Феодальная демократия это: Демократия (рабовладельческая, феодальная, буржуазная…) | Понятия и категории

Содержание

Разница между феодализмом и демократией | Сравните разницу между похожими терминами — Жизнь

Ключевое различие — феодализм против демократии
 

Феодализм и демократия — две разные формы правления. В Ключевое различие между этими двумя формами правления состоит в том, что феодализм — это способ структурирования общества вокруг отношений, возникающих из владения землей в обмен на службу или труд, в то время как демократия — это способ государственной системы, при которой широкая общественность нации получает шанс выбрать представителей правящей партии. Кроме того, в условиях демократии широкая общественность получает возможность смещать избранных представителей, если они не удовлетворены своим решением. В этой статье мы подробно рассмотрим эти два термина и тем самым выясним различия между феодализмом и демократией.

Что такое демократия?

Демократия — это структура правительства, в которой широкая общественность имеет возможность избирать членов парламента. Термин «демократия» происходит от двух латинских слов Demo (народ) и Kratos (власть). Это означает, что это тип правительства, которое «людьми, людьми и людьми». В странах с демократическим правительством проводятся выборы, и через них люди выбирают своих заинтересованных кандидатов в правительство. Эти выборы в основном свободные и независимые. Широкая публика может голосовать за кого угодно. Народные представители проходят в парламент, а затем становятся правящей партией страны. Есть два типа демократии; прямая демократия и демократическая республика. Прямая демократия позволяет всем правомочным гражданам иметь контроль и власть над правительством и в принятии решений. Напротив, демократическая Республика

или представительная демократия развлекает избранных кандидатов от широкой общественности, и только они имеют власть над правительством и правлением. Однако большинство демократических стран — это демократические республики.

Другой важной характеристикой демократии является то, что партия, имеющая большинство в парламенте, получает правящую власть над другими партиями. Это означает, что когда на выборах участвует более одной партии, партия, набравшая наибольшее количество избранных кандидатов, получит власть.

Что Феодализм?

Феодализм — это не формальная государственная система, но его лучше всего определить как социальная структура которая преобладала в средневековой Европе в период 9th до 15th век. Эта социальная структура в основном вращались вокруг трех центральных концепций

. Они есть лорды, вассалы и феодальные владения. Лорды были землевладельцами, и они были богаты. В основном они получали власть от Короля и занимались управлением своими территориями, и их считали людьми высшего класса. С другой стороны, вассалы были бедняками, работавшими в землях лордов. Они получали небольшую долю от посевов и должны были подчиняться приказам землевладельцев, относящимся как к социальным, так и к частным вопросам. Вассалы считались низшим классом и были лишены многих социальных льгот.

По мнению некоторых историков, феодализм возник в результате децентрализации власти королей, и власть была предоставлена ​​высокопоставленным военным, и им были выделены части земель. Затем они стали владыками этих территорий. Однако феодализм не является официальной государственной структурой, но вокруг него сформировались многие общественные отношения.

В чем разница между демократией и феодализмом?

Определение демократии и феодализма

Демократия: Аструктура правительства в которой широкая публика получает шанс избирать членов парламента.

Феодализм: Асоциальная структура в котором лорды или землевладельцыимел правящую власть над крестьянами, работавшими на своих землях.


Характеристики демократии и феодализма

Существование

Демократия: Демократия существует во многих странах в нынешнем мире.

Феодализм:Феодализм — это вековая традиция, и это почти не практиковался в современном мире.

Структура

Демократия: В условиях демократии обычные люди получить шанс избирать своих представителей для управления страной.

Феодализм: В феодализме Королиназначил лордов кто имел власть над крестьянством.

Единственная феодальная территория в Европе готовится к политической реформе

На острове Сарк в проливе Ла-Манш до сих пор правят синьор и вассалы. Средневековые традиции там свято берегут — не в последнюю очередь, ради туристов.

Репортаж Анатолия Лазарева.

Джон Бомонт с детства знал, что станет феодалом. Не то, чтобы он об этом мечтал, просто на роду было написано. В буквальном смысле. 200 лет назад финансовая авантюра феодала острова Сарк закончилась крахом, и остров площадью 10 квадратных километров со всеми его землями и людьми, а также должностью: «сеньор Сарка» за долги перешли к родственнику Бомонта. «Быть феодалом в наши дни совсем несложно, специальных навыков не требуется, — говорит Джон, — я сдаю земли 40 арендаторам, свои вассалам, если угодно, а они платят мне оброк».

Джон Майкл Бомонт, феодал, сеньор острова Сарк: «Эту тележку использовали для сбора десятины от урожая кукурузы. В назначенный день ее провозили по хозяйствам и сюда складывали вязанки. В последний раз ей пользовались 50 лет назад. Сейчас десятину платят деньгами. Так проще».

Еще в 1565 году королева Елизавета Первая отдала этот клочок суши в 120 километрах от южного побережья Англии в вечное пользование феодалу с условием, что на острове всегда будут «40 мужчин с мушкетами» для защиты интересов короны. С тех пор остров так и живет. Мушкеты дома теперь никто, конечно, уже не держит, но феодал исправно платит королеве ежегодную ренту за владение островом.

Джон Майкл Бомонт, феодал, сеньор острова Сарк: «За последние 400 с лишним лет плату ни разу не повышали и не пересматривали из-за инфляции. Ежегодно я плачу 1 фунт 79 пенсов. Это в денежном выражении одна двадцатая так называемой «рыцарской повинности», то есть я как бы должен одну двадцатую часть года служить при дворе королевы».

Уклад жизни в этом «заповеднике феодализма» со времен Средневековья изменился не сильно. Нет единого водопровода, дома строят там, где есть колодцы, нет централизованной системы канализации, нет уличного освещения, электричество вырабатывается генераторами.

Здесь принципиально не асфальтируют дороги, автомобили просто-напросто запрещены. Современные вассалы передвигаются здесь либо пешком, либо на лошадях, либо на велосипедах. Феодальный остров изо всех сил старается сохранить себя в 21-ом веке таким, каким он был столетия назад.

Ветер перемен подул на Сарк из Европы, хотя формально остров не является ни частью Великобритании, ни Европейского Союза. Островной совет старейшин, в котором безземельные жители были в подавляющем меньшинстве, нарушает Европейскую конвенцию по правам человека, сочли в Брюсселе. Пришлось переписывать законы. Получилась еще более экзотическая форма правления — то ли парламентский феодализм, то ли феодальная демократия.

Реджинальд Джилль, синешаль(спикер парламента) острова Сарк: «Сейчас у нас в Совете старейшин 37 землеарендаторов и 12 представителей народа. После изменений будет поровну: 14 арендаторов и 14 народных депутатов, и все будут избираться всеобщим голосованием. Но жизнь на острове от этого вряд ли изменится».

Клэр Хэстэр, глава агентства по недвижимости острова Сарк: «Нам нужно сохранить как можно больше из нашего исторического наследия ради нашего же будущего. Туристов привлекает феодализм, и мы будем за него биться».

Альфия Темирбулатова приехала сюда 4 года назад. Муж сейчас заканчивает строительство гостиницы. Туризм и статус оффшорной налоговой зоны — основные статьи дохода острова, на котором всего 600 жителей. Альфия говорит, что феодальные законы жить не мешают, хотя формально многие из них до сих пор никто не отменял.

Альфия Темирбулатова, жительница острова Сарк: «Мужчина мог наказывать жену битьем прута, но прут должен быть не толще мизинца жены. Или еще закон «первой брачной ночи», когда первая брачная ночь принадлежала сеньору. Но сейчас сеньор этим не пользуется. На острове не признаются разводы. Уж если поженились, то навсегда».

Островитяне надеются, что большая мировая политика все же обойдет их Сарк стороной, хотя недавно им пришлось столкнуться даже с проблемой международного терроризма: на остров пробрался француз, вооруженный автоматом, и потребовал вернуть Сарк Франции, которой он принадлежал до 13-го века. Пребывание в местной двухкамерной тюрьме, построенной во дворе школы для девочек, охладило пыл поборника исторической справедливости.

«Демократия – лучшая из всех негодных форм правления»

Мартина Имфельд (Martina Imfeld) и Клод Лоншан (Claude Longchamp): «У прямой демократии есть много преимуществ, но загвоздка тут заключается в том, что она начинает буксовать, как только речь заходит о правах меньшинств». swissinfo.ch

«Много форм правления применялось и еще будет применяться в этом грешном мире. Все понимают, что демократия не является совершенной или всезнающей. Правильно было сказано, что демократия — наихудшая форма правления, за исключением всех остальных, которые были испробованы время от времени». Конечно, все сразу узнали эту знаменитую цитату из выступления Уинстона Черчилля в Палате Общин британского парламента 11 ноября 1947 года. Что будет, если приложить это высказывание к реалиям швейцарской демократии?

Этот контент был опубликован 09 июля 2018 года — 16:23
Ренат Кюнци

Изучал историю и политологию в Университете Берна. Работал в информагентстве Reuters, в газетах Der Bund, Berner Zeitung и на радиостанции Radio Förderband. Рассказывает о швейцарской современной прямой демократии во всем многообразии ее форм и проявлений, уделяя при этом основное внимание человеку с его гражданскими правами и свободами.

Больше материалов этого / этой автора | Немецкоязычная редакция

Ренат Кюнци (Ренат Кюнци), Берн

Напомним, что в Швейцарии существуют мощные инструменты прямой демократии, позволяющие гражданам напрямую определять политический курс страны, кантона или общины, не прибегая к привычным посредникам в лице парламента или партий.

С другой стороны, если посмотреть на то, какие решения в последние месяцы принимали граждане на референдумах, — прежде всего имеется в виду одобрение народом таких законопроектов, как «О запрете на строительство новых минаретов» или «О депортации иностранцев, совершивших тяжкие преступления», — то поневоле задумаешься, а не был ли в самом деле прав великий англичанин, говоря, что «демократия не является. .. всезнающей».

Мы поговорили на эту и другие темы, связанные со швейцарской прямой демократией, с признанными экспертами — социологом Мартиной Имфельд и политологом, главой института изучения общественного мнения gfs.bernВнешняя ссылка Клодом Лоншаном. «В вопросах, связанных с культурными, социальными и религиозными меньшинствами, прямая демократия нередко наталкивается на серьезные проблемы», — признают они, настаивая при этом, что прямая демократия — это все-таки «лучшая из всех негодных форм правления».

swissinfo.ch: Некоторые народные законодательные инициативы, которые были одобрены швейцарскими избирателями в последние годы, носят во многом символический характер. Вспомним только запрет на строительство новых минаретов, депортацию преступников-иностранцев, инициативу против выплат чрезмерных бонусов топ-менеджерам и так далее. Но за всем этим ведь стоят чрезвычайно сложные политические и социальные вопросы. Может ли прямая демократия, которая по сути знает только слова «да», «нет» и «воздержался», адекватно решать все эти проблемы?

Мартина Имфельд: Как социолог могу сказать, что многое зависит от того, как задан вопрос и как обставлен весь процесс принятия решения.

Демократия является все-таки, скажем так, наилучшей из всех негодных форм правления. Проблема заключается не в том, как голосуют люди, а в том, что часто политическая система долго игнорирует какой-то острый вопрос и откладывает его решение «на потом». 

«Решения, принятые на основе большинства голосов, могут привести к настоящей „тирании“ этого большинства»

Мартина Имфельд

End of insertion

Прямая демократия имеет много преимуществ. Решение, принятое на основе большинства голосов избирателей, является лучшей формой урегулирования конфликтов. Но и тут есть одна загвоздка — положение меньшинств. В наших исследованиях мы обнаружили, что реальная проблема появляется тогда, когда интересы большинства идут кардинально вразрез с интересами меньшинств. 

В связи с уже упомянутым запретом на строительство новых минаретов я хотела бы обратить внимание на мусульман, которые составляют четыре процента населения Швейцарии.

В рамках демократии, где всё решает большинство, они не имели ни малейшего шанса повлиять на результат того референдума.

То есть именно в вопросах, связанных с культурными и религиозными меньшинствами, прямая демократия нередко наталкивается на серьезные проблемы. Решения, принятые на основе большинства голосов, могут привести даже к настоящей «тирании» этого большинства.

Клод Лоншан: Это понимают и юристы, когда они, например, начинают заниматься вопросом, в какой степени и каким образом демократические решения, принятые большинством, сталкиваются с правами человека и даже порой ущемляют их. Швейцарии не помешало бы более четко определить юридические границы прямой демократии, не оспаривая саму эту форму правления и не ставя ее под вопрос, ведь она уже очень глубоко укоренилась в душе и сознании швейцарского народа.

swissinfo.ch: Вы часто говорите, что слишком много оппозиции делает Швейцарию неуправляемой. Где в таком случае нам следовало бы немного «подкрутить», чтобы усилить степень пропорциональности, преемственности, стабильности нашей политической системы, чтобы укрепить принципы правового государства? Нужно ли нам добавить народу больше прав или же, наоборот, нам следует сделать акцент на совершенствовании системы «сдержек и противовесов»?

К. Л.: Закрепление в 1874 году принципов и инструментов прямой демократии в федеральной конституции регулярно исподволь приводило к возникновению периодов относительной неуправляемости. Ведь система, построенная на принципе соперничества власти и оппозиции, была в Швейцарии дополнена элементами прямой демократии, при этом на тот момент ни у кого не было ни опыта, ни знаний, ни понимания того, как же прямая демократия будет уживаться с привычной связкой «правительство — оппозиция».

«С учетом федерализма, а также чрезвычайного разнообразия регионов Швейцарии, нам было бы крайне желательно укреплять формы партнерского взаимодействия в экономике и обществе»

Клод Лоншан

End of insertion

Решение было постепенно найдено к 1930-м годам, когда в Швейцарии возникло осознание необходимости выработать некие примирительные арбитражные процедуры, то есть перейти к своего рода контролируемому управлению социальными конфликтами, не дожидаясь, пока правительство и народ начнут принимать политические решения.

Классическим примером в этом смысле стало создание структур социального партнерства между работодателями и наёмными работниками, а кульминацией этого процесса стало заключение в 1937 г. так называемого «Трудового мира» («ArbeitsfriedenВнешняя ссылка») в металлообрабатывающей и часовой промышленности. С тех пор социальное партнерство стало в Швейцарии очень важным инструментом неформального урегулирования конфликтов на дополитической стадии.

Что касается самой политики, то здесь тоже произошли значительные перемены. Под влиянием прямой демократии стало очевидно, что все основные партии и силы, все потенциально оппозиционные движения и течения должны быть непременно представлены в правительстве. Такое «инклюзивное» понимание политических процессов и привело к укреплению в стране теории и практики так называемого «конкорданса», то есть «сердечного согласияВнешняя ссылка» всех основных политических игроков.

В течение последних 20 лет, однако, практика неформального урегулирования конфликтов и теория «конкорданса» постепенно теряют свое влияние и уходят как бы в тень. И это одна из тех серьезных проблем, которые Швейцарии предстоит решать в ближайшем будущем. То есть можно сказать, что в этом смысле мы сейчас снова возвращаемся в период до 1937 года, когда «Трудового мира» еще не было.

Моя теория выглядит следующим образом: от однажды введенных инструментов прямой демократии отказаться невозможно. Но с учетом наличия в Швейцарии развитого федерализма, а также учитывая чрезвычайное разнообразие регионов страны, нам было бы крайне желательно укреплять именно формы партнерского, горизонтального взаимодействия как в экономике, так и в обществе. 

В этом могло бы заключаться и основное «послание» Швейцарии в адрес других стран: при прямой демократии жизненно необходимо укреплять партнерские формы общественной кооперации, снижая уровень враждебности в социуме. Потому что в противном случае прямая демократия и общественные разногласия будут только усиливать друг друга, и у нас проблем будет все больше и больше.

swissinfo.ch: Отношения с Европой и вопросы миграции — вот на данный момент главные источники конфликтов в швейцарской политике. Какие формы партнерского взаимодействия и сотрудничества можно было бы здесь найти?

К.Л.: Коль скоро уж мы говорим о Швейцарии как о стране, где социальное партнерство является важнейшим инструментом урегулирования конфликтов и разногласий, то я хотел бы выразить мое глубокое убеждение в том, что в 1992 году вступление Швейцарии в еврозону (ЕЭПВнешняя ссылка) не состоялось именно из-за того, что ведущие экономические и социальные партнеры так и не смогли прийти здесь к единому мнению.

Уинстон Черчилль дословно:

«Many forms of Government have been tried and will be tried in this world of sin and woe. No one pretends that democracy is perfect or all-wise. Indeed, it has been said that democracy is the worst form of government except all those other forms that have been tried from time to time».

Цит. по: «Энциклопедический словарь крылатых слов и выражений». Под ред. Серова В.В., 2003 г.

End of insertion

В тот период власти, профсоюзы, организации работодателей, отраслевые промышленные объединения долго и ожесточенно спорили о том, приведет ли присоединение Швейцарии к ЕЭП к усилению или к ослаблению роли государства в экономике. Граждане же посмотрели на всё это, подумали и сказали: «Раз они так и не смогли договориться между собой, то и нам, наверное, на всякий случай лучше сказать „нет“ вступлению в ЕЭП».

Но уже очень скоро ведущие силы, и прежде всего промышленные ассоциации, осознали, что так называемые двусторонние (билатеральные) соглашения, ставшие заменой полноценному членству Швейцарии в ЕС — это своего рода бизнес-проект, в котором партнеры обязаны СООБЩА искать решения актуальных проблем.

Например, с одной стороны, они должны были защищать интересы лиц наемного труда, с другой же — соответствовать условиям свободного рынка труда и экономики, во многом свободной от влияния государства.

Но как раз в этом-то и состоял рецепт, который обеспечил успех реализации билатеральных соглашений: ведь они стали для страны, не являющейся членом ЕС, формой прямого участия в важнейших дискуссиях внутри Евросоюза. Эта модель с тех пор и является для нас примером, маяком, указывающим направление движения.

swissinfo.ch: В Швейцарии сейчас много дискутируют о недостатках прямой демократии, но в основном это делают эксперты. А как можно было бы донести эти дебаты до народа?

М.И.: Один из способов уже найден — я имею в виду формат нынешней общественной дискуссии в Швейцарии, в рамках которой идет обсуждение последствий результатов референдума от 9 февраля 2014 года по так называемой «антимиграционной инициативе». Сегодня уже гораздо больше граждан, чем год назад, осознают, насколько сложны вопросы, которые выносятся на всенародные плебисциты.

Клод Лоншан (Claude Longchamp) — политолог и историк, руководит научно-исследовательским институтом gfs.bern, который по заказу телерадиокомпании SRG SSR, к которой относится и портал swissinfo.ch, проводит опросы общественного мнения, а также анализирует политические предпочтения граждан накануне выборов и голосований.

По итогам референдумов и выборов Клод Лоншан на базе института gfs. bern вычисляет предварительные результаты и обсуждает их в рамках специальных выборных передач швейцарского ТВ. Кроме того, он предлагает анализ окончательных результатов голосований.

Политолог и социолог Мартина Имфельд (Martina Imfeld) является руководителем проектов в институте gfs.bern. Отвечает за анализ политических тем, специализируясь на исследовании итогов референдумов и выборов. Принимала участие в таких политических исследованиях, как «Молодежный барометр» 2014-го года, «Барометр забот населения» 2013-го года, «Барометр развития национальной идентичности» 2013-го года.

End of insertion

К.Л.: У нас в народе до сих пор наблюдается склонность впадать в политические иллюзии. Мы, швейцарцы, оказались большими любителями формулы, в соответствии с которой Швейцария имеет право сказать «нет», но желательно, чтобы потом не было никаких последствий. Это такое очень швейцарское представление: мол, мы можем делать всё, что нам вздумается, а все остальные могут принимать наши действия к сведению, могут не принимать, но уж в любом случае они не должны воспринимать наши действия всерьез.

Но в современном взаимозависимом мире такой подход давно стал иллюзией. Швейцария серьезно просчиталась, будучи уверенной, что она может стоять в стороне от ЕС, выдвигать в его адрес какие-то требования, решать, сказать ей «да» или «нет», и при этом исходить из того, что все эти её действия никого всерьез волновать не будут.

swissinfo.ch: Можно ли сказать, что референдум 9 февраля 2014 года стал переломным пунктом в истории развития прямой демократии в Швейцарии?

К.Л.: Это событие стало переломным пунктом, но не для прямой демократии, а, скорее, для швейцарской политики, которая с недавних пор стала несколько легкомысленной, считающей, что можно, как говорится, получить розы, избежав шипов. Однако, как представляется, времена, когда такой курс себя оправдывал, прошли. И, может быть, Швейцария перейдет на другие позиции, как только изменится экономическая ситуация в ЕС, когда Евросоюз выйдет из кризиса.

Билатеральным соглашениям Швейцарии с ЕС сопутствовала удача, но только потому, что Берн согласился, что целью этих соглашений является, в итоге, вступление в ЕС. За это Швейцария смогла получить некоторые преимущества и послабления. Сегодня же наше членство в Евросоюзе находится под большим вопросом. Брюссель постепенно закрывает все ранее существовавшие лазейки. Так что Швейцарии придется приспосабливаться к новой ситуации.

swissinfo.ch: Но вообще-то в том, что касается прямой демократии, Брюссель мог бы ориентироваться на Швейцарию в гораздо большей степени, ему ведь есть чему поучиться у Берна?

К.Л.: Может быть, в самом деле, теперь наступил черед ЕС на своем опыте осознать, что прямая демократия действительно иногда немного раздражает, хотя она и обладает огромным преимуществом. Я имею в виду тот факт, что она опирается на доверие к гражданам и на их консолидацию — можно даже говорить о «коллективном разуме» нации.

М.И.: Во Франции или в России некоторые доверяют «супергероям», которые якобы знают, куда стране идти дальше. Мы же считаем, что если большинство имеет право голоса и пользуется этим правом, то в итоге глупого результата получиться не может — по крайней мере, в долгосрочной перспективе. И это тоже послание прямой демократии в адрес других политических систем.

Статья в этом материале

Ключевые слова:

Эта статья была автоматически перенесена со старого сайта на новый. Если вы увидели ошибки или искажения, не сочтите за труд, сообщите по адресу [email protected] Приносим извинения за доставленные неудобства.

В соответствии со стандартами JTI

Показать больше: Сертификат по нормам JTI для портала SWI swissinfo.ch

Кантор: Европа смирилась с появлением в России новой феодальной системы

«Худшее — это не столько Путин, беженцы или Сирия, сколько искажение политического дискурса», — считает Кантор. В послевоенной европейской риторике понятия «левого» и «правого» смешались, потому что западная демократия противостояла «социалистической империи», сочетающей в себе две несовместимые противоположности.

На смену концепции «демократии» пришло понятие «западной цивилизации». «Западная демократия действовала по отношению к миру не как политический наставник, но как цивилизационный проект, противостоящий варварству. Она давала другим странам не политические доктрины, а культурный опыт, являющийся следствием европеизации экономических институтов», — пишет Кантор.

«Традиционно демократия в Европе защищает бедных от богатых, российская же демократия взялась защищать богатых от бедных, — продолжает писатель. — Российские демократы расположились «справа», среди финансовой олигархии, тогда как на Западе демократы были скорее «слева». Запад, со своей стороны, научил Россию, как стать Западом, но не научил, как избавиться от рабства. Отсюда обида российского народа на демократию: вместо общинного сознания ему навязали «западные» грабительские принципы».

«Рецепт цивилизации, данный России Западом, заключался в приравнивании демократии к законам рынка. Проигравшие на рынке оказались исключены из демократического общества, — пишет далее Кантор. — Так появилась благодатная почва для авторитаризма: бедные ждали диктатуры как спасения от жестокости рынка. Любопытно, что к сталинизму апеллируют наиболее богатые, демиурги нации. И нация прощает им богатство. Но союз богатства с демократическими лозунгами непростителен. Рынок и демократию объединили, чтобы ускорить просвещение варваров, хотя такой союз в западной цивилизации не является обязательным. В Европе рынок существовал задолго до демократии и вне ее. Он не является идеалом демократии».

Российская история последних лет представляет собой историю фиктивной борьбы либерализма с патриотизмом, полагает Кантор. «На самом деле российский авторитарный режим — последний аргумент в феодальной междоусобице. Однако российские «либералы» не хотят признать, что они сами создали чудовище, которому им нечего противопоставить. А Европа искренне считает, что снабдила Россию рецептом, как стать цивилизованной, но Россия не усвоила урок. А ее учили феодализму».

Новая российская феодальная система — результат европейского замешательства, убежден автор. Европа смирилась с тем, что в России вместо вызывающего антипатию коммунистического аппаратчика появилась новая феодальная система: бандит с демократической риторикой. «Ей навязали приватизацию, чтобы избавиться от социалистической собственности. Западная демократия прекрасно понимала, что ее партнером был не простой бандит, а неофеодал. Казарменному социализму она предпочла неофеодализм. Главная обида Путина на Запад объясняется тем, что он искренне не понимает, почему феодалы должны ссориться».

В такой борьбе за цивилизацию западные демократы (можно сказать «левые») поддерживали международные корпорации, разрушавшие тоталитарные социалистические государства, и тем самым оказывались «справа» по отношению к обездоленному населению этих стран. Обнищавшее население стран третьего мира (и России) стало международным бедным классом, который, чтобы избежать международно оправданной нищеты, вернулся к национальной идее. Поэтому теперь национальная идея ассимилировалась с идеей пролетарской революции, а освобожденное «левыми» место заняли «правые» националисты.

Националистическое сознание россиян, продолжает Кантор, представляется как стремление к социальной справедливости. «Национализм сменил социализм, а возрождение империи воспринимается как форма антикапиталистической борьбы. Население России беднеет, олигархи богатеют, но бедные, сплоченные вокруг Кремля идеей «национальной справедливости», верят, что возрождается социализм. Нация превращается в убежище от международной нищеты», — пишет автор статьи.

Главной жертвой нынешней истории оказалась идея европейской республики: свобода, равенство и братство, скрепленные законом, считает Кантор. «Европейские левые воображают, что сепаратисты Донбасса борются с международным капитализмом, сами они говорят, что борются за социализм. На их знаменах написано слово «республика», но рядом — двуглавый имперский орел, а их агрессия вершится во имя новой российской империи. Это международные националистические бригады, воюющие на стороне Франко. Такая политическая мешанина чревата фашизацией Европы», — убежден автор.

«Российская империя ухватится за малейшую возможность расколоть Европу на национальные государства, как это было всегда. Она может существовать лишь в присутствии расколотой и многосоставной Европы. На помощь России приходит ислам, ставший вместо христианства религией угнетенных», — пишет Кантор.

Решение кризиса с беженцами покажет, насколько жизнеспособно христианство перед лицом ислама. «Если ислам станет религией угнетенных, а христианство — идеологией демократического рынка, национализация государств и фашизм в Европе неизбежны. Если федеральная Европа окажется в состоянии воспротивиться левому империализму и принять беженцев, европейская война будет невозможна», — убежден автор статьи.

демократия в феодальных условиях: man_with_dogs — LiveJournal

Мысль, озвученная Джангировым (на примере «Украины», где он живёт) —
Олигархи, которые «крепкие хозяйственники» — это феодалы:
— у них нет капитала, а есть богатство (имущество, в амортизацию которого не вкладывались)
— они зарабатывают не на капитале, а на феодальной ренте — в частности грабя всех в своём феоде
— но при этом (если они хорошие феодалы = крепкие хозяйственники) им приходится вкладываться в инфраструктуру и помогать обездоленным

Украинская «демократия» в таких феодальных условиях приводит к конкуренции феодалов с компрадорами, то бишь с ворами, грабящими и сбегающими с награбленным за границу к своим хозяевам.

С 20:56:
https://www.youtube.com/watch?v=yM48FAtJqzM&t=1256
20:56 / 48:14
Дмитрий Джангиров о особенностях украинского олигархата
InterVizor, 22 апр. 2021 — 44,2 тыс. подписчиков
Странствующий политический консультант. Именно так попросил его представить Дмитрий Джангиров.
Говорили о олигапрхах и деолигархизации. Что такое олигарх, какова особенность олигархов именно в Украине и что будет происходить с украинскими олигархами и олигархатом в целом.


1) Ещё раз напомню, что лучше учиться на чужих ошибках и тренироваться на кошечках. «Украина» идеально подходит для того и другого.

2) Чтоб добраться до обсуждения «демократии» и условий её применения С ПОЛЬЗОЙ для общества, стоит разобраться с условиями, когда она работает, и условиями, когда не работает. В частности украинский демократический выбор между феодалами, компрадорами и вольными бандитами (типа Нацкорпуса) — он не предполагает никакого даже выхода на обсуждение, что якобы демократия приводит к повышению уровня жизни. Ну или под «повышением уровня жизни» тут понимается не «европейские стандарты», а что-то совсем другое. Например, балансировка сил между ужасом, ужас-ужасом и ужас-ужас-ужасом. Да, демократические ритуалы позволяют делать такую балансировку более мирными способами и с какой-никакой подкормкой «крестьян» (например, покупкой голосов за еду). Но это не значит, что такая «демократия» лучше иного «авторитаризма», и её можно советовать всем для повышения уровня жизни.

3) Вообще, сам разговор, что «демократия» — это цель, которая автоматом приведёт к повышению уровня жизни — это религиозное верование, карго-культ. Как говорит Шульман: люди смотрят на Первый Мир и хотят как у людей — т.е. начинают ритуально повторять что-то без всякой привязки к местным обстоятельствам, а зачастую и вопреки им.

4) По РФ могу сказать, что попытка внедрить «демократию» по украинскому образцу приведёт лишь к архаизации общества до уровня той же «Украины», а вовсе не к повышению уровня жизни. Приведёт к конкуренции феодалов и компрадоров с давлением вольных бандитов, а обыватели будут выключены из политики вообще.

5) Так вот — вопрос про РФ — как использовать то, что уже есть, не для того, чтоб сломать и в руинах строить архаичное общество, а для того, чтоб преобразовывать нынешнюю систему к более адекватной и человеколюбивой.

6) Навальный лишь на 8 год своей сольной политкарьеры дошёл до низового уровня — до участия в выборах муниципальных депутатов. До того воротил от этого нос. И спустился на этот уровень только потому, что его выдавили со всех других уровней. Хотя, на мой взгляд, политику стоило начинать как раз с нижнего уровня и наращивать актив, который уже прошёл через этот уровень. А так — Навальный пропихивает своих дурачков, вроде Соболь, сейчас уже хоть куда-то — начав с Госдумы и кончив муниципалитетами, вместо того, чтоб с самого начала давать им тренироваться с нижнего уровня. Шарий, например, тоже очень надеялся на интернет и проход в Раду, но не оставил и города, куда таки смог пробиться.

7) Проблема Навального — он настроен на противостояние, на конфронтацию, но не на позитив, вне этой конфронтации. Никакой внятной политической и экономической программы у него нет. Всё крутится вокруг разоблачений, которые используются им для привлечения внимания к себе и вербовке последователей. И конвертируется это только в карьеру самого Навального и его окружения. Лишь из-за тотального давления Навальному приходится идти на ухищрения, типа голосуй за любого, кроме ПЖиВ, или «умного голосования» — результатами которого могут воспользоваться другие. Хотя именно расширение активности людей вне рамок партийности, вне рамок секты Навального — это более значимый фактор для развития применимости демократических инструментов, чем развитие партии Навального. Партия Навального — это секта, это монополия, которая борется с другой монополией — путинской, за то, какая монополия получит полноту власти. А вот сеть разных объединений граждан по интересам, множество партийных и общественных структур — это то, что может позволить избежать монополизации после победы на выборах.

8) Чего же можно добиваться от нынешней вертикали, чтоб сделать её более адекватной.
Путинцы пытаются законсервировать общество ото всех изменений, что делает общество хрупким и может привести к слому.
Если уж путинцы так боятся любого идеологического давления, то есть варианты что сделать без капитуляции перед либердой и заграницей.

Есть возможность укрепить право собственности — настолько, чтоб никакой местечковый олигарх, крепкий хозяйственник, генерал фсб/полиции не мог отобрать бизнес или обложить его данью. Только при таком условии в РФ смогут начать возвращаться капиталы, выведенные из страны отсутствием защиты
права собственности. А для этого надо будет подлечить и суды, которые проштампуют любое обвинение. Для этого же есть смысл дать больше вольности местному самоуправлению, чтоб возвращающиеся капиталы взаимодействовали с населением. Когда появятся капиталисты — они смогут начать вытеснять феодалов — и тогда больше будет шансов, чтоб демократические механизмы работали адекватно.

9) В общем, я тут написал кучу догадок по темам, в которых слабо разбираюсь. Писал с целью мозгового штурма — накидывания идей для дальнейшего разбора.

[Spoiler (click to open)]
10) Ещё ролик с Джангировым и его пояснениями о неофеодализме: коррупция — это феодальная рента, компрадоры отличаются от олигархов-фоеодалов лишь тем, что направляют эту ренту внешним хозяевам.

https://www.youtube.com/watch?v=ouykRwhmASc
12:41
Почему Путин избегает звонка Зеленского | Дмитрий Джангиров в Клубе друзей Klymenko Time
Klymenko Time, 26 тыщ просмотров•22 апр. 2021 — 296 тыс. подписчиков

Хотели изменить мир. Не получилось

Но все же – зачем они это сделали? Ответы лично у меня получаются очень неудобные и не менее скандальные, чем сам факт рассекречивания дипломатических депеш. Для отправки которых, напомним, в каждом посольстве любой страны мира существуют шифры и шифровальщики, и это разумно, потому что без конфиденциальности дипломатии не бывает. Она может быть хорошая или плохая, эта дипломатия, удачная или не очень, но только не открытая. Нравится это Мэннингу и его единомышленникам или нет.

Но в том-то и дело, что эти самые единомышленники – это не совсем или не только психи. Это активные и многочисленные участники оживленных и дошедших в последние годы до стадии кипения дебатов о том, что такое демократия.

Элита и неэлита

То, что точка кипения – то есть крайняя стадия, за которой кризис – налицо, видно по тому, как трудно где-нибудь в США или Европе сказать, что демократия – это не идеал и не последняя точка развития способов организации человеческого общества. Сказать, впрочем, можно, но далее – увидите, что с вами будет: начнут обходить за километр. Безопаснее рассекретить секретные документы. А ведь когда какая-то идеология защищается путем запрета на обсуждение своей пригодности и идеальности, это верный признак того, что с этой идеологией что-то не то. Да вот хотя бы марксизм – как известно, единственно верное учение. Пытался защититься запретом на критику, и недолго после этого протянул.

В демократическом мышлении есть одна ключевая мысль, которая делает демократию крайне уязвимой.

Прежняя – феодальная – эпоха стояла на идее: для того, чтобы кем-то быть (и иметь право), надо быть или стать кем-то. Родиться в дворянской семье (и следовать всю жизнь кодексу чести), или заслужить рыцарское звание, или каким-то иным путем выдвинуться в верхние слои общества. Демократия же предполагает, что в целом все люди, какие бы они ни были, равны и имеют право (например, голосовать на выборах). Это две действительно полярные идеологии.

Понятно, почему обрушилась феодальная идеология: быть или стать лучшим – долго, сложно, не всем удается, и большинству «не лучших» очень обидно. Но видно простым глазом, что и демократическая противоположность такому мышлению вынашивает в себе тикающую бомбу. А именно, бессильную нелюбовь к элите и элитности. Демократия в ее экстремальном виде – не для элиты, а для серых и завистливых. А раз так, она выигрывает по части стабильности общества, но проигрывает «недемократии» в качестве, и что-то в результате будет.

Можно простить «новому русскому», «новому американцу» или любому внезапно разбогатевшему человеку: если смог он, то смогу и я. Вдобавок, нувориш – он свой, смешной, о нем сочиняют анекдоты. Но есть другие элиты… Скрипач: этому ремеслу лучше учиться лет этак с пяти. И отношение к классической музыке все равно соответствующее. Гениальный врач – пять лет обучения, годы практики, море знаний, элитнейшая профессия – но извините, это здоровье, тут можно свою зависть и упрятать куда поглубже.

А вот дипломат… Те же годы специального обучения, включая языки и серьезное знание какой-то страны или континента, понимание того, как «они там» думают, многолетний личный опыт и знакомства… Этого каждый не может. И неважно, что богатых дипломатов практически не бывает. Это – элита. Это – где-то высоко. Это недемократично. Сенаторов и глав государств можно переизбрать. Дипломатов – нельзя. Как и музыкантов и врачей. А раз так, у дипломатов всегда будут проблемы.

Дети князя Кропоткина

Вот где психологические корни акции, которую учинили два героя нынешних событий. На самом-то деле у них в европейско-американском обществе много единомышленников, всегда готовых поверить, что дипломаты «сговариваются за спинами своих народов». И ведь сговариваются, кстати. Без этого – никак. Что мы наверняка можем увидеть, изучив некоторую часть тех самых 250 тысяч документов. А иначе народы, к сожалению, доведут дело до войны. Потому что незнание «иных» ведет к страху, а страх – к агрессивности. Что мы и наблюдаем каждый день.

Нанесенный двумя заговорщиками информационный удар по международной дипломатии радует тех среднепросвещенных обывателей, которые хотели бы прямого и постоянного контроля за политическими элитами. Даже в той сфере, где деликатность, знания и терпение – прямая необходимость, то есть в дипломатии. Эти демократические дебаты уже почти уничтожили институт национальных лидеров, заменив его институтом запуганных бесцветных чиновников, боящихся сделать лишний шаг без опроса общественного мнения. Даже когда знания и опыт ясно показывают, что шаг вообще-то делать надо, а то будет плохо. За музыкантов, медиков и прочие профессиональные элиты пока браться не спешат, а вот дипломаты – наконец оказались под ударом.

Кстати, не впервые в наши дни. В недавней истории Японии – страны, находящейся в глубоком интеллектуальном кризисе – был такой эпизод. Японские дипломаты, взявшиеся было в 90-е годы за задачу возвращения Курил, поняли, что этого не получится. И начали сложную терпеливую игру, суть которой – сохранить возможность возврата к территориальной теме в момент слабости России, а тем временем укрепить отношения с Москвой… в общем, вывести Токио из тупика. Очень разумная политика в сложившейся тогда ситуации. И что бы вы думали? Возмущенная японская демократическая общественность довела дело до чистки всех «русистов» японского МИДа и прочих ведомств, обвинив их в продаже территорий и сговоре за спиной японского народа. Некоторых сгоряча постарались посадить. Потом, правда, устыдились и вернули всех на места.

Что делать?

Крайности, конечно, не проходят ни при демократии, ни при феодализме. И в этот раз ничего крайнего быть не должно.

Тем более что стиль мышления американской парочки и ее единомышленников вообще-то не так уж нов. Он известен под именем «анархизм», то есть отсутствие правительства, тотальная победа над элитизмом.

Это не та анархия, что у революционных матросов Балтийского и прочих флотов, а изначальная, по князю Кропоткину – человечество в виде множества самоуправляемых общин. Кропоткин тоже хотел изменить мир, доведя его до крайних демократических пределов. Не получилось.

Демократия, как в США, так и в Европе и прочих местах, так и будет развиваться – в спорах. А что делать сейчас, с нынешними утечками? Возможно, самый разумный вариант – не делать ничего. Изучить то, как обрабатывает информацию Госдепартамент США и какие из нее делаются выводы, конечно, любопытно. Но в целом это – профессиональное ведомство, хотя и бывает порой чрезвычайно неприятным по стилю поведения.

Может быть, правительствам мира (в том числе российскому) следует выразить американским коллегам сочувствие и заявить, что отношения с Америкой от происшедшего не пострадают.

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции

Сергей Аксёненко


XPOHOC
ВВЕДЕНИЕ В ПРОЕКТ
ФОРУМ ХРОНОСА
НОВОСТИ ХРОНОСА
БИБЛИОТЕКА ХРОНОСА
ИСТОРИЧЕСКИЕ ИСТОЧНИКИ
БИОГРАФИЧЕСКИЙ УКАЗАТЕЛЬ
ПРЕДМЕТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ
ГЕНЕАЛОГИЧЕСКИЕ ТАБЛИЦЫ
СТРАНЫ И ГОСУДАРСТВА
ЭТНОНИМЫ
РЕЛИГИИ МИРА
СТАТЬИ НА ИСТОРИЧЕСКИЕ ТЕМЫ
МЕТОДИКА ПРЕПОДАВАНИЯ
КАРТА САЙТА
АВТОРЫ ХРОНОСА

Родственные проекты:
РУМЯНЦЕВСКИЙ МУЗЕЙ
ДОКУМЕНТЫ XX ВЕКА
ИСТОРИЧЕСКАЯ ГЕОГРАФИЯ
ПРАВИТЕЛИ МИРА
ВОЙНА 1812 ГОДА
ПЕРВАЯ МИРОВАЯ
СЛАВЯНСТВО
ЭТНОЦИКЛОПЕДИЯ
АПСУАРА
РУССКОЕ ПОЛЕ

Сергей Аксененко

Кризис демократии

Краткий экскурс в историю современных демократий

Как-то Уинстон Черчилль сказал, что демократия – плохая форма правления, но человечество не изобрело лучшей. На мой взгляд, это не так. Вернее, слова Черчилля применимы лишь к странам Запада,<1> (см. примечания в конце статьи — ред.) то есть, к тем государствам, которые традиционно называют демократическими. Но… но опыт показывает, что проведение демократических выборов во многих других странах, например, в той же Индии, сопровождается массой терактов и ставит страну на грань гражданской войны. То есть, ничего кроме страданий для простого народа такие выборы не несут. Разве что происходит перераспределение должностей и собственности среди представителей элиты. «Демократии» в Ираке и Афганистане держатся на иностранных штыках. Демократическая ЮАР <2> до конца ХХ века была страной с расовой дискриминацией (как США до середины ХІХ века). А когда негры в Африке получили независимость, то под видом демократии устроили межплеменную резню, трайбализм и путчи. Не избежала этого и образцово-показательная Либерия, созданная неграми из США, вернувшимися на историческую родину. Демократии в странах Латинской Америки (Чили, Никарагуа, Аргентина) и Азии (Южная Корея, Пакистан, Индонезия) время от времени сменяются диктатурами и наоборот, а чаще служат лишь ширмой, прикрывающей господство наркомафии и ей подобных криминальных кланов. А в Турции за фронтоном демократии стоит мощный военный корпус, периодически напрямую берущий власть в свои руки.

Очень показателен пример Камбоджи (Кампучии). Не в меру экстравагантный король этой страны Нородом Сианук в 1955 году отрёкся от престола в пользу отца, установил конституционную монархию, <3> сам стал «демократическим премьером», а после смерти отца – снова главой государства. И вот к чему привела такая демократия: вначале (в 1970 году) в стране была установлена проамериканская диктатура маршала Лон Нола, а позже (в 1976 году) кровавый полпотовский режим. Пришлось Сиануку возвращаться к королевской власти, а Камбоджа стала полусоциалистической монархией.

Да и для самой Европы демократия не так традиционна, как кажется. Она традиционна для Англии, потому что возникла в результате МНОГОВЕКОВОГО противостояния примерно равных по силам общественных структур: то короля с баронами (Великая хартия вольностей, 1215 год), то короля с парламентом, в котором сидели те же бароны. <4> В конце концов королям надоели постоянные столкновения, и они ДОБРОВОЛЬНО, ради своего спокойствия, стали назначать премьер-министров из представителей победившей партии. Проблем у королей после этого стало меньше, ведь друзей они имели среди представителей всех партий, а для монархов было важно, чтобы никто не покушался на их привилегии. Парламентарии не покушались, и выяснилось, что править подданные могут не хуже королей. Вскоре добровольный жест королей стал неписаной традицией, и в этом относительная прочность английской демократии, хотя настоящую проверку на прочность она ещё не прошла. Англия много веков не знала ни вторжения вражеских войск, ни острых социальных потрясений. И еще не известно, что будет дальше?

Экономический кризис 1930-х гг. привёл к резкому усилению президентской власти и планового начала в экономике США. Тогдашнего президента Ф. Рузвельта даже избрали на третий срок. Событие для США из ряда вон выходящее. Рузвельт срок не отбыл, потому что умер, но сигнал был очень тревожен. После этого президентам в Штатах официально запретили избираться больше двух раз. <5> Вот что делает ОТНОСИТЕЛЬНО небольшой кризис даже с довольно прочной демократией. Экономический кризис 1929-1933 гг. я сознательно называю небольшим. В США его назовут Великим, но только потому, что у них не было ничего большего. Штаты не знали тех поистине масштабных потрясений, через которые прошли другие страны.

В том же году, когда к власти в США пришёл Ф. Рузвельт, в Германии ДЕМОКРАТИЧЕСКИМ путём была установлена тоталитарная фашистская диктатура А. Гитлера.

То же во Франции. Военные неудачи привели к установлению диктатуры маршала Петена. Причём демократические институты ДОБРОВОЛЬНО передали Петену власть. Только разгром фашистской Германии привёл к падению диктатуры.  И это во Франции! Где ещё до  абсолютизма существовала СОСЛОВНАЯ монархия, то есть, власть короля была ограничена правами сословий. Где с 1302 года заседали Генеральные штаты, представляющие дворян, духовенство и третье сословие, решающие вопросы налогообложения, общей политики и выдвинувшие ещё в 1484 году идею народного суверенитета. Где ещё в средние века были высказаны идеи о различии между  личностью короля и королевским достоинством, о подчинении королей закону. <6> Где произошла Великая Французская революция. Где народ неоднократно поднимался на защиту своих прав и нередко брал верх в борьбе… Но так или иначе — Франция демонстрирует относительность демократии. Да,  демократия не чужда французам. Но вся история Франции — история маятника, колеблющегося от единовластия к «многовластию». Вождь франков Хлодвиг установил диктатуру, его преемники из династии Меровингов власть ослабили, стали правителями лишь по названию и были свергнуты своими майордомами Каролингами, которые установили жесткое авторитарное правление. Но после смерти Карла Великого страна постепенно сползла к феодальной раздробленности — герцоги, графы, бароны почти не подчинялись своим королям. Установилась своеобразная феодальная демократия. Людовик XI в конце концов побеждает феодалов. Через сословную монархию, фронду принцев, религиозные войны страна приходит к абсолютизму. Потом — Великая Французская революция, и подданные свергают и казнят своего короля. Устанавливается республика. <7> Демократия? Вряд ли то, что наступило после казни короля можно назвать демократией в полном смысле слова. Но и такая демократия продержалась недолго. Уже Робеспьер стал фактически диктатором, но не смог удержаться у власти. Зато Наполеон свой шанс не упустил и установил авторитарное правление, продолженное сменившими его Бурбонами. Потом снова революция, и вновь королевское правление теперь уже младшей ветви Бурбонов. В 1848 году установлена вторая республика. Но не надолго. ДЕМОКРАТИЧЕСКИ избранный президент этой республики становится императором Наполеоном III. Военное поражение Наполеона ІІІ привело к установлению третьей республики. Но через 70 лет Франция потерпела новое поражение. Установилась диктатура Петена. После поражения Германии во второй мировой маршал Петен был, свергнут и осуждён. Генерал де Голль торжественно провозгласил четвёртую республику. Но вскоре его отстраняют от премьерства. Во Франции начинается чехарда сменяющих друг друга правительств. И только в 1958 году де Голлю вновь удалось стать премьером. И что он делает после этого? Урезает демократию. До установления диктатуры дело тогда не дошло. Но в пятой республике, по сравнению с четвёртой, резко усиливаются полномочия президента. Президентом стал де Голль.

А теперь возьмём другие европейские страны. Если их рассматривать в историческом срезе — демократия почти для всех новая форма правления. Совсем недавно существовали диктатуры: Франко в Испании, Салазара в Португалии, чёрных полковников в Греции. Совсем недавно Италия избавилась от Муссолини. Можно ли считать, что столь молодые демократии прошли испытание временем? Вовсе нет. В той же Испании уже после ухода Франко были попытки новых военных путчей. Террористы из итальянских «красных бригад», баскской ЭТА, ирландской ИРА мало похожи на демократов. По всей Европе правые партии всё чаще и чаще приходят к власти. С другой стороны, начинаются восстания выходцев из Азии и Африки, мощная волна антиглобализма. В Европе снова проходят антиимпериалистические демонстрации, тысячи людей выходят на площади с портретами Сталина и красными знамёнами. А ведь ещё пятнадцать лет назад, поле падения СССР, казалось, что такое невозможно. То есть, европейские демократии находятся сейчас в такой же полосе нестабильности, как и до Второй мировой войны.

То же и страны Восточной Европы.

Скажем, сейчас говорят, что СССР не дал установить в этих странах демократию после своей победы над фашизмом. Допустим, что это так, но ведь и до войны почти все страны Восточной Европы демонстрировали отнюдь не демократические устремления. Так, в Польше была установлена диктатура маршала Пилсудского, <8> в королевской Румынии правил диктатор-кондуктатор маршал Антонеску. Венгрией управлял диктатор-регент адмирал Хорти, а в Болгарии свирепствовал режим царя Бориса ІІІ и Цанкова. Так что демократические традиции в странах Восточной Европы имеют совсем короткую историю, то есть, испытание временем не прошли. Демократии там ещё в зародышевом состоянии. Исключение составляла разве что довоенная Чехословакия. Да и ту в 1938 году в Мюнхене западные демократии сдали Гитлеру, позволили разделить страну между Германией, Польшей и Венгрией.

Что касается неевропейских демократий, то пока более-менее стабильными выглядят Япония и англосаксонские демократии.

Япония до военного разгрома 1945 года была типичным авторитарным государством во главе с императором-микадо. То есть, японская демократия имеет не такую уж продолжительную историю. Сейчас микадо (они же тэно) не правят, а царствуют. То есть, делают то, что они делали на протяжении сотен лет до самого переворота 1868 года, после которого ненадолго пришли к реальному управлению. До того страной от имени микадо правили сёгуны. <9> И в ЭТОМ плане, в плане безвластия императора, Япония имеет ТРАДИЦИОННУЮ для неё форму правления. Но гарантировать, что демократических премьеров не сменят какие-нибудь новые сёгуны, нельзя. Пытались же японские военные свергнуть в 1952 году правительство. Тогда не вышло. Но что знает, что будет дальше? Япония после войны не знала серьёзных кризисов — эта демократия тоже ещё не прошла испытание временем.

Ещё одну азиатскую демократию – Израиль – я здесь отдельно рассматривать не буду. Формировали это государство выходцы из Европы и, частично, США. Поэтому Израиль в плане государственного устройства вполне вписывается в европейскую традицию.

Гораздо более интересен пример неевропейских англосаксонских демократий. За пределами Европы только эти демократии можно считать более-менее стабильными. Исторически Канада, Австралия, Новая Зеландия <10> наследовали традиции английской демократии. Даже сейчас королева Великобритании формально является главой этих государств и о них можно сказать, как о более-менее  стабильных странах. Та форма правления, которую мы называем «демократия», для них ТРАДИЦИОННА, ведь основные массы поселенцев приехали туда уже после того, как демократия пустила корни в Англии.

Немного иной путь прошла другая британская колония – США. В отличие от Канады, Австралии, Новой Зеландии, США образовались в результате антианглийского восстания XVIII века. Причём восстание пришлось как раз на то время, когда с подачи энциклопедистов Франции в мире стали популярны идеи Просвещения — свобода, равенство, братство, либеральные ценности. Можно сказать, что появление Соединённых Штатов идеологически и даже организационно <11> связано с Великой Французской революцией. Революция началась на десятилетие позже, но идеи, легшие в её идеологический базис, были те же, что и при появлении США. В этом ключе становится понятным, почему Дж. Вашингтон остался президентом и не согласился стать королём (а такие предложения ему поступали). Как он мог стать королём, если его президентство в 1789-1797 гг. совпало по времени с революционными событиями во Франции, которые тогда будоражили весь мир, с установлением Французской республики, с казнью самого могущественного короля мира? Тем более, что сам Вашингтон совсем недавно руководил сопротивлением английскому королю.

 


Вернуться к оглавлению статьи

 

 

 

Разница между феодализмом и демократией

Введение

До появления политической системы, основанной на государстве, существовали города-государства в греческом стиле и большие географические районы, в которых преобладали культурно интегрированные сообщества, такие как персы, римляне, майя, монголы и т. д. Католические церкви и Папа обладали огромной властью влиять на политические отношения между правители и те, кто правил в регионах, где господствовало христианство. Процесс построения современного мирового политического порядка начался примерно в 15 веке.В промежутках между ними существовали различные свободно проводимые политические порядки, определяющие отношения между членами общества. Феодализм и представительная демократия — это разные политические порядки в истории мировой политической системы.

Различия между феодализмом и демократией

1. Концепция: Феодализм — экономические, социальные, правовые и политические отношения, господствовавшие в средневековой Европе. Как таковой феодализм является синонимом социальной структуры, существовавшей в средневековой Европе.Феодализм также рассматривается как первый шаг к установлению монархий. Феодальное общество представляло собой военную иерархию, в которой лорды, владевшие огромными участками земли, предлагали феодальные владения или участки земли конным воинам, которых называли вассалами, в обмен на военную службу. Различные факторы, такие как финансовое положение лорда, качество земли, способности вассалов, влияли на условия соглашения между лордом и вассалами. В более позднюю часть средневековой истории вассалам разрешалось платить наличными вместо военной службы.Соглашение между лордом и вассалами прекращалось со смертью соответствующего лорда, но права и обязанности вассалов передавались их преемникам.

Корни демократии можно было найти в Афинах VI века, хотя это было очень наивно. Однако демократию можно определить как политическую систему, при которой каждый член общества имеет равное право на участие в политической власти. В представительной демократии это равенство власти находит отражение в избирательном праве членов общества.Историки расходятся во мнениях относительно происхождения демократии. По словам историка Якобсена, примитивная демократия существовала в Месопотамии, тогда как, как полагает греческий историк Диодор, в Индии в 4 веке до н.э. существовали независимые демократические государства. Переход от феодализма и монархий к представительной демократии произошел в Канаде, США, Англии и большей части Европы в период с 18 по 20 века. Понятие представительной демократии впервые использовал французский дворянин (1694–1757). Однако первым образцом представительной демократии является конституция США, принятая в 1788 году.

2. Гражданство: Понятия гражданства не существовало в феодальных обществах, как отсутствовало понятие государства. При демократии каждый член общества считается гражданином государства.

3. Индивидуальная свобода: В феодальных обществах не было личной свободы. Свободой пользовались только сеньоры с огромными земельными владениями. С другой стороны, личная свобода является отличительной чертой демократии.

4. Основа структуры: Феодализм основывался на владении землей и другими активами.Демократия основана на человеческих ценностях.

5. Экономическое развитие: Не было ни промышленности, ни торговли, ни экономического развития. Экономическая деятельность ограничивалась сельским хозяйством. Вся инфраструктура, такая как дороги, мосты и т. д., а также мельницы для помола продовольственного зерна, принадлежала лордам, и за их использование взималась плата. С другой стороны, демократия способствует индустриализации и экономическому росту.

6. Лояльность: В феодальных обществах лояльность членов общества была по отношению к отдельным лицам, как рыцари были верны сеньорам, а сеньоры были верны короне.Но в демократии лояльность каждого члена общества направлена ​​к государству, и ни один человек, каким бы могущественным он ни был, не может встать между государством и его гражданами.

7. Влияние религии: Религия, особенно христианство, играла важную роль в поддержании существования средневековых феодальных обществ. Роль религии нейтрализуется с приходом демократии.

Резюме:

1. Феодализм был военной иерархией, а демократия – политической структурой, основанной на равенстве.
2. В феодализме отсутствовали понятия гражданства и свободы личности, эти понятия составляют основу демократии.
3. Феодализм препятствует экономическому развитию, демократия способствует экономическому развитию.
4. При феодализме лояльность членов общества была по отношению к личности, при демократии лояльность граждан была по отношению к государству.
5. Религия имела главенствующую роль в феодализме, но в демократии религия не играет никакой роли.
6. Феодализм не был результатом революции, тогда как демократия рождается из революции.

Каталожные номера:

1. History of Democracy, доступно на en.wikipedia.org/wiki/democracy
2. The Evolution of the World Politics to the 20th Century, доступно на hhh.gavilan.edu


: Если вам понравилась эта статья или наш сайт. Пожалуйста, распространите информацию. Поделитесь им с друзьями/семьей.

Cite
АПА 7
К, Т. (2014, 15 сентября). Разница между феодализмом и демократией. Разница между похожими терминами и объектами. http://www.differencebetween.net/miscellaneous/politics/difference-between-feudalism-and-democracy/.
MLA 8
K, Тапас. «Разница между феодализмом и демократией». Разница между похожими терминами и объектами, , 15 сентября 2014 г., http://www.differencebetween.net/miscellaneous/politics/difference-between-feudalism-and-democracy/.

Феодальная демократия? — Дейли Гардиан

Решительно выступая в поддержку судебного чиновника, мы увидели, как совсем недавно, 15 марта 2022 года, Высший суд в научном, похвальном, знаменательном и последнем решении под названием «Абхай Джейн против Высокого судебного суда Раджастхана и Анра».в 2022 г. LiveLaw (SC) 284 и Гражданская апелляция № 2029 от 2022 г. [Вытекающая из ходатайства о специальном отпуске [C] № 6107 от 2020 г.] при восстановлении в должности судебный чиновник совершенно ясно, убедительно и убедительно заметил, что простая халатность не может рассматриваться как неправомерное прекращение службы судебного пристава. Судебная коллегия в составе судей Удая Умеша Лалита и судьи Винит Саран отметила, что дисциплинарное производство в отношении судебного чиновника не является оправданным только потому, что он/она отдал неверный приказ или предпринятые им действия могли быть иными.Судебная коллегия четко постановила, что «Халатность не может рассматриваться как неправомерное поведение. Судебные подходы, ориентированные на оказание помощи, сами по себе не могут быть основанием для того, чтобы ставить под сомнение честность и добросовестность сотрудника. другие попутные приказы на начальном этапе его службы, чего не сделал бы зрелый судебный пристав. Однако, если приказы издаются без каких-либо коррупционных мотивов, Высокий суд должен проигнорировать это и дать ему надлежащие указания.(пункт 69, 54)». Судебная коллегия также разъяснила, что «когда правительство в ходе расследования пришло к выводу, справедливому или ошибочному, о том, что апеллянт не подходит для должности, которую он занимал на испытательном сроке, это явно было наказанием и, следовательно, заявитель будет иметь право на защиту статьи 311 (2) Конституции. (пункт 50)».

Начнем с того, что это краткое, блестящее, смелое и сбалансированное решение, составленное судьей Винит Саран для Коллегии Высшего суда, состоящей из него самого и судьи Удая Умеша Лалита, запускает процесс, прежде всего указав в параграфе 2, что « заявитель, который поступил на работу в качестве судебного должностного лица в 2013 году, уволившись со службы в 2016 году, подал исковое заявление в Высокий суд Раджастхана, которое было отклонено оспариваемым решением от 21.10.2019 принято Коллегией Высокого суда. В связи с тем же, эта апелляция была подана в виде петиции о специальном отпуске».

Чтобы представить ситуацию в перспективе, Коллегия затем предусматривает в параграфе 3, что «краткие факты, имеющие значение для целей настоящего дела, заключаются в том, что уведомление о приглашении к рассмотрению дела окружным судьей в 2013 году было выпущено 19.07.2011. Выбор должен был быть сделан из числа кандидатов по квоте адвокатов в соответствии с Правилами судебной службы Раджастхана 2010 года (сокращенно «Правила RJS»). В указанной экспертизе, результат которой был объявлен 25.05.2013, заявитель занял первое место. 15.07.2013 апеллянт был назначен на должность дополнительного окружного судьи в соответствии с правилом 43 Правил RJS, прочитанным со статьей 233(1) Конституции Индии, и в соответствии с правилом 44 Правил RJS, апеллянт должен был быть с испытательным сроком 2 года. Приказом от 16.07.2013 заявитель был назначен дополнительным окружным судьей № 2 в Бхаратпуре, к которому он присоединился 18.07.2013. Затем, 05.05.2014, заявитель был назначен председателем Суда по трудовым и трудовым спорам, Бхаратпур, на эту должность он вступил 06.05.2014. После этого он был назначен приказом от 24.02.2015 г. на должность судьи заседания Департамента по борьбе с коррупцией (ACD), Бхаратпур, на эту должность он вступил 25.02.2015 г.».

По правде говоря, Суд затем раскрывает в параграфе 4, что «Именно во время его назначения в качестве судьи заседания, Департамент по борьбе с коррупцией, Бхаратпур, апеллянт предоставил залог, что является источником иска, который был принятые против заявителя.

При уточнении фактов Судебная коллегия раскрывает в параграфе 5, что «в деле в соответствии со статьей 7, 13(1)(d) и 13(2) Закона о предотвращении коррупции 1988 г. трое обвиняемых, а именно К.К. , Алимуддин и Ирфан были арестованы 29.12.2014. Упомянутый К.К. Джалия, который был председателем муниципальной корпорации, предположительно получил взятку в размере 5 лакхов; Алимуддин, который был констеблем полиции, предположительно получил взятку в размере 10 лакхов; и Ирфан, также являлся неофициальным лицом, предположительно причастным к этому делу.08.01.2015 предшественник истца отменил залог К.К.Джалии, 03.02.2015 также был снят залог Алимуддина. 18.02.2015 г. следователь направил в соответствующий отдел письмо с просьбой санкционировать судебное преследование в отношении указанных двух обвиняемых, К. К. Джалия и Алимуддина. Обвинительное заключение было предъявлено всем трем обвиняемым 23.02.2015. Именно на этом этапе, 25.02.2015, заявитель был назначен судьей заседания Департамента по борьбе с коррупцией.

Кроме того, Суд добавил в абзаце 6, что «Затем 04.03.2015 второе ходатайство обвиняемого Алимуддина об освобождении под залог было отклонено апеллянтом. Ходатайство К. К. Джалии об освобождении под залог было отклонено Верховным судом Раджастхана 11 марта 2015 года. 17.03.2015 второе ходатайство об освобождении под залог было подано К. К. Джалией перед апеллянтом. Примечательно, что Верховный суд Раджастхана освободил под залог сообвиняемого Ирфана (который являлся частным лицом) 16.04.2015 г., а затем 27.04.2015 г. Высокий суд Раджастана также освободил под залог Алимуддина.

В дополнение к этому, Суд отмечает в пункте 7, что «По второму заявлению К. К. Джалии об освобождении под залог, поданному 17.03.2015, суд установил 20.03.2015 вместе с основным делом. Затем 18.03.2015 г. по основному делу дело было назначено на 31.03.2015 г. для представления санкции обвинения Джалии К.К. и до этого времени был продлен судебный арест по делу о залоге. 20.03.2015 дело о залоге было отложено на 31. 03.2015. 31.03.2015 рассмотрение дела о залоге отложено на 13.04.2015 г., а в основном деле 13.04.2015 г. зафиксировано для возбуждения уголовного дела в отношении Жалии К.К. и представления отводов о привлечении к ответственности. 13.04.2015, когда апеллянт был в отпуске, дело об освобождении под залог было вновь отложено председательствующим на 16.04.2015 г., а в основном деле было отмечено, что санкция в отношении К.К. находился в отпуске, дело было назначено на 27.04.2015 о возбуждении уголовного дела в отношении Джалии К.К. 16.04.2015 г. обвиняемый К.К. Джалия подал новое ходатайство об освобождении под залог, указав, что он был арестован 27.12.2014 г., а обвинительное заключение было предъявлено 23.02.2015 г., но до настоящего времени не было санкционировано уголовное преследование, как того требует статья 19 Закона о предотвращении коррупции. был дан закон 1988 года, и что содержание под стражей обвиняемого К.К. Джалия было незаконным, поскольку обвиняемый не мог быть задержан на неопределенный срок. В указанную дату заявитель в своем распоряжении отметил, что с 23.02.2015 г. по дату, т.е.16.04.2015 в деле не было документа, указывающего на какой-либо прогресс в отношении предоставления или отказа в применении санкции, и, соответственно, было указано, что такой отчет о ходе работы должен быть представлен в отношении усилий Антикоррупционной — Департамент по борьбе с коррупцией для наложения санкции должен быть представлен 27.04.2015, и также было предоставлено время для подачи ответа на заявление об освобождении под залог до следующей даты, т.е. 27.04.2015. 17.04.2015 был поставлен вопрос об удостоверении залога Ирфана, который был освобожден под залог Верховным судом Раджастхана 16.04.2015».

Забегая вперед, Судебная коллегия затем упоминает в пункте 8, что «27.04.2015 по основному делу следователь запросил время для подачи санкции против К.К. срок содержания под стражей К.К. Джалии и Алимуддина был продлен. В заявлении Джалии К.К., которое также было зафиксировано на 27. 04.2015 и взято отдельно, было внесено два письма. В одном письме от 24.04.2015 упоминалось, что дело о санкционировании уголовного дела К.К. Джалиа был представлен правительству штата, а в другом письме от 27.04.2015, которое было адресовано заявителю, упоминалось, что собрание для обсуждения вопроса о том, должна ли быть санкционирована прокуратура, было проведено 23.03.2015, но не решение было принято, и, таким образом, дело было отправлено обратно правительству штата для принятия решения в этом отношении, и то же самое все еще не было принято. Было также указано, что другой обвиняемый Алимуддин (полицейский констебль) был освобожден под залог Высоким судом Раджастхана в тот же день, т.е.е. 27.04.2015. Заявитель выслушал вопрос об освобождении под залог К. К. Джалия и предоставил ему залог подробным распоряжением. 28.04.2015 дело об установлении залога Алимуддина было принято в основное дело, так как Верховный суд Раджастхана освободил его под залог 27.04.2015. Санкция о возбуждении уголовного дела в отношении Джалии К. К. также получена по основному делу 28.04.2015».

На первый взгляд, Судебная коллегия затем заявляет в параграфе 9, что «Из протокола явствует, что постановление об освобождении под залог по делу К. К. Джалии было вынесено Высоким судом Раджастхана 27.04.2015 г. и 02.05.2015 г. Верховный суд штата Раджастхан поручил заявителю представить свои комментарии относительно указанного постановления от 27.04.2015 г. Заявитель представил свой ответ/комментарии 12.05.2015 г., указав в них, что факт отмены залога Высоким судом Раджастхана 11.03.2015 г. не оспаривался адвокатом, а копия постановления не была подана или представлена, хотя время истекло. предоставлено прокуратуре 16.04.2015 для подачи ответа на заявление об освобождении под залог. В указанном ответе апеллянт признал, что факт отмены залога Высоким судом Раджастхана стал известен ему из служебной записки второго заявления об освобождении под залог, когда он диктовал постановление об освобождении под залог от 27.04.04.2015, и в своем ответе апеллянт указал, что, поскольку постановление Высокого суда Раджастхана от 11. 03.2015 ему не было представлено, он полагал, что определенно произошли изменения обстоятельств с 11.03.2015, поскольку период срок содержания обвиняемых под стражей приближался к четырем месяцам, а также то, что с 11.03.2015 г. по 27.04.2015 г. прошло 48 дней, и в отсутствие санкции прокуратуры, особенно когда не было известно, когда такая санкция будет предоставлена, суд не мог начать.Заявитель также заявил, что два других сообвиняемых, чье ходатайство об освобождении под залог было отклонено им ранее, уже были освобождены под залог Высоким судом Раджастхана. Рассмотрев объяснение заявителя, председатель Высокого суда Раджастхана распорядился возбудить ведомственное расследование в соответствии с правилом 16 Правил государственной службы штата Раджастхан (классификация, контроль и апелляция) 1958 года (сокращенно «Правила CCA, 1958 год)».

Мы не можем упустить из виду, что Суд отмечает в пункте 47, что «Кроме того, не оспаривается тот факт, что ACR не были переданы ему в разумные сроки. В этом контексте коллегия из трех судей этого суда по делу Сухдев Сингх против Союза Индии [(2013) 9 SCC 566] постановила, что:

«По нашему мнению, точка зрения, высказанная в деле Дев Датт [Дев Датт против Союза Индии] о том, что каждая запись в ACR государственного служащего должна быть доведена до его/ее сведения в течение разумного периода времени, является юридически обоснованной и помогает в достижении трех целей. Во-первых, сообщение каждой записи в ACR государственному служащему помогает ему работать усерднее и достигать большего, что помогает ему улучшать свою работу и давать лучшие результаты.Во-вторых, что не менее важно, государственный служащий, узнав о записи в ACR, может почувствовать себя неудовлетворенным. Сообщение записи позволяет ему/ей сделать представление об обновлении примечаний, внесенных в ACR. В-третьих, передача каждой записи в ACR обеспечивает прозрачность регистрации замечаний, касающихся государственного служащего, и система становится более соответствующей принципам естественной справедливости. Соответственно, мы считаем, что каждая запись в ACR — плохая, удовлетворительная, средняя, ​​хорошая или очень хорошая — должна быть сообщена ему/ей в течение разумного периода времени.(курсив поставлен)

Следовательно, в свете вышеизложенного, несообщение ACR заявителю в настоящем деле является произвольным и, как было установлено этим судом в деле Манека Ганди против Союза Индии [(1978) 1 SCC 248], такие произвол нарушил статью 14 Конституции Индии».»

Совершенно откровенно Суд затем считает в параграфе 50, что «Настоящее дело апеллянта прямо охвачено вышеупомянутыми решениями Конституционной скамьи этого суда.Поскольку Правительство в ходе расследования пришло к выводу, правильно или ошибочно, что апеллянт не подходит для должности, которую он занимал на испытательном сроке, это явно было наказанием, и, следовательно, апеллянт имел право на защиту со стороны Статья 311(2) Конституции. Кроме того, в фактах и ​​обстоятельствах настоящего дела содержание приказа об увольнении свидетельствует о том, что увольнение было осуществлено в порядке наказания. Следовательно, на вопрос о том, соответствует ли действие неподтверждения апеллянта Правилам 45 и 46 Правил RJS, дан отрицательный ответ.

Следует отметить, что Суд затем ясно считает в параграфе 69, что «В свете вышеизложенных судебных решений мы считаем, что апеллянт, возможно, был виновен в небрежности в том смысле, что он не внимательно изучил материалы дела и не не принять к сведению приказ Высокого суда, который был в его деле. Эта халатность не может рассматриваться как неправомерное поведение. Более того, дознаватель фактически заседал в качестве апелляционного суда, выискивая дыры в постановлении об освобождении под залог, даже когда он не мог найти каких-либо посторонних оснований для предоставления постановления об освобождении под залог.Примечательно, что в настоящем деле не было череды непрерывных незаконных приказов, которые, как утверждается, были приняты по посторонним соображениям. Настоящее дело вращается только вокруг одного приказа об освобождении под залог, и он также был вынесен компетентной юрисдикцией. Как было справедливо установлено этим Судом в деле Садхна Чаудхари (выше), простое подозрение не может являться «неправомерным поведением». Любая «вероятность» неправомерных действий должна быть подтверждена устными или документальными материалами, и это требование не было выполнено в настоящем деле.Эти замечания приобретают важность в свете того конкретного факта, что не было никаких обвинений в незаконном вознаграждении против настоящего апеллянта. Как справедливо постановил этот Суд, такие судебные подходы, ориентированные на оказание помощи, сами по себе не могут быть основанием для того, чтобы ставить под сомнение честность и неподкупность офицера».

Также стоит отметить, что Суд затем указывает в параграфе 70, что «Кроме того, Высокий суд в оспариваемом постановлении ошибочно указал, что должна была быть какая-то устная жалоба, которая привела к тому, что Ответчик запросил объяснение.Утверждается, что это было основано на предположениях и полностью противоречит предположению, изложенному в вышеупомянутых постановлениях, особенно с учетом того факта, что Высокий суд сам зафиксировал отсутствие письменной жалобы на заявителя. Наконец, ссылка Высокого суда в оспариваемом постановлении на директора Научно-исследовательского института наблюдательных наук Арьябхатты (см. выше) является ошибочной, поскольку факты указанного дела отличаются от фактов, поскольку в указанном деле расследование было только предварительным расследованием до к началу формального расследования и, кроме того, было много писем руководства о неудовлетворительной работе, о которых провинившийся сотрудник был предупрежден заранее.

Что наиболее важно, Суд затем заявляет, что составляет краеугольный камень этого примечательного решения в параграфе 71: «В заключение, мы придерживаемся твердого мнения о том, что в настоящем деле не было материалов, подтверждающих неудовлетворительное поведение истца с точки зрения требование в соответствии с правилом 45 и 46 Правил RJS 2010 года. Кроме того, увольнение апеллянта не было простым, как утверждал ответчик. Было доказано, что несообщение ACR апеллянту было произвольным, и, поскольку ответчик решил провести расследование предполагаемого неправомерного поведения апеллянта, увольнение его службы является наказанием, поскольку оно ставит клеймо на его дееспособность и, таким образом, влияет на его дальнейшую карьеру. В таком случае заявитель будет иметь право на защиту статьи 311(2) Конституции. Более того, негативные комментарии в АКР за 2015 год не могли быть основанием для увольнения заявителя со службы. Апеллянту так и не была предоставлена ​​возможность улучшить свои результаты, и ему не сообщалось о неудовлетворительности его работы. Важно отметить, что против заявителя не было подано поддающейся проверке жалобы, которая могла бы стать основанием для дисциплинарного производства против него.Изучив все соответствующие записи, мы пришли к выводу, что апеллянт был правомочен передать распоряжение об освобождении под залог от 27.04.2015 и что Ответчик не смог доказать наличие каких-либо посторонних соображений или скрытых мотивов со стороны апеллянта. Здесь также следует подчеркнуть, что ни постановление об освобождении под залог от 27.04.2015 г. никогда не оспаривалось государством ни в одном суде, и не поступало никаких жалоб против апеллянта в отношении указанного постановления об освобождении под залог. Это не тот случай, когда есть веские основания подозревать добросовестность заявителя.Даже если действие заявителя считается небрежным, оно не может рассматриваться как «неправомерное поведение».

Наконец, Суд делает вывод, указав в пункте 72, что «соответственно, апелляция удовлетворена, и оспариваемый приказ Высокого суда от 21.10.2019 отменен, а приказ об освобождении от ответственности от 27.01.2016 отменен. Принимая во внимание, что заявитель не работал судебным чиновником после увольнения, мы указываем, что хотя заявитель будет восстановлен на работе со всеми вытекающими преимуществами, включая непрерывность службы и выслугу лет, но будет иметь право на выплату только 50% заработной платы, которая может быть выплачены в течение четырех месяцев с сегодняшнего дня.

Таким образом, Высший суд сделал правильный, рациональный и обоснованный вывод, за который ему следует поаплодировать. Верховный суд совершенно справедливо постановил, что простая небрежность не может считаться неправомерным поведением. Судья У. У. Лалит и судья Винит Саран заслуживают всей похвалы под солнцем за то, что вершили правосудие с самим судьей, который явно стал жертвой в этом деле, хотя он никогда не был запятнан какими-либо обвинениями в коррупции любого рода. Спасибо судье Лалиту и судье Сарану за то, что они сделали это, и за то, что они не поддались прямому влиянию решения Верховного суда Раджастхана! Конечно, все Высокие суды должны придерживаться того, что Верховный суд постановил по этому делу так ясно, убедительно и убедительно!

Разница между феодализмом и демократией

Опубликовано Admin

Ключевое отличие — феодализм против демократии
 

Феодализм и демократия — две разные формы правления.Ключевое различие между этими двумя формами управления заключается в том, что феодализм — это способ структурирования общества вокруг отношений, основанных на владении землей в обмен на услуги или труд, в то время как демократия — это способ государственной системы, в которой широкая общественность нации получает возможность выбрать представителей правящей партии. Кроме того, в условиях демократии широкая общественность получает возможность свергнуть избранных представителей, если они не удовлетворены их решением.В этой статье мы подробно рассмотрим эти два термина и тем самым выясним различия между феодализмом и демократией.

Что такое демократия?

Демократия — это правительственная структура, в которой широкая общественность получает возможность избирать членов парламента. Термин «демократия» происходит от двух латинских слов Demo (народ) и Kratos (власть). Это означает, что это тип правления, который является « народом, из народа и для народа ».В странах с демократическим правительством проводятся выборы, и через них люди выбирают заинтересованных кандидатов в правительство. Эти выборы в основном свободные и независимые. Широкая публика может голосовать за кого угодно. Народные избранники идут в парламент, а потом становятся правящей партией страны. Есть два типа демократии; прямая демократия и демократическая республика. Прямая демократия позволяет всем правомочным гражданам иметь контроль и власть над правительством и в принятии решений.Напротив, демократическая республика или представительная демократия принимает избранных кандидатов от широкой общественности, и только они имеют власть над правительством и правлением. Однако большинство демократических стран являются демократическими республиками.

Другой важной характеристикой демократии является то, что партия, имеющая большинство в парламенте, получает власть над другими партиями. Это означает, что если на выборах участвует более одной партии, партия, имеющая наибольшее число избранных кандидатов, получит правящую власть .

Что такое Феодализм?

Феодализм не является формальной государственной системой, но его лучше всего определить как социальную структуру , преобладавшую в средневековой Европе в период с 9 по 15 век. Эта социальная структура в основном вращалась вокруг трех центральных концепций . Это лордов, вассалов и феодальных владений. Лорды были землевладельцами, и они были богаты. В основном они получали власть от короля, управляли своими территориями и считались людьми высшего сословия.Вассалы, с другой стороны, были бедняками, которые работали на землях лордов. Они получали небольшую долю от возделываемых земель и должны были подчиняться приказам землевладельцев как в общественных, так и в личных делах. Вассалы считались низшим сословием и были лишены многих социальных льгот.

По мнению некоторых историков, феодализм возник в результате децентрализации власти королей, когда власть была передана высшим военным чиновникам, и им были закреплены части земель.Затем они стали лордами этих территорий. Однако феодализм не является официальной государственной структурой, но вокруг него формируются многие общественные отношения.

В чем разница между демократией и феодализмом?

Определение демократии и феодализма

Демократия : правительственная структура , в которой широкая общественность получает возможность избрать членов парламента .

Феодализм социальная структура , в которой лорды или землевладельцы имели правящую власть над крестьянами, работавшими на их землях.

Характеристики демократии и феодализма
Существование

Демократия : Демократия существует во многих странах в современном мире.

Феодализм:  Феодализм — это вековая традиция, почти не практикуемая в современном мире.

Структура

Демократия : В условиях демократии простых людей получают шанс избрать своих представителей для управления страной.

Феодализм: В феодализме Короли назначали лордов , имевших власть над крестьянством.

 

Изображение предоставлено:
«Rolandfealty» (общественное достояние) через Wikimedia Commons 
«Election MG 3455» Рамы — собственная работа. (CC BY-SA 2.0) из Викисклада  

Демократия в эпоху цифрового феодализма

Автор: Якоб Линаа Йенсен, Датская школа СМИ и журналистики, Дания

@jakoblinaa


Платформенная экономика Интернета очень напоминает средневековый экономический порядок, известный как феодализм. Я утверждаю, что платформенная экономика — это цифровой феодализм, в котором обычные граждане становятся субъектами не благодаря своей работе и зависимости от феодала, а благодаря своим данным и привлекательным возможностям, предлагаемым платформами.

Это развитие далеко от того, что ожидалось в первые годы существования Интернета. Его часто рассматривали как новое общее, как свободное пространство, готовое к исследованию и использованию, без правил, границ и существующих экономических структур. Дискурс вокруг «ИТ-пузыря» основывался на таких нарративах. Однако общее недолго оставалось свободным. Поскольку средневековое пространство было колонизировано и эксплуатировалось церквями, государствами и феодалами, некогда свободное пространство Интернета теперь колонизировано «большой пятеркой» технологических гигантов, Google, Amazon, Apple, Microsoft и Facebook, которые конкурируют за внимание, информацию и, в конечном счете, деньги. Доминирование «большой пятерки» и других крупных технологических компаний часто называют «платформенной экономикой». У Apple есть своя система привязанных устройств, позволяющая использовать только приложения, музыку и фильмы, созданные Apple. Facebook, начинавшийся как социальная сеть для студентов колледжей, превратился в метасреду для всевозможных новостей, развлечений и информации. Amazon, книжный магазин с самого начала соревнуется за право стать САМЫМ глобальным поставщиком информации и развлечений. И вездесущий Google хочет быть воротами для всей информации в мире.Они также колонизируют территорию друг друга. Facebook хочет быть похожим на Google, а Google горит желанием скопировать социальный успех Facebook. Доминирующие технологические компании действуют как новые феодалы. Они хотят контроля и зависимых подданных, как средневековые феодалы хотели послушных и трудолюбивых крепостных и крестьян. Подобно тому, как феодальная экономика была основана на дешевой (или бесплатной) рабочей силе, цифровая экономика основана на извлечении и эксплуатации пользовательских данных, социальности и связности.

С демократической точки зрения платформы ставят еще более важные вопросы.Привлекая устройства и услуги, они убеждают людей участвовать и потреблять на созданных ими платформах в рамках правил и рамок, определенных архитектурой и алгоритмами цифровых услуг. Еще более поразительно то, что с помощью платформ сетевого взаимодействия и участия корпорации теперь берут на себя политические программы, обычно принадлежащие к правовой и дискурсивной сфере национальных государств, поскольку такие платформы, как Facebook, Twitter и Reddit, стали важными площадками для проведения политических дискурсов.Корпорации не связаны конституциями, гарантирующими гражданские права, такие как свобода слова, защита от притеснений и возможность справедливого обращения со стороны судов, если что-то пойдет не так. На самом деле они имеют прямо противоположную форму, существующую не столько для стейкхолдеров, сколько для акционеров. Несмотря на то, что платформы все больше проникают в политическую сферу, они зависят от интересов своих владельцев, которые, в конечном счете, связаны только с доходами, и от сообразительности их программистов. Правило акционеров — это, конечно, именно то, что пытались предотвратить сто лет расширения сети социального страхования и государственных регулирующих органов. Долгое время это считалось противоречащим демократической логике.

Особенно проблема возникает в том, как фильтруются и даже цензурируются обсуждения. Одни политические дискурсы приветствуются, другие исключаются, и логика этих сугубо политических решений часто маскируется алгоритмической безжалостностью. Если центр политической власти сместится в сторону платформенного общества, цензура, безусловно, станет растущей демократической проблемой.Такие платформы, как Facebook, стали крупными игроками в глобальной и национальной общественной сфере. Но на них не распространяются принципы прозрачности и справедливости, регулирующие политический дискурс и институты в демократических странах.

Короче говоря, я утверждаю, что платформенная экономика во многом похожа на феодальную экономику средневековых обществ. В отличие от средневекового феодализма, основанного на применении власти, цифровой феодализм основан на участии. Платформенная экономика развивалась не через режим насилия, террора и публичной порки или нашествий варваров.Скорее, новые цифровые феодалы вышли на сцену, облачившись в обещания чудесного пользовательского опыта, эффективности и удобства. Цена, которую платят граждане, — это слежка, зависимость и, в конечном счете, меньшая свобода и демократия.


Подробнее читайте в книге Якоба Средневековый Интернет , вышедшей в сентябре 2020 г. Глава «Цифровой феодализм» теперь доступна для бесплатного чтения до 30 сентября 2020 г.


Якоб Линаа Йенсен , доктор философии, магистр политики, директор по исследованиям социальных сетей в Датской школе СМИ и журналистики.Он был адъюнкт-профессором медиа-исследований в Орхусском университете в течение девяти лет. Он опубликовал три монографии, три отредактированных тома и более 30 статей в международных журналах.

Феодальная демократия Индии

Конституция Индии по британскому образцу создала систему парламентской демократии. Вплоть до 1947 года, когда Индия стала независимой, она все еще была преимущественно феодальной сельскохозяйственной страной.Британская политика заключалась в том, чтобы держать нас в значительной степени неиндустриальными, поскольку индустриальная Индия с ее дешевой рабочей силой могла стать сильным соперником британской промышленности.

Конституция Индии была основана на западных образцах. Мы заимствовали парламентскую демократию и независимую судебную систему из Англии, федерализм и основные права из Билля о правах в Конституции США, Директивные принципы государственной политики из Конституции Ирландии и т. д. Таким образом, мы заимствовали современную Конституцию из западных моделей, и пересадил его сверху на наше во многом отсталое, феодальное общество.

Демократия есть черта индустриального, а не феодального общества. Но намерение наших отцов-основателей — Пандита Неру и его коллег — состояло в том, чтобы демократия и другие современные принципы, такие как свобода, равенство, свобода слова, свобода вероисповедания, свобода или равенство, а также современные институты, такие как парламент и независимые судебная система и т. д. втянули бы наше отсталое, феодальное общество в современную эпоху.

Они создали базу тяжелой промышленности (что было запрещено англичанами).В результате Индия стала частично индустриализированной и добилась определенного прогресса с 1947 года. Мы произвели большое количество инженеров, техников, ученых, врачей, женщины получили образование и так далее. Однако где-то между 1947 годом и нынешним днем ​​наша демократия была захвачена феодалами.

Кастовые и религиозные избирательные банки, которыми многие наши политики умело манипулировали в своих корыстных целях, возникли и стали обычным явлением в ходе выборов и другой политической деятельности в большинстве районов Индии.Всем известно, что в большинстве районов Индии люди голосуют по кастовому и религиозному признаку, а не смотрят на достоинства кандидата.

Именно по этой причине часто избирается много лиц с криминальным прошлым. Демократия никогда не предназначалась для такого управления, и это заблокировало наш прогресс. Следовательно, сейчас требуются коренные социальные и политические изменения.

К сожалению, правда состоит в том, что большинство наших людей все еще интеллектуально очень отсталые, с верой в кастовость, общинность и суеверия.Убийства «во имя чести», убийства из-за приданого, фетоубийство женского пола и т. д. распространены в значительной части Индии. Детское недоедание на уровне 48% выше, чем в беднейших странах Африки к югу от Сахары, таких как Сомали и Эфиопия. В отчете Арджуна Сенгупты говорится, что 77% индийцев живут менее чем на 25 рупий в день. Согласно отчету ООН, 2,1 миллиона индийских детей умирают, не дожив до пяти лет, то есть по четыре в минуту.

Безработица в Индии огромна, и даже аспиранты ищут работу батрака.Здравоохранение для масс ужасное. Бедняки в Индии с трудом могут позволить себе врачей или лекарства, и поэтому они прибегают к помощи шарлатанов. Образование в руинах.

Наша национальная цель должна заключаться в том, чтобы сделать Индию современной, могущественной, светской, высокоиндустриальной страной, в которой все ее население (а не только горстка, как сегодня) имеют достойную жизнь, а великие социальные бедствия, такие как нищета, недоедание, безработица, стремительный рост цен, отсутствие здравоохранения и хорошего образования и т. д., широко распространенные сегодня в Индии, упразднены навсегда.Отсталые и феодальные идеи, такие как кастовость, коммунализм и суеверия, должны быть заменены современным научным и рациональным мышлением. Как этого добиться? На мой взгляд, это может быть достигнуто борьбой людей, использующих свое творчество.

Все патриотические люди Индии должны стремиться к этой цели и присоединиться к этой великой исторической задаче. Это, несомненно, потребует больших жертв и, вероятно, потребует длительной, болезненной и упорной борьбы в течение примерно 20 лет. Но если мы этого не сделаем, то будем прокляты потомками за предательство народа.

FacebookTwitterLinkedinЭлектронная почта
Правовая оговорка

Мнения, выраженные выше, принадлежат автору.

КОНЕЦ СТАТЬИ

Большинство демократий все еще являются феодальными системами? | by Pasupu

Монархию только что переименовали?

Изображение OpenClipart-Vectors с сайта Pixabay

Управление является одним из наиболее важных аспектов жизни страны.Так было на протяжении веков. Но на протяжении веков методы управления менялись вместе со временем. С промышленной революцией возникла потребность в коммунизме для уничтожения монархий. Но чистый коммунизм не был устойчивой формой правления, породившей демократию и капитализм в 1960-х годах.

Хотя древние греки практиковали демократию, другие страны не торопились внедрять свою форму демократии. Такие страны, как Англия, Нидерланды и Швейцария, перешли от республики к демократии еще в 16 веке, за ними последовали США в 1776 году и все страны, освобожденные испанской инквизицией. За ними последовали все страны, освободившиеся от Британской империи, бельгийские колонисты и французские колонисты. Южная Африка перешла к демократии в 1961 году, но апартеид так и не закончился до конца 90-х годов. На сегодняшний день Барбадос последним превратился в демократию. 30 ноября 2021 года Барбадос официально станет демократией на бумаге.

Но как далеко мы ушли от феодально-монархических систем? Чтобы понять это, давайте быстро взглянем на демографию нескольких значительных демократий.

  • Греция: Что может быть лучше, чем начать с истоков. Первое учреждение в афинской демократии. Но где они сегодня? После того, как турки оккупировали греков и столкнулись с веками страданий, после многих революций, в 1974 году в Греции была восстановлена ​​демократия. Хотя Греция борется с серьезным долговым кризисом, ее демократия кажется намного лучше, чем в некоторых других странах. Одним из важных аспектов является то, что греческая православная церковь находится под защитой государства. В 2001 году была предложена поправка о разделении духовенства и государства, но она вызвала резкую реакцию и протесты.Так что в некотором роде духовенство и государственные отношения, существовавшие в феодальные времена, продолжаются.
  • Индия: Индия является одной из крупнейших демократий в мире. Но также и один из худших. В политике Индии доминируют касты. В Индии происходят многочисленные убийства чести, межкастовые браки не одобряются, а пары подвергаются остракизму. Политики могут купить голоса, предоставив пачку бирияни или бутылку пива. Многие голоса в сельской местности получены на основе устаревшего и неверно истолкованного понятия, называемого кастой , а не на основании заслуг.Так что как индиец я могу подтвердить, что Индия — это настоящая феодальная демократия.
  • Соединенные Штаты Америки: Что это было в новостях, что-то о Black Lives Matter или Ку-клукс-клане или о строительстве стены на границе? Я не знаю, являются ли США феодальной демократией или нет. Тебе решать.
  • Великобритания: Instagram полон королев. Но не многие могут по-настоящему назвать себя королевами. В 21 веке, в эпоху демократии, глобализации и инклюзивности, человека по-прежнему называют королевой только из-за его родословной.Остальные так называемые пролы низшей крови должны работать и платить налоги на королевскую семью. Опрос, проведенный в 2019 году, показал, что королевская семья обошлась честным, трудолюбивым британским налогоплательщикам в 67 миллионов фунтов стерлингов. Хотя многие считают королевские полномочия правом вето, королева обладает какой-то абсурдной властью. Некоторые из этих способностей — власть над всеми дельфинами в британских водах, личный поэт, огонь, все правительство Австралии t и многое другое. Является ли Великобритания феодальной системой?
  • Ближний Восток и исламские нации: Саудовская Аравия также является одной из немногих стран, где до сих пор правит король. Так что технически их нельзя считать демократией. И не забывайте, постоянные нефтяные войны в Иране, Ираке, Сирии и других странах, где гибнут простые невинные люди, и все потому, что США хотят установить там демократию.
  • Филиппины: В апреле 2020 года президент Родриго Дутерте приказал стрелять на месте по нарушителям карантина и карантина. Это было не в первый раз; он также объявил стрельбу на месте для просто сомневающихся торговцев наркотиками.

Хотя некоторые страны предоставляют больше свободы, чем другие, некоторые вековые религиозные нормы продолжают диктовать политику.Не будет преувеличением сказать, что религия может быть первопричиной феодальной политики. Создание совершенно справедливой системы, лишенной каких-либо отклонений, может показаться не только идеалистичным, но и бесполезным. Религия и культура всегда играли решающую роль как в экономическом, так и в социальном развитии королевства или страны. Это эндемичная культура страны, которая порождает разнообразие; в противном случае мы все были бы такими же людьми, говорящими на одном языке и принадлежащими к одной культуре, как многие роботы.

Но за последние несколько столетий религия использовалась для того, чтобы разделить людей и держать их под контролем. Но мы никогда не должны забывать, что сила заключается в единстве масс, а не в единстве господ. Древние римляне прекрасно использовали это для удовлетворения своих потребностей. Если бы они были недовольны лидерами, обычная публика начала бы всеобщую забастовку или Сецессион Плебис . Они перестанут работать и переедут в совершенно другой город, предоставив правящему классу возможность защищаться от атак соседей.

Может ли посткапиталистическая демократия объединиться таким образом, чтобы удовлетворить свои потребности? Время покажет.

Индия одержима феодальной демократией

Спустя семь десятилетий после обретения независимости тот факт, что индийцы по-прежнему смотрят на отдельных лиц как на лидеров, свидетельствует о серьезном недостатке демократической практики. Вступление актера или, скорее, суперзвезды Раджниканта в политику рассматривается как событие, которое может вызвать конвульсии в политике Тамил Наду. Многие ожидают, что он заполнит вакуум власти, образовавшийся после смерти бывшего главного министра Дж. Джаялалитаа.

Нереалистичные ожидания

Как и в некоторых других штатах, Тамил Наду сталкивается с рядом проблем, начиная от бедности, коррупции и неграмотности и заканчивая некачественным управлением. Ожидать, что человек, каким бы талантливым он ни был, прибудет с волшебной метлой и выметет из государства все его беды, по любым меркам является преувеличением. Но именно так воспринимается заявление Раджниканта — с множеством преувеличений.

Проблема здесь не в Раджиниканте. Актер такой же, как и любой другой человек — со своими плюсами и минусами, мировоззрением и стремлением чего-то добиться.Реакция больших групп людей, граничащая с эйфорией, требует более пристального изучения.

Стремление отдельных лиц вылечить страну от ее различных недугов означает, что различные институты, представляющие демократический аппарат, не смогли удовлетворить народные чаяния. Концепция коллективного лидерства уступила место феномену индивидуальных лидеров. Тамил Наду — классический пример.

Дравидийское движение, которое усилило так называемые отсталые касты и успешно уничтожило многовековую дискриминацию и неравенство, потеряло свои причалы, как только его первоначальные цели были достигнуты.Он не только утратил свою реформистскую направленность, но и выродился в политику, движимую личностью. Бывший актер М. Г. Рамачандран, а затем его коллега Дж. Джаялалитаа возвышались над Всеиндийской партией Анны Дравида Муннетра Кажагам (AIADMK), которую они представляли. Партийная организация стала придатком вождя. Точно так же М. Карунаниди, несмотря на то, что DMK имеет более глубокие корни и более сильную партийную структуру.

В результате после смерти MGR его заменил Джаялалитаа после ожесточенной борьбы за власть.Что касается стареющего Карунанидхи, то его потомки уже ведут подпольную борьбу за трофеи власти. Отсутствие Джаялалитаа создало пустоту, которую пытаются заполнить новые игроки, включая суперзвезду Раджниканта и его соперника Камала Хасана.

Проблема Тамилнада — всего лишь продолжение более крупной индийской проблемы — проблемы феодального мышления. Хотя Индия так долго была демократией, люди, похоже, до сих пор не избавились от векового монархического мышления. Вера в традиционные иерархические слои, безоговорочное доверие авторитету и интернализация фатализма сформировали уникальную смесь, которая противоречит истинно демократическому мировоззрению.

Бедность, коррупция и т. д. являются более серьезными проблемами, и одним из ключевых факторов, способствующих их развитию, является ослабление демократических институтов. Вместо того, чтобы искать способы укрепить эти институты, люди, кажется, ищут более короткие пути — требуют, чтобы актеры и бойкие политики-индивидуалисты избавили их от страданий.

Чему учит история

История изобилует неудачами отдельных лидеров в управлении. Вопрос в подотчетности. Есть многочисленные случаи, когда людям удавалось подорвать институты для удовлетворения своих личных потребностей за счет людей, которые проголосовали за них к власти.

Напротив, хорошо укоренившиеся демократии, такие как Великобритания и другие страны Европы, демонстрируют сильное институциональное управление. Премьер-министры Великобритании приходят и уходят. Но ни один из них не является героем. Выйдя из офиса, они быстро низводятся до жизни простых людей. По иронии судьбы, среди индийских чаттерати ходят слухи, превозносящие этот факт — забывая, что если избранные люди правят бал и стоят выше закона, то сами люди, распространяющие эти истории в социальных сетях, в некотором роде несут за это ответственность.Коррупция существует в развитых демократиях, но не в таком безудержном и пренебрежительном виде, как в Индии.

В США президент Дональд Трамп потряс истеблишмент. Что делает Трампа уникальным, так это то, что он грубо борется с принятием институциональных решений, противодействуя влиятельным демократическим институтам, включая СМИ и даже свою собственную Республиканскую партию. Он действует как личность — подобно лидерам, которых привыкли видеть в Индии.

В результате один человек бросает вызов устойчивости американских демократических институтов.К тому времени, когда Трамп покинет свой пост, у одного из них будет кровоточащий нос. Это будет полезным уроком для либеральных демократий.

На родине почти ни одна политическая партия не может похвастаться сильной организационной структурой. Они превратились в органы, исключительно полностью удовлетворяющие прихоти вождя. После обретения независимости первым отдельным лидером, разбавившим ее партийную организацию, была Индира Ганди. Конгресс превратился в пережиток своего прежнего «я» и с тех пор страдает, изо всех сил пытаясь удержаться на плаву и принять современные политические вызовы.

То же самое и с БДП: многие высокопоставленные политики отошли на второй план, а премьер-министр Нарендра Моди правит бал, свободный от диктата партии. Эффект от этого партия обязательно почувствует в ближайшие годы — подобно тому, с чем сталкивается Конгресс сейчас.

Такова судьба AIADMK в штате Тамил Наду, который так и не смог оправиться от смерти Джаялалитаа.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.