Эпикур главные мысли: Читать онлайн «Главные мысли» автора Эпикур — RuLit

Содержание

Читать онлайн "Главные мысли" автора Эпикур - RuLit

Эпикур

Главные мысли (*139*)

I. Существо блаженное и бессмертное ни само забот не имеет, ни другим не доставляет, а поэтому не подвержено ни гневу, ни благоволению: все подобное свойственно слабым. //В других местах он говорит, что боги познаваемы разумом, одни – существуя в виде чисел, другие – в подобии формы, человекообразно возникая из непрерывного истечения подобных видностей, направленного в одно место.//[1]

II. Смерть для нас ничто: что разложилось, то нечувствительно, а что нечувствительно, то для нас ничто.

III. Предел величины наслаждений есть устранение всякой боли. Где есть наслаждение и пока оно есть, там нет ни боли, ни страдания, ни того и другого вместе. (*140*)

IV. Непрерывная боль для плоти недолговременна. В наивысшей степени она длится кратчайшее время; в степени, лишь превышающей телесное наслаждение, – немногие дни; а затяжные немощи доставляют плоти больше наслаждения, чем боли.

V. Нельзя жить сладко, не живя разумно, хорошо и праведно; и нельзя жить разумно, хорошо и праведно, не живя сладко. У кого чего–нибудь недостает, чтобы жить разумно, хорошо и праведно, тот не может жить сладко.

VI. Чтобы жить в безопасности от людей, любые средства представляют собой естественные блага. (*141*)

VII. Некоторые хотят стать знаменитыми и быть на виду у людей, надеясь этим приобрести безопасность от людей. Если жизнь их действительно безопасна, значит, они достигли естественного блага; если не безопасна – значит, они так и не достигли того, к чему по природному побуждению стремились с самого начала.

VIII. Никакое наслаждение само по себе не есть зло; но средства достижения иных наслаждений доставляют куда больше хлопот, чем наслаждений. (*142*)

IX. Если бы всякое наслаждение сгущалось и со временем охватывало весь наш состав или хотя бы главнейшие части нашей природы, то между наслаждениями утратились бы различия.

X. Если бы то, что услаждает распутников, рассеивало страхи ума относительно небесных явлений, смерти, страданий, а также научало бы пределу желаний, то распутники не заслуживали бы никакого порицания, потому что к ним отовсюду стекались бы наслаждения и ниоткуда – боль и страдание, в которых заключается зло.

XI. Если бы нас не смущали подозрения, не имеют ли к нам какого отношения небесные явления или смерть, и если бы не смущало неведение пределов страданий и желаний, то нам незачем было бы даже изучать природу. (*143*)

XII. Нельзя рассеивать страх о самом главном, не постигнув природы Вселенной и подозревая, будто в баснях что–то все–таки есть. Поэтому чистого наслаждения нельзя получить без изучения природы.

XIII. Бесполезно добиваться безопасности меж людей, если сохранять опасения о том, что в небе, под землей и вообще в бесконечности.

XIV. Безопасность от людей до некоторой степени достигается с помощью богатства и силы, на которую можно опереться, вполне же – только с помощью покоя и удаления от толпы. (*144*)

XV. Богатство, требуемое природой, ограниченно и легко достижимо; а богатство, требуемое праздными мнениями, простирается до бесконечности.

XVI. Случай мало имеет отношения к мудрому: все самое большое и главное устроил для него разум, как устраивает и будет устраивать во все время его жизни.

XVII. Кто праведен, в том меньше всего тревоги, кто неправеден, тот полон самой великой тревоги. (*145*)

XVIII. Наслаждение плоти не увеличивается, а только разнообразится, если устранить боль от недостатка. Наслаждение же мысли достигает предела в размышлении о тех и таких вещах, которые прежде доставляли мыслям наибольший страх.

XIX. Бесконечное время и конечное время содержат равное наслаждение, если мерить его пределы разумом.

XX. Для плоти пределы наслаждения бесконечны, и время для такого наслаждения нужно бесконечное. А мысль, постигнув пределы и конечную цель плоти и рассеяв страхи перед вечностью, этим самым уже приводит к совершенной жизни и в бесконечном времени не нуждается. При этом мысль ни наслаждений не чуждается, ни при исходе из жизни не ведет себя так, будто ей чего–то еще не хватило для счастья. (*146*)

XXI. Кто знает пределы жизни, тот знает, как легко избыть боль от недостатка, сделав этим жизнь совершенною; поэтому он вовсе не нуждается в действиях, влекущих за собою борьбу.

XXII. Нужно держать в виду действительную цель жизни и полную очевидность, по которой мерятся мнения, – иначе все будет полно сомнения и беспорядка.

XXIII. Если ты оспариваешь все ощущения до единого, тебе не на что будет сослаться даже когда ты судишь, что такие–то из них ложны. (*147*)

XXIV. Если ты попросту отбрасываешь какое–нибудь ощущение, не делая различия между мнением, еще ожидающим подтверждения, и тем, что уже дано тебе ощущением, претерпеванием и всяким образным броском мысли, то этим праздным мнением ты приведешь в беспорядок и все остальные чувства, так что останешься без всякого критерия. Если же ты, напротив, станешь без разбору утверждать и то, что еще ожидает его, то и тут не избежишь ошибки, потому что так и останешься в сомнении при всяком суждении о том, что правильно и что неправильно. (*148*)

вернуться

Здесь и далее курсивом в двойных скобках выделены примечания Диогена Лаэртского, вставленные в дошедший до нас текст Эпикура.

Эпикур «Главные мысли» — отзыв antonrai

В тюремном карцере: Хлеб и вода доставляют величайшее удовольствие, когда человек подносит их к устам, чувствуя потребность.

В кабинете диетолога: Привычка к простой, недорогой пище способствует улучшению здоровья

В ресторане: Начало и корень всякого блага – удовольствие чрева: даже мудрость и прочая культура имеют отношение к нему.

Над постелью умирающего: Приучай себя к мысли, что смерть не имеет к нам никакого отношения. Ведь всё хорошее и дурное заключается в ощущении, а смерть есть лишение ощущения.

На собрании буддистов: Ведь ради этого мы всё делаем, - именно, чтобы не иметь ни страданий, ни тревог.

На собрании верующих: Верь, что бог – существо бессмертное и блаженное, и не приписывай ему ничего чуждого его бессмертию или несогласного с его блаженством.

На собрании атеистов: Мы рождаемся один раз, а дважды родиться нельзя, но мы должны уже целую вечность не быть.

На съезде тоталитарной секты: Почитание мудреца есть великое благо для почитающих.

На съезде уфологов: Нет ничего, что препятствовало бы предположению о безграничном числе миров.

На научной конференции: Ибо исследовать природу не должно на основании пустых предположений и произвольных законоположений, но должно исследовать ее так, как вызывают к этому видимые явления.

На марксистской научной конференции (посвященной вопросам античности): «Эпикур – величайший греческий просветитель». Карл Маркс.

На кухне в коммуналке: Кто имеет возможность доставить себе полную безболезненность [безопасность] от соседей, те все живут друг с другом самым приятным образом.

В отделении милиции… то есть полиции: Преступнику остаться скрытым трудно, а получить уверенность в том, что скроется, невозможно.

При входе в философскую школу: Пусть никто в молодости не откладывает занятия философией, а в старости не устает заниматься философией: ведь никто не бывает ни недозрелым, ни перезрелым для здоровья души.

Наконец, при входе в школу обычную: Образования всякого, милейший, беги на всех парусах!

🙂

Глава 6. ЭПИКУР : История философии Васильев В.В. : Экономика и финансы

Эпикур родился в январе или феврале 341 г. до н. э., в юности он жил на Самосе и Теосе. Его отец был, по всей вероятности, школьным учителем. К философии Эпикур обратился в 14 лет, когда, будучи учителем словесности, прочитал сочинения Демокрита. Его учителем в философии становится демокритовец Навсифан. Эпикур становится учителем философии в 32 года, вначале в Митилене и Лампсаке, затем начиная с 307 г. — в Афинах, где он основывает свою школу. Школа располагалась в саду Эпикура, поэтому и называлась «Сад», а последователи Эпикура «философами из садов».

Эпикур написал около 300 сочинений, однако до нас дошли только «Письмо к Геродоту», излагающее общие принципы гносеологии и физики Эпикура, «Письмо к Пифоклу», посвященное небесным явлениям, «Письмо к Менекею», трактующее этическую часть учения, «Главные мысли». Остальное наследие Эпикура известно нам из фрагментов и изложения у других писателей. Как многие школьные учителя словесности, Эпикур не был мастером стиля, кроме того, греческий текст его сочинений подвергся значительным искажениям, поэтому зачастую бывает трудно судить о подлинной мысли Эпикура.

Эпикуровское понимание философии. Эпикур крайне далек от того, чтобы понимать философию как исследование теоретической истины, как поиск какого-то труднодоступного «чистого» знания. Его философия должна была служить самым насущным нуждам человека: избавлению человеческой души от страдания. Как врач стремится избавить от боли и болезни тело, так философ врачует душу, освобождая ее от страданий. Кто этого не делает, не есть философ. По Сексту Эмпирику, Эпикур определяет философию как «деятельность, речами и рассуждениями создающую счастливую жизнь». Философия ведет к мудрости, к конечной цели человеческого совершенства. Достигший этой цели уже не может снова впасть в невежество. Мудрецу уже совершенно чужды всякие мнения, которые, по Эпикуру, суть «священная болезнь». Однако мудрецом может стать не всякий: для этого нужно иметь тело с определенными свойствами, а кроме того, быть эллином, а не варваром. Эпикуру чужд космополитизм, проповедовавшийся стоиками, как истый афинянин он остается в этом верен заветам Аристотеля. Для истинной мудрости совершенно не нужны никакие сложные и отвлеченные науки, такие как математика. Здесь Эпикур выступает против прежде всего платоновского, а отчасти и аристотелевского понимания философии. Многие в Античности считали, что эпикуровское отвержение математических наук было вызвано его незнанием их. Однако, как говорит Лукий Торкват в цицероновском диалоге «О пределах добра и зла», «нет, Эпикур не был невеждой, невежды — это те, кто считает, чтодо самой старости нужно изучать то, чего стыдно было не выучить в детстве». Только те науки, которые помогают достичь счастья, стоят трудов по их изучению: «искусство (и наука. — Д.

Б.) есть способность доставлять жизненную пользу». Нет пользы и в поэзии, поэтому Эпикур и говорил о «галдеже поэтов», «гомеровских глупословиях», «губительном обольщении сказаниями» и т. д. Эпикур и сам не был изящным писателем, и разные тонкости и красоты, которыми богато творчество, например, Платона, не вызывали у него одобрения. Ему совсем была чужда ирония платоновского Сократа, об элегантности которой говорил Цицерон. Враги эпикуреизма — тот же Цицерон и Плутарх — приписывают ему и неблагодарность к его собственным учителям в философии: к платонику Памфилу, к демокритовцу Навсифану. Цицерон пишет, что Эпикур высказывался против Пифагора, Платона, Эмпедокла, Аристотеля, и даже был неблагодарен по отношению к Демокриту. По Диогену Лаэрцию, Эпикур, играя словами, называл Демокрита (досл. по греч. «Народосуд») «Чепухосудом» (Ληρόκριτος). Враги говорят о честолюбии Эпикура, который не желал признать, что кто-то мог его учить. Если даже признать враждебное отношение Эпикура ко всем этим философам, совсем необязательно видеть в нем проявление жажды славы и неблагодарности. Не говоря уже о философах-идеалистах, Платоне и Аристотеле, мировоззрение которых оставляет, по Эпикуру, людей во мраке и страдании, и демокритовская концепция философии как незаинтересованного поиска физических причин не могла удовлетворить Эпикура. Как известно, молодой Маркс в своей докторской диссертации говорил о фундаментальнейших различиях понимания мудрости у Эпикура и Демокрита. Один стремится к познанию природы с ее непреложными законами, другому нет никакого дела до природы и ее изучения, если это не помогает человеку избавиться от страха смерти и страха загробных мучений. «Если бы нас никак не тревожили подозрения насчет небесных тел и смерти, заставляя думать, что они имеют к нам какое-то отношение, а еще и наше неведение пределов страданий и желаний, у нас не было бы никакой нужды в изучении природы». Одно это высказывание Эпикура позволяет понять причины его неблагодарности Демокриту. Итак, и чистое искусство, и чистая философия не представляют никакой ценности, подлинная философия есть не что иное как врачевание души, избавляющая ее от чувства вины и страха смерти, ведущая к истинному наслаждению.

Каноника. Хотя традиционно считается, что философия делилась, по Эпикуру, на три части: канонику, физику и этику, это не совсем так. Самостоятельности части, изучающей условия нашего познания, Эпикур не признавал. Она, как свидетельствует Сенека, была для Эпикура лишь придатком (accessio) учения о природе. Действительно, согласно Эпикуру, научить познанию, рассуждению и речи должно само изучение природы «Благодаря физике» — говорит эпикуреец Лукий Торкват в диалоге Цицерона — «может быть постигнуто и значение слов, и природа речи, и значение следований или отрицаний». Или, как говорит Диоген Лаэрций, «довольно для физика идти в ногу со словами о самих вещах». Именно физика является правилом или каноном Для познания всего, к ней восходят все суждения о вещах, именно она, а не формальные логические правила, позволяет отличить истинное от ложного. Поэтому Эпикур отрицал диалектику, не разрабатывал учение о силлогизме и выводе, пренебрегал учением об определении и родовидовом делении. Один из «святых отцов» (Иероним) суммировал эту направленность Эпикура в словах «Не заботься о том, как ты говоришь, но что ты говоришь». Эпикурпонимал, что, признав независимое существование науки о познании, он должен также признать наличие в человеке отдельно от тела существующего разума, что, как мы увидим, противоречило основам его философии. Поэтому так называемая каноника, учение о правилах познания, которому Эпикур посвятил сочинение «О критерии, или канон», должна пониматься как часть физики, как неотделимое от нее преддверие.

В качестве критериев истины Эпикур признавал ощущения (αισθήσεις), «предвосхищения» или общие понятия (προλήψεις) и страсти (πάθη), а позднейшие эпикурейцы добавили еще «фантастические броски мысли» (φανταστικαί έπιβολαι της διανοίας). Ощущение является критерием истины, поскольку ничто не может ни прибавить, ни убавить в его показаниях. Затем, ощущение неопровержимо, ведь однородные ощущения не могут опровергать друг друга в силу того, что они равносильны. А разнородные ощущения относятся к различным вещам. Не может ощущение быть опровергнуто рассуждением. Платон ошибается, согласно Эпикуру, пытаясь доказать ложность ощущений, ибо само доказательство и рассуждение полностью зависят от ощущений. Всякое мышление возникает из ощущений благодаря их случайному совпадению, сходству, подобию и соположению при некотором дополнении со стороны разума. Ощущение не просто показывает нам предмет, но показывает, каков он на самом деле. Скептицизм Демокрита, его учение о ясном и темном видах познания было чуждо Эпикуру, склонявшемуся к протагоровскому феноменализму: какою вещь кажется, такова она и на самом деле.

Как понимается Эпикуром ощущение? От твердых предметов отделяются их оттиски, или отпечатки (τύποι), подобные предметам по форме, сохраняющие соответствующее вещи положение и порядок, но гораздо более тонкие, чем вещи. Эпикур называет эти оттиски образками (είδωλα). Они, непрерывно отделяясь от поверхности твердого тела, с огромной скоростью разносятся в окружающей среде и могут проникнуть в любое отверстие. Мы не замечаем этого отделения, поскольку вещи, постоянно теряя свои слои, приобретают все новые и новые.

Оттиски долгое время могут сохранять порядок и положение атомов в твердом теле, однако могут они и перемешиваться между собой, и, кроме того, они с легкостью образуют в воздухе новые сочетания. Когда они в нас входят, мы видим и мыслим. Причем образы, попадающие в наши глаза или уши, всегда сохраняют порядок и положение атомов твердого тела, они подобны вещам формой и цветом, благодаря огромной скорости своего движения они создают в нас впечатление (φαντασία) единого и непрерывного предмета. А те образы, которые попадают в нас через другие поры, действуют непосредственно на ум, который есть самая тонкая и подвижная, материальная часть нашей материальной души. Эти образы, если верить Лукрецию, излагающему в четвертой книге «О природе вещей» эпикуровскую концепцию образов, превосходя тонкостью образы зрительные, часто являются смешением разных частей предметных отслоений. В силу образов этого второго рода у нас появляются такие образы, как образ кентавра, полуконя-получеловека, трехголового пса Кербера и т. д. Если такие образы, воздействовавшие на наш ум, получат подтверждение и не будут опровергнуты, возникнет ложь, если наоборот, истина. Образы сами по себе всегда истинны, ибо они сами есть объективная, вещная реальность, правильно отображающая положение и порядок атомов на поверхности твердых тел. Но поскольку иногда в образах происходит смешение правильного порядка атомов исходного тела, поскольку многие образы являются смешением различных образов различных вещей, то считать такие смешения и соединения образов соответствующими вещам будет уже ошибкой. Поэтому, хотя все образы реальны и истинны, мы всегда должны проводить различия между образами, отражающими сами вещи, и соединениями в один образ множества образов. Например, черт Ивана Карамазова в качестве ощущения, возникшего под действием множества образов, соединившихся в один, есть истинное ощущение, но когда мы станем считать, что ощущению черта соответствует единая телесная реальность, — мы выскажем ложное мнение. Представление о черте возникло в душе Ивана Карамазова, когда из образов, отслоившихся от некоторого множества предметов и беспорядочно носившихся в воздухе, а затем проникших в него, в его душе возник сложный образ некоего существа[5]. Итак, ощущения, по Эпикуру, всегда истинны, но мнения об ощущениях, суждения об ощущениях могут быть как истинными, так и ложными. Мы должны всегда поверять неявное и неочевидное тем, что всегда одинаково и ясно. От ощущений мы должны заключать к тому, что для нас неясно и неочевидно. Такое заключение называется у Эпикура суждением (λόγος). При этом мы должны следить за тем, чтобы неясное и неочевидное согласовалось с ясным и очевидным, т. е. чтобы наше мышление (έπίνοια), происходящее из ощущений, не отрывалось от них и не противоречило им. Философия не должна отказываться от общих суждений, но постоянно поверять их ощущением как наиболее очевидным в нашем познании.

Другим критерием истины Эпикур называл «предвосхищения» (προλήψεις). Когда мы говорим «Это человек образованный», мы при этом мыслим образ или оттиск (τύπος) человека, который в нас уже был до этого высказывания благодаря ощущениям. «Предвосхищение» — это «память о том, что часто являлось извне», т. е. память о многих однородных ощущениях одного и того же объекта. Предвосхищение в этом смысле есть и первое, наиболее ясное и понятное для нас значение слова, из которого нам всегда нужно исходить. Как пишет Т. В. Васильева, «предвосхищение ... это связанный со словом некий оттиск обозначаемого этим словом предмета, предварением какового оттиска были ощущения» (6: 240). Объяснить это первое значение логически, по Эпикуру, невозможно, оно основано только на закреплении повторяющихся ощущений и формировании на их основе ясного образа вещи. Без предвосхищения мы не могли бы ничего исследовать, сомневаться, иметь мнение и опровергать. Действительно, если я вижу вдали силуэт животного и не могу понять, корова это или лошадь, и хочу это исследовать, я уже должен был заранее знать форму быка и лошади. Вот это предваряющее мое исследование знание Эпикур называл предвосхищением. Предвосхищения нельзя понимать как независимую от чувств гносеологическую единицу. Они коренятся в наших ощущениях и суммируют их. «Предвосхищению» (πρόληψις) Эпикур противопоставляет «ложное понимание» (ψευδής ύπόληψις ). Например, у нас есть предвосхищения богов благодаря их образам, носящимся повсюду, однако представления о богах карающих и надзирающих суть ложные представления, не основанные ни на каком ясном ощущении или «предвосхищении» Да и первое и ясное значение слова «бог» (θεός) не несет в себе никаких следов концепции божественного возмездия и правосудия.

Физика. Мы уже говорили, что изучение природы не было в глазах Эпикура самоцелью, оно должно было освободить человеческую душу от ложных страхов и надежд, от страдания вообще. И хотя в основе эпикуровской физики лежит демокритовская концепция природы, все же эти учения не одинаковы. В основе физической теории Эпикура лежит ряд положений, которые, хотя и не даны непосредственно в ощущении, тем не менее ощущениям не противоречат и с ними согласуются. Отрицание этих положений ведет, по Эпикуру, к невозможным заключениям. Первое положение гласит, что из ничего не может возникнуть что-либо. Допущение возможности возникновения из небытия разрушает, по Эпикуру, всякую закономерность нашего мира. Если бы что-то возникало из небытия, любая вещь могла бы возникнуть из любой. Из воды выходили бы люди, из земли — рыбы и птицы, с небес слетал бы домашний скот и т. д. Не было бы никакой нужды в определенных семенах, из которых, по Эпикуру, возникают определенные вещи. Еще до появления христианства с его тезисом творения из ничего, Эпикур показывает, как такое учение разрушает на корню всякую возможность научного знания. Затем, если бы все разрушающееся переходило в небытие, то постепенно погибли и разрушились все вещи, что невозможно. Поэтому уничтожение вещей есть только их разложение на составные элементы, перестановка (μετάθεσις) элементов, их приток и отток и есть возникновение и уничтожение. Далее, Вселенная (то πάν) всегда была такой, какая она сейчас, и навсегда таковою останется. Никаких изменений для Вселенной как целого невозможно допустить, ибо это предполагало бы допущения небытия, влияющего на бытие.

Вселенная есть совокупность тел (σώματα) и пространства (τόπος). О существовании тел свидетельствует само ощущение, а пространство, т. е. пустоту и неосязаемую природу, необходимо предположить, чтобы объяснить возможность движения тел. «Если есть движение, то есть и пустота. Движение есть. Значит, есть и пустота». Хотя мы не видим и не осязаем пустоты, ее признание не противоречит нашим ощущениям, согласуется с ними. Поэтому данное умозаключение основано на ощущении. Пустота не может ни действовать, ни подвергаться воздействию. Она лишь дает телам пространство для движения. Они движутся в нем и через него. Пустота беспредельна. Пустота существует как в нашем мире, так и во всей Вселенной. Все остальное, что может быть усмотрено во Вселенной, есть только свойства (συμπτώματα, συμβεβηκότα) тел и пустоты. Тела делятся на два вида: сложные тела и те, из которых сложные состоят. Тела второго вида есть неделимые и неизменяемые, т. е. атомы, не имеющие в себе никакой пустоты, и поэтому неразрушимые. Пустота возникает только в сложных телах, отделяя одни атомы от других. На атомы ничто не может воздействовать, им свойственна свобода от претерпеваний (απάθεια). В них самих, как свидетельствует Плутарх, нет никакой по-родительной силы, они все производят благодаря своей твердости и противодействию друг другу. Атомы не могут быть нами увидены, они, как говорит доксограф Аэций, «созерцаемы только разумом», но их признание также не противоречит ощущениям. Мы видим, например, что невидимая сила ветра сносит крыши домов, поднимает морские волны, топит корабли, а поскольку на тело может действовать только тело, значит, мы можем допустить существование невидимых тел, и признание атомов не противоречит нашему чувственному опыту.

Вселенная бесконечна, если бы она была конечна, у нее была бы граница с чем-то иным, а таковым иным может быть только небытие, которого не существует. Во Вселенной бесконечно и количество тел, бесконечна и пустота. Если бы тел было бесконечное количество, а пространство было бы ограниченным, то бесконечное количество тел не вместились бы в ограниченном пространстве. А если бы было бесконечным пространство, а тел — ограниченное количество, то тела просто бы рассеялись в бесконечной пустоте. Помимо бесконечности Вселенная также не возникает и не уничтожается, не увеличивается и не уменьшается.

Существует огромное количество видов атомов, однако этих видов не бесконечное число, как учил Демокрит, число видов атомов только непостижимо (άπερίληπτος). Как говорит Плутарх, по Эпикуру «атомы не могут быть ни крючкообразными, ни трезубчатыми, ни кольцевидными, ибо эти формы легко ломаются, а атомы не должны быть подвержены внешнему воздействию». Число же самих атомов в том или ином виде бесконечно. Атомам свойственно вечное движение, не имеющее начала. В этом движении они сталкиваются между собой и сплетаются, образуя атомарные соединения.

Бесконечное число атомов делает возможным существование бесконечного числа миров (κόσμοι), ибо такое количество атомов не будет исчерпано созданием конечного количества миров. Одни из миров похожи на наш, другие — нет.

Атомы не имеют никаких качеств, присутствующих в воспринимаемом нами мире, кроме формы, веса и величины. Это необходимо, поскольку любое качество может изменяться, а атомы, по определению, лишены изменений. Бесконечное количество атомов вместе с их формами и весом должны, по Эпикуру, объяснить все качественное многообразие феноменального мира. Кроме того, нельзя считать, что атомы могут иметь любую величину, как, вероятно, полагал Демокрит. Для объяснения многообразия встречающихся нам качеств достаточно предположить, что у атомов есть некоторые различия в величине. Эпикур возражает в этом пункте Демокриту, исходя из тезиса своей каноники, гласящего, что все надо приводить в соответствие с ощущениями. Если бы существовали атомы любой величины, то мы бы их видели, чего не происходит. Демокрит мог, действительно, держаться тезиса о возможности существования атома любой величины, поскольку гносеологическая позиция великого Абдерита не предполагала такой веры в правильность нашего ощущения. Скорее наоборот. Кроме того, как свидетельствует Плутарх, Эпикур в отличие от Демокрита считал существенным свойством атома его вес, ибо благодаря весу осуществляется движение атомов. Демокрит же признавал только величину и форму[6].

Ограниченное и определенное тело не может состоять из бесконечного множества атомов, даже если они максимально малы. Ибо из бесконечного количества составных элементов не может получиться ограниченное тело, оно должно тогда быть бесконечным и беспредельным.

Все атомы независимо от своих размеров и веса в пустоте движутся с одинаковой и очень большой скоростью, пока не натолкнутся на какое-либо препятствие, т. е. пока не столкнутся друг с другом. Поэтому то, что мы называем скоростью или медленностью, есть только отсутствие противодействия или присутствие такового.

Важнейшим изменением, которое внес Эпикур в демокритовскую схему атомистики, является отклонение атомов, о котором говорят Лукреций, Цицерон и Плутарх. Атомы, первоначально движущиеся по прямой в силу своего веса, никогда не смогли бы столкнуться друг с другом и образовать соединения, если бы каждый атом в какой-то минимальный момент времени не начинал без всякой причины мало-помалу отклоняться от этой линии своего движения. Именно в силу такого отклонения стало возможным образование мира и всех его частей. Как замечает Цицерон, это учение было введено Эпикуром для преодоления необходимости судьбы (necessitas fati). Цицерон так поясняет эту мысль: «Это учение Эпикур ввел потому, что, действительно, если бы атом всегда двигался под воздействием естественной и необходимой тяжести, у нас не было бы никакой свободы, поскольку дух наш имел бы такое движение, которое полностью было бы обусловлено движением атомов». Таким образом, для того, чтобы уже в физике был заложен фундамент человеческой свободы, Эпикур идет против детерминизма атомистики Демокрита, вводя самопроизвольное отклонение атомов, не имеющее никакой физической причины. Противоречие этого учения с основным каркасом атомизма было подмечено стоиками, которые говорили, что, признав беспричинность отклонения, Эпикур признал и ничто. Действительно, Эпикур, строя свое учение для освобождения человека, возводит его на фундаменте демокритовской физики, которая таких целей перед собой не ставила. Отсюда противоречие между двумя системами атомистики и желание Эпикура поправить основанную на необходимости натурфилософию Демокрита, вводя учение о произвольном отклонении атомов.

Душа, по Эпикуру, не является самостоятельно существующей сущностью, чем-то бестелесным. Бестелесное не может ни действовать, ни подвергаться воздействию, что неверно относительно души. Она же есть состоящее из тонких частиц тело, рассеянное по всему организму, и похожее на воздух с примесью тепла. В душе имеется еще более тонкая часть, которой и принадлежат ощущения. Эта часть воспринимает то, что происходит с остальной душой и с физическим телом. Причем это восприятие обусловлено тем, что данная часть души «покрыта» всем остальным организмом. Благодаря ей и остальной организм получает участие в деятельности ощущения. При потере какого-либо из органов тела душа не лишается способности ощущения, тогда как при распаде всего тела, душа также распадается и рассеивается.

Формы, цвета и величины тел не являются чем-то самостоятельно существующим. Хотя Эпикур прекрасно понимает, что все они определяют природу того или иного тела, он не признает все это как составные части тела. И хотя для всех этих свойств существует собственное познание, все же познаваться они могут только в контексте всего тела. Форма, цвет и величина являются, по Эпикуру, существенными свойствами тела (συμβεβηκότα). Им он противопоставляет свойства случайные (συμπτώματα). Такие свойства не всегда сопутствуют телу и не определяют его природу. Без случайных свойств мы можем мыслить тело, тогда как без существенных — нет.

Все миры и все тела образовались из особых скоплений атомов, в них они и разрушаются. В том, что возник именно такой космос, а не иной, не заключено никакой необходимости. Эпикур отрицает, что какая-то бессмертная и блаженная сила может заботиться о космосе и упорядочивать его. Если быона это делала, она не была бы блаженной и самодостаточной, ей были бы свойственны заботы, гнев, милость.

Итак, изучение природы в ее главнейших причинах избавляет от страхов и дает блаженство. Однако, по Эпикуру, совершенно необязательно стремиться к точности в частностях физического знания. Совершенно необязательно знать, по какой именно причине всходит и заходит солнце и т. д. Многие знатоки этих деталей не были, по Эпикуру, свободны от страхов, ибо не знали главнейших причин всего происходящего. Как и Демокрит, Эпикур, будучи атомистом, не отрицает существования богов. Как доказательства их бытия он приводит следующие. Во-первых, знание богов является ясным и очевидным, оно написано в душах всех людей и имеется у всех народов вне зависимости от их учреждений, учений и обычаев. Универсальность этого знания свидетельствует о существовании тех объектов (богов), которые производят в нас это знание. Знание о богах появляется у нас благодаря их образам, посещающим нас во сне. Боги суть не что иное, как образы, производимые атомами в промежутках между мирами. Боги не являются твердыми телами, они своего рода контуры или формы (liniamenta, как говорит Цицерон), постоянно заполняемые новыми тончайшими атомами. Интересным моментом эпикуровской теологии является учение об антропоморфности богов. Поскольку самое совершенное тело есть тело человека, ибо только в нем может возникать разум, боги наделены подобием человеческого тела, подобием человеческой крови и органов. Боги проводят свою жизнь в беседах и размышлениях. Вторым аргументом, доказывающим бытие богов, является следующий: если бы существовало только смертное, в природе был бы перекос. Поэтому в силу принципа равновесия (ισονομία, aequilibritas), действующего во Вселенной, должно быть и бессмертное, а таковым являются боги.

В письме к Менекею Эпикур говорит, что признание определенных положений о богах является важнейшим началом блаженной жизни. Однако нельзя допустить, что боги управляют миром, вмешиваются в человеческие дела, наказывают порочных и вознаграждают добродетельных. Такое учение ложно, поскольку оно противоречит главным свойствам божественной природы, невозмутимости и блаженству. В учении о награде и наказании за те или иные деяния и добродетели Эпикур справедливо видит антропоморфизм: «Ибо, свыкаясь в течение всей своей жизни с собственными добродетелями, люди принимают и одобряют себе подобных, а все, что не таково, считают чуждым». Нечестив не тот, кто отвергает представление толпы о богах, но тот, кто приписывает богам эти представления. «Божественное же существо, будучи блаженным и неуничтожимым, и само ни о чем не хлопочет, и другим не доставляет хлопот, поэтому и не гневается, и не милосердствует, ибо все это свойственно лишь бессильному существу». Такое понимание бога должно заставить людей перестать бояться богов, изгнать из человеческой души страх, основу всех наших несчастий. Эпикуровская концепция божества резко противостоит платоновскому учению о божестве, создающем мир по своей благости, аристотелевской трактовки божества как начала мирового движения, стоической концепции вездесущего божественного провидения. Но зачем тогда признавать богов, какой от них прок? Многие античные враги эпикуреизма (Посидоний в сочувственном пересказе Цицерона) говорили, что Эпикур — тайный атеист. Однако у эпикурейцев был ответ на такие заявления. «Те, что поверили в наши пророчества о богах, возжаждут подражать их счастливому бытию», — говорит эпикуреец Филодем. В этом смысле, по свидетельству Аттика, Эпикур признавал, что от богов людям бывают благодеяние. Тот же Филодем говорит о своего рода мистическом опыте Эпикура: «И восхищается (Эпикур. — Д. Б.) их естеством и состоянием, пытается сблизиться с этим естеством и как бы прилепляется к нему, стараясь достичь его и пребывать с ним. Мудрецов зовет друзьями богов, а богов — друзьями мудрецов». Таким образом, концепция божества Эпикура — не прикрытие для тайного атеизма, как клеветали его враги, его божество, блаженное и свободное, пребывающее вне мира, проводящее все время в беседах и размышлениях, есть идеал, к которому нужно стремиться человеку, чтобы достичь счастья. Первоначальное, имеющееся у всех знание богов гарантирует каждому возможность достижения этого блаженного состояния.

Этика. Приступая к изучению этики Эпикура следует помнить, что этическая концепция Эпикура имеет мало общего с тем, что обычно называется «эпикурейством», т. е. с любовью ко всем и всяческим наслаждениям. Целью этики является определение блаженной, или счастливой, жизни. Основами счастья, по Эпикуру, являются надлежащее понимание божественной природы, о чем мы уже говорили, и отсутствие страха перед смертью. Страх смерти есть самое страшное зло, препятствующее нам достичь счастливой жизни. С избавлением от него у нас появится возможность избавиться и от всех прочих бед. Смерть не имеет к нам никакого отношения, поскольку всякое благо и зло для нас заключены в ощущении, а смерть есть полное прекращение ощущений. «Пока есть мы, смерти нет, когда есть смерть, нас нет», — говорит Эпикур.

Высшей целью счастливой жизни является телесное здоровье и невозмутимость души. «Ибо мы все делаем — утверждает Эпикур, — чтобы не страдать и не волноваться». Поэтому началом и целью счастливой жизни будет удовольствие или наслаждение, ведь мы можем наслаждаться только тогда, когда мы не страдаем и не волнуемся. Таким образом, определение счастья у Эпикура чисто отрицательное. Мы имеем потребность в удовольствии только тогда, когда мы страдаем, когда же страдания нет, мы не испытываем нужды и в удовольствии. «Предел величины удовольствий есть удаление всякого страдания. И где будет удовольствие, и все время пока оно будет, нет ни страдания, ни печали, ни того и другого вместе». Из-за этого удовольствие является мерилом, которым мы меряем всякое благо. Оно само есть первое и прирожденное нам благо. Говоря об удовольствиях, Эпикур не имеет в виду удовольствия развратников, гурманов, любителей праздности. Такие удовольствия не ведут ни к здоровью тела, ни к невозмутимости души. Значит, хотя всякое удовольствие благо, мы тем не менее должны производить выбор между удовольствиями, предпочитая одни другим. Мы должны выбирать те удовольствия, которые ведут к счастливой жизни, т. е. к большему количеству удовольствий, и избегать тех, которые ведут к страданиям и болезням. Хотя всякое удовольствие само по себе благо, но некоторые причины удовольствий могут привести к страданию, превышающему удовольствие. Иногда даже необходимо выбрать страдание — хотя любое страдание само по себе есть зло — если это страдание, в конце концов, приведет к удовольствиям.

Эпикур делит удовольствия на удовольствия покоя и удовольствия движения. Под первыми имеется в виду невозмутимость (αταραξία) и отсутствие телесных страданий (άπονία), под вторыми — радость и веселье. Первый вид удовольствий лучше, ибо в нем уже достигнута конечная цель счастливой жизни. Второй может сопровождаться страданием.Основными удовольствиями являются, по Эпикуру, телесные удовольствия. «Я не могу помыслить никакого блага, если будут исключены удовольствия вкуса, утехи плотской любви, удовольствия слуха и те приятные движения, которые образами воздействуют на зрение». Эпикур даже говорит, что началом и корнем всякого блага является удовольствие желудка, к которому можно возвести мудрость и изысканную культуру. Наслаждения духовные полностью сводимы к телесным, поскольку наш дух и душа имеют телесную природу. Однако духовные наслаждения могут быть интенсивнее телесных, ведь страдания души, по Эпикуру, сильнее страданий тела. Тело страдает только в настоящем, а душа может мучиться воспоминаниями, страдать от сознания боли сейчас, и волноваться из-за неясности будущего.

Не всякое желание следует удовлетворять. Эпикур делит желания на естественные и пустые, естественные, в свою очередь, делятся на необходимые и на просто естественные, необходимые же разделяются на необходимые для счастливой жизни, далее, на необходимые для телесного спокойствия и на необходимые для самой жизни. Необходимыми желаниями являются желания пищи и одежды. Желание плотской любви, по Эпикуру, естественно, но не необходимо. А желание роскошной одежды и изысканной пищи не естественно, не необходимо, но есть пустое желание.

Значит, для счастливой жизни необходим выбор, а он невозможен без рассуждения и разумения. Эпикур называет разумение величайшим благом, ибо только с его помощью можно прийти к счастливой жизни. «Нельзя жить в удовольствиях, если не жить разумно, хорошо и справедливо, также нельзя жить разумно, хорошо и справедливо, не живя в удовольствиях». Он даже говорит, что лучше терпеть несчастья, живя разумно, чем благоденствовать в неразумии.

Этика Эпикура индивидуалистична. Человек от природы не является общественным животным, как считал Аристотель. Он становится таковым только под действием нужды. Поэтому мудрец никогда не будет стремиться к общественной жизни, ибо она волнует и беспокоит душу. Мудрец будет заниматься общественной деятельностью только для того, чтобы обеспечить себе самосохранение. Эпикур выдвигает в качестве социального императива лозунг «Живи незаметно» (λάθε βιώσας). При этом Эпикур высоко ценил дружбу, и эпикурейцы славились в Античности своей преданностью друзьям.

Литература

1.Диоген Лаэртский. О ЖИЗНИ, учениях и изречениях знаменитых философов. М., 1979.

2.Лукреций. О природе вещей. Т. I-II. М., 1946-1947.

3.Тит Лукреций Кар. О природе вещей. М., 1983.

4.T.Lucretius Cams. De rerum natura. Ed. Josephus Martin. Lipsiae, 1957.

5.Epicurea. Ed. Hermannus Usener. Lipsiae, MDCCCLXXXVII.

6.Васильева Т. В. Комментарии к курсу истории античной философии. М., 2002.

7.De Vogel С. J. Greek philosophy. V. III. The Hellenistic-Roman Period. Leiden, 1959.

8.Маркс К. Из ранних произведений. М., 1956.

Эпикур родился в январе или феврале 341 г. до н. э., в юности он жил на Самосе и Теосе. Его отец был, по всей вероятности, школьным учителем. К философии Эпикур обратился в 14 лет, когда, будучи учителем словесности, прочитал сочинения Демокрита. Его учителем в философии становится демокритовец Навсифан. Эпикур становится учителем философии в 32 года, вначале в Митилене и Лампсаке, затем начиная с 307 г. — в Афинах, где он основывает свою школу. Школа располагалась в саду Эпикура, поэтому и называлась «Сад», а последователи Эпикура «философами из садов».

Эпикур написал около 300 сочинений, однако до нас дошли только «Письмо к Геродоту», излагающее общие принципы гносеологии и физики Эпикура, «Письмо к Пифоклу», посвященное небесным явлениям, «Письмо к Менекею», трактующее этическую часть учения, «Главные мысли». Остальное наследие Эпикура известно нам из фрагментов и изложения у других писателей. Как многие школьные учителя словесности, Эпикур не был мастером стиля, кроме того, греческий текст его сочинений подвергся значительным искажениям, поэтому зачастую бывает трудно судить о подлинной мысли Эпикура.

Эпикуровское понимание философии. Эпикур крайне далек от того, чтобы понимать философию как исследование теоретической истины, как поиск какого-то труднодоступного «чистого» знания. Его философия должна была служить самым насущным нуждам человека: избавлению человеческой души от страдания. Как врач стремится избавить от боли и болезни тело, так философ врачует душу, освобождая ее от страданий. Кто этого не делает, не есть философ. По Сексту Эмпирику, Эпикур определяет философию как «деятельность, речами и рассуждениями создающую счастливую жизнь». Философия ведет к мудрости, к конечной цели человеческого совершенства. Достигший этой цели уже не может снова впасть в невежество. Мудрецу уже совершенно чужды всякие мнения, которые, по Эпикуру, суть «священная болезнь». Однако мудрецом может стать не всякий: для этого нужно иметь тело с определенными свойствами, а кроме того, быть эллином, а не варваром. Эпикуру чужд космополитизм, проповедовавшийся стоиками, как истый афинянин он остается в этом верен заветам Аристотеля. Для истинной мудрости совершенно не нужны никакие сложные и отвлеченные науки, такие как математика. Здесь Эпикур выступает против прежде всего платоновского, а отчасти и аристотелевского понимания философии. Многие в Античности считали, что эпикуровское отвержение математических наук было вызвано его незнанием их. Однако, как говорит Лукий Торкват в цицероновском диалоге «О пределах добра и зла», «нет, Эпикур не был невеждой, невежды — это те, кто считает, чтодо самой старости нужно изучать то, чего стыдно было не выучить в детстве». Только те науки, которые помогают достичь счастья, стоят трудов по их изучению: «искусство (и наука. — Д. Б.) есть способность доставлять жизненную пользу». Нет пользы и в поэзии, поэтому Эпикур и говорил о «галдеже поэтов», «гомеровских глупословиях», «губительном обольщении сказаниями» и т. д. Эпикур и сам не был изящным писателем, и разные тонкости и красоты, которыми богато творчество, например, Платона, не вызывали у него одобрения. Ему совсем была чужда ирония платоновского Сократа, об элегантности которой говорил Цицерон. Враги эпикуреизма — тот же Цицерон и Плутарх — приписывают ему и неблагодарность к его собственным учителям в философии: к платонику Памфилу, к демокритовцу Навсифану. Цицерон пишет, что Эпикур высказывался против Пифагора, Платона, Эмпедокла, Аристотеля, и даже был неблагодарен по отношению к Демокриту. По Диогену Лаэрцию, Эпикур, играя словами, называл Демокрита (досл. по греч. «Народосуд») «Чепухосудом» (Ληρόκριτος). Враги говорят о честолюбии Эпикура, который не желал признать, что кто-то мог его учить. Если даже признать враждебное отношение Эпикура ко всем этим философам, совсем необязательно видеть в нем проявление жажды славы и неблагодарности. Не говоря уже о философах-идеалистах, Платоне и Аристотеле, мировоззрение которых оставляет, по Эпикуру, людей во мраке и страдании, и демокритовская концепция философии как незаинтересованного поиска физических причин не могла удовлетворить Эпикура. Как известно, молодой Маркс в своей докторской диссертации говорил о фундаментальнейших различиях понимания мудрости у Эпикура и Демокрита. Один стремится к познанию природы с ее непреложными законами, другому нет никакого дела до природы и ее изучения, если это не помогает человеку избавиться от страха смерти и страха загробных мучений. «Если бы нас никак не тревожили подозрения насчет небесных тел и смерти, заставляя думать, что они имеют к нам какое-то отношение, а еще и наше неведение пределов страданий и желаний, у нас не было бы никакой нужды в изучении природы». Одно это высказывание Эпикура позволяет понять причины его неблагодарности Демокриту. Итак, и чистое искусство, и чистая философия не представляют никакой ценности, подлинная философия есть не что иное как врачевание души, избавляющая ее от чувства вины и страха смерти, ведущая к истинному наслаждению.

Каноника. Хотя традиционно считается, что философия делилась, по Эпикуру, на три части: канонику, физику и этику, это не совсем так. Самостоятельности части, изучающей условия нашего познания, Эпикур не признавал. Она, как свидетельствует Сенека, была для Эпикура лишь придатком (accessio) учения о природе. Действительно, согласно Эпикуру, научить познанию, рассуждению и речи должно само изучение природы «Благодаря физике» — говорит эпикуреец Лукий Торкват в диалоге Цицерона — «может быть постигнуто и значение слов, и природа речи, и значение следований или отрицаний». Или, как говорит Диоген Лаэрций, «довольно для физика идти в ногу со словами о самих вещах». Именно физика является правилом или каноном Для познания всего, к ней восходят все суждения о вещах, именно она, а не формальные логические правила, позволяет отличить истинное от ложного. Поэтому Эпикур отрицал диалектику, не разрабатывал учение о силлогизме и выводе, пренебрегал учением об определении и родовидовом делении. Один из «святых отцов» (Иероним) суммировал эту направленность Эпикура в словах «Не заботься о том, как ты говоришь, но что ты говоришь». Эпикурпонимал, что, признав независимое существование науки о познании, он должен также признать наличие в человеке отдельно от тела существующего разума, что, как мы увидим, противоречило основам его философии. Поэтому так называемая каноника, учение о правилах познания, которому Эпикур посвятил сочинение «О критерии, или канон», должна пониматься как часть физики, как неотделимое от нее преддверие.

В качестве критериев истины Эпикур признавал ощущения (αισθήσεις), «предвосхищения» или общие понятия (προλήψεις) и страсти (πάθη), а позднейшие эпикурейцы добавили еще «фантастические броски мысли» (φανταστικαί έπιβολαι της διανοίας). Ощущение является критерием истины, поскольку ничто не может ни прибавить, ни убавить в его показаниях. Затем, ощущение неопровержимо, ведь однородные ощущения не могут опровергать друг друга в силу того, что они равносильны. А разнородные ощущения относятся к различным вещам. Не может ощущение быть опровергнуто рассуждением. Платон ошибается, согласно Эпикуру, пытаясь доказать ложность ощущений, ибо само доказательство и рассуждение полностью зависят от ощущений. Всякое мышление возникает из ощущений благодаря их случайному совпадению, сходству, подобию и соположению при некотором дополнении со стороны разума. Ощущение не просто показывает нам предмет, но показывает, каков он на самом деле. Скептицизм Демокрита, его учение о ясном и темном видах познания было чуждо Эпикуру, склонявшемуся к протагоровскому феноменализму: какою вещь кажется, такова она и на самом деле.

Как понимается Эпикуром ощущение? От твердых предметов отделяются их оттиски, или отпечатки (τύποι), подобные предметам по форме, сохраняющие соответствующее вещи положение и порядок, но гораздо более тонкие, чем вещи. Эпикур называет эти оттиски образками (είδωλα). Они, непрерывно отделяясь от поверхности твердого тела, с огромной скоростью разносятся в окружающей среде и могут проникнуть в любое отверстие. Мы не замечаем этого отделения, поскольку вещи, постоянно теряя свои слои, приобретают все новые и новые.

Оттиски долгое время могут сохранять порядок и положение атомов в твердом теле, однако могут они и перемешиваться между собой, и, кроме того, они с легкостью образуют в воздухе новые сочетания. Когда они в нас входят, мы видим и мыслим. Причем образы, попадающие в наши глаза или уши, всегда сохраняют порядок и положение атомов твердого тела, они подобны вещам формой и цветом, благодаря огромной скорости своего движения они создают в нас впечатление (φαντασία) единого и непрерывного предмета. А те образы, которые попадают в нас через другие поры, действуют непосредственно на ум, который есть самая тонкая и подвижная, материальная часть нашей материальной души. Эти образы, если верить Лукрецию, излагающему в четвертой книге «О природе вещей» эпикуровскую концепцию образов, превосходя тонкостью образы зрительные, часто являются смешением разных частей предметных отслоений. В силу образов этого второго рода у нас появляются такие образы, как образ кентавра, полуконя-получеловека, трехголового пса Кербера и т. д. Если такие образы, воздействовавшие на наш ум, получат подтверждение и не будут опровергнуты, возникнет ложь, если наоборот, истина. Образы сами по себе всегда истинны, ибо они сами есть объективная, вещная реальность, правильно отображающая положение и порядок атомов на поверхности твердых тел. Но поскольку иногда в образах происходит смешение правильного порядка атомов исходного тела, поскольку многие образы являются смешением различных образов различных вещей, то считать такие смешения и соединения образов соответствующими вещам будет уже ошибкой. Поэтому, хотя все образы реальны и истинны, мы всегда должны проводить различия между образами, отражающими сами вещи, и соединениями в один образ множества образов. Например, черт Ивана Карамазова в качестве ощущения, возникшего под действием множества образов, соединившихся в один, есть истинное ощущение, но когда мы станем считать, что ощущению черта соответствует единая телесная реальность, — мы выскажем ложное мнение. Представление о черте возникло в душе Ивана Карамазова, когда из образов, отслоившихся от некоторого множества предметов и беспорядочно носившихся в воздухе, а затем проникших в него, в его душе возник сложный образ некоего существа[5]. Итак, ощущения, по Эпикуру, всегда истинны, но мнения об ощущениях, суждения об ощущениях могут быть как истинными, так и ложными. Мы должны всегда поверять неявное и неочевидное тем, что всегда одинаково и ясно. От ощущений мы должны заключать к тому, что для нас неясно и неочевидно. Такое заключение называется у Эпикура суждением (λόγος). При этом мы должны следить за тем, чтобы неясное и неочевидное согласовалось с ясным и очевидным, т. е. чтобы наше мышление (έπίνοια), происходящее из ощущений, не отрывалось от них и не противоречило им. Философия не должна отказываться от общих суждений, но постоянно поверять их ощущением как наиболее очевидным в нашем познании.

Другим критерием истины Эпикур называл «предвосхищения» (προλήψεις). Когда мы говорим «Это человек образованный», мы при этом мыслим образ или оттиск (τύπος) человека, который в нас уже был до этого высказывания благодаря ощущениям. «Предвосхищение» — это «память о том, что часто являлось извне», т. е. память о многих однородных ощущениях одного и того же объекта. Предвосхищение в этом смысле есть и первое, наиболее ясное и понятное для нас значение слова, из которого нам всегда нужно исходить. Как пишет Т. В. Васильева, «предвосхищение ... это связанный со словом некий оттиск обозначаемого этим словом предмета, предварением какового оттиска были ощущения» (6: 240). Объяснить это первое значение логически, по Эпикуру, невозможно, оно основано только на закреплении повторяющихся ощущений и формировании на их основе ясного образа вещи. Без предвосхищения мы не могли бы ничего исследовать, сомневаться, иметь мнение и опровергать. Действительно, если я вижу вдали силуэт животного и не могу понять, корова это или лошадь, и хочу это исследовать, я уже должен был заранее знать форму быка и лошади. Вот это предваряющее мое исследование знание Эпикур называл предвосхищением. Предвосхищения нельзя понимать как независимую от чувств гносеологическую единицу. Они коренятся в наших ощущениях и суммируют их. «Предвосхищению» (πρόληψις) Эпикур противопоставляет «ложное понимание» (ψευδής ύπόληψις ). Например, у нас есть предвосхищения богов благодаря их образам, носящимся повсюду, однако представления о богах карающих и надзирающих суть ложные представления, не основанные ни на каком ясном ощущении или «предвосхищении» Да и первое и ясное значение слова «бог» (θεός) не несет в себе никаких следов концепции божественного возмездия и правосудия.

Физика. Мы уже говорили, что изучение природы не было в глазах Эпикура самоцелью, оно должно было освободить человеческую душу от ложных страхов и надежд, от страдания вообще. И хотя в основе эпикуровской физики лежит демокритовская концепция природы, все же эти учения не одинаковы. В основе физической теории Эпикура лежит ряд положений, которые, хотя и не даны непосредственно в ощущении, тем не менее ощущениям не противоречат и с ними согласуются. Отрицание этих положений ведет, по Эпикуру, к невозможным заключениям. Первое положение гласит, что из ничего не может возникнуть что-либо. Допущение возможности возникновения из небытия разрушает, по Эпикуру, всякую закономерность нашего мира. Если бы что-то возникало из небытия, любая вещь могла бы возникнуть из любой. Из воды выходили бы люди, из земли — рыбы и птицы, с небес слетал бы домашний скот и т. д. Не было бы никакой нужды в определенных семенах, из которых, по Эпикуру, возникают определенные вещи. Еще до появления христианства с его тезисом творения из ничего, Эпикур показывает, как такое учение разрушает на корню всякую возможность научного знания. Затем, если бы все разрушающееся переходило в небытие, то постепенно погибли и разрушились все вещи, что невозможно. Поэтому уничтожение вещей есть только их разложение на составные элементы, перестановка (μετάθεσις) элементов, их приток и отток и есть возникновение и уничтожение. Далее, Вселенная (то πάν) всегда была такой, какая она сейчас, и навсегда таковою останется. Никаких изменений для Вселенной как целого невозможно допустить, ибо это предполагало бы допущения небытия, влияющего на бытие.

Вселенная есть совокупность тел (σώματα) и пространства (τόπος). О существовании тел свидетельствует само ощущение, а пространство, т. е. пустоту и неосязаемую природу, необходимо предположить, чтобы объяснить возможность движения тел. «Если есть движение, то есть и пустота. Движение есть. Значит, есть и пустота». Хотя мы не видим и не осязаем пустоты, ее признание не противоречит нашим ощущениям, согласуется с ними. Поэтому данное умозаключение основано на ощущении. Пустота не может ни действовать, ни подвергаться воздействию. Она лишь дает телам пространство для движения. Они движутся в нем и через него. Пустота беспредельна. Пустота существует как в нашем мире, так и во всей Вселенной. Все остальное, что может быть усмотрено во Вселенной, есть только свойства (συμπτώματα, συμβεβηκότα) тел и пустоты. Тела делятся на два вида: сложные тела и те, из которых сложные состоят. Тела второго вида есть неделимые и неизменяемые, т. е. атомы, не имеющие в себе никакой пустоты, и поэтому неразрушимые. Пустота возникает только в сложных телах, отделяя одни атомы от других. На атомы ничто не может воздействовать, им свойственна свобода от претерпеваний (απάθεια). В них самих, как свидетельствует Плутарх, нет никакой по-родительной силы, они все производят благодаря своей твердости и противодействию друг другу. Атомы не могут быть нами увидены, они, как говорит доксограф Аэций, «созерцаемы только разумом», но их признание также не противоречит ощущениям. Мы видим, например, что невидимая сила ветра сносит крыши домов, поднимает морские волны, топит корабли, а поскольку на тело может действовать только тело, значит, мы можем допустить существование невидимых тел, и признание атомов не противоречит нашему чувственному опыту.

Вселенная бесконечна, если бы она была конечна, у нее была бы граница с чем-то иным, а таковым иным может быть только небытие, которого не существует. Во Вселенной бесконечно и количество тел, бесконечна и пустота. Если бы тел было бесконечное количество, а пространство было бы ограниченным, то бесконечное количество тел не вместились бы в ограниченном пространстве. А если бы было бесконечным пространство, а тел — ограниченное количество, то тела просто бы рассеялись в бесконечной пустоте. Помимо бесконечности Вселенная также не возникает и не уничтожается, не увеличивается и не уменьшается.

Существует огромное количество видов атомов, однако этих видов не бесконечное число, как учил Демокрит, число видов атомов только непостижимо (άπερίληπτος). Как говорит Плутарх, по Эпикуру «атомы не могут быть ни крючкообразными, ни трезубчатыми, ни кольцевидными, ибо эти формы легко ломаются, а атомы не должны быть подвержены внешнему воздействию». Число же самих атомов в том или ином виде бесконечно. Атомам свойственно вечное движение, не имеющее начала. В этом движении они сталкиваются между собой и сплетаются, образуя атомарные соединения.

Бесконечное число атомов делает возможным существование бесконечного числа миров (κόσμοι), ибо такое количество атомов не будет исчерпано созданием конечного количества миров. Одни из миров похожи на наш, другие — нет.

Атомы не имеют никаких качеств, присутствующих в воспринимаемом нами мире, кроме формы, веса и величины. Это необходимо, поскольку любое качество может изменяться, а атомы, по определению, лишены изменений. Бесконечное количество атомов вместе с их формами и весом должны, по Эпикуру, объяснить все качественное многообразие феноменального мира. Кроме того, нельзя считать, что атомы могут иметь любую величину, как, вероятно, полагал Демокрит. Для объяснения многообразия встречающихся нам качеств достаточно предположить, что у атомов есть некоторые различия в величине. Эпикур возражает в этом пункте Демокриту, исходя из тезиса своей каноники, гласящего, что все надо приводить в соответствие с ощущениями. Если бы существовали атомы любой величины, то мы бы их видели, чего не происходит. Демокрит мог, действительно, держаться тезиса о возможности существования атома любой величины, поскольку гносеологическая позиция великого Абдерита не предполагала такой веры в правильность нашего ощущения. Скорее наоборот. Кроме того, как свидетельствует Плутарх, Эпикур в отличие от Демокрита считал существенным свойством атома его вес, ибо благодаря весу осуществляется движение атомов. Демокрит же признавал только величину и форму[6].

Ограниченное и определенное тело не может состоять из бесконечного множества атомов, даже если они максимально малы. Ибо из бесконечного количества составных элементов не может получиться ограниченное тело, оно должно тогда быть бесконечным и беспредельным.

Все атомы независимо от своих размеров и веса в пустоте движутся с одинаковой и очень большой скоростью, пока не натолкнутся на какое-либо препятствие, т. е. пока не столкнутся друг с другом. Поэтому то, что мы называем скоростью или медленностью, есть только отсутствие противодействия или присутствие такового.

Важнейшим изменением, которое внес Эпикур в демокритовскую схему атомистики, является отклонение атомов, о котором говорят Лукреций, Цицерон и Плутарх. Атомы, первоначально движущиеся по прямой в силу своего веса, никогда не смогли бы столкнуться друг с другом и образовать соединения, если бы каждый атом в какой-то минимальный момент времени не начинал без всякой причины мало-помалу отклоняться от этой линии своего движения. Именно в силу такого отклонения стало возможным образование мира и всех его частей. Как замечает Цицерон, это учение было введено Эпикуром для преодоления необходимости судьбы (necessitas fati). Цицерон так поясняет эту мысль: «Это учение Эпикур ввел потому, что, действительно, если бы атом всегда двигался под воздействием естественной и необходимой тяжести, у нас не было бы никакой свободы, поскольку дух наш имел бы такое движение, которое полностью было бы обусловлено движением атомов». Таким образом, для того, чтобы уже в физике был заложен фундамент человеческой свободы, Эпикур идет против детерминизма атомистики Демокрита, вводя самопроизвольное отклонение атомов, не имеющее никакой физической причины. Противоречие этого учения с основным каркасом атомизма было подмечено стоиками, которые говорили, что, признав беспричинность отклонения, Эпикур признал и ничто. Действительно, Эпикур, строя свое учение для освобождения человека, возводит его на фундаменте демокритовской физики, которая таких целей перед собой не ставила. Отсюда противоречие между двумя системами атомистики и желание Эпикура поправить основанную на необходимости натурфилософию Демокрита, вводя учение о произвольном отклонении атомов.

Душа, по Эпикуру, не является самостоятельно существующей сущностью, чем-то бестелесным. Бестелесное не может ни действовать, ни подвергаться воздействию, что неверно относительно души. Она же есть состоящее из тонких частиц тело, рассеянное по всему организму, и похожее на воздух с примесью тепла. В душе имеется еще более тонкая часть, которой и принадлежат ощущения. Эта часть воспринимает то, что происходит с остальной душой и с физическим телом. Причем это восприятие обусловлено тем, что данная часть души «покрыта» всем остальным организмом. Благодаря ей и остальной организм получает участие в деятельности ощущения. При потере какого-либо из органов тела душа не лишается способности ощущения, тогда как при распаде всего тела, душа также распадается и рассеивается.

Формы, цвета и величины тел не являются чем-то самостоятельно существующим. Хотя Эпикур прекрасно понимает, что все они определяют природу того или иного тела, он не признает все это как составные части тела. И хотя для всех этих свойств существует собственное познание, все же познаваться они могут только в контексте всего тела. Форма, цвет и величина являются, по Эпикуру, существенными свойствами тела (συμβεβηκότα). Им он противопоставляет свойства случайные (συμπτώματα). Такие свойства не всегда сопутствуют телу и не определяют его природу. Без случайных свойств мы можем мыслить тело, тогда как без существенных — нет.

Все миры и все тела образовались из особых скоплений атомов, в них они и разрушаются. В том, что возник именно такой космос, а не иной, не заключено никакой необходимости. Эпикур отрицает, что какая-то бессмертная и блаженная сила может заботиться о космосе и упорядочивать его. Если быона это делала, она не была бы блаженной и самодостаточной, ей были бы свойственны заботы, гнев, милость.

Итак, изучение природы в ее главнейших причинах избавляет от страхов и дает блаженство. Однако, по Эпикуру, совершенно необязательно стремиться к точности в частностях физического знания. Совершенно необязательно знать, по какой именно причине всходит и заходит солнце и т. д. Многие знатоки этих деталей не были, по Эпикуру, свободны от страхов, ибо не знали главнейших причин всего происходящего. Как и Демокрит, Эпикур, будучи атомистом, не отрицает существования богов. Как доказательства их бытия он приводит следующие. Во-первых, знание богов является ясным и очевидным, оно написано в душах всех людей и имеется у всех народов вне зависимости от их учреждений, учений и обычаев. Универсальность этого знания свидетельствует о существовании тех объектов (богов), которые производят в нас это знание. Знание о богах появляется у нас благодаря их образам, посещающим нас во сне. Боги суть не что иное, как образы, производимые атомами в промежутках между мирами. Боги не являются твердыми телами, они своего рода контуры или формы (liniamenta, как говорит Цицерон), постоянно заполняемые новыми тончайшими атомами. Интересным моментом эпикуровской теологии является учение об антропоморфности богов. Поскольку самое совершенное тело есть тело человека, ибо только в нем может возникать разум, боги наделены подобием человеческого тела, подобием человеческой крови и органов. Боги проводят свою жизнь в беседах и размышлениях. Вторым аргументом, доказывающим бытие богов, является следующий: если бы существовало только смертное, в природе был бы перекос. Поэтому в силу принципа равновесия (ισονομία, aequilibritas), действующего во Вселенной, должно быть и бессмертное, а таковым являются боги.

В письме к Менекею Эпикур говорит, что признание определенных положений о богах является важнейшим началом блаженной жизни. Однако нельзя допустить, что боги управляют миром, вмешиваются в человеческие дела, наказывают порочных и вознаграждают добродетельных. Такое учение ложно, поскольку оно противоречит главным свойствам божественной природы, невозмутимости и блаженству. В учении о награде и наказании за те или иные деяния и добродетели Эпикур справедливо видит антропоморфизм: «Ибо, свыкаясь в течение всей своей жизни с собственными добродетелями, люди принимают и одобряют себе подобных, а все, что не таково, считают чуждым». Нечестив не тот, кто отвергает представление толпы о богах, но тот, кто приписывает богам эти представления. «Божественное же существо, будучи блаженным и неуничтожимым, и само ни о чем не хлопочет, и другим не доставляет хлопот, поэтому и не гневается, и не милосердствует, ибо все это свойственно лишь бессильному существу». Такое понимание бога должно заставить людей перестать бояться богов, изгнать из человеческой души страх, основу всех наших несчастий. Эпикуровская концепция божества резко противостоит платоновскому учению о божестве, создающем мир по своей благости, аристотелевской трактовки божества как начала мирового движения, стоической концепции вездесущего божественного провидения. Но зачем тогда признавать богов, какой от них прок? Многие античные враги эпикуреизма (Посидоний в сочувственном пересказе Цицерона) говорили, что Эпикур — тайный атеист. Однако у эпикурейцев был ответ на такие заявления. «Те, что поверили в наши пророчества о богах, возжаждут подражать их счастливому бытию», — говорит эпикуреец Филодем. В этом смысле, по свидетельству Аттика, Эпикур признавал, что от богов людям бывают благодеяние. Тот же Филодем говорит о своего рода мистическом опыте Эпикура: «И восхищается (Эпикур. — Д. Б.) их естеством и состоянием, пытается сблизиться с этим естеством и как бы прилепляется к нему, стараясь достичь его и пребывать с ним. Мудрецов зовет друзьями богов, а богов — друзьями мудрецов». Таким образом, концепция божества Эпикура — не прикрытие для тайного атеизма, как клеветали его враги, его божество, блаженное и свободное, пребывающее вне мира, проводящее все время в беседах и размышлениях, есть идеал, к которому нужно стремиться человеку, чтобы достичь счастья. Первоначальное, имеющееся у всех знание богов гарантирует каждому возможность достижения этого блаженного состояния.

Этика. Приступая к изучению этики Эпикура следует помнить, что этическая концепция Эпикура имеет мало общего с тем, что обычно называется «эпикурейством», т. е. с любовью ко всем и всяческим наслаждениям. Целью этики является определение блаженной, или счастливой, жизни. Основами счастья, по Эпикуру, являются надлежащее понимание божественной природы, о чем мы уже говорили, и отсутствие страха перед смертью. Страх смерти есть самое страшное зло, препятствующее нам достичь счастливой жизни. С избавлением от него у нас появится возможность избавиться и от всех прочих бед. Смерть не имеет к нам никакого отношения, поскольку всякое благо и зло для нас заключены в ощущении, а смерть есть полное прекращение ощущений. «Пока есть мы, смерти нет, когда есть смерть, нас нет», — говорит Эпикур.

Высшей целью счастливой жизни является телесное здоровье и невозмутимость души. «Ибо мы все делаем — утверждает Эпикур, — чтобы не страдать и не волноваться». Поэтому началом и целью счастливой жизни будет удовольствие или наслаждение, ведь мы можем наслаждаться только тогда, когда мы не страдаем и не волнуемся. Таким образом, определение счастья у Эпикура чисто отрицательное. Мы имеем потребность в удовольствии только тогда, когда мы страдаем, когда же страдания нет, мы не испытываем нужды и в удовольствии. «Предел величины удовольствий есть удаление всякого страдания. И где будет удовольствие, и все время пока оно будет, нет ни страдания, ни печали, ни того и другого вместе». Из-за этого удовольствие является мерилом, которым мы меряем всякое благо. Оно само есть первое и прирожденное нам благо. Говоря об удовольствиях, Эпикур не имеет в виду удовольствия развратников, гурманов, любителей праздности. Такие удовольствия не ведут ни к здоровью тела, ни к невозмутимости души. Значит, хотя всякое удовольствие благо, мы тем не менее должны производить выбор между удовольствиями, предпочитая одни другим. Мы должны выбирать те удовольствия, которые ведут к счастливой жизни, т. е. к большему количеству удовольствий, и избегать тех, которые ведут к страданиям и болезням. Хотя всякое удовольствие само по себе благо, но некоторые причины удовольствий могут привести к страданию, превышающему удовольствие. Иногда даже необходимо выбрать страдание — хотя любое страдание само по себе есть зло — если это страдание, в конце концов, приведет к удовольствиям.

Эпикур делит удовольствия на удовольствия покоя и удовольствия движения. Под первыми имеется в виду невозмутимость (αταραξία) и отсутствие телесных страданий (άπονία), под вторыми — радость и веселье. Первый вид удовольствий лучше, ибо в нем уже достигнута конечная цель счастливой жизни. Второй может сопровождаться страданием.Основными удовольствиями являются, по Эпикуру, телесные удовольствия. «Я не могу помыслить никакого блага, если будут исключены удовольствия вкуса, утехи плотской любви, удовольствия слуха и те приятные движения, которые образами воздействуют на зрение». Эпикур даже говорит, что началом и корнем всякого блага является удовольствие желудка, к которому можно возвести мудрость и изысканную культуру. Наслаждения духовные полностью сводимы к телесным, поскольку наш дух и душа имеют телесную природу. Однако духовные наслаждения могут быть интенсивнее телесных, ведь страдания души, по Эпикуру, сильнее страданий тела. Тело страдает только в настоящем, а душа может мучиться воспоминаниями, страдать от сознания боли сейчас, и волноваться из-за неясности будущего.

Не всякое желание следует удовлетворять. Эпикур делит желания на естественные и пустые, естественные, в свою очередь, делятся на необходимые и на просто естественные, необходимые же разделяются на необходимые для счастливой жизни, далее, на необходимые для телесного спокойствия и на необходимые для самой жизни. Необходимыми желаниями являются желания пищи и одежды. Желание плотской любви, по Эпикуру, естественно, но не необходимо. А желание роскошной одежды и изысканной пищи не естественно, не необходимо, но есть пустое желание.

Значит, для счастливой жизни необходим выбор, а он невозможен без рассуждения и разумения. Эпикур называет разумение величайшим благом, ибо только с его помощью можно прийти к счастливой жизни. «Нельзя жить в удовольствиях, если не жить разумно, хорошо и справедливо, также нельзя жить разумно, хорошо и справедливо, не живя в удовольствиях». Он даже говорит, что лучше терпеть несчастья, живя разумно, чем благоденствовать в неразумии.

Этика Эпикура индивидуалистична. Человек от природы не является общественным животным, как считал Аристотель. Он становится таковым только под действием нужды. Поэтому мудрец никогда не будет стремиться к общественной жизни, ибо она волнует и беспокоит душу. Мудрец будет заниматься общественной деятельностью только для того, чтобы обеспечить себе самосохранение. Эпикур выдвигает в качестве социального императива лозунг «Живи незаметно» (λάθε βιώσας). При этом Эпикур высоко ценил дружбу, и эпикурейцы славились в Античности своей преданностью друзьям.

Литература

1.Диоген Лаэртский. О ЖИЗНИ, учениях и изречениях знаменитых философов. М., 1979.

2.Лукреций. О природе вещей. Т. I-II. М., 1946-1947.

3.Тит Лукреций Кар. О природе вещей. М., 1983.

4.T.Lucretius Cams. De rerum natura. Ed. Josephus Martin. Lipsiae, 1957.

5.Epicurea. Ed. Hermannus Usener. Lipsiae, MDCCCLXXXVII.

6.Васильева Т. В. Комментарии к курсу истории античной философии. М., 2002.

7.De Vogel С. J. Greek philosophy. V. III. The Hellenistic-Roman Period. Leiden, 1959.

8.Маркс К. Из ранних произведений. М., 1956.

Эпикур

Эпикур

Эпикур (341–270 гг. до н.э.) родился на о. Самос, хотя по происхождению был афинянином, ибо его родители были колонистами из Афин. Впервые в Афинах Эпикур побывал в 323/322 гг. до н.э., а затем отправился в путешествие. В 306 г. до н.э. он возвращается в Афины и основывает школу, получившую название "Сад Эпикура". Считается, что Эпикур написал около 300 произведений, из которых до нас дошли отдельные фрагменты, письма и книга изречений "Главные мысли".

 

Эпикур был сторонником атомистического материализма, признавая, что все в мире состоит из атомов. Характеризуя атомы, Эпикур ввел новое понятие, которого не было ни у Левкиппа, ни у Демокрита — он считал, что атомы имеют вес. Именно вес атомов определяет их движение после первотолчка — атомы под действием своей тяжести начинают падать вниз в бесконечное пространство. Напомним, что Левкипп и Демокрит определяли движение атомов после первотолчка как равномерное во всех направлениях.

 

Признавая атомистическую теорию множественности миров, Эпикур фактически отказался от идеи богов, как родоначальников мироздания. По его мнению, боги живут в межмировом пространстве и пребывают в вечном блаженстве, никак не влияя на судьбы людей. Впоследствии, за эти слова Эпикур неоднократно обвинялся в атеизме, а после того как в Европе основной религией стало христианство, произведения Эпикура долгое время запрещались к публикации.

 

Также как предшествующие атомисты и отвергая учения Платона и Аристотеля, Эпикур считал душу материальным объектом, состоящим из определенного рода атомов, распространенных по всему телу. Важнейшей частью души является ум, расположенный в сердце.

 

Много места в своих сочинениях Эпикур посвятил проблеме познания. По его мнению, главный источник познания — ощущения, с помощью которых человек только и может получать какую-либо информацию об окружающем мире. Разум может развиваться тоже только на основе ощущений. Зависимость разума от ощущений Эпикур доводил до абсолюта, утверждая, что даже "видения безумцев и спящих тоже истинны", ибо эти видения не могут возникать сами по себе, а являются следствием каких-то ощущений.

 

Однако главное место в учении Эпикура все же занимало этическое учение. Например, подчеркивая подчиненность физики по отношению к знанию этики, он говорил: "Если не беспокоиться о небесных феноменах и не знать страха смерти, ее близкого дыхания, не искать границ наслаждения и страдания, то вряд ли была бы нужна наука о природе".

 

Утверждая материальное начало в сущности человеческой личности, Эпикур создал своеобразное учение о наслаждении, как цели жизни. Наслаждение состоит в удовлетворении естественных и необходимых потребностей и приводит сначала к достижению душевного спокойствия ("атараксия"), а затем и к счастью ("эвдемония").

 

Впоследствии, в обыденном мнении философия Эпикура получила сильно упрощенное толкование — эпикуреец тот, кто стремится познать все радости жизни, не останавливаясь ни перед чем, ради получения телесного наслаждения. Однако такое понимание эпикуреизма не имеет никакого отношения к истине.

 

Настоящее наслаждение, истинное удовольствие, по Эпикуру, — это "отсутствие телесного страдания". Он писал: "Когда мы говорим, что благо — наслаждение, то это не указание на обжор и лентяев, ветреников и прощелыг, которые игнорируют или не понимают нашего учения. Мы говорим и указываем на отсутствие телесного страдания, беспокойства. Это не непрерывные празднества, не томление младых дев, не все то, чем изобильный стол нас искушает, но трезвое обсуждение, доискивающееся последних причин каждого акта выбора или отказа, которое разоблачает все фальшивые мнения, от коих все душевные треволнения происходят".

 

Эпикур настаивал на удовлетворение естественных и именно необходимых потребностей, т.е. тех, которые связаны с сохранением жизни. Человек, постигший истину в эпикуровском понимании, научается отделять необходимые потребности от излишних и добровольно отказываться от последних. По большому счету, философию Эпикура можно признать аскетической, ибо он настаивал на максимальном ограничении списка необходимых потребностей, удовлетворение которых и позволяет достигнуть блаженства.

 

Приобретению полного счастья человеку мешают страхи, властвующие над ним, которые необходимо преодолевать. Эпикур выделял три вида страха:

 

1. Страх перед небесными явлениями.

 

Этот страх преодолевается знанием атомистической физики, космологии и астрономии, которые дают вполне логичное объяснение всем явлениям природы.

 

2. Страх перед богами.

 

Преодоление страха перед богами, по Эпикуру, заключалось в признании того факта, что боги сами пребывают в постоянном блаженстве и не собираются никаким образом вмешиваться в жизнь людей.

 

3. Страх перед смертью.

 

Являясь сторонником материалистической философии, Эпикур утверждал бессмысленность этого страха, ибо не существует никакой загробной жизни, сама человеческая душа, будучи материальной, смертна также как и тело, а значит ни к чему мучить себя мыслями о том, что будет после смерти. Знаменитым стал афоризм Эпикура, в котором философ утверждает мысль о том, что жизнь и смерть никогда не встречаются: "Пока мы живы — смерти нет, когда мы мертвы — нет жизни".

 

Интересно, что к принципиально неестественным потребностям Эпикур относил занятия политической и общественной деятельностью. Для него характерно превозношение частной жизни, сознательный отказ от жизни общественной. Девизом "Сада Эпикура" стали слова: "Проживи незаметно!".

 

Ученики и последователи Эпикура — эпикурейцы — высоко ценили радости частной жизни, дружбы. После закрытия "Сада Эпикура" в I в. до н.э. в Афинах, эпикурейские кружки продолжали существовать на территории Италии. А самым знаменитым эпикурейцем стал римский философ Тит Лукреций Кар, который в своем поэтическом произведении "О природе вещей" донес до нас многие мысли Эпикура.

 

 


© Все права защищены http://www.portal-slovo.ru

15 афоризмов Эпикура — Рамблер/субботний

Многие думают, что «эпикурейство» — учение о вседозволенности. Но не все так просто, и отнюдь не об этом говорил автор одной из самых знаменитых философских концепций античности.

Свою теорию Эпикур называл «каноникой», поскольку в ее основе лежит наука о критериях и канонах истины, наиболее верным путем познания которой он считал ощущения.

Конечно, счастье и удовольствие были основными «столпами» его идеологии, однако Эпикур, вопреки ошибочным представлениям, призывал отказываться от мимолетных радостей, для того, чтобы получить истинные: душевное спокойствие и телесное здоровье.

В круг его интересов входили не только заботы о человеке и его сущности, в представлениях о природе философ оказался близок к точке зрения физиков Нового Времени. Именно поэтому его часто называют основоположником эмпирического естествознания.

Эпикур был автором более трехсот работ, однако до нас дошла лишь малая их часть: несколько важных писем к друзьям и сборник афоризмов «Главные мысли».

Мы решили напомнить вам о концепции знаменитого философа и выбрали 15 наиболее интересных высказываний:

— Предел величины наслаждений есть устранение всякой боли. Где есть наслаждение и пока оно есть, там нет ни боли, ни страдания, ни того и другого вместе.

— Никакое наслаждение само по себе не есть зло; но средства достижения иных наслаждений доставляют куда больше хлопот, чем наслаждений.

— Бесполезно добиваться безопасности меж людей, если сохранять опасения о том, что в небе, под землей и вообще в бесконечности.

— Справедливость не существует сама по себе; это — договор о том, чтобы не причинять и не терпеть вреда, заключенный при общении людей и всегда применительно к тем местам, где он заключается.

— Из всего, что дает мудрость для счастья всей жизни, величайшее — это обретение дружбы.

— Желания бывают: одни — естественные и необходимые; другие — естественные, но не необходимые; третьи — не естественные и не необходимые, а порождаемые праздными мнениями.

— Естественное право есть договор о пользе, цель которого не причинять и не терпеть вреда.

— Случай мало имеет отношения к мудрому: все самое большое и главное устроил для него разум, как устраивает и будет устраивать во все время его жизни.

— Вера в бессмертие родилась из жажды ненасытных людей, безрассудно пользующихся временем, которое природа отпустила им. Мудрый найдёт это время достаточным, чтобы обойти весь круг достижимых наслаждений, и когда наступит пора смерти — насыщенному отойти от стола, освобождая место другим гостям. Для мудрого достаточно одной человеческой жизни, а глупый не будет знать, что ему делать с вечностью.

— Богатство, требуемое природой, ограниченно и легко достижимо; а богатство, требуемое праздными мнениями, простирается до бесконечности.

— Желания бывают: одни — естественные и необходимые; другие — естественные, но не необходимые; третьи — не естественные и не необходимые, а порождаемые праздными мнениями.

— Самое страшное из зол — смерть — не имеет к нам никакого отношения, так как, пока мы существуем, смерть еще отсутствует; когда же она приходит, мы уже не существуем.

— Кто праведен, в том меньше всего тревоги, кто неправеден, тот полон самой великой тревоги.

— Кто знает пределы жизни, тот знает, как легко избыть боль от недостатка, сделав этим жизнь совершенною; поэтому он вовсе не нуждается в действиях, влекущих за собою борьбу.

— Нельзя жить сладко, не живя разумно, хорошо и праведно; и нельзя жить разумно, хорошо и праведно, не живя сладко. У кого чего-нибудь недостает, чтобы жить разумно, хорошо и праведно, тот не может жить сладко.

Эпикур. Мысли и изречения древних с указанием источника

Эпикур

Эпикур (341–270 до н. э.), философ. Родился на о-ве Самос, в юности переехал в Афины, где основал собственную философскую школу («Сад Эпикура»).

Никакое наслаждение само по себе не есть зло; но средства достижения иных наслаждений доставляют куда больше хлопот, чем наслаждений.

«Главные мысли», VIII (49, с.438)

Кто праведен, в том меньше всего тревоги, кто неправеден, тот полон самой великой тревоги.

«Главные мысли», ХVII (49, с.439)

Нельзя получить от бесконечной жизни больше наслаждения, чем от того времени, которое мы представляем конечным.

«Главные мысли», ХIХ, в версии Цицерона («О пределах добра и зла», I, 19, 63) (167, с.67)

Нечестив не тот, кто отвергает богов толпы, а тот, кто принимает мнения толпы о богах.

«Письмо Менекею» (49, с.433)

Ничего нет страшного в жизни тому, кто по-настоящему понял, что нет ничего страшного в не-жизни.

«Письмо Менекею» (49, с.433)

Самое ужасное из зол, смерть, не имеет к нам никакого отношения; когда мы есть, то смерти еще нет, а когда смерть наступает, то нас уже нет. Таким образом, смерть не существует ни для живых, ни для мертвых.

«Письмо Менекею» (49, с.433)

Большинство людей то бегут смерти как величайшего из зол, то жаждут ее как отдохновения от зол жизни. А мудрец не уклоняется от жизни и не боится не-жизни, потому что жизнь ему не мешает, а не-жизнь не кажется злом.

«Письмо Менекею» (49, с.433)

Умение хорошо жить и хорошо умереть – это одна и та же наука.

«Письмо Менекею» (49, с.433)

Все, чего требует природа, легко достижимо, а все излишнее – трудно достижимо.

«Письмо Менекею» (49, с.435)

Лучше уж верить басням о богах, чем покоряться судьбе, выдуманной физиками, – басни дают надежду умилостивить богов почитанием, в судьбе же заключена неумолимая неизбежность.

«Письмо Менекею» (49, с.436)

Лучше с разумом быть несчастным, чем без разума быть счастливым.

«Письмо Менекею» (49, с.436)

Жизнь гибнет в откладывании, и каждый из нас умирает, не имея досуга.

«Ватиканское собрание изречений», 14 (103, с.219)

Никто, видя зло, не выбирает его, но попадается, прельщенный злом, как будто оно есть добро в сравнении с большим, чем оно, злом.

«Ватиканское собрание изречений», 16 (103, с.219)

В философии рядом с познанием бежит удовольствие: не после изучения бывает наслаждение, а одновременно бывает изучение и наслаждение.

«Ватиканское собрание изречений», 27 (103, с.220)

Иные всю жизнь готовят себе средства к жизни.

«Ватиканское собрание изречений», 30 (103, с.220)

Мы не столько имеем надобность в помощи друзей, сколько в уверенности относительно помощи.

«Ватиканское собрание изречений», 34 (103, с.220)

Кто говорит, что все происходит в силу необходимости, тот не может сделать никакого упрека тому, кто говорит, что все происходит не в силу необходимости: ибо он утверждает, что это самое происходит в силу необходимости.

«Ватиканское собрание изречений», 40 (103, с.221)

Глупо просить у богов то, что человек способен сам себе доставить.

«Ватиканское собрание изречений», 65 (103, с.223)

При философской дискуссии более выигрывает побежденный – в том отношении, что он умножает знания.

«Ватиканское собрание изречений», 74 (103, с.224)

Если бы бог внимал молитвам людей, то скоро все люди погибли бы, постоянно желая зла друг другу.

Из неизвестных сочинений, фрагм. 58 (103, с.233)

Большие страдания быстро выводят из жизни, а длительные не велики.

Из неизвестных сочинений, фрагм. 64 (103, с.233)

Кому малого недостаточно, тому ничего не достаточно.

Из неизвестных сочинений, фрагм. 69 (103, с.234)

Законы изданы ради мудрых – не для того, чтобы они не делали зла, а для того, чтобы им не делали зла.

Из неизвестных сочинений, фрагм. 81 (103, с.235)

Кто кажется страшным, тот не может быть свободным от страха.

Из неизвестных сочинений, фрагм. 84 (103, с.235)

Живи незаметно!

Из неизвестных сочинений, фрагм. 86 (103, с.236)

Даже под пыткою мудрец счастлив.

(Диоген Лаэртский, Х, 118) (49, с.431)

Гадания не существует, а если бы оно существовало, то предсказываемое следовало бы считать совершающимся помимо нас.

(Диоген Лаэртский, Х, 135) (49, с.436)

Эпикур (...) считает худшей душевную боль, потому что тело мучится лишь бурями настоящего, а душа – и прошлого, и настоящего, и будущего. Точно так же и наслаждения душевные больше, чем телесные.

(Диоген Лаэртский, Х, 137) (49, с.437)

Каждый уходит из жизни так, словно только что вошел.

Эпикур в версии Сенеки («Письма к Луцилию», 22, 14) (141, с.42)

Никогда не хотел я нравиться народу – ведь народ не любит того, что я знаю, а я не знаю того, что любит народ.

Сенека со ссылкой на Эпикура («Письма к Луцилию», 29, 10) (141, с.55)

Ни один глупец не является счастливым, ни один мудрец не является несчастным. (Мнение эпикурейцев.)

(Цицерон. «О пределах добра и зла», I, 18, 61) (167, с.67)

Данный текст является ознакомительным фрагментом.

Продолжение на ЛитРес

Читать "Эпикур" - Шакир-заде Аддин Садриддинович - Страница 6

Сохранившееся научное наследие Эпикура не исчерпывается упомянутыми выше четырьмя исключительно важными для нас творениями. Имеются еще два собрания отрывков из многочисленных сочинений и писем Эпикура.

В 1888 г. в библиотеке Ватикана была неожиданно найдена неизвестная до тех пор рукопись, оказавшаяся сборником изречений Эпикура. Этот сборник, известный как «Ватиканское собрание изречений» (см. 29, 612–623), более обширен, чем «Главные мысли»; он состоит из 81 отрывка и начинается словами «Обращение Эпикура». Некоторые отрывки этого «Обращения» совпадают с положениями «Главных мыслей». «Ватиканское собрание изречений» (впервые опубликовано в 1888 г, в журнале «Wiener Studien») в основном затрагивает этические вопросы, но в нем имеются также ценные сведения об естественнонаучных взглядах Эпикура. Уступая по своей связности и последовательности «Главным мыслям», этот сборник имеет, однако, то преимущество, что в нем представлен не только сам Эпикур, но и его близкие сподвижники по раннему «Саду» Метродор и Гермарх.

Другое собрание включает 87 отрывков из сочинений и писем Эпикура, приводимых в виде цитат в произведениях древнегреческих и римских авторов (см. 29, 624–649). Тут имеются выдержки из произведений Диогена Лаэрция, Плутарха, Секста Эмпирика, Стобея, Порфирия, Афинея, эпикурейца Филодема из Гадара в Койлесирии и других древних писателей. Сюда включены и отрывки из сочинений Эпикура, найденные в Геркуланских свитках.

«Ватиканское собрание изречений» и собрание отрывков из сочинений и писем Эпикура наряду с его тремя основными научными письмами и «Главными мыслями» составляют важный источник для изучения эпикурейской философии.

Как было сказано выше, кроме уже названных работ от ряда сочинений Эпикура до нас дошли одни заглавия, а от многих не сохранилось ничего. Наряду с вышеупомянутым главным трудом «О природе» перу Эпикура принадлежат такие не дошедшие до нас произведения, как «Об атомах и пустоте», «О критерии, или Канон», «Угол в атоме», «Об образах (идолах)», «О воображении», «Об осязании», «О зрении», «Хайредем, или о богах», «Против мегариков», «О справедливом поведении», «О судьбе», «О предзнаменованиях», «Об образах жизни», «Пир», «О цели жизни», «О любви», «О дарах и благодарности», «О справедливости и прочих добродетелях», «О музыке», и ряд других (см. 25, X, 27–28). Следует отметить, что, по мнению целого ряда исследователей древней атомистики, многие из этих несохранившихся сочинений Эпикура составляли целое событие в научной и философской жизни античного мира.

В течение большей части своей богатой событиями и наполненной творческим трудом жизни Эпикур вел обширную научную переписку с друзьями и знакомыми. Еще в древности (начиная со II в. до н. э.) эпикурейцы сами занимались собиранием и систематизацией научного наследия Эпикура и других вождей раннего «Сада». Так, известно одно такого рода собрание эпикурейца-математика Филонида «Извлечение из писем Эпикура, Метродора, Полиэния, Гермарха и их близких». В этом собрании извлечения из писем Эпикура и других ранних представителей его школы располагались в хронологической последовательности.

Имеется три научных перевода на русский язык философского наследия Эпикура. Перевод проф. И. А. Боричевского (1925 г.) включает письма Эпикура к Геродоту, Пифоклу, Менекею и ряд положений «Главных мыслей» (см. 50, 36–49, 60–74). В 1927 г. проф. А. О. Маковельский перевел (см. 25, 69—115) десятую книгу известного сочинения Диогена Лаэрция «Жизнеописания и учения замечательных в философии авторов в 10 книгах» («О жизни и учении Эпикура»).

Последний из русских переводов эпикурейского наследия принадлежит проф. С. И. Соболевскому и охватывает письма Эпикура к Геродоту, Пифоклу, Менекею, «Главные мысли», «Ватиканское собрание изречений», отрывки из известных сочинений, из писем, из неизвестных источников, т. е. почти все то, что дошло до нас из многочисленных работ Эпикура и эпикурейцев (см. 29, 526–662).

Вместе с тем приходится сожалеть о том, что до сих пор не имеется не только на русском, но и на других языках полного научно-критического издания, охватывающего все известное в настоящее время философское наследие Эпикура и его последователей.

Глава вторая

УЧЕНИЕ О БЫТИИ

Эпикур является преемником и продолжателем великого представителя материалистической мысли Греции Демокрита.

Если Демокрит наряду со своим учителем Левкиппом в отличие от первых стихийных диалектиков и наивных материалистов Древней Греции более четко и ясно сформулировал учение о первоначалах Вселенной, считая таковыми атомы и пустоту, и явился, таким образом, родоначальником атомизма, то Эпикур был самым крупным представителем возглавляемой Демокритом материалистической линии в античной философии.

Следует отметить, что в то время, когда жили и творили великие материалисты Древней Греции Демокрит и Эпикур, на первый план выдвигается проблема строения материи, вопрос о структуре материального первоначала, лежащего в основе мироздания. Большая заслуга в решении данной проблемы принадлежит материалистическим школам Демокрита — Эпикура и главным образом их основателям и вождям.

1. ОБ АТОМАХ

Важнейшим положением натурфилософии Эпикура является принцип сохранения материи. В письме к Геродоту Эпикур писал: «…ничто не происходит из несуществующего: (если бы это было так, то) все происходило бы из всего, нисколько не нуждаясь в семенах»(13, 38)[2].

Но раз невозможно возникновение существующего из несуществующего, нельзя также допустить мысли о возможности уничтожения существующего, его перехода в несуществующее. «…Если бы исчезающее погибало, (переходя) в несуществующее, [так что переставало бы существовать], то все вещи были бы уже погибшими, так как не было бы того, во что они разрешались бы» (13, 39; ср. 28, I, 215–218, 248–249). Эпикур считает, что вещи, будучи порождениями известных материальных первоначал — атомов, разлагаясь и уничтожаясь, должны неизбежно превращаться в те же атомы, из которых они возникли.

По Эпикуру, Вселенная существует вечно. «Вселенная всегда была такой, какова она теперь, — учил Эпикур Геродота, — и вечно останется такой же. Ведь нет ничего, во что она могла бы перейти. Ибо, кроме вселенной, нет ничего, что могло бы вторгнуться в нее и произвести (в ней) перемену» (25, X, 39; ср. 28, I, 224, 262–266 и II, 294–307). Идея Эпикура о вечности и неразрушимости материи была гениальной догадкой, предвосхищающей закон сохранения вещества.

Решительно отвергая божественное творение мира из ничего, Эпикур признавал его объективное существование. Ленин обращал особое внимание на материалистическую основу философии великого атомиста и, критикуя ошибочные взгляды Гегеля на учение Эпикура, указывал: «Вовсе скрал [NB] Гегель главное: [NB] бытие вещей вне сознания человека и независимо от него…» (12,288.)

Характеризуя основные элементы мироздания, Эпикур сводил их к первоначальным материальным телам и занимаемому этими телами пространству. «…Вселенная есть <тела и пространство> [состоит из тел и пространства]» (13, 39; ср. 14, 86 и 28, I, 419–421, 445–448), — писал он Геродоту.

Все тела Эпикур подразделял на два больших класса: «…в числе тел одни суть соединения, а другие — то, из чего образованы соединения» (13, 40; ср. 28, I, 483–484). Иными словами, первоначала, т. е. атомы, и то, что происходит из соединения и разложения этих первоначал, по его мнению, исчерпывают собой все содержание материального мира.

Атомы сами по себе неделимы, неизменны и неуничтожаемы.

Эпикур наивно полагал, что материальные первоначала, лежащие в основе мироздания и составляющие сложные тела, по своей природе должны быть неизменными, плотными и неразрушимыми. Поэтому он, как и другие представители античной атомистики, придерживался того взгляда, что мельчайшие, кстати тогда еще не известные науке, частицы материи являются далее неразложимыми и неделимыми (отсюда эти частицы, собственно, и были названы атомами: ατομος по-гречески означает неделимое).

Эпикуреизм - по ветвям / доктрине

Введение | История эпикурейства | Эпикуреизм и религия

Эпикуреизм - это философская система, основанная на учении Эпикура, основанная около 307 г. до н. Э. Он учит, что величайшее благо - это искать скромных удовольствий , чтобы достичь состояния спокойствия, , свободы от страха, («атараксия») и отсутствия телесной боли («апония»). Считается, что это сочетание состояний составляет счастья в его высшей форме, и поэтому эпикуреизм можно рассматривать как форму гедонизма, хотя он отличается своей концепцией счастья как отсутствие боли и своей защитой Простая жизнь .

Эпикур указывал, что это состояние покоя может быть достигнуто знанием работы мира и ограничением желаний . Таким образом, удовольствие должно было быть получено знанием , дружбой и проживанием добродетельной и умеренной жизни. Он восхвалял наслаждение «простыми удовольствиями» , под которыми он имел в виду воздержание от телесных желаний, таких как секс и аппетиты, граничащие с аскетизмом.Он советовал, что «веселая бедность - это почетное состояние».

Он приводил доводы в пользу умеренности во всем , так что, когда ест, например, , не следует есть слишком много , так как это может привести к неудовлетворенности позже , таким как несварение желудка или мрачное осознание того, что можно не позволить себе такие лакомства в будущем. Точно так же секс мог привести к усилению похоти и неудовлетворенности сексуальным партнером, а сам Эпикур оставался целомудренным.Даже обучения , культура и цивилизация не поощрялись, поскольку они могли привести к нарушению душевного покоя , за исключением тех случаев, когда знание могло помочь избавиться от религиозных страхов и суеверий , таких как страх перед боги и смерть.

Вообще говоря, эпикурейцы избегали политики как не принимавшие участия в поисках атараксии и апонии, а также как потенциальный источник неудовлетворенных желаний и разочарования, которых следовало избегать.Подобно Демокриту и Левкиппу до него, Эпикур был атомистом, полагая, что все материи , души и богов состоят из атомов , и даже мысли - это просто атомы, отклоняющиеся случайным образом на .

Эпикур был одним из первых, кто развил понятие справедливости как своего рода социального контракта , соглашения «ни причинять, ни вредить». Он утверждал, что законов и наказания в обществе важны для того, чтобы люди могли быть свободными для достижения счастья, а справедливый закон - это тот, который способствует продвижению человеческого счастья .В некотором отношении это был ранний вклад в гораздо более позднее развитие либерализма и утилитаризма.

В современном популярном употреблении , epicure - ценитель искусства жизни и утонченности чувственных удовольствий , особенно хорошей еды и питья, что связано с непониманием эпикурейской доктрины, провозглашенной христиан полемистов.

Эпикуреизм был первоначально задуман Эпикуром как вызов платонизму, хотя, возможно, Демокрит выдвинул очень похожую философию почти столетием ранее.Наряду со стоицизмом и скептицизмом) школа эпикуреизма позже стала одной из трех доминирующих школ эллинистической философии , прочно просуществовавшей в более поздней Римской империи . При жизни Эпикура в его состав входили Гермарх , Идоменей , Колот , Поляен и Метродорус .

Лукреций (99–55 до н.э.) был величайшим римским сторонником школы, сочинив эпическую поэму «De Rerum Natura» ( «О природе вещей» ) об эпикурейской философии природы. .Поэт Гораций (65 - 8 до н. Э.) И Юлий Цезарь (100 - 44 до н. Э.) Оба значительно склонялись к эпикурейству.

После официального утверждения христианства римским императором Константином (272 - 337) в 313 году нашей эры эпикуреизм был подавлен как , по сути, несовместимым с христианскими учениями, и школа пережила долгий период безвестности и снижение .

Более современных времен , французский философ и священник Пьер Гассенди (1592 - 1655) называл себя эпикурейцем (и пытался возродить доктрину), как и Томас Джефферсон (1743 - 1826) и Утилитарный Джереми Бентам.

Эпикуреизм подчеркивает нейтралитет богов и их невмешательство в человеческие жизни, хотя не отрицает существования богов, несмотря на некоторые тенденции к атеизму. Он задумал богов как блаженных и бессмертных , но материальных , существ, состоящих из атомов , населяющих пустых пространств между мирами в бескрайнем пространстве, слишком далеко, от земли, чтобы иметь хоть какой-то интерес к тому, что делал человек.Оно отвергает любую возможность загробной жизни , в то же время утверждая, что нужно , а не бояться смерти . Можно утверждать, что философия атеистична на практическом уровне , но избегает обвинений в атеизме на теоретическом уровне , тем самым избегая участи Сократа, которого судили и казнили за атеизм его убеждений.

Парадокс Эпикура - это самое раннее известное описание «Проблема зла» (см. Раздел Философия религии) и известный аргумент против существования всемогущего и провиденциального Бог или боги.Можно сказать: если Бог желает предотвратить зло, но не может, тогда Он не всемогущ ; если Он может, но не желает, тогда Он злонамеренный ; если Он и способен, и желает, тогда почему существует такая вещь, как зло ; а если Он не может и не желает, тогда зачем вообще называть Его Богом ?

Есть интересные параллели с Буддизмом , который аналогичным образом подчеркивает отсутствие божественного вмешательства и имеет аспекты атомизма.Буддизм также похож на эпикуреизм своей сдержанностью , включая веру в то, что великих эксцессов приводят к огромному неудовлетворенности .

Эпикур и его взгляд на счастье

Эпикур считается важной фигурой в истории науки и философии. Он утверждал, что мы должны только соразмерять веру эмпирическим свидетельствам и логике, и выдвинул научную точку зрения атомизма , согласно которой все факты в макроскопическом мире обусловлены конфигурацией атомов или неделимых элементов в микроскопическом мире.В этике он известен тем, что продвигал теорию гедонизма , согласно которой удовольствие является единственной внутренней ценностью. Однако, как мы увидим, его взгляд на удовольствие далек от стереотипов. Для Эпикура самая приятная жизнь - это та жизнь, в которой мы воздерживаемся от ненужных желаний и достигаем внутреннего спокойствия ( ataraxia ), довольствуясь простыми вещами и выбирая удовольствие от философской беседы с друзьями вместо погони за физическими удовольствиями, такими как еда. , пить и секс

Эпикур - Немного предыстории

Представьте себе пышный сад, полный свежих фруктов и овощей.Фигуры в облачениях ходят по дорожкам взад и вперед, время от времени останавливаясь, чтобы вовлечь друг друга в приятную беседу о науке, философии и искусстве. В одном углу менестрель играет на своей лире гармоничные аккорды. В другом - обсуждение свободы воли: учитель объясняет, что нет причин бояться богов и что люди имеют полную свободу выбирать свой собственный жизненный путь и обрести счастье здесь и сейчас. Дует прохладный ветер, когда вы вдыхаете воздух Средиземного океана среди красоты природы и общения друзей и семьи.Если вы вообразили все это, вы вообразили «Сад удовольствий» Эпикура, место, где он и его ученики будут собираться в поисках самой приятной из возможных жизней в этом мире.

Эпикур провел большую часть своей ранней жизни на острове Самос, афинском поселении недалеко от Эгейского полуострова. Он учился в Афинах и, усвоив философию Платона, Аристотеля и Демокрита, в конце концов вернулся туда, чтобы основать свою собственную школу «Сад», которая привлекла многих приверженцев.Эпикур считается важной фигурой в истории науки и философии. Он утверждал, что мы должны только соразмерять веру эмпирическим свидетельствам и логике, и выдвинул научную точку зрения атомизма , согласно которой все факты в макроскопическом мире обусловлены конфигурацией атомов или неделимых элементов в микроскопическом мире. В этике он известен тем, что продвигал теорию гедонизма , согласно которой удовольствие является единственной внутренней ценностью.Однако, как мы увидим, его взгляд на удовольствие далек от стереотипов. Для Эпикура самая приятная жизнь - это та жизнь, в которой мы воздерживаемся от ненужных желаний и достигаем внутреннего спокойствия ( ataraxia ), довольствуясь простыми вещами и выбирая удовольствие от философской беседы с друзьями вместо погони за физическими удовольствиями, такими как еда. , выпивка и секс.

Верный своей философии, Эпикур утверждал, что последние несколько дней жизни провел в удовольствии, несмотря на всю физическую боль, которую он испытывал.Как он пишет в своем письме к Идоменею:

Я написал это письмо вам в счастливый для меня день, который также является последним днем ​​моей жизни. На меня напали болезненная неспособность к мочеиспусканию, а также дизентерия, настолько сильная, что ничто не могло быть добавлено к жестокости моих страданий. Но жизнерадостность моего ума, происходящая от воспоминаний обо всех моих философских размышлениях, уравновешивает все эти невзгоды. И я прошу вас позаботиться о детях Метродора в манере, достойной преданности, проявленной этим молодым человеком мне и философии.

Здесь мы видим одну из техник Эпикура для достижения счастья даже в самой несчастной ситуации: вместо того, чтобы зацикливаться на боли, вспомните один из тех моментов в прошлом, когда вы были наиболее счастливы. Благодаря достаточной тренировке ума вы сможете достичь такой яркости воображения, что сможете заново пережить эти переживания и это счастье. Эту идею хорошо иллюстрирует Виктор Франкль, венский психиатр, который четыре года провел в различных концлагерях, включая Освенцим.Франкл пишет, что одной из немногих вещей, которые могли дать ему чувство счастья, было создание в воображении образа его любимой жены и участие в воображаемом разговоре с ней. Как он пишет: «Я цеплялся за образ жены, представляя его со сверхъестественной остротой. Я слышал, как она мне отвечает, видел ее улыбку, ее откровенный и ободряющий взгляд. Реальный или нет, но ее взгляд был тогда ярче, чем солнце, которое начинало восходить ». (Франкл, 1984, с. 57).

Эпикур. Счастье - это удовольствие

Хотя мы потеряли большую часть трактатов Эпикура по этике и счастью, его основные идеи очень четко изложены в его справедливо известном письме к Меноцею .Он начинает с утверждения, известного по Платону и Аристотелю: все мы желаем счастья как самоцели, а все остальное желательно как средство для достижения счастья. Но что такое счастье? Эпикур дает прямое определение под влиянием Аристиппа, ученика Сократа и основателя киренской философской школы:

«Удовольствие - это наше первое и родственное благо. Это отправная точка любого выбора и всякого отвращения, и к нему мы всегда возвращаемся, поскольку мы делаем чувство правилом, по которому можно судить обо всем хорошем.

Затем Эпикур утверждает, что есть два самовнушаемых убеждения, которые больше всего делают нашу жизнь несчастной или полной боли. Во-первых, это вера в то, что боги накажут нас за наши плохие поступки, а во-вторых, смерть - это то, чего следует опасаться. Оба эти убеждения вызывают страх и тревогу, и в них нет никакой необходимости, поскольку они основаны на выдумках. Хотя боги действительно существуют, будучи совершенными и вечными, они не имеют прямого отношения к человеческим делам.Таким образом, нам не нужно бояться какого-либо наказания с их стороны, и нам не нужно тратить время на утомительные дела благочестивого поклонения. Что касается смерти, он указывает, что, когда разумный опыт подходит к концу, не будет ощущения боли. Таким образом, страх смерти совершенно беспочвенен. В самом деле, он странно звучит как мастер дзэн, когда пишет: «Смерть бессмысленна для живых, потому что они живы, и бессмысленна для мертвых… потому что они мертвы».

Эпикур проводит важное различие между необходимыми и ненужными желаниями.Необходимые желания - это те, которые необходимы для достижения счастья, например, желание избавиться от телесной боли или состояние внутреннего спокойствия. Он пишет, что «цель всех наших действий - избавиться от боли и страха, и как только это достигается, буря души утихает». Только когда мы испытываем боль, мы чувствуем потребность искать удовольствия, потребность, которая неизбежно вызывает только большую боль. Чтобы избавиться от этого цикла «боль-удовольствие-боль», нам нужно развивать мышление, в котором нет боли.Таким образом, целью является не позитивное стремление к удовольствиям, как это было для Аристиппа. Скорее, цель состоит в достижении нейтрального состояния, которое лучше всего можно описать как «покой ума» или даже «пустоту», если использовать буддийское выражение. Греческое слово, которое Эпикур использует для обозначения этого состояния, - атараксия , что буквально означает «свобода от беспокойства».

Эпикур далее отмечает, что нам нужна мудрость, чтобы увидеть, какие удовольствия действительно доставляют удовольствие, а какие боли необходимы, чтобы доставить удовольствие. Некоторые удовольствия приводят к еще большей боли, например, употребление большого количества алкоголя, и поэтому мудрый человек будет их избегать.С другой стороны, определенные боли, такие как печаль, могут привести к признательности за жизнь или состраданию, что является очень приятным состоянием. Поэтому нам следует избавляться не от всех негативных эмоций, а только от тех, которые вызывают ненужные боли. Это, кстати, также один из основных выводов, которые делает позитивный психолог Эд Динер в своем последнем исследовании эмпирической основы счастья.

Эпикур - отворачиваясь от внешнего мира

Еще один из основных выводов недавнего исследования счастья касается ограниченной роли, которую внешние условия играют в том, чтобы сделать человека счастливым.Было обнаружено, что доход, брак, красивая внешность и даже выигрыш в лотерею лишь незначительно влияют на длительное счастье. Эпикур предвосхищает это, утверждая, что величайший секрет счастья - быть как можно более независимым от внешних факторов. Если вы довольны простыми вещами, вы никогда не разочаруетесь. Если вы вкладываете свой запас в ненужные удовольствия, такие как дорогостоящие предметы роскоши и еда, вы будете 1) расстроены, когда потеряете эти вещи, 2) захотите их получить и 3) постоянно будете стремиться к большей роскоши и, следовательно, к большему беспокойству и разочарованию.

В соответствии с этим мнением Эпикур осуждает «грубый гедонизм», который делает упор на физическое удовольствие, и вместо этого утверждает, что философское стремление к мудрости с близкими друзьями является величайшим из удовольствий;

«Итак, когда мы говорим, что удовольствие - это конец и цель, мы не имеем в виду удовольствия блудного сына или удовольствия чувственности, как мы понимаем, что мы делаем из-за невежества, предубеждений или преднамеренного искажения. Под удовольствием мы понимаем отсутствие боли в теле и неприятностей в душе.Это не непрерывная череда запоев и веселья, не сексуальная страсть, не наслаждение рыбой и другими деликатесами за роскошным столом, которые создают приятную жизнь. Это довольно трезвое рассуждение, поиск оснований для выбора и избегания и изгнание тех верований, которые приводят к смятению души ».

Основываясь на этой концепции счастья, именно философ является самым счастливым из всех людей, поскольку он предпочитает стабильные удовольствия знания временным и изменчивым удовольствиям тела.Эпикур завершает свое письмо, говоря, что если кто-то практикует эти заповеди, он станет «богом среди людей», поскольку он достигнет бессмертного состояния, даже находясь в смертном теле. Как он пишет:

«Упражняйтесь в этих заповедях днем ​​и ночью как в одиночку, так и с единомышленниками; тогда вы никогда, ни наяву, ни во сне, не потревожитесь, но будете жить как бог среди людей. Ибо человек теряет всякую видимость смертности, живя среди бессмертных благословений.

Обратите внимание на то внимание, которое Эпикур уделяет практике обетов «с единомышленниками». В согласии с Аристотелем Эпикур рассматривает незаменимую ценность дружбы как решающего фактора, побуждающего к достижению истинного счастья. Проблема в том, что чаще всего другие люди наносят ущерб нашему счастью, создавая ложную конкуренцию за ненужные удовольствия. Решение этой проблемы - удалить себя из обычного общества и создать особую коммуну, в которой вы взаимодействуете только с единомышленниками, ищущими мудрости.Создавая это видение, Эпикур, несомненно, повлиял на многих утопических мыслителей от Мора до Маркса, которые возлагают свои надежды на счастье на полное изменение социальных отношений, которые формируют ткань того, кем мы являемся как люди.

Заключение

Эпикур делает следующие утверждения о человеческом счастье:

  • Счастье - это удовольствие; все нужно делать ради связанных с ними приятных ощущений
  • Ложные убеждения вызывают ненужную боль; среди них, что боги накажут нас и что смерти следует опасаться
  • Есть необходимые и ненужные желания.Необходимые желания, такие как желание быть свободным от телесной боли, помогают обрести счастье, тогда как ненужные желания, такие как желание большей машины или более роскошной еды, обычно вызывают несчастье
  • Целью является не позитивное стремление к удовольствиям, а скорее отсутствие боли, нейтральное состояние, которое он называет «атараксия», то есть свобода от всех беспокойств, часто переводимая просто как «внутреннее спокойствие».
  • Это состояние атараксии может быть достигнуто посредством философского размышления, а не путем погони за грубыми физическими удовольствиями
  • Счастье - это не личное дело: его легче достичь в обществе, где единомышленники объединяются, чтобы вдохновлять друг друга. стремление к счастью

Библиография

«Письмо Менцею», http: // epicurus.net / en / menoeceus.html

«Письмо Идоменею», http://epicurus.net/en/idomeneus.html

«Письмо Геродоту», http://epicurus.net/en/herodotus.html

Эпикур: Природа смерти и цель жизни

Ранняя философия в Древней Греции стремилась объяснить природу Вселенной. Например, был Фалес Милетский, который довольно смело верил, что вся вселенная состоит из воды в той или иной форме. Это драматическое погружение в изучение метафизики было очень популярно среди ранних философов и неизбежно развивалось и воспроизводилось в различных формах.К тому времени, когда Эпикур родился в 341 г. до н.э. на острове Самос в Эгейском море, популярная философия сместила акцент с метафизики (определения природы вселенной) на личную этику. Это изменение было спровоцировано Сократом за сто лет до этого. Сократ через свои учения и лекции заставлял людей исследовать основные человеческие ценности и этику.

И из-за этого люди начали задавать себе очень глубокие и фундаментальные вопросы. Что значит быть нравственным? Какова истинная природа человеческой этики? Как жить своей жизнью?

Эпикур пытался ответить на эти вопросы.Его учение привлекло бы внимание своим резким отходом от общепринятых религиозных верований. Он был полон решимости помочь другим понять истинную цель жизни и приблизиться к пониманию природы смерти.

ЭМПИРИЧЕСКАЯ МУДРОСТЬ И ИСТИННАЯ ПРИРОДА БОГОВ

Мальчиком Эпикур обучался философии учеником Платона на острове Самос. Как человек, он прилежно изучал учения философов-атомистов Демокрита и Левкиппа. Эпикур в конечном итоге принял точку зрения, согласно которой вся вселенная состоит только из атомов и пустого пространства, и это направление мысли, к которому мы более привыкли.

Эпикур считал, что Вселенная логична и ведет себя с предсказуемыми тенденциями. Из-за этого он был ярым сторонником поиска истинного знания через наблюдаемый, объективно проверяемый феномен. В этом отношении его мышление было очень похоже на современный научный метод. Его убеждения противоречили широко распространенной идее о том, что знания можно найти через мифологию и религию.

Эта позиция не была принята большей частью Древней Греции. Похоже, что Эпикур отрицал существование богов, полагаясь на научную мысль.И действительно, Эпикур сказал, что «глупо молиться богам о том, чего он может достичь сам».

Излишне говорить, что это сделало его довольно непопулярным.

Сохраняя свою веру в то, что боги не определяют ход жизни человека, он также был ярым сторонником идеи свободы воли. Для Эпикура каждый человек был капитаном своего корабля. Вы можете выбрать добродетель или зло. Это твое решение.

Но если мы являемся автором своих собственных историй, то это может оказывать сильное давление на человека. Если я являюсь единственной силой, определяющей ход моей жизни, то как мне лучше всего вести свою жизнь ?! У Эпикура тоже был ответ.

КАК ВЕДИТЬ ЖИЗНЬ

Какова цель жизни? Для Эпикура цель жизни заключалась в том, чтобы обрести счастье через дружбу, жить смиренно и избегать боли и беспокойства. Он очень твердо верил, что, живя мирно и избегая страха и боли, мы сможем жить полноценной жизнью.Для Эпикура добродетельная жизнь и мирная жизнь были одним и тем же. Это видно, когда он заявляет…

«Невозможно жить приятной жизнью, не живя мудро, честно и справедливо, и невозможно жить мудро, честно и справедливо, не живя приятно».

Распространенное и ошибочное предположение Эпикура заключалось в том, что он способствовал обретению счастья через материальное богатство и поверхностные излишества.

Эпикур проповедовал прямо противоположное. Он считал, что богатый человек не тот, у кого больше всего, а скорее тот, кому нужно меньше всего.Он посоветовал нам: «Не портите то, что имеете, желая того, чего не имеете; помните, что то, что у вас есть сейчас, когда-то было среди тех, на что вы только надеялись ».

Согласно Эпикуру, мы все должны стремиться к жизни знания и воздержания, в окружении друзей и без страха и боли. Для Эпикура было одно препятствие, которое мучило сердца людей; именно это мешало нам жить счастливой и полноценной жизнью.

СМЕРТЬ - НИЧЕГО ДЛЯ НАС

Эпикур считал, что обретение мирной жизни, лишенной боли и страха, должно быть целью каждой жизни.Эпикур считал, что единственное, что удерживало людей от настоящего подвига, - это страх смерти.

г. Жители Древней Греции жили в постоянном страхе перед гневом богов. Они рассматривали свою земную жизнь как временное состояние. Их грехи и проступки будут сурово осуждены темпераментными и мстительными богами. Ожидание вечной боли и мучений от рук Танатоса, ужасающего олицетворения смерти, было обычным явлением в Древней Греции.Эпикур считал, что главным препятствием на пути к полноценной жизни был иррациональный страх навлечь на себя гнев богов и вечные страдания в логове Аида. Мы настолько озабочены страхом смерти, что отказываемся признавать жизнь.

Эпикур пытался исправить это. И он сделал это, объяснив природу смерти.

Для Эпикура весь мир был построен полностью из атомов и пустого пространства. Эпикур рассуждал, что человеческая душа не может быть построена из пустого пространства.Сознание (душа) очень тесно, очень динамично взаимодействует с телом. Это означало бы, что душа состоит из атомов, предположительно рассредоточенных по всему телу. Однако эти атомы были бы хрупкими. Эпикур учил, что в момент нашей смерти душа полностью испарится.

Смерть знаменует конец сознания и ощущений. Это означало бы, что мы не могли бы чувствовать никакой эмоциональной или физической боли. Если после смерти мы больше не способны чувствовать страх или боль, то глупо думать о смерти.Эпикур считал, что этот страх был препятствием на пути к истинному счастью в этой жизни. Если бы мы могли принять смерть, не игнорировать ее или мистифицировать ее, но искренне принять ее как конец существования, тогда мы могли бы найти счастье в этой жизни.

Как сказал сам Эпикур,

«Смерть нас не касается, потому что, пока мы существуем, смерти здесь нет. И как только это произойдет, мы больше не существуем ».

Эпикур считался пренебрежительным к религии и поэтому не нравился большей части Греции.Однако у него действительно появилось небольшое, но очень лояльное число последователей. Он основал философскую школу в Афинах под названием «Сад», в честь сада, которым он наслаждался в детстве на острове Самос.

В двух шагах от Платоновской академии Сад был одним из первых философских заведений, которые приветствовали как женщин, так и рабов. Эпикуреизм, название учения Эпикура, будет пересмотрен современными философами-этиками, такими как Джон Стюарт Милль и Джереми Бентам. Учение Эпикура звучит в Декларации независимости Соединенных Штатов: «жизнь, свобода и стремление к счастью.

Эпикур прожил свою жизнь, не боясь смерти. Он пытался научить других преследовать аналогичные цели. Он был человеком, который знал, что он хозяин своей жизни, единственный капитан своего корабля. Он вдохновлял других стремиться к научным знаниям и жить свободно.

Верный своим учениям, Эпикур описал последний день своей жизни в 270 г. до н.э. как «поистине счастливый день».

—-

«Эпикур: природа смерти и цель жизни» был Автор Ван Брайан

Эпикур и хорошая жизнь

На этой неделе мы поговорим об Эпикуре и хорошей жизни.В просторечии эпикуреец - это тот, кто «любит или приспособлен к роскоши или потворству чувственным удовольствиям; обладать роскошными вкусами или привычками, особенно в еде и питье ». Но древнегреческий философ Эпикур определенно не был эпикурейцем в этом смысле слова. Его философия на самом деле довольно далека от обычного эпикурейства.

Эпикур признал, что желание хорошей еды и хорошего вина было естественным. Но на самом деле он отверг такие желания как совершенно ненужные.И он, казалось, верил, что в конечном итоге погоня за ними поставит вас на жизнь, полную боли и страданий. По его мнению, настоящий ключ к человеческому счастью не в погоне за роскошью или чрезмерными чувственными удовольствиями. Скорее, это связано с отсутствием телесной боли и психических расстройств.

Но я не хочу, чтобы это звучало так, будто он был полностью против того, что мы могли бы назвать положительными удовольствиями. Он просто подумал, что мы должны преследовать правильные положительные удовольствия. Это были бы удовольствия, вызванные удовлетворением того, что он называл нашими естественными и необходимыми желаниями - простыми желаниями, такими как желание еды или компании хороших друзей.Он также считал, что состояние, в котором вы находитесь, когда вы свободны от боли и душевного расстройства, не как нейтральное состояние ни удовольствия, ни боли, а как положительное, хотя и «спокойное» состояние удовольствия.

Теперь, когда некоторые желания называются естественными и необходимыми, может показаться, что другие желания неестественны и / или ненужны. И именно об этом думал Эпикур. Мы уже приводили пример естественного, но ненужного желания - стремления к хорошей еде и напиткам - с упором на хорошее здесь.Примером совершенно неестественного желания является желание бессмертия - желание, порожденное необоснованным страхом смерти.

Хотя я уверен, что некоторые подумают, что желание не умирать - самая естественная вещь в мире и совершенно рациональная, Эпикур думал, что это желание просто мешает нам жить хорошо. Стремление к бессмертию неизбежно останется неудовлетворенным. Неудовлетворенные желания - основная причина боли и беспокойства. Одна из основных философских целей Эпикура заключалась в том, чтобы помочь людям освободиться от таких желаний и переориентировать их на простые и легкие удовольствия, возникающие в результате удовлетворения наших естественных и необходимых желаний.Он, казалось, верил, что если мы просто избавимся от таких вещей, как желание бессмертия, и невозмутимо встретим смерть, все будет в порядке.

Однако часть меня думает, что Эпикуру нужно прочитать своего Шекспира. Он говорит нам, что смерть - это неоткрытая страна, из которой не возвращается ни один путешественник. Это ставит в тупик волю и делает всех нас трусами. Это по своей природе и естественно отвратительно. Если Шекспир прав в этом, то бояться смерти было бы вполне разумно.

Но я вижу, что Эпикур настаивает на том, что Гамлет просто подтверждает точку зрения. Спросите себя, почему Гамлет считает эти пращи и стрелы невероятной удачи такими невыносимыми. Отчасти это происходит потому, что его собственный страх, что смерть будет еще более невыносимой, чем жизнь, подпитывает его и без того высокий уровень тревоги, создавая своего рода самоподдерживающуюся петлю обратной связи. Как следствие, он все время скулит о своей жизни и о том, как он несчастен. А самозабвенное нытье мешает ему получать удовольствие от жизни.

Я слышу, как кто-то возражает, и в этом есть смысл. Как бы плохо ни была жизнь, смерть еще хуже. На самом деле, это бесконечно хуже, так как это длится вечно.

Но на самом деле я думаю, что Гамлет действительно не прав. Я признаю, что в зависимости от того, как именно вы умираете, смерть может быть плохой вещью. Кто хочет умереть ужасной и мучительной смертью или в какой-нибудь бесплодной, проигранной войне? Но состояние мертвого? Это ни хорошо, ни плохо. Это не вещь! Когда Гамлет умирает, Гамлет не в каком-то ужасном состоянии.Он просто, ну, ушел. После смерти Гамлета не остается Гамлета, который испытывал бы ни страдания, ни радость.

Вы можете задаться вопросом, утешает ли это мысль. В конце концов, людям кажется ужасающей перспектива бесконечного забвения. Нам так ужасно то, что мы изобрели загробную жизнь, чтобы уменьшить ужас. Так что мы не готовы принять бесконечное забвение как панацею от всего, что беспокоит нас в жизни.

Но в свете Эпикура идея загробной жизни - это не только ложное утешение, но и вообще ненужное.Бесконечное забвение, которое следует за смертью, не должно больше ужасать, чем бесконечное забвение, предшествующее рождению. Одно для них не лучше и не хуже другого.

Если вы собираетесь отвлечься от философии Эпикура, последний пункт - чрезвычайно хороший кандидат. Я думаю, что это одно из его самых глубоких и важных открытий. Но Эпикур - это нечто большее, чем это. Он очаровательный и провокационный философ.И в этой записи в блоге я лишь слегка коснулся его богатой и сложной системы. Но если вы послушаете нашу серию, вы узнаете намного больше об интригующем, глубоком, широко влиятельном, но также широко недопонятом философе Эпикуре.

Эпикурейская философия: стратегии обретения счастья

Как философы, так и психологи сделали много открытий в отношении понятия счастья. Одним из великих умов, которые сосредоточились на концепции счастья, был Эпикур, греческий философ, живший между 341 и 270 годами до нашей эры.

Эпикур был согласен с другими философами в том, что счастье - это наше высшее человеческое стремление, но он предложил нечто совершенно иное, чем предлагали другие, с точки зрения того, как это может выглядеть в нашем принятии решений и поведении.

Многие философы полагали, что испытывать удовольствие и счастье - значит позволять себе чрезмерно увлекаться вещами и получать от них удовольствие. Эпикур, с другой стороны, полагал, что удовольствие можно найти в простой жизни.

Иллюстрация Джессики Ола, Verywell

Эпикурейский образ жизни

Эпикур предложил, чтобы испытать умиротворение, узнать, как устроен мир, и ограничить свои желания.Для него удовольствие должно было быть получено с помощью таких вещей, как:

  • Знания
  • Дружба
  • Сообщество
  • Жить добродетельной жизнью
  • Умеренный образ жизни
  • Умеренность во всем
  • Воздержание от телесных желаний

Термин «умеренный климат» означает умеренный или умеренный стиль жизни. Итак, хотя он предположил, что мы заинтересованы в поисках удовольствий, Эпикур имел совершенно иное представление о том, как это выглядит в повседневной жизни.

Перспектива и учение Эпикура были названы «безмятежным гедонизмом».

Термин гедонизм в философии относится к представлению о том, что удовольствие - это самое важное стремление человечества и источник всего хорошего. Гедонистами считаются те, кто делает делом своей жизни получение максимального удовольствия. Их принятие решений и поведение мотивированы желанием получить удовольствие.

Убеждения Эпикура

Когда дело доходило до счастья, Эпикур думал об удовольствиях, желаниях, образе жизни и многом другом.

Счастье

Есть три состояния, в которых Эпикур считается счастьем.

Факторы счастья

  1. Спокойствие
  2. Свобода от страха (атараксия)
  3. Отсутствие телесной боли (апония)

Именно такая комбинация факторов в конечном итоге позволит людям испытать счастье на высшем уровне. Хотя это может показаться невозможным достичь или поддержать, есть люди, которые следуют эпикурейским верованиям и стремятся испытать этот уровень счастья в своей жизни.

Эпикур предположил, что есть один фактор, способный разрушить удовольствие, а именно беспокойство о нашем будущем. Хотя он предположил, что это больше связано с отсутствием страха перед богами или смертью, идея о том, что мы будем бояться чего-либо в нашем будущем, считалась препятствием для нашего опыта удовольствия, спокойствия и счастья.

Удовольствие и боль

Эпикур выделил два типа удовольствия - движущееся и статическое - и описал две области удовольствия и боли - физическое и умственное.

Удовольствие от движения означает активное нахождение в процессе удовлетворения желания. Примером этого может быть прием пищи, когда вы чувствуете голод. В такие моменты мы предпринимаем действия для достижения намеченной цели - получения удовольствия.

Другой тип удовольствия, статическое удовольствие, относится к опыту, который мы получаем после того, как наше желание исполняется. Если использовать пример еды, когда мы голодны, статическое удовольствие - это то, что мы чувствуем после еды. Удовольствие от ощущения сытости и отсутствия потребности (голода) было бы статическим удовольствием.

Эпикур предположил, что статические удовольствия являются предпочтительной формой удовольствия.

Он предположил, что физические удовольствия и страдания связаны с настоящим. Душевные удовольствия и боли были связаны с прошлым и будущим.

Примеры этого могут включать положительные воспоминания о прошлых событиях или переживаниях, которые приносят нам чувство радости или удовольствия, или, наоборот, неприятные воспоминания о нашем прошлом, которые приносят нам боль. Глядя в будущее, мы можем испытывать надежду или страх, испытывая удовольствие или боль от того, что нас ждет.

желаний

Эпикур выделил три типа желаний:

  • Естественные и необходимые желания: Примеры этого могут включать такие вещи, как еда и кров. Эти вещи легче удовлетворить, и их трудно или невозможно исключить из нашей жизни.
  • Естественные и ненужные желания: Это относится к таким вещам, как деликатесы и предметы роскоши. Они представляют собой вещи, которые труднее удовлетворить и которые могут в конечном итоге причинить нам боль в результате невыполненных желаний.Эпикур предположил, что лучше всего свести к минимуму или полностью исключить этот тип желания, чтобы обрести покой.
  • Напрасные и пустые желания: Примеры включают такие вещи, как власть, статус, богатство или слава. Это трудные вещи для достижения или достижения, и вряд ли они могут быть удовлетворены. Он утверждает, что, поскольку этим желаниям нет предела, они никогда не смогут полностью удовлетворить или доставить удовольствие. Следовательно, у нас нет мотивации выполнять эти желания, чтобы помочь себе достичь большего счастья и удовольствия.

Дружба

Эпикур подчеркивал важность дружбы. Фактически, он предположил, что дружба - одно из величайших средств получения удовольствия.

Эпикур считал, что связь с друзьями дает чувство безопасности, тогда как отсутствие связи может привести к изоляции, отчаянию и опасности.

Хотя наша современная культура имеет тенденцию подчеркивать идею индивидуального образа жизни, когда самодостаточность и отсутствие зависимости от других может восприниматься как сила, эпикурейцы верят, что сила находится в связи и дружбе с другими.

Смелость также была высоко ценимой добродетелью Эпикура. Что касается дружбы, он даже посоветовал проявить мужество, чтобы отдать жизнь за своих друзей.

Лекарство от несчастья

Эпикур создал то, что называют лекарством от несчастья, состоящим из четырех частей. Термин «тетрафармакос» означает лекарство из четырех частей или из четырех частей. Первоначально этот термин означал медицинское противоядие или лечебную смесь, которую нужно принимать как лекарство от болезней.

Последователи Эпикура, известные как эпикурейцы, предполагают, что это формула преодоления неприятных чувств, таких как страх, тревога или отчаяние.

Лекарство от несчастья из 4 частей

  • Богу нечего бояться
  • Смерть - не о чем беспокоиться
  • Приобрести хорошее в жизни легко
  • Страшные вещи терпеть легко

Эпикур не предполагает, что боли можно полностью избежать. Тем не менее, он предполагает, что боль можно терпеть, и мы даже можем стремиться испытать счастье, испытывая эмоциональную или физическую боль.

Эпикур заявил: «Медитируй над этими днями и ночами, а также над теми, которые связаны с ними, как наедине, так и с кем-то вроде тебя, и ты никогда не будешь сильно обеспокоен, будь то бодрствование или сон."

Он подчеркивает, что нужно сосредоточиться на этих утверждениях, чтобы бросить вызов страхам, переосмыслить мысли и обрести новую перспективу, чтобы продолжать искать счастье и спокойствие. Эпикур также заявил, что должен делать эту медитацию с единомышленниками.

Приложения к современной жизни

Жизнь неопределенна, и в конечном итоге мы не можем избежать боли или уязвимости. Мы столкнемся с болью и уязвимостью как с частью нашего человеческого опыта. Позитивная жизнь и стремление поддерживать чувство мира, счастья и спокойствия все еще могут быть движущим желанием, когда мы проходим через наш жизненный опыт.

Хотя эпикурейская философия предполагает, что цель жизни - счастье, она также признает, что иногда удовольствие может приводить к боли, а иногда боль необходима для достижения счастья.

Стремясь жить более позитивно, мы можем включить эпикурейские убеждения в свой образ жизни и в процесс принятия личных решений. Из идей, описанных и изложенных Эпикуром в свое время, общим является личный выбор. Мы не всегда можем избежать боли и чувства страха, но, возможно, он предлагает нам выбрать (или не захотеть) оставаться в боли и страхе.

Это может означать, что мы избавляемся от лишних вещей, избавляемся от ожиданий, перестаем связывать счастье с такими вещами, как статус, богатство или слава, и пересматриваем наши ограничивающие убеждения.

Минимализм

То, что некоторые люди тогда называли спокойной и умеренной жизнью, в наше время более признано минимализмом. Минимализм предполагает, что, живя с меньшим, мы можем испытать больший покой и свободу.

Как предположил Эпикур, свобода от ненужных вещей дает большую свободу страха, свободу от беспокойства, свободу от депрессии или сожаления и свободу от ожиданий.

Как описывают минималисты Джошуа Филдс Милберн и Райан Никодемус: «Минимализм - это инструмент, позволяющий избавиться от излишеств жизни в пользу сосредоточения на том, что важно, а значит, вы можете найти счастье, удовлетворение и свободу». Как предположил Эпикур, элементом счастья является «атараксия», что означает свободу от страха или беспокойства. Он предлагает, чтобы быть счастливыми, мы должны отвернуться от внешних вещей.

Минималистский образ жизни предлагает пример того, как может выглядеть эпикурейский образ жизни в наше время.

Личные финансы

Философия Эпикурейца также может быть применена к вашей финансовой жизни. Поскольку эта философия подчеркивает, что счастье часто приходит из простых удовольствий, можно находить радость в вещах, не тратя много денег.

Согласно эпикурейской точке зрения, то, что доставляет удовольствие, на самом деле может стать менее приятным, если за это придется заплатить значительную цену. Например, вам может нравиться водить новый роскошный внедорожник, но высокая цена, связанная с ним, может свести на нет большую часть вашего удовольствия.

Используя эпикурейский подход, вместо того, чтобы сосредоточить свои усилия на приобретении дорогих материальных ценностей, вы вместо этого обретете большее удовольствие и счастье:

  • Наслаждаемся вещами в меру
  • Жить скромно по средствам
  • Удовольствие от самых важных для вас вещей и впечатлений
  • Накопление денег на пенсию, чтобы помочь справиться со страхами на будущее

Переосмысление мыслей

Когда кто-то спрашивает нас: «Как выглядит счастье?» мы можем легко придумать образ финансовых ресурсов, определенного внешнего вида, определенных вещей, таких как автомобиль или дом, отпуск, время с друзьями или семьей, конкретная карьера и т. д.

По мере того, как мы идем по жизни, мы обретаем понимание нашего мира, делая наблюдения и придавая значение тому, что мы наблюдаем. Часть нашего образа счастья становится связанной с предметами, людьми и обстоятельствами - внешними вещами, которые могут измениться в любой момент, причинить нам боль или заставить нас жаждать большего.

Чтобы принять эпикурейский подход к жизни, нам нужно не только упорядочить свое физическое пространство, но и заняться тем, что происходит в нашем сознании, бросив вызов существующим представлениям о счастье, о том, что значит быть счастливым, и о том, как мы стремимся достичь счастья с помощью нашего решения. создание и поведение.

Найдите позитив и сосредоточьтесь на нем

Примите во внимание некоторые из следующих советов, как вести более позитивный образ жизни, написанные Стивом Мюллером, автором и основателем сайта мотивации Planet of Success:

  • Открывайте позитив в негативных ситуациях
  • Избавьте свою жизнь от источников негатива
  • Практика признательности
  • Создавайте позитивное окружение
  • Имейте позитивную осанку
  • Используйте положительные утверждения
  • Практика осознанности и медитации
  • Притормозить
  • Противостоять негативным мыслям
  • Научитесь справляться с критикой
  • Вести дневник позитива

Есть множество способов начать практиковать более оптимистичный, обнадеживающий образ мышления и бытия.Если вы рассмотрите свои собственные источники счастья, свои собственные ценности и данные вам сильные стороны, которые помогут вам реализовать свои желания и потребности, вы можете найти уникальные способы выразить позитив в своей жизни.

Сохраняйте сбалансированную перспективу

По мере того как вы проводите инвентаризацию своих личных убеждений о счастье и того, как они соотносятся с эпикурейскими представлениями о счастье, может быть интересно поразмышлять над некоторыми идеями и цитатами, которые часто ассоциируются с Эпикуром. Возможно, вы слышали или читали их раньше, но они, безусловно, могут побудить вас задуматься о сбалансированной жизни:

  • "Не портите то, что имеете, желая того, чего у вас нет; помните, что то, что у вас есть сейчас, когда-то было среди того, на что вы только надеялись.«
  • «Тот, кто не удовлетворен малым, не удовлетворяется ничем».
  • «Из всех средств обеспечения счастья на всю жизнь самым важным является обретение друзей».
  • «Вы не разовьете мужество, если будете счастливы в отношениях каждый день. Вы развиваете его, выживать в трудные времена и преодолевать невзгоды».
  • "Поэтому мы должны стремиться к тому, что делает счастье, видя, что когда счастье присутствует, у нас есть все; но когда оно отсутствует, мы делаем все, чтобы обладать им.«
  • «Будь умерен, чтобы вкусить радостей жизни в изобилии».

Слово Verywell

Может показаться немного нереалистичным думать, что мы когда-либо сможем быть постоянно счастливыми, учитывая проблемы и приключения, которые может бросить нам жизнь. Однако мы можем стремиться к удовольствию и комфорту, особенно когда сталкиваемся с трудностями.

Найдите источники информации и вдохновения, которые говорят с вами, вашими убеждениями, вашими желаниями и вашей целью.Позвольте себе возможность узнать, что для вас счастье и как достичь этого в своей жизни. Найдите время, чтобы изучить, что вы можете делать по-другому в своей жизни каждый день, что позволит вам испытать большее счастье и свободу. Найдите что-то, что работает для вас, используете ли вы идеи Эпикура для поиска счастья или найдете другую стратегию.

Почему Эпикур важен сегодня | Мантия

-измы

Эпикурейский - ругательное слово.Он напоминает о том, чего мы все должны избегать: обжорство, желание, потребительство. Это если слово вообще распознается. Многие люди раньше думали о Epicurious, сайте для гурманов, чем о философе из Древней Греции. Распространенное представление неверно.

Эпикур Самосский (341-270 до н. Э.) Никогда не входил в число величайших философов. В свое время он был в тени Академии, лицея и Стоа. За годы после его смерти основанная им школа мысли, эпикуреизм, сумела привлечь некоторых новообращенных, но в конечном итоге была забыта всеми, кроме тех, кто архивистов интересовался неудавшейся философией.Это была трагедия для человечества.

Проблемы, которые, как думал Эпикур, решены, вечны. Человеческая природа меняется очень медленно, а законы природы - не все. Его голос, возможно, пришел в мир слишком рано. Пора вернуть Эпикура и послушать, что он хочет сказать.

Некоторые спрашивают, стоит ли вообще изучать античную философию. Что можно получить от людей, которые думали, что мир - это вода (как Фалес), или воздух (вера Анаксимена), или бледная иллюзия вневременных и совершенных форм (Платон)? Конечно, мы, гораздо более знающие, чем эти люди, ничему не можем у них научиться, не так ли? Мы верим в частицы и пространство.

Эпикур тоже. Прежде чем появился какой-либо возможный способ подтвердить такое утверждение, он рассуждал о природе реальности. Он считал, что атомы имеют ограниченное количество форм и что все может быть создано из них, комбинируя их различными способами. Это похоже на химию. Нет богов, подталкивающих к тому, чтобы что-то происходило, только атомы, пустота, в которой они движутся, и силы, действующие на них. Это похоже на физику. На этом материалистическом фундаменте Эпикур построил свою этическую философию.Если мы согласимся с его исходными принципами, возможно, мы сможем найти какое-то применение его другой философии.

Ибо Эпикур может научить нас ценности философии.

Философ и король

Пирр Эпирский был царем, жаждущим завоеваний. Он отправился из своего маленького штата Эпир, чтобы завоевать мир. По стилю того времени он брал с собой не только воинов, но и воспитанных людей, с которыми беседовал.Один из этих людей, Киний, был эпикурейцем. Плутарх в своей книге «Жизнь Пирра » записывает один из их разговоров, который я здесь перефразирую.

Пирр готовился начать вторжение на Итальянский полуостров, что дорого стоило как золоту, так и жизни. За философским обедом Киний спросил царя: «Что нам делать, когда ты победишь римлян?»

«Как только римляне будут завоеваны, в нашем распоряжении будут все богатства Италии», - ответил Пирр.

Киний остановился, вероятно, отпил вина и спросил: «А что мы тогда будем делать?»

Сицилия рядом! Это будет легкая победа ».

Киний подумал еще мгновение. «И что тогда нам делать?»

«Тогда мы возьмем Ливию и Карфаген», - ответил царь.

"Что мы будем делать после этого?"

«Мы обезопасим весь греческий мир под моей властью», - кивнул король на эту мысль.

«Но что мы тогда будем делать?» - спросил Киний.

«Ах, друг мой, - сказал Пирр, - тогда мы отдохнем. Мы будем пить вино, говорить о философии и наслаждаться плодами нашей дружбы ».

Киний огляделся. У них было вино. У них была дружба. Они говорили. «Разве мы не можем сейчас сделать то, что вы хотите, не причинив никому вреда войной и не причиняя себе боли?»

Ответ Пирра не записан. Война шла впереди. Он погиб в одном из своих сражений, когда вражеская женщина сбросила черепицу с крыши, разбив ему череп.Такие несчастные случаи редко случаются в столовых, поэтому король, вероятно, поступил бы хорошо, если бы послушал своего друга-эпикурейца и, возможно, наслаждался более спокойной жизнью созерцательного мыслителя.

«Что же нам тогда делать?»

Cineas - это вопрос, на который мы все должны ответить. Почему мы делаем то, что делаем? Мы живем в такой загруженной жизни с таким количеством неотложных дел, что никогда не останавливаемся, чтобы обдумать, в чем смысл всего этого. Разве мы не будем, как Пирр, торопиться действовать, прежде чем узнаем, зачем мы вообще что-то делаем? Прежде чем мы узнаем об этом, мы можем почувствовать, как плитка швыряется в наши головы, и в наши последние минуты сожалеть о том, что не уделили ни минуты на размышления.

Эпикур знал, что должно быть в центре нашей жизни: удовольствие. Простое письмо, которое все еще вызывает дрожь. С пуританской тяжестью западной мысли, нависшей над нами, объявить удовольствие целью жизни - это радикальный поступок. Романтизм лишил нас радостей безмятежности. Ищем героев тела; благородный, который борется и страдает за свое дело. Из них получаются хорошие истории, но плохой образец для подражания. Для нас счастье несерьезно, друзья - аксессуары, а философия - роскошь.Возможно, обществу нужно остановиться и задуматься над вопросом Киния. Каков наш финал? В чем смысл всех страданий?

Если бы вам дали возможность что-нибудь сделать, что бы это было? Мне не нужно слышать ни один из ваших ответов, чтобы знать, что у них общего. Все, что вы сказали, доставит вам удовольствие. Искать удовольствий - это естественно. Пора нам прислушаться к тому, что пытается нам сказать Эпикур.

Анатомия удовольствия

«Никакое удовольствие само по себе не является плохим, но вещи, которые вызывают определенные удовольствия, влекут за собой беспокойство, во много раз большее, чем сами удовольствия.”- Эпикур, Основная Доктрина 8.

Удовольствие может быть естественным побуждением, но следует ли нам гнаться за всем, что предлагает зажечь центры удовольствия в мозгу? Эпикур говорит нам, что мудрость - это знание того, какие удовольствия нам полезны. Он не был диким гедонистом, всегда ищущим очередное великое лекарство от дофамина. Он создал для нас систему, позволяющую судить, заслуживают ли то, что мы впускаем в нашу жизнь, быть там. И, к счастью для нашего века кликбейтов и мгновенного удовольствия, это невероятно просто.

Спрашивайте каждую вещь, естественно ли это и нужно ли.

Люди - животные. У нас есть определенные потребности. Нам нужна еда. Нам нужна вода. Без этих естественных желаний невозможно жить. Мы тоже социальные существа. Без компании мы страдаем. Если вы попытаетесь игнорировать естественные и необходимые желания, единственный результат - боль.

Как животные, у нас есть вещи, которых мы естественно желаем, но без которых мы можем жить.Я сладкоежка. Я добавляю в чай ​​кусок сахара. Сладости - это естественно, но не обязательно. Многие желания попадают в эту категорию. Здесь мы можем научиться обходиться без определенных удовольствий. Если удовольствие - это хорошо, то почему мы должны стремиться обходиться без удовольствий? Мы не должны. Но если мы впускаем ненужные удовольствия, мы рискуем пострадать, когда они будут устранены. Это вопрос мировоззрения. Наслаждайтесь ненужными удовольствиями, когда они появляются на вашем пути, только не ищите их. Если я гуляю по парку весной и вижу цветы на деревьях, я улыбаюсь.Было бы глупо тогда проклинать зиму из-за голых ветвей. Я помню радость внутри меня. Если вы наткнетесь на бутылку шампанского, насладитесь ею; не работайте до смерти просто для того, чтобы еще раз попробовать.

Вы должны полностью исключить ненужные и неестественные удовольствия. Ты куришь? Никотин вызывает чувство удовольствия, так что же всем нам не курить? Эпикур сказал бы нет. Это удовольствие, в котором больше боли, чем удовольствия.За это нужно платить, поэтому нужно работать, чтобы заработать деньги. Мало кто работает на действительно приятной работе. Тогда вы живете в страхе, что можете выйти из дома без сигарет. Всегда следует избегать страха. В довершение ко всему, курильщики имеют хорошие шансы заболеть из-за своей привычки. Боль, боль, боль. Все для ненужного удовольствия.

Существует риск того, что избегание боли может навредить нам. Боль сама по себе вредна, но болезненные действия могут привести к большему удовольствию. У пожилого человека с поврежденным бедром есть выбор: сделать болезненную операцию или ничего не делать.Простой расчет немедленной боли привел бы к тому, что нам не пришлось бы делать операцию. Однако в конечном итоге операция приносит больше удовольствия. Или подумайте об образовании. Выучить язык сложно, но, выучив его, мы можем исследовать совершенно новый мир.

Разумное и вдумчивое стремление к удовольствиям - ключ к хорошей жизни. Это простая философия. Это слишком просто для современного мира?

Дружба

«Из всех средств, которые приобретает мудрость для обеспечения счастья на протяжении всей жизни, самым важным является дружба.”- Эпикур, Основное учение 27.

Эпикур основал школу в Афинах, чтобы преподавать свою философию. Он назвал это Садом. Здесь собрались единомышленники, чтобы учиться, учить и жить без боли. В этом языческом Эдеме, созданном ими самими, некому было изгнать их. То, что Эпикур стремился жить с другими, свидетельствует о мудрости Эпикура.

Отшельники сбегают из мира, чтобы жить в одиночестве. Монахи всех конфессий уходят от мира, чтобы быть ближе к своим богам.Эпикур рассуждал, что если боги существуют, они не имеют ничего общего с человечеством. Если мы не можем быть близки к божественному, то отделение себя от других людей бесполезно. Одиночество убивает.

Итак, Эпикур создал пространство для роста дружбы. Личное общение - ключ к человеческим отношениям. Трудно общаться с людьми в солнечных очках, потому что мы пропускаем очень много выражений лица. Насколько сложнее, когда человек находится на другом конце экрана компьютера или телефона?

Мы собираем друзей на Facebook, набирая очки в видеоигре.Подобно тому, как воображаемые компьютерные очки бесполезны, многие из этих отношений бесполезны. Может ли кто-нибудь действительно утверждать, что у него более тысячи значимых друзей? Эпикур сказал нам оставить позади этих ложных друзей и искать настоящие встречи умов.

Должны ли мы тогда отказаться от всех социальных сетей в Интернете? Я думаю, нам просто нужно знать, как мы их используем. Слишком легко подсесть на пустую болтовню из-за очередной просьбы о дружбе. Может быть, отложите iPhone и поговорите с кем-нибудь лицом к лицу.Сходите с ними на прогулку в сад.

Live Неизвестный

«Некоторые мужчины хотят славы и статуса, думая, что таким образом они обезопасят себя от других мужчин. Если жизнь таких людей действительно была безопасной, они достигли естественного блага; если, однако, это небезопасно, они не достигли цели, к которой они изначально стремились по воле природы ». - Эпикур

Мы живем в эпоху знаменитостей, хотя это не нововведение нашего времени.Во всех сообществах во все времена были выдающиеся личности. Проблема в том, что сегодня славы, как это ни парадоксально, добиться и легче, и гораздо труднее.

Любой может показать на YouTube видео, на котором он делает что-то дурацкое, и продолжать нажимать «обновить», чтобы проверить счетчик посещений. Сегодня вы можете получить миллион просмотров, а завтра вас забудут из-за того, что кто-то упадет в фонтан. Слава непостоянна. Это снова связано с нашим статусом социальных животных. По той же причине нам нужны друзья, которых мы хотим, чтобы нас знали.По той же причине, по которой толпа друзей в Facebook не является гарантией того, что вы не будете одинокими, нет причин думать, что толпа незнакомцев на улице доставит вам удовольствие.

Эпикур оставил своим последователям простой запрет «жить неизвестно». Слава - это не обязательно плохо. Вы можете добиться чего-то, что поможет многим людям; Никто не завидует Джонасу Солку его месту в истории. Но дело в том, чтобы не искать дурной славы. Слава может быть побочным продуктом, но никогда самим товаром.

Знаменитые люди неизменно счастливы? Похоже, что это не так. Счастливы ли люди, которые постоянно стремятся прославиться? Я в этом сомневаюсь. Когда вы видите, как люди плачут на песенном конкурсе «The X Factor» после отказа, вы должны задаться вопросом, не должны ли они оставаться дома. Итак, у вас есть несчастные люди, пытающиеся вылечить свое несчастье, ища состояние, которое может сделать их еще несчастнее. Скажите, что не лучше жить в небольшом сообществе друзей, где все друг друга знают.

Умеренность и современный мир

«Тот, кто понимает пределы жизни, знает, что легко получить то, что устраняет боль нужды и делает всю жизнь полной и совершенной. Таким образом, ему больше не нужны вещи, связанные с борьбой ». - Эпикур, Основное учение 21.

Будут те, кто скажет, что проблема современной жизни не в отсутствии удовольствия, а в избытке.Наша расширяющаяся талия не указывает на то, что нам не хватает удовольствия от еды. Взрыва ожирения почти достаточно, чтобы заставить нас пропагандировать аскетизм. Но только если мы забудем то, чему учил Эпикур.

«Пришли мне горшок с сыром, чтобы я мог побаловать себя, когда захочу», - писал Эпикур другу. Он не был против телесных удовольствий. Он только призывал умеренность для максимизации удовольствия. Его горшочек с сыром можно было добавить к еде, не причиняя ему никакой боли.А коробка с пончиками…

Представьте себе человека, который останавливается в пекарне, чтобы купить по дюжине пирожных каждый день. Он ест их, причмокивая. Пока у него во рту крем, он на небесах. Разве Эпикур это одобрил бы? Нисколько.

Мужчина, вероятно, почувствовал легкую тошноту после застолья. Боль. Он толстеет, у него болят суставы, он потеет, он не может получать удовольствие от упражнений, не чувствуя себя смертью. Его экстаз, связанный с выпечкой, лишает его других удовольствий.Его раздутый живот - тюремная стена вокруг его жизни. К тому же повторные удовольствия быстро приедаются. Его пирожные становятся привычкой, а не счастьем. В конце концов, он не испытывает никакой радости. Даже если исследования показали, что здоровые люди с ожирением чувствуют больше боли. Диеты сложны, похудеть сложно, но Эпикур посоветовал нам принять во внимание наши цели и сопоставить с ними моментальный дискомфорт.

Человек, чрезмерно тренирующийся, тоже страдает. Бегун в хорошей форме, когда он молод, но ему следует позаботиться о том, чтобы не упускать из виду тот факт, что в более позднем возрасте ему может понадобиться хрящ на коленях.Относитесь к своим удовольствиям умеренно, относитесь к ним осторожно и предусмотрительно, и вы сможете получить максимум удовольствия.

Ранний экзистенциализм

«Невозможно развеять свои опасения по поводу самых важных вопросов, если он не знает природы Вселенной, но все же верит мифам. Итак, без изучения природы нет чистого удовольствия ». - Эпикур, Основное учение 12.

Когда мы смотрим на эпикурейскую мысль, легко увидеть, насколько она современна. Эпикур был бы не лишним в школе экзистенциализма. Он думал, что душа, как и все остальное, состоит из атомов и рассеивается после смерти. Большинство людей понимают, что когда разрушается мозг, разрушается и разум. Все, что у нас есть, - это здесь и сейчас.

Эпикур думал, что есть боги, но они не были существами, которых мы в наши дни понимаем как божества. Они были созданиями чистого удовольствия, живущими спокойной и отстраненной жизнью.Они не заботились о Земле и никогда не опускались до общения с людьми. Не существует надежных свидетельств того, что какой-либо бог когда-либо принимал участие в делах людей, поэтому мы вполне можем согласиться с Эпикуром в том, что если они существуют, они бесконечно далеки. Трудно представить, чтобы кто-то взорвал себя в надежде завоевать расположение равнодушного эпикурейского бога.

Многим людям трудно принять экзистенциализм, потому что он, кажется, мало утешает общие страдания человечества.Отчаяние нигилизма может сделать ясное видение вселенной немного трудным. Здесь на помощь приходит Эпикур, прыгающий через тысячелетия.

Почему мы должны бояться смерти? Мы никогда не сможем испытать смерть. Как сказал Эпикур в письме своему другу Менецею: «Когда мы есть, смерти нет. Когда смерть присутствует, нас нет ». Когда мы уходим, душа рассеивается после смерти, мы не чувствуем боли, так как же это может внушать нам страх? Освобождая наш разум от всех страхов, смерть устраняет даже страх смерти.Мы не должны бояться жить. То, что приятно, легко получить, так почему же мы боимся этого?

Кому-то этика удовольствия может показаться рискованной. Разве это не делает нас всех эгоистами? Возможно, мы сможем сделать добродетель эпикурейских личных интересов. Когда мы узнаем себя лучше, мы понимаем других, мы развиваем сочувствие. Если мы не социопаты, то видение других в беде причиняет нам боль. Мы хотим помогать людям. Видеть других счастливыми доставляет нам удовольствие. Кто не улыбается, когда делает другу подарок? Мы будем стремиться делать добро для других, потому что это улучшит нашу жизнь.Ошибочно думать, что мы должны страдать, помогая другим жить хорошей жизнью. Золотое правило, как бы оно ни было получено, представляет собой глубокую этическую доктрину.

Сад без стен

«Незнакомец, здесь тебе лучше остаться. Здесь наше высшее благо - удовольствие ». Подпишите над садом.

Эпикур заслуживает большей известности, но это соответствует его доктрине, что мы должны «жить неизвестно», чем он не является.По крайней мере, мы можем стремиться вернуть его имя из его ссылок с ненасытным излишеством. Мечта о строительстве собственного сада, в котором можно жить, всегда может быть неосуществимой. Я не думаю, что это важно.

Мы можем создать в себе собственный Сад и нести его в уме. Думая о наших удовольствиях, тщательно взвешивая свои действия и не позволяя боли и страху искажать наши намерения, не требуется, чтобы мы оставили мир ради жизни за стенами. Нам не нужно страдать. Жизнь боли и жизнь удовольствия заканчиваются смертью, так что бы вы предпочли потратить свое ограниченное время на переживание?

-------------------------------

Щелкните здесь, чтобы прочитать вторую часть из серии Бена Газура «Эпикурейское лекарство».

Эпикур, Платон, Консьюмеризм

Философия Эпикура | Психология сегодня

[Статья обновлена ​​7 июля 2019 г.]

Источник: Pexels

Эпикур Самосский (341–270 гг. До н.э.), процветавший вскоре после смерти Аристотеля, основал философскую школу, которая собиралась в его доме и саду в Афинах. Эта школа, получившая название «Сад», посвятила себя достижению счастья посредством использования разума и рациональных принципов и в сильно стратифицированном и сексистском обществе принимала как женщин, так и рабов.

Согласно Эпикуру, разум учит, что удовольствие - это хорошо, а боль - плохо, и что удовольствие и боль являются высшими мерами добра и зла. Это часто неверно истолковывалось как призыв к безудержному гедонизму, а не как отсутствие боли и спокойствия ума, которые на самом деле имел в виду Эпикур. Действительно, Эпикур недвусмысленно предостерегал от чрезмерного увлечения, потому что чрезмерное увлечение часто приводит к боли.

О божественном

Эпикур писал много, но ранние христиане считали его особенно нечестивым среди древних философов, и почти ни одна из его работ не выдержала их осуждения.Эпикур считал, что боги существуют, но совершенно не заботятся о человечестве и даже не осознают его. В самом деле, вмешательство богов в мелкие человеческие дела означало бы нарушить высшее счастье и спокойствие, которое характеризует и определяет их. Вместо того чтобы бояться богов, люди должны стремиться подражать им в их высшем счастье и спокойствии.

В случае смерти

Люди не должны бояться смерти, и это по двум основным причинам.(1) Ум является частью тела и, как и другие части тела (и все остальное во Вселенной), состоит из атомов. Смерть человека влечет за собой смерть как тела, так и разума и повторное рассеивание их атомов. Поскольку больше нет человека, которого можно было бы беспокоить, смерть не может беспокоить человека после его смерти. И если смерть не может беспокоить человека после того, как она умерла, то она и не должна беспокоить ее, пока она еще жива (это ранняя формулировка аргумента «отсутствие предмета вреда»).(2) Вечность, которая наступает перед рождением человека, не рассматривается как зло, и, следовательно, не должна рассматриваться и вечность, которая наступает после ее смерти (ранняя формулировка «аргумента симметрии»).

Сам Эпикур умер в возрасте 72 лет от почечной колики (камней в почках), которая связана с одной из самых острых и сильных телесных болей. В последний день своей жизни он написал это замечательное письмо своему другу и последователю Идоменею, которое является не чем иным, как свидетельством превосходящих сил философии.

Я написал вам это письмо в счастливый для меня день, который также является последним днем ​​моей жизни. На меня напали болезненная неспособность к мочеиспусканию, а также дизентерия, настолько сильная, что ничто не могло быть добавлено к жестокости моих страданий. Но жизнерадостность моего ума, происходящая от воспоминаний обо всех моих философских размышлениях, уравновешивает все эти невзгоды. И я прошу вас позаботиться о детях Метродора в манере, достойной преданности, проявленной этим молодым человеком мне и философии.

Примерно три столетия спустя, в своих знаменитых письмах к Луцилию, , Сенека Младший сравнил свои отношения с Луцилием с отношениями Эпикура и Идоменея.

Это ваша собственная учеба, которая заставит вас сиять и сделает вас выдающимся. Позвольте мне упомянуть случай с Эпикуром. Он писал Идоменею и пытался вернуть его из яркой жизни к верной и стойкой славе. Идоменей в то время был государственным министром, обладал строгими полномочиями и вёл важные дела.«Если, - сказал Эпикур, - тебя привлекает слава, мои письма сделают тебя более известным, чем все то, чем ты дорожишь и чем дорожишь». Эпикур говорил неправду? Кто бы знал об Идоменея, если бы философ таким образом не вырезал свое имя на этих своих письмах? Все вельможи и сатрапы, даже сам царь, который просил титула, которого добивался Идоменей, преданы глубокому забвению. - Сенека, Письма , О известности, которую принесут вам мои сочинения .

На радость

Эпикур соглашается с Аристотелем в том, что счастье - это самоцель и высшее благо человеческой жизни. Однако он отождествляет счастье со стремлением к удовольствиям и избеганием боли, а не с чистым упражнением разума. Удовольствие - это высшее благо, а все остальное хорошее является таковым только в силу немедленного или отложенного удовольствия, которое оно может доставить. Поведение младенцев подтверждает, что люди инстинктивно стремятся к удовольствиям и что все их действия, включая те, которые могут быть истолкованы как добродетельные или альтруистические, в конечном итоге направлены на получение удовольствия для себя.Подобно тому, как люди могут сразу почувствовать, что что-то горячее или холодное, красочное или тусклое, они могут немедленно почувствовать, что что-то доставляет удовольствие или болезненно. Однако не следует стремиться ко всему, что доставляет удовольствие, и не следует избегать всего, что причиняет боль. Вместо этого следует применять своего рода гедонистическое исчисление, чтобы определить, какие вещи могут привести к наибольшему удовольствию с течением времени, и, прежде всего, это гедонистическое исчисление, с которым многие люди не могут справиться.

Виды удовольствия

Чтобы немного помочь им, Эпикур проводит различие между двумя разными типами удовольствия: «подвижные удовольствия» и «статические удовольствия». Удовольствия от движения включают в себя удовлетворение желания, например, есть пищу, когда вы голодны. Статические удовольствия, с другой стороны, включают состояние удовлетворения желания, например, чувство насыщения после еды. Статические удовольствия, говорит Эпикур, лучше, чем подвижные, потому что они освобождают нас от боли нужды или нужды.Эпикур также различает физические и умственные удовольствия и боли и утверждает, что беспокойство о будущем, особенно страх перед богами и страх смерти, являются величайшими препятствиями на пути к счастью. Чтобы достичь состояния совершенного душевного спокойствия или атараксии , нам нужно избегать беспокойства, что мы можем сделать, научившись доверять будущему.

Типы желаний

Удовольствие часто возникает из удовлетворения желания, а боль из-за его разочарования.Таким образом, любое желание должно быть удовлетворено, чтобы доставить удовольствие, или устранено, чтобы избежать боли, и, в целом, предпочтение следует отдавать именно устранению. Есть, по словам Эпикура, три типа желаний: (1) естественные и необходимые желания, такие как желания пищи и жилища, которые трудно устранить, но которые естественным образом ограничены и которые легко и очень приятно удовлетворить, (2) естественные, но не обязательные. желания, такие как роскошная еда и жилье, и (3) тщетные желания, например, стремления к славе, власти или богатству, которые насаждаются обществом и которые не ограничены естественным образом, и удовлетворить их нелегко или приятно.Естественные и необходимые желания должны быть удовлетворены, естественные, но ненужные желания могут быть удовлетворены, но на них нельзя полагаться, а тщетные желания должны быть полностью устранены. Применяя этот рецепт избирательного устранения желаний, мы можем минимизировать боль и беспокойство, связанные с укрыванием невыполненных желаний, и тем самым максимально приблизиться к атараксии .

В закрытии

Учитывая то первостепенное значение, которое он придает избеганию боли, устранению желаний и душевному спокойствию, Эпикур является гораздо более «транквилизатором», чем гедонистом.«Если ты хочешь сделать человека счастливым, - говорит он, - не прибавляй к его богатству, но убирай его желания».

10 лучших цитат Epicurus

1. Искусство хорошо жить и искусство хорошо умирать - одно целое.

2. Не портите то, что имеете, желая того, чего не имеете; помните, что то, что у вас есть сейчас, когда-то было среди того, на что вы только надеялись.

3. Свободная жизнь не может приобрести много имущества, потому что это нелегко сделать без раболепия перед мобами или монархами.

4. Наше изобилие составляет не то, что у нас есть, а то, чем мы наслаждаемся.

5. Ничего не хватает тому, кому мало.

6. Из всего, что дает нам мудрость, чтобы сделать нас полностью счастливыми, самым большим является дружба.

7. Безумие со стороны человека молиться богам о том, что он может получить самостоятельно.

8. Смерть нас не касается, потому что, пока мы существуем, смерти здесь нет. И как только это произойдет, мы больше не существуем.

9. Несчастье редко вторгается в мудрого человека; его величайшие и высшие интересы направляются разумом на протяжении всей жизни.

10. Несчастье мудрых лучше благополучия глупых.

Нил Бертон - автор книг Гиперсантичность: мышление помимо мышления , Небеса и ад: Психология эмоций и других книг.

.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *