Декабрь 1941 линия фронта: Вторая мировая война месяц за месяцем. Ноябрь 1941 года

Вторая мировая война месяц за месяцем. Ноябрь 1941 года

Сергей Варшавчик, обозреватель РИА Новости.

Ноябрь 1941 года – 27-й месяц Второй мировой войны. Тяжелейший кризис, в котором находилась Красная Армия, еще не был преодолен: немцы продолжали наступать на всех стратегических направлениях. Однако, в отличие от октября,  из-за возросшего сопротивления в ряде мест немецким войскам пришлось приостановить свое продвижение на восток, а кое-где даже отступить. Машина блицкрига начала трещать.

Не дать противнику закрепиться

К ноябрю 1941 года германская группа армий «Север», отказавшись от штурма Ленинграда, осуществляла, совместно с финскими войсками, планомерную блокаду северной столицы СССР. Все коммуникации города на Неве с Большой землей были перерезаны. У защитников города остался только путь сообщения по Ладожскому озеру, благо часть сухопутного побережья находилось у них в руках. Нацисты решили перерезать и эту тонкую «нить», перенеся боевые действия на восток Ленинградской области.

Ожесточенные бои разгорелись на подступах к городам Волхову и Тихвину. Последний был захвачен 9 ноября 39-м немецким танковым корпусом.

В тот же день Ставка верховного главнокомандования сместила с поста командующего 4-й армией генерала Яковлева, назначив на его место бывшего начальника Генерального штаба Красной Армии генерала Мерецкова. На следующий день из Москвы последовал приказ: «дабы не дать противнику закрепиться в Тихвине, подвергнуть город Тихвин непрерывной авиационной бомбардировке днем и ночью, применяя зажигательные бомбы и патроны». С 19 ноября за город началось тяжелое встречное сражение, в ходе которого обе стороны несколько недель неоднократно переходили в контратаки.

Что касается Волхова, то немецкое наступление на этом направлении удалось остановить только к 25 ноября. В итоге, линия фронта проходила всего в 6 километрах южнее этого города. Поняв, что перед ним «крепкий орешек», немецкое командование сместило острие удара западнее Волхова, в район поселка Войбокало. Но натиск вермахта удалось отразить и там. 28 ноября советские войска мощным контрударом отодвинули противника еще дальше от Волхова, частично освободив железнодорожную ветку Волхов-Тихвин. 

На пороге крупного успеха

На Московском направлении, после того, как в начале ноября ударили морозы, и дороги стали более проходимыми, немцы начали второй этап операции «Тайфун». Замысел был прост – разбить с севера и юга фланговые части советских войск и окружить Москву. Главные удары 15-18 ноября наносились в направлении Клин-Рогачево и Тула-Кашира.

Введя в бой 51 дивизию, в том числе 13 танковых и 7 моторизованных, немцам удалось достичь значительных тактических успехов. К концу ноября захватив Клин, Солнечногорск, Истру и Красную Поляну,  противник вышел с северо-запада и севера на ближние подступы к Москве.

Дальнейшему наступлению мешала стена воды: были взорваны водоспуски Истринского, Иваньковского водохранилищ и водохранилищ канала имени Москвы. В результате образовался водяной поток высотой до 2,5 метра на протяжении до 50 километров. Попытки немцев закрыть водоспуски успехом не увенчались. Тем временем, переданные в состав Западного фронта советские 1-я ударная и 20-я армии прикрыли разрыв между 30-й и 16-й армиями. В итоге, противник был остановлен и вынужден временно перейти к обороне.

В районе Тулы части 2-й и 4-й немецких армий попытались с ходу взять город, но их фронтальные атаки были отбиты. Тогда генерал Гудериан решил силами 2-й танковой группы обойти город с юго-востока и востока. Но к 7-му ноября в районе села Дедилово немецкое продвижение было прекращено из-за сильного контрудара 50-й и 3-й советских армий по флангам наступающих.

Смотреть фотоленту «Первый год Великой войны»>>

Перегруппировав силы, немцы возобновили наступление, взяв 18 ноября Дедилово, а 25-го — Сталиногорск (ныне город Новомосковск). К 24-му ноября Тула оказалась в полуокружении. Но уничтожить советские части к северу от города нацистам не удалось, несмотря на сильный удар по правому флангу советской 50-й армии.

Вместе с тем, восточнее Тулы 2-я танковая армия в конце ноября стояла на пороге крупного успеха, который мог бы привести к тяжелейшим последствиям для защитников Москвы. Захватив 25 ноября город Скопин, части 18-й немецкой танковой дивизии, практически, не встречая сопротивления, стремительно двигались в направлении Рязанской области. Этот участок, находясь на стыке Западного и Юго-Западного фронтов, оказался оголенным. Возникшую угрозу глубокого прорыва противника в советский тыл ликвидировали срочно переброшенные сюда моряки из 84-й морской стрелковой бригады. Они не только остановили наступающих, но и отбили у 28 ноября у немцев Скопин, продержавшись до подхода частей 10-й советской армии.

Успехи на советско-германском фронте стоили вермахту недешево. 30 ноября 1941 года начальник штаба Верховного командования сухопутных войск вермахта генерал Гальдер записал в своем дневнике: «некомплект на Восточном фронте составляет 340 000 человек, то есть половину боевого состава пехоты. Сейчас роты в среднем имеют по 50–60 человек».

Ярость Гитлера

5 ноября части группы армий «Юг» фельдмаршала фон Рундштедта начали активное наступление в направлении Ростова-на-Дону. Главная цель натиска – Кавказ и его нефть. Непосредственно город защищала 56-я армия генерала Ремезова. После недели упорных боев, 21 ноября немцам удалось захватить столицу Дона, однако 29 ноября советские войска выбили захватчиков из города.

В тот же день Сталин послал командующему Южным фронтом генералу Черевиченко и главнокомандующему Юго-Западному направлению маршалу Тимошенко ликующую телеграмму: «Поздравляю вас с победой над врагом и освобождением Ростова от немецко-фашистских захватчиков. Приветствую доблестные войска 9 и 56 армий во главе с генералами Харитоновым и Ремезовым, водрузившие над Ростовом наше славное советское знамя».

Рундштедт приказал своим войскам отступить на рубеж реки Миус. Гитлер пришел в ярость и отстранил его от командования, заменив фельдмаршалом фон Рейхенау. Однако, тот, прибыв на место, подтвердил приказ предшественника. В итоге, линия фронта по реке Миус стабилизировалась до лета 1942 года.

Тем временем, в Крыму после эвакуации 51-й армии на Кубань, в руках Красной Армии остался лишь один небольшой «анклав» – Севастополь. Его оборона была усилена Приморской армией генерала Петрова, у которой имелся опыт защиты Одессы.

На подступах к Севастополю с конца октября завязались бои с передовыми отрядами 11-й германской армии генерала фон Манштейна. 11 ноября, с подходом основных сил 11-й армии, немцы предприняли масштабное наступление на город. Однако в течение 10 дней им удалось лишь незначительно вклиниться в отдельные полосы обороны.

В своих мемуарах Манштейн в качестве причины неудачи назвал погоду. «Нам помешала русская зима… В Крыму начались непрерывные дожди, которые в кратчайший срок вывели из строя все дороги без твердого покрытия… К 17 ноября вышло из строя по техническим причинам 50% нашего транспорта. На материке же, на севере, уже свирепствовал лютый мороз, который вывел из строя четыре паровоза из пяти, имевшихся тогда в нашем распоряжении южнее Днепра», – жаловался фельдмаршал.

В итоге первая попытка нацистов штурмом взять город русской славы потерпела неудачу, и на короткое время на этом участке фронта наступило затишье.

Операция «Крусейдер»

К ноябрю 1941 года оживились боевые действия на севере Африки. Британские войска, придя в себя от весенне-летних успехов германского генерала Роммеля, предприняли в рамках операции «Крусейдер» наступление в Ливии против немецко-итальянских войск.

18 ноября 8-я английская армия  под командованием генерала Каннингема атаковала противника на прибрежной дороге к востоку от города Тобрук. Войска Роммеля отбили натиск, навязав британцам танковое сражение, в ходе которого обе стороны понесли серьезные потери в бронетехнике. Британцы отступили, а 26 ноября Каннингем был освобожден от занимаемой должности. Вместо него 8-ю английскую армию возглавил генерал Ритчи.

На следующий день 2-я новозеландская дивизия соединилась с гарнизоном осажденного немцами города Тобрука, деблокировав его. 30 ноября немецкий Африканский корпус предпринял попытку восстановить положение, однако после двухдневных боев был вынужден начать отступление.

В ноябре англичане понесли серьезную потерю на море. 13 ноября авианосец «Арк Ройял» в Средиземном море был торпедирован немецкой подводной лодкой U-81. Борьба за живучесть гигантского корабля  продолжалась 10 часов, но на следующий день авианосец затонул.

Британские эсминцы сбросили на подлодку 130 глубинных бомб, однако U-81 удалось уйти от преследования. 10 декабря командир удачливой подлодки капитан-лейтенант Гуггенбергер за успешную атаку был награжден Рыцарским крестом Железного креста.

В том же месяце от берегов Исландии со стратегическими грузами и военной техникой из США и Великобритании в СССР был направлен четвертый по счету арктической конвой, PQ-3. Выйдя в море 9-го ноября, 22-го ноября он благополучно прибыл в Архангельск.

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции

Сильные духом

Анатолию Мефодьевичу Кондратьеву, Владимиру Николаевичу Булычеву посвящается

Автор: Евгения Озол

Пожалуй, нет в нашей стране ни одной семьи, которой бы не коснулась Великая Отечественная война. У каждого кто-то из близких воевал, жил в это нелегкое время, боролся за Победу на линии фронта и в тылу.

Постепенно свидетелей Великой Отечественной войны становится все меньше. Они продолжают жить, пока их помнят дети, внуки, правнуки. И наш долг сохранять и передавать потомкам правду о войне, фактах и ее героях.

Много суровых испытаний выпало на долю поколения наших дедушек. Преодолевая их, они взрослели, мужали, отдавали Родине все силы и свои жизни. Наглядный пример тому — судьба моих дедушек, воевавших на соседних фронтах: Волховском и Ленинградском, но ничего не знавших друг о друге.

Анатолий Мефодьевич Кондратьев 1916 г.р., уроженец с. Пятихатки Днепропетровской области, кадровый военный, старший лейтенант, танкист, до войны служил в Песчанке Читинской области, в 1940 году женился, в этом же году родился сын, в 1941-м — дочь. В действующей армии — с сентября 1941 года, зам. командира роты 1-го танкового батальона 7-й гвардейской Краснознаменной танковой бригады, участник Тихвинско-Волховской оборонительной операции по защите Ленинграда.

Погиб дедушка 18 февраля 1943 года в лесу в двух километрах юго-западнее села Макарьевская Пустынь Любаньского района Ленинградской области во время второго этапа операции «Искра», которая стала последней, удавшейся попыткой прорыва блокады Ленинграда.

Моя мама родилась в июле 1941 года, так что своего отца она не видела, писем с фронта не сохранилось, а может, и не было. Есть только одна фотография, на обороте которой теплые слова, написанные дедушкой своей жене Анастасии Яковлевне Ефимовой и детям — сыну Анатолию и дочери Алле.

Анатолий Мефодьевич Кондратьев с товарищами, Западный фронт, декабрь 1941 года

Фотография с оборотом (PDF, 912 КБ)

Могилу дедушки мы нашли только в 2010 году благодаря сайту «ОБД Мемориал». Силами поискового отряда «Любань» в 1985 году он был перезахоронен на территории мемориала Славы города Любань. По архивным данным, историческим материалам, воспоминаниям ветеранов мы восстановили картину тех февральских дней 1943 года.

В ночь на новый, 1943 год танкистов 7-й отдельной гвардейской Краснознаменной танковой бригады подняли по боевой тревоге, поставив задачу действовать в составе 54-й армии Волховского фронта. В 8 часов утра 14 февраля 1943 года танки вышли на рубеж атаки, была поставлена задача довершить прорыв обороны противника, уничтожая его отдельные узлы сопротивления, перерезать шоссейную дорогу Шапки — Любань.

Для танковых экипажей наступление в лесу является одним из труднейших видов боя (ограничен обзор, маневр, обстрел). Спустя два дня, 16 февраля 1943 года, после короткого, но мощного артналета танкистам удалось прорвать оборону противника на участке, расположенном в 2,5 км юго-западнее Макарьевской Пустыни. На сравнительно небольшом участке вклинения (2 км по фронту и 2 км в глубину) было насчитано до 100 различных укрепительных сооружений противника. Неудача первого дня и затяжные бои второго сыграли отрицательную роль, противник сумел усилить свою главную группировку, момент внезапности был утерян, период сохранения нашего превосходства в силах кончился, наступление 54-й армии захлебнулось. Начались оборонительные бои, целью которых было прочно закрепиться на достигнутых рубежах. В одном из таких боев среди многих и многих героев погиб мой дедушка.

Сейчас нам трудно понять, как можно было в течение трех лет в лесах, непроходимых болотах, в холод и голод не только воевать, а просто выжить. Как сильны были духом эти молодые ребята, не жалевшие жизни за город Ленина, за Победу над фашизмом.

Второй мой дедушка — Владимир Николаевич Булычев 1920 г. р., уроженец г. Красное село Ленинградской области.

Владимир Николаевич Булычев

В Красной Армии с 1940 года. Активный участник Отечественной войны с 1941 года, все время в действующей армии. В июне 1941 года был ранен в боях под г. Нарвой (Эстония). С июля 1941 по октябрь 1942 года был санитаром 34-го отделения медсанбата на Западном фронте, затем минометчиком, после окончания 4-месячных курсов младших лейтенантов был назначен командиром взвода минометной батареи 188-го гвардейского стрелкового полка 63-й гвардейской стрелковой дивизии Ленинградского фронта. В декабре 1942 года был награжден медалью «За оборону Ленинграда».

Наградные документы, медаль «За оборону Ленинграда», 1 июня 1943 года

Увеличенный документ (PDF, 5 МБ)

В упорных боях по прорыву вражеской блокады Ленинграда, действуя в первом эшелоне ударной армейской группировки, получил тяжелое осколочное ранение. После выздоровления освобождал Карелию, Прибалтику.

С ноября 1943 по май 1945 года воевал в составе 406-го стрелкового полка 124-й стрелковой дивизии 3-го Белорусского фронта. В последних боях за г. Пилькаллен (Восточная Пруссия) в январе 1945 года, командуя огневым взводом 120-мм минометов, проявил отвагу и мужество. Его взвод уничтожил до 60 человек немецкой пехоты, две пулеметные точки, пушку прямой наводки, наблюдательный пункт противника.

За все время боев его взвод не имел потерь ни в технике, ни в людях — дедушка был награжден орденом Отечественной войны II степени.

Наградные документы, орден Отечественной войны II степени, 8 февраля 1945 года

Увеличенный документ (PDF, 2 МБ)

За время наступательных боев в районе г.  Меденау (Восточная Пруссия) в апреле 1945 года отважно и умело командовал своим взводом, нанося противнику большие потери, заменил выбывшего из строя командира батареи, приняв командование на себя — образцово выполнил все боевые задачи, обеспечив продвижение пехоте. Был награжден орденом Красной Звезды.

Наградные документы, орден Красной Звезды, 15 мая 1945 года

Увеличенный документ (PDF, 2 МБ)

Так, с боями, теряя товарищей, прошел мой дедушка половину Европы, сначала отступая от западных рубежей нашей Родины до Ленинграда, а затем, освобождая родную землю, дошел до Кёнигсберга.

После разгрома немецко-фашистских захватчиков 124-я стрелковая дивизия в начале августа 1945 года была переброшена на Дальний Восток в состав Забайкальского фронта для борьбы с милитаристской Японией.

Владимир Николаевич Булычев (слева), Манчжурия, ноябрь 1945 года

За выполнение боевой задачи — форсирование нескольких горных преград и хребта Большой Хинган, уничтожение двух огневых точек противника дедушка был награжден вторым орденом Красной Звезды.

Наградные документы, орден Красной Звезды, 9 сентября 1945 года

Увеличенный документ (PDF, 2 МБ)

По окончании военных действий дивизия была направлена в г. Читу, где в 1946 году дедушка Володя познакомился с моей бабушкой Анастасией Яковлевной Ефимовой, они поженились и вместе воспитывали ее детей: сына и дочь погибшего на войне Анатолия Мефодьевича Кондратьева.

Дедушка Володя был очень скромным человеком, никогда не хвастал своим участием в сражениях, не любил рассказывать о войне. Теперь я понимаю, что ему было больно и тяжело вспоминать события тех дней, погибших товарищей. Я, его внучка, будучи ребенком, не интересовалась подробностями. Так что о героической военной судьбе дедушки знаю только из рассказов моих родителей и сухих данных из военного билета. Дедушки не стало в 1984 году.

Военный билет Владимира Николаевича Булычева

В боях, в суровых испытаниях эти люди проявляли мужество и героизм, а в мирное, но не менее тяжелое послевоенное время — способность любить, мечтать и строить новую жизнь.

Прошло 70 лет, но время не властно над нашей памятью. Наш народ защитил от рабства и физического уничтожения огромную страну. Юбилей Победы заставляет нас еще раз задуматься об истинных ценностях: о мире и справедливости, о чести и достоинстве, о любви к Отечеству и родной Земле. Об этом нельзя забывать!

Я вам жизнь завещаю,
Что я больше могу?
Завещаю в той жизни
Вам счастливыми быть
И родимой отчизне
С честью дальше служить.
Горевать — горделиво,
Не клонясь головой,
Ликовать — не хвастливо
В час победы самой.
И беречь ее свято,
Братья, счастье свое —
В память воина-брата,
Что погиб за нее.
Отрывок из стихотворения А.Т. Твардовского «Я убит подо Ржевом»

Подлинные документы о Второй мировой войне

Архивные документы воинов Великой Отечественной войны

Обобщенный банк данных о погибших и пропавших без вести защитниках Отечества

Нападение на Перл-Харбор, 7 декабря 1941 г.

| Национальный музей Второй мировой войны

Обзор

Роб Ситино, доктор философии
Сэмюэл Земуррей Стоун Старший историк

Долгий предохранитель:


Япония, Соединенные Штаты и Гавайские острова

Запутанные отношения между Соединенными Штатами и Штатами Япония началась с форсированного открытия Японии в девятнадцатом веке благодаря любезности коммодора Мэтью Перри и этого «черного корабля» его эскадры. Внезапное знакомство Японии с внешним миром после столетий изоляции породило период бурных преобразований, революционную эру, когда Япония отбросила за борт многие из своих древнейших традиций и превратилась в технологически продвинутое индустриальное государство с современными системами. администрации и правительства, а также мощную армию.

Становление Японии до статуса великой державы было быстрым, с победоносными войнами над Китаем (1894-95) и Россией (1904-1905), а также с успешной, хотя и вспомогательной ролью на стороне союзников в Первой мировой войне (1914- 1918). Снова и снова Япония наносила быстрые удары, чтобы выиграть войну с более крупным и теоретически более сильным противником. Однако сам успех, которым пользовалась Япония, сделал островную империю объектом пристального внимания других великих держав и породил все более напряженное стратегическое соперничество с Соединенными Штатами за господство в Тихом океане. Это был «долгий запал» Великой Тихоокеанской войны (1941-45), долгосрочная предыстория нападения Японии на Перл-Харбор, 7 декабря 1941 года.

В то судьбоносное воскресное утро под прицелом японцев находился не только Тихоокеанский флот США, но и Гавайские острова. Независимое королевство с долгой и гордой историей, затем «открытое» Западом и названное Сандвичевыми островами, Гавайи стали владением США только в 1890-х годах, когда вспыхнуло восстание англоязычного населения островов. восстание против правления королевы Лилиуокалани. Провозгласив Гавайскую республику, повстанцы затем потребовали аннексии Соединенными Штатами, что и произошло в 189 г. 8. С тех пор новое общество выросло из коренных островитян, американцев и японских иммигрантов. Экономика была устойчивой благодаря многочисленным плантациям сахарного тростника на островах. На Гавайях также наблюдалось все более сильное военно-морское присутствие США. Решающий момент наступил в 1940 году. По мере роста напряженности между Соединенными Штатами и Японией президент Франклин Д. Рузвельт приказал Тихоокеанскому флоту США перебраться из порта приписки в Сан-Диего, штат Калифорния, в Перл-Харбор, штат Гавайи.

Это было судьбоносное решение для всех заинтересованных сторон: США, Японии и самих Гавайев.


The Short Fuse 1940-1941:


Судьба Тихоокеанского флота в Перл-Харборе

С середины 1940 года, когда Рузвельт перевел Тихоокеанский флот США из Сан-Диего в Перл-Харбор, давняя напряженность между Соединенными Штатами и Япония достигла нового состояния напряженности. Япония была втянута в жестокую захватническую войну в Китае с 1937 года. Она захватила большую часть северного Китая, а также большинство портовых городов вдоль длинной береговой линии Китая. Однако японская армия была сильно перегружена. Он не мог ни защитить свои линии снабжения в тылу, ни эффективно контролировать оккупированные территории. Его ответом был террор против китайских мирных жителей в надежде заставить их подчиниться. Политика «трех всех» была в порядке вещей: «всех убить, всех сжечь, всех ограбить». Города, которые сопротивлялись, как Нанкин в 1937, пострадали последствия, когда японские войска убили сотни тысяч невинных мирных жителей.

Тем не менее, Китай продолжал сражаться под руководством Чан Кай-ши и его Националистической армии вместе со своими союзниками, коммунистическими силами Мао Цзэдуна. Будучи преисполнен решимости помочь Китаю и остановить японскую агрессию на материковой части Азии, Рузвельт вел экономическую войну против Японии. Он надеялся, что эмбарго на поставки оружия (1937 г.), металлолома (1938 г.) и, в конечном счете, нефти (1941 г.) нанесут японской экономике достаточный ущерб, чтобы остановить войну Японии с Китаем. Его собственные советники не знали, как действовать дальше. Должны ли Соединенные Штаты проводить политику силы, предостерегая японцев от последствий продолжающейся агрессии? Или должен быть более примирительный подход к переговорам, ведущий к долгосрочному взаимопониманию?

Япония, со своей стороны, теряла терпение. Япония, оказавшаяся в тупике из-за сопротивления Китая, с более чем 1 миллионом японских солдат, застрявших в зыбучих песках войны, в которой они не могли победить, нуждалась в поиске решения своего стратегического кризиса. В то время как армии Адольфа Гитлера неистовствовали по Европе, завоевывая соседей Германии в 1939-40 годах и угрожая вторжением на Британские острова, европейские колониальные империи в Азии оставались почти незащищенными, созревшими для захвата: Малайский полуостров, Голландская Ост-Индия, Индокитай. Все они содержали богатые источники сырья, каучука, олова и особенно нефти, драгоценной жизненной силы любой современной экономики. Возможно, пришло время протянуть руку, снять с полки эти «рисовые шарики» и, наконец, получить ресурсы, необходимые для прекращения войны в Китае. В то же время руководители Японии знали, что такая политика приведет к войне с США. Когда японские переговорщики прибыли в Вашингтон для переговоров с госсекретарем США Корделлом Халлом в конце 1941 года военные планировщики в Токио уже решили бросить железные кости. Им нужно было нанести большой удар, который одновременно захватил бы западные колонии и гарантировал, что США не смогут и не будут вмешиваться.

Пока они изучали карту Тихого океана, их взгляд остановился на одном крошечном месте в великом океане.

Перл-Харбор.


Великая Тихоокеанская война:


Тогда и сейчас

Перл-Харбор был большой авантюрой для Японии, и особенно для Императорского флота Японии. Это также был образец искусного военного планирования, работа адмирала Исоруку Ямамото. Япония в полной секретности отправила все шесть своих драгоценных «авианосцев» через 3000 миль открытого океана, при этом флот прибыл в нескольких сотнях миль к северу от Гавайских островов. Авианосцы запустили свои самолеты рано утром в воскресенье. Войска США были совершенно не готовы, и менее чем за девяносто минут японские самолеты уничтожили или повредили 19военных кораблей и 300 самолетов США, погибло более 2400 военнослужащих США. Почти половина погибших были членами экипажа линкора USS Arizona , который затонул через несколько минут после того, как бомба попала в его носовой магазин, воспламенив более миллиона фунтов боеприпасов. Останки корабля до сих пор лежат в водах Перл-Харбора, постоянный памятник тому ужасному утру.

Когда ВМС США временно ушли с дороги, массированное японское наступление захлестнуло европейские и колониальные империи в Азии: Гонконг, Малайю, Голландский Восточный EI; Новая Гвинея. Под удар попали и владения США: Филиппины, главная база США в Азии; Гуам; и остров Уэйк. Атака японцев казалась непреодолимой, и в двух местах произошла массовая капитуляция. В Сингапуре на оконечности Малайи 80 000 британских, индийских и австралийских солдат попали в плен 19 февраля.42. На Филиппинах атакующие японские силы перехитрили объединенную американо-филиппинскую армию под командованием генерала Дугласа Макартура. Защитники отступили на полуостров Батаан и, наконец, на крошечный остров Коррехидор. Макартур эвакуировал острова (однако поклявшись: «Я вернусь»), но все его силы в 75 000 человек сдались в апреле 1942 года, что стало худшим военным поражением в истории США. Их японские похитители теперь подвергли их жестокому 65-мильному марш-броску в лагеря для военнопленных на Филиппинах. Отсюда и печально известный Батаанский марш смерти. В течение всего лишь пяти дней погибло не менее 5000 человек, а возможно, и гораздо больше, что является ужасным признаком того, что должно было произойти в том, что японцы называли Великой тихоокеанской войной.

Победа, поражение, позор, «позор»: даже сегодня воспоминания об этих событиях противоречивы и противоречивы. Разные общества склонны «вспоминать» события своей истории по-разному, и это особенно верно в отношении травмирующих моментов. Япония и Соединенные Штаты были друзьями и союзниками на протяжении десятилетий, что является долгожданной переменой по сравнению с 1930-ми и 40-ми годами. Тем не менее уроки, наследие и память о нападении Японии на Перл-Харбор будут продолжать влиять на современную политику, дипломатию и стратегию в будущем.

Когда на самом деле началась Вторая мировая война

Журнал дипломатической службы > Декабрь 2021 > Вспоминая 11 декабря 1941 года: Когда на самом деле началась Вторая мировая война

Присоединяйтесь к этому отставному сотруднику FSO и историку в путешествии в прошлое, в тот день, когда США вошли вторая мировая война.

РЭЙ ВОЛСЕР

Выступая перед членами рейхстага в берлинском Кроль-опере 11 декабря 1941 года, Адольф Гитлер произносит речь о Франклине Д. Рузвельте и войне на Тихом океане, объявляя войну США.0008 Федеральный архив Германии

Министр иностранных дел Германии Иоахим фон Риббентроп в Лондоне, март 1936 года.
Eth-Bibliothek

«Мучительная неопределенность». Таково было тревожное состояние сотрудников посольства в Берлине, как вспоминал в своих мемуарах первый секретарь Джордж Ф. Кеннан, после внезапного нападения Японии на Перл-Харбор в воскресенье, 7 декабря 1941 года. Находился в нацистской столице с 1939 года. , Кеннан в 37 лет был уже на 15-м году дипломатической службы. В течение четырех дней посольство США в Берлине, занимающее обширный дворец Блюхера, становилось все более изолированным: ни кабелей, ни телефонов; кодовые книги и конфиденциальные файлы сжигались без четких инструкций. «Мы были, — вспоминал Кеннан, — сами по себе».

Вскоре после полудня в четверг, 11 декабря, продолжил Кеннан, «телефон внезапно и таинственным образом ожил». Немецкий чиновник объявил об отправке автомобиля, чтобы забрать временного поверенного Леланда Б. Морриса. После того, как Моррис вошел в грандиозный кабинет министра иностранных дел Иоахима фон Риббентропа на Вильгельмштрассе, он остался стоять, в то время как главный нацистский дипломат, «проявив свирепую позицию», объявил войну, «крича ему: «Ваш президент хотел этой войны, теперь она у него есть». !» Моррис просто попросил разрешения телеграфировать в Вашингтон.

Получив, выражаясь дипломатическим языком, свой паспорт, Моррис признал конец дипломатической миссии Америки в нацистской Германии. Враждебное столкновение длилось три минуты.

В 15:00 в оперном театре Кролл Адольф Гитлер начал 90-минутную хвастливую извилистую тираду, чтобы объявить войну Соединенным Штатам. Большая часть выступления была посвящена поношению президента Франклина Д. Рузвельта как плутократа, неудачливого политического лидера, поджигателя войны, лицемера, безумца и пешки «вечного еврея», согласно Марку Веберу в The Journal of Historical Review . Более того, Гитлер пришел к зловещему выводу: главная вина за мировую войну лежит на еврейской расе, и единственным ответом было их уничтожение. 19 декабряВ 41 году, как утверждает историк Клаус П. Фишер, Гитлер «перешел черту, отделяющую жестокого диктатора от массового убийцы».

Было ли объявление войны США самоубийственным и иррациональным решением? Зачем вести войну с США, когда масса вермахта застряла в титаническом зимнем бою у ворот Москвы и в воздушной и африканской наземной войне с Великобританией?

Историки указывают на убеждение Гитлера в том, что Соединенные Штаты уже находились в состоянии войны с Германией. Действительно, ненейтральный нейтралитет Рузвельта — сделка «Эсминцы для баз» с Великобританией, ленд-лиз, зона безопасности в Западном полушарии, Атлантическая хартия, приказы «стрелять на месте» — все это, по мнению Гитлера, было воинственными действиями. Еще до Перл-Харбора немцы подтвердили непоколебимую приверженность Тройственному пакту, связывающему Германию с Италией и Японией. Хотя, по словам первого биографа Гитлера Яна Кершоу, он был удивлен нападением на Перл-Харбор, нацистский лидер воскликнул: «Мы вообще не можем проиграть войну. Теперь у нас есть союзник, которого никто не завоёвывал 3000 лет». 8 декабря он уполномочил подводные лодки адмирала Эриха Редера атаковать суда США в любом месте в открытом море. Несомненно, Гитлер с его самопровозглашенной инстинктивной гениальностью пренебрежительно относился к военным и промышленным возможностям США и упорству их лидеров и граждан. Теперь он вступил в войну, которую не смог выиграть.

В 1937 году Бенито Муссолини обращается к толпе с балкона Палаццо Венеция в Риме, чтобы отпраздновать Фашистскую партию Италии.
Sueddeutsche Zeitung / Alamy

В Риме в 14:30 министр иностранных дел Бенито Муссолини (и зять) Галеаццо Чиано вызвал временного поверенного США Джорджа Уодсворта. Этот «хороший человек, несколько робкий, — поведал Чиано своему дневнику, — думает, что я вызвал его, чтобы обсудить приезд некоторых газетчиков, но я тут же разочаровал его. Слушает объявление войны, бледнеет. Ответ Уодсворта: «Это очень трагично»9.0006

В короткой речи с балкона Палаццо Венеция Муссолини с «дьявольским упорством» осудил Рузвельта как «подлинного и демократического деспота», ответственного за развязывание войны. Союзы Италии он называл гарантом победы и будущим изобретателем и организатором справедливого мира между народами. «Итальянцы… еще раз встаньте на ноги», — увещевал дуче. «Будьте достойны этого великого часа. Мы выиграем.» Чиано кисло записал: «Было три часа дня, люди были голодны, а день был довольно холодным. Все это элементы, которые не вызывают энтузиазма».

В этот же день в Берлине была подписана пересмотренная версия Тройственного пакта от сентября 1940 года, обязывающего державы Оси вести совместную войну и стремиться к победе, чтобы установить «просто новый порядок».

Лихой поверенный Германии в Вашингтоне, округ Колумбия, и преданный нацист Ганс Томсен и его помощник прибыли в Государственный департамент в 8:20 утра, через час после встречи Риббентропа и Морриса. Его инструкции: доставить военное сообщение госсекретарю Корделлу Халлу, затем попросить паспорт и план репатриации.

Примерно в 9:30 секретарь прошла мимо нацистского посланника. В пресс-релизе Госдепартамента сообщалось: «Секретарь, занятый другими делами, распорядился, чтобы их [немцев] принял начальник Европейского бюро». Дипломатический корреспондент New York Times Бертрам Хулен охарактеризовал атмосферу как «холодную», но также отмеченную «полным отсутствием волнения или драматизма».

В декабре 1941 года, как утверждает историк Клаус П. Фишер, Гитлер «перешел черту, отделяющую жестокого диктатора от массового убийцы».

Отвергнутый немец поднялся по лестнице в кабинет начальника европейского отдела Рэя Атертона. Получив сообщение Томсена, Атертон ясно дал понять, что с 1939 года Соединенные Штаты признают угрозу и цели агрессивной Германии «в отношении полушария и нашей свободной американской цивилизации», как говорится в другом государственном пресс-релизе.

В лифте на выходе фотокорреспонденты толкнули Томсена, чей комментарий запечатлел и Хулен: «Это не очень достойно». Немцы отступили в свое посольство на Массачусетс-авеню, ожидая развития событий. Вскоре над ним был поднят швейцарский флаг, как и над американским посольством в Берлине. Швейцарские дипломаты быстро взяли на себя обязанность представлять как американские, так и немецкие интересы.

Бенито Муссолини 1 ноября 1922 года, вскоре после похода на Рим, когда он пришел к власти.
Topical Press Agency

В 10:30 посол Италии принц Асканио Колонна посетил политического советника Джеймса Клемента Данна только для того, чтобы признать, что он не получил указаний от своего правительства и позвонил, чтобы узнать о его статусе. Данн признал, что с Италией существует состояние войны. Пресс-секретарь Рузвельта едко заметил, что тщеславный Муссолини гусиным шагом был вынужден выполнять приказы Гитлера.

К полудню жребий был брошен.

Госсекретарь Корделл Халл и его помощники в спешке составили текст послания президента Конгрессу: «Таким образом, произошло давно известное и долгожданное. К этому полушарию движутся силы, стремящиеся поработить мир. Никогда еще не было более серьезного вызова жизни, свободе и цивилизации». Своевременные действия, сказал президент Рузвельт американским законодателям, обещают «всемирную победу сил справедливости и праведности над силами дикости и варварства».

До 15:00, без присутствия Рузвельта, Конгресс единогласно одобрил военные резолюции. В 15:06 Рузвельт парафировал их. США воевали с Германией и Италией.

За один день война на Тихом океане превратилась в глобальную войну с каскадными последствиями для большой стратегии и государственного управления. В геополитической игре действия Гитлера и Муссолини еще больше высвободили ярость американской мощи. Несмотря на унижение Перл-Харбора и пугающие вызовы на Тихом океане, в прицел попала нацистская Германия и оккупированная Европа как центр военной стратегии США.

Не имея другой цели, кроме победы и формирования Великого Альянса — Соединенных Штатов, Великобритании, Китая и Советского Союза — судьба Оси была решена. 1 января 19 г.42, 26 стран подписали Декларацию Организации Объединенных Наций, обязавшись принять Атлантическую хартию и согласившись не вести сепаратный мир с какой-либо державой Оси.

Действия Гитлера вынудили его восточноевропейских союзников — Болгарию, Венгрию и Румынию — последовать за Берлином.

В Будапеште премьер-министр Ласло Бардоши вызвал министра Герберта «Берти» Пелла, политического назначенца США в Венгрии и бывшего министра в Португалии, чтобы объявить о разрыве отношений. Через два дня, 13 декабря, Венгрия подчинилась и объявила войну. (Если имя «Пелл» звучит знакомо, то это потому, что сын Берти — Клэйборн, будущий FSO и многолетний председатель сенатского комитета по международным отношениям — поступил на службу моряком в береговую охрану 19 августа.41. Переписка в файлах Рузвельта свидетельствует о беспокойном отце в далеком Будапеште, который просил влиятельных друзей, в том числе Рузвельта, присматривать за его предприимчивым сыном.

)

Поверенный в делах Германии герр Ганс Томсен и его жена фрау Ганс Томсен отправляются из посольства Германии в Вашингтоне на дипломатический прием в Белом доме 14 декабря 1939 года, вскоре после начала войны в Европе.
Библиотека Конгресса США

В Бухаресте царила печаль. Министр Франклин Мотт Гюнтер, карьерный сотрудник FSO с 19 лет.08 и бывший министр Египта и Эквадора был поражен лейкемией. Хотя ему посоветовали покинуть пост, он остался. Назначенный в Румынию с 1937 года, Гюнтер отличился неустанным репортажем о безудержном антисемитизме, погроме в Исаи и резне евреев. Он был одним из первых в государстве, кто приподнял завесу тайны, окружающую ужасающее соучастие Румынии в окончательном убийстве 300 000 евреев. Ссылаясь на обязательства по Тройственному пакту, официальный представитель 12 декабря направил вербальную ноту, в которой объявил о состоянии войны временному поверенному Джеймсу Бентону. Менее чем через две недели 56-летний Гюнтер скончался.

По словам пресс-релиза Госдепартамента: он «пожертвовал своей жизнью при исполнении служебных обязанностей».

Джордж Х. Эрл III, министр в Болгарии, выделяется как один из самых интригующих политических дипломатов 1930-х годов. Назначенный министром в Австрии (1933–1934), Эрл покинул Вену, чтобы успешно баллотироваться в качестве демократа Нового курса на пост губернатора Пенсильвании. Когда в 1939 году его срок закончился, а предложение Сената провалилось, неутомимый Эрл снова втянулся в дипломатическую игру.

Он привлек международное внимание в феврале 1941 года, когда оказался втянутым в дипломатическую перепалку. Когда немцы присутствовали в популярном ресторане, Эрл попросил группу сыграть «Типперэри», британскую маршевую песню времен Первой мировой войны. Обидевшись, немец, предположительно нацист в штатском, в ярости бросил в Эрла пустую винную бутылку. «Эта внезапная, жестокая, ничем не спровоцированная атака меня сильно разозлила, — сказал прессе Эрл, крепкий 220-фунтовый боец. «Поэтому я ударил его по лицу, сбив его с ног, и его лицо истекло кровью». Оттенки Хамфри Богарта и Ингрид Бергман в 19-м42 хита «Касабланка». Эрл сообщил, что, начиная с царя Бориса, болгары сожалели о том, что им навязали войну с США.

За один день война на Тихом океане превратилась в глобальную войну с каскадными последствиями для большой стратегии и государственного управления.

Опера-буфф? «Соединенные Штаты не должны обращать внимания ни на одно из этих заявлений… против нас, сделанных марионеточными правительствами», — написал Рузвельт секретарю Халлу. Взаимное объявление войны США поступило только 5 июня 19 г.42.

В воскресенье, 14 декабря, временный поверенный Моррис, первый секретарь Кеннан и другие прибыли с багажом в руках из посольства США в Берлине на Потсдамский вокзал, чтобы сесть на специальный поезд, следующий в курортный город Бад-Наухайм. Группа из 130 человек — мужчин, женщин и детей, а также несколько журналистов — должна была месяцами оставаться в Гранд-отеле Ешке под бдительным оком гестапо. Изоляция, скука и скудное питание дали о себе знать. «Особое разочарование вызывали бесконечные жалобы на еду, которую я был вынужден получать», — писал Кеннан в своих мемуарах.

Один из сотрудников посольства, Герберт Джон Бургман, американец по происхождению, но местный клерк, не явился в участок. Впоследствии он стал антиамериканским пропагандистом/телеведущим нацистского режима. В 1949 году суд США признал Бургмана виновным в государственной измене, что было сомнительной наградой для бывшего сотрудника Госдепартамента.

Корабль SS Drottningholm в гавани Гетеборга, Швеция, около 1943 года. Весной 1942 года во время его первого рейса на запад во время Второй мировой войны американские дипломаты Леланд Моррис, Джордж Кеннан и многие другие прибыли из Лиссабона в Нью-Йорк.
Wikimedia

Часто проводились оскорбительные сравнения между спартанскими условиями в Бад-Наухайме и обращением с Томсеном и немецкими дипломатами во время интернирования на курорте Гринбриер в Уайт-Салфур-Спрингс, Западная Вирджиния.

Американские дипломаты в Италии оказались в более цивилизованном заключении. Им разрешили остаться в Риме, за каждым американцем следили так называемые «опекуны» в штатском, и им была предоставлена ​​значительная свобода, если они следовали тому, что второй секретарь Элбридж Дарброу назвал «правилами интернирования»: никаких социальных контактов, кино, рестораны. , гольф или теннис; много прогулок и осмотра достопримечательностей.

11 декабря 1941 года президент Франклин Д. Рузвельт подписывает объявление войны Германии, что ведет Соединенные Штаты ко Второй мировой войне в Европе. Слева от него сенатор Том Конналли, который держит часы, чтобы отметить точное время объявления.
Администрация безопасности фермы / Управление военной информации

Министр Эрл и сотрудники избежали интернирования в Болгарии и благополучно прибыли в Стамбул в конце декабря. Венгры также хорошо относились к министру Пеллю. После закрытия миссии США в Венгрии Пеллы заняли апартаменты в отеле «Ритц», временно освобожденные Пеллем и его женой, когда фон Риббентроп прибыл в Будапешт. После дружеских проводов группа Пелла достигла нейтральной Португалии 19 января.42 после обещания не покидать континент до тех пор, пока туда не прибудут венгерские дипломаты из США. Путешествуя через Германию, оккупированную Францию, вишистскую Францию ​​и Испанию, они не достигли Лиссабона до 16 мая. Кеннан признался в своих мемуарах, что после нескольких месяцев получения жалоб на еду он был единственным американцем, которому разрешили сойти с поезда на португальской границе. , он «в последний раз отомстил моим сокамерникам, отправившись в станционный буфет и съев на завтрак несколько яиц». Прошло несколько часов, прежде чем остальные интернированные смогли наесться в дружелюбном Лиссабоне.

1 июня для сотен пассажиров лайнера S.S. Drottningholm под шведским флагом, зафрахтованного для переправы через Атлантику дипломатов и других лиц, не было ничего более приятного, чем Леди Свобода и панорама Нью-Йорка. По мнению министра Пелла, миссис Гюнтер, временного поверенного Морриса, первого секретаря Кеннана и многих других, это был горько-сладкий конец испытаний, начавшихся пять месяцев назад.

Восемьдесят лет спустя, 11 декабря 1941 года, настал день, когда мир с головокружительной скоростью погрузился в тотальную глобальную войну. Секретарь Халл писал: «Голоса дипломатов теперь были заглушены ревом канона».

Война поставила перед Государственным департаментом и дипломатической службой вызовы, с которыми прежде никто не сталкивался и которые едва ли можно было себе представить. Они варьировались от ведения экономической войны при сохранении союзов и солидарности полушария до поддержки правительств в изгнании и формирования общественного мнения при планировании послевоенного мира. Государство боролось за влияние во время войны, но не всегда с успехом. Количество конкурирующих агентств увеличилось; сохранялась нехватка кадров; а Рузвельт, иногда известный как Жонглер, часто держался особняком.

Тем не менее дипломатической службе, персоналу и семьям предстояли испытания разлуки, опасные путешествия и рискованные задания. Тотальная глобальная война будет продолжать испытывать храбрость государства и дипломатической службы до тех пор, пока 2 сентября 1945 года не замолкнут орудия войны.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *