Филарет никитич романов: На патриарший престол возведён митрополит Филарет

Содержание

На патриарший престол возведён митрополит Филарет

«… не только слово Божие исправлял, но и земскими делами всеми правил… Властен был так, что и сам царь боялся его. До духовного же чина милостив был и не сребролюбив. Всякими царскими и ратными делами владел…».

24 июня (4 июля) 1619 г. после семилетнего периода так называемого «межпатриаршества» на Руси на Первосвятительскую кафедру был возведён митрополит Филарет.

Патриарх Филарет (в миру Фёдор Никитич Романов-Юрьев) — отец царя Михаила Фёдоровича и его регент — родился около 1554 г. Он принадлежал к одному из видных боярских родов. С юных лет Фёдор воспитывался в придворной обстановке и был широко образован: изучал латынь и английский.

В конце 1600 — начале 1601 гг. при царе Борисе Годунове Фёдор Никитич подвергся опале, был насильно пострижен в монахи под именем Филарет и сослан в Антониево-Сийский монастырь. В 1605 г. при Лжедмитрии I он был возвращён в Москву и назначен митрополитом Ростовским.

В сентябре 1610 г., возглавив посольство под осаждённый Смоленск, которое должно было окончательно закрепить статьи августовского договора, был арестован и в апреле 1611 г. отправлен в Польшу, где пробыл в плену до середины 1619 г.

В июне 1619 г. после долгих 8 лет польского плена митрополит Филарет прибыл в Москву, где был торжественно встречен сыном.

22 июня (2 июля) 1619 г. в Золотой палате царского дворца состоялось наречение Филарета на Патриаршество, а 24 июня (4 июля) в Успенском соборе Московского Кремля было совершено торжественное поставление нового патриарха по тому же чину, каким поставляли св. Иова, с повторной хиротонией. Интронизацию Филарета возглавлял патриарх Иерусалимский Феофан IV, который в то время был в Москве. Феофаном вместе с русскими архиереями была подписана особая грамота о поставлении Филарета, в которой вновь навечно подтверждалось право русских самостоятельно ставить своих патриархов.

Благодаря родству с царём, власть первосвятителя достигла небывалой высоты: он принимал участие во всех государственных делах, был фактически соправителем Михаила Фёдоровича и даже носил титул великого государя. Как первоиерарх Филарет делал всё возможное, чтобы защитить страну от западных религиозных влияний, так как, ещё находясь в польском плену, он осознал недопустимость унии для России.

В условиях послевоенной разрухи приоритетом патриарха было установление прочного административного порядка: по стране рассылались «дозорщики», составлялись новые писцовые книги, в Москву были призваны выборные люди с мест, укреплялось земское управление. Всевластие Филарета позволило ему создать в 1625 г. особую патриаршую область, целиком подчинённую первосвятителю и включавшую в себя значительную часть северных, центральных и южных земель.

В церковных делах Филарет обратил особое внимание на исправление и печатание богослужебных книг. Возобновлённая в 1620 г. типография на московском старом печатном дворе (на Никольской улице) выпустила при Филарете большое количество часословов, требников, евангелий и других изданий, которые подвергались тщательной корректуре в специальной «правильне». В правке активно участвовал и сам патриарх, написавший также ряд церковных уставов и поучений.

1 (11) октября 1633 г. патриарх Московский и всея Руси, церковный и государственный деятель, одна из ведущих политических фигур Смутного времени, Филарет скончался и был погребён в Успенском соборе Московского Кремля.

Лит.: Зверев С. П. Патриарх Филарет (Романов): личность, государственная и церковная деятельность. Автореферат дис. ... канд. ист. наук. М., 2005; Патриарх Филарет (1619-1634 гг.) // Карташев А. В. Очерки по истории Русской Церкви. Т. 2. М., 1992; Петрушко В. Русская церковь в Патриаршество Филарета (Романова) [Электронный ресурс] // Православие.Ru. Б. д. URL: http://www.pravoslavie.ru/arhiv/5239.htm; Филарет Никитич Романов // Костомаров Н. История России в жизнеописаниях её главнейших деятелей. М., 2006.

См. также в Президентской библиотеке:

Акты Сийского монастыря. Архангельск, 1913;

Васенко П. Г. Бояре Романовы и воцарение Михаила Феoдоровича. СПб., 1913;

Голиков И. И. Дополнение к Краткому описанию жизни великаго государя, святейшаго Филарета Никитича Романова, патриарха Московскаго и всея России, : Во удовольствие некоторых знаменитых особ. М., 1798;

Исаев Д. П. Филарет Никитич Романов: социальное и индивидуальное в биографии политического деятеля : автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата исторических наук. Ростов н/Д., 2011;

Книга об избрании на царство великого государя, царя и великого князя Михаила Федоровича. М., 1856;

Орлов Ф. Ф. Легенда о Филарете Никитиче : (1614-1914) : по поводу брошюры М. П. Устимовича: «Митрополит Филарет и царь Василий Шуйский в польском плену». Пг., 1915;

Соборное изложение патриарха Филарета. М., 1879;

Ювеналий (Воейков И. Г.). Краткое описание о произшествии знаменитаго рода Юрьевых-Романовых, и жизни великаго государя святейшаго Филарета Никитича, патриарха Московскаго и всея России. М., 1798.

Портрет патриарха Филарета Никитича. "Архангельская коллекция русского искусства". Художественная культура Русского Севера. Artefact

На представленном на выставке портрете изображен патриарх Филарет Никитич, отец первого русского царя из династии Романовых — Михаила Федоровича. Патриарх Филарет в миру носил имя Федор Никитич Романов. В 1590-е годы влиятельный боярин занимал важные посты в государстве, был воеводой в полках, вел переговоры с иностранными дипломатами.

При Борисе Годунове Федор Никитич, как и другие Романовы, подвергся опале, так как после смерти царя считался его соперником в борьбе за царский престол. Он был сослан в монастырь, где его против воли постригли в монахи под именем Филарет. Его жену Ксению Ивановну, происходившую из костромских дворян, также отправили в монастырь и постригли в монахини под именем Марфа. Спустя несколько лет Филарета Никитича освободил из монастыря Лжедмитрий I и назначил его митрополитом Ростовским.

Позднее Филарета отправили послом к польскому королю Сигизмунду III, где он много лет провел в плену. После освобождения из плена в Москве его торжественно встретил сын Михаил Федорович, избранный к этому времени царем. В тот же год Филарет Никитич стал патриархом Московским.

До конца своей жизни Филарет правил вместе с Михаилом Федоровичем, оставаясь при этом патриархом. Он руководил государством наравне с сыном: в указах его имя значилось рядом с именем царя, а его титул звучал как «Великий Государь, Святейший Патриарх Филарет Никитич».

До наших дней не дошло изображений патриарха до пострига, когда он был боярином Федором Романовым. Известны его живописные портреты и гравюры, на которых он представлен как святейший патриарх в подобающем сану облачении или же как великий государь в царской одежде и с регалиями. Представленный на выставке портрет относится ко второму типу. Филарет Никитич запечатлен в царском одеянии, его голова не покрыта убором — митра лежит на столе, в руке он держит крест. Бармы — широкое оплечье, которое надевали на парадное платье царей, — богато украшены драгоценными камнями. Бармы надевали во время коронации или торжественных выходов. Портрет выполнен неизвестным художником во второй половине XVIII века.

Отец династии

Патриарх Филарет, отец царя Михаила Федоровича, первого из династии Романовых, – одна из ключевых фигур русской истории первой трети XVII века. 400 лет назад, в июне 1619 года, он вернулся из польского плена, возглавил Русскую церковь и стал фактическим соправителем своего юного сына

Патриарх Филарет (в миру Федор Никитич Романов) за восемь десятилетий своего земного существования кем только не побывал: придворным баловнем судьбы, смиренным монахом, знатным пленником, главой Церкви и неформальным лидером государства. Мало кто может похвастаться столь переменчивой судьбой. Разве что те, кому довелось жить в смутные времена…

«Это был красивый мужчина»

Федор Никитич родился в середине 1550-х: точный год его рождения до сих пор вызывает споры среди исследователей. Мать будущего патриарха Евдокия Александровна была дочерью выдающегося полководца – князя Горбатого-Шуйского. Федор в семье был старшим и имел шесть братьев и столько же сестер. Как водится, не все дети дожили до зрелого возраста, а в 1601–1602 годах из-за годуновской опалы мир покинули один за другим сразу четверо взрослых братьев Романовых. В итоге к моменту воцарения юного Михаила Федоровича в живых остались лишь сам Филарет, его брат, боярин Иван Никитич по прозвищу Каша, и три их сестры.

В разрядных книгах имя Федора стало появляться достаточно поздно. Первое упоминание о его службе приходится на 1585 год, где он значится среди встречающих литовского посла Льва Сапегу. В следующем году Федору Никитичу, ставшему после смерти отца главой рода, был пожалован боярский чин. Его деятельность и высокое положение в то время – свидетельство близости к государю Федору Иоанновичу, сыну Ивана Грозного. Это и пребывание при дворе, и участие в поездках царя на богомолье. Военные назначения были редкими: похоже, самодержец не хотел надолго отпускать от себя двоюродного брата. Так что военной славы будущий патриарх не стяжал и, судя по всему, к ней не очень стремился.

По представлениям того времени и с женитьбой Федор Никитич припозднился. Его выбор пал на дочь небогатого костромского помещика – Ксению Ивановну Шестову. Обстоятельства позднего брака не совсем понятны. Англичанин Джером Горсей в своих записках заметил, что боярин «был принужден» жениться на Шестовой, которая была «служанкой» его «сестры, жены князя Бориса Черкасского». Литераторы зачастую обыгрывают темную фразу «был принужден» любовью красавца боярина к уездной барышне. Так ли это было – источники умалчивают, но их семейный союз в самом деле кажется удачным. Супруги в разлуке тосковали друг по другу. Уместно отметить и то, что Федор пошел на неравный брак, поставив чувства выше разницы в статусах. Это свидетельствует об известной его независимости, способности на поступок…

Федор Романов был популярен в народе. Голландский купец Исаак Масса писал о нем: это был «красивый мужчина, очень ласковый ко всем и такой статный, что в Москве вошло в пословицу у портных говорить, когда платье сидело на ком-нибудь хорошо: "Второй Федор Никитич"».

Под именем Филарет

У него, выходца из старомосковского боярского рода, было одно неоспоримое преимущество перед титулованными представителями первенствующих кланов и даже в определенной мере перед самим царским шурином Борисом Годуновым – родство с государем. Молва приписывала бездетному царю Федору намерение передать престол именно Никитичам. Однако этого не случилось. Тем не менее для Годунова старший Никитич представлял постоянную угрозу.

В итоге при новом царе родственники прежнего попали в опалу. Нашелся формальный повод: Романовых обвинили в злом умысле «извести государя», о чем донес властям дворовый человек боярина Александра Никитича. Царь Борис решил преподнести всем наглядный урок, чтобы пресечь саму мысль покуситься на Годуновых. Сыск шел «кнутобойно», широким неводом захватывая близких Романовым князей Черкасских, Сицких, Шестуновых, Репниных и дворян Карповых. В июне 1601 года был вынесен приговор. И хотя сам Годунов устранился (приговор выносила Боярская дума), намерения царя были очевидны: Романовы не должны далее возноситься, а Федор Никитич – играть ту роль, которую играл. Он был отправлен в далекий Антониево-Сийский монастырь в Архангельском уезде и пострижен в монахи под именем Филарет. Та же участь ждала Ксению Ивановну, ставшую в иночестве Марфой. Их дети, дочь Татьяна и пятилетний сын Михаил, были сосланы с тетками в Белоозеро (нынешний Белозерск). Позднее эта ссылка окажется на руку юному Михаилу Федоровичу при избрании на царство: будут помнить, что и он, будучи невинным отроком, пострадал от «злодея Бориса».

Это была самая короткая и самая грустная страница биографии Филарета. Жил он в обители под присмотром пристава. Режим был строгий, без какого-либо контакта с внешним миром. Блистательному боярину, баловню и щеголю, еще совсем недавно наслаждавшемуся всеми благами жизни, было трудно свыкнуться с положением «живого мертвеца». Мучимый неизвестностью, он воздыхал о жене: «Чаю, она где близко таково же замчена, где и слух не зайдет»; печалился о детях: «Милые мои детки маленьки… кому их кормить и поить?»; сокрушался из-за лицемерия монахов, «постнически живущих, а злобою всегда промышляющих». В минуты острой тоски даже молил о смерти…

Дом бояр Романовых на Варварке. Неизвестный художник. Вторая половина XIX века

Однако вскоре в его поведении и настроении произошли перемены. Особенно ощутимы они стали в 1605 году. Филарет, как доносил пристав, вдруг стал жить «не по монастырскому чину», смеяться «неведомо чему» и даже грозить старцам: «Увидят они, каков он вперед будет!» Историки сегодня расходятся в толковании причин перепадов в настроении узника-монаха. Самая распространенная версия – появление на Руси самозванца. Но мог ли Филарет предугадать победоносный взлет авантюриста, способный кардинально изменить его судьбу? Скорее перед нами – крик человека, утратившего свое завидное положение, семью, родных, мечтавшего о мести и не имевшего возможности отомстить. Крик отчаяния того, кому только и осталось что смеяться и надеяться на чудо…

В смутное лихолетье

И чудо случилось. Победа Григория Отрепьева открыла новую страницу в жизни Филарета. Лжедмитрий I сделал своего «родственника» митрополитом Ростовским. Трудно сказать, что ощущал в эти месяцы Филарет, хорошо знавший, кто на самом деле занял престол Рюриковичей. Но он, как и многие, играл свою роль, оставаясь внешне лояльным к утвердившемуся в Москве «государю»…

Кто знает, что скрывалось за этой лояльностью? Но уже через год Лжедмитрий I был свергнут. Мера участия Филарета в заговоре Василия Шуйского – величина неизвестная. С одной стороны, едва ли ростовский владыка был в восторге от уступок католикам, сделанных при самозванце. С другой – он был обязан Отрепьеву своим возвращением из забвения. Скорее всего, митрополит был в курсе заговора, но ровно настолько, чтобы в зависимости от его исхода примкнуть к победителю или откреститься от побежденного. Бедствия сделали Филарета осмотрительным, а осмотрительность в Смуту означала искусство быть для всех своим.

В начале царствования Шуйского он отправился в Углич для поиска и освидетельствования мощей погибшего царевича Дмитрия. Новый царь спешил навсегда похоронить легенду о чудесном спасении малолетнего сына Грозного. За это Шуйский будто бы сулил Филарету патриаршество. Тот исполнил порученное, однако место первосвятителя было отдано не ему, а казанскому митрополиту Гермогену. Шуйский предпочел не приближать Никитича, а значит, он его опасался…

Портрет патриарха Филарета (Федора Никитича Романова). Неизвестный художник. Конец XVIII – начало XIX века

Филарет вынужден был вернуться в свою епархию, где и пребывал до октября 1608 года. Удаление от московского двора было равносильно отлучению от активной политики. В 1608-м, с появлением второго самозванца, в Смуту оказались втянуты города и уезды, лежащие к северу от Москвы. Шуйский терпел одну неудачу за другой. Многие города «отступиша» от непопулярного царя. Но Ростов остался верен ему: здесь отказались целовать крест Тушинскому вору, как называли Лжедмитрия II. По-видимому, это «крепкостояние» ростовцев было связано с отказом их митрополита покинуть епархию и перейти в стан самозванца. Ополченцы даже вознамерились освободить Суздаль от «вора», но были разгромлены. Тушинцы на плечах отступающих ворвались в Ростов и учинили там кровавую резню. Затворившийся с жителями в соборе Филарет был схвачен, облечен в «ризы язычески», увенчан татарской шапкой и с позором отвезен в лагерь самозванца.

При царе Борисе Годунове (слева) Федор Никитич Романов был пострижен в монахи и сослан в дальний монастырь, а Лжедмитрий I (справа) вернул его из ссылки и сделал митрополитом Ростовским

В Смутное время. Худ. С.В. Иванов. 1908 год

Тушинский патриарх

Но здесь все вновь переменилось: Лжедмитрий II посчитал выгодным возвысить и обласкать ростовского владыку. Филарет на скорую руку был «наречен патриархом Московским», притом что в Москве патриархом оставался Гермоген. Примечательно, что пребывание Филарета в Тушинском лагере впоследствии сыграло важную роль в избрании на царство его сына – Михаила Романова. Вольные казаки (бывшие тушинцы, участвовавшие потом в освобождении Москвы от интервентов) резонно рассудили, что за тушинское прошлое Михаил Федорович преследовать не станет, раз уж в стане второго самозванца оказался и его отец. Голос казаков, сбитых в станицы, был тогда очень весом.

Между тем «тушинское пленение» Филарета нашло слабое отражение в источниках. Келарь Троице-Сергиева монастыря Авраамий Палицын позже свидетельствовал, что тушинцы держали своего патриарха в неволе, «блюли того всегда крепкими сторожми». Но скорее всего, Авраамий сознательно искажал картину, желая «венцом мученическим» угодить Филарету. В реальности владыка вел себя, видимо, весьма осмотрительно, стараясь, с одной стороны, не скомпрометировать себя тесным общением с «вором», а с другой – не раздражать его. Что бы позднее ни писали апологеты патриарха, он все-таки предпочел компромисс с Лжедмитрием II, но не его обличение. Филарет, по определению все того же Авраамия, «был разумен, не склонялся ни направо, ни налево».

В канун распада Тушинского лагеря Филарет примкнул к тем, кто предложил выйти из кризиса, пригласив на московский трон польского королевича Владислава – сына Сигизмунда III. Знатное происхождение королевича должно было положить конец соперничеству боярских кланов внутри страны, а родство с королем – войне с Польшей. Идея получила распространение среди русской элиты, но агитировать за нее Филарету пришлось уже в Москве.

Весной 1610 года он был освобожден отрядом Шуйского и доставлен в столицу. Царь Василий принял его с честью и без каких-либо упреков. Впрочем, это уже не имело большого значения. Время Шуйского истекло: после поражения при Клушине в июне 1610-го он был сведен с царства и пострижен в монахи. В августе того же года Семибоярщина заключила договор с польским гетманом Станиславом Жолкевским об избрании на царство королевича Владислава.

Посольская «теснота»

Водворившийся в Москве Жолкевский понимал, насколько непрочно здесь положение Владислава, отец которого, выученик иезуитов, не собирался отпускать сына и был против перемены им веры (переход его в православие значился одним из пунктов договора). Более того, Сигизмунд III заговорил о присяге русских людей не королевичу, а себе. Неудивительно, что в Москве снова задумались об избрании царя из своих. Жолкевский на всякий случай решил опередить события – удалить из столицы самых опасных соперников Владислава, включая… Филарета. В данном случае отец пострадал за сына: именно тогда имя Михаила Романова впервые было названо в качестве вероятного кандидата на престол, но расплачиваться пришлось ростовскому владыке. Гетман посчитал, что юный Михаил без отца неопасен. Тут, кстати, подвернулся и удобный повод для удаления того из Москвы – начало переговоров с Сигизмундом, войска которого уже год безуспешно осаждали Смоленск.

В сентябре 1610 года Филарет и князь Василий Голицын отправились во главе посольства в королевский лагерь. Целью переговоров было добиться исполнения статей августовского соглашения и прекращения осады Смоленска. Но Сигизмунд III не собирался выполнять договор. Он потребовал, чтобы послы побудили защитников сдать город. Когда Филарет и Голицын решительно отказали ему, король прибегнул к весьма действенному методу кнута и пряника. Великим послам он угрожал, а младшим членам посольства раздавал грамоты на земли. Устоять перед таким соблазном было трудно. Посольство раскололось: большинство настаивало на принятии условий короля, однако Филарет с Голицыным, «видя королевскую неправду», продолжали упорствовать. Их упрямство не поколебала даже грамота от московских бояр с требованием выполнить волю Сигизмунда. «Эта грамота писана без патриаршего согласия [то есть без согласия Гермогена. – И. А.], – объявил Филарет, – хотя бы мне смерть принять, я без патриаршей грамоты о крестном целовании на королевское имя никакими мерами ничего не буду делать».

В ситуации повсеместного «разброда и шатания» позиция великих послов вселяла надежду. Для формировавшихся тогда патриотических сил это было важно: увязнув под Смоленском, Сигизмунд не мог подкрепить чем-то весомым свои притязания непосредственно в Москве. Когда весной 1611 года Первое земское ополчение подошло к столице, в окружении короля признали бесполезность продолжения переговоров. Филарета и Голицына объявили пленниками. Посольская «теснота» сменилась для них «мучениями» и «скорбью» заключения.

Знатный пленник

Это было уже третье пленение Филарета. Впрочем, плен плену рознь. Василий Шуйский с братом тоже томились в польском плену, но лишь для того, чтобы Сигизмунд смог насладиться своим триумфом. Их провезли по улицам Варшавы на потеху толпе. Филарет же был пленником иного сорта, цена которого сильно возросла с избранием Михаила Федоровича на царство. До владыки доходили известия о предвыборной борьбе в Москве в конце 1612 – начале 1613 года, но положение пленника побуждало скрывать свои мысли и уж тем более эмоции. «Вы нехорошо сделали: меня послали от всего государства послом просить Владислава в цари, а сами избрали государем моего сына, – упрекал он при встрече в 1614 году русского посла в Варшаве Федора Желябужского. – Могли бы выбрать и другого, кроме моего сына. За это вы передо мной неправы, что сделали так без моего ведома».

Печать патриарха Филарета. 1628 год

Линия, избранная тогда Филаретом, – свидетельство того, что жизненные перипетии превратили его в изощренного политика. Королю и королевичу он раз за разом напоминал о незаконности его и Голицына заключения: мы послы, а не «вязни» (пленники). Поскольку в окружении Сигизмунда далеко не все были в восторге от королевского самоуправства, подобные напоминания в значительной степени сводили на нет преимущества от обладания знатными пленными. В самом деле, имея пленников, можно было вести торг, а вот с захваченными послами дело обстояло много труднее. Торг польская сторона все же попыталась навязать, на что Филарет отвечал, что лучше оставаться ему «в великом утеснении», чем жертвовать ради него хоть пядью русской земли.

Именно в Польше у Филарета вызрело чувство абсолютного неприятия Запада в его польско-католическом обличии. Заключение превратило прежнего любопытствующего «западника» в твердого поборника православия. Однако рационализм помог ему сохранить разумное равновесие между неприятием латинства и интересами государства. Вернувшись в Москву, он будет поддерживать заимствование передовых технических и военных достижений Запада, но при этом решительно пресекать даже малейшее отступление от православия.

Призвание на царство Михаила Федоровича Романова. Депутация от Земского собора. Худ. А.Д. Кившенко. 1880 год

Деулинское перемирие 1618 года принесло Филарету долгожданную свободу. Договор предусматривал обмен пленными, и первым в перечне было имя владыки, возраст которого перевалил уже за 60 лет.

Великий государь

24 июня 1619 года, через 10 дней после торжественного въезда Филарета в столицу, патриарх Иерусалимский Феофан III посвятил его в московские патриархи. Свободное место первосвятителя, специально приберегаемое для Филарета, наконец было им занято. Для новой династии это означало ее дальнейшее упрочение на престоле, ведь византийская модель «симфонии властей» предполагала присутствие рядом с государем патриарха. Этим достигались долгожданная полнота и необходимая гармония власти светской и власти церковной. Но в данном случае скрепы оказывались еще более прочными: Филарет стал официальным соправителем сына. Он получил титул великого государя, причем не просто как отец «по плоти», – в его лице с царской властью соправительствовала сама Церковь.

Царь Михаил Федорович и патриарх Филарет. Миниатюра из «Описания в лицах свадьбы царя Михаила Федоровича». Список XVIII века

Именно при Филарете византийская модель «симфонии властей» в ее российском варианте обрела свое законченное выражение. Даже внешне патриаршая власть, по подобию власти царской, обзавелась приказами и целой иерархией слуг во главе с патриаршими боярами. По сути, с расширением судебной юрисдикции, с подтверждением и умножением привилегий в жалованных грамотах, с отменой стесняющих духовенство норм светского права Церковь при Филарете превратилась в своеобразное государство в государстве. Понятно, что подобное течение дел противоречило развитию страны на путях централизации и абсолютизма. Но пока был жив Филарет, никто не осмеливался противиться его воле. Нарыв прорвется позднее – в столкновении царя Алексея Михайловича и патриарха Никона…

Филарет вовсе не ограничился ролью управленца. Он был способен генерировать идеи. При нем задача преодоления Смуты и восстановления страны приобрела масштабность и получила все шансы на реализацию. Для этого требовалась политическая воля: ее не хватало у первого великого государя, но было в избытке у второго. Если разобраться, то «двоевластие», возникшее с появлением двух великих государей, больше походило на привычное «единовластие», когда без участия и одобрения Филарета не принималось ни одно важное решение.

«Самому царю боятися его»

Зрелый Филарет поражает своей властностью, особенно заметной на фоне «кротости» сына. Беспощадный критик патриарха, младший его современник архиепископ Астраханский Пахомий писал, что тот был «нравом опальчив и мнителен, а владетелен таков был, яко и самому царю боятися его». Что уж говорить о придворных, рискнувших вызвать неудовольствие быстрого на расправу патриарха! «Боляр же и всякого чина царского синклита зело томляше заточенми необратными и инемы наказанми», – отмечал Пахомий.

Список удаленных Филаретом от московского двора постоянно обновлялся. Однако гнев патриарха вовсе не следствие его сумасбродства. Опала обрушивалась на людей, противившихся его начинаниям. Так, были удалены Салтыковы, родственники матери царя, великой инокини Марфы, прежде бывшие в большой чести. Они привыкли самоуправствовать – и поплатились. Позднее от должностей отстранили тайных доброхотов Сигизмунда III, не поддержавших намерение Филарета взять реванш за Смуту.

Надо заметить, что властность патриарха вовсе не подразумевает отсутствие у него явных и тайных противников. Несогласных с его курсом было предостаточно. Когда в 1631 году он искал кандидатов на пост командующего армией, которая должна была вернуть Смоленск, ему, как позднее писал один из современников, пришлось выслушать такое, «что всякий человек, кто боится Бога и помнит крестное целование, таких слов говорить не станет». Подковерная борьба придворных «партий», которую даже Филарет не мог обуздать, заставляла его держать свои намерения в тайне и опираться на узкий круг доверенных людей. Так продолжалось до самой смерти патриарха в октябре 1633 года.

В быту он был скромен и «не сребролюбив». Предпочитал во всем порядок, выделялся расчетливостью. В старости стал совсем не похож на того боярина-щеголя, который своими богатыми нарядами поражал москвичей. Бережно носил единственный белый шелковый клобук. Старые сапоги отдавал в починку. В последнем Филарет был удивительно схож со своим великим правнуком Петром I, который явился на коронацию жены Екатерины в латаных-перелатаных туфлях, купленных на заработки «плотника Петром Михайловым» на верфях Ост-Индской компании.

Впрочем, схожи они были не только своей бережливостью. Оба отличались умом и волей, оба защищали свою власть не ради власти, а ради величия и процветания державы Романовых.

 

Родственники грозного царя

Свадьба Ивана Грозного с Анастасией Романовной. Миниатюра из Лицевого летописного свода XVI века

Род Романовых принадлежал к элите русского общества. Издавна служивший московским князьям, он особенно возвысился благодаря браку Анастасии Романовны, урожденной Захарьиной-Юрьевой, с царем Иваном IV. Старший брат царицы Никита Романович, отец будущего патриарха Филарета, сделал блестящую карьеру при дворе, сумев упрочить свое положение даже после смерти Анастасии и достигнуть чина боярина-дворецкого. Надо сказать, что переменчивый нравом Иван Грозный сохранял привязанность к родственникам своей первой супруги, «мудрой, добродетельной и благочестивой», как писал о ней английский посланник Джером Горсей. Так что опалы чудесным образом обошли тогда Романовых стороной. Опричные и послеопричные потрясения они пережили, сохранив целостность рода, в свойстве со многими знатными и влиятельными фамилиями. В этом отношении их можно сравнить разве что с Шуйскими – обстоятельство немаловажное и до сих пор историками недооцененное, ведь именно эти два рода сыграют важную роль в Смуте, делегируя на опустевший престол своих представителей.

 

Что почитать?

Козляков В.Н. Михаил Федорович. М., 2010 (серия «ЖЗЛ»)

Богданов А.П. Патриарх Филарет. Тень за троном. М., 2014

 

Патриарх Филарет (Романов)

Подробности
Категория: Исторические личности

Патриарх Филарет (Романов)

 

Федор Никитич (в монашестве Филарет, 1555-1633) может считаться подлинным основателем династии Романовых на Российском престоле - благодаря его авторитету кандидатом на трон оказался его сын Михаил Федорович.
Федор Никитич Романов был старшим сыном Н.Р. Юрьева (ум. в 1588 г.) - известного деятеля эпохи Ивана Грозного, брата царицы Анастасии. В молодости статный красавец, щеголь, лихой наездник и страстный охотник, он был популярен в московском простонародье. Любознательный, тяготевший к светскому знанию, он "божественное писание разумел отчасти", зато владел польским языком и самостоятельно выучил латынь. Женившись на дочери костромского дворянина Ксении Шестовой, имел от нее 6 детей, в том числе сына Михаила.

Боярин с 1585 г., Ф.Н. Романов в 1580-х гг. был лоялен Борису Годунову, но после падения Шуйских остался его единственным соперником. После смерти царя Федора Иоанновича в 1598 г. Ф.Н. Романов, двоюродный брат усопшего, стал претендовать на престол. 26 октября 1600 г. все пять братьев Никитичей были арестованы по обвинению в намерении извести царя Бориса, в ходе следствия подверглись пыткам и в июне 1601 г. отправлены с семьями в ссылку. Федор был сослан в Антониев-Сийский монастырь, а его жена - в Заонежские погосты, и оба пострижены, он - под именем Филарета, она - Марфы.

В 1605 г. Лжедмитрий Первый освободил Филарета Романова из ссылки и возвел в сан митрополита Ростовского. Василий Шуйский, придя к власти, отослал его в свою епархию, и Филарет оказался на периферии политической жизни. В 1608 г., когда Ростов захватили войска Лжедмитрия Второго, он пленником был доставлен в Тушино. Самозванец принял его милостиво и сделал "нареченным патриархом Московским". Филарет стал одним из политических руководителей Тушинского лагеря, но занимал осторожную позицию, так что в Москве в нем видели скорее пленника, чем сообщника Тушинского вора. В марте 1610 г. Филарет был "отполонен" у тушинцев, вернулся в Москву, а уже в сентябре 1610 г. был поставлен во главе посольства Семибоярщины к Сигизмунду Третьему. После отказа подчиниться требованиям поляков Филарет был заключен в замок Мальборк (Мариенбург) в Пруссии, где пробыл до 1619 г.

Вернувшись, после заключения Деулинского мира, в Россию отцом уже царствующего государя, он был избран патриархом Московским и всея Руси и фактически правил страной. Талантливый политик, умный, властный, волевой, к тому же "мнительный и опальчивый", Филарет стал официальным соправителем сына с титулом великого государя. Коронованный сын не смел перечить отцу; известен случай, когда патриарх за несогласие ударил его посохом при боярах.
Занимался Филарет и государственными, и церковными делами. При нем в церкви стало больше порядка и спокойствия (выступал против насилия и мздоимства, нравственной распущенности). В церковных делах Филарет обратил особое внимание на исправление и печатание богослужебных книг. Возобновленная в 1620 типография на московском старом печатном дворе (на Никольской улице) выпустила при Филарете беспрецедентное для Великороссии количество часословов, требников, евангелий и других изданий, которые подвергались тщательной корректуре в специальной "правильне". В правке активно участвовал и сам патриарх, написавший также ряд церковных уставов и поучений.

Среди прочих его инициатив - начало Смоленской войны 1632-1634 гг. (с целью взять реванш у Речи Посполитой и вернуть русские земли), в разгар которой скончался - 1 октября 1633 г., - не дожив два года до 80-летия. 

Патриархом Филаретом  в Новоспасском монастыре первоначально была устроена колокольня в 1622 году.

аспекты исторической био- графии – тема научной статьи по истории и археологии читайте бесплатно текст научно-исследовательской работы в электронной библиотеке КиберЛенинка

УДК 929

ФИЛАРЕТ НИКИТИЧ РОМАНОВ: АСПЕКТЫ ИСТОРИЧЕСКОЙ БИОГРАФИИ

© 2009 г. Д.П. Исаев

Южный федеральный университет, 344006, г. Ростов-на-Дону, ул. Б. Садовая, 105, [email protected] sfedu. ru

Southern Federal University,

B. Sadovaya St., 105, Rostov-on-Don, 344006,

[email protected] sfedu. ru

Изучаются некоторые аспекты исторической биографии русского политического деятеля XVII в. Ф.Н. Романова. Делается вывод, что современный этап подобных исследований можно охарактеризовать как кризис интерпретаций. Предлагается новый комплекс проблем, которые основаны на просопографическом методе.

Ключевые слова: историческая биография, кризис интерпретаций, просопографический метод.

The article is devoted to the study of some aspects of historical biography. In the centre of the author's attention is Russian politician of the XVII century Filaret Nikitich Romanov. The work is divided into two parts. Critical one deals with historiography of some episodes, which are connected with his political activity (until 1619). Among them such problems as the disgrace of Romanov's family, Filaret's relations with Russian and polish rulers, Filaret in Tushino and some others. The author concludes, that modern stage in these investigations may be characterized as the crisis of interpretations. In constructive part the author proposes new complex of the problems, which is based on the prosopographical method.

Keywords: historical biography, crisis of interpretations, prosopographical method.

Современная историческая наука находится в затяжном процессе поиска средств, методов, объектов, стратегий исследований. Отличительной чертой сегодняшнего исторического знания является признание того факта, что переписывание истории - не дань конъюнктуре, а явление неизбежное и позитивное [1, с. 110]. Перемены происходят во всех жанрах исто-риописания, будь то политическая история или история культуры. Несмотря на некоторую автономность такого жанра, как историческая биография, общий поворот в науке влечет за собой изменения и в данной сфере. Это «объясняется общим изменением отношения к человеческой индивидуальности и тенденцией к персонализации предмета истории» [2, с. 264].

Наглядным примером переживаемого исторической наукой кризиса роста является современное состояние изучения биографии такого крупного политического деятеля позднего русского средневековья, как Филарет Никитич Романов. Его можно назвать фигурой одного из самых драматических периодов истории России, в перипетиях которого и разбираются современные учёные. Ситуацию в науке с исследованием этой личности следует признать двойственной. С одной стороны, именно политическим долголетием Филарета объясняется столь частое его появление на страницах работ, посвященных ХУ1-ХУ11 столетиям. В самом деле в наше время узкой специализации мы сталкиваемся с его именем, к примеру, в трудах по истории двора при Федоре Ивановиче. Последствия же правительственной деятельности патриарха анализируются и в работах по истории раскола. С другой - несмотря на это, монографического исследования жизни и деятельности Филарета Никитича не создано до сих пор. Отдельные главы, журнальные статьи -вот чего он удостоился. Данное положение усугубляется одним обстоятельством: все больше осознается тот факт, что традиционное решение всех накопившихся историо-

графических проблем, связанных с личностью нашего героя, в рамках отдельного исследования скорее всего потерпело бы неудачу.

Обоснованию данного тезиса и посвящена наша статья. В её критической части рассмотрены так называемые историографические тупики. В конструктивной же - на новых теоретических и методологических основах намечены перспективы дальнейшего изучения биографии.

Жизненный путь Филарета Никитича поддается некоторой периодизации, в которой можно выделить два этапа: 1) до 1619 г. и 2) время патриаршества (1619-1633). Принимаемый нами принцип «дополнительности и альтернативности методологий» позволяет рассматривать эти два отрезка с точки зрения разных типов теоретической интерпретации и методологических позиций [3, с. 285]. Вследствие этого положения ограничимся рассмотрением проблем, связанных с жизнедеятельностью Фёдора Никитича/Филарета до и во время Смуты. Поскольку период сопра-вительства Филарета и Михаила Федоровича по отношению к первому имеет свою специфику предметной области и соответственно задач её исследования.

Изучая биографию человека, время жизни которого достаточно далеко отстояло от дня сегодняшнего, традиционно сталкиваешься с проблемой неполноты данных об основных вехах его деятельности. Список основных дат зачастую бывает пронизан лакунами. Подобное мы наблюдаем, касаясь биографии Филарета. За период второй половины XVI - начала XVII в. существует группа проблем, нуждающихся в уточнении датировки или подтверждении/опровержении какого-либо факта. Начнем с даты рождения. В источниках определенную дату отыскать не удается. И это не удивительно. В феодальном обществе возраст не рассматривался в качестве существенной характери-

стики человека [4, с. 187]. Чтобы решить этот вопрос, историкам приходилось использовать косвенные данные. Так, основываясь на фактах биографии Никиты Романовича, они поместили дату рождения Федора Никитича между 1550-1560-м гг. В соответствии с этим в историографии появились следующие предположения. Дореволюционный исследователь А. Смирнов предложил отрезок 1554-1560 гг., беря за крайние даты время второй женитьбы Никиты Романовича и получения им боярского чина [5, с. 114]. А.Е. Пресняков же предпочел более раннюю дату - 1553 г. [6, с. 49]. Современный ученый В. Козляков предполагает, что рождение сына у Никиты совпало с получением им чина окольничего (1559-1560) [7, с. 18-19]. Существуют, конечно, и другие точки зрения. Как видим, если не будут привлечены новые источники, решение данного вопроса будет зависеть от простого предпочтения тем или иным исследователем какой-либо определенной даты.

Следующая проблема, которую мы рассмотрим, -вопрос назначения Филарета митрополитом Ростовским. Традиционно в историографии господствует точка зрения, что по воцарении Лжедмитрий I перевел «пленника» Сийской пустыни Филарета сначала в Троицкий монастырь, а затем и поставил его в ростовские митрополиты. Вот только с датой поставления дело обстоит сложнее. Современный историк В. Ульяновский приводит целый набор хронологических определений, накопившихся в науке: 30 июня, 30 июля 1605 г.; конец апреля - начало мая 1606 г.; при Лжедмитрии I, при Шуйском и Гермогене, и др. [8, с. 134].

Авторитетными исследованиями Б. Успенского и В. Ульяновского была предпринята попытка решить вопрос окончательно. Действительно, Успенский в хронологическом порядке воссоздает следующую картину: перевод Филарета в Троице-Сергиев монастырь произошел не позднее марта 1606 г. Поставление же в митрополиты «имело место не ранее 11 апреля 1606 г., когда Кирилл Завидов ещё фигурирует как ростовский митрополит». Нижняя дата, по мнению учёного, - 3 мая, когда, по данным С. Немоевского, произошла аудиенция послов у Лжедмитрия. В ростовском митрополите, принимавшем там участие, исследователь видит уже Филарета Никитича [9, с. 198-199].

Однако гиперкритическая позиция другого современного историка, А.П. Богданова, заставляет усомниться в исчерпанности проблемы. Основной его тезис, возможно, основанный на мысли писателя XVII в. С. Шаховского, - Филарет при Лжедмитрии I вообще не был митрополитом Ростовским. Богданов не находит ни одного источника, подтверждающего данный факт. А участие ростовского митрополита в церемонии принятия послов не говорит о том, что это был именно Филарет. Сам историк считает, он был назначен уже Василием Шуйским перед известной поездкой в Углич [10, с. 304308]. Таким образом, в изложенной проблеме мы имеем ещё один историографический тупик.

В попытке решения рассмотренных сюжетов остро ощущается фактологический голод, требующий поиска дополнительного источникового материала. Данные трудности, впрочем, характерны для всякой ре-

конструкции биографии деятеля русского средневековья. Однако существует и другой комплекс проблем, ярко демонстрирующих силу и бессилие современной исторической науки. Они выходят на более высокий уровень теоретического обобщения. На них более виден отпечаток концептуальных предпочтений исследователей, нежели непосредственных данных источников. Хотя и это деление проблем на уровни выглядит вполне условно, поскольку концептуальные решения зачастую требуют всё той же источниковой подпитки, а сугубо практические вопросы легко переходят на теоретический уровень [11].

Характерно, что более интересующий нас сейчас второй комплекс проблем завязан на вопросах отношений Филарета с государями начала XVII в., начиная Борисом Годуновым и заканчивая польским королём Сигизмундом III. Именно опираясь на эти узлы, ведут свои жизнеописания биографы будущего патриарха. Состояние данных интерпретаций на сегодняшний день свидетельствует о кризисном состоянии традиционных подходов. Но обо всём по порядку.

Касаясь истории романовского дела, мы видим, что в историографии накоплено достаточно много различных точек зрения по поводу причин гонений и опалы, которым подверглись Романовы в 1600-1601 гг. Наиболее распространённая формулировка принадлежит С.Ф. Платонову, согласно которой было надуманным обвинение Романовых в подготовке низведения, но ненадуманным было подозрение в «желании царства» [12, с. 247-248]. Существуют, конечно, вариации различной степени виновности царя Бориса и невиновности Романовых. Имеющиеся в арсенале историков источники по данному делу существенно ограничивают возможности более глубокого исследования этого драматического фрагмента из политической истории рубежа веков. Это заставляет ученых лишь принимать «годуновскую» [13, с. 201-202], либо «романовскую» [10, с. 292] версии происходящего. По справедливому замечанию В. Ульяновского, современный историк обладает возможностью не реконструировать картину дела, а выяснить «отношение к нему разных исторических деятелей и социальных групп Смутного и послесмутного времени» [8, с. 120]. Таким образом, сейчас можно с уверенностью говорить, что изучение вопроса зашло в тупик.

Переходим к вопросу об отношениях Филарета и Лжедмитрия I. К сожалению, биография нашего героя в этот небольшой хронологический отрезок очень слабо поддается восстановлению. Истинные взаимоотношения этих двух лиц трудно выявить. Сочинения современников, особенно проромановского круга, довольно лаконичны в этом отношении, поскольку афишировать связи Романовых с самозванцами не представлялось целесообразным. Последующими историками милости опальной семье от расстриги воспринимались неопределённо-нейтрально. Объясняется это тем, что инициатива во взаимоотношениях отдавалась ими тому же Лжедмитрию, а Романовы считались здесь пассивными участниками.

Недостаток эмпирического материала заставляет и современных исследователей писать ничего не прояс-

няющие фразы, что, например, в это время Филарет «как будто изменил самому себе и, уж во всяком случае, пребывал в каком-то неестественном для себя состоянии» [14, с. 59]. Появление полярной точки зрения также не способствует решению. Так, В. Маландин полагает, что возвращение Романовых из ссылки было не случайным. Сразу же по воцарении Лжедмитрий I отблагодарил их, согласно мнению учёного, «как силу, активно поддержавшую польского ставленника в борьбе за престол» [15, с. 150]. Проблема заключается в том, что данная точка зрения берёт своё начало не в новых фактических данных, а концептуально продолжает то мнение, согласно которому почти доказанным становится факт заговора Романовых против Бориса Годунова. Таким образом, традиционно сформулированная проблема так и остаётся нерешённой.

Следующий эпизод касается отношений Филарета с Василием Шуйским. Основной вопрос здесь - имело ли место наречение «Никитича» в патриархи при данном царе? Классик отечественной науки С.Ф. Платонов является основателем историографической традиции, положительно отвечая на этот вопрос. Основываясь на данных иностранных источников, он пришёл к выводу, что «Шуйский первоначально считал кандидатом в патриархи именно митрополита Филарета, а затем между ними произошли какие-то недоразумения, и царь изменил выбор» [12, с. 305-306]. Причину разрыва историки часто видят в раскрытии мнимого или подлинного заговора, во главе которого был близкий Романовым П. Шереметев. Данную картину произошедшего между тем можно подвергнуть сомнению, поскольку не выяснена хронология. Начиная с Платонова, в науке предполагается, что Шуйский сначала нарек Филарета, а затем отправил в Углич за мощами царевича Дмитрия. Однако советский исследователь Г. Абрамович выдвинул версию, что назначение произошло уже после возвращения процессии из Углича [16, с. 137]. Казалось бы, это вопрос фактографии, ответить на который помогли бы новые источники. Найдены они так и не были. Историки же заранее соглашаются с «наречением» и идут дальше, ставя следующий вопрос: почему затем царь изменил своё решение? И сегодня существует целый спектр интерпретаций. Р.Г. Скрынников полагает, что заговор действительно имел место [17, с. 32-33]. Ульяновский предположил, что Филарет пытался действовать не через Шереметева, а через имя Симеона Бекбулатовича. При этом учёный не отвергает возможность инспирации заговора самим Шуйским [8, с. 137-138]. Оригинальную трактовку предложил В. Маландин, считая, что не Шуйский отстранил уже «нареченного» патриарха, а сам Филарет отказался от сана. Причину же такого поведения исследователь видит в том, что это «могло бы нейтрализовать претензии Романовых и лишить их возможности вести дальнейшую борьбу за престол» [15, с. 151-152]. Очевидно, что подобные догадки основаны на сугубо авторском видении героя как исключительно честолюбивого и властолюбивого человека. И вышеуказанная точка зрения, скорее всего, подогнана под данную характеристику. Таким обра-

зом, при неоднозначности и не окончательной доказанности самого факта поставления мы имеем множество основанных на нём взаимоисключающих предположений причин разрыва. Создаётся тупиковая ситуация.

Теперь обратим внимание на точку зрения В. Во-виной, едва ли не впервые в науке отрицающей сам факт поставления. По её мнению, представляется сомнительным, что «всерьёз в качестве кандидата на патриаршество в это время мог рассматриваться человек, ещё совсем недавно скомпрометированный признанием себя родственником самозванца и обязанный ему своим поставлением на митрополичью кафедру» [18, с. 315]. Но приведённое объяснение не основывается на анализе происхождения тех фактов, которые даны в иностранных источниках. Оно лежит в традиционной плоскости возможности/вероятности события, где в равной степени выглядит убедительной как та версия, согласно которой Филарет мог быть назначен патриархом, так и противоположная ей. Так, опираясь на мнение других исследователей, можно сказать, что назначение Филарета было вполне естественным, поскольку у трона было ещё много людей, обязанных своей карьерой Отрепьеву. И поэтому версия Вовиной не может рассматриваться как прорыв в решении данной проблемы.

Одним из самых занимательных историографических сюжетов, относящихся к биографии Филарета Никитича, является оценка его деятельности в Тушино. Современники пытались обойти молчанием этот неоднозначный факт, а если упоминали, то делали акцент на бесчестном его пленении [19]. Начиная с Н.М. Карамзина, в некоторой степени снявшего пелену безмолвия с этой темы, историки находятся в кругу постоянных вопросов. А именно: в каких отношениях Филарет был с Тушинским вором и соответственно Василием Шуйским в этот период.

Предварим последовательное изложение проблемы методологическим соображением. Историки взаимосвязанно рассматривают отношения Филарета и с вором, и царём. То есть вопрос об этих отношениях зачастую решается по априорному принципу «враг моего врага - мой друг» (можно применить и другие его вариации). Итак, находились приверженцы мнения, что митрополит был пленён тушинцами как верный престолу. Существует и точка зрения, согласно которой «тушинский» патриарх противостоял из лагеря Василию Шуйскому. Наиболее приемлемой была признана характеристика Платонова. По его мнению, Филарет «действительно не преклонялся ни на десно, ни на лево, хотя далеко не всегда держался и прямо» [12, с. 419]. И до сих пор вопросник исследователей не претерпел существенного изменения. Хотя с того времени были введены в оборот многие источники по истории противостояния Москвы и Тушина, нельзя с той же уверенностью сказать, что все эти вопросы получили своё разрешение. Так, опираясь на новые данные, ставящие под сомнение рассказ Авраамия Палицына о «кровавом» пленении Филарета, современные историки совершенно по-разному интерпре-

тировали этот эпизод. К примеру, Богданов вопрошает по этому поводу: «А зачем сторонникам Лжедмитрия нужно было шумное и кровавое пленение Филарета в храме, если они заранее планировали "освятить" свои деяния его авторитетом?» [10, с. 317]. И. Тюменцев предлагает свою интерпретацию. По его мнению, Филарет, «осознав, что положение безнадежно, попытался добиться снисхождения, выйдя из храма к тушинцам с хлебом и солью» [20, с. 239]. Наконец, Скрынников полагает, что Филарет без препирательств согласился принять предложение нового самозванца вследствие своей вражды с царём Василием [17, с. 36]. Как видим, ситуация не прояснилась.

Что касается общей оценки поведения «Никитича» в Тушине, то читателя теперь вряд ли может удовлетворить, к примеру, такое объяснение (хотя и весьма остроумное), что Филарет там «обрёл...великое множество православных, гибнущих душами без пастырского наставления, и счёл своим долгом продолжить архиерейское служение» [10, с. 319]. В противовес этому можно сказать, что он должен был сознавать, что своим авторитетом «освящает» деяния тушинцев. Весьма интересна характеристика В. Ульяновским «пути» Филарета с применением метафор «прямой -кривой», очередной зигзаг которого приходится на тушинский период [8, с. 141-145]. Однако следует отметить, что данные конструкты всё же обладают слабым когнитивным ресурсом и могут применяться в качестве описательных, а не аналитических категорий. Скажем насколько слов о работе И. Тюменцева, фундаментальном труде по истории движения Лжедмитрия II. Введённый историком солидный массив источников позволил реконструировать составы персональных группировок, в том числе кружка Филарета, делавших политику лагеря [20, с. 304-305]. Какой же вывод делает Тюменцев относительно положения Филарета в лагере? Однозначного ответа нет, но по работе складывается впечатление, что Тушино было для него едва ли не самодостаточным государством, в котором «патриарх» занял своё место. Представляется, что объём произведённой работы позволяет сделать более определённые выводы.

Наконец, последним в ряду интересующих нас проблем рассмотрим эпизод «крепкостоятельства» Филарета под Смоленском перед Сигизмундом III. Сложность заключается в том, что корпус имеющихся источников действительно не позволяет найти причины подобного поведения, носящие экзистенциальный характер. Историки уже отказались от трактовок, подобных пресняковской, согласно которой Филарет перед лицом национальной опасности счел долгом забыть об интригах и честолюбивой борьбе за власть [6, с. 51]. Но сказать, что сегодня предложено что-либо существенное, нельзя. Точка зрения В. Маланди-на исходит из позиции, что Филарет, выступая за кандидатуру Владислава, всеми силами стремился добиться его избрания, чем и объясняется подобное поведение [15, с. 154]. Недоказанность подобной схемы «Филарет - Владислав» делает также правдоподобной схему «Филарет - Михаил Романов», а вследствие

этого требуется уже иное объяснение «крепкостоя-тельства». Попытка «индивидуализирующего» подхода предпринята В. Вовиной. Однако из-за отсутствия каких бы то ни было сведений её предположение о том, что под Смоленском имело место личное унижение митрополиту со стороны польского короля, повисает в воздухе [14, с. 62].

Итак, мы рассмотрели целый комплекс историографических сюжетов. На данный момент исследователями предложено значительное число трактовок по тем или иным проблемам, более или менее предпочтительных. Но именно это разнообразие, возможность принять (а зачастую и логически доказать) как правдоподобные взаимоисключающие мнения заставляют нас подтвердить ранее заявленный тезис о кризисе интерпретаций.

Совершенно очевидно, что современную науку не могут удовлетворить ответы, предлагающиеся историками на те традиционные вопросы, которые были поставлены ещё столетием раньше. Объяснить данное обстоятельство можно тем, что применение псевдоиндивидуального подхода в биографическом исследовании при сильном недостатке источников не является продуктивным. Таким подходом мы называем попытку интерпретации исторического действия, исходя из самодостаточного внимания к определённой личности как объекту исследования без учёта социокультурного контекста. Данный контекст понимается не просто как фон, на котором происходит жизнеописание, а как необходимая сфера, в которой культурные традиции, обычаи и представления обусловливают поведение индивида. Ограниченность предшествующей историографии, таким образом, заключается в том, что она не замечала в Филарете «другого», наполненного иным культурным опытом человека. Выход в данном случае видится в привлечении элемента «социального», что позволит нам в конечном итоге раскрыть искомое «индивидуальное».

В основу подобного исследования предлагается просопографический метод. По определению Л. Стоуна, просопография - исследование общих характеристик группы действующих лиц в истории, которое касается двух главных проблем: 1) пути осуществления ими политических акций; 2) пути и варианты социальной мобильности применительно к различным социальным структурам [21]. Таким образом, в случае с Филаретом Никитичем вырисовывается задача про-сопографического исследования путей и методов осуществления им жизненных стратегий и реализации карьерных устремлений.

В связи с применением указанной теоретической основы намечается другая проблематика исследования. В своё время А.Я. Гуревич поставил задачу смены вопросника в отношении к источникам, успешное решение которой позволило ему «разговорить» новый материал [22, с. 438]. Подобно этому мы временно отказываемся от попыток решения традиционных проблем, поскольку описанная стратегия настоятельно требует обновления их списка. Таким образом, новый

ракурс рассмотрения биографии Филарета Никитича позволяет ставить следующие задачи.

- Реконструкция коллективной биографии высшей прослойки служилого класса конца XVI в. поможет более чётко уяснить место Фёдора Никитича Романова в нём и прояснить некоторые вопросы его ранней биографии в условиях крайней нехватки эмпирического материала.

- Исследование проблемы социальной мобильности в русском обществе того периода сделает возможным ответить на вопрос, что означало для светского человека (в нашем случае - Филарета) удаление от мира, превращение из служилого, приближенного к трону, в инока.

- Осмысление общественных отношений периода Смуты в категориях «верности» и «измены» приблизит к решению проблемы социокультурной обусловленности мотивов поведения Филарета в тушинском лагере.

- Выявление корпоративных интересов основных социальных групп и периода Семибоярщины [23] позволит по-новому взглянуть на проблему экзистенциального выбора митрополита под Смоленском.

В процессе исследования, впрочем, будут намечаться и другие проблемы, расширяющие поле нашего изучения.

С помощью декларируемого нами подхода к изучению личности в истории на новой основе актуализируются те проблемы, историография которых представлена выше. Как можно было заметить, отношения Филарета с государями являются повествовательной цепочкой в историческом нарративе. Судя по заявленной тематике, мы можем говорить о смещении линии жизнеописания от событийной канвы в сторону проблемного взгляда. Следовательно, цепочка разрывается. Что избавляет нас от необходимости искать всевозможные связи там, где их, возможно, и нет. Подобно М. Фуко мы должны избегать ложной преемственности, как бы соблазнительна она ни была. К примеру, это относится к воображаемому треугольнику «Василий Шуйский - Филарет - Лжедмитрий II», о котором мы уже упоминали. Таким образом, сосредоточение внимания на факте взаимодействия двух деятелей как феномене, а не как звене той самой цепочки позволит по-новому осветить старые вопросы и тем самым преодолеть историографические тупики.

Подводя итоги, следует сказать, что все существующие исторические концепции применительно к проблемам политической деятельности Филарета Никитича принадлежат определённому этапу развития науки. Данный этап имеет свои достижения, без учёта которых немыслимы дальнейшие исследования. Но осознание того, что мы ещё очень мало знаем как о той эпохе в целом, так и о самом Филарете в частности, заставляет искать иные стратегии, более продуктивные. По верному замечанию П. Вена, все беды (историков) происходят от иллюзии, что «мы принимаем конечный пункт за цель, мы принимаем место, куда снаряд попадает сам собой, за мишень, в которую специально целились» [24, с. 367]. Задумавшись

над этим, мы сможем отказаться от прямолинейного взгляда на жизненный путь нашего героя как постоянное стремление и неуклонное движение к политическим вершинам. А наша цель - реконструкция биографии политика во всей её полноте и богатстве - как раз соответствует этой задаче.

Литература и примечания

1. Усачев А.С. Long durée российской историографии // Обществ. науки и современность. 2002. № 2.

2. История исторического знания: пособие для вузов. М., 2004.

3. Лубский А.В. Альтернативные модели исторического исследования. М., 2005.

4. Пронштейн А.П., Данилевский И.Н. Вопросы теории и методики исторического исследования. М., 1986.

5. Смирнов А. Святейший патриарх Филарет Никитич Московский и всея Руси // Чтения в обществе любителей духовного просвещения. 1873. № 1.

6. Пресняков А.Е. Филарет Никитич, митрополит Ростовский, патриарх всея Руси // Люди Смутного времени. СПб., 1905.

7. КозляковВ.Н. Михаил Фёдорович. М., 2004.

8. Ульяновский В. Смутное время. М., 2006.

9. Успенский Б.А. Царь и патриарх. Харизма власти в России. Византийская модель и её русское переосмысление. М., 1998.

10. Богданов А.П. Русские патриархи. 1589-1700. М., 1999. Т. 1.

11. Данный переход можно также представить в виде последовательного движения от эмпирической к теоретической стадии исторического исследования (см.: Мининков Н.А. Методология истории: пособие для начинающего исследователя. Ростов н/Д, 2004. С. 154).

12. Платонов С.Ф. Очерки по истории Смуты в Московском государстве XVI-XVII веков. СПб., 1899.

13. Вернадский Г.В. История России. Московское царство. Ч. 1. Тверь; Москва, 2001.

14. Вовина В.Г. Патриарх Филарет (Фёдор Никитич Романов) // Вопросы истории. 1991. № 7-8.

15. Маландин В.В. Патриарх Филарет // Великие государственные деятели России. М., 1996.

16. Абрамович Г.В. Князья Шуйские и российский трон. Л., 1991.

17. СкрынниковР.Г. Михаил Фёдорович. М., 2005.

18. Вовина В.Г. Новый летописец. История текста. СПб., 2004.

19. Напр.: Сказание Авраамия Палицына. М.; Л., 1955. С. 128; Новый летописец // Полное собрание русских летописей. Т. 14. М., 2000. С. 321.

20. Тюменцев И.О. Смута в России начала XVII столетия. Движение Лжедмитрия II. Волгоград, 1999.

21. Цит. по: Филюшкин А.И. Андрей Михайлович Курбский: Просопографическое исследование и герменевтический комментарий к посланиям Андрея Курбского Ивану Грозному. СПб., 2007. С. 6.

22. Гуревич А.Я. О кризисе современной исторической 24. Вен П. Фуко совершает переворот в истории // Как науки // История - нескончаемый спор. М., 2005. пишут историю. Опыт эпистемологии. М., 2003.

23. Флори Б.Н. Польско-литовская интервенция в России и русское общество. М., 2005.

Поступила в редакцию 28 марта 2008 г.

ФИЛАРЕТ • Большая российская энциклопедия

  • В книжной версии

    Том 33. Москва, 2017, стр. 334

  • Скопировать библиографическую ссылку:


Авторы: И. А. Устинова

Патриарх Филарет. Миниатюра из «Титулярника». 1672. Российский государственный архив древних актов.

ФИЛАРЕ́Т (Ро­ма­нов Фё­дор Ни­ки­тич) [ок. 1554 – 1(11).10.1633], рус. по­ли­тич. дея­тель, пат­ри­арх Мо­с­ков­ский и всея Ру­си (с 1619). Из ро­да Ро­ма­но­вых. Сын Н. Р. Юрьева, двою­род­ный брат ца­ря Фё­до­ра Ива­но­ви­ча, отец ца­ря Ми­хаи­ла Фё­до­ро­ви­ча. Дво­ро­вый вое­во­да, боя­рин (1586), в 1590-х гг. псков­ский на­мест­ник, один из ру­ко­во­ди­те­лей Бо­яр­ской ду­мы, уча­ст­ник Зем­ско­го со­бо­ра 1598. В 1601 ца­рём Бо­ри­сом Фё­до­ро­ви­чем Го­ду­но­вым со­слан в Ан­то­ни­ев-Сий­ский мон., где был по­стри­жен в мо­на­хи с име­нем Фи­ла­рет. В 1605 ос­во­бо­ж­дён Лже­дмит­ри­ем I и по­став­лен ми­тро­поли­том Рос­тов­ским. С 1606 кан­ди­дат в пат­ри­ар­хи. В 1606 ру­ко­во­дил пе­ре­не­се­ни­ем мо­щей ца­ре­ви­ча Дмит­рия Ива­но­ви­ча из Уг­ли­ча. В 1608–10 в пле­ну у Лже­дмит­рия II в ста­ту­се «на­ре­чён­но­го пат­ри­ар­ха». В 1610 стал од­ним из ру­ко­во­ди­те­лей по­соль­ст­ва для пе­ре­го­во­ров с по­ля­ка­ми, в 1611 взят в плен и от­прав­лен в Речь По­спо­ли­ту. 14(24).6.1619 вер­нул­ся в Мо­ск­ву, а 24 ию­ня (4 ию­ля) по­став­лен в пат­ри­ар­хи Мо­с­ков­ские пат­ри­ар­хом Ие­ру­са­лим­ским Фео­фа­ном IV. До сво­ей смер­ти был фак­ти­чес­ки со­пра­ви­те­лем сы­на, но­сил ти­тул «Ве­ли­кий го­сударь». Сто­рон­ник Смо­лен­ской вой­ны 1632–34.

Бо­рол­ся за со­кра­ще­ние иностр. влия­ния: в 1620 ввёл пра­ви­ло пе­ре­кре­щи­ва­ния хри­сти­ан при пе­ре­хо­де в пра­во­сла­вие, в 1627 ука­зал изъ­ять кни­ги «ли­тов­ской пе­ча­ти». Мно­го вни­ма­ния уде­лял книж­ной спра­ве, лич­но ре­дак­ти­ро­вал «Ка­те­хи­зис» Л. И. Зи­за­ния (1627). В 1620 Ф. ос­но­вал То­боль­скую епар­хию. При нём за­вер­ши­лось фор­ми­ро­ва­ние при­ка­зов (Пат­ри­ар­ший двор­цо­вый при­каз, Пат­ри­ар­ший ду­хов­ный при­каз, Пат­ри­ар­ший ка­зён­ный при­каз и Пат­ри­ар­ший раз­ряд­ный при­каз) по об­раз­цу го­су­да­ре­вых. При Ф. бы­ли про­слав­ле­ны свя­тые Ма­ка­рий Ун­жен­ский и Ав­раа­мий Га­лиц­кий, в 1625 ус­та­нов­лен празд­ник в па­мять пе­ре­не­се­ния в Мо­ск­ву Ри­зы Гос­под­ней, по­да­рен­ной ца­рю Ми­хаи­лу Фё­до­ро­ви­чу иран. ша­хом Аб­ба­сом I. По­хо­ро­нен в Ус­пен­ском со­бо­ре Мо­с­ков­ско­го Крем­ля.

Российский Императорский Дом - Феодор Никитич (во иночестве Филарет) Романов

Святейший Патриарх Филарет

Феодор Никитич (во иночестве Филарет) Романов (1553 – 1633) – сын Никиты Романовича Захарьина-Юрьева. Племянник Царицы Анастасии Романовны, двоюродный брат св. Царя Феодора I Иоанновича. Боярин и наместник в Нижнем Новгороде (1586). В 1590 – участник похода против Швеции в ранге воеводы. В 1593-1594 – наместник Пскова и глава делегации на переговорах с посольством Императора Священной Римской Империи Рудольфа. Воевода правой руки (1596). Пользовался авторитетом и народной любовью. В 1598, после кончины св. Феодора I и пресечения Царского Дома Рюриковичей, некоторыми кругами рассматривался как возможный наследник престола в обход Бориса Годунова (шурина последнего Царя Династии Рюриковичей), но сам никакой оппозиционности не проявлял. В первые годы царствования Бориса I сохранял с ним добрые верноподданнические отношения. Однако зимою 1600/1601 род Романовых стал жертвой подозрительности Царя Бориса I. Братья Никитичи были репрессированы по обвинению в злоумышлении на здоровье и жизнь Государя «ведовством и корением». Александр, Михаил и Василий Никитичи погибли в заключении. Феодор Никитич, как старший в роде, был арестован, разлучен с семьей, насильственно пострижен в монашество с именем Филарет и сослан в Антониево-Сийский монастырь. После гибели Дома Годуновых в 1605 возвращен из ссылки своим мнимым «двоюродным братом»Лжедимитрием I и, после рукоположения, возведен на Ростовскую и Ярославскую митрополичью кафедру. В мае 1606 поддержал переворот, приведший к свержению и умерщвлению самозванца (17/30 мая). По поручению Царя Василия Шуйского возглавил торжества открытия свв. мощей Царевича Димитрия Угличского (1606). Был наречен кандидатом в Патриархи, но Василий Шуйский в последний момент остановил свой выбор на митрополите Казанском Гермогене. В мае 1608, при взятии Ростова войском Лжедимитрия II («Тушинского вора»), попал в плен к тушинцам. Провозглашен Патриархом в Тушинском лагере. Св. Патриарх Гермоген, несмотря на свой суровый нрав, понимал сложность положения митрополита Филарета (Романова) и не подвергал его порицанию за невольную узурпацию патриаршего звания. Освободившись, Филарет вернулся в Москву в мае 1610. После низложения в июле 1610 Царя Василия Шуйского св. Патриарх Гермоген прямо говорил, что законным природным Царем должен считаться юный Михаил Феодорович Романов. Этот факт подтверждает даже несомненный враг Романовых и представитель польских оккупантов гетман Жолкевский. Однако, отстаиваемая св. Патриархом Гермогеном идея легитимной власти, поддерживаемая народом, не нашла еще поддержки в правящих кругах, руководствовавшихся политической конъюнктурой. Осознавая сложность ситуации и избегая возможных обвинений во властолюбии, митрополит Филарет поддержал идею приглашения на российский престол Польского Королевича Владислава, но только при обязательном условии принятия им св. Православия. В сентябре 1610 совместно с князем В. Голицыным Филарет возглавил Великое посольство, отправленное Семибоярщиной под осажденный поляками Смоленск к Королю Речи Посполитой Сигизмунду III. За твердость в отстаивании интересов Православия и России в марте 1611 был арестован Королем и в апреле 1611 доставлен в Польшу, где пробыл в плену до 1619. После призвания Великим церковным поместным и Земским собором 1613 года сына митрополита Филарета Михаила Феодоровича на Царский престол, начались долгие и сложные переговоры с Королем Сигизмундом об освобождении отца Государя и других членов Великого посольства. Филарет вернулся на Родину в 1619 по условиям Деулинского перемирия и был законно избран и возведен на Патриаршую кафедру. В связи с тем, что, если бы не монашеский постриг, именно он должен был по религиозно-правовым представлениям того времени стать Царем после падения Дома Годуновых (как сын первого шурина Иоанна IV Грозного Никиты Романова и двоюродный брат св. Царя Феодора I), Филарет получил титул Великого Государя. Деятельно помогал своему царственному сыну в управлении страной, заботился о совершенствовании духовной жизни, развитии военного дела, культуры и образования. Сыграл важную роль в осуществлении таких общегосударственных мер, как валовое описание земель, реформа органов судопроизводства и податной системы. В 1620 возродил в Москве типографию. Ревностно защищал чистоту Православия и, в тоже время, пресекал мракобесие (как в случае с делом св. архимандрита Дионисия, подвергшегося со стороны фанатиков гонениям за исправление ошибок в Требнике). Заботился о миссионерстве в Поволжье и Сибири. В области внешней политики советовал придерживаться антиавстрийской позиции в ходе Тридцатилетней войны 1618-1648 и стремился к союзу со Швецией. Турцией и Трансильванией против Речи Посполитой. До пострижения состоял в супружестве с Ксенией Иоанновной (во иночестве Марфой) (урожд. Шестовой). Сыновья: Борис, Никита, Лев, Иоанн (все четверо умерли во младенчестве), Царь Михаил. Дочь: Татиана

Патриарх Филарет Романов | Encyclopedia.com

(ок. 1550–1633), Патриарх Московский и всея Руси (1619–1633).

Родившийся Федор Никитич Романов, будущий Патриарх Филарет происходил из старинного боярского клана, известного еще с XIV века как Кошкины, Захарины, Юрьевы и, наконец, как Романовы. Наивысшего могущества и привилегий клан достиг после 1547 года, когда царь Иван IV («Грозный») женился на Анастасии Юрьевой, тете Федора Никитича (Федор, вероятно, родился после свадьбы).Во время правления сына и наследника Ивана Грозного, царя Федора Ивановича (1584–1598), Федор Никитич Романов сменил своего отца, Никиту Романовича Юрьева, на регентском совете, который правил вместе с царем Федором. Федор Никитич был боярином с 1587 года. Он был губернатором ( наместник ) Нижнего Новгорода (1586), а затем Пскова (1590) и выполнял многочисленные парадные функции при дворе.

После смерти царя Федора в 1598 году Федор Никитич продолжал занимать важные посты и сохранил свое старшинство среди бояр при новом царе Борисе Годунове.Однако в 1601 году, в рамках общей атаки Бориса на реальных и потенциальных соперников его власти, Федор был насильственно пострижен (сделан монахом) и сослан в отдаленный Антониево-Сийский монастырь близ Холмогор. Его жена Ксения Ивановна Шестова (на которой он женился около 1585 года) была также вынуждена принять монашеский обряд в 1601 году. Она взяла религиозное имя Марфа и была отправлена ​​в ссылку в далекую Толвуйскую пустыню. Другие родственники Романовых - братья и сестры Федора и их супруги - также впали в немилость при Борисе Годунове, и только один из братьев Федора (Иван) выжил в заточении.

То, что Федора надо считать соперником Бориса, было вполне естественно. Он был двоюродным братом последнего царя, а Борис - просто шурином. Существовало также более или менее общее мнение, известное в то время даже иностранным путешественникам в России, что незадолго до своей смерти царь Федор завещал престол своему двоюродному брату Федору и что Борис Годунов был избран на престол только после Романовы сначала отказались от этого. Хотя имеется достаточно современных свидетельств, позволяющих предположить, что Романовы действительно считались кандидатами на престол в 1598 году, многие из историй о назначении царем Федором одного из Романовых своим наследником датируются только после восхождения Романовых на престол ( в 1613 г.), и поэтому к нему следует относиться с некоторым подозрением.

Как бы то ни было, Федор Никитич, приняв монашеское имя Филарет, получил некоторое облегчение от своих обстоятельств в 1605 году, когда Борис Годунов умер, и его заменил Первый Лжедмитрий, который освободил его (и его бывшую жену, монахиню). Марфа) из заточения и возвел в сан митрополита Ростовского. После падения Первого Лжедмитрия Филарет взял на себя перенос мощей царевича Дмитрия из Углича в Архангельский собор Москвы в Кремле.Здесь Дмитрий был погребен, а вскоре после этого прославлен как святой. После избрания (св.) Гермогена патриархом Филарет был отправлен обратно в Ростов; но когда Второй Лжедмитрий захватил город в 1608 году, Филарет вскоре стал одним из его сторонников в борьбе с царем Василием Шуйским (годы правления 1606–1610), обосновавшись в лагере Дмитрия в Тушино, недалеко от Москвы. Фактически, именно Второй Лжедмитрий возвел Филарета в патриарха после того, как (св.) Гермоген был убит поляками, вмешавшимися во внутренние дела России.

Филарет ненадолго попал в руки поляков, когда Дмитрий был побежден и обращен в бегство, но он быстро вернулся в Москву под защитой царя Василия Шуйского. Однако военные поражения в 1610 г. свергнули режим Шуйского, и Шуйский был насильно пострижен в монахи. Политическая власть тогда находилась в совете из семи бояр, которые отправили Филарета в Польшу, чтобы пригласить князя Владислава, сына польского короля Сигизмунда III, стать царем в Московии. Во время этих переговоров Филарет настоял на том, чтобы молодой князь принял православие и сделал это путем повторного крещения, условие, на которое польский король не хотел уступать.После срыва этих переговоров Филарет был помещен под домашний арест, где он оставался до заключения Деулинского мирного договора 1618 года, который окончательно положил конец интересам Польши на российском престоле.

В июне 1619 года Филарет вернулся в Москву и в Россию, которой правил теперь его сын Михаил, который был избран царем Земским Собором ( Земский собор, ) в феврале 1613 года. Через несколько дней Филарет был посвящен в сан. патриархом, и через несколько дней после этого он был провозглашен «Великим Владыкой» - титул, обычно закрепленный за правителем, - что свидетельствует об уникальном положении Филарета при дворе.Филарет взял бразды правления в свои руки, руководя церковью и внешней политикой, очевидно, без особого участия сына. В церковных вопросах Филарет продолжал свою прежнюю позицию по отношению к инославным, настаивая на перекрещении всех новообращенных и, в целом, на дальнейшем ужесточении конфессиональных линий с неправославными соседями и меньшинствами Московии. Он также выступал за войну с Польшей, которая началась в 1632 году, которая обернулась против Московии после провала осады Смоленска и разгрома русской армии.Филарет умер 1 октября 1633 года на фоне разворачивающихся бедствий той войны.

См. Также: земельный участок; собор архангела; дмитрий, ложь; годанов, борис федорович; ivan iv; кремль; столичный; династия Романовых; романов михаил федорович; русская православная церковь; шуйский василий иванович; смутное время

библиография

Dunning, Chester S.L. (2001). Первая гражданская война в России: смутное время и основание династии Романовых. Университетский парк: издательство Пенсильванского государственного университета.

Keep, J.L.H. (1960). «Режим Филарета, 1619–1633». Обзор славянской и пасхальной Европы 38: 334–360.

Ключевский Василий Осипович. (1970). Восстание Романовых тр. Лилиана Арчибальд. Лондон: Macmillan St. Martin's.

Платонов Сергей Федорович (1985). Смутное время, тр. Джон Т. Александр. Лоуренс: Университет Канзаса Press.

Рассел Э.Мартин

Патриарх Московский Филарет (Федор Никитич Романов # 15006442

Плакаты Патриарха Московского Филарета (Федора Никитича Романова) (1553-1633). Художник: Anonymous

Патриарх Московский Филарет (Федор Никитич Романов) (1553-1633). Частная коллекция

© Fine Art Images

Идентификатор носителя 15006442

Федор Романов , Филарет , Филарет Московский, Федор Никитич Романов, Патриарх Филарет , Патриарх Московский Филарет, Патриарх Московский

A4 (30x21 см) Плакат

Бумага для плакатов архивного качества, идеально подходит для печати больших изображений

проверить

Гарантия идеального качества пикселей

проверить

Сделано из высококачественных материалов

чек

Размер продукта 21 x 29.7 см (оценка)

проверить

Изображение без кадра 20,4 x 29,7 см (прибл.)

проверить

Профессиональное качество отделки

Плакат A4 (30 x 21 см, 8,3 x 11,7 дюйма), напечатанный на атласной плакатной бумаге плотностью 170 г / м2. Надежно упакованы, свернуты и вставлены в прочный почтовый тубус и отправлены отслеживаются. Плакаты имеют сопоставимое архивное качество с нашими фотографиями, они просто печатаются на более тонкой плакатной бумаге. В то время как мы используем только фотографические принты в наших рамках, вы можете обрамлять плакаты, если они тщательно поддерживаются, чтобы предотвратить провисание со временем.

Это изображение доступно в виде Современные рамки , Фотографическая печать , Пазл , Печать на холсте , Печать плакатов , Сумка , Фото кружка , Поздравительные открытки , Подушка , Металл Печать , Репродукция картин , Установленное фото , Стеклянная рамка , Акриловый блок , Антикварные рамы , Коврик для мыши , Стеклянные коврики , Стеклянная подставка

Водяной знак не появляется на готовой продукции

Полный диапазон художественной печати

Наши стандартные фотоотпечатки (идеально подходят для кадрирования) отправляются в тот же или на следующий рабочий день, а большинство других отправлений - на несколько дней позже.

Современные рамки (57,63 - 294,62 доллара)
Наши современные репродукции в рамке профессионально сделаны и готовы повесить на вашу стену

Фотопечать (8,95–192,14 доллара)
Наши фотопринты напечатаны на прочной бумаге архивного качества для яркого воспроизведения и идеально подходят для кадрирования.

Пазл (35,86 - 48,67 долларов)
Пазлы - идеальный подарок на любой случай

Canvas Print (38 долларов.42 - 320,24 долл. США)
Профессионально сделанные, готовые к развешиванию Печать на холсте - отличный способ добавить цвет, глубину и текстуру любому пространству.

Печать плакатов (12,80–57,63 долларов)
Бумага для плакатов архивного качества, идеально подходит для печати больших изображений

Большая сумка ($ 38,37)
Наши сумки-тоут сделаны из мягкой прочной ткани и оснащены ремнем для удобной переноски.

Photo Mug ($ 12,80).
Наслаждайтесь любимым напитком из подарочной кружки с индивидуальным принтом.На наших кружках напечатано изображение по вашему выбору

Поздравительные открытки (7,65 долл. США)
Поздравительные открытки для дней рождения, свадеб, юбилеев, выпускных, благодарностей и многого другого

Подушка (32,01 доллара - 57,63 доллара)
Украсьте свое пространство декоративными мягкими подушками

Metal Print (75,58–511,12 долларов)
Сделайте ваши фотографии более живыми с помощью металлических отпечатков! Прочный металл и роскошная техника печати придадут интерьеру современный вид.

Репродукция изобразительного искусства (38,42 доллара - 512,39 доллара)
Наши репродукции репродукций произведений искусства соответствуют стандартам самых критичных музейных хранителей. Это лучшее, что можно было бы сделать после оригинальных произведений искусства с мягкой текстурированной естественной поверхностью.

Фото (16,64 - 166,52 долларов)
Фотопринты поставляются в держателе для карт с индивидуальным вырезом, готовом к обрамлению

Glass Frame (29,45 - 88,39 долларов) Крепления из закаленного стекла
идеально подходят для настенного дисплея, а меньшие размеры также можно использовать отдельно с помощью встроенной подставки.

Acrylic Blox (38,42–64,04 доллара)
Обтекаемая, современная односторонняя привлекательная настольная печать

Старинные рамы (57,63 - 320,24 доллара)
Наш оригинальный ассортимент британских принтов в рамке со скошенным краем

Коврик для мыши (17,92 доллара США)
Фотопечать архивного качества на прочном коврике для мыши с нескользящей подложкой. Работает со всеми компьютерными мышками.

Стеклянные коврики (64,04 доллара)
Набор из 4 стеклянных ковриков.Элегантное полированное безопасное стекло и термостойкое. Также доступны подходящие подстаканники

Glass Coaster (10,24 доллара)
Индивидуальная стеклянная подставка для посуды. Элегантное полированное безопасное закаленное стекло и подходящие термостойкие коврики также доступны

Романовы | Западная цивилизация

Цель обучения

  • Объясните рост могущества Дома Романовых и первых крупных русских царей этой династии

Ключевые моменты

  • Романовы были сосланы в Смутное время, но возвращены, когда Романовский Патриарх Филарет и его сын Михаил были политически выгодными.
  • Михаил I был первым царем Романовых и положил начало длинной череде могущественных правителей.
  • Алексий I успешно провел Россию через множество восстаний и войн и создал долговременные политические бюро.
  • После долгого династического спора к власти пришел Петр Великий и изменил Россию с новой столицей Санкт-Петербургом и западными влияниями.

Условия

Старообрядцы

Последователи православной веры, как это было до Алексия I, созвавшего Большой Московский Синод и изменившего традиции.

Канцелярия Думы

Первое губернское административное бюро, созданное при Алексее I. По-русски оно называется Разрядный приказ.

Рюриковичи

Потомок династии Рюриковичей, которая доминировала в центрах власти на русских землях более шести веков до начала династии Романовых.

Дом Романовых был второй крупной царской династией в России и возник после династии Рюриковичей. Он был основан в 1613 году коронацией Михаила I и завершился в 1917 году отречением царя Николая II.Однако прямая мужская родословная династии Романовых прекратилась, когда в 1762 году умерла Елизавета Российская, и к власти пришли Петр III, а затем Екатерина Великая - королевские особы немецкого происхождения.

Корни Романовых

Самый ранний общий предок рода Романовых восходит к Андрею Кобыле. Источники говорят, что он был боярином под предводительством рюриковского князя Семена I Московского в 1347 году. Эта фигура остается несколько загадочной, поскольку некоторые источники утверждают, что он был высокородным сыном русского князя.Другие указывают на имя Кобыла, что означает лошадь, предполагая, что он произошел от Главнокомандующего в королевском доме.

Каким бы ни было настоящее происхождение этой патриархальной фигуры, его потомки разделились примерно на дюжину различных ветвей в течение следующих двух столетий. Один из таких потомков, Роман Юрьевич Захарьин-Юрьев, дал название династии Романовых. Внуки этого патриарха сменили имя на Романовы и оставались там до прихода к власти.

Михаил I

Собственно династия Романовых была основана после Смутного времени, периода между 1598 и 1613 годами, который включал династическую борьбу, войны со Швецией и Польшей и жестокий голод.Во время правления царя Бориса Годунова, продолжавшегося до 1605 года, семьи Романовых были сосланы на Урал и в другие отдаленные районы. Отец Михаила I был вынужден принять монашеский постриг и принять имя Филарет. Два самозванца, пытающиеся занять трон в Москве, попытались использовать власть Романовых после смерти Годунова в 1605 году. А к 1613 году семья Романовых снова стала популярным именем в борьбе за власть.

Сын патриарха Филарета, Михаил I, был избран земским трезвым в июле 1613 года, положив конец долгому династическому спору.Он объединил бояр и удовлетворил московское царство как сын Федора Никитича Романова (ныне Патриарх Филарет) и племянник царя Рюриковичей Федора I. На коронации ему было всего шестнадцать, и и он, и его мать опасались его будущего. в таком непростом политическом положении.

Изображение молодого Михаила I. Он пришел к власти в Москве, когда ему было всего шестнадцать, и стал влиятельным лидером в истории России.

Михаил I восстановил порядок в Москве в первые годы своего правления, а также построил два крупных правительственных учреждения: Посольский приказ (Министерство иностранных дел) и Разрядный приказ (Канцелярия Думы или провинциальная администрация).Эти два офиса оставались жизненно важными для российского порядка в течение многих десятилетий.

Алексей I

Михаил I правил до своей смерти в 1645 году, и его сын Алексис вступил на престол в возрасте шестнадцати лет, как и его отец. Его правление продлилось более 30 лет и закончилось его смертью в 1676 году. Его правление было отмечено беспорядками в таких городах, как Псков и Новгород, а также продолжающимися войнами со Швецией и Польшей.

Алексей I Русский в 1670-х годах. Его политика по отношению к церкви и крестьянским восстаниям привела к созданию новых правовых кодексов и традиций, просуществовавших до 19 века.

Однако Алексий I установил новый правовой кодекс под названием Суборное уложение, который создал класс крепостных, сделал наследственный класс неизменным и потребовал официальную государственную документацию для поездок между городами. Эти коды оставались в силе до 19 века. Во время правления Алексия I Православная церковь также созвала Большой Московский Синод, который создал новые обычаи и традиции. Этот исторический момент привел к расколу между так называемыми старообрядцами (теми, кто придерживался прежней иерархии и традиций Церкви) и новыми церковными традициями.Наследие Алексиса I изображает его мирным и задумчивым правителем, склонным к прогрессивным идеям.

Династический спор и Петр Великий

После смерти Алексея I в 1676 году возник династический спор между детьми его первой жены, а именно Федором III, Софией Алексеевной, Иваном V и сыном его второй жены Петром Алексеевичем (впоследствии Петром Великим). Корона быстро перешла к детям его первой жены. Федор III умер от болезни, правив всего шесть лет.Между 1682 и 1689 годами за власть шла борьба между Софией Алексеевной, Иваном V и Петром. София была регентом с 1682 по 1689 год. Она активно выступала против притязаний Петра на престол в пользу своего брата Ивана. Однако Иван V и Петр делили престол до самой смерти Ивана в 1696 году.

Петр Великий как молодой правитель в 1698 году. Этот портрет был подарком королю Англии и отражает западный стиль, который до этого времени редко использовался на королевских портретах. У него нет бороды или традиционных шапок и мантий, которые были характерны для русского дворянства до его правления.

Петр продолжал править Россией и даже объявил себя императором всея России в 1721 году и правил до своей смерти в 1725 году. Он построил новую столицу в Санкт-Петербурге, где построил флот и попытался вырвать контроль над Россией. Балтийское море. Его также помнят за то, что он принес в Россию западную культуру и идеи Просвещения, а также ограничил контроль со стороны церкви.

Источники

определение патриарха% 20filaret% 20of% 20moscow et synonymes de patriarch% 20filaret% 20of% 20moscow (английский)

patriarch% 20filaret% 20of% 20moscow: определение патриарха% 20filaret% 20of% 20moscow et synonymes de patriarch% 20filaret% 20of% 20moscow (англ.)

Contenu de sensagent

  • определений
  • синонимов
  • антонимов
  • энциклопедия

словарь и переводчик для веб-сайтов

Александрия

Une fenêtre (pop-into) ofinformation (contenu main de Sensagent) является invoquée двойным щелчком на n'importe quel mot de votre page web.LA fenêtre fournit des explications et des traductions contextuelles, c'est-à-dire без обязательного посещения, чтобы покинуть эту страницу в Интернете!

Essayer ici, телефонный код;

Электронная коммерция решений

Расширение содержания сайта

Новое содержимое Добавить на сайт вместо Sensagent в формате XML.

Parcourir les produits et les annonces

Получить информацию в XML для фильтрации лучшего содержимого.

Индексатор изображений и определения донных изображений

Fixer la signalation de chaque méta-donnée (многоязычный).

Пакет обновлений по электронной почте с описанием вашего проекта.

Lettris

Lettris - это игра гравитационных писем для тетриса. Chaque lettre qui apparaît спуститься; il faut placer les lettres de telle manière que des mots se forment (gauche, droit, haut et bas) и que de la place soit libérée.

болтаться

Это 3 минуты разговора плюс большое количество возможных словосочетаний и т. Д. В решетке для 16 слов.Лучшая возможность для жизни с решеткой из 25 ящиков. Lettres doivent être adjacentes et les mots les plus longs sont les meilleurs. Участвуйте в конкурсе и зарегистрируйтесь в списке лучших участников! Jouer

Dictionnaire de la langue française
Principales Références

La plupart des définitions du français предлагает senseGates и компетентное обучение с помощью Littré et plusieurs, авторские методы, spécialisés.
Le dictionnaire des synonymes est surtout dérivé du dictionnaire intégral (TID).
Французская бенефициарная энциклопедия лицензии Википедии (GNU).

Перевод

Changer la langue cible pour obtenir des traductions.
Astuce: parcourir les champs semantiques du dictionnaire analogique en plus langues pour mieux apprendre avec sensagent.

8693 посетителей en ligne

расчет в 0,140 с

Allemand английский араб Bulgare китайский Coréen хорват дануа испанский язык эсперанто Estonien Finnois французский grec Hébreu хинди Гонконг остров индонезийский итальянец Япония Letton lituanien мальгаче Néerlandais Norvégien персан Polonais португалия Roumain русс серб словак словен Suédois Tchèque тайский турк Вьетнам

Allemand английский араб Bulgare китайский Coréen хорват дануа испанский язык эсперанто Estonien Finnois французский grec Hébreu хинди Гонконг остров индонезийский итальянец Япония Letton lituanien мальгаче Néerlandais Norvégien персан Polonais португалия Roumain русс серб словак словен Suédois Tchèque тайский турк Вьетнам

Патриарх Русский Филарет Никитич

Ровно 380 лет назад, в октябре 1633 года, один из самых могущественных в истории патриархов Руси - Филарет, урожденный Федор Никитич Романов, оказал большое влияние на развитие различных сторон жизни русского общества.Этот человек всегда занимал особое место в Русской Православной Церкви и в общей массе архипастырей. Помимо навязанного ему духовного достоинства, Филарет принадлежал к одной из высших и знатных семей - Романовых. До него и после его смерти ни один патриарх не обладал таким влиянием и авторитетом в решении государственных вопросов. Этому способствовали отношения с царственной особы: Филарет помогал в управлении Россией своему сыну, царю Михаилу Федоровичу.

3-й Великий Государь Святейший Патриарх Московский и всея Руси Филарет

Объективное рассмотрение этого интереснейшего исторического человека - довольно сложная задача, потому что при жизни вокруг Филарета возникло множество домыслов, искажающих реальные обстоятельства. и личные качества этого человека. Оппоненты искали поводы для разоблачения и клеветы на патриарха, втаптывая его имя в грязь, а сторонники, наоборот, до высшей степени превозносили Федора Никитича, причисляя его к лику святых.Чтобы понять, что написано о патриархе правда, а что вымысел, стоит более подробно рассмотреть реальные исторические события, в которых Федор Никитич принимал непосредственное участие.

Отцом будущего патриарха был брат царицы Анастасии, ставшей впоследствии первой женой царя Ивана Грозного. Он был от Никиты Романовича, который в свою очередь был потомком Романа Захарьина-Юрьева, род именовался Романовыми. Федор был старшим из шести сыновей и родился от второго брака Никиты Романовича с княгиней Евдокией, принадлежавшей к знаменитому княжескому роду Горбатых-Шуйских.Точная дата рождения Федора Никитича неизвестна, она указывает только на то, что он родился не ранее 1554 года.

Люди из народа Федора говорили только о покровителе, которому удалось не только пойти против воли царя Иоанна, но и остаться при этом живым и невредимым. А слава сестры Анастасии во многом помогла семье Романовых подняться в глазах знати. После неожиданной смерти царя в 1584 году и восшествия на престол Федора Ивановича Никита Романович стал депутатом Думы своего племянника.Вместе с ним в «верховной думе» находился некий Борис Годунов, брат жены новоизбранного государя и крайне заинтересованный в поддержке влиятельного Никиты Романовича. В конце жизни отец Федора все-таки заключил союз с Годуновым, разделив с ним сферу его влияния, что позволило последнему занять лидирующее положение в главном административном органе государства. Сам Никита Романович впоследствии принял чадру, а в 1586 году мирно скончался в монастыре.

Никита Романович, опасаясь за жизнь своих детей, всегда старался держать их подальше от царского двора, что было вполне разумно в то время. Из-за этого первое упоминание о его сыне Федоре появляется в государственных «рядах» только в 1585 году, где он числится среди прочих как участник приема у литовского посла. Став боярином после смерти отца, Федор Никитич был назначен нижегородским наместником государя в 1586 году. В этот период династия Романовых в Думе занимала одиннадцатую позицию, после таких дворянских родов, как Мстиславские, Шуя, Годуновы. и Трубецкой.

Следует отметить, что царь Федор изо всех сил старался помочь своему двоюродному брату, выделяя его среди маститых стариков и других приближенных, занимающих высокие посты. Однако как государь он был слаб, и в то время настоящим правителем был Борис Годунов, чей клан постоянно пытался заложить как можно больше земель и титулов, чтобы прочнее утвердиться при царском дворе. В то же время Годунов поддержал молодого боярина Федора, выполнив свое обещание Никите Романовичу и помня о его отношении к царской семье и любви народа к родственникам благосклонной царицы Анастасии.С такой помощью молодой и самодостаточный Федор Романов наслаждался жизнью на полную катушку, бесконтрольно тратя деньги на веселые застолья, шумные охоты и дорогие наряды, благодаря чему слыл первым денди столицы.

Справедливости ради исторически стоит отметить, что боярину Федору были чужды присущие московскому двору и гвардейцам бывшего царя пьянство и разврат. Ведя довольно беззаботный образ жизни, он все же старался соответствовать признанным образцам добродетели.Удачный брак с бедной девушкой, принадлежавшей к старинному роду, Ксенией Шестовой, с которой Федор всю жизнь прожил в полной гармонии, несомненно, положительно сказалось на его популярности среди знати и простых людей. В браке у Романова было пятеро сыновей и дочь.

Годы правления Федора Ивановича (1584-1598) были, наверное, самыми счастливыми и беззаботными для будущего патриарха, потому что в то время он еще не был обременен обязанностями государственного деятеля, был далек от чрезмерных амбиций и дворцовых интриг.Благодаря своему острому уму и умению производить впечатление он сумел завоевать любовь народа, к которой многие стремились годами, а также воспитать славную семью Романовых среди знати. Федор Никитич всегда был долгожданным гостем, как в Думе, так и на королевских семейных обедах в узком кругу близких друзей и друзей. В тогдашних боярских «списках» уверенно продвигался Романов. В 1588 году он был на десятом месте, а через год - на шестом. И даже спустя десять лет, по окончании правления Федора Ивановича, Федор Никитич считался главным дворовым воеводой и одним из трех первых вождей Среднего Государя.

Добиваться славы и высокого положения военными подвигами Федор не спешил. В славной битве со шведами в 1590 году ему даже не пришлось нюхать порох. Не дожидаясь помощи, армия врага нанесла поражение воеводе Дмитрию Хворостинину. Однако это не помешало Федору вместе с другими дворянскими боярами получить свою долю почестей на волне всеобщей победной эйфории. Беззаботный и популярный боярин продолжал пользоваться своим высоким положением, принимая его как должное, но его возвышенность и близость к сеньору все больше беспокоили Бориса Годунова, потому что рано или поздно царский престол должен был быть освобожден...

После назначения Федора Никитича в 1596 году в полку правой руки вторым губернатором, Петр Шереметев, назначенный третьим, выразил свое возмущение. Его протест в виде неявки на военную службу вызвал возмущение государя, которое повлекло за собой позорный арест с кандалами. Чуть позже еще трое князей попытались заменить «слишком быстрых» Романовых, но их порывы также наткнулись на царскую немилость.

Автограф

После кончины царя Федора Ивановича 7 января 1598 года именно Романов и Годунов были главными претендентами на престол.На стороне Бориса остались царица Ирина Федоровна (напомним его сестра), вскоре принявшая чадру, а также ближайший соратник Патриарх Иов. Также, чтобы перевесить чашу весов в свою пользу, Годунов тратил много обедов, раздавал жалованье и оказывал другие услуги знати и военнослужащим, а также пустил ложный слух о предстоящем наступлении крымского хана, чтобы собрать большое войско, показательно выступить в начале мая 1598 года в качестве доблестного защитника земли русской.Его авторитет подорвали только подозрения в причастности к убийствам близких Федору Ивановичу людей, а также его дочери Феодосии, что, однако, не подтвердилось в ходе расследования, проведенного Патриархом Иовом.

Федор Никитич не прибегал к «грязным» методам соперника и даже не заявлял о своих претензиях на освобожденный престол. Он принял клятвенные обещания Годунова, что после свадьбы будет относиться к Романову как к брату и первому помощнику.Однако добившись цели, Годунов не только забыл об этих обещаниях, но и решил всячески унизить семью Романовых в распределении должностей и губернатора по рангам. Все первые места были отданы ордынским «князьям», и под их руководством к управлению полками были поставлены воеводы Мстиславский, братья Шуйские, Голицын и Трубецкой. Федор Никитич занял последнее место в списке бояр. Но даже в такой унизительной ситуации Романов проявил свое достоинство и не только не выступил с жалобами, но даже не подал иск о том, что его оскорбили решения Годунова.Год за годом Федор Никитич сидел в Боярской думе, продолжая покорно занимать именно те места, которые ему указал царь. Подобная реакция Федора на все исследования Бориса имела противоположные, вполне закономерные последствия. В глазах знати Романов по праву стал главным претендентом на царский престол, любое несчастье случалось с Годуновым.

При Борисе Годунове в российском обществе наступил кризис. В государстве свирепствовал голод, эпидемии косили целые города, полностью разрушали моральные и моральные устои.На фоне жестоких расправ и беззакония, творимых королем и его приспешниками, процветали корысть и взяточничество, чревоугодие, пьянство и разврат. Будучи крайне подозрительным, Борис приветствовал доносительство и клевету, расправляясь с виновными без расследования, нарушая все нормы справедливости и законности. И никто, даже Романов, не посмел встать у него на пути. Излюбленные способы устранения нежелательного при Годунове стали звеном тайного убийства. Но подобраться к каким-либо обвинениям в адрес Федора и его семьи долгое время не удавалось.

Ухудшение здоровья государя привело к тому, что он превратился в безумного узурпатора, который повсюду видел заговоры, предательство, колдовство и интриги. Дошло до того, что король стал избегать традиционных массовых церемоний. При этом один боярин за вознаграждение признался, что Романовы готовили зелье для всей царской семьи. На основании написанного им доноса и найденных при обыске брата Федора Александра Никитича ядовитых корней (скорее всего, посаженных) все Романовы были арестованы, а уже готовый приговор огласили Боярской Думе.Однако в июне 1601 года состоялся некий показательный суд, на котором вся семья Романовых была признана виновной в измене государю и приговорена к ссылке с довольным содержанием под строгой защитой.

Хитрый и кровожадный Годунов дал Думе возможность заранее определить окончательное решение, но позаботился о оглашении нужного ему приговора. Думы, опасаясь прежде всего за себя и своих близких, поспешили поддержать государя, рьяно обвиняя «предателей» и не давая им раскрыть рта для объяснений и извинений.Больше всего, как и планировалось, пострадали Федор Никитич и его супруга, которые не только были сосланы, но и подлежали облачению. Измученные длительным расследованием, члены семьи Романовых разошлись к месту ссылки. Федор был доставлен в Антониево-Сийский монастырь и получил чин Филарета. По настоянию царя Романов должен был остаться совсем один, а вместо отнятых у него имений и всего имущества, которое государь раздавал своим фаворитам, Федору из монастырской казны было передано только самое необходимое.Приставленный к нему охранник получил указание не выпускать его за стены монастыря, передавать от него любые сообщения и постоянно докладывать о его поведении.

Светлана Ивлева. Патриарх Филарет (Романов) и Сретенский игумен Ефрем в польском плену 1613–1619

Из всех лишений Федора Никитича больше всего удручало разлука с любимой женой и детьми, а также полное отсутствие информации об их судьбе. Тем временем Ксению отправили под именем Марфа на Толвуское кладбище в Зонежье, где она долгое время жила в суровых условиях.Дети Романовых, находясь в неадекватных условиях, погибли из-за плохого физического здоровья. Во-первых, однажды, видимо от инфекции, Борис и Никита скончались в 1592 году, Лев Федорович умер в 1597 году, а четвертый сын Федора Иван в 1599 году. Оставшаяся дочь Татьяна вскоре вышла замуж за князя Ивана Михайловича Катырева. -Ростовский и умер в июле 1611 года, а пятилетний сын Михаил был сослан вместе с тётей Марфой и её мужем на Белое озеро. Один за другим умерли и братья Филареты, не выдержав тягот и заточения.Люди в их смерти обвинили Годунова, который якобы с помощью своих судебных приставов убил семью, которая ему не нравилась. Только Иван Никитич, претерпевший многочисленные издевательства, был насильно помилован царем, напуганным многочисленными обвинениями, и в 1602 году отправлен в Нижний Новгород.

В отличие от других детей Филарета, единственный оставшийся в живых сын Михаил был очень сильным и остроумным мальчиком, хотя и находился в женском окружении, что сказалось на излишней романтичности будущего монарха и его склонности уступать более слабым секс.В 1602 году Михаилу было возвращено одно из отцовских имений, село Клин, которое находилось в Юрьево-Польском районе, и он вместе с остатками его семьи переехал жить туда, где по «милости» государя, он не знал, чем ущемлять и отвергать.

Несмотря на стремление Годунова к полной изоляции Филарета, опальный боярин сумел наладить секретный канал, по которому ему передавалась информация обо всем, что происходило в государстве.Рискуя жизнью, монахи, священники и крестьяне помогали знатному узнику, за что впоследствии были щедро вознаграждены. Именно через них Федор сумел передать письмо, разоблачающее все греховные поступки царя и его окружения, которое переходило из рук в руки, настраивая народ против отпустившего себя Годуна, чьи дни на престоле сочтены.

Самая тяжелая ситуация в России начала XVII века, когда развязанная гражданская война осложнялась иностранным вмешательством, совпала с концом правления Годунова.С весны 1605 года и до лета 1606 года, то есть с последних месяцев царствования Бориса и в течение года царствования первого Лжедмитрия, в исторических документах нет ни одного упоминания о Филарете. Некоторые историки выдвигают безосновательную версию сооружения иеромонаха в этот период и его назначения митрополитами Ростовским и Ярославским. Но если исходить из реалий, то, например, на свадьбе Лжедмитрия и Марины Мнишек 8 мая 1606 года вместе с поляками было много представителей славных русских родов: оба Мстиславских (в место сидящего отца) и Шуя, и даже Пожарского, который впоследствии будет бороться с этими же захватчиками.В монашеском сане были не только представители дома Романовых, в том числе Филарет.

В ночь на 17 марта Дмитрий Иванович был зверски убит, а 1 июня 1606 года поспешно коронован на престол Василия Шуйского. По его предложению Филарет отправился в Углич в составе комиссии по признанию мощей убитого государя, чтобы избежать появления многочисленных самозванцев, объявивших себя спасенным и воскресшим князем. В награду за помощь Василий Иванович обещал Филарету высокий монашеский сан, но после переворота отказался от данного слова.В ноябре 1606 года, когда войска восставшего голлиба под предводительством Ивана Болотникова двинулись в столицу, Филарет уже находился в своем кресле в Ростове и весь 1607 год служил молитвам, распространяя призывы к примирению и прекращению противостояния. между сторонниками Фальсредмитрия II и правящими силами Шуйского. В октябре 1608 года, когда Ростов стал центром противостояния, некоторые обвиняли паству Филарета в недостаточном рвении в защите города. Однако документы показывают, что когда многочисленные жители города обращались к священнику с просьбой покинуть Ростов и бежать в Ярославль, Филарет облачился в монашеские одежды и до последнего утешал прихожан, укрывшихся с ним в храме, совершая молитвы.А когда повстанцы попытались взять собор штурмом, их первое наступление было отражено. Филарет пытался убедить мятежников с помощью Священных Писаний, но враг не хотел его слушать. Ворота храма были выбиты, а переяславцы ворвались в них и стали зверски убивать прятавшихся в соборе людей. Митрополит был взят под стражу и отправлен на Фальсит II в Тушино, предварительно сорвав святые одежды и облачившись в тонкие одежды, а золотой рак чудотворца Леонтия был разрезан на доли.Городская и церковная казна была разграблена, а церкви города полностью разрушены.

Историков сбивает с толку дальнейший ход событий, когда Филарет, которого гнали босиком по дороге, для унизительного облаченного в языческую одежду и татарскую шляпу, по прибытии в лагерь стал патриархом! Очевидно, это был политический ход, задуманный самозванцем: привлечь, пусть даже силой, на свою сторону популярного в народе Филарета, придать ему высокое святое достоинство и снова облачиться в облачения, приставив к нему стражу.Достаточно мудрый, Федор Никитич, оставаясь при своих убеждениях, принял назначение.

Конечно, митрополит в принципе мог отказаться от оказанных ему почестей и исчезнуть, но он предпочел занять выжидательную позицию, создав видимость повиновения Лжедмитрию, за что навлек на себя осуждение тех, кто сопротивлялся самозванец, а также ряд историков. Тем не менее большинство исследователей по-прежнему склоняются к мнению, что такой шаг был продиктован, скорее, гениальным расчетом патриарха, желавшего сохранить свое положение в государстве, в случае победы одной из сторон оппозиции.Каковы были его истинные намерения и мысли, знал только сам митрополит.

Перенос Филарета, пусть даже насильственный, в лагерь Лжедмитрия был воспринят Шуйским как предательство. Между тем обострение ситуации внутри нашей страны привело польского короля Сигизмунда III к мысли, что под достойным предлогом для прекращения кровопролития и беспорядков в России он легко сможет отобрать куски русской земли. Свою «миротворческую миссию» он начал в конце 1609 года. Лагерь под Тушино стал местом переговоров поляков с московскими властями.А поскольку Лжедмитрий II, сбежавший вместе с частью близких ему людей, пойманных и взятых под стражу поляками, оказался не у дел, главную роль в переговорах с интервентами с российской стороны играли. отдано Филарету. Результатом переговоров стал исторический документ, в котором выражается признание польского правителя правителем русской земли, но указывается, что присутствующие на переговорах представители не компетентны принимать окончательное решение без всероссийского Совет.Воспользовавшись паузой, противники подчинения Сигизмунда во главе с Филаретом сумели объединиться и приняли документ под названием «Клятва». Это письмо от 29 декабря 1609-го, объявленное беглым самозванцем Лжедмитрия II, содержало решение всех объединенных партий противостоять Шуйскому и его сторонникам, а также намерение до последнего бороться против любого врага извне. Это был временный компромисс, продиктованный необходимостью и опасностью, нависшей над Россией.

В последующих переговорах с поляками российская сторона выступала от имени патриарха и всеми силами пыталась убедить другую сторону в необходимости сохранения «греческой веры» в России, и поэтому настаивала на венчании царства. Владислава, сына Сигизмунда, русская таможня.В результате в России появился чужеземный царь, который не мог изменить никакие общепринятые православные обычаи и нормы. В ответ на такое предложение польский король решил обратиться в свой сенат.

17 июля дворянство под предводительством Федора Волконского и Захара Ляпунова было свергнуто занявшим престол Шуйским. Противостояние сторонников того или иного кандидата на царство закончилось тем, что вскоре все волости и города принесли присягу польскому князю на условиях, составленных Филаретом и его сподвижниками ранее в лагере Тушино.Крест царю Владиславу целовали все, кроме бывших лжедмитриевских деревень, нескольких колеблющихся волостей и Михаила Федоровича Романова, которого удалось отговорить от меньшинств. И 1610 г. 28 августа ростовский митрополит присягнул новому царю. В то же время наиболее опасным для польских планов человеком, которым считался Филарет, неусыпно контролировали сторонники новоявленного государя, искавшие пути его нейтрализации.

Планы поляков изначально не совпадали с договоренностями, утвержденными в вышеописанном документе, и, особенно, с интересами русского народа.После серии мелких нарушений поляки осадили Смоленск, проявив истинные намерения. Длительное семимесячное противостояние и поиск каких-либо компромиссов не привели к положительному результату, развязав войну с поляками. 12 апреля 1611 г. были отправлены в Польшу послами Филарета и Голицына для переговоров. В январе 1612 года, побывав под Львовом в Каменке, а затем в Варшаве, пленники оказались в замке-крепости Мальборк. Для Филарета снова начались годы заточения.Однако такая позиция Романова способствовала созданию вокруг его лица ауры борца-мученика за землю Русскую.

В марте 1613 года, когда решался вопрос о венчании Михаила, сына Филарета, на русский престол, семнадцатилетний кандидат на престол не хотел давать согласия, пока бояре не пообещали ему обменять отца. для знатных литовских заключенных. Переговоры были долгими. Только в конце 1614 года посланнику России Желябужскому удалось все же встретиться с Филаретом и передать пленному письма от его родственников, царя и других светских и религиозных деятелей.Романов был крайне недоволен новость об избрании его сына, чтобы быть королем без благословения отцовского, однако, после объяснения, что Майкл упорно отказывался вступать в брак без него, он успокоился.

Прошло еще много лет переговоров и небольших военных столкновений, пока, наконец, 1 марта 1619 года не был назначен обмен на Вязьму, который был отложен еще на три месяца из-за желания поляков в последний момент получить пленному Филарету дополнительный кусок русских земель.Но когда Федор Никитич узнал о требованиях поляков, он заявил, что скорее вернется в плен, чем отдаст на свободу даже пядь родной земли. Между тем в 1618 году было заключено Деулинское перемирие, и 1 июня 1619-го Филарет был обменян на одного из польских пленных.

В то время, когда патриарх находился в заключении, его будущая роль как соправителя государства была очевидна. С 1615 года его называли не только «Митрополитом всея Руси», алтари в стране освящались именем «Митрополит Филарет».Когда девятилетнее заключение Филарета наконец закончилось и он снова ступил на российскую землю, его встретили как победителя. В пяти верстах от Москвы государь с боярами ждали патриарха. Михаил поклонился отцу в ноги, несмотря на его высокое звание. А за Каменным городом митрополита встречали все церковные служители Москвы. В тот день был заложен храм Пророка Елисея, и для многих заключенных была объявлена ​​амнистия.

Придя домой, Филарет достойно принял все возложенные на него почести, но наотрез отказался стать патриархом, сославшись на старость, пережитое горе и желание жить в уединении.Призывая его принять это почетное достоинство, вельможи и священнослужители заявили, что не найдут более достойного человека, однако Филарет согласился только после того, как ему напомнили о гневе Божьем за сопротивление воле Собора. С 22 по 24 июня 1619 года состоялся обряд у митрополитов, которым было поручено провести в столице Иерусалимского Патриарха Феофана.

С возвращением Филарета и посвящением деятельность самого патриарха и правление его сына царя Михаила становятся практически неделимыми, и повествование об общественных делах старшего Романова полностью совпадает с монографией о политических событиях в России от 1619–1632 гг.Все решения в государстве принимались не только от имени царя, но и от имени его отца патриарха. Более того, Филарет мог отменять указы царя. Сохранившаяся переписка красноречиво свидетельствует о том, что, несмотря на царственную особу сына, патриарх считал себя полноправным главой правящей семьи. Кроме того, несмотря на принятые в то время представления о роли женщины в обществе, по ряду вопросов право голоса имела уважаемая «великая старушка», жена Филарета Марфа Андреевна.Именно Марфа оказала давление на сына, когда он в 1616 году решил жениться на девушке Марье Хлоповой. Семье невесты было отказано, и этот брак не состоялся.

При всей разумности большинства своих политических шагов Филарет крайне нетерпимо относился к чужому влиянию на своего сына. Он старался отослать от двора всех, кто пытался изменить решения короля, в том числе представителей знатных семей. «Патриархальный абсолютизм» привел к тому, что в 1619 году назначенный Собор был отменен, потому что патриарх, по его собственным словам, сам умел устроить Московское государство.В 1627 году Филарет без объяснения причин отклонил прошение купцов и военнослужащих из суверенных городов, просивших прекратить засилье иностранцев на внутреннем рынке. Романов использовал свою безграничную власть в своей огромной епархии, которая (по данным с 1625 года) охватывала более сорока городов и уездов. Он получил полное право проводить как духовные, так и гражданские испытания людей, независимо от их положения и сословия. Царь Михаил, рассмотрев жалобы новгородских и вологодских епископов, единолично разрешил им «судить и вести духовные дела».Также, несмотря на возражения Филарета, государь выдал церквям и монастырям этих епархий отсутствие судимости. Но патриарх и здесь нашел способ управлять. В 1622 году он объявил о необходимости пересмотреть и повторно утвердить все ранее выпущенные бумаги.

Любовь к сыну не помешала Филарету участвовать в создании «Сказки», где патриарх изображен как представитель Бога на земле, а царь обязан чтить его «по высшему духовенству» .Отдельным направлением деятельности Федора Никитича стала ситуация с сожжением «литовских» книг после того, как «ересь» была раскрыта в 1627 году в «Евангелии» известного просветителя Транквиллиона Старовецкого. Был отдан приказ собрать и сжечь все книги этого автора. Затем началась работа по замене зарубежных церковных книг отечественными. Над переводами и редактированием текста принимал участие лично Филарет. Объявленная патриархом коллекция старинных пергаментных рукописей положила начало Типографской библиотеке, а его поддержка книгоиздания дала возможность выпустить много новых фолиантов, что положительно повлияло на культурное развитие российского общества в целом.

Будучи ярым противником безнравственности, очищавшейся при прежних правителях, Филарет, чтобы другие не могли унывать, заточил в монастыре навсегда несколько особо развратных дворян. Желание отомстить и наказать поляков за их посягательство на русские земли привело сначала к тому, что Филарет в 1621–1622-м годах созвал представителей земства для обсуждения необходимости развязывания войны с Речью Посполитой. И хотя участники митинга полностью поддержали идею войны и пересмотра унижающего достоинство Деулинского перемирия, но, подумав, патриарх решил пока не втягивать государство в новое противостояние, но зате не уходил. .Он начал собирать и вооружать первые полки «иностранной системы» в России, изобретать новые способы тайного письма для иностранных посланников и даже переписываться со шведским королем. В этих вопросах Филарету приходилось рассчитывать на помощь новгородских наместников, поскольку он не получал поддержки от москвичей. Расчет его был прост: второй год Густав Адольф продолжал войну с коалицией, в которую входила Польша. А чтобы не допустить ненавистных католиков, патриарх был готов сотрудничать даже с протестантами.Более того, он сильно стремился присоединиться к мусульманской коалиции Турции. И когда весной 1632 года умер ненавистный Филарету Сигизмунд II, и в Польше начались споры за власть, русские войска внезапно перешли границу и, отбив несколько городов, подошли к Смоленску. Командующему патриархом в тушинских бедах и польском плену Михаилу Шеину было поручено командовать войсками.

К сожалению, все вышло совсем не так, как задумал Филарет.Опомнившиеся поляки, объединившись вокруг поспешно избранного царя Владислава, бросились в бой. Русский воевода, отрезанный под Смоленском, оказался в тяжелом положении. Московские бояре не собирались ему помогать, иностранные полки, созданные патриархом из-за невыплаты жалованья, тоже не спешили идти в бой. Бояре, вступившие в русскую армию, покинули войну, пытаясь спасти свои имения и имущество от напавших на Русь крымчаков, а шведский король Густав-Адольф был убит в бою.Печальные известия, ходившие одна за другой в сентябре 1633 года, окончательно добили восьмидесятилетнего Филарета, а 1 октября, после мессы, он скончался, как полагают историки, «из Кручани».

После смерти патриарха Шеина, который не получил помощи от бояр, сложил русские флаги и с позором отступил, правители сдали ряд городов практически без сопротивления, а испуганные дворяне пытались оправдаться перед Владислава и отречься от царя Михаила.И неизвестно, как бы повернулась российская история, если бы на пути поляков не встала героическая Белая крепость, армией которой командовал впоследствии непобежденный Федор Волконский по прозвищу «Меринок». Его люди стояли насмерть, удерживая позицию более восьми недель против всей армии Содружества. Поддержка и поражение польской кавалерии калужским воеводой подтолкнули поляков к мысли, что пора уходить с дороги. Король Владислав был вынужден отправиться в Польшу, а русский рати вернулся в столицу, развесив захваченные вражеские знамена над могилой Филарета, чтобы успокоить свою душу.

Первый царь из великой династии дома Романовых, Михаил Федорович, пробыл на престоле тридцать лет - веха, которую немногие правители преодолели в России. Из трехсотлетней истории самодержцев Романовых она составила десятую часть. Эпоха Михаила Федоровича и Филарета Никитича, начавшаяся после вступления на престол царя в 1613 году, была по-своему переломной для страны, разоренной лихими годами Смутного времени. Россия вышла из кризиса, поразившего все классы и государственные институты до самых основ, а также души и умы современников.Несмотря на слабое знание богословских дел, царственный отец поднял православную церковь из руин. Были восстановлены монастыри и храмы, восстановлены и расширены церковные владения. Вне зависимости от происхождения и практически неограниченной власти, Федор Никитич всегда старался не становиться временным властолюбцем, сохраняя при этом достоинство государственного мужа в решении любых проблем. Умирая, Филарет завещал своему сыну назначить патриархом архиепископа Великого Лука и Пскова Иоасафа.Остроаязычный Пахомий Астраханский объяснил этот выбор в своем «Хронографе» следующим образом: «Поскольку он дворовый сын (дворянин по происхождению), он добродетелен в жизни и нравственности, но не дерзок перед царем».

Источники информации:
http://www.sedmitza.ru/lib/text/439763/
http://lib.rus.ec/b/394882/read
http://predanie.ru/lib/html /72707.html
http://www.vostlit.info/Texts/rus8/Gerberstein/pred.phtml?id=671

Музеи Московского Кремля: - Михаил Федорович

Михаил Федорович

(12.7.1596 - 13.7.1645)

Сын Федора Никитича Романова (Патриарха Филарета) и Ксении Ивановны Шестовой.

Царь (1613-1645)

Первый русский царь из новой династии Романовых. Коронован на княжение в 1613 году. Церемония традиционно проходила в Успенском соборе Московского Кремля. Глава Русской Православной Церкви возложил на молодого царя корону Мономаха, бармас, крест, золотую цепь, подарил ему скипетр и державу. С этого времени на протяжении всего XVII века в церемонии коронации использовали корону Мономаха, бармас, крест, золотую цепь, скипетр и державу.


Корона, держава и скипетр

Россия, Мастерские Московского Кремля, 1627.

Дивные предметы, регалии царя Михаила Федоровича - корона, скипетр и держава - были символами власти московского правителя и в XVII веке принадлежали к Гарниту великого правителя, в который, кроме государственных регалий, входил доспех набор, сопровождавший царя в шествиях, например военные компании и охота.

Корона Михаила Федоровича была исполнена кремлевскими мастерами в 1627 году.Вместе со скипетром и державой, выполненными западноевропейскими мастерами, он составляет яркий ансамбль второй половины XVI века - эпохи позднего Возрождения.

Огромный золотой шар украшен чеканными сценами из Ветхого Завета, рассказывающими историю жизни царя Давида.

Считается, что скипетр и держава принадлежат к набору пожертвований, принесенных царю Борису Годунову в 1604 году Великим посольством Рудольфа II, императора Священной Римской империи. Держава и скипетр, чудом уцелевшие в тяжелые времена, должно быть, использовались в 1613 году при коронации царя Михаила Федоровича, первого царя из династии Романовых.

Позднее, при царе Михаиле Федоровиче, они были единственными подобными регалиями в царской сокровищнице и по описи относились к так называемому «парадному убранству» - комплексу особо ценных регалий. Корона, держава и скипетр - три памятника разного времени и разных художественных традиций, но одинаковой красоты. Эти три предмета обычно называют «Парадный наряд» царя Михаила Федоровича.


Цепь

Россия, t Мастерские Московского Кремля, первая половина XVII века.
Принадлежал царю Михаилу Федоровичу.

Самая древняя из Царских цепочек в собрании Оружейной палаты.
Золотая цепь принадлежала царю Михаилу Федоровичу. Он был выполнен кремлевскими мастерами и впервые упоминается в бумагах Государственной казны в 1640 году. Он состоит из 88 круглых, слегка извитых колец с орнаментальной надписью на каждом кольце. Надпись включает в себя молитву Пресвятой Троице, полный титул царя со списком городов, княжеств и земель Российского государства и царское повеление жить по представлениям Бога.


Трон позолоченный

Восток, Москва, мастерские Московского Кремля, до 1642 года.
Принадлежал царю Михаилу Федоровичу.

Трон изготовлен в начале XVII века в мастерских Кемлина. По убранству он похож на трон Бориса Годунова. Он также украшен зонами с золотым тиснением и крупными драгоценными камнями, особенно яркой является бирюза. Для его украшения использовано 13 кг золота, рубинов, хризолитов, топазов и жемчуга.

При создании трона могли быть использованы украшения из некоторых персидских предметов сокровищницы. Трон имеет форму стула с подлокотниками и высокой спинкой, как и престол Ивана Грозного. Украшение трона не сохранилось. Часть золотых пластин в основании и фронтоне трона не сохранились.

Филарет

Филарет

AKA Федор Никитич Романов

Дата рождения: 1553
Умер: 12 октября 1633 г.
Место смерти: Москва, Россия неустановленная 9048

Пол: Мужской
Религия: Русская православная
Раса или этническая принадлежность: Белый
Сексуальная ориентация: Прямая
Род занятий: Религия

Национальность: Исполнительная власть
Патриарх Московский

Патриарх Московский Филарет был вторым сыном боярина Никиты Романовича.Во время правления своего двоюродного брата Феодора I (1584-1598) Теодор Романов проявил себя как солдат и дипломат, сражаясь со шведами в 1590 году и проводя переговоры с послами императора Рудольфа II в 1593-94 годах. После смерти бездетного царя он стал популярным кандидатом на вакантный престол; но он согласился на избрание Бориса Годунова и разделил позор своей слишком могущественной семьи три года спустя, когда Борис заставил и его, и его жену Ксению Честовую принять монашеский постриг под именами Филарет и Марфа соответственно.Филарет содержался в строжайшем заточении в Антониевом монастыре, где подвергался всевозможным унижениям; но когда псевдо-Димитрий сверг Годуновых, он отпустил Филарета и сделал его митрополитом Ростовским (1605 г.). В 1609 году Филарет попал в руки псевдо-Димитрия II, который назвал его патриархом всея Руси, хотя его юрисдикция распространялась только на очень ограниченную территорию, признавшую самозванца. В 1610-18 он был пленником в руках польского короля Сигизмунда III, которого он отказался признать царем Московии, когда его послали с посольством в польский лагерь в 1610 году.Освобожден по заключению Деулинского перемирия (13 февраля 1619 г.), а 2 июня был канонически возведен на престол Московского патриарха. Отныне, вплоть до его смерти, установленное правительство Московии было двоевластием. С 1619 по 1633 год было два фактических государя, царь Михаил и его отец, святейший патриарх Филарет.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *