Джордано бруно сообщение: Джордано Бруно биография кратко – открытия ученого, самое важное

Содержание

Краткая биография Джордано Бруно

Бруно Джордано (1548— 1600), итальянский философ.

Родился в посёлке у города Нола недалеко от Неаполя. Учился в монастырской школе в Неаполе, где в 1565 г. принял монашество и вступил в доминиканский орден.

В 1572 г. стал священником. Много занимался самообразованием и вскоре проникся атеистическими взглядами.

В 1576 г. Бруно был обвинён в ереси, порвал с монашеством и бежал сначала в Рим, а затем за пределы Италии. Переезжая из города в город, занимался чтением лекций и сочинением многочисленных трудов.

С 1579 г. жил во Франции, читал лекции по астрономии в Тулузском и Парижском университетах.

В 1583 г. переехал в Англию, в 1585 г. переселился в Германию, где странствовал по разным городам, пропагандируя своё мировоззрение. В 1592 г. по доносу венецианского патриция Дж. Мочениго, пригласившего его в Венецию, Бруно был предан суду инквизиции.

Философа арестовали, против него началось следствие — сначала в Венеции, а с 1593 г. в Риме. Ему были предъявлены многочисленные обвинения в богохульстве, аморальном поведении и еретических взглядах. Бруно отказался признать ложными главные из своих теорий. Он был приговорён к смертной казни и сожжён на костре на площади Кампо ди Фьоре в Риме 17 февраля 1600 г.

Метафизика Бруно является связующим звеном между взглядами философа, теолога и церковно-политического деятеля Н. Кузанского и Б. Спинозы; она также оказала непосредственное влияние на немецкий классический идеализм.

В своей космологии Бруно следует Лукрецию и Н. Копернику, однако делает из системы последнего гораздо более радикальные выводы, чем сам её автор.

Больше, чем любой другой итальянский философ того времени, Бруно заслуживает, чтобы назвать его предшественником, если не основателем, современной материалистической науки и философии.

Еще по теме:

Популярно:

Комментарии:

Джордано Бруно – биография, фото, личная жизнь, учение и открытия

Биография

В феврале 1600 года, на площади Цветов города Рима был приговорен к смерти инквизицией через сожжение итальянский мыслитель Джордано Бруно. Личность Бруно настолько неоднозначна, что о его роли в мировой науке и философии спорят до сих пор. Джордано развил теорию Коперника о строении Вселенной, уверяя, что звезды представляют собой движущиеся небесные тела, а Вселенная бесконечна во времени и пространстве. Но даже Галилея с его гелиоцентрической картиной мира инквизиция наказала лишь арестом. За что же сожгли Бруно?

Портрет Джордано Бруно

Ситуация интересна еще и тем, что за последние несколько десятков лет католическая церковь пересмотрела ряд решений инквизиции касательно ученых и философов, но Джордано Бруно в их число не вошел. Более того, церковь поддерживает решение инквизиции. Так за что же так невзлюбили Джордано служители церкви? Было ли дело в его научных взглядах или причина кроется гораздо глубже?

Детство и юность

Филипп Бруно родился в 1548 году, в городке Нола неподалеку от Неаполя, в семье наемного солдата Джованни и бедной крестьянки. В 1559 году мальчик отправился в Неаполь с целью учиться наукам, в том числе диалектике, литературе и логике. Спустя четыре года Филиппа отправили в монастырь, где он провел 10 лет. Там мальчик получил второе имя, под которым стал известен миру – Джордано.

При монастыре Филипп детально изучил книгу Коперника «О вращении небесных сфер» и выступил против традиционных убеждений Аристотеля и Птолемея, указывая на их несоответствие данным практических наблюдений. В 24 года Джордано стал священником и провел первую службу. Основываясь на смелых высказываниях юного брата Джордано, священнослужители заподозрили его в ереси.

Памятник Джордано Бруно

Это заставило молодого монаха пуститься в бега. Он покинул территорию Италии в 1574 году и 17 лет блуждал по территории Европы. За эти годы Бруно посетил Швейцарию, Англию, Францию, Германию. В 1577 году, приехав в Тулузу (Франция), Бруно читал лекции о науке и философии Аристотеля. Еще через два года Джордано, уже в Париже, рассказывал публике о работах философа, теолога Луллия, мировоззрение которого разделял и он сам.

Но спустя пять лет у бывшего служителя церкви возник конфликт со сторонниками учения Аристотеля и он вынужден покинуть Париж, отправившись в Лондон. В Англии Джордано плодотворно работал и написал ряд философских трактатов. В 1586 году мыслитель уехал в Германию, однако читать лекции в Марбурге ему запретили. Тогда Бруно занялся преподаванием в Виттенберге.

Наука

Джордано Бруно писал философские трактаты, выступал на диспутах, читал лекции, но везде в итоге его вынуждали прекратить пропагандировать свои идеи. Сановник, который позднее участвовал в вынесении смертного приговора мыслителю, писал о том, что Джордано – это выдающийся ум, философ незаурядных знаний и начитанности.

Бруно решительно выступал против католической церкви и вообще против любой существующей на тот момент религии, называя их наиболее серьезным препятствием, которое предстоит преодолеть науке на пути своего развития. В 1584 году вышла в свет его работа «О бесконечности, вселенной и мирах».

Страница из рукописи Джордано Бруно

Эту его работу иногда рассматривают как основу современного материалистического природоведения, включая учение о материальном единстве мира и пространственной и временной бесконечности Вселенной.

В тот же период вышла работа «Пир на пепле», состоящая из пяти диалогов, посвященных пропаганде астрономических теорий Коперника. Наряду с ними автор высказывает свои идеи о бесконечности Вселенной и множественности миров. В этой работе впервые проявляется та вера в себя как сверхчеловека, мессию, которую часто приписывают философу современные исследователи.

Продвигая идеи Коперника о вращении Земли и других планет по орбитам вокруг Солнца, Бруно не достиг успеха даже у просвещенных умов вроде Бэкона и Шекспира. Разочаровавшись в государствах центральной Европы, Бруно отправился в Прагу. Там вышли в свет еще несколько книг, посвященных магии.

В целом, философия Бруно основывалась на неоплатонизме – он полагал, что есть некое единое начало, давшее продолжение всему во Вселенной. Но не только первоначало называл мыслитель богом, а и природу, и даже человека – этого-то церковь стерпеть и не смогла.

Выступление Джордано Бруно

Сегодня исследователи утверждают, что существенного научного значения идеи Бруно не имели, поскольку лишь продолжали учение Коперника, расширяя его, но не подтверждая доказательной базой. Все основные идеи и открытия Джордано лежали в плоскости мистики или психологии, а вовсе не астрономии.

Однако полностью отрицать значение открытий Бруно для современной науки неверно: философ первым выдвинул гипотезу о движении континентов, наличии далеких планет, невидимых человеку и т.д.

Личная жизнь

О личной жизни Бруно практически ничего не известно. Джордано не был женат, не имел детей, и даже учеников и последователей у мыслителя не было. Некоторые биографы допускают предположение о гомосексуальных наклонностях философа. Впрочем, это не удивительно для нравов средневековья и, в частности, для служителей церкви.

Самое известное изображение Джордано Бруно

На фото сохранившихся портретов Джордано предстает хрупким молодым человеком с задумчивым выражением лица. Эта задумчивость, увлеченность науками и мистикой заменила мужчине прелести светской жизни и плотских утех в объятиях женщин.

Смерть

Вернувшись из странствий по Европе обратно в Италию, Джордано Бруно тут же попал в руки инквизиции. По мнению ряда биографов, философ мог бы избежать смертного приговора, если бы не его выступления против монастырских прибылей и имений и не требования об их конфискации. Другие исследователи считают, что высказывания мыслителя о множественности миров и бесконечности Вселенной стали основной причиной, вызвавшей гнев инквизиции.

Суд над Джордано Бруно

Но ведь и теории Галилея явно противоречили церковным доктринам, почему же к нему инквизиция отнеслась гораздо мягче и терпимей? По мнению исследователей, ответ на этот вопрос кроется в методах, которыми пользовались мыслители. Галилео был классическим ученым, использовавшим математический инструментарий в разработке теорий. А Джордано, скорее, мистик, мыслитель, применявший вместо научных методов магию там, где не хватало аргументов.

Ряд биографов говорит о том, что казнь Джордано Бруно стала результатом не столько борьбы с наукой и просвещением, сколько борьбы за власть. Бруно был невероятно убедителен в своих учениях, а основные идеи его заключались в отвержении религии как таковой, что было довольно опасным вольнодумием в эпоху средневековья. Арестовали Бруно после доноса некоего Мочениго, обвинившего философа в ереси. Судебный процесс длился шесть лет, которые философ провел в заточении в римской тюрьме.

Смерть Джордано Бруно

Ряд исследователей считает, что инквизиция дала возможность бывшему священнику отречься от ереси и остаться в живых, но тот отказался. Текст приговора, который вынесла инквизиция в отношении еретика Джордано, был утерян, известно лишь, что вина заключалась вовсе не в научных теориях, а в богохульстве бывшего служителя церкви. Именно угроза церковной власти стала основной причиной казни непокорного и упрямого философа.

Интересные факты

Личность Джордано Бруно настолько неординарна, что мифов о нем ходит больше, чем фактов реальной биографии. Связано это с неоднозначным отношением исследователей к его теориям и учениям. И действительно, ряд интересных фактов имел место в жизни мыслителя. Так, еще в период жизни при монастыре брат Джордано высказывал сомнения в непорочности зачатия Иисуса Христа Девой Марией, приводя в ужас святых отцов. Этот факт потом часто припоминала инквизиция во время судебного процесса.

Длительная работа во Франции, несмотря на неприятие местными служителями церкви идей философа, объясняется феноменальной памятью. На нее обратил внимание Генрих III и просил научить его мнемонике. С той же просьбой позднее обратился к Бруно аристократ из Венеции, однако позднее именно Мочениго написал донос на своего учителя, обвиняя его в еретических высказываниях.

По словам вельможи, Джордано считал Иисуса магом и утверждал, что смерть его была случайной, а вовсе не искупала грехи человечества, а человеческие души не бессмертны в том смысле, которое вкладывают в это понятие христиане, а подвергаются реинкарнации после смерти физического тела.

Памятник Джордано Бруно

Приговор, вынесенный в итоге философу, звучал как «казнь без пролития крови», что означало смерть на костре. А труды Джордано Бруно значились в списке литературы, запрещенной католической церковью, вплоть до середины ХХ столетия.

Сейчас же на площади Цветов в Риме стоит памятник мыслителю, считавшему себя мучеником. Но даже открытие памятника прошло со скандалом и антикатолической демонстрацией. Еще один интересный факт заключается в том, что, вопреки желанию церкви, спустя столетия светское общество реабилитировало философа: в 1973 году в Италии даже вышел фильм с одноименным названием, и даже кратер на Луне носит имя Джордано Бруно.

Библиография

  • 1582 – «О тенях идей»
  • 1582 – «Искусство памяти»
  • 1582 – «Песнь Цирцеи»
  • 1582 – «О сокращенном построении и дополнении искусства Луллия»
  • 1583 – «Искусство запоминания», или «Искусство вспоминания»
  • 1583 – «Печать печатей»
  • 1584 – «Пир на пепле»
  • 1584 – «О причине, начале и едином»
  • 1584 – «О бесконечности, вселенной и мирах»
  • 1585 – «Килленский осёл»
  • 1586 – «О толковании снов»
  • 1588 – «Тезисы против математиков»
  • 1595 – «Свод метафизических терминов»

краткая биография, фото и видео

Филиппо (Джордано) Бруно — учёный, поэт и философ. Он родился в городке Нола в 1548 году. Вырос в семье военных, отец мальчика был обычным солдатом. Всю свою жизнь он провёл в путешествиях и попытках изучить строение мира.

Философ часто сомневался в божественных принципах, за что в итоге и поплатился. Инквизиторы, прикрываясь благими побуждениями, настроили народ против учёного и уже 17 февраля 1960 года его сожгли на костре посреди площади Кампо де Фиори.

Юность и путешествия

Когда мальчику было 11 лет, они с родителями переехали в Неаполь, там Филиппо занялся изучением литературы и логики. Через четыре года он отправился в монастырь Святого Доминика, где и сменил своё имя на Джордано. В 1572 году юноша получает сан священника. Там же, в доминиканском монастыре, он начинает читать лекции, параллельно занимаясь научной деятельностью.

В 1576 году Бруно пришлось покинуть страну. Такое решение было связано с тем, что он неоднократно подвергался гонениям из-за своей позиции касательно церкви. Парень не хотел верить в то, что ему рассказывали, он осознавал необходимость самостоятельно докопаться до истины. Именно поэтому Бруно сначала бежал в Рим, а потом и вовсе выбрался из Италии.

Английский период

После того, как Джордано покинул обитель, он долго странствовал по разным странам Европы. В каждом городе, где он останавливался, священник преподавал учение Коперника. Он досконально изучил его суть, поэтому без проблем мог парировать любые аргументы.

После одного удачного выступления юноша получил предложение остаться при дворе Генриха III Французского. С его помощью Бруно также удалось перебраться в Англию. Там покровительницей учёного стала сама Елизавета. В течение некоторого времени учёный также проживал во Франции и Германии, но там на его лекции наложили запрет.

Возвращение в Италию

В 1592 году один венецианский аристократ, которого звали Джованни Мочениго, предложил Джордано вернуться в Венецию. Он мотивировал это тем, что учёный должен читать свои лекции в Италии, но на самом деле донёс на него властям сразу же по приезду. Органы инквизиции арестовали талантливого учёного, предали его суду. Следствие происходило достаточно долго. Сначала этим вопросом занимались венецианские органы, потом, в 1593 году, «еретика» передали в Рим.

В качестве обвинений ему выдвигались богохульство, аморальность и критику церковных догматов. Кроме того, многие достижения Бруно были объявлены ересью. Джордано осознавал свою правоту, поэтому не собирался отступать. Папа Климент VIII несколько раз предлагал ему признать свои идеи ложными ради свободы. Но учёный отказался. В течение семи лет он находился в заключении, учёного неоднократно подвергали жестоким пыткам, но он стоял на своём. 17 февраля 1600 года Джордано Бруно казнили путем сожжения на костре. Сейчас на этом месте находится памятник учёному.

Основные идеи учёного

После смерти Джордано было обнаружено не так и много сочинений, большинство информации он передавал при живом общении, во время лекций. Тем не менее он успел написать несколько трактатов, диалогов и поэм на итальянском языке и латыни. Среди его произведений почётное место занимает комедия «Подсвечник», поэма «Ноев ковчег», было также несколько сонетов и трактаты об искусстве памяти и механического мышления. Многие рассказы были представлены в форме диалогов и размышлений, другие же были исключительно научными.

Суть учения Бруно отлично изложена в работе «О причине, начале и едином», которая появилась на свет в 1584 году. Свой вклад в астрономию учёный внёс с помощью книги «О бесконечности, Вселенной и мирах», она была написана в том же году. Именно там Джордано описал неограниченность Вселенной, уточнил наличие огромного количества различных миров и звёзд. Также он указывает, что центром Вселенной не может быть Земля, Солнце или любое другое космическое тело.

Кроме того, учёный в своих работах упоминал строение Земли. Он считал, что со временем все моря превращаются в континенты и наоборот. Разумеется, эти идеи не пришлись по душе католикам, ведь на тот момент пропагандировалась совершенно другая модель планеты. Если говорить о достижениях учёного в сфере философии, его считают связующим звеном между трудами Кузанского и Спинозы. Именно работы Бруно впоследствии заложили фундамент для немецкого классического идеализма.

Доклад на тему Джордано Бруно 5, 7 класс кратко сообщение

Джордано Бруно больше всего известен как великий ученый. Свою жизнь он посвятил изучению текстов другого ученого - Коперника. Родился в 1548 году недалеко от Неаполя в семье солдата. При рождении Джордано получил имя - Филиппо. Но после обучения в монастыре сменил его и стал монахом. На него обратили внимание в 1575 году, когда начали подозревать его в чтении, запрещенных католической церковью, книг.

Бруно скрывался в Лондоне, где создал несколько учений. Он свято верил в учение Коперника и пытался разнести его труды среди людей. Главной их идеей был тот факт, что в центре системы планет находится Солнце, а не Земля, как принято было считать. Но, к сожалению, слушать его никто не стал.

В 1591 году молодой аристократ пригласил ученого в Венецию. Джордано обучал его, но скоро у них произошел разлад. А аристократ стал доносить инквизитору о Бруно. Ученый имел неосторожность высказаться о своих теориях о времени и пространстве, бесконечности вселенной и мыслях насчет библейских сюжетов. Он утверждал, что Иисус Христос был обычным магом и пытался избежать смерти, а не пошел на нее добровольно ради людей. После этого Джордано оказался в тюрьме в ожидании приговора. Из-за большого количества обвинений в ереси его отправили в Рим, потому что Венецианская инквизиция сама не могла совершить судебный процесс над ученым. Бруно провел в тюрьме около шести лет. Он не был согласен признать, что его идеи были ошибкой. Даже за решеткой он собирался их отстаивать.

В итоге Джордано признали еретиком и отлучили от церкви. Приговор был ужасным. Великого ученого приговорили к смерти через сожжение на костре.

В 1600 году Бруно сожгли на площади в Риме. Перед сожжением ему последний раз предложили отказаться от своих идей, но тот оставался непреклонен.

Все книги Джордано Бруно были запрещены католической церковью до 1948 года. А на месте его сожжения установили статую, так как в большинстве своих трудов он оказался прав.

Бруно был не просто великим ученым, но и храбрым человеком, который готов был пойти на все, чтобы найти истину. Когда его теории подтвердились, католическая церковь все равно считала действия римской инквизиции верными, так как приговор Бруно вынесли из-за богохульного отношения.

Он не смог добиться истины в свое время, но все его труды и учения послужили путеводителем для других молодых и гениальных ученых, которым удалось продолжить дело Джордано Бруно.

Доклад №2

Вблизи от Неаполя в провинции Нола в 1548 году в семье военного Джовани Бруно и крестьянки родился мальчик. Родители назвали его Филипп. С детства Филипп испытывал тягу к знаниям. В 11-тилетнем возрасте мальчика отправили в Неаполь изучать естественные науки. В 16 лет подросток стал монахом в монастыре Святого Доминикана и получил имя Джордано.

Свободное время он проводил в библиотеке монастыря, читая книги по философии, астрономии, диалектики, истории. Особенно он увлекся трудами Коперника о движении небесных тел.  Джордано поддерживал идеи Коперника, что противоречило церковным традициям. Церковь считала, что Земля центр космоса, а небесные светила вращаются вокруг неё.

Во время своей первой церковной службы Джордано Бруно высказался в поддержку Коперника и его трудов. Священники объявили его еретиком. Джордано вынужден был покинуть Италию, чтобы не стать жертвой инквизиторов.  Более 15 лет прожил в Европе. Юноша писал статьи по философии, выступал с лекциями, участвовал в научных спорах. Противники взглядов вынуждали его переезжать из города в город. В Англии он выпустил книгу «О бесконечности Вселенной и мирах».  Джордано  продвигал и дополнял трактаты Коперника о вращении Земли и других планет вокруг Солнца, но поддержки его учения не было даже у просвещенных людей той эпохи.

Мировоззрение созданное философом было новым и прогрессивным и по своим идеям не укладывалось в рамки того времени. Его труды опровергали существовавшие примитивные церковные догмы. За это церковь возненавидела ученого. Им удалось обманным путём вернуть Джордано в Италию, где инквизиция обвинила его в богоотступничестве. 7 лет учёный провёл в тюрьме, его подвергали пыткам, принуждая к отречению от своих идей.

Джордано остался верным своему учению, за что был сожжен в Риме на площади. На месте костра потомки воздвигли памятник философу и ученому Джордано Бруно.

5 класс, 7 класс кратко. краткая биография

Джордано Бруно

Популярные темы сообщений

  • Правовое государство

    Правовое государство – это страна, в которой приоритет политики направлен на права и свободу человека. Мысли о построении именно правового государства возникали у людей еще давно.

  • Как человек использует хвойные растения

    Неповторимым богатством нашей Земли являются лесные массивы, занимающие огромную площадь. Некоторая их часть принадлежит хвойным растениям. Человек давно нашел применение этим представителям мира флоры.

  • город Чебоксары

    «Жемчужиной Поволжья» называют один из самых красивых городов, расположенный на правом побережье Волги. Это Чебоксары – город старинных построек и высотных домов, многочисленных памятников и уютных скверов.

Джордано Бруно

Джордано Бруно (1548-1600 гг.) — итальянский последователь учения Н.Коперника о Солнечной системе.

Он родился в итальянском городе Нола. Пятнадцатилетним мальчиком поступил в монастырь, где его стали готовить к деятельности католического проповедника. Юноша хотел обладать знаниями, а их можно было получить, сделавшись монахом. Вскоре Д.Бруно становится одним из наиболее образованных людей своего времени. Уже первые его произведения вызвали гонения со стороны церковных властей, и монастырь не мог уже смотреть сквозь пальцы на вольнодумство Бруно, который стал считаться врагом церкви. Ему оставалось только бежать, спасая свою жизнь. Бруно путешествует по Швейцарии и Франции, в 1583 году приезжает и в Англию. Здесь он стал читать лекции в Оксфордском университете.

В Англии Бруно написал ряд произведений, где показал себя последователем Коперника. Но в своих работах он пошел дальше Коперника, утверждая, что Солнце не есть центр мира, а лишь одна из его звезд среди бесконечного количества других небесных тел. Бруно учил, что Вселенная не имеет границ и центра. Его представления о строении Вселенной, о закономерностях ее движения явились гениальными догадками, правильность их была впоследствии доказана астрономами. Но тогда идеи Д.Бруно казались безумными.

Долгое время он скитался, скрываясь от врагов, преследовавших его. В 1591 году он получает любезное приглашение от одного венецианского вельможи, который приглашает его в Венецию и обещает свое покровительство и защиту. Д.Бруно возвращается в Италию, и его тут же заключают в тюрьму, так как венецианский вельможа оказался агентом инквизиции и предал Бруно в ее руки. В тюрьме Д.Бруно подвергали бесконечным допросам и пыткам. Восемь лет томился он там. Инквизиторы уговаривали его отказаться от еретических взглядов, обещали вернуть ему свободу, если он раскается и публично признается в своей вине перед церковью. Бруно выдержал все издевательства, все пытки, но не отказался от своих взглядов.

9 февраля 1600 года Д.Бруно выслушал свой приговор. Он был лишен сана священника, отлучен от церкви, и его должны были сжечь на костре. Казнь была совершена 17 февраля 1600 года. Инквизиторы хотели, чтобы после смерти Бруно от него ничего не осталось, даже пепел от костра они развеяли. Но они просчитались, ибо осталось учение Д.Бруно, которое после его смерти распространялось из города в город, из страны в страну. Триста лет спустя на той же площади в Риме, где погиб Бруно, итальянцы воздвигли ему памятник.

Джордано Бруно - философ, отправленный на костёр

Мы знаем Джордано Бруно как учёного и священника. Известно также и то, что он был передан в руки священной инквизиции. В те времена очень настороженно относились к любому открытию, все это считалось чем-то колдовским, магическим, «от лукавого». Это сейчас мы восхищаемся трудами первооткрывателей, а в то время люди были очень суеверными и набожными. Высказать какую-то нестандартную идею было очень смелым поступком. Джордано Бруно был смелым.

Он появился на свет в местечке недалеко от Неаполя, в 1548 году. При рождении родители нарекли мальчика Филиппе, это уже позже он стал Джордано. В родном Нола он учился в монастырской школе, а после того как закончил её, принял постриг. Чем старше становился юноша, тем сильнее его привлекала наука. Примерно в 1576 году инквизиция обвинила его в лжепророчестве, он вынужденно покинул Италию и начал заниматься наукой за её пределами. Бруно много путешествовал, искал единомышленников и все больше углублял свои познания в астрономических науках.

От рождения, стоит заметить, Бруно обладал навыком скоростного запоминания. Благодаря этой способности он приобрёл большую популярность. Во время своих путешествий исследователь постоянно находился в высшем свете. Сам король Франции наградил его своей аудиенцией. В Лондоне он писал и издавал свои труды. Был момент, когда он пытался стать преподавателем математики, но его опередил Галилей. Поэтому он обосновался в Италии, в городе, укрытом от глаз инквизиции, но из-за многочисленных жалоб со стороны церкви его всё-таки нашли и арестовывали. В феврале 1600 года великая инквизиция публично предала огню Джордано Бруно.

Что особенного в биографии Бруно? Обычный ребёнок, вырос в семье военного, окончил семинарию, в дальнейшем стал священником, но увлёкся астрономией. Это для нашего времени нормально, но в те времена было нонсенсом. Тогда огромное значение придавалось церкви и религии. Бог был на первом месте, любое действие имело божественное начало. Джордано Бруно сделал очень серьёзный шаг, отказавшись от духовного сана. Он осознавал недостатки системы, понимал, что любой священнослужитель думал больше о своём богатстве, чем о духовном просвещении народа. Такое положение дел очень не нравилось Бруно, и он открыто высказывался на этот счёт.

Священнослужители пытались уличить его в занятиях алхимией. В те времена многие её последователи пытались отыскать философский камень, благодаря которому можно было создавать золото. Никаких доказательств, прямых и косвенных, никто не мог предоставить. Все опирались только на слухи и домыслы.

Учёный все дальше уходил в свои опыты и науку, при этом не переставая обвинять в подхалимстве и казнокрадстве церковь и её служителей.

Джордано Бруно можно с уверенностью назвать последователем учений Коперника, он поддерживал его идею о том, что Земля круглая и вращается вокруг Солнца. Но все его высказывания оставались бездоказательными. Интересно, что наравне с изучением точных наук он ни в коем случае не опровергал Божественного начала во всём. Он верил в бессмертие души, возможность перемещения из одного тела в другое. И его умозаключения в этой сфере тоже не нравились церкви.

Джордано Бруно до последнего был верен своим убеждениям. Уже на костре, на месте своей казни, он произнёс свои последние и главные слова: «Сжечь - не значит опровергнуть!». Принял он свою смерть с гордо поднятой головой, твёрдо веря в свои знания.

И даже сейчас священнослужители наотрез отказываются снять с него все обвинения. Церковь считает, что Джордано Бруно получил по заслугам. Так сказать, принял наказание за свои слова.

Выставка «Великие учителя человечества» в ЭТНОМИРе

Экcпозиция расположена в выставочных залах апарт-отеля «Гималайский дом», а также на втором этаже Культурного центра Индии. Она включает в себя свыше 100 экспонатов, это величайшее собрание бюстов мудрецов всех времён и народов, которые оставили миру самое ценное наследие - знания, указали и на собственном примере продемонстрировали пути духовного развития. Изучая труды, научные открытия, философские трактаты этих учителей, мы приходим к пониманию, что в основе базовой системы ценностей лежит единый фундамент: единство религий, единство народов и единство человека и природы.

Около каждого бюста на выставке расположена информационная табличка с коротким рассказом об основных заслугах Учителя перед человечеством, с указанием знаковых дат и перечнем его трудов. Экспозиция всегда открыта для самостоятельного изучения.

Дело Джордано Бруно: сожженный в пламени веры

Джордано Бруно – знаменитый итальянский ученый, философ, поэт, последователь учения Коперника. С 14 лет он обучался в доминиканском монастыре и стал монахом, сменив имя Филиппо на Джордано. Однако Бруно вынужден был покинуть монастырь за резкие выступления против церковных догматов. Преследуемый церковью, он несколько лет путешествовал по  Европе: читал лекции, выступал на публичных богословских диспутах.

В 1584 году в Лондоне вышли его основные философские и естественнонаучные сочинения, написанные на итальянском языке. Наиболее значительным был труд "О бесконечности вселенной и мирах" (миром называли тогда Землю с ее обитателями). Вдохновленный учением Коперника и идеями немецкого философа XV в. Николая Кузанского, Бруно создал свое, еще более смелое учение о мироздании, предугадав многие будущие научные открытия. Учение Бруно опровергало священное писание, опирающееся на примитивные представления о существовании плоской неподвижной Земли.

В тоске по родине он вернулся в Италию, где по просьбе  веницианца Джованни Мочениго стал преподавать ему мнемонику.

Историческая справка:

Николай Коперник, (Copernicus), знаменитый астроном, 1473-1543, положивший начало современному представлению о системе мира. По происхождению поляк; 1491 поступил в краковский университет; 1503 профессор этого унив.; с 1510 был каноником в Фрауенбурге. К. первый выставил положение о неподвижности солнца и о движении вокруг него земли и планет в сочинении "De revolutionibus orbium coelestium". Николай Кузанский (Nicolaus Cusanus) (настоящее имя — Николай Кребс (Krebs)) (1401-1464) — центральная фигура перехода от философии средневековья к философии Возрождения: последний схоласт и первый гуманист, рационалист и мистик, богослов и теоретик математического естествознания, синтезировавший в своем учении апофатическую теологию и натурализм, спекулятивный логицизм и эмпирическую ориентацию.

Но со временем философия Бруно показалась Мочениго более чем необычной. Он решил, что приютил у себя чародея и начал собирать на учителя "досье", которое затем передал Инквизиции. Утром 23 мая 1592 года Джордано был схвачен и отправлен в тюрьму.

Процесс

Сначала был произведен опрос всех возможных свидетелей, но дальнейшее следствие основывалось лишь на словесных и письменных показаниях Мочениго.  Суд рассматривал отдельные высказывания и положения Бруно в отрыве от текста его произведений. Бруно пояснил, что никогда не порывал с христианством как с учением, даже не порывал с церковью. Наоборот несколько раз он размышлял над официальным возвращением в лоно католичества.

Когда во время суда речь заходила о его философии, он разъяснял инквизиторам моменты, которые могли показаться неясным. Бруно был настолько прост и спокоен, что иногда окружающих охватывал трепет. Не известно, чем бы кончилось дело в Венеции, если бы папа и римская инквизиция не потребовали доставить Бруно в Рим. В этот город его привезли 27 февраля 1593 года и придали ранг вождя еретиков.

Свыше шести лет Бруно держали  в тюрьме, хотя обычно такие дела делались быстро. От него требовали отречения от своих взглядов без всяких оговорок. Бруно не мог отрешиться от всего, что составляло самую суть его. Тюрьма лишь укрепила его. Он не смог отказаться от своей философии, ибо это означало бы изменить Истине.

Главным обвинением инквизиторов было утверждение Бруно о бесконечности миров. Не смотря на пытки, он не отказался от сути своего учения: мысли о душе мира и первой материи, о всеобщей одушевленности природы и ее бесконечной потенции, о движении Земли и о существовании множества миров, в том числе и обитаемых, отражают истину.

Ему были представлены "8 еретических положений", извлеченных из материалов процесса и замечаний цензоров. В шесть дней Бруно должен был или признать вину и отречься или продолжать упорствовать. Было решено дело Бруно закончить, осудить его как еретика, нераскаянного и упорствующего. Книги его надлежало сжечь. При оглашении приговора Бруно сказал: "Вы с большим страхом объявляете мне приговор, чем я выслушиваю его!".

20 января 1600 года состоялось заключительное заседание по делу Бруно. 9 февраля он был отправлен во дворец великого инквизитора Мадручи, где был лишен священнического сана и отлучен от церкви. После этого его предали светским властям, поручая им подвергнуть его "самому милосердному наказанию без пролития крови", что означало сожжение на костре

Бруно держал себя с невозмутимым спокойствием и достоинством. Только один раз он нарушил молчание: "Быть может, вы произносите приговор с большим страхом, чем я его выслушиваю".

На 12 февраля было назначено исполнение приговора, однако оно не состоялось. Инквизиция все еще надеялась, что Бруно откажется от своих взглядов. Но Джордано Бруно сказал: "Я умираю мучеником добровольно и знаю, что моя душа с последним вздохом вознесется в рай".

Его казнили утром 17 февраля 1600 года. По иронии судьбы в этот день в Риме праздновался юбилей: 50 кардиналов, толпы паломников со всей Европы съехались в город ко гробу апостолов искать отпущения грехов. На этом празднике христианской любви и всепрощения был сожжен на Площади Цветов человек, толковавший о вселенской любви, движущей всем созданием.

Более 400 лет прошло со времени сожжения выдающегося ученого Джордано Бруно. Сегодня его имя знают буквально все, хотя помнят, прежде всего,  как жертву инквизиции.

Альтернативный взгляд на дело Джордано Бруно

Существует гипотеза: идеи итальянского мыслителя нельзя назвать научными не только с позиций современного знания, но и по меркам науки XVI века. Бруно не занимался научными исследованиями в том смысле, в каком ими занимались те, кто действительно создавал науку того времени: Коперник, Галилей, а позже Ньютон.

Бруно был религиозным философом, а не ученым. Естественно-научные открытия интересовали его в первую очередь как подкрепление его взглядов не научные вопросы: смысл жизни, смысл существования Вселенной и т.д.

Принято считать, что воззрения Бруно были продолжением и развитием идей Коперника. Однако факты свидетельствуют о том, что знакомство Бруно с учением Коперника было весьма поверхностным, а в толковании трудов польского ученого он допускал весьма грубые ошибки.

Бруно пошел гораздо дальше Коперника, который проявлял чрезвычайную осторожность и отказывался рассматривать вопрос о бесконечности Вселенной. Правда, смелость Бруно была основана не на научном подтверждении его идей, а на оккультно-магическом мировоззрении, которое сформировалось у него под влиянием популярных в то время идей герметизма.

Историческая справка:

"Герметизм — магико-оккультное учение, восходящее, согласно его адептам, к полумифической фигуре египетского жреца и мага Гермеса Трисмегиста, чье имя мы встречаем в эпоху господства религиозно-философского синкретизма первых веков новой эры, и излагавшееся в так называемом "Герметическом корпусе"… Кроме того, герметизм располагал обширной астрологической, алхимической и магической литературой, которая по традиции приписывалась Гермесу Трисмегисту,который выступал как основатель религии, провозвестник и спаситель в эзотерических герметических кружках и гностических сектах… Главное, что отличало эзотерически-оккультные учения от христианской теологии… — убежденность в божественной – нетварной — сущности человека и вера в том, что существуют магические средства очищения человека, которые возвращают его к состоянию невинности, каким обладал Адам до грехопадения. Очистившись от греховной скверны, человек становится вторым Богом. Без всякой помощи и содействия свыше он может управлять силами природы и, таким образом, исполнить завет, данный ему Богом до изгнания из рая".

Что утверждал Джордано Бруно

В своей идее о бесконечности Вселенной Бруно обожествлял мир, наделял природу божественными свойствами. Такое представление о Вселенной отвергало христианскую идею Бога, сотворившего мир из ничего. Бог в учении Бруно переставал быть Личностью. Кроме того, Бруно отстаивал идею переселения душ (душа способна путешествовать не только из тела в тело, но и из одного мира в другой), подвергал сомнению смысл и истинность христианских таинств (прежде всего таинства Причастия), иронизировал над идеей рождения Богочеловека от Девы и т.д. Все это не могло не привести к конфликту с католической Церковью. Коренным отличием позиции Бруно от тех мыслителей, которые также входили в конфликт с Церковью, были его сознательные антихристианские и антицерковные взгляды. Бруно судили не как ученого-мыслителя, а как беглого монаха и отступника от веры.Таким образом, согласно данной гипотезе, Бруно нельзя назвать не только ученым, но даже и популяризатором учения Коперника. С точки зрения науки, Бруно скорее компрометировал идеи Коперника. 

Джордано Бруно утверждал:

1. Земля имеет лишь приблизительно шарообразную форму: у полюсов она сплющена.

2. И солнце вращается вокруг своей оси.

3. "…земля изменит со временем центр тяжести и положение свое к полюсу".

4. Неподвижные звезды суть также солнца.

5. Вокруг этих звезд вращаются, описывая правильные круги или эллипсы, бесчисленные планеты, для нас, конечно, невидимые вследствие большого расстояния.

6. Кометы представляют лишь особый род планет.

7. Миры и даже системы их постоянно изменяются и, как таковые, они имеют начало и конец; вечной пребудет лишь лежащая в основе их творческая энергия, вечной останется только присущая каждому атому внутренняя сила, сочетание же их постоянно изменяется.

Конфликт ученых и церкви. Наши дни

22 июля 2007 года в электронных СМИ появился текст открытого письма к президенту России Владимиру Путину, подписанного 10 академиками РАН. Физики Евгений Александров, Жорес Алферов, Лев Барков, Виталий Гинзбург, Эдуард Кругляков и Анатолий Черепащук, биолог Гарри Абелев, гематолог Андрей Воробьев, геофизик Михаил Садовский и генетик Сергей Инге-Вечтомов обеспокоены "возрастающей клерикализацией российского общества" и "активным проникновением Церкви во все сферы общественной жизни". Вспомнили и призывы ввести в образовательную программу российских школ "Основы православной культуры", и внесение специальности "теология" в перечень научных специальностей Высшей аттестационной комиссии, и критику "засилья материализма" в образовании со стороны Русской Православной Церкви (РПЦ).

Представители РПЦ резко отреагировали на открытое письмо академиков. Зампред Отдела внешних церковных связей Московского Патриархата протоиерей Всеволод Чаплин сравнил письмо академиков с "окриком и доносом", призвал "развенчать химеру так называемого научного мировоззрения" и отказал науке в возможности "убедительно объяснить происхождение мира".

Более того, православное политическое движение "Народный собор" и организация "Центр народной защиты" обратились в прокуратуру Москвы с заявлением о возбуждении уголовного дела против академика Виталия Гинзбурга. По мнению истцов, академик и лауреат Нобелевской премии виновен в разжигании религиозной вражды. Причиной послужило высказывание Гинзбурга, сделано им в одном из интервью: "Преподавая религию в школах, эти, мягко говоря, сволочи церковные хотят заманить души детей".

Цитаты:

Джордано Бруно: "Я учу бесконечности Вселенной как результату действия бесконечной божественной силы, ибо было бы недостойно Божества ограничиться созданием конечного мира, в то время как оно обладает возможностью творить все новые и новые бесчисленные миры. Я утверждаю, что существует бесконечное множество миров, подобных нашей земле, которую я представляю себе, как и Пифагор, в виде небесного тела, похожего на Луну. Планеты и другие звезды. Все они населены, бесконечное множество в безграничном пространстве образует вселенную. В последней существует всеобщее Провидение, благодаря которому все живое растет, движется и преуспевает в своем совершенствовании. Это провидение или сознание я понимаю в двойном смысле: во-первых, наподобие того, как проявляется душа в теле, то есть одновременно в целом и в каждой отдельной части; такую форму я называю природой, тенью или отражением Божества. Затем сознанию присуща еще другая форма проявления во вселенной и над вселенной, именно не как часть, не как душа, а иным, непостижимым для нас образом".

Джованни Мочениго, венецианский магнат: "Я, Джованни Мочениго, сын светлейшего Марко Антонио, доношу по долгу совести и по приказанию духовника о том, что много раз слышал от Джордано Бруно Ноланца, когда беседовал с ним в своем доме, что, когда католики говорят, будто хлеб пресуществляется в тело, то это — великая нелепость; что он… не видит различия лиц в божестве, и это означало бы несовершенство Бога; что мир вечен и существуют бесконечные миры… что Христос совершал мнимые чудеса и был магом, как и апостолы, и что у него самого хватило бы духа сделать то же самое и даже гораздо больше, чем они; что Христос умирал не по доброй воле и, насколько мог, старался избежать смерти; что возмездия за грехи не существует; что души, сотворенные природой, переходят из одного живого существа в другое; что, подобно тому, как рождаются в разврате животные, таким же образом рождаются и люди. Он рассказывал о своем намерении стать основателем новой секты под названием „новая философия“. Он говорил, что дева не могла родить и что наша католическая вера преисполнена кощунствами против величия божия; что надо прекратить богословские препирательства и отнять доходы у монахов, ибо они позорят мир; что все они — ослы; что все наши мнения являются учением ослов; что у нас нет доказательств, имеет ли наша вера заслуги перед богом; что для добродетельной жизни совершенно достаточно не делать другим того, чего не желаешь себе самому…"

Владимир Арнольд, академик РАН: "На этом заседании (сессия Папской академии наук в Ватикане в 1998 году)  меня больше всего поразил своей разумностью сам папа Иоанн Павел II, который сделал доклад о взаимодействии науки (которая, по его словам, одна имеет средства для отыскания истины) и Церкви (которая, он думает, квалифицированнее решает вопрос о том, в каком направлении использовать научные открытия вроде атомных бомб). Папа Иоанн-Павел со мной говорил по-русски. Он сказал мне, что мое предложение реабилитации Джордано Бруно принять нельзя, так как Бруно в отличие от Галилея осужден за неверное теологическое утверждение, будто его учение о множественности обитаемых миров не противоречит Священному Писанию. "Вот, дескать, найдите инопланетян — тогда теория Бруно будет подтверждена и вопрос о реабилитации можно будет обсудить". Там же я узнал и об обвинении Галилея. Оказывается основное инкриминируемое ему утверждение состояло не в том, что Земля вертится, а в том, что, по его словам, "теория Коперника не противоречит Библии". Галилей (в основном) реабилитирован, ибо справедливость его утверждения теперь признана Ватиканом.

Предложение реабилитировать Джордано Бруно я делал в ответ на предложение вступить в Ватиканскую Академию, в которую я из-за этого отказа и не стал вступать. Джордано Бруно был, говорят, другом Шекспира, который, по-видимому, описал его в виде Просперо в "Буре" и в виде Бирона (или Байрона?) в "Напрасных усилиях любви". Бруно некоторое время работал в Оксфорде и вообще сменил много профессий (в том числе наборщика в типографии, учителя и священника, последнее было для него роковым).

Мультимедиа:

Секреты инквизиции: Плененный разум (документальный фильм)

 

Джордано Бруно и дух, движущий Землю

Альберто А. Мартинес

До того, как Галилей начал заниматься астрономией, итальянский философ Джордано Бруно утверждал, что Земля движется вокруг Солнца. Бруно считал, что Земля - ​​это живое существо с душой. Это были необычные верования для христианина.

В 1592 году Бруно был схвачен инквизицией в Венеции и заключен в тюрьму. В следующем году его перевели в тюрьму инквизиции в Риме. После семи с половиной лет допросов его, наконец, приговорили к тому, что многие опасались как наихудшее наказание: ему заткнули рот, доставили в общественное место, привязали к столбу и сожгли заживо.Историки сразу же указывают на то, что Бруно был убит не за свою веру в движение Земли, а за еретические религиозные убеждения.

Гравюра Джордано Бруно ок. 1830 г. (через Wikimedia Commons)

В течение многих лет я исследовал эту историю, и то, что я обнаружил, меня очень удивило. Оказывается, вера Джордано Бруно в движущуюся Землю была напрямую связана с некоторыми из его верований, которые были еретическими. Для католиков ереси были сознательным отходом от католических догм. Ереси были наихудшими преступлениями, даже хуже убийства.Ереси были преступлениями против Бога.

Окончательное осуждение Бруно инквизицией существует только в частичном экземпляре, подготовленном для губернатора Рима. К сожалению, в нем отсутствует список обвинений против Бруно, то есть его предполагаемых ересей. Но есть убедительные доказательства того, чем они были.

8 февраля 1600 года римская инквизиция осудила Бруно во дворце верховного инквизитора, кардинала Людовико Мадруцци. В тот день одним из присутствующих свидетелей был молодой немецкий гуманист Гаспар Шоппе, гость, проживавший во дворце кардинала Мадруцци.Несколько дней спустя Шоппе также стал свидетелем казни Бруно на публичном рынке, открытом перекрестке городских улиц в Риме, известном как Кампо деи Фьори: «Поле цветов».

Статуя Джордано Бруно на Кампо деи Фьори в Риме. Мемориальная доска гласит: «9 ИЮНЯ 1889. БРУНО. ПРЕДНАЗНАЧЕННЫЙ ЕГО ВЕК. ЗДЕСЬ ГДЕ ГОРИЛ ОГОНЬ »(авт.).

В день сожжения Бруно Шоппе написал другу подробное письмо, в котором объяснил, что только что произошло. Шоппе жаловался, что обычные люди в Риме говорили, что лютеранин был сожжен.Но Шоппе объяснил, что это совсем не так. Бруно не был лютеранином, а был чем-то гораздо худшим - «монстром».

Шоппе писал: «Возможно, я тоже поверил бы вульгарным слухам о том, что Бруно был сожжен за лютеранство, но я присутствовал в Священной канцелярии инквизиции, когда был вынесен приговор, и поэтому я знаю, какую ересь он исповедовал».

Отрывок из письма Гаспара Шоппе от февраля 1600 года, опубликованного в 1621 году, в котором излагаются «ужасающие» верования и учения Бруно (источник см. Ниже).

Шоппе перечислил двенадцать абсурдно ужасных заявлений Бруно, его «учений» ( quibus horrenda prorsus absurdissima docet ). Я процитирую только два из них, первый и пятый:
(1) «Миры бесчисленны»…
(5) «Святой Дух есть не что иное, как душа мира»…

Шоппе прокомментировал: «Возможно, вы могли бы добавить: лютеране не учат и не верят в такие вещи, и поэтому к ним следует относиться иначе . Я согласен с вами, и поэтому мы [католики] не сжигаем лютеран.”

Это означает, что если бы лютеране придерживались этих учений или верований, docere neque credere , они были бы сожжены. Это также означает, что Бруно был сожжен за эти учения и верования.

Портрет Гаспара Шоппа работы Питера Пауля Рубенса, 1606 г. (через Wikimedia Commons).

Два вышеуказанных обвинения повторяются на протяжении всего судебного процесса над Бруно, от его начала до конца. Оказывается, оба были напрямую связаны с убеждением Бруно в том, что Земля движется. И самое главное, что удивительно, я обнаружил, что эти верования были ересями и .

Во-первых, Бруно сказал в девяти книгах, что существует множество миров: не только Земля, но и Луна, планеты и звезды: «бесчисленное множество миров». Очевидно, он не знал, что утверждать, что «существует бесчисленное множество миров», было ересью. Эта вера была осуждена как ересь многими авторитетами, в том числе святым Филастером, святым Иеронимом, святым Августином и папой Григорием XIII.

Католики пришли в ужас от этой идеи, потому что, если существует много миров, тогда Иисус Христос должен быть рожден и распят в каждом из этих миров, чтобы предложить спасение существам в таких мирах.

Во-вторых, Бруно сказал, что у Земли есть душа. В двенадцати своих книгах он неоднократно утверждал, что у мира есть душа, у Земли есть душа или у вселенной есть дух. По словам Бруно, Земля была живая, как животное. Так же, как наши тела сделаны из материи, из кусочков Земли, он также сказал, что наши индивидуальные души происходят из души Земли.

Тем не менее, эта вера в то, что небесные тела являются одушевленными , была объявлена ​​еретической Пятым Вселенским Собором в 553 году.Точно так же в 1277 году епископ Этьен Темпье в Париже осудил как ересь веру в то, что небесные тела одушевлены, как животные. Это считалось верой древних язычников, а не христиан.

Когда Бруно был допрошен инквизиторами, он сказал, что Святой Дух - это душа мира. По-видимому, он не знал, что в 1141 году Сансский собор осудил как еретическое утверждение о том, что «Святой Дух есть душа мира».

Рельеф с изображением судебного процесса над Джордано Бруно с основания статуи Феррари на Кампо-де-Фьори (через Wikimedia Commons).

Книги по ересям вторили этому заявлению. Например, в 1590 году Тиберио Дециани опубликовал в Венеции «Уголовный трактат обо всех ересях» , в том числе ересь о том, что Святой Дух является душой мира. И все же Бруно сказал это инквизиторам в Венеции, когда его допросили в 1592 году. И Бруно повторил это римским инквизиторам; он «впал в эту ересь». Всякий, кто впадал в ересь после того, как получил указание отказаться от нее, оказывался упорным еретиком.

Итак, эти ереси о многих мирах и о вселенской душе были связаны с убеждением Бруно в том, что Земля движется. Он движется, потому что это небесное тело. Он движется, потому что у него есть душа.

Тем не менее, есть ли какие-либо прямые доказательства того, что инквизиторы были осведомлены, обеспокоены или раздражены, в частности, заявлением Бруно в трех книгах о том, что Земля движется вокруг Солнца?

Да. К 1597 году теологи, работавшие на римскую инквизицию, извлекли десять предложений из книг Бруно.Эти предложения были осуждены, и Бруно вынужден был отречься. Два были о «мировой душе» или «вселенском духе». Один был про оживляемые планеты. Один был о существовании множества миров. И да, пятое осуждаемое суждение Бруно звучало так: «О движении Земли».

Линейная гравюра Николая Коперника (1473-1543). Коперник держит в руках модель своей гелиоцентрической теории (через Wikimedia Commons).

Все это означает, что вера Бруно в движущуюся Землю была частью еретического мировоззрения, которое он отстаивал как в своих книгах, так и на судебном процессе.Его представления о многих мирах и о душе мира убедили его в правоте Коперника: Земля движется. Те же самые представления о мирах и душах привели Бруно к его смерти.

Шестнадцать лет спустя, в 1616 году, когда Галилей впервые столкнулся с проблемой инквизиции в Риме, четверо из тех же инквизиторов и консультантов, участвовавших в процессе над Бруно, также встретились с Галилеем. Один из них был теперь главой инквизиции. Другой теперь возглавлял Указатель запрещенных книг. И другим теперь был Папа.

Но Галилей был осторожнее Бруно.

Иллюстрация, изображающая Галилео Галилея на суде инквизиции в Риме в 1633 году (через Wikimedia Commons).

Галилей отрицал, что Луна была другим миром, хотя он обнаружил - он увидел в телескоп - что на Луне есть горы и долины. Бруно на самом деле предсказал это, а Коперник - нет. Галилей не сказал, что «существует бесчисленное множество миров», хотя он с гордостью написал, что открыл «бесчисленное множество звезд.Бруно, а не Коперник, тоже это предсказал. Галилей открыл спутники вокруг Юпитера. И снова Бруно предсказал, что у некоторых планет есть луны, как у Земли, а у Коперника их не было.

Галилей также не сказал инквизиторам ни о какой душе или вселенском духе, которые движутся по Земле. Но в двух частных письмах в 1615 году он осторожно признал, что верит, что Солнце можно описать как душу мира и что оно передает дух по всей вселенной, дух, дающий жизнь и движение всем вещам.Даже Земля?

После встречи с инквизиторами в Риме Галилей больше никогда не писал об универсальном духе, который оживляет и движет всем. Мы даже не знаем, знали ли инквизиторы, что в частном порядке, тайно, тихо, Галилей тоже вынашивал подобные идеи.

Бруно был убит не за свою веру в движение Земли. Но это убеждение было напрямую связано с ключевыми ересями, приведшими к его казни.

Суд над Бруно был на фоне проблем Галилея с инквизицией.Галилей жил в преследующей тени горящего человека.

Источник фотографии: Гаспар Шоппе Конраду Риттерхаузену, 17 февраля 1600 г., напечатано в Gaspari Scioppii, «Epistola, in qua sententiam de Lutheranis tanquam haereticis atram Romae fieri asserit & probat», в Machiavellizatio (Zaragosa: Didacus Ibarra). 30-35.

Также Альберто Мартинес на Not Even Past:

Здесь можно найти больше работ и сочинений Альберто Мартинеса.

Расширитель Вселенной Коперника - EMBS

IEEE PULSE представляет

Ретроспектроскоп сентябрь / октябрь 2019 г.

Опубликовано 7 окт.2019 г.

Сколько преступлений было совершено во имя Бога?

Combien de Crime ont été et sont commis sur le nom de Dieu?

Wie viele Verbrechen wurden und werden auf Gottes Namen begingen?

¿Cuántos crímenes fueron y son cometidos en nombre de Dios?

Quanti crimini furono e sono comssi sul nome di Dio?

Джордано Бруно, или Иордан Брун Нолан (1548–1600), был итальянским доминиканским монахом, философом, математиком, поэтом и теоретиком космологии, родившимся в Неаполитанском королевстве.Он расширил тогда еще новую модель Коперника и предположил, что звезды - это просто далекие солнца, окруженные их собственными экзопланетами, и поднял вероятность того, что эти планеты могут даже способствовать собственной жизни. Кроме того, Бруно также подчеркнул, что Вселенная бесконечна и не может иметь небесного тела в центре. Революционные идеи, расшатывающие основы утверждений католической церкви; ответ занял некоторое время, но был безжалостно жесток.
Он получил частное обучение в августинском монастыре и посещал публичные лекции в Studium Generale, которые были учебными заведениями, которые привели к появлению более ранних христианских университетов.В возрасте 17 лет он вступил в доминиканский орден в монастыре Сан-Доменико-Маджоре, всегда в Неаполе, взяв имя Джордано в честь Джордано Криспо, своего наставника по метафизике. Он продолжил там свое обучение, завершив свое послушничество, и стал рукоположенным священником в 1572 году в возрасте 24 лет. Во время своего пребывания в Неаполе он прославился своим искусством запоминания и однажды поехал в Рим, чтобы продемонстрировать свою мнемоническую систему. перед Папой Пием V, по имени Антонио Гислиери (1504–1572), подвижником, реформатором и беспощадным гонителем еретиков.Во время его правления (1566–1572 гг.) Инквизиции удалось ликвидировать протестантизм в Италии, и постановления Тридентского собора (1545–1563 гг.) Вступили в силу [1], [2].

Первые годы скитаний (1576–1583)

Бруно сначала отправился в генуэзский порт Ноли, затем в Савону, Турин, и, наконец, в Венецию, где он опубликовал свою потерянную работу О знаках времени с разрешения (так он утверждал на суде) доминиканцев. Ремиджио Наннини Фьорентино.Из Венеции он продолжил путь в Падую, где встретил товарищей-доминиканцев, которые убедили его снова носить свою религиозную одежду (которую он оставил). Из Падуи он переехал в Бергамо, а затем через Альпы в Шамбери и Лион, Франция. Его движения после этого времени неясны.
В 1579 году Бруно прибыл в Женеву. Во время своего венецианского суда он сказал инквизиторам, что, находясь в Женеве, он сказал маркезу де Вико Неаполя, который был известен тем, что помогал итальянским беженцам в Женеве, что он не намерен принимать религию города.Он хотел остаться там только для того, чтобы жить на свободе и в безопасности. Бруно сшил себе штаны, а маркиз и другие, очевидно, подарили Бруно меч, шляпу, плащ и другие предметы первой необходимости для одевания; в такой одежде Бруно уже не мог быть признан священником. Какое-то время дела у Бруно, по-видимому, шли хорошо, когда в мае 1579 года он занес свое имя в Книгу ректора Женевского университета. Но в соответствии со своей личностью он не мог долго молчать.В августе он опубликовал нападение на работу выдающегося профессора, что привело его и типографию к немедленному аресту. Вместо того, чтобы извиняться, Бруно настаивал на продолжении защиты своей публикации. Ему было отказано в праве принимать причастие. В конце концов это право было восстановлено, но после этого он покинул Женеву.
Затем он отправился во Францию, сначала прибыв в Лион, а затем поселившись на время (1580–1581) в Тулузе, где получил докторскую степень по теологии и был избран студентами для чтения лекций по философии.Кажется, он также пытался в это время вернуться в католицизм, но священник-иезуит отказал ему в отпущении грехов. Когда летом 1581 года вспыхнула религиозная рознь, он переехал в Париж. Там он провел цикл из 30 лекций на богословские темы, а также начал прославиться своей потрясающей памятью. Подвиги Бруно в области памяти были основаны, по крайней мере частично, на его сложной системе мнемоники, но некоторым из его современников было легче приписать их магическим силам. Его таланты привлекли к себе внимание короля Генриха III (короля Франции между 1574 и 1589 годами).Генри вызвал его в суд. Впоследствии Бруно сообщил, что у него было такое имя, что король Генрих III вызвал его, чтобы узнать, была ли память, которой он обладал, естественной или приобретена магическим искусством. Он убедил его, что это исходит не от колдовства, а от организованного знания; и после этого он напечатал книгу по памяти под названием Тени идей , которую он посвятил Его Величеству. Кроме того, король дал ему жалованье.

Англия (1583–1585)

Неугомонный темперамент Бруно заставил его переехать на этот раз в апреле 1583 года в Англию с рекомендательными письмами от Генриха III к французскому послу Мишелю де Кастельно.Там он познакомился с членами Герметического кружка. Давайте вспомним, что герметизм был религиозной и философской традицией, основанной на писаниях, приписываемых Гермесу Трисмегисту, возможно, сочетанию греческого бога Гермеса и египетского бога Тота. Эти сочинения считались очень важными в эпоху Возрождения и Реформации [3].
Бруно также читал лекции в Оксфорде и безуспешно пытался там учиться. Его взгляды были противоречивыми, особенно с Джоном Андерхиллом, ректором Линкольн-колледжа, и Джорджем Эбботом, которые высмеивали Бруно за поддержку позиции Коперника о том, что Земля действительно вращается, а небеса неподвижны.Джордж Эббот (1562–1633) был архиепископом Кентерберийским с 1611 по 1633 год. Он также служил четвертым канцлером Тринити-колледжа в Дублине, Ирландия, с 1612 по 1633 год. Очевидно, хотя он был искренним, он был довольно ограниченным кальвинистом. , переводчик Библии Короля Иакова [4].
Тем не менее пребывание Бруно в Англии было плодотворным. За это время он завершил и опубликовал некоторые из своих самых важных работ, шесть итальянских диалогов, включая космологические трактаты, La Cena de le Ceneri (Пепельная вечеря в среду , 1584), De la Causa, Principio et Uno ( On Cause, Principle and Unity, 1584), De l'Infinito, Universo e Mondi (О бесконечности, Вселенной и мирах , 1584), а также Lo Spaccio de la Bestia Trionfante (Изгнание торжествующего зверя ). , 1584) и De gl 'Heroici Furori (О героических безумствах , 1585).Некоторые из них были напечатаны Джоном Чарльвудом. Однако работы Бруно в Лондоне, особенно The Ash Wednesday Supper , были сочтены оскорбительными. И снова противоречивые взгляды и бестактный язык Бруно лишили его поддержки друзей.

Последние годы скитаний (1585–1592)

В октябре 1585 года, после нападения толпы на французское посольство в Лондоне, Бруно вернулся в Париж с послом Кастельно, обнаружив напряженную политическую ситуацию. Более того, его 120 тезисов против естествознания Аристотеля и его брошюры против математика Фабрицио Морденте вскоре поставили его в дурную славу.В 1586 году, после ожесточенной ссоры по поводу изобретения Морденте, дифференциального компаса, он уехал из Франции в Германию [5].
В Германии ему не удалось получить место преподавателя в Марбурге, но ему было разрешено преподавать в Виттенберге, где он читал лекции по Аристотелю в течение двух лет. Однако с изменением интеллектуального климата там его больше не приветствовали, и в 1588 году он перебрался в Прагу, где получил некоторую поддержку от Рудольфа II, но не преподавательскую должность. Некоторое время он служил профессором в Хельмштедте, но снова был вынужден бежать, когда лютеране отлучили его от церкви.Рудольф II (1552–1612), член Дома Габсбургов, был императором Священной Римской империи (1576–1612), королем Венгрии и Хорватии (как Рудольф I, 1572–1608), королем Богемии (1575–1608 / 1611). ) и эрцгерцог Австрии (1576–1608).
В этот период в Праге Бруно написал несколько латинских произведений, в том числе De Magia (О магии) , Theses De Magia (Тезисы о магии), и De Vinculis In Genere (Общий отчет о связях) . Все они, по-видимому, были переписаны или записаны ассистентом между 1589 и 1590 годами.Он также опубликовал De Imaginum, Signorum, et Idearum Compositione (О композиции образов, знаков и идей) в 1591 году. В том же году он был во Франкфурте. Очевидно, во время Франкфуртской книжной ярмарки он получил приглашение в Венецию от патриция Джованни Мочениго, который хотел обучаться искусству памяти, а также услышал о вакантной кафедре математики в Падуанском университете. В то время инквизиция, казалось, теряла часть своей строгости, и поскольку Венеция была самым либеральным государством в Италии, Бруно был убаюкан, чтобы совершить роковую ошибку, вернувшись в Италию.
В каком-то смысле этот шаг ознаменовал начало конца. Сначала он отправился в Падую, где кратко преподавал, и безуспешно подал заявление на кафедру математики, которую год спустя уступили Галилео Галилею. Бруно принял приглашение Мочениго и переехал в Венецию в марте 1592 года. Около двух месяцев он служил домашним наставником Мочениго. Когда Бруно объявил о своем плане покинуть Венецию, последний, который был недоволен полученными учениями и, по-видимому, не любил Бруно, донес на него венецианскую инквизицию, и Бруно был арестован 22 мая 1592 года.Среди многочисленных обвинений в богохульстве и ереси, выдвинутых против него в Венеции, основанных на доносе Мочениго, была его вера во множественность миров, а также обвинения в неправомерном поведении. Бруно умело защищался, подчеркивая философский характер некоторых своих позиций, отрицая другие и признавая, что у него были сомнения по некоторым вопросам догмы. Римская инквизиция потребовала его перевода в Рим. После нескольких месяцев споров венецианские власти согласились, и в феврале 1593 года Бруно был отправлен в Рим.

Заключение, суд и казнь (1593–1600)

Рисунок 1. Суд над Джордано Бруно римской инквизицией. Бронзовый рельеф Этторе Феррари, Кампо ди Фьори, Рим.
В течение семи лет судебного процесса в Риме Бруно содержался в заключении. Некоторые важные документы о судебном процессе утеряны, но другие сохранились, в том числе краткое изложение судебного разбирательства, которое было повторно открыто в 1940 году. Многочисленные обвинения против Бруно, основанные на некоторых его книгах, а также на показаниях свидетелей, включали богохульство, безнравственное поведение и ересь в вопросах догматического богословия и затрагивали некоторые из основных доктрин его философии и космологии.
Инквизиция признала его виновным, и в 1600 году он был сожжен на костре римской площади Кампо-ди-Фьори. После смерти он приобрел значительную известность, особенно отмеченную комментаторами 19-го и начала 20-го веков, которые считали его мучеником за наука, хотя историки спорят о том, насколько суд над его ересью был ответом на его астрономические взгляды или другие аспекты его философии и теологии (рис. 1 и 2).
Рисунок 2. Памятник Бруно, где он был казнен, Кампо ди Фьори, Рим.

Обсуждение

Хотя Бруно отличался выдающимися способностями, его склонность к свободомыслию и запретным книгам вскоре вызвала у него трудности. Учитывая споры, которые он вызвал в более поздней жизни, удивительно, что он смог оставаться в монашеской системе в течение 11 лет. В своих показаниях венецианским инквизиторам во время суда, много лет спустя, он говорит, что против него дважды были возбуждены дела за то, что он выбросил изображения святых, сохранил только распятие, и за то, что рекомендовал спорные тексты новичку.Такое поведение, возможно, можно было не замечать, но положение Бруно стало гораздо более серьезным, когда копия запрещенных сочинений Эразма с его комментариями была обнаружена в тайнике его монастыря. Когда он узнал, что против него готовится обвинительный акт в Неаполе, он сбежал. Эразм Роттердамский (1466–1536), гуманист, католический священник и строгий социальный критик, поддерживал идеи о церкви, которые вызывали реакцию против него. Косвенно Бруно тоже заплатил цену.
Бруно защищал себя, как и в Венеции, настаивая на том, что он принял догматическое учение церкви, но стараясь сохранить основы своей философии.В частности, он твердо придерживался своей веры во множественность миров, хотя его и уговаривали отказаться от нее. Его суд проходил под наблюдением инквизитора кардинала Беллармина, который потребовал полного отречения, на что Бруно отказался. 20 января 1600 года папа Климент VIII объявил Бруно еретиком, и инквизиция вынесла смертный приговор. Говорят, что он сделал угрожающий жест своим судьям и ответил: «Возможно, вы выносите этот приговор против меня с большим страхом, чем я его принимаю».
Передан светским властям. В Пепельную среду, 17 февраля 1600 года, на Кампо-ди-Фьори (центральная римская рыночная площадь), его язык был заточен из-за его злых слов, он был подвешен голым вверх ногами, прежде чем он был окончательно сожжен на костре. Его прах был брошен в реку Тибр. Все работы Бруно были помещены в Index Librorum Prohibitorum в 1603 году. Кардиналами инквизиции, которые судили Бруно, были: кардинал Беллармино, кардинал Мадруццо, кардинал Камилло Боргезе (позже Папа Павел V), Доменико кардинал Пинелли, Помпейо кардинал Арригони, кардинал Сфондинати, Пединал Де Деза Мануэль и кардинал Санторио (архиепископ Санта-Северина) [6].
Самое раннее изображение Бруно - гравюра, опубликованная в 1715 году; он считается единственным известным портретом Бруно, возможно, это повторная гравюра, сделанная с утраченного оригинала, что послужило источником для более поздних изображений. Записи о заключении Бруно в тюрьму венецианской инквизицией в мае 1592 года описывают его как человека среднего роста, с рыжеватой бородой и на вид примерно 40-летнего возраста. С другой стороны, отрывок из работы Джорджа Эббота указывает на то, что Бруно был миниатюрного роста: «Когда тот итальянец Дидаппер, который назвал себя Филофея Иордана Брунуса Нолана, magis advancedratae Theologiae Doctor и т. Д., С именем длиннее его тела…Слово « didapper », использованное аббатом, является насмешливым. Буквально это описывает небольшую ныряющую водоплавающую птицу, часто посещающую реки и пресные воды. Кроме того, уничижительно это относится к тому, кто на время исчезает и внезапно появляется снова [7].
Немногие астрономы времен Бруно приняли гелиоцентрическую модель Коперника. Среди тех, кто это сделал, были немец Майкл Маэстлин (1550–1631), Иоганн Кеплер (1571–1630), англичанин Томас Диггес и итальянец Галилео Галилей (1564–1642). В 1584 году Бруно опубликовал два важных философских диалога ( La Cena de le Ceneri и De l'Infinito, Universo et Mondi ), в которых он выступал против планетарных сфер, как это сделал Тихо Браге в 1587 году, и подтвердил принцип Коперника. .В частности, чтобы поддержать точку зрения Коперника и противостоять возражению, согласно которому движение Земли будет восприниматься посредством движения ветра, облаков и т. Д., В La Cena de le Ceneri , Бруно предвосхищает некоторые из аргументы Галилея по принципу относительности. Обратите внимание, что он также использует пример, теперь известный как корабль Галилея. Верное, хотя и частичное, подтверждение Бруно должно подождать последствий и воздействия ньютоновской космологии. Общий вклад Бруно в зарождение современной науки по-прежнему вызывает споры в нескольких отношениях.Некоторые ученые подчеркивают важность идей Бруно о бесконечности Вселенной и отсутствии геоцентрической структуры. Другие видят в идее Бруно о множественности миров предшественника квантовой механики.
Ватикан опубликовал несколько официальных заявлений о суде над Бруно и его казни. В 1942 году кардинал Джованни Меркати, обнаруживший ряд утерянных документов, относящихся к делу Бруно, заявил, что Церковь имеет все основания осудить его. На 400-ю годовщину смерти Бруно в 2000 году кардинал Анджело Содано объявил его смерть печальным эпизодом , но, несмотря на свое сожаление, он защищал прокуроров Бруно (!!!), утверждая, что инквизиторы хотели служить свободе. и содействовал общему благу и сделал все возможное, чтобы спасти свою жизнь.В том же году Папа Иоанн Павел II принес общие извинения за насилие, которое некоторые совершили в служении истине; к сожалению, и до сих пор ни одной прямой ссылки на дело Бруно даже не упоминалось.
Некоторые авторы характеризуют Бруно как мученика науки. Они утверждают, что, хотя богословские убеждения Бруно или их восприятие другими людьми были важным фактором в его судебном процессе над ересью, его коперниканство и космологические убеждения сыграли значительную роль в исходе.Некоторые историки, как поклонники, так и критики Бруно, в основном согласны с тем, что он был напыщенным и высокомерным, проявляя мало терпения с теми, кто хотя бы слегка не соглашался с ним. Было высказано предположение, что переживание отвержения Бруно, когда он посетил Оксфордский университет, могло быть связано с манерами Бруно, его языком и его самоутверждением, а не его идеями, которые вызвали оскорбление.
На веб-сайте Секретных архивов Ватикана, где обсуждается краткое изложение судебных разбирательств против Бруно в Риме, говорится: «В тех же комнатах, где был допрошен Джордано Бруно по тем же важным причинам взаимоотношений между наукой и верой, на заре новая астрономия и упадок философии Аристотеля, шестнадцать лет спустя кардинал Беллармино, который тогда оспорил еретические тезисы Бруно, вызвал Галилео Галилея, который также предстал перед знаменитым инквизиционным судом, который, к счастью для него, закончился простым отречением.
Как карикатурно выглядит и звучит средневековая религиозная креационистская концепция геоцентрической вселенной с учетом современных знаний астрономии, астрофизики, исследования космоса и их поразительных открытий вероятной безграничной и расширяющейся Вселенной. Сколько несправедливостей, сколько духовных влиятельных людей, ослепленных грубыми убеждениями и полным невежеством! Наше время 21-го века, несмотря на то, что оно наполнено большими и сложными проблемами, также показывает бесчисленные пути выхода, которые постоянно стимулируют крупнейшую из когда-либо созданных вселенных - Человеческий разум!

Список литературы

  1. И.Ф. Бертон и Д. Вудрафф, «Святой Пий V.» 2018. [Онлайн].
  2. М. Чилиберто, Джордано Бруно . Рим, Италия: Editori Laterza, 2005.
  3. Герметизм. 2018. [Онлайн].
  4. Джордж Эббот (епископ). 2018. [Онлайн].
  5. В. Заффино, «Джордано Бруно и пропорциональный восьмеричный компас». 2018. [Онлайн].
  6. Джордано Бруно. 2018. [Онлайн].
  7. Didapper. 2018. [Онлайн].

Почему Cosmos сосредоточился на Джордано Бруно?

В 1990 году Карл Саган возглавил группу ученых в составлении и подписании открытого письма, призывающего к действиям в связи с различными экологическими кризисами, с которыми сталкивается мир, включая угрозу ядерной войны и реальность ядерного загрязнения, а также изменение климата и озон. истощение и кислотный дождь.В письме, озаглавленном «Сохранение и забота о Земле: призыв к совместным действиям в науке и религии», поясняется:

Проблемы такого масштаба и решения, требующие столь широкого взгляда, должны с самого начала признаваться как имеющие религиозное значение. а также научное измерение. Осознавая нашу общую ответственность, мы, ученые, многие из нас давно занимаются борьбой с экологическим кризисом, настоятельно призываем мировое религиозное сообщество взять на себя обязательство словом и делом и со всей необходимой смелостью сохранить окружающую среду Земли.

Что касается вопросов мира, прав человека и социальной справедливости, религиозные учреждения могут здесь также быть сильной силой, поощряющей национальные и международные инициативы как в частном, так и в государственном секторах, а также в различных сферах торговли, образования, культуры и массовая коммуникация. Экологический кризис требует радикальных изменений не только в государственной политике, но и в поведении людей. Исторические записи ясно показывают, что религиозное учение, пример и руководство могут сильно повлиять на личное поведение и приверженность.

Как ученые, многие из нас испытали глубокий трепет и благоговение перед Вселенной. Мы понимаем, что то, что считается священным, с большей вероятностью будет рассматриваться с осторожностью и уважением. Так следует относиться к нашему планетарному дому. Усилия по защите и бережному отношению к окружающей среде должны сопровождаться видением священного. В то же время необходимо гораздо более широкое и глубокое понимание науки и технологий. Если мы не понимаем проблемы, вряд ли мы сможем ее исправить.Таким образом, религия и наука играют жизненно важную роль.

Его знаменитый сериал « Космос » затрагивал многие из тех же тем, особенно его страхи перед ядерной войной.

Первый эпизод перезагрузки Cosmos так далеко не отважился на вопросы политики и природы общества, и его самый мощный выход на эту территорию получил неоднозначные отзывы. Как заметил наш собственный Питер Хесс, первый эпизод сделал большой отход от своей истории космоса, чтобы рассказать карикатурную историю Джордано Бруно.Похоже, целью было возродить давно опровергнутую и исторически дискредитированную метафору войны между наукой и религией. При этом перезагрузка Cosmos отказывается от разумной позиции Сагана в отношении науки и религии (личный агностицизм и общественный скептицизм в отношении заявлений о сверхъестественном) и попутно портит историю науки.

Не только Гесс из NCSE (теолог) возражал против неправильного использования и искажения характеристики Джордано Бруно. Писатель-научный сотрудник Бекки Феррейра для Motherboard признала, что шоу «довольно хорошо справилось с задачей прикрыть задницу, включив некоторые противоречия Бруно, например, тот факт, что он был дрянным ученым (и многие историки утверждают, что его не следует рассматривать. один вообще) », добавив:

правда в том, что его убили не научные теории Бруно… поддержка [гелиоцентризма] не считалась ересью во время суда над Бруно.... [Его] поддержка космологии Коперника была наименее еретической позицией, которую он пропагандировал ... Например, Бруно имел смелость предположить, что сатане предназначено быть спасенным и искупленным Богом. Он не думал, что Иисус был сыном Божьим, а считал его «необычайно опытным фокусником». Он даже публично оспорил девственность Марии. Церковь могла допустить скольжение астрономических теорий, но призывать Богородицу к ее сексуальной жизни? Нет сомнений в том, что именно эти идеи поставили Бруно на карту.

Историк науки Ребекка Хиггитт для Guardian отмечает, что:

, по-видимому, главное сообщение было о героической страсти к истине против догм и науке против религии... это случай превращения истории в притчу.

Это проблематично по многим причинам, одна из которых заключается в том, что это не совсем соответствует утверждениям о защите знаний, основанных на фактах. Другой заключается в том, что скрытые части истории Бруно, которые подрывают образ ученого мученика, играют на руку тем, кто слишком рад подчеркивать то, что может показаться антирелигиозной пропагандой, исходящей от научного и медийного истеблишмента.

Историк астрономии Мэг Розенбург в своей работе «Истинные аномалии» резюмирует сегмент Бруно как «захватывающую, но очень упрощенную историю.

Итак ... он был ученым? Нет, как справедливо заявляет Тайсон. Его взгляды были философскими рассуждениями, а не основанными на эмпирических наблюдениях - и в любом случае «наука» не подходит для обозначения того, чем кто-либо занимался в 16 веке. К тому же он был не тем воспитанным, косоглазым инакомыслящим, которого изображает Космос, а довольно сложным человеком, хотя, вероятно, более интересным!

Импресарио Sciencebloggin Хэнк Кэмпбелл для Федералиста задает вполне разумный вопрос: «Почему научная программа посвятила 25 процентов своего первого эпизода преследованию кого-то, кто не был ученым, не был принят учеными и опубликован? никакой науки, а вместо этого был мучеником за магию? »

Томас Макдональд, церковный историк и религиозный репортер, ведущий блог на Патеосе, возражал против утверждения эпизода о том, что «в 1599 году все [кроме Бруно] знали, что солнце, планеты и звезды были просто огнями в небе, вращающимися вокруг Земли.

Вау, кто расскажет Копернику? Кеплер? Стиглиола? Diggs? Маэстлин? Ротманн? Браге? Все они верили в модели космоса, которые не считались ортодоксальными, и жили во времена Бруно. Все они избежали огня , и действительно, инквизиция даже не преследовала их. Именно здесь перед нами главная ложь, лежащая в основе современной антирелигиозной научной пропаганды: война между верой и наукой…

Бруно не был другом науки. Он был обеспокоенным мистиком.Стэнли Джаки, переводивший бессвязную бессмысленную «Ужин пепельной среды» Бруно, предположил, что если бы инквизиция не сожгла его, то сожгли бы коперниканцы. Он только навредил прогрессу, достигнутому настоящими учеными и учеными, и, возможно, заложил основу для жесткого подхода к Галилею…

И затем задает критический вопрос:

Почему мы воспроизводим историю Бруно в документальном фильме о космосе?

Какова цель? Что в итоге?

Чтобы показать, как наука и религия пришли в противоречие? Случай с Галилео был бы лучшим примером для этого, но люди уже знают, что он, и Галилей не имел преимущества кинематографической смерти, из-за которой его противники выглядели бессмысленными дикарями.

В развитии теорий о космосе Бруно почти не имел отношения к делу и, возможно, даже навредил этим дебатам, потому что он смешал эти теории с ошеломляющим уровнем ереси и чепухой в стиле нью-эйдж. Он был герметиком и каббалистом и рассматривал гелиоцентризм не как некую поддающуюся проверке научную истину, а как знак возврата к истинной, высшей религии Древнего Египта. Он видел в своей работе поправку к Копернику, который не понимал религиозного значения гелиоцентризма.На него больше повлиял оккультист и фокусник Генрих Корнелиус Агриппа, чем кто-либо другой. Его работа имела мало общего с наукой.

Кардинал Николай Кузанский был бы гораздо более подходящей фигурой для иллюстрации развития этой идеи, но он мирно умер в своей постели, кардинал и чиновник папского двора, поэтому он не так полезен, как Бруно.

Кори Пауэлл, редактор журнала Discover , провел обширный обмен мнениями с писателем Cosmos Стивеном Сотером, пытаясь решить эти проблемы.Я думаю, что версия Пауэлла остается более веской, чем версия Сотера, но вы можете судить сами.

Историк науки 16-го века Тони Кристи обращается к историческим аргументам Сотера, отмечая, что он неправильно использует различные цитаты, чтобы утверждать, что Бруно имел большее влияние, чем он, и что он неправильно интерпретирует историю, пытаясь прочитать ее задом наперед:

Сотер также виновен Здесь мы собираем цитаты, выбирая те части фантазии Бруно, которые соответствуют нашим современным представлениям, и спокойно игнорируя те, которые не соответствуют.Это форма презентизма, известная как поиск предшественников. Человек берет общепринятую научную идею и фильтрует ее через историю, чтобы увидеть, была ли у кого-то такая же идея раньше, а затем восклицает эврика и объявляет обнаруженного мыслителя гением, опередившим свое время.

Против этого потока возражений со стороны историков науки и других, кто хочет, чтобы перезагруженный Cosmos соответствовал высочайшим идеалам научной и исторической точности, П.З. Майерс настаивает на том, что мы все упускаем точку зрения Джордано Бруно.По мнению П.З. Майерса, смысл научного шоу, рассказывающего о Бруно и его космологии (к которой он пришел через мистическое видение и которую он противопоставил коперниканцам, потому что они не использовали гелиоцентризм в качестве религиозного аргумента), не состоял в том, чтобы сказать рассказ об истории науки и ее отношении к обществу или религии, но просто для того, чтобы обратить внимание мира на этот факт: «Бруно был замучен до мучительной смерти за свои убеждения. Полная остановка." И в более общем плане: «Церковь поддерживала инквизицию, чтобы мучить людей, которые мысленно не следовали католическим догмам.«По мнению PZ, ничто в этом сегменте не зависело от того, был ли Бруно отважным vox clamantis in deserto , спокойно отстаивающим гелиоцентризм и бесконечную вселенную. Тот факт, что Бруно не был убит из-за этих убеждений (конечно, не из-за того, что его должны были убить за какие-либо из своих убеждений или за то, что они публично заявили о них!), Что он пришел к своим выводам не из научных или эмпирических соображений. Причины, и не пытался проверить эти идеи с научной точки зрения, все, по словам П.З., не имеют отношения к делу.

Посмотрите шоу сами и решите, о чем идет речь в этом сегменте. Но если П.З. прав и речь шла об ужасах римской инквизиции, почему бы не рассказать об Альбигойском крестовом походе или гуситском крестовом походе, или Жанне д'Арк, или Джироламо Савонароле, или Уильяме Тиндейле, которые также были преданы смерти за их богословские взгляды иноверцы? Зачем создавать вводящую в заблуждение историю о Бруно, подразумевая, что он вдохновил и заложил основу для современной космологии, в которой Вселенная бесконечна, наше Солнце - просто еще одна звезда, а наши планеты вращаются вокруг нашего Солнца, как другие планеты вращаются вокруг других солнц?

Нет, очевидно, что Cosmos хотел начать рассказом о конфликте между наукой и религией и повторением избитых неправильных толкований сказки Бруно, чтобы продвинуть ложное историческое повествование, в котором Бруно был важным голосом в астрономии. религиозные догматики заставили замолчать за его взгляды.

Провал можно проиллюстрировать, как заметил Томас Макдональд, указав, что различные люди, которые защищали космологии, сопоставимые с космологией Бруно, не были наказаны инквизицией за эти взгляды. Или это могло быть замечено в сегменте Cosmos сразу после сегмента Бруно, где Нил де Грасс Тайсон использовал расширяющуюся Вселенную и теорию Большого взрыва в качестве примеров того, как наука продвигается через тщательную проверку гипотез. В конце концов, расширение Вселенной было впервые предложено рукоположенным католическим священником Жоржем Лемэтром, который не столкнулся с вмешательством со стороны церкви.С другой стороны, его работа была первоначально отклонена не меньшей фигурой, чем Альберт Эйнштейн (еврейский агностик), который настаивал: « Vos Calculs sont Corses, mais votre Physique est abominable » («Ваши расчеты верны, но ваши физическая проницательность отвратительна ») и отклонил эту идею, заявив, что она« предполагает слишком многое для творения ». Артур Эддингтон, квакер, чья работа послужила основой для большей части собственных расчетов Лемэтра, тем не менее отверг идею расширяющейся Вселенной с определенным началом, заявив: «Как ученый, я просто не верю, что Вселенная началась взрывом, »И утверждал:« С философской точки зрения идея начала нынешнего порядка природы мне противна.

Если бы Тайсон и команда Cosmos рассказали эту историю, как бы аудитория могла рассматривать отношения между наукой и религией, особенно их собственную религию? Получили бы зрители более точное, актуальное и полезное видение этих отношений, если бы в шоу вместо этого рассказывался современный случай, когда прежние религиозные обязательства ученых затуманили их реакцию на новые достижения в науке? И учитывая признание Карлом Саганом того, что наука и религия должны работать рука об руку, чтобы решить великие проблемы нашего времени, разве не было бы рассказывать эту историю более верным собственным корням шоу?

К счастью, второй эпизод (умело рассмотренный нашим собственным Стивом Ньютоном) избегал мифической войны между наукой и религией.Вместо этого Тайсон предлагает несколько духовную защиту эволюции. «Теория эволюции, как и теория гравитации, - это научный факт», - объясняет он. «Эволюция действительно произошла. Признание нашего родства с жизнью на Земле - это не только солидная наука, на мой взгляд, это еще и высокий духовный опыт ».

Правда о Джордано Бруно | Национальный католический регистр

Бруно был сожжен на костре в 1600 году на Кампо деи Фьори в Риме - но не по тем причинам, которые думает большинство людей.

Некоторые люди хотят заставить нас поверить в то, что Джордано Бруно (1548–1600) был казнен из-за своих научных убеждений.Нет ничего более далекого от правды. Его богословские взгляды, конечно, не помогли его делу на суде, но даже они, не осудили этого человека. Фактически, его канонический суд длился семь лет - если не рекорд, то по крайней мере примечательный - так что его вряд ли можно было назвать судом кенгуру или решением звездной палаты. Скорее, это было тщательное и методичное судебное дело, которое было чрезвычайно снисходительным по отношению к капризному и неказистому человеку.

В течение семи лет Бруно находился в бегах, католическая церковь и доминиканцы убеждали его примириться, но он отказался, даже несмотря на то, что ранее он умолял сделать именно это несколько раз до своего ареста.Бруно не подвергался пыткам в ходе судебного разбирательства и, по сути, с ним обращались справедливо и поддерживали на таком хорошем уровне здоровья, которого можно было ожидать в 17 веке - иначе он никогда бы не выдержал семи лет тюремного заключения. Если бы его условия в тюрьме были такими плохими, как люди думают, Бруно солгал бы и согласился бы на требования суда, просто чтобы избежать своего положения.

В лучшем случае люди сильно преувеличивают мученичество Бруно перед наукой.В худшем - это полная ложь и абсолютная ложь. На самом деле Бруно не пропагандировал научную деятельность Коперника. Вместо этого он очернил свою гелиоцентрическую модель, которая уже завоевала популярность среди современных астрономов-иезуитов, но не среди протестантских мыслителей. Бруно выступал за неоплатонический герметизм, больше похожий на гностический мистический культ, чем на настоящую науку. В его «Естественной философии » солнце стало «Монадой монад», вокруг которой вращалась вселенная. Как ни странно, Бруно также настаивал на том, что все солнц также имеют планеты , населенные разумными существами.Но если бы это было правдой, ему пришлось бы признать, что каждая звезда была своей собственной Монадой Монад, вокруг которой вращалась вся вселенная также , что не является логически последовательным, не говоря уже о физически возможном. Бруно не ученый, он больше похож на руду, которого точно изображают как гностического фокусника Шекспира Просперо из «Буря », чем на более эмпирическую науку гораздо более раннего Св. Альберта Великого (1193–1280) - на самом деле ученый.

Что касается Бруно, судя по его теологическим взглядам, то он был отлучен не только католической церковью, но и швейцарскими кальвинистами, немецкими лютеранами и английскими англиканами.Его, видимо, вообще не любили везде, где бы он ни был. Говоря современным языком, Бруно был «подлым ругателем».

Более глубокое понимание личности Бруно можно получить из его публикации 1584 года под названием Cena delle ceneri (т.е. «Ужин пепельной среды»). Когда он посетил Оксфордский университет в надежде, что ему разрешат читать там лекции, ему отказали.Это так его взбесило, что побудило его опубликовать вышеупомянутую рукопись, в которой он напал на оксфордских профессоров, заявив, что они знают о пиве больше, чем о греческом. На самом деле, хотя Бруно имел некоторые интересные идеи относительно Аристотеля, он почти не имел представления о философах-досократиках, но его эго было задето и, таким образом, нанесено ударом.

Бруно позже переехал в Париж и предпринял несколько попыток примирения с католической церковью, все из которых потерпели неудачу из-за его отказа принять конкретное, навязанное условие, а именно, что он должен вернуться к своему порядку.Если он действительно ненавидел Церковь, почему он надеялся снова и снова примириться с ней? Если Церковь желала его смерти, почему она приветствовала его возвращение в стадо и просила его оставаться священником?

Для ясности, ни католическая церковь, ни доминиканцы никогда не обвиняли его в ереси. Скорее, это был сварливый, суеверный светский деятель, венецианский патриций Джованни Мочениго, который надеялся узнать «магические секреты» Бруно и солгал канцелярии инквизитора, обвиняя его в ужасных вещах.В 1591 году Бруно отправился в Венецию по приглашению Мочениго в надежде, что Бруно научит его своей знаменитой мнемонической системе, которую он заимствовал у дост. Раймонд Лулль. Когда Мочениго понял, что невероятная память Бруно была предметом тщательного изучения, а не «магией», и подумав, что его деньги лучше потратить на что-то другое, он ложно сообщил о Мочениго венецианской инквизиции.

На протяжении всех своих испытаний Бруно прибегал к принципу «двоякой истины» или тому, что современные люди называют «разговором с обеих сторон рта».Он утверждал, что ошибки, вмененные ему, считались им «философом, а не честным христианином». Это была ложь, поскольку к моменту ареста он уже был отлучен от церкви всеми протестантскими деноминациями, включая всех еретиков, считавшихся еретиками. Во-вторых, он зарабатывал себе на жизнь особым осуждением и нападками на христиан, христианство и католическую церковь.

Несмотря на все свое предыдущее поведение, Бруно отказался от всех своих ошибок и сомнений в отношении католической доктрины и практики.Это, однако, привлекло внимание римской инквизиции, которая вмешалась и потребовала его экстрадиции из Венеции. В феврале 1593 года Бруно был отправлен в Рим и провел в тюрьме шесть лет, пока продолжался судебный процесс. Никто не знает, почему суд над ним длился так долго, ведь это было в высшей степени необычно. Вполне возможно, что Трибунал хотел проверить Бруно на предмет его вновь обретенного уважения к католической церкви после осуждения ее на протяжении большей части предыдущих двух десятилетий.

Весной 1599 года начался суд над Бруно, и у него было достаточно времени, чтобы отречься от своих прежних убеждений.К сожалению, он даже не поддержал притворство своей предыдущей лжи. Он был окончательно осужден в январе 1600 года и передан светским властям 8 февраля. 17 февраля Бруно был сожжен на костре Кампо деи Фьори в Риме.

Стэнфордская энциклопедия философии ясно указывает, что Бруно не был судим за его теологические ереси. Фактически, «в 1600 году не было официальной католической позиции по системе Коперника, и это определенно не было ересью.Когда [...] Бруно [...] был сожжен на костре как еретик, это не имело ничего общего с его сочинениями в поддержку космологии Коперника ». Католическая энциклопедия соглашается. Бруно был осужден не за его защиту своих диких, непроверенных и непроверенных астрономических взглядов, ни за его учение о множестве обитаемых планет, а за его теологические ошибки, среди которых была его вера в то, что Христос не был Богом, а просто сверхъестественно искусным человеком. чародей, что Святой Дух - это душа мира и что сатана будет спасен.

Вместо того, чтобы быть материалистом в современном атеистическом смысле, Бруно лучше всего описать как мистического рационалиста / неоплатоника, защитника материалистического монизма. Другими словами, он был больше согласен со Спинозой, чем с Эйнштейном.

Таким образом, вместо старого повествования о Католической церкви, убившей Бруно за то, что он был творческим, оригинальным и независимым ученым, который использует свои редкие и драгоценные умственные способности, чтобы сорвать маску с природы и пристально смотреть в Лик Бога, Бруно был просто обычным человеком. , заурядный человеконенавистник, ничего не знающий о науке.Он был социально неадекватным метафизиком, принявшим свои чувства за науку. На самом деле католическая церковь его не убивала. Бруно предпочел самоубийство государством, вместо того, чтобы быть достаточно скромным, чтобы сдержать свои обеты доминиканского священника.

Джордано Бруно, философ / еретик

Захваченный в конце концов, содержавшийся в тюрьмах Ватикана с 1593 по 1600 год, когда он был заживо сожжен за ересь, Джордано Бруно, тем не менее, остается странно неуловимым, и поэтому он является зеркалом, на которое мы можем проектируем себя.Для ученых, как и для итальянских либералов 1880-х годов, которые установили статую в его честь на Кампо деи Фьори («здесь, где горел костер»), он стал мучеником свободы мысли. Для Фрэнсис Йейтс он олицетворял конец Возрождения, последний и самый необычный голос герметической магии [1, 2]. Для Джона Босси он был просто шпионом [3]. Но Джордано Бруно был также «междисциплинарным» мыслителем экстраординарного состава, а также поэтом, драматургом, юмористом, философом - как Сирано, он был всем.

Теперь, когда стали доступны новые английские переводы произведений Бруно, несколько авторов взялись зарисовать жизнь этого человека. В отличие от научных работ Йейтса, в которых исследуются определенные аспекты мысли Бруно, эти книги призваны дать полный и исчерпывающий очерк как этого человека, так и его идей - чрезвычайно трудная задача, когда мысль настолько многослойна, что ее так трудно уловить. вниз, и когда образ костра вырисовывается таким большим. Вызвать ужас его смерти не так уж и сложно; Изобразить сложность его мысли намного труднее.

Первым писателем, который недавно попытался совершить этот подвиг для популярной англоязычной аудитории, был Майкл Уайт [4], чья книга «Папа и еретик: правдивая история Джордано Бруно, человека, который осмелился бросить вызов римской инквизиции» , был опубликован. в 2003 году. Уайт изображает казнь Бруно в терминах, почти порнографических в их ужасающих деталях: невозможно отвести взгляд. Он тоже рисует жизнь, хотя и вкратце, с отсылкой к учености Йейтса и Босси. Если цель Уайта - пробудить читателя к существованию этого человека во всех его сложностях, он, несомненно, преуспеет.

В Джордано Бруно: Философ / Еретик (University of Chicago Press, 2009) Ингрид Роуленд стремится сделать больше [5]. Наполовину популярная книга, наполовину научное исследование, книга следует за Бруно во время его путешествия из Неаполя в северную Италию, а затем в Женеву, Лион, Тулузу, Париж, Лондон, Виттенберг и Франкфурт. Роуленд знакомит нас со своей работой с красиво подобранными цитатами из его сочинений и с воспоминаниями тех, кто его знал, от воспоминаний друга о нем как о восхитительном эпикурейском спутнике за обеденным столом до парижского библиотекаря, который записывал их разговоры на его дневник.

Джордано Бруно родился в 1548 году в Ноле, недалеко от Неаполя. Он учился в доминиканском монастыре и готовился к священству. Его независимый склад ума рано доставил ему неприятности. Он удалил все изображения Марии из своей камеры, оставив только распятие. Он читал запрещенные книги, оставив экземпляр Эразма в туалете монастыря, когда бежал из Неаполя. Он был известен своим талантом и ученостью, и в 1569 году его отправили в Рим, чтобы продемонстрировать папе свою лингвистическую эрудицию. Но он не мог успокоить свой разум или свой язык и спорил со своими старшими по таким взрывным темам, как личность или ее отсутствие у членов Троицы.Вероятно, это была последняя капля, которая в 1576 году побудила его начальство потребовать проведения инквизиционного расследования. Бруно счел благоразумным сбежать из Неаполя в Рим. Когда до него дошли новости о том, что расследование продолжается, стало ясно, что в Риме он был не в большей безопасности, чем в Неаполе, и он направился на север, сначала в Венецию и Геную, а затем, примерно в 1578 году, вообще из Италии. В последующие 14 лет он постоянно путешествовал, жил в дюжине городов по всей Европе и написал, пожалуй, самый сложный труд из всех философов позднего Возрождения.

Бегя от католических орденов, Бруно отправился в Женеву, но кальвинизм его не убедил. Аскетизм кальвинизма, возможно, не нравился ему, но не делал его упор на спасение верой, а не «делами», к чему он часто возвращался в своих работах [6]. После заключения в Женеве Бруно отправился на юг Франции и, наконец, в конце 1581 года добрался до Парижа. Здесь Бруно написал свою единственную пьесу, сатирическую комедию под названием Candelaio ( The Candlemaker ) [7].

Несмотря на то, что Бруно пробовал свои силы в театре, большую часть своего первого визита в Париж Бруно провел, завершая основные философские работы по искусству памяти, и именно с этой работой он привлек внимание двора Генриха III. Искусство памяти, берущее свое начало в Древней Греции и Риме, описано в разоблачительной книге Фрэнсис Йейтс Искусство памяти [2], в которой автору блестяще удается достичь самой труднодостижимой цели - написания биографии одного человека. идея. Первоначально метод, позволяющий ораторам запоминать сложные речи, метод учил, что нужно запечатлеть образ идеи, предпочтительно выраженной фигурой человека или животного, участвующей в каком-либо действии, на образе места или локусе памяти , таком как как вход в здание.Следующая идея должна быть запечатлена в другом месте в здании, и тогда можно будет мысленно пройти по зданию в уме, вспоминая образы и связанные с ними идеи, проходя мимо них. В то время как некоторые древние писатели и более современные ученые, такие как Эразм и Рамус, осуждали этот метод как слишком сложный и приводили доводы в пользу прямого запоминания, этот метод широко использовался в Древней Греции и Риме, а затем в контексте религиозных образов и религиозных образов. заучивание уроков нравственности христианскими учеными раннего средневековья, такими как Фома Аквинский.Искусство памяти возродилось в эпоху Бруно, и книги, обучающие этому искусству, издавались часто. Чтобы вы не подумали, что все это звучит очень антикварно, взгляните на книги в отделе самосовершенствования вашего местного книжного магазина, где рекламируются проверенные методы изучения 100 000 слов в год. И чтобы вы не подумали, что это не имеет основания в том, что мы сегодня понимаем под наукой, рассмотрим исследование влияния причудливых образов на память [8], сравнение «причудливости и взаимодействия ментальных образов как детерминант обучения» [9], и недавнее нейровизуализационное исследование локусов памяти [10].Говоря современным языком, это затрагивает проблему связывания.

Для Бруно и его современников искусство памяти было больше, чем умственным упражнением. Его философские коннотации были обширны, и сторонники идеи приложили огромные усилия, чтобы создать сложные системы памяти, чтобы уловить не только последовательность идей в небольшом ораторском искусстве, но и весь мир . Йейтс живо описывает некоторые из этих попыток, в том числе настоящий деревянный амфитеатр, построенный Джулио Камилло, с градуированными уровнями и секциями, представляющими различные области человеческого знания [2].Камилло был одним из немногих художников памяти, которые сконструировали реальное физическое воплощение своей системы. Для большинства, как и для Бруно, локус памяти находился в уме, и этого было достаточно. В серии необычных и загадочных книг, начиная с De Umbris Idearum ( The Shadows of Ideas ), опубликованной в Париже в 1582 году, Бруно представил систему памяти более необычную, чем любая из созданных ранее. Он объединил «классические» образы памяти с каббалистической системой концентрических «комбинаторных» колес букв и символов, разработанной Рамоном Луллем.К ним он добавил слои зодиакальных и планетных изображений, частично взятых из работ Гермеса Трисмегиста и из классической работы Корнелиуса Агриппы по магии, De Occulta Philosophia . Вдобавок ко всему, Бруно предоставил исчерпывающий список элементов, веществ, прилагательных и атрибутов (таких как узловатый, поддельный, вовлеченный, бесформенный, знаменитый) и список изобретателей из Регимы (изобретатель хлеба из каштанов) и Цереры. (изобретатель ярма для волов) Хостану (изобретатель связи с демонами) и Зороастр (изобретатель магии).Бруно описал этот поток идей как серию списков внутри списков. Исходя из этого, Йейтс реконструировал то, что, к ее заключению, было секретным посланием его книги, разработанной, чтобы быть доступным только самым умным из его читателей: огромный набор колес внутри колес, круги изображений, охватывающие краткое изложение всех человеческих знаний Бруно [2]. .

Кажется ли идея использования системы памяти, такой как система Бруно, для фиксации и «исправления» структуры мира, диковинной для вашего современного восприятия? Посмотрите на плакаты с таблицей Менделеева и стандартной моделью на стенах вашего класса.Контекст, возможно, изменился, но наша цель, безусловно, является двоюродной сестрой Бруно. Мы все время мыслим формой и структурой. Так было всегда. Возможно, у нас нет выбора. Как указал Оливер Сакс в недавней статье New Yorker , все системы письма человека состоят из форм, которые топологически соответствуют диапазону форм и контуров, с которыми мы сталкиваемся в нашем естественном окружении [11]. Неудивительно ли тогда, что мы, ученые, которые раньше искали круги внутри кругов, теперь строим филогенетические деревья или что Стивен Джей Гулд сравнил структуру эволюционной теории с частью ветвистого коралла [12]? Следует ли диалектический материализм из двусторонней симметрии?

В своей необычной книге Джордано Бруно и герметическая традиция [1] Йейтс описывает связь между мыслью Бруно и сочинениями, приписываемыми Гермесу Трисмегисту, который в конце Возрождения считался древнеегипетским философом, который многое предвидел в современном христианстве. и научили Моисея и Платона большей части того, что они знали.(Через несколько десятилетий после смерти Бруно Исаак Казобон правильно датировал работы Гермеса гораздо более поздним периодом.) Одной из центральных идей герметической традиции была связь между мирским и духовным миром. Духовный мир простирался до временного мира, выражаясь в особенностях предметов и существ. Живые существа, пытаясь охватить безмерность мира в своих мыслях, тянулись вверх, к духовному миру. Система памяти Бруно должна была служить лестницей для этого восходящего общения, чтобы позволить пользователю системы подняться к «душе души мира».«По одной и той же лестнице, - писал он, - природа спускается к производству вещей, а интеллект поднимается к познанию их; и что то и другое исходит из единства и возвращается к единству, проходя через множество вещей посередине ». [2, с. 228]

Йейтс пишет портрет Бруно, который стремился осуществить прочную и постоянную реформацию, в которой были бы разрешены все религиозные раздоры и все религии были бы объединены возвращением к первобытной герметической религии.Роуленд отвергает это, написав в сноске, что «Фрэнсис Йейтс утверждала, что Бруно пытался возродить своего рода египетскую религию, в то время как большинство современных ученых Бруно рассматривают философа Нолана как философа, а не религиозного реформатора». [5, с. 301]. Даже в случае полуопопулярной книги читатель должен больше, чем это, тем более что внимательное прочтение работ Бруно, особенно «Изгнание торжествующего зверя» , не противоречит интерпретации Йейтса.Подробное обсуждение этих неназванных современных ученых и их критики было бы неизмеримо более ценным, чем простая сноска, и очень жаль, что Роуленд не дает такой глубины исследования.

Роуленд прилагает огромные усилия, возможно, слишком сильно протестуя, чтобы изобразить Бруно современным. Она пишет, что «способность Бруно рассматривать модели Вселенной только как модели - это способность, которую современные ученые до сих пор признают неотъемлемой частью своей собственной дисциплины.... он мог перерисовать геометрию Вселенной - и сделал это, как зрелый философ, способом, который современные ученые считают гораздо более обоснованным, чем вселенная Галилея ». [5, с. 69] Но это спекуляция. Это то, что Стивен Джей Гулд мог бы назвать незаконным отображением на известные категории .

Невозможно читать собственные сочинения Бруно, не осознавая, что здесь происходит нечто более сложное, чем зарождение современной науки. Один из его трактатов памяти «открывается потрясающим заклинанием Цирцеи солнцу, в котором упоминаются все его имена, атрибуты, животные, птицы, металлы и так далее.Время от времени ее помощник, Моэрис, должен следить за линией солнечных лучей, чтобы убедиться, что заклинание работает. [1, с. 288]. Является ли это просто дикой поэтической метафорой с добавлением небольшого юмора в образе ассистента, выглядывающего наружу, чтобы посмотреть на солнце? Но магия Бруно была не только метафорой. Во втором из своих основных трактатов по памяти, Знак знаков , он говорит о четырех путеводителях к тайне Вселенной. Математики нигде нет.Руководителями являются любовь, искусство, матезис (магическое использование фигур) и магия [1, с. 258]. Восхождение к душе души мира должно быть совершено «с помощью магии и божественных обрядов ... восхождение [восхождение] на высоту божественности по той же самой шкале природы, по которой божество спускается к мельчайшим вещам посредством общение о себе ». [1, с. 288]

Будь то укорененный в ориентированной на Солнце псевдоегипетской религии Гермеса Трисмегиста или просто на философских убеждениях, побуждения Бруно отстаивать гелиоцентрическую солнечную систему были гораздо более многогранными, чем восхищение «простой геометрией» Коперника.Точно так же его видение бесконечной вселенной содержит больше философии, чем космологии, связанной с его идеей непрерывности всех вещей: «Каждая душа и дух», - писал он в книге « On Magic » [13, с. 112–113]. ] «Имеет некоторую степень преемственности с универсальным духом, который признан находящимся не только там, где живет и воспринимает индивидуальная душа, но также распространяется повсюду в своей сущности и субстанции, как учили многие платоники и пифагорейцы. Более того, душа в своей силе каким-то образом присутствует во всей вселенной.... »Это привело к еще более опасным идеям:« Смерть - это не что иное, как ... распад. Ни дух, ни тело никогда не погибают; скорее, есть только постоянное изменение комбинаций и актуализаций ». [13, с. 126] ​​Таким образом, участвуя во вселенной, человечество является частью непрерывной цепи, ведущей к божественному. Излишне говорить, что это не было церковной доктриной. Возможно, именно по этой причине бесконечная вселенная Бруно так взволновала Кеплера, который с облегчением написал Галилею: «[если] вы нашли планеты, вращающиеся вокруг одной из неподвижных звезд, то там, среди бесконечностей Бруно, я уже приготовил свои тюремные оковы, то есть мое изгнание в бесконечность.»[5, с. 280]

Основные философские диалоги, в которых Бруно излагает свои взгляды на систему Коперника ( The Ash Environment Supper [14]) и бесконечную вселенную ( Cause, Principle and Unity [13]), были написаны во время замечательного несколько лет (с 1583 по 1585), когда он жил в Лондоне. Здесь он останавливался в доме французского посла при дворе королевы Елизаветы Мишель де Кастельно. Бруно общался с широким кругом людей в елизаветинском Лондоне.Он стал близким другом ученого Джона Флорио; он знал сэра Филиппа Сидни; он (вероятно) навещал Джона Ди. Он может даже фигурировать в шекспировском «« Потерянные усилия любви »» как персонаж Бероун.

Бруно также, как говорит Джон Босси, шпион, передавал информацию из дома посла государственному секретарю Элизабет сэру Фрэнсису Уолсингему. Действительно, документально подтверждено, что в доме посла жил шпион, который под псевдонимом Генри Фагот передавал Уолсингему информацию о приходах и уходах в посольстве.Основываясь на том факте, что Фагот никогда не упоминал Бруно, Босси в своей провокационной книжке « Джордано Бруно и дело посольства » пришел к выводу, что это одно и то же лицо [4]. Эта теория, безусловно, убедительна, но основана на незначительных аргументах. Фагот служил капелланом в доме посла; нет никаких свидетельств того, что Бруно когда-либо практиковал какую-либо формальную религиозную роль во время своих путешествий. Он давно отказался от своей доминиканской привычки и, кроме того, был отлучен от церкви и, следовательно, ему было запрещено участвовать в мессе, маловероятно, чтобы его попросили сделать это посол католического короля Франции, который наверняка знал историю Бруно.Почерк Фагота и Бруно совершенно разные (примеры обоих см. В приложениях в Bossy). Босси анализ мотивации Бруно (отвращение к «папству» и желание сделать все возможное, чтобы подорвать его) не имеет даже претензии на глубину: Бруно в разное время обращался ко многим монархам, католику Франции Генриху III, королеве Елизавета и Анри Наваррский (впоследствии Генрих IV из Франции, гасконец-гугенот, перешедший в католицизм, потому что «Париж стоит мессы») в надежде, что они могут привести мир к реформации, на которую он надеялся.Его Изгнание Победоносного Зверя закончилось восхвалением Генриха III и содержало гораздо более жесткую критику протестантской идеи превосходства «веры» над «делами», чем католической церкви. Наконец, сама враждебность в тоне Босси делает его мотивацию и, следовательно, его выводы проблематичными. Он видит в Бруно человека, который жил недобросовестно, предав своего хозяина и защитника Кастельно. Босси заключает, ссылаясь на Кампо деи Фьори, что «это послужило ему правильно».Гипотеза Босси сейчас, кажется, дискредитирована большинством ученых, и Роуленд сразу же опровергает ее в сноске.

Во время своего пребывания в Англии Бруно побывал в Оксфорде, однажды с Сиднеем и польским герцогом, а затем второй раз с лекцией по астрономии. Как описал Джордж Эбботт, будущий архиепископ Кентерберийский, Бруно

... смелее, чем [sic] мудро, занял высшее место и самую известную школу, раздев его саны, как какой-то юглер [жонглер], и Рассказывая о chentrum и chirculus и circferenchia (по произношению на языке его страны), он среди множества других вещей попытался опровергнуть мнение Коперника о том, что земля и небеса вращаются. действительно стоял на месте; тогда как на самом деле это была его собственная голова, которая скорее бегала, и его мозги не стояли на месте.[1, с. 208]

Короче посмеялись над ним. Вскоре после этого Бруно отомстил, опубликовав, пожалуй, свой самый известный (и самый научный) диалог The Ash Wednesday Supper , где он не только резко осудил грубость оксфордских донов и англичан в целом, но и рассказал о незабываемой поездке. вниз по Темзе на протекающем пароме по пути к «ужину», где он оспаривал астрономию с двумя педантичными и неумелыми учеными [14]. Горечь его тона вызвала недовольство, что понятно, но Кастельно предотвратил любые серьезные последствия, а Бруно извинился за свою критику или, по крайней мере, смягчил ее в своей следующей книге, опубликованной в том же году в Лондоне, Cause, Principle and Unity [13].

Когда Кастельно отозвали послом, Бруно вернулся с ним в Париж. Но здесь политическая и религиозная ситуация была гораздо более опасной, чем несколько лет назад, когда ультракатолическая семья Гизов получила власть и влияние над Генрихом III. Через пару лет Бруно покинул Францию ​​и путешествовал по Германии, продолжая писать. Конец истории хорошо известен. Он был приглашен в Венецию дворянином Джоаном Мочениго, который утверждал, что хочет научиться искусству памяти.Зная либеральный политический климат в Венеции и, возможно, даже надеясь, что новый папа заинтересуется его работой, Бруно вернулся в Италию в 1592 году. Он открыто говорил перед Мочениго о своих идеях (по крайней мере, так Мочениго рассказал инквизиции), но стал неудобно и подозрительно относиться к своему хозяину. Он собрал свои чемоданы, чтобы вернуться во Франкфурт, когда Мочениго с помощью кучки уличных головорезов запер его в комнате и передал венецианской инквизиции. Его допрос в Венеции мог закончиться его освобождением, но Рим потребовал его экстрадиции.В 1593 году он попал в тюрьмы Ватикана и только в феврале 1600 года был передан «светской руке» правительства, что неизбежно означало ужасную публичную казнь. Он сказал: «Вы можете испытывать больший страх, вынося мне этот приговор, чем я, когда принимаю его».

Работа Бруно остается захватывающей дух смесью (для нашего современного восприятия) странного и оккультного, переплетенного с невероятно острым умом, используемым для защиты человеческого разума от педантизма, глупости и глупости.Не меньше, чем посвящение книги императору Рудольфу II, он пишет в выражениях, которые Дидро или Вольтер наверняка приветствовали бы:

Аморально придерживаться мнения, чтобы выслужиться перед другим; корыстный, раболепный и противоречащий достоинству человека свободу уступать и подчиняться; в высшей степени глупо верить по привычке; нерационально принимать решения согласно мнению большинства, как если бы число мудрецов превышало число глупцов ... Наделенный глазами здравого смысла и разума щедростью Всемогущего Бога и, следовательно, утвержденный как судья и присяжный в этом вопросе, я было бы неблагодарным и безумным, недостойным такого участия в свете, если бы я действовал как агент и защитник для кого-то другого, видя, воспринимая и судя по чужому свету.[5, с. 208]

В одном из своих последних эссе De Vinculus in Genere ( Об связях в целом, ) Бруно исследовал идею «связывания», которую он определяет как аналог соединения или влияния. Есть два типа связи: «социально или через магию» [13, с. 164]. Он говорит: «В общем, связующие звенья - это Бог, демоны, души, животные, природа, случай, удача и, наконец, судьба». [13, с. 145]. Я уже второй раз цитирую Бруно, упоминающего демонов. Хотя он считал, что они состоят из гораздо более легкого вещества, чем люди и животные, «можно доказать, что демоны материальны, - писал он, - и что они бывают разных видов, по тому факту, что у них есть эмоции, желания, гнев, ревность и подобные чувства, обнаруживаемые у людей и животных, состоящие из наблюдаемой и более плотной материи.»[13, с. 128]

На мгновение, читая о демонах, ты чувствуешь себя на расстоянии от Бруно, не так ли? Он кажется скорее средневековым, чем ренессансным. Бесконечная пропасть отделяет его от вашей картины современной науки. Но переверните несколько страниц, и вот он пишет, как психоаналитик двадцать первого века властных отношений:

Тот, кто связывает, испытывает радость и определенное чувство славы, и это все сильнее и сильнее, чем тот, кто свято благороднее, достойнее и превосходнее.Сила узы, которой связывает самого себя, связана тем, кто связан, находится в этом чувстве радости и славы. [13, с. 152]

Или куратор кандидата в президенты:

Ораторы вызывают доброжелательность в своем искусстве, когда их слушатели и судьи находят в нем что-то от себя. [13, с. 157]

Тот, кто желает связывать социально эффективные связи, должен принимать во внимание разнообразный состав и структуру вещей, а также должен учитывать, оценивать и принимать решения по-разному, когда имеет дело с героями, или с обычными людьми, или с ними. кто больше похож на зверей.[13, с. 160]

Тот, кто хочет связать, должен быть осторожен в использовании средств, которые эффективно связывают объект, то есть он должен использовать узы, которые уже удерживают его. [13, с. 163]

Он пишет о том, как сами идеи могут связывать, независимо от их достоверности: «даже если бы не было ада, мысли и воображение ада без основы истины все равно действительно порождали бы настоящий ад, ибо фантазия имеет свои своя правда ». [13, с. 165]

А потом демоны и политики остались позади, и он одновременно пишет о взаимодействиях между людьми, о химических связях и о непрерывном преобразовании всех аспектов природы:

Никакие связи не вечны .Скорее, вещи чередуются между рабством и свободой, между привязанностью и бегством от уз, или они переходят от одного типа связи к другому. Это естественное явление, оно предшествует, сопровождает и следует за вечным состоянием всех вещей. Таким образом, природа связывается своим разнообразием и движением, а искусство, которое подражает природе, умножается, изменяется, разнообразит, упорядочивает и выстраивает связи в последовательные ряды. Но полная стабильность противоположна природе вещей, точно так же, как мы иногда более склонны осуждать ее, а в других случаях мы скорее желаем ее, поскольку вполне естественно желание разорвать оковы, в то время как совсем недавно мы были открыты для того, чтобы быть привязанными к ним нашими собственными добровольными и спонтанными взаимодействиями.[13, с. 159]

Оккультный сторонник тайного искусства памяти и поэтический защитник системы Коперника, действие которого происходит в бесконечной вселенной за пределами самых смелых мечтаний Коперника, Бруно также был человеком и обладал порочным чувством юмора . Ужин в Пепельную среду начинается с каламбура на тему «двух свидетелей», которые, как басню о льве и осле в Candelaio (см. [5, с. 85]), я оставлю вам читать. сами. Вот его в высшей степени непочтительное описание передачи чаши причастия на ужине Пепельной среды:

Обычно кубок или чаша передается из руки в руку по всему столу, сверху вниз, слева направо и во всех направлениях с нет порядка, но это продиктовано грубой вежливостью и вежливостью.После того, как ведущий этого танца оторвал губы, оставив слой жира, который можно было бы легко использовать в качестве клея, другой пьет и оставляет вам крошку хлеба, другой пьет и оставляет кусок мяса на ободке, еще один пьет и отложил волосы на своей бороде, и, таким образом, с большим беспорядком, никто не проявил бы такой невоспитанности, пробуя напиток, чтобы не оставить вам какую-то пользу от реликвий, прилипших к его усам. Если кто-то не хочет пить, либо потому, что у него нет желудка, либо потому, что он считает себя выше его, ему нужно просто прикоснуться чашкой ко рту, чтобы он тоже мог запечатлеть на ней кусочки своих губ.Смысл всего этого в том, что ... приложив каждый свой рот к той же кружке, они образуют одну и ту же пиявку ... одно сердце, один желудок, один глоток и один рот. [14, стр. 126–127]

Бруно был сатириком с равными возможностями. Здесь из «Изгнание торжествующего зверя» - его рифф о предопределении (который, как указывает Роуленд, напоминает детские воспоминания о его семье в Ноле [5, стр. 17–18]):

Юпитер установил что сегодня, в полдень, две дыни, среди других, найденных на грядке с дынями Францино, полностью созреют, но их собирают только через три дня, когда они не будут считаться пригодными для употребления в пищу.Он желает, чтобы в то же время тридцать совершенно спелых мармеладов были собраны с дерева мармелад, стоящего у подножия горы Чикала на территории Джоана Бруно; тридцать из них нужно собрать совершенно спелыми, семнадцать - недозрелыми, пятнадцать - съеденными червями.

Он постановил, что Васта, жена Альбенцио, когда она пытается завить волосы на висках, сожжет пятьдесят семь из них, потому что она перегрелась своим утюгом, но что она не сожжет свою голову, что она не будет клясться на этот раз после того, как почувствуете запах зловония, но лучше перенесите его с терпением.

Он постановил, что двести пятьдесят две личинки родятся из навоза быка Альбенцио; что из них четырнадцать будут растоптаны и убиты ногой Альбенцио; что двадцать шесть из них умирают от переворачивания вверх ногами; что двадцать два живут в пещере; что восемьдесят бродят по двору; что сорок два идут жить под пень возле двери; что шестнадцать поворачивают свои щупальца туда, где они считают нужным; а остальные отправились на поиски своего состояния ...

Он постановил, что в пятнадцать минут того же часа старуха из Фиуруло, двигая языком по ее нёбу, добьется успеха с четвертым. движение, вызвавшее выпадение третьего моляра на правой нижней челюсти.Его потеря будет бескровной и безболезненной, потому что указанный коренной зуб подошел к концу своего состояния трепета, которое длилось ровно семнадцать годовых оборотов Луны. [6, стр. 132–133]

Он был человеком, и в собрании дошедших до нас венецианских и ватиканских документов, связанных с судом над ним, опубликованных Les Belles Lettres [15, стр. 230–231], вы можете найти: в списке расходов, потраченных на заключенных в ноябре 1596 г., 0,1 экю было потрачено на парикмахера, которого послали постричь его и побриться («al barbiero tosato e lavato»), и еще 0.1 écus за починку пары его шлангов («per haverli fatto raconciar un par de calzetti»).

Книга Роуленда ярко рассказывает историю странствий Бруно и резюмирует его работы. Здесь все знакомые сцены - над ним издеваются над Оксфордом за его акцент, он продирается через (возможно, символическую) лондонскую грязь на пути к ужину в Пепельную среду, Мочениго поймал его в Венеции всего за несколько часов до того, как он собирается сбежать. Франкфурт. Роуленд также делает несколько замечательных открытий, новых, по крайней мере, для англоязычной аудитории, в отношении работ о Бруно, насколько известно этому рецензенту, таких как уникально подробное исследование влияний на Бруно в первые дни его пребывания в Неаполе, в том числе обсуждение его учителя Теофило да Вайрано (который позже стал тезкой многих персонажей диалогов Бруно) и описание неаполитанских библиотек, где он, вероятно, впервые прочитал перевод Гермеса Трисмегиста Марсилио Фичино.

Чтение Джордано Бруно: Философ / Еретик , читатель часто жаждет получить больше информации, более четкое письмо или лучшее редактирование, чем предлагает Роуленд. Ссылки на него удручающе капризны (книга Роуленда «Скарит из Скорнелло: рассказ о подделках эпохи Возрождения» [16] аннотирована гораздо более тщательно). В то время как Роуленд часто обсуждает изображения, использованные в работах Бруно, и их связь с его жизнью, особенно с его ранними этапами жизни в Ноле и Неаполе, некоторые цитаты оставляют читателя с нетерпением ждать атрибуции.На странице 63, описывающей первую поездку Бруно в Рим, «больше всего ему запомнилось количество трупов, лежащих вдоль Аппиевой дороги, жертв бандитизма и малярии». Яркий образ, но где он об этом писал? Точно так же на страницах 84 и 85 одни факты цитируются, а другие, казалось бы, случайно выбранные, - нет. Роуленд цитирует «Ужин пепельной среды » как источник «морских ракушек в почве Монте-Чикала», недалеко от дома его детства, но просто заявляет после обсуждения неаполитанской комедии дель арте, что Бруно «в конечном итоге встретит Панч и Джуди. В Лондоне.«Он где-то это описывал? Или Роуленд констатирует факт, основанный на ее знании Лондона 1580-х годов и присутствия там Бруно?

Бывают также моменты, когда хочется, чтобы редактор выпил больше кофеина. Взгляд читателя сразу бросается в глаза, когда одна и та же идея или даже фраза появляются на следующих друг за другом страницах. Неаполь «превратил Джордано Бруно в мыслителя» (стр. 25) и «был ... горнилом ... в котором этот молодой человек ... начал выковывать жизнь философа» (стр. 24), « именно потому, что его огромных размеров »(идентичная фраза, обе страницы!).Роуленд также делает отступления, цель которых никогда не выясняется полностью. Таким образом, долгое обсуждение пикантных романов на странице 83 переходит в краткое упоминание пикантных персонажей в Candelaio . Читатель ждет точки, которая никогда не наступает. На страницах 90–91 обсуждение печати альманахов (потому что утерянная работа Бруно О знаках времени «звучит как альманах или книга астрологических предсказаний») включает в себя длинное описание работы Кардано, но никогда явно противопоставлен работе Бруно.Читатель не понимает, какое понимание Бруно можно извлечь из этого обсуждения или из краткого абзаца, который следует (стр. 91):

Другие типографии опубликовали полноценные работы по натурфилософии, такие как мнение Тихо Браге о новой звезде 1572 г., написанная на латыни, единственном языке, имеющем настоящий международный авторитет, и «О вращении небесных сфер» Коперника, новаторская теория которого лежит среди страниц за страницей математических таблиц.

К сожалению, можно подозревать, что этот абзац существует только для проверки имени Браге и Коперника.Столь же произвольным кажется развернутое Роулендом обширное обсуждение влияния Каббалы на мысли Бруно, которое не содержит даже упоминания о подробных исследованиях Йейтса, согласно которым изучение Каббалы Бруно было, безусловно, второстепенным по сравнению с его интересом к Гермесу Трисмегисту. .

Есть некоторые ошибки и моменты, когда читатель желает, чтобы автор копнул глубже и написал тщательно аннотированный научный тур в семьсот страниц вместо этого небольшого тома в 284.И все же Ингрид Д. Роуленд делает все возможное, чтобы поймать этого неуловимого человека, и в некоторой степени ей это удается. Но также чувствуется, что, хотя Роуленд и открыл дверь в лабиринт, она не вошла очень далеко внутрь. Она подносит пластину из полированной стали к зеркальной галерее. Это беглый взгляд на предмет бесконечной глубины, и полированная сталь Роуленда улавливает весь свет, который может. Теперь по поводу этих зеркал: следуйте за мной в лабиринт и убедитесь сами.

Голодный разум: Джордано Бруно, философ и еретик

Подписаться на
The Nation Подпишитесь сейчас всего за 2 доллара в месяц!

Спасибо за подписку на еженедельную рассылку The Nation .

Спасибо за регистрацию. Чтобы узнать больше о The Nation , ознакомьтесь с нашим последним выпуском.
Подписаться на
The Nation Подпишитесь сейчас всего за 2 доллара в месяц!
Поддержка прогрессивной журналистики
Nation поддерживается читателем: чип в размере 10 долларов или более, чтобы помочь нам продолжать писать о важных проблемах.
Зарегистрируйтесь в нашем винном клубе сегодня.
Знаете ли вы, что можно поддержать The Nation , выпив вина?

Анджело Сципиони / AP Images Статуя Джордано Бруно на площади Кампо-деи-Фьори в Риме

В самом центре Кампо-деи-Фьори, одной из старейших рыночных площадей Рима, стоит статуя человека в торжественно закрытом капюшоне. Связанные запястья, книга в правой руке, лицо, практически скрытое капюшоном, он вносит меланхолическую и задумчивую ноту в неудержимую атмосферу этой знаменитой площади.При более внимательном рассмотрении мы видим философа Джордано Бруно, который умер на этой площади 17 февраля 1600 года, так как его поклонники хотели, чтобы мы видели его, когда они устанавливали эту статую при поддержке городского совета Рима 9 июня 1889 года. как самый известный еретик Италии после Галилея, фигура, преобразованная в политическую и интеллектуальную икону молодой и радикально настроенной итальянской нацией, которая провозгласила свой политический секуляризм и либерализм и недавнее приобретение Рима на виду у Ватикана.

Историк Джон Босси однажды описал Бруно как итальянскую Жанну д'Арк. Это подходящая метафора, до определенной степени. Бруно действительно стал мучеником за свои убеждения, хотя его битвы велись словами, а не оружием. Однако его смерть была по его собственному выбору, и это был выбор, к которому он пришел в ходе своего длительного судебного разбирательства в руках римской инквизиции, недалеко от того места, где слон Бернини сейчас сидит под обелиском на площади Санта-Мария-сопра. Минерва. Подавляющее большинство еретиков предпочли отречься и покаяться, а не умереть, и это, конечно, то, что предпочитала церковь даже в шестнадцатом веке, поскольку восстановление веры было более мощным и убедительным посланием, чем исполнение неортодоксального.Бруно никогда не отказывался от своих убеждений. Священная канцелярия под руководством глубоко образованного и набожного кардинала Роберта Беллармина объявила его рецидивирующим еретиком. Связанный или возможно проколотый язык, чтобы помешать ему говорить, разделся догола и официально лишен сана как доминиканца - он был отлучен от этого ордена почти двадцать пять лет на момент своей смерти - Бруно был сожжен на костре в Кампо-де-' Фиори.

Подобно тому, как сегодня радужные флаги мира свешиваются из многих римских окон в знак протеста против войны в Ираке, во второе воскресенье июня 1889 года, когда добрые католики праздновали Пятидесятницу, Кампо деи Фьори был украшен флагами с масонскими символами.Политики, ученые и атеисты произнесли пламенные речи о важности увековечения памяти Бруно как одного из самых оригинальных и угнетенных вольнодумцев своего времени. Дух дани отражал тот факт, что идея воздать честь Бруно, установив статую на самой площади его жертвоприношения, была не просто римским или даже итальянским проектом. Философы девятнадцатого века, такие как Гегель, заново открыли труды Бруно о единстве истины и начали рассматривать его как забытого праотца.Ранняя защита Бруно идеи польского астронома Николая Коперника о гелиоцентрической вселенной - предмете, который ускорил суд и осуждение Галилея в 1633 году - также вдохновила на ошибочное толкование Бруно как мученика науки. В международный комитет, поддержавший установку статуи Бруно, вошли такие известные деятели науки, как Эрнст Геккель и Герберт Спенсер, а также ведущие литературные деятели, такие как Виктор Гюго и Хенрик Ибсен. Все они видели в поминовении Бруно символическую победу разума и прогресса.

После дня молитв и поста Папа Лев XIII ответил своим собственным толкованием Бруно. Он сказал верующим, что считает человека из Нолы, маленького городка к востоку от Неаполя, сознательно упорным материалистом и пантеистом - короче говоря, воплощением всего, что стремилось разрушить или умалить церковь. Ни одна нация, поддерживавшая такого человека, не могла представлять голоса католиков. Действительно, двумя годами ранее, когда в архивах Ватикана неожиданно появилось резюме суда над Бруно, Лев XIII спрятал этот документ.Он активно хотел избежать споров, которые возникли, когда последователи Мадзини, взяв под контроль Ватикан в 1849 году, открыли архивы римской инквизиции, символически освободив столетия еретиков, заключенных в ее документах. Сохранившаяся - и удручающе неполная - документация по делу Бруно появилась и была опубликована в 1876 году. Интерпретация этих материалов стала частью эпической борьбы между Римско-католической церковью и ее противниками.

Лев XIII, рассудительный папа, чья энциклика Rerum Novarum является одним из основополагающих документов католицизма двадцатого века, был во многих отношениях непредубежденным лидером, который изо всех сил пытался восстановить изодранную репутацию папства.Но он не хотел, чтобы дальнейшее обсуждение Бруно разрушило то, что он пытался исправить. Он предпринял смелый шаг, открыв архивы Ватикана для исследователей, но при этом отложил в сторону протокол судебного разбирательства по делу Бруно, вероятно, в своем личном архиве. Более поздний префект Ватиканской библиотеки кардинал Анджело Меркати заново открыл его в 1940 году после пятнадцатилетних поисков. К тому времени спорный вопрос об отношениях итальянского государства с церковью был разрешен взаимной дипломатией Муссолини и Пия XI.

Хотя один документ оставался скрытым на протяжении веков, нельзя было подавить чувства, которые внушала фигура Бруно. После заявлений Льва XIII, осуждающих Бруно и его недавних поклонников 30 июня 1889 года, Общество Джордано Бруно впоследствии открыло офис в нескольких минутах ходьбы от площади Святого Петра, чтобы насмехаться над Папой с ее знаменами. Были слышны крики политиков: «Да здравствует Джордано Бруно!» на полу парламента как боевой клич новой нации. Каждый год 17 февраля современные Брунисти празднуют его смелость, его большой интеллект и его упорный отказ капитулировать перед религиозной ортодоксальностью.Они собираются перед его статуей, недалеко от того места, где он встретил свой ужасный конец, чтобы воздать ему должное как провидцу, философу и вольнодумцу. По всем этим причинам мы тоже должны остановиться перед этим памятником одному из самых беспокойных умов Возрождения, чтобы спросить себя: кем был Бруно и что он сделал, чтобы вдохновить такие раздельные взгляды на его наследие?

Книга Ингрид Роуленд Джордано Бруно: Философ / Еретик - отличная отправная точка для тех, кто хочет заново открыть для себя историческую личность, скрытую под капюшоном на Кампо-де-Фьори.Ее живая и ученая биография удаляет Бруно из мифов и полемики, где он так часто жил, и возвращает его к тому времени и месту, которые вдохновляли его двойную страсть к знаниям и вере. Она также предлагает гораздо более богатое и многомерное описание своеобразного и сложного интеллектуального пути Бруно, чем более ранние ученые, такие как Фрэнсис Йейтс, которая в своем блестящем и влиятельном отчете Джордано Бруно и Герметическая традиция (1964) изображала его великим магом эпохи Возрождения. .Она вдохновила поколение читателей увидеть в нем прежде всего герметического философа, посвятившего себя восстановлению египетской мудрости. Щедро признавая недавние работы таких специалистов по Бруно, как Хилари Гатти, которые показали нам, как серьезно читать его политику, философию, науку, пьесы и поэзию, Роуленд описывает, как Бруно стал человеком, очаровывающим и тревожащим практически всех, кто приходил к нам. связаться с ним. Она погружает нас в его голову, чтобы увидеть взаимодействие теологии, философии и поэзии, которое сформировало его мировоззрение.

Сын джентльмена-солдата из Нолы, молодой Филиппо Бруно принял имя Джордано, когда в 17 лет вступил в доминиканский орден в Неаполе. сомнения. Сообщается, что он лишил свою монастырскую келью все, кроме распятия. Позже он вспомнил, что сомневался в божественности Христа. Но он был опьянен учением церкви: ее огромными библиотеками, наполненными языческими и христианскими знаниями, ее харизматическими проповедниками и ее признательностью к талантливым молодым людям.В 21 год Бруно был вызван в Рим, чтобы прочесть Псалом 86 на иврите вперед и назад для Папы Пия V. Он был хорошо запущен на путь духовного возвышения.

В конце концов, однако, откровенные убеждения Бруно настигли его. В 1575 году он бежал из Неаполя, поскольку слухи о его неортодоксальных религиозных убеждениях стимулировали расследование по его приказу; он оставил свою жизнь доминиканца вместе с копией одного из запрещенных комментариев голландского гуманиста Эразма в туалете монахов.Обеспокоенность его еретическим отрицанием Троицы заставила Рим вызвать его к инквизиции в 1576 году. Вместо этого Бруно, бывший монах, отправился в путь в поисках новой жизни. Он не вернется в Италию до 1591 года.

Путь, проложенный Бруно, лежал на перекрестке нескольких одновременных движений. Эпоха Возрождения расширила мир текстов и превратила их в печатные книги, постоянно расширяя область знаний для голодных умов, таких как Бруно. Раскол христианства, начатый провозглашениями Лютера, Кальвина и многих других реформаторов, нанес глубокую рану в сердце Римско-католической церкви.По сути, Реформация подняла вопрос о том, как выбирать среди множества версий веры. На карту было поставлено не что иное, как верность доктринам и институтам церкви. Каждый вопрос, который Бруно задавал о своей вере, уводил его все дальше от ее центра. Наконец, важные изменения в том, как понимать мир природы - в действительности, как понимать само знание - постепенно меняли понимание человечеством Вселенной. Бруно был одним из первых мыслителей, которые долго размышляли о последствиях научной революции.Продукт эпохи Коперника, он, тем не менее, был свидетелем и, по мнению некоторых, пророком эпохи Галилея.

Роуленд точно описывает Бруно как человека, который вел пикантную жизнь. Он скитался из одного города в другой в поисках работы и лучшей веры, оттачивая свою философию. В Женеве он временно стал кальвинистом и впоследствии был отлучен от церкви. В Тулузе он устроился профессором (можно предположить, что в Риме его не проверяли). Неизбежно он мечтал о большом успехе в столицах Европы.К 1581 году он был в Париже, пытаясь научить короля Генриха III и его придворных одному из многих секретов, которыми он, как он утверждал, обладал: древнему и таинственному искусству памяти, которое могло позволить человеку вспомнить знания из ряда простых изображений, символов и слов.

Именно в этот период своей жизни Бруно начал публиковаться, называя себя «Ноланом, Академиком не Академии». Впоследствии Бруно отправился в Лондон, где, несмотря на восхитительный рассказ Босси о нем как о шпионе в доме французского посла в его Джордано Бруно и дело посольства (1991), он, похоже, был в первую очередь философом без страны.Англичане смеялись над его сильным акцентом, когда он читал лекции в Оксфорде летом 1583 года. Они сочли его описание астрономии Коперника совершенно непонятным. Он был просто забавным человечком из Нолы.

Неспособность Бруно найти благодарную аудиторию лично побудила его изложить свою космологию на бумаге. Он яростно писал в доме посла на Мясной улице, предлагая аллегорическую критику Рима в его «Изгнание торжествующего зверя» и сочиняя странные и едкие итальянские диалоги, такие как «Ужин пепельной среды», , которые подтверждали его унизительный опыт перед Оксфордским университетом. Дон, объяснив перспективы новой космологии глазами ноланов.Как отмечает Роуленд, опираясь на важную работу Гатти Джордано Бруно и Renaissance Science (1999), Бруно пошел намного дальше того, что планировал Коперник, заменив Землю Солнцем в качестве статической точки во Вселенной. Благодаря новой астрономии он начал рассматривать бесконечность во всех ее измерениях. Он представлял себе вселенную, населенную множеством миров, без центра и без конца.

Бруно также попытался обратиться к центральной проблеме, которую Коперник и его редакторы не смогли решить: как рассматривать новую космологию в свете библейских описаний природы.Предвкушая аргументы Галилея, он предположил, что наука и вера - это два разных, но взаимодополняющих вида истины, поскольку у каждого из них есть свой язык, соответствующий его намерениям. Если бы его книги пользовались несколько более широкой читательской аудиторией, чем они, кажется, приобрели - римской инквизиции потребовалось несколько лет, чтобы приобрести хотя бы часть его публикаций, когда она решила оценить их как часть судебного разбирательства, - его аргумент о дополнительных истинах мог бы быть справедливым. важный.

Биографический подход Роуленда к Бруно позволяет нам более ясно увидеть развитие его идей по отношению к гораздо более личным целям.В 1585 году в Париже интеллектуальная гордость и вспыльчивый темперамент Бруно быстро привели его к серии язвительных академических ссор, которые мало повлияли на его шансы найти новую должность. Он продолжил свое исследование бесконечности, написав длинное латинское стихотворение на эту тему. И он начал рассматривать возможность примирения со своей церковью. Однако предварительные расследования напомнили ему о трудностях, с которыми он столкнется. Возможно, ему придется ответить на вопросы о своем отпуске и последующих занятиях, которых он хотел бы избежать.Тем не менее, образ, который у нас остается, - это образ человека, который исследовал религиозную сцену в Северной Европе - кальвинистской и англиканской - и еще не нашел религию, которую он предпочел бы своей собственной.

В 1586 году Бруно уехал из Парижа в Германию. Он оказался в самом сердце Реформации Лютера, и его не очень приветствовали в университетах. После неудачных попыток получить преподавательский пост в трех разных городах, он прибыл в более терпимый город Виттенберг, где его встретили несколько теплее. Последовала новая серия лекций и публикаций.Бруно смело предлагал слушателям отказаться от всего, что, по их мнению, они знали о том, как учиться. «Сомневайся в знаниях, а затем найди свою философию», - провозгласил он. Он предложил себя в качестве провидца, назвав свои книги «светильниками», чтобы направлять непосвященных на новый путь к мудрости.

Тем не менее, когда он развил эти идеи, Бруно снова был в пути. Старый князь умер, и его сын был гораздо менее склонен нанимать профессоров подозрительной веры. Бруно направился в Прагу и к легендарному двору Рудольфа II, собравшего в себе самые интересные умы, в том числе Кеплера, одного из самых проницательных читателей Бруно, который прибыл туда в 1600 году после своих религиозных проблем в другом месте.Рудольф был достаточно заинтригован Бруно, чтобы встретиться с ним, но работы так и не последовало. Нолан продолжал путешествовать по Германии - сначала в Тюбинген, затем в Хельмштедт и Франкфурт, известный своей международной книжной ярмаркой, постоянно публиковал и совершенствовал свои идеи. Неясно, действительно ли он обратился в лютеранство на данном этапе, но он стал более открыто критиковать папство. Пастор Хельмштедта отлучил его от церкви в 1589 году.

Бруно был человеком, который испробовал все религии и не удовлетворился ни одной (ни они с ним).Но он все больше гордился своей философией. В серии латинских стихов, написанных в 1591 году, он смело призывал к новой логике и новой метафизике, радикально новой системе знаний, чтобы приспособить его видение космоса (видение, позже названное «Ацентрическим лабиринтом»). Он также начал думать о бесконечно малом, или «монаде», как о естественном дополнении бесконечности. В ином виде эта концепция станет центральным элементом философской системы Лейбница в следующем столетии. Роуленд умело показывает нам, как Бруно развил эту идею, изучив философию античности и эпохи Возрождения, и использовал диаграммы, чтобы передать то, что не могли указать ни слова, ни его более ограниченные математические способности.

Одна из величайших загадок жизни Бруно связана с его решением вернуться в Италию в 1591 году. Почему он пошел на такой риск? Отчасти, как предполагает Роуленд, он сделал расчетливый шаг, войдя в Венецианскую республику, которая была известна своей религиозной терпимостью и даже враждебностью Риму. Отчасти он, возможно, просто устал от странствий и надеялся, что наконец-то сможет разрешить свои проблемные отношения со своей верой. Он кратко преподавал математику в Падуанском университете - по иронии судьбы, незадолго до того, как венецианцам удалось увести Галилея из Пизы.Он исследовал возможность помилования со стороны папы со старым знакомым, когда он учился в доминиканском колледже в Неаполе. И он совершил ошибку, дав уроки искусства памяти колючему венецианцу по имени Джованни Мочениго, который донес на него венецианскую инквизицию в 1592 году.

Интересная реконструкция Роулендом следующих восьми лет жизни Бруно - семь из них, проведенных в тюрьме римской инквизиции, - помогает нам увидеть, как медленно и намеренно вращаются колеса правосудия.Несмотря на попытки Бруно покаяться, инквизиторы не были уверены в его искренности. Хотя сообщения о его убеждениях были скудными и в основном спекулятивными - задним числом мы знаем гораздо больше, чем они - его действия были весьма подозрительными. Почему он провел столько лет в протестантских странах и опубликовал все свои книги вне механизмов католической цензуры? Почему он раньше не приложил больше согласованных усилий, чтобы исповедоваться и покаяться? Были тревожные опасения, что худощавый чернобородый человечек из Нолы действительно может быть таким, каким франкфуртские книготорговцы описали его некоторым венецианским печатникам: «человеком без религии».И, что более важно, что именно было в этих книгах?

Пробелы в судебных документах позволяют только предварительную реконструкцию заключительных стадий его судебного разбирательства. Кардинал Беллармин разделил длинный список потенциальных проблем на восемь обвинений в ереси. Бруно ранее признался, что ел мясо в постные дни, путешествовал по протестантским землям, слушал протестантские проповеди и читал запрещенные книги. (Интересно, пришел ли он честно, оставив книгу Эразма в уборной.) Он также отрицал, что плотский грех был смертным грехом. Ни один из этих вопросов не привел бы его к приговору, который он в конечном итоге получил.

Частично загадка Бруно кроется в документах, которых у нас нет, и в интригующих возможностях тех, кто выжил. Глазом детектива Роуленд показывает нам, на что могут указывать улики. Отрицание Бруно Троицы и божественности Христа действительно было серьезной проблемой. Его увлечение множественными мирами и его понимание души также обсуждались инквизиторами, хотя мы не знаем, каково было их окончательное суждение о его убеждениях по этим конкретным вопросам.Тот факт, что он якобы практиковал искусство гадания, вызвал вопросы о том, до какой степени он хотел заменить силы Бога человеческой волей. Бруно утверждал, что это были философские вопросы, а не вопросы веры. Но вряд ли это различие убедило инквизиторов в чистоте его веры.

Мы действительно знаем, что окончательный приговор, вынесенный Римом, обвинил Бруно в отрицании чуда Евхаристии. Ни один доктринальный вопрос не был более спорным между католиками и протестантами, чем вопрос о том, было ли литургическое воссоздание Тайной вечери настоящим чудом, частичным чудом или символической трапезой.Бруно отверг обвинение в Венеции, но оно, несомненно, сохранялось в Риме, потому что другие свидетельства, которые мы больше не можем видеть полностью - возможно, включая их чтение его «Пепельная среда ужина », - убедили инквизиторов отнестись к этому серьезно.

Бруно много чего хотел сказать на протяжении всего процесса, но в какой-то момент он отказался от дальнейших разговоров со своими инквизиторами. Единственное суждение, которое он был готов принять, было приговором Папы, который не желал вмешиваться в его защиту.Бруно, в свою очередь, отказался отказаться от восьми обвинений. Отвергая многочисленные предложения отречься от своих убеждений и отказываясь даже от последнего утешения в виде созерцания распятия, Бруно, как говорят, мрачно провозгласил: «Возможно, вы больше боитесь вынести этот приговор против меня, чем я его принять». Он встретил свой конец как добровольный мученик за свои убеждения.

Бруно олицетворял собой смелого мыслителя, которому Римско-католическая церковь не нашла удовлетворительного отклика в эпоху Реформации.Оглядываясь назад, может быть трудно понять, что именно было поставлено на карту в конце шестнадцатого века, особенно когда так много современных рассказов о нем окрашены нашим восприятием зон потенциального конфликта между знанием и верой, а также нашим восприятием. взгляд на инакомыслие как на свободу слова, гражданское право в демократическом обществе, а не как выражение недоверия в мире, в котором нет формального разделения между церковью и государством. Сочувственный и хорошо информированный портрет Бруно, сделанный Роулендом, представляет его как гораздо большего прагматика, возможно даже непреднамеренно, чем предполагалось в более ранних историях.Ее Бруно - не наивный идеалист, а человек идей, у которых нет вариантов - кто-то, кто, возможно, записал все слова, которые мог собрать, на бумагу и, наконец, выбрал развязку своей философии и ее значение для веры. происходят перед его инквизиторами.

Роуленд завершает свое исследование Бруно рассказом о том, как его стиль письма и образ мышления сохранились и после его жизни - в вызывающих воспоминания отрывках из Шекспира, в фантастических видениях Кеплера и особенно Афанасия Кирхера, а также в остроумной прозе Галилея. великий и противоречивый Диалог о двух главных мировых системах (1632).Бруно из Роуленда продолжает оставаться в некоторой степени любопытным еретиком: человеком, который подвергал сомнению многие вещи, не отрицая открыто веры, и который действительно мог пожертвовать собой не только ради принципов, но и ради убеждений. За исключением повторного появления каких-либо материалов о нем в архивах, увезенных из Ватикана войсками Наполеона в 1810 году, полные подробности ересей Бруно останутся загадкой. Разве он не этого хотел?

Откровения о Галилее, Бруно и инопланетянах

Галилей перед лицом римской инквизиции.Написал Криштиану Банти в 1857 году.

У католической церкви и ученых есть история столкновений, но, по мнению астрономов Ватикана, некоторые из историй преследований церкви являются искажением истины - больше сплетнями, чем Евангелием.

Один из самых известных примеров столкновения религии и науки - суд над Галилео Галилеем. Галилей поддержал точку зрения Коперника о том, что Земля вращается вокруг Солнца, «гелиоцентрическую» теорию, которую Церковь объявила противоречащей Писанию.Галилея предупредили, чтобы он отказался от поддержки этой теории и вместо этого принял традиционное «геоцентрическое» представление о том, что Земля была неподвижной точкой, вокруг которой вращалась Вселенная.

Вместо этого в 1632 году Галилей опубликовал «Диалог о двух главных мировых системах». Книга была построена как беседа между Сальвиати, гелиоцентрическим философом, Симпличио, геоцентрическим философом, и Сагредо, нейтральным мирянином. Папа Урбан VIII фактически дал Галилею разрешение на написание книги при условии, что он не ставил одну точку зрения над другой.Однако Сальвиати яростно доказывал убеждения Галилея, в то время как Симпличио часто высмеивали как дурака.

Часто повторяется мнение о том, что фурор, последовавший за публикацией книги Галилея, состоит в том, что Папа был оскорблен тем, что его слова были высказаны Симпличио. Мало того, что персонаж выглядел нелепо, но и само имя, вероятно, было двусмысленным от слова «простодушный» (упрощенное по-итальянски). Однако астроном Ватикана брат Гай Консольманьо оспаривает этот анализ.

Хотя это похоже на день, этот снимок был сделан ночью.Эти чудесные оранжевые полосы - тонкие облака, освещенные Луной, быстро устремляющиеся к далекому горизонту. На этой временной последовательности изображений, сделанных на месте заброшенной церкви в Сунионе, Греция, показаны звездные следы, вращающиеся вокруг Полярной звезды (северной звезды). Предоставлено: Крис Котсиопулос, 1857 г.

«Во-первых,« Симплицио »было хорошо зарекомендовавшим себя в философских дискурсах именем, а не изобретением Галилея, чтобы обозначать человека, который мог видеть сквозь туман, создаваемый более умными и образованными философами, которые изобретают сложные теории и теряют зрение о простых очевидных истинах, таких как невинный ребенок, который может признать, что император голый », - говорит Консольманьо.«В этом контексте его использование можно рассматривать как комплимент. Во-вторых, этот вид каламбура довольно распространен в английском языке, но у меня сложилось впечатление, что на самом деле на итальянском языке это делается не так часто и не так часто; Я не знаю, интерпретировал бы кто-нибудь в то время и в том месте так, как мы, англоговорящие. И, наконец, книга была первоначально одобрена цензорами Папы перед публикацией; если бы его оскорбило это имя, он бы заметил его задолго до того, как оно было напечатано.”

Тем не менее, политические последствия в конечном итоге привели к тому, что Церковь отозвала свое разрешение на публикацию книги. Галилей предстал перед специально созванной коллегией из десяти судей, которые признали его виновным в подозрении в ереси. Отказавшись от обвинения - заявив, что он никогда не верил в гелиоцентрическую точку зрения, изложенную в книге, - приговор Галилея был сокращен до домашнего ареста.

«Сначала он отбыл (свой приговор) как почетный гость епископа Сиены, а затем вернулся на свою виллу, где он прожил еще десять лет, у него была регулярная цепочка посетителей, и он написал еще одну книгу», - говорит Консольманьо. «Я не хочу приукрашивать ошибки, которые Церковь допустила в деле Галилея, но… это определенно не было простой реакцией против науки».

Консольмагно говорит, что для того, чтобы по-настоящему понять, что произошло, мы должны принять во внимание философское мышление того времени и события, которые происходили как внутри Церкви, так и в обществе в целом.Этот контекст можно увидеть в оригинальных документах судебного процесса, которые были переведены на английский язык в различных публикациях, таких как «Дело Галилея» Финоккиаро.

Космический витраж в холле Санта-Мария-дельи-Анджело. В этой церкви в Риме также есть линия меридиана и солнечные часы, добавленные в 1703 году. Предоставлено: Herlihym.

«Они поймали Галилея по формальности, и он был виновен в этой формальности; но почему они решили пойти за ним таким образом в то время, остается открытым вопросом », - говорит Консольманьо.«Сегодня мы видим, что он вообще не должен был предстать перед судом».

К 1992 году Папа Иоанн Павел II издал заявление, в котором признал ошибки в суде над Галилеем. Такого извинения не было сделано в отношении Джордано Бруно, которого Церковь сожгла на костре в 1600 году.

Бруно не только поддерживал гелиоцентрическую картину, но также утверждал, что за пределами Земли есть несколько миров, каждый из которых вращается вокруг своего собственного солнца. Астрономы Ватикана утверждают, что смертный приговор Бруно был вынесен не из-за того, что он продвигал эти идеи.

«Старая шутка состоит в том, что если тогда его и сожгли за что-нибудь, так это за плагеризм», - говорит Консольманьо. «Николай Кузанский опубликовал те же идеи 200 лет назад, и он был кардиналом».

Книга Николая Кузанского «Об обученном незнании», в которой он обсуждал возможность существования множественных миров, была опубликована в 1440 году. Он также писал, что инопланетяне могут существовать на Луне и Солнце.

«Он стал кардиналом в 1448 году, поэтому совершенно очевидно, что это не повредило его карьере», - отмечает коллега Консольманьо, астроном Ватикана отец Поль Павел Габор.

Консольмагно говорит, что наиболее вероятной причиной вражды церкви было то, что Бруно отрицал божественность Христа, а также некоторые другие фундаментальные доктрины христианства.

«Я думаю, что настоящая проблема Бруно заключалась в том, что его обвиняли в том, что он английский шпион», - добавляет Габор. Он говорит, что Бруно был заключен в различные места по всей Европе, прежде чем попасть в тюрьму в Венеции, что привело к его смерти в Риме. Габор говорит, что дело за последние 7 лет его судебного процесса исчезло, потому что Наполеон ограбил Ватикан для получения бумаги.

«Все, кто продолжает писать об этом так, будто знают, что произошло, на самом деле просто фантазируют», - говорит Габор.

Галилей объясняет топографию Луны двум кардиналам. Картина Жана Леона Хуэнса 1857 года.

И Консольмагно, и Габор подчеркивают, что идея инопланетян и множественных миров не является новой идеей для Церкви и не ставит под сомнение и не угрожает центральным убеждениям их религии. Ватикан даже спонсировал семинар по астробиологии в 2009 году.По словам Консольмагно, Церковь сделала это для того, чтобы создать форум, на котором ведущие ученые в этой области могли бы побеседовать.

«Это было НЕ так, как сообщалось по CNN, где католическая церковь беспокоилась об инопланетянах», - говорит он.

Они говорят, что на этом семинаре не было религиозных дискуссий; вместо этого основное внимание уделялось астробиологии. Философский переход между религией и наукой обсуждался только неформально, во время перерывов на кофе и других общественных мероприятий.

Бронзовая статуя Джордано Бруно стоит на площади Кампо-деи-Фьори в Риме, где он был казнен в 1600 году. Кредит: Ястроу, 1857 год.

Философы борются с последствиями инопланетной жизни сотни лет, если не дольше. Но до тех пор, пока инопланетяне не будут найдены, говорит Консольмагно, эти вопросы останутся в сфере научной фантастики, а не религии или науки.

«Я думаю, что это очень важная роль, которую должна сыграть научная фантастика, потому что на данный момент мы просто играем с идеями», - говорит Консольманьо.«Мы просто изучаем пространство, в котором могут быть найдены идеи. Мы не знаем - у нас нет ответов. Вот почему это так весело! "


Пока доступна оригинальная версия, поправить Твена можно, говорит профессор.

Ссылка : Откровения о Галилее, Бруно и инопланетянах (2011, 17 января) получено 19 июля 2021 г.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *