Философия вольтера кратко: Французский просветитель философ Вольтер основные идеи

Содержание

Французский просветитель философ Вольтер основные идеи

Вольтер – один из псевдонимов Франсуа Мари Аруэ – выдающегося философа и писателя, одного из основателей французского Просвещения. Он первым наиболее ярко поставил проблемы философии эпохи Просвещения. Все его творчество посвящено общественной борьбе с феодальным деспотизмом и угнетением, с официальной религией – духовной опорой несправедливого и бесчеловечного общества, за равенство, свободу и братство, за общественный прогресс во всех областях культуры на основе широкого использования разума.

Социально-политические взгляды

Основой справедливого общества Вольтер считал равенство, собственность и свободу. Осуждая социальное неравенство феодального общества, он опирался на идею о том, что люди от природы равны. Но равенство в учении Вольтера не распространяется на собственность: «…невозможно, чтобы люди, живя в обществе, не были разделены на два класса: богатых, которые повелевают, и бедных, которые им служат».

Под свободой Вольтер подразумевал личную свободу (рабство противно природе), свободу слова и печати, свободу совести и свободу труда. Те, кто не обладает собственностью, «будут свободны продавать свой труд тому, кто лучше заплатит. Эта свобода заменит им собственность». Вольтер был сторонником концепции «просвещенного абсолютизма», согласно которой прогрессивные реформы - введение «естественных» законов - может осуществить монарх, проникшийся идеями философии Просвещения. После посещения Англии Вольтера начала привлекать концепция «конституционной монархии», «где государь всемогущ, если хочет творить добро, но руки которого связаны, если он замышляет зло».

Критика религии и церкви

Вольтер показал, какое страшное зло принес людям религиозный фанатизм: преследования «язычников», еретиков, истребление туземцев, крестовые походы, инквизиция. История религии, писал он, «непрерывная цепь распрей, обмана, притеснений, мошенничеств, насилий и убийств» доказывает, что злоупотребление не является случайным, а «относится к самому существу дела», поэтому необходимо совместными усилиями «раздавить гадину!».

Но обличение Вольтером религиозного фанатизма неотделимо от утверждения принципа свободы вероисповедания. Важнейшую задачу философии он видел в борьбе за преодоление национальной вражды, людей разных вероисповеданий призывал к братскому единению, самым большим злом считал войну.

Деизм

Но Вольтер выступал также и против атеизма: «Атеизм и фанатизм – это два чудовища, которые могут пожрать общество». По своему мировоззрению Вольтер был деистом. Деизм – переходная стадия от теологии к атеизму. Именно по этому пути пойдут последователи Вольтера – философы-материалисты. Уже Вольтер отстаивал материалистические идеи, отрицая как врожденные идеи, так и бессмертие души. Сознание он считал функцией тела, правда, дарованной ему богом.

Каковы причины деизма Вольтера? Первая причина - теоретическая. Будучи последователем философии Д.Локка, Вольтер подверг критике метафизику – философию, понимаемую как умозрительное постижение первоначал бытия. Сам же он считал, что «все знания даются нам только опытом». Философы в понимании мира должны опираться на достижения наук, прежде всего естествознания. Законы же природы, как считал Вольтер, вслед за Ньютоном, постоянны. Вселенная возникла сразу в том виде, в каком существует сейчас, благодаря деятельности «высшего Разума», «высшего Математика (Геометра)», «высшего Механика», то есть Бога.

Вторая причина деизма Вольтера – этическая. «Если бы бога не было, его следовало бы выдумать». «В интересах всего человечества, чтобы существовал бог, который карал бы то, что не в состоянии подавить человеческое правосудие ». Это необходимо как для представителей социальных низов, от которых надо защищать частную собственность, так и представителей власти, ибо «атеизм – весьма опасное чудище, когда оно находится в тех, кто стоит у власти». Под естественной религией Вольтер понимал «принципы морали, общие для всего человечества». Атеистами же он называл безнравственных людей, поэтому в их число попали и папы римские, творившие злодеяния.

Социальная природа человека и мораль

«Инстинкт человека, укрепленный разумом, влечет его к обществу так же, как к еде и питью». Портит человека не общество, а, наоборот, «удаление от общества». Единственную меру нравственности Вольтер видел не в личном самоусовершенствовании в угоду богу, а в той пользе, которую может приносить человек обществу своей деятельностью.

Вольтер сначала был последователем «теории оптимизма» Лейбница - «все благо». Но после лиссабонского землетрясения в 1755 году, приведшему к огромному количеству жертв, он усомнился в лейбницевой теодицее. Всемогущество бога имеет пределы. Он не смог так устроить мир, чтобы в нем не было зла. Задача человека своим трудом улучшить этот мир, «…надо возделывать свой сад».

Вольтер завоевал исключительный авторитет «некоронованного короля» формировавшегося в эпоху Просвещения общественного мнения. Он, по словам Белинского, «орудием насмешки потушил в Европе костры фанатизма и невежества». История подтвердила многие идеи философа. Победа капитализма, и связанный с ней научно-технический прогресс вывел людей за пределы национальной ограниченности и создал условия для объединения человечества. Но борьба против социального и национального неравенства, религиозной нетерпимости и угрозы войны по-прежнему актуальна. В наше время все чаще звучит призыв решать конфликты мирными способами, за столом переговоров. Все большую необходимость обретает просветительская борьба за повышение духовной культуры, ведущей людей к пониманию, а значит, к прекращению вражды.

Автор: Галина Зубец

 

Вольтер: Философские взгляды Вольтера

Философия кратко:

философия кратко

философия понятия

философия главное

философия конспекты

кратко философия

философия ответы

Философия подробно:

учебник по философии

история философии
основы философии

философии и философы
философы

Философия от А до Я:

философские термины   А
философские термины   Е
философские термины   М
философские термины   Р
философские термины   У

понятия: определения А-Б-В
понятия: определения Г-Д-Ж
понятия: определения З-И-К
понятия: определения Л-М-Н
понятия: определения О-П-Р
понятия: определения  С-Т-У
понятия: определения Ф-Э-Я
содержание

Франсуа Мари Аруэ (известный под именем Вольтер) родился 21 ноября 1694 г.
в Париже. Он по праву считается одним из самых важных философов эпохи Просвещения. Его сочинения были настолько разнообразны, что его сложно назвать философом в классическом смысле. Помимо философских текстов из-под его пера также выходили пьесы, романы, исторические заметки, стихи, эссе и научные тексты.

Вольтер родился в скромной семье среднего класса: его мать происходила из благородной семьи, отец был нотариусом и главой налогового отделения округа. Когда Вольтеру было семь лет, его мать умерла. Мальчик стал очень близок со своим крестным отцом, маркизом де Шатонёф, вольнодумцем, который во многом повлиял на его жизнь и научил молодого Вольтера литературе, деизму и отказу от суеверий.

В 1704–1711 гг. Вольтер учился в парижском колледже Людовика Великого, где получил классическое образование и проявил способности к изучению языков (раньше он уже выучил греческий и латынь, а позже также бегло заговорил по-английски, по-испански и по-итальянски). К моменту завершения обучения Вольтер уже решил, что хочет стать писателем.

Отец прочил ему карьеру юриста, считая, что писатели не приносят обществу пользы. Вольтер врал отцу, что работает помощником нотариуса, а сам сочинял сатирические произведения. В конце концов обман раскрылся, и отец отправил его в юридическую школу. Но Вольтер не оставил любимого занятия, и вскоре его имя стало широко известно в интеллектуальных кругах.
 
Непростые отношения Вольтера с французскими властями

 Вольтер не раз создавал сатирические произведения, объектом которых становились французская знать и даже особы королевской крови. В результате он не раз оказывался за решеткой и в ссылке. В 1717 г. молодой Вольтер на 11 месяцев попал в знаменитую Бастилию за сатирические стишки в адрес регента короля Людовика XV. Во время заключения он написал свою первую пьесу «Эдип», которая принесла ему настоящий успех. В 1718 г. он взял себе псевдоним «Вольтер», и это часто считают той формальной поворотной точкой, после которой уже ничего не связывает Вольтера с его прошлым.

1726–1729 годы Вольтер вынужденно провел в ссылке в Англии после того, как осмеял французского дворянина.

В Англии он познакомился с идеями Джона Локка, Исаака Ньютона, изучил строй британской конституционной монархии, допускавшей свободу вероисповедания и свободу слова. Вернувшись во Францию, Вольтер издал свои английские впечатления под заглавием «Философские письма» в 1733 г. Книга была в штыки принята французскими властями и церковью, и Вольтеру вновь пришлось спешно покинуть Париж.

Следующие 15 лет Вольтер прожил в ссылке на северо-востоке Франции, найдя приют у своей любовницы и соратницы маркизы дю Шатле. Он продолжал писать о науке, истории, литературе и философии (особенно метафизике, сосредоточившись на вопросах существования Бога и истинности библейских текстов). Вольтер не просто ратовал за религиозную свободу и отделение церкви от государства: он полностью отрицал религию.

После смерти маркизы дю Шатле в 1749 г. Вольтер по приглашению прусского короля Фридриха II поселился в Потсдаме. Однако в 1753 г. он впал в немилость из-за ссоры с президентом Берлинской академии наук.

Некоторое время Вольтер переезжал из города в город, но наконец осел около швейцарской границы (именно там он создал свое знаменитое произведение «Кандид».

В 1778 г., в возрасте 83 лет, Вольтер вернулся в Париж, где его встретили как настоящего героя. Он умер 30 мая того же года.

Философские взгляды Вольтера

 На Вольтера повлияли идеи Джона Локка и скептического эмпиризма, которые активно развивались в Англии того времени. Вольтер был не только известным критиком религии. Именно он определил переход от работ Декарта: он насмехался над религией и гуманистическими формами оптимизма.

Религия

 Вольтер оставался убежденным приверженцем свободы вероисповедания. Он не был атеистом (сам он считал себя деистом), но выступал против организованной формы религии и католицизма. Библию он считал метафорическим справочником по вопросам морали, созданным человеком и уже устаревшим. Он был убежден, что существование Бога – не вопрос веры (следовательно, не имеет ничего общего с верой отдельно взятого человека), а вопрос разума. Широко известны слова Вольтера: «Если бы Бога не было, его следовало бы придумать».

Политика

 Вольтер крайне отрицательно относился к французской монархии и несправедливому распределению власти. По его мнению, буржуазия слишком малочисленна и неэффективна, аристократия – слишком коррумпирована и ведет паразитический образ жизни, простолюдины слишком невежественны и подвержены суевериям, а единственная польза от церкви в том, что она использует религиозный налог на создание прочной основы, чтобы выступать в противовес монархии.

По Вольтеру, идеальная форма управления – конституционная монархия, которую он видел в Англии. Он не верил в демократию, называя ее «идиотизмом масс», и был убежден, что с помощью философов просвещенный монарх может преумножить богатство и мощь Франции (что, по мнению Вольтера, также совпадало с интересами самого монарха).

Гедонизм

 Взгляды Вольтера на свободу и фактически вся его философия основаны на гедонистической морали. Это часто отражается в его поэзии, которая представляет моральную свободу, полученную от свободы сексуальной. В произведениях Вольтера мораль приравнивается к положительной оценке личного удовольствия. Его идеи по поводу этики основаны на максимальном удовольствии и избегании страданий. Его гедонистическая точка зрения перенеслась и на критику религии: он часто выступал с критикой учения католической церкви по поводу ее моральных принципов сексуальных ограничений, обета безбрачия у священников и отказа от плотских удовольствий.

Скептицизм

 В отличие от других философов, например Декарта (к чьим работам Вольтер относился крайне негативно), Вольтер основывал все свои философские положения на скептицизме. Он называл таких философов, как Декарт, «философствующими романтиками». Он не видел ценности в создании системного подхода для связного объяснения явлений и вещей. По Вольтеру, это вовсе не философия. Он утверждал, что роль философа – осознать, что иногда отсутствие объяснения и есть самое философское объяснение. Философ должен освободить людей от догматических принципов и иррациональных законов.

Вольтер опирался на скептицизм как инструмент защиты своих взглядов на свободу. По его мнению, не существует священной власти, которую нельзя критиковать. Работы Вольтера всегда полны враждебности – к монархии, религии и обществу. На протяжении всей своей карьеры он использовал остроумие и сатиру для подрыва существующих философских основ. Например, в самой известной своей работе «Кандид» он пародирует религиозный оптимизм философа Готфрида Лейбница.

Метафизика

 Вольтер утверждал, что наука благодаря значительным достижениям сэра Исаака Ньютона (Вольтер был большим его поклонником) отдаляется от метафизики. Он считал, что метафизику следует полностью исключить из науки.

>  
ВЕЛИКИЕ ФИЛОСОФЫ: содержание:
 
Сократ
Платон
Аристотель
Авиценна
Бэкон
Юм
Фома Аквинский
Руссо
Вольтер
Спиноза
Кант
Локк
Гегель
Декарт
Лейбниц
Гоббс
Ницше
Шопенгауэр
Сартр
Витгенштейн
Маркс
Хайдеггер
Рассел

философы

Франсуа-Мари Аруэ (Вольтер) — краткая биография

Всемирно известный философ эпохи Просвещения Вольтер удивлял мир своими революционными и противоречивыми взглядами на общество, систему власти и взаимоотношений государства и его граждан. Его труды и в наше время не потеряли своей актуальности и вызывают споры, а философские идеи о состоянии общества и положения человека в социуме требуют долгого изучения и понимания. И хотя Вольтер творил в 18 веке, его исследования достаточно современны и в свете политических событий требуют особого подхода и подробного изучения.

Краткая биография Вольтера

Мари Франсуа Аруе (будущий Вольтер) родился 21 ноября 1694 года в одном из округов Парижа в семье нотариуса и сборщика налогов Франсуа Аруе. Его мать Мари Маргерит Демар была дочерью секретаря уголовного суда. Семья Вольтер вела жизнь добропорядочных буржуа. Гораздо позже будущий философ отказался от своего отца и объявил себя незаконнорожденным отпрыском шевалье де Рошбрюна, нищего мушкетера и поэта, поскольку жизнь рантье и буржуа вызывала в молодом человеке протест, с которым он не мог мириться.

Поскольку в то время было принято подросткам идти по стопам своих родителей то по настоянию отца молодой Вольтер пошел учиться в иезуитский лицей, где в течение семи лет (1704-1711) он изучал право. Но свободолюбивая натура юноши взяла свое и он бросил изучать скучные закона и принялся за сочинение дерзких, свободолюбивых стихов и бросился в водоворот светской жизни.

Очень скоро в мае 1717 молодой поэт попал в Бастилию, наводящую ужас на всех крепость – незыблемый символ королевской власти, за написанную эпиграмму на герцога Орлеанского, регента Франции, но один год тюремного заключения не заставил юного поэта пересмотреть свое мировоззрение.

Биография

Два звездочета сказали Вольтеру, что тот проживет до 33-х лет. Но великому мыслителю удалось обмануть саму смерть, он чудом остался в живых из-за несостоявшейся дуэли с неким дворянином из рода де Роган. Биография французского философа полна как взлетов, так и падений, но, тем не менее, его имя стало бессмертным на века.

Вольтер, уехавший в Англию писателем и вернувшийся мудрецом, сделал неоспоримый вклад в особую форму познания мира, его имя стоит в одном ряду с Дени Дидро и Жан-Жаком Руссо. Писателю, в жилах которого не было ни капли дворянской крови, благоволили великие правители — российская императрица Екатерина II, король Пруссии Фридрих «Старый Фриц» II и владелец швейцарской короны Гюстав III.

Мыслитель оставил потомкам повести, поэмы, трагедии, а его книги «Кандид, или оптимизм» и «Задиг, или Судьба» разошлись на цитаты и крылатые выражения.

Первые опыты в драматургии

В 1718 году в парижском театре была поставлена его первая пьеса «Эдип», по мотивам греческих мифов, но на самом деле это был первый укол существующей системе власти и общественных законов. Пьеса была благосклонно принята публикой. В это время драматург выступил впервые под псевдонимом «дю Вольтер».

Следующая крупная пьеса «Лига», вскоре переименованная в «Генриаду» принесла молодому Вольтеру успех как борцу за идею и гражданские вольности. Пьеса изображала время религиозных войн во Франции (16 век) и была посвящена королю Генриху VI, идеей пьесы был конфликт между взглядами на общество короля – деспота, не терпящего никаких возражений, и короля, толерантно относящегося к общественному мнению.

Поскольку Вольтер продолжал вращаться в вихре светской жизни, неизбежно должны были возникать столкновения между остроумным поэтом и высокородными дворянами, не терпящими превосходства ни в ком. В 1726 году подобная стычка произошла между Вольтером и шевалье Роганом, который упрекнул литератора в том, что за псевдонимом он прячет низкое происхождение.

Отъезд в Англию

Молодой человек дерзко ответил дворянину, но тот не счел нужным вызвать его на дуэль, а просто приказал своим лакеям избить драматурга. Это унижение сильно повлияло на моральное состояние философа, он понимал, что живет в сословном обществе, но надеялся, что ум, образование и блестящие способности помогут ему подняться в глазах света.

Вооружившись дуэльными пистолетами, он попытался ответить за нанесенное оскорбление, но был вновь арестован и брошен в Бастилию. Через несколько месяцев молодой человек покинул негостеприимную Францию и уехал в Англию. Пребывание в Англии в течение двух лет в условиях веротерпимости и борьбе за политические свободы, сильно изменило молодого человека и помогло закончить формирование его убеждений. Новые взгляды нашли свое отражение в сборнике статей «Философские письма», которые были изданы в 1733 году на английском языке, а в 1734 году – на французском.

В этом произведении, вновь на приеме контраста, сравнивались английские либеральные порядки и в мрачном свете описывалась политическая ситуация во Франции.

По возвращению Вольтера на Родину, книгу признали еретической и по приговору Французского парламента сожгли, а сам автор долго находился под следствием. Над ним опять нависла угроза заключения в Бастилию.

Философия

Случилось так, что Вольтер вновь вернулся в холодные стены Бастилии. В 1725–1726 году между литератором и шевалье де Роганом произошел конфликт: провокатор позволил себе публично высмеять Франсуа-Мари Аруэ, который под псевдонимом Вольтер якобы пытался скрыть свое недворянское происхождение. Так как автор трагедий за словом в карман не полезет, он позволил заявить обидчику:

«Сударь, мое имя ждет слава, а ваше – забвение!».

За эти дерзкие слова француз поплатился в буквальном смысле — он был избит лакеем де Рогана. Таким образом, писатель почувствовал на собственном опыте, что такое предвзятость, стал ярым защитником справедливости и социальных реформ. Выйдя из зоны отчуждения, ненужный на родине Вольтер по приказу короля был изгнан в Англию.

Примечательно, что государственное устройство Соединенного Королевства, которое в корне отличалось от консервативной монархической Франции, поразило его до кончиков пальцев. Полезным было и знакомство с английскими мыслителями, которые в один голос утверждали, что человек может обращаться к Богу, не прибегая к помощи церкви.


Портрет Вольтера

Свои впечатления о путешествии по островному государству французский мыслитель изложил в трактате «Философские письма», пропагандируя в нем учения Джона Локка и отрицая материалистическую философию. Основными идеями «Философских писем» были равенство, уважение к собственности, безопасность и свобода. Также Вольтер колебался в вопросе насчет бессмертия души, он не отрицал, но и не утверждал тот факт, что существует жизнь после смерти.

А вот в вопросе о свободе человеческой воли Вольтер переходил от индетерминизма к детерминизму. Людовик XV, узнав о трактате, приказал сжечь труд Вольтера, а самого автора непарадного произведения отправить в Бастилию. Чтобы избежать третьего заключения в камере, Франсуа-Мари Аруэ отправился в Шампань, к своей возлюбленной.


Эксцентричный Вольтер диктует письмо

Вольтер, сторонник неравенства и рьяный противник абсолютизма, критиковал устройство церкви в пух и прах, однако он не поддерживал атеизм. Француз был деистом, то есть признавал существование Творца, но отрицал религиозный догматизм и сверхъестественные явления. Но в 60–70-е годы Вольтером овладели скептические мысли. Когда современники спросили просветителя, существует ли «высшая инстанция», он ответил:

«Бога нет, но этого не должны знать мои лакей и жена, так как я не хочу, чтобы мой лакей меня зарезал, а жена вышла из послушания».

Хотя Вольтер, вопреки желанию отца, так и не стал адвокатом, в дальнейшем философ занимался и правозащитной деятельностью. В 1762 году автор «Кандида» участвовал в петиции по отмене смертного приговора торговцу Жану Каласу, который стал жертвой предвзятого суда из-за иной конфессии. Калас олицетворял христианскую ксенофобию во Франции: он был протестантом, тогда как другие исповедовали католицизм.


Философ Вольтер

Причина, по которой Жан в 1762 году был казнен через колесование, – самоубийство его сына. В то время человек, собственноручно сводивший счеты с жизнью, считался преступником, из-за чего его тело публично таскали на веревках и вешали на площади. Поэтому семья Каласа представила самоубийство отпрыска как убийство, и суд посчитал, что Жан умертвил молодого человека, потому что тот принял католицизм. Благодаря Вольтеру через три года Жан Калас был реабилитирован.

Пребывание в Шампани

В этом же году, чтобы не искушать судьбу, Вольтер уехал подальше от Парижа в Шампань, в замок Сирей, принадлежавший его любовнице маркизе де Шатле. Для своего времени женщина чрезвычайно образованная, она разделяла рискованные взгляды Вольтера, увлекалась метафизикой, естественными науками и серьезно изучала Библию. Десять лет, что Вольтер и его возлюбленная провели в уединенном замке, были чрезвычайно плодотворными.

Именно здесь были написаны драмы «Альзира», «Магомет», большой «Трактат о метафизике» и «Основы философии Ньютона». Отчеты о проведённых лабораторных опытах, подтверждающие его выводы, постоянно отправлялись в Королевскую Академию наук. В это же время был почти закончен большой исторический труд «Жизнь и век Людовика ХIV».

Научный подход к изучению мира постепенно меняли взгляды ученого и так критически относившегося к христианскому объяснению появления Вселенной. Пытливый ум старался научно объяснить причины возникновение государства и социальных отношений, законов и частной собственности.

Именно в этот период была написана наделавшая много шума драма «Орлеанская девственница», посвященная одному из самых тяжелых периодов французской истории и ее национальной героине Жанне Д, Арк. Поэма была закончена еще в 1735 году, но официально опубликована она была лишь в 1762 году.

В этом произведении драматург попытался развенчать двуличие и лицемерие иезуитов – церковников. Для этого он не побоялся немного иронично показать мистицизм и религиозные видения молодой Жанны, он смеялся над чудесами якобы сотворенными девушкой и явно не верил в ее божественное предназначение.

Даже говоря о девственности Жанны он иронизировал над словами иезуитов, что только невинная девушка могла в то время спасти Францию.

Но в конце произведения Вольтер отказался от иронии и скепсиса, он с пафосом и восторгом показывал самоотверженность Жанны, ее веру в успех дела, ее умение повести за собой целую армию и внушить своим солдатам уверенность в победе.

В страшной гибели девушки на костре он прямо обвиняет короля и иезуитов, он с гневом клеймит ее палачей и предателей народной героини.

Литература

Когда Вольтеру исполнилось 18 лет, он сочинил первую пьесу и уже тогда не сомневался, что обязательно оставит след в истории как писатель. Через два года Франсуа-Мари Аруэ уже успел снискать в парижских салонах и у искушенных дам и господ славу короля насмешек. Поэтому некоторые литературные деятели и высокопоставленные лица боялись найти публикацию Вольтера, выставляющую их перед обществом в дурном свете.


Писатель Вольтер

Но в 1717 году Франсуа-Мари Аруэ поплатился за свои остроумные сатиры. Дело в том, что талантливый молодой человек высмеял регента французского королевства при малолетнем короле Людовике XV – Филиппа II Орлеанского. Но правитель не отнесся к стишкам Вольтера с должным юмором, поэтому сочинитель был отправлен на год в Бастилию.

Но в месте лишения свободы Вольтер не потерял свой творческий пыл, а наоборот, начал усиленно заниматься литературой. Оказавшись на воле, Вольтер получил признание и славу, потому что на подмостках театра «Комеди Франсэз» прошла его трагедия «Эдип», написанная в 1718 году.


Вольтер рассказывает басню

Молодого человека стали сравнивать с именитыми французскими драматургами, поэтому поверивший в свой литературный талант Вольтер сочинял одно произведение за другим, причем это были не только философские трагедии, но и романы, а также памфлеты. Писатель опирался на исторические образы, поэтому завсегдатаи театров могли узреть на сцене актеров, переодетых в Цезаря, Брута или Магомета.

Итого в послужном списке Франсуа-Мари Аруэ 28 произведений, которые можно отнести к классической трагедии. Также Вольтер культивировал и аристократические жанры поэзии, из-под его пера нередко выходили послания, галантная лирика и оды. Но стоит сказать, что писатель не боялся экспериментировать и смешивать, казалось бы, несовместимые вещи (трагичное и комичное) в одном флаконе.

Он не побоялся разбавлять рациональную холодность нотами сентиментальной чувствительности, а также в его античных произведениях нередко фигурировали экзотические персонажи: китайцы, ираноязычные скифы и исповедующие зороастризм гербы.

Что касается поэзии, то классическая эпопея Вольтера «Генриада» вышла в свет в 1728 году. В этом произведении великий француз осуждал королей-деспотов за их неистовое почитание Бога, используя не вымышленные образы, а реальные прототипы. Далее, приблизительно в 1730 году, Вольтер трудится над основополагающей сатирической пародийной поэмой «Орлеанская девственница». Но сама книга впервые была напечатана только в 1762-ом, до этого выходили анонимные издания.


Книга Вольтера «Орлеанская девственница»

«Орлеанская девственница» Вольтера, написанная силлабическим двенадцатисложником, окунает читателя в историю реально существующей личности, небезызвестной национальной героини Франции Жанны д’Арк. Но произведение писателя – отнюдь не биография командующей войсками, а сплошная ирония на устройство французского общества и церковь.

Стоит отметить, что этой рукописью зачитывался в молодости Александр Сергеевич Пушкин, российский поэт даже стремился подражать Вольтеру в своей поэме «Руслан и Людмила» (но, повзрослев, Пушкин адресует в адрес «французского наставника» весьма критическое произведение).


Бюст Вольтера

Помимо прочего, Франсуа-Мари Аруэ отличился и философской прозой, которая приобрела невиданную популярность среди современников. Мастер пера не только погружал держателя книги в приключенческие истории, но и заставлял задумываться о тщетности бытия, величестве человека, а также о бессмысленности чистого оптимизма и абсурдности идеального пессимизма.

Произведение «Простодушный», вышедшее в 1767 году, рассказывает о злоключениях приверженца «теории естественного права». Эта рукопись является смесью лирической стихии, романа-воспитания и философской повести.

Сюжет вращается вокруг типичного персонажа – благородного дикаря, эдакого Робинзона Крузо эпохи Просвещения, который иллюстрирует врожденную нравственность человека до его соприкосновения с цивилизацией. Но также стоит обратить внимание на новеллу Вольтера «Кандид, или Оптимизм» (1759), которая вмиг стала мировым бестселлером.

Сочинение долгое время пылилось за беспросветным занавесом, так как произведение было запрещено из-за непристойности. Интересно то, что сам сочинитель «Кандида» считал этот роман глупостью и даже отказывался признавать свое авторство. «Кандид, или Оптимизм» чем-то напоминает типичный плутовской роман – жанр, сложившийся в Испании. Как правило, главное действующее лицо такого произведения – авантюрист, который вызывает симпатию.


Книга Вольтера «Кандид, или Оптимизм»

Но самая цитируемая книга Вольтера наделена абсурдом и гневным сарказмом: все приключения героев придуманы для того, чтобы высмеять общество, правительство и церковь. В особенности попал под опалу саксонский философ Готфрид Лейбниц, пропагандирующий учение, описанное в «Теодицее, или Оправдании Бога».

Римско-католическая церковь занесла эту книгу в черный список, однако это не помешало «Кандиду» снискать поклонников в лице Александра Пушкина, Гюстава Флобера, Федора Достоевского и американского композитора Леонарда Бернстайна.

Вольтер – царедворец

Карьера Вольтера – придворного была довольно короткой и весьма неудачной. В 1745 году он был назначен историографом Франции, а в 1746 году его назначили действующим членом Французской Академии наук.

И в этот момент философ хотел снискать одобрение короля и получить постоянные доходы от казны, но все его творчество, известное правительству, так и не снискало одобрения короны.

Смерть его возлюбленной маркизы дю Шатле, разочарование в высшем свете, равнодушие короля — все это подвигло философа искать прибежища в Пруссии, при дворе короля Фридриха II. Их отношения завязались еще в 1736 году, когда молодой кронпринц обратился с восторженным письмом к Вольтеру. Теперь (в 1750) Вольтер уехал из Франции в Пруссию, где он надеялся снискать понимание и уважение, а также рассчитывал на щедрость и доброжелательность короля – философа.

Но при прусском дворе Вольтер пробыл недолго, всего три года. За это время он обнаружил в своем «друге» не только широту взглядов и острый ум, но и деспотичность, чванcтво и неприятие чужих точек зрения. Поэтому в 1753 году он выехал из Пруссии и почти целый год путешествовал по Европе, пока в 1754 году не осел в Швейцарии.

Создание «Энциклопедии»

В Швейцарии неподалеку от Женевы Вольтер купил маленькое имение и назвал его «Отрада». Именно здесь совместно с Дени Дидро и Жаном Д,Аламбером была создана знаменитая «Энциклопедия», прославившая имена этих философов на весь мир.

Уже в 1755 году в пятом томе издания вышли статьи «Дух и душа», «Красноречие», «Изящество», принадлежащие перу Вольтера.

В своей статье «История» философ усомнился во многих исторических событиях и их правильном освещении, особенно в той ее части, где описывались различные чудеса и видения.

В очерке «Идолы и идолопоклонство» он упрекал христиан в поклонении идолам не менее чем язычники, только христиане при этом прикрываются высшими идеями и красивыми словами, но жертвы приносят не прямо, как это было у язычников, но тайно под покровом темноты и невежества.

В 1757 году вышла статья «Женева», наделавшая много шума и позднее признанная неудачной. В этой статье Вольтер ополчился против теоретиков реформаторской церкви и, в частности, Жана Кальвина.

С одной стороны он воспевал свободолюбивых швейцарцев и их политический строй, и это звучало как критика французской политики. Но с другой стороны Вольтер показывал Кальвина и его последователей как людей, опьяненных одной идеей и ради этого способных инициировать еще одну «Варфоломеевскую ночь».

Эта статье негативно отразилась не только на отношении к самому Вольтеру, но и поставила под сомнение авторитет его друзей – философов.

Вольтер.Жизнь и творчество. «Заира», «задиг или Судьба»

В повестях Вольтер не стремится дать психологический портрет героя или точно обрисовать его характер, но зато он дает предельно заостренное сатирическое изображение социального зла, жестокости и бессмысленности сужествующих общественных институтов и отношений.

В повести «Задиг» (1747) действие происходит на Востоке, который скорее представляет условность либо маскарад для изображения жизни в современной Франции. Задиг испытывает множество несчастий, приключений, но в финале он женится на своей возлюбленной Астарте и становится. Он составляет счастливое исключение – у него есть друг и его любит его жена, а его страной управляют справедливость и любовь.

Философская проза[править | править исходный текст]

Отсюда наметился естественный переход к прозе, к философскому роману («Видение Бабука», «Задиг или судьба», «Микромегас», «Кандид», «Сказка о вавилонской принцессе», «Scarmentado» и другие, 1740—60-х гг.), где на стержне приключений, путешествий, экзотики Вольтер развивает тонкую диалектику взаимоотношений случайности и предопределенности («Задиг или судьба»), одновременной низменности и величия человека («Видение Бабука»), нелепости как чистого оптимизма, так и чистого пессимизма(«Кандид»), и о единственной мудрости, заключающейся в убеждении познавшего все превратности Кандида, что человек призван «возделывать свой сад» или, как похожим образом начинает понимать Простодушный из одноименной повести, заниматься своим делом и пытаться исправлять мир не громкими словами, а благородным примером.

Как для всех «просветителей» XVIII века, художественная литература была для Вольтера не самоцелью, а лишь средством пропаганды своих идей, средством протеста против самодержавия, против церковников и клерикализма, возможностью проповедовать веротерпимость, гражданскую свободу, и т. д. Соответственно этой установке, его творчество в высокой степени рассудочно и публицистично. Все силы «старого порядка» яростно поднялись против этого, как его окрестил один из его врагов, — «Прометея», низвергающего власть земных и небесных богов; в особенности усердствовал Фрерон, которого Вольтер заклеймил своим смехом в ряде памфлетов и вывел в пьесе «Шотландка» под прозрачным именем доносчика Фрелона.

Важным этапом в развитии западноевропейской драматургии XVIII века стал выход в свет трагедии Вольтера «Заира» в 1732 году. Пьеса была высоко оценена современниками. «Разве есть у Корнеля хоть одна трагедия, которая бы наполовину растрогала нас так, как «Заира» Вольтера?» — восклицал Г.-Э. Лессинг в одном из писем о новейшей немецкой литературе.

Произведение ознаменовало собой отход от старых принципов «высокого» классицизма, обусловленный переосмыслением отношения к миру. Под влиянием идей Просвещения главной в классицистических трагедиях стала тема свободы. Просветительский классицизм подразумевал не столько психологический конфликт героя, сколько столкновение личности с враждебными ей силами общества.

Темой трагедии Вольтера является столкновение разных идеологий и их воздействие на людей. В «Заире» Вольтера, как истинного просветителя, конфликт, состоящий в противоборстве долга и чувства (религии и любви), приобрел философское и политическое значение.

Сюжет трагедии относится к эпохе крестовых Походов на Восток против мусульман (1096-1270). Обусловленные духом времени, крестовые Походы призваны были разрешить религиозные противоречия между Европой и Востоком, однако усугубили неизбежность столкновения двух миров. Проблема межконфессиональной толерантности, осуждение религиозного фанатизма, представленные в основе драматургического конфликта, взаимосвязаны с проблемой власти.

Французская классицистическая трагедия во многом определила становление аналогичной жанровой разновидности в Англии. В 1735 году английский драматург и литературный критик Аарон Хилл опубликовал перевод английский трагедии Вольтера.

Действие трагедий разворачивается на фоне экзотического Востока, во дворце иерусалимского султана. Оросман полюбил Заиру, одну из своих невольниц. Чувства героев взаимны, но подруга по гарему напоминает Заире о её христианском долге: любить последователя ислама для героини — вероотступничество. Из Европы прибывает христианский рыцарь Нерестан. Оросман, восхищенный его отвагой, некогда разрешил ему вернуться на родину и привезти выкуп за себя. Нерестан привез золото и хочет выкупить десять христиан, а султан освобождает без выкупа сто человек и среди них старца Люзиньяна, двадцать лет томившегося в неволе. Заира отказывается ехать с христианами из-за любви к Оросману. Внезапно Люзиньян по кресту на шее узнает в Заире и Нерестане своих давно потерянных детей. Заира перед выбором: вернуться на родину и принять христианство, тем самым предать свои чувства, или стать «женой иноверца» и пойти против отца и брата. Султану приносят перехваченное письмо Нерестана к Заире, в котором рыцарь просит её о свидании. Оросман не знает, что это брат его возлюбленной, мучается, ревнует. Вопреки ожиданиям правителя, Заира посылает раба с утвердительным ответом. Заира «изменила», и Оросман, уязвленный в своем доверии убивает её. Приводят закованного в кандалы. Истина разъясняется: Оросман в ужасе от своей роковой ошибки, закалывает себя.

Следует отметить, что Вольтер известен своими заимствованиями из творчества Шекспира. В трагедии «Заира» критики провели параллели с пьесой Шекспира «Отелло»:

From rack’d Othello’s rage he rais’d his style, And snatch’d the brand that lights this tragic pile…

Кроме того, образ султана в обеих трагедиях содержит прямой намек на главного героя одноименной пьесы Шекспира. А.С. Пушкин прямо называл трагедию Вольтера подражанием Шекспиру, Г.-Э. Лессинг — «слабой копией», а сам А. Хилл в создаваемом им журнале «Промтер» («Суфлер», 1734-1736) указал на отчетливые отголоски шекспировских пьес в своей трагедии. Так или иначе, являясь почитателями творчества английского драматурга, оба автора раскрыли в своих пьесах собственное понимание шекспировской трагедии, суть трагического конфликта.

Творчество в Фернее

Опасаясь репрессий со стороны швейцарского духовенства, Вольтер решил себя обезопасить и приобрел два небольших поместья по обе стороны женевского озера, вблизи границы с Францией.

Поместье Ферней стало его небольшим государством, где он творил расправу и суд, уподобляясь «просвещенным монархам». К этому времени материальное положение Вольера значительно улучшилось, и он смог позволить себе почти роскошный образ жизни. Он получал несколько пансионов от власть имущих из разных стран мира. Плюс полученное наследство от родителей, переиздание его литературных произведений, и умение правильно вести финансовые операции – все это к 1776 году превратило некогда бедного философа в одного из богатейших людей Франции.

Именно поместье Ферней стало местом паломничества философов изо всех стран мира. Здесь Вольтер провел почти двадцать счастливых лет. Все просвещенные путешественники считали своим долгом посетить философа – отшельника. Именно отсюда он вел обширную переписку, причем со многими августейшими особами: прусским королем Фридрихом II, российской императрицей Екатериной Великой, польским монархом Станиславом Августом, королем Швеции Густавом III и королем Дании Христианом VII.

Даже в возрасте 65 лет, Вольтер писал и отправлял сотни писем. По заказу российского правительства он написал «Историю Российской империи при Петре Великом», опубликованную в 1763 году. Его произведение показывало Петра Алексеевича, как великого реформатора, сумевшего порвать с варварством и невежеством.

Именно в фернейский период были написаны известнейшие повести «Кандид» и «Простодушный», показывающие ложь и лицемерие современного общества.

В это же время Вольтер ополчился на роль католической церкви в политических гонения и защищал ее жертвы, таких видных деятелей как Серлен, Калас, граф де Лалли, шевалье ле Ла Бар. Воззвание философа из письма к Аламберу (1760 г): «Раздавите гадину!»- было направлено против католицизма и абсолютной власти иезуитов.

Впрочем, не менее известна и другая крытая фраза Вольтера: «Если бы Бога не было, его бы следовало придумать». Он, как истинный сын своего времени, считал, что только религия может сдерживать народ, и только помощь церкви поможет правительству держать третье сословие в узде.

Смерть в Париже

На склоне лет, в 1778 году философ решил в последний раз посетить город своего детства и юности. В феврале он прибыл в Париж, где был встречен с огромным воодушевлением.

Посещение столицы Франции было очень насыщенным: Вольтер посетил несколько раз заседания французской Академии наук, увидел премьерный спектакль своей пьемы «Ирен», вступил в массонскую ложу «Девять сестер», а спустя три месяца умер.

Понимая перед своей кончиной, что католическая церковь попытается отомстить ему за все нападки, он формально исповедовался и причастился. Но архиепископ Франции Кристоф де Бомон посчитал, что раскаяние еретика было явно недостаточным, и отказал философу в христианском погребении.

Близкие философа вывезли его тело в Шампань, где он и был похоронен. Такое небрежение к всемирно известному человеку, прославившему свою Родину, вызвало негодование у широких кругов населения. В 1791 году тело философа торжественно ввезли в Париж, где оно было вновь захоронено в Пантеоне, служившим усыпальницей для всех известных людей Франции.

Основные идеи Вольтера (кратко)

Основные идеи философов эпохи Просвещения заключались в нравственном перевоспитании общества, которое должно подняться на революцию и завоевать свою свободу с оружием в руках.

Вольтер был противником существующей материалистической школы, и придерживался эмпирического (опытного) направления в науке.

Философ отстаивал естественные права и свободы каждого человека: жизнь, свободу, безопасность, право собственности и всеобщее равенство без классов и сословий. При этом он понимал, что люди лживы и злы по своей природе, поэтому общество должно создать разумные законы для гармонизации общественных отношений.

Интересно, что отстаивая равенство, Вольтер, тем не менее делил общество на две большие группы: богатых и образованных людей и необразованных и небогатых, которые должны трудиться на высший класс. При этом бедным и трудящимся не обязательно давать образование, поскольку их ненужное образование и неверные рассуждения могут погубить весь государственный строй.

Популярные темы сообщений

  • Город Махачкала
    Махачкала — столица Дагестана, город в котором проживают очень отзывчивые и гостеприимные люди. Численность населения на сегодняшний день составляет более 600 000 тысяч человек. Большую часть населения занимают молодые семьи.
  • Санитарно эпидемиологическом благополучии населения
    Вспышки эпидемий веками уносили миллионы жизней. В наше время положение улучшилось, но опасность не ликвидирована полностью. В наше время государство предпринимают меры для предотвращения массовой гибели людей от распространения заразных заболеваний.
  • Австрия
    Австрия маленькая страна, размещённая в середине Европы. Население составляет 7600000 чел. Малая площадь примерно 84 000 кв. км. Столицей этого государства является — Вена. Австрию называют – Австрийская республика. Она была создана 1918,

Философия Вольтера (кратко)

Любая философская школа должна, прежде всего, отвечать на вопрос, интересующий все просвещенное человечество с древнейших времен. Это вопросы: «Кто я? Для чего пришел в этот мир? В чем заключается смысл человеческого существования?»

В своих философских трудах Вольтер причиной всех зол в обществе считал католическую церковь и ее абсолютную власть над миром. Если судить по церковным канонам, то человек живет и умирает по воле Бога, и не может противиться божественному провидению.

Именно церковь уничтожает свободу совести и свободу слова. Но Вольтер, как истинный сын своего времени, не мог отрицать существование Бога и необходимость религии. При этом он считал, что доказательства существования Бога должны быть добыты эмпирическим путем, а не слепой верой.

При всех свободолюбивых взглядах Вольтер не был сторонником демократии, он ратовал за «просвещенную монархию». Он боялся народовластия и считал, что народ нужно держать в узде. При этом философ резко критиковал устои феодального общества, его законы и сословные предрассудки. Все произведения его пронизаны гуманизмом и толерантностью.

Вольтер и его философия

Франсуа-Мари Аруэ

При рождении Вольтеру – французскому философу – было дано имя Франсуа-Мари Аруэ. Он является крупнейшим французским-философом-просветителем $18$ века, также поэтом, прозаиком, сатириком, трагиком, историком, публицистом.

Философия

В философских взглядах Вольтер является сторонником эмпиризма по взглядам английского философа Локка . Учение Локка Вольтер старался пропагандировать в своих письмах философской направленности. В то же время Вольтер выступал против французских материалистических течений философии, а именно барона Гольбаха, против его было направлено письмо Вольтера под названием «Письмо Меммия к Цицерону» .

В вопросах о духе Вольтер колеблется между отрицаниями и утверждениями бессмертия души, в вопросах свободы воли его взгляды направлены, и данные взгляды нерешительны, но он всё-таки переходит от индетерминизма к детерминизму. Свои важные философские статьи Вольтер напечатал в «Энциклопедии» и после этого издаёт отдельной книгой. Поначалу заглавие - «Карманный философский словарь». В данном труде Вольтер проявляет себя борцом против идеализма и религиозных течений, которые опираются на научное достижение своего времени. Многочисленные статьи полны критики по поводу религиозного представления христианской церкви, религиозной морали, также он обличающе пишет о преступлениях, совершенных христианской церковью.

Главные философские принципы

Замечание 1

Вольтер является представителем школы естественного права, поэтому он считает, что каждый индивид имеет право на существование в отношении его на неотчуждаемые естественные права, такие, как свобода, наличие собственности, безопасности, равенство.

Позитивные законы

Вместе с естественными законами философ-мыслитель рассматривает позитивные законы. По его мнению, они необходимы, потому что он считает, что «люди злы». Каждый пункт позитивного закона был призван давать гарантию для естественных прав человека. Большинство позитивных законов представляются философу несовершенными, он даёт им следующую окраску, что они несправедливы, воплощают лишь человеческое невежество.

Социально-философский взгляд

По социальному мировоззрению Вольтер является сторонником неравенства. Согласно его философии, общество должно подразделяться на «образованных и богатых» и на тех, кто, «ничего не имея», должен на них работать или им доставлять удовольствие. Он говорит о том, что трудящемуся человеку не нужно поэтому образование. По письмам Вольтера, где он пишет о народе следующее, что «если народ начнёт рассуждать, всё погибло». Когда Вольтер печатал «Завещание» Мелье, он выкидывает всю его острую критику частной собственности, которую находит «возмутительной». По данной точке зрения можно и объяснить его отрицательное отношение к Руссо, хотя в их взаимоотношениях и имелся налицо личный элемент.

Философская проза

Замечание 2

Согласно строению Вольтера в философских взглядах, намечается естественный переход к прозе, а конкретнее к философскому роману. По данной тематике написаны следующие романы: «Видение Бабука», «Простодушный», «Задиг, или Судьба», «Микромегас», «Кандид, или Оптимизм», «Царевна Вавилонская», «Scarmentado» и другие. Он писал в данном направлении с $1740$ по $1760$ год.

В данных произведениях через стержень приключений, путешествий, экзотики Вольтер затрагивает тонкости диалектики взаимовлияния случайностей и предопределенностей («Задиг или судьба»), одновременных критериев низменности и величия человека («Видение Бабука»), нелепости как чистого оптимизма, так и чистого пессимизма («Кандид»). А также Вольтер рассуждает по поводу единственной мудрости, которая заключается в убеждениях Кандида, который познал все изгибы и превратности жизни. Вольтер через главного героя Кандида передаёт, что человек призван «возделывать свой сад».

Вольтер реферат по философии - Docsity

Содержание: 1. Введение. 2. Жизнь и труды Вольтера. 3. Философские взгляды Вольтера. Часть 1. Отношение Вольтера к религии и Богу. Часть 2. Основные положения философии Вольтера. Введение. В феодальной Франции 18 века сложилась нетерпимая обстановка. Старый порядок вещей час от часу становился нелепее и губительнее для нации. Иногда хлеба, производимого в стране, хватало только на четыре – пять месяцев. Через каждые три года наступал голод, хлебные бунты потрясали страну; в 1750 году восставшие ремесленники парижских предместий призывали сжечь в Версале королевский дворец. Зависимый от сеньора крестьянин не хотел больше трудиться на полях: после налогов, поборов, податей, прямых и косвенных, у него ничего не оставалось и он бежал из деревни в поисках хоть какого-нибудь заработка или попросту становился нищим. Дворяне – вельможи, оставив свои пустующие замки, парки и огромные охотничьи заповедники, жили при дворе, заполняя свой досуг дворцовыми сплетнями, интригами и мелочными претензиями. У короля было десять дворцов. На их содержание тратилась четвертая часть государственного дохода. Денег требовали фаворитки, придворные, многочисленная королевская родня, - а государственная казна была пуста. В стране насчитывалось четыре тысячи монастырей, шестьдесят тысяч монахов и монахинь, шесть тысяч священников, столько же церквей и часовен. Два привилегированных сословия – духовенство и дворянство владели почти половиной национальных земель, самых лучших. На этих землях стояли дворцы и замки с роскошной мебелью, картинами, мраморными статуями и огромным количеством прислуги – и все это требовало денег, денег, денег. Между тем то, что могло усилить приток этих денег, иначе говоря, материальное производство страны развивалось крайне медленно. "Третье сословие" – купцы, владельцы мануфактур, то есть богатевшая и набиравшая силу буржуазия, - было сковано в своей инициативе, ограничено в деятельности полным политическим бесправием. Государственная система сословной монархии устарела и мешала развитию производительных сил. Экономические, социальные, политические и культурные условия жизни французского общества рассматриваемого периода не могли обойтись без коренной ломки. Назревала буржуазная революция конца 18 века. Такова была Франция второй половины – конца 18 века, века Просвещения, века Вольтера, который раньше других почувствовал приближение грядущих перемен и вместе с лучшими умами своей страны содействовал идеологической подготовке революционного взрыва. Говоря об отношении Вольтера к абсолютной власти, нельзя не упомянуть его трагедию "Фанатизм, или пророк Магомет, которая была поставлена еще в 1741 году в Лилле и в 1742 году в Париже. И снова лукавству Вольтера нет предела: обличая по видимости зло ислама, он в действительности бросал вызов всем церквам, пророкам и всем "сильным мира сего". В сущности, Вольтер ведет в этой трагедии развернутый спор с широко известным политическим деятелем, итальянцем Николо Макиавелли, который в трактате "Государь" (1515) провозгласил, что все средства хороши для достижения власти правителем и ее удержания. Вольтеровский Магомет – персонаж отрицательный – как бы воплощает в себе качества "идеального" государя по программе Макиавелли, но именно это и делает его тираном. Любопытно, что молодой прусский принц, впоследствии король Фридрих II, не без влияния Вольтера взялся за написание трактата "Анти-Макиавелли". Главное, за что Вольтер осуждает Магомета, - это его глубокое презрение к народу, отношение к массе как к толпе рабов, приносимых в жертву его личному эгоизму и честолюбию. Богов среди людей нет; всякое обожествление отдельной личности ведет, в конце концов, к бесконтрольной ее власти над другими людьми, к тирании, - такова мысль Вольтера. Она красной нитью проходит по всей пьесе, проблематика которой чрезвычайно характерна для эпохи Просвещения 18 века, когда ставился под вопрос самый принцип абсолютной монархии, и подвергалась острой критике ее опора – католическая церковь. По приглашению Фридриха II Вольтер выезжает в Пруссию. Там, в 1752 году, он пишет маленькую философскую повесть "Микромегас", которую сам считал пустячком. А между тем этот прелестный пустячок до сих пор читается с увлечением. В наши дни тема космического путешествия в произведении, написанном более двухсот лет назад, кажется чуть ли не научным предвидением. Но у повести другая задача. Создавая "Микромегаса", Вольтер меньше всего помышлял о научной фантастике. Жители Сатурна и Сириуса понадобились ему лишь для "освежения" читательского восприятия, - прием, которым он пользуется почти в каждой своей философской повести. Прием этот состоит в том, что обычные вещи ставятся на обозрение "чужих", сторонних для данного строя жизни персонажей, способных по-новому, критически- беспристрастно оценить устоявшийся порядок вещей. У этих "новичков" особо острое зрение, не ослабленное привычкой, предвзятостью, догмой, они сразу замечают отрицательные явления и нелепости, с которыми люди свыклись, смирились и приняли за норму. В "Микромегасе" нелепости европейской цивилизации выявлены и увидены глазами пришельцев из космоса. Повесть "Микромегас" – философская по преимуществу. Здесь упоминаются имена философов Лейбница, Мальбранша, Паскаля, с которыми не соглашался Вольтер, имена Локка и Ньютона, которых он всячески пропагандировал. Здесь рассуждения о гносеологических проблемах, и системе восприятий, об ощущениях, здесь поставлены нравственно-философские вопросы. Но главная мысль Вольтера сводится к тому, что люди не умеют быть счастливыми, что они ухитрились сделать свой крохотный мир полным зла, страданий и несправедливости. Читатель узнает, что планета наша бесконечно мала в масштабах мироздания, что человек бесконечно мал в масштабах этой бесконечно малой планеты. Ироническое смещение масштабов помогает Вольтеру разрушить незыблемые, казалось бы, средневековые авторитеты, показать мнимость земного величия "сильных мира" и нелепость устоявшихся государственных порядков его времени. Земля – это лишь комочек грязи, маленький муравейник; Средиземное море – болотце, а Великий океан – крохотный прудок. И споры из-за лишнего отрезка этого "комочка грязи" вздорны, смешны; а между тем люди, по воле своих правителей, истребляют друг друга в абсурдных и губительных войнах. "Мне даже хотелось… тремя ударами каблука раздавить этот муравейник, населенный жалкими убийцами, " – говорит разгневанный житель Сириуса. "Не трудитесь. Они сами … трудятся над собственным уничтожением, " – отвечает житель Сатурна, - это высказывание и сегодня не потеряло своей актуальности, а в свете последних событий – глобальный терроризм и неадекватные меры борьбы с ним, - приобрело особую остроту. Нелепость положения вещей заключается в том, что люди могли бы жить счастливо, ибо как ни мала наша планета – она прекрасна. Космические пришельцы в восторге от нее, да и от разума человеческих существ. Но беда в том, что человеческое общество плохо устроено и должно быть переделано на основах разума. Люди, "мыслящие атомы", по выражению гиганта Микромегаса, должны бы были "вкушать самые чистые радости" на своей планете, проводить свои дни "в любви и размышлениях", как и подобает истинно разумным существам. В 1753 году Вольтер покидает двор Фридриха II. По сути, он бежит из Пруссии, с лихвой насмотревшись мерзостей и во дворе короля и за его стенами. Свои впечатления он описал потом в "Мемуарах", которые побоялся напечатать и даже, по слухам, пытался уничтожить. Вездесущие издатели, однако, не дремали, и книжечка вышла в свет, едва Вольтер умер, и даже в одной из тайных типографий Берлина, под боком у самого Фридриха II. Покинув пределы прусского государства, Вольтер какое-то время скитался, не находя постоянного пристанища, и наконец обосновался своим домом, купив неподалеку от швейцарской границы (ради безопасности!) замок Ферне. Здесь, скрываясь в своей спальне и сказываясь больным, чтобы не мешали докучливые гости, он читает, пишет, диктует, отправляя в иной день до тридцати писем во все уголки Европы. Его голова полна самых обширных планов, а мир требует его постоянного вмешательства. Вся творческая деятельность Вольтера, с самого начала и до конца, имела ярко выраженную политическую направленность. Он был, прежде всего, общественным деятелем. И, пожалуй, венцом этой деятельности явилось разоблачение им "убийства, совершенного людьми в судейских мантиях" (письмо к д'Аржанталю, 29 августа 1762 г.), - в знаменитом, взбудоражившем всю Европу (благодаря Вольтеру) "деле Каласа", протестанта, зверски казненного 9 марта 1762 года в Тулузе по религиозным мотивам. Нелепость обвинения, жестокость пыток и казни (колесование, сожжение), кликушество, изуверство, разгул фанатических страстей обрели под просветительским пером Вольтера зловещие черты всеобщности – невежества, мракобесия, дикости нравов века. Каласа посмертно оправдали. В 1793 году Конвент постановил воздвигнуть мраморную колонну "Каласу – жертве фанатизма" на месте его казни. "Философия одержала победу!" – торжествовал Вольтер (письмо к д'Аржанталю, 17 марта 1765 г.). Имя Вольтера зазвучало в речи далеких от литературы и философии, "некнижных" людей как имя защитника угнетенных и "бича угнетателей". "Мир яростно освобождается от глупости. Великая революция в умах заявляет о себе повсеместно, " – сообщал Вольтер своим друзьям. Теперь, у берегов Женевского озера, почти свободный, почти независимый, дряхлый телом, юный душой и умом, Вольтер создавал свои художественные шедевры. В 1758 году он написал лучшую свою философскую повесть "Кандид, или Оптимизм". Здесь снова поднимается вопрос о нравственном смысле мира. Уместно вспомнить некоторые детали духовной жизни XVII –XVIII веков. Знаменитый астроном Кеплер в 1619 году в сочинении "Гармония миров" установил законы движения планет, - все в мире предстало упорядоченным и целесообразным. Позднее Лейбниц развил учение о мировой гармонии. Добро и зло оказались в его понимании равно необходимыми и как бы уравновешивали друг друга. С этим согласились многие умы, в том числе и Вольтер. Но вот в 1755 году землетрясение разрушило город Лиссабон. Погибло более тридцати тысяч его жителей. Вопрос о мировом зле снова стал свободный. Таким образом, по Вольтеру — Бог не всемогущий, а просто самый могущественный; не абсолютно, а самый свободный. Такова вольтеровская концепция Бога, и если судить по ней о взглядах философа, то его можно отнести к деистам. Но деизм Вольтера есть по сути своей замаскированный атеизм и материализм, так как, по-моему, Бог Вольтеру нужен, чтобы жить в мире с самим собой и иметь отправную точку для размышлений. Вольтер писал: «Утешимся в том. что мы не знаем соотношений между паутиной и кольцом Сатурна, и будем продолжать исследовать то, что нам доступно». По-моему, именно этим он и занимается. И, считая дальнейшее изучения бытия недоступным, Вольтер переходит к рассуждениям на тему религии. Здесь надо отметить, что Вольтер всегда чётко разделял философию и религию: «Никогда не надо впутывать Священное писание в философские споры: это совершенно разнородные вещи, не имеющие между собой ничего общего». В философских спорах речь идёт лишь о том, что мы можем познать на собственном опыте, поэтому не следует прибегать к Богу в философии, но это не значит, что философия и религия несовместимы. В философии к Богу нельзя прибегать лишь тогда, когда надо объяснить физические причины. Когда же спор идёт о первичных принципах, обращение к Богу становится необходимым, так как, если бы мы познали наше первичное начало, мы бы всё знали о будущем и стали бы богами для себя. Вольтер считает, что философия не повредит религии, так как человек не способен разгадать, что есть Бог. «Никогда философ не говорит, что он вдохновлён Богом, ибо с этого момента он перестаёт быть философом и становится пророком.» Выводы философов противоречат канонам религии, но не вредят им. Что же понимает Вольтер под словом «религия»: постоянно»? Во-первых, Вольтер в своих работах развенчивает официальную религию, так как, по его мнению, официальная религия сильно отличается от истинной. А идеальная религия (которая и является истинной) — это религия, единящая нас с богом в награду за добро и разъединяющая за преступления, «религия служения своему ближнему во имя любви к Богу, вместо преследования его и убиения его во имя Бога». Это религия, которая «учила бы терпимости по отношению к остальным и, заслужив, таким образом, всеобщее расположение, была бы единственной, способной превратить человеческий род в народ братьев… Она не столько бы предлагала людям искупление прегрешений, сколько вдохновляла бы их к общественным добродетелям… не разрешала бы (своим служителям) узурпировать… власть, способную превратить их в тиранов.» Именно этого не хватает христианской религии, которую Вольтер считал единственно верной, причём настолько верной, что « она не нуждается в сомнительных доказательствах». Вольтер всегда крайне негативно относился к религиозным фанатикам, считая, что они способны принести гораздо больше вреда, чем все атеисты. Вольтер — решительный противник религиозной нетерпимости. «Всякий, кто скажет мне: «Думай как я или Бог тебя покарает», говорит мне: «думай как я или я тебя убью». Источником же фанатизма является суеверие, хотя само по себе оно может быть безвредным патриотическим энтузиазмом, но не опасным фанатизмом. Суеверный человек становится фанатиком, когда его толкают на любые злодейства во имя Господа. Если закон преступают верующий и неверующий, то первый из них остаётся всю жизнь монстром, второй же впадает в варварство лишь на мгновение, потому что «последний имеет узду, первого же ничто не удерживает». «Наиболее глуп и зол тот народ, который «более других суеверен», так как суеверные считают, будто они выполняют из чувства долга то, что другие делают по привычке или в припадке безумия». Суеверие для Вольтера — смесь фанатизма с мракобесием. Фанатизм же Вольтер считал злом большим, чем атеизм: «Фанатизм тысячекрат гибельнее, ибо атеизм вообще не внушает кровавых страстей, фанатизм же их провоцирует; атеизм противостоит преступлениям, но фанатизм их вызывает». Атеизм, — считает Вольтер, — это порок некоторых умных людей, суеверие и фанатизм — порок глупцов. Вообще, атеисты — большей частью смелые и заблуждающиеся учёные. Вообще-то, Вольтер неоднозначно относился к атеизму: в чём- то он его оправдывал, (атеисты «попирали ногами истину, ибо она была окружена ложью»), а в чём-то, наоборот, обвиняет («он почти всегда оказывается гибельным для добродетели»). Но всё-же, как мне кажется, Вольтер был больше атеистом, нежели верующим. Вольтер явно симпатизирует атеистам и убеждён, что общество, состоящее из атеистов возможно, так как общество формирует законы. Атеисты, будучи притом и философами, могут вести очень мудрую и счастливую жизнь под сенью законов, во всяком случае, они жили бы в обществе с большей лёгкостью, чем религиозные фанатики. Вольтер всё время сравнивает атеизм и суеверие, и предлагает читателю избрать меньшее зло, в то время как сам он сделал свой выбор в пользу атеизма. Конечно, несмотря на это, нельзя назвать Вольтера поборником атеистических идей, но его отношение к Богу и религии таково, что Вольтера можно отнести к тем мыслителям, которые так до конца и не определились в своём отношении к вере. Тем не менее, можно сказать, что Вольтер строго разграничивает веру в Бога и религию. Он считает, что атеизм лучше слепой веры, способной породить не просто суеверие, а предрассудки, доведённые до абсурда, а именно фанатизм и религиозную нетерпимость. «Атеизм и фанатизм — два чудища, способные разодрать на части и пожрать общество, однако атеизм в своём заблуждении сохраняет свой разум, вырывающий зубы из его пасти, фанатизм же поражён безумием, эти зубы оттачивающим.» Атеизм может, самое большее, позволить существовать общественным добродетелям в спокойной частной жизни, однако, среди бурь жизни общественной он должен приводить к всевозможным злодействам. «Атеисты, держащие в своих руках власть, были бы столь же зловещи для человечества, как и суеверные люди. Разум протягивает нам спасительную руку в выборе между двумя этими чудищами». Вывод очевиден, так как известно, что Вольтер превыше всего ценил разум и именно его считал основой всего. Таким образом, атеизм Вольтера — это не привычный наш атеизм, категорически отрицающий существование Бога и всего того, что недоступно человеческому разуму, а скорее просто выбор из двух зол меньшего, причём выбор этот Вольтер сопровождает довольно-таки убедительными доказательствами того, что именно это зло является меньшим. преклоняюсь перед Богом, помогающим мне мыслить, не зная при этом, каким образом я мыслю.» Мысль у Вольтера — не творение материи, так как она не обладает её свойствами (дробиться, например,), следовательно, это не есть сложная материя, она - творение Бога. Все части человеческого тела способны на ощущения, и незачем искать в нём субстанцию, которая бы чувствовала вместо него. «Я совершенно не понимаю, с помощью какого искусства движения, чувства, идеи память и рассуждение размещаются в этом кусочке организованной материи, но я это вижу, и сам для себя являюсь тому доказательством». Разнообразие человеческих чувств, как считает Вольтер, — это вовсе не следствие того, что у нас несколько душ, каждой из которых мы способны чувствовать что-то одно, а следствие того, что человек попадает в различные обстоятельства. Вообще, чувства у Вольтера занимают далеко не последнее место в его рассуждениях об основных философских понятиях, таких как «идеи», «принципы», «добро», «свобода». Например, он пишет, что все идеи мы получаем при помощи чувств от внешних объектов, то есть, у нас нет ни врождённых идей, ни врождённых принципов. «Идеи — от чувства опыта», — вот концепция, выдвинутая Вольтером, причём чувства всегда достоверны, но чтобы вынести правильное суждение, определение, надо воспринять его не одним, а как минимум несколькими чувствами. Несмотря на важную роль, отводимую Вольтером чувствам, он, судя по всему, ставит мысль выше: «Я признаю, что не льщу себе мыслью, будто бы я имел идеи в том случае, если бы всегда был лишён всех моих пяти чувств; но меня не убедят в том, что моя мысленная способность — следствие пяти объединённых потенций, поскольку я продолжаю думать и тогда, когда теряю их одну за другой». Нашими первыми идеями являются наши ощущения, потом появляются сложные идеи из ощущений и памяти (память — способность увязывать понятия и образы «и связывать с ними поначалу какой-то небольшой смысл»), затем мы подчиняем их общим идеям. Итак, «все обширные познания человека вытекают из единственной этой способности сочетать и упорядочивать, таким образом, наши идеи». Как уже говорилось, основная цель Вольтера — изучать то, что ему доступно. Поэтому, изучая идеи, чувства, мышление и т. п., он только делает попытку объяснить как они взаимосвязаны и, по возможности, установить их источник, но он считает, что «задаваться вопросом, каким образом мы мыслим и чувствуем, и как наши движения подчиняются нашей воле», то есть механизмы возникновения идей и чувств, — «значит выпытывать у Творца его тайну.» 16 Большой интерес представляют вольтеровские размышления о жизни, об основных принципах её устройства, о человеке и обществе. Здесь его взгляды весьма прогрессивны (естественно, для того времени, так как сейчас известны и более смелые идеи). Вся наша жизнь — «удовольствие и страдание», которые даны нам от Бога, так как мы сами не можем быть причиной собственных страданий. Хотя люди и считают, что всё делают справедливо и разумно, их поступками во всех случаях жизни руководит рутина; размышлению же они обычно предаются крайне редко, по особым случаям и, как правило, когда на него уже не осталось времени. Даже те действия, которые кажутся следствием воспитания и образованности ума, «Являются на самом деле инстинктами. Все люди ищут удовольствий, только те, кто имеет более грубые органы чувств, ищут ощущений, в которых душа не принимает участия; те же, кто обладает более утончёнными чувствами, стремятся к более изящным забавам». Все поступки людей Вольтер объясняет любовью к себе, которая «столь же необходима человеку, сколь кровь, текущая в его жилах», а соблюдение собственных интересов он считает двигателем жизни. Наше самолюбие «подсказывает нам уважение к самолюбию других людей. Закон направляет эту любовь к себе, религия её совершенствует». Может показаться, что Вольтер, вообще говоря, невысокого мнения о людях, так как все их поступки он объясняет низменными причинами, но, по-моему, он всё-таки прав. Ведь объясняя наши поступки стремлением к удовольствию, он не ставит его целью всей жизни. К тому же, Вольтер убеждён, что в каждом человеке заложено чувство порядочности «в виде некоторого противоядия от всех ядов, которыми его отравляют»; а чтобы быть счастливым, вовсе не обязательно предаваться порокам, скорее наоборот, «подавляя свои пороки, мы достигаем спокойствия, утешительного свидетельства собственной совести; отдаваясь порокам, мы утрачиваем покой и здоровье». Вольтер разделяет людей на два класса: «жертвующим своим себялюбием благу общества» и «полный сброд, влюблённый лишь в самого себя». Рассматривая человека, как общественное существо, Вольтер пишет, что «человек не походит на других животных, имеющих лишь инстинкт любви к себе», для человека «характерна и естественная благожелательность, не замеченная у животных». Однако, часто у человека любовь к себе сильнее доброжелательности, но, в конце концов, наличие у животных разума весьма сомнительно, а именно «эти его (Бога) дары: разум, любовь к себе, доброжелательство к особям нашего вида, потребности страсти — суть средств, с помощью коих мы учредили общество.» Ни одно человеческое 17 общество не может существовать ни единого дня без правил. Ему необходимы законы, так как Вольтер считает, что благо общества является единственной мерой нравственного добра и зла, и удержать человека от совершения антиобщественных поступков может только боязнь кары законов. Тем не менее, Вольтер считает, что помимо законов необходима вкро в Бога, хотя она и оказывает малое влияние на жизнь. Существование общества атеистов маловероятно потому, что люди, не имеющие узды не способны к сосуществованию: законы бессильны против тайных преступлений, и нужно, чтобы «бог-мститель» карал тех, кто ускользнул от человеческого правосудия. При этом необходимость веры не означает необходимость религии (вспомним, что Вольтер всегда разделял веру и религию). Вольтер отождествляет повиновение Богу и законам: «древняя максима гласила, что следует повиноваться не людям, но Богу; теперь принято противоположное представление, а именно, что повиноваться Богу означает следовать законам страны. Другое дело, что законы могут быть несовершенны или правитель может оказаться плохим, но за плохое правление люди должны ругать лишь себя и негодные законы, учреждённые ими, либо недостаток у себя смелости, мешающий им заставить других выполнять законы хорошие». А если властитель злоупотребляет властью, то это вина людей, терпящих его правление. И если такое имеет место, то это хотя и плохо для людей, но безразлично для Бога. Вопреки общепринятому мнению, Вольтер всегда утверждал, что монарх не помазанник божий: «отношения человека к человеку несравнимы с отношением творения к верховному существу,… почитать Бога в облике монарха — кощунство.» Вообще, Вольтер не видел необходимости в существовании монарха (или подобного ему правителя). Он писал, например, что форма правления, принятая в Англии, гораздо прогрессивнее, чем во Франции, и поэтому выступал против революции во Франции, так как «то, что в Англии становится революцией, в других странах является лишь мятежом». Итак, если подвести итог всему написанному, можно сказать, что взгляды Вольтера в основном были весьма прогрессивны и новы для его времени, многие из них шли в разрез с общественным мнением. 18

175 – Вольтер – краткая биография

Франсуа Вольтер (1694-1778) был одним из наиболее влиятельных представителей просветительной литературы и заслужил название «патриарха философов». Его литературная деятельность продолжалась шестьдесят лет, и писал он в самых различных родах литературы (трагедии, оды, сатиры, повести, исторические труды, философские и моральные трактаты и т. п.). Личный его характер имел много весьма непривлекательных свойств, – в нем мало было правдивости, много суетного тщеславия и большое корыстолюбие, – но в своей общественной деятельности он был замечательно энергичным бойцом против неправды, владевшим притом, как никто, оружием убийственной насмешки.

Вольтер в молодости. Портрет работы Н. Ларжирьера

 

В молодых годах Вольтер два раза посидел в Бастилии, один раз по простому подозрению в авторстве сатирических стихов на только что умершего Людовика XIV, другой – по проискам аристократической семьи де Роганов, спасавшей таким образом одного из своих членов от дуэли с Вольтером. Его даже прибили лакеи этого аристократа, и кончилось дело приказанием обиженному оставить Францию.

Вольтер поехал в Англию и здесь познакомился с сочинениями деистов, Локка и Ньютона, бывшими до него неизвестными французам. По возвращении на родину он и начал распространять английские идеи во французском обществе. Это прежде всего была проповедь деизма, которой Вольтер придал характер враждебный христианству, потому что о последнем он судил почти только по современному ему католицизму с его фанатическою нетерпимостью, лицемерием и иезуитскими интригами; самая религия казалась ему вообще изобретением правителей и жрецов.

Своими сочинениями Вольтер скоро прославился по всей Европе. Прусский король Фридрих II, будучи еще наследным принцем, вступил с ним в переписку, которая продолжалась до самой смерти Вольтера. Одно время «философ даже жил у прусского короля в его резиденции в Потсдаме. Русская императрица Екатерина II тоже вела переписку с Вольтером. Он вообще искал сближения с монархами, потому что в их власти видел лучшее орудие для искоренения заблуждений и злоупотреблений: это и есть идея просвещенного абсолютизма.

Он прославлял веротерпимость, восставал против крепостного права, нападал на жестокие уголовные законы и был врагом всякого произвола. Особенно замечательно его вмешательство в некоторые судебные дела для защиты невинных. Одним из таких дел был процесс старого протестанта Каласа, которого обвинили в том, будто он повесил своего сына за желание перейти в католицизм. В действительности тут было самоубийство молодого Каласа, ведшего разгульную жизнь, расстроившего свое здоровье и наделавшего долгов; но местное духовенство придало делу иное освещение и даже выставляло самоубийцу, как мученика за веру. Калас-отец, которому было уже около семидесяти лет, был приговорен к смертной казни через колесование, несмотря на полное отсутствие доказательств вины, и жестокий приговор был приведен в исполнение.

Вольтер, до глубины души возмущенный этим делом, три года настойчиво добивался пересмотра процесса, заинтересовав в нем французское общество и некоторых иностранных государей, и в конце концов приговор был объявлен несправедливым. Другое протестантское семейство при подобных же обстоятельствах спаслось бегством к Вольтеру.

В это время (и вообще в последние двадцать лет жизни) он жил в своем поместье Фернее (около Женевы), получившем громкую известность во всей Европе, – Вольтера даже называли «фернейским философом», – но умер он в Париже, въезд в который ему долго запрещался.

 

Биография Вольтера кратко (жизнь и творчество)

Вольтер – один из выдающихся деятелей эпохи Просвещения. Писатель, философ, публицист, которого во Франции считают национальной гордостью. Настоящее его имя – Франсуа-Мари Аруэ.

Родился будущий писатель в 1694г. Мать его рано умерла, поэтому воспитанием сына занимался отец – известный парижский нотариус. Он отдал мальчика в иезуитский колледж, где тот проучился с 1704г. по 1711г.

Когда юноша окончил данное учебное заведение, отец пристроил его в адвокатскую контору. Но молодого человека больше привлекала литература. Первую пьесу он написал в восемнадцать лет, а когда ему исполнилось двадцать, он снискал славу короля насмешек.

В 1717г. за одно из своих сатирических стихотворений попал в Бастилию. Находясь в тюрьме, закончил ряд произведений, работу над которыми начал раньше, и создал несколько стихов.

Благодаря ходатайствам друзей в 1718г. вышел на свободу. В этом же году на сцене с успехом была поставлена трагедия «Эдип», сделавшая его знаменитым. Регент даже назначил ему пенсию.

Вольтер ощущает творческий подъём. Одно за другим появляются его произведения различных жанров. Писатель экспериментирует, частенько совмещая трагическое и комическое.

В 1726г. Вольтер снова попадает за решётку, а потом уезжает в Англию. На родину возвращается лишь через 3 года. Под влиянием впечатлений, полученных в Англии, пишет трактата «Философские письма». Напечатан он был в 1732г. В 1734г. по требованию французского парламента книга публично сжигается. Автору же приходится скрываться в Лотарингии, а затем – в Нидерландах.

В 1745г. писатель возвращается в Париж. Король дарит ему титул камергера и назначает придворным историографом. Кроме того его избирают членом Французской академии.

В 1751г. принимает приглашение Фридриха II и уезжает в Берлин. В 1753г. поселяется в Женеве. В 1758г. покупает имение Ферней, расположенное на границе Швейцарии с Францией. Там он прожил почти до самой старости и написал философские повести «Кандид, или Оптимизм» и «Простак», а также много других произведений. Его имение превратилось в своеобразное место паломничества прогрессивной интеллигенции.

Умер Вольтер в Париже в 1778г.

Биография 2

Сложно найти область гуманитарного творчества, в которой не отметился бы, острый как бритва, ум Вольтера. Драматург, поэт, мыслитель, публицист, сатирик, просветитель, философ, историк – не счесть ипостасей этого выдающегося человека. Его творчество до сих пор вызывает интерес у читателя.

Юные годы

Родина Вольтера – Франция. 21 ноября 1694 года в городе Париже впервые увидел свет один из ярких умов человечества. При рождении он получил имя Франсуа – Мари Аруэ, от которого отказался в пользу псевдонима Вольтер.

Родители философа были простыми людьми из среднего сословия. Отец был нотариусом. Мать происходила из семьи судебного служащего, прожила недолгую жизнь, скончалась в 1701 году.

На обучение Франсуа-Мари был отдан в лицей Людовика Великого, тогдашний колледж иезуитов. Отец мечтал направить мальчика по своим стопам, на юридическое поприще. В 1711 году, по окончании колледжа, Вольтер продолжает обучение в парижской Школе права. В возрасте восемнадцати лет бросает право и занимается литературным творчеством.

Начало гонений

Начинает он с едкой сатиры, за что становится частым гостем в стенах Бастилии. В 1717 году он попадает в неё почти на год, там пишет трагедию «Эдип» и поэму «Генриада».

В обмен на свободу Вольтеру приходится бежать из Франции в Англию. Через три года он возвращается на родину, издаёт книгу «Философские мысли». После чего моментально подвергается опале опять и бежит в Руан, в Лотарингию.

Муза философа

В Руане Вольтер встречает женщину, с которой проведёт свои лучшие во всех отношениях годы. Однажды вечером маркиза Эмилия дю Шатле спасает его от шайки разбойников, спугнув их своим появлением верхом.

Это была очень образованная и состоятельная дама. Эмилия специально приехала за философом, о котором была наслышана, чтобы дать ему покой и счастье в своём замке Сирей.

В этой тихой гавани философ создал лучшие произведения. Райская жизнь продолжалась пятнадцать лет, вплоть до смерти маркизы.

Европа

К 1945 году Вольтер уже приобрёл мировую известность. Однако, отношения с французским монархом так и не сложились. Тяжело переживая уход любимой женщины, он принимает приглашение Фридриха II переехать в Берлин. У прусского короля философ вызвал недовольство острословием и финансовыми махинациями, которыми вдруг увлёкся.

1948 год – переезд в Швейцарию, покупка поместья. Здесь Вольтер устраивает свой королевский двор, куда стекались многочисленный гости из разных стран. Активно переписывается с монархами Дании, Польши, Швеции, России. В этот период пишет много философских повестей.

Возвращение в Париж

На девятом десятке лет мыслитель возвращается в Париж. Вскоре у него обнаруживают онкологическое заболевание. 30 мая 1778 года Вольтера философа не стало. Его похоронили в Шампани, в 1791 году останки были перезахоронены в Париже, в усыпальнице знаменитых людей.

Биография по датам и интересные факты. Самое главное.

Другие биографии:

  • Иван III Васильевич

    Иван III - был великим Московским князем, объединившим вокруг Москвы значительное количество земель. Мудрый политический деятель управлял государством 43 года

  • Зигмунд Фрейд

    Зигмунд Фрейд являлся известным ученым-психиатром, родоначальником теории психоанализа, вызывающей противоречивые дискуссии до сих пор.

  • Михаил Горбачев

    Михаил Сергеевич Горбачёв появился на свет 2 марта 1931 года в ставропольском селе Привольное. В детские годы ему пришлось столкнуться с захватом немецкими фашистами Ставрополя

  • Татьяна Конюхова

    Конюхова Татьяна Георгиевна это не только актриса российского кино и театра, но и талантливая актриса советского времени, поэтесса и общественный деятель.

  • Леонардо да Винчи

    Родился в Винчи, Италия (недалеко от Флоренции) в 1452 году. Он был сыном Сер Пьеро да Винчи, юридическим специалистом

Вольтер | Биография, произведения, философия, идеи, убеждения и факты

Вольтер , псевдоним Франсуа-Мари Аруэ , (родился 21 ноября 1694 года, Париж, Франция - умер 30 мая 1778 года, Париж), один из величайший из всех французских писателей. Хотя до сих пор читают лишь несколько его работ, он по-прежнему пользуется репутацией во всем мире отважного крестоносца против тирании, фанатизма и жестокости. Благодаря своей критической способности, остроумию и сатире работа Вольтера энергично пропагандирует идеал прогресса, которому по-прежнему откликаются люди всех наций.Его долгая жизнь охватила последние годы классицизма и канун революционной эпохи, и в этот переходный период его работы и деятельность повлияли на направление, принятое европейской цивилизацией.

Популярные вопросы

Кем был Вольтер?

«Вольтер» - это псевдоним, под которым французский писатель-философ Франсуа-Мари Аруэ опубликовал в 18 веке ряд книг и брошюр. Он был ключевой фигурой в европейском интеллектуальном движении, известном как Просвещение.Вольтер был довольно противоречивым в свое время, в немалой степени из-за критического характера его работ. Его книги и брошюры содержали множество нападок на церковную власть и власть духовенства. Они критиковали и французские политические институты, и многие из них включали сложные механизмы защиты гражданской свободы. Идеи Вольтера в конечном итоге нашли выражение во французской и американской революциях.

Что написал Вольтер?

Вольтер был разносторонним и плодовитым писателем. За свою жизнь он опубликовал множество произведений, в том числе книги, пьесы, стихи и полемику.Его самые известные произведения включали вымышленные « философских слов» (1734) и сатирический роман « Кандид » (1759). Первый - серия эссе об английском правительстве и обществе - стал вехой в истории мысли. Сегодня он считается одним из величайших памятников французской литературы. Модель Вольтера Candide заслуживает таких же похвал.

В чем заключалась философия Вольтера?

Вольтер прежде всего верил в действенность разума. Он считал, что социальный прогресс может быть достигнут с помощью разума и что ни один авторитет - религиозный, политический или какой-либо иной - не должен быть защищен от возражений со стороны разума.Он подчеркивал в своей работе важность толерантности, особенно веротерпимости. В книге « Lettres Философские науки » Вольтер обсуждал эффекты и преимущества религиозной терпимости.

Что сделал Вольтер в эпоху Просвещения?

Вольтер доминировал в дискурсе своей эпохи. В своем письме он практически не оставил без внимания ни одну тему. Вольтер писал на такие разные темы, как метафизика и политика, и он распространил почти столько же книг по истории, сколько и книг по политической теории.Общие темы пронизывают его работы: свобода, прогресс и равенство подробно и подробно обсуждаются во многих книгах и брошюрах Вольтера. Короче говоря, Вольтер сильно повлиял на направление европейской мысли 18 века. Хотя он умер в 1778 году, его часто считают архитектором революции 1789 года.

Наследие и молодость

Вольтер был средним классом. Согласно свидетельству о рождении, он родился 21 ноября 1694 года, но гипотеза о том, что его рождение держалось в секрете, не может быть отклонена, поскольку он несколько раз заявлял, что на самом деле это произошло 20 февраля.Он считал, что был сыном офицера по имени Рошбрюн, который также был автором песен. Он не любил ни своего предполагаемого отца, Франсуа Аруэ, бывшего нотариуса, который позже стал приемником в Cour des Comptes (аудиторской конторе), ни своего старшего брата Армана. О его матери почти ничего не известно, о которой он почти ничего не говорил. Потеряв ее, когда ему было семь лет, он, кажется, рано восстал против семейной власти. Он присоединился к своему крестному отцу, аббату де Шатонеф, вольнодумцу и эпикурейцу, который подарил мальчика известной куртизанке Нинон де Ленкло, когда ей было 84 года.Несомненно, что своим позитивным мировоззрением и чувством реальности он обязан своим буржуазным корням.

Он учился в иезуитском колледже Луи-ле-Гран в Париже, где он научился любить литературу, театр и светскую жизнь. Хотя он ценил классический вкус, который привил ему колледж, религиозные наставления отцов служили только для того, чтобы вызвать его скептицизм и насмешки. Он был свидетелем последних печальных лет Людовика XIV и никогда не должен был забывать бедствия и военные катастрофы 1709 года, а также ужасы религиозных преследований.Однако он сохранил некоторую степень преклонения перед монархом и был убежден, что просвещенные короли являются незаменимыми проводниками прогресса.

Он отказался от изучения права после окончания колледжа. Работая секретарем во французском посольстве в Гааге, он увлекся дочерью авантюриста. Опасаясь скандала, французский посол отправил его обратно в Париж. Несмотря на желание отца, он хотел полностью посвятить себя литературе и часто посещал Храм, который тогда был центром вольнодумного общества.После смерти Людовика XIV при морально расслабленном Регентстве Вольтер стал остроумием парижского общества, и его эпиграммы широко цитировались. Но когда он осмелился посмеяться над распутным регентом герцогом Орлеанским, он был изгнан из Парижа, а затем почти на год заключен в тюрьму в Бастилии (1717 г.). За своим веселым фасадом он был принципиально серьезен и принялся изучать общепринятые литературные формы. В 1718 году, после успеха первой из его трагедий Эдипе , он был провозглашен преемником великого классического драматурга Жана Расина и с тех пор принял имя Вольтера.Происхождение этого псевдонима остается под вопросом. Нет уверенности, что это анаграмма Arouet le jeune (то есть младшего). Больше всего он хотел быть Вергилием, которого Франция никогда не знала. Он работал над эпической поэмой, героем которой был Генрих IV, король, любимый французским народом за то, что положил конец религиозным войнам. Эта Генриада испорчена своей педантичной имитацией Энеиды Вергилия , но его современники видели только великодушный идеал терпимости, который вдохновил стихотворение.Эти литературные триумфы принесли ему пенсию от регента и горячее одобрение молодой королевы Мари. Так он начал свою карьеру придворного поэта.

Получите подписку Britannica Premium и получите доступ к эксклюзивному контенту. Подпишитесь сейчас

Объединенный с другими мыслителями своего времени - литераторами и учеными - в вере в действенность разума, Вольтер был философом, как его называл 18 век. В салонах он исповедовал агрессивный деизм, который возмутил набожных. Он заинтересовался Англией, страной, терпимой к свободе мысли; он посетил лидера тори виконта Болингброка, изгнанного во Францию ​​- политика, оратора и философа, которым Вольтер восхищался до такой степени, что сравнивал его с Цицероном.По совету Болингброка он выучил английский, чтобы читать философские произведения Джона Локка. Его интеллектуальному развитию способствовала случайность: в результате ссоры с членом одной из ведущих французских семей, кавалером де Роганом, высмеивавшим его приемное имя, он был избит, доставлен в Бастилию. а затем 5 мая 1726 года его доставили в Кале, откуда он отправился в Лондон. Его судьбой теперь были изгнание и сопротивление.

Вольтер (Стэнфордская энциклопедия философии)

Вольтер начал отождествлять себя с философией и идентичностью философа только в среднем возрасте.Его работа « философских слов» , опубликованная в 1734 году, когда ему было сорок лет, стала ключевым поворотным моментом в этой трансформации. До этой даты жизнь Вольтера никоим образом не указывала ему на философскую судьбу, которую он должен был принять позже. Однако его ранняя ориентация на литературу и непринужденное общение решающим образом сформировали его философскую идентичность.

1.1 Ранние годы Вольтера (1694–1726)

Франсуа-Мари д’Аруэ родился в 1694 году, четвертый из пяти детей, в семье обеспеченного государственного чиновника и его хорошо воспитанной аристократической жены.В своем слиянии традиционной французской аристократической родословной с новым богатством и властью королевской бюрократической администрации семья д’Аруэ была представителем элитного общества во Франции во время правления Людовика XIV. Молодой Франсуа-Мари получил от своих родителей блага процветания и политического расположения, а от иезуитов в престижном колледже Луи-ле-Гран в Париже он также получил первоклассное образование. Франсуа-Мари также познакомился с современной литературой от своего отца, который был активным участником литературной культуры того периода как в Париже, так и при королевском дворе Версаля.Франсуа-старший, похоже, любил компанию литераторов, но его разочарование в стремлении сына стать писателем печально известно. С ранней юности Вольтер стремился подражать своим кумирам Мольеру, Расину и Корнелю и стать драматургом, однако отец Вольтера решительно выступал против этой идеи, надеясь вместо этого поставить своего сына на пост государственной власти. Сначала как студент юридического факультета, затем как ученик юриста и, наконец, как секретарь французского дипломата, Вольтер пытался выполнить волю своего отца.Но в каждом случае он отказывался от своих постов, иногда в результате скандала.

Освободившись от бремени этих общественных обязательств, Вольтер отступил бы в непринужденную общительность Парижа. Именно здесь в 1720-х годах, во время культурно яркого периода правления Регентства между правлением Людовика XIV и XV (1715–1723 гг.), Вольтер установил одно измерение своей идентичности. О его остроумии и доброжелательности ходили легенды даже в юности, поэтому у него не было особых трудностей с зарекомендовавшим себя популярной фигурой в литературных кругах Регентства.Он также научился играть в патронажную игру, столь важную для тех, у кого есть писательские амбиции. Таким образом, благодаря искусно составленным произведениям, паре налаженных контактов, более чем нескольким bon mots и небольшому успешному инвестированию, особенно во время фиаско Джона Лоу с пузырем на Миссисипи, Вольтер смог утвердиться в качестве независимого писатель в Париже. Его литературный дебют произошел в 1718 году, когда была опубликована его работа Oedipe , переработка античной трагедии, вызвавшая французский классицизм Расина и Корнеля.Впервые пьеса была поставлена ​​в доме герцогини дю Мэн в Со, что знаменует быстрое восхождение Вольтера к вершине элитного литературного общества. На опубликованном титульном листе также было объявлено о новом псевдониме, которым Вольтер когда-либо будет пользоваться.

Во время Регентства Вольтер широко распространялся в элитных кругах, таких как те, что собирались в Со, но он также культивировал более незаконную и распутную общительность. Это сочетание не было чем-то необычным в то время, и интеллектуальная работа Вольтера 1720-х гг. - смесь стихов и пьес, чередующихся между игривым распутством и серьезным классицизмом, казалось бы, без пауз, - прекрасно иллюстрирует ценности удовольствия, honnêteté , и хорошего. вкус, который был девизом этой культурной среды.Философия также была частью этого смешения, и во время Регентства молодой Вольтер был особенно сформирован его контактами с английским аристократом, вольнодумцем и якобитским лордом Болингброком. Болингброк жил в изгнании во Франции в период Регентства, и Вольтер был частым гостем в Ла Сурсе, поместье англичанина недалеко от Орлеана. Замок служил местом встречи для широкого круга интеллектуалов, и многие считают, что Вольтер впервые познакомился с натурфилософией в целом и с работами Локка и английских ньютонианцев в частности в поместье Болингброка.Несомненно, эти идеи, особенно в их более деистических и распутных формах, лежали в основе личности Болингброка.

1.2 Английский период (1726–1729)

Тем не менее, даже если Вольтер и познакомился с английской философией таким образом, ее влияние на его мысли в большей степени оказало его краткое изгнание в Англию между 1726–1729 годами. Повод для его отъезда был делом чести. Очень могущественный аристократ герцог де Роган обвинил Вольтера в диффамации, и перед лицом этого обвинения безымянный писатель решил сохранить лицо и избежать более серьезного преследования, уехав из страны на неопределенный срок.Весной 1726 года Вольтер уехал из Парижа в Англию.

Именно во время его английского периода начался переход Вольтера к его зрелой философской идентичности . Болингброк, адрес которого Вольтер оставил в Париже в качестве адреса для пересылки, был одним из каналов влияния. В частности, Вольтер встретился через Болингброка Джонатана Свифта, Александра Поупа и Джона Гэя, писателей, которые в тот момент начинали экспериментировать с использованием литературных форм, таких как роман и театр, в создании нового типа критической общественной политики.Книга Свифта «Путешествие Гулливера» , вышедшая всего за несколько месяцев до приезда Вольтера, является самым известным примером этого нового слияния письма с политической критикой. Позднее в том же году Болингброк также выпустил первый номер Craftsman , политического журнала, который послужил общественной платформой для тори, оппозиционной его окружению олигархии вигов в Англии. Модель Craftsman помогла создать английскую политическую журналистику в великом стиле, и в течение следующих трех лет Вольтер двигался в кругу Болингброка, впитывая культуру и участвуя в общественно-политическом противостоянии, которое пронизывало все вокруг него.

Однако Вольтер не ограничивался только кругом Болингброка. После Болингброка его основным контактом в Англии был торговец по имени Эверард Фокенер. Фокенер познакомил Вольтера со стороной лондонской жизни, совершенно отличной от той, которую предлагает круг интеллектуалов-консерваторов Болингброка. Сюда входили круги вигов, против которых выступала группа Болингброка. В него также входили такие фигуры, как Сэмюэл Кларк и другие самопровозглашенные ньютонианцы. Вольтер не встречался с самим Ньютоном до смерти сэра Исаака в марте 1727 года, но он встретил свою сестру, узнав от нее знаменитый миф о яблоке Ньютона, в прославлении которого Вольтер сыграет важную роль.Вольтер также познакомился с другими ньютонианцами в кругу Кларка, и, поскольку он достаточно хорошо владел английским языком, чтобы писать на нем письма и даже художественную литературу, весьма вероятно, что он также погрузился в их сочинения. В эти годы Вольтер также посетил Голландию, наладил важные контакты с голландскими журналистами и издателями, а также встретился с Виллемом Грейвзандом и другими голландскими учеными-ньютонами. Учитывая его другие виды деятельности, также вероятно, что Вольтер часто бывал в лондонских кофейнях, даже если не сохранилось никаких твердых доказательств, подтверждающих это.Поэтому неудивительно узнать, что Вольтер посещал ньютоновские публичные лекции Джона Теофила Дезагулье или одного из его соперников. Какими бы ни были точные проводники, все его встречи в Англии сделали Вольтера очень хорошо осведомленным исследователем английской натурфилософии.

1.3 Как стать философом

Когда французские официальные лица разрешили Вольтеру вновь въехать в Париж в 1729 году, он был лишен пенсии и исключен из королевского двора в Версале.Но он был также писателем и мыслителем другого рода. Без сомнения, было бы слишком грандиозно сказать вместе с лордом Морли, что «Вольтер оставил Францию ​​поэтом и возвратил ей мудреца». Также будет преувеличением сказать, что он превратился из поэта в философа , находясь в Англии. Во-первых, эти две стороны интеллектуальной идентичности Вольтера были навсегда переплетены, и он никогда не испытывал абсолютной трансформации одной в другую ни на одном этапе своей жизни. Но английские годы действительно вызвали в нем трансформацию.

После своего возвращения во Францию ​​Вольтер упорно трудился, чтобы восстановить свои источники финансовой и политической поддержки. Финансовые проблемы решить проще всего. В 1729 году французское правительство устроило своего рода лотерею, чтобы помочь погасить часть королевского долга. Один друг увидел возможность для инвесторов в структуре предложения правительства, и на обеде, на котором присутствовал Вольтер, он сформировал общество для покупки акций. Вольтер участвовал, и осенью того же года, когда были опубликованы отчеты, он заработал состояние.В то же время ему стало доступно наследство Вольтера от отца, и с этого момента Вольтер больше никогда не испытывал финансовых затруднений. Этот результат был немаловажным событием, поскольку финансовая независимость Вольтера фактически освободила его от одного измерения системы патронажа, столь необходимой начинающим писателям и интеллектуалам того периода. В частности, в то время как другим писателям приходилось обращаться к влиятельным финансовым покровителям, чтобы обеспечить средства к существованию, которые сделали возможными их интеллектуальную карьеру, Вольтер никогда больше не был обязан этим императивам.

Однако покровительственные структуры Старого режима Франции оказывали писателям больше, чем экономическую поддержку, и восстановление crédit , от которого зависела его репутация писателя и мыслителя, было гораздо менее простым делом. Однако постепенно, благодаря сочетанию искусно написанных пьес, стихов и эссе, а также тщательной самопрезентации в парижском обществе, Вольтер начал восстанавливать свой общественный статус. Осенью 1732 года, когда начал разворачиваться следующий этап его карьеры, Вольтер проживал при королевском дворе Версаля, что свидетельствует о том, что его восстановление во французском обществе было почти полным.

Во время этой реабилитации Вольтер также установил новые отношения, оказавшие огромное влияние на последующие десятилетия. Он снова познакомился с Эмили Ле Тоннье де Бретей, дочерью одного из его первых покровителей, который женился в 1722 году и стал маркизой дю Шатле. Эмили дю Шатле было двадцать девять лет весной 1733 года, когда Вольтер завязал с ней отношения. Она также была уникально образованной женщиной. Отец Дю Шатле, барон де Бретей, регулярно собирал литераторов, среди которых был и Вольтер, и его дочь, на десять лет моложе Вольтера, разделяла эти ассоциации.Ее отец также позаботился о том, чтобы Эмили получила образование, которое было исключительным для девочек того времени. Она изучала греческий и латынь и обучалась математике, и когда Вольтер снова соединился с ней в 1733 году, она была очень хорошо осведомленным мыслителем, даже если бы ее собственная интеллектуальная карьера включала оригинальный трактат по натурфилософии и полный французский перевод книги. «Принципы математики » Ньютона - единственный когда-либо опубликованный полный французский перевод - еще не начался.Ее интеллектуальные таланты в сочетании с жизнерадостным характером привлекли к ней Вольтера, и хотя Дю Шатле был титулованным аристократом, женатым на важном военном офицере, пара смогла сформировать прочное партнерство, которое не мешало браку Дю Шатле. Эта договоренность оказалась особенно выгодной для Вольтера, когда скандал вынудил его бежать из Парижа и навсегда обосноваться в фамильном имении Дю Шатле в Сирее. С 1734 года, когда началась эта договоренность, до 1749 года, когда Дю Шатле умер во время родов, Сирей был домом для каждого, а также местом интенсивного интеллектуального сотрудничества.Именно в этот период и Вольтер, и Дю Шатле стали широко известными философскими фигурами, и интеллектуальная история каждого из них до 1749 года наиболее точно описывается как история совместных интеллектуальных усилий пары.

1,4 Ньютоновские войны (1732–1745)

Для Вольтера события, заставившие его бежать в Сирей, также послужили толчком для большей части его работы, пока он там находился. Находясь в Англии, Вольтер начал составлять набор писем, оформленных в соответствии с устоявшимся жанром путешественника, рассказывающего друзьям дома о чужих краях.Книга Монтескье 1721 Lettres Persanes , предлагающая набор художественных писем персов, предположительно путешествующих по Франции, и книга Свифта 1726 «Путешествия Гулливера » явно повлияли на то, когда Вольтер задумал свою работу. Но в отличие от авторов этих откровенно выдуманных рассказов, Вольтер вводил новшества, заняв вместо этого журналистскую позицию, которая предлагала читателям эмпирически узнаваемое описание нескольких аспектов английского общества. Первоначально под названием Letters on England , Вольтер оставил черновик текста лондонскому издателю, прежде чем вернуться домой в 1729 году.Оказавшись во Франции, он начал расширять работу, добавляя к письмам, составленным в Англии, которые в основном касались различных религиозных сект Англии и английского парламента, несколько новых писем, в том числе некоторые по английской философии. Новый текст, который включал письма о Бэконе, Локке, Ньютоне и подробности ньютоновской натурфилософии, а также отчет об английской практике прививки от оспы, также получил новое название, когда он был впервые опубликован во Франции в 1734 году: Lettres Кирилл .

Перед тем, как она появилась, Вольтер пытался получить официальное разрешение на книгу от королевских цензоров, что в то время требовалось во Франции. Однако его издатель в конечном итоге выпустил книгу без этого разрешения и без разрешения Вольтера. Это сделало первое издание « философских словечек » незаконным, что способствовало спровоцированному им скандалу, но никоим образом не объясняет фурор, который вызвала книга. Историки на самом деле до сих пор ломают голову, пытаясь понять, почему « словечек » Вольтера оказались столь противоречивыми.Ясно только одно: работа действительно произвела фурор, который впоследствии вызвал быструю и решительную реакцию со стороны французских властей. Книгу публично сжег королевский палач через несколько месяцев после ее выпуска, и этот поступок превратил Вольтера в широко известного интеллектуального преступника. Если бы он был казнен, королевский lettre de cachet отправил бы Вольтера в королевскую тюрьму Бастилии из-за его авторства в Lettres Философские науки ; вместо этого он смог бежать с Дю Шатле в Сирей, где пара использовала суверенитет, предоставленный ее аристократическим титулом, чтобы создать безопасную гавань и базу для нового положения Вольтера как философского бунтаря и писателя в изгнании.

Если бы Вольтер смог избежать скандала, спровоцированного « Lettres Философские науки» , весьма вероятно, что он сделал бы это. Тем не менее, как только ему навязали эту идею, он убежденно принял личность философского изгнанника и писателя-преступника, используя ее для создания новой идентичности, которая должна была иметь далеко идущие последствия для истории западной философии. Поначалу проводником этой трансформации служила ньютоновская наука. За десятилетия до 1734 года разгорелась серия споров, особенно во Франции, о характере и законности ньютоновской науки, особенно теории всемирного тяготения и физики гравитационного притяжения через пустое пространство.Вольтер позиционировал свою книгу Lettres Философские книги как вмешательство в эти противоречия, составив известное и широко цитируемое письмо, в котором использовалось противопоставление Ньютона и Декарта, чтобы сформулировать ряд фундаментальных различий между английской и французской философией того времени. Он также включил в свою работу другие письма о ньютоновской науке, связав (по крайней мере, как он утверждал) философию Бэкона, Локка и Ньютона в английский философский комплекс, который он защищал как средство от предполагаемых ошибок и иллюзий, увековеченных французами. Рене Декарт и Николя Мальбранш.Вольтер не изобретал эту схему, но он действительно использовал ее, чтобы разжечь ряд дебатов, которые тогда бушевали, дебаты, которые поставили его и небольшую группу молодых членов Королевской академии наук в Париже в явную оппозицию старшим и многим другим установил членами этого оплота официальной французской науки. Установленные в Сирее, и Вольтер, и Дю Шатле в дальнейшем использовали это кажущееся разделение, участвуя в кампании от имени ньютонианства, которая постоянно нацелена на воображаемый монолит, называемый французским академическим картезианством, как на врага, с которым они боролись во имя ньютонизма.

Центральным элементом этой кампании была книга Вольтера Éléments de la Philosophie de Newton , которая была впервые опубликована в 1738 году, а затем снова в 1745 году в новом окончательном издании, которое включало новый раздел, впервые опубликованный в 1740 году, посвященный метафизике Ньютона. Вольтер предложил эту книгу как ясное, точное и доступное изложение философии Ньютона, подходящее для невежественного француза (группа, которую он считал большой). Но он также задумал это как машину de guerre , направленную против картезианского истеблишмента, который, по его мнению, удерживал Францию ​​от современного света научной истины.Резко разразилась громкая критика Вольтера и его работ: одни критики подчеркивали его бунтарские и аморальные наклонности, а другие сосредоточились на его точных научных взглядах. Вольтер свел обе проблемы к единственному видению своего врага как «отсталого картезианства». Пока он отчаянно боролся за свои позиции, во Франции разразилась беспрецедентная культурная война, в центре которой были характер и ценность ньютоновской натурфилософии. Дю Шатле внес свой вклад в эту кампанию, написав праздничный обзор журнала Вольтера Éléments в Journal des savants , самом авторитетном французском научном периодическом издании того времени.Пара также укрепила свою научную репутацию, получив отдельные почетные упоминания в конкурсе на призы Парижской академии 1738 года о природе огня. Точно так же Вольтер неустанно опровергал критиков и продвигал свои позиции в брошюрах и материалах для научных периодических изданий. К 1745 году, когда было опубликовано окончательное издание книги Вольтера Éléments , ход мысли начал меняться, и к 1750 году широко распространилось представление о том, что Франция перешла от отсталого, ошибочного картезианства к современному, просвещенному ньютонизму. героические интеллектуальные усилия таких фигур, как Вольтер.

1,5 От французского ньютона к эпохе Просвещения

Философ (1745–1755)

Эта очевидная победа в Ньютоновских войнах 1730-х и 1740-х годов позволила укрепить новую философскую идентичность Вольтера. Особенно важным было то, как он позволил статусу Вольтера вне закона, который он никогда полностью не отвергал, реабилитироваться в общественном сознании как необходимая и героическая защита философской истины от врагов ошибок и предрассудков. С этой точки зрения критическая позиция Вольтера может быть реинтегрирована в традиционное общество старого режима как новый вид законного интеллектуального мученичества.Поскольку Вольтер также сочетал свои явно философские сочинения и полемику в 1730-х и 1740-х годах с не менее обширным потоком пьес, стихов, рассказов и повествовательных историй, многие из которых были ортогональны как по тону, так и по содержанию явным кампаниям Ньютоновских войн, Вольтер смог восстановить свою старую личность литератора старого режима, несмотря на скандалы тех лет. В 1745 году Вольтер был назван Королевским историографом Франции - титул, присвоенный ему в результате его историй о Людовике XIV и шведском короле Карле II.Этот королевский пост также положил начало написанию, возможно, самой читаемой и влиятельной книги Вольтера, по крайней мере, в восемнадцатом веке, Essais sur les moeurs et l’esprit des Nations (1751), новаторского труда по всемирной истории. Положение также легитимировало его как официально санкционированного ученого. В 1749 году, после смерти дю Шатле, Вольтер усилил это впечатление, приняв приглашение присоединиться ко двору молодого Фридриха Великого в Пруссии, шаг, который еще больше ассимилировал его во властные структуры общества старого режима.

Если бы эта ассимиляционистская траектория продолжалась до конца жизни Вольтера, его наследие в истории западной философии, возможно, не было бы таким большим. Тем не менее, в течение 1750-х годов ряд новых разработок вернул Вольтера к его более радикальной и противоречивой личности и позволил ему возродить критическую личность философа , которую он создал во время Ньютоновских войн. Первым шагом в этом направлении был спор с его бывшим коллегой и союзником Пьером-Луи Моро де Мопертюи.Мопертюи предшествовал Вольтеру как первый агрессивный защитник ньютоновской науки во Франции. Когда Вольтер готовил свое собственное ньютоновское вмешательство в « Lettres Философские науки » в 1732 году, он консультировался с Мопертюи, который к тому времени был пенсионером Французской Королевской академии наук. В основном вокруг Мопертюи собралась молодая когорта французских академиков-ньютонистов во время ньютоновских войн 1730-40-х годов, и благодаря тому, что Вольтер вел свои собственные общественные кампании от имени того же самого дела в тот же период, эти двое мужчин стали наиболее заметными лицами. французского ньютонизма, даже если они никогда не работали как команда в этом направлении.Как и Вольтер, Мопертюи также разделял отношения с Эмили дю Шатле, которые включали математическое сотрудничество, которое намного превышало возможности Вольтера. Мопертюи также был случайным гостем в Сире и все эти годы корреспондентом дю Шатле и Вольтера. Но в 1745 году Мопертюи удивил все французское общество, переехав в Берлин, чтобы стать директором недавно реформированной Берлинской академии наук Фридриха Великого.

Мысль Мопертюи во время его отъезда в Пруссию была обращена к метафизике и рационалистической эпистемологии Лейбница как к решению некоторых вопросов натурфилософии.Дю Шатле также разделяла эту тенденцию, создав в 1740 году ее Institutions de Physiques , систематическую попытку соединить ньютоновскую механику с лейбницевским рационализмом и метафизикой. Вольтер обнаружил, что этот лейбницевский поворот вызывает диспепсию, и в 1740-х годах начал разрабатывать антилейбницкий дискурс, который стал оплотом его ньютонианства. Это поставило его в оппозицию к Дю Шатле, даже если этот интеллектуальный раскол никоим образом не испортил их отношения. Однако после того, как она умерла в 1749 году и Вольтер присоединился к Мопертюи при дворе Фридриха Великого в Берлине, это антилейбницкое движение стало центральным элементом разлада с Мопертюи.Публичная сатира Вольтера на президента Берлинской королевской академии наук, опубликованная в конце 1752 года, в которой Мопертюи изображался деспотичным философским шутом, вынудила Фридриха сделать выбор. Он встал на сторону Мопертюи, приказав Вольтеру либо отозвать свой клеветнический текст, либо покинуть Берлин. Вольтер выбрал второе, снова попав в роль скандального бунтаря и изгнанника в результате своих трудов.

1.6 Борьба за

Философия (1755–1778)

Это событие оказалось последним официальным разрывом Вольтера с властью истеблишмента.Вместо того, чтобы вернуться домой в Париж и восстановить свою репутацию, Вольтер поселился в Женеве. Когда этот суровый кальвинистский анклав оказался совершенно неприемлемым, он предпринял дальнейшие шаги к независимости, потратив свое личное состояние на покупку собственного замка во внутренних районах между Францией и Швейцарией. Вольтер постоянно поселился в Ферне в начале 1759 года, и с этой даты до своей смерти в 1778 году он сделал замок своим постоянным домом и столицей, по крайней мере в умах своих интеллектуальных союзников, зарождающегося французского Просвещения.

В этот период Вольтер также принял то, что впоследствии стало его самой известной и влиятельной интеллектуальной позицией, объявив себя членом «партии человечества» и посвятив себя войне против двух гидр фанатизма и суеверий. В то время как исключительная защита ньютоновской науки фокусировала полемическую энергию Вольтера в 1730-х и 1740-х годах, после 1750 года программа превратилась в защиту философии , tout court и разгром ее предполагаемых врагов в церковном и аристо-монархическом истеблишменте.Таким образом, философия «Просвещение » стала ассоциироваться через Вольтера с культурной и политической программой, воплощенной в его знаменитом девизе « Écrasez l’infâme!». »(« Раздавить позор! »). Это переплетение философии с социальной критикой и реформистскими политическими действиями, случайный исторический результат особой интеллектуальной карьеры Вольтера, станет его самым продолжительным вкладом в историю философии.

Первым поводом для оживления этой новой программы стала энциклопедия Дидро и д’Аламбера .Первый том этого сборника определений появился в 1751 году, и почти сразу же работа увязла в скандале, к которому Вольтер уже привык. Вольтер увидел в этом споре новый призыв к действию и вскоре после его появления присоединился к проекту, написав многочисленные статьи, которые начали появляться в пятом томе 1755 года. Скандал продолжал преследовать энциклопедию , однако, и в 1759 году. Право на публикацию работы было отозвано во Франции, что не привело к уничтожению проекта, а вынудило его незаконное производство в Швейцарии.Во время этих скандалов Вольтер яростно сражался вместе с редакторами проекта, чтобы защитить работу, объединив врагов Энциклопедии , в частности парижских иезуитов, которые редактировали ежемесячный журнал Journal de Trevoux , в монолитную «позорную репутацию», посвященную искоренению правда и свет от мира. Эту формулировку резюмировали противники «Энциклопедии » , которые начали говорить о разрозненном скоплении авторов, которые вносили статьи в работу, как о подрывной группе из философов , посвященных подрыву законного социального и морального порядка.

По мере того, как эта полемика кристаллизовалась и росла как по энергии, так и по влиянию, Вольтер принял ее условия и сделал их своим делом. Он установил особенно тесные связи с Д'Аламбером и вместе с ним начал обобщать широкую программу Просвещения, сосредоточенную на объединении только что осознавших себя философов (термин, часто используемый как синоним Энциклопедистов ) для политических и интеллектуальных изменений. В этой программе философов были объединены не какой-либо общей философией, а через приверженность программе защиты самой философии от ее предполагаемых врагов.Их также представляли как активистов, борющихся за искоренение ошибок и суеверий в мире. Непрерывная защита Энциклопедии «» была объединяющим фактором, и вскоре устранение иезуитов - великих врагов Просвещения, провозглашенных философами - стало второй объединяющей причиной. Эти усилия привели к победе в 1763 году, и вскоре философов пытались проникнуть в академии и другие учреждения знания во Франции. Пик в этих усилиях был достигнут в 1774 году, когда Энциклопедист и друг Вольтера и философа , Анн-Робер Жак Тюрго, был назначен генеральным контролером Франции, самым влиятельным министерским постом в королевстве, недавно коронован королем Людовиком XVI.Вольтер и его союзники проложили путь к этой победе благодаря шквалу работ на протяжении 1760-х и 1770-х годов, в которых была представлена ​​философия , , подобная той, которую Тюрго поддерживает как проводник просвещенных реформ, а ее критики - как предвзятые защитники укоренившейся традиции.

Вольтер издал одну откровенно философскую книгу в поддержку этой кампании, его Dictionnaire Philodica 1764–1770 гг. В этой книге были переизданы его статьи из оригинальной энциклопедии Encyclopédie с добавлением новых статей, задуманных в духе оригинальной работы.Тем не менее, чтобы полностью понять бренд философии , которую Вольтер сделал основой Просвещения, нужно признать, что она так же часто циркулировала в художественных рассказах, сатирах, стихах, брошюрах и других, менее явно философских жанрах. Самый известный текст Вольтера, например, Candide, ou l’Optimisme , впервые опубликованный в 1759 году, представляет собой вымышленный рассказ о странствующем путешественнике, вовлеченном в серию фарсовых приключений. Тем не менее, в тексте содержится серьезная атака на лейбницевскую философию, которая во многом знаменует собой кульминацию многолетней атаки Вольтера на эту философию, начатую во время ньютоновских войн. Philosophie à la Voltaire также принял форму политического активизма, такого как его публичная защита Жана Каласа, который, как утверждал Вольтер, стал жертвой деспотического государства и иррациональной и жестокой судебной системы. Вольтер часто уделял этой политической защите философские размышления, например, когда он способствовал французскому переводу трактата Чезаре Беккариа о гуманитарном правосудии и реформе пенитенциарной системы, а затем предварял работу своим эссе о справедливости и религиозной терпимости (Калас был французским протестантом, преследуемым католическая монархия).Публичные философские кампании, подобные этой, которые направили критический разум прямым, оппозиционным образом против предполагаемой несправедливости и абсурда жизни Старого режима, были отличительной чертой философии , как понимал этот термин Вольтер.

1,7 Вольтер,

Философ Икона Просвещения Философия (1778 – настоящее время)

Вольтер прожил достаточно долго, чтобы увидеть, как некоторые из его давних наследий начали конкретизироваться. С приходом к власти Людовика XVI в 1774 году и назначением Тюрго генеральным контролером французский истеблишмент начал по-новому воспринимать философию и их повестку дня.Критики Вольтера и его программы для философии оставались сильными, однако, и они продолжали выживать в качестве необходимого фона для позитивного образа философа эпохи Просвещения как модернизатора, прогрессивного реформатора и смелого бича против традиционного авторитета, который Вольтер переданы по наследству последующим поколениям. При жизни Вольтера это новое признание привело к окончательному возвращению в Париж в начале 1778 года. Здесь, как хилого и болезненного восьмидесятилетнего старика, город приветствовал Вольтера как героя Просвещения, которого он теперь олицетворяет.Статуя была заказана как постоянная святыня его наследия, а публичное исполнение его пьесы « Irène » было проведено таким образом, чтобы ее автора прославили как национального героя. Вольтер умер через несколько недель после этих событий, но инициированная ими канонизация продолжается вплоть до настоящего времени.

Западная философия была глубоко сформирована концепцией философии и программой философии Просвещения , которую Вольтер стал олицетворять.Предложенная им модель философа как критически настроенного общественного гражданина и прежде всего защитника, а также как непонятного и систематического мыслителя только тогда, когда это абсолютно необходимо, оказала особое влияние на последующее развитие европейской философии. Также влиятельным был приведенный им пример философа, оценивающего ценность любой философии в соответствии с ее способностью влиять на социальные изменения. В этом отношении знаменитый тезис Карла Маркса о том, что философия должна стремиться изменить мир, а не просто его интерпретировать, многим обязан Вольтеру.Связь между Вольтером и Марксом также была установлена ​​благодаря французской революционной традиции, которая также приняла Вольтера в качестве одного из своих героев-основателей. Вольтер был первым человеком, которого удостоили перезахоронения во вновь созданном Пантеоне великих людей Франции, созданном новым революционным правительством в 1791 году. Этот акт послужил данью связи, которую революционеры увидели между философской программой Вольтера и дело революционной модернизации в целом.Точно так же Вольтер остается сегодня культовым героем для всех, кто видит положительную связь между критическим разумом и политическим сопротивлением в проектах прогрессивных, модернизирующих реформ.

Философское наследие Вольтера, в конечном счете, заключается в том, как он практиковал философию и в целях, к которым он направлял свою философскую деятельность, как и в любой конкретной доктрине или исходной идее. Тем не менее, определенные философские позиции, которые он занимал, и то, как он использовал свои более широкие философские кампании для отстаивания определенных представлений и принижения других, действительно создали созвездие, уместно названное философией Просвещения Вольтера.В соответствии с характером Вольтера, это созвездие лучше всего описать как набор интеллектуальных позиций и ориентаций, а не как набор доктрин или систематически защищаемых позиций. Тем не менее, другие находили у Вольтера как модель хорошо ориентированного философа , так и набор конкретных философских позиций, соответствующих этой позиции. Каждая сторона этого уравнения сыграла ключевую роль в определении философии эпохи Просвещения , которую Вольтер стал олицетворять.

2.1 Свобода

Центральное место в этом комплексе занимает концепция свободы Вольтера. Вокруг этой категории также сходились социальная активность Вольтера и его относительно редкие экскурсии в систематическую философию. В 1734 году, после скандалов, спровоцированных « философскими письмами », Вольтер написал, но оставил незаконченным в Сире, « Traité de metaphysique », в котором философски исследовался вопрос о человеческой свободе. Этот вопрос был особенно центральным для европейских философских дискуссий в то время, и работа Вольтера явно ссылалась на таких мыслителей, как Гоббс и Лейбниц, когда они боролись с вопросами материализма, детерминизма и провиденциальной цели, которые тогда были центральными в трудах так называемых деистов. такие фигуры, как Джон Толанд и Энтони Коллинз.Великие дебаты между Сэмюэлем Кларком и Лейбницем о принципах ньютоновской натурфилософии также оказали влияние, поскольку Вольтер изо всех сил пытался понять природу человеческого существования и этики в космосе, управляемом рациональными принципами и безличными законами.

Вольтер занял в этом тексте позицию где-то между строгим детерминизмом рационалистических материалистов и трансцендентным спиритизмом и волюнтаризмом современных христианских естествоиспытателей. Для Вольтера люди не являются детерминированными машинами материи и движения, поэтому свобода воли существует.Но люди также являются естественными существами, управляемыми неумолимыми законами природы, и его этика закрепила правильные действия в личности, имманентно обладающей естественным светом разума. Эта позиция дистанцировала его от более радикальных деистов, таких как Толанд, и он укрепил эту позицию, также приняв элитарное понимание роли религии в обществе. По мнению Вольтера, те, кто способен понять собственный разум, могут сами найти правильный курс свободных действий. Но поскольку многие были неспособны к такому самопознанию и самоконтролю, он утверждал, что религия является необходимым гарантом общественного порядка.Эта позиция дистанцировала Вольтера от республиканской политики Толанда и других материалистов, и Вольтер повторил эти идеи в своих политических размышлениях, оставаясь на протяжении всей своей жизни либеральным, реформаторским монархистом и скептиком по отношению к республиканским и демократическим идеям.

В книге « Lettres Philasphiques » Вольтер предложил более радикальную позицию по отношению к человеческому детерминизму, особенно в своем письме о Локке, в котором подчеркивается материалистическое прочтение локковской души, которая тогда была популярной фигурой в радикальном философском дискурсе.Некоторые читатели назвали эту часть книги основным источником ее противоречий, и в том же духе очень материалистическое описание « Âme », или души, появившееся в первом томе Энциклопедии Дидро и Даламбера «». , также был горячей точкой споров. Вольтер также определил свое собственное понимание души аналогичными терминами в своем собственном словарном справочнике «Философский словарь ». Эти примеры указывают на готовность и даже стремление Вольтера публично защищать противоречивые взгляды, даже когда его собственные, более личные и более продуманные произведения часто усложняли понимание, на котором настаивали его более публичные и полемические произведения.В этих случаях часто можно увидеть, как Вольтер защищает менее тщательно аргументированную позицию по сложной философской проблеме, чем занимает политическую позицию, направленную на утверждение его убежденности в том, что свобода слова, независимо от темы, священна и не может быть нарушена.

Вольтер на самом деле никогда не говорил: «Я не согласен с тем, что вы говорите, но я буду защищать до смерти ваше право сказать это». Тем не менее миф, который связывает это изречение с его именем, остается очень сильным, и до сих пор можно слышать, как к его наследию обращаются через повторное провозглашение этого заявления, которое он на самом деле никогда не провозглашал.Частично глубокая культурная связь, которая связывает Вольтера с этим изречением, заключается в том, что, хотя он и не написал эти точные слова, они все же отражают, хотя и неточно, дух его философии свободы. В частности, в его объемной переписке и в деталях многих из его наиболее полемических публичных текстов можно обнаружить, что Вольтер сформулировал точку зрения на интеллектуальную и гражданскую свободу, которая делает его бесспорным предшественником современного гражданского либертарианства. Однако он никогда не был автором ни одного философского трактата на эту тему, тем не менее, память о его жизни и философских кампаниях сыграла важную роль в продвижении этих идей.Влияние Вольтера ощутимо присутствует, например, в знаменитом аргументе Канта в его эссе «Что такое Просвещение?» что Просвещение проистекает из свободного и публичного использования критического разума и из свободы, которая позволяет таким критическим дебатам протекать беспрепятственно. Отсутствие единственного текста, который закрепляет эту связь в собрании сочинений Вольтера, никоим образом не устраняет безошибочного присутствия влияния Вольтера на формулировку Канта.

2.2 Гедонизм

Представление Вольтера о свободе также закрепило его гедонистическую мораль, еще одну ключевую черту философии Просвещения Вольтера.Одним из проводников этой философии была непристойная поэзия Вольтера, жанр, который одновременно отражал в своем эротизме и сексуальном подтексте живую культуру либертинизма, которая была важной чертой биографии Вольтера. Но Вольтер также внес свой вклад в философский либертинизм и гедонизм, прославляя моральную свободу через сексуальную свободу. Признанный гедонизм Вольтера стал центральной чертой его более широкой философской идентичности, поскольку его распутные труды и поведение всегда использовались теми, кто хотел обвинить его в безрассудном подрывнике, стремящемся подорвать законный общественный порядок.Отказ Вольтера подчиняться подобным обвинениям и его решимость противодействовать им, защищая тот самый разврат, который использовался против него, также внесли позитивную философскую программу в эту общественную борьбу, которая имела очень большое влияние. В частности, благодаря культивированию счастливой распутной личности и применению философского разума к моральной защите этой идентичности, часто с помощью широко доступных средств поэзии и остроумной прозы, Вольтер стал ведущей силой в более широкой артикуляции эпохи Просвещения. мораль, основанная на положительной оценке личного, и особенно телесного удовольствия, и этика, основанная на гедонистическом исчислении максимизации удовольствия и минимизации боли.Он также продвигал это дело, поддерживая непрекращающуюся атаку на репрессивные и, по его мнению, античеловеческие требования традиционного христианского аскетизма, особенно на безбрачие священников, и моральные кодексы сексуального воздержания и телесного самоотречения, которые все еще были центральными для традиционные моральные учения того времени.

Та же самая гедонистическая этика имела решающее значение для развития либеральной политической экономии в эпоху Просвещения, и Вольтер применил свой собственный либертинизм и к этому проекту.После скандалов, спровоцированных знаменитым аргументом Мандевиля в «Басня о пчелах » (стихотворение, следует помнить), что погоня за частным пороком, а именно с жадностью, ведет к общественным благам, а именно к экономическому процветанию, - французские дебаты. о ценности роскоши как морального блага вспыхнул, что привлекло перо Вольтера. В 1730-х годах он написал стихотворение под названием « Le Mondain », в котором гедонистическая мирская жизнь прославлялась как положительная сила для общества, а не как разлагающий элемент, как ее считала традиционная христианская мораль.В его Essay sur les moeurs он вместе с другими историками эпохи Просвещения прославлял роль материальных приобретений и торговли в продвижении цивилизации. Адам Смит, как известно, приводил аналогичные аргументы в своем основополагающем трактате либерализма Просвещения, О богатстве народов , опубликованном в 1776 году. Вольтер, безусловно, не внес большой вклад в политико-экономическую науку, которую практиковал Смит, но он внес свой вклад в более широкую философскую кампании, которые сделали концепции свободы и гедонистической морали центральными в своей работе, как широко известные, так и более общепринятые.

Неистребимое благо личной и философской свободы, возможно, является главной темой философии Вольтера, и если это так, то с ней тесно связаны две другие темы. Первое - это важность скептицизма, а второе - важность эмпирической науки как растворителя догматизма и пагубного авторитета, который она порождает.

2.3 Скептицизм

Скептицизм Вольтера произошел непосредственно от неопирроновского возрождения Возрождения и, в частности, в долгу перед Монтенем, чьи эссе сочетали позицию сомнения с позитивным построением личности, основанной на философском скептицизме.Скептицизм Пьера Бейля был столь же влиятельным, и то, что Вольтер разделял с этими предшественниками, и что отделяло его от других направлений скептицизма, таких как тот, который проявился у Декарта, - это настойчивое утверждение ценности скептической позиции как последней. и полная философская позиция. Среди философских тенденций, которые больше всего осуждал Вольтер, были те, которые он наиболее сильно ассоциировал с Декартом, который, как он полагал, начинал со скептицизма, но затем оставил его во имя некоего позитивного философского проекта, призванного его искоренить или разрешить.Такие побуждения обычно приводили к созданию того, что Вольтер любил называть «философскими романами», то есть систематических описаний, которые преодолевают сомнения, обращаясь к воображению и его потребности в последовательных объяснениях. Такие объяснения, утверждал Вольтер, являются фикцией, а не философией, и философ должен признать, что очень часто наиболее философским объяснением является отсутствие объяснения вообще.

Такой скептицизм часто служил оплотом защиты свободы Вольтера, поскольку он утверждал, что ни один авторитет, каким бы священным он ни был, не должен быть защищен от критического разума.Взгляды Вольтера на религию, проявленные в его личных сочинениях, сложны, и, основываясь на свидетельствах этих текстов, было бы неправильно называть Вольтера атеистом или даже антихристианином, пока человек принимает широкое понимание того, что может повлечь за собой христианство. . Но даже если его личные религиозные взгляды были тонкими, Вольтер непоколебимо враждебно относился к церковной власти и власти духовенства. По тем же причинам он становился все более враждебным по отношению к священным тайнам, на которых монархи и аристократическое общество старого режима основывали свою власть.В этих случаях скептицизм Вольтера был привязан к его либертарианским убеждениям благодаря его постоянным усилиям использовать критический разум в качестве растворителя для этих «суеверий» и авторитета, который они закрепляли. Философский авторитет романистов , таких как Декарт, Мальбранш и Лейбниц, аналогичным образом подвергался той же критике, и здесь можно увидеть, как защита скептицизма и свободы чаще, чем любая глубоко укоренившаяся оппозиция религиозности как таковой, часто была самой сильной. мощный мотиватор для Вольтера.

С этой точки зрения Вольтера можно было бы плодотворно сравнить с Сократом, еще одним основоположником западной философии, который сделал отказ от декларирования систематических философских позиций центральной чертой своей философской идентичности. Неоднократное утверждение Сократа о том, что он ничего не знал, отразилось в утверждении Вольтера о том, что истинный философ - это тот, кто осмеливается не знать, а затем имеет смелость публично признать свое невежество. Вольтер также, как и Сократ, был публичным критиком и полемистом, который определял философию в первую очередь с точки зрения ее способности освобождать людей от господства авторитарного догматизма и иррациональных предрассудков.Тем не менее, в то время как Сократ отстаивал строгую философскую диалектику как средство этой эмансипации, Вольтер видел тот же диалектический рационализм в основе догматизма, который он стремился преодолеть. Вольтер часто использовал сатиру, насмешки и остроумие, чтобы подорвать предполагаемую строгость философской диалектики, и в то время как Сократ видел в такой риторической игре слов саму суть ошибочного софизма, который он стремился устранить, Вольтер культивировал лингвистическую смекалку как растворитель ложная и обманчивая диалектика, на которой основана традиционная философия.

2,4 Ньютоновская эмпирическая наука

Против принятия невежества, которого часто требовал строгий скептицизм, и против ложного бегства от него, обнаруживаемого в софистическом знании - или том, что Вольтер называл образными философскими романами, - Вольтер предложил иное решение, нежели строгие диалектические рассуждения Сократа: ценность тщательной эмпирической науки. Здесь виден долг Вольтера перед течениями ньютонизма, сыгравшими столь сильную роль в начале его карьеры.Собственный критический дискурс Вольтера против образных философских романов фактически берет свое начало от английских и голландских ньютонистов, многие из которых были экспатриантами французскими гугенотами, которые разработали эти тропы в качестве риторического оружия в своих битвах с Лейбницем и европейскими картезианцами, которые бросили вызов нововведениям ньютоновской натурфилософии. . В своей книге Principia Mathematica (1687; 2 nd rev. Edition 1713) Ньютон предложил полное математическое и эмпирическое описание поведения небесных и земных тел.Тем не менее, когда его попросили объяснить, как тела могли действовать так, как он математически и эмпирически продемонстрировал, что они действовали, Ньютон, как известно, ответил: «Я не притворяюсь гипотезами». С точки зрения традиционной натурфилософии это было равносильно размахиванию руками, поскольку строгое причинное объяснение природы движущихся тел было самой сутью этой области наук. Однако главная философская инновация Ньютона заключалась в том, чтобы бросить вызов этой самой эпистемологической основе, а утверждение и защита позиции Ньютона от ее многочисленных критиков, не в последнюю очередь со стороны Вольтера, стали, возможно, центральной движущей силой философских изменений в первой половине восемнадцатого века.

Хотя ньютоновская эпистемология допускала множество вариаций, в ее основе лежал новый скептицизм относительно обоснованности априори рационалистических представлений о природе и новое утверждение грубого эмпирического факта как самостоятельного действительного философского понимания. Европейские натурфилософы во второй половине семнадцатого века отбросили метафизику и физику Аристотеля с ее четырехчастной причинностью и телеологическим пониманием тел, движения и космического порядка.Вместо этого, однако, была введена новая механическая причинность, которая пыталась объяснить мир столь же всеобъемлющими терминами через механизмы инертной материи, действующей посредством прямого контакта и только действия. Этот подход привел к вихревому описанию небесной механики, представлению, согласно которому материальные тела плавают в эфирном море, действие которого толкает и притягивает объекты так, как мы наблюдаем. Однако нельзя было наблюдать само эфирное море или другие агенты этого якобы всеобъемлющего механического космоса.Тем не менее рациональность диктовала, что такие механизмы должны существовать, поскольку без них философия была бы возвращена к оккультным причинам аристотелевских естественных тенденций и телеологических принципов. Таким образом, выяснение того, что это за механизмы точечного контакта и как они работают, было задачей новой механической натурфилософии конца семнадцатого века. Такие деятели, как Декарт, Гюйгенс и Лейбниц, заработали свою научную репутацию благодаря усилиям по достижению этой цели.

Ньютон указал натурфилософию в новом направлении. Он предложил математический анализ, основанный на неизбежных эмпирических фактах, как новую основу для строгого изучения космоса. С этой точки зрения, великая ошибка как аристотелевской, так и новой механической натурфилософии заключалась в ее неспособности достаточно строго придерживаться эмпирических фактов. Вихревая механика, например, утверждала, что материя перемещается под действием невидимого агента, но это, как начали утверждать ньютонисты, заключалось не в объяснении того, что на самом деле происходит, а в представлении вымысла, который дает нам вполне удовлетворительное рациональное объяснение того, что происходит на самом деле. Это.Натурфилософия должна противостоять соблазну таких рациональных представлений и вместо этого иметь дело только с эмпирически доказуемым. Более того, утверждали ньютонианцы, если набор неопровержимых фактов нельзя объяснить иначе, как путем признания грубой фактичности их истины, это не столько неудача философского объяснения, сколько приверженность соответствующей строгости. Такие эпистемологические баталии стали особенно ожесточенными вокруг теории всемирного тяготения Ньютона. Мало кто сомневался, что Ньютон продемонстрировал неопровержимый математический закон, согласно которому кажется, что тела притягиваются друг к другу в зависимости от их массы и обратно пропорционально квадрату расстояния между ними.Но было ли это строгое математическое и эмпирическое описание философским описанием движущихся тел? Критики, такие как Лейбниц, сказали нет, поскольку математическое описание - это не то же самое, что философское объяснение, а Ньютон отказался предложить объяснение того, как и почему гравитация действует именно так. Ньютонианцы возражали, что феноменальные описания были адекватными с научной точки зрения, пока они основывались на эмпирических фактах, и поскольку еще не были обнаружены факты, объясняющие, что такое гравитация или как она работает, научное объяснение этого еще невозможно.Далее они настаивали на том, что достаточно того, что гравитация действовала так, как говорил Ньютон, и что это было ее собственным оправданием для принятия его теории. Они также высмеивали тех, кто настаивал на том, чтобы выдумывать химеры, такие как небесные вихри, в качестве объяснения явлений, когда не существовало эмпирических свидетельств в поддержку таких теорий.

Предыдущее резюме описывает общую суть позиции Ньютона в напряженных философских спорах первых десятилетий восемнадцатого века.Он также описывает позицию самого Вольтера в тех же битвах. Его вклад, таким образом, не был сосредоточен на каких-либо нововведениях в этих очень знакомых ньютоновских темах; скорее, его достижением было то, что он стал ведущим проповедником этой новой ньютоновской эпистемологии и, как следствие, главной причиной ее широкого распространения и признания во Франции и по всей Европе. Сравнение с ролью Дэвида Хьюма в этом же развитии могло бы помочь пролить свет на особый вклад каждого из них.И Юм, и Вольтер начали с одного и того же скептицизма в отношении рационалистической философии, и каждый из них принимал ньютоновский критерий, делавший эмпирический факт единственным гарантом истины в философии. Однако целью Юма оставалась традиционная философия, и его вклад состоял в том, чтобы расширить скептицизм вплоть до отрицания возможности самой трансцендентальной философии. Этот аргумент, как известно, пробудил догматические дремоты Канта и привел к воссозданию трансцендентальной философии в новых терминах, но Вольтер приготовил другую рыбу.Он был привязан к новым ньютоновским учёным-эмпирикам, и, хотя сам он был не более чем ученым-дилетантом, его преданность этой форме естественного исследования сделала его в некоторых отношениях ведущим философским защитником и идеологом новой эмпирико-научной концепции философии. что инициировал Ньютон.

Для Вольтера (и многих других ньютонистов восемнадцатого века) самым важным проектом была защита эмпирической науки как альтернативы традиционной натурфилософии.Это включало участие в критике Юмом абстрактных рационалистических систем, но также включало совершенно иной проект защиты эмпирической индукции и экспериментального мышления как новой эпистемологии, подходящей для современной Просвещенной философии. В частности, Вольтер яростно боролся против рационалистической эпистемологии, которую критики использовали для оспаривания ньютоновских рассуждений. Например, его знаменитый вывод в Candide о том, что оптимизм был философской химерой, порожденной, когда диалектический разум остается отделенным от грубых эмпирических фактов, во многом обязан его ньютоновским убеждениям.Его альтернатива, предложенная в том же тексте о жизни, посвященной простым задачам с ясными, осязаемыми и, что наиболее важно, полезными целями, также была получена из утилитарного дискурса, который ньютонианцы также использовали для обоснования своей науки. Кампания Вольтера в защиту вакцинации против оспы, начавшаяся с его письма по теме в книге Lettres Философские науки , аналогичным образом основывалась на обращении к фактам дела как к противоядию от опасений, порожденных логическими выводами из, казалось бы, здравых аксиоматических принципов. .Фактически, все публичные кампании Вольтера использовали эмпирический факт как последний растворитель для иррациональных предрассудков и слепой приверженности существовавшим ранее представлениям. В этом отношении его философия, проявленная в каждом из них, была глубоко обязана эпистемологическим убеждениям, которые он почерпнул из ньютонианства.

2.5 К науке без метафизики

Вольтер также внес непосредственный вклад в новые отношения между наукой и философией, которые Ньютоновская революция сделала центральным элементом современности Просвещения.Особенно важна была его критика метафизики и его аргумент в пользу исключения ее из любой хорошо организованной науки. В основе ньютоновских нововведений в натурфилософии лежал аргумент о том, что вопросы тела как таковые не имеют отношения к хорошо сфокусированному естествознанию или отвлекают от него. Например, против Лейбница, который настаивал на том, чтобы вся физика начиналась с точной и всеобъемлющей концепции природы тел как таковых, Ньютон утверждал, что характер тел не имеет отношения к физике, поскольку эта наука должна ограничиваться количественным описанием эмпирических эффектов. только и сопротивляйтесь побуждению размышлять о том, что нельзя увидеть или измерить.Это удаление метафизики из физики было центральным в общей ньютоновской позиции по отношению к науке, но никто не боролся за нее более энергично и не сделал больше, чтобы прояснить различие и дать ей широкую аудиторию, чем Вольтер.

Битва с лейбницианством в 1740-х годах была большим театром для работ Вольтера в этом отношении. В 1740 году, отвечая на попытки Дю Шатле в ее Institutions de Physiques воссоединить метафизику и физику посредством синтеза Лейбница и Ньютона, Вольтер выразил свое несогласие с таким проектом в обзорах и других опубликованных им эссе.Он сделал то же самое во время кратковременного возрождения так называемого «спора vis viva», вызванного трактатом дю Шатле, защищая эмпирическую и механическую концепцию тела и силы от тех, кто защищал более метафизическую концепцию того же самого Лейбница. В тот же период Вольтер также написал небольшую книгу под названием La Metaphysique de Newton , опубликовав ее в 1740 году в качестве косвенного контрапункта к книге Шатле Institutions . Этот трактат не столько формулировал метафизику Ньютона, сколько отмечал тот факт, что он вообще избегал подобных рассуждений.Он также обвинил Лейбница в том, что он был введен в заблуждение своим рвением сделать метафизику основой физики. В окончательном издании 1745 г. его «Элементов философии Ньютона » Вольтер также добавил свой трактат о метафизике Ньютона в качестве введения к книге, тем самым сформулировав свое собственное понимание отношений между метафизикой и эмпирической наукой в ​​прямом противоречии с лейбницевским пониманием Шатле. тоже самое. Он также добавил личные инвективы и сатиру к этой же позиции в своем обвинении Мопертюи в 1750-х годах, связав поворот Мопертюи к метафизическим подходам к физике в 1740-х годах с его все более заблуждающимся философским пониманием и его авторитарной манерой обращения со своими коллегами и критиками.

В то время как нападки Вольтера на Мопертюи пересекали черту ad hominem , в их основе была яростная защита того способа, которым метафизические рассуждения одновременно закрывают и вводят в заблуждение работу физиков. Более того, в той мере, в какой ньютонианство восемнадцатого века спровоцировало две основные тенденции в более поздней философии: первая реконструкция трансцендентальной философии à la Канта посредством его «Коперниканской революции», которая перенесла остатки метафизики в априорные категории разума, и во-вторых, маргинализация метафизики в целом через прославление философского позитивизма и антиспекулятивного научного метода, лежащего в его основе, Вольтера следует рассматривать как главного прародителя последнего.Кроме того, присоединяя то, что многие в XIX веке считали протопозитивизмом Вольтера, к его знаменитым кампаниям по искоренению священнической и аристо-монархической власти посредством разоблачения «иррациональных суеверий», которые, казалось, закрепляли такой авторитет, наследие Вольтера также закрепило предполагаемую связь это соединило позитивистскую науку, с одной стороны, с секуляризирующим разочарованием и дехристианизацией, с другой. Таким образом, Вольтера следует рассматривать как инициатора философской традиции, которая идет от него до Огюста Конта и Чарльза Дарвина, а затем - до Карла Поппера и Ричарда Докинза в двадцатом веке.

Вольтер - Цитаты, книги и жизнь

Кем был Вольтер?

Вольтер зарекомендовал себя как один из ведущих писателей эпохи Просвещения. Его знаменитые работы включают трагическую пьесу Zaïre , историческое исследование Эпоха Людовика XIV и сатирическую новеллу Кандид . Часто расходясь с французскими властями из-за своих политически и религиозных работ, он был дважды заключен в тюрьму и провел много лет в изгнании. Он умер вскоре после возвращения в Париж в 1778 году.

Ранняя жизнь

Вольтер родился Франсуа-Мари Аруэ в зажиточной семье 21 ноября 1694 года в Париже, Франция. Он был младшим из пяти детей, рожденных Франсуа Аруэ и Мари Маргерит д'Омар. Когда Вольтеру было всего семь лет, его мать скончалась. После ее смерти он сблизился со своим вольнодумным крестным.

В 1704 году Вольтер поступил в Коллеж Луи-ле-Гран, среднюю школу иезуитов в Париже, где он получил классическое образование и начал подавать надежды как писатель.

Убеждения и философия

Обращаясь к философам Просвещения, таким как Исаак Ньютон, Джон Локк и Фрэнсис Бэкон, Вольтер черпал вдохновение в их идеалах свободного и либерального общества, а также свободы религии и свободной торговли.

Вольтер, как и другие мыслители эпохи Просвещения, был деистом - не по вере, по его словам, а, скорее, по разуму. Он благосклонно относился к религиозной терпимости, хотя мог резко критиковать христианство, иудаизм и ислам.

Однако как вегетарианец и защитник прав животных Вольтер хвалил индуизм, заявляя, что индусы были «мирными и невинными людьми, одинаково неспособными причинить вред другим или защитить себя».

Основные произведения

Вольтер писал стихи и пьесы, а также исторические и философские произведения. Его самые известные стихи включают The Henriade (1723) и The Maid of Orleans , которые он начал писать в 1730 году, но так и не закончил.

Среди самых ранних из самых известных пьес Вольтера - его экранизация трагедии Софокла «Эдип », которая впервые была исполнена в 1718 году. За Вольтером последовала череда драматических трагедий, в том числе «Мариамна » (1724). Его « Zaïre » (1732), написанное в стихах, было чем-то вроде отхода от предыдущих работ: до этого момента трагедии Вольтера были сосредоточены на фатальном изъяне в характере главного героя; однако трагедия в г. Заир г. была результатом обстоятельств.После Заира, Вольтер продолжал писать трагические пьесы, в том числе Магомет (1736) и Нанин (1749).

Собрание сочинений Вольтера также включает известные исторические труды Эпоха Людовика XIV (1751) и Очерк обычаев и духа народов (1756). В последнем Вольтер применил уникальный подход к отслеживанию развития мировой цивилизации, сосредоточив внимание на социальной истории и искусстве.

«Кандид»

Популярные философские произведения Вольтера приняли форму рассказов «Микромега » (1752 г.) и «Сон Платона » (1756 г.), а также знаменитой сатирической новеллы «Кандид » (1759 г.), которая считается Величайшая работа Вольтера. Candide наполнен философской и религиозной пародией, и в конце концов персонажи отвергают оптимизм. Ведутся большие споры о том, действительно ли Вольтер делал заявление о принятии пессимистической философии или пытался побудить людей активно участвовать в улучшении общества.

В 1764 году он опубликовал еще одну из своих знаменитых философских работ, Dictionnairephilusphique , энциклопедический словарь, который охватывал концепции Просвещения и отвергал идеи Римско-католической церкви.

Аресты и ссылки

В 1716 году Вольтер был сослан в Тюль за насмешки над герцогом Орлеанским. В 1717 году он вернулся в Париж, но был арестован и на год сослан в Бастилию по обвинению в написании клеветнических стихов. Вольтера снова отправили в Бастилию в 1726 году за споры с шевалье де Роганом. На этот раз его задержали ненадолго, а затем сослали в Англию, где он пробыл почти три года.

Публикация « писем Вольтера на английском языке (1733)» разозлила французскую церковь и правительство, заставив писателя бежать на более безопасные пастбища.Следующие 15 лет он провел со своей любовницей Эмили дю Шатле в доме ее мужа в Сирей-сюр-Блез.

Смерть

Вольтер переехал в Пруссию в 1750 году в качестве члена двора Фридриха Великого, а последние годы провел в Женеве и Ферни. К 1778 году он был признан символом прогрессивных идеалов Просвещения, и по возвращении в Париж он был встречен как герой. Он умер там вскоре после этого, 30 мая 1778 года.

Наследие

В 1952 году исследователь и писатель Теодор Бестерман основал в Женеве музей, посвященный Вольтеру.Позже он приступил к написанию биографии своего любимого предмета, и после его смерти в 1976 году Фонд Вольтера навсегда перешел в Оксфордский университет.

Фонд продолжал работать над тем, чтобы сделать плодотворные произведения писателя Просвещения доступными для широкой публики. Позже было объявлено, что Оксфордское полное собрание сочинений Вольтера , первое исчерпывающее аннотированное издание романов, пьес и писем Вольтера, будет расширено до 220 томов к 2020 году.

В ноябре 2017 года во время мероприятия, посвященного тому, что было бы Директор фонда Николас Кронк, которому исполнилось 323 года со дня рождения Вольтера, объяснил, как знаменитый писатель использовал неточности для привлечения внимания.Среди своих выдумок Вольтер назвал разные даты своего дня рождения и солгал о личности своего биологического отца.

Философия Вольтера

Вольтер (также известный как Франсуа-Мари Аруэ) - один из самых известных философов Просвещения. Вольтера даже часто считают представителем французского духа (его цитаты). Вольтер написал множество философских сказок, самая известная из которых - Кандид.

Краткое изложение его философии

Нет сомнений в том, что атеизм был очень распространен среди других форм «распутства» в придворном мире в конце правления Людовика XIV.Они имели тенденцию распространяться оттуда в средний класс. Взрыв произошел во времена Регентства. Вольтер, его чудесный дух сатиры проявлял себя и приветствовал и прославлял лорды и дамы, не без опасности для его безопасности, написал это послание к Урании задолго до того, как оно было опубликовано, - красноречивый сборник абсурдов современной теологической системы. В 1734 году в своих «Философских письмах» он сообщил об отголоске того, что было в английском обществе, религия оставлена ​​свободной для всех сект и споров, пресвитерианцев, социнианцев, антитринитариев, квакеров, а затем и парламента, ограничения королевской власти, политических нравов и т. и снова свободная философия и новая методология: критика врожденных идей мудрым Локком после инаугурации метода эксперимента канцлером Бэконом, ньютоновского притяжения, продемонстрировала эта истина, вытеснив химеры вихрей Декарта. , великие открытия в оптике и, наконец, в литературе: Папа, лорды, культивирующие литературу, академии, гений Шекспира, сюрприз, трагедия, комедия, коммерция, прививки и т. д..

Вольтер: против суеверий и фанатизма

Одновременно с «Философскими письмами » , как будто своего рода инстинкт направил его на атаку, которая была более глубокой и способной противостоять апологиям христианства, Вольтер опубликовал свои первые замечания о «Мысли Паскаля». Он закончил это, сорок лет спустя, во время выпуска «Мысли» Кондорсе. Он принял за свое опровержение настрой оптимизма в оценке состояния человека, и это добросовестно, безусловно, первый из этих двух периодов, хотя он стал очень пессимистичным вторым.Он оспаривал факт «человеческих страданий», он утверждал, что человек не «загадка», а то, чем он должен быть. Его замечания нацелены на здравый смысл, с узким, не без проявления недоброжелательности пониманием главной идеи, с которой он хочет бороться. Партия смотрит на знаменитый тезис Паскаля: ставка низкая. Кондорсе, как математик, находил более актуальными причины противодействовать этому. К тому же Паскаль хочет не для себя. Атакуем человека оплотами врага.

В области идей на этот раз мы должны упомянуть две книги совершенно разного рода: «Начала философии» Ньютона (1738 г.) и трагедию Магомета (1741 г.).Элементы - это нападение на картезианство, особенно на фоне ортодоксальных доктрин, относящихся к «миру Декарта». Эта книга, достаточно точная для работы любительской науки, добавила к растущей известности Вольтера, что авторитет, предоставленный мыслителям, которые могут решать проблемы труднодоступных. Трагедия Магомета, смело посвященная Папе, - это произведение, которое отражает как природу корпоративной пропаганды против психологического и исторического принципа богооткровенных религий, так и неспособность автора понять мотив религиозной души.Мухаммед полностью ускользает от него, как и Жанна д'Арк. Мы не претендуем на привлечение этих двух великих людей. Однако, с точки зрения психолога, у них есть очень интересная общая черта, наряду со столькими различиями. Но некоторые эмоции и некоторые стремления - это мир, полностью закрытый для Вольтера: он даже не подозревает, что это такое. Его работы как историка, столь яркие со всеми качествами ума, достигают без этого серьезного недостатка неоспоримого превосходства философии.Эссе о морали будет для всех частей, где документы не нарушили автор книги первого класса. Есть, поскольку это более справедливые и рациональные оценки великих фактов истории, чем у выдающихся историков нашего века, которые все или почти все руководствовались детерминистическим методом, который они поддерживали, оправдывали, уважали и в любом случае оправдывали как часть общего факта, что прошлое более неприятно.

Ни в молодости, ни позже философ Вольтер не выступал в противовес доктринам, более или менее связанным с религией, он всегда был самой религией.Его «Трактат о метафизике» показывает, что он был вдохновлен Локком, , Кларком и даже продемонстрировал существование Бога. Он следует Локку по происхождению идей и чувствителен к отрицательной природе идеи бесконечности. он рассматривает душу как способность мыслить, вложенную Богом в одну часть тела, и считает свою смерть вероятной. Этого все еще достаточно, особенно с учетом деизма, который доминирует в творчестве радикального материализма. В вопросе о свободе воли есть путаница и двусмысленность, с ярко выраженными чертами интеллекта и, в конце концов, ясное ощущение существования квот, как излишек в его письмах, в то же время наследный принц Пруссии где он защищает дело свободы.Часть «Договора о метафизике» посвящена морали, Вольтер поддерживает тезис о естественном добром и общительном человеке, движимом самолюбием и другими страстями, все хорошо, когда они не извращены. Термины добродетель и порок отмечены утилитарно более ясными и последовательными, чем это можно найти в школе чувств, которую он имел (до 1730 г.), чтобы получать уроки в Англии. Говорят, что все законы основаны на полезности и связанных с ней переменных. Самая большая из коммунальных услуг - подчиняться им. Они, после того, как затронули нашу естественную, по разуму, самооценку и доброту, наше единственное правило поведения, мы нарушаем нашу опасность.

Мы не понимаем, почему это простое изложение идей, но мало кто искал чистого занятия в истории этики восемнадцатого века ниже морали Хатчесона или даже Юма, который пришел позже и так плохо скоординирован. Принцип одобрения, введенный этими авторами и Адамом Смитом при рассмотрении поведения, которое люди считают добродетельным, не содержит ни малейшего продвижения, чтобы дать нам определение того, что само по себе заслуживает одобрения, и тем не менее он это единственный ментальный элемент, который они приняли во внимание, в дополнение к хорошему и полезному, как мобильный.

Вольтер и невежественный философ

Второй том самой философии Вольтера - это Невежественный Философ . Автор начинает с утверждения агностицизма относительно первых принципов. Отсутствие врожденных идей обрекает нас на неведение, говорит он, того, что опыт может сообщить нам, то есть о сути вопроса, о том, что происходит в уме на основе наших способностей. Среди последних, исследуя волю, она противоречит существованию свободы воли и придерживается точки зрения, противоположной той, которой он придерживался в юности: «Свободен ли я? Я читал Локка и видел линии света, я читал Договор Коллинза, Локк казался совершенным, и я никогда ничего не читал с тех пор, как это дало мне новый уровень знаний.«Он научил их тому, что воля после последней идеи, что идеи необходимы и что ничего не происходит без причины, а значит, нет свободы. О Боге, он поддерживает как вечность мира, так и Высший Разум, который только что приказал: «Вся работа требует работника», и он одобряет аргументы Бейля против системы Спинозы, который действительно хорош, и, кроме того, чтобы противоречить самому себе. , делает Бога существом, состоящим из частей. Спиноза - безбожная реальность, потому что он отрицает все конечные причины.Другие системы, по мнению Вольтера, безуспешно пытаются решить проблему Вселенной, за пределы которой может проникнуть аргумент деистов. Он отвергает оптимизм, особенно философию Лейбница, и противопоставляет «лучший возможный мир» сатирической картине мира. Роман Кандиды выходил уже много лет.

Моральный философ с поразительным невежеством вопреки или, скорее, из-за противоречия, которое уступает место Вольтеру, продолжая, с одной стороны, отвергать «врожденные идеи», признавая, что идея справедливости приобретается, как и любое другое понятие, и объявляя, с другой стороны, «настолько естественным, настолько универсально приобретенным всеми людьми, что он не зависит от любого закона, какого-либо соглашения, какой-либо религии.Из этого мы не видим, как эта идея могла быть получена, то есть взята из источника, отличного от самой природы этого существа, для которого она естественна. Также игнорируя философ, согласитесь, что некоторые из его приложений неизменны: «Идеи правильного и неправильного столь же ясны и универсальны, как и идеи здоровья и болезни, истины и лжи, согласия или несогласия». Ни принцип полезности, ни чувство больше не участвуют в этом признании морального закона, и это большое превосходство над английской школой в целом.Книга завершается взглядами на будущее с точки зрения универсальности морали: мы видим рассвет, «рассвет разума», фанатизм побежден, «истина больше не может скрывать».

Уверенность Вольтера в прогрессе разума, свободы и цивилизации была у себя дома очень серьезной, особенно в том, что касается уничтожения темной и деспотической власти церкви. Он мало думал о великой политической революции, чтобы верить в возможность справедливой и просвещенной демократии, народа, полностью подчиненного более высокому разуму и добродетели, способного управлять собой.Поэтому его надежда была просто перспективами, которые родились в то время, когда движение общественного духа и доброй воли проявлялось то тут, то там правительством Людовика XVI.

Вольтер, оптимизм и пессимизм

Вольтер не верил в прогресс, как Кондорсе. Вольтера следует четко отнести к пессимистическим мыслителям в отношении непоправимого состояния человечества. Автор Кандида к концу века стал заметным исключением из оптимистического духа, который всегда побеждал и господствовал, поскольку мы чувствовали, что старый режим осуждал Революцию, не умирая, и его реакции должны были пройти, и в следующем столетии развернуться, чтобы расточительность.

Третий договор систематической философии Вольтера должен прийти к решению или принципу действия (1772 г.) - это работа мастера Шопенгауэра. Мы так и не заметили, за исключением Кандид, форма великого, в высшей степени юмористическая и гротескная, обманывающая читателя по поводу глубины чувств, как взгляд на вселенную погружен в темные места, где Вольтер занят своим демоном. Читатель легко справляется в другом месте. Принцип действия в начале книги выдвигает учение о единстве творения и направления Вселенной, которое в конце получает тяжелое достижение: это Бог, единственный принцип и единый двигатель, но не бесконечное вечное. , и чьи дела вечны, как он.У него есть интеллект и воля, он свободен, но его природа обязательна. Человек несвободен, судьба обволакивает и управляет всеми его действиями: здесь свобода пробовать не только отрицается, она становится предметом для философа большой сатиры. Он атакует таким же образом, острым и ярким воображением относительно общего входа и места пребывания души в теле: душа - это, по его словам, абстрактный термин, подобный тем, которые мы даем его способностям.

Вольтер переходит к вопросу о свободе воли, чем о зле, которое нельзя приписать природе, и, следовательно, ее автору, раз уж он у него есть.Главы, содержащие описание зла в естественном порядке вещей и необходимое в животном и животном, называемом человеком, представляют собой поразительную энергию. Шопенгауэр смог глубоко выделить новые особенности, он и John Stuart Mill не выразили более четко истину, которую они чувствовали. Вольтер не упускает из виду, что великий оптимистичный Shaftesbury , Bolingbroke , Pope , люди были очень недовольны, он мог бы добавить в свой список Руссо, он также мог ответить на Rousseau , которые его считали, Voltaire Как счастливый человек, это было неправдой, и у него не было серьезных личных причин для пессимизма.Но Вольтер не был человеком, чтобы писать свои Признания.

Неразрешимая проблема по принципу действия следует за речью к атеисту, манихею, язычнику, еврею, турку и теисту. Он встречается со всеми остальными, которых он встречает, исходя из предположения, что «хороший Оросмейз, который делал все, мог бы добиться большего», и это, безусловно, дает манихейцу что-то вроде основы дуалистического взгляда. Если бы Вольтер намеревался дать твердый вывод всем своим философским взглядам, он мог бы составить манихейское учение, поскольку он верил в вечного Демиурга, он отвергал как свободную волю, с помощью которой принято объяснять происхождение зла, так и будущая жизнь, которая может содержать штраф и компенсацию, и, наконец, он считал неоправданными мировые условия в случае доброго и всемогущего творца.

Дуальность Демиурга навязывается каждому философу, который разрешил два отрицания, одно - человека и свободное от зла, а другое - ряд целей для людей, продолжает признавать создание мира. В таких случаях было бы естественно принять учение о вечной субстанции, вечно развивающейся и развивающейся. Вольтер очень подходил к этому, полагая, как он поступил с так называемым естественным богословием, которое подразумевает, что текущее существование вечного и необходимого, и с материализмом, что ничто не препятствует этому значению посредником интеллектуальных способностей, поскольку это ощущения, зависящие от как вы видите самые обычные.Эти два мнения сходятся воедино пантеизм. Вольтер, неспособный дать согласие, из-за твердой идеи, что у него есть разумная Воля, подразумеваемая законами вселенной, и видя эти законы в порядке и смешанном беспорядке, не мог прийти к выводу о моральном дуализме. Но это не было, однако, этой понятной, формальной профессии, поскольку это должно было бы прийти к объяснению пределов творческой силы добра, допущениям, что он считал разум запрещенным темнотой предмета.

Вольтер и человеческая природа

О своей приверженности деизму, его отдаленных взглядах на оптимистическую философию истории и заблуждениях человеческой природы и будущего счастья человечества, несет в себе отличия Вольтера, в середине тренировки общего времени, которая не только вовлечена, но глава.По этим пунктам мы поддерживаем решение, которое сильно отличается от решения, влияющего на достоинства мыслителя Вольтера. Мы воздаем должное огромной искренности и серьезности его чувств к Богу и миру, принимая во внимание его неудачу как метафизика и его подчинение двум сильным предрассудкам, которых он придерживался давней и почти универсальной философской традиции, вплоть до школы философии. Локка, а не реальный метод и принципы эмпиризма, которым он, как он считал, следует. Это существование материи и представление о Боге как о вечной природе.Чтобы взять философа в его обучающую среду, Вольтер справедливо использовал метафизические истины, которые, как он считал, были впервые приобретены, не жертвуя своей собственной твердой убежденностью в демиургической причинности.

Общая подготовка, инициатором и руководителем которой был Вольтер на протяжении полувека, была направлена ​​на то, что мы начали называть однажды открытием «сокрушить печально известных». Печально известный был церковью, церковным институтом, сбитым с толку, поскольку он был санкционирован пятнадцатью столетиями истории и законами устойчивого состояния, с системой контроля веры, подкрепленной пытками.Здесь давайте очистим от всех посторонних соображений, что на самом деле очень просто: несомненно, что Вольтер, как лидер большого хора свободной мысли, благодаря подавляющему излиянию «света» и утверждению в своем уме направления, взятого Во время Французской революции Вольтер был фактически «раздавлен мерзостью». потому что с 1789 года Церковь была абсолютно неспособна при различных режимах, которым удалось восстановить власть просвещения, инквизиции и преследований, которым ее неизменные принципы не позволяют ему добросовестно уступить.Затем война с церковью привела вольнодумца к блоку хороших и плохих элементов религиозного порядка в истории и к неправильному пониманию природы раннего христианства, можно сказать, что это было естественным, но не справедливым и неизбежным. В глазах Вольтера преступления и безрассудство католического господства неотделимы от других свидетельств его исторического пессимизма. Он видит в анналах человечества непрерывное воспроизводство одних и тех же страстей и той же чепухи, ошибка власти с воображаемыми объектами не может принимать различные формы, и, не видя действия какого-либо большого закона, он слишком легко верит в большие последствия. мелких причин.Его философия не близка, она не показывает ничего в христианстве, что заставило бы его казаться христианской эпохе более выгодной, чем цивилизации античности. Что он видит более ясно после основания христианства, так это то, что это дело уничтожило миллионы людей. Разве это не все еще занято, одинокий литератор, адвокат импровизированных мучеников, оспаривать палачей SACE, потерпевших? Разве он не знает, что могущественная группа магистратов и священников будет замучена и сожжена luimême?

Решение Вольтера по существу Реформации было изменено по разным причинам, хотя он не мог прекратить клеймить преследование протестантов, но он не видел, чтобы они очистили себя от закваски нетерпимости, он не мог сочувствовать их Из-за строгости, которая часто делает их врагами искусства, принципы культуры в некотором смысле казались менее опасными в католицизме.Эти причины замаскировали мораль Реформации и несущественность ее анекдотической части и ее невзгод. Вряд ли стоит говорить, что его оценка личности Иисуса, в отсутствие каких-либо научных или критических, а также несерьезных евангельских документов, часто варьировалась в зависимости от настроения и сопровождалась возмутительной сатирой. Следует также признать, что он проявил нечто большее, чем недоброжелательность и страсть к борьбе в этой сатире Священного Писания, когда в последние годы своей жизни выразил гнев.Было сказано, что отсутствие мистического чувства и даже подъем - это низкий, неоспоримый дух и острый, если этот человек серьезно хорош.

«Люди слепы и очень неудачливы, они предпочитают одну секту абсурдную, кровавую, поддерживаемую палачами и окруженную кольями, секту, которая может быть одобрена только теми, кому она дает власть и богатство, секта, которую принимают только в маленькая часть мира, простая и универсальная религия, по признанию Христа, была религией человеческого рода времен Сифа, Еноха и Ноя…

« Что мы будем делать вместо этого? Ты сказал Что! свирепое животное высосало кровь моих сородичей: я говорю вам избавиться от этого зверя, а вы спрашиваете меня, что сделаете! Вы спрашиваете меня, вас, в сто раз более одиозного, чем языческие жрецы, которые довольствовались своими церемониями и жертвоприношениями, которые требовали духов с цепочкой догм, куайн никогда не боролся своей властью с судьями, которые не вносили разногласий между мужчины, у вас есть право спросить, что поставить на место ваших сказок! Мой ответ: Бог, правда, добродетель, законы, наказания и награды.Проповедуйте честность, а не догмы. Будьте священниками Божьими, а не одним человеком

Статьи по теме о Вольтере и его философии

Вольтер (Франсуа-Мари Аруэ)> Индивидуальный философ> Философия

Введение | Жизнь | Работа | Книги

Вольтер (Франсуа-Мари Аруэ)
(Портрет Николя де Ларжиллира, 1718 г.)

Вольтер (настоящее имя Франуа-Мари Аруэ ) (1694 - 1778) был французским философом и писателем эпохи Просвещения.Его ум, остроумие и стиль сделали его одним из величайших писателей и философов Франции , несмотря на споров, которые он привлек.

Он был откровенным сторонником социальной реформы (включая защиту гражданских свобод , свободы религии и свободной торговли ), несмотря на строгие законы о цензуре и суровые наказания того периода, и использовал из его сатирических произведений критиковать католических догм и французских институтов его времени.Наряду с Джоном Локком, Томасом Гоббсом и Жан-Жаком Руссо его работы и идеи повлияли на важных мыслителей как американских и французских революций .

Он был плодовитым писателем и написал почти произведений в каждой литературной форме (пьесы, стихи, романы, очерки, исторические и научные труды, более 21000 писем и более двух тысяч книг и брошюр).

Вольтер был , родился 21 ноября 1694 года в Париже, , Франция, был самым младшим из пяти детей в семье среднего класса .Его отцом был Франсуа Аруэ , нотариус и мелкий чиновник казначейства; его матерью была Мария Маргарита д'Омар , из знатной семьи провинции Пуату.

Вольтер получил образование у иезуитов в Коллеж Луи-ле-Гран в Париже с 1704 по 1711 год, где он продемонстрировал ранний дар к языкам , изучая латынь и греческий в детстве, а позже стал бегло на итальянском, испанском и английском языках. Он, однако, утверждал, что не выучил ничего, кроме «латыни и глупостей».

К моменту окончания колледжа Вольтер уже решил, что хочет стать писателем . Однако его отец очень хотел, чтобы он стал юристом , поэтому Вольтер притворился, что работает в Париже помощником юриста, а на самом деле большую часть своего времени тратил на написание сатирических стихов . Даже когда отец нашел его и отправил изучать право в провинцию, он, тем не менее, продолжал писать .

Остроумие Вольтера вскоре сделало его популярным среди некоторых из аристократических семей Парижа, и он стал фаворитом в общественных кругах .Когда отец Вольтера устроился на него секретарем французского посла в Нидерландах , Вольтер влюбился в французскую беженку по имени Катрин Олимп Дюнуайе , но их скандальный побег был сорван отцом Вольтера и он был вынужден вернуться во Францию ​​.

С раннего возраста у Вольтера были проблемы с французскими властями за его энергичные нападения на правительство и католическую церковь, которые привели к многочисленным тюремным заключениям и изгнанникам на протяжении всей его жизни.В 1717 году, когда ему было еще чуть больше двадцати, он стал участником заговора Челламаре Джулио Альберони против Филиппа II, герцога Орланского (в то время регента короля Франции Людовика XV ), и его писаний о Регент привел к тому, что он был заключен в печально известную бастилию на одиннадцать месяцев. Однако, находясь там, он написал свою дебютную пьесу, «Эдипе» , успех которой установил его репутацию . В 1718 году, после этого заключения, он принял под именем «Вольтер» (сложная анаграмматическая игра слов), как псевдонимом, так и для повседневного использования, что многие считали обозначением его формального отделения от его семья и его прошлое.

Когда он оскорбил молодого дворянина Chevalier de Rohan , в 1726 году lettre de cachet было выдано изгнанникам Voltaire без суда , и он провел почти три года в Англии с 1726 по 1729 год. сильно повлиял на его идеи и опыт, и он был особенно впечатлен британской конституционной монархией , ее поддержкой свобод слова и религии , а также философией Джона Локка и научными работами сэра Исаака Ньютона ( 1642 - 1726) по оптике и гравитации.Вернувшись в Париж, он опубликовал свои взгляды на британское правительство, литературу и религию в сборнике под названием «Философские письма на английском языке» ( «Философские письма на английском языке» ), которые были встречены великими полемика во Франции (включая сожжение копий произведения), и Вольтер снова был вынужден покинуть Париж в 1734 году.

Его второе изгнание, с 1734 по 1749 год, было проведено в Chteau de Cirey (около Luneville на северо-востоке Франции).Замок принадлежал маркизу Флоран-Клод дю Штле и его жене, интеллектуалу Marquise milie du Chtelet (1706-1749), хотя Вольтер вложил часть своих денег в реконструкцию здания . Он начал пятнадцатилетние отношения с маркизой как любовников, и сотрудников в своих интеллектуальных занятиях, в течение которых они собрали и изучили более 21000 книг и провели эксперименты в области естественных наук в лаборатории. .Он продолжал писать, часто в сотрудничестве с маркизой, как художественную литературу, так и научные и исторические трактаты, а также на более философские темы (особенно по метафизике, оправданию существования Бога и действительности Библии ). ). Он отрекся от религии и призвал к отделению церкви от государства и к более религиозной свободе . Тем не менее, в 1746 году он был избран в Французскую академию .

После смерти маркизы в 1749 году (и продолжающихся споров по поводу его работы «Задиг» 1747 года) Вольтер переехал в Потсдам (около Берлин ), чтобы присоединиться к Фредерику Великому (1712 - 1786). ), его большим другом и поклонником, с зарплатой 20 000 франков в год. После многообещающего старта Вольтер вызвал еще споров в 1753 году своей атакой на президента Берлинской академии наук , что сильно разозлило Фредерика.И снова документы были сожжены, и он сбежал из в сторону Парижа, чтобы избежать ареста, но Людовик XV запретил ему возвращаться в Париж, поэтому вместо этого он обратился по адресу Geneva , Switzerland, где он купил большое поместье. Хотя сначала его приветствовали, закон в Женеве запретил театральных представлений и публикацию его произведений, и в конце концов Вольтер покинул город в отчаянии.

В 1759 году он окончательно поселился в поместье под названием Ferney , недалеко от швейцарской границы, где он прожил большую часть своих последних 20 лет вплоть до самой смерти, и где он продолжал принимать всю интеллектуальной элиты своей время.Его разочаровывающий опыт последних лет вдохновил его самую известную работу «Кандид, или оптимизм» ( «Кандид, или оптимизм» ) 1759 года, сатиру на философию Готфрида Лейбница и др. религиозно-философский оптимизм в целом.

Вольтер вернулся на встречу с героем в Париже в 1778 году в возрасте 83 лет. Однако азарт поездки был для него слишком сильным, и он умер 30 мая 1778 года в Париже .Говорят, что его последними словами были: «Ради бога, позволь мне умереть с миром». Из-за его критики церкви ему было отказано в захоронении на церковной земле, хотя в конце концов он был похоронен в аббатстве в Шампань , а в 1791 году его останки были перенесены в место упокоения в Panthon в Париже. . Его сердце было удалено из его тела и теперь находится в Bibliotheque Nationale в Париже, а его мозг также был удален (хотя после серии переходов более 100 лет он, по-видимому, исчез после аукцион).

Вольтер был плодовитым писателем и написал почти произведений в каждой литературной форме (пьесы, стихи, романы, очерки, исторические и научные труды, более 21000 писем и более двух тысяч книг и брошюр). Многие из его прозаических произведений и романсов были написаны как полемика , и им часто предшествовали его едкие, но разговорные предисловия. «Кандид» (1759), один из самых известных и наиболее успешных, например, напал на философию Готфрида Лейбница и его религиозно-философский оптимизм в шедевре сатиры и иронии .Однако Вольтер также отверг пессимистическую философию Блеза Паскаля о греховности человека и пытался придерживаться среднего курса , в котором человек мог найти моральную добродетель через разум .

Самым крупным философским трудом Вольтера был «Философский словарь» ( «Философский словарь» ), опубликованный в 1764 году и содержащий статьи, внесенные им в «Энциклопедию ». et des mtiers " ( " Энциклопедия, или систематический словарь наук, декоративно-прикладного искусства " ) (1751 - 1772) и несколько второстепенных произведений.Он направил критических замечаний в адрес французских политических институтов, личных врагов Вольтера, Библии и Римско-католической церкви.

Его помнят и почитают во Франции как отважного полемиста , который неустанно боролся за гражданских прав (право на справедливое судебное разбирательство , свободы слова и свободы религии ) и который осудил лицемерие и несправедливость Ancien Rgime , которые включали несправедливый баланс сил и налогов между Первым сословием (духовенство), Вторым сословием (дворяне) и Третьим сословием ( простолюдины и средний класс, обремененные большей частью налогов).Вольтер считал, что французская буржуазия слишком мала и неэффективна, аристократия паразитична и коррумпирована, простолюдины невежественны и суеверны, а церковь - статическая сила, полезная только для поддержки революционеров.

Хотя он на интеллектуальных основаниях приводил доводы в пользу установления конституционной монархии во Франции , предполагая предвзятость к либерализму, на самом деле он не доверял демократии , которая, по его мнению, пропагандировала идиотизм масс .Он видел просвещенного монарха или абсолютиста ( доброжелательный деспотизм , подобный тому, который защищал Платон), советовал философами, такими как он сам, как единственный способ добиться необходимых изменений , утверждая, что это было в рациональный интерес монарха к увеличению власти и богатства своих подданных и королевства.

Вольтера часто считают атеистом, хотя он действительно принимал участие в религиозных мероприятиях и даже построил часовню в своем имении в Ферни.Основным источником ложного представления является строка из одного из его стихотворений (названного "Послание автору книги" Три самозванца " ), которое обычно переводится как:" Если бы Бога не было, он надо было бы Его изобрести ». Многие комментаторы утверждали, что это иронический способ сказать, что не имеет значения , существует ли Бог или нет, хотя другие утверждают, что из остальной части стихотворения ясно, что любая критика была больше сосредоточена на действиях организованная религия , а не к концепции самой религии .

Фактически, как и многие другие ключевые фигуры европейского Просвещения, Вольтер считал себя деистом и сыграл важную роль в распространении деизма из Англии во Францию ​​при его жизни. Он не верил, что абсолютной веры , основанной на каком-либо конкретном или единственном религиозном тексте или традиции откровения , было необходимо для веры в Бога. Он писал: «Для меня совершенно очевидно, что существует необходимое, вечное, высшее и разумное существо.Дело не в вере, а в разуме ". Действительно, его внимание к идее вселенной, основанной на разуме и уважении к природе , отражало пантеизм, который становился все более популярным на протяжении 17 и 18 веков.

Хотя он и не был атеистом как таковой, он был противником организованной религии. Конечно, он был очень критически настроен к преобладающему католицизму , и, в частности, он считал, что Библия была устаревшей юридической и / или моральной ссылкой , что в любом случае она была в значительной степени метафорической (хотя она все еще учила несколько хороших уроков), и что это была работа Человека , а не божественный дар, и все это принесло ему плохую репутацию в католической церкви .Его отношение к Исламу варьировалось от «лживая и варварская секта» до «мудрой, суровой, целомудренной и гуманной религии». Он также показал в какой-то момент склонность к идеям индуизма и трудам священников-браминов.

Вольтер известен многими памятными афоризмами , хотя их часто цитируют вне контекста . «Если бы Бога не существовало, необходимо было бы Его изобрести», как уже упоминалось, все еще вызывает горячие споры относительно его значения и намерений.«Все к лучшему в лучшем из всех возможных миров» из его новеллы «Кандид» , на самом деле пародия на оптимизм Лейбница и религии. Наиболее часто цитируемая цитата Вольтера на самом деле полностью апокриф : Я не одобряю то, что вы говорите, но я буду защищать до смерти ваше право сказать, что на самом деле это было написано Эвелин Беатрис Холл в ее биографии Вольтера 1906 года и другие, хотя он отражает дух отношения Вольтера.

См. Дополнительные источники и список рекомендованной литературы ниже или полный список на странице книг по философии. По возможности я связывал книги с моим партнерским кодом Amazon, и как партнер Amazon я зарабатываю на соответствующих покупках. Покупка по этим ссылкам помогает поддерживать работу сайта, и я благодарен за вашу поддержку!

Путеводитель по Вольтеру, философу свободы слова и толерантности, для начинающих | Франсуа Мари Аруэ де Вольтер

После резни в Чарли Эбдо французские книжные покупатели обращаются к одному из своих великих философов , Вольтеру, в поисках просвещения и, возможно, Просвещения.Издательство Галлимар печатает дополнительные 10 000 экземпляров своего «Трактата о толерантности», которым размахивали участники митингов в Париже 11 января. В трактате Вольтер выступает за терпимость к религиозным убеждениям, оставляя за собой право энергично возражать против них и осуждая религиозный фанатизм всех мастей. «Терпимость никогда не вызывала гражданской войны; нетерпимость покрыла Землю кровавой бойней ».

Вольтер - псевдоним Франсуа-Мари Аруэ, родившегося в 1694 году: философ, романист, драматург, всесторонний нарушитель спокойствия и виртуоз насмешек с равными возможностями.С начала 20-го века он также был обречен на неправильное цитирование теми, кто использовал его как оружие в войнах за свободу слова. На самом деле он никогда не писал: «Я не согласен с тем, что вы говорите, но я буду защищать до смерти ваше право сказать это» - эта прекрасная формулировка, скорее, принадлежит его английскому биографу Эвелин Беатрис Холл (которая также использовала псевдоним: С.Г. Таллентир), которая использовала его для описания своего «отношения» в своей биографии 1906 года «Друзья Вольтера».

В более ранней биографии отмечен еще один приятный момент, который, вероятно, действительно сказал Вольтер в ответ на то же дело.Услышав, что власти приговорили к публичному сожжению книгу другого философа, Вольтер пошутил: «Какая суета насчет омлета!» (Великолепно отраженная защита.) Между тем, инструкция « Écrasez l’infâme !» («Сокруши то, что позорно»), подписанное во многих его письмах, стало чем-то вроде личного лозунга против злоупотреблений со стороны священнослужителей.

В конце концов, он был не новичок в неприятностях с властями и не мог их не спровоцировать.Ранняя публикация сатирического стихотворения, обвиняющего герцога Орлеанского в сексе с собственной дочерью, привела, что не совсем непредсказуемо, к ограничению в Бастилии. Но Вольтер смог продуктивно использовать тюремное заключение: именно там он принял свой псевдоним (или, возможно, guerre) и написал свою первую пьесу «Эдипе», рифф на трагедию Софоклина.

Его самым известным произведением остается «Кандид», фантастика, в которой молодой титульный герой погружается в тайны философского оптимизма.Это сатира на философские теории великого математика Готфрида Вильгельма Лейбница, бессмертно изображенного на своих страницах как некоего профессора Панглосса - отсюда и наше слово «панглосский». В этом лучшем из возможных миров все к лучшему, - настаивает Панглосс. К концу книги, однако, сам Кандид не так уверен - и, скорее всего, не те, кто сейчас впервые читает Вольтера.

О Вольтере - Фонд Вольтера

Родился в Париже в богатой буржуазной семье, он был блестящим учеником иезуитов.Его отказ от попыток отца направить его к карьере юриста был закреплен в 1718 году, когда он придумал себе новое имя: «де Вольтер». Вольтер является анаграммой «Arouet l (e) j (eune)» (в 18 веке i и j и u и v были типографически взаимозаменяемыми). Добавление аристократического предлога `` де '' может быть ранним признаком его социальных амбиций, но игра глагола volter , чтобы резко повернуться, вызывает игривое или `` изменчивое '' качество, которое предвещает быстрый стиль, всепроникающий юмор и ирония, делающая Вольтера такой важной фигурой в истории Просвещения.

В том же году, когда он придумал свое новое имя, Вольтер добился своего первого крупного литературного успеха, когда его трагедия Œdipe была поставлена ​​французской Комеди. Тем временем он работал над эпической поэмой, главным героем которой был Генрих IV, всеми любимый французский монарх, положивший конец гражданским войнам во Франции и ставший в трактовке Вольтера предвестником религиозной терпимости: La Ligue ( позже расширен до La Henriade ) был впервые опубликован в 1723 году.

Вольтер в Англии

Его репутация поэта и драматурга теперь прочно утвердилась, и он решил поехать в Англию, чтобы наблюдать за публикацией окончательного издания La Henriade . Его отъезд в Лондон был ускорен, когда он неразумно вступил в унизительный спор с аристократом, который на короткое время поместил его в Бастилию.

Вольтер прибыл в Лондон осенью 1726 года, и то, что частично началось как добровольное изгнание, стало для него решающим периодом становления.Он выучил английский язык и общался с рядом деятелей, видных в политической и культурной жизни Англии. Старая пила гласит, что Вольтер «приехал в Англию поэтом и оставил ее философом». По правде говоря, он был философом до приезда в Англию, и было бы точнее сказать, что Вольтер приехал в Англию как поэт, а оставил ее прозаиком. Вольтер думал о себе прежде всего как о поэте, и в течение своей долгой жизни он никогда не отказывался от написания стихов, к чему у него была замечательная способность (многие из его писем изобилуют, казалось бы, спонтанными отрывками стихов).В Англии, однако, он познакомился с образцами прозы, не похожими на те, к которым он привык во Франции: например, «Путешествие Гулливера » Свифта, которое Вольтер прочитал при первой публикации, или «Зритель » Аддисона, периодическое издание, которое он использовал в для того, чтобы научиться читать по-английски. Поэтому не случайно, что перед тем, как вернуться во Францию ​​в 1728 году, Вольтер начал писать свои первые два основных эссе в прозе: историю Histoire de Charles XII и книгу об англичанах, которая сейчас наиболее известна под названием заглавие Lettres Философские , но впервые было опубликовано в английском переводе (Лондон, 1733 г.) как Lettres About the English Nation .

Cirey и Берлин

Фурор, вызванный публикацией во Франции в 1734 году « философских слов» , побудил Вольтера покинуть Париж и укрыться в замке своей любовницы, г-жи Шатле, в Сирей-ан-Шампань. С 1734 года до смерти мадам дю Шатле в 1749 году это было его убежище от мира. В течение этого периода он изучал и интенсивно писал в самых разных областях, включая науку ( Eléments de la Философия Ньютона, , 1738), поэзию ( Le Mondain, , 1736), драму ( Магомет, , 1741), и художественная литература ( Zadig , 1747).В 1740-х годах Вольтер ненадолго был в лучших отношениях с двором: в 1745 году он стал королевским историографом, а в следующем году, после нескольких неудачных попыток, он был, наконец, избран в Французскую академию. Ему исполнилось пятьдесят, и теперь он был ведущим поэтом и драматургом своего времени; возможно, даже Вольтер не предполагал, что произведения, которые сделают его еще более знаменитым, еще лежат в будущем.

Первоначально идиллическая интерлюдия была обеспечена пребыванием Вольтера при дворе Потсдама (1750–1753), а в 1752 году он опубликовал как Le Siècle de Louis XIV , так и Micromégas .Однако на протяжении всей своей карьеры Вольтер был склонен к литературным ссорам, и его пребывание в Берлине не было исключением; его нападение на Пьера-Луи де Мопертюи, президента Берлинской академии, заставило Фридриха II потерять терпение по отношению к нему. Вольтер покинул Берлин в шквале взаимных обвинений, и, хотя позже они были забыты, мечта Вольтера найти идеального просвещенного монарха окончательно рухнула. Его переписка с Фридрихом, начавшаяся в 1736 году, когда последний еще был наследным принцем, сохранилась и после перерыва продолжалась до самой смерти Вольтера.Они переписывались по литературным и философским вопросам, и Вольтер послал Фридриху многие свои работы в рукописи. Их обмен более чем семисотами писем остается выдающимся литературным достижением.

Женева и Ферни

В январе 1755 года, после периода скитаний, Вольтер приобрел поместье в Женеве, которое назвал «Les Delices». Теперь началась новая и более устойчивая фаза, когда в возрасте шестидесяти одного года он впервые стал хозяином собственного дома: в мартовском письме того же года он написал: патриарх'.Лиссабонское землетрясение в ноябре 1755 года, возможно, нарушило его философские убеждения и заставило его усомниться в лейбницанском оптимизме, который Александр Поуп помог популяризировать, но это не нарушило его вновь обретенное личное счастье. Его «Поэма на пустыне Лиссабона » появилась через несколько недель после землетрясения, и это показывает, что его мгновенный литературный ответ должен был быть стихотворным. Его прозаический ответ на катастрофу в Candide потребовал больше времени для созревания и был опубликован в 1759 году.Тем временем он написал статьи для Encyclopédie Дидро и Д'Аламбера, а в 1756 году он опубликовал свою универсальную историю Essai sur les mœurs .

В 1757 году критическая статья Даламбера «Женева» в энциклопедии «» вызвала скандал в этом городе. Женева оказалась не той образцовой республикой, которую представлял или надеялся Вольтер, и после ряда споров с клерикальной властью он решил покинуть город. Правительство не приветствовало бы возвращение в Париж, поэтому он купил дом и поместье в Ферни, где поселился в 1760 году - теперь на французской земле, но в непосредственной близости от границы.В этом символически маргинальном положении Вольтер должен был прожить всю оставшуюся жизнь. Отныне он будет играть роль сеньора , заботиться о своем поместье и даже строить церковь для жителей деревни: на ней есть деистская (и нескромная) надпись Deo erexit Voltaire («Вольтер воздвиг [это] Богу») . Но эта вновь обретенная роль не означала, что, как и Кандид, Вольтер нашел счастье в возделывании своего сада и в игнорировании потустороннего мира. Напротив, именно в 1760 году Вольтер впервые издал объединяющий клич, которым он впредь подписывал многие свои письма: Ecrasons l’Infâme («Давай сокрушим презренных»).Стабильность его базы в Ферне, кажется, дала Вольтеру возможность в последующие годы начать и поощрять кампании, которые вскоре сделали его самым известным писателем в Европе.

Дело Каласа было решающим моментом в этом крестовом походе за терпимость. Гугенот Жан Калас был замучен и сломан колесом в 1762 году после того, как был признан виновным на основании сомнительных доказательств в убийстве своего сына. Вольтер успешно возглавил решительную кампанию по очищению имени Каласа, написал много писем и опубликовал ряд работ, в том числе Traité sur la tolérance (1763).Последовали и другие кампании - успешная по реабилитации другой семьи гугенотов, Сирвенов, обвиняемых в убийстве дочери, недавно перешедшей в католицизм, и неудачная с целью добиться помилования девятнадцатилетнего мужчины Ла Барре. приговорен к сожжению на костре за совершение некоторых тривиальных кощунственных действий (и за то, что у него была копия «Философского словаря » Вольтера ). Эта борьба принесла Вольтеру еще большую известность, и это никоим образом не умаляет его несомненной решимости и смелости сказать, что он явно наслаждался своей новой ролью: в письме 1766 года он написал другу: `` О, как я люблю эту философию действие и доброжелательность ».

Хотя многие из более поздних работ Вольтера касались его крестового похода за терпимость и справедливость, он продолжал писать в самых разных формах, от трагедии до критики Библии, от сатиры до короткометражного художественного произведения ( L'Ingénu , 1767; Le Taureau blanc , 1773). В феврале 1778 года друзья уговорили Вольтера совершить символическое возвращение в Париж, якобы для наблюдения за подготовкой к постановке его последней трагедии, Irène . Это был первый раз, когда он ступил в столицу с 1750 года, и был встречен с триумфом.Череда друзей посетила его, и, несмотря на ухудшение его здоровья, он присутствовал на представлении своей новой пьесы в Комеди Франсез, в ходе которой его бюст был увенчан на сцене лавровым венком. Его здоровье не позволяло ему вернуться в Ферни, и два месяца спустя он умер в Париже. Даже после смерти Вольтер, знаменитый актер-любитель, казалось, организовал свой уход со сцены, чтобы добиться максимальной огласки.

С точки зрения истории идей, самым важным достижением Вольтера было то, что он помог в 1730-х годах представить мысли Ньютона и Локка во Франции (и, следовательно, на остальном континенте).Это достижение, как показал Джонатан Исраэль, далеко не так радикально, как иногда думали: рассматриваемые английские мыслители служили по существу деистическим оплотом против более радикальных (атеистических) течений мысли в традиции спинозизма. Деистские убеждения Вольтера, повторявшиеся на протяжении всей его жизни, становились все более устаревшими и оборонительными по мере того, как он становился старше и по мере того, как распространение атеизма становилось все более и более возбужденным. Неспособность Вольтера создать оригинальную философию в некотором смысле уравновешивалась его сознательным культивированием философии действия; его крестовый поход «здравого смысла» против суеверий и предрассудков и в пользу религиозной терпимости был его самым большим вкладом в прогресс Просвещения.«Руссо пишет, чтобы писать, - заявил он в письме 1767 года, - я пишу, чтобы действовать».

Таким образом, литературный и риторический вклад Вольтера в эпоху Просвещения был поистине уникальным. Не интересовавшийся ни музыкой (как Руссо), ни искусством (как Дидро), Вольтер по сути своей был человеком языка. Благодаря силе стиля, умелому выбору литературного жанра и искусному манипулированию книжным рынком он нашел средства популяризации и распространения идей, которые до того времени обычно были тайными.Диапазон его произведений огромен, охватывая практически все жанры. Стихами он писал во всех формах - эпическую поэзию, оду, сатиру и послание, и даже случайные и легкие стихи; его драма, также написанная в стихах, включает в себя как комедии, так и трагедии (хотя трагедии не сохранились в современном театре, многие из них живут в опере, например, Россини Семирамида и Танкреди ).

Это прежде всего прозаические произведения, с которыми знакомы современные читатели, и снова они охватывают широкий спектр: истории, полемические сатиры, памфлеты всех типов, диалоги, короткие художественные произведения или contes , а также письма как реальные, так и вымышленные.Заметным отсутствием в этом списке является роман, жанр, который, как и проза драм , Вольтер считал низменным и тривиальным. Чтобы понять силу его неприязни к этим «новым» жанрам, мы должны помнить, что Вольтер был продуктом конца семнадцатого века, момента ссоры между древними и современниками, и эти литературные дебаты продолжали влиять на его эстетические взгляды. через его жизнь. Спорные религиозные и политические взгляды часто выражались в литературных формах (классическая трагедия, стихотворная сатира), усовершенствованных в семнадцатом веке; «консерватизм» этих форм кажется, по крайней мере, современным читателям, ставит под угрозу содержание, хотя этот очевидный традиционализм, возможно, на самом деле помог Вольтеру замаскировать оригинальность своего предприятия: по крайней мере спорно, что в такой работе, как Zaïre (1732), форма классической трагедии сделала ее идеи религиозной терпимости более приемлемыми.

Однако это также было бы упрощением, потому что, несмотря на свой очевидный литературный консерватизм, Вольтер на самом деле был неутомимым реформатором и экспериментатором литературных жанров, почти вопреки самому себе новаторским, особенно в области прозы. Хотя он никогда не отказывался от стихотворной драмы и философской поэзии, он экспериментировал с разными формами исторического письма и пробовал свои силы в разных стилях прозы. Прежде всего, он, кажется, обнаружил в конце своей карьеры сатирическое и полемическое использование этого фрагмента, в частности, в своих алфавитных произведениях, Dictionnaire Философский portatif (1764), содержащем 73 статьи в своем первом издании, и Questions sur l'Encyclopédie (1770–1772).Последняя работа, первое издание которой содержало 423 статьи в девяти томах октаво, представляет собой обширный и сложный сборник его мыслей и относится к непризнанным шедеврам Вольтера.

За свою карьеру он использовал около 175 различных псевдонимов

Ироничный, динамичный, обманчиво простой стиль Вольтера делает его одним из величайших стилистов французского языка. Всю свою жизнь Вольтер любил играть в своих пьесах, и эта любовь к ролевым играм пронизывала все его произведения.В течение своей карьеры он использовал около 175 различных псевдонимов, и его творчество характеризуется быстрым увеличением количества разных персонажей и голосов. Читателя постоянно вовлекают в диалог - сноской, противоречащей тексту, или одним голосом в тексте, который выступает против другого. Маска используется так безжалостно, а присутствие юмора, иронии и сатиры настолько широко распространено, что читатель, наконец, не понимает, где находится «настоящий» Вольтер. Его автобиографические сочинения немногочисленны и совершенно не раскрывают: как следует из названия его Commentaire Historique sur les Œuvres de l’auteur de la Henriade , только его сочинения составляют личность их автора.

На самом деле мы редко знаем с уверенностью, что на самом деле думал или во что верил Вольтер; для него было важно влияние того, что он написал. Великие крестовые походы 1760-х годов научили его осознавать важность общественного мнения, и в популяризации тайных идей начала века он играл роль журналиста. Возможно, он был старомоден в своей ностальгии по классицизму прошлого века, но он был полностью своего времени в своем непревзойденном понимании средств публикации.Он манипулировал книжной торговлей, чтобы добиться максимальной огласки своих идей, и он хорошо понимал важность того, что он называл «портативным». В 1766 году Вольтер писал Даламберу: «Двадцать томов in folio никогда не вызовут революции; следует опасаться маленьких портативных книжек по цене 30 су ».

Вольтер был современен и в том, как он изобрел себя, создав общественный имидж из своего принятого имени. Как патриарх Ферне, он превратился в учреждение, известность которого распространилась по всей Европе.Как активный и воинственный интеллектуал, он стоял у истоков французской традиции, которая ждала Эмиля Золя и Жан-Поля Сартра, а в современной республиканской Франции его имя стоит как культурный символ, символ рационализма и защиты прав человека. толерантность. Вольтер был человеком парадоксов: буржуа, который, как Вольтер, предъявлял себе аристократические претензии, но который, как простой Вольтер, позже стал героем Революции; консерватор в эстетических вопросах, который выступал как радикал в религиозных и политических вопросах.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *