Гражданская азбука при петре 1: Петром I утверждена новая азбука

Содержание

История введения гражданского шрифта в России

Как указывают исследователи, анализ письменности конца XVII ‑ начала XVIII века даёт основание утверждать, что первоосновой русского гражданского шрифта явилось в определённой мере московское гражданское письмо начала XVIII века, переработанное на основе латинской антиквы.

Особенности шрифта антиквы – построение букв на основе круга и квадрата, плавный контраст между основными и соединительными штрихами, характер засечек, всё это также нашло отражение в русском гражданском шрифте.

В январе 1707 года Петр I собственноручно нарисовал эскизы, по которым чертежник и рисовальщик Куленбах, служивший при штабе армии для начертании карт и диспозиций (в те годы Россия воевала со Швецией), сделал рисунки тридцати двух строчных букв нового алфавита, а также четырех прописных букв «А», «Д», «Е» и «Т».

В июне 1707 года Петром I были получены из Амстердама пробы шрифта среднего размера, а в сентябре – оттиски пробного набора шрифтами крупными и мелкими.

Затем в Голландии был приобретён печатный станок и другое типографское оборудование, приглашены мастера‑типографы для работы в России и обучения русских специалистов.

1 января 1708 года был подписан указ Петра: «… теми азбуками напечатать Геометрию на русском языке… и иныя гражданския книги печатать темиж новыми азбуками…».

Первая книга, напечатанная новым гражданским шрифтом, вышла в свет 17 марта 1708 года. Она носила заглавие: «Геометрiа славенскi землемЪрие» (учебник геометрии). Буквы «я» Петр не предусмотрел, ее функции выполняло сочетание букв – «и» десятеричной и «а».

Однако гражданская азбука еще не была окончательно выработана. В течение двух лет, с 1708 по 1710 год, Петр постоянно вносил разные изменения. В письме к графу Мусину‑Пушкину от 25 января 1709 года он говорил: «Я только писал, чтобы силы (ударение) ставили, а ныне и сил ставить не вели». В своем письме государь также замечал, что «печать толста перед прежней – чаю от того, что слова уже притупились – чего надобно смотреть и чаще переливать».

Усмотрев «кривизну» в новой печати, Петр дал такое распоряжение графу Мусину‑Пушкину (4 января 1709 года): «литеру буки, также и покой вели переправить: зело дурно сделаны». Несколько раз государь производил изменения в новом шрифте, стараясь его более усовершенствовать, для чего неоднократно Печатный Двор представлял государю пробные оттиски азбуки. Только в начале 1710 года был выработан образец, который устроил государя.

Одобренный Петром I оттиск азбуки под заглавием: «Изображение древних и новых письмен славянских, печатных и рукописных» был прислан 10 февраля 1710 года в типографию со следующей собственноручной надписью Петра: «Сими литеры печатать исторические и манифактурные книги, а которые подчернены, тех в вышеписанных книгах не употреблять». В этом образцовом оттиске государь перечеркнул все заглавные и прописные славянские буквы и совершенно исключил буквы «от», «омегу» и «пси».

В архиве типографии хранится следующий документ. «1710 года генваря в 29 день великий государь царь и великий князь Петр Алексеевич всея великия и малыя и белыя россии самодержец указал по именному своему государеву указу в приказе книг печатного дела впредь с вышеписанного числа всякие исторические и рукописные (на полях: мануфактурные) книги и каковы будут присланы переводы печатать амстердамскими новоизданными литеры…».

Новый гражданский шрифт окончательно вошел в обиход к середине XVIII века, когда он стал привычным для поколения, которое по нему училось грамоте. И в неизменном виде просуществовал вплоть до реформы 1918 года.

Старославянский шрифт, который до реформы использовался в официальных изданиях и обиходе, стали называть церковнославянским. Им в церковной практике пользуются до сих пор.

300‑летие гражданского шрифта в России широко отмечалось в 2008 году.

Материал подготовлен на основе информации открытых источников

Журнал «Шрифт» • Гражданский шрифт и кириллический Киш

3 сентября 2013

Владимир Ефимов

правление царя Петра I (1689–1725) в России произошла реформа кириллического шрифта. Полуустав, применявшийся ранее, был сохранён только для набора религиозной литературы. Для всех остальных изданий был введён шрифт, по форме подражавший латинской антикве и позднее названный гражданским. Был также частично изменён состав русского алфавита, утверждено применение европейских (арабских) цифр, упорядочены пунктуация и применение прописных литер в наборе. Кириллица, таким образом, приобрела форму антиквы, примерно так же как Московское царство было переодето в одежды европейской империи. В сущности, введение гражданского шрифта означало адаптацию кириллицы, приспособление кириллических букв к формам латинской антиквы. Однако реформированная Петром кириллица получилась бы значительно качественнее с точки зрения современного искусства шрифта, если бы ее создатели опирались в своей деятельности на лучшие образцы латинских шрифтов XVII — начала XVIII века.

Петр Великий и предпосылки реформы кириллического шрифта

В 1689 году семнадцатилетний Пётр I был провозглашён единоличным царём и правителем России. С самого начала царствования вся его невероятная энергия была направлена на реформирование российского государства, его армии, экономики, управления, культуры. В результате этих сверхчеловеческих усилий Петру удалось за 30 с лишним лет своего правления совершенно изменить течение российской истории, превратив Россию из замкнутой и самодостаточной азиатской страны в довольно открытое и ориентированное на Европу государство. Хотя эти реформы насаждались сверху насильственно и стоили больших жертв, тем не менее в результате Российская империя стала фактом общеевропейской истории. В этой ориентации России на культуру наиболее развитых стран огромную роль сыграла петровская реформа кириллического шрифта 1708–1710 годов, которая приблизила кириллицу к форме латинской антиквы.

Пётр I в Голландии. Неизвестный гравёр. Офорт. 1717. Российская национальная библиотека.

Единственным видом кириллического наборного шрифта в конце XVII века был полуустав. По форме он мало изменился с середины XVI века, со времён московского первопечатника Ивана Фёдорова.

По своей структуре это было средневековое рукописное письмо, достаточно чёрное и очень декоративное, но малопригодное для потребностей нового времени. Буквенный состав алфавита уже не вполне отвечал фонетике живого русского языка. В полууставе применялось множество надстрочных знаков (ударений, знаков придыхания, буквенных сокращений). Это сильно усложняло работу наборщика по сравнению с набором латиницы. Кроме того, числа по традиции обозначали буквами с особыми значками (титлами), что затрудняло восприятие научных и технических текстов. Издания, набранные полууставом, имели вид средневековой рукописной книги и внешне очень отличались от европейской книги XVII века. Однако за неимением другого шрифта полууставом печатали и церковную, и светскую литературу, в том числе буквари и учебники, а также первую русскую газету «Ведомости», вышедшую в начале 1703 года.

В 1703 году была издана «Арифметика» Леонтия Магницкого. В этот учебник были включены сведения по алгебре, геометрии, тригонометрии, а также таблицы логарифмов.

В нём впервые вместо славянской цифири (обозначения чисел буквами) были применены европейские (так называемые арабские) цифры. Основной текст был набран полууставом, но для математических терминов применялась латинская антиква, а также греческий. Все эти шрифты были не согласованы друг с другом как по цвету, так и по характеру рисунка. При сравнении этого учебника с западными образцами Петру, возможно, и пришла идея о реформировании кириллицы и приближении её к латинице, об отказе от полуустава и создании более «чистого», то есть более светлого шрифта, который позднее получил название гражданского.

Страница из «Арифметики» Леонтия Магницкого. Москва. 1703.
Научная библиотека МГУ. Электронная копия — библиотека МНЦМО.

В деле шрифтовой реформы у Петра был непосредственный августейший предшественник и даже, возможно, образец для подражания. Французский король Людовик XIV, Король-Солнце во второй половине своего правления тоже занимался реформированием шрифта. По его приказу была образована королевская комиссия по стандартизации ремёсел, которая на своём первом заседании в январе 1693 года начала с упорядочения типографского ремесла.

Для этого в качестве «идеального алфавита» инженер Жак Жожон (Jacques Jaugeon) спроектировал и затем пуансонист Филипп Гранжан де Фуши (Philippe Grandjean de Fouchy) нарезал так называемый Romain du Roi (королевскую антикву), которым в 1702 году в Королевской типографии в Париже была набрана роскошная иллюстрированная книга «Медали в честь важнейших событий правления Людовика Великого» (Medailles sur les principaux evenements du regne entier de Louis le Grand). Экземпляр этой книги был в библиотеке Петра. Возможно, что шрифтовая деятельность Короля-Солнца отчасти послужила примером для российского царя. Однако королевская антиква не отличалась так радикально по рисунку от современных и предшествующих ей шрифтов, как отличался гражданский шрифт от своих кириллических предшественников. Это была вариация всё того же латинского шрифта антиквы. Кроме того, французский король не собирался изменить в одночасье все шрифты во Франции. Он хотел получить новый шрифт для собственной типографии. У будущего российского императора были более глобальные замыслы.

Возможно, французский король Людовик XIV стал для Петра I образцом для подражания в деле шрифтовой реформы. Но если Король-Солнце лишь хотел получить новый шрифт для собственной типографии, то замыслы будущего российского императора были значительно шире.

Титульный лист книги «Медали в честь важнейших событий правления Людовика Великого», набранный королевской антиквой (Romain de Roi). Париж. 1723. Национальная библиотека Франции, BnF.

Тем не менее петровская реформа шрифта в России не была закономерной, как, например, было закономерным введение наборной антиквы в Италии в конце XV века. Антиква была основана на гуманистическом минускуле — массовом почерке образованных людей того времени. В основе же гражданского шрифта не было единого, устоявшегося массового письма. Рукописных почерков в это время было несколько: традиционная скоропись с росчерками, более медленное письмо (так называемое гражданское), которым писались официальные документы, и многочисленные переходные формы. Скорописные почерки развились во взаимодействии и под влиянием киевской и западнорусской скорописи, а также под влиянием латинских рукописных почерков, но единого общепринятого письма ещё не сложилось. Реформа шрифта скорее опиралась на волю монарха, которой нельзя было прекословить, чем на созревшую общественную необходимость. Одни и те же идеологические мотивы лежали в основе таких действий Петра, как приказание подданным брить бороды, курить табак и носить голландское платье, как строительство европейской столицы посреди лесов и болот, как издание книг, набранных кириллическим эквивалентом антиквы. Царь хотел, чтобы страна выглядела по-европейски. И, возможно, насильственная реформа русского шрифта была вызвана главным образом его желанием иметь на русском языке книги, подражающие по форме и структуре книгам, изданным на Западе.

Гражданское письмо. 1703.

Скоропись. Грамота об избрании на Московское государство Михаила Фёдоровича Романова. XVII век. РГБ.

Реформа шрифта 1708–1710 годов была не первой попыткой Петра приблизить кириллицу к латинице. Гражданскому шрифту хронологически предшествовали гравированные надписи на книжных титулах, географических картах и других образцах печатной продукции, а также русские шрифты голландских типографий, печатавших в конце XVII — начале XVIII века по заказам Петра русские книги и карты. По характеру и те и другие представляли собой противоречивое соединение прописных литер латинского алфавита, аналогичных кириллическим, и специфических знаков кириллицы, заимствованных из строчного печатного полуустава XVII века.

Кириллические прописные буквы, изготовленные в словолитне Тесинга. Амстердам. 1699–1707.

Строчные буквы голландских шрифтов походили на гражданское письмо и полуустав. Поэтому результаты голландского книгоиздания, очевидно, в конечном итоге не удовлетворили Петра, и он решил перенести проектирование нового шрифта в Россию.

Состав знаков петровского гражданского шрифта и их форма

В результате петровской реформы состав знаков в русском алфавите сократился до 38 букв вместо 45. Были выброшены знаки, унаследованные из греческого алфавита, — омега и пси, а также лигатуры от и ос, юс большой, юс малый и вариант знака земля. Вместо знака е открытое была введена буква э, а знак [йа] заменила буква я. Были отменены также надстрочные знаки, знаки сокращений, славянская цифирь (обозначения чисел буквами), введены европейские минускульные цифры и знаки препинания, а также упорядочено применение прописных знаков. Если в полууставе прописные применялись только в начале абзацев, то в книгах, набранных гражданским шрифтом, прописными обозначаются начала предложений, а также имена собственные, географические названия и некоторые особо важные понятия. Активно стали применяться переносы длинных слов, характерных для русского языка, с помощью дефиса. Таким образом, внешний облик петровской книги был максимально приближен к виду книги европейской.

Шрифт, утвёржденный Петром, в обоих его вариантах (1708 и 1710 годов) достаточно един по характеру рисунка. Пропорции его знаков, степень контрастности, соотношение прописных и строчных литер, характер овалов, форма засечек и других деталей явно навеяны барочной голландской антиквой старого стиля, особенно по сравнению с полууставом. Это заметнее всего в знаках, общих для латиницы и кириллицы, а также в первоначальных вариантах н, р, т. Большинство знаков, специфических для кириллического алфавита, тоже переработаны в стиле антиквы. Некоторые знаки нового шрифта имеют рисунок, близкий к соответствующим буквам русской скорописи и гражданского письма или их элементов. Нижние правые штрихи у К, к и нижние левые штрихи у Я, я имеют мягко изогнутую волнообразную форму, напоминающую форму аналогичного штриха знака R королевской антиквы (Romain du Roi). Несколько знаков нового шрифта сохранили форму полуустава, хотя и они частично были перерисованы в стиле антиквы.

Тем не менее, несмотря на внешнее сходство с голландской антиквой эпохи барокко, при ближайшем рассмотрении гражданский шрифт достаточно сильно отличается от неё, так что некоторые исследователи относят его к шрифтам переходного стиля. По цвету он несколько светлее большинства современных ему голландских шрифтов, его засечки довольно тонкие и почти не скругляются в местах примыкания к основным штрихам, подобно засечкам королевской антиквы. В крупном размере петровского шрифта только несколько букв по рисунку похожи на латинские аналоги, но и в них наблюдаются существенные различия в деталях. Строчная а нового шрифта без капли на конце левого верхнего штриха и с выпуклой вверх полуовальной частью вообще не похожа на аналогичные литеры латиницы, и только в рукописных образцах 1570 года Джованни Франческо Креши (Giovanni Francesco Cresci) встречается подобная форма.

Гражданский шрифт крупного кегля. 1707.

В голландской наборной антикве конца XVII — начала XVIII века прописная М, как в римском капитальном письме, всегда имеет наклонные боковые штрихи, а диагонали соединяются в районе линии шрифта. В петровском шрифте боковые штрихи М совершенно вертикальные, а диагонали соединены почти в середине высоты знака. Подобная конструкция встречается только в прописных М амстердамской типографии Яна Тесинга (Jan Thesing), печатавшей русскую литературу в начале XVIII века по заказу Петра I, а также в гравированных надписях на русских картах, книжных титулах и календарях того же времени. Формы прописной С без засечки на конце нижнего штриха и двусторонних засечек в С, S, s встречаются в латинской антикве начала XVIII века, но они не очень характерны для наборных шрифтов этого времени и тоже находят аналогии в гравированных надписях на русских картах и календарях. В латинской наборной антикве выраженные двусторонние засечки у С и в особенности S, как правило, появляются к концу первой трети XVIII века, а форма М с вертикальными боковыми штрихами возникает только к середине XVIII века.

Конструкция некоторых букв петровского шрифта при внимательном рассмотрении отличается от конструкции аналогичных латинских знаков. Например, в литерах А, У, у, Х, х отсутствуют внутренние засечки на концах основных диагональных штрихов. В знаках Ц, ц, Ш, ш, Щ, щ отсутствуют внешние нижние засечки. Наконец, завершение левого верхнего штриха у первоначальных вариантов П, п, Р, p, т совершенно не похоже на антиквенные аналоги. Человек, знакомый с латинской графикой, не мог изобразить литеры подобной формы. Можно подумать, что желание нарисовать латинские буквы с характерной левой треугольной засечкой натолкнулось на полное непонимание её конструкции.

Почему в литерах гражданского шрифта встречаются отклонения от традиционной формы антиквы? И разве амстердамским мастерам, гравировавшим пуансоны для российского самодержца, не проще было использовать знакомую форму латинских букв? Очевидно, дело было в оригиналах этих знаков.

Всё это относится к крупному кеглю гражданского шрифта (приблизительно равен 36 пунктам). В комплектах среднего (приблизительно равен 12 пунктам) и мелкого (приблизительно равен 10 пунктам) кеглей прописные А, П, Р, Т и строчные п, р, т приобретают привычную форму голландской антиквы. Форма строчных а и у в среднем и мелком кегле тоже приближается к латинской. Только Х и х упорно сохраняют отсутствие засечек. Интересно, что у прописной и строчной К в крупном кегле верхний диагональный штрих кончается двусторонней горизонтальной засечкой, как в соответствующем латинском знаке, а у аналогичных букв в среднем и мелком кегле на этом месте появляется каплевидное окончание.

Эти отклонения от традиционной формы антиквы не могут быть случайными. Ведь амстердамским мастерам, гравировавшим пуансоны для российского самодержца, гораздо проще было использовать знакомую форму латинских букв. Очевидно, дело было в оригиналах этих знаков.

Краткая история создания гражданского шрифта

Как известно из сохранившихся писем Петра, первые рисунки новых русских букв трёх размеров в январе 1707 года сделал военный инженер, чертёжник и рисовальщик Куленбах (Kuhlenbach), работавший при штабе русской армии под командованием Меншикова. Шла война со шведами, и штаб армии перемещался в зависимости от хода военных действий. Эскизы новых букв передал Куленбаху сам Пётр, приехав в конце 1706 года в штаб, который тогда находился в Жолкве недалеко от Львова. Не исключено, что эскизы букв сделал сам Пётр. Несмотря на разнохарактерные источники гражданского шрифта (антиква, гражданское письмо, полуустав), его автор проявил незаурядное творческое начало и изобретательность, конструируя знаки, характерные для кириллицы, и добился известного графического единства. Однако автором эскизов не мог быть никто из известных нам современных Петру художников-гравёров, хотя форма некоторых букв гражданского шрифта напоминает надписи на гравюрах Адриана Схонебека (Adriaan Schoonebeeck), Питера Пикарта (Pieter Piquart), Алексея Зубова и других гравёров петровского времени. Ведь они должны были знать конструкцию букв антиквы и изображать засечки в необходимых местах. Но рисунки самого царя, конечно, никто не решился бы исправлять. Поэтому Куленбах повторил их буквально. В таком случае большее сходство букв гражданского шрифта в мелких кеглях с голландской антиквой объясняется тем, что разницу в формах мелких литер труднее заметить, и Куленбах нарисовал их более привычными.

Фрагмент титульного листа из Брюсова календаря. Гравюра. 1709.

По эскизам были сделаны оригиналы 32 строчных букв и 4 прописных (А, Д, Е, Т) в трёх размерах. Оригиналы остальных прописных литер не были выполнены, очевидно, из-за недостатка времени, поэтому их надо было сделать по эскизам строчных в соответствии с размерами прописных. Первоначально Пётр хотел пригласить в Москву голландцев, чтобы они сделали на месте новый шрифт и наладили книгопечатание по европейскому образцу, выучив русских мастеров. Однако пригласить пуансониста оказалось слишком дорого, к тому же в Амстердаме в то время работало всего два таких мастера, которые были загружены заказами и не хотели ехать в далёкую Москву. Поэтому было решено заказать в Амстердаме по рисункам Куленбаха полный комплект пуансонов и матриц в трёх кеглях. Копии рисунков были переданы также мастерам московского Печатного двора для параллельного изготовления новых букв.

Образец строчных литер амстердамской работы. 1707.

В июне 1707 года, как явствует из писем Петра, им получены из Голландии оттиски шрифта среднего кегля, а в сентябре оттиски набора крупного и мелкого кеглей. Быстрота и техническое качество изготовления пуансонов, матриц и литер нового шрифта говорит о профессиональной квалификации амстердамского пуансониста (мы не знаем его имени). Но мастер, выполнявший заказ, даже не задумался о форме букв, которые он вырезал, повторив за Куленбахом строго по оригиналам все нелепости рисунка: и отсутствие засечек у части знаков, и странную форму а, р, п и т, очевидно, увидев в этом особенности кириллического шрифта.

На московском Печатном дворе в это время словолитцы Михаил Ефремов, Григорий Александров и Василий Петров по присланным рисункам делали пуансоны и матрицы своего варианта нового шрифта. Однако сравнение с присланными из Амстердама оттисками было не в пользу московских словолитцев, и их работа была остановлена до прибытия на Печатный двор голландского шрифта.
К концу 1707 года три приглашённых голландских типографа вместе со шрифтом, типографским станком и другими принадлежностями уже добрались до Москвы через Архангельск. Первая книга, набранная новым гражданским шрифтом, «Геометриа славенски землемерие», была напечатана в марте 1708 года, за ней последовали несколько других.

Но работа над шрифтом не закончилась. По результатам наборных проб царь решил изменить форму некоторых литер и добавить несколько пропущенных букв традиционного алфавита. Характерно, что эскизы дополнительных знаков, присланные Петром в апреле 1708 года в Могилёв, куда переехал штаб армии, видимо, были такого качества, что Куленбах не увидел разницы в рисунке по отношению к первоначальным буквам и повторил оригиналы этих знаков по старым эскизам. Недовольный Пётр прислал эскизы снова и велел переделать работу. По новым рисункам, сделанным Куленбахом в Могилёве в июле 1708 года, Пётр заказал дополнительные литеры в Москве на Печатном дворе и параллельно в Амстердаме.

Титульный лист книги «Геометриа. Славенски землемерие». Москва. 1708.

В Москве к осени 1708 года были изготовлены в среднем кегле 21 прописная и 21 строчная литеры, а в мелком кегле только 17 строчных. Их делали словолитцы Печатного двора Григорий Александров и Василий Петров, поскольку самый лучший мастер Михаил Ефремов весной 1708 года умер. В Амстердаме в 1709 году было сделано по 18 дополнительных строчных букв во всех трёх кеглях. И те и другие представляли собой частью варианты уже выполненных, частью буквы, опущенные ранее. В новых вариантах наиболее странные черты рисунка были, как правило, изменены в сторону меньшей оригинальности, и в общем шрифт стал гораздо спокойнее. Вместе с тем форма некоторых литер потеряла в выразительности, например, строчная д стала просто повторять прописную, а очаровательная рукописная форма с петлей внизу была отменена. Если сперва прописные литеры делались по рисункам строчных, то после корректуры, наоборот, некоторые строчные (д, и, п, т) были сделаны по рисункам прописных. Строчные буквы среднего кегля использовались как прописные мелкого кегля (25 букв из 34 совпадают по рисунку). Среди строчных крупного кегля в наборе петровских книг попадаются прописные А, Б, Д, Е, Т московской работы, по росту совпадающие со строчными. Есть предположение, что это были капительные знаки. Но мне кажется, что это следы петровских экспериментов по увеличению количества кеглей шрифта. (Вряд ли царь осознавал в то время потребность в капительном наборе, если вообще знал о его существовании.) Благодаря всем этим изменениям кириллическая антиква стала состоять преимущественно из прямоугольных форм, и её строчные литеры до сих пор по рисунку незначительно отличаются от прописных.

Дополнительные строчные литеры гражданского шрифта, изготовленные в Амстердаме. 1709.

В Голландии дополнительные литеры делались в этот раз около года. Московские буквы за это время несколько раз доделывались и переделывались. Этих корректур было не менее четырех. Корректировка Петром гражданского шрифта проходила во время главных событий Северной войны, поскольку 27 июня 1709 года под Полтавой была разгромлена сухопутная армия шведского короля Карла XII. И только в сентябре 1709 года пуансоны амстердамских дополнительных литер прибыли в Москву. В октябре, видимо, был исправлен и отпечатан окончательный вариант азбуки, включивший исправленные и доделанные буквы как амстердамской, так и московской работы. 18 января 1710 года Пётр I посетил Печатный двор и одобрил оттиски азбуки. Затем он провел последнюю корректуру: вычеркнул старые знаки печатного полуустава от, омега, пси и первые варианты знаков нового шрифта и собственноручно на внутренней стороне переплётной крышки написал: «Симы литеры печатать исторические и манифактурныя книги. А которыя подчернены, тех вышеписанных книгах не употреблять» («Этими литерами печатать исторические и технические книги. А которые вычеркнуты, тех в вышеупомянутых книгах не употреблять»). На первом листе этой эталонной азбуки стоит дата: «Дано лета Господня 1710, Генваря в 29 день» (29 января 1710 года). Таким образом, реформа кириллического алфавита завершилась. Однако первоначальные формы букв петровского гражданского шрифта, отменённые царём-реформатором, применялись вместе с утвержденными до 40-х годов XVIII века, когда появились новые кириллические шрифты.

Поскольку европейские минускульные цифры начали применяться ещё раньше петровской реформы шрифта, очевидно, их не заказывали специально. Наверное, пуансоны и матрицы цифр и знаков препинания вместе с латинскими шрифтами приобретались в Европе агентами русского царя вместе с другим оборудованием, материалами, книгами и предметами роскоши. Возможно также, что по заказу Петра их привозили западные купцы. Известно, что ещё в 1703 году словолитец Михаил Ефремов отливал латинские шрифты, очевидно, импортного происхождения. Уже в первых книгах, набранных новым шрифтом, применялось не менее 3 кеглей минускульных цифр из нескольких шрифтов, латинские точки, запятые, двоеточия, точки с запятой, дефисы, квадратные и круглые скобки, а также фигурные линейки. То, что в первых изданиях они не всегда соответствуют по размеру основному набору и не всегда держат линию шрифта, доказывает, что в наборе вначале применялись подходящие по кеглю цифры и знаки препинания из других комплектов латинских шрифтов. Хотя этот вопрос ещё недостаточно исследован, однако, судя по позднейшим изданиям, можно предположить, что к концу правления Петра, когда в новой столице России Санкт-Петербурге работало уже несколько типографий, русские мастера освоили самостоятельное производство цифр и знаков препинания.

Первая страница гражданской азбуки с исправлениями Петра I. Москва. 1710.

Реформированная Петром кириллица позднее получила название «гражданский шрифт», поскольку применялась для набора светской литературы. За время правления Петра I гражданским шрифтом было напечатано около 400 книг. Церковнославянский полуустав в дореформенном виде сохранился только для нужд церкви.

Со времён петровской реформы шрифта латинизированная форма кириллицы вот уже почти 300 лет является для России традиционной, а развитие кириллического шрифта с тех пор пошло параллельно развитию латинского, повторяя практически все этапы его развития и смены стилей (классицизм, романтизм, модерн, конструктивизм, постмодернизм и др. ).

Продолжение следует.
Ини­ци­ал — Ма­рия До­ре­ули.До­пол­ни­тель­ные ил­лю­стра­ции к ста­тье мож­но по­смот­реть в на­шем Pinterest-ар­хи­ве.
Библиография
  1. Bringhurst R. The Invisible Hand. Part I. Neoclassical Letterforms // Serif, No. 4, Claremont, Calif., 1996.
  2. Haiman G. Nicholas Kis. A Hungarian Punch-Cutter and Printer. San Francisco, 1983.
  3. Kaldor I. The Genesis of the Russian Grazhdanskii Shrift or Civil Type, Parts I & II // The Journal of Typographic Research. Vol. III. No. 4. 1969. Vol. IV. No. 2. Cleveland, 1970.
  4. Шицгал А. Г. Русский гражданский шрифт (1708–1958). М., 1959.
  5. Шицгал А. Г. Русский типографский шрифт (вопросы истории и практика применения). Изд. 1-е: М., 1974. Изд. 2-е: М., 1985.
  6. Шицгал А. Г. Репертуар русского типографского гражданского шрифта XVIII века. Ч. I. Гражданский шрифт первой четверти XVIII века 1708–1725. М., 1981.
  7. Stauffacher J. The Transylvanian Phoenix: the Kis-Janson Types in the Digital Era // Visible Language. Vol. XIX. No. 1. Cleveland, 1985.
  8. Ефимов В. В. Драматическая история кириллицы. Великий петровский перелом // Да!. № 0. М., 1994.
  9. Zhukov M. The Pecularities of Cyrillic Letterforms: Design Variations and Correlation in Russian Typefaces // Typography Papers. No. 1. 1996. University of Reading, Great Britain.

Переход на «гражданку»: как появился первый светский шрифт России | Статьи

28 марта (17 марта по старому стилю) 1708 года в России был утвержден первый гражданский шрифт, предназначенный для печати светских книг. Создание «национального» шрифта повлекло реформу алфавита, первую в его истории. Так был сделан первый шаг к привычному сегодня начертанию букв, хотя официально современный русский алфавит начнет свое существование лишь более двух веков спустя — в 1942 году.

А тогда, в начале XVIII века, первые эскизы для будущего шрифта, как это часто случалось с начинаниями императора, были выполнены лично Петром I.

Как менялась русская азбука и ее начертание, что потерял и что приобрел за это время русский язык — разбирались «Известия».

Возвращение большого юса

Первый славянский алфавит, созданный Кириллом и Мефодием — братьями, происходившими из Салоников, — насчитывал 43 буквы. В его основу лег болгарский язык (Болгария и послужила отправной точкой для распространения письменности в славянских странах). Однако после того как в X веке старославянский язык в Древней Руси стал официальным языком Церкви, он, в свою очередь, подвергся серьезному влиянию древнерусского языка, собственной систематизированной письменности не имевшего.

Со временем кириллица лишилась 14 букв — звуки, которые они обозначали, просто вышли из употребления. Но очень быстро к ней добавились четыре новые буквы, а часть исчезнувших с течением веков вновь заняла свои места. Так, например, случилось с юсами, обозначавшими у славян носовые звуки: сперва два из них, йотированный и большой юс, исчезли, однако затем большой юс вновь появился в русском алфавите. Всего к концу XVIII века русская азбука насчитывала от 38 до 40 букв, среди которых были как хорошо знакомые нам сегодня, так и заимствованные из греческого алфавита и впоследствии вышедшие из употребления символы.  

Кроме того, часто в него включали большой юс, альтернативный вариант начертания буквы «э», и ик — аналог современной буквы «у», который, впрочем, собственного звука не имел, а потому включался в алфавит не всегда, как и «исчезающий» большой юс. В результате количество букв в алфавите постоянно колебалось, а у многих из них было сразу по несколько начертаний. 


Амстердамская азбука

Записывались все они уставным шрифтом — крупными, угловатыми буквами, словно вписанными в квадрат, — и полууставом, отличавшимся меньшими размерами и более мягкими формами букв. Именно к полууставу обратился Иван Федоров, вместе с Петром Мстиславцем выпустивший в 1564 году первую русскую печатную книгу — «Апостол». Впоследствии в книгах, набранных полууставом, появилась особая, знакомая всем по оформлению детских сказок, система декорирования заголовков — вязь.

В этом виде и алфавит, и шрифты просуществовали вплоть до эпохи Петра I, когда молодой царь, затеяв масштабную образовательную реформу, решил, что существующая система слишком сложна для оперативного и обильного снабжения империи научными и техническими книгами. Кроме того, отличия между латинским и кириллическим алфавитами затрудняли покупку современных типографских станков в Европе.

К реформе готовились около года — по одной из версий, в 1707 году Петр I сам набросал эскизы нескольких букв, а полный комплект шрифтовых знаков печатали одновременно в мастерской белоруса Ильи Копиевича в Амстердаме и на Монетном дворе в Москве.

Создание шрифта потребовало и некоторого вмешательства в сам алфавит — так, было окончательно узаконено одно написание буквы «э», на смену замысловатому малому юсу пришла знакомая нам «я», арабские цифры вытеснили буквенные обозначения чисел, а количество букв сократилось до 38.

28 марта 1708 года новый, гражданский, шрифт был официально введен в обращение. Первой набранной им в России книгой стал учебник геометрии — «Геометрия славенски землемерие». Полуустав продолжил свое существование, но лишь в церковной литературе.

Первый русский шрифт, созданный исключительно для светских целей, именовался также гражданской азбукой, гражданкой и амстердамской азбукой: по происхождению специально изготовленных для него типографских станков. Однако в действительности он стал не шагом к латинице, а, напротив, попыткой частично сохранить существовавшие языковые традиции. В начале XVIII века, еще до того, как император задумал свою реформу, в кругу образованных русских людей стремительно набирала обороты мода на более современную и удобную латиницу, которая грозила окончательно вытеснить кириллицу. 

Большая реформа

Впрочем, Петр I, вероятнее всего, лишь доработал варианты гражданского шрифта, существовавшие на Руси еще с конца XVI века и впервые введенные Петром Могилой.

Обновленный императором вариант алфавита и начертания букв устоялись уже к середине XVIII века, однако продолжали совершенствоваться еще почти век: максимального сходства с современными буквы русского алфавита достигли к середине XIX века. Тогда же, чтобы удовлетворить аппетиты издателей многочисленных газет и книг, а также разнообразить рекламные афиши, появилось и множество новых шрифтов — в том числе существующий и сегодня египетский, и целое семейство шрифтов гротескных.

​​​​​​​

К началу прошлого столетия русский алфавит подошел уже в составе 35 букв (при этом «ё» и «й» самостоятельными буквами не считались), однако в 1917–1918 годах его ждала новая — последняя — масштабная реформа.

Задуманная еще в 1911 году как способ упростить правописание, она по большей части была реализована уже после октября 1917 года и потому стала одним из символов перехода к «новому миру» — на территориях, где в то время находились белогвардейские силы, ее так и не приняли. Однако именно благодаря ей русский алфавит в итоге сократился до нынешних 33 букв. Хотя окончательно в этом формате он был узаконен лишь в 1942 году.

Полуустав же, сохраненный церковнославянским языком, благополучно дожил до наших дней — свое продолжение он нашел в специально созданном компьютерном шрифте «Ирмологион».


Читайте также:

Паратайп | Великий Петровский перелом

(Исправленный и дополненный вариант. В первоначальном виде опубликовано в журнале «Да!», №0, М. , 1994).

1. Пролог. А надо ли было.

Петровская реформа шрифта упоминается в каждом исследовании по истории России, истории книги в России, истории кириллической письменности и шрифта. Но, как правило, введение гражданского шрифта рассматривается с точки зрения истории культуры, книговедения, палеографии. Масса информации по теме и обширная библиография приводится в трудах покойного А. Г. Шицгала, который собрал и систематизировал сведения о происхождении гражданского шрифта и проанализировал его графическую основу. Американский исследователь Айвен Колдор (Ivan L. Kaldor) в своем обзоре происхождения гражданского шрифта предложил для него возможную модель латинской гарнитуры издательского дома Эльзевиров. Однако я бы хотел попробовать рассмотреть петровскую реформу кириллицы с точки зрения шрифтового дизайна.
Как известно, в начале XVIII века русский кириллический шрифт был решительно реформирован Петром I (илл. 1). Печатный полуустав, существовавший со времен Ивана Федорова (с середины XVI века), был сохранен только для набора религиозной литературы. Для всех остальных изданий был введен шрифт, по форме подражавший латинской антикве и позднее названный гражданским. Был изменен и состав алфавита: были исключены надстрочные знаки и устаревшие буквы полуустава, введены новые литеры Э и Я. Были утверждены также арабские цифры вместо буквенных обозначений чисел. В развитии кириллической письменности до сих пор ощущаются последствия этой реформы.
Невозможно отрицать огромное значение введения гражданского шрифта, ведь если бы у царя-реформатора не дошли руки, нам, может быть, до сих пор пришлось бы жить с полууставом. Это, конечно, весьма своеобычно, но объективно было бы гораздо дальше от основного течения мировой цивилизации. Впрочем, если бы Петр был настроен более радикально и приказал печатать книги латиницей, наша история приобрела бы формы, еще более отличные от нынешних.

Петр, однако, не собирался переходить на латиницу. И дело не столько в том, что нововведение не поддержали бы церковь, дворянство и широкие народные массы—в деспотическом Московском государстве к народному мнению можно было не прислушиваться. Петр, видимо, сам не хотел рубить кириллицу под корень, он, как Мичурин, хотел привить латиницу на ствол кириллицы, как грушу на ветку яблони. Кириллица должна была приобрести более европейские одежды, примерно так же, как Московское царство было переодето в форму европейской империи. В сущности, введение гражданского шрифта означало глобальную адаптацию кириллицы, приспособление кириллических букв к формам латинского шрифта.

2. Графические особенности гражданского шрифта.

Это была не первая попытка приблизить кириллицу к латинице. Гражданскому шрифту хронологически предшествовали шрифты голландских типографий, печатавших в конце XVII—начале XVIII века по заказам Петра русские книги, и гравированные надписи на книжных титулах, картах, видах сражений, триумфальных арок, фейерверков и других образцах печатной пропаганды того времени (илл. 2). По характеру и те и другие представляют собой достаточно механическое соединение литер латинского алфавита, совпадающих с кириллическими (А, В, М, Н, О, Р, С, Т, Х) и специфических знаков кириллицы, заимствованных из печатного полуустава; особенно это характерно для прописных букв амстердамской типографии Яна Тессинга (илл. 3).
Гражданский шрифт, утвержденный Петром, во всех его вариантах (1708 и 1710 года) более един по характеру рисунка, что естественно, поскольку он является результатом более длительной работы. Но я никогда не мог понять, почему он все-таки так странно выглядит. Причем наиболее странным мне представляется не то, что гражданский кириллический шрифт стал похож на голландскую латинскую антикву (это ему всегда ставили в заслугу). Гораздо интереснее, почему он при внимательном рассмотрении оказывается настолько на нее не похож.

По цвету гражданский шрифт заметно светлее современной ему латиницы, его серифы (засечки) более тонкие и почти не скругляются в местах примыкания к основным штрихам. В крупном кегле только несколько букв по рисунку похожи на латинские аналоги (прописные В, Е, S, I, М, Н, О, С, Т, строчные е, s, о, с), причем в буквах М, С, Т наблюдаются существенные различия в деталях (илл. 4). Форма строчного а весьма отличается от латинской: в верхней части его отсутствует каплевидный элемент, замененный чем-то вроде завитка, нижняя замкнутая часть слишком круглая, тогда как обычно она имела наклонный характер. Строчная у имеет изогнутый правый диагональный штрих, тогда как в латинице у аналогичного знака он обычно более прямой.
Человек, хотя бы поверхностно знакомый с латинской графикой, ни при каких условиях не мог изобразить такие прописные А и Х. В них на внутренних сторонах основного диагонального штриха полностью отсутствуют серифы; так же решены знаки Л, У, а также прописные и строчные юс малый, кси, пси, ижица, строчные л, х. Серифам в гражданском шрифте вообще не повезло: они отсутствуют также на продолжениях горизонтального штриха в прописных и строчных Ц, Ч, Ш, Щ. Для гражданского шрифта крайне характерно, что первоначальный рисунок прописных П, Р и строчных п, р, т близок к рисунку строчных латинских литер n, p, m за исключением формы верхнего левого серифа. Этот элемент выглядит как изогнувшийся влево основной штрих вместе с двусторонним серифом, как будто желание изобразить латинский знак натолкнулось на полное непонимание его конструкции (илл. 5).
Все это относится к крупному кеглю гражданского шрифта (по замерам А. Г. Шицгала приблизительно равен 36 пунктам). В комплектах среднего (по Шицгалу приблизительно равен 12 пунктам) и мелкого (по Шицгалу приблизительно равен 10 пунктам) кегля прописные А, П, Р, Т и строчные n, p, m приобретают привычную форму голландской антиквы, да и в кириллических Ц, Ч, Ш, Щ, ц, ч, ш, щ серифы возвращаются на свои законные места. Форма строчных а и у в среднем и мелком кегле тоже приближается к латинской. Только прописная и строчная Х упорно сохраняют отсутствие серифов. Интересно, что если у прописной и строчной К в крупном кегле верхний диагональный штрих кончается двусторонним горизонтальным серифом, у аналогичных букв в среднем и мелком кегле на этом месте появляется каплевидное окончание (илл. 6). Латинская литера К отличается по рисунку от обоих кириллических вариантов.

Все эти отклонения от традиционной формы не могут быть случайны. Очевидно, амстердамским мастерам, делавшим для российского самодержца литеры «лутчево мастерства», гораздо проще было вырезать знакомую форму латинских букв. Им даже в страшном сне не могло привидеться такое А или Р. Так почему же гражданский шрифт получил такой странный рисунок? Почему литеры, одинаковые для кириллицы и латиницы, в крупном, наиболее заметном кегле выглядят так, как будто их делали абсолютно незнакомые с латиницей люди, а в более мелких кеглях их форма становится более традиционной? Может быть, дело в оригиналах этих знаков?

1 / 100

3. Подготовка шрифтовой реформы.

Попробуем более подробно рассмотреть ситуацию и хронологическую последовательность событий. В 1689 году семнадцатилетний Петр I провозглашен единоличным царем и правителем России. Единственный вид кириллического наборного шрифта в это время—печатный полуустав, по форме мало изменившийся со времен Ивана Федорова. Этим шрифтом печатали и церковную, и светскую литературу, в том числе буквари и учебники. В полууставе применялось множество надстрочных знаков, что сильно усложняло работу наборщика по сравнению с набором латиницы (илл. 11). Рукописных почерков в это время было несколько: традиционная скоропись с росчерками, более медленное письмо, которым писались официальные документы (Шицгал называет его гражданское письмо), и многочисленные переходные формы. Скорописные почерки развились во взаимодействии и под влиянием киевской и западнорусской скорописи, а также под влиянием латинских рукописных почерков, но единого общепринятого письма еще не сложилось (илл. 7).
В ходе Великого посольства (1697—1698 годы) в Голландии Петр не только учился искусству строить корабли, делать офорты и рвать зубы. Осознавая необходимость просвещения для России, он заключил договор с голландскими типографами, чтобы печатать в Голландии кириллические книги. Купцу Яну Тессингу в 1700 году была дана грамота, по которой он получил монополию на ввоз в Россию книг и карт. Тессинг открыл в Амстердаме типографию и вместе с другими голландскими типографами с 1699 по1705 годы напечатал 15 книг кириллицей, для чего пришлось специально изготавливать шрифты и искать редакторов, знакомых с русским языком. Но надо было наладить издание новых книг и в России. После нескольких опытов издания книг традиционным полууставом и сравнения их с «иноземными книгами» у Петра, надо полагать, родилась идея о реформе кириллицы, об отказе от полуустава и создании более «чистого», то есть более светлого шрифта. Самодержец, любивший все делать сам, решил вплотную заняться реформированием кириллицы, видимо, не доверяя способностям своих специалистов.
В июле 1706 года Петр пишет письмо одному из своих голландских агентов Ивану Любсу, где среди прочего поручает ему в Амстердаме «…проведать в какову цену станут кумпания друкарей книжных, когда их нанять на 2 года». Имелось в виду пригласить голландских типографов, чтобы они сделали в Москве новый шрифт и наладили книгопечатание по европейскому образцу, выучив русских мастеров. Однако это оказалось слишком дорого, к тому же, как писал Петру из Амстердама в мае 1707 года другой агент, Христофор Брант, в это время там работали только два резчика-пуансониста, которые «столко денег наживают, что оные не мыслят отсюды ехать, и сверх того они многими людми и делами обязаны и на иные случаи и думать не хотят».

К моменту получения этого письма работа по проектированию нового российского шрифта уже шла полным ходом, несмотря на войну со шведами. В конце декабря 1706 года Петр прибыл в армию, в местечко Жолкву около Львова, где находился штаб Меншикова. В штабе работал «чертежник и рисовальщик» Куленбах, которому Петр поручил сделать рисунки нового шрифта. Они были готовы в январе 1707 года и затем отосланы в Амстердам для изготовления литер, как написано в письме Петра из Жолквы Христофору Бранту от 27 января: «…я ныне посылаю к вам азбуку Рускую новую, чтоб по той зделать несколько слов… И как сию азбуку получишь и слова будут готовы, чтоб всех трех рук напечатать Отче наш или иное что краткое и прислать по почте, и чтоб те литеры были лутчево мастерства» (термин «слово» в петровское время употреблялся, кроме его нынешнего значения, еще в значении «буква»).
Потом Петр решил передать с той же целью копию рисунков нового шрифта в трех кеглях («трех рук») в Москву на Печатный Двор, чтобы работа велась параллельно, а также для сравнения качества. Словолитцы Печатного Двора получили этот заказ 18 мая 1707 года, в чем каждый расписался.

4. Кто же он.

Задание Куленбаху вместе с эскизами дал царь лично, как следует из письма Петра Меншикову от 27 мая 1708 года. Следует ли из этого, что эскизы букв делал сам Петр? По крайней мере, такое предположение объяснило бы корявый вид многих литер: самодержцу, конечно, было некогда вникать в тонкости построения антиквы, его голова была занята войной со шведами, европейской политикой и тысячью других государственных дел. Возможно, он изобразил на ходу грубые эскизы, графическую идею, недаром же его учили рисованию и черчению. Но Петр мог подрядить на этот подвиг и какого-то неизвестного нам героя. Однако автором рисунков не мог быть никто из известных нам современных Петру художников-граверов, хотя некоторые буквы гражданского шрифта напоминают аналогичные на гравюрах Адриана Схонебека, Питера Пикарта и Алексея Зубова. Ведь они-то знали, как нужно строить букву А, потому что их этому учили. Так же, как учили и Куленбаха, который был чертежником и инженером. Похоже, что автором эскизов шрифта был местный гений-самородок (возможно, сам Петр?), который пользовался в работе разными источниками, но не имел опыта и образования. А Куленбах должен был довести идею до оригинала. Но кто же возьмется исправлять творчество монарха? Куленбах, как было приказано, честно, «слово в слово» воспроизвел и отсутствие серифов в А и Х, и нелепую левую верхнюю часть в n, p и m, и странную форму а и у… И то, что в более мелких кеглях эти литеры принимают более привычную форму, вполне объяснимо: меньше возможности обнаружить различия в рисунке (илл. 5, 6, 8, 9).

На какой основе художник проектировал свои эскизы? Шицгал довольно убедительно доказал, что, помимо латинской антиквы, графическими источниками гражданского шрифта были парадное (гражданское) письмо и частично печатный полуустав. Автор эскизов проявил незаурядное творческое начало и изобретательность, конструируя строчные б, д, ж, к, л, у, ф, ц, щ, ъ, ы, ь, э, я, фиту, ижицу, прописную Д и, несмотря на разные источники, добился известного графического единства. По эскизам были сделаны оригиналы 32 строчных букв и 4 прописных (А, Д, Е, Т). Петр писал Бранту 29 января 1707 года: «…понеже всех слоф в два манира (как етех четырех) привесть не могли, для того протчие слова (кроме сих четырех) таким же маниром, как и в строках в начале употреблять, а величеством против сих четырех, что на верху стоят». То есть все остальные прописные буквы надо было делать по рисункам строчных, а по размеру такие, как изображенные А, Д, Е, Т. Остается предположить, что оригиналы остальных прописных литер не были выполнены из-за недостатка времени (илл. 8, 9).

5. Первый вариант.

В мае 1707 года в Амстердаме под присмотром Христофора Бранта часть заказанных литер (среднего кегля) уже изготовлена и их оттиски отправлены в Москву. 16 августа посланы и все остальные материалы: «…стемпелы менщих трех рук слов и сверх того такое ж число всякой руки болших слов со их матрицесами и с принадлежании…» (из письма Бранта Петру от 16 августа из Амстердама). Кроме того, отправлено 144 фунта отлитого шрифта крупного кегля, 214 фунтов среднего, 233 фунта мелкого, 2 печатных станка с принадлежностями и с ними три голландских мастера (словолитец, наборщик и печатник), завербованных на 3 года. В июне 1707 года, как явствует из писем Петра, им получены оттиски шрифта среднего кегля, а в сентябре оттиски набора крупного и мелкого кеглей (илл. 10).
Быстрота изготовления пуансонов, матриц и литер гражданского шрифта говорит о профессиональной квалификации амстердамских граверов-пуансонистов. Но «самый лутчий мастер», выполнявший заказ, даже не задумался о форме букв, которые он вырезал, повторив за Куленбахом строго по оригиналам все нелепости: и частичное отсутствие серифов у половины знаков, и странную форму а, у, р, n и m. А может быть, этим диким московитам так и нужно, и в этом особенности их непонятного шрифта?

На московском Печатном Дворе в это время «с превеликим поспешанием и тщанием» словолитцы Михаил Ефремов, Григорий Александров и Василий Петров по присланным рисункам делали «пунсоны и материцы» своего варианта нового шрифта. Однако сравнение с присланными из Амстердама оттисками показало, как пишет Ефремов в челобитной в январе 1708 года, что «тот образец, с первым письменным и с нашим новосостроенными образцами явился несходен». Сказалась, видимо, разница в квалификации московских и амстердамских мастеров. Ефремову пришлось неоднократно переделывать всю работу, и все равно его буквы заметно хуже выполнены технически: штрихи разные по толщине, знаки не держат линию (то есть колеблются по вертикали относительно строки), форма многих букв (а, д, е, ж, s, к, л, м, у, Е) выглядит беспомощной (илл. 11). Интересно, что свисающий элемент у ц Ефремова в виде росчерка похож на аналогичный знак, который был заказан в Амстердаме после корректуры в 1708 году. Может быть, голландцы не поняли оригинала, а может, Куленбах сделал 2 варианта буквы ц. Так или иначе, сравнение было не в пользу московских словолитцев, и их работа была остановлена до прибытия на Печатный Двор голландского шрифта.
«Друкари и к друкованию принадлежащие вещи…» и вместе с ними «новоизобретенных Руских литер три азбуки» в августе 1707 года отправились из Голландии в Архангельск и концу года, очевидно, уже достигли Москвы. 1 января 1708 года датирован указ Петра «…присланным Галанския земли, города Амстердама, книжного печатного дела мастеровым людем … теми азбуками напечатать книгу Геометрию на руском языке, … и иныя гражданския книги печатать темиж новыми азбуками…». Первая книга, набранная новым гражданским шрифтом, «Геометриа славенски землемерие» (илл. 12), была напечатана в марте 1708 года, за ней последовали несколько других.

1 / 100

6. Корректировка: исправления и дополнения.

Но работа над шрифтом не кончилась. По результатам наборных проб Петр решил откорректировать форму знаков б, д, п, р, т, ц, щ, ъ, ы, ь и добавить несколько пропущенных букв традиционного алфавита. В апреле 1708 года Петр пишет письмо Меншикову в Могилев, куда вкладывает эскизы дополнительных знаков для Куленбаха. Видимо, они были такого качества, что Куленбах не увидел разницы и повторил рисунки этих букв по старым эскизам. Недовольный царь пишет 27 мая новое письмо Меншикову, где, наряду с военными планами, говорится: «…Куленбах ошибся … при сем вновь посылаю образцы словам, чтобы слово в слово сим маниром написал, а не те, как я дал ему в Жолкве, толко б величиною против Жолковских всех трех рук…». Наконец, «ис походу печатной образец трех азбук» прислан 27 июня на Печатный Двор с указом «…вырезать пунсоны стальные и ими пробить материцы на меди, и, отлив те слова, набрать для отсылки в армею, тиснуть образец в скорых числех, нимало ничем не задержать». Дополнительные литеры пришлось делать словолитцам Григорию Александрову и Василию Петрову, поскольку Михаил Ефремов в апреле 1708 года умер, очевидно, не выдержав нагрузки и ответственности. 2 августа Петр пишет Христофору Бранту в Амстердам и повторяет заказ на дополнительные буквы в трех кеглях: «Понеже для поспешения из Жолквы неполную азбуку к вам прислал, а ныне достальные слова при сем посылаю. Вели зделать штемпели величиною всех тех рук, которыя наперед сего от вас присланы, и оныя штемпели … пришли к нам».

Согласно выводам Шицгала, в Москве были изготовлены в среднем кегле 21 прописная и 21 строчная литеры, а в мелком кегле только 17 строчных. В Амстердаме было сделано по 18 дополнительных строчных букв во всех трех кеглях (илл. 13). И те и другие представляют собой частью варианты уже выполненных литер (новые формы б, д, п, р, т, ц, щ, ъ, ы, ь, ять), частью буквы, пропущенные ранее (з, i десятеричное с двумя точками, и, ук, ф, полууставное е ударное, юс малый, кси, пси, ижица, а также юс большой, омега и лигатура от, которые были изготовлены на пробу в Москве только в среднем кегле). В новых вариантах наиболее странные черты литер, как правило, изменены в сторону меньшей оригинальности: строчная б становится прямоугольной, как современная прописная Б, п и р теряют левый верхний изогнутый элемент, ц и щ приобретают плавный волнообразный росчерк, ъ, ы, ь и ять получают более спокойные полуовалы, а ы и ь, кроме того, перестают выступать выше линии строчных знаков. Правда, п, ц и щ в некоторых случаях все еще лишены серифов на продолжении горизонтального штриха, но в общем шрифт становится гораздо спокойнее. Если сперва прописные буквы делались по рисункам строчных, то после корректуры наоборот, некоторые строчные делаются по рисункам прописных (д, и, п, т). Благодаря этим изменениям гражданский шрифт стал состоять преимущественно из прямоугольных форм и его строчные литеры незначительно отличаются от прописных (илл. 14).
Предположение Шицгала о применении капители (прописных знаков в рост строчных) в крупном кегле гражданского шрифта не кажется мне убедительным. Оно основано на присутствии среди строчных букв крупного кегля 4-х знаков (А, Д, Е, Т), по размеру соответствующих строчным, но прописных по рисунку (илл. 15). Если бы стояла задача изготовить новый вариант алфавита, наверное, было бы больше модифицированных букв. Судя по качеству их выполнения, все эти знаки явно московской работы, государева словолитца Михаила Ефремова. Перед нами,похоже, следы петровских экспериментов со шрифтовой формой, когда по рисункам наиболее удавшихся, с его точки зрения, прописных букв пробовали изготовить строчные. Если внимательно посмотреть на строчные буквы среднего кегля и прописные мелкого, можно заметить, что 25 букв (б, в, г, ж, s, i без точки, к, л, м, н, о, n, р, х, ц, ч, ш, щ, ъ, ы, ь, э, ю, я, фита) из 34 совпадают по рисунку и размеру (илл. 9). Это не удивительно, учитывая, что их делали с одних и тех же оригиналов. Очевидно, таким образом старались увеличить количество кеглей.
В Голландии дополнительные литеры делались в этот раз около года. Московские за это время несколько раз доделывались и переделывались. С мая 1708 и до октября 1709 годов между Петром, который в основном находился при армии, его приближенными Мусиным-Пушкиным и князем Гагариным и «книжным справщиком» Печатного Двора в Москве Федором Поликарповым идет интенсивная переписка: Петр корректирует качество работы и форму букв московских словолитцев. Этих корректур было не менее 4-х. География переписки—половина России: Смоленск, Брянск, Сумы, Воронеж. В процессе корректировки гражданского шрифта, между прочим, летом 1709 года под Полтавой была разгромлена армия шведского короля Карла XII… А в письмах Петр то вводит две точки над i и ударения, то отменяет их, а также указывает: «Литеру „буки» также и „покой» вели переправить,—зело дурны зделаны почерком, также толсты…».

В ожидании дополнительных букв из Амстердама Петр даже хотел привлечь к изготовлению шрифта некоего саксонского мастера, работавшего на Монетном дворе. Однако Мусин-Пушкин в письме от 16 января 1709 года отвечает: «Саксонец, Манетного двора мастер, сказал, смотря амстердамских пунсонов, что он таких дел не умеет делать…». И только в сентябре 1709 года пуансоны амстердамских дополнительных литер прибыли в Москву (через российского посла в Вене). В октябре, видимо, был исправлен и отпечатан окончательный вариант «с новодополненными литерами азбуки», включивший исправленные и доделанные буквы как амстердамской, так и московской работы.
18 января 1710 года Петр I посетил Печатный Двор и одобрил оттиски азбуки. Затем он провел последнюю показательную корректуру: вычеркнул знаки печатного полуустава, от, омегу, пси и первые варианты знаков нового шрифта (илл. 16) и собственноручно на внутренней стороне переплетной крышки написал: «Симы литеры печатать исторические и манифактурныя книги. А которыя подчернены, тех вышеписанных книгах не употреблять» (илл. 17). На первом листе этой эталонной азбуки стоит дата: «Дано лета Господня 1710, Генваря в 29 день». Таким образом, реформа кириллического алфавита завершилась и по форме и по содержанию.

7. Эпилог. Что же вышло.

Что можно сказать по поводу этой злосчастной истории? Петровская реформа шрифта не была закономерной, как, например, переход в Италии в конце XV века с текстуры на основанную на массовом почерке антикву. В основе гражданского шрифта не было единого, устоявшегося массового письма. Реформа шрифта скорее опиралась на волю монарха, которой нельзя было прекословить,чем на созревшую общественную необходимость. Надо было выглядеть по-европейски. Одни и те же идеологические мотивы лежали в основе таких действий Петра, как стрижка бород, как приказание курить табак и носить голландское платье, как издание книг, набранных кириллическим эквивалентом антиквы. И прав был один из первых исследователей Петровской реформы Василий Тредиаковский, писавший в своей книге «Разговор между чужестранным человеком и российским об ортографии старинной и новой» (Спб. , 1748): «Сие очам российским сперва было дико, и делало некоторое затруднение в чтении особливо ж таким, которые и старую московскую с превеликою запинкою читают».

Монаршее нетерпение было причиной тех странных форм, в которых явился миру гражданский шрифт. Из-за нехватки времени и квалификация у исполнителей оказалась не соответствующая их миссии. Хороший шрифт не топором делается и не получается быстро. Правда, чтобы это осознать, необходимо быть специалистом, обладать общей культурой, получить образование. Шрифтовые традиции Эльзевиров в начале XVIII века еще можно было проследить в Голландии, в Германии, в Англии, где работали десятки типографий со шрифтами, восходящими к великим мастерам, таким, как Клод Гарамон (Claude Garamond), Робер Гранжон (Robert Granjon), Кристоффел ван Дейк (Cristoffel van Dijck), Миклош Киш Тотфалуши (Totfalusi Kis Miklos). От времени ван Дейка (1607—1669) Петра отделяло не более 40 лет (илл. 18), а Миклош Киш (1650—1702) был старшим современником нашего шрифтового реформатора (илл. 19). Если бы Петр Алексеевич мог взяться за свою реформу не торопясь, подыскать действительно самого лучшего специалиста для проектирования рисунков нового шрифта, потом после изготовления литер в металле обкатать их в наборе, не спеша откорректировать, результат мог стать гораздо лучше с точки зрения искусства шрифта. Но для этого он должен был быть другим человеком, и тогда у нас была бы другая история. К сожалению, получилось то, что получилось, в связи с общим тяжелым положением, тысячью других неотложных дел, отсутствием культуры и, я бы сказал, неким злым роком быстро ездить не разбирая дороги.
(Забавно, что в деле шрифтовой реформы у Петра был непосредственный августейший предшественник и даже, возможно, образец для подражания. Французский король Луи XIV, «король-солнце», во второй половине своего правления тоже занялся реформированием шрифта. В конце 1692 года по его приказу была образована королевская комиссия по стандартизации ремесел, которая на своем первом заседании в январе 1693 года начала с типографского ремесла. Это привело к тому, что в качестве «идеального алфавита» был спроектирован и нарезан так называемый le romain du roi (королевский шрифт), которым в 1702 году в Королевской типографии в Париже была набрана роскошная иллюстрированная книга о медалях царствования Луи Великого—Medailles sur les principaux evenements du regne de Louis le Grand (илл. 20). Известно, что Петр I был одним из первых читателей этой книги. Современный канадский исследователь Роберт Брингхерст (Robert Bringhurst) считает, что гражданский шрифт по форме имеет имеет много общего с le romain du roi, например, в буквах а и у (илл. 21), и представляет собой второй в истории образец шрифтов того же типа (Neoclassical). Возможно, что шрифтовая деятельность «короля-солнца» послужила примером для Петра. Однако королевский шрифт не отличался так радикально по рисунку от современных и предшествующих ему шрифтов, как гражданский. Это была вариация все того же латинского шрифта антиква. Кроме того, вся история le romain du roi известна и задокументирована. «Король-солнце», в отличие от своего российского последователя, не соизволил сам вмешиваться в процесс. Комиссию возглавил аббат Жан-Поль Биньон (Jean-Paul Bignon), дизайнером шрифта (первым в истории) был инженер Жак Жожон (Jaques Jaugeon), пуансонистом и автором окончательного рисунка—Филипп Гранжан де Фуши (Philippe Grandjean de Fouchy). История создания гражданского шрифта, как можно убедиться, гораздо более темная.—Дополнение 9.04.1996 г.)
И тем не менее. Благодаря волюнтаризму Петра I Россия хотя и осталась двумя ногами в Азии, но лицом развернулась к Европе. С тех пор как насильственная шрифтовая адаптация стала фактом, латинизированная форма кириллицы вот уже почти 300 лет является для нас традиционной, а развитие кириллического шрифта с тех пор пошло параллельно развитию латинского. Нынешняя кириллица благодаря этому гораздо ближе к латинице, чем, например, современный греческий алфавит, хотя они и происходят из одного источника. Поэтому я полагаю, что мы все же должны сказать спасибо Петру Великому за его шрифтовую реформу.

1 / 100

8. Литература.

  1. Аронов В. Р. Эльзевиры. М., 1975.
  2. Дриссен Й. Й. Голландцы и русские 1600—1917. Каталог выставки. Амстердам, 1989.
  3. Книговедение. Энциклопедический словарь. М., 1982.
  4. Лебедянский М. С. Гравер петровской эпохи Алексей Зубов. М., 1973
  5. Шицгал А. Г. Русский гражданский шрифт (1708—1958). М., 1959.
  6. Шицгал А. Г. Русский типографский шрифт (вопросы истории и практика применения). Изд. 1-е: М., 1974, изд .2-е: М., 1985.
  7. Шицгал А. Г. Репертуар русского типографского гражданского шрифта XVIII века. Ч. I. Гражданский шрифт первой четверти XVIII века 1708—1725. М., 1981.
  8. Bringhurst R. The Invisible Hand Part One: Neoclassical Letterforms. Serif: The Magazine of Type & Typography. Claremont, CA, #4, Spring 1996.
  9. Kaldor I. L. The Genesis of the Russian Grazhdanskii Shrift or Civil Type. The Journal of Typographic Researche. Cleveland, Vol. III, #4, 1969, Vol. IV, #2, 1970.
  10. . Kapr A. Shriftkunst. Geschichte, Anatomie und Schoenheit der Lateinischen Buchstaben. Zweite Auflage. Dresden, 1976.
  11. Stauffacher J. The Transylvanian Phoenix: The Kis-Janson Types in the Didital Era. Visible Language. Cleveland, Vol. XIX, #1, 1985.
  12. Zhukov M. G. The peculiarities of Cyrillic letterforms: design variation and correlation in Russian typeface. Typography Papers. Reading. #1, 1996

Примечание: Цитаты из писем и указов Петра I и его сподвижников, а также сочинений В. К. Тредиаковского приводятся по тексту: Шицгал А. Г. Русский гражданский шрифт (1708—1958). М., 1959, стр. 110, 255—265. Даты даются по старому стилю.

Обратная связь:

Накорякова К.М. Очерки по истории редактирования в России XVI-XIX вв. КНИГА В ЭПОХУ ПЕТРА I

КНИГА В ЭПОХУ ПЕТРА I

 

События первой четверти XVIII в. были подготовлены всем ходом развития русской государственной жизни. На общем фоне исторического процесса они выделяются темпами своего развития.

За 27 лет, с 1698 по 1725 гг., было выпущено свыше 600 книг, не считая многочисленных гравированных листов. Рукописная книга потеряла прежнее значение. Время, когда она могла конкурировать с книгой печатной, прошло. Резко изменилось содержание книг: за эти 27 лет было издано всего 48 книг духовных. Основную массу печатной продукции представляли новые гражданские книги, которые были нужны для обучения корабельных мастеров, инженеров, моряков. Начали регулярно издаваться «Ведомости» – первая русская газета. Были открыты новые гражданские типографии в Москве и Петербурге. И хотя Петербургская типография занимала в то время всего один домик в три окна на Троицкой улице, но в ней печатались и «Ведомости», и календари, и книги. Петр I часто бывал в типографии, смотрел пробные оттиски, читал корректуру. Была составлена первая гражданская азбука. С 1708 г. исторические и мануфактурные книги, по повелению Петра, печатались гражданским шрифтом. «Прекрасна была сия самая первая печать: кругла, мерна, чиста», – писал позже об этом шрифте В.К. Тредиаковский.

 

 

Рис. 10. Гражданская азбука с правкой Петра I

 

В Москве, недалеко от Спасского моста, открылась первая публичная библиотека. Во время одного из московских пожаров здание это сгорело, но чертеж его сохранился. На фасаде здания видна надпись: «Всенародная публичная библиотека».

Значительно пополнился новыми словами язык. Новые термины вошли и в издательскую терминологию. Так, термин «сигнал» (сигнальный экземпляр) впервые встречается в переписке Петра I с И.А. Мусиным-Пушкиным, который с 1701 г. заведовал Московским печатным двором. Главной отличительной чертой книги Петровской эпохи была ее подчиненность общегосударственным целям. Уже от первого своего типографа Яна Тессинга Петр требовал, «чтобы те чертежи и книги напечатаны были к славе нашему, великого государя, нашего царского величества превысокому имени и всему нашему российскому царствию меж европейскими монархи цветущей, наивящей похвале и ко общей народной пользе и прибытку… а пониженья б нашего царского величества превысокой чести и государства наших в славе в тех чертежах и книгах не было».

На протяжении всей первой четверти XVIII в. эта тенденция отчетливо видна в книгоиздательстве, которое и юридически было подчинено государству. Если по соображениям государственным книгу надо было скорее издать, принимались самые срочные меры, отыскивались переводчики и все необходимые специалисты.

Большую роль в развитии книжного дела сыграла заинтересованность в нем Петра I. Сотни документов подтверждают это. Петр сам намечал книги для перевода, указывал, какими рисунками и чертежами ее снабдить. Многие книги просмотрены Петром во время издания, дополнены им, появились по его приказанию. Он придавал большое значение языку, заботился о внешнем виде книги. Не было ни одной подробности в издании, куда бы ни вмешивался царь.

«Господин Мусин-Пушкин! – писал Петр в 1709 г. – Письмо ваше купно с книжками римплеровыми и боргздорфовыми дошли, також и азбука; но печать в оных книгах зело перед прежней худа, нечиста и толста, в чем вам надлежит посмотреть гораздо, чтоб так хорошо печатали, как прежния, а имянно против кумплементальной и слюзной; також и переплет против оных же, ибо нынешней присылки переплет очень дурен, а паче всего дурен от того, что в корене гораздо узко вяжет, отчего книги топорщатся и надлежит гораздо слабко и просторно в корне делать, також и в купорштрихгсе знать, что совершенно не гораздо чисто.

В римплеровой чертежи вели впредь приплетать к задней доске все, также как и у боргздорфовой».

Правка Петра есть в корректурных экземплярах «Геометрии словенски землемерие», в «Книге Марсовой», в сочинении Лопатинского «Благодарственная всенощная за победу при Полтаве», в «Объявлении, коим образом асамблеи отправлять надлежит» и многих других книгах.

Основным направлением книгоиздательства стало издание сочинений о «художествах», как называли тогда математику, медицину, военное дело, позже – историю, географию и прикладные дисциплины.

Печатная техническая книга стала при Петре необходимой. Количество произведений художественных было по сравнению с книгами практических знаний ничтожно мало. Академик Д.С. Лихачев писал: «Эпоха Петра – творческая эпоха. Замедление в развитии литературы произошло потому, что силы нации были поглощены государственным строительством, развитием науки, техники. Эта эпоха была остановкой перед прыжком. После прыжка литература продолжала развиваться, и при этом ускоренными темпами».

Само восприятие действительности людьми того времени было специфичным, в большинстве случаев – реалистическим. Образное осмысление событий было не в моде. Отправляя молодых русских дворян за границу, Петр требовал, чтобы они постигали там науки и привезли всякий по два человека мастеров (везти их за собой до Москвы надлежало на «своих проторях», т.е. за свой счет), и привезли бы записки, в которых должно было быть все, что покажется им достойным внимания. Литература путешествий, которая сложилась из этих записок, характерна для того времени. Так, стольник Петр Андреевич Толстой побывал в Польше во время избрания нового короля. Запись в его дневнике никак не отразила это событие, но читатель узнал, что есть в Варшаве «одна палата высокая, которую поляки называют изба сенаторская; в той палате у поляков бывает сейм; у которой палаты окна великия и окончины были стекольчатыя все повыломаны и окна разбиты от нестройного совету и несогласия во всяких делах пьяных поляков, а покоевыя королевские палаты от той палаты далеко». В Генуе русских путешественников поражали «фонтаны превеликие: три лошади, на них мужик стоит, у средней лошади из языка вода течет, а у тех из ноздрей; кругом тех лошадей ребятки маленькие из мрамора высечены, сидят и воду пьют».

Потребность в учебнике, в книге практических знаний привела к выработке специфических приемов изложения материала, его компановки, оформления, – приемов, которые помогали сделать изложение доступным для понимания и облегчали запоминание практически важных сведений. Это обращение к диалогическому построению книги, к форме бесед, распространенной, как мы видели, в грамматиках и букварях XVII в. Часто материал излагался от имени определенных лиц. Изложение было персонифицировано даже в книгах по технике. Построение книги в форме вопросов и бесед позволяло сделать изложение занимательным и одновременно служило средством организовать материал.

При Петре I книги стали снабжать аппаратом. Он любил предисловия, послесловия и всевозможные объяснения. Ими Петр приказывал сопровождать не только книги практических знаний, но даже книги духовные, издание которых в то время было немаловажным политическим делом. Когда по его приказанию готовили к изданию Требник, куда были включены 10 церковных заповедей и описание трех главных добродетелей, он приказал написать к нему предисловие, «в котором разные толкования неправые ханжеские все выяснить, дабы читающий перво свой порок узнал и потом пользу прямую и истинную». А книгу в конце снабдить короткой выпиской, «дабы мог на память оное иметь». Эти короткие положения нужно было заучивать наизусть.

Необходимой частью учебников и книг практических знаний стали различные приложения – словари, таблицы, рисунки.

Сильно изменился общий вид книг. Гражданский шрифт был значительно убористее полуустава. Формат книг уменьшился. Сам Петр был любителем книг, которые «в кармане мочно носить». Не стало двухцветной печати – заглавных красных букв, исчезли почти совсем заставки. В прежних изданиях Московского печатного двора обязательным элементом заставки был четырехконечный крест, он отличал эти книги от книг последователей старой веры. Представить такую заставку в книге по кораблевождению или горному делу было невозможно.

Все эти изменения – новые приемы в организации материала, проведение отчетливой линии в развитии книгоиздательского дела – достигались на ступени подготовки книги к печати, на редакторском этапе работы над ней. Новые приемы работы были приемами редакторскими. Они были найдены в соответствии с теми задачами, которые были поставлены перед книгой, и развиты людьми, которых мы можем назвать специалистами своего дела. Имена многих из них известны.

Феофан Прокопович был главой кружка, объединявшего образованнейших людей из числа приближенных Петра I. По поручению царя Прокопович просматривал и исправлял многие книги. Эти обязанности сохранились за ним и при Анне Иоанновне. Все произведения на русском языке, предназначавшиеся к печати, посылали на предварительный просмотр к Прокоповичу. Он же просматривал описания фейерверков и иллюминаций, составлявшиеся по приказанию двора Академией наук. Прокопович участвовал в создании «Истории императора Петра Великого от рождения его до Полтавской баталии». На 20 листах рукописи правка сделана рукой Прокоповича. В конце XVIII в. князь Щербатов издал эту книгу, указав Феофана Прокоповича как автора. По приказу Петра Прокопович написал предисловия и объяснения ко многим книгам.

О том, что Прокопович отчетливо представлял себе трудности редакторской работы, свидетельствует его стихотворение «К сложению лексиконов»:

 

Если в мучительския осужден кто руки,

Ждет бедная голова печали и муки,

Не вели томить его делом кузниц трудных,

Ни посылать в тяжкие работы мест рудных:

Пусть лексики делает: то одно довлеет,

Всех мук роды сей один труд в себе имеет.

 

Осмысливая факты, из которых слагается история редактирования, нельзя не отметить, что Феофан Прокопович интересен для нас не только как редактор, практически подготовивший большое количество изданий, но и как теоретик, применивший, правда, только по отношению к литературе церковной, исторический метод, начавший филологическое изучение текстов, а его трактат «De arte poetica» («О поэтическом искусстве») способствовал развитию теории поэзии.

Прокопович стремился изменить манеру проповедей, освободить их от приемов внешней аффектации: «Не надо проповеднику шататься вельми, будто в судне веслом гребет. Не надобно руками вспляскивать, в боки упиратися, смеятися, да не надобе и рыдать…», учил обращаться к слушающему «умеренным голосом и простыми речами».

Проповеди Прокоповича – явление для своего времени выдающееся: они злободневны, в них нет отвлеченности, сухих рассуждений. Прокопович отказался от традиционных приступов [вступлений.К.Н.] и длинных периодов. Это была блестящая и стройная речь. Проповеди оказали заметное влияние на литературную манеру того времени, в какой-то степени определили критерии, которыми руководствовались редакторы при подготовке печатного текста.

Был известен своими редакторскими трудами и Федор Поликарпов – ученик греков Лихудов, учитель Славяно-греко-латинской академии, переводчик с греческого, литератор, впоследствии управляющий типографией Московского печатного двора. Он перевел такие значительные сочинения, как «География генеральная» Варения, составил «Букварь треязычный», написал предисловие и дополнение к «Грамматике» Смотрицкого. Поликарпов брался за самые различные литературные работы, даже слагал силлабические вирши – подписи к гравюрам, издававшимся Московской типографией.

Все книги по военному делу проходили через руки Якова Вилимовича Брюса, приближенного Петра I. Брюс возглавлял Артиллерийский приказ, куда входило военно-инженерное управление. По артиллерии было велено числить и Московскую гражданскую типографию. Многие книги Брюс перевел сам, другие отредактировал.

 

 

Рис. 11. Я.В. Брюс. Портрет работы неизвестного художника

 

Издание книг при Петре I приобрело такой размах, что издательская работа потребовала четкой организации. Были созданы даже редакторские коллективы. Один из таких коллективов готовил к изданию книги по военному делу при Артиллерийском приказе. Сам царь и Брюс руководили их работой.

Народ прозвал Брюса колдуном за ученость и астрологические познания. Больше всех других изданий, подготовленных Брюсом, был популярен календарь, который известен по имени составителя как «Брюсов календарь».

 

 

Рис. 12. Титульный лист «Брюсова календаря»

 

 

Рис. 13. Страница «Брюсова календаря»

 

Календарь издавался в 1709–1715 гг. и пользовался большим спросом. Печатала его Московская гражданская типография.

Хорошо сохранившийся экземпляр календаря находится в кабинете Петра I в Эрмитаже. Напечатан он на шести больших листах. Текст заверстан в две таблицы, разделенные на двенадцать вертикальных столбцов. Вверху каждого столбца – знак зодиака и картинка, изображающая, чем занимаются люди в этом месяце. В календаре указаны церковные праздники, перечисляются «предзнаменования времени по планетам». Так, Сатурн оказывал влияние на все времена года. Под его знаком весна предсказывалась «сухая, студеная, мразная, цветы и траву поздно порождает, в весне грады вредят» и т.д. Один из листов давал «предзнаменование действ на каждый день». Можно было узнать, чему «сегодняшний день благоприятствует». Особое место было отведено таблицам часов со склонением на московский горизонт и таблицам астрономическим. По календарю делались предсказания относительно характера и судьбы человека, в нем были сведены вместе все планидники, звездочетцы, стодневцы и другие «отреченные книги». Издавать календарь Брюсу помогал Василий Киприянов, участвовавший в свое время в издании «Арифметики» Леонтия Магницкого. Свои прошения Киприянов подписывал: «раб математических наук». В 1705 г. он получил звание библиотекаря. Звание было почетно, а обязанности широки, включая и книгопечатание, и собирание книг, и цензуру, и книжную торговлю. Одновременно Киприянов был назначен главой Московской гражданской типографии.

С основания Петербургской типографии ее цейх-директором был Михаил Аврамов. До этого он служил в Посольском приказе, учился в Голландии, служил в Оружейной палате. Он сумел хорошо поставить дело, типография выполняла самые разнообразные заказы. Аврамову Петр поручил составление полной истории своего царствования. Михаил Аврамов был широко образованным человеком, одновременно с издательскими делами он руководил и Берг-коллегией. Ему принадлежат проекты нескольких нововведений, в частности проект учреждения Академии иконного, живописного и другого художества.

Многие книги, изданные в первой четверти XVIII в., были переводными. Разработка и осмысление основных принципов перевода стали в то время необходимыми.

Первыми переводчиками были жившие в России иностранцы – толмачи Посольского приказа. Басни Эзопа перевел поляк Ловзинский, много переводил и по поручению Петра I просматривал переводы, сделанные другими, голландец Андрей Виниус. Но не все иностранцы достаточно хорошо владели русским языком.

Много переводчиков вышло из стен Славяно-греко-латинской академии: Иван Коровин – переводчик при Академии наук, Иван Поповский, Степан Барсов, Иван Ильинский, служивший переводчиком у князя Дмитрия Кантемира, Иван Кременецкий – переводчик Петербургской типографии. Переводчиками были также духовные лица из Киевской и Московской академий – братья Лихуды, Федор Поликарпов, ректор Московской академии Феофилакт Лопатинский.

Одной из главных обязанностей петербургских академиков Петр считал перевод. Много переводили дворяне, которых царь посылал учиться за границу. Так, Конон Никитич Зотов, учившийся в Лондоне, был автором и переводчиком нескольких книг по морскому делу. В 1714 г. Петр пишет ему во Францию: «Все, что ко флоту надлежит, на море и в портах сыскать книги; также, чего нет в книгах, но чинят от обычая, то помнить и все перевести на славянский язык нашим штилем, а за штилем их не гнаться».

 

 

Рис. 14. Руководство по геометрии

 

Поручение перевести ту или иную книгу было не менее ответственным, чем любое другое поручение быстрого на расправу царя. Трагически окончилась жизнь посланника в Константинополе, Париже и Венеции Григория Волкова, которому по возвращении царь приказал перевести с французского «Огородную книгу» – руководство по агрономии. Этот труд оказался Волкову не по силам: в тексте было слишком много французских технических терминов, неизвестных в русском языке. Волков побоялся признаться царю, что не может перевести книгу, и покончил с собой.

Петр I составил специальные требования, которыми должны были руководствоваться переводчики. В 1724 г. вышел его «Указ труждающимся в переводе экономических книг». Петр требовал, чтобы «книги переложены были без излишних рассказов, которые время только тратят и чтущим охоту отъемлют». В Синод он даже послал образец правки перевода, в котором «лишние разговоры» были сокращены. Петр понимал, что доброкачественный перевод может сделать только тот, кто знает иностранный язык, знает русский и знает само «художество», т.е. предмет, которому посвящена книга: «понеже никакой переводчик, не умея того художества, в котором переводит, перевесть то не сможет».

В учебных книгах Петр приказывал оставить лишь то, что необходимо для пользы дела. Он забраковал первый вариант перевода «Географии генеральной» Варения, сделанный справщиком Московского печатного двора Федором Поликарповым, потому что Петру I не понравился «штиль» – «высокие слова», неуместные в книге по физической географии, где требовалась точность и ясность определений.

 

 

Рис. 15. Титульный лист книги «География генеральная»

 

После исправления «География генеральная» вышла в свет в 1718 г. Поликарпов предпослал ей предисловие, где объяснил те принципы, которыми руководствовался при переводе. Он указывал, что книгу переводил «не на самый высокий славянский диалект», а «многие гражданского посредственного употреблял наречия», но стремился сохранить смысл оригинала иноязычного. Греческие и латинские термины он оставлял непереведенными, «ради лучшего в деле знания», а если переводил, то заключал перевод в скобки. Многие термины писал «переменно» «ради лучшего учащимся вразумления». Например, вместо ангуль угол, вместо екватор уравнитель. Так, разнообразными приемами решалась сложная проблема введения новых слов и терминов в русский язык.

Переводчики и редакторы критически относились к тексту. Они исключали малозначащие места, дополняли текст примерами из отечественной практики.

Требование краткости перевода не следует понимать упрощенно. Краткость была необходима для определенного типа книги – книги технической, учебника. Петр I, например, потребовал, чтобы протектор Петербургской типографии архимандрит Гавриил Бужинский восстановил в своем переводе книги «Введение в историю европейскую через Самуила Пуфендорфа» выпущенные места, где весьма нелестно говорилось о русском духовенстве: «Зазорны же русские и невоздержаны суть, свирепы и кровожаждущи человецы…» История Пуфендорфа была предназначена для обучения царевича Алексея Петровича, и Петр, видимо, хотел лишний раз обличить своих политических противников.

Петр очень взыскательно относился к качеству перевода. «Прошу, дабы не по конец рук переведена была, но дабы внятно и хорошим стилем», – писал он Бужинскому о переводе книги Пуфендорфа. Его совсем не удовлетворил перевод «Дружеских разговоров» Эразма Роттердамского: «За скоростию времени или за неискусством переводчиков переведены гораздо плохо, того ради. .. более печатать их не велите, – писал он И.А. Мусину-Пушкину. – Велите хорошенько выправить и выправя, одну пришлите нам письменную».

Существенным указанием Петра I переводчикам было: «Не надлежит речь от речи хранить в переводе, но точию сии выразумев, на свой язык уж так писать, как внятнее».

Гораздо менее требовательным к изложению был Петр, когда переводились книги, не имевшие непосредственного отношения к «художествам». Он не внес никаких поправок в книгу «Приклады, како пишутся комплементы разные», выдержавшую при нем три издания. Полное ее название «Приклады, како пишутся комплементы разные на немецком языке. То есть писания от потентатов к потентатам, поздравительные и сожалетельные и иные; такожде между сродников и приятелей». Это первый русский письмовник, содержащий образцы писем, резко отличавшихся по манере от того, как было прежде принято писать. Например: «Женишка твоя Дунька много челом бьет до лица земного». Этот образец «хорошего тона» взят из переписки родственников с князем Голицыным. Переводчиком «Прикладов» предположительно называют Шафирова. Ему же, видимо, принадлежит составление некоторых дополнительно включенных туда писем. Всего в книге 101 образец. В «Прикладах» впервые введена форма вежливости «Вы», хотя при ней глагол до конца XVIII в. продолжал употребляться в единственном числе. В «Прикладах» нет больше самоуничижения, но зато много напыщенности даже тогда, когда сообщается о самых простых вещах, как было принято в немецких образцовых письмах: «Мой господине! Еликое желание, еже я от вас радостное уведомление вашего счастливого состояния получить имею, есть причиной, что я вас письменным уважением утруждаю». Редакторской руки здесь не чувствуется.

 

 

Рис. 16. Образец «Поздравительного послания» из книги «Приклады, како пишутся комплементы разные. ..»

 

Типичной для своего времени была книга Блонделя «Новая манера укреплению городов», которую по поручению Петра I перевел с французского Иван Никитич Зотов. 12 сентября 1708 г. Зотов писал Петру: «По указу вашему книгу о новой манере укрепления с французского на славенский язык перевел и, исправя по возможности моей, посылаю и покорно молю милостиво ее принять».

В ответе Петра содержатся указания, характерные для его требований к переводам: «Г. Зотов! Книгу о фортификации манеры Блонделевой, которую вы переводили, мы оною прочли; и разговоры зело хорошо и внятно переведены, но как учить оной фортификацию делать? Такоже в табеле не именовано, футы ли, или тоуазы? То зело темно и непонятно переведено, которой лист переправя, вклеили в книгу, а старый вырезан…»

Редактируя эту техническую книгу, предельно конкретную по содержанию, Петр проявил себя как политик. Рассматривая «манеры звычайныя наших фортификаций», автор рассказывал об укреплениях, которые видел в различных странах. Описывает он и укрепления русские: «А по Днепру, крепости, кои я сам видел, таковы ж, и для того зело удивляются мужеству народа сего, как они в таких некрепких городах, Киеве, Могилеве, Смоленске, могли выдержать долговременные осады и погубить много тысяч неприятелей, обороняя себя». Перевод с французского здесь дословный, но слова «мужеству народа сего» вписаны Петром I.

Книга составлена в форме разговоров. Этим достигалась популярность изложения. В первую часть входит два разговора: «Новая манера укрепления мест» и «Новые обычаи укреплению городов».

Назначение книги – сообщить практические знания, служить, по сути дела, учебником фортификации – подчеркнуто всеми способами организации и оформления материала и, прежде всего, четкостью его группировки. В первом разговоре содержатся сведения о новой манере укрепления городов, во втором – сформулированы три правила фортификации: все части города должны быть «взаимно одна от другой обороняемы», линия оборонительная «да не превосходит выстрела мушкетного», все укрепления должны быть довольно крепки, «чтобы устоять против пушек неприятельских». Значение, которое придается этим правилам, подчеркнуто шрифтом.

Второй части – «Како поступать в строении фортификации по новой манере» – в соответствии с указаниями Петра придан практический характер. Здесь переводчик значительно отошел от текста оригинала. «Учить фортификации делать» надлежало с самых азов. Именно для этого понадобились новые рисунки, которых не было в оригинале. На фигуре первой показано, как строить простейшие углы, стороны которых равны между собой: «Когда приучитца укреплять на примере угол абв… тогда сочиняй сам последующим образом…» Идущие за этим указания столь же конкретны: «Пункт угла а возми в центр, и напиши круг, сколь великим изволишь…».

При подготовке книги строго выдержан принцип «от простого к сложному». Начатая рисунками, которые показывают, как построить простейшие геометрические фигуры, книга постепенно готовит читателя к пониманию сложных чертежей, изображающих укрепления городов Дюнкерка и Мастрика [Маастрихта.К.Н.], которые возведены по новой манере господина Блонделя. На рисунках – образцы крепостей с различным числом укреплений – углов. Число этих углов доходит до двадцати. Отдельно изображены детали укреплений.

Так как подготовка гравюр и текста были разобщены и гравюры заказывались разным художникам, единообразия в оформлении книги достигнуто не было. На чертеже города Мастрика есть масштаб, причем исчислен он в саженях. На чертеже города Дюнкерка масштаба нет вообще, а на таблице линий масштаб дан в туазах. Нет единообразия даже в написании фамилии автора (г-н Блондель и господин де-Блондель). Очень низок орфографический уровень гравированных надписей на рисунках, иногда граверы в надписях прибегали к кириллице с надстрочными знаками, хотя вся книга была напечатана гражданским шрифтом. Текст рисунков, видимо, не проходил через справщиков.

Конон Зотов был моряком. О себе он писал, что гнев Петра I ему не страшен, «ибо ни движимого, ни недвижимого у меня нет: нечего отнять и нет, как потеснить в усадьбах, ибо по государевой милости испомещен на морях».

 

 

Рис. 17. Начальный разворот книги «Разговор у адмирала с капитаном о команде или полное учение, как управлять кораблем во всякие разные случаи»

 

Выполняя приказ Петра, он написал книгу «Разговор у адмирала с капитаном о команде или полное учение, как управлять кораблем во всякие разные случаи», изданную Санкт-Петербургской академической типографией в 1724 г.. Это книга форматом в лист. Предисловие от автора помещено на обороте титула. На развороте – гравюра, изображающая корабль. Здесь же под рисунком – исправление опечатки. Крупно набрано: «описка» и ниже текст: «Лист 4 в поле, 9 роспускаи грот зеель напечатан на левой стороне, а ему надлежит быть на правой стороне». Весь текст, представляющий, как это явствует из заголовка, разговор адмирала и капитана, графически оформлен в виде таблицы. Вверху первой графы указано: «в сем столпе отметы» (например, «Здесь хочу на бак борт увалить корабль»). В центральной графе – капитанский ответ (полная команда): «Матрозы не шуми слушай команды. Штюрман поставь руль прямо» и т.д. В последней, третьей, графе – краткая команда: «Штюрман стань у руля и правь».

 

 

Рис. 18. Страницу книги «Разговор у адмирала с капитаном…». Графическое оформление ее типично для книги практических знаний того времени

 

Книга была предназначена не для специалистов, а для дворянских детей, «которые ныне обретаются в морской службе». «Я не думаю ученого учить», – пишет Зотов в предисловии. Кроме команд, знание которых было необходимо, в книгу входили и другие практические сведения восьми главных случаев и правил управления кораблем, восьми примет, по которым можно узнать, «добрый или худой» корабль и т.д. Она иллюстрирована несколькими чертежами и рисунками чисто практического свойства.

Своеобразное издание Петровского времени – «Книга Марсова». До нас дошло всего одиннадцать ее экземпляров, и все они отличаются один от другого, так как представляют собой корректурные оттиски. На них сохранились различные рабочие пометы, в частности, сделанные рукой Петра I. Работа над текстом этой книги так и не была завершена.

В 1766 г. в Петербурге в типографии Морского шляхетского корпуса «Книга Марсова» была перепечатана с издания первой части в 1713 г.

Мысль издать книгу появилась у Петра после взятия Нотебурга (Шлиссельбурга) в 1702 г. Текст предполагался не оригинальный: книга должна была объединять известия о ходе военных действий и победах русского войска. Эти известия печатались ранее в виде реляций и специально издававшихся «юрналов». Уже в 1710 г., когда все Балтийское побережье, от Выборга до Риги, оказалось в руках русских, возникла необходимость переработать и дополнить изданные ранее материалы. Работа над книгой началась в 1711 г., ее поручили Аврамову, составлявшему в то время «Историю царствования Петра». «Книга Марсова» должна была быть частью «Истории». Самый полный текст ее включает в себя 19 сообщений о победах русского оружия и фейерверках в их честь. Тексты иллюстрированы 23 планами и рисунками на отдельных листах.

Создание книги, пополнение и изменение текста шло несколько лет, вслед за событиями, поэтому и отличаются друг от друга корректурные оттиски книги. Судя по замечаниям Петра на листах, его главной заботой была точность фактов и полнота сведений. Записи содержат указания разыскать дополнительные источники к планам, дополнить реляции о взятии Риги и Ревеля и т.д. Петр точно указывает, какой именно документ следует найти: «Сыскать письмо Боурово», «сыскать письмо Ностицово», «сыскать письмо Буково», «сыскать письмо маршала Шереметева…». Рукой Петра вписаны заголовки к гравюрам, изображающим фейерверки в честь побед. Эти гравюры были включены в книгу позже остального материала. Сохранилась запись о порядке расположения планов. Внесена Петром и некоторая лексическая правка, правда, очень незначительная. В основном это слова для читателя новые, не все из которых сохранились в русском языке, но правка наглядно отражает процессы, характерные для языка того времени (баталия вместо бой, реляция вместо ведомость).

«Книга Марсова» интересна для нас не только как источник исторических сведений и пример подготовки издания, типичного для первой четверти XVIII в. Реляции, из которых она составлена, сохранили для нас язык того времени. Вот как описано в ней основание Петербурга: «Между тем временем господин Капитан бомбардирской [так именовали в реляциях и юрналах Петра I. – К.Н.] изволил осматривать близ к морю удобного места для здания новой фортеции. И потом в скором времени изволил отыскать единый остров зело удобный положением места, на котором вскоре, а имянно Майя 16 день в неделю пятидесятницы Фортецию заложили, и нарекли имя оной Санктпетербург».

Так же как в книге Блонделя, гравированные надписи в «Книге Марсовой», видимо, не подвергались редактированию. В них нарушен принцип единообразия, надписи на рисунках не соответствуют подрисуночным подписям.

Описания событий в первой русской печатной газете «Ведомости», начавшей регулярно выходить с января 1703 г., строились и редактировались по-иному. Уже первые сообщения «Ведомостей» («На Москве вновь ныне пушек медных гоубиц и мартиров вылито 400. Те пушки ядром по 24, по 18 и по 12 фунтов… А меди на Пушечном дворе, которая приготовлена к новому литью, больше 40000 пуд лежит…») – позволяют судить о требованиях к изложению информации – точности фактов, предельной лаконичности языка. «Не надобно писать реляции, но ведомости, – писал Фёдору Поликарпову, бывшему тогда директором типографии Печатного двора, статс-секретарь Петра I Макаров. – И ты исправя печатай и продавай в народ». Задачей «Ведомостей» было извещать о «заграничных и внутренних происшествиях всех русских людей. Эти известия, по приказу Петра, поставляли в газету должностные лица Военной Коллегии, Берг-коллегии, Адмиралтейства и других ведомств, иностранные известия подбирали переводчики Посольского приказа. Подготовкой их к печати занимался один Поликарпов. На оригиналах сохранились его пометки: «д» (делать) или крест, если сообщение подлежало тиснению, и «н» (не делать), а иногда – категорическое: «Сей статьи меж скобок в народ не печатать». Текст в этом случае заклеивался белой бумагой или заключался в скобки. В сомнительных случаях Поликарпов писал на полях: «быть ли сему?», «доложить о сем», «спросить». В 1719 г., когда «Ведомости» были переведены в Петербург, их изданием руководил директор типографии Федор Абрамов. Указом Петра был назначен первый постоянный сотрудник «Ведомостей» Борис Волков, обязанностью которого было получать у почтмейстера все иностранные газеты и, «переводя, приличное к печати отсылать». Вторым постоянным сотрудником газеты стал Яков Синявин, который должен был «ведомости публичные о всем давать здешнем», т. е. вести хронику придворной жизни, писать о деятельности коллегий. Петр требовал, чтобы содержание известий излагалось кратко и было доступно пониманию читателей.

 

 

Рис. 19. Страница первой русской печатной газеты «Ведомости»

 

Менялся тираж «Ведомостей», их периодичность, не было постоянным название газеты, наблюдались лишь первые признаки формирования газетных жанров, изменялись условия редакторской работы, требования к изложению и обработке материалов. И, тем не менее, первая четверть XVIII в. стала временем становления газеты – нового типа издания, целью которого было оперативно сообщать читателям о событиях.

 

к содержанию << >> на следующую страницу

Как уничтожали древнюю славянскую азбуку: гражданский шрифт Петра I


Утверждение, что на Руси никакой письменности не было до Кирилла и Мефодия, основано на одном единственном документе — «Сказании о письменах» черноризца Храбра, найденного в Болгарии.  

Есть 73 списка с этого свитка, причем в разных копиях из-за погрешностей перевода или ошибок писцов совершенно разные версии ключевой для нас фразы. В одном варианте: «славяне до Кирилла не имели книг», в другом — «букв», но при этом автор указывает: «писали они чертами и резами». Интересно, что арабские путешественники, посещавшие Русь еще в VIII веке, то есть еще до Рюрика и тем более до Кирилла, описали похороны одного русского князя: «После похорон воины его что-то написали на белом дереве (березе) в честь князя, а затем, сев на коней, удалились». И примеров того, что у славян было письмо можно найти множество, но сегодня давайте рассмотрим, когда был разделен древний славянский алфавит и стал представлять из себя церковный и так называемый «гражданский» алфавит.


С начало рассмотрим официальную версию реформы, а потом сделаем выводы чего добились этой реформой.

Гражданский шрифт (амстердамская азбука; гражданская азбука или «гражданка») — шрифт, введённый в России Петром I в 1708 году для печати светских изданий в результате первой реформы русского алфавита (изменения состава азбуки и упрощения начертания букв алфавита).

Предпосылкой для создания гражданского шрифта стала мода на латиницу, которая распространилась в среде образованных русских людей в 1680—1690-х годах. Гражданский шрифт стал компромиссом между сторонниками традиций и теми, кто стремился к максимально полному заимствованию западной культуры.



Петровская реформа русского типографского шрифта была проведена в 1708—1710 годах. Её целью было приблизить облик русской книги и иных печатных изданий к тому, как выглядели западноевропейские издания того времени, резко отличавшиеся от типично средневековых по виду русских изданий, которые набирались славянским шрифтом — полууставом. В январе 1707 года по эскизам, предположительно выполненным лично Петром I, чертёжник и рисовальщик Куленбах, состоявший при штабе армии, сделал рисунки тридцати двух строчных букв русского алфавита, а также четырёх прописных букв (А, Д, Е, Т). Полный комплект шрифтовых знаков в трёх размерах по рисункам Куленбаха был заказан в Амстердаме в типографии белорусского мастера Ильи Копиевича; одновременно шрифты по этим рисункам были заказаны в Москве, на Печатном дворе.
Как явствует из писем Петра, в июне 1707 года им были получены из Амстердама пробы шрифта среднего размера, а в сентябре — оттиски пробного набора шрифтами крупного и мелкого размера. В Голландии был приобретён печатный станок и другое типографское оборудование, а также наняты квалифицированные мастера-типографы для работы в России и обучения русских специалистов.
К концу 1707 года трое приглашённых голландских типографов (словолитец, наборщик и печатник), вместе со шрифтом, типографским станком и другими принадлежностями уже добрались до Москвы и приступили к работе. 1 января 1708 года Пётр подписал указ: «…присланным Галанския земли, города Амстердама, книжного печатного дела мастеровым людем… теми азбуками напечатать книгу Геометрию на руском языке… и иныя гражданския книги печатать темиж новыми азбуками…». Первая книга, набранная новым шрифтом, «Геометриа славенски землемерие» (учебник геометрии), была напечатана в марте 1708 года. За ней последовали другие.
Приближённый по графике к западноевропейскому, новый шрифт был задуман для упрощения типографского набора на печатных станках, изготовленных в Западной Европе. Новый — гражданский — шрифт был предназначен для печати светских изданий: официальных публикаций и периодики, технической, военной, научной, учебной и художественной литературы. Помимо введения нового рисунка букв, подвергся пересмотру и состав алфавита: исключены надстрочные знаки и некоторые дублетные буквы полуустава, узаконена буква Э, утверждены европейские (арабские) цифры вместо буквенных обозначений чисел, упорядочена пунктуация и применение прописных литер в наборе. Применение полуустава было ограничено сферой богослужебной литературы. Иногда петровской реформе приписывают также введение букв У и Я, но это не вполне верно: речь может идти лишь об объявлении основным одного из начертаний, применявшихся и ранее. Так, было введено Я вместо Ѧ (малого юса).
Пётр I утвердил новую гражданскую азбуку и гражданский шрифт (Русская православная церковь продолжала пользоваться церковнославянским алфавитом). В результате петровской реформы число букв в русском алфавите сократилось до 38, их начертание упростилось и округлилось. Также было упорядочено применение прописных букв и знаков препинания, вместо буквенной цифири стали употребляться арабские цифры.
Первая книга, напечатанная новым гражданским шрифтом, вышла в свет 17 марта 1708 года. Она носила заглавие: «Геометрiа славенскi землемЪрие» (учебник геометрии). Буквы «я» Петр не предусмотрел, ее функции выполняло сочетание букв – «и» десятеричной и «а».
Новый гражданский шрифт окончательно вошел в обиход к середине XVIII века, когда он стал привычным для поколения, которое по нему училось грамоте. И в неизменном виде просуществовал вплоть до реформы 1918 года.

Старославянский шрифт, который до реформы использовался в официальных изданиях и обиходе, стали называть церковнославянским. Им в церковной практике пользуются до сих пор.

Выводы:

И так,

1. «благодаря переходу на новый гражданский шрифт читать стало проще, а значит, стало проще обучать и готовить образованных специалистов, доносить до населения, пока еще малограмотного, государственную информацию более быстро и своевременно. Светский характер вторгся и в образование, конкуренцию богословским дисциплинам начали составлять точные науки…» это у нас говорит официальная историческая наука, но давайте посмотрим на Китай и Японию их иероглифическое письмо не помешало им развиться в области точных наук. Так, что с этим утверждением официальных историков можно и поспорить.

2. Указы Петра I о сборе рукописей и печатных книг:

Великий государь указал: во всех монастырях, обретающихся в Российском государстве, осмотреть и забрать древние жалованные грамоты и другие куриозные письма оригинальные, также книги исторические, рукописные и печатные, какие где потребные к известию найдутся. И по тому его великого государя именному указу, правительствующий Сенат приказали: во всех епархиях и монастырях, и соборах прежние жалованные грамоты и другие куриозные письма оригинальные, такожде и исторические рукописные и печатные книги пересмотреть и переписать губернаторам и вице-губернаторам, и воеводам и те переписные книги прислать в Сенат.

Из всех епархий и монастырей, где о чем по описям куриозные, то есть древних лет на хартиях и на бумаге, церковные и гражданские летописцы степенные, хронографы и прочие сим подобные, что где таковых обретается, взять в Москву в Синод, и для известия оные описать и те списки оставить в библиотеке, а подлинные разослать в те же места, откуда взяты будут, по-прежнему, а тех епархий и монастырей властям при том объявить, дабы они те куриозные книги объявили без всякой утайки, понеже те книги токмо списаны, а подлинные возвращены будут к ним по прежнему. И для присмотра и забирания таковых книг послать из Синода нарочных

Все мы знаем, что все собранные книги и рукописи после их сбора исчезли. Но если какие-то книги и рукописи уцелели, то их теперь сложно прочесть, так как правила и буквы при их написании были другими. Хорошим примером служит «Арифметика» Магницкий Л.Ф. (1703), которая написана по старым правилам и древнеславянским письмом.



● «Арифметика» Магницкий Л. Ф. (1703).pdf
https://vk.com/doc394061523_462376852

● «Азбука гражданская с нравоучениями» (1710).pdf
https://vk.com/doc-107309195_462649089

● «Азбука церковная и гражданская, с краткими примечаниями о правописании» (1768).pdf
https://vk.com/doc-107309195_462649418

● «Азбука, для обучения вотских детей чтению на их наречии (По глазовскому)» (1847).pdf
https://vk.com/doc-107309195_462649717

● «Азбука гражданская со нравоучениями» (1877).pdf
https://vk.com/doc-107309195_462649839

● «Азбука гражданская со нравоучениями Петра» (1877).pdf
https://vk.com/doc-107309195_462649902

3. Изучая дисграфию (https://4brain.ru/blog/дисграфия-причины-симптомы-лечение/), наткнулся на такие данные, что в странах с иероглифическим письмом её практически нет, а в странах где алфавит короткий около 20 букв её процент очень высок. Я думаю, что это связано с образностью письма. При написании у человека с иероглифическим письмом в голове намного больше образов (каждая буква образ), а в английском и других коротких алфавитах эти образов меньше. Не зря говориться образование, предки знали что у ребенка в голове должно было быть много образов. По это реформа и сокращение алфавита не прогресс в образовании, а скорее всего регрессия, так как идет сокращение образов в голове ребенка.

ВѢДИ

Рязань | Новая Азбука Петра I

С 14 января по 28 декабря 2022 года в Региональном центре Президентской библиотеки работает выставка «Новая Азбука Петра I», посвященная введению нового гражданского шрифта. В экспозиции представлены издания РОУНБ  им.  Горького и электронные копии из фонда Президентской библиотеки имени  Б.Н.  Ельцина.

29  января (9 февраля) 1710  г. в России завершилась петровская реформа кириллического алфавита  — Пётр I утвердил  новую гражданскую азбуку и гражданский шрифт.

Проведение реформы было связано с потребностями государства, нуждавшегося в большом количестве образованных отечественных специалистов и в своевременном доведении официальной информации до населения.

В январе 1707  г. по эскизам, предположительно выполненным лично Петром  I, сделали рисунки тридцати трёх строчных и четырёх прописных букв (А, Д, Е, Т) русского алфавита, которые были отправлены в Амстердам для изготовления литер. Первая книга, набранная новым гражданским шрифтом,  — «Геометриа славенски землемерие»  — вышла в марте 1708  г.

18  января 1710  г. Пётр  I сделал последнюю корректуру, вычеркнув первые варианты знаков нового шрифта и старые знаки печатного полуустава.

На выставке представлена электронная копия издания из электронного фонда Президентской библиотеки «Азбука гражданская с нравоучениями» с пометами Петра I, изданная в 1710 году. На копии указан QR-код, позволяющий посмотреть книгу полностью на портале Президентской библиотеки.

В результате петровской реформы число букв в русском алфавите сократилось до 38-ми, их начертание упростилось и округлилось.

На выставке представлено факсимильное воспроизведение книги «Юности честное зерцало, или Показание к житейскому обхождению…», напечатанное 4(15) февраля по указу Петра I. Это русский литературно-педагогический памятник начала XVIII в. В 1-й части книги были помещены азбука, таблицы слогов, цифр и чисел, религиозные наставления. Эта азбука являлась одним из первых пособий по обучению новому, гражданскому шрифту и арабскому написанию цифр вместо церковно-славянского их обозначения. Вторую часть книги составляли правила поведения для юношей и девушек дворянского сословия.

Кроме того, можно ознакомиться с книгами В.А. Истрина «Возникновение и развитие письма» и В.А. Правдолюбова «История письма» и др., рассказывающими об истории письменности. Также в экспозиции представлено факсимильное издание «Лицевой летописный свод XVI века. Русская летописная история Книга 22. 1553-1557 гг.», в которой можно увидеть пример старославянского алфавита, используемого до реформы Петра I.

Приглашаем вас посетить выставку.

Ирина Васюкова,
библиотекарь Регионального центра Президентской библиотеки имени Б.Н. Ельцина

Кириллица | Encyclopedia.

com

Русский и другие славянские языки написаны с использованием кириллицы. Буквенную систему приписывают Кириллу и Мефодию, двум братьям из греческой Македонии, работавшим православными миссионерами в девятом веке. Кирилл изобрел глаголицу (от слова glagoliti , «говорить») для обозначения звуков, которые они слышали в устной речи славянских народов. Приспособив церковные обряды к местному языку, Православная Церковь стала национализированной и доступной для широких масс.Визуально глаголица выглядит символической или

рунической. Позже святой Климент Охридский, болгарский архиепископ, учившийся у Кирилла и Мефодия, создал новую систему, основанную на буквах греческого алфавита, и назвал свою систему «кириллицей» в честь первого миссионера.

Российские лидеры неоднократно стандартизировали и оптимизировали алфавит. В 1710 году Петр Великий создал «гражданский шрифт» — новый шрифт, исключавший «лишние» буквы. В рамках кампании Петра по расширению книгопечатания и грамотности гражданский шрифт был предназначен для всех нецерковных изданий. Большевики внесли свои собственные орфографические изменения, полностью исключив четыре буквы для упрощения написания. Когда нерусские земли были присоединены к Советскому Союзу, Коммунистическая партия постановила, что все нерусские языки должны быть переведены с использованием кириллицы. После распада СССР большинство государств-правопреемников воспользовались возможностью восстановить свою традиционную латиницу или арабскую графику в знак уважения к своему национальному наследию.

Транслитерация — это процесс преобразования букв из одного алфавита в другую систему алфавита.Существует несколько широко используемых систем транслитерации русского языка на английский, в том числе система Библиотеки Конгресса, система Совета по географическим названиям США и неофициально называемая «лингвистическая система». Каждая система имеет свои преимущества и недостатки с точки зрения простоты произношения и лингвистической точности.

В этой энциклопедии используется система Совета по географическим названиям США, которая более доступна для не говорящих по-русски. Например, он передает имя первого посткоммунистического президента как «Борис Ельцин», а не «Борис Ельцин».Композитором Щелкунчик-сюита и 1812 Увертюра становится «Петр Чайковский», а не «Петр Чайковский».

Герхарт, Женева (1974) Русский мир: жизнь и язык Нью-Йорк: Харкорт Брейс Йованович

Хьюз, Линдси (1988) Россия в эпоху Петра Великого Нью-Хейвен, КТ: Издательство Йельского университета.

Энн Э. Робертсон

Боевой дух гражданского населения | Международная энциклопедия Первой мировой войны (WW1)

Введение↑

Проблема морального духа гражданского населения является ключевой темой анализа Первой мировой войны. Фактически, требования такой продолжительной войны подразумевали глубокое участие общества и подвергали испытанию социальную сплоченность и организационные способности государств. Начиная с 1914-1915 гг. создание концепции «тыла» означало, что гражданские лица также были «комбатантами», и, таким образом, мораль и согласие приобретали все большее значение для массовых войн. [1] Действительно, поначалу гражданские и военные власти мало знали о проблемах поведения, мотивации и мерах по укреплению морального духа; поэтому, как утверждал историк Джон Хорн, открытие важности морального духа — задуманное как «военное ответвление» общественного мнения — было частью «процесса мобилизации», возглавляемого государствами. Понятие морального духа относится к военной сфере и в годы войны этот вопрос приобретал все большую сложность. Его часто определяли как своего рода «коллективную лояльность» национальным усилиям. [2]

Трудно найти рабочее определение, потому что боевой дух — это аморфное психологическое состояние, которое нелегко измерить. Поэтому важно использовать этот термин с осторожностью, помня о его двусмысленности, коннотациях и ограничениях военного времени. С точки зрения «сверху вниз» можно рассматривать мораль как «общественный дух», понятие, которое в военное время подразумевает согласие, в котором «поведение и действие участвуют», психологическое состояние, которое позволяет людям переносить трудности, преодолевая жалобы и пораженчество. . [3] Как следствие, боевой дух в Первой мировой войне был концепцией, которая обобщала готовность сражаться, уверенность, чувство долга, сплоченность, взаимную солидарность. С другой стороны, если этот вопрос анализировать снизу, существует широкий спектр субъективных переживаний, на которые влияют многие факторы, такие как степень интеграции населения в национальное государство, военные операции, перспективы победы, государственное вмешательство, социальные и экономические потрясения, неуверенность, страхи, страдания, но также и стремление к новому обществу.

Эти различные ситуации, которые переплетаются с другими проблемами, такими как класс, пол, этническое меньшинство и городское/сельское окружение, способствуют построению воображаемой кривой оптимизма, пессимизма, безразличия или даже гнева. Гражданская мораль, как утверждал Пьер Ренувен (1893-1874), является своего рода «геологической стратификацией»; на самом глубоком уровне мораль носит рациональный характер и выражает медленно формирующиеся убеждения, соответствующие «национальному чувству»; на втором уровне можно найти устойчивые установки, на которые повлияла война, но которые отражают довоенные установки; и, наконец, на поверхности — непосредственные эмоции, спонтанные реакции на «жестокие события повседневной жизни военного времени». [4] Проблема «общественного духа» стала актуальной в конце 1960-х гг., когда французские историки попытались проанализировать «настроения масс» в тылу; этот историографический сдвиг проложил путь для новых исследований в области социальной истории, таких как новаторское исследование Жан-Жака Беккера 1914 года, в котором общественное мнение анализировалось в национальных / региональных рамках с использованием новых архивных источников (отчеты школьных учителей, сводки префектов, цензурные советы и газеты) . [5]

В 1980-х моральное состояние гражданского населения анализировалось как фактор, являющийся результатом экономических условий, государственного контроля и пропаганды.С конца 1990-х годов народное настроение — особенно во Франции и Великобритании — рассматривалось как часть «культурного опыта» мобилизации. В последнее время, следуя парадигме войны как «чрезвычайного положения», историки сместили анализ в сторону связи между войной и возникновением «национальных государств безопасности», своего рода первым шагом, который привел к контролю над общественным мнением в тоталитарные режимы. [6] Осознавая ее важность, в данной статье не будет подробно анализироваться пропаганда, так как эта тема заслуживает отдельного анализа, а остановимся на некоторых вопросах: общем развитии морального духа военного времени, «состоянии-открытии» гражданской моральный дух и средства, используемые для его контроля, ключевые факторы, влияющие на моральный дух, и, наконец, национальные дела.На самом деле, хотя государства столкнулись с аналогичными проблемами, моральное состояние гражданского населения имело разные модели и проявления в зависимости от особых ситуаций и мобилизаций военного времени.

Общие тенденции морального духа гражданского населения 1914-1918 гг. ↑

От начала войны до возникновения «государств национальной безопасности» 1914-15 гг. ↑

Были обработаны и подчеркнуты первые проявления настроения населения в начале войны. Правительства и интервенционистские газеты создали «миф» коллективного энтузиазма, чтобы оправдать объявление войны в 1914 году и навязать социальное и политическое перемирие («Бургфриден», «священный союз»). Действительно, «августовский опыт» был далеко не единым; с конца 1970-х годов историк Жан-Жак Беккер бросил вызов этому мифу в случае Франции, и исследования, проведенные в последующие десятилетия, показали, что почти в каждом воюющем государстве — от Великобритании до Германии, от Франции до Австро-Венгрии, британские Доминионы Соединенным Штатам — народные ответы в основном состояли из «ошеломления», «удивления» и «беспокойства», а не «военного энтузиазма». [7] Несмотря на первоначальные колебания, среди населения преобладало чувство «оборонительного патриотизма», особенно там, где национальная территория подвергалась вторжению, как, например, в Бельгии, Франции, Восточной Пруссии и Сербии; в Османской империи после июльской паники произошли спонтанные народные выступления в поддержку правительства. [8] Когда происходили мобилизации, государство использовало «августовский дух» — общую судьбу, миф о возрождении и национальном пробуждении, преодолевший политические и классовые разногласия, — как «идеологический инструмент» для поощрения чувства национальной общности и поддерживать боевой дух в тылу. [9] Правительства подчеркивали «моральный» и законный «самооборонительный» характер войны и использовали патриотизм и сотрудничество как эмоциональные формы. [10] На этом этапе, когда государственная и военная власть воспринимала боевой дух тыла как отсутствие социальных волнений, они пытались управлять общественным мнением традиционным способом, то есть через пропаганду («позитивное средство»), цензуру («отрицательное среднее») и применение форм чрезвычайных полномочий для подавления инакомыслия.Бои осени 1914 г. ознаменовали переход от «иллюзий» к «реальности» длительной войны на истощение и привели к первому ухудшению морального духа; эта ситуация повлекла за собой создание «тыла» и побудила правительства разработать средства для проведения «массовой перлюстрации» переписки солдат и гражданских лиц с целью измерения и изменения общественного настроения. [11] В целом «открытие» морального духа подразумевало принятие своего рода «информационной системы», основанной на слежке, пропаганде и цензуре, чтобы изолировать линию фронта от внутренних районов, предотвратить распространение слухов, и для сохранения боевого духа в тылу; так называемая культурная продукция строго регулировалась механизмами цензуры или добровольной самоцензурой. Почти во всех странах писатели, журналисты и представители интеллигенции способствовали формированию общественного мнения военного времени (или даже манипулировали духом с помощью так называемого «промывания мозгов»). Газеты публиковали новости, предоставленные правительствами, превозносили патриотизм, очерняли врага и поощряли гражданское население к участию в военных действиях. [12] Кроме того, в военное время мораль была синонимом «нравственности»; цензура также была связана с «серьезностью времени», подразумевая контроль над индивидуальным и коллективным поведением и развлечениями, чтобы сохранить военные действия и быстро меняющуюся общественную иерархию. [13]

Тупик и давление войны на тылу ↑

В первую половину войны народные настроения во внутренних районах зависели от известий о военных действиях; поэтому он прошел через экстремальные максимумы и минимумы. Это развитие также основывалось на непонимании населением динамики позиционной войны и усложнялось завесой цензуры и пропаганды. Поражения преуменьшались или подвергались цензуре, новости о войне были неточными и, следовательно, приводили к ложным новостям, шпиономании и рассказам о зверствах противника, которые отражали народные эмоции в начале войны. [14] Действительно, большинству приходилось представлять себе, что такое война. Однако с середины 1915 года кровавая окопная война и влияние материальных условий дома стали подавляющими. Война пришла домой. Убытки и растущая трансформация экономической системы усиливают давление в тылу; хотя и не подвергаясь угрозам фронта, люди испытали на себе «обратную сторону» войны, такую ​​как нехватка продовольствия и угля, рост цен, очереди, лишения и моральные страдания. Война занимала мысли людей, особенно семей фронтовиков.По мере того как война продолжалась, более непосредственное знание военных действий, с одной стороны, угнетало народное настроение, а с другой стороны, усиливало решимость. Среди держав Антанты популярная выносливость основывалась на предположении, что государство обеспечит комбатантов и их семьи; в других странах более актуальными были милитаризация общества (Италия, царская Россия, Центральные державы) и вопросы принуждения и послушания. В частности, первая военная напряженность 1915-1916 гг. побудила военное командование России и Центральных держав создать почтовые цензурные советы для оценки военной корреспонденции и изучения народных настроений.Российские власти составляли отчеты, основанные на прослушивании разговоров и резюме, в которых классифицировались и объяснялись настроения гражданских лиц («патриотические», «депрессивные», «безразличные») не только для предотвращения беспорядков, но и для изменения настроения гражданского населения. В Германии местные окружные команды готовили секретные ежемесячные отчеты ( Monatsberichte ) об отношении гражданского населения ( Stimmungberichte ) и моральном духе ( Geist ), часто используя платных осведомителей, военных и полицейских чиновников; в Габсбургской монархии цензурные советы классифицировали общественные настроения по национальностям, поскольку существовали опасения внутренней нелояльности. [15] В тот же период Италия и Франция также разработали систему наблюдения, основанную на довоенной сети префектов и советах по цензуре военной корреспонденции. В центральную фазу войны боевой дух гражданского населения зависел от перспективы решающей битвы, от так называемого «равенства жертв» и от способности патриотических групп мобилизовать общины. Продолжительность и беспрецедентная интенсивность войны усилили общественное мнение о затяжной войне; все надеялись, что война скоро закончится, но эти предсказания год за годом откладывались, увеличивая ожидание чего-то, что вывело бы из тупика. [16] Нарастающие лишения и кровопролитные бои на истощение 1916 года с их огромным бременем потерь без значительных завоеваний повлияли на моральное состояние гражданского населения почти повсеместно. Зима 1916-1917 гг. ознаменовалась общим переломным моментом, когда появились первые трещины во внутреннем моральном состоянии (Италия, царская Россия, Османская империя), сопровождавшиеся все большим ухудшением социального перемирия (Франция, Германия) как обескураживающие слухи, принесенные солдатами, находящимися в краткосрочном отпуске. стали циркулировать. [17]

«Невозможный» год: 1917↑

1917 год ознаменовался явным переломом.Военные потери, напряженность между фронтом боевых действий и тылом, а также глобализация войны, которая повлияла на международную торговлю, способствовали подрыву решимости воюющих народов. В этих общих рамках смерть Франца-Иосифа I, императора Австрии (1830-1916), Февральская, а затем большевистская революция в России, вступление Соединенных Штатов в войну и мирные предложения создали нарастающую атмосферу напряженности.

Первым пал царский тыл.В какой-то степени российский случай, хотя и уникальный, суммировал вызовы, с которыми пришлось столкнуться почти каждой нации в 1917 году: военные неудачи, гендерная и классовая усталость от войны, экономическое истощение, национальные/этнические претензии. Недовольство вспыхнуло одновременно по всей Европе с весны 1917 года, когда надежды на скорейшее окончание войны слились с ухудшением морального духа в параллельных направлениях во внутренних районах и на фронте. Восприятие бесконечной войны истощило патриотические призывы, а народное доверие сменилось разочарованием и социальными волнениями.Война обострила экономическую напряженность и породила социальное неравенство перед лицом смерти и экономических ресурсов. Фактически, почти на каждом тылу, особенно в России и среди центральных держав, взаимные «моральные» суждения о вкладе в общенациональные усилия порождали напряженность между городом и деревней и классовые разногласия; распространенные образы «прогульщика», «крестьянина-скребника» и «спекулянта» озлобляли настроение и приобретали политический характер. [18]

Женщины, крестьяне и рабочие по-разному и с разной интенсивностью были главными действующими лицами народного недовольства.В 1917 году женщины впервые выразили свою усталость от войны, переживая за своих мужей на передовой и заботясь о повседневном пропитании своих семей. Поскольку они чувствовали себя наделенными новыми правами благодаря участию в военных действиях, женщины устраивали многочисленные демонстрации, протестовали против неравенства и выступали за мир. Рабочий класс также проявлял растущие признаки недовольства из-за ухудшения условий в промышленных мегаполисах. [19] Усталость от войны привела к огромной волне часто спонтанных забастовок, возглавляемых женщинами или социалистическими активистками; первые забастовки носили «моральный» характер, вращались вокруг материальных вопросов (зарплата, питание, условия труда) и, таким образом, были направлены на подтверждение собственной идентичности рабочих перед их работодателями и государственными органами.В 1917 году социализм и Февральская революция в России усилили требования мира и социальных реформ. [20]

В последний период войны радикализация социальных волнений с обеих сторон усугублялась трудностями. На самом деле блокада и подводная война вызвали дефицит, голод (Центральные державы) и даже голод (Османская империя). В частности, нехватка в сочетании с усталостью от войны и отсутствием политических реформ способствовала возникновению революционных или национальных претензий в Германии и Австро-Венгрии. [21] Боевой дух тыла также упал в державах Антанты, и военное напряжение ощущалось во Франции (апрель-ноябрь 1917 г.) и особенно в Италии (весна-лето 1917 г.), где происходили огромные волнения среди рабочих и крестьян, кульминацией которого стало Туринское восстание (август 1917 г.). Забастовки рабочих также подтолкнули французское и британское правительства к усилению наблюдения. Во Франции, после первого наблюдения за парижским рабочим классом в 1916 году, префекты предоставляли регулярные отчеты о народных настроениях, сопровождаемые ежемесячными военными бюллетенями о местном моральном состоянии, выпускаемыми «Commissions de contrôle postale».В Великобритании военный штаб, полиция и министерство боеприпасов установили систему наблюдения, основанную на почтовой и пресс-цензуре, контрразведке и политической полиции. [22]

Пережить войну: между ремобилизацией, революцией и стремлением к миру↑

Моральный кризис 1917-1918 годов в тылу выразился в сильном стремлении к миру. На самом деле, несмотря на государственный контроль и цензуру, о колебаниях боевого уровня люди узнавали из писем и рассказов солдат в отпуске.В этот период цензурные коллегии со всех сторон отмечали в переписке разные виды «мира», от мира «любой ценой» (так называемый «пораженческий мир») до « paix victoriouse », от «вечного мира» к «революции за мир». Действительно, в этот период настроения на передовой и в тылу зеркально отражали друг друга; усилилось взаимодействие между военной и гражданской сферами. [23] В этой общей структуре боевой дух истощался и зависел от военных событий и дипломатических вопросов; мирные попытки Центральных держав, утверждения Папы Бенедикта XV (1854-1922) (война как «бесполезная бойня»), «Четырнадцать пунктов» Вудро Вильсона (1856-1924) или Брест-Литовский мирный договор вызывали надежды и опасения.В целом возрастающая виктимизация тыла породила народный пацифизм, основанный на пророчествах, святых явлениях, слухах и ложных новостях. Повсеместная усталость от войны и страх перед социалистической революцией подтолкнули правительства к повторной мобилизации тыла путем усиления политики социального обеспечения и распределения продовольствия, усиления и координации патриотической пропаганды и дальнейшей милитаризации общества. [24] «Словарь выносливости» («tenir», «крепко держаться», «durchhalten», «resistere») стал обычным явлением почти на каждом тылу.Тем не менее эта «вторая волна» мобилизации повлекла за собой признание народных жертв и морального духа, новое разъяснение целей войны и пересмотр условий их поддержки. Хотя эти усилия следовали схожим схемам, они имели разные результаты, от победоносной выносливости до революции.

Боевой дух гражданского населения: национальные дела ↑

Франция, Великобритания и Италия↑

Экономическая и моральная мобилизация среди французов и британцев была легче, поскольку идея справедливой войны была широко распространена.Во Франции стремительный рост цен на сельскохозяйственную продукцию, обмен рабочей силой в сельских деревнях и государственные пособия первоначально уравновешивали потрясения, вызванные призывом на военную службу. Между тем промышленная мобилизация и государственный контроль были общепризнанными в обмен на адекватное распределение продовольственных запасов и заключение коллективных договоров. [25] На местном уровне элиты, мэры, священники и средний класс продвигали работу по оказанию помощи, патриотические дискурсы и модели поведения для общества военного времени (культ жертвоприношения и героизма, аскетизм, взаимная солидарность), которые следовали классу. , гендерные, коммунитарные и даже религиозные линии.В первой половине войны гражданский дух и «социальные отношения жертвы» способствовали созданию новых местных «воображаемых сообществ», которые усиливали приверженность населения и делали тяжелую утрату терпимой. [26] Таким образом, в 1915-1916 гг. оппозиция войне была достаточно маргинальной в широком общественном мнении, ограниченной некоторыми частями социалистических групп и профсоюзов. [27] Французы не устраивали «долгую войну», а воспринимали войну как серию коротких последовательных периодов (от трех до шести месяцев), зависящих от результатов фронтовых операций.Военные неудачи 1914 года привели к падению морального духа, тогда как последующие успехи вызвали возобновление патриотических настроений. Боевой дух французов рухнул во время короткого немецкого наступления в апреле 1915 года, затем временно поднялся во время наступления Жозефа Жоффра (1852-1931) в сентябре 1915 года, снова упал во время немецкого нападения на Верден в феврале-апреле 1916 года и поднялся в ответ на сопротивление французов. [28] Великие сражения на истощение того года (Верден, Сомма) вызвали падение боевого духа, который оставался низким до начала зимы 1916-1917 гг.

Английское настроение было таким же, но в начале 1916 г. оно изменилось после того, как введение воинской повинности развеяло добровольный характер народного участия в военных действиях. [29] Британское правительство осознало, что поддержание боевого духа стало неотъемлемой частью затяжной войны. Это подразумевало более широкое использование военной пропаганды для поощрения призыва в армию и мотивации рабочих. В 1917 году ситуация ухудшилась, и вступление США в войну не уравновесило усталости от войны.Фактически, британское согласие показало признаки ослабления из-за неограниченной подводной войны, которая определила нехватку и обострила классовую напряженность; пацифисты, социалисты и растущая часть общественного мнения начали думать, что пора заканчивать войну. Кризис затронул и доминионы; фактически канадские и австралийские профсоюзы и сельские организации неоднократно отказывались ввести обязательную воинскую повинность. [30] Пик морального духа британцев пришелся на зиму 1917-1918 гг., когда Лондон подвергался воздушным налетам и происходили перебои в распределении продовольственных запасов. [31]

Франция также переживала кризис тыла весной-летом 1917 г.; ухудшение условий как на фронте, так и в тылу вызвало недовольство гражданского населения. Рабочий класс, особенно в парижском регионе и на юге Франции, нарушил священный союз и объявил забастовку, чтобы выразить свою враждебность по отношению к войне и ухудшению условий жизни. Многие забастовки и акции протеста были спонтанными и возглавлялись женщинами. [32] Кризис достиг пика летом 1917 года; в июне 1917 г. почти половина префектур сообщала о «безразличном» или «плохом» моральном состоянии.В то время как крестьяне в сельской местности стали безразличны к коллективным военным усилиям из-за потерь, реквизиций и страха перед голодом, в городах пацифистские вопросы (« paix a tout prix ») завоевали популярность в общественном мнении и присоединились к революционное пораженчество, которое оставалось в меньшинстве. Хотя во время весеннего наступления Германии в 1918 г. эти проблемы вновь возникли, основная масса членов социалистической партии и профсоюзов осталась верна Республике, демонстрируя свою поддержку национальной обороны; [34] , с другой стороны, с конца 1917 года президент Франции Жорж Клемансо (1841-1929) придал государству новую политическую легитимность и не оставил места пораженчеству, используя согласованность, цензуру и репрессии. [35]

В отличие от французских и британских случаев, война, которую вела Италия, характеризовалась мобилизацией без согласия. Как показывают секретные отчеты префектов в апреле 1915 года, итальянское общественное мнение не было в восторге от вступления в войну; крестьянство сопротивлялось, социалисты и католики были против конфликта, и только городская буржуазия поддержала интервенцию для достижения национального единства с «освобождением» городов Тренто и Триест. [36] Монархия, военный и государственный аппарат перевешивали желания населения, и поэтому общество столкнулось с неопределенностью и неоднократными кризисами деморализации. Более того, несмотря на свидетельства о характере позиционной войны в Европе, военная кампания была представлена ​​как короткая; поэтому, когда на фронте зашел кровавый тупик, широко распространилось заблуждение. Кроме того, огромные потери, понесенные в ходе первых пяти крупных наступлений на фронте Изонцо, в сочетании с авторитарной мобилизацией, основанной на милитаризации промышленной рабочей силы и полиции, вскоре подорвали моральный дух гражданского населения. Настроение еще более снизилось в 1915-1916 годах из-за невзгод и временного поражения на плато Азиаго в мае 1916 года и снова поднялось, особенно в городских условиях, когда итальянская армия вошла в город Гориция в августе 1916 года.Однако летом 1916 года в моральном духе дома произошли большие трещины, особенно в сельской местности, где деревни сильно пострадали от потерь, реквизиций, налогового бремени, нехватки рабочей силы и неадекватного медицинского обслуживания. Государство воспринималось как «враг», а отсутствие перспективы победы вызвало общее недовольство, особенно среди крестьянок, устроивших многочисленные демонстрации. Февральская революция оказала большое влияние на итальянский рабочий класс, который боролся за лучшие условия труда, достоинство и мир. [37]

Весной-летом 1917 г. морально-психологическое состояние гражданского населения рухнуло; утверждения лидера социалистов Клаудио Тревеса (1869–1933), который в июле 1917 года публично заявил, что «еще одной зимы» в окопах не будет, и последующие заявления Папы Бенедикта о войне породили новые надежды на мир среди утомленное войной и поляризованное население; случаи спекуляции, явление прогульщиков, неравенство в распределении продовольствия и отсутствие военных успехов привели к многочисленным крестьянским демонстрациям (около 500 случаев) и забастовкам рабочих, достигших своего пика во время Туринского восстания.После отступления Капоретто в октябре 1917 года среди низших классов не было патриотической реакции, и Италия была близка к поражению; крестьяне защищали дезертиров и приветствовали приход захватчиков как конец невыносимой войны; при таком отношении стала очевидной не только усталость от войны, но и разрыв между государством и населением. [38]

Царская Россия. Вызов «Мир и класс»↑

Упадок тыла сыграл важную роль, особенно в царской России, поскольку народное недовольство в 1917 году привело к революции.Хотя военные власти добивались контроля над общественным мнением, Николай II, император России (1868–1918), вел войну, почти не пытаясь объяснить ее цели, душил самомобилизацию образованной элиты и отказывался проводить политические реформы, тем самым не пробуждать патриотизм. [39] Поражения 1915 г. с их огромными потерями оказали дестабилизирующее воздействие на моральный дух как солдат, так и гражданского населения; ухудшение условий и неэффективное управление тылом вызвало недовольство населения и привело к первой волне забастовок весной и летом 1915 г., которые были подавлены.Из-за резкого роста цен, дефицита и инфляции женщины вызвали социальные волнения во многих городах и сельской местности в разгар конфликта, чтобы получить хлеб и предметы потребления. [40] Недавние исследования показали, что вопрос «равенства жертв» был важен и в российском обществе. Непропорциональное распределение денежного довольствия, взятки, льготы, злоупотребления врачебными комиссиями и поборами создавали растущее недоверие к местным и центральным властям. [41]

В 1916 г. кризис углубился из-за скудости сельскохозяйственного производства; повседневная жизнь усложнялась, а снабжение горожан и районов потребления сокращалось из-за остановки транспорта и военных нужд. Эти обстоятельства усиливали чувство несправедливости и способствовали поляризации российского общества. В деревне боевой дух крестьян резко упал из-за повторного призыва мужчин на военную службу, огромных потерь и низких пособий за сельскохозяйственную продукцию.Более того, распределение земли считалось несправедливым, и поэтому крестьяне «ушли» от военных действий. [42] В конце 1916 года ситуация была невыносимой, так как отторжение крестьян способствовало возникновению напряжения между селом и городом и усугублению трудностей в сельских районах потребления. «Хлебный» вопрос определял боевой дух тыла. Неудачные попытки властей контролировать поставки и цены усилили волнения и укрепили растущее согласие социалистов среди рабочих и крестьян.

Зимой 1916-1917 гг. неспособность царского государства обеспечить промышленным рабочим Москвы и Петрограда адекватные средства к существованию вызвала гнев, беспорядки и забастовки, которые привели к Февральской революции и положили конец старому режиму, лишенному легитимности. [43] Народные ожидания мира, национальной автономии, политических и экономических реформ столкнулись с решением Временного правительства продолжать войну и создали раскол между властями и населением. [44] На этом этапе проблема «мира» и неспособность поддерживать боевой дух как дома, так и на фронте были решающим моментом для российского общества, не выдержавшего дальнейшего военного напряжения. В этом контексте женщины мобилизованных мужчин ( Солдатки ) способствовали радикализации протеста и открыто выражали свое несогласие с войной; они требовали возвращения своих мужей, игнорировали спекулянтов и, прежде всего, выказывали гнев против местных властей и имущих элит, которые несли ответственность за потери и военное напряжение. [45]

Несмотря на попытки сформировать общественное мнение, Временное правительство не учло усталости от войны и земельного голода, охвативших крестьянство, и поэтому попытки ремобилизации общества потерпели неудачу. Поскольку правительство было не в состоянии поддерживать рынки и существенно не улучшало благосостояние рабочих, забастовки политически радикализировались; Между тем обязательный хлебный сбор и неудачное наступление Керенского создали внутренний хаос и подорвали боевой дух в тылу. [46] Люди последовали за «миром, хлебом и землей», продвигаемыми большевиками, и весной-летом 1917 г. солдаты дезертировали, а крестьяне начали захватывать земли; по мере углубления кризиса крестьяне и рабочие поддержали Октябрьскую революцию, в результате которой Россия вышла из войны. [47]

Центральные державы ↑

На моральный дух населения Центральных держав повлияла милитаризация тыла, лишения и отсутствие политических реформ.Из-за блокады продовольственный вопрос затронул повседневную жизнь и в конечном итоге изменил отношения между людьми и учреждениями. Эта проблема стала очевидной с 1914 и 1915 гг., когда государство подчинило тыловое потребление военным нуждам. На этом этапе, хотя сельские общины смогли стабилизироваться, настроение в городских условиях было более чувствительным из-за роста стоимости жизни и первых нехваток. В апреле 1915 г. немецким властям пришлось ввести нормирование, и следующей зимой общественное настроение в Берлине и во многих немецких городах ухудшилось из-за деморализующего эффекта скудных запасов; эта ситуация представляла собой своего рода первый водораздел общественного мнения в отношении войны. [48]

Несмотря на то, что тыл устоял, неспособность немецких властей во время войны создать уравниловку между классами привела к социальному неравенству, которое, в свою очередь, усугублялось растущей милитаризацией тыла. Тяготы войны в основном ощущались городскими жителями и рабочими классами, которые страдали от истощения, дефицита, роста цен на продукты и очередей. Так называемая «зима репы» 1916-1917 годов стала вторым важным поворотным моментом для морального духа гражданского населения, в то время как введение Закона о вспомогательной службе наложило дополнительное бремя на немецкое общество и снизило внутреннюю сплоченность. Monatsberichte (ежемесячные отчеты) со всей страны описали женщин как находящихся в «ужасном настроении», громко протестующих за еду и «мир любой ценой». [49] О серьезности положения свидетельствует тот факт, что моральное состояние ухудшилось и в деревне, где крестьяне проявляли гнев и озлобленность по поводу реквизиций продовольствия, часто проводимых без достаточного возмещения. [50]

Аналогичная ситуация имела место в многонациональной Австро-Венгрии, где военное напряжение в сочетании со слабым конституционным правлением вылилось в этнические притязания.Внутренняя нестабильность возникла в 1915 году, когда Австро-Венгрия потеряла Галицию. Это событие угнетало общественное настроение и подпитывало требования о равенстве жертв среди национальностей. Однако власти сделали ставку на милитаризацию тыла, полицейскую деятельность и репрессии. [51] По мере того как война затягивалась, настроение ухудшалось, а поставки уменьшались. В мае 1916 г. в Вене произошли голодные беспорядки; цензурные советы отметили, что в столице широко распространена усталость от войны ( Kriegsmüdigkeit ), и описали социально раздробленное население, характеризующееся отчуждением ( Entfremdung ) от государства, отсутствием солидарности ( Entsolidarisierung ), апатией и мрачным безразличием. .Как и в Германии, в суровую зиму 1916-1917 годов моральное состояние гражданского населения упало. На этом этапе мужчины и женщины перестали интересоваться военными новостями или политикой. В их письмах росло количество жалоб на детское недоедание, болезни и повседневную борьбу с нехваткой. [52] В промышленно развитых мегаполисах голодные бунты и забастовки стали своего рода выражением ненависти к привилегированным группам. Действительно, с мая 1917 года австрийские цензоры заметили зарождающиеся социалистические тенденции даже в средних классах и охарактеризовали яростную критику богатых людей и властей, последних считавших некомпетентными и равнодушными к народным недовольствам. [53] Вспыхнуло недовольство рабочего класса Центральных держав, и волна забастовок во многих промышленных городах (Берлин, Лейпциг, Дюссельдорф, Гамбург, Вена) была связана с миром («без аннексий») и политическими реформами.

По мере того, как общество поляризовалось, попытки ремобилизации привели к дальнейшему расколу. В Германии генерал Эрих Людендорф (1865–1937) модернизировал политическую коммуникацию и пытался использовать ежемесячные отчеты для организации скоординированной «просветительской деятельности» ( Aufklärung Tätigkeit , май-июль 1917 г.), чтобы поддержать гражданский моральный дух посредством новых военных целей; вопросы «силы духа» ( Durchhalten ), «чести» ( Ehre ), «верности обществу» ( Treue ), «сплоченности», «жертвенности» и «борьбы» с внутренними и внешними врагами были центральными. в этой пропагандистской работе. [54] Кроме того, чтобы подавить политическую неопределенность, в октябре 1917 г. была создана Vaterlandspartei . В целом, несмотря на радикализацию военной пропаганды и участие церквей и патриотических организаций, проникновение в гражданское общество военных ценности без привязки к политическим реформам было контрпродуктивным и не достигло среднего и рабочего класса, крестьян и женщин. [55] Если Весеннее наступление 1918 г. вселяло надежду на быструю победу, то тяжелые лишения и последующее отступление армии вызвали полный слом боевого духа в тылу.Точно так же в Австро-Венгрии на ремобилизацию повлияли дефицит, разочарование и ожидания реформ. После вынужденного политического перемирия попытки патриотической демократизации, продвигаемые Карлом I, императором Австрии (1887-1922) в 1917 г., потерпели неудачу, так как были предприняты слишком поздно. Фактически, частичное восстановление конституционного правления и гражданских свобод с целью восстановления внутренней стабильности и переговоров о поддержке военных действий в обмен на самоуправление позволило своего рода «повторную политизацию» общества. Этот новый политический сценарий имел противоположный эффект, поскольку способствовал неконтролируемой фрагментации публичной сферы и распространению «непатриотических программ» (националистических требований, социалистических и пацифистских вопросов), что вызывало все большее согласие среди уставшего от войны населения. Государственная пропаганда была несовременна, плохо скоординирована, не затрагивала социальные и политические проблемы. В конечном итоге дискриминационная политика по отношению к национальным меньшинствам (южным славянам, чехам, словакам) в сочетании с мадьярско-австрийскими продовольственными спорами, произвольными репрессиями и пропагандой держав Антанты отвлекли значительные слои населения от военных действий; в 1917-1918 гг. широкомасштабный продовольственный кризис способствовал обострению напряженности и превращению классовых требований в национальные; даже работа по оказанию помощи сопровождалась этническими проблемами.Поскольку центральное правительство не могло обеспечить продовольствие и мир, национальные меньшинства учредили советы, заявили о самоуправлении и, таким образом, бросили вызов легитимности императора. [56]

Неспособность австрийского правительства договориться о немедленном мире и выход России из войны усилили недовольство рабочих. Продовольственные бунты, столкновения между городом и деревней, забастовки, дезертирство и черный рынок по-разному становились выражением недоверия к государственной власти. [57] Растущее разочарование было также продемонстрировано обращением к так называемому «черному рынку информации», состоящему из неконтролируемых новостей, слухов и анонимных писем, которые, как это произошло в Вене, в конечном итоге разрушали социальные связи.В этой драматической ситуации евреи, прогульщики, славяне, фермеры, торговцы и даже беженцы и итальянские военнопленные стали объектом народной ненависти. [58]

Наряду с военными неудачами долгосрочное воздействие блокады также способствовало подрыву приверженности населения; на самом деле в 1917-1918 годах проблема дефицита, которая была связана с «моральной экономикой» масс и, по крайней мере, с гражданством и государственной легитимностью, затрагивала гражданских лиц, которые испытали полное истощение экономической структуры. [59] В этой перспективе исследования опыта городских войн (Фрайбург, Берлин, Лепициг, Мюнстер, Дюссельдорф, Вена) показали, что неспособность разрешить продовольственный кризис и бороться с черным рынком делегитимизировала власти, подорвала позиции потребителей. моральный дух и в конечном итоге способствовали распаду городских сообществ.

В обеих странах военные (а часто и гражданские) власти, осознавая прямую связь между тылом и фронтом, не придавали значения народной усталости от войны и считали ее недостатком решимости или результатом социалистической и пораженческой пропаганды. ; Генералы и высшее командование считали, что именно тыл «заразил» фронт, объяснение, которое после войны породило миф об «ударе в спину». [60] В этих общих рамках мобилизация и обещания реформ в центральных державах не сделали ничего, кроме увеличения стремления к миру и ожиданий партий и населения, все еще отстраненных от власти. [61] С лета 1918 г. тяжелые лишения и военные поражения вызвали огромное разочарование; в Южной Баварии, Рейнской области, Вестфалии и Саксонии, в Тироле и в сельских округах Австрии царило настроение «всеобщей депрессии и безысходности». Ни рабочие, ни большие слои среднего класса (средний класс) больше не доверяли правительству и все желали мира и компромисса; люди критиковали военное командование, и идея противодействия правительству силой была широко распространена как в городах, так и в сельской местности.В самом конце войны политические взгляды гражданских лиц совпали с политическими взглядами солдат; стремление к миру любой ценой было настолько распространено, что население поддерживало революционные вопросы и требования национальной независимости.

Подъем боевого духа: успешная ремобилизация↑

На последнем этапе войны боевой дух гражданского населения, по крайней мере, рассматривался как национальный «ресурс», а слежка все чаще использовалась как средство принятия новой политики и «ремобилизации» тыла. [62] В этом новом сценарии пропаганда, использовавшаяся в предыдущие годы, особенно в отношении нейтральных стран, играла большую роль в тылу. Государственные и частные учреждения возродили дух национальной общности, усилили борьбу с внутренними врагами и пропагандировали цели войны с помощью листовок, газет и митингов. В то время как Центральные державы и Временное правительство России потерпели неудачу в этой попытке из-за усталости от войны и ухудшения условий, державы Антанты, несмотря на большие трудности, смогли укрепить народную приверженность к полной военной победе. [63] Этот процесс также имел место в Соединенных Штатах, где пропаганда сыграла решающую роль в подготовке американской общественности к согласию на вступление в конфликт; с апреля 1917 года правительство США учредило «Комитет по общественной информации», который поощрял гражданское общество к поддержке мобилизации и, кроме того, постепенно создавал своего рода систему наблюдения с целью набора людей, контроля над «внутренними врагами» (пацифистами, немецко- рожденных людьми) и поддержание расового порядка на Юге. [64]

Там, где ремобилизация была тщательно согласована с настроением гражданского населения, она прошла успешно; научные исследования Франции и Великобритании показали, что патриотические комитеты, такие как Французский Union des Grandes Associations contre la Propagande Ennemie (март 1917 г. ), Генеральный комиссариат информации и пропаганды (ноябрь 1917 г.) или Британский национальный комитет по военным целям (август 1917 г.), сыграл важную роль в усилении народной поддержки как в сельских деревнях, так и в городах.Во Франции лекторы представили войну с точки зрения «национального выживания» и напомнили населению, что победоносный исход войны зависит от их постоянной стойкости. Кроме того, подчеркивая риторику о коллективных жертвах, людям говорили, что любая жертва, которую их просят принести, менее обременительна, чем жертва солдат. Такого рода пропаганда укрепляла патриотизм и способствовала маргинализации несогласных; с другой стороны, народное убеждение в том, что эта страшная война будет последней, укрепляло волю к борьбе за национальное дело, несмотря на растущие потери и моральные страдания. [65] В то же время в Великобритании Национальный комитет по целям войны реконфигурировал патриотические темы — справедливость британского дела, риторику равной жертвы, гордость, сохранение ценностей цивилизации — в нарративе, отражающем опыт уставших от войны мирных жителей и привязанность к традиционным ценностям; правительственным чиновникам приходилось реагировать на опасения народа и вести переговоры с гражданами о жертвах. Адаптация сообщений к различным типам аудитории и знание местных условий и взглядов были ключевыми компонентами успеха в поддержании гражданского духа, решимости и усилий. [66] Вообще говоря, ремобилизация поддерживалась улучшением условий жизни; в Великобритании, например, быстрое введение нормирования способствовало поддержанию высокого морального духа, между тем вильсоновские принципы, продвигаемые пропагандой, получали все большую поддержку и среди рабочего класса, волнения которого после кульминации в ноябре 1917 года резко пошли на убыль. [67] Там, где не хватало патриотизма, как, например, в Италии, правительство расширило военную власть над северной частью страны, чтобы предотвратить волнения рабочего класса, создало новые государственные агентства ( Commissariato per l’assistenza civile e la пропаганда ) , и способствовал большому опросу префекта об «общественности» населения (февраль 1918 г.), в основном посвященному борьбе с пораженчеством в тылу и социалистической активностью. Хотя и с большими трудностями, цель защиты национальной территории, захваченной после поражения Капоретто, побудила измученных войной людей поддерживать армии, но это последнее усилие разделило общество. [68]

Заключение↑

В ноябре 1918 года стремление к миру было настолько велико, что победители и побежденные радовались тому, что им больше не придется сталкиваться с войной. Перемирие принесло радость и облегчение, но «усталость отразилась на лицах толпы», так как было «слишком много ран, слишком много потерь. [69] С этой точки зрения Великая война резко возвысила эмоциональные переживания и вызвала значительные потрясения с точки зрения культурных и психологических моделей поведения, от выносливости к протесту, изоляции к участию, адаптации к революции. Тем не менее отголоски событий в России или вильсоновских принципов свидетельствовали о высоких стремлениях к радикальным переменам в Европе и в регионах, где доминируют европейцы. [70]

После войны массы, а следовательно, и общественное мнение стали новой силой на политической и социальной арене каждой нации. В целом в такой напряженной и продолжительной войне ключевым фактором был моральный дух. Как видно, на моральное состояние влияли трудности, потрясения в трудовых отношениях, а также психологические факторы, в том числе продолжительность войны, национализм, вера в победу, равенство жертв, чувство безопасности и защиты от угроз. Поддержание морального духа во многом зависело от способности правительств управлять военными операциями, распределять ресурсы, поддерживать общественное мнение и создавать коллективные права посредством социальных и политических реформ.Достижение этой цели предполагало преобладание национальных целей и подчеркивало дихотомию «свой/чужой», что усиливало этнические/классовые разногласия и ура-патриотизм.

При взгляде «снизу» мораль зависела не только от понятия «равенства жертв», но и от разной степени интеграции социальных групп в нацию. С этой точки зрения, несмотря на колебания, средние и высшие классы на протяжении всей войны чувствовали себя более уверенно, тогда как народные настроения казались более хрупкими и зависимыми от местных ситуаций и событий. Хотя часть низов интерпретировала конфликт как обязанность, гражданские настроения представляются смесью выносливости, стойкости, бессилия и гнева в условиях отсутствия альтернативы и подавления несогласных репрессивными мерами. . Таким образом, граница между воинственностью и покорностью была настолько тонкой, что мораль и выносливость казались своего рода деликатным и согласованным процессом.

В то же время, несмотря на трещины в моральном духе, война продолжалась, потому что победа означала бы мир, и потому что люди ожидали обещанных им ощутимых улучшений.После войны государственные органы, журналисты, такие как Вальтер Липпманн (1889–1974), или даже генералы, такие как Эрих Людендорф, признали важность психологического аспекта войны, сплоченности тыла и пропаганды. [71] С другой стороны, во время войны правительства действительно пытались поддержать народный дух. С этой точки зрения Первая мировая война стала важным краеугольным камнем для реализации обширных проектов наблюдения, которые использовались как своего рода современный опрос общественного мнения для оценки морального состояния гражданского населения и формирования общественного мнения; эти системы получили дальнейшее развитие тоталитарных режимов с целью формирования целых обществ. Косвенно рост «государств национальной безопасности» показывает не только озабоченность правительств внутренней стабильностью, но и «когда» государства осознали, что война стала «тотальной» и что необходимо получить полный контроль над тылом.

Как видно, на «открытие» гражданской морали повлияло и различное отношение населения к войне и, кроме того, то, как государство способствовало мобилизации. Почти каждое правительство создало «системы информации», основанные на цензуре и пропаганде на начальном этапе войны; к 1915-1916 гг. эта система сопровождалась слежением за народными настроениями.По мере того как самомобилизовавшиеся группы и газеты теряли свою эффективность, государства вмешивались с более совершенными и скоординированными методами пропаганды. [72]

Подводя итог, можно графически изобразить боевой дух гражданского населения какой-то неправильной (но убывающей) линией: после всеобщего потрясения 1914 года мораль поднялась и достигла первого плато в 1915-1916 годах, когда вопрос о скоротечной войне и самообороне — мобилизация способствовала поддержанию борьбы общества; Суровая зима 1916-1917 годов стала поворотным моментом, ознаменовавшим собой первый срыв, отражавший продолжительность войны, ухудшение условий жизни и лучшее знание мирным населением тупиковой ситуации на линии фронта. Затем кривая морального духа быстро снижалась, достигнув нижней точки в 1917–1918 годах, следуя различным проблемам, связанным с национальными делами, летом-зимой 1917 года в Италии, Франции, Великобритании и России, зимой 1917–1918 годов и летом 1918 года в Центральной Полномочия. На этом этапе вторая волна государственного вмешательства была успешной среди держав Антанты из-за относительно меньшего напряжения и общих военных целей, в то время как она потерпела неудачу в Центральных державах и в России, где огромные потери сочетались с отказом от политических реформ, неспособность бороться с социальным неравенством и милитаризация общества подорвали гражданскую мораль и делегитимизировали государственную власть.

Боевой дух военного времени зависел от перспективы победы или от перспективы окончания войны. Эта точка зрения заставила население принять причинно-следственные связи, но когда люди поняли, что в войне нельзя победить, человеческие жертвы перестали считаться невыносимыми, как это произошло в России или в Центральных державах после провала наступательных операций в 1918 году, которые стали катализатором краха и революция. Если в державах Антанты падение морального духа выражалось в отрыве некоторых слоев населения (беднейших крестьян и, прежде всего, рабочего класса) от военных действий, то в России и Центральных державах волнения в тылу были связаны с политическая оппозиция войне и правящим классам.В 1917–1918 годах как в этих последних государствах, так и в странах «победителя-проигравшего», таких как Италия, ремобилизация имела тенденцию к увеличению дивизий; правительства продолжали полагаться на традиционное послушание и почтение и не смогли признать чувство гражданства и прав, которые война дала населению благодаря участию в военных действиях; на самом деле почти до 1917 года они интерпретировали дух населения прежде всего в терминах поддержания общественного порядка. В этой перспективе способность создавать средства для понимания народных настроений не трансформировалась в новую политику, потому что преобладали военные вопросы, власти не действовали в соответствии с тем, что они «прочитали», или, по крайней мере, потому, что обиды в тылу считались вызовом социальной иерархии. .Один из наиболее важных уроков, извлеченных из Первой мировой войны, заключался в том, что правительства больше не могли игнорировать общественное мнение при разработке новой политики.


Маттео Эрмакора, Венецианский университет

Редактор раздела: Майкл Гейер

Борис Джонсон увольняется из-за того, что в мире закончились греческие буквы? Прогнозы наших болельщиков на 2022 год | Мировые новости

Борис Джонсон уходит в отставку, и его заменяет Дэвид Фрост – или Джереми Хант, или Майкл Гоув, или Свинка Пеппа.Президентские выборы во Франции сопровождаются гражданскими беспорядками из-за ограничений, связанных с пандемией. Россия готовит своего рода вторжение на восток Украины. Китай ждет удобного момента, чтобы захватить Тайвань.

И в мире закончились греческие буквы, чтобы прикрепить их к вариантам Covid.

Да, настало время ученых мужей и прогнозов — впереди новый год, и недостатка в мнениях о том, что он принесет, не будет. Некоторые вещи кажутся совершенно неопределенными: выборы в Бразилии, США, Венгрии и Франции. Новая волна Covid, с которой нужно бороться.Платиновый юбилей. Спорный чемпионат мира и зимние Олимпийские игры.

А как же неизвестные неизвестные? Мы попросили 1 миллион сторонников Guardian сделать свои прогнозы. Картина, нарисованная пестрыми брызгами представлений, была альтернативным предсказанием наступающего года — и не очень радостным.

Геополитически наиболее уязвимыми кажутся Украина и Тайвань, но также пророчили разборки в Боснии-Герцеговине, Эфиопии и Иране, что-то зашевелилось на границе России с прибалтийскими республиками, усилился голод в Афганистане и некоторых частях южнее Сахары. Африка.

Дональд Трамп выдвигает свою кандидатуру на президентскую гонку 2024 года после того, как республиканцы вернули себе контроль над Конгрессом; но популисты и ультраправые отступают в другом месте.

Трамп снова готовится баллотироваться? Фотография: Брайан Снайдер/Reuters

У всех будет немного больше денег, но это всего лишь еще один способ сказать, что инфляция пойдет вверх. Более высокие процентные ставки причиняют боль потребителям во всем мире, а обвал китайского рынка недвижимости имеет ощутимые финансовые последствия. Нехватка продовольствия кусается.Правительство Великобритании вынуждено национализировать электроснабжение на фоне плачевного упадка приватизированных предприятий, борющихся с недостатком инвестиций.

Предприятия стремятся к цели и устойчивости, как никогда раньше, помня, что это лучший способ сохранить быстроногие таланты.

Начинающийся уход из Facebook и Twitter становится настоящим исходом; криптовалюты падают в цене перед лицом двойной угрозы регулирования и выпуска официальных цифровых валют. Аэропорты, супермаркеты и фонарные столбы становятся центрами зарядки электромобилей.Гигабатарея признана словом года, опередив микробиом, полискреб, нанодрон и воин-волк. Цифровые демоны будут для всех.

Характер дождя меняется, и в неожиданных местах происходят новые поразительные погодные явления. Кибератака вызывает серьезные нарушения инфраструктуры. Высажены миллиарды деревьев, но не все они в нужных местах. Лошади все чаще используются в качестве транспорта.

Лошадь и экипаж напрокат в Риме. Фотография: Kirk Fisher/Alamy

Умереть с помощью помощи становится большим бизнесом, чем когда-либо, поскольку запланированная смерть становится чем-то вроде перформанса.Существует негативная реакция на доступность онлайн-порнографии, поскольку возникает новое социальное разделение между сибаритами и ханжами. Показатели фертильности резко падают на фоне кризиса из-за количества сперматозоидов.

В целом, этот год будет немного лучше, чем 2021. Опрос сторонников показал, что 50,5% настроены оптимистично в отношении нового года, по сравнению с 49,5% настроены пессимистично.

Подборка прогнозов сторонников на 2022 год

Европе предстоит столкнуться с двумя сложными кризисами: ситуация с беженцами в Беларуси и вновь возникшая напряженность в Сербии, которые являются потенциальными кандидатами на новую войну в Европе. Экстремальные гражданские беспорядки из-за жестких ограничений Covid, введенных правительствами. Война между США и Китаем из-за Тайваня. Christine Brösenhuber

Лошадей начнут использовать для путешествий и они появятся в городах. Чтобы это произошло, будут созданы конные парки, где владельцы смогут безопасно оставить своих лошадей, пока они ходят в магазины, на работу, заглядывают к врачу… Лошади бегают по траве — в этом есть смысл. Пенни Николсон

Предсказание повторения 1920-х годов после пандемии испанского гриппа…. если это правильно, это приведет к увеличению социальных болезней, алкоголизма и употребления наркотиков … другие, гораздо более расслабленные, будут пожинать плоды альтернативной жизни, которую Covid-19 позволил им увидеть. Elaine Hasty

Медсестры-добровольцы из Американского Красного Креста лечат больных гриппом в 1918 году. Фото: Эдвард «Док» Роджерс/AP

Вы сможете персонализировать звук своего электромобиля, и улицы превратятся в какофонию Clash встречает Чайковского. Вы сможете выбрать своего собственного онлайн-демона, который будет сопровождать вас на онлайн-встречах в офисе: он будет сидеть в углу вашего экрана и царапать, хихикать, хмуриться, чихать и т. д., пока вы серьезно киваете своему боссу.Насекомые будут новыми чипсами, пока люди не осознают, насколько отвратительным является выращивание насекомых. Корали Уилсон

Мы увидим более целенаправленный подход в бизнесе и в трудовой жизни. «Великая отставка» побудила многих людей искать работу, которая кажется им лично значимой, и я ожидаю, что эта тенденция сохранится и в 2022 году. для работодателей эта цель является приоритетной.Это побудит владельцев бизнеса и лидеров более целенаправленно подходить к стратегии и управлению, выясняя, что они могут предложить своим сотрудникам и заинтересованным сторонам, и работая над тем, чтобы оказать значимое влияние на мир. Элоиза Скиннер

Достаточное количество людей покинет Facebook и Twitter, чтобы сделать их нежизнеспособными. Ник Джонс

В обществе будут большие расколы из-за тех, кто привит против прививок. Это приведет к дальнейшей дезинформации и, возможно, к дальнейшему насилию и неравенству в обществе, особенно там, где вводятся обязательные вакцины. Джерри Ли

Протестующие против прививок собрались у здания парламента в Лондоне в прошлом месяце. Фотография: Роб Пинни/Getty Images

Макрон будет переизбран. Определенные 55% шотландцев да за независимость. Четвертая доза вакцины с мая. Отношения между Францией и Великобританией станут еще хуже. Анна-Лора Дамонжо

Я вижу две основные универсальные тенденции. Во-первых, половина населения этого мира эволюционирует в более добрый и щедрый вид, благодарный тому, что пережил худший экзистенциальный кризис в нашей недавней истории.Другая половина, которая погрузилась в альтернативную реальность, рассматривая других людей как врагов своей расы, испытает грубое пробуждение и потеряет значительные позиции, потому что их собственные кланы покинут их, даже если их предсказания продолжают разоблачаться как ненависть, а не факты. Аруна Харихаран

Растущее молодежное движение настоящих и знающих активистов, которые требуют трансформационных изменений в наших системах управления. Стив Мартин

Шинн Фейн/Альянс формируют правительство Северной Ирландии в Стормонте в мае, что вызывает гражданскую войну в Консервативной партии, поскольку их позиция на переговорах по протоколу Северной Ирландии с Европой рушится.Дальнейшие проблемы Brexit с пограничным контролем и проблемы с цепочками поставок усиливают давление на Джонсона. Он не принимает вызов, и дальнейшие распри приводят к вызову лидерства. Пол Коллинз

Джулиан Ассанж освобожден и ему разрешено вернуться в Австралию с женой и двумя сыновьями. Мариам Дессайв

Я предсказываю, что Борис и дальше будет стремиться вырваться из № 10, потому что ему не нравится быть премьер-министром, когда это трудно. Кэти Дагган

Крупный крах криптовалюты, возможно, из-за регулятивных мер и/или введения одной или нескольких официальных цифровых валют. Джефф Барнард

Значительный спад крайне правых во многих странах. Большая «нормальность» нашей жизни перед лицом Covid-19 (вакцинация и более слабые варианты). Более серьезный кризис между западными странами и Китаем и Россией. Луис Бастос

Я думаю, что страны, где нет свободы слова, много коррупции, бедности и очень высокая смертность от Ковида, столкнутся с большими проблемами (Индия, Египет, Иран, даже, может быть, Россия и Китай), если не в 2022 году, то в ближайшие 10 лет. Erika Claus Petiot

Из-за политического неловкости историй об эксплуатации иностранных рабочих в Катаре ФИФА переносит место проведения чемпионата мира на более деликатный выбор Саудовской Аравии только после того, как Беларусь отказалась от этой возможности. Патрик Броснан

С четырьмя основными вариантами Covid-19 за два года мы можем ожидать еще два в 2022 году. Может быть больше, учитывая отсутствие спроса на вакцины во всем мире. В конце концов, у нас закончатся греческие буквы. Дэйв Бартлетт

Произойдет ряд скандалов, когда пожилые уязвимые люди пострадают из-за отсутствия социальной помощи. Peter Loose

Мы все переедем на Оркнейские острова, чтобы впитывать излишки электроэнергии. В результате будет пробег на теплую одежду, особенно на пуховики. В результате популяция гаги сократится. Джейн Эдмондс

Пока Запад занят новыми вспышками Covid, Россия вторгается в Украину, а Китай атакует Тайвань — одновременно. Запад впоследствии не знает, куда повернуть. George Stephens

Китай начнет принимать серьезные меры по выбросам в атмосферу, соответственно пострадают отрасли ископаемой промышленности Австралии и Канады. Norm Mohamid

Произойдет серьезный сбой, вызванный либо кибератакой, либо сбоем GPS, вызванным сильным солнечным штормом или системной проблемой. Мы стали слишком зависимы от технологий, которые легко могут выйти из строя. Мартин Томас

Больше людей, чем когда-либо, отказываются от стоимости жизни в США и Канаде и переезжают в Мексику и Панаму. Сюзанна Гравель

2022 год будет значительно хуже, чем даже 2021 и 2020 годы.Большой рост цен на продукты питания, топливо, энергию, гостеприимство. Может быть, даже нехватка еды. Больше экстремальных погодных явлений, в том числе больше и хуже в Великобритании. Ужасающее подавление свободы слова и права на протест – например, «протестующих» сажают в тюрьму за то, что они делятся взглядами и общаются друг с другом в Интернете. И кто знает, что будет с Ковидом? Шокирует то, что, несмотря на то, что 2020 и 2021 годы были такими ужасными, они лучше, чем любой год, который мы увидим до конца нашей жизни. Кэти Истберн

Варианты Covid должны быть названы на санскрите после того, как у нас закончатся греческие буквы. Майк Аллен

Мне неприятно это говорить, но напряженность из-за Украины, Тайваня и ядерной программы Ирана будет расти. Это не будет триумфом Запада. США отступят от них лицом вниз, и Украина попадет в орбиту России, Тайвань перейдет к Китаю, без боя, при первых признаках вторжения, а Иран окажется под ударами Израиля по своим ядерным программа.От того, насколько эффективно он ответит, вместе со своими союзниками «Хизбаллой» и в меньшей степени ХАМАСом, зависит судьба Израиля. Выборы 2022 года в США приведут к возвращению республиканского большинства в обеих палатах. Гарри Райчгот

Королева отрекается от престола, Чарльз видит свет и решает удалиться в свой сарай, Уильям отказывается от своей семьи, Гарри говорит «ни за что», все остальные в очереди смотрят в другую сторону… и объявляется республика. Myanah Saunders

Новости Канады: Канада инициирует закон о чрезвычайном положении, расширяя меры по прекращению протестов

Протестующие в Оттаве в понедельник.Кредит… Блэр Гейбл/Рейтер

Новые подробности об источнике миллионов долларов, поддерживающих колонну канадских дальнобойщиков, позволяют предположить, что многие из крупных доноров — богатые канадцы, хотя один из самых больших взносов был сделан от имени американского предпринимателя в области технологий.

Просочившиеся данные якобы с краудфандинговой платформы GiveSendGo, опубликованные прошлой ночью на ныне несуществующей веб-странице анонимными хакерами, содержат записи о более чем 92 000 пожертвований на общую сумму более 8 миллионов долларов. Обзор данных показывает, что около $4.3 миллиона поступили из Канады, а еще 3,6 миллиона долларов поступили из Соединенных Штатов, хотя на Соединенные Штаты приходилось большинство индивидуальных пожертвований. Небольшие пожертвования из десятков других стран составили небольшую часть от общей суммы.

Одно из крупнейших пожертвований в размере 90 000 долларов США приписывается Томасу М. Сибелю, миллиардеру, предпринимателю и инвестору из Силиконовой долины. Он не ответил на запрос о комментариях, отправленный на адрес электронной почты, указанный в записях, и в его компанию.

Другие, кто сделал пожертвования в размере от 10 000 до 75 000 долларов, по-видимому, в основном владельцы бизнеса из Канады, с несколькими американцами.

Брэд Хоуленд, президент компании по производству моек высокого давления из Нью-Брансуика, фигурирует в просочившихся данных как пожертвовавший 75 000 долларов, оставив комментарий: «Держите очередь!» В электронном письме г-н Хоулэнд подтвердил, что он был донором, заявив, что протесты «войдут в учебники истории».

«Наша компания и моя семья гордятся тем, что вместе с этими мужчинами и женщинами отстаивают Хартию прав и свобод нашей великой нации», — сказал он.

Пожертвование в размере 17 760 долларов, приписываемое в данных Трэвису Муру из Айдахо, сопровождалось комментарием: «Пусть свобода звенит, северные братья. Криптовалюта — это будущее». На запрос о комментариях, отправленный г-ну Муру с использованием адреса электронной почты, указанного в записях о пожертвованиях, был дан ответ, содержащий мем, возражающий против ограничений Covid.

Большинство комментариев, оставленных донорами, выражали мирную солидарность с делом противодействия мандатам на вакцинацию и другим ограничениям, связанным с пандемией. Вместе с положительными сообщениями, однако, были и сообщения с более угрожающим тоном, как, например, сообщение, оставленное американцем, пожертвовавшим 50 долларов: «Я лучше заплачу, чтобы поддержать это движение сейчас, чем буду платить за пули позже».

Присутствие евангелистов криптовалюты среди сторонников конвоя видно из отдельного набора данных, рассмотренных The New York Times. Это показывает, что пожертвования были сделаны в биткойнах через веб-страницу, которая открылась после того, как первоначальный механизм сбора средств, GoFundMe, отключил кампанию.Новый сайт под названием «Биткойн для дальнобойщиков» размещен краудфандинговой службой криптовалюты и по состоянию на утро понедельника привлек 946 000 долларов.

Биткойн-кампания, получившая более 5000 пожертвований в основном в небольших долларах, была поддержана несколькими крупными вливаниями от сторонников криптовалюты. Два самых больших, общей стоимостью более 300 000 долларов на момент их изготовления, были подарены анонимно.

Ряд других, стоимостью около 42 000 долларов каждый, похоже, связан с онлайн-вызовом бывшего инженера-программиста, который известен под псевдонимом LaserHodl и попросил других поклонников биткойнов присоединиться к нему в поддержке конвоя дальнобойщиков.Джесси Пауэлл, основатель криптовалютной биржи Kraken, написал в Твиттере о своем согласии, и в данных фигурирует приписываемое ему пожертвование.

Бенджамин Дихтер, один из организаторов конвоя, заявил на пресс-конференции на прошлой неделе, что после начала краудфандинговой кампании криптовалюты он получил предложения о помощи от «крупных игроков» на крипторынках.

«Я был потрясен, как быстро я начал получать сообщения от некоторых из самых известных биткойнеров в мире», — сказал он.

Об утечке данных GiveSendGo было объявлено в воскресенье вечером на веб-странице под названием «GiveSendGo ТЕПЕРЬ ЗАМОРОЖЕНО» с пятиминутным видео, в котором на экране прокручивался манифест анонимных хакеров.В нем хакеры жаловались, что протест дальнобойщиков «держал город в заложниках», и предупреждали, что это «может быть прикрытием для атаки троянского коня, когда экстремисты и группы ополченцев могут прибыть в большом количестве с оружием».

Данные содержат запись для каждого пожертвования, которая включает имя жертвователя, почтовый индекс и адрес электронной почты, который они использовали. Невозможно независимо проверить каждое пожертвование, но некоторые из них совпадают с пожертвованиями, которые были публично опубликованы на веб-сайте GiveSendGo до того, как он отключился.

Например, г-н Зибель был процитирован на прошлой неделе канадской новостной сетью, которая отметила, что его имя фигурировало с пожертвованием в размере 90 000 долларов, в то время, когда оно было сделано, на веб-странице кампании конвоя. Около половины пожертвований не сопровождались именем человека, когда они публично появлялись на странице.

GiveSendGo, который ранее был целью другого взлома данных, который раскрыл личную информацию, такую ​​как водительские права и паспорта, для некоторых пользователей сайта, был отключен в понедельник утром.Компания не ответила на запрос о комментарии.

Организаторы запустили кампанию GiveSendGo в начале этого месяца после того, как GoFundMe закрыл онлайн-сбор средств, собравший почти 7,8 миллиона долларов. Средства должны были быть использованы для «оказания гуманитарной помощи и юридической поддержки мирным дальнобойщикам и их семьям», сообщила The Times на прошлой неделе пресс-секретарь GiveSendGo Алекс Шипли.

— Майк Макинтайр и Майкл Х. Келлер

Секретарь внутренних дел посещает сайты гражданских прав в Миссисипи(AP) — Во вторник министр внутренних дел Деб Хааланд совершил поездку по местам защиты гражданских прав в Миссисипи, осмотрев разрушающийся сельский магазин, который является частью истории линчевания в 1955 году чернокожего подростка Эммета Тилла, и посетил дом, где в 1963 году был убит лидер NAACP штата Медгар Эверс.

Хааланд путешествовал с председателем Совета Белого дома по качеству окружающей среды Брендой Мэллори и представителем Демократической партии США Бенни Томпсоном. Участки находятся в районе Томпсона, который охватывает равнину Дельты и большую часть столицы Миссисипи города Джексон.

Стоя возле национального памятника Медгар и Мирли Эверс Хоум в Джексоне, Хааланд сказал, что Служба национальных парков и Министерство внутренних дел стремятся расширить возможности для людей, чтобы узнать о движении за гражданские права.

«Сегодня для меня было большой честью учиться, слушать, слышать от людей, которые работали в этой области на протяжении десятилетий», — сказала Хааланд, бывшая женщина-конгрессмен от штата Нью-Мексико, которая стала первым коренным американцем, возглавившим кабинет. отделение.

Хааланд сказала, что она слышала от молодых людей, которые не узнали о Тилле во время учебы в школе, но узнали о нем с тех пор.

Тилль, 14-летний подросток из Чикаго, навещал родственников в дельте Миссисипи, когда его похитили, пытали и убили после того, как свидетели сказали, что он насвистывал белую женщину, работающую в продуктовом магазине в маленьком городке Мани. Никто так и не был осужден за убийство Тилля, и в декабре Министерство юстиции объявило о прекращении расследования его линчевания.

Убийство активизировало движение за гражданские права после того, как мать Тилля настояла на открытом гробу, а журнал Jet опубликовал фотографии его изуродованного тела.

«Важно, чтобы мы обучали наших детей, потому что они заслуживают того, чтобы знать историю нашей страны», — сказал Хааланд.

Дом Эверсов стал национальным памятником в декабре 2020 года. Вдова Медгара Эверса Мирли Эверс, которая все еще жива, была председателем национального совета директоров NAACP в середине 1990-х годов.Она пожертвовала семейный дом колледжу Тугалу в 1993 году, и колледж передал право собственности Службе национальных парков.

Медгар Эверс был первым полевым секретарем Национальной ассоциации содействия прогрессу цветного населения штата Миссисипи с 1954 года. Он руководил кампаниями по регистрации избирателей и бойкотами, направленными на достижение расового равенства. Он также расследовал линчевания, избиения и другие виды насилия, которым подвергались чернокожие жители от рук белых сторонников сегрегации. Он был застрелен на подъездной дорожке к семейному дому, когда Мирли и их трое детей находились внутри.

«Этот сайт рассказывает о мужестве и храбрости перед лицом зла», — сказал Мэллори.

Хааланд сказал, что у Министерства внутренних дел и Службы национальных парков нет немедленных планов по контролю за другими объектами гражданских прав.

«Конечно, если дополнительные объекты будут переданы в ведение Службы национальных парков — будь то национальные памятники, национальные парки, под этим зонтиком — тогда, конечно, у нас есть обязательства», — сказал Хааланд.

Томпсон вмешался и сказал: «Она сказала, что если Конгресс даст ей деньги, она это сделает.“

Конгрессмен сказал, что он хотел бы, чтобы Служба национальных парков имела след гражданских прав для документирования и сохранения мест на юге.

Дочь семьи Эверс, Рина Эверс-Эверетт, сказала, что хочет, чтобы люди помнили «воинов и пехотинцев» движения за гражданские права.

«Давайте не будем забывать о боли и неуважении, которые были созданы в 40-х, 50-х, 60-х — и сейчас», — сказала она.

____

Подписывайтесь на Эмили Вагстер Петтус в Твиттере: http://twitter.com.com/EWagsterPettus.

ПРИСОЕДИНЯЙТЕСЬ К ОБСУЖДЕНИЮ

Любой может читать беседы, но чтобы внести свой вклад, вы должны быть зарегистрированным владельцем учетной записи Torstar. Если у вас еще нет учетной записи Torstar, вы можете создать ее сейчас (это бесплатно)

Войти

Зарегистрироваться

Обсуждения представляют собой мнения наших читателей и регулируются Кодексом поведения. Звезда не поддерживает эти мнения.

Письма Петра Острого о гражданской войне

транскрипций, предоставленных Шарлоттой Смит

Петер Острье (Островицки) родился 1 августа 1842 года в Сухе, Быдгощ, Польша.Его родителями были Мариана Контна и Пол Островицки. Пауль Островицкий служил в немецкой армии, и в этом районе было много беспорядков. Пол решил перевезти свою семью из Польши, которая теперь называется Пруссией, чтобы его сыновьям не пришлось идти в армию. Многие из их польских друзей отправились в Дюнкерк, округ Чатокуа, штат Нью-Йорк, и поэтому в конце июля 1852 года они сели на корабль «Вселенная» из Ливерпуля, Англия, и отплыли в Соединенные Штаты. Они прибыли в Нью-Йорк 16 августа 1852 года и сели на поезд до Дюнкерка, штат Нью-Йорк.Они жили здесь среди других польских иммигрантов около 9 лет. Питеру было всего 10 лет, когда они приехали.

Питер поступил на военную службу в августе 1862 года в Дюнкерке, штат Нью-Йорк, в составе 72-й нью-йоркской пехоты Co E 3-й бригады Потомакской армии. В его зачислении он значится как Питер Австрия. Семья, похоже, начала использовать имя Острые или Остре. Счетчики и другие лица просто произносили его фонетически. Поэтому, когда Питер назвал свое имя, вербовщик услышал Австрию. Так началось смешение названий. А к 1870 году семья сама использовала фамилию Острые.

Всего в 72-й дивизии пропало без вести, убито и ранено 675 человек. Убито 7 офицеров и 111 рядовых. 5 офицеров и 51 рядовой скончались от ран; 28 офицеров и 326 рядовых ранены, но выздоровели, 1 офицер пропал без вести и 146 рядовых пропали без вести. Самые большие потери были в битве при Вильямсбурге, штат Вирджиния, в мае 1862 года и при Чанселлорсвилле, штат Вирджиния. Май 1863 г. и Геттисберг, июль 1863 г.

г.

72-й полк был сформирован в июне 1864 года. В Chlco California находится группа реконструкторов 72-го полка.

Письма, которые я собираюсь прочитать, были написаны домой его родителям, и у меня есть оригиналы. Очевидно, Питер не умел хорошо писать по-английски, если вообще умел, и каждая буква написана другим почерком, а в конце подписано как написано и именем. Согласно истории, в лагеря приезжали добровольцы, чтобы написать письма домой солдатам, которые не умели ни читать, ни писать. Так вот как письма попали домой, и, конечно же, кто-то дома должен был научиться читать по-английски для семьи.

— Шарлоти Смит

Uber, судебный процесс Waymo урегулирован; сага нарисовала Питера Тиля, Дональда Трампа

Uber, нанявший Энтони Левандовски из Alphabet, выплатит «значительную часть» из 120 миллионов долларов, которые Google выбила у инженера.

Uber Technologies Inc. близка к тому, чтобы заплатить окончательную цену за свой проблемный набор звездного инженера по беспилотным автомобилям из Google. Компания по заказу такси, нанявшая Энтони Левандовски в 2016 году из программы беспилотных автомобилей Alphabet Inc., заключила мировое соглашение, требующее от нее выплаты «значительной части» из 120 миллионов долларов, которые Google вернул инженеру. показывают судебные протоколы. Точная сумма, которую Uber заплатит Google, не разглашается в судебном документе, в котором подробно описывается сделка.Но оплата является центральным элементом соглашения, которое, если оно будет одобрено судьей, наконец разрешит сагу о жадности и предательстве, в результате которой все участники выглядели плохо.

Борьба за таланты Левандовски началась с тогдашнего генерального директора Uber Трэвиса Каланика и соучредителя Google Ларри Пейджа, перейдя к судебному разбирательству с высокими ставками между Uber и Waymo, за которым последовало успешное уголовное преследование инженера. В конце концов в дело вмешались венчурный капиталист Питер Тиль и даже тогдашний президент Дональд Трамп.

«Существует очень серьезное деловое обоснование платежа в пользу Google», — говорится в заявлении сторон. Оплата Uber «значительной части» иска Google против Левандовски «является ключом к разрешению дела».

Хосе Кастанеда, представитель Google, сказал: «Мы можем подтвердить, что этот вопрос был решен».

Uber отказался от комментариев, как и адвокат Левандовски.

В 2020 году инженеру было приказано провести 18 месяцев в тюрьме после того, как он признал себя виновным по одному пункту обвинения в краже коммерческой тайны у Google, когда он перешел на сторону Uber.Это было одно из самых громких уголовных дел в Силиконовой долине, которому предшествовало крупное гражданское дело, разрешенное в середине судебного разбирательства в 2018 году, когда Uber согласился выплатить компании Waymo, занимающейся беспилотными автомобилями Alphabet Inc., около 245 миллионов долларов. запасы, находящиеся в тесном владении.

В прошлом году, всего за несколько минут до того, как Левандовски должен был предстать перед судьей, вынесшим ему приговор, его адвокаты подали в суд заявление о помиловании Трампа. Помилование поддержал, в частности, Тиль.

Несмотря на то, что Левандовски избежал тюремного заключения, компания Google отдельно выиграла судебное разбирательство по делу о возврате выплаченной ему премии в размере 120 миллионов долларов.С учетом процентов и судебных издержек общая сумма составила 180 миллионов долларов, что вынудило Левандовски объявить себя банкротом.

Глобальное урегулирование также требует, чтобы Левандовски заплатил Google 25 миллионов долларов. В письме судье, ведшему его уголовное дело, Левандовски сказал, что его судебные баталии были «изнурительным уроком смирения».

.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.