Деятельность петра 1 и ее результаты эпоха дворцовых переворотов: Страница не найдена | РГУ имени С.А. Есенина

Содержание

Видеолеокция по теме Модернизация в эпоху Петра | РВИО

В конце XVII – первой четверти XVIII веков началась новая эпоха в истории России. Россия сталавеликой европейской державой, определявшей, наряду с Англией, Францией и другими крупными государствами Европы, ситуацию на континенте. Последнее стало возможно благодаря грандиозным внутренним преобразованиям и внешнеполитическим победам, которые произошли в царствование Петра I.

 Конец XVII века знаменовался борьбой дворцовых группировок – Милославских и Нарышкиных. Царь Федор III Алексеевич правил недолго — всего шесть лет (1676 – 1682). Его единственный сын умер при рождении, так что наследовать Федору могли только братья – Иван и Петр.

Родной брат Федора Иван был рожден первой женой Алексея Михайловича Марией Милославской. Он был уже 16-летним юношей. Но его одолевали болезни, соображал Иван с трудом, говорил сбивчивои неразборчиво. Апатичный и скованный, он служил предметом тайных насмешек собственных слуг.

Другим претендентом на трон мог быть 10-летний Петр, сын второй жены Алексея Михайловича – Натальи Кирилловны Нарышкиной. Петр олицетворял собой здоровье, живость и ум. Неслучайно многие придворные и патриарх считали его лучшим кандидатом на престол.

Сторонники Петра составили круг, который историки условно назвали «партией Нарышкиных». Нарышкиным противостояла «партия царевича Ивана» («партия Милославских»), которую возглавили родная сестра Ивана царевна Софья Алексеевна и ее друг, как писали позже, «амур и галант», Василий Васильевич Голицын.

Софья являла собой исключение среди царских дочерей. Царевны, которым обычно не могли подыскать супругов царских кровей, тихо уходили в московские монастыри. Царевны знали рукоделие, но наукам их не учили, разве что читать и писать. Софья получила образование под руководством Симеона Полоцкого вместе со своим старшим братом Алексеем. Ее отличали энергия, острый ум и решительность. Фаворит Софьи князь Василий Голицын был блестящим придворным и государственным деятелем. Он слыл сторонником западноевропейского опыта и в часы досуга разрабатывал проекты реформ, необходимых, по его мнению, России. И Софья, и князь Василий при этом с уважением относились к старорусским традициям.      

По смерти царя Федора Алексеевича (1682 г.) Боярская дума и патриарх провозгласили царем Петра. Царица Наталья Кирилловна (Нарышкина) и ее братья стали реальными правителями России. Но скоро они были оттерты от власти. Стрельцы, не получавшие жалованья в течение нескольких лет и терпевшие произвол начальства, были готовы к мятежу. Софья направила их гнев в «нужное русло», обещая, что «законный царь Иван» выплатит им жалованье и восстановит справедливость. Обещания подкреплялись подарками.

15 мая 1682 года среди москвичей разнесся слух: «Нарышкины удавили царевича Ивана». Стрельцы с оружием бросились в Кремль. Они требовали расправы с ненавистными им боярами, среди которых значились дяди царя Петра. Царица Наталья Кирилловна велела поставить на перила красного крыльца Грановитой палаты Петра и Ивана. Но толпа засомневалась: не подменные ли? Софье пришлось доказывать «подлинность» братьев.

Но бунт уже набрал силу. На копья с высокого крыльца полетел воспитатель Натальи Кирилловны боярин Матвеев, только-только вернувшийся из ссылки. Погиб один из Нарышкиных, отец и сын Долгорукие, многие другие люди встретили свою смерть или были избиты. Маленький царь Петр ничем не выдал своего волнения, но он был страшно напуган, впоследствии у него стали дергаться лицо и рука. Царь возненавидел Москву и стрельцов на всю жизнь.

А стрельцы тогда уже слушали лишь себя. Они требовали сделать царями обоих братьев (при этом Иван считался бы главным), они требовали своих денег; дарования привилегий и защиты «старой веры», так как многие из них были тайными и явными противниками никониан.

Боярская дума, патриарх, цари Иван и Петр, царевна Софья, объявленная стрельцами регентом при братьях, – на короткий срок все стали заложниками восставших. Этот период вошел в историю под названием «хованщина», по имени популярного в стрелецких полках князя Хованского. Его Софья по требованию стрельцов поставила во главе Стрелецкого приказа. Софья пошла навстречу требованиям стрельцов. Они получили удержанное жалованье и новое звание «надворной пехоты». На Красной площади в честь их подвигов установили мраморный столп.

Но терпеть власть стрельцов над собой правительница не собиралась. Вскоре она уехала на богомолье с братьями и Натальей Кирилловной в Троице-Сергиев монастырь. Руководя оттуда, собрала дворянское ополчение. Потом тайно захватила Хованского. Пытками его вынудили признаться, будто желал насильно выдать Софью замуж за своего сына, царей истребить и так захватить власть. Хотя среди бояр Хованский и слыл надменным, строптивым и честолюбивым человеком, вряд ли его планы шли так далеко... Но повод, чтобы казнить Хованского с сыном, правительница получила. Потеряв вождя, стрельцы не знали, что им делать, и решили просить милости у царевны. Зачинщики были наказаны, остальные приведены к покорности. Столп на Красной площади был разбит.

Что же до Петра и его окружения, то они были удалены от дел. Царь Петр жил в подмосковных селах – Преображенском и Семеновском. Никита Зотов учил его грамоте. Но основную массу времени непоседливый опальный царь проводил, маршируя со своими сверстниками из потешных полков под началом иноземных и отечественных офицеров да посещая Немецкую слободу. В слободе у Петра завелось много приятелей, среди которых выделялся швейцарец Франц Лефорт. Он много рассказывал Петру о Европе, о европейских армиях, о флоте. Изредка Петра возили в Москву на торжественные церемонии, где он сидел с братом Иваном на двухместном троне, а сестрица Софья шептала через дырочку в спинке трона царям правильные ответы.

В литературе XIX—XX веков долго господствовала оценка «Нарышкиных» как «партии реформ и европеизации» России. В противовес им «Милославские» воспринимались защитниками старомосковских порядков, консерваторами, которые обрекли бы страну на неподвижность. Отсюда победа Петра над Софьей ассоциировалась с торжеством прогресса над застоем. Истоком подобного взгляда стала историческая литература, созданная сподвижниками Петра.

Однако в конце XX века части историков такая оценка показалась сомнительной, так как вытекала она не из анализа действий и намерений Нарышкиных в малолетство Петра, а из рассмотрения будущих реформ самого Петра, при полном игнорировании действий и планов Софьи и Василия Голицына в период пребывания их у власти. Никто из ученых не сомневается в том, что Василий Голицын был одним из наиболее настойчивых сторонников заимствования Россией западноевропейского опыта. Его «прожекты» реформ содержат смелые прогрессивные идеи (чего стоит одно доказательство пагубности крепостного права и желательности его отмены в России). Мы знаем, что Голицын содействовал отмене в 1682 году местничества, пекся об открытии в Москве в 1687 году первого высшего учебного заведения – Славяно-Греко-Латинской академии.

Правительство Софьи и Голицына переориентировало внешнюю политику России с противостояния Речи Посполитой на союз с этой страной, а заодно на союз с Австрией и Венецией для борьбы с Турцией и Крымским ханством, что означало продвижение России на юг к теплым морям. Последнее было несомненной необходимостью для страны, лишенной удобных морских дорог для торговли и культурных контактов. К «успехам» же Нарышкиных за короткий промежуток 1682 года, когда они стояли у власти, можно отнести гонения на «партию Милославских», казнокрадство, произвол и отсутствие у них какой-либо продуманной программы преобразований страны.

Очевидно, что надо сравнивать не «Нарышкиных» и «Милославских», а действия и планы Софьи и Голицына с преобразованиями Петра I.

Здесь надо признать, что обе «партии» были «прогрессивными», так как являлись сторонниками реформ. Софья и Голицын, с одной стороны, Петр I, с другой, являлись продолжателями изменений, которые захватили Россию в «век новшеств» (XVII в.). Разница между ними была в методах и темпах реформирования России, отношении к русским традициям и понимание необходимой России европеизации. Голицын и Софья шли дорогой Алексея Михайловича, предпочитая компромисс, осторожность при безусловном почтении к «московской старине». Петр предпочел более скорый на результаты путь – путь ломки традиций, путь силы и насилия. Целый ряд внутренних реформ Петра в корне изменили порядок государственного управления России, усилили значение центра и превратили власть российского монарха в абсолютную. Вопрос заключается в том: какое из двух решений было лучше для страны?

Петровские преобразования можно понимать в двух смыслах: как постепенное изменение под воздействием европейских заимствований вотчинного уклада в сторону формирования в России основ, близких к западноевропейскому устройству, либо в смысле формального заимствования научно-технических, военных и административных достижений Запада без изменения сути вотчинного режима.

     Уже в XVIII веке для одних Петр стал «отцом Отечества», для других «царем-антихристом». И историки XVIII-XX веков сломали немало копий, споря о царе-реформаторе. Например, известный ученый XIX века М.П. Погодин писал: «Мы просыпаемся. Какой ныне день? 1 января 1841 года – Петр Великий велел считать годы от Рождества Христова, Петр Великий велел считать месяцы от января.

Пора одеваться – наше платье сшито по фасону, данному Петром Первым, мундир по его форме. Сукно выткано на фабрике, которую завел он, шерсть настрижена с овец, которых развел он.

Попадается на глаза книга – Петр Великий ввел в употребление этот шрифт и сам вырезал буквы. Вы начинаете читать ее – этот язык при Петре Первом сделался письменным, литературным, вытеснив прежний, церковный.

Приносят газеты, Петр Великий их начал.

Вам нужно купить разные вещи – все они, от шелкового шейного платка до сапожной подошвы, будут напоминать вам о Петре Великом: одни выписаны им, другие введены им в употребление, улучшены, привезены на его корабле, в его гавань, по его каналу, по его дороге.

За обедом от соленых сельдей до картофеля, который он указал сеять, до виноградного вина, им разведенного, все блюда будут говорить вам о Петре Великом. После обеда вы едете в гости – это ассамблеи Петра Великого. Встречаете там дам – допущенных до мужской компании по требованию Петра Великого.

Вы вздумаете путешествовать – по примеру Петра Великого: вы будете приняты хорошо – Петр Великий поместил Россию в число европейских государств, и прочее, и прочее, и прочее.»

Конечно, перед нами историк – страстный поклонник петровских реформ. По образному выражению современного исследователя С.В. Бушуева, Погодин склонен «видеть только одну сторону медали с сияющим чеканным профилем великого преобразователя». Еще большинство наблюдательных современников заметили, что реформы осуществлялись непоследовательно, сбивчиво во времени, методом «проб и ошибок». «Он сам не знал, какие законы учредить для государства надобно», – бросает Екатерина II, необычайно высоко ценившая Петра и считавшая себя его продолжателем.

Среди современных исследователей следует отметить книги Н.И. Павленко («Петр Великий», «Птенцы гнезда Петрова» и др.), где на основе анализа огромного числа источников, вырисовывается эпоха своевременных и нужных России реформ, инициатором которых читатель видит гениального государственного деятеля Петра Великого.

А вот мнение представителя другого лагеря – Е.В. Анисимова. «Время петровских реформ – это время основания тоталитарного государства, яркой проповеди и внедрения в массовое сознание культа сильной личности – вождя, «отца нации», «учителя народа». Это и время запуска «вечного двигателя» отечественной бюрократической машины, работающей по своим внутренним и чуждым обществу законам до сих пор. Это и всеобъемлющая система контроля, паспортного режима, фискальства и доносительства, без которых не могла существовать и наша «административно-командная система». Время Петра – это и столь характерные для нашего общества страх, индифферентность, социальное иждивенчество, внешняя и внутренняя несвобода личности. Наконец, победы на поле брани соседствовали с подлинным культом военной силы..., военизации гражданской жизни, сознания...»

Крайние точки зрения – не единственные. Между враждующими полюсами «сторонников» и «противников» преобразований Петра звучат и другие голоса с иными, нежели у цитируемых выше авторов, критериями оценки Петра и его времени. Например, В.О. Ключевский считал Петра великим преобразователем, но указывал на многое негативное, что сопровождало реформы. В самом царе-реформаторе, по мнению Ключевского, было предостаточно темных сторон, жестокость, в частности. Рассматривая реформы Петра, Ключевский подчеркивает, что побудительной их причиной явился ответ и реакция на веление времени, а именно внешнеполитическая ситуация, фактически – военные потребности страны. «Война привела его и до конца жизни толкала к реформам». А так как военная реформа была невозможна без реформы финансовой, то Ключевский признает финансовую реформу вторым важнейшим аспектом преобразований. Реформа, по Ключевскому, «не имела своей прямой целью перестраивать ни политического, ни общественного, ни нравственного порядка, не направлялась задачей поставить русскую жизнь на непривычные ей западноевропейские основы, ввести в нее новые заимствованные начала, а ограничивалась стремлением вооружить Русское государство и народ готовыми западноевропейскими средствами… и тем поставить государство в уровень с завоеванным им положением в Европе, поднять труд народа до уровня проявленных им сил».

Современный историк С.В. Бушуев отметил, что на петровских реформах «лежала печать двойственности, методы их осуществления были грубы и насильственны, результаты неоднозначны», но, наверное, не случайно, ученый завершил разговор о различных оценках Петра, приведя суждение замечательного русского поэта начала XX века Д.С. Мережковского: «Я уже раз говорил и вновь повторяю и настаиваю: первый русский интеллигент – Петр. Он отпечатал, отчеканил, как на бронзе монеты, лицо свое на крови и плоти русской интеллигенции. Единственные законные наследники, дети Петра – все мы, русские интеллигенты. Он – в нас, мы – в нем. Кто любит Петра, тот и нас любит; кто его ненавидит, тот ненавидит и нас.

Что такое Петр? Чудо или чудовище. Я опять-таки решать не берусь. Он слишком родной мне, слишком часть меня самого, чтобы я мог судить о нем беспристрастно».

Высказывания Петра и о Петре...

«Сей государь (Иван Грозный) есть мой предшественник и образец; я всегда представлял его себе образцом моего правления в гражданских и воинских делах, но не успел еще в том столь далеко, как он. Глупцы только, коим не известны обстоятельства его времени, свойства его народа и великие его заслуги, называют его мучителем». (Петр Первый)

«Мы стали гражданами мира, но перестали быть в некоторых случаях гражданами России – виною Петр! Он велик без сомнения, но еще мог бы возвеличиться больше, когда бы нашел способ просветить ум россиян без вреда для их гражданских добродетелей». (Н.М. Карамзин)

«Петр I не страшился народной свободы, неминуемого следствия просвещения, ибо доверял своему могуществу и презирал человечество, может быть более, чем Наполеон... История представляет около него всеобщее рабство». (А.С. Пушкин)

«Реформа Петра была борьбой деспотизма с народом, с его косностью. Он надеялся грозою власти вызвать самодеятельность в порабощенном обществе и через рабовладельческое дворянство водворить в России европейскую науку, народное просвещение как необходимое условие общественной самодеятельности, хотел, чтобы раб, оставаясь рабом, действовал сознательно и свободно. Совместное действие деспотизма и свободы, просвещения и рабства – это политическая квадратура круга, загадка, разрешавшаяся у нас со времени Петра два века и доселе не разрешенная». (В.О. Ключевский)

«Гений Петра высказался в ясном уразумении положения своего народа и своего собственного как вождя этого народа, он осознал, что его обязанность – вывести слабый, бедный, почти неизвестный народ из этого печального положения посредством цивилизации...» (С.М. Соловьев)

«Весь узел русской жизни сидит тут». (Л.Н. Толстой)

«Прекрасно уразумели теперь все, кому было чем разуметь: действительная задача России, если она желает стать европейской страной, где гражданин – не должен всякий миг ожидать, что тут ему от рук деспота кончина будет, заключается в том, чтобы предотвратить реставрацию нового безумного приступа «опричной цивилизации», оказавшейся на поверку обыкновенным «людодерством». Жизнь бы народу устроить по-человечески – без подушного грабежа, без доносов и пыток, без диктатуры армии. Жизнь – с гарантиями личной и имущественной безопасности, при которых он, народ, уж как-нибудь сам – с Божьей помощью и без посредства застенка добился бы благополучия и процветания». (Профессор Нью-Йоркского университета А. Янов)

«На весь XVIII век и шире – Петербургский период русской истории – ложится одна гигантская тень – Петра Великого – императора-реформатора. И пусть он действовал в том направлении, которое вполне определилось при его отце, пусть его реформы были рождены самой логикой исторического развития XVII века ... все равно нельзя отрицать, что именно Петр стал создателем Новой России». (Современный отечественный историк C.В. Бушуев)


 Литература

Черникова Т.В. Древняя Русь - Эпоха Екатерины II. Часть первая. История России. Учебное пособие для студентов МГИМО в трех частях. Издательство МГИМО. 2009 год. Страницы 394 - 396.

Черникова Т.В. История отечества. XVI - XVIII века. Учебное пособие. 7-й класс. Москва, 2001.

«Петр Первый» (1937) — смотреть фильм онлайн без регистрации

Исторический фильм по роману Алексея Толстого о жизни и государственной деятельности преобразователя России XVIII века царя Петра I, начиная от Нарвской битвы. Конец XVII — начало XVIII столетия. Период становления Великой Российской Империи, время крупных реформ и тайных заговоров, великих воинских побед и дворцовых переворотов, безудержного веселья ассамблей и жестокого кровопролития казней.

Николай Симонов в роли Петра Первого. Кадр из фильма. Фотография: kino-teatr.ru

Кадр из фильма. Фотография: kino-teatr.ru

Кадр из фильма. Фотография: kino-teatr.ru

Фрагмент статьи Марины Кузнецовой «Петр Первый». Опубликовано в книге «Русский иллюзион» (2003 г.):

Окрыленный славой, международным признанием своей предшествующей картины — «Грозы», режиссер Владимир Михайлович Петров в 1933 году приступает к работе над новым произведением — киноэпопеей «Петр Первый», две серии которой поочередно — в 1937 и в 1939 годах — вышли на экран.

Еще до съемок вокруг сценария фильма завязались споры. В статье «Петр I» в кино» (1937) А. Толстой писал: «Множество… штатных теоретиков от кино обрушили на нас самые разноречивые требования. Вихляющийся, истеричный Петр, которого нам навязывали, никак не совпадал с нашими замыслами… Мы далеки от мысли возродить тривиальный хрестоматийный образ «венценосного плотника», но мы не хотим в нашей картине умалять значение личности человека, возвысившегося над своей эпохой…» Вмешательство Сталина положило конец полемике. Встретившись с авторами, он одобрил концепцию картины.

Иначе и быть не могло. Фильм Петрова — в исторических одеждах, конечно, — воспевал вождя, укрепляющего государство и армию, борющегося с реакцией, любимого народом. Конечно, подобная трактовка вступала в противоречие с традиционной установкой революционеров, включая Ленина, на воспитание в массах ненависти к самодержавию. Но зато она вполне соответствовала укреплению единоличной власти Сталина в стране.
Перед авторами фильма стояла задача повернуть к зрителю Петра I — одну из самых противоречивых фигур русской истории — только светлым ликом.

И они вполне успешно справились с этой задачей. Петр в фильме суров, но справедлив. «Широко было задумано, жалеть было некогда», — ключевое суждение экранного царя, и его не случайно впоследствии приписывали Сталину.

Реакция, с которой борется Петр на экране, предстает в двух ипостасях. Реакция внутренняя: духовенство — по фильму мракобесы и «свиные рыла», а также бояре — сторонники царевича Алексея, заговорщики, противники реформ. Реакция внешняя — иностранные государства, боящиеся как черт ладана укрепления России. Внутренний враг смыкается с внешним: возникает тема шпионажа, предательства государственных интересов. Царевич бежит в Италию, где при поддержке иноземцев вынашивает планы вторжения в Россию вражеских войск.

И все же этот вполне соответствовавший 1937–1939 годам идеологический пласт исторического фильма далеко не исчерпывает его содержание, оказывается неспособным умалить его художественную ценность.
Масштаб задуманной исторической эпопеи был грандиозен. Поначалу предполагалось сделать даже не две, а три серии фильма — совместно с французами, с участием иностранных актеров. Но, не совладав со все возрастающими препятствиями, авторы отказались от планов совместной постановки и соответственно от первой серии «Юность Петра».

Тем не менее работа кипела — на лето 1935 года намечались первые съемки картины. По макетам художника Николая Суворова строились дом Меншикова, монастырь, улицы города. В Озерках под Ленинградом была возведена «шведская крепость» (сорок вагонов леса пошло на ее строительство). На судоремонтном заводе в Херсоне шла работа над воссозданием петровской флотилии. Несколько десятков современных кораблей и парусников умелые плотники превратили в эскадру XVIII века.

Поиски актера на роль Петра оказались мучительными. Петр на экране должен был покорять своей мощью. «Перед нами возникла волнующая проблема: воплотить в образах черты национального характера», — писал Петров в статье «Идеи и образы «Петра I». Знаменитый к тому времени актер Николай Симонов был пятнадцатым в списке кандидатов на роль. Сделали кинопробу — и вот он, Петр! Правда, консультантов фильма одолевали сомнения: актер внешне не походил ни на одно из 25 известных изображений царя. Но А. Толстой произнес пророческие слова: «Если Симонов сыграет Петра, то запомнят именно его, — это и будет двадцать шестой и наиболее известный портрет великого реформатора».

Симонову чуть подбрили волосы, увеличив тем самым лоб, сделали парик, повторяющий петровскую прическу, приклеили усы. Для того чтобы актер «дорос» до гигантской фигуры своего героя (как известно, рост Петра был 204 сантиметра), Симонова обули в сапоги на высоких каблуках с подложенными внутрь пробками.

При работе над пластическим рисунком роли актеру более всего помогли пушкинские строки: «…Из шатра толпой любимцев окружен выходит Петр. Его глаза сияют. Лик его ужасен. Движенья быстры. Он прекрасен, он весь, как божия гроза…». Симоновский Петр во всем своем облике запечатлел ощущение свободы. Он — воплощенная мужицкая энергия, богатырская сила, неукротимый темперамент. Царь всегда в движении — в эпизоде встречи царя с боярской думой Петр не восседает, а, как непоседливый мальчишка, крутится на троне. Всегда — в трудах, в мирных или ратных, будь то работа в кузнице, у токарного станка или на поле брани. Незабываемы крупные планы Симонова: сияющие счастьем или горящие яростью глаза, белозубая улыбка, раскатистый смех.

Перед съемками сцены, в которой Петр, поймавший Меншикова на казнокрадстве, пудовыми кулачищами «учит» своего любимца, Михаил Жаров, исполнитель роли «светлейшего», начал нервничать. И, улучив минутку, жалобно прошептал режиссеру Петрову: «Не нравится мне сегодня что-то Симонов, уж слишком старательно готовится он к нашей сцене… Убьет! Ей-богу, убьет!». Режиссер внял мольбам Жарова, снял эпизод монтажно, по кусочкам, чтобы ассистенты успевали подставлять подушечку под симоновские тумаки.

В. Петрова справедливо называют «актерским» режиссером. Собрав в фильме великолепных актеров — Николая Симонова, Николая Черкасова, Аллу Тарасову, Михаила Тарханова и многих других, — Петров не допускает актерского «разнобоя» (а такое могло случиться, ведь каждый из них сам по себе — «звезда»), выстраивает ансамбль. Наполняет центральную драматическую линию фильма — взаимоотношения Петра и его сына, царевича Алексея (замкнутый круг любви-ненависти) — тончайшими психологическими нюансами.

По замыслу авторов столкновение Петра и Алексея — прежде всего смертельная схватка политических программ. Петр — символ рождающейся в муках новой России («И драться научимся, и работать научимся!»). Алексей — олицетворение отсталой боярской Руси. Образ Алексея в фильме сильно расходился с его историческим прототипом.

В фильме Алексей — злобное и «немощное головой» ничтожество, государственный преступник («В Москве буду жить, тихо, мирно с колокольным звоном. Корабли сожгу, армии распущу. Меншиков, собака, сдохнет на колу!»). Длинное, постное лицо, жидкие, сальные волосы, тонкие кривые ноги. В пластике — вкрадчивая вороватость. В глазах — вечный испуг, нерешительность, единственное желание — зарыться с головой под одеяло под бок своей пышнотелой любовницы Ефросиньи.

Но все же исполнитель роли, Николай Черкасов, сумел наделить Алексея куда более сложной, противоречивой, даже трагической натурой. Гневливо, ужасно, как у отца-властелина, блеснут глаза царевича в монастыре, куда Петр, вопреки воле Алексея, пошлет его снимать с церквей колокола — медь необходима была царю для отливки пушек.

…Вот уже качнулся, под плач толпы двинулся колокол с собора, крупный план бледного от ужаса перед свершившимся святотатством царевича, снятого сквозь решетку (предзнаменование?) церковной ограды, снова колокол, со стоном ударяющийся о землю.

На ассамблее в доме «светлейшего» Петр, уже увлекшийся Екатериной, приказывает всем танцевать. Все убыстряющийся вихрь танца передан все более короткими повторяющимися общими планами, перемежающимися крупными планами смеющихся Петра и Екатерины — в них смысл происходящего.

.Выходит из спальни царя Екатерина (Алла Тарасова). Теперь уже — царица. Склоняются перед ней вельможи, иностранные послы, бывший возлюбленный Меншиков. Лишь царевич недвижим. И вдруг сотрясает палаты его резкий, истерический крик: «Сука-а-а!» А в мимике перекошенного лица за считанные секунды читаем водоворот чувств: обида за брошенную Петром мать, ненависть в монастырской келье воспитанного человека ко всей этой «жизни во хмелю», греховной суете.

Симонов и Черкасов сыграли не только смертельную политическую вражду: в сердцах Петра и Алексея (дали понять актеры) затаенно, невысказанно живет глубокая любовь друг к другу, которая-то и приносится в жертву государственным интересам. «Все дела мои прахом развеешь…» — с горечью говорит Петр Алексею.

В отличие от романа А. Толстого, в фильме на первый план выходит военная тема. Петр-воин — одна из главных характеристик царя-реформатора в этой картине. Что соответствовало исторической правде: за 35 лет царствования Петра едва ли наберется два мирных года. Петр на экране — прежде всего народный полководец, создатель регулярной русской армии. Режиссер вместе с операторами Вячеславом Гордановым и Владимиром Яковлевым блестяще поставили и сняли батальные сцены на суше и на море. Меншикова мы увидим во главе отряда кавалерии в эпизоде Полтавской битвы — храбреца, не боящегося ни черта, ни дьявола, смеющегося в лицо смерти. В сюжетной линии Меншикова, в прошлом — лоточника, выходца из народных низов, воплощена идея поддержки Петровых дел лучшими представителями народа.

Роль Меншикова в исполнении Михаила Жарова — одна из лучших в фильме Петрова. Кадр светлеет, когда в нем появляется хитрован Меншиков. В герое Жарова соединялось несоединимое: безграничная преданность Петру, живой ум, необыкновенная личная отвага и природное лукавство простолюдина, страсть к роскоши, взяточничество, казнокрадство. А уж о любви к прекрасному полу — говорить нечего. Надо видеть, каким кошачьим блудливым взглядом окидывает «светлейший» княжон Буйносовых. Заприметив же в другой раз в палатке рядом с Шереметевым Екатерину, просто идет напролом.

Возможно, сегодня страстные монологи Петра, обращенные во второй серии фильма к русским воинам, могут показаться излишне прямолинейными, чрезмерно патетичными. Но в их исполнении нет ни единой фальшивой ноты. Сколько искренности, сколько гордости за свой народ звучит в голосе Петра: «Вы, имея любовь к отечеству, не щадили живота своего и на тысячи смертей устремлялись безбоязненно! Воины России, храбрые дела ваши никогда не забудут потомки!».

И дух захватывало у внимающих Петру зрителей тех лет, многим из которых суждено было скоро стать воинами великой, народной, священной Отечественной войны.

Информация для учителя.

Лекция о фильме «Петр Первый»

Лектор: Ирина Павлова.

Эпоха Дворцовых переворотов в России – таблица основных событий

Правитель

Год правления

Обстоятельства прихода к власти

Краткая характеристика

Екатерина I

1725-1727 гг.

Пётр I не оставил распоряжений по поводу того, кто именно должен наследовать Российский престол после его смерти. По изданному при жизни императора «Указу о престолонаследии» наследовать мог любой, кого назначит предыдущий государь, в том числе и не лично, а в завещании. После смерти Петра Великого начались споры по поводу того, кому отдать престол. Часть дворян, в лице Апраксина, Голицына, Репнина, Долгорукого, Головкина и Мусина-Пушкина, высказались за том, что престол необходимо передать внуку Петра – Петру Алексеевичу и сделать при нём регентшей жену Петра – Екатерину с Сенатом.

Другие, в лице Меньшикова, Ягужинского и Толстого, предложили кандидатуру Екатерины I – жёны Петра I, в качестве самодержавной правительницы. Екатерину поддержала гвардия и дело решилось в ее пользу.

Огромную роль в управлении страной при Екатерине I играла гвардия, а также фаворит самодержавной государыни А. Меньшиков. Всеми важными государственными делами ведает Верховный Тайный совет. Каких-либо важных преобразований Екатерина не проводила, полностью доверяя своим приближённым в вопросах управления страной.

Пётр II

1727-1730 гг.

Пришёл к власти после смерти Екатерины I. Вопрос о возведении на престол решила гвардия. Новому государю едва исполнилось 12 лет.

Малолетнего правителя контролировал Меньшиков, планирующий женить государя на собственной дочери и таким образом породниться с царской семьёй. Но сделать этого он не успел, поскольку слёг с серьёзной болезнью. Меньшикову удалось выжить, но в его отсутствие влияние на Петра II обрели Голицын и Долгорукий. Меньшиков был изгнан в ссылку, Тайный совет распущен. Но для страны ничего не изменилось, поскольку юный император делами государственными не интересовался, а его приближённые старались захватить как можно больше власти, земель и денег.

Анна Иоанновна

1730-1740 гг.

В 1730 г. Пётр I неожиданно умер. На этот раз к выбору императора подключился Верховный Тайный совет. На Российский престол пригласили племянницу Петра I – Анну Иоанновну. Она согласилась и прибыла в Россию из Курляндии, где всё это время проживала, как вдова местного герцога.

Правила самодержавно. Но в начале правления Тайный совет попытался ограничить её власть, заставив подписать «Кондиции» — документ, следуя которому, императрица обязалась всё время своего правления оставаться во вдовстве, с тем, чтобы её муж или наследники не могли претендовать на престол. Прибыв в Россию, Анна Иоанновна заручилась поддержкой гвардии и отреклась от «Кондиций». Её правление нельзя назвать мирным или успешным. В стране царила разруха, а императрица ничего не предпринимала для улучшения положения. Её бездействие и постоянные поборы на проведение балов и других увеселений вызывало недовольство у широких масс и дворян. Последние были недовольны тем, что императрица приблизила к себе иностранцев, и в особенности своего фаворита Бирона, который правил вместо неё. Анна Иоанновна упразднила Верховный тайный совет, устранила от власти Голицыных и Долгоруких, но засилья немцев народ простить ей не мог.

Иван Антонович и Анна Леопольдовна

1740-1741 гг.

Анна Иоанновна умерла в 1740, престол заняла её племянница Анна Леопольдовна и малолетний её сын Иван Антонович.

Власть находилась у Бирона. В ходе заговора Бирона сменил Остерман, а его – Миних. Все государственные посты все еще оставались у немцев, что не могло не вызывать недовольства русских дворян и простых людей, полагающих, что именно иностранцы виноваты в несправедливых законах и непомерных налогах, которые им приходилось в это время уплачивать.

Елизавета Петровна

1741-1761 гг.

Являлась дочерью Петра I. К власти пришла благодаря поддержке гвардии.

Отстранила от управления страной Анну Леопольдовну и Ивана Антоновича, услала их в ссылку без права возвращения. Все прежние фавориты утратили свои посты, немцы изгнаны. Но у Елизаветы Петровны были собственные фавориты – Разумовский и Шувалов. Именно они занимались государственными делами, сама императрица отстранялась от дел. Она расширила полномочия Сената, Тайной канцелярии, Главного магистрата. Была любима в народе и среди дворян, поскольку поддерживала русских, но в целом продолжила политику предшественников, оставаясь самодержицей.

Пётр III

1761–1762 гг.

После смерти Елизаветы Петровны вновь не нашлось кому передать престол, поскольку она не состояла в браке и не имела детей. Сенат передал престол её племяннику Петру.

Пётр III правил всего полгода. Он был слабым и недальновидным, государственные дела интересовали его меньше увеселений и военных забав. Император был поклонником Пруссии и всего прусского, откровенно презирая русские обычаи и нравы, что не могло не стать причиной отрицательного к нему отношения среди населения и армии.

Екатерина II

1762 –1796 гг.

Гвардии не нравилось подчиняться столь слабому императору, каким являлся Пётр, поэтому в 1762 г. его жена Софья Августа Фредерика, в крещении получившая имя Екатерина, совершила очередной дворцовый переворот, свергнув мужа с престола.

Правление Екатерины II завершает эпоху дворцовых переворотов. Пётр III был тайно убит, а императрица получила неограниченную ничем власть. Она поспешила избавиться от большей части тех, кто способствовал её возведению на престол, и этим оградила себя от дальнейших попыток смены власти.

Дворцовые перевороты как социальное явление XVIII века

Новое время Дворцовые перевороты как социальное явление XVIII века

Д. Жуковская

«Эпохой дворцовых переворотов» был назван последовавший за смертью Петра I 37-летний период политической нестабильности (1725-1762 гг.). В этот период политику государства определяли отдельные группировки дворцовой знати, которые активно вмешивались в решение вопроса о наследнике престола, боролись между собой за власть, осуществляли дворцовые перевороты. Поводом для такого вмешательства послужил изданный Петром I 5 февраля 1722 г. Устав о наследии престола,который отменил «оба порядка престолонаследия, действовавшие прежде, и завещание, и соборное избрание, заменив то и другое личным назначением, усмотрением царствующего государя». Сам Пётр этим уставом не воспользовался, умер 28 января 1725 г., не назначив себе преемника. Поэтому сразу же после его смерти между представителями правящей верхушки началась борьба за власть.
Решающей силой дворцовых переворотов была гвардия, привилегированная часть созданной Петром регулярной армии (это знаменитые Семёновский и Преображенский полки, в 30-е годы к ним прибавились два новых, Измайловский и Конногвардейский). Её участие решало исход дела: на чьей стороне гвардия, та группировка одерживала победу. Гвардия была не только привилегированной частью русского войска, она являлась представительницей целого сословия (дворянского), из среды которого почти исключительно формировалась и интересы которого представляла.


1. События 1725 – 1762. Исторический очерк.


Дворцовые перевороты свидетельствовали о слабости абсолютной власти при преемниках Петра I, которые не смогли продолжить реформы с энергией и в духе начинателя и которые могли управлять государством, только опираясь на своих приближённых. Фаворитизм в этот период расцвёл пышным цветом. Фавориты-временщики получили неограниченное влияние на политику государства.
Единственным наследником Петра I по мужской линии был его внук - сын казнённого царевича Алексея Пётр. Но на престол претендовала жена Петра I Екатерина. Наследницами являлись и две дочери Петра - Анна (замужем за голштинским принцем) и Елизавета - к тому времени ещё несовершеннолетняя. Вопрос о преемнике был решён быстрыми действиями А.Меньшикова, который, опираясь на гвардию, осуществил первый дворцовый переворот в пользу Екатерины I (1725-1727 гг.) и стал при ней всесильным временщиком.
В 1727 г. Екатерина I умерла. Престол по её завещанию перешёл к 12-летнему Петру II (1727-1730 гг.). Дела в государстве продолжал вершить Верховный тайный совет. Однако в нём произошли перестановки: Меньшиков был отстранён и сослан с семьёй в далёкий западносибирский город Берёзов, а в Совет вошёл воспитатель царевича Остерман и двое князей Долгоруких и Голицыных. Фаворитом Петра II стал Иван Долгорукий, оказавший на юного императора огромное влияние.
В январе 1730 г. Пётр II умирает от оспы, и вновь встаёт вопрос о кандидате на престол. Верховный тайный совет по предложению Д.Голицына остановил выбор на племяннице Петра I, дочери его брата Ивана - вдовствующей курляндской герцогине Анне Иоановне (1730-1740 гг.) Трон Анне «верховники» предложили на определённых условиях - кондициях, согласно которым императрица фактически становилась безвластной марионеткой.
Гвардейцы, протестуя против кондиций, требовали, чтобы Анна Иоановна оставалась такой же самодержицей, как и её предки. По прибытии в Москву Анна была уже осведомлена о настроении широких кругов дворянства и гвардии. Поэтому 25 февраля 1730 г. она разорвала кондиции и «учинилась в суверенитете».
Став самодержицей, Анна Иоановна поспешила найти себе опору в основном среди иностранцев, которые заняли высшие посты при дворе, в армии и высших органах управления. В круг преданных Анне лиц попал и ряд русских фамилий: родственники Салтыковы, П.Ягужинский, А.Черкасский, А.Волынский, А.Ушаков.
Миттавский фаворит Анны Бирон стал фактически правителем страны. В той системе власти, которая сложилась при Анне Иоановне без Бирона, её доверенного лица, грубого и мстительного временщика вообще не принималось ни одного важного решения.
По завещанию Анны Иоановны её наследником был назначен внучатый племянник - Иван Антонович Брауншвейгский. Регентом при нём был определён Бирон. Против ненавистного Бирона дворцовый переворот был произведён всего через несколько недель. Правительницей при малолетнем Иване Антоновиче была провозглашена его мать Анна Леопольдовна. Однако изменений в политике не произошло, все должности продолжали оставаться в руках немцев. В ночь на 25 ноября 1741 г. гренадерская рота Преображенского полка совершила дворцовый переворот в пользу Елизаветы  - дочери Петра I - (1741-1761 гг.) При всей схожести данного переворота с подобными ему дворцовыми переворотами в России XVIII в. (верхушечный характер, гвардия ударная сила), он имел ряд отличительных особенностей. Ударной силой переворота 25 ноября была не просто гвардия, а гвардейские низы - выходцы из податных сословий, выражающие патриотические настроения широких слоёв столичного населения. Переворот имел ярко выраженный антинемецкий, патриотический характер. Широкие слои русского общества, осуждая фаворитизм немецких временщиков, обращали свои симпатии в сторону дочери Петра - русской наследницы. Особенностью дворцового переворота 25 ноября было и то, что франко-шведская дипломатия пыталась активно вмешиваться во внутренние дела России и за предложение помощи Елизавете в борьбе за престол добиться от неё определённых политических и территориальных уступок,означавших добровольный отказ от завоеваний Петра I.
Преемником Елизаветы Петровны стал её племянник Карл-Пётр-Ульрих - герцог Голштинский - сын старшей сестры Елизаветы Петровны - Анны и значит по линии матери - внук Петра I. Он взошёл на престол под именем Петра III (1761-1762 гг.) 18 февраля 1762 г. был опубликован Манифест о пожаловании «всему российскому благородному дворянству вольности и свободы», т.е. об освобождении от обязательной службы. «Манифест», снявший с сословия вековую повинность, был воспринят дворянством с энтузиазмом. Петром III были изданы Указы об упразднении Тайной канцелярии, о разрешении вернуться в Россию бежавшим за границу раскольникам с запрещением преследовать за раскол. Однако, вскоре политика Петра III вызвала в обществе недовольство, восстановила против него столичное общество. Особое недовольство среди офицеров вызвал отказ Петра III от всех завоеваний в период победоносной Семилетней войны с Пруссией (1755-1762 гг.), которую вела Елизавета Петровна. В гвардии созрел заговор с целью свержения Петра III. В результате последнего в XVIII в. дворцового переворота, осуществлённого 28 июня 1762 г., на русский престол была возведена жена Петра III, ставшая императрицей Екатериной II (1762-1796 гг.).

2. Причины дворцовых переворотов.


Общими предпосылками дворцовых переворотов можно назвать [1, с. 321]:
• Противоречия между различными дворянскими группировками по отношению к петровскому наследию. Было бы упрощением считать, что раскол произошел по линии принятия и непринятия реформ. И так называемое "новое дворянство", выдвинувшееся в годы Петра благодаря своему служебному рвению, и аристократическая партия пытались смягчить курс реформ, надеялись в той или иной форме дать передышку обществу, а в первую очередь, - себе. Но каждая из этих групп отстаивала свои узкосословные интересы и привилегии, что и создавало питательную почву для внутриполитической борьбы.
• Острая борьба различных группировок за власть, сводившаяся чаще всего к выдвижению и поддержке того или иного кандидата на престол.
• Активная позиция гвардии, которую Петр воспитал как привилегированную "опору" самодержавия, взявшую на себя, к тому же, право контроля за соответствием личности и политики монарха тому наследию, которое оставил ее "возлюбленный император".
• Пассивность народных масс, абсолютно далеких от политической жизни столицы.
• Обострение проблемы престолонаследия в связи с принятием Указа 1722 г., сломавшего традиционный механизм передачи власти.
• Духовная атмосфера, складывающаяся в результате раскрепощения дворянского сознания от традиционных норм поведения и морали, подталкивала к активной, зачастую беспринципной политической деятельности, вселяла надежду в удачу и "всесильный случай", открывающий дорогу к власти и богатству.
 С легкой руки В. О. Ключевского многие историки оценивали 1720 - 1750-е гг. как время ослабления русского абсолютизма. Н.Я. Эйдельман вообще рассматривал дворцовые перевороты как своеобразную реакцию дворянства на резкое усиление самостоятельности государства при Петре I, как исторический опыт показал, - пишет он, имея в виду «необузданность» петровского абсолютизма, - что такое громадное сосредоточение власти опасно и для ее носителя, и для самого правящего класса». [2, с. 191] Сам В.О. Ключевский также связывал наступление политической нестабильности после смерти Петра I с «самовластьем» последнего, решившегося, в частности, поломать традиционный порядок престолонаследия (когда престол переходил по прямой мужской нисходящей линии) - уставом от 5 февраля 1722 г. самодержцу было предоставлено право самому назначать себе преемника по собственному желанию. «Редко самовластие наказывало себя так жестоко, как в лице Петра этим законом 5 февраля», - заключал Ключевский [3, с. 422]. Петр I не успел назначить себе наследника,  престол, по словам Ключевского, оказался отданным «на волю случая и стал его игрушкой»: не закон определял, кому сидеть на престоле, а гвардия, являвшаяся в тот период «господствующей силой».
В литературе преобладают рассуждения о «ничтожности» преемников Петра I. «Приемниками Петра I, царствовавшими до 1762 г. - пишет, например, Н.П. Ерошкин, автор учебника по истории государственных учреждений дореволюционной России, - оказались слабовольные и малообразованные люди, проявлявшие подчас больше заботы о личных удовольствиях, чем о делах государства» [2, с. 199]. В последнее время, однако, наблюдается определенный пересмотр оценок, позволивший прийти к выводу о том, что во второй четверти XVIII в. наблюдается не ослабление, а, напротив, усиление абсолютизма. Так, историк Д.Н. Шанский утверждает: «абсолютизм как система в эти годы неуклонно укреплялся и приобретал большую зрелость по сравнению с предшествующим периодом». Сам термин «эпоха» дворцовых переворотов, по мнению Шанского, должен быть отвергнут, поскольку он не отражает основной сущности рассматриваемого периода, главных тенденций развития государства [2, с.199].
При всем том борьба за престол и вокруг престола, безусловно, сильнейшим образом влияла на ситуацию в стране.
 Первый переворот – это воцарение Екатерины I. Образование этих партий было неизбежно. С одной стороны, постепенно концентрировались элементы, враждебные преобразованиям I четв. XVIII века, недовольные властью, окружением царя, с другой - внезапно потерявшие опору сподвижники Петра, люди, которых создало бурное время. Размежевание шло по вопросу о престолонаследии. Из претендентов на трон по мужской линии был лишь один внук Петра I, сын царевича Алексея — Петр Алексеевич (будущий Петр II). По женской линии наибольшие шансы имела последняя супруга Петра, Екатерина Алексеевна Скавронская. Несмотря на последствия интриги с братом Анны Монс, жена покойного царя сохранила свое влияние и вес как коронованная супруга государя.
Немало способствовал неясности общей обстановки и указ 5 февраля 1722 г., отменивший старые порядки престолонаследия и утвердивший в закон личную волю завещателя. Вечно враждовавшие между собой деятели петровской эпохи на время сплотились вокруг кандидатуры Екатерины (А. Д. Меншиков, П.И. Ягужинский, П.А. Толстой, А.В. Макаров, Ф. Прокопович, И.И. Бутурлин и др.). Вокруг внука группировались главным образом представители родовитой феодальной аристократии, теперь уже немногочисленные боярские фамилии. Среди них ведущую роль играли Голицыны и Долгорукие, к ним примыкали и некоторые соратники Петра I (фельдмаршал князь Б.П. Шереметев, фельдмаршал Никита Репнин и др.). Усилия А.Д. Меншикова и П.А. Толстого в пользу Екатерины были поддержаны гвардией.
Лейб-гвардия - Семеновский и Преображенский полки - в этот период представляла собой наиболее привилегированную и щедро оплачиваемую прослойку армии. Оба полка были сформированы преимущественно из дворян. В частности, при Петре I в лейб-регименте среди рядовых одних лишь князей было до 300 человек. Вооруженное дворянство при императорском дворе было важным орудием в борьбе придворных группировок.
Царствование Анны Иоановны (1730-1740 гг.) обычно оценивается как некое безвременье; сама императрица характеризуется как ограниченная, необразованная, мало интересующаяся государственными делами женщина, которая не доверяла русским, а потому понавезла из Митавы и из разных «немецких углов» кучу иноземцев. «Немцы посыпались в Россию, точно сор из дырявого мешка - облепили двор, обсели престол, забирались на все доходные места в управлении» - писал Ключевский.
Анна Иоановна, хотя и была одарена чувствительным сердцем и умом, твердой воли не имела, а поэтому легко мирилась с той первенствующей ролью, которую играл ее любимец Э. Бирон при дворе и управлении. Но все-таки, говорить о заметном увеличении числа иностранцев на русской службе в 30-х годах 18 века нет оснований. Историку Т.В.Черниковой удалось доказать, что русских дворян беспокоило не «засилье иностранцев», а усиление при Анне Иоановне бесконтрольной власти иноземных и русских сильных персон, олигархические притязания части знати. В центре борьбы, которая шла внутри дворянского сословия, стоял, следовательно, не национальный, а политический вопрос. Версия об «иноземном засилье», как заключает Черникова, родилась в 40-90-х годах 18 века, в связи с конъюнктурными соображениями правивших тогда монархов, вынужденных хоть как-то оправдать свой захват трона [4, с. 29].
Традиционно в исторической литературе утверждается, что переворот 1741 г. носил «патриотический», «антинемецкий» характер и был кульминацией борьбы русского дворянства против «иноземного засилия» в стране. На деле участвовавших в заговоре гвардейцев вдохновляла идея восстановления в России сильной самодержавной власти, пошатнувшейся при императоре-младенце. Стоит указать на активную роль в подготовке переворота «иноземцев» Иоганна Лестока и французского посла Ж. Шетарди.
Важно и то, что при Елизавете в составе правящей верхушки государственного аппарата не произошло кардинальных перемен - были удалены лишь наиболее одиозные фигуры. Так, канцлером Елизавета назначила А.П. Бестужева-Рюмина, бывшего в свое время правой рукой и креатурой Бирона. В число высших елизаветинских сановников входили также брат А.П. Бестужева-Рюмина и Н. Ю. Трубецкой, являвшийся к 1740 г. генерал-прокурором Сената. Наблюдавшаяся определенная преемственность высшего круга лиц, фактически осуществлявших контроль за узловыми вопросами внешней и внутренней политики, свидетельствовала о преемственности самой этой политики [4, с. 64].
Дворцовые перевороты - это особый вид путча (если смотреть на них «с высоты прожитых лет»), где все келейно, когда императора, например, душат во время дружеского застолья, как Петра Третьего. Это распри внутри одного круга людей, одного социального круга, довольно узкого и близкого к императору. Это борьба клик придворных, это переворот, который не затрагивает страну. Гораздо шире, в этом смысле восстание декабристов, потому что здесь вовлечены не только гвардия, но и армейские полки, и очень широкий круг на севере, на юге.
Еще дореволюционный историк В.А.Мякотин разработал концепцию этого периода. Суть ее сводилась к тому, что 1) широкие народные массы в дворцовых переворотах участия не принимали; 2) в это время происходило неуклонное усиление экономической и политической роли дворянства; 3) причины переворотов и проистекали из укрепившихся позиций дворян. Пережив экстремизм социал-демократической историографии пред- и послереволюционных лет, эта концепция в несколько видоизмененном виде вошла и в советскую историческую литературу [2, с.322].
Период дворцовых переворотов завершается свержением Петра III и воцарением Екатерины II. Причины дворцовых переворотов ученые-историки усматривают в указе Петра I «об изменении порядка престолонаследия», в столкновении корпоративных интересов различных групп дворянства. Движущей силой переворотов стала гвардия. Дворцовые перевороты не преследовали цели радикальных изменений политического устройства, происходил лишь переход власти от одной группы дворян к другой. Следствием дворцовых переворотов становится усиление политической и экономической роли дворянства.
Таким образом, причины, обусловившие эту эпоху переворотов и временщиков, коренились, с одной стороны, в состоянии царской семьи, а с другой – в особенностях той среды, которая управляла делами.

3. Социальная сущность дворцовых переворотов.


А.Л.Янов, описывая вакханалию дворцовых переворотов после смерти Анны Иоанновны, отмечает: «Во всём этом безумии была, однако, система. Ибо... петербургские гренадёры или лейб-гвардейцы, как и вся стоявшая за ними петровская служебная элита, ставили себе целью вовсе не воцарение очередной «полковницы», но отмену обязательной службы (при сохранении при этом всех привилегий и имущества). Другими словами, возвращения утраченного в очередной раз аристократического статуса (для «петровской элиты», наверное, дело всё-таки заключалось вовсе не в возвращении указанного статуса, а лишь в его приобретении). Они не успокоились, покуда не добились своего. И едва додумалась до истинной причины всей этой необыкновенной политической сумятицы единственная среди плеяды русских императриц политически грамотная женщина Софья Ангальт-Цербстская, больше известная под именем Екатерины Великой, как тотчас улеглись страсти и вчерашний произвол сменился упорядоченностью» [5, с. 43].
К сожалению, сам Янов этот вполне интернациональный процесс толкует как специфически российский, как «исконные российские образцы формирования элиты» (и как свидетельство якобы тяготения России к Европе с её родовитостью и независимостью положения аристократии от воли центра). Однако данный процесс протекал повсеместно, во всех бюрократических обществах, хотя и в разных формах, обусловливаемых уже цивилизационными особенностями указанных обществ и прочими, преимущественно политическими, обстоятельствами.
Дворцовые перевороты не влекли за собой изменений политической, а тем более социальной системы общества и сводились к борьбе за власть различных дворянских группировок, преследовавших свои, чаще всего корыстные интересы. В то же время, конкретная политика каждого из шести монархов имела свои особенности, иногда важные для страны. В целом социально-экономическая стабилизация и внешнеполитические успехи, достигнутые в эпоху правления Елизаветы, создавали условия для более ускоренного развития и новым прорывам во внешней политике, которые произойдут при Екатерине II.
По мнению Ключевского, петербургская гвардейская казарма явилась соперницей Сената и Верховного тайного совета, преемницей московского земского собора. Это участие гвардейских полков в решении вопроса о престоле имело очень важные политические последствия; прежде всего оно оказало сильное действие на политическое настроение самой гвардии. Сначала послушное орудие в руках своих вожаков, Меншикова, Бутурлина, она потом хотела быть самостоятельной двигательницей событий, вмешивалась в политику по собственному почину; дворцовые перевороты стали для нее приготовительной политической школой. Но тогдашняя гвардия не была только привилегированной частью русского войска, оторванной от общества: она имела влиятельное общественное значение, была представительницей целого сословия, из среды которого почти исключительно комплектовалась. В гвардии служил цвет того сословия, слои которого, прежде разобщенные, при Петре I объединились под общим названием дворянства или шляхетства, и по законам Петра она была обязательной военной школой для этого сословия. Политические вкусы и притязания, усвоенные гвардией благодаря участию в дворцовых делах, не оставались в стенах петербургских казарм, но распространялись оттуда по всем дворянским углам, городским и деревенским. Эту политическую связь гвардии с сословием, стоявшим во главе русского общества, и опасные последствия, какие отсюда могли произойти, живо чувствовали властные петербургские дельцы того времени.
Поэтому одновременно с дворцовыми переворотами и под их очевидным влиянием и в настроении дворянства обнаруживаются две важные перемены: 1) благодаря политической роли, какая ходом придворных дел была навязана гвардии и так охотно ею разучена, среди дворянства установился такой притязательный взгляд на свое значение в государстве, какого у него не было заметно прежде; 2) при содействии этого взгляда и обстоятельств, его установивших, изменялись и положение дворянства в государстве, и его отношения к другим классам общества [2, с.359].
Основной момент и в том, что дворянство жаждало этих переворотов. В рядовом дворянстве, беспощадно выгоняемом из захолустных усадеб в полки и школы, мысль изощрялась на изобретении способов, как бы отбыть от науки и службы, в верхних же слоях, особенно в правительственной среде, умы усиленно работали над более возвышенными предметами. Здесь еще уцелели остатки старой боярской знати, образовавшие довольно тесный кружок немногих фамилий. Из общего политического возбуждения здесь выработалась своего рода политическая программа, сложился довольно определенный взгляд на порядок, какой должен быть установлен в государстве.
В условиях политической, правовой и экономической несвободы всего российского общества, в том числе и высших его кругов (следует помнить, что знаменитый указ о вольности дворянства был принят лишь в 1761 г.), проблема ограничения власти монарха, то есть создания конституционной монархии, приобретает, казалось бы, своих сторонников во всех сферах российского общества. Думается, что первым из самодержцев это хорошо осознал Петр I. Создание им Сената есть не что иное, как начало работы по созданию основ конституционного строя. Как ни парадоксально это звучит, но Россию следует считать единственным государством, где данный процесс происходил не под революционным натиском, а являлся весьма обдуманным и нужным для государства и общества шагом со стороны и по инициативе самого монарха.
Этот процесс пережил своего зачинателя. С созданием Вер-ховного Тайного Совета и ограничения компетенции Сената лишь вопросами высшей судебной юрисдикции в России довольно отчетливо вырисовываются контуры разделения властей, что, на наш взгляд, неоспоримо является одним из важнейших признаков контитуционализма. Этому процессу сопутствовали бы и предпо-лагаемые разделы высшей государственной власти между монархом и Верховным Тайным Советом.
Современник и участник тех событий Ф.Прокопович в своих воспоминаниях описывает события и политические настроения тех лет: «Многие говорили, что скипетр никому иному не надлежит, кроме ее величеству государыне, как и самою вещие и ее есть, по сим совершившейся недавно ее величества коронации. Немцы же рассуждать почали, подает ли право такое коронация, когда и в прочих народах царицы коронуются, а для того наследницами не бывают?» [6, с. 140-141]
Данные рассуждения о престолонаследии звучали на стихийных совещаниях высших кругов российского общества. Их участники были не правомочны решать вопрос о престолонаследии. Правомочен был решить этот вопрос Сенат. Об его историческом заседании хорошо написал В.О.Ключевский: «Пока сенаторы совещались во дворце по вопросу о престолонаследии, в углу залы совещания как-то появились офицеры гвардии, неизвестно кем сюда призванные. Они не принимали прямого участия в прениях сенаторов, но, подобно хору в античной драме, с резкой откровенностью высказывали об них свое суждение, грозя разбить головы старым боярам, которые будут противиться воцарению Екатерины». [3, с.460]
Гвардию, и это явствует из последующих событий, привлекли Меншиков и Бутурлин. Ее появление как в стенах Сената, так и за его стенами явилось веским аргументом в решении вопроса о престолонаследии. Не исключено, что угроза применения военной силы, которая, образно говоря, витала в воздухе, повлияла и на мнение представителей бывших боярских родов в Сенате. И все же главным аргументом, на наш взгляд, явился сформировавшийся в общественном сознании новый правовой образ монархии, согласно которому фактически прекращалась практика избрания царя на Земском соборе. Согласно принятому законодательству, император сам был волен объявить наследника престола. Естественно, что в своем выборе он был ограничен рамками правящего дома, негласное предпочтение наследникам-мужчинам все же существовало.
Верховный Тайный Совет фактически правил страной в годы царствования Елизаветы I и после воцарения Петра II. Это был первый коллегиальный орган управления, хотя в целом и лишенный внутреннего регламента. Он находился в каком-то промежуточном состоянии, то ли копируя царя-самодержца, то ли Боярскую думу. Но, в любом случае, это был новый орган власти. Многие процедурные вопросы его деятельности, как вопросы и других аналогичных органов власти, выкристаллизовывались годами, а то и десятилетиями, когда складывалась определенная традиция в их деятельности. Естественно, что большое значение на деятельность Верховного Тайного Совета накладывала одна доминантная личность. Принято считать, что в первые два года это был светлейший князь Александр Меншиков (1673-1729 гг., генералиссимус. В 1718-1724 гг. и 1726-1727 гг. - президент Военной коллегии), в оставшиеся три года - князь Дмитрий Голицын (1665-1737 гг., составитель «кондиций». В 1736 году обвинен и осужден за участие в заговоре).
«Верховники» отклонили кандидатуру дочери Петра I Елиза-веты как незаконнорожденной на том лишь основании, что она была рождена до официального брака родителей, и решили пригласить Анну Иоановну, справедливо полагая, что с ней легче будет договориться на предмет разграничения властных полномочий. Данный факт проходил мимо зрения многих историков. Между тем - это очень важная деталь. По сути дела «кондиции» представляли собой воплощение на практике договорных начал в обустройстве высшего органа государственной власти. Совершенно прав был В.Кобрин, считавший, что выборы монарха – «своего рода договор между подданными и государем, а значит, шаг к правовому государству». [7, с. 178] Думается, что не имеет значения, где избирали царя - на Боярской думе, Земском соборе или на Верховном Тайном Совете. Другое дело, что с позиции сегодняшнего дня спонтанные выборы, четко не регламентированные специальным законом о порядке их проведения, конечно же, свидетельствуют лишь о самом зачаточном состоянии правового государства. И все-таки они были и, по нашему мнению, являются веским подтверждением существования правовых традиций российской государственности.
Верховный Тайный Совет в случае успеха планов «верховников» замыкал на себе верховную власть в стране, превратив императрицу в носителя чисто представительных функций. С правовой точки зрения здесь напрашивается аналогия с государственными принципами британской монархии. Однако остается неясным вопрос, смогли ли бы прижиться на российской государственной почве эти нововведения и не превратилась ли политико-правовая жизнь в России в подобие польской, где всевластие магнатов, включая выборы короля, значительно ослабили вертикаль власти. Понимали ли это в высших кругах русские общества? Очевидно понимали, и веским основанием этому, на наш взгляд, служит проект князя А.Черкасского о государственном устройстве России, разработанный в начале февраля 1730 г. В его основу была положена концепция сподвижника Петра I, русского историка В.Татищева.43 По своей сути это была альтернатива планам «верховников».
Как бы там ни было, а результатом Петровских преобразований, проходивших в условиях ликвидации остатков и зачатков сословно-представительной демократии, подавления демократии казачьего круга и выжимания сока из народа стала великая военная держава, выплавлявшая больше стали отличного качества, чем передовая Англия.
Но с течением времени властвующему классу, которого азиатский способ производства тоже заставляет трудиться в поте лица, надоедает лезть из кожи, и когда основные задачи были выполнены, а кнут выпал из рук реформатора, «верха» занялись устройством собственных дел. Наступило время застоя, при всей внешней динамичности «эпохи дворцовых переворотов». По инерции работали заводы, посылались экспедиции, маршировали полки, но понемногу всё приходило в упадок. Впрочем, инерция была столь велика, что отдала в руки России Кенигсберг, и сам великий Кант принёс присягу на верность Российской короне.
Кризис пытается разрешить Петр III, агент Пруссии и верный «брат» своего руководителя по масонской ложе Фридриха II. Эта фигура совмещает в одном лице и Бориса Годунова, и Гришку Отрепьева. Россия, несмотря на «застой», слишком сильна, что бы кто-то мог решиться на интервенцию, но, действуя через свою агентуру, Запад добивается многого - ослаблена армия, сданы результаты завоеваний Елизаветинских полков. Российские солдаты идут покорно проливать кровь за германские интересы, против своего недавнего союзника - Дании. Унижается и оскорбляется национальное чувство русского человека [8, с. 38].
Долго это продолжаться не может и Петра устраняют в результате дворцового переворота. Однако руками этого ничтожного человека история сотворила великое дело - был принят указ «О вольностях дворянских» (роль этого указа уже была рассмотрена выше). Казалось бы - это шаг назад, к реставрации феодализма. Дворянин освобождается от подчинённости государству, от обязательности службы и становится вольным барином, господином в своём поместье. Но не будем принимать форму за содержание. Российский помещик вовсе не феодал и его поместье - не феодальное владение, а нормальная полнокровная частная собственность. Он - не управитель земли, а собственник, действующий в условиях капиталистического рынка, точно так же как действовали в условиях рынка рабовладельцы-плантаторы Америки. Ну, правда, у них на рынке было поменьше ограничений.
Итак, был завершен ещё один цикл.
 
Не стоит думать, что в ходе дворцовых переворотов 20-х-40-х гг. Шла только беспринципная борьба за власть и лишь переворот 1741 г. частично выделялся из этого ряда, поскольку проходил под ясно выраженными патриотическими лозунгами возвращения к политике Петра Великого и борьбы против иностранного засилья. Деятельность Верховного Тайного Совета не может трактоваться однобоко. Однако, мы не станем утверждать, что вся его деятельность была положительной и исключительно благотворной. На противоречивых вопросах деятельности этого органа мы подробно остановились в главе третьей.
Вопрос о кондициях 1730 г. является дискуссионным. Одни ученые считают, что принятие кондиций привело бы к торжеству своекорыстной олигархии и нанесло бы России большой вред. Другие полагают, что ограничение самодержавия, пусть даже олигархическое, могло бы способствовать утверждению правовых начал в российском обществе и государстве. Что еще раз косвенно подтверждает мысль, обозначенную нами выше.
Тем не менее последний из переворотов завершился воцарением Екатерины, век которой многими историками был назван золотым.


  
      Литература.


1) Арсланов Р. А., Керов В. В., Мосейкина М. Н., Смирнова Т. В. История России с древнейших времен до ХХ века, -М.: Норма, 2001
2) Миненко Н. А. История России с древнейших времен до второй половины XIX века, -Екатеринбург: Изд-во УГТУ, 1995
3) Ключевский В. О. Курс общей истории, -М.: Наука, 1994
4) Алхазашвилли Д. М. Борьба за наследие Петра Великого, -М.: Гардарики, 2002
5) Чеджемов С. Ю. Из истории формирования основ конституционного строя в России, -Владикавказ: Из-во ВГУ, 1997
6) Прокопович Ф. П. Краткая повесть о смерти Петра Великого, -Ст-Петербург: Питер, 1991
7) Кобрин В. К. Смутное время - утраченные возможности. История Отечества: люди, идеи, решения. -М.: ЭКСМО, 1991
8) Лобанов А. В. Русская революция и ритмы истории, М.: Сток-К, 1998

Д. Жуковская www.historicus.ru



Петр Великий и европейский интеллектуальный мир
Коллективная монография по материалам двух коллоквиумов в Париже 28-29 и 30 марта 2013г. / ред. Д. Ю Гузевич, И. Д. Гузевич. — Париж; СПб.: Издательство «Европейский Дом», 2020. — 760 с., цв. вкл.

Коллективная монография посвящена перенесению и освоению европейского знания в России в петровскую эпоху: научного, технического, художественного, политического. Перенос знаний рассмотрен в контексте политических и военных событий эпохи. В основе книги лежат материалы двух связанных друг с другом парижских коллоквиумов 2013 года под общим названием «Петр Великий и европейский интеллектуальный мир: Циркуляция знаний, взаимовляния: 1689–1727». Успех этих мероприятий и органичное единство их программы, а также готовность участников к сотрудничеству позволили превратить сборник материалов коллоквиумов в единую монографию, сохранив при этом одно из достоинств сборника — дискуссионность.


Э. Вагеманс
Путешествие Петра I по Южным Нидерландам в 1717 году. Образ русского царя в Бельгии
Пер. с нидерланд. В. К. Ронин, СПб.: Издательство «Европейский Дом», 2020. — 272 с.


В книге воссоздана история пребывания Петра Великого в Австрийских Нидерландах. Побывав в Антверпене, Брюсселе, Брюгге и Остенде, царь отправился во Францию. Посетив французского короля, он вновь проехал через земли, входящие в нынешнюю Бельгию. Цель книги — заполнить пробел в историографии и полнее осветить столь поразительную личность как великий преобразователь России.
Впервые книга была опубликована в Бельгии (1998). Настоящее издание существенно расширено, полностью изменило свою структуру, дополнено новыми иллюстрациями.



Образ Петра Великого в мировой культуре. Материалы ХII Международного петровского конгресса
Санкт-Петербург – Издательство «Европейский дом» - 2020 – 740 стр., илл.
В сборнике публикуются статьи, подготовленные участниками XII Международного петровского конгресса «Образ Петра Великого в мировой культуре», который состоялся в Санкт-Петербурге 31 мая – 1 июня 2019 года.
XII конгресс был посвящен памяти писателя и общественного деятеля Даниила Александровича Гранина (1919-2017), который стоял у истоков программы «Путь Петра Великого». Темой конгресса стало отражение образа Петра Великого в мировой культуре – как в отечественной, так и зарубежной, - включая такие области как литература, историография, изобразительное искусство, музыка, театр, кино и многие другие.
В конгрессе принимали участие исследователи из Санкт-Петербурга, Москвы, Астрахани, Владимира, Волгограда, Воронежа, Екатеринбурга, Казани, Коломны, Петрозаводска, Ростова-на Дону, Саратова, Ярославля. Зарубежные участники представляли такие страны как Австрия, Армения, Бельгия, Венгрия, Германия, Греция, Италия, Мексика, Польша, США, Финляндия, Франция, Эстония и др.

ТЕКСТ КНИГИ - скачать


С.А. Мезин
Неизвестное произведение французской Россики середины XVIII века "Секретные анекдоты о дворе императрицы Всероссийской"
Неизвестное произведение французской Россики середины XVIII века "Секретные анекдоты о дворе императрицы Всероссийской" - Санкт-Петербург - Издательство "Европейский Дом" - 2019 - 156 стр.
Живое описание русского императорского двора середины XVIII века, яркие портреты императрицы Елизаветы Петровны и ее окружения, картины повседневной жизни и плитических нравов, царивших в России, — все это заинтересованный читатель найдет в сочинении дипломата, шпиона и авантюриста шевалье д’Эона.
Неизвестное ранее произведение французской россики переведено и прокомментировано С. А. Мезиным. Вступительная статья содержит развернутую характеристику сочинений французских авторов о России периодов дворцовых переворотов.
Сергей Алексеевич Мезин — доктор исторических наук, заведующий кафедрой истории России и археологии Саратовского государственного университета имени Н. Г. Чернышевского.

Париж Петра Великого
С.А. Мезин, К.И. Пахоруков
Историко-культурный путеводитель. - СПб.: Изд-во "Маматов", 2019. - 64 с. илл.
Этот путеводитель открывает серию по петровским местам Европы. Он выпущен в рамках программы «Путь Петра Великого», основная задача которой — изучение и популяризация культурно-исторического наследия, связанного с деятельностью Петра I. Важное направление работы — создание и официальная регистрация нового европейского культурного маршрута «Путь Петра Великого». Международная программа «Культурные маршруты» учреждена Советом Европы в 1987 году. В настоящее время сущестуют 33 сертифицированных Советом Европы культурных маршрута, которые охватывают различные направления европейской истории и культурного наследия. Авторы путеводителя надеются, что инициированный Россией культурный маршрут «Путь Петра Великого» займет в этом ряду достойное место.

Петр I и Восток.Материалы ХI Международного петровского конгресса.
Материалы ХI Международного петровского конгресса. 1–2 июня 2018 года. — Санкт-Петербург — Издательство «Европейский Дом» — 2019 — 560 с., цв. вкл.
В сборнике публикуются статьи, подготовленные участниками XI Международного петровского конгресса «Пётр I и Восток», который состоялся в Санкт-Петербурге 1–2 июня 2018 г. Петровские конгрессы, посвящённые изучению и популяризации исторического наследия петровской эпохи, проходят в СанктПетербурге ежегодно под эгидой Министерства культуры РФ и Комитета по культуре Санкт-Петербурга. Организаторами XI Международного петровского конгресса были Государственный Эрмитаж, Государственный музей-заповедник «Петергоф», Институт антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН, Государственная академическая капелла Санкт-Петербурга, СанктПетербургский институт истории РАН, Институт культурных программ, Датский институт культуры в Санкт-Петербурге, Институт Петра Великого, Фонд имени Д. С. Лихачёва. В Конгрессе принимали участие представители учреждений культуры и гуманитарной науки из Санкт-Петербурга, Москвы, Астрахани, Воронежа, Казани, Липецка, Махачкалы, Перми, Рязани, Саратова, Тольятти, Ярославля, а также Австрии, Германии, Дании, Италии, Франции.

ТЕКСТ КНИГИ - скачать


Иностранные специалисты в России в эпоху Петра Великого
Биографический словарь выходцев из Франции, Валлонии, франкоязычных Швейцарии и Савойи: 1682-1727 / под редакцией В.С. Ржеуцкого и Д.Ю. Гузевича, при участии А. Мезен. - М.: Ломоносовъ, 2019. - 800 с.
Биографический словарь, включающий более 700 статей, рассказывает о выходцах из франкоязычных стран Европы в России при Петре Великом -их деятельности, быте, религиозной жизни, семьях. Эти люди оставили глубокий и оригинальный отпечаток на развитии страны, их вклад в русскую культуру огромен. Архитекторы, кораблестоители, военные, инженеры, повора. парикмахеры, представители многих других профессий, они принимали участие в строительстве новой русской столицы, в создании дворцов и парков, стояли у начала русского флота, под их присмотром делало первые шаги русское светское искусство. И, может быть, самое важное — при их участии был переустроен весь русский быт.

Россия и Франция: Культурный диалог в панораме веков.Материалы Х Международного петровского конгресса.
Санкт-Петербург: Европейский Дом, 2018. – 584 стр., илл.

В сборнике публикуются статьи, подготовленные участниками Х Международного петровского конгресса «Россия и Франция: Культурный диалог в панораме веков». Конгресс проходил 9–10 июня 2017 года в Санкт-Петербурге. Публикуются статьи историков и искусствоведов из Петербурга, Москвы, Архангельска, Владимира, Воронежа, Петрозаводска, Ростова-на-Дону, Саратова, Ярославля, а также Антверпена, Белостока, Бремена, Будапешта, Вены, Кракова, Парижа.


Европейские маршруты Петра Великого: К 300-летию визита Петра I во Францию. Материалы IХ Международного петровского конгресса.
Санкт-Петербург: Европейский Дом, 2018. – 464 стр., илл.

В сборнике публикуются статьи, подготовленные участниками IX Международного петровского конгресса "Европейские маршруты Петра Великого: К 300-летию визита Петра I во Францию". Конгресс проходил 20–22 апреля 2017 года в Париже и в Реймсе. Публикуются статьи историков и искусствоведов из Петербурга, Москвы, Волгограда, Саратова, а также Парижа, Реймса, Барселоны, Берлина, Будапешта, Венеции, Вены, Генуи, Дрездена, Кембриджа, Милана.


Ханс Баггер
Петр Великий в Дании в 1716 году: Переломный момент датско-российских отношений.
Санкт-Петербург – Издательство «Европейский дом» - 2017. – 188 стр.
VIII Международный петровский конгресс «PETRO primo CATHARINA secunda»: два монарха, две эпохи — преемственность, развитие, реформы" состоялся в Санкт-Петербурге 10–11 июня 2016 года. На конгрессе прозвучали доклады участников из Петербурга, Москвы, Архангельска, Воронежа, Екатеринбурга, Казани, Кингисеппа, Кронштадта, Липецка, Петрозаводска, Ростова-на-Дону, Рязани, Саратова, Северодвинска, Толльятти, Ярославля. Зарубежные страны были представлены участниками из Австрии, Бельгии, Великобритании, германии, Испании, италии, Франции, Эстонии. В сборнике публикуются статьи, подготовленные участниками конгресса.

PETRO primo CATHARINA secunda»: два монарха, две эпохи — преемственность, развитие, реформы. Материалы VIII Международного петровского конгресса
Санкт-Петербург – Издательство «Европейский дом» - 2017 – 570 стр. илл.

VIII Международный петровский конгресс «PETRO primo CATHARINA secunda»: два монарха, две эпохи — преемственность, развитие, реформы" состоялся в Санкт-Петербурге 10–11 июня 2016 года. На конгрессе прозвучали доклады участников из Петербурга, Москвы, Архангельска, Воронежа, Екатеринбурга, Казани, Кингисеппа, Кронштадта, Липецка, Петрозаводска, Ростова-на-Дону, Рязани, Саратова, Северодвинска, Толльятти, Ярославля. Зарубежные страны были представлены участниками из Австрии, Бельгии, Великобритании, германии, Испании, италии, Франции, Эстонии. В сборнике публикуются статьи, подготовленные участниками конгресса.


Версаль и Марли. Сады Людовика XIV. Альбомы, подаренные Петру I герцогом д’Антеном в 1717 году
(2-е издание, исправленное и дополненное) – Санкт-Петербург. – Издательство «Европейский Дом», 2017. – 320 стр., илл.
Сборник статей «Версаль и Марли. Сады Людовика XIV: Альбомы, подаренные Петру I герцогом д’Антеном в 1717 году» подготовлен редакторами-составителями Дмитрием Гузевичем, Ириной Гузевич, Брюно Бенцем. Сборник посвящен двум альбомам с великолепными акварельными планами Версаля и Марли, подаренным Петру I Главноуправляющим Королевскими зданиями герцогом д’Антеном в 1717 году и ныне хранящимся в Библиотеке Российской Академии наук (БАН). Эти альбомы стали образцами, прямо либо косвенно повлиявшими на строительство резиденций в Стрельне и в Петергофе (в первую очередь, в петергофском Марли). Известны они достаточно давно, однако никогда не публиковались в России целиком. Тем более, совместно со связанными с ними рисунками Микетти, хранящимися в Эрмитаже. Помимо публикации самих альбомов и рисунков, сборник содержит аналитические статьи российских и французских авторов, рассказывающих о визите Петра I во Францию в 1717 году, об истории этих альбомов и об их использовании при создании Петергофских парков, фонтанов, дворцов. Книга издана совместными усилиями Библиотеки Российской Академии наук, Государственного Эрмитажа, Государственного музея-заповедника «Петергоф», Института Петра Великого, Фонда имени Д. С. Лихачева.

Сергей Мезин
Петр I во Франции
(2-е издание, исправленное и дополненное) – Санкт-Петербург. – Издательство «Европейский Дом», 2017. – 320 стр., илл.
К открытию Международного петровского конгресса в Париже выпущено второе издание — значительно дополненное — книги профессора истории Саратовского государственного университете Сергея Мезина «Петр I во Франции». Это первый опыт монографического изучения темы — увлекательное и научно выверенное повествование о пребывании Петра I во Франции в апреле-июне 1717 года. Широкое привлечение отечественных и французских источников, изучение литературы о визите Петра за 300 лет позволили детально реконструировать события царского визита в Париж. Автор пришел к выводу, что визит, задуманный для решения актуальных политических задач, вышел за первоначально планируемые рамки. Политические контакты в Париже не могли доставить царю полного удовлетворения. Напротив, культурные и научные интересы вышли на первый план. Встречи с учеными, мастерами, художниками, коллекционерами, поездки по достопримечательностям Парижа и загородных резиденций увлекли Петра I и принесли наиболее ощутимые для России результаты. Книга будет интересна для всех, кто интересуется отечественной историей и русско-французскими культурными связями. Книга издана при поддержке ПАО «Газпром», Французского института в России, Фонда имени Д. С. Лихачева.

Петровские памятники России и Европы: изучение, сохранение, культурный туризм. Материалы VII Международного петровского конгресса
Санкт-Петербург – Издательство «Европейский дом» - 2016 – 696 стр., илл.
VII Международный петровский конгресс «Петровские памятники России и Европы: изучение, сохранение, культурный туризм» состоялся в Санкт-Петербурге 5–7 июля 2015 года. На конгрессе прозвучали доклады участников из Москвы, Петербурга, Аксая, Архангельска. Астрахани, Великого Новгорода, Волгограда, Воронежа, Екатеринбурга, Истры, Казани, Калининграда, Кингисеппа, Курска, Липецка, Махачкалы, Переславля-Залесского, Петрозаводска, Рязани, Саратова, Таганрога, Шлиссельбурга, Ярославля. Зарубежные страны были представлены участниками из Австрии, Бельгии, Великобритании, Германии, Греции, Италии, Нидерландов, США, Франции, Эстонии. В сборнике представлено 57 статей, подготовленных участниками конгресса.

ТЕКСТ КНИГИ_1 – Скачать

ТЕКСТ КНИГИ_2 – Скачать


Россия — Великобритания: Пять веков культурных связей. Материалы VI Международного петровского конгресса
Санкт-Петербург – Издательство «Европейский дом» - 2015 – 768 стр., илл.
Вышел в свет сборник материалов VI Международного петровского конгресса «Россия — Великобритания: Пять веков культурных связей». В сборнике публикуется 66 статей, подготовленных участниками конгресса. Конгресс состоялся в Санкт-Петербурге 6–8 июня 2014 года. Он входил в официальную программу российско-британского Года культуры. Цель конгресса — открыть новые страницы в истории культурных связей между нашими странами, утвердить взаимную пользу культурного сотрудничества, положить начало новым культурным проектам. Организаторами конгресса с российской стороны выступали: Министерство культуры РФ, Комитет по культуре Санкт-Петербурга, Государственный Эрмитаж, Государственный музей-заповедник «Петергоф», Государственный музей истории Санкт-Петербурга, Институт культурных программ, Институт Петра Великого, Фонд Лихачева. С английской стороны подготовку Конгресса координировал Центр по изучению русского искусства Кембриджского университета и Института Курто. На конгрессе прозвучало более 90 докладов участников из многих городов России: Санкт-Петербурга, Москвы, Аксая, Александрова, Архангельска, Великого Новгорода, Воронежа, Выборга, Екатеринбурга, Кингисеппа, Ливадии, Петрозаводска, Поленова, Рязани, Самары, Саратова, Северодвинска, Соловков, Тулы, Ярославля. Зарубежные страны были представлены участниками из Великобритании, Австрии, Бельгии, Италии, Нидерландов, Польши, США, Франции.

ТЕКСТ КНИГИ – Скачать


С.А. Мезин
Петр I во Франции
Санкт-Петербург – Издательство «Европейский дом», 2015. - 312 стр.. илл.

В серии научно-популярных исторических изданий Института Петра Великого очередная новинка — опубликована монография Сергея Мезина «Петр I во Франции». Презентация книги состоялась на VII Международном Петровском конгрессе 7 июня 2015 года. Это увлекательное и научно выверенное повествование о пребывании Петра I во Франции в апреле-июне 1717 года. Широкое привлечение отечественных и французских источников, изучение литературы вопроса за 300 лет позволили детально реконструировать события царского визита в Париж. Встречи с учеными, мастерами, художниками, коллекционерами, поездки по достопримечательностям Парижа и загородных резиденций увлекли Петра I и принесли, пожалуй, наиболее ощутимые для России результаты. Автор — Сергей Алексеевич Мезин, доктор исторических наук, профессор, заведующий кафедрой истории России Саратовского государственного университета имени Н. Г. Чернышевского. Вице-президент Российского общества по изучению XVIII века. Специалист в области истории России XVIII века, русско-французских культурных связей, истории русской культуры, краеведения. Автор более 200 научных работ.

ТЕКСТ КНИГИ – Скачать


Дворцы Романовых как памятники истории и культуры. Материалы международной конференции.
Санкт-Петербург – Издательство «Европейский дом» - 2015 – 540 стр. илл.
Опубликован сборник материалов международной конференции «Дворцы Романовых как памятники истории и культуры». Заседания конференции проходили 7–9 октября 2013 года в самых блистательных дворцах романовской эпохи — в Эрмитаже, Царском Селе, Петергофе. В сборнике публикуется 43 статьи, подготовленные участниками конференции. Идею конференции, посвященной дворцам Романовых, впервые предложила О. В. Таратынова, директор Государственного музея-заповедника «Царское Село». Реализовать её удалось при поддержке Министерства культуры России в год 400-летия Дома Романовых. На конференции прозвучало более 50 докладов участников из Санкт-Петербурга, Москвы, Азова, Александрова, Великого Новгорода, Кингисеппа, Петрозаводска, Сергиева Посада, Таганрога, Ярославля, Крыма, Варшавы, Милана, Таллина.

ТЕКСТ КНИГИ – Скачать


Ханс Конингсбрюгге
История потерянной дружбы. Отношения Голландии со Швецией и Россией в 1714-1725 гг.
Санкт-Петербург – Издательство «Европейский дом» - 2014 –256 стр., илл.

Для Института Петра Великого дружба с крупным голландским ученым доктором Хансом ван Конингсбрюгге, профессором Гронингенского университета, директором Нидерландско-Росийского центра, чрезвычайно важна и ценна. Он связывает нас с Голландией, без которой невозможно представить петровский период истории России, как невозможно было осуществить многие наши начинания без участия самого Ханса. В значительной степени благодаря доктору Конингсбрюгге состоялся один из самых представительных Петровских конгрессов, посвященный русско-голландским связям. Целый «десант» голландских ученых самых разных специальностей высадился на берегах Невы в тот памятный 2013-й, Российско-Нидерландский год. Публикация этой книги — дань нашего уважения замечательному ученому, который не дает Голландии забыть о Петре Великом — ее большом почитателе и ученике.

ТЕКСТ КНИГИ – Скачать


Россия - Нидерланды. Диалог культур в европейском пространстве. Материалы V международного Конгресса петровских городов.
Санкт-Петербург – Издательство «Европейский дом» - 2014 – 558 стр. илл.

Россия-Нидерланды: Диалог культур в европейском пространстве. Материалы пятого международного петровского конгресса. В сборнике публикуются тесты докладов, заслушанных на V Международном петровском конгрессе «Россия-Нидерланды: Диалог культур в европейском пространстве», который проходил в Санкт-Петербурге 7–9 июня 2013 года. Юбилейный пятый конгресс входил в программу двустороннего года дружбы «Россия — Голландия / Nederland — Rusland» и был посвящен истории русско-голландских контактов. В работе конгресса приняли участие представители учреждений науки, культуры, образования из Санкт-Петербурга, Москвы, Азова, Аксая, Архангельска, астрахани, Воронежа, Гатчины, Екатеринбурга. Кемерово, Кингисеппа, Лодейного поля, Петразоводска, Рязани, Саратова, Сергиева Посада, Ярославля. Зарубежные страны были представлены участниками из Нидерландов, Аавстрии, Бельгии, Великобритании, Португалии, Франции.

ТЕКСТ КНИГИСкачать


Царь-плотник во Фландрии: История одной легенды.
Две повести Абрахама Ханса / Публикации, комментарии, статьи: Эммануэль Вагеманс, Дмитрий Гузевич; перевод с нидерландского: Владимир Ронин; рисунки: Владимир Ненашев. - Санкт-Петербург – Издательство «Европейский дом» - 2014 – 106 стр. илл.
В книге публикуются две повести фламандского писателя Абрахама Ханса «Таинственный корабелл в Баасроде» и «Фломандцы в России». Повести написаны в 1937 году и посвящены пребыванию Петра I в городке Баасроде. Абрахам Ханс (1882–1939) — ныне забытый писатель, который в свое время пользовался в Бельгии огромной популярностью. Русскому читателю покажется удивительным, что в Европе существуют литературные произведения о Петре Великом, которые никогда не переводились на русский язык. Любопытно, что вся история пербывания петра в Баасроде целиком вымышлена, это своего рода «петровский миф». Об этом подробно рассказывают в своих статьях славист Эммануэль Вагеманс (Бельгия) и историк Дмитрий Гузевич (Франция).

ТЕКСТ КНИГИ - Скачать


А. Л. Пунин
Санкт-Петербург в эпоху Петра Великого.
Градостроительное развитие новой столицы России и стилевые особенности петровского барокко. Часть первая - СПб, Лики России, 2014 – 212 стр.

Предлагаемая читателю книга, вышедшая в свет к VI Международному петровскому конгрессу, является первой частью двухтомника, посвященного градостроительному развитию и архитектуре Санкт-Петербурга в эпоху Петра Великого. В ней рассказывается об основании новой крепости и нового города в дельте Невы, о появлении и дальнейшем развитии летней резиденции Петра I — нынешнего Летнего сада и о начавшейся застройке Адмиралтейского острова, расположенного в левобережнойчасти петровского Санкт-Петербурга.

Вторая книга будет издана в следующем году к очередному Петровскому конгрессу. В ней речь пойдет о дальнейшем градостроительном развитии Санкт-Петербурга в 1710–1720-х годах: о формировании первого общественного ценора города на Троицкой площади Городового острова, о застройке Литейной части и Всильевского острова. о первых деревянных мостах, о том своеобразном облике новой столицы, который сложился в 1720-х годах, и о стилевой специфике петровского барокко.


Э. Кросс
Английский Пётр: Пётр Великий глазами британцев XVII-XX веков
СПб.: Европейский дом, 2013, - 230 с., ил.

Книга профессора Кембриджского университета Энтони Кросса повествует о восприятии фигуры Петра Великого британцами на протяжении четырехсот лет – с XVII по XX век. Образ русского царя-реформатора дан не просто в контексте общего восприятия России и русских в Англии, но во всей возможной полноте – от первых сообщений в английской прессе о Петре, до детального описания пребывания царя в Англии.

Энтони Гленн Кросс — почетный профессор Кембриджского университета. Основная область научных интересов связана с проблематикой русской культуры XVIII в., а также с развитием англо-русских культурных связей. В 1968 г. стал инициатором международной исследовательской группы по изучению истории русской культуры XVIII в. и долгие годы был редактором её ежегодника «Study Group on Eighteenth Century Russia Newsletter». Член британской Академии с 1989 года. Получил в 2010 году диплом почетного доктора Института русской литературы (Пушкинский Дом) РАН.

Список научных трудов Э. Кросса насчитывает более 400 статей и монографий. Среди них : «Н. М. Карамзин: изучение его литературной карьеры в период с 1783 по 1803 г.», «У Темзских берегов: россияне в Британии в XVIII веке», «На берегах Невы: Главы из жизнеописаний англичан в России XVIII века» (за которую в 1998 году присуждена Анциферовская премия), «Императрица Екатерина и Великобритания» и многие другие.


Э. Вагеманс
Царь в республике: Второе путешествие Петра Великого в Нидерланды (1716-1717)
СПб.: Европейский дом, 2013, - 256 с., ил.

Второе путешествие царя Петра в Нидерланды (1716–1717) – малоизученный эпизод в истории отношений между Голландией и Россией. Во время Великого посольства Петр еще был малообразованным «московским великим князем». В 1717 году это уже могущественный победитель шведского короля Карла XII, с которым западным державам пришлось считаться. Книга профессора Эммануэля Вагеманса с живыми подробностями описывает пребывание Петра в республике, привлекает много новых,порой пикантных, свидетельств очевидцев, изобильно черпает факты из неопубликованных материалов российских, нидерландских, бельгийских, французских и британских архивов. Книга описывает сеть контактов, которыми располагал Петр и откуда получал нужную информацию о политике и дипломатии в Гааге, его российских и голландских лоббистов и агентов, покупавших для него оружие и произведения искусства, вербовавших специалистов на российскую службу и знакомивших русского царя с передовыми учеными и художниками того времени. Книгу украшают многочисленные иллюстрации из редких изданий начала XVIII века.

Эммануэль Вагеманс (р. 1951) — профессор Лювенского католического университета, главный редактор издательства BENERUS, выпускающего книги на тему Россия-Бельгия-Нидерланды. Автор вышедшей на пяти языках книги «Русская литература от Петра Великого до наших дней», переводчик Радищева, Фонвизина, Екатерины II, специалист по истории и культуре XVIII века, автор и редактор многочисленных исследований по истории российско-нидерландских отношений. В 2005 году награжден почетным дипломом Президента Российской Федерации «За укрепление и развитие культурных отношений между Россией и Бельгией».

 


Б. С. Макаров
Голландские садовые мастера в Санкт-Петербурге: Первая половина XVIII века
СПб.-Гронинген: Нидерландско-российский центр, 2013. - 320 с.

В книге на основе большого количества новых архивных документов приведены биографии голландских мастеров садового дела Леонарда Ван Гарнифелта, Яна Розена, Иоганна Ван Стадена, Иоганн Эйка, Иоганна Матиаса Хейзера и его сына, Бернгарда и Даниэля Фоков. Вниманию читателей предлагается описание растений императорских садов Санкт-Петербурга, организации работ в них; приводятся данные о растениях, закупавшихся в Западной Европе в это время. Книга снабжена приложениями, в которых приведены копии наиболее важных архивных документов.

Борис Сергеевич Макаров родился в 1953 г. в Ленинграде. В 1975 г. окончил Физико-механический факультет Ленинградского политехического института, где до 1993 г. преподавал физику. В 1986 г. защитил кандидатскую диссертацию. В эти годы историей России и Санкт-Петербурга занимался в свободное время. С 2002 г. ведет профессиональные архивные исследования по теме «Иностранные квалифицированные специалисты в Санкт-Петербурге в XVIII веке» как сотрудник Нидерландско-российского центра Университета Гронингена. Автор многих статей по истории Санкт-Петербурга и книги «Голландцы в России в первой половине XVIII в. Лексикон» (СПб., 2009).


Столицы и провинция: Материалы IV Международного конгресса петрвоских городов
Научн. ред. Е. В. Анисимов. Сост. А. В. Кобак, О. Л. Кувалдина
СПб.: Европейский дом, 2013, - 360 с., ил.

В сборнике публикуются тексты докладов, заслушанных на IV Международном конгрессе петровских городов "Столицы и провинция. К 300-летию перенесения столицы из Москвы в Санкт-Петербург", который состоялся в Санкт-Петербурге 8–9 июня 2012 года. В работе конгресса принимали участие представители учреждений культуры, науки и образования многих петровских городов России, а так же европейских городов, связанных с именем Петра Великого.


Д. Ю. Гузевич
Захоронения Лефорта и Гордона: могилы, кладбища, церкви: Мифы и реалии
СПб.: Европейский дом, 2013, - 336 с., ил.

Книга посвящена истории болезни, смерти и погребения старших друзей и наставников Петра Великого – Франсуа Лефорта и Патрика Гордона, а также дальнейшей судьбем их захоронений. Рассмотрена история кладбищ, где Лефорт и Гордон были похоронены, история церковных зданий, где их отпевали, траурные процессии и их появление в России. Определен персонаж, который был перезахоронен в 1877 году на Введенском кладбище в Москве, и чей памятник до сих пор будоражит фантазию любителей истории. Обнаружена чугунная мемориальная доска 1694 года, посвященная бургомистру Амстердама Николаасу Витсену и существующая до сих пор. Попутно решен ряд вопросов, касающихся истории Немецкой слободы в Москве и ее зданий. В приложении дана фундаментально дополненная на основе новых архивных документов статья, посвященная истории болезни и смерти Лефорта.

Дмитрий Юрьевич Гузевич — кандидат техническихх наук, имеет диплом углубленных исследований Парижского университета по специальности «история и цивилизации», сотрудник Центра российских, кавказских и центрально-европейских исследований Школы высших социальных исследований (Париж). Научные интересы связаны с историей переноса знаний. Автор около 300 работ (большинство в соавторстве с И. Д. Гузевич), опубликованных на 7 языках в 15 странах.


Петровские реликвии в собраниях России и Европы: Материалы III Международного конгресса петровских городов
Научн. ред. Е. В. Анисимов, Н. Л. Корсакова. Сост. А. В. Кобак, О. Л. Кувалдина, И, Ф. Свидерская
СПб.: Европейский дом, 2012. - 352 с., ил.

В сборник включены тексты докладов, заслушанных на Ш международном конгрессе петровских городов «Петровские реликвии в собраниях России и Европы», который проходил в Санкт-Петербурге 8–10 июня 2011 года. На конгрессе было заслушано 52 докладчика, представлявших 26 городов России и Европы. В настоящий сборник включены 36 текстов докладов, носящих исследовательский характер.


И. Н. Юркин
Петр железный. Петр Великий и тульский край: факты, гипотезы, документы
СПб.: Европейский дом, 2012, - 352 с., ил.

Книга посвящена связям Петра Великого с Тулой и тульским краем. Рассмотрены и датированы его поездки по тульским землям. Проанализированы тульские мотивы в переписке. Прослежена роль в создании Ивановской водной системы и строительстве Тульского оружейного завода. Сообщаются сведения об архитектурных и гидротехнических объектах близ Иван-озера, в том числе о царском путевом доме. Охарактеризовано влияние Петра на развитие частного предпринимательства, на становление хозяйства крупнейшего тульского металлозаводчика Н. Д. Демидова. Рассмотрено участие тульских мастеров в создании промышленных производств в раннем Петербурге. Изложена история создания тульского памятника царю-кузнецу. Затронуты место металла в окружавшем Петра предметном мире и тема актуальных для него символов и мифологем, включавших образы металла. Имеются документальные приложения.


Культурные инициативы Петра Великого: Материалы II Международного конгресса петровских городов
Научн. ред. Е. В. Анисимов, Н. Л. Корсакова. Сост. Е. В. Анисимов, М. Г. Вадейша, А. В. Кобак
СПб.: Европейский дом, 2011. - 294 с.

В сборнике публикуются тексты докладов, заслушанных на II международном конгрессе петровских городов "Культурные инициативы Петра Великого и современная Россия", который состоялся в Санкт-Петербурге 9–11 июня 2010 г. Работа конгресса была посвящена анализу историко-культурной значимости петровских начинаний для развития больших и малых российских городов, в том числе – в контексте взаимодействия России с европейским миром.


Е. А. Андреева
Рождение Петербурга
СПб.: Лики России, 2011.

В книге на основе архивных материалов исследуется первое десятилетие существования Санкт-Петербурга, за которое в невской дельте были построены не просто укрепления для обороны против шведов, а вырос город, ставший крупным морским и торговым центром России и новой столицей государства.


Е. К. Максимов, С. А. Мезин
Города Саратовского Поволжья петровского времени
СПб.: Европейский дом, 2010, - 178 с., ил.

Книга посвящена важному периоду в истории городов Поволжья, которые в конце XVII – первой четверти XVIII века были объектом реформаторской деятельности Петра I. В центре внимания авторов находится история Саратова, который в петровское время превратился в крупнейший торгово-промысловый город Нижней Волги. Специальные очерки посвящены Царицыну, Дмитриевску (Камышину), Петровску. Рассмотрены путешествия Петра I по Волге в 1695 и 1722 годах.


Петровские памятники России. Часть 1
Ред.-сост. А. В. Кобак, Н. Л. Корсакова
СПб.: Европейский дом, 2010. – 440 с., ил.

Уникальный аннотированный свод памятников истории и культуры, связанных с именем и деятельностью Петра I и его сподвижников. Насыщенная событиями петровская эпоха оставила после себя множество памятников. Они охватывают территорию всей России от Соловков до Дербента, от Смоленска до Владивостока, от Калининграда до Бийска. Это городские дворцы, загородные учадьбы, сады и парки, статуи и бюсты. Это храмы невиданной прежде в России архитектуры, исторические захоронения и некрополи. Это верфи и заводы, каменные и земляные крепости, инженерные сооружения. Собранные воедино, они дают представление о масштабах деятельности Петра Великого, об особенностях восприятия его личности в разные периоды отечественной истории.

Первая часть свода включает памятники Санкт-Петербурга (часть первая), Архангельской, Астраханской, Белгородской, Брянской, Владимирской, Волгоградской, Вологодской, Воронежской, Калининградской, Ленинградской (часть первая), Московской (часть первая), Нижегородской, Орловской, Пермской, Саратовской, Смоленской областей, республики Карелия, Марий Эл, Татарстан, Приморского края.


Петр Великий в русской литературе: Воспоминания. Оценки. Образ
Сост., вст. статья, прим. И. Н. Сухих
СПб.: Геликон, 2009 - 552 с., ил.

Антология включает суждения современников Петра Первого (Феофан Прокопович, А. Нартов), исторические и философские исследования (Н. М. Карамзин, П. Я. Чаадаев, В. О. Ключевский и др.), фрагменты из литературных произведений (А. Толстой, Ю. Тынянов, А. С. Пушкин, М. Волошин и др.). В совокупности они создают противоречивый образ императора ‒ вечной загадки русской истории.


Д. Ю. Гузевич, И. Д. Гузевич
Великое посольство: Рубеж эпох, или Начало пути: 1697-1698
СПб.: Дмитрий Буланин, 2008 - 696 с.

В книге рассматривается история Великого посольства Петра I как акции по переносу знания и по силовому внедрению России в сообщество европейских государств. Исследование базируется на богатой источниковой базе, в т.ч. на материалах, собранных в 2006 г. в ходе путешествия авторов по маршруту Великого посольства.

                      


Д. Ю. Гузевич, И. Д. Гузевич
Первое европейское путешествие царя Петра: Аналитическая библиография за три столетия: 1697-2006
СПб.: Феникс; Дмитрий Буланин, 2008. – 912с.

Аналитическая библиография учитывает подавляющее большинство научных и научно-популярных публикаций, статей, художественных произведений за 310 лет, в которых говорится о Великом посольстве 1697–1698 гг. Это 3420 библиографических записей (с учетом переизданий – около 5250) на 26 языках или переводов с них. Все они снабжены подробными аннотациями и критическими комментариями. Книга представляет собой вторую часть комплексного труда авторов о Великом посольстве.


Тест. Эпоха дворцовых переворотов. От Екатерины I до Анны Иоанновны

Будьте внимательны! У Вас есть 10 минут на прохождение теста. Система оценивания - 5 балльная. Разбалловка теста - 3,4,5 баллов, в зависимости от сложности вопроса. Порядок заданий и вариантов ответов в тесте случайный. С допущенными ошибками и верными ответами можно будет ознакомиться после прохождения теста. Удачи!

Список вопросов теста

Вопрос 1

В каком году скончался российский император, изображённый на представленной картине.

Варианты ответов
Вопрос 2

Восстановите хронологию событий.

Варианты ответов
  • Приход к власти Екатерины I
  • Учреждение Верховного тайного совета
  • Воцарение Петра II
  • Начало царствования Анны Иоанновны
  • Окончание эпохи дворцовых переворотов
Вопрос 3

Назовите условия вступления на престол императрицы Анны Иоанновны, выдвинутые Верховным тайным советом с целью ограничения её самодержавной власти.

Варианты ответов
  • Не посягать на жизнь, имения и честь дворян
  • Не вводить новых податей
  • Не вступать в брак и не назначать себе наследника
  • Передать командование гвардией и войсками Верховному тайному совету
  • Не начинать войны и не заключать мира
  • Не жаловать вотчины и деревни с крепостными
Вопрос 4

Верно ли что, при Анне Иоанновне Карл Густав Левенвольде командовал Преображенским полком?

Варианты ответов
Вопрос 5

Охарактеризуйте позиции боярских группировок при императорском дворе после смерти Петра I.

Варианты ответов
  • Поддерживали вдову Петра I Екатерину Алексеевну
  • Стремились возвести на престол юного Петра Алексеевича
  • Стремились к возвращению старых порядков и восстановлению своего влияния
  • Стремились к продолжению реформ и сохранению своего особого положения
Вопрос 6

Законной правительницей России в 1725 году была провозглашена именно эта императрица.

Варианты ответов
  • Екатерина I
  • Анна Леопольдовна
  • Екатерина II
  • Анна Иоанновна
  • Елизавета Петровна
Вопрос 7

Считается, что на картине изображён именно этот правитель России.

Варианты ответов
  • Пётр II
  • Иван VI Антонович
  • Бирон
  • Пётр I
  • Пётр III
Вопрос 8

Напишите, как называется насильственное взятие верховной власти с использованием военной силы в результате заговора.

Вопрос 9

Укажите условия, прописанные в "тестаменте" Екатерины I.

Варианты ответов
  • До достижения совершеннолетия наследницей престола, страной должен был управлять Кабинет министров
  • Российский престол после смерти Екатерины I должен был занять Пётр, сын царевича Алексея
  • Российский престол после смерти Екатерины I должна была занять Анна Петровна, дочь Петра I
  • Российский престол после смерти Екатерины I должна была занять Елизавета Петровна, дочь Петра I
  • Правление малолетнего наследника должно было первоначально проходить под опекой Верховного тайного совета
Вопрос 10

В чём проявилось усиление позиций родовой аристократии при дворе Петра II?

Варианты ответов
  • Назначение Долгоруковых членами Верховного тайного совета
  • Перенос двора в Москву
  • Возвращение из ссылки Е. Лопухиной
  • Восстановление прежних порядков
  • Назначение А. Меншикова и П. Толстого членами Верховного тайного совета

Тайны дворцовых переворотов. Россия, век XVIII. Фильм 1. Завещание императора — отзывы и рецензии — КиноПоиск

сортировать:
по рейтингу
по дате
по имени пользователя

Как человек, интересующийся эпохой дворцовых переворотов и прочитавший по этой теме несколько книг, обожающий дворцы и музеи Санкт-Петербурга скажу: этот сериал не впал в душу. Несмотря на великолепные декорации и локации, очень красивые наряды (хотя к костюмерам тоже иногда появлялись вопросы) сериал с первой серии нагнетает скуку. Как по мне, личность Екатерины Первой не раскрыта совсем, Петра Великого тоже (хотя играет его очень профессиональный актёр). Съёмки несовершеннолетнего актёра (мальчик играл Петра Второго) в постели с женщиной, старше его (как сама актриса явно старше, так и её героиня - Елизавета Петровна), - вызывают недоумение.

Понятно, что исторически Петр 2 был влюблен в дочь Петра Великого, но наверно не обязательно было показывать сцены, где несовершеннолетний мальчик гладит полуобнаженную грудь - это не совсем эстетично, на мой взгляд, и вызывает отвращение. Досмотрела до 4 серии, при этом некоторые части тупо перематывала. Не от того, что стыдно было на что-то смотреть, а тупо от скуки. Ну не цепляет сериал. Постоянно теряешь сюжетную линию (зная историческую хронологию событий), надеешься, что вот через 2 минуты будет интересно, перематываешь, а чуда не происходит. Бросила смотреть, терпения не хватило.

прямая ссылка

10 июня 2020 | 21:26

jyravychka

18 век - век переворотов. Так давайте о переворотах.

Интерес Светланы Дружининой к эпохе российских императоров прекрасен. Но планка качества опущена слишком низко. И, возможно, не только режиссёром. Качество работы сценаристов в целом последние десятилетия удручает. Но тема на столько глубока и интересна, что к ней стоит подходить более тщательно. Из несомненных плюсов. Зрителю представлены некоторые мелочи. которые, казалось бы лежат на поверхности но их ни кто не замечает. К примеру: в нашей популярной истории совершенно не уделяется внимание таким личностям как Анна Иоанновна и Пётр Алексеевич, а за одно и его папенька Алексей Петрович и его сестра Наталья Алексеевна о существовании которой не догадываются даже многие историки. Это первый публичный проект в котором эти персонажи выведены как личности. достойные внимания не только архивных учёных, пишущих в стол, но и широкой публики. Хотя Пётр 2 и правил всего 2 года это была личность со своими взглядами и стремлениями. Император, вставший на трон в 14 лет, не имевший любящей семьи, жертва манипуляций окружающих. Мальчик, который за 14 лет пережил больше, чем многие люди прожившие долгую жизнь. Если говорить об Анне Иоанновне, то это императрица, правившая в течении 10 лет. И оставившая свой след в истории, как минимум сохранив для нас Петербург, но и не только. И считать серой мышкой женщину, ставшую самодержавной императрицей вопреки общему желанию правящей элиты государства, по крайней мере странно. На такие поступки была способна только волевая и целеустремлённая натура как 'все эти Романовы'. И я очень рада, что наконец им было уделено хоть какое то внимание. Но не понятно одно. При общем и очень поверхностном сценарии всю его слабость относительно Анны Иоанновны вывезла на себе именно Инна Чурикова. Её образ по настоящему глубокий и цельный. Как можно было её заменить на актрису, пусть честно отыгрывающую эпизод но совершенно не способную показать всю мощь и неординарность этой натуры? Две серии - две Анны. Мощная натура императрицы и серая мышь, не способная ни на что. Это непростительная ошибка. Люди и так перекормлены исторической бурдой. Зачем было начинать за здравие и заканчивать за упокой? Образ смылся.

Из странного и недопустимого. Как то не верится в возможность на столько близких отношений между Петром 2 и Елизаветой. Не те времена. И в целом Елизавета показана несколько странной девушкой. И её юная жизнь представлена куда более комфортной и безопасной, чем это было на самом деле. Про Анну Леопольдовну вообще очень мало, что известно. Но за чем уделять такое количество времени её персонажу типа Леннара? Что бы потом бегущей строкой за 1 минуту пробубнить текст о перевороте Елизаветы и смещению Иоанна Антоновича? И уж точно принцесса не располагала такой степенью свободы, как показано в фильме. Может быть было разумнее упомянуть о них и посвятить 2 серии переворотам Елизаветы Петровны и Екатерины? А то как то очень странно выходит. Анне Леопольдовне, которая была всего лишь только матерью будущего наследника 2 серии и минутное упоминание о перевороте, а императрицам, сделавшим историю государства - упоминание об одной и полное игнорирование другой. При всей моей любви к творчеству Дружининой этот сериал очень расстроил. Нельзя так себя подставлять. Талант не должен работать в пол оборота.

прямая ссылка

26 декабря 2019 | 13:56

Кидман

Начало головокружительной эпохи

Светлана Дружинина выбрала для экранизации самую яркую и интересную эпоху отечественной истории. Но мало замахнуться, надо еще реализовать! Справилась ли Дружинина, обладающая прекрасным вкусом и интуицией, основывающая свое произведение на реальных исторических фактах? Ответ однозначен: да!

Итак, эпоха дворцовых переворотов. Это было время головокружительных взлетов и падений, время бурное и потрясающее. Умирает 'северный исполин', и весь век Россия будет вздрагивать от криков 'Виват!' новому правителю. Неспокойное столетие (хотя, разве можно утверждать обратное о веке предыдущем и последующем?!), но, разумеется, оно отличается особым очарованием. Интриги, тайны, любовь, героизм и трусость - тогда кипели нешуточные страсти. Страсть. Какое хорошее слово для обозначение этой эпохи. Она была страстной.

Но вернемся к фильму. С исторической точки зрения претензий никаких нет. Разве что один нюанс: как-то в разговоре Меншиков (обратите внимание, фамилия Александра Даниловича пишется БЕЗ мягкого знака!!!) произносит слово 'нация'. Недоработка, на мой взгляд. Сама русская нация существовала, но она себя так не оппозиционировала. А в остальном - никаких нареканий. Сценарий увлекательный, благодаря чему фильм смотрится на одном дыхании.

Актерский состав. Порадовали так порадовали! Начну с Николая Караченцева (Петр I). Прежде всего, следует отметить внешнее сходство актера с первым русским императором. Его искуссно снимали так, чтобы роста он казался высокого (спасибо Анатолию Мукасею). Сам Караченцев отличный актер и не поверить в властного, гневливого, понимающего свой близкий конец и отчаявшегося императора невозможно.

Екатерина Вторая (Наталья Егорова) - безродная немка, волею Случая оказавшаяся на российском престоле. Она далеко не простушка, убитая горем - смертью супруга. Она расчетлива, она понимает: если не нападет она, нападут на нее. Егорова справилась с ролью.

Князь Меншиков (Сергей Шакуров). О, этот персонаж поистине велик! Хитрый, предприимчивый, талантливый администратор и полководец, личность противоречивая и интересная, он полностью воплотил в жизнь свои способности. Карьера Александра Даниловича, как и многих 'птенцов гнезда Петрова', впечатляет: он прошел путь от торговца пирожками до фактического правителя государства Российского. Он практически самостоятельно сумел одолеть стаю родовитых дворян, имевших свои планы на будущее России. Харизматичный временщик, казнокрад и интриган вопреки всему восхищает! Сергей Шакуров понял, кого ему пришлось сыграть и сделал все, что от него требовалось. Спасибо за Светлейшего!

Елизавета (Екатерина Никитина). Красавица, которая пока не задумывается о том, чтобы занять престол. Если ее и волнует будущее, то не слишком. Но это лишь пока. Настанет время, и... Однако не будем спешить. Скажу только, что Екатерина Никитина действительно очень красива и даже слегка похожа на младшую дочь Петра.

Андрей Иванович Остерман (Владимир Ильин). Старый лис, который побеждает выжиданием. Хитер, рассчетлив, прагматичен, знает человеческую психологию и умеет играть на этом. Ильин - гениальный актер, ничего не скажешь!

Но где бы были все эти блистательные личности, если бы не главная сила, с которой считались все правители, пришедшие к власти путем переворота? Да-да, я говорю про гвардию. Свергая очередного самодержца и воздвигая на престол нового, она ожидала счастливой жизни, упорно надеясь на чудо. Но прав был Алексей Петрович: '...и погибнет весь наш род в крови'. Слова царевича оказались пророческими, и гвардия не спасла. Однако суть не в том; главное, что Дружинина сумела показать роль армии.

У меня особое отношение к 'Тайнам дворцовых переворотов'. Посмотрев их в детстве, я поняла, что хочу заниматься историей. Мое желание исполнилось, а интерес к эпохе сохранился. Думаю, за это стоит сказать отдельное спасибо Светлане Дружининой и всем тем, кто принимал участие в съемках киноповести.

10 из 10

прямая ссылка

08 марта 2013 | 00:09

Tatish94

«Кровь моя падёт от главы на главу до последних царей, и погибнет весь род наш в крови ' Алексей Петрович.

Я не особая любительница русского кинематографа, но этот фильм произвёл на меня огромное впечатление! Не побоюсь назвать этот фильм шедевром!

Будучи историком, могу утверждать, что все события в фильме сняты почти с исторической точностью. Все исторические персонажи очень точно отражены в фильме. Мы видим ту властную Екатерину 2,того хитрого Меншикого, ту красавицу Елизавету Петровну, того властного Петра 1 перед своею кончиною, того ещё глупого и маленького Петра Алексеевича и соответственно всех тех, кто принимал участия в дворцовом перевороте. Бывают фильмы, с точностью передающие исторические события, но не всегда интересно их смотреть. Когда же я смотрела этот фильм, он просто пролетел на одном дыхании. Я чувствовала героев, волновалась вместе с ними, переживала все эти события. Этот фильм обладает очень интересной сюжетной линией. Я уверенна, что для людей, плохо знающих события дворцовых переворотов, этот фильм будет не менее интересным, а скорее всего ещё больше впечатлит! Ведь интрига, кто займёт русский престол, сохраняется до самого конца. Смотря фильм, я не заметила в нём минусов. Теперь в планах посмотреть продолжение в других частях.

Советую всем посмотреть! Я думаю, не пожалеете!

10 из 10

Очень достойное кино!

прямая ссылка

03 декабря 2011 | 15:00

На редкость неплохой представитель отечественного исторического кино. Все составляющие выдержаны на приличном уровне, а повествование по-настоящему интригует. Очень жаль, что данный цикл фильмов постепенно сошёл на нет, а ведь этот исторический материал на редкость удачен для экранизации.

8 из 10

31 декабря 2009 | 02:18

[email protected] moves

Самая интересная и красочная пора русской истории

ПРЕДИСЛОВИЕ_ Эпохой дворцовых переворотов принято считать период со смерти Петра I по убийство Петра III, на самом деле этот период несколько длиннее: смерть Петра I - убийство Павла I, просто когда был введен этот термин 'дворцовые перевороты' еще был жив Александр I и поэтому нельзя было назвать смерть его отца переворотом (к тому же тогда, когда сам Александр участвовал в убийстве отца). Поэтому надеюсь, что создатели снимут эпизоды про всех правителей и я увижу еще несколько фильмов из полюбившейся серии.

И теперь о самом главном. Когда-то давно, когда этот сериал показывали по каналу Россия, я просмотрела все (тогда только 6) эпизоды. Фильмы меня очень заинтересовали. После них я начала изучать более подробно эпоху дворцовых переворотов, и она осталась для меня наиболее интересной из всей истории России.

Действие фильма начинается со смерти Петра I. Сам император установил, что теперь приемником государя должен быть не наследник по прямой линии, а тот кого назначит государь (видимо это было сделано потому, что родной сын правителя предал отца и бежал за границу). И вот перед своей смертью, Петр не успевает назначить наследника. Как же быть?

После смерти государя остаются два его преемника: его жена Екатерина и маленький внук Петра. Доверить власть в руки младенца или женщины? Для тех времен выбор был очень сложным. Под влиянием самого могущественного деятеля тех времен - князя Меньшикова, Сенат выбирает правительницу Екатерину I. Естественно, как и предполагалось, эта женщина не разбиралась в политике и вся власть сосредоточилась в руках самого князя.

И все страсти вроде бы улеглись, как внезапно умирает сама Екатерина. Но, после себя она оставляет единственного законного наследника - Петра II.

Маленький мальчик 12 лет, стал императором. Такая ответственность не по плечу сорванцу, и он быстро отдает власть, кому, как вы думаете?, правильно, князю Меньшикову. Хитрый лис, тем временем решает женить императора на своей дочери, чтобы оканчательно и бесповоротно власть была в его руках. И опять-таки все вроде успокоилось, Но (не помню точно, но по-моему) Меньшиков заболел, и на время удаленный от царя, он уже никогда не сможет иметь над ним власть, так как эта власть перешла в руки более удачливых представителей - собранию священного Сената!

Уж сенат-то сумел распорядиться своей властью. По его воли, и от имени государя, господину Меньшикову пришлось покинуть столицу и уехать в Сибирь до конца своих дней.

А тем временем юного императора уже собрались женить на г-же Долгорукой. И вроде опять все более менее спокойно, но тут у Петра обнаружилась неизлечимая болезнь.

В принципе на этом и заканчивается 6 фильм. Что дальше, по истории, мы все и так знаем, но увидеть все-таки 7 часть мне очень хочется. Почему?

Во-первых данная серия фильмов меня очень заинтересовала, так как она нашего российского производства! Разве не приятно наблюдать, как русские снимают российскую историю, да к тому же так красочно, более менее реалистично и завораживающие.

К тому же актеры подобраны просто идеально. Именно они и придали так называемый особый колорит этому действу.

В общем про нас и для нас - смотрите, чтобы зрить в корень!

10 из 10

прямая ссылка

17 марта 2009 | 16:03

Итак, все по порядку. Фильм, а точнее киноэпопея Светланы Дружининой, под названием 'Тайны дворцовых переворотов' состоит из шести полноценных фильмов-серий.

Каждая серия имеет свое собственное название - 'Завещание Императора', 'Завещание Императрицы', 'Я - Император', 'Падение Голиафа', ''Вторая невеста императора' и 'Смерть юного императора'. Это как бы мини-сериал.

Все шесть серий охватывают период русской истории с января 1725 года по 1730 год - начиная со смерти Петра 1 и собственно начало этой странной эпохи - 'дворцовых переворотов' и доходя до 1730 года - года смерти внука прорубателя окна в Европу - Петруши 2, малолетнего императора, умершего в возрасте 14 лет.

Проект Дружининой воистину чудо - ей удалось рассказать восхитительным по исполнению и виртуозности киноязыком пожалуй самый сложный и запутанный период в русской истории нового времени. Причем в ее киноэпопее история представляется именно живой - не сухими фразами из учебника, не почерневшими от времени портретами, не полуистлевшими пышными платьями а живыми людьми. И не просто людьми - а творителями судеб, судеб миллионной страны - Российской империи - да еще когда, в тот период, когда в прямом смысле решалась дальнейшая судьба этой одной шестой суши - чем быть России? Как ей жить? Какие идеалы и ориентиры принять, а какие отвергнуть?

Герои эпопеи Дружининой - все безумно интересные персонажи - и кокетливая Лизанька, будущая императрица Елизавета Петровна - отчаянная модница, транжира и основательница МГУ, в двадцатилетнее правление ни одного человека в России казнено не было, и властолюбивый светлейший князь Меньшиков, и алчный князь Долгорукий, и безграмотная императрица Екатерина 1, и деспотичный Петр, и хитрющий Остерман... Прекрасный подбор актеров и великолепная их игра - всех, без исключения. Особо хочу выделить исполнителя роли Петруши 2 - Диму Веркеенко - мальчик просто гений, справился с такой сложной психологической ролью просто блестяще.

Фантастические по красоте съемки, завораживающие пейзажи русской природы, охоты, дворцов, усадеб...Гениально выстроенные сцены. В общем, я в полном восторге от этого фильма. Это действительно очень красивое, умное кино. Даже я бы сказало мудрое. Кино во многом философское и пророческое. Думаю, по достоинству его оценят не многие - ведь нужно запастись терпением, все ж таки 6 серий - это вам не шутки...

прямая ссылка

10 февраля 2009 | 01:55

Перейти к основному содержанию Поиск