помню ров, заполненный водой, укрепления, башни и очень разрушенный город. Это было за месяц до окончания войны. А затем была встреча с американцами на Эльбе. Мы все в драных сапогах, немытые, руководство решило нас не показывать. Только очень хорошо накормило тушёнкой. Для нас это был деликатес, её американцы по ленд-лизу отправляли. Как потом оказалось, сами они её не ели. Вместо нас туда пошли только что присланные, чистенькие, при параде. Завидно было, но что поделаешь.

После Эльбы из Берлина мы возвращались домой пешком. Мы шли 2340 км обратного пути, всё лето 1945 года. У немцев деревья высажены к дорогам очень близко, когда идешь — как в зелёном тоннеле. А было лето, всё цвело. И мы шли сквозь этот тоннель победителями. Некоторым уже не к кому было возвращаться, и, произнося торжественную речь, после слов: «Товарищи, война окончена, мы победили», они начинали плакать. А я продолжал вырывать окопчик, в нём спал и каждое утро всё это лето просыпался в растерянности, с мыслью: «Где я? Может быть, в плену?»

Материал подготовлен специально для Russia Beyond The Headlines — проекта, который рассказывает иностранцам о России. Оригинал текста опубликован здесь.

"Противостоять попыткам переписать историю можно только аргументированной правдой"

Сегодня в ряде европейских стран ужесточились нападки на итоги Второй мировой войны. Ряд фальсификаторов выполняют политический заказ определенных реваншистских сил на искажение истории и нивелирование роли советского народа в победе над фашизмом. Особенно цинично и нагло звучат высказывания отдельных политиков в преддверии 75-летия Победы.

Удивляет, что чем абсурднее измышления, тем они быстрее находят свою нишу в общественном сознании ряда стран, и даже, приобретают официальное звучание. Так, к примеру, Европарламентом принята резолюция, которая фактически ставит на одну доску и гитлеровскую Германию, и Советский Союз, намекая или впрямую говоря, что СССР несет ответственность за начало Второй мировой войны.

Президент Российской Федерации Владимир Путин неоднократно жестко пресекал подобные измышления, призывая мировое сообщество не оставлять без ответа открытое продвижение некоторыми государствами человеконенавистнических идей расизма и антисемитизма, а также попытки исказить правду о второй мировой войне и оправдать агрессоров и их пособников. Об этом Владимир Путин заявил недавно на форуме памяти Холокоста в Иерусалиме, подчеркнув, что Россия систематически и последовательно работает в этой сфере. При этом, основная позиция стран в борьбе с ложными измышления может базироваться на его тезисе, что "противостоять попыткам переписать и сфальсифицировать историю можно только аргументированной правдой". Как показывает практика - эта методика испытана временем и реально разоблачает самые нелепые вымыслы и изощренную клевету наших недругов.

Президент Кыргызской Республики Сооронбай Жээнбеков на прошлогоднем заседании Совета коллективной безопасности ОДКБ в Бишкеке заявил: "Мы не должны забывать нашу общую историю и обязаны вместе выступать против попыток ее переписывания". 27 января 2020 года на митинге-реквиеме в честь годовщины полного освобождения Ленинграда от фашистской блокады, президент Кыргызстана отметил: "Кыргызстанцы помнят историю и будут решительно бороться против попыток ее переписать. История блокадного Ленинграда - это история единения советского народа, в том числе кыргызского и русского народов. И его освобождение от блокады, а затем и общая Победа в Великой Отечественной войне - эта святая память, которая никогда не должна остаться в забвении". Великая Отечественная война и победа в ней, принадлежат к числу наиболее трагических и одновременно героических страниц нашей общей истории, объединяет братские страны на основе исторической памяти, единого понимания идеалов мира, гуманизма и добрососедства.

С нарастающей тревогой наблюдая за перекосами в освещении Великой Отечественной войны на Западе, считаем абсолютно недопустимым изображать битву с нацизмом и фашизмом "схваткой двух человеконенавистнических режимов", отрицать справедливый, освободительный характер этой войны для наших народов, пытаться представить миссию Красной Армии, освободившей одиннадцать стран Европы, "советской оккупацией". Проповедь доктрины "равной ответственности нацистского и советского режимов" за развязывание Второй мировой войны не имеет ни исторических оснований, ни морального оправдания и долгом всех цивилизованных государств является противодействие на государственном уровне любым попыткам реабилитации нацизма, нацистских преступников и их пособников, а также честное и непредвзятое освещение событий и последствий войны, основанное на уважении к бессмертному подвигу наших дедов и отцов.

Свыше 360 тысяч кыргызстанцев приняли участие в Великой Отечественной войне, из которых каждый пятый не вернулся домой. В военные годы Кыргызстан принял свыше 300 тысяч эвакуированных советских граждан, оборудование свыше 30 промышленных предприятий из временно оккупированных районов Украины, России и Белоруссии. Колхозы и совхозы республики сдали в фонд обороны свыше 74 тысяч тонн зерна и более 8 тысяч тонн мяса. Тем возмутительней выглядит наблюдаемая ныне небывалая агрессия против итогов Второй мировой войны, которая по своим масштабам реально угрожает национальной безопасности обоих государств.

Надо отметить, фальсификация истории событий, итогов и уроков Великой Отечественной войны всегда была важнейшей чертой современной западной военной историографии и пропаганды. Особенно, это касается предыстории второй мировой войны, где ложь и абсурд заменяет саму историю.

Основное направление фальсификаций - попытка навязать общественности идею, что главными виновниками мировой войны являются Гитлер и Сталин. Цель всего этого - запутать вопрос о причинах второй мировой и Великой Отечественной войн; оправдать правительства и финансовую олигархию ведущих мировых держав того времени - главных виновников произошедшего; представить в искаженном свете предысторию войн; исказить факты участия СССР в войне с Третьим рейхом, принизить вклад наших стран в Победу над фашизмом. Некоторые современные "штампы фальсификации" построены на образцах нацистской пропаганды, где главный тезис "чем чудовищнее ложь, тем сильнее она воздействует на сознание обывателя".

Сегодня мы сталкиваемся с чудовищной циничной клеветой, которая пытается сломать историко-нравственный код восприятия Великой Отечественной войны через имплементацию в официальную идеологию и массовое сознание значительного количества разнообразных "черных мифов" - о характере войны, масштабах потерь, ключевых моментах боевых действий, цене Победы и т.д. Все эти нападки все более убеждают нас, что противостоять этой агрессии на нашу историю можно только благодаря консолидации общества на основе памяти подвигов наших отцов и дедов, укрепления чувства сопричастности граждан к великой истории своего государства.

Тем не менее, нельзя не понимать, что систематическое и циничное психологическое давление фальсификаторов разных мастей, в том числе и отдельных граждан, проживающих в наших странах, и выполняющих заказ западных покровителей - несут реальную угрозу внутренней стабильности. Не могут не вызывать тревогу и возмущение заявления некоторых политиков, отдельные публикации в условно "независимых" СМИ, переписывающие историю государства, квазинаучные труды иных деятелей, позволяющих себе явный "исторический негативизм" и "ревизионизм" с использованием методов и средств недопустимых в историческом дискурсе.

Так как фальсификация истории угрожает национальной безопасности государства, это во многом объясняет введение в современный научный оборот такого нового понятия, как "мнемоническая безопасность" - безопасность памяти об истории своего народа и государства. В действующем российском законодательстве содержится ряд положений, подчеркивающих важность совместной работы федеральных и региональных органов государственной власти, институтов гражданского общества и различных организаций по противодействию любым попыткам фальсификации истории в ущерб интересам России. Так, в частности, в таком документе стратегического планирования, имеющем ключевое значение для реализации внутренней и внешней политики государства, как Стратегия национальной безопасности Российской Федерации (утв. Указом Президента РФ от 31.12.2015 г. N683), обозначается проблема манипулирования некоторыми странами общественным сознанием и фальсификации истории в геополитических целях. Следует отметить, что противодействие попыткам фальсификации российской и мировой истории рассматривается в качестве угрозы национальной безопасности именно в области культуры, как одного из стратегических национальных приоритетов.

Реализуемая в настоящее время Концепция внешней политики Российской Федерации в качестве самостоятельной задачи прямо указывает на необходимость "твердо противодействовать любым проявлениям экстремизма, неонацизма, расовой дискриминации, агрессивного национализма, антисемитизма и ксенофобии, попыткам фальсификации истории и использования ее в целях нагнетания конфронтации и реваншизма в мировой политике, попыткам пересмотра итогов Второй мировой войны, способствовать деполитизации исторических дискуссий".

Подход российского законодателя в части противодействия фальсификации истории свидетельствует о том, что соответствующая работа должна проводиться в рамках государственной культурной и научно-образовательной политики, а также программы по патриотическому воспитанию граждан. И многое делается: в 2014 г. внесены изменения в Уголовный кодекс Российской Федерации, которыми криминализировано такое деяние, как "Реабилитация нацизма" (ст. 354.1) - "отрицание фактов, установленных приговором Международного военного трибунала для суда и наказания главных военных преступников". Данная статья включает в себя два квалифицированных состава преступления (по п. 2 и 3).

Следует признать, что сегодня фальсификация истории, как правило, связана с намеренным искажением исторических данных Второй мировой войны. Однако, если рассматривать "фальсификацию истории", как правонарушение в целом, то недопустимым является подход, при котором "история" (мировая история или история отдельного народа) будет иметь какие-либо временные рамки и ограничиваться только периодом Второй мировой войны или иными событиями мирового или регионального масштаба. Следовательно, требуемая нормативная конкретизация, во исполнение правил законодательной юридической техники, такого предполагаемого правонарушения как "фальсификация истории" может квалифицироваться как преступление, попадающее под ст. 354.1 Уголовного кодекса Российской Федерации. И которая, в данном случае, является в целом достаточным правовым инструментом для противодействия такой фальсификации истории, которая действительно представляет общественную опасность.

"Практическая применимость нормы, закрепляющей запрет "фальсификации истории" способна вызвать большое количество вопросов, которые потребуют разъяснений и проработки. Прежде всего, надо четко представлять, что понимать под термином "фальсификация". Что представляет собой "история" - как история человечества, государства, народа, отдельной нации, а главное - определиться, каков источник тех фактов, которые надлежит признать достоверными, за исключением актов международных судебных институций. Это необходим сделать для того, чтобы полностью отделить квалификацию действий политиков, ученых и иных субъектов, выражающих собственное мнение и взгляды на вопросы истории, от самой "фальсификации истории".

Законодательство Кыргызской Республики не содержит специальных составов преступлений, таких как "реабилитация нацизма", "пропаганда националистической символики". В этой связи, и в соответствии с рекомендациями по совершенствованию национального законодательства государств-членов ОДКБ в сфере противодействия распространению фашизма и его проявлений, предлагается рекомендовать введение понятия реабилитация нацизма и составов о пропаганде нацистской символики с установлением мер юридической ответственности.

Вместе с тем, противодействие проявлениям нацизма не должно ограничиваться только установлением мер юридической ответственности и ужесточения санкций в отношении уже совершенных деяний, направленных на распространение нацизма и его проявлений. Так, не менее значимыми представляется предотвращение подобных правонарушений, в том числе просветительская деятельность, направленная на формирование у населения государства и отдельно взятой личности представлений об исключительной степени общественной опасности нацизма и его проявлений. Также необходимо установление ограничений допуска лиц к должностям государственной службы и выборным государственным должностям, осужденных за совершение преступлений в сфере распространения и реабилитации нацизма.

Концепция национальной безопасности Кыргызской Республики определяет, что в условиях усиления глобальных угроз и вызовов безопасности необходимо строительство многонационального государства, в котором не должно быть дискриминации по этническому, языковому, религиозному и иным признакам. Концепцией внешней политики Кыргызской Республики, устанавливается, что страна активно продвигает инициативы по вопросам мира, безопасности, гуманитарного диалога и другим актуальным проблемам международной жизни. Закон Кыргызской Республики "О противодействии экстремистской деятельности" в понятие "экстремистская деятельность" включает "пропаганду и публичное демонстрирование нацистской атрибутики или символики, либо атрибутики или символики, сходной с нацистской атрибутикой или символикой до степени смешения".

Согласно Уставу Международного Военного трибунала в Нюрнберге убийства и истребление гражданского населения до и вовремя войны составляют преступления против человечности и не имеют срока давности. Указанные нормы также предусмотрены разделом "Преступления против международного правопорядка" Уголовного Кодекса Кыргызской Республики.

Помочь в борьбе с переписыванием истории может и международный опыт. Так, в ряде стран - Австрии, Бельгии, Венгрии, Германии, Израиле, Люксембурге, Франции, Чехии, Швейцарии - криминализовано отрицание определенных исторических событий. Соответствующие нормативные акты таких стран содержат в себе точное указание на конкретные факты истории, за отрицание которых наступает юридическая ответственность.

Сегодня важно поддерживать любые предложения со стороны руководства международных организаций, официальных представителей отдельных государств и неправительственных организаций о проведении мероприятий различного типа и уровня с целью привлечения внимания к проблеме фальсификации истории. Создание новых площадок дискуссий о повышении эффективности мер по предупреждению и пресечению попыток фальсификации истории является актуальной задачей для стран Содружества Независимых Государств. В настоящее время, целесообразно выносить на обсуждение вопросы использования существующих правовых, организационных и информационных механизмов противодействия фальсификации истории, без формального введения в законодательство новых запрещающих норм, лишенных должного правоприменительного эффекта.

5 августа 2019 года Совет глав государств СНГ заявление в связи с 80-летием начала Второй мировой войны, в котором с сожалением отмечены попытки переписывания истории и ее фальсификации. 11 октября 2019 года Совет глав государств СНГ обратился к народам содружества и мировой общественности в связи с 75-летием Победы советского народа в Великой Отечественной войне, в котором осудил любые попытки фальсифицировать историю, предать забвению или девальвировать роль наших народов в Победе над фашизмом, цинично исказить ее нравственные и правовые итоги.

В преддверии юбилея Победы одна их наших важнейших задач государств, в том числе их парламентов, нравственное и патриотическое воспитание молодежи на примерах героизма советского народа в годы Великой Отечественной войны, увековечение памяти Защитников Отечества, законодательное закрепление указанных задач. Надо бороться всеми доступными средствами против фальсификаторов исторической правды. И парламентарии должны находиться на переднем крае этой борьбы.

«Все эти ужасы происходили вот здесь» Что россияне помнят о Великой Отечественной войне спустя 80 лет с ее начала: Общество: Россия: Lenta.ru

Ровно 80 лет назад, 22 июня 1941 года, в 4 часа утра фашистская Германия напала на Советский Союз. Началась Великая Отечественная война, которая длилась 1418 дней и закончилась капитуляцией Германии 9 мая 1945 года. Победа нашему народу далась страшной ценой: безвозвратные военные потери Красной армии составили более 11,4 миллиона человек, а с учетом гражданского населения, война унесла более 26,6 миллиона жизней. Об этом невозможно забыть. Память о войне отражена во всех видах искусства, но помимо этого есть огромный пласт народной памяти. В той или иной степени, война коснулась каждой семьи. И почти в каждой семье передаются рассказы тех, кто пережил это время. «Лента.ру» собрала семейные истории о Великой Отечественной войне. Истории разные: страшные и героические, иногда обыденные, иногда совершенно невероятные, мистические, смешные... — то есть именно такие, какими они и остаются в памяти народа.

Гарик Сукачев, музыкант, кинорежиссер, 61 год

— Для меня Великая Отечественная война всегда была самым страшным горем, которое произошло с нашим народом в ХХ веке. Это касается каждой семьи, в том числе и моей собственной. Отец моей мамы был расстрелян немцами в самом начале войны.

Это произошло в поселке Ляды в Псковской области. До войны он был начальником Райпотребсоюза — по местным меркам большая должность. Когда немцы входили в их село, а все произошло очень стремительно, мой дедушка и еще один деревенский мужик, не успев отойти, отстреливались и были взяты в плен. Почти тут же их расстреляли. Бабушка ходила, просила у немцев отдать ей тело мужа, чтобы похоронить, но так его и не нашла.

История эта меня беспокоила всю жизнь. Я ведь все знал, был в этой деревне в детстве, все там видел. Мне мама рассказывала, как пришли немцы, как они вначале никого не убивали, как катали детей на танках, устраивали танцы…

А потом пришли СС и, буквально через два дня, когда немецкая армия пошла на Ленинград, начали расстреливать, вешать женщин, а детей угонять в лагеря

И я все это смог представить. Когда ты маленький ребенок, у тебя каникулы в деревне, вокруг такой хороший летний день, и ты вдруг начинаешь представлять, что все эти ужасы происходили вот здесь, в такой же вот чудесный летний день... И тебя это обжигает, а если тебя обжигает чем-то в детстве, то это на всю жизнь.

На основании того, что мне мама рассказывала о гибели деда, двадцать лет назад я снял фильм «Праздник». Не в честь кого-то. А потому, что это меня всегда волновало. Реальная история стала толчком, и мы с Иваном Охлобыстиным написали сценарий о том, как живут мирные люди, и вдруг к ним приходит война. Главного героя в фильме зовут, как и моего деда, Елисей. Моя мама — Валентина Елисеевна. По сценарию она тоже погибает, хотя на самом деле она выжила. Но вся реконструкция, то, как в деревню входят немцы, взята из жизни. Там, на самом деле, было даже интереснее, чем у меня в фильме. Мой прадед был в то время еще жив. И он умолял деда (своего сына): «Елисей, убегай! Убегай в лес, все побежали и ты убегай…». А дедушка ему ответил: «Я не побегу, я коммунист!» К сожалению, это не вошло в картину, потому что по нашему сценарию он к жене прибежал, у нас весь сюжет был немного по-другому сконструирован.

А моего отца, Ивана Федоровича Сукачева, призвали в армию в самом конце войны, уже в 1944 году. Он служил в Литве во внутренних войсках, сражался с «лесными братьями». Теперь их называют «борцы за независимость», а раньше считали просто бандитами. А как еще назовешь человека, который стреляет в тебя из-за угла? Там же, в Литве, отец научился играть на тубе и в составе военного оркестра выступал на танцах, где и познакомился с моей мамой, Валентиной Елисеевной. После войны они переехали в Москву, где родились мы с сестрой.

22 июня мы планируем отметить 20-летие фильма «Праздник» в Доме Кино. Будет фильм и на большом экране запись концерта группы «Неприкасаемые» с Петром Ефимовичем Тодоровским, который был сыгран 20 лет назад в ГЦКЗ Россия по случаю премьеры «Праздника».

Герман Виноградов, актер, художник, музыкант, 63 года

— 22 июня 1941. Семья по папиной линии жила в Абрамцево. Бабушка работала там врачом. Папе 8 лет. Жили во флигеле аксаковской усадьбы. Объявили начало войны. Маленький папа с криком: «Война! Война!» бросился «в атаку» и побежал палкой рубить крапиву. В крапиве оказался упавший провод высоковольтной передачи. Папа задел провод рукой, его дико трясло. Спас учитель, оказавшийся рядом, — палкой оттащил провод. Папу перенесли в медпункт в усадьбу, где он отлеживался несколько дней в той самой комнате, где художник Серов написал «Девочку с персиками». Вот такая судьбоносная для меня история про 22 июня 1941 года.

Дед по маминой линии — политрук. Бабушка по маминой линии — военврач, лейтенант медицинской службы. Дедушка по папиной линии — инженер-металлург, налаживал производство брони в Свердловске на Уралмаше, есть ордена и медали. Бабушка по папиной линии — военврач, капитан медицинской службы, есть орден и медали.

Бабушки раненых лечили, спасали. Дед-металлург наладил выпуск брони для наших танков. Вот и весь рассказ.

А это общее фото нашей семьи. Сделано в Ленинграде.

Елена Кофман, москвичка, 63 года.

— Во время войны мама была в плену в Германии. Летом 41-го года шестилетняя мама и ее шестнадцатилетний брат оказались в деревне в Орловской области. Началась война, бабушка посылала им телеграммы с просьбой срочно вернуться в Москву, но брат мамы влюбился и никак не мог уехать. А потом в Москву перестали ходить поезда.

Каким-то образом бабушке удалось добраться до них. А к деревне уже подходили немцы.

Все жители спрятались в погребах, не в домах, а в поле, которое простреливалось с двух сторон. Ночью брат мамы пополз за водой к колодцу. И вернулся без воды. Он был ранен.

Их гнали в Германию пешком. И бабушка несла на себе раненого сына и дочь. Было уже очень холодно, и однажды они остановились на ночлег в полуразрушенной избе.

Моя бабушка положила своего сына на печь, развела огонь, который горел очень недолго, и согревала детей своим теплом. А утром ее сын умер

Им надо было идти дальше, и она сказала тем, кто еще оставался в этой деревне: «Похороните его. На нем теплый тулуп. Возьмите его себе». Потом ей сказали, что у него отломилась рука, когда снимали тулуп. И его не похоронили.

В городе Оснабрюк была биржа, там покупали людей для сельхозработ. Рассматривали и покупали семьями, а моя бабушка была маленькая, худая и стояла с маленькой девочкой. День заканчивался. К этому времени уже знали, что тех, кого не купят, отправят на завод, где не выживают. Тогда к бабушке подошел человек, он был один и его тоже не брали, он был из той же деревни. И он сказал: «Нам надо держаться вместе. Так мы сможем выжить».

И вот на биржу пришел человек, немец, который оказался последним из пришедших. И тот человек, который стоял теперь с моей мамой и бабушкой, снял с себя рубашку. И закричал немцу: «Посмотрите на меня, я — деревенский, я — сильный, я все умею. Возьмите нас!». И их купили. Моя бабушка, моя мама и тот человек жили семьей всю войну.

А потом война закончилась. Тот человек вернулся к своей семье, а бабушка — к своему мужу. Когда она вернулась в Москву, узнала, что в то же время, когда умер ее младший сын, старший был тоже убит.

Во время войны у моего деда жила женщина, они расстались — к нему возвращались жена и дочь. Тогда говорили: «Война все спишет». У людей желание выжить, чувство долга, желание жить, любовь, все смешивается и чередуется, и в определенный момент что-то выходит на первый план.

Александр Гаврилов, финансист, 42 года.

— Василий Степанович Шиков, мой родной дедушка. Знатный заслуженный фронтовик. Он был родом из деревни под Рязанью. Был с детства очень деятельным человеком, приехал в Москву после школы, поступил в электро-механический техникум. Благодаря техникуму у него была бронь, и необязательно было в 41 году призываться, но он пошел добровольцем. И сразу после учебки оказался в армии. Воевал в 9-м танковом корпусе, в военной разведке бронетанковых войск. Много раз ходил за линию фронта.

Дед рассказывал это так. Наступление танковых войск происходит быстрее, чем движется пехота. И скорость, и качество разведки должны быть выше. Разведчики в танковых войсках больше рисковали. Пехотинец может засесть в кустах и день-два наблюдать, что вокруг него происходит, сколько немцев побежало в одну сторону, сколько в другую. Но когда происходит развертывание фронта, на это времени нет. Поэтому, в моем понимании, разведчики танковых войск — самые отчаянные люди в разведке, которых только можно представить. И, как я понимаю, смертность среди них достаточно высокая была.

Эпизодов несколько. Первый эпизод такой. Деревня. Предположительно, там немцы. Но никаких видимых признаков нет. Нужно это узнать достоверно. Группа разведчиков, по-моему, четыре человека, садятся на Т-34. Танкист вжимает тапку в пол и на полной скорости несется в деревню. Там какие-то дома, огороды, зеленка. Они останавливаются на задках, оглядываются… Никого. И вдруг из бани метрах в 150 от них начинает стрелять немецкий пулемет. Из четырех разведчиков троих убивает сразу. Дед диким кувырком прыгает в картофельные грядки и прячется в ботве. А танк куда-то поехал — я так полагаю, что танкисту не было видно, что у него на броне происходит. Дед лежит в ботве картофельной, с ним, слава богу, автомат. Пулемет немецкий какое-то время продолжает стрелять. Потом он замолкает. И дед задается вопросом: что делать дальше. До темноты еще долго, он начинает понимать, что из его товарищей никто не уцелел, деваться некуда. И дед говорил: «Я принял единственно правильное решение. Полностью выключил все эмоции, чувство страха, что меня в любую секунду могут убить, и я, как на учениях, перевернулся на спину,

Поднял ППШ над собой, прицелился в банное окошко, из которого торчал немецкий пулемет, нажал на пуск и держал автомат до тех пор, пока не расстрелял весь диск

Потом наступила тишина, дед пополз в сторону этой бани. В сторону бани! Не от нее! У него был с собой еще один диск, гранаты, и расчет был на то, что если что – в рукопашную. И он рассказывал: «Я захожу в эту баню, а там то ли два, то ли три немца. Вот они как сидели у этого окошка, так и продолжали сидеть, в полное решето. Они даже не поняли, что произошло!»

Это была первая медаль деда «За отвагу».

Вторая история — про день рождения. Они с разведгруппой не всегда ездили на танке, иногда они классическим образом пересекали линию фронта, оказывались в немецком тылу и шли дальше. Как я понимаю, это когда было нужно конкретный квадрат исследовать.

И вот они перешли через линию фронта, но находились в прифронтовой полосе. Светать стало, и им нужно было где-то схорониться. Зашли в сарай и в этот момент начался авианалет. Их было человек шесть, наверное. И дед говорит: я вот в этот сарай захожу со своим напарником (это его близкий фронтовой друг, они с ним всю жизнь дружили), и ровно в него падает авиационная бомба. Пробивает крышу и падает буквально к ногам деда. Бомба не какая-то огромная, а средняя, я подозреваю, такая, которыми пикирующие штурмовики бомбили. Она падает… и не взрывается… И это случилось в его день рождения. Дед говорил, что у него двойной праздник в этот день.

Что произошло с бомбой так никто до конца и не понял. Есть две версии: теория деда и теория бабушки. По теории деда это просто заводской брак и в авиабомбе не сработал взрыватель, а бабушка говорила, что, скорее всего, бомбу собирали остарбайтеры, которые сознательно ее повредили, и она не взорвалась.

Ну и третья история, очень жизненная. Это было, когда освобождали Белоруссию. Было стремительное наступление. Разведгруппе деда нужно было быстро прощупать дорогу. Кажется, они к станции какой-то ехали, им надо было что-то узнать и успеть об этом сообщить. Очень быстро перешли через линию фронта. Нужно было какое-то средство передвижения, чтобы, условно, за час пройти 20 км, а пешком это долго. Они увидели немцев на мотоцикле, убили их, сели на мотоцикл и поехали по дороге. Это была лесная узкая дорога, на которой не разъехаться. И вот они гонят со страшной скоростью, потому что мало времени. У них была рация, надо было выходить на связь.

И вот они мчатся, узкая дорога, резкий поворот, и вдруг из-за этого поворота выскакивает точно такой же мотоцикл, с таким же пулеметом, с такими же мужиками со шмайсерами, только это настоящие немцы.

Дед говорил: мы друг напротив друга останавливаемся и смотрим. И тишина. И расстояние — 10 метров. И как вы думаете, что произошло дальше? Они разъехались… Дед говорил: «Мне казалось, прошла вечность. В глазах немца-пулеметчика просто животный ужас был». И вот они глазки друг другу построили и без единого звука разъехались… Как будто друг друга не видели.

Дед остался разведчиком на всю жизнь. Если нужно было что-то узнать, он говорил: иди, разведай! Внимание к деталям у него было просто профессиональное.

Алена Тимошина, психолог, 53 года.

— Моя украинская бабушка, мамина мама, Прасковья Васильевна Мусатова. В 1942 году она, на девятом месяце беременности, с одним дедом из их же деревни Новоселовки, Криничанского района, Днепропетровской области, пешком эвакуировала в тыл колхозное стадо. Пункт назначения — куда-то в Ворошиловградскую область. Немцы шли по пятам. При переправе через Днепр паром со стадом разбомбили, и почти все животные погибли.

Дед этот и моя бабушка потеряли друг друга, и она пошла к любому населенному пункту. Но по дороге у нее начались роды, и 12 апреля бабушка, в двух километрах от поля боя, под обстрелом родила мою маму. Возвращалась пешком с младенцем на руках в уже оккупированную родную деревню.

Мамин отец, мой дед Иван Мусатов, был призван в первые дни войны и, по воспоминаниям бабушки, его несколько раз видели в оккупированном Днепродзержинске. Вернулся он в 1945-м и однажды на рынке подрался с вором. И дрался он, со слов бабушки, очень быстро и странно, как никогда деревенские мужики не дрались.

Где и как воевал, никогда не рассказывал, жил не таясь, умер в 1951 году. Мама моя была важной персоной на Украине, заслуженный деятель искусств, директор театра, парторг и т. д. И она всю жизнь, по связям, пыталась узнать о том, кем на войне был дед. Но данные были засекречены, ей только уже в 2000-х сказали: «Анна Ивановна, успокойтесь, ваш отец выполнял важную работу для Родины». И все.

Второй муж бабушки, поляк Йозеф Здановский. Он после войны захотел жить в СССР, чем вызвал подозрения, как шпион. Его пытали в НКВД, вывихнуты плечи, сорваны ногти, но шпионом он себя не признал, потому был отпущен и всю оставшуюся жизнь работал плотником. По вечерам выпивал стакан водки и пел «Соловьи, соловьи, не тревожьте солдат…», плакал и шел спать. Добрейший был дядька.

Вторую бабушку в 16 лет угнали в Германию, фото есть на фоне ворот распределительного пункта. Сдал ее собственный отец. Вместе с коровой. Немцы пришли к ним, на остальных детей автомат наставили, и он показал яму во дворе, заваленную сеном, где прятали корову и бабу Веру.

В Германии бабу Веру определили в горничные. Их заставили помыться, одели и сказали улыбаться. А город не помню, хотя бабушка его называла. Но помню, что она о своей «хозяйке» отзывалась с благодарностью, потому что ее могли отправить в публичный дом или изнасиловать, но она говорила, что «к добрым людям попала, не били, не насильничали». Она веселая была в жизни, легкого характера, детей любила, работы никакой не боялась.

А папины родители были артисты. Дед — народный артист Украины Носачев Андрей Петрович был в фронтовой актерской бригаде, а бабушка — в эвакуации, в Ташкенте.

Петр Каменченко, журналист, 63 года

— Я помню войну, хотя родился через 13 лет после того, как она закончилась. Каждый раз по дороге в Берново, где у меня дом, проезжая деревню Млевичи в Тверской области, я вспоминаю немецкого летчика в желтом комбинезоне и черных защитных очках, который, спустившись совсем низко, ниже верхушек старых берез, расстреливал из пулеметов отступающий госпиталь. Чтобы лучше видеть бегущую внизу маленькую девочку, он сдвинул стеклянный колпак кабины, но пули все равно попали в березу, за которой она успела спрятаться. Этой девочкой была моя мама, и я мог бы быть убитым тогда, осенью 1941 года вместе с ней, как и пятеро моих детей, родившихся через полвека.

Мне кажется, что я видел все это своими глазами. Может быть потому, что совсем маленьким много раз представлял, как это происходило, и эти фантазии заняли в памяти место среди моих собственных детских воспоминаний. Такое иногда случается, и есть даже красивый термин, объясняющий подобный феномен памяти, — псевдореминисценции. А может быть это просто генетическая память?

Я знаю, как уходил от немцев госпиталь, где работал хирургом мой дед. Немецкие танки перепахивали гусеницами огороды с западной стороны села, а с востока, подбирая по дороге раненых, уходили последние подводы сельской больницы, неожиданно ставшей фронтовым госпиталем. Конечно, об этом мне тоже рассказывала мама, но почему-то я помню, какая в тот день была погода.

Через месяц немцев выбили, и дед опять принялся резать и шить раненых в больнице, которую сам же и построил еще в 37-м году, а мои мама и бабушка вернулись в свой дом. Немцы отступали быстро и не успели почти ничего разрушить и сжечь. Они даже оставили своих тяжелораненых, которые постепенно все замерзли. В месте, где их весной зарыли, потом много лет проседала земля. Теперь там все крапивой и кустами заросло. Наверное, я последний, кто еще об этом помнит.

Немцы так спешили, что забыли в нашем доме некоторые свои вещи. Я их потом нашел на чердаке: ремень с орлом и надписью Gott mit uns, противогаз в продолговатом металлическом чехле, в крышечке которого был заботливо припрятан презерватив с датой выпуска 22 июня 1941 года. Правда, они все же успели украсть «волшебный фонарь», при помощи которого мой дедушка показывал колхозникам на большой больничной простыне «волшебные картинки» санпросвета о первой помощи при ожогах, вывихах и переломах. Картинки эти я тоже хорошо помню, потому что в семь лет нашел их в сарае и целое лето разглядывал на свет, пока не потерял.

А вот наша собака из дома никуда не уходила и всю оккупацию просидела под кроватью. Когда мама вернулась, Тюльпан, так звали собаку, был еле живой от голода. Вечером он принес и положил на крыльцо оторванную голову молоденького немецкого солдата в примерзшей пилотке. Голову похоронили за домом в осиннике. Мне этого места никто не показывал, но я почему-то всегда точно знал, где именно была зарыта немецкая голова, и ночью на всякий случай далеко обходил это место.

Вот такая странная штука — память. Иногда помнишь то, чего вроде бы и помнить-то не должен. А может быть, вовсе и не странная? И я все правильно помню? И дети мои это помнить должны

Наталья Соловьева, писатель, 41 год.

— Дед накануне войны оказался в Белоруссии, служил в НКВД. Он был совсем молоденький и, когда все это началось, отступал вместе со всеми. По болотам, голодал. Дед русский, белорусского языка не знал. Оказался в белорусской деревеньке, у какой-то ветхой бабусечки. Она сжалилась над ним и говорит: «Ляг, сынок, поляжи на ложку. Поляжи на ложку».

Он не понял, подумал: совсем бабка свихнулась, как можно лечь на ложку? А она ему показывает: «Поляжи на ложку». И он сообразил, что «ложек» — это кровать. А так как я родилась в Белоруссии, дед каждый год устраивал мне экзамен белорусского языка. А как будет чашка? А как будет стол? И в конце: а как будет кровать? Я: «Ложек». Он: «Молодец». У него это осталось навсегда.

И самое удивительное, он запомнил название деревни — Каменка, и оказалось, что мама потом по распределению попала в этот район и вышла замуж, и я там родилась. Вот как раз недалеко от этой деревни. Сейчас это Крупский район в Белоруссии.

Второй мой дед был партизаном. Трофим Иванович Соловьев. И они жили в деревне Глубочица. Они с моей бабушкой были сиротами, поженились, и у них к началу войны было трое детей. Вокруг леса, это район озера Палик, неподалеку от реки Березина.

Дед ушел сразу в партизаны. И в 1943 году была операция по уничтожению партизан под названием «Котбус». Сожгли много деревень. Моя бабушка оказалась в партизанском отряде вместе с детьми. То есть все, кто был в деревне, спаслись благодаря тому, что вокруг были болота. В болоте находился остров, и немцы не знали, как туда войти. Только местные знали дорожку. Немцы пытались, но у них тонули лошади.

Тогда они начали отряд бомбить с воздуха. Бабушка с сестрой и четырьмя детьми бежали. Бабушка несла самого маленького на руках, мой дядя цеплялся за подол и отстал. А еще двоих тащила за руки бабушкина сестра. Самолеты, бомбежка, страшно, ночь… Они одного ребенка потеряли в лесу и никак не могли найти. И потом уже, когда рассвело, бабушка и ее сестра бегали по лесу искали этого ребенка. И нашли заплаканного, на груди у него гадюка лежала. Но он спасся.

Бабушка так до конца войны и была в партизанском отряде, а дед пошел дальше воевать. Был ранен под Кенигсбергом. Потом отстраивались. У них родились еще дети. У деда остались ранения на всю жизнь, у него в теле пуля двигалась.

Катя и Лиза Каменченко, 15 и 12 лет.

— Нашего прадедушку звали Демидов Николай Нестерович, он родился в 1924 году. Когда началась война, ему было 17, но он все равно ушел на фронт осенью 1941 года, сказав в военкомате, что он на год старше. Его отправили на Волховский фронт связистом, позднее он стал командиром отделения связи.

Свой первый подвиг он совершил в марте 1943 года во время двухдневного боя за деревню Котовица под Новгородом. Там под непрерывным артиллерийско-минометным огнем он восстановил 30 разрывов линии связи — как раз, когда наша пехота форсировала речку Волхов.

В другой раз, летом 1944 года, в Заполярье, он вместе со своим отрядом протягивал линию связи в тылу противника. Вдруг на них напали финны, изрезали линию и пытались окружить. Но прадедушка не растерялся. Он начал бегать по лесу, стрелять из разных мест и громко кричать. Финны решили, что наших много и отступили. Связь батареи с командиром дивизиона была обеспечена и, как написано в прадедушкином наградном листе, батарея «била беспощадно по финским лахтарям». За этот и другие подвиги Николай Нестерович был награжден орденом Красной звезды, орденом Славы III степени и двумя медалями «За отвагу».

Войну он закончил в мае 1945 года в немецком городе Макленбурге гвардии старшим сержантом. И что удивительно, за четыре года боев, постоянно находясь на передовой, он ни разу даже не был ранен.

Алексей Лютых, врач-хирург, 64 года.

— Отец мой, Лютых Борис Афанасьевич, родился в 1917 году в селе Лютое Ливенского района Орловской области. В 1937 году его взяли в армию. Красноармейцем попал на Халкин-Гол. Потом в Ленинград, на курсы пулеметчиков.

Практику на финской войне проходил. Ему там орден Красной звезды дали. Научился ходить на лыжах. Получил младшего лейтенанта. Был командиром пулеметного взвода.

За две недели до начала войны их перебросили на границу в Прибалтийский округ. Говорил, что когда начались боевые действия, немцы в первый же день жестоко разбомбили все части, которые стояли на границе давно, а вновь прибывших не бомбили. Их, видимо, фашисты на карты не нанесли. Это их полк спасло.

Они отходили от самой границы, многократно попадали в окружения и выходили из них. Шли ночами по лесам и болотам, а по дорогам немцы на танках и мотоциклах. Потом вышли к своим, потом снова окружение. Потом из них новые отряды формировали, потом снова окружение. И так много раз. Естественно, он погибшим считался.

Когда окончательно вышли к своим, то особисты не поверили, что можно было так длительно отступать. Говорили, что там, на границе, нужно было и погибать. Чуть не расстреляли, а о наградах разговора не было. Спасло то, что все были в форме, с документами, даже комиссара раненого притащили и знамя полка. У комиссара было прострелено легкое — пневмоторакс, так они ему грудь как раз знаменем и перетянули, чтобы дышать мог. Но пулеметы пришлось бросить, все равно все патроны расстреляли.

Отца разжаловали, отправили в штрафбат. Он это сильно переживал. Потом была Ленинградская блокада и освобождение Прибалтики. Потом еще раз попал в штрафбат за расправу над охранниками лагеря.

Закончил в Кенигсберге. Вообще-то он мало про войну говорил, но, когда выпьет, вспоминал, плакал. Он хотел офицерское звание восстановить, а то начинал с младшего лейтенанта, а закончил старшиной. Но ему никто не верил, что они от самой границы по болотам отступали. По документам он считался без вести пропавшим с июня 1941 года, поэтому ему боевые действия считали только с 1942 года.

Рассказывал и плакал всегда. Хорошо жив остался. И в плен нигде не попал

Георгий Олтаржевский, историк, журналист, 52 года.

— Наверное, в каждой семье существуют связанные с войной сюжеты, которые передаются из поколения в поколение. Уверен, что среди них есть героические, трагические, радостные. И в нашей семье они тоже сохранились, тем более, что через войну прошли все наши «старики». Но была одна история, которую иначе как чудесной назвать нельзя. Хотя в то страшное время, такие случаи никого не удивляли.

Сталинград. 1942 год. Мой прадед Юлий Иосифович был весьма уважаемым в городе детским врачом. Еще до революции, будучи студентом, он получил некоторую известность как первый переводчик Шолом-Алейхема на русский, но, окончив медицинский факультет московского университета, решил оставить литературу и посвятить себя благородному делу спасения ребятишек. Тогда и уехал в Царицын, ставший потом Сталинградом. Однако с началом войны и ему пришлось встать под ружье и руководить уже не детской больницей, а госпиталем. Сын Яков – студент истфака МГУ — с первых дней воевал в ополчении, ушла на фронт и дочь Сусанна, которая с маленькой дочкой приехала из столицы к родителям. Четырехлетняя Ирочка осталась с дедом и бабушкой при госпитале.

Во время страшных бомбежек Юлий Иосифович никогда не уходил в бомбоубежище, а сидел на ступенях госпиталя. Но осколки миновали его. А когда немцы уже вплотную подошли к городу, переполненный госпиталь пришлось эвакуировать на другой берег Волги. Единственным плавсредством, которое смогло предоставить командование, оказалась баржа, но выбора не было — бои шли уже на окраине. Когда в ночной темноте судно отошло от берега, начался обстрел, и бомба попала прямо в баржу. Погибли почти все.

Когда трагические известия дошли до Сусанны, она поседела за одну ночь. Страшно даже подумать, как корила она себя за то, что оставила Ирочку в госпитале, но ведь в этом аду он казался самым безопасным местом…

Прошло несколько месяцев. Немцев окружили, добили и погнали за запад. Выжившие сталинградцы начали понемногу возвращаться на пепелище. Кое-как стали налаживать жизнь, хозяйство, быт. И тут бабушка, которая была где-то в Ростове, получает письмо от родителей — они живы.

Это было чудо: оказалось, что они уступили свои места на барже лежачим раненым, а сами плыли следом на какой-то маленькой лодчонке. А потом, в страшной неразберихе, в забитом войсками и ранеными Энгельсе, они просто не могли послать весточку дочери.

Бабушку отпустили в увольнение, она приехала в Сталинград. Точнее, в то, что от него осталось. Бросилась искать, но ни дома, ни больницы не существовало. Люди ютились в подвалах и землянках. Увидев какую-то закутанную в платок старушку, она спросила, где найти госпиталь? «Ты не узнаешь меня, я же твоя мать?».

Через некоторое время бабушку вместе с другими учителями демобилизовали, она вернулась в Москву. Юлий Иосифович вернулся к лечению детишек, после войны он был главным педиатром Сталинграда. А его любимый сын Яков погиб в Польше перед самым концом войны.

Борис Егоров, писатель, 66 лет.

— Война, война… Ну и чем была война для моего поколения? Так, одно название. Для меня война была кино: «В бой идут одни старики», «Судьба человека», «А зори здесь тихие», «Два бойца» и многие-многие душевные фильмы еще советского производства.

Папаня мой покойный насчет войны был очень немногословен. Знаю, что являлся артиллеристом, на войну пошел сам, не дожидаясь, пока позовут. Послушать его, только и делал, что стрелял из пушки. Но, как я теперь понимаю, стрелять можно тоже по-разному. Судя по количеству орденов и медалей, батя мой любимый там груши не околачивал. И ногу до конца жизни слегка подволакивал — пулька попала, из крупнокалиберного пулемета. Маманя была более разговорчивая, но отец разок пристукнул кулаком по столу — и я до сих пор не знаю, за что мама награды свои получила. Осталось только подозрение, что и она там не портянки стирала.

В геологии, где я проработал лет 20 на буровых, народ собирался очень… разнообразный. Наслушался я рассказов от тех, кто сам участвовал в войне. Здорово эти… повествования отличались от кино. Мой помбур — дядька лет на 30 старше — давал мне пощупать пулю и осколок, которые так в нем и остались после Берлина. И он не говорил про патриотический подъем, который его внезапно обуял. Нет. Он сказал, что за свой дом и сейчас порвет любого. А как-то вечером за кружкой чифира дядя выдал: «Что интересно… Война закончилась — куда вся злоба на немцев делась? Я в эшелон садился — домой — весь сухпай отдал немчонкам. Худые пацанята, ветром качает их. Они-то тут при чем…».

Дальше — больше. Не буду говорить за всех — только за моих друзей. Пьянствовал как-то с бывшими одноклассниками и однокурсниками, которых хрен занес в Афган. Один из них — Саня, его при мне однополчане с уважением называли «Ходячая смерть», как-то, расслабившись, сказал мне: «Борян, а ты знаешь, почему я там выжил? Только потому, что представлял себе, что за отца дерусь, за дядьку-танкиста и тетку-корректировщицу. Которых какие-то гады взяли да убили. Конечно… Темное это дело». Вот так до меня стало постепенно доходить, чего стоила Великая Отечественная моей Родине.

В моей московской молодости непринадлежность к диссидентам автоматически лишала тебя обожания девочек, рвущихся к высшему свету. Но, как бы я перед ними ни выпендривался со своей типа крутой критикой существующих порядков, всегда без рассуждений вступал в драки с теми, кто в своем инакомыслии доходил до гнилых базаров о бесполезности Великой Отечественной войны для демократического будущего нашего народа. Как стенограмму, помню свои вопли в «Яме» — пивной на Пушкинской, — когда я швырялся кружками и с трудом махал тяжеленной скамейкой:

Сами вы гондоны бесполезные! Не победи наши отцы — хрен бы вы здесь сидели!

А потом до меня и самого вроде дошло. Точно так же 22 июня 1941 года я бы бросил все, схватил бы в руки свечной ключ и помчался бы… на войну. Родина — это не место, где ты родился. И где ты сейчас живешь. Родина, по мне, — такое понятие, которое есть в сердце человека, или его, к несчастью, нет. Если нет, то человеку предстоит тоскливая старость.

А Родина — она будет жить. И да хранит ее Господь.

Чичикова Мария Филипповна, жительница седа Берново Тверской области, 90 лет.

— Немцы пришли в 41-м. 12 июля нас заняли, но мы остались и жили дома все. А в 43-м взорвалась немецкая машина в лесу, и старших всех заставили сторожить дорогу. Две недели сторожили, было сказано: при ком мина взорвется — того повесим. И вот две недели просторожили, никто не взорвался больше, и всех отпустили домой. А партизаны потом приходили, смеялись: ну как сторожилось? А мы вас видели. Старики тут, а молодежь там. Ну вот, выходит, что находили они место минам в другом месте.

Партизаны ходили на железную дорогу. Зайдут к нам, мама их покормит, папка табачку насыплет. Они говорили: «Отец, мы сегодня курить не будем, пока назад не вернемся». Дымом-то пахнет, а возле линии, на 50 метров лес и кусты вырублены. Дорога была голая. Оттуда идут, папка уже им готовит по кисету табаку, так они благодарны вот так были (показывает — по горло — прим. ред.).

Немцы у нас в деревне школу открыли. Ходила туда неделю, училась. Учительница у нас была — Ефросиния Емельяновна. Она с Ленинграда приехала отдохнуть, а тут ее война захватила. Вот и поставили учительницу, дали одну книжку. Она подойдет так, покажет: вот это буква — по-немецки написано — вот такая, «А». Ну «А», так пусть «А». А она пока так всех обойдет, я и забыла, что это «А». А потом приходит офицер — женщина. Она немка, была комендантом. Помню, как приходит, надо было всем встать и откозырять: «Хай Гитлер».

Ну вот так неделю мы походили и сказали: «Больше в школу не пойдем». Нас и не заставляли — не пошли, так не сильно вы там и надо.

В Германию отправляли. Привозили в октябре, ноябре из-под Ленинграда русских беженцев, которых захватили, и по деревне их расставляли по домам. А как только они немножко отъелись, чтоб были не такие голодные, так отправляли в Германию.

Приходит офицер, ставит на постой семью, и говорит: «Кушайт надо, кормить надо».

Молились, в церковь ходили, вот так и выжили. Моя мама только и выжила, что богу молилась, она же была кандидат партии, и ее уже везли в комендатуру. Получили повестку, мы с мамой попрощались, мамка стояла на коленках с папкой, молились. Поехали. Когда приехали, их было четыре человека — три мужчины, которые старые, ну, коммунисты, и мама.

Приехали, мама говорит: «Мужики, давайте я первая пойду туда, в комендатуру». В комендатуру зашла, там никого нет. Сидит одна русская переводчица, говорит: «Бабушка, ты зачем тут? Коммунистка?». Она отвечает: «Господь тебя люби, какая ж я коммунистка?». «А сюда ж только коммунистов вызывают, езжай домой. Если надо — вызовут».

И вот тех мужиков вызвали, а маму не вызвали.

Елена Сухинина, графический дизайнер, 44 года.

— Мой папа воевал. В начале 1942 года 17-летним он был призван для обучения в Омское пехотное училище. Недоучившихся курсантов отправляли в Можайск, где формировали части для отправки на фронт. Осень 42-го — отправка на оборону Сталинграда.

Немецкий плен. Множественные побеги, после которых переводили в лагеря с ужесточенными условиями. Украина, Польша, Германия.

Апрель 1945, после бомбежки Берлина военнопленных направляли разбирать завалы. В этот момент состоялся его последний, успешный побег.

Участвовал в уличных боях в Берлине.

Папа неохотно рассказывал о войне. А шрамы на его лице скрывали усы и борода.

Но благодаря журналистке, которая писала книгу о папе, сохранилась аудиозапись, около семи часов их беседы. В ту книгу вошли самые трешевые истории. Журналистка аргументировала, что сейчас читателей интересует именно такое наполнение:

«Победа нуждалась в нем, как в художнике. Сухинин был нарасхват, каждое подразделение хотело видеть отражение своих подвигов на панно и плакатах. Он делал рисованные портреты героев, малевал плакаты на огромных полотнищах. Своих рук уже не хватало, и к нему приставили немцев в помощники. Это была лихорадка работы. Но вот началась и постепенная демобилизация войск. Сухинин не согласился: "Да у меня и дома-то нет, и куда я приеду с таким лицом?".

Вот и порешили: Сухинин придумает памятник, и его отправят в Москву на пластическую операцию. Памятник должен был быть солдатом с винтовкой в одной руке и знаменем в другой. Долго мучился Сухинин, пробуя и эдак, и так, срисовывая с зеркала свое отражение, — ну никак не компонуются винтовка и знамя. Уж было совсем отчаялся, но если вместо винтовки взять автомат... И вдруг все пошло! Вот он, памятник! Солдат с перекинутым через плечо автоматом держит в руках знамя, кричит "ура!", а сам ногой подпирает фашистскую свастику».

Нина Гришакова, пенсионерка, 80 лет.

— Родилась я когда вовсю шла война. До трех лет я не знала, что такое хлеб. Когда мне дали хлеб в первый раз, то я думала, что это мыло и не брала. Только когда насильно затолкали в рот, тогда начала просить еще. Хорошо еще помню, как ела мелкую нечищеную картошку, было очень вкусно, особенно когда только сварится.

По рассказам мамы, немецкий штаб стоял у нас в деревне немного наискось от нашего дома. Деревня Претычино. Это Калужская область, Думиничский район. Мой брат, ему было 6 лет, туда-сюда бегал. Голод был, он бегал в штаб, пел песни им, плясал, они его кормили, знали, что я маленькая, грудник, давали мне манную кашу, меня кормили.

Немцы стояли в низине, а наши на горе. Полтора километра от нас. Бой шел обычно с утра. Мама как говорила: загудит катюша, даже земля затрясется, страшно было! Конечно, страшно! Ей надо за водой выйти, а пули так и свистят мимо, так жикают. Но не убило. И всегда мама брала меня с собой, я же грудничком была, и говорила: если меня убьют, значит, и ее убьют. А могли же и в голову, и в живот. Но она все равно брала меня, чтобы нас убило двоих.

Ночью наши деревенские вывозили хлеб партизанам. И кто-то продал их — что нашим партизанам жители вывозят хлеб. А какие там жители? Бабы были, мужиков всех забрали, ну были, наверное, какие-то инвалиды. И все. Немцы выслали отряд. Карательный. А партизаны узнали, что идет карательный отряд. И наши немцев за четыре километра от деревни встретили. И сделали засаду.

Но один наш солдат — не выдержали, видимо, нервы — начал раньше стрелять. И все наши погибли. И командир их погиб

Потом уже, после войны, все останки собрали в кучу, напротив нашего дома могилка была. Деревню переименовали в Корнево по имени того командира.

А немцы, кабы отомстить за все это, сожгли деревню. Ничего не осталось. Никаких документов. Даже фотографии отца у меня нет, он погиб в 1942 году где-то под Смоленском.

Анюта Каргашина, врач, специалист по спортивной медицине, 34 года

— У меня дедушка воевал на Карельском фронте. Каргашин Сергей Сергеевич. Был военным фотокорреспондентом. Звание — ефрейтор. От него у меня остался фотоальбом «Это было на Карельском фронте». Там его фотографии и других фотографов.

Очень мало знаю о том, как он воевал, потому что как-то в детстве спросила у него про фронт, он рассказал, как в Карелии при температуре -50 они копали из снега землянки, чтобы не замерзнуть. Рассказывает и начинает плакать. Я и не спрашивала больше, чтобы не травмировать его. А фотографий много военных осталось, которые как раз дедушка снимал. Я запомнила его веселым, добрым и очень любящим мою бабушку.

Игорь Надеждин, журналист, 53 года

— Мой отец родился в 1923 году в подмосковном городе Перово. В школу он пошел в 1931-м, и был одним из самых старших в классе. Это многое предопределило в его судьбе.

21 июня 1941 года была суббота, и в школе был выпускной вечер. Два выпускных класса гуляли всю ночь и все утро — последние часы, которые они могли провести вместе. И обращение Молотова о начавшейся войне услышали тоже вместе: 56 выпускников и три учителя, самые любимые, допущенные в круг учеников…

Все вместе сразу пошли в военкомат. Отцу (ему до 18-летия оставалось две недели) сразу выписали повестку на 3 июля «явиться с вещами…».

Рано утром 3 июля одноклассники проводили его на сборный пункт, там его на глазах всех расцеловала любимая девушка Роза. Она погибнет от шальной бомбы уже в сентябре 1941 года, но отец об этом узнает только в конце 1947 года — его мать, моя бабушка, так и не найдет сил написать сыну об этом.

Странно поворачивается судьба: отец, призванный в армию, с 22 июля 1941 года воевавший в действующей армии, имеющий три красных и три золотых нашивки на пиджаке рядом с колодками его орденов и медалей, вернулся с войны, а его одноклассники, мальчишки, которым оказалось чуть меньше месяцев, и большинство любимых учителей полегли под Москвой в дивизии народного ополчения. Погибли и многие одноклассницы — во время рытья окопов на ближних подступах к столице. В живых от двух классов остались, кажется, три человека.

Отец прошёл все битвы Великой отечественной, кроме Сталинградской — там пропал без вести мой дед, полный Георгиевский Кавалер в Первую мировую… А отец после Битвы за Москву оказался в Крыму, где сначала отступал, а потом — наступал, потом опять отступал и был ранен… Из госпиталя — под Ржев, где чудом остался жив в страшной мясорубке 1942 года… Затем несколько месяцев в резерве — и Курская дуга. Затем — форсирование Днепра, освобождение Украины и Белоруссии, потом — штурм Кенигсберга, откуда 8 мая их срочно сорвали и отправили в Прагу. Последний бой отец принял уже после капитуляции Германии, 10 мая… Бой, в котором тяжёлые ранения получил его напарник, скончавшийся в июне 1945 года в госпитале.

В военном билете отца написано: в действующей армии с 22 июля 1941 года… Пехотинец, воинская специальность — телеграфист, потом — телефонист. Всю войну он обеспечивал связь между передним краем, передовыми окопами и штабами, самый дальний из которых — штаб полка. То есть — не дальше пяти километров от линии фронта.

Телефонисты формально были сведены в отдельный взвод, но фактически во время боевых действий прикомандировывались к ротам. Главное внешнее отличие телефониста — катушка с кабелем. Наши, советские, были большие и тяжелые, поэтому связисту была положена по штату лошадь — на нее вьючили катушки, и она шла в поводу. Немецкие катушки были меньше и значительно легче, поэтому связисты старались пользоваться ими.

На одном из привалов, во время ужина, отец, не успев доесть из общего котла, встал, чтобы задать корма лошади — сразу после марша кормить их нельзя, надо было дать спокойно постоять. И в этот момент фрицы выпустили десяток мин, скорее всего, по огням костров.

Отец стоял у морды лошади, навешивая на нее торбу, когда мина ударила в землю точно между ее ног. Все осколки ушли в стороны, полностью выкосив два отделения — слева в десятке метров то, к которому был прикомандирован отец, а справа, тоже в десятке метров — другое. Ни на отце, ни на лошади не было ни царапины, да и от взрыва они не оглохли. И взрывной волной не подкинуло. Так, комьями земли побило. А два отделения — насмерть.

Уже после смерти отца, на его поминках, мне рассказали две истории, о которых он сам ни разу не обмолвился.

Первая — накануне Курской битвы. Отец в штабе батальона дежурил у телефонного аппарата, и вдруг связь прервалась. Без боя, в затишье. Его отправили искать обрыв.

Обратно он вернулся, приведя двух пленных…

Как выяснится, фрицам очень был нужен «язык», причём из штабных. И они, обнаружив линию связи, перерезали её, чтобы захватить связиста — тот точно знает больше бойца на передовой. Перерезали и затаились — но ошиблись в направлении, и оказались спиной к отцу, который шёл чинить связь… Он же, понимая, что без артобстрела провод порваться не может, всё-таки ожидал какую-то гадость. И был внимателен, смотря не столько на провод, сколько вокруг. И заметил засаду.

Тихо отошёл назад, собираясь звать помощь, но тут увидел однополчан, которые свалили в самоволку искупаться… Вчетвером они сумели одолеть вражескую разведку, двоих даже взяли живыми. Но вот в штабе появиться мог только отец — остальные-то в самоходе. «Хорошо, что было это на батальонном уровне. В полку бы с нас с живых не слезли, — рассказывал мне на поминках дядя Саша, один из тех "самоходчиков". — А в батальоне обошлось…»

Вторая произошла позже, уже под Кенигсбергом.

Тогда, при штурме города и крепости, в какой-то момент части враждующих армий перемешались: получился слоеный пирог. И отец, протягивая связь, наткнулся на такой же провод. Подключился к нему — и понял, что попал на линию фрицев.

Немецкий он знал отлично. Послушав несколько минут переговоры врага, он подключился к нашей, так и не до конца проложенной им линии, и стал передавать в штаб данные о немцах. Опять отключился, послушал фрицев — и вновь доложил нашим. Хотел и дальше послушать врага, но получил по шапке от комбата за так и не налаженную связь и побежал дальше тянуть провод к нашим позициям.

Правда, потом его вызвал комдив и объявил благодарность: короткие данные, подслушанные отцом, оказались точнее и надежнее разведданных, и помогли нашим избежать ловушки.

Ольга Рыбакова, специалист по маркетингу, 37 лет

— Моя бабушка с семьей (отец, мать и младший брат) жила в Смоленске. Когда началась война, отец ушел на фронт, а бабушка, ее мама и младший брат остались дома.

Когда немцы вошли в Смоленск, то бабушку с семьей погнали через всю Белоруссию на границу с Польшей в распределительный лагерь. По дороге от болезней, недоедания и тяжелых условий умерла ее мать. Они остались вдвоем с братом, который несколько раз сбегал, но потом возвращался, так как не мог оставить сестру одну.

Вообще его два раза пытались расстрелять, так как он был похож, по мнению немцев, на еврея — кудрявый, с темными волосами. Первый раз в селе, в котором они стояли несколько дней, его спасла какая-то женщина, которой он за еду помогал ухаживать за лошадями. Попросила его не расстреливать, потому что он полезный в хозяйстве.

Второй раз перед расстрелом он убежал и прятался в телеге с навозом. Немцы протыкали ее вилами, но так его там и не нашли, поэтому ему удалось уйти. Но после этого случая он все равно вернулся. Уже когда их пригнали в лагерь, ему удалось убежать еще раз и выйти на нашу армию, которая через некоторое время и освободила лагерь, вместе с бабушкой.

Бабушка умерла в прошлом году в возрасте 94 лет.

Идеологические битвы как поле сражения на страницах истории Великой Отечественной войны

Источник: region.kg

Одним из главных событий прошлого столетия для постсоветских государств стала Великая Отечественная война, которая сыграла решающую роль в исходе Второй мировой войны. Однако в последнее время предпринимаются активные попытки переписать ее историю и умалить вклад советских республик в победу над фашизмом, и тем самым разрушить многовековые связи между постсоветскими государствами и подорвать их идеологические основы.

К такому выводу пришли участники международной онлайн конференции: «Фальсификация истории ВОВ на постсоветском пространстве в разрезе геополитики: позиции, источники, масштабы распространения», организованной Клубом региональных экспертов КР «Пикир».

Несмотря на усилия деструктивных сил, для миллионов людей, как на территории бывших союзных республик, так и за ее пределами День Победы остается важным праздником.

- Для Кыргызстана память о ВОВ, как и День Победы имеют большое общественное значение. В этом году, несмотря на ограничения по проведению массовых мероприятий, связанные с пандемией, в Бишкеке и других городах страны прошло шествие «Бессмертного Полка», потому что День Победы невозможно перечеркнуть политической конъюнктурой или информационными войнами. В семьях многих кыргызстанцев жива память о близких, которые воевали против фашизма. История Победы — это история семьи, и история семьи — это история Победы, - отметил сопредседатель Клуба региональных экспертов КР «Пикир», политолог Игорь Шестаков.

Он обратил внимание, что с целью принизить роль советского народа в победе над фашистскими захватчиками, в последние годы активно используются соцсети.

- Информационные вбросы имеют сценарную основу и соответствующее финансирование от внешних заказчиков, которые стремятся всеми способами перечеркнуть роль советских солдат в разгроме фашизма. К сожалению, в школах республики все меньше часов уделяется изучению истории ВОВ, что способствует более широкому распространению фейковой информации о событиях войны среди молодежи, - добавил эксперт.

На наиболее распространенные фейки обратила внимание депутат Жогорку Кенеша Евгения Строкова. По ее словам, сейчас нередко можно услышать, что ВОВ была войной России, а население остальных советских республик было вынуждено участвовать в чужой войне.

- Когда звучат высказывания, мол, наши предки воевали за Россию, хочется напомнить две вещи, которые почему-то забывают или намерено игнорируют те люди, которые так говорят. Во-первых, тогда была единая страна – СССР, и именно за нее сражался весь советский народ. Во-вторых, если бы врага не остановили на территории России, то он бы дошел и до нас – до Центральной Азии. К сожалению, такие мнения и перекосы сильно сказываются на сегодняшних отношениях наших стран. Я думаю, что к вопросу фальсификации истории Великой Отечественной войны нужно более внимательно и более содержательно относиться не только в школах, но и высших учебных заведения, а также на официальных площадках, - отметила парламентарий.

Продолжая тему, советник посольства КР в РФ Мирлан Тургунбеков также отметил, что в последнее время интенсифицировались информационные атаки на историю ВОВ, вплоть до попыток ее беспринципного и циничного переписывания.

- Однако всем стоит помнить о не имеющем срока давности решении Нюрнбергского трибунала по факту зверств – преступлений против человечества, которые совершил гитлеровский режим. Мы и любые другие страны всегда должны рассматривать этот документ, как основу в изучении истории Второй мировой и Великой Отечественной войн. Безусловно, необходимо продолжать работу по раскрытию архивных и ранее засекреченных данных, потому что открытость и прозрачность в этих вопросах позволит естественным образом сохранить историческую правду, - сказал дипломат.

В свою очередь директор Центра изучения перспектив интеграции ЕАЭС (Белоруссия) Дмитрий Беляков, подчеркнул, что советский народ не участвовал во второй мировой войне, целью которой был передел рынков.

- Советский народ, который фашисты планировали уничтожить полностью, сражался на фронтах Великой Отечественной Войны. И это, к слову, один из ключевых вопросов, где начинается фальсификация и подмена понятий. Для нас до сих пор Великая Победа является священной и объединяющей, потому что все народы постсоветского пространства являются потомками победителей. ВОВ стала квинтэссенцией советского духа, поднявшегося на ужасную войну против фашизма, который был своего рода проектом, созданным при участии Великобритании и США, поэтому сейчас Запад пытается «отплатить» нам за то, что мы разрушили этот его проект по уничтожению СССР, - отметил эксперт.

Он рассказал, что в Белоруссии сейчас достаточно остро стоит вопрос с фальсификацией истории. Есть люди, которые, например, пытаются реабилитировать белорусских коллаборантов – по сути, пособников фашистов, которые сражались против своего же народа с оружием в руках.

- Сейчас их красно-белая символика используется деструктивной белорусской оппозицией, которая пытается накачать народ идеями, что, якобы, Белоруссия находилась под гнетом СССР, и белорусы очень от этого страдали, поэтому во время ВОВ сражались против советской власти. Еще одно направление – уравнять Сталина и Гитлера. Причем, эта работа ведется достаточно системно, - сообщил Беляков.

При этом он выразил озабоченность тем, что серьезная фальсификация и искажения некоторых фактов происходит и на уровне образования – скрываются факты фашистских зверств, количество концлагерей, которые были в Белоруссии и многие другие моменты.

Преподаватель истории и обществознания из Кемерово Антон Лебедев в свою очередь напомнил, что дискуссия относительно ВОВ возникла в обществе в начале 90-х годов в связи с распадом СССР и коммунистической идеологии, а также в силу рассекречивания архивов и знакомства с иностранной историографией, а в начале нулевых такие споры сменились откровенными попытками официальных структур некоторых постсоветских государств реабилитировать пособников нацистской Германии, а в публицистике и информационном пространстве уровнять советский коммунизм и германский нацизм.

- Современный формат выносит обсуждение данных концепций в средства массовой информации, охватывающих широкую аудиторию, в том числе и молодежь. Чаще всего звучит критика действий советского руководства и лично Сталина, в том числе уравнивание его и нацистского руководства в вынашивании и подготовке захватнических планов, а также отождествлении коммунизма и нацизма. Во всем этом явно просматривается стремление вывести из-под критики действия стран Запада. Однако события Великой Отечественной войны являются на сегодня объединяющей идеей современного общества, и наглядней всего это выражается в акции «Бессмертный полк», участие в которой принимают миллионы потомков фронтовиков, - отметил историк.

Как отметил эксперт по вопросам безопасности Таалайбек Джумадылов, в вопросах противодействия искажению истории Великой Отечественной войны необходима целенаправленная государственная политика, а также совместная межгосударственная программа в рамках ЕЭАС и ШОС.

- Фальсификация является широкомасштабным проектом по дискредитации истории ВОВ, которая финансируется нашими геополитическими противниками - США и их сателлитами – в контексте сдерживания России. Это делается для того, чтобы разрушить дружбу и единство наших народов изнутри, - обратил внимание эксперт.

Как отметил кандидат исторических наук, доцент КНУ Нарынбек Алымкулов, фальсификаторы пользуются тем, что некоторые аспекты истории Великой Отечественной войны недостаточно изучены, описаны или переданы в искаженной форме.

- Одну из ключевых ролей в борьбе с фальсификацией истории Великой Отечественной войны должны играть исследователи. Перед ними стоит множество актуальных задач, и на них лежит большая ответственность: необходимо приложить усилия, чтобы раскрыть малоизученные вопросы. Ученые бывшего СССР должны объединиться и заново написать правдивую, истинную историю о войне, заполнив все существующие пробелы, чтобы не дать шанса тем, кто хочет ее исказить, - подчеркнул историк.

Эксперт из Еревана Цовинар Костанян обратила внимание, что сегодня осуществляются попытки переписывания истории и в книгах, и на уровне всевозможных общественных организаций, которые финансируются Западом и преследуют цель фальсифицировать итоги ВОВ и Второй мировой войны, чтобы принизить роль советского народа в Великой Победе над фашизмом. В республиках, где не было активных военных действий, пропагандисты нередко пытаются внедрить идеи, что Великая Отечественная была войной России.

- Понятно, что так могут говорить только люди, не знакомые с историей ВОВ, либо же те, кто преднамеренно искажает факты. Что касается Армении, то у нас с большим трепетом относятся ко Дню Победы и истории Великой Отечественной войны, в которой приняли участие 600 тысяч армян. В те годы население республики составляло 1,5 млн человек, и 20% из них ушли на фронт. Поэтому в нашей стране практически нет ни одной семьи, чей родственник не воевал бы в 1941-1945 годах. И этой памятью настолько пропитано сознание армянского народа, что попытки фальсификаций просто не дееспособны. Есть отдельные общественные организации, обильно финансируемые западными структурами, которые периодически пытаются вести искаженную пропаганду, но их никто не воспринимает всерьез, - рассказала Цовинар Костанян.

По словам эксперта, попытки фальсификации истории о ВОВ нацелены на то, чтобы не позволить странам евразийского пространства строить общее будущее.

- Пытаясь выбить из-под наших ног почву общей истории, наши недоброжелатели хотят добиться того, чтобы в дальнейшем мы не смогли объединиться и вместе развиваться, - добавила она.

В своем выступлении председатель ОО «Писатели города и регионов», член Союза писателей и журналистов КР и РТ, писатель Салима Шарипова напомнила, что в годы ВОВ погибли около 27 млн советских граждан. Она подчеркнула, что Советский Союз был вынужден принести такую жертву, и этого никогда никто не сможет оспорить, как и того межнационального единства, братства и содружества, которое было в СССР.

- Когда говорят, что Великая Отечественная война была войной России, хочется им напомнить, что это была война всего советского народа, и если бы каждая из советских республик не участвовала в ней, то возможно, сейчас мы бы чистили сапоги фрицам, если бы наши страны вообще существовали. Сегодня наши идеологические противники посягают на самое святое, нацеливая свои усилия по передергиванию исторических фактов на непросвещенное молодое поколение, - отметила Салима Шарипова.

Доктор политических наук, профессор СИУ-РАНХиГС, старший научный сотрудник Центра изучения России Восточно-Китайского педагогического университета Сергей Бирюков сделал экскурс в историю самого нацизма, отметив, что данная система была очень устойчива и прочно укоренилась и Европе, где воспринималась как едва ли не единственный противовес СССР.

- Европейские элиты без особого сопротивления сдали Гитлеру Европу и поощряли его к движению на восток. Военно-политическая и идеологическая модель нацизма могла быть разрушена только военным путем извне, и только усилиями страны, которая не вписывалась в сложившуюся систему и была способна на мобилизацию всех своих ресурсов и на колоссальное самопожертвование. В той ситуации эту роль мог сыграть только Советский Союз, поскольку англосаксонские державы первоначально не планировали выступить в роли «сдерживающего барьера» по отношению к нацизму, - отметил Бирюков.

Он добавил, что Великая Отечественная война стала ключевым шагом к консолидации советского общества. В свою очередь, победа в ВОВ подтвердила право связанных общей идеей советских народов на существование в истории, на историческую субъектность, на достойное место в рамках приемлемого для себя мирового порядка.

По словам президента международной ассоциации ветеранов спецподразделения «Альфа» КР Юрия Погибы, в последнее время в истории появилось новое направление, так называемый, исторический ревизионизм в отношении событий до, во время и после Великой Отечественной войны.

- Наиболее популярные авторы в этом направлении Солонин, Суворов – он же Резун, Юрий Швец, Андрей Кузнецов, который отвергает ленинградскую блокаду и всю логику ВОВ. Многие из них – это бывшие нелегалы и перебежчики, 60% тех, кто выступает в авангарде ревизионизма, а, по сути, фальсификации истории имеет какое-то отношение к спецслужбам западных стран, либо это предатели, либо коллаборнисты, которые работают в западных проектах, преднамеренно искажающих исторические факты, - отметил эксперт.

Он подчеркнул, что работа по сохранению исторической правды о войне должна быть организована с упором на молодежь, т.к. у молодого поколения сильнее размыты представления о геополитических врагах, об идеологии и идеологических диверсиях в отношении нашей истории.

- Отвечать фальсификаторам нужно не агрессией, а четкой железной аргументацией, основанной на фактах и цифрах, - добавил Юрий Погиба.

Тот факт, что переписывание и фальсификация истории является серьезной идеологической проблемой, которая может стать причиной обострения межнациональных отношений между народами на постсоветском пространстве, обратила внимание эксперт по гуманитарным вопросам, экс-замминистра образования КР Умутхан Тыналиева.

- В период информационных войн данные явления развязывают руки недобропорядочным политтехнологам, которые искажая факты, манипулируют общественным сознанием. К сожалению, раскачивание межгосударственных и межнациональных отношений в странах ЦА в ракурсе освещения истории ВОВ путем распространения псевдонаучных исследований и комментариев к историческим событиям стало носить системный характер, - отметила эксперт.

По ее словам, на таком же системном уровне в странах Запада и США практикуется публикация, якобы, новых исследований, посвященных истории Второй мировой войны, за которым следует массированный процесс публичного, зачастую эмоционального комментирования этих исследований в социальных сетях.

- Легко определить цели таких действий, в первую очередь они заключаются в том, чтобы внести раскол между Россией и странами центрально-азиатского региона. На такие вызовы необходима своевременная и оперативная реакция, как со стороны официальных структур, так и со стороны представителей научной, экспертной и общественной элиты. Важным направлением должно стать увеличение учебных часов на изучение истории ВОВ в школьной программе, - добавила Умутхан Тыналиева.

Продолжил тему руководитель ОФ «Мир Евразии» Эдуард Полетаев (Алматы), который отметил, что сегодня многие политические и даже повседневные бытовые споры все чаще переключаются на историю в силу того, что во-первых, историческое и национальное сознание во многом сопряжены, и во-вторых, потому что в эпоху информационных войн создание, так называемых, новых исторических концепций, под которые подгоняются те или иные фактологические материалы, активно используется в различных тактических целях.

- В этой связи сегодня, в том числе и перед экспертами, стоит актуальная задача стремиться к тому, чтобы историческая наука консолидировала наше общество, т.е. восприятие истории должно быть цельным и позитивным, оно должно объединять народы. Единства на пространстве Евразии нужно добиваться при помощи исторических аргументов – историческая наука обладает огромным потенциалом для развития интеграционных процессов, - уверен Эдуард Полетаев.

В свою очередь кандидат политических наук, доцент СИУ-РАНХиГС (Новосибирск) Александр Барсуков подчеркнул, что попытки фальсифицировать историю и исказить правду о коллективном вкладе в Великую Победу актуализировали необходимость борьбы с фейками.

- Политическое использование прошлого и искажения исторических событий о Второй мировой войне со стороны ряда стран обращают нас сегодня не только к обсуждению темы памяти поколений, но и проблеме противодействия реабилитации нацизма в медиа пространстве. Несомненно, дискуссия сегодня обратила нас и к вопросам молодежного измерения гуманитарного сотрудничества, поскольку прошлое и настоящее в медийном пространстве подчас становится полем производства смыслов, - уверен политолог.

По убеждению кандидата исторических наук, доцента кафедры истории КемГМУ Вадима Шиллера, фальсификация истории в современном мире является не столько результатом деятельности отдельных «добросовестно заблуждающихся» непрофессионалов, сколько инструментом решения политических и геополитических задач, успешному решению которых способствует развитие глобальной сети интернет и различных сетевых ресурсов и площадок.

- Потенциальные и реальные геополитические противники России фальсифицируют преимущественно историю Второй Мировой войны, закрепляя в нормативно-правовых актах, национальных учебниках истории, художественной литературе, а также документальном и игровом кино установки, отождествляющие СССР и нацистскую Германию, и возлагающие равную ответственность за развязывание мировой войны на Сталина и Гитлера, выводя, таким образом, Советский Союз из статуса страны-победителя и освободителя ряда европейский стран в категорию страны-преступника. Эти установки автоматически переносятся на современную Российскую Федерацию как правопреемницу СССР, фактически развязывая руки русофобской пропаганде, и легитимируя в массовом сознании европейских народов жесткие политические санкции антироссийской направленности, - подчеркнул историк.

По его словам, одновременно с попытками ввести СССР в корпус стран-агрессоров предпринимаются попытки реабилитировать нацизм через значительное принижение масштабов геноцида населении оккупированных территорий, а также представить нацистскую Германию, как слепую жертву манипуляций кремлевской политической элиты, которая, якобы, пыталась сделать из Третьего рейха «ледокол мировой революции».

Проект истории ветеранов (Библиотека Конгресса

Мир Рассказы о Второй войне в алфавитном порядке по фамилии

A | B | C | D | E | F | G | H | Я | J | K | L | M | N | O | P | Q | R | S | Т | U | V | W | X | Y | Z

А
Джей С. Адамс
Война: Вторая мировая война
Филиал: Армия
Расположение службы: Англия, Франция, Бельгия, Германия
Наивысший ранг: Рядовой первого класса
Герберт Менно Амстутц
Война: Вторая мировая война
Филиал: Армия
Расположение службы: Франция
Высший ранг: Подполковник
Уильям Дженнингс Арнетт
Война: Вторая мировая война
Филиал:
Армия
Расположение службы: США и Европейский театр
Наивысший ранг: Сержант
Б
Рассел Мак Болдуин
Война:
Мир Вторая война
Филиал: Армия
Расположение службы: Франция, Бельгия, Голландия, Германия, Австрия
Высший ранг: Т-5
Карл Д.Бек
Война: Вторая мировая война
Филиал: Армия
Расположение службы: Франция, Голландия, Бельгия, Германия
Высший ранг: Старший сержант
Самуэль Бойлстон
Война: Вторая мировая война
Филиал: Военно-воздушные силы
Расположение службы: Новая Каледония, острова Новые Гебриды
Высший ранг: Технический сержант
Меда Брендалл
Война: Вторая мировая война
Статус: Гражданский, сварщик в Балтиморе, Мэриленд, Вифлеем-Фэрфилд Верфь
К
Изабель Повар
Война: Вторая мировая война
Филиал: Армейский корпус медсестер
Расположение службы: США, Франция, Италия и Северная Африка
Наивысший ранг: Старший лейтенант
Клэр Мари Моррисон Крейн
Война: Вторая мировая война
Расположение службы: Кливленд, Огайо
Статус: Гражданское лицо, United Service Organization
Дентон W.Крокер
Война: Вторая мировая война
Филиал: Армия
Расположение службы: Новая Гвинея, Моротаи, Филиппины, Окинава (острова Рюкю), Япония
Наивысший ранг: T-4
D
Элвин Диксон
Война: Вторая мировая война
Филиал: Армия
Расположение службы: Англия, Франция, Бельгия
Высшее звание: Старший лейтенант
Кеннет Т.Делейни
Война: Вторая мировая война
Филиал: Армия
Расположение службы: Англия, Франция, Бельгия, Германия, Чехословакия
Высший ранг: Сержант
E
Джон Уолтер Эрл
Война: Вторая мировая война
Филиал: Армия
Расположение службы: США, Франция, Германия и Австрия
Наивысший ранг: Капитан
Джон Энман
Война: Вторая мировая война
Филиал: Военно-воздушные силы
Расположение службы: Индия
Высший ранг: Сержант
Ф
Брюс Дональд Фенчел
Война: Вторая мировая война
Филиал: Армия
Расположение службы: США, Англия и Европейский театр
Высший ранг: Капитан, резерв
Дональд Патрик Финн
Война: Вторая мировая война
Филиал: Военно-морской флот
Расположение службы: Тихоокеанский театр
Высший ранг: Помощник главного машиниста авиации
Маргарет Флеминг
Война: Вторая мировая война
Место обслуживания: Англия, Франция, Люксембург, Бельгия, Германия
Статус: Гражданское лицо, работник Красного Креста
G
Мэри Шелдон Гилл
Война: Вторая мировая война
Филиал: Армия
Расположение службы: США
Высший ранг: Сержант
Бенджамин А.Гилман
Война: Вторая мировая война
Филиал: Армейский авиакорпус
Расположение службы: США, Марианские острова
Высший ранг: Старший сержант
фиолетовый Хилл Гордон
Война: Вторая мировая война
Филиал: WAAC (Вспомогательный женский армейский корпус)
Расположение службы: США, Англия и Франция
Наивысший ранг: Капитан
Марион Рех Гурфейн
Война: Вторая мировая война, Корея, Вьетнам
Статус: Гражданское, жена военнослужащего
H
Джозеф М.Халичек
Война: Вторая мировая война
Филиал: Армия
Расположение службы: Англия, Франция, Бельгия, Германия, Чехословакия
Высший ранг: Сержант
Рафаэль Хиртц
Война: Вторая мировая война
Филиал: Армия
Расположение службы: Северная Африка, Англия, Франция, Китай
Наивысший ранг: Капитан
Жанна Холм
Война: Вторая мировая война, Корея, Вьетнам
Филиал: Air Force
Место обслуживания: США, Берлин, Корея, Италия, Техас
Наивысший ранг: Генерал-майор
Амори Хоутон-младший
Война: Вторая мировая война
Филиал: Корпус морской пехоты
Расположение службы: Атлантический театр
Высший ранг: Рядовой первого класса
Роберт A. Huttemeyer
Война: Вторая мировая война
Филиал: Военно-морской флот
Расположение службы: Англия, Франция, Филиппины
Высший ранг: младший лейтенант
К
Артур ЧАС.Klobe
Война: Вторая мировая война
Филиал: Армия
Расположение службы: Англия, Франция
Высший ранг: Подполковник
л
Уильям Валентин Лончарич
Война: Вторая мировая война
Филиал: Армия
Место службы: Европейский театр
Наивысший ранг: Майор
М
Франк Э.Макки
Война: Вторая мировая война
Филиал: Армия
Расположение службы: Ирландия, Англия, Франция, Бельгия
Высший ранг: Сержант
Фред Просо
Война: Вторая мировая война
Филиал: Армия
Место службы: Англия, Франция, Германия
Высшее звание: Техник, пятый класс
Елена Незначительный
Война: Вторая мировая война
Филиал: Армия
Расположение службы: Джорджия, Статен-Айленд, Миссури, Эль-Пасо
Наивысший ранг: Технический сержант
Вальтер Моррис
Война: Вторая мировая война
Филиал: Армия
Расположение службы: США
Высший ранг: Младший лейтенант
Екатерина Невилл
Война: Вторая мировая война, Корея, Вьетнам
Филиал: Армия
Место обслуживания: Массачусетс, Англия, Калифорния, Токио, Вирджиния, Германия, Нью-Йорк, Корея
Наивысший ранг: Major
O
Ирвинг Область
Война: Вторая мировая война
Филиал: Военно-морской флот
Расположение службы: США
Высший ранг: Йомен Первого класса
Роберт Ли Олен
Война: Вторая мировая война
Филиал: Армия
Расположение службы: США, Италия
Высший ранг: Сержант
п
Эллисон W.Парфитт
Война: Вторая мировая война
Филиал: Армия
Расположение службы: Англия, Франция, Бельгия, Люксембург, Германия
Высший ранг: Рядовой первого класса
Роберт Х. Пауэлл
Война: Вторая мировая война
Отделение: Армейский авиационный корпус
Подразделение: 352-е FG, 328-я эскадрилья
Расположение службы: Европейский театр
Наивысший ранг: Капитан
Салли Хичкок Пуллман
Война: Вторая мировая война
Филиал: Армейский корпус медсестер
Расположение службы: Новая Гвинея и Филиппины
Высший ранг: Старший лейтенант
R
Натаниэль Г.Рэйли
Война: Вторая мировая война
Филиал: Военно-воздушные силы
Расположение службы: Средиземноморский театр
Высший ранг: Старший лейтенант
Сидней Алджернон Ричс, старший
Война:
Мир Вторая война, Корея
Филиал: Армия
Расположение службы: Тихоокеанский театр
Высший ранг: Подполковник
Роберт Л.Richstatter
Война: Вторая мировая война, Корея
Филиал: Армия
Расположение службы: Северная Африка, Италия, Германия, Австрия, Япония, Корея
Наивысший ранг: Капитан
Арнольд М. Роббинс
Война: Вторая мировая война
Филиал: Армия
Расположение службы: Исландия, Англия, Франция
Наивысший ранг: Капрал
Бертон Рубин
Война: Вторая мировая война
Филиал: Армия
Расположение службы: США, Франция, Германия
Высший ранг: Сержант
S
Бен М.Снайдер
Война: Вторая мировая война
Филиал: Армейский авиационный корпус
Расположение службы: США, Гавайи Острова, острова Палау и Тихоокеанский театр
Высший ранг: Подполковник
Джеймс Уильям Симпсон
Война: Вторая мировая война
Филиал: Военно-морской флот
Место обслуживания: Северная Африка, Италия, Франция, острова Рюкю, Иво Jima
Высший ранг: Моряк второго класса
Трейси А.Шугармен
Война: Вторая мировая война
Филиал: Военно-морской флот
Расположение службы: Англия, Франция
Высший ранг: Лейтенант младший ранг
Джозеф Steinbacher
Война: Вторая мировая война
Филиал: Армия
Расположение службы: Новая Гвинея, Филиппины
Наивысший ранг: Сержант
Малькольм Харви Стилсон
Война: Вторая мировая война
Филиал: Армейский авиационный корпус
Расположение службы: США, Индия
Наивысший ранг: Старший сержант
Джон Р.Судык
Война: Вторая мировая война
Филиал: Армия
Расположение службы: Франция, Бельгия, Германия, Чехословакия
Высший ранг: Капрал
т
Уоррен Цунейши
Война: Вторая мировая война
Филиал: Армия
Расположение службы: Тихоокеанский театр
Высший ранг: Технический сержант
В
Мари Бренд Voltzke
Война: Вторая мировая война
Филиал: WAVES (Женский резерв ВМС)
Расположение службы: Вашингтон, округ Колумбия
Наивысший ранг: Главный специалист «Q»
Вт
Гленн Б.Уэббер
Война: Мир Вторая война
Филиал: ВВС
Расположение службы: Европа, Франция
Наивысший ранг: Сержант
Стэнли Вайнберг
Война: Вторая мировая война
Филиал: Армия
Расположение службы: Европейский театр
Высшее звание: Старший лейтенант
Генри J. Wilayto
Война: Вторая мировая война
Филиал: Армия
Место обслуживания: Филиппины
Корбин Б.Уиллис-младший
Война: Вторая мировая война, Корея
Филиал: Армейский авиационный корпус
Место обслуживания: Англия, Германия, Япония, Корея и Канада
Наивысший ранг: Major
Клод К. Вудринг
Война: Вторая мировая война
Филиал: Армия
Расположение службы: Англия, Франция, Бельгия, Германия
Высший ранг: Сержант

Военные истории: Американский народ во Второй мировой войне

Бэйб при каждой возможности писал своей семье в Уотербери.Его мать, вдова, жила его письмами. Каждый день она ждала на крыльце, надеясь, что почтальон принесет еще одно письмо от ее среднего сына. Когда пришли письма, в них ничего не говорилось об ужасах, которые видел Бейб. Вместо этого он был краток и оптимистичен:

Я здоров и надеюсь всегда слышать то же самое от всех вас. Что ж, здесь все движется довольно гладко, и единственное, что я делаю, это ем и сплю, и если я буду так продолжать, я стану бочкой.

Любовь, детка

Семья Бэйба ему поверила.«Вы, вероятно, видите в кинохронике или читаете об этом в газетах о различных битвах», - говорит брат Бэйба Томас Чиарло. «Но на самом деле вы не ставите Бэйба в такое положение. В одной точке . . . моя мать попросила мою тетю написать письмо на итальянском языке, которое она отправила Бэйб. «Когда вы приедете в Рим. . . у нас там есть родственники. Когда вы приедете, покажите им эти письма, и они будут относиться к вам хорошо ». И тогда вы думаете:« Ну, да, он собирается быть в Италии. Он едет в Рим, к родственникам.Вы можете себе это представить? Вы думаете об этом сейчас, и это так нереально ».

Письма Бэйба перестали приходить в июне 1944 года. 26 июня семья получила известие, что Бэйб, всего за восемь дней до своего двадцать первого дня рождения, был убит в битве за Чистерну. Мать Бэйби отказалась признать, что ее сын мертв. В течение нескольких месяцев после этого она смотрела фотографии солдат в газете и настаивала, что Бейб был среди них, живым и сражающимся.

История Бэйба - лишь одна из десятков, рассказанных ветеранами Второй мировой войны и их семьями в семисерийном документальном фильме «Война», созданном Кеном Бернсом и Линн Новик и написанном Джеффри К.Сторожить. Фильм дебютирует 23 сентября на общественном телевидении.

«Ветераны Второй мировой войны умирают по тысяче в день», - говорит Бернс. «Каждая смерть - это набор воспоминаний, почти как исчезновение всей библиотеки. Мы почувствовали необходимость узнать их истории и записать их дела ». Помимо интервью, создатели фильма использовали письма, фотографии и статьи в газетах, что позволило им рассказать историю войны в более интимной перспективе.

Новик, который называет документальный фильм «Вторая мировая война 101», надеется, что зрители почувствуют связь с историей.«История Второй мировой войны никогда не будет рассказана полностью», - говорит она. «Мы пытались сделать это под другим углом, так, чтобы это не рассматривалось. Люди, оставшиеся рассказывать свои собственные истории, - это обычные солдаты, «пехотинцы», сражавшиеся на войне. Мы действительно хотели снять фильм, в котором почитали бы их опыт и жертвы ».

Чтобы сформулировать свою историю, Бернс и Новик отказались от акцента на знаменитых генералах или конкретных боевых единицах в пользу концентрации внимания на четырех американских городах: Уотербери, Коннектикут, известном как «Медный город» из-за винтов, шайб, кнопок и многих других металлических предметов. это произвело; Мобил, штат Алабама, город кораблестроителей, разделенный по расам; Люверн, штат Миннесота, прерийный городок с населением чуть более трех тысяч человек; и Сакраменто, Калифорния, столица штата, окруженная плодородными землями и дом почти семи тысяч американцев японского происхождения.

Осенью 1941 года американцы с тревогой наблюдали за сражениями, бушующими в Атлантическом и Тихом океанах. Нацистская Германия, поглотившая Западную Европу, раздирала Северную Африку и вступала в бой с русскими на Восточном фронте. Тем временем Япония продолжала укреплять свою власть в Китае. Утешение, обеспечиваемое расстоянием, было нарушено 7 декабря, когда японцы атаковали Перл-Харбор. Вскоре после этого нацистская Германия объявила войну Соединенным Штатам. Америка внезапно оказалась в состоянии войны на два фронта.

Летом 1941 года шестнадцатилетний Гленн Фрейзер, обезумевший из-за того, что девушка, которую он любил, призналась в своей преданности кому-то другому, сбежал из своего дома в Алабаме. Он солгал армейским вербовщикам о своем возрасте и записался на службу на Филиппины, думая, что будет в безопасности от войны, бушующей в Европе. После нападения на Перл-Харбор Фрейзер стал одним из тридцати одной тысячи человек под командованием генерала Дугласа Макартура.

В детстве Фрейзера учили, что убивать - это неправильно, но после того, как он впервые почувствовал вкус войны, он изменился.Когда японские бомбардировщики атаковали Манилу, Фрейзер увидел друга, убитого прямым попаданием. «А потом, когда этот японский ноль повернул свои крылья. . . и начал улетать, я видел его с улыбкой на лице », - вспоминает Фрейзер. «И в тот момент у меня не было проблем с убийством людей. Я дошел до того, что стал на них охотиться. И если я не убивал японца за один день, я чувствовал, что не выполняю свою работу ».

Американцы вскоре были поражены более чем 50 тысячами японских войск, приближавшихся к Маниле.Макартур приказал отступить на полуостров Батаан, горное малярийное место. Не имея припасов, американцы отбивали одну японскую атаку за другой, ожидая подкрепления, которое, по словам Макартура, было на подходе. Помощь так и не пришла.

Через четыре месяца Фрейзер и другие выжившие американцы были взяты в плен. Они подверглись жестокому обращению со стороны похитителей, начиная с форсированного марша через джунгли, который стал известен как Батаанский марш смерти.Фрейзер пережил марш, но оставшуюся часть войны провел в рабских трудовых лагерях в Японии. Однажды на захоронении над братской могилой он бросил свои жетоны в яму. Он был уверен, что скоро умрет. Убежденный, что метки будут найдены после войны, он хотел избавить свою семью от неуверенности в своей судьбе.

Когда союзники отвоевали Филиппины, они обнаружили массовое захоронение с жетонами Фрейзера. Армия справедливо считала, что Фрейзер мертв, и уведомила его семью.Однако отец Фрейзера отказался в это поверить. Он сказал: «Я уверен, что если у кого-то получится, то у моего сына получится». Чудом Фрейзер пережил свое интернирование. Когда он вернулся в Соединенные Штаты по окончании войны, он позвонил домой. Его мать ответила на звонок и упала в обморок, услышав голос сына, которого ей сказали, что он мертв.

Для таких семей, как Чиарлос и Фрейзеры, война означала больше, чем просто сражение сына. Это также преобразило тыл. Управление гражданской обороны попросило каждого американца стать «боевым подразделением в тылу».Семьи поощряли выращивать Сады Победы, и нормирование стало нормой жизни. Большим спросом пользовался металлолом, который можно было перерабатывать в оружие. В Люверне, который был основан ветеранами гражданской войны, городской совет проголосовал за переплавку ядер из мемориала солдатам Союза. Ценен был даже жир бекона - его можно было превратить в глицерин.

Отмирающая экономика начала процветать, и по всей стране возникли «военные города», где фабрики были переоборудованы для производства оборудования, необходимого для войны.Одним из таких городов был Мобил, штат Алабама, сильно пострадавший от Великой депрессии. В результате экономического спада были закрыты верфи, закрыты предприятия и промышленные предприятия вынуждены увольнять рабочих. Однако война вернула процветание и наполнила город энергией. Компания Gulf Shipbuilding выросла с 240 сотрудников в 1940 году до более чем одиннадцати тысяч в 1943 году. Между тем штат Алабамского сухого дока вырос с одной тысячи до почти тридцати тысяч. Растения работали круглосуточно и даже по воскресеньям.«За шесть месяцев в Мобиле стало так тесно, что люди стали жить на пустырях», - говорит Кэтрин Филлипс, которая выросла в Мобиле и во время войны работала в детском саду для детей рабочих верфи.

Война также массово привлекла женщин к работе. К 1943 году было трудоустроено шесть миллионов женщин, почти половина из них - на оборонных предприятиях, в том числе более четырех тысяч в Мобиле. Одна из них, Эмма Белль Петчер, научилась собирать детали бомбардировщиков с таким мастерством, что стала одной из двух женщин, которым поручили контролировать качество.

Хотя война создала новые возможности и процветание на внутреннем фронте, она также обострила расизм и ксенофобию. В Мобиле афроамериканцев, которые приходили искать работу на верфях, не всегда приветствовали белые верфи, хотя работы было более чем достаточно для всех. Вспыхнула расовая напряженность, вспыхнули беспорядки, поскольку чернокожие требовали справедливого обращения.

Хотя афроамериканцев призывали бороться за свободу, их отправляли в отдельные отряды.Армейский авиационный корпус создал отдельный тренировочный лагерь для афроамериканских летчиков-истребителей в Институте Таскиги. ВМС США обозначили USS Mason полностью черным кораблем, за исключением его капитана. Армия США создала полностью черный 761-й танковый батальон. Когда 761-й полк вступил в бой в Европе, генерал Джордж Паттон сказал им: «Меня не волнует, какого вы цвета, пока вы идете туда и убиваете этих сыновей-краутов». Корпус морской пехоты отказывался допускать чернокожих в свои ряды, пока не столкнулся с растущими жертвами в Тихом океане и давлением со стороны групп гражданских прав.Уже тогда чернокожих помещали в отдельные отряды и давали в основном вспомогательную работу.

Для американцев японского происхождения тыл стал лагерем для интернированных. В истерии, последовавшей за Перл-Харбором, правительство заставило более ста десяти тысяч американцев японского происхождения, проживающих на Западном побережье, в том числе примерно семь тысяч из Сакраменто и его окрестностей, покинуть свои дома и предприятия и перебраться в изолированные лагеря внутри страны. где они жили в тесноте в ночлежках за колючей проволокой.

«Была середина жатвы и. . . однако нам пришлось отказаться от этого и уехать », - говорит Сусуму Сатов, чья семья выращивала клубнику, виноград и малину на ферме площадью 20 акров к востоку от Сакраменто. «Вы знаете, что это только начало, и они вполне могут отправить нас обратно в Японию. В глубине души я знал, что моя преданность принадлежит Америке. Я ходил в школу, каждое утро давал клятву верности в гимназии и так далее. Думать, что меня могут отправить в Японию, было. . . ужасно ».

Несмотря на то, что происходило с их друзьями и семьей, молодые американцы японского происхождения стремились бороться за свою страну и демонстрировать свою лояльность.Изначально тех, кто хотел записаться на бой, отвергали как «вражеских пришельцев». В конечном итоге военные позволили американцам японского происхождения служить в составе особого обособленного подразделения - 442-й полковой боевой группы. На Гавайях и в лагерях для интернированных записались тысячи, включая Сатоу. 442-й полк отличился в боях в Европе. Одним из ее членов был Даниэль Иноуе, высококлассный солдат, впоследствии ставший сенатором США.

К концу весны 1944 года появились признаки того, что ход войны изменился.Союзники остановили экспансию Японии в Тихом океане, взяв Гуадалканал и Таравару, и опустошили Японию на Мидуэй. Американцы и британцы оккупировали Северную Африку и Рим. Самолеты союзников бомбили Германию круглосуточно, а русские наступали на Берлин с востока. Несмотря на успехи союзников, Германия сохраняла контроль над Западной Европой, защищаясь от долгожданного вторжения во Францию, в то время как Япония также дала понять, что она пойдет до последнего человека, а не сдастся.

Эл Макинтош, редактор газеты Rock County Star в Люверне, ярко передал дух тех времен, в том числе затаившее дыхание ожидание того, что стало известно как «День Д». 25 мая 1944 года Макинтош написал в своей двухнедельной колонке:

Внешне здесь ничего не изменилось. Сирень уже в полном цвету. Сельская местность никогда не была более зеленой. Ночью миллион звезд. . . подмигивая в небе. Но все иначе. Коллектив ежедневных газет по всей стране настороже на случай, если известия о вторжении в Европу появятся.Ключевые руководители не отходят от телефона ни днем, ни ночью. Считается, что долгожданная вспышка случится где-то после 23:00. но до 5 часов утра

Вскоре после полуночи 6 июня 1944 года началось вторжение в Западную Европу на побережье Нормандии во Франции. Десантники спускались в тыл врага, а тысячи солдат штурмовали пляжи. Волна за волной самолеты союзников атаковали немецкую оборону. К концу дня более ста пятидесяти тысяч солдат союзников высадились на французской земле.Около двадцати пяти сотен человек лежали мертвыми. Вторжение дало союзникам необходимый плацдарм, и к середине августа немцы полностью отступили. 25 августа союзники освободили Париж.

К июню 1944 года союзники доминировали в воздухе, обстреливая и бомбя немцев из американских P-47 Thunderbolts. «Это было на одной из моих первых миссий, о которой я знал, я убивал людей», - говорит Квентин Аненсон из Люверна.

Мы поймали группу немцев, которые ехали по дороге в районе, где не было деревьев.И я помню, какое воздействие это оказало на меня, когда я увидел, как мои пули просто врезаются в них. Это была моя работа. Это то, чему меня учили, и я прекрасно с этим справлялся. Но когда я вернулся домой на базу в Нормандии и приземлился, я заболел. Я должен был подумать о том, что я сделал. Теперь это не изменило моей решимости. Я вышел и сделал это снова. И снова, и снова, и снова.

Когда американские и британские войска приблизились к Берлину, они столкнулись с омерзительным проектом нацистской Германии: концентрационными лагерями, в которых Гитлер осуществлял свои планы по истреблению евреев Европы.«Я видел одно из тех мест, где они были, где были люди, которые умирали», - говорит Дуэйн Люс, в то время капитан армии из Мобила. «И трупы, сложенные, как дрова. Эти люди в этой стране, которые говорят, что этого не было, это произошло. Я видел это, я знаю.

Война в Европе закончилась в мае 1945 года после капитуляции Германии после самоубийства Гитлера. Япония капитулировала в августе 1945 года после падения атомных бомб на города Хиросима и Нагасаки и вторжения Советского Союза в Маньчжурию.

Хотя военные и политические события положили конец войне, для солдат, которые сражались в ней, и их семей, война никогда не закончилась. «На войне есть жертвы, которые никогда не проявляются как жертвы», - говорит Аненсон. «Это внутренние жертвы. Мы все изменились. Мы вышли компанией детьми. Дети ведут войны. И мы вернулись - может быть, выглядели такими же, но внутри мы были такими разными ». Хотя Фрейзер добрался до дома, он также носил с собой всю оставшуюся жизнь физические и психологические шрамы своего военного опыта.

Война оставила свой след и на семьях. Более четырехсот тысяч воинов заплатили за победу своей жизнью. Мать Бэйб Чиарло, все еще отрицая смерть сына, отказывалась поверить в то, что он не вернется домой. В конце концов он пришел, но уже в гробу. «Я думаю, что худший день был, когда его тело вернули», - говорит сестра Бэйба, Ольга. «И мы спустились на железнодорожную станцию, и когда они сняли его тело с поезда, и мы все были там, мы все пошли на кладбище, когда они вручили моей матери флаг.”

5 удивительных историй о Второй мировой войне, достойных быть фильмами

Щелкните, чтобы увеличить иллюстрацию.

Ночные ведьмы.

Состоящий только из женщин, 588-й ночной бомбардировочный полк был обучен для бомбардировок в тылу немецких войск, управляя самолетами 1920-х годов, построенными из дерева и холста, без радио и радара, их бомбы прикреплялись к крыльям на проволоке. Такая конструкция давала самолетам преимущество в том, что они летели ниже радаров и удивляли врага глубокой ночью.

Выполняя от 15 до 18 вылетов за ночь (каждую!), Их самолеты часто возвращались, «изрешеченные пулями», по словам Надежды (Нади) Поповой. Вступив в армию в возрасте 19 лет, Надя хотела отомстить: за ее брата, убитого на фронте, за ее дом, захваченный немецкими солдатами, и за город, разрушенный немецкими самолетами. Когда ее сбили на Северном Кавказе в июле 1942 года, она встретила еще одного сбитого летчика, который по окончании войны станет ее мужем. Подполковник Попова совершила 852 вылета и несколько раз была сбита на морозе.Но ей повезло; она видела, как несколько горящих самолетов ее друзей падали с неба.

Полк, неофициально известный как «Сталинские соколы», немцы дали гораздо более пугающее прозвище: Нахтексен, или «Ночные ведьмы». Похоже на идеальное название для триллера, не так ли?

Ханс Шарфф: Допросчик для нежности .

Hanns Scharff не должен был быть частью немецкой армии. Он жил в Южной Африке со своей семьей, но был призван во время визита в Германию, когда разразилась война.Его жена убедила генерала поставить ему переводчиков вместо линии фронта, но из-за ряда ошибок и совпадений он стал ведущим дознавателем летчиков союзников, погибших во Франции и Германии. Видя, как заключенный подвергался жестокому обращению, когда он был помощником, он поклялся не делать то же самое. Вместо этого его техника была уникальна в использовании доброты и дружеской беседы для извлечения информации.

Успех Шарфа в использовании доброты для получения желаемого недавно был изучен и сравнен с другими методами допроса.Было обнаружено, что от заключенного не только можно получить больше информации и более точную информацию; заключенный часто не осознает, сколько информации он передал. Представьте себе фильм, в котором исследуется этот уникальный подход, а не методы 24 .

После войны Шарфф развелся и переехал в Соединенные Штаты, женился на американке и добился успеха в новой карьере художника по мозаике. Одна из его работ появляется в замке Волшебного королевства в Диснейленде.

Мейджор Черити Адамс против Базз-бомбы.

Американский 6888-й батальон Центрального почтового справочника был единственным во время Второй мировой войны армейским корпусом, состоящим исключительно из женщин и полностью чернокожим за границей. Их путешествие началось удачно: по прибытии в Лондон в феврале 1945 года их приветствовала «Базз-бомба». Особенно верен батальон своему лидеру, майору Чарити Адамсу. Приехавший в гости американский генерал, недовольный отсутствием всего подразделения майора, пригрозил заменить ее белым лейтенантом.

«Над моим трупом», - ответила она. Ее батальон согласился: если он намеревался подать на нее военный трибунал, ему придется судить их всех. Он сразу же извинился.

Их работа не была завершена после войны - их отправили в Руан, Франция, для перевозки писем по континентальной Европе. Прием, оказанный им в Европе, резко контрастировал с обращением с ними дома: французы аплодировали им, когда они маршировали по Парижу, и они получили первоклассное обслуживание в роскошном отеле, в котором они были размещены.Афро-американские солдаты приветствовали их по прибытии и помогли разгрузить, распаковать вещи и даже застелить им кровати, оставив карточки с именами и отрядами на подушках.

Где наш сериал Netflix, чтобы разгуляться на этих дамах? Он идеально подошел бы к Bomb Girls и The Bletchley Circle .

Истории, которые стоит помнить: Сохранение истории Второй мировой войны дома | Национальный музей Великой Отечественной войны

Изображение вверху: Национальный музей Второй мировой войны, Дар Чарльза Айвза, 2011 г.102,529

Джефф Таддео вспоминает день, когда он впервые услышал о письмах своего деда о Второй мировой войне во время посещения дома его бабушки и дедушки. В то время его бабушка и дедушка страдали деменцией разной степени, но бабушка начала рассказывать анекдоты о войне. Пока она говорила, дед Джеффа, чье слабоумие было более продвинутым, улыбнулся и кивнул со стула. Когда его бабушка упомянула, что нашла некоторые из писем его деда того времени, Джефф был заинтригован, предполагая, что всего может быть два или три письма.Вместо этого его бабушка достала сумку с продуктами, на которой лежало сотен писем. Когда она упомянула, что может выбросить письма, Джефф воспользовался возможностью, чтобы спасти их, предложив забрать их с собой домой.

В его доме сумка с продуктами, наполненная опытом его деда во Второй мировой войне, со временем стояла на полке. За эти годы умерли бабушка и дедушка, мать и тетя Джеффа. Размышляя о выживших членах семьи, он вспомнил письма своего деда и понял, что они рассказывают историю, которой следует поделиться.Не зная, как лучше всего обращаться с этими материалами дома, Джефф обратился в Национальный музей Второй мировой войны за советом по их сохранению, тем самым сохранив письма своего деда во второй раз.

Письма Джона «Джека» Мигхера о Второй мировой войне. Предоставлено Джеффом Таддео.

Сохранение семейных бумаг дома: быстрые советы

Если вы окажетесь в подобной ситуации, Национальное управление архивов и документации США предложит основные, но важные меры, о которых следует помнить при обращении и хранении бумажных материалов вашей семьи.Во-первых, при систематизации семейных бумаг у вас должно быть чистое и сухое место, где вы можете работать. Крайне важно, чтобы вы не ели, не пили и не курили рядом с материалами. При работе с бумагой лучше всего использовать голые руки, если они чистые, сухие и без лосьона. Прикасаясь к бумагам, обратите внимание на слезы или хрупкие пятна и обращайтесь с ними осторожно.

Во-вторых, при выборе места для хранения бумажных материалов необходимо учитывать множество факторов. Например, поддержание температуры ниже 75 градусов по Фаренгейту снизит активность насекомых и уменьшит химический распад.Поддержание относительной влажности ниже 65 процентов и выше 15 процентов может предотвратить рост плесени, ломкость и насекомых. По этим причинам бумажные материалы следует хранить вдали от сырых или жарких помещений, таких как подвалы, гаражи и чердаки. Также очень важно избегать труб, окон и других источников утечек. Кроме того, хранение материалов на полке может предотвратить их повреждение наводнениями и вредителями. Хранение продуктов и жидкостей вдали от бумаг членов семьи также может предотвратить появление вредителей и насекомых.Наконец, важной частью консервации является выбор емкости подходящего размера, не содержащей лигнина и кислоты. В конце этой статьи будет предоставлена ​​ссылка, по которой вы можете просмотреть и приобрести такие продукты. Убедитесь, что ваш контейнер достаточно большой, чтобы ваши бумаги лежали ровно или вертикально, не сгибаясь и не сгибаясь. Чтобы предотвратить возможное повреждение материалов, избегайте переполнения или недостаточного наполнения контейнера. Для бумаги, которая особенно хрупка или часто используется, L-образный рукав из полиэстера может обеспечить доступ, а также обеспечить защиту от дальнейшего износа.

Начало процесса: опыт Джеффа Таддео

Поговорив с архивистом Национального музея Второй мировой войны об этих мерах по сохранению, Джефф принялся распаковывать письма своего деда, чтобы лучше их систематизировать. Его первым шагом было расположить письма по годам, а затем систематизировать материалы в хронологическом порядке. Поскольку его дед записывал только день недели, месяц и день, Джефф напечатал календари с 1944, 1945 и 1946 годов, чтобы он мог сопоставить буквы с их правильными годами.Чтобы помочь с этой утомительной работой, он привлек к ней своих маленьких сыновей, превратив ее в семейный проект. Во время этой организации Джефф обнаружил письма на канцелярских принадлежностях, открытках и однодневках, в том числе меню с Рождества 1944 года. Он отмечает, что меню включает блюда, которые были поданы (жареная индейка, заправка из шалфея, мясной пирог и мороженое), но также имена присутствовавших офицеров и унтер-офицеров, большинство из которых были из Северо-Востока Соединенных Штатов. Джефф пишет: «В меню есть небольшое пятно, и мне нравится думать, что оно от ужина в то Рождество.”

Джефф систематизирует письма своего деда по годам. Предоставлено Джеффом Таддео.

Человек за буквами: Джон «Джек» Мигер

Джефф рассказывает, что его дед Джон «Джек» Мигер был тихим красивым мужчиной, который большую часть своей жизни прожил в Рочестере, штат Нью-Йорк. Он женился на женщине по имени Рита, и вместе у них родилось четыре девочки и один мальчик. Прежде чем разбирать свои письма, Джефф очень мало знал о военной карьере своего деда, хотя вспомнил одно конкретное воспоминание.Когда его спросили, участвовал ли он когда-либо в бою, Джек вспомнил, что однажды в него стреляли в Италии, но он чувствовал, что стрелок просто пытался напугать его без злого умысла. «Это мой дед, - удивляется Джефф, - даже когда в него стреляли, [он считал], что они действительно не хотели причинять ему вред».

Кроме этих писем и пары фотографий, у Джеффа нет ничего, что принадлежало его покойным бабушке и дедушке. Однако, сохранив письменность своего деда, он узнает больше о своем времени в армии, а также о своих отношениях с женой и детьми.Основываясь на меню, которое он нашел в коллекции, он определил, что его дед был в роте B 7-го учебного батальона 2-го учебного полка IRTC (Учебный центр замены пехоты), Форт Макклеллан, Алабама. Из писем он также узнал, что его дед проводил время в Италии и Швейцарии. Он также заметил, что некоторые из писем в его коллекции были от его деда его дочери и матери Джеффа, Кэти. В его текстах к Кэти обращаются как к «Снуки». Джефф отмечает: «Интересно, что когда он вернулся домой после войны, он никогда больше не называл ее этим именем.Я часто задаюсь вопросом, почему он так поступил, было ли слишком сложно написать ее имя, пока он отсутствовал, или, может быть, он не хотел называть ее Снуки по возвращении, потому что это напомнило ему о других временах. К сожалению, я никогда не узнаю.

Человек за буквами: Джон «Джек» Мигер. Предоставлено Джеффом Таддео.

Важность сохранения:

Для Джеффа организация и повторное размещение писем своего деда о Второй мировой войне - это лишь первый шаг к обеспечению их сохранности и поддержанию этой части наследия его деда.В конце концов, он также хотел бы отсканировать или сфотографировать материалы, чтобы поделиться ими со своими тетями и дядей, которые, по его мнению, являются его самой близкой живой связью с его бабушкой и дедушкой. В заключение он пишет:

Их отцы никогда не говорили о войне. Их дети хотят знать, почему.

Как армейский передовой наблюдатель, лейтенант Робинсон должен был прокладывать себе путь близко к позициям противника и определять координаты по радио для артиллерийских ударов. В апреле 1945 года его пехотный полк продвинулся вглубь Германии и, переходя реку, натолкнулся на упорное сопротивление: 1800 человек из танковой дивизии СС окопались на возвышенности.

Его рота численностью около 100 человек атаковала через открытое поле, но немцы нанесли ответный удар. Они атаковали снова до рассвета следующего дня, но войска СС были готовы, обстреляв их пулеметным огнем и обстреляв из минометов. К полудню половина роты была убита или ранена, а остальные были скованы. В этот решающий момент командир роты был ранен снайпером в голову.

Остался лейтенант Робинсон, у которого практически не было опыта руководства.

«Полностью осознавая безнадежность ситуации, зная, что, если бы компания осталась в этом положении, они были бы уничтожены в очень короткое время, он был бы оправдан в своем отзыве», - говорится в подписанном отчете в файле, напечатанном сержант вскоре после боя. Вместо этого лейтенант Робинсон, «полностью игнорируя свою личную безопасность, под смертоносным градом пуль и снарядов, галантно и мужественно поднялся на ноги и хладнокровно прошел среди людей, крича ободрения», - говорится в сообщении.

Он возглавил атаку на холм, прыгнул в траншеи противника и убил 10 немецких солдат с близкого расстояния, как показали записи. Компания сплотилась за ним и заняла позицию.

Хотя отряд сократился до четверти численности, лейтенант призвал солдат разгромить врага из ближайшей деревни. На его краю рядом с ним разорвался вражеский миномет, послав горячую шрапнель через его гортань.

Лейтенант Робинсон, истекая кровью и едва мог говорить, отказался от оказания первой помощи и часами продолжал наносить артиллерийские удары.На закате, когда немцы, наконец, отогнаны, он молча вернулся к ближайшей медпункте, находившейся в полутора милях от него. Через несколько часов он умер на операционном столе.

В детстве г-жа Милхаус слышала, что ее отец был героем, но подробные записи архива заполнили пробелы, убедили ее в том, что истории - это больше, чем просто легенды, и дали ей что-то конкретное, чтобы передать ее в наследство.

«Это наконец положит конец», - сказала она. «И я тоже могу отдохнуть, зная, что его память сохранена.”

Знакомство с гражданскими историями о Второй мировой войне | Железная гора

Iron Mountain сотрудничает с Вашингтонским колледжем, чтобы поделиться опытом мирных жителей военного времени

Будучи маленьким ребенком в 1945 году, Вирджиния Маллиган была дочерью фермера из Мэриленда и жила вдали от полей сражений Второй мировой войны. Однажды прибыли четверо мужчин: немецкие военнопленные, которым было поручено работать на ферме. Внезапно Война буквально разразилась на заднем дворе Маллиганов в Уортоне, штат Мэриленд, когда военнопленные помогали семье складывать в тюки сено, очищать кукурузу и рубить дрова, а мать Вирджинии кормила их.Старший брат Вирджинии, служивший в армии бомбардиром, вернулся с войны и обнаружил, что его родственники в тылу дружно живут бок о бок с «врагом».

Это лишь одна из десятков историй, снятых в рамках проекта StoryQuest в Вашингтонском колледже в Честертауне, штат Мэриленд. Программа устной истории, которую проводят студенты бакалавриата колледжа C.V. Starr Center for the Study of the American Experience, миссия проекта - задокументировать и представить истории из тыла с помощью сотен записанных интервью.

StoryQuest сохраняет часто забываемые воспоминания о миллионах мужчин, женщин и детей, которые - хотя они, возможно, не служили в военной форме - были глубоко затронуты Второй мировой войной и внесли в нее свой вклад. Истории доступны в Интернете в рамках партнерства между Вашингтонским колледжем и Iron Mountain Incorporated.

«Филантропическая миссия Iron Mountain направлена ​​на сохранение всех видов культурного и исторического опыта, чтобы документировать и прославлять нашу общую человеческую историю для будущих поколений», - говорит Тай Ондатье, старший вице-президент по корпоративной ответственности и директор по разнообразию Iron Mountain.«Наша инициатива« Живое наследие »дает нам возможность распространить этот акцент на организации, разделяющие эту миссию, такие как Центр изучения американского опыта CV Starr в Вашингтонском колледже и проект StoryQuest. Мы очень рады сотрудничать с Вашингтонским колледжем, чтобы предоставить наши знания и помочь сохранить эти повествования, чтобы будущие поколения могли прочувствовать эти истории ».

Iron Mountain поддержала сбор интервью и цифровое сохранение этих историй обычных американцев во время величайшего глобального конфликта в истории человечества.В 2016 году, когда отмечается 75-я годовщина вступления Соединенных Штатов во Вторую мировую войну, проект StoryQuest воплощает в жизнь опыт гражданских лиц военного времени, чьи истории, возможно, не так известны, как истории ветеранов.

«Все интервьюеры StoryQuest - студенты Вашингтонского колледжа, что стало ключом к успеху», - сказал известный историк Адам Гудхарт, директор Центра Старра. «Некоторые из людей, с которыми мы беседуем, привыкли думать, что их домашние воспоминания, в отличие от боевого опыта ветеранов, на самом деле не« история ». Но есть что-то особенное, что происходит, когда 19-летний парень садится с 90-летним. годовалым: пожилой человек чувствует, что передает свои жизненные истории новому поколению, и разговаривает с кем-то примерно того же возраста, что и в 1940-х годах.Мы очень благодарны Iron Mountain за щедрую поддержку, которая не только сохраняет важную историю, но и обучает следующее поколение устных историков и цифровых архивистов ».

В дополнение к получению этих свидетельств из первых рук о событиях на внутреннем фронте, студенты собрали цифровые изображения сотен писем, фотографий и других артефактов военного времени, которые помогают рассказывать истории респондентов. Они проводят дни «Scan-a-Thon», где представители общественности могут поделиться как документами, так и семейными историями.Например, вошла женщина с железным ящиком, переполненным письмами от ее дяди военного времени, закончившимися правительственной телеграммой, информирующей семью о том, что он был убит в бою в Северной Африке.

Электрик, работающий над преобразованием канонерской лодки ВМФ в президентскую яхту Гарри Трумэна, студент-физик колледжа, присоединившийся к Манхэттенскому проекту, или молодая женщина, нанимающая рабочих-мигрантов с юга на местный завод по производству боеприпасов, проект Storyquest познакомит будущие поколения с Совершенно другая сторона борьбы с фашизмом - та, которая проходила рядом с героическими подвигами солдат за полмира.

Эти рассказы в виде аудиоклипов, стенограмм, изображений и других материалов доступны на веб-сайте Вашингтонского колледжа StoryQuest по адресу http://www.storyquestproject.com

Эти еврейские ветераны Второй мировой войны стали бы легендами, если бы люди знали их истории

К тому времени мой дедушка уже был борющимся молодым продавцом и отцом в Торонто. Он узнал о смерти Кантера только годы спустя и не вдавался в подробности, пока не заручился моей помощью, чтобы рассказать историю его друга.«У него была настоящая жизнь», - вспоминал мой дед. «Самым забавным в этом парне было то, что он был глашатаем. У него были яйца, но он плакал без промедления ».

Невозможно оценить , что Вторая мировая война сделала со многими из служивших ветеранов, особенно с такими, как мой дед, летавшими на бомбардировщиках. Погибло около 45 процентов летного состава канадского бомбардировочного командования военного времени - всего около 10 250 человек. По данным Музея бомбардировочного командования Канады, с марта 1943 года по февраль 1944 года, когда работал мой дед, члены экипажей, которые провели полный тур из 30 бомбардировок, имели мрачные 16 процентов выживаемости.В отличие от своих американских коллег, канадцы и Королевские военно-воздушные силы выполняли свои миссии ночью. Их самолеты не имели наводчиков и находились во власти истребителей Люфтваффе, атаковавших снизу. Каждый раз, когда они отправлялись на задание, они уходили, зная, что этот вылет может стать для них последним.

«Немцы приходили со дна, и бум, вот и все», - сказал мне дед в редком откровении. Помимо дневных полетов, американские экипажи летали массово, и «у них было по пять или шесть стрелков в каждом самолете и много огневой мощи, поэтому немцы не могли подобраться к ним», - сказал он.Королевские военно-воздушные силы и канадские силы, напротив, «пережили ужасные времена».

Еще до того, как он рассказал о Кантере, скудные рассказы моего деда о войне вращались вокруг подвигов других мужчин. Он рассказал мне о своем троюродном брате, Альфреде Бреннере, канадском летчике, экипаж которого из трех человек встретил конвой из 12 немецких торговых судов в сопровождении пяти эсминцев и вывел один из грузовых судов с торпедами, прежде чем был сбит. Бомбардировщик Бреннера упал в волны, и люди скрылись на лодке.Их подобрали после двухдневного дрейфа в Северном море у английского побережья. Бреннер был награжден Крестом за заслуги перед полетом.

Мой дедушка также рассказал мне о своем друге Сомере Джеймсе, с которым он ходил на службу в синагогу, когда они были подростками. Джеймс был пацифистом, который избегал армии, потому что ненавидел насилие. «Вместо этого он отправился на торговый флот, что было еще хуже», - сказал дед со смехом. Джеймс оказался на корабле в Италии, загруженном взрывчаткой и пришвартованном рядом со складом боеприпасов, когда атаковали немецкие бомбардировщики.Когда на причале бушевали пожары, он прыгнул на берег и освободил корабль от якорной стоянки, чтобы оно могло уйти в безопасное место. За свои действия Джеймс получил медаль Британской империи и военную медаль Ллойда за храбрость на море. «Он был единственным, кто получил эти две медали за один поступок», - сказал дедушка.

А потом был галоп.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *